© Волгина А., 2022

© ООО «Издательство «АСТ», 2022

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

Пустыня – это шепот песка и безмолвие скал. Близился полдень. Солнечный свет падал яркой стеной, словно пресс, готовый выжать из дюн мельчайшие капельки влаги.

Собственно, выжимать было почти нечего. Редкие обитатели пустыни Сартен, этой раскаленной духовки острова Фуэрте, попрятались при первых же признаках рассвета. Только скалы упрямо хмурились выщербленными лбами, подбирая худые тени. Скалы помнили те времена, когда по руслу иссохшей реки текла вода. Про себя они подсмеивались над наползавшими дюнами, гонимыми ветром. Пусть ползут. У гор хватит времени дождаться, когда вода вернется снова.

Возле гребня одной из дюн, зарывшись носом в песок, лежала разбитая джунта.

Дийна открыла глаза – и тут же зажмурилась от слепящего света. Солнце проникало сквозь веки, кожа горела от жара, несмотря на одежду. Как она сюда попала? Только что пробивалась сквозь тучи, и вдруг из прохладного воздушного океана ее выбросило прямо в адское пекло!

В любом случае, где бы она ни оказалась, это точно не остров Ланферро.

Морщась от боли, она попыталась подняться. Кажется, ничего не сломано – уже хорошо. Неподалеку, зарывшись в песок, валялась разбитая лодка. Ветер шевелил обрывки бело-синего паруса. Рядом лежал человек. Ахнув, Дийна подбежала… вернее, кое-как добралась до него, увязая ногами в песке. Теперь она вспомнила!

Альваро догнал ее почти у Ланферро, когда они оба уже прошли Барьер. Прорываясь сквозь густо-лиловые вихри, она вдруг заметила его джунту в очередном взблеске молнии, а увидев, совсем не обрадовалась. Все силы уходили на то, чтобы удержать «Рисуэнью» на курсе. Ураган набрасывался на лодку, норовя сбросить ее вниз, в Океан! Дийна только качнула парусом, без слов попросив Альваро убраться. Вместо этого он прибавил ходу.

Она успела заметить тусклый мазок движения – и тут ее лодка дернулась, подцепленная якорем. Мимо просвистела каменная глыба. Безумный магический шторм, круживший вокруг Ланферро, вбирал в себя все – камни, обломки домов, ветки, остовы деревьев… Вторая глыба ударила прямо по мачте. Дийна вскрикнула, но Альваро каким-то чудом успел перебросить ее к себе. А потом ураган завертел их, и ей оставалось только держаться за гик, мысленно проклиная де Мельгара за непрошеное вмешательство.

«Я бы точно смогла пройти! Если бы он не захватил мою джунту, я уже подгребала бы к острову, а не вертелась в небе, как щепка в водовороте!»

Ветер швырял их из стороны в сторону, поворачивал и увлекал за собой. То подбрасывал лодку вверх – и тогда сквозь пыльные вихри можно было на секунду увидеть осколки звезд; то ронял вниз, так что Дийна обмирала от страха. Она боялась, что парус не выдержит такой нагрузки. Она понятия не имела, куда их несет. Никаких ориентиров! Единственной реальностью была доска джунты под ногами и рука Альваро, державшая девушку так крепко, что у нее на ребрах, наверное, остались вмятины от его пальцев.

Наконец урагану надоела эта игра, и он вышвырнул маленькую лодку в спокойное небо. Дийна не помнила, как они приземлились, но, судя по всему, не очень удачно. «А все из-за де Мельгара и его дурацкого желания настоять на своем! И чего ему на Керро не сиделось?!» Из-за него они застряли где-то посреди «нигде» – без воды, припасов и транспорта. Замечательно!

Тем временем виновник всех бедствий застонал и пошевелился. Дийна, как могла, заслонила его собой от солнца. Выглядел Альваро неважно: правая сторона лица опухла, на скуле запеклась кровь – похоже, сильно ударился при падении. В уцелевшем рюкзаке у Дийны нашлась фляга с водой. Несколько глотков окончательно привели лежащего в чувство. Приподнявшись, он ошеломленно уставился на пустыню. Вокруг них, насколько хватало глаз, простирались рыжие дюны. Стеклянное небо звенело от жара, горизонт терялся в прозрачной дымке.

«Однозначно, мы на Фуэрте, – сообразил Альваро. – Это пекло ни с чем не спутаешь!»

Мир как будто сорвался с оси и медленно вращался вокруг него. При каждом вдохе справа между верхними ребрами вспыхивала боль, а правый глаз заплыл. Здорово же его приложило. Но это все подождет, главное – Дийна. Живая! Ее нахмуренное лицо было первым, что он увидел.

«Она сама не знает, насколько нам повезло!»

Оглядевшись, он понял, что везение было… сомнительным, скажем так. Все-таки у ветров, владеющих Архипелагом, было отменное чувство юмора! Интересно, куда конкретно их забросило: в Сартен или в Лаго Саладо? На юге Фуэрте были две пустыни. Лаго Саладо более узкая и тянется до самого восточного побережья, вдоль которого разбросаны редкие фермы. Там можно встретить кого-нибудь из людей, найти помощь. Оттуда они могли бы добраться до крупных северных городов – Котильо и Ла-Оливы. Если же их занесло в Сартен, то им конец. Пешком отсюда не выбраться. Эта пустынища занимала почти весь южный «хвост» острова, а ее редкие оазисы контролировали люди барона Дельгадо. Где-то в центре пустыни одиноко торчал его замок – Олвера, замок Забвения. Вокруг него простиралась закрытая зона на несколько десятков миль. Дельгадо хвалился, что занимается разработкой какого-то секретного оружия, способного защитить его остров от посягательств Северного Альянса и других конкурентов. Шпионов он, мягко говоря, недолюбливал.

В любом случае, рассиживаться было некогда. Альваро медленно встал, проверяя, целы ли кости. Земля мягко покачивалась у него под ногами, словно палуба лодки. Дийна поддержала его, не дав упасть, и протянула флягу, в которой плескалась вода. Кстати, воду надо бы поберечь. Рюкзак-то был только у Дийны. Улетая с Керро, Альваро так торопился, что и думать забыл о припасах.

– Ну и как нам выбраться из этой духовки? Есть идеи? – спросила девушка колюче.

Она выглядела такой взъерошенной и сердитой, что он еле сдержал улыбку.

– Идеи? Надо двигаться на северо-восток. Если повезет, выйдем к фермерам, одолжим у них лодку и доберемся до порта. Только придется оглядываться, чтобы не попасться дозорам Дельгадо. Говорят, он отгрохал секретный бункер посреди пустыни и отстреливает всех, кто подойдет к нему хотя бы на милю. По-моему, старик просто спятил от паранойи, но не хотелось бы убедиться в этом на собственном опыте! Лучше идти рано утром и вечером, до темноты.

Боковым зрением он чувствовал ее подозрительный взгляд.

– Не пойму, чему ты так радуешься!

– Тому, что мы оба живы… пока. Это вся вода, что у нас есть? Надо найти еще. Идти придется как минимум несколько дней.

Дийна промолчала, хотя на ее лице ясно читалось: без тебя я ни за что не догадалась бы об этом, спасибо!

– Вон там, кажется, раньше было русло реки, – примирительно сказал Альваро, указав на слоистые скалы. – Пойдем глянем. Может, я найду воду.

Она не разрешила ему взять рюкзак. Сердито сверкнула глазами и молча пошла вперед. Альваро двинулся следом, чтобы не раздражать ее своим довольным видом. Пусть себе злится. Это все пустяки. Зато живая! Значит, он все-таки сумел догнать ее. Когда он очнулся и увидел ее рядом с собой, то просто глазам не поверил.

Все-таки ему удалось вытащить ее из бури вокруг Ланферро, хоть и со второго раза…

Потому что когда он догнал ее в первый раз, то успел лишь увидеть, как она умерла.

Они прошли вверх по течению, и Альваро остановился перед каменистым склоном в том месте, где русло делало крутой изгиб.

– Вот здесь можно попробовать.

В четыре руки они принялись разгребать камни у подножия скал. Дийна сосредоточенно работала рядом, а он старался не смотреть на ее лоб – чистый, с еле заметными капельками пота.

…Он видел, как ей раскроило голову камнем, когда она пыталась справиться с лодкой возле Ланферро. Тяжелая глыба ударила прямо по мачте. Тело Дийны, изломившись, бессильно повисло на тросах, а «Рисуэнья», лишенная управления, завертелась спиралью и полетела вниз.

Он мог бы догнать ее, забрать тело, похоронить Дийну на Керро и потом всю жизнь любоваться на ее «дышащий мрамором лик». Вместо этого Альваро заложил вираж, выдираясь из лап магического шторма, и повел свою потрепанную лодку к другому острову. На Палмеру.

Побережье Палмеры приветливо подмигивало огоньками многочисленных отелей и курортных центров, но его путь лежал дальше – в самое сердце острова, туда, где поднимались к облакам бархатные склоны гор, оттененные глубокими ущельями. В эти горы мало кто отваживался забираться, с тех пор как там без вести пропали две экспедиции. Время здесь текло по-другому из-за искажений, которые вносили темпоральные градиенты. Радужные всплески флайра опасно поблескивали среди каменистых осыпей и под перекрученными корнями вековых сосен, таких мощных, что их стволы не смогли бы обхватить и пятеро человек. Альваро отлично помнил дорогу – когда-то отец показал ему этот путь. Он причалил джунту на утесе и двинулся в глубь ущелья по старой, еле заметной тропе, почти исчезнувшей под корнями деревьев и слоем воларовых игл.

Тяжелые каменные блоки обрамляли темный проход, ведущий в глубь храма. Оттуда тянуло холодом. Среди выбитых знаков на камне можно было различить символ Хора – пирамиду, перечеркнутую стрелой. Что означали другие священные символы – раскрытый глаз, молния и так далее – Альваро не знал. Здесь было неестественно тихо. Только мертвый ветер Эспиро подталкивал в спину, насмешливо гудел над плечом: мол, что задумался, человечек? Осмелишься ли войти?

Ему вспомнился голос отца: «Эспиро – это самая последняя мера, для крайних случаев. Прибегая к его помощи, ты рискуешь потерять больше, чем выиграешь. Каждому человеку дается лишь один шанс вернуться в прошлое, так что этот шаг должен быть хорошо взвешен…»

Альваро устало потер лицо. Он не мог сейчас трезво «взвешивать»! Стоило зажмуриться, как перед глазами возникало мертвое лицо Дийны, залитое кровью, и «Рисуэнья», падавшая в пустоту. Не давая себе времени на раздумья, он шагнул в провал.

Впечатление было такое, будто он ступил в пасть древнего существа из камня и тени.

Ветер явно был рад новому гостю. Наверное, соскучился в одиночестве. Он ликующе засвистел, подтолкнул юношу в спину, просквозил насквозь, выметая из души страх, боль и остатки сомнений. Поначалу Альваро пытался сопротивляться, но быстро понял, что придется довериться магическому потоку, который тащил его в глубь скалы. Перед глазами мелькали цветные пятна, к горлу подкатывала тошнота. Казалось, он сейчас растворится среди теней и блуждающих огоньков. Ветер словно стирал с него слой за слоем всю прежнюю жизнь, и воспоминания о друзьях, родителях, колледже постепенно исчезли, сместившись куда-то за грань реальности. Остались только ветер и его полет – еще одна нота в унылой свистящей песне…

Однако спустя какое-то время ветер утих, предметы вокруг обрели более четкие очертания, и Альваро, придя в себя, вдруг услышал:

– Это мой остров, понимаешь?! Мой остров и мое дело!

Знакомая сцена. Он снова был привязан к оливе, а Дийна – живая и невредимая – гневно смотрела на него, сверкая глазами. Де Мельгар чуть не застонал от досады. «Да вы издеваетесь! Если уж я смог обмануть время, неужели нельзя было вернуть меня пораньше, хотя бы на полчаса?»

В крайнем случае, он запер бы эту ходячую проблему в Башне. Или сдал бы ее под стражу сеньоре ди Кобро… или спрятал бы ее лодку… В общем, что-нибудь да придумал бы! Но Эспиро лишил его свободы маневра, и ему оставалось только беспомощно наблюдать, как кошмар повторяется по новому кругу.

– Почему ты настолько мне не доверяешь? – спросил он у Дийны, просто чтобы потянуть время. В прошлый раз ему не хватило буквально минуты. Если бы он мог выиграть хоть чуть-чуть времени!

На лице девушки обозначилось что-то вроде растерянности, и у Альваро даже затеплилась надежда, что на этот раз обойдется без приключений. Не обошлось.

– Прощай, де Мельгар.

Миг – и ветки за ней сомкнулись.

– Дийна! Да чтоб тебя…

В этот раз он не стал тратить драгоценные минуты, чтобы подтянуть к себе нож. Вывихнул большой палец и, шипя от злости, выдернул руку, избавляясь от веревочных пут. Рука тут же протестующе заныла. Он старался не думать, что, возможно, снова сделал неправильный выбор. Когда он доберется до Дийны, ему понадобятся все силы, чтобы удержать их обоих во время бури. Сможет ли он сделать это больной рукой?

«Если что, грохнемся вместе».

До Ланферро он домчался в одно мгновение, высматривая среди черных туч оранжевый парус. Вот она! «Рисуэнья» рыбкой скользила наперерез магическим вихрям. Дийна ловко лавировала между потоками, перебрасывая парус при каждом повороте. Вдалеке полыхали молнии, будто некие силы вспарывали небо, обнажая его изнанку из угрюмого страшного пламени. Каждый раз, когда вспыхивал этот свет, Альваро все отчетливее видел маленький парус, упрямо летевший сквозь косматые полосы облаков. Он приготовил якорный трос. «Не успею!» – мелькнула отчаянная мысль. И все-таки он догнал ее.

Внезапно Дийна вскрикнула, заставив его очнуться от воспоминаний. В ее голосе была радость.

– Смотри, вода! – сказала она, показав ему мокрую темную сторону камня.

– А я что говорил! – воодушевился Альваро.

Они вырыли ямку, в которую сквозь песок медленно сочилась мутная жидкость. Подождав немного, они смогли набрать флягу и намочили куртки, из которых Дийна соорудила что-то вроде панам, чтобы прикрыть ими головы. Альваро с удовольствием смыл с лица кровь, запекшуюся жесткой коркой. Дийна только зажмурилась, когда представила, сколько микробов он занес в рану во время этой процедуры. Ужас!

– Кажется, у меня осталась мазь от ссадин, дай обработаю, – потянулась она к рюкзаку.

Де Мельгар мягко отстранил ее руку.

– Не надо.

– Воспалится, распухнет… на такой-то жаре!

– Ну и пусть. Если мы все-таки попадем в лапы Дельгадо, будет лучше, чтобы он меня не узнал. У него, понимаешь ли, обостренная реакция на шпионов.

– Ну, шпионов никто не любит, – усмехнулась Дийна, вспомнив неласковый прием, который Альваро оказал ей в колледже.

Он мгновенно уловил намек:

– Да, но в отличие от Дельгадо я не имею привычки топить доглядчиков в нужнике, а барон, по слухам, очень любит это делать!

– Хочешь сказать, что мне еще повезло? – фыркнула она. – Ладно, в случае чего притворимся, что мы мирные контрабандисты. За такое нас, конечно, попинают, но быстро отпустят.

– Контрабандистка? Ты?! – Альваро даже расхохотался, хотя двигать щекой было больно.

Нахмурившись, Дийна подождала, пока у него не пройдет этот несвоевременный приступ веселья. С самого пробуждения он вел себя как-то странно. «Странно даже для него», – подумала она. Все-таки травма головы – это не шутки! Ему бы сейчас отлежаться, а не топать по солнцу.

Но поскольку здесь все равно не было ни госпиталей, ни врачей, она постаралась скрыть беспокойство.

– А что тут смешного? Не похожа?

Отсмеявшись, он покачал головой:

– Врать нужно в меру. Если кто-нибудь спросит, мы просто студенты из колледжа. Заблудились, попали в бурю… Не надо ничего сочинять.

Шагая, Дийна старалась смотреть себе под ноги. Так легче: не видно, насколько медленно они тащатся. Горная цепь на горизонте, впаянная в белесое небо, казалась недосягаемой. Справа тянулись бесконечные дюны, похожие на немые волны застывшего моря. Жара была оглушающей. Кожа горела огнем, плевок высыхал в воздухе на лету. На губах оседала горькая пыль. А до ближайшего жилья еще идти и идти…

Кроме жары, Дийну беспокоил вопрос продовольствия. В рюкзаке у нее одиноко болтался тощий мешок сухарей – скудноватый запас для двух здоровых молодых организмов! Она зорко всматривалась в щели между камнями, но не видела там ни единой искорки жизни. Ничего съедобного. Кажется, здесь вообще никого не было, кроме них. Две унылые тени, изгибаясь, скользили по каменным трещинам, да свистел Тревизо. Сверху на эту безрадостную картину угрюмо смотрели рыжие скалы.

– Не волнуйся, в пустыне от голода еще никто не помирал, – уверенно сказал де Мельгар. Будучи уроженцем Сильбандо, он чувствовал себя в песках как дома. – Когда кончатся сухари, я змею поймаю. Змеи съедобные.

– Лучше не надо! – возразила Дийна, покосившись на его лихорадочно-воспаленное лицо. У нее мелькнуло подозрение, что змея могла оказаться проворнее их двоих вместе взятых.

– Как насчет песчаных улиток?

– Б-р-р!

В конце концов Альваро нашел какие-то мясистые листья, насчет которых он был почти уверен, что они не ядовитые. Попробовав их, Дийна решила, что для перекуса сойдет. Они даже немного утоляли жажду. Вообще с растительностью здесь тоже было негусто. Под палящим солнцем выживали только стойкие столбики кактусов, да еще корчились в муках иссохшие кустики саксаула.

Ближе к вечеру они решили устроить привал, чтобы снова двинуться в путь после захода солнца. Заблудиться в пустыне было практически невозможно, так как Тревизо всегда дул с востока и стороны света легко было вычислить по грядовым пескам.

– Осторожнее, не прижимайся к скале! – предупредил Альваро. – Здесь водятся летучие ящерицы – лагарты. Спикирует прямо на голову – и конец!

Солнце садилось. Мир из песочно-рыжего постепенно становился фиолетовым и лиловым. Альваро наблюдал за закатом с некоторой тревогой. Ему не нравился этот пустынный свет, который казался краснее и более темным, словно солнце вдруг состарилось на тысячу лет. Он подумал, что болтанка внутри магической бури могла дорого им обойтись. В мощных полях флайра время порой искажалось самым причудливым образом. А вдруг они с Дийной затерялись во времени и попали в чужую эпоху? От таких мыслей даже голова разболелась.

Он разглядывал медленно остывающее каменистое море, испещренное трещинами, в котором после ухода жары пробуждалась жизнь. М-да… «Интересно было бы узнать, где мы, но еще интереснее – когда мы, – пошутил про себя де Мельгар. – Может быть, я зря опасаюсь Дельгадо? Может, его кости уже истлели в пустыне и даже память о нем давно стерлась!»

Его размышления прервал тихий неясный звук. Внезапно, вынырнув из закатного блеска, в небе показался воларовый катер. Альваро среагировал еще до того, как мозг успел предупредить об опасности:

– Дозорные! Прячься!

Дийна вскочила. Схватив рюкзак, они быстро забились в щель под скалой и прижались спинами к теплым камням.

– Думаешь, нас заметили? – одними губами спросила она.

– Вряд ли. Обычный патруль. Но все-таки нужно быть осторожнее.

Они с опаской прислушались к затихающему ворчанию катера. Вскоре он стих, и над пустыней снова воцарилась безмятежная тишина. Вдалеке раздался свист, приглушенный расстоянием, – это паровой свисток выпустил столб пара.

На ночь они устроились в тесной каменной щели, из которой сначала пришлось выгнать нахальную толстую ящерицу. Рано утром, выбравшись наружу, Дийна поежилась от холода и растерла руки, занемевшие после сна на жестких камнях. У нее ныли все мышцы, утомленные борьбой с парусом, а потом еще долгим пешим походом. Небо медленно розовело. Камни источали прохладу, но это облегчение было недолгим. Скоро ветер снова пригонит жару, когда пустыня распахнет свою гигантскую печь.

На второй день идти стало сложнее. Альваро даже шутить перестал, а его лицо осунулось и потемнело. Ссадина на его щеке выглядела просто ужасно. Дийна украдкой намазала ее мазью, пока он спал, но, кажется, это не очень помогло делу.

Спустя еще сутки их положение стало критическим, так как у них закончилась вся вода.

– Ничего, русло реки по-прежнему где-то рядом, – сказал де Мельгар, ухитрявшийся не терять оптимизма. – Мы идем вдоль него!

Дийна подозревала, что его мучила лихорадка. Когда она с ним заговаривала, он откликался не сразу, а иногда отвечал невпопад. «И он еще в горы лезть собирается! В таком состоянии?!»

– Давай отдохнем сначала, – предложила она.

Место для привала отыскалось не сразу. Дийна придирчиво оглядывала невысокие скалы, и вскоре им невероятно, просто фантастически повезло: вдалеке среди пустынной равнины она заметила многообещающее темное пятнышко. Их дорогу пересекла старая утоптанная тропа, почти совсем занесенная песком.

– Эта тропа ведет к колодцу! – воскликнула она. – Смотри!

Ее охватила радость. Странно, что Альваро не кинулся туда со всех ног. Там же колодец! Вода!

– Стой! – удержал ее де Мельгар. – Ты что, забыла? Колодец наверняка охраняют.

Дийна не могла пережить такое крушение надежд. Это просто нечестно!

– Ну откуда ты знаешь? Давай хоть проверим! Может быть, там нет никого? Не могут же наемники Дельгадо целые сутки торчать посреди пустыни!

Альваро поморщился, хотя колодец его тоже манил. Поразмыслив, он решил, что небольшая разведка не повредит. Ему тоже не хотелось ползать по высохшему руслу в поисках глотка мутной воды. Прячась за камнями, они осторожно подкрались поближе и затаились. Местность выглядела абсолютно безлюдной. Вокруг стояла тишина – такая тишина, которая возможна только в пустыне. Солнце, поднимаясь все выше, поджаривало им спины.

– Никого нет, – шепнула Дийна.

– Увы, есть, – вздохнул де Мельгар и одними глазами указал наверх. Высоко в небе, в резком и страшном сиянии солнца, плавала черная точка. – Если сунемся – сразу заметят.

– Может, это коршун!

– Коршуны так себя не ведут, – назидательно возразил он. – Все, возвращаемся. Не высовывайся!

Они отползли с открытого места и, добравшись до первой гряды камней, кое-как поднялись на ноги. Де Мельгар покачнулся. Кажется, он переоценил свои силы. «Мы слишком долго проторчали на солнце!» – с запоздалым раскаянием подумала Дийна. А до скал и спасительной тени было еще так далеко!

– Обопрись на меня, – предложила она, подставляя ему плечо.

В ответ послышалось недовольное бурчание:

– Еще чего.

– Если ты упадешь, я тебя не дотащу! – заволновалась она. Альваро был выше ее на полторы головы и куда тяжелее.

Он старался не наваливаться на нее всей тяжестью, но шатался и, похоже, вообще плохо видел, куда бредет. Ноги у Дийны вязли в песке, но она, сцепив зубы, упрямо делала шаг за шагом. Наконец, усадив Альваро в тень, девушка рухнула прямо на землю, хватая распухшими губами горячий воздух. Пить хотелось невыносимо. Руки сами достали флягу – воды в ней осталось совсем чуть-чуть. М-да, ситуация… Преодолев эгоистический порыв выхлебать все одним глотком, Дийна осторожно, по капле напоила Альваро. Тот сглотнул и снова пробормотал что-то неразборчивое, будто бредил. Лоб у него просто горел.

– Мне все-таки придется дойти до колодца, – сказала Дийна. Ее спутник ничего не ответил.

«Если он всерьез разболеется, нам конец!» Вода нужна была срочно. Искать драгоценную влагу в пересохшем русле реки не было ни сил, ни времени. И вообще, глупо заниматься такой ерундой, когда под боком есть целый колодец! Дийна с тоской посмотрела в ту сторону, откуда они только что приползли. Показалось, что ветер принес оттуда глоток прохлады. На зубах у нее скрипнул песок.

«Я быстро!» – решилась она наконец. Взяла две фляги. Потом покосилась на де Мельгара, неподвижно лежавшего у скалы.

А вдруг ее схватят? Вдруг он подумает, что она бросила его здесь, без помощи? Вдруг он очнется и станет ее искать? Если бы она могла оставить записку…

«Можно, конечно, его связать, но что-то мне кажется, это и в первый раз было не лучшей идеей!»

Она выбрала под скалой более-менее ровное место и вывела пальцем: «Скоро вернусь». Набегающий ветер шевелил песчинки. Дийна вздохнула. Не пройдет и четверти часа, как ее послание будет стерто.

В рюкзаке отыскался огрызок химического карандаша, которым когда-то – целую жизнь назад – она записывала результаты погодных наблюдений. Взяв Альваро за руку, Дийна нацарапала на тыльной стороне ладони: «я вернусь». Потом взяла фляги и вышла под палящее солнце.

Полуденный жар обрушился на нее, словно молот. В ушах зазвенело, сердце зачастило так, словно не билось, а вибрировало в груди. Каждый следующий шаг давался труднее, чем предыдущий. В голову будто вонзались раскаленные прутья. Дийна упорно шагала, стараясь держаться тропы, но колодец все не приближался. Он дрожал и расплывался в глазах, а потом и вовсе растаял. Она нерешительно остановилась. Тропу под ногами медленно заметал ветер.

«Это был просто мираж…» – подумала она отупело. Колени вдруг подогнулись, и Дийна села прямо в песок, обжегший ее сквозь одежду. От мысли, что придется ни с чем тащиться обратно, ее затошнило. Даже оглянуться сил не было. Скала, под которой остался Альваро, с тем же успехом могла находиться где-нибудь на Палмере. «Я не дойду». Закрыв глаза, Дийна чувствовала, что проваливается в обжигающее небытие.

«Похоже, пустыня все-таки победила».

Перед тем как окончательно отплыть от этого берега, она вдруг почувствовала, что огромная тень зависла над ней, заслонив полнеба. Чьи-то шаги прошуршали по песку, чьи-то руки встряхнули ее за плечи. Дийна застонала. Кто-то выругался рядом с ней очень знакомым сердитым голосом.

«Мартин? Не может быть. Я, наверное, сплю!»

Ей снилось, что она снова в колледже, в замке Эль Вьенто, сидит в зеленом саду под яблоней рядом с раненым Барригой, а сверху на них укоризненно смотрит Мартин, прилетевший верхом на огромной птице.

Дийна очнулась от свиста, за которым последовало равномерное постукивание паровой машины. В небо поднимался столб дыма. Под лопатками ощущались жесткие палубные доски; руки, связанные за спиной, затекли и болели. Носом она почти уткнулась в борт катера. «Интересно, сколько времени я была без сознания?» Края облаков были подсвечены розовым. Значит, уже почти вечер.

Повернув голову, она увидела Альваро – вернее, его ухо и спутанные темные волосы. Кажется, сбылись его худшие опасения! Их все-таки выследили, схватили и грубо бросили в катер, как мешки с углем. Кто бы их ни поймал, с пленниками он явно не церемонился. Неужели это действительно люди Дельгадо? Или фермеры? Дикие пустынные племена? Жаль, что она так мало знала об истории Фуэрте… и совсем ничего о том, что происходило на острове за последние три года.

«Если мы попались страже Дельгадо, тогда плохи наши дела!»

Из ее положения трудно было разглядеть похитителей. Дийна видела только на носу катера две крепкие спины и замотанные тряпками затылки. Если напрячь слух, то сквозь гул работающей машины можно было различить грубоватую речь:

– А все-таки двое суток они продержались! Значит, я выиграл!

– Иди ты со своими ставками! Чуть все дело нам не испортил. Вот подохнут они от жары – тогда будешь сам порхать перед баронскими «птичками»!

– Чего я-то сразу? Ты у нас главный летун…

– Жить захочешь – научишься! Эх, твою налево мышь…

Поморщившись, Дийна пошевелила связанными руками, но веревки были затянуты крепко. Из подслушанного разговора следовало, что у похитителей были на них какие-то планы… Голова гудела так, что думать получалось с трудом.

Неожиданно катер совершил поворот, и за бортом выросла огромная каменная стена в сияющей короне из закатных лучей. «Замок Олвера!» – с замиранием сердца поняла Дийна. Логово барона Дельгадо! Каменный исполин подавлял своей мощью. Катер проплыл через внешние укрепления и двинулся дальше, вписавшись в узкий проход между толстыми, исхлестанными ветром колоннами.

Эта крепость была идеальным местом для того, чтобы удерживать секреты внутри. Если с Дийной и Альваро что-то случится, их никогда не найдут. Нужно срочно что-то придумать!

Позади катера с лязгом упала решетка, такая тяжелая, что могла бы перебить спину медведю. У Дийны холодок пополз по коже: замок Олвера навевал ассоциации с гигантской каменной мышеловкой. От страха у девушки путались мысли. Один из наемников, спрыгнув на пристань, пришвартовал катер. Второй, грубо встряхнув Дийну, выволок ее на твердую землю. Пленников отвели в какую-то тесную конуру – лишь самую малость просторнее той щели, в которой им недавно пришлось ночевать.

После яркого света пустыни здесь было темно, как в пещере. Зато им развязали руки и даже выдали по плошке воды. Альваро немного пришел в себя. Он казался таким растерянным, что солдаты Дельгадо должны были совершенно убедиться в его безобидности. Скорее всего, именно на это он и рассчитывал. Перехватив взгляд Дийны, Альваро еле заметно шевельнул бровью, подавая условный знак: «Не лезь на рожон». От этого жеста ее захлестнуло теплой волной. Вдруг вспомнился Кастильо дель Вьенто, представлявшийся теперь далеким, безопасным убежищем. Вот бы сейчас вернуться туда! Она бы с радостью обняла Саину, Транкилью, донью Лусию – вообще всех, даже сеньору ди Кобро!

Вместо этого их ждала аудиенция у барона. Дийна опомниться не успела, как те же наемники, что были в катере, вывели их из каморки и снова потащили куда-то по узким и гулким переходам. Топология замка Олвера была поистине непредсказуемой. Наконец они оказались в просторной комнате с колоннами, потолок которой терялся где-то в вечерних сумерках. Здесь было прохладно. Замок строили со знанием дела, планируя расположение комнат таким образом, чтобы ветер выдувал из них пустынный зной. Толстые колонны и строгие арки, возведенные в традициях сурового аскетизма, резко контрастировали с аляпистыми драпировками, цветными коврами и разномастной, плохо сочетавшейся мебелью. «Барон явно любит всякие безделушки, – подумала Дийна. – Все эти ажурные столики, напольные вазы, вышитые подушки и прочую пестроту…»

Сам барон Дельгадо восседал в кожаном кресле у длинного ряда окон, любуясь блеском камней в своих многочисленных перстнях. Замок Олвера стоял так высоко, что никаких строений снаружи не было видно. За окнами простиралось сплошное небо, перечеркнутое вдалеке лиловой линией горизонта.

На одутловатом лице сеньора Дельгадо выделялся массивный нос. Маленькие проницательные глазки утопали в рыхлых щеках, как изюм в мягкой булке. Он был одет в черную рубашку, широкие шальвары и черный с искрой бурнус, богато вышитый золотом. Черный и золотой являлись клановыми цветами Дельгадо. Вычурный костюм барона был, возможно, уместен в пустыне, хотя где-нибудь на Аррибе он вызвал бы изумление местных модников. В общем, дон Мигель Дельгадо оказался настолько похож на чванливого феодала, кичащегося своим богатством, что это выглядело даже карикатурно. В нынешнее время подобный образ можно встретить разве что на страницах бульварных романов!

«Интересно, что кроется за этой маской…» На первый взгляд барон производил впечатление человека, которому нельзя было доверить даже кошку.

Оглядев измученных жарой пленников, сеньор Дельгадо брезгливо хрюкнул:

– Кто такие?

– Студенты, – пожал плечами Альваро.

Барон проигнорировал его ответ, вперившись тяжелым взглядом в охранников:

– На кой ляд вы их сюда притащили?

– Они прилетели на джунте, – объяснил тот из наемников, который был за старшего. – Мы засекли их в пустыне два дня назад. Вы же говорили, что вам нужны опытные воланте…

– Да, а брат этой девки – самый ловкий летун на Керро, – угодливо закивал второй. – Динамит его звать. Любой груз протащит мимо таможни, так что ни один сбир даже ухом не поведет! Я, как увидел ее вблизи, так сразу про него вспомнил. Одно лицо!

«Ах ты, крысеныш!» – со злостью подумала Дийна. Теперь она тоже вспомнила этот гнусавый голос. Как-то раз этот парень принимал у нее товар вместе с Фернаном Перро. Еще торговался, гад! А теперь, значит, перебрался на Фуэрте, под руку барона Дельгадо…

Наемник торжествующе посмотрел на нее, и Дийна украдкой сложила пальцами знак, принятый у контрабандистов: «если не укоротишь язык – сдохнешь в ущелье Муэрто!» Парень поперхнулся смешком, совсем как в их прошлую встречу. Она почувствовала мелочное удовлетворение. Хотя, конечно, не в ее положении ему угрожать. Их с Альваро жизни сами висели на волоске.

Настороженную тишину прервали скрипучие звуки: барон смеялся. Он тяжело поднялся из кресла – грузный, медлительный. Утопленные под бровями глаза цепко следили за Дийной:

– Брат, говоришь?

Не торопясь, подошел поближе. Дийна попятилась. Вдруг, размахнувшись, Дельгадо нанес удар – только перстни колюче сверкнули перед глазами. Его кулак на волос разминулся с ее щекой. Девушка успела отшатнуться, изогнувшись, как кошка. Сзади послышался вскрик Альваро и глухой стук. Миг – и державший его охранник вытянулся на полу. Зато другой стражник, не растерявшись, успел угостить буйного пленника ударом под дых, а потом еще пнул сапогом для острастки.

Барон даже не соизволил обернуться на шум. Он разглядывал Дийну и ухмылялся.

– Сдается мне, что посылать за Динамитом на Керро нам не придется, э? – промурчал он, довольный, как кот. Насмотревшись, несильно толкнул девушку в грудь, отшвырнув в руки стражника: – Эта сгодится. У нее реакция, как у воланте… Ну а ты, герой, – насмешливо спросил барон, обернувшись к Альваро, который с трудом приподнялся, хватая ртом воздух, – справишься с лодкой?

– Справлюсь, – зло выплюнул тот.

Дельгадо потер ладони и снова с достоинством устроился в кресле.

– Накормить и запереть, – повелительно махнул он своим людям. – Главное, чтобы завтра были живы!

Чрево замка представляло собой каменный лабиринт, рассеченный узкими коридорами. Дийна не запомнила, куда их вели. Да и какой в этом смысл? Ее охватила апатия. В душе смешивалось облегчение от того, что их не убили прямо на месте, и страх, вызванный неизвестностью: что будет завтра? Наемники дона Дельгадо определенно не страдали от излишнего альтруизма. Если они пощадили пленников, то наверняка ради какого-нибудь издевательства, по сравнению с которым смерть в пустыне показалась бы лучшим выходом.

Даже стены здесь излучали угрозу, и сам замок Олвера казался Дийне чудовищем, пожирающим своих случайных гостей. Воображение невольно подсказывало, что они уже миновали пищевод этого монстра, прошли через все извивы его желудка и сейчас приближались к кишечнику. Наконец старший наемник остановился. Его целью оказалась низкая дверь, утопленная в толще стены. «Надеюсь, это конечный пункт!» – подумала Дийна почти без сил. Она задыхалась от духоты и беспокоилась за Альваро, который уже четыре раза споткнулся. Бывший контрабандист, замыкавший процессию, тычками подгонял его в спину.

Пленников втолкнули в темную камеру, после чего дверь с резким звуком захлопнулась. Напоследок «крысеныш» не отказал себе в удовольствии съездить Альваро по раненой скуле. Проскрежетал замок, и пленники остались одни.

Комнатка была мрачной и узкой, как пенал. Высоко в стене светлело окно, из которого падали слабые рыжеватые лучи. Они тускнели с каждой минутой – в пустыне ночь наступает быстро. Всю обстановку составляли два грубо сколоченных топчана, прикрытые соломой. На полу стоял глиняный кувшин, в котором что-то плескалось. Дийна понюхала – вроде вода. Потом осторожно покатала жидкость на языке – точно вода, без всякой отравы. Прохладная даже. Тогда она передала кувшин Альваро.

– Он нарочно тебя ударил! – сказала она с возмущением.

Де Мельгар с удовольствием напился, вытер губы:

– Ну разумеется. Человек с таким малолитражным мозгом, как у него, не способен удержаться от примитивного доминирования!

– Ты бы потише рассуждал о его мозгах, – предупредила она. – Наверняка нас оставили вдвоем не просто так! Подслушивают, поди.

– Скорее всего.

Оторвав полосу ткани от своей многострадальной рубашки, Альваро намочил ее водой из кувшина, приложил к ране и скривился.

– Больно? – сочувственно спросила Дийна, но тут же заметила, что он кривился не от боли, а от сдержанного смеха.

– Контрабандистка! – фыркнул Альваро и, не выдержав, расхохотался. – Ну ты даешь! Чего я еще о тебе не знаю? – Плюхнувшись на лежанку, он похлопал ладонью, приглашая ее сесть рядом: – Расскажи, пока я не лопнул от любопытства. Как тебя угораздило?

Несмотря на плен, голод и завтрашнюю угрозу, его голос как-то успокаивал. Прогонял колючий озноб, заставлявший ее дрожать в темноте. Дийна вздохнула:

– С чего все началось, ты уже знаешь. Когда на нас напали в горах, отца сразу убили. Маму… не знаю. Не видела. Я сбежала. Так испугалась, что вообще не помнила, куда бегу. Гаспар спас меня. Увез с острова. Научил управлять джунтой. Он занимался торговлей, продавал… всякие вещи.

– Контрабандой промышлял то есть.

– Ну да.

– И заставлял тебя развозить грузы.

– Да.

– И где сейчас этот почтенный господин? – спросил де Мельгар внезапно похолодевшим голосом.

– Умер.

– Повезло ему.

Они помолчали. Дийна сглотнула, пытаясь загнать страх как можно глубже. И все-таки, что их ждет? От этих мыслей трудно было отделаться.

– Мне страшно, – прошептала она.

Альваро смущенно кашлянул:

– Из меня плохой утешитель… прости.

– Хороший.

Она всхлипнула. Лицу было щекотно от слез. Хорошо, что здесь хотя бы темно. Не так стыдно. Де Мельгар ощупью нашел ее руку, осторожно сжал пальцы.

– Ничего, разберемся. Главное – постарайся держаться рядом. Нам дадут лодки, – наклонившись, шепнул он ей в волосы. – Это шанс.

– Я понимаю.

– Тебе бы выспаться. Завтра нам понадобятся все силы.

– Да. Я сейчас.

Она просто не могла заставить себя уйти. Ей до боли нужен был живой человек рядом, чтобы разделить с ним страх, отчаяние и надежду. От Альваро словно исходила уверенность, которой ей так не хватало. В конце концов Дийна заснула, держа его за руку. Де Мельгар сидел неподвижно, стараясь не потревожить ее, и долго смотрел в темноту.

Ночью ей снилось, что они снова прячутся в скалах от преследующего их катера и ее спину сквозь рубашку обжигают горячие камни. Утром оказалось, что это был не камень, а Альваро, которого снова мучила лихорадка. Дийна, проснувшись, потрогала его лоб – и ее вихрем снесло с лежанки. Де Мельгар не очнулся, когда она обтерла ему лицо влажной тканью. Он не очнулся, даже когда она попыталась его напоить. Испугавшись не на шутку, девушка требовательно забарабанила в дверь, но, как назло, все стражники куда-то исчезли. Пропади они пропадом! Куда все подевались, когда они так нужны?! От злости у нее даже страх испарился.

Наконец, когда снаружи совсем посветлело, за дверью послышался скрежет. Кто-то соизволил их навестить! Это оказался не тот «крысеныш», который насмехался над Дийной, а другой стражник, постарше. Он, насвистывая, распахнул дверь – и попятился, когда она фурией набросилась на него:

– Моему другу нужен доктор, срочно!

– Отвали, – цыкнул стражник. – Такого приказа не было!

– Если не приведешь доктора – будешь сам сегодня летать на джунте вместо него! – пригрозила Дийна, показав на постель. Очень кстати всплыл в памяти подслушанный в катере разговор.

Охранник мазнул по ней безразличным взглядом, забрал пустой кувшин и удалился, нарочито ступая вразвалку, чтобы максимально продемонстрировать презрение. Однако угроза, очевидно, возымела свое действие, так как вскоре он вернулся в сопровождении другого мужчины: немолодого, с худощавым умным лицом. В отличие от других наемников, доктор был одет как нормальный человек, в легкий парусиновый костюм. В руке он нес кожаный саквояж. При виде тесной вонючей каморки его брови сдвинулись:

– Не самое подходящее место для больного.

Потом он увидел Дийну, и на его лице отразилось недоумение. Ей показалось даже, что в глазах мужчины блеснуло что-то вроде сочувствия. Найти поддержку в этом грязном бандитском притоне было так неожиданно, что она чуть не расплакалась. Доктор осмотрел больного, послушал его, уделил особое внимание ране, осторожно прикасаясь к воспаленным краям, и снова нахмурился.

– Принеси кипяченой воды, – приказал он охраннику.

Тот зло покосился на Дийну. Ему явно претила роль мальчика на побегушках. Отлепившись от косяка, он неторопливо двинулся к двери, а когда Дийна отступила в угол, твердо намереваясь остаться до конца осмотра, отвесил ей подзатыльник:

– Ну, а ты чего тут застряла? Давай на выход. Посмотрим, на что ты способна.

В коридоре ее передали другому стражнику, который повел ее длинными лестницами куда-то наверх, к одному из наружных выходов. За очередным поворотом из темной каменной щели плеснуло светом. Дийна с наслаждением вдохнула прохладный воздух, такой приятный после духоты их каморки. Глаз отдыхал на розовато-коричневых просторах пустыни, чуть подкрашенных светом восходящего солнца. Сейчас, когда пустыня не пыталась ее убить, она казалась даже красивой. Здесь пахло ветром и камнем. Это был чистый, сухой, правильный запах. Запах пустоты, одиночества… и свободы.

Стражник не дал ей расслабиться, сунув в руки разобранную джунту. Они стояли на открытой летной площадке, отделенной от коридора прочной железной решеткой. Вид отсюда открывался волшебный: ровная долина, на которой, словно застывшее войско, в беспорядке теснились высокие каменные столбы. За спиной у Дийны вздымалась махина замка, выраставшая из скалы. Эта терраса, очевидно, предназначалась для легких воларовых лодок и катеров.

Она подумала, что Альваро был прав: вот он, шанс! Она стоит на открытой террасе с джунтой в руках. Будь Дийна здесь одна, натянула бы парус, скользнула в поток – и поминай как звали! Ни один «утюг» (как воланте пренебрежительно называли тяжелые катера) не сумел бы ее догнать!

Дрожа от волнения, Дийна принялась готовить лодку к полету. Стражник усмехнулся недобро, будто прочитав ее мысли:

– Хочешь сбежать – валяй. Поиграем в догонялки в пустыне. Только не обессудь, твоему дружку придется за это ответить. Спустим с него шкуру и на барабан натянем. Хоть какое-то развлечение!

– Я не сбегу, – хмуро пообещала она.

Лодка была далеко не такой удобной, как «Рисуэнья», но вполне на ходу. И на том спасибо. Дийна придирчиво осмотрела тросы, настроила гик под свой маленький рост. Все стражники в замке были рослыми, как на подбор. Здоровенные лоси! Она чувствовала себя среди них, как в лесу.

Интересно, что нужно от нее барону Дельгадо? Может, он желает, чтобы она обучала полетам его людей? Она занималась этим в Эль Вьенто, но таких «подопечных» у нее еще не было. Тяжелая публика.

Дийна вынесла готовую лодку на край площадки и спросила:

– Что дальше?

Всем своим видом она давала понять, что не собирается своевольничать. Было страшно за Альваро, оставшегося где-то в недрах замка. Он, конечно, любил иногда щегольнуть своей неуязвимостью, но в таком состоянии вряд ли сумел бы себя защитить.

– Готова? – не без ехидства спросил охранник, ныряя обратно за решетку. – Тогда лети!

Он указал наверх, и Дийна, обернувшись, посмотрела туда же. Часть скалы вдруг ожила, развернув широкие крылья. Словно огромная туча внезапно возникла над замком. От удивления Дийна едва не выпустила парус из рук.

«Это же… это…»

Дракон! Никогда, в самых смелых своих фантазиях она не могла представить себе такое чудовище. Тяжело хлопая крыльями, дракон поднимался в небо. За ним вился по воздуху длинный хвост.

Стражник, отступив в безопасный коридор, что-то кричал, пытаясь согнать ее с места. Захлопнув рот, Дийна очнулась, вцепилась в гик и столкнула джунту с террасы. Волны флайра подхватили ее, унося прочь от замка. Ее руки привычно ловили ветер, но страх – вернее, парализующий ужас – заставлял постоянно оглядываться. А дракон тем временем приближался…

«Господи, как от него вообще можно сбежать?!» Это существо было рождено, чтобы править ветром! Несмотря на все старания Дийны, густая тень вскоре нависла над лодкой, а мощные когти едва не порвали парус. Она увернулась в последний момент! Спину обдало горячим дыханием. Обмирая от страха, Дийна резко перебросила парус. Лодку развернуло, а дракона по инерции пронесло мимо. Прямо перед глазами пронесся гигантский хвост.

«Один удар таким хвостом по мачте – и мне конец. Нужно измотать его! – стучало в мозгу. – О, помоги мне, Тревизо! Дракон в сотни раз тяжелее джунты. Он не сможет поворачивать так быстро, как я!»

Оказалось, что может. Дракон только с виду казался неповоротливой тушей. Когда ему было нужно, он двигался так стремительно, что мог бы поджечь воздух. Дийна летела, петляя то вправо, то влево, кружа между торчащими скалами. Чудовище не отставало. Ее руки, ослабевшие после пустыни, уже не могли удерживать парус. Эта лодка была не чета «Рисуэнье», откликавшейся на малейшее движение пальцев. Шею холодило от пота, девушка вся взмокла, как мышь под метлой, но дракон упорно ее догонял.

«Нет, таким образом от него не уйти! А если наверх? Интересно, как высоко он способен подняться? Вдруг я смогу оторваться от него в вышине?»

Тем временем они снова приблизились к замковым скалам, и внезапно дракон, которому надоело гоняться за шустрой добычей, рванул ей наперерез. Дийна завизжала. Она могла уклониться, но вместо этого, чуть не плача от ярости и бессилия, нацелила острый нос лодки в прямо в желтый глаз. Дракон, очумев, прянул в сторону и замотал головой. Поток ветра от хлещущих крыльев закружил лодку, швырнув ее вниз. Дийна кубарем полетела в песок.

В глазах завертелась рыже-красная карусель. Встряхнув головой, девушка в панике попыталась опереться на руки, но они предательски дрожали. «Только бы он не плюхнулся на меня сверху!» Совсем рядом, взрыхлив песок, впечатались в землю две когтистые лапы. Дийна зажмурилась, ожидая удара. Ничего не случилось. Приоткрыв один глаз, она осторожно покосилась на дышащий драконий бок, похожий на бронзово-золотой ковер. Почему дракон не нападает? Слишком сытый, что ли?

Неожиданно кто-то лихо соскользнул с самого верха драконьей спины. До сих пор Дийна и не подозревала, что у дракона был всадник. Совсем молодой парень, ростом едва ли выше ее, в свободной светлой рубашке и брюках, заправленных в невысокие сапоги.

– Ты его напугала! – обвиняюще крикнул он, стянув с головы легкий бронзовый шлем. Русые, коротко стриженные волосы разметались от ветра. Вид у него был очень воинственный.

От абсурдности его замечания Дийну пробил нервный смех.

– А ну отойди от нее! – грозно прозвучало неподалеку.

Из прохода между скалами показался Альваро в сопровождении стражника. Дийна глазам своим не поверила. Час назад она оставила его в камере еле живого! Тем не менее де Мельгар выглядел очень сурово – да что там, просто испепеляюще, несмотря на слабость и лихорадку. Охранник, едва поспевавший за ним, имел обалдевший вид.

– Ты цела? – спросил Альваро, помогая Дийне подняться на ноги. Она только молча кивнула, стараясь потише стучать зубами. У нее внутри все еще стыло после пережитого ужаса.

– Это д-дракон. Настоящий, – попыталась она сказать.

– Вижу.

Де Мельгар покосился на бронзового гиганта и против воли восхищенно присвистнул:

– Очешуеть!

– Рохо еще молодой, ему двадцать лет всего! – снова вмешался всадник, гневно блестя голубыми глазами. Парень так походил на Мартина, когда тот ругал ее из-за Барриги, что Дийне снова стало смешно.

«Наверное, от нервов мерещится всякое», – подумала она.

– На молодого дракона нельзя кричать! А эта вопила как оглашенная! У меня глаза чуть не лопнули!

Де Мельгар, не мигая, уставился на всадника. Длинный плащ – вероятно, одолженный у охранника – закрутился вокруг него темным водоворотом. Под его давящим взглядом всадник смешался и как-то притих.

– То есть вы использовали девушку как приманку? – В словах Альваро сквозил тот же холод. Всадник смутился еще сильнее:

– Ну, она должна была просто покружить по равнине, чтобы Рохо научился преследовать цель. Драконы не привыкли охотиться на то, что летает, а нам нужно как-то защищать остров от самолетов Альянса. Рохо из всех вообще самый неопытный. С чего ей вообще приспичило его атаковать? Да еще на первом занятии! Теперь он даже от катеров шарахаться будет!

Все посмотрели на дракона. Тот был полностью занят собой. Бронзовые пластины чешуи лоснились и сверкали на солнце. Втягивая ноздрями воздух, Рохо обнюхивал скалу, слизывая с камней радужные блестки флайра, и совершенно не производил впечатления существа, только что получившего тяжелую психотравму.

– А Дийне ты не объяснил, в чем заключается ее миссия? – едко спросил Альваро.

– Я-то нет, но стражники должны были объяснить!

Взглянув наверх, Дийна убедилась, что угрюмый охранник, притащивший ее на террасу, уже предусмотрительно скрылся. «Поди, вдоволь позабавился, наблюдая, как я улепетываю от дракона!» – подумала она со злостью. Рохо вдруг фыркнул и встрепенулся, заставив ее снова занервничать.

– Чем же вы его кормите? – вырвалось у Альваро, пока он очарованно наблюдал за бронированным чудовищем. Дракон даже на земле ухитрялся выглядеть грациозно.

– Человеческими жертвами, наверное, – буркнула Дийна. Страх понемногу отпускал, и теперь на нее навалилась усталость.

– Ничего подобного! – возмутился всадник. – Организм дракона может усвоить любую органику, но Рохо не людоед! Вообще, драконы живут в основном за счет флайра.

– А сколько он может продержаться в воздухе? – с любопытством продолжал расспрашивать Альваро. – А груз сможет поднять? Сколько – полтонны? Или больше?

«Они оба чокнутые!» – в сердцах решила Дийна и присела на камень, воспользовавшись передышкой. Собеседники, казалось, забыли о ней, увлеченно обсуждая летные характеристики драконов и проблемы их «технического» обслуживания.

– Меня, кстати, Марио зовут. А тебя? – спросил всадник.

– Ал, – после легкой заминки выдал Альваро. – А ее – Дийна.

Марио покосился на ее измученное лицо, и в его глазах мелькнул проблеск вины.

– Не знаю, что вам наболтали охранники, но я действительно рад, что вы согласились помочь! Обстановка и так хуже некуда, а теперь, после ультиматума, «гости» из Альянса могут нагрянуть сюда в любую минуту!

Альваро прикипел к месту.

– Какого еще… ультиматума?

– А то вы не знаете! Альянс предъявил права на острова «восточной дуги»: Ланферро, Аррибу, Фуэрте и Керро. На Континенте вдруг вспомнили, что когда-то давно, когда Архипелаг был еще частью подводной гряды, эти острова принадлежали королевству Эстуро, входящему в состав Альянса.

– Спохватились! – фыркнула Дийна.

– Директория, естественно, возразила против такой беспардонной аннексии. Тогда Альянс выслал аэропланы к Аррибе. Эскадру разведчиков. Для демонстрации своих намерений, видимо.

Дийна с Альваро переглянулись. Вот это новость! Когда же это случилось? Озарение пришло к ним одновременно: они слишком долго проторчали возле Ланферро. Сильное поле флайра вызывало искажение времени. Сколько дней они потеряли, пока их носило в магической буре?! Что сейчас происходит на Керро? Что стало с Дейзи? И с остальными?

Их обескураженные лица удивили Марио:

– Да откуда вы свалились, что не знаете этого? К тому же это еще не все. Говорят, разведчики Альянса убили наследника де Мельгаров. Или с парнем приключился несчастный случай, не знаю. Он пропал без вести как раз во время налета. Теперь Сильбандо настроен очень воинственно! Когда «фениксы» Альянса во второй раз заявились к нам в гости, дон Франциско взял и сбил два из них. Что тут было! Директория в обмороке, остальная Арриба в полном восторге! Наконец-то хоть кто-то сумел дать отпор этим континенталам! Теперь сенаторы точно не смогут по-тихому подписать какое-нибудь соглашение, такого плевка в рожу Альянс нам не простит…

– Когда это произошло? – быстро спросила Дийна, так как Альваро, казалось, напрочь утратил дар речи.

– Месяц назад.

Месяц! Ей стало нехорошо. Целый месяц их жизни пропал в борьбе с магическим штормом! Похоже, ситуация на Архипелаге за это время здорово изменилась.

Ей ужасно хотелось поговорить с де Мельгаром, и Дийна едва могла дождаться, пока охранник провожал их обратно в камеру. В присутствии посторонних Альваро держался с ней очень заботливо, но как только за ними захлопнулась дверь, вся его дружеская теплота тут же исчезла.

– Я же говорил, что нам нужно держаться вместе! – зашипел он, как кобра. – Ну куда ты вечно лезешь одна?! Почему ты меня не разбудила?

От такого несправедливого упрека она просто опешила.

– Да ты еле живой был! Какие уж тут полеты? Я удивляюсь, что ты вообще на ногах держишься!

Она слегка подтолкнула его в сторону лежанки, но де Мельгар стоял, как стена.

– Ты боялась, что я улечу без тебя? – тихо спросил он, заставив ее задохнуться от злости. Она никогда бы так про него не подумала!

– Нет, конечно! Ты что!

Он был предельно серьезен.

– Слушай, я тебя здесь не брошу. Клянусь.

Дийне казалось, что она сейчас просто взорвется. Обида и страх, измучившие ее за последние дни, забурлили вдруг с новой силой. Слова де Мельгара сыграли роль штопора.

– Вот уж спасибо! – вспылила она. – Между прочим, мы застряли здесь именно из-за тебя! Если бы ты не помешал мне тогда, я была бы уже на Ланферро! Никто не просил тебя вмешиваться! Я вообще не понимаю…

– Что? – сощурился Альваро. Его глаза почернели.

«Если бы не я, ты была бы уже мертва!» – чуть не вырвалось у него, но он вовремя прикусил язык. Такие вещи нельзя обрушивать на человека с бухты-барахты. Нужна хоть какая-то моральная подготовка!

Вспышка гнева у Дийны погасла так же быстро, как началась. Какой смысл им ссориться? Они сейчас в одной лодке. Вздохнув, она отошла подальше и плюхнулась на топчан.

– Извини. Просто навалилось все сразу! На твоем месте я, наверное, тоже попыталась бы меня остановить.

Де Мельгар сел напротив. Дийна подумала, что он выглядит странно задумчивым. Ей хотелось объясниться:

– Просто ты так настойчиво тащил меня на Сильбандо, что я запаниковала и… вот. Никто не виноват, что так получилось.

– Ну да. Понимаю.

Она с тоской посмотрела наверх, на полосу света, падавшую между ними.

– Иногда я думаю: с какого момента что-то пошло не так? Где я ошиблась? Знаешь, для чего я на самом деле устроилась в колледж? Мне хотелось найти Эспиро. Да, тот самый легендарный ветер, возвращающий в прошлое. Можешь смеяться. Мойзесу вон тоже было смешно. Я надеялась, что найду Эспиро и смогу вернуться на Ланферро до того, как… в общем, до покушения. Я могла бы предупредить отца… Тогда всего этого ужаса не случилось бы.

На лице у Альваро появилось странное выражение.

– Я и не думал смеяться, – ответил он наконец.

Ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. От мысли, что он только что чуть не проболтался Дийне насчет Эспиро, его обдало жаром. Значит, вот что она искала в Эль Вьенто!

«Если я хоть словом заикнусь ей о храме, спрятанном на Палмере, она тут же устремится туда, как лемминг к обрыву, и даже барон Дельгадо со всеми его драконами не сможет ей помешать! Неужели я спас ее только для того, чтобы отпустить в ту мрачную чумную нору? Да ни за что!»

Отец был прав: Эспиро – это плохой вариант. Они найдут другой способ. Должен существовать другой способ помочь Ланферро!

Наклонившись, он тронул Дийну за руку.

– Не волнуйся. Мы выберемся отсюда. Этот Марио, кажется, неплохой парень. Может, мы сумеем договориться.

Она грустно посмотрела на него. Большие серые глаза, казалось, внимательно изучали каждую черточку его лица.

– Тебе проще было бы выбраться одному, – шепнула она.

– Даже не начинай.

– Я серьезно! Тебе срочно нужно вернуться, пока твой отец в одиночку не объявил войну Альянсу!

Альваро выпустил ее руку и рывком поднялся. Да уж, новости с Сильбандо его потрясли. Если бы он только мог послать родителям весточку!

– Тебе нужно поговорить с бароном Дельгадо, – настаивала Дийна. – Дон Франциско должен узнать, что ты жив!

– Ага, и Дельгадо стребует с отца половину графства, если он захочет получить меня целиком, а не по частям, – хмыкнул Альваро. – Хрен ему! Перебьется.

Она страдальчески подняла глаза к потолку.

– Да ты уже сто раз себя выдал! Своими манерами, поведением… буквально всем!

Альваро потянулся к кувшину, но тот был пуст.

– Проклятье! – Шарахнув кулаком в дверь, он сунул появившемуся охраннику пустой кувшин и коротко приказал: – Воды!

Парень механически взял кувшин, невольно выпрямившись, и едва не отдал честь. Потом спохватился и грохнул дверью – в отместку. Дийна зажала рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос.

– Вот-вот! О чем я и говорю! Видел бы ты себя утром! Когда ты явился со стражником на учебный плац, непонятно было, кто из вас кого конвоировал! Твоя легенда и так уже трещит по швам. Чтоб ты знал, контрабандисты не заступаются за своих компаньонов, когда им самим грозят крупные неприятности. И не командуют собственными охранниками!

– Может, я просто нервный…

– Нервные контрабандисты долго не живут.

В дверь постучали, заставив их обоих испуганно умолкнуть. Дийна обеспокоилась не на шутку. Где это видано, чтобы тюремщик стучался, прежде чем вломиться в камеру узника?!

– Да, вот это действительно странно, – заметил Альваро.

Однако в каморку вошел не стражник, а Марио, протянувший Дийне какую-то железную банку.

– Ну и хоромы! – ухмыльнулся он с порога, скептически оглядев убогое помещение. – Неужели сеньор Лобо не нашел ничего получше? Ладно, этот вопрос мы решим. Лобо – это наш комендант, – пояснил он молчавшим пленникам. – Нормальный мужик, только чувство юмора у него отсутствует начисто, так что его лучше не злить.

В банке оказалась зеленоватая мазь с резким и свежим запахом.

– Это для тебя, – пояснил Марио, обернувшись к Альваро. – Раны хорошо заживляет. Я обычно лечу ей драконов, особенно Рохо. Он молодой, любопытный, всюду лезет и ранится постоянно, балбес!

Рука Альваро, протянутая к банке, повисла в воздухе.

– Драконов, говоришь? А у меня чешуя от нее не вырастет?

– Без понятия. – Марио беспечно пожал плечами. – По мне, так лучше чешуя, чем гангрена. Ты, главное, в глаз ее не пихай, а то окривеешь.

– Давай лучше я! – встревожилась Дийна. Набрала мазь на палец и осторожно притронулась к его щеке.

Их лица почти соприкоснулись. На Дийну внезапно напало смущение. Еще никогда они не были так близко, лицом к лицу – ну, кроме того случая, когда она чуть не сбила его лодкой и грозила утопить в Океане. Альваро усмехнулся краешком губ, словно тоже вспомнил то утро в оливковой роще. Собственные пальцы вдруг показались Дийне ужасно неловкими. Она со страхом ждала какой-нибудь шуточки, которую точно не сможет простить – де Мельгар своим змеиным языком умел отбрить кого угодно. Вместо этого он молча опустил глаза, так что тень от ресниц легла на щеки.

Кажется, они оба смутились.

– Эй, я все еще здесь, – счел нужным напомнить Марио. – Еще миг, и я исчезну с вашего романтического горизонта. Дядя приказал привести вас на ужин. Обоих.

– Он хочет сам нас сожрать или скормит драконам? – сострил де Мельгар.

– Не смешно.

– А твой дядя тоже служит в замке? – спросила Дийна, завинчивая крышку банки и стараясь не встречаться взглядом с Альваро.

– Мой дядя – барон Дельгадо. – В голосе Марио слышалось легкое удивление. Мол, как можно гостить в замке и не знать, кто его хозяева?

У Дийны чуть банка из рук не выпала. Ничего себе! Значит, Марио – племянник самого сеньора Дельгадо?! Она подумала, что вопреки известной поговорке иногда яблочко от яблони падает очень далеко. Очень.

Остров Фуэрте, замок Олвера

Остров Керро, Кастильо дель Вьенто

Остров Фуэрте, замок Олвера

Остров Керро, Кастильо Вьенто

Остров Фуэрте, замок Олвера

Одиночные скалы в пустыне казались спинами спящих драконов, расположившихся на ночлег вокруг замка. Небо постепенно теряло фиолетовую густоту – приближался рассвет. Дийна, вздохнув, отошла от окна.

Она сама не могла понять, что ее так тревожило, но с самого утра ее преследовало томительное, гнетущее ощущение. Будто где-то случилось что-то плохое, и предчувствие беды от этого события волнами расходилось по флайру. В окружающем воздухе что-то было ужасно не так.

Против ожиданий, Альваро с пониманием отнесся к ее завихрениям:

– Ты что-то чувствуешь? Может, твой талант интуита наконец-то проснулся? Давно бы пора, кстати!

– Нет, он давно уже засох в пустыне! – сердито ответила Дийна.

Дался ему этот талант!

После некоторых событий, случившихся в колледже, Альваро стал считать ее интуитом – одним из тех людей, которые настолько тонко чувствуют колебания флайра, что способны даже предугадать вероятное будущее. Говорят, что интуит всегда успеет отойти в сторону, прежде чем на его место обрушится кусок скалы.

Дийна относилась к этому скептически. Действительно, несколько раз ей удалось предвидеть грозившую опасность, ну и что? Это вполне могло быть случайностью. Если Альваро прав, то куда, интересно, подевалась ее хваленая интуиция, когда она поперлась к колодцу и попала прямо в засаду? Или когда Вортис чуть не слопал ее на завтрак?

«Дело не во мне. Просто ветер сегодня странный. Он пахнет дымом и горячим железом».

Даже Рохо заметил ее нервозность. У него в животе что-то сочувственно пробурчало, а потом он осторожно подтолкнул Дийну к скале, предлагая вместе полакомиться флайром. Выйдя на террасу, Альваро сделал знак Марио, отозвав его в сторону:

– Слушай, возьми сегодня Дийну с собой. Ей будет полезно побыть в шкуре преследователя, посмотреть на тренировки с другого ракурса, так сказать.

– То есть с драконьей спины?

– Ну да. А я полечу на джунте. Гонка получится – будь здоров!

– А она согласится?

Дийна, краем уха слышавшая их разговор, хотела сразу ответить «нет». Но потом посмотрела на Рохо, чья дружелюбная морда размером с хороший сундук косилась на нее с высоты… Перевела взгляд на Марио, державшего под мышкой бронзовый шлем. Он улыбнулся так искренне, что ее губы тоже невольно растянулись в улыбке.

– Это будет здорово, вот увидишь! Тебе понравится!

– Ладно, уговорили.

Цепляясь за ремни, она с помощью Марио забралась наверх. Драконий хребет оказался бугристым и жестким. Сидеть на нем было примерно так же «удобно», как на куче вешалок. Дийна кое-как умостилась позади седла, на том месте, где обычно перевозили тюки с грузом. Марио пристегнул ее ремнями для подстраховки, потом натянул шлем и схватился за переднюю луку.

– Поехали!

Взмах тяжелых кожистых крыльев разметал песок, в лицо им ударили теплые вихри. Дракон резко поднялся в небо. У Дийны желудок подпрыгнул к горлу, когда она увидела под крылом зубцы замковых башен. «Да, это тебе не джунта! – восхитилась она. – У дракона скороподъемность гораздо круче! Главное – не выплюнуть бы свой завтрак прямо на физиономии задравших головы стражников…»

К драконьему стилю полета нужно было привыкнуть. Иногда Рохо планировал, паря на широких крыльях, а потом вдруг стрелой устремлялся ввысь или падал свечкой, отчего сердце у Дийны проваливалось прямо в коленки. Постепенно она приспособилась и даже начала получать удовольствие от полета: от широкой панорамы неба, развернувшейся вокруг них, от прохладного ветра в лицо, от скорости… Марио, обернувшись, прокричал ей что-то с улыбкой.

Вскоре их обогнала джунта, ловко проскользнувшая над драконьим крылом. Альваро проскочил мимо, как молния, и весело помахал рукой – догоняйте, мол.

– Давай в Ойо Бланко! – крикнул Марио так громко, что на этот раз Дийна его услышала. Альваро кивнул. Его лодка, совершив пируэт, направилась на восток.

Ойо Бланко представляла собой небольшую долину, отделенную от Олверы горной грядой. За последнюю неделю драконам надоело кружить на одном и том же пятачке перед замком, поэтому Дийна и Рохо во время тренировок часто забирались подальше, заодно изучая окрестности.

Оранжевый парус дразняще скользил у них перед носом. Альваро предусмотрительно держался наветренного склона, затем поймал восходящий поток и резко ускорился, снова оставив Рохо ни с чем. Дийна готова была поклясться, что дракон досадливо заурчал. Вдруг Рохо замедлил ход и насторожился, потеряв к преследованию всякий интерес. Марио похлопал его по шее:

– Ну чего ты? Давай! Мы быстро его догоним!

Справа мелькнул треугольник паруса – Альваро снова был рядом. Он нахмурился, глядя в сторону замка. Теперь Дийна тоже услышала этот шум – очень странный, похожий на приглушенный рокот. А еще – слабый треск, как от шишек, попавших в костер.

Марио сориентировался быстрее всех:

– Это «фениксы»!

Рохо, взмахнув крыльями, уже мчался к замку. Еще издали они заметили четыре аэроплана, круживших над башнями. Снова послышался пулеметный треск. На земле и на крепостных стенах суетились маленькие фигурки. Одна вдруг сорвалась с высокой террасы и полетела вниз. Дийна ахнула, вжимаясь в драконью спину.

«Фениксы» с сердитым ревом метнулись в разные стороны, когда над замком поднялась огромная темная туча. Вортис! Марио что-то возбужденно крикнул. Дийна тоже готова была его поддержать. В этот миг она всем сердцем сочувствовала Вортису.

Он двигался стремительно, как тень с когтями. Догнав первый аэроплан, ударил его по хвосту. Тот беспомощно завихлял, но Вортису этого было мало. Он ударил во второй раз, подбираясь к кабине и крыльям. «Хватит, хватит! – мысленно взмолилась Дийна. – Вывел машину из строя – и достаточно!» Ярость Вортиса его погубила. Он не заметил, как второй «феникс» развернулся ему навстречу. Выстрелы прошили его в упор. Дракон взревел. Бросив покалеченную машину, которая, накренившись, пошла вниз, он устремился за новым противником. Но теперь его крылья взмахивали все медленней. Бросок – и дракон с «фениксом» сплелись в клубок, кувыркаясь в воздухе. По небу наискосок мазнул дымный след. Место падения скрыли поднявшиеся тучи пыли – и почти сразу же полыхнул огонь.

Марио судорожно перевел дыхание. Даже не видя его лица, Дийна чувствовала его потрясение. В это время инстинкт – или, может, случайный всплеск интуиции – заставил ее оглянуться.

– Сзади! – завопила она.

Еще один «феникс» падал на них с высоты. Снова послышался треск, заставивший ее крепче вжаться в драконью броню. Очередь прошла мимо.

Рохо сделал кульбит в воздухе. Перед глазами у Дийны завертелись цветные вихри, словно они рухнули в направленный на солнце калейдоскоп. Небо и земля поменялись местами. Поднырнув под противника, Рохо обошел его сзади – «феникс» дал крен, а спину дракона прошила судорога. «Что, неужели столкнулись?!» – испугалась Дийна. Она зажмурилась, понимая, что на такой скорости даже минимальное столкновение чревато гибелью. Тем не менее бой продолжался: стрелок упорно старался поймать их в прицел пулемета, а Рохо всячески уворачивался, не забывая размахивать своим смертоносным хвостом.

Они кружили друг за другом, казалось, целую вечность. Наконец противнику это надоело, и он отвернул, к их невероятному облегчению. Только тогда Дийна осмелилась приподнять голову. Оставшийся «феникс» низко кружил над замком, поливая огнем бегущих по стенам людей. Еще двое загнали Меркурио в скалы и прижали его к земле. Марио устремился ему на выручку:

– Рохо, вперед!

Внезапно кто-то спрыгнул на спину Рохо прямо позади Дийны. Она вскрикнула. Человек, перегнувшись через нее, ребром ладони ударил Марио в шею. Тот без звука упал вперед, уткнувшись шлемом в драконий гребень.

– Ты сдурел?! – закричала Дийна, только сейчас узнав в нападавшем Альваро. Он уже снимал с обмякшего всадника бронзовый шлем. Потом толкнул Марио прямо ей в руки:

– Придержи его, чтобы не свалился.

– Что ты делаешь?!

– Мы уходим.

– Но…

Де Мельгар уверенно сел в седло, положив ладонь на шкуру дракона.

– Альваро!

Он обернулся, и его взгляд сквозь прорези шлема заставил ее отшатнуться. Губы юноши сложились в суровую складку.

– Хочешь, чтобы я его сбросил? – спросил он, кивнув на Марио. – Нет? Тогда держитесь.

Де Мельгар целиком ушел в управление, так что Дийне волей-неволей пришлось отложить разговор. Их жизни сейчас целиком зависели от того, удастся ли ему справиться с драконом, и она боялась ему помешать. Удивительно, что Рохо вообще его послушался! Вероятно, приказ «убираемся отсюда как можно скорее» полностью соответствовал его тайным желаниям. За всю жизнь бедный дракон никогда еще не испытывал такого страха! Гибель Вортиса, должно быть, поразила его до глубины души. Хищные «фениксы», кружившие в небе и ранившие всех подряд огненными кинжалами, вызывали у него настоящий ужас.

Поэтому Рохо без возражений понесся прочь. Чешуя на его боках, сложившись, стала гладкой как зеркало. Ветер с размаху ударил Дийне в лицо. Она оглянулась. Вдалеке над цепочкой скал поднимался дым. Замок вскоре исчез в голубом свечении неба. Их никто не преследовал.

Темно-бронзовые крылья, огромные, как паруса, размеренно резали воздух, деля небо надвое. Дракон мчался все дальше, до тех пор, пока не ослаб горевший в нем страх и пока новый ветер окончательно не изгнал из воздуха запахи гари, железа и смерти.

Сначала она думала, что Альваро хотел просто сбить «фениксов» со следа, но минуты текли, а дракон по-прежнему держал курс на юго-запад.

Выцветшее бледное небо, характерное для пустыни, сменило свой цвет на нежно-голубой и густо-синий у горизонта. Появились облака – целые караваны облаков, похожих на дымчато-серые шатры. Дийна готова была приветствовать их, как старых друзей. Иногда облака затеняли солнце, наползая на него ослепительным краем, и тогда можно было запрокинуть голову, любуясь неярким диском, плывущим между слоями облачной дымки. Но потом солнце снова выныривало на свободу, и по щекам скользил теплый свет, а чешуя дракона вспыхивала, как драгоценные камни.

Марио, которого она крепко придерживала рукой, пошевелился. Кажется, он приходил в себя. Де Мельгар обернулся, прокричав на лету:

– Найди свободный ремень и свяжи ему руки!

– Зачем ты так?! – с горечью спросила Дийна, забыв о том, что разговаривать в полете было почти невозможно, половину слов уносило ветром. – Можно ведь по-хорошему договориться!

Тем не менее Альваро ее услышал и крикнул в ответ:

– Мне сейчас некогда с ним возиться! Если Рохо что-то почует, мы все окажемся в Океане! Так что либо ты его свяжешь, либо я его сброшу!

Она нехотя подчинилась. Ей было жаль Марио. За все время их пребывания в замке он ни разу не причинил им зла! «Жаль, что я не успела поговорить с ним о Мартине…» У Дийны были смутные подозрения насчет Мартина и его загадочных родственников. А еще у нее было предчувствие, что они с Марио могли бы даже стать друзьями, но теперь, после коварного поступка Альваро, это вряд ли возможно!

Сквозь растрепанные пряди облаков мелькнуло гористое побережье острова Фуэрте, мелькнуло – и исчезло. Теперь далеко внизу простиралась мерцающая гладь Океана. Южный ветер Тревизо, повелитель песков и песчаных бурь, проводил их до границ своих владений, напоследок шлепнув дракона по крупу горячей ладонью. В воздухе повеяло другим ветром – Эстладо. Дийна помнила его нрав, резкий и непредсказуемый. То обожжет холодом, то вдруг подхватит твою лодку так бережно, будто драгоценную птицу несет в ладонях. Эстладо, ветер Сильбандо…

Рохо тоже почувствовал в воздухе что-то новое и радостно встрепенулся, еще энергичнее замахав крыльями. Похоже, в нем проснулся азарт путешественника. В первый раз в жизни Всадник приказал ему лететь на другой остров! Ура! Йу-ху!

– Мы летим на Сильбандо? – спросила Дийна. И, поскольку Альваро безмолвствовал, ответила сама себе:

– Ну конечно. Сильбандо.

«Я приложила столько усилий, чтобы этого избежать! – думала она с горечью. – Чуть не разбилась в буре вокруг Ланферро, потом скиталась в пустыне, натерпелась страху с драконами…» И после всех этих мытарств она все-таки летит на Сильбандо, как Альваро и планировал с самого начала.

«Это просто несправедливо!»

Остров Сильбандо, дворец Эрвидерос

Скалы Сьерра-дель-Грито на восточном побережье острова поражали своей необычностью. Ветер столетиями обтачивал желтый песчаник, вырезая на нем глубокие узоры. Дийне казалось, что их провожают взглядами десятки каменных лиц – гневных, испуганных, предупреждающих…

Она вовсе не нуждалась в дополнительных предупреждениях. С каждым взмахом крыльев дракона они приближались к резиденции де Мельгаров, и ни одному человеку из этой семьи она ни капли не доверяла.

Была своеобразная ирония в том обстоятельстве, что после сомнительного гостеприимства барона Дельгадо ей предстояло столкнуться с изысканным коварством дона Франциско де Мельгара. Если верить всему, что о нем говорили, то определение «коварный человек» для него представлялось просто жалким.

Замок Эрвидерос находился в горах на севере острова и так органично вписывался в пейзаж, будто вырос из скал, а не был построен когда-то человеческими руками. Но прежде всего при подлете к Сильбандо в глаза бросались очертания огромного спутника Бессера, выступавшего из облаков. Среди его скальных граней на мгновение вспыхнул стеклянный блик, отразившись от солнца. «Скорее всего, от бинокля или подзорной трубы», – догадалась Дийна. Из-за сложной политической обстановки, царившей на Архипелаге, граф де Мельгар наверняка расставил вокруг своего замка сторожевые посты. Она забеспокоилась, как бы их не подстрелили.

Название «Эрвидерос» в переводе со старого языка означало «кипящий котел», однако внешне замок больше походил на облачный чертог, плывущий над холмистой равниной. Его стрельчатые арки и симметричные башни, соединенные воздушными мостами, производили на редкость гармоничное впечатление. По сравнению с ним мощное, приземистое жилище барона Дельгадо казалось какой-то свалкой, наспех сложенной из обломков скалы.

Они снизились, и Рохо, сложив крылья, опустился на замковую террасу. У Дийны поневоле вырвался вздох облегчения. Наконец-то они на твердой земле! Все-таки было чистым безумием управлять драконом вот так, без подготовки. От радости у нее даже голова закружилась, хотя расслабляться пока не следовало. Бегло оглядев местность, девушка могла навскидку указать не меньше десяти точек, откуда в них целились из карабинов.

– Сними, пожалуйста, шлем, чтобы они узнали, кто прилетел! – попросила она Альваро.

Определенно, гвардейцы графа де Мельгара были более серьезно подготовлены, чем «пустынники» барона Дельгадо. В Олвере большинство стражников, за редким исключением, вели себя, как полные раздолбаи, и выглядели как люди, способные раздобыть себе выпивку даже в пустыне. Гвардейцы дона Франциско производили совсем другое впечатление. Их не смутила даже такая нештатная ситуация, как внезапное появление дракона. Засада была организована по всем правилам.

Выпрямившись в седле, Альваро снял шлем и, не глядя, передал его Дийне. С его лица как будто сошли все краски, волосы потемнели от пота и прилипли к вискам. Все-таки четыре часа полета на таком условно управляемом транспорте, как дракон, дались молодому человеку нелегко. Из портала замка широкими шагами вышел рослый человек, одетый в бордово-серый мундир. У него были волосы с проседью и строгое волевое лицо с печатью ума и силы. Альваро, соскользнув с драконьего бока, направился ему навстречу. На середине дороги они обнялись.

Дийна смущенно отвернулась, не желая подглядывать за семейной сценой. Тем более что у нее и так хватало забот. Трое стрелков по приказу графа вышли из-за камней и приблизились к Рохо, чтобы забрать у нее Марио. Тот очнулся, но никак не мог понять, куда он попал и что вообще происходит. Дийне было совестно посмотреть ему в лицо. «Когда-нибудь нам, конечно, придется с ним объясниться, но так хочется отсрочить этот момент!»

Один из молодых людей в серой форме помог ей спуститься. По крайней мере, все они были очень вежливы. С Марио тоже обращались предупредительно, хотя связанные руки однозначно выдавали в нем пленника.

Разминая затекшие ноги, Дийна пропустила момент, когда на ступенях замка возникла еще одна фигура – высокая стройная дама в сложном многослойном одеянии, расшитом шелками. При ее появлении гвардейцы выпрямились, Марио приосанился, а гостье внезапно захотелось обмахнуть пыль со своей потрепанной курточки и пригладить волосы.

Донья Мария Виктория Каэтана, графиня де Мельгар, легкой походкой сошла со ступенек.

– Мама, – улыбнулся Альваро.

Она держалась с тем аристократическим хладнокровием, которому Дийну когда-то напрасно пытались обучить на Ланферро, но по блеску глаз и еле заметной дрожи в ее бледном лице было видно, что последний месяц она провела в своем личном аду. Донья Каэтана смотрела на Альваро так, словно боялась даже на секунду выпустить его из виду.

«А они ведь похожи», – вдруг подумала Дийна. Те же брови, те же глаза, чуть приподнятые к вискам, но главное – в них обоих были заметны недюжинный ум и внутренняя сила, скрытая под внешним изяществом.

Окружавшие их стрелки казались смущенными, да и она вместе с Марио чувствовала себя лишней посреди разыгравшейся семейной сцены. Вдруг Дийна заметила, что Марио отчаянно гримасничает, пытаясь донести до нее какую-то мысль.

«Что?» – без слов спросила она. В ответ он молча с тоской уставился на ее руки. Дийне понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, но потом она догадалась: «Шлем! Ему нужен шлем!» Ну конечно! Ведь если де Мельгары завладеют бронзовым шлемом, они смогут приказывать Рохо… Несомненно, для Марио это было как нож в сердце.

Дийна поморщилась, повела плечом и как будто нечаянно выронила шлем из рук. «Так, теперь слегка подтолкнем его флайром в сторону Марио…»

Гвардейцы, испытавшие нешуточное потрясение при виде внезапно «воскресшего» наследника, не сразу заметили ее маневр. Один из них потянулся за шлемом, но Марио, вырвавшись, опередил его. Разыгравшаяся сцена словно отпечаталась у Дийны перед глазами: бросок, подсечка, сильбандец падает, а Марио вдруг со всей силы бьет по шлему ногой. Сверкнув в воздухе бронзовой искрой, тот вылетел за пределы площадки и с бряцаньем исчез в расщелине.

«Вот так вам! – подумала она с мстительной радостью. – Пусть лучше этот шлем затеряется на «изнанке» или вообще улетит в Океан!»

Двое стрелков, подбежав к Марио, быстро вздернули его на ноги. Альваро предупреждающе вскинул руку, но Марио опередил его.

– Рохо, lejos! Sal! – крикнул он непонятно.

Дракон взревел. Люди метнулись в стороны.

Замерев на месте, Дийна восхищенно смотрела, как раскрываются огромные крылья, гладкие, словно шелк. Прянув в небо, Рохо бронзовым копьем вонзился в облачный слой и вскоре исчез из виду.

«С ума сойти! Марио смог передать ему свою просьбу даже без всякого шлема!»

– Теперь я понимаю, что такое настоящая дружба, – со значением сказала она подошедшему к ней Альваро.

Он промолчал, но лицо у него было каменное от злости. Дийна с вызовом подняла подбородок: «Да, я помогла ему, и делай с этим что хочешь! Это тебе за предательство!» Они оба предали доверие Марио. Хотя бы один из них должен был искупить это!

– Но мне правда жаль, что я испортила вашу семейную встречу, – тихо пробормотала она, так, чтобы не услышал направлявшийся к ним дон Франциско.

– Сеньорита Веласко, – с первого взгляда угадал он. – Мы счастливы видеть вас на Сильбандо. – И холодно посмотрел на нее, будто ножом по лицу провел.

Дийна проглотила скептическую ухмылку. Счастливым никто не казался. Марио за ее спиной издал какой-то невнятный звук. Да уж, его можно понять – столько потрясений за одно утро! Сначала воздушная битва и «фениксы», потом выходка де Мельгара, а теперь – новый сюрприз: наследница дона Веласко вдруг объявилась! Прямо скажем, в недобрый час люди Дельгадо притащили в Олверу двух пленников… Альваро тоже выглядел раздосадованным. «Наверное, хотел сделать отцу сюрприз, да не вышло, – усмехнулась она про себя. – У дона Франциско глаз оказался острее!» Она не ожидала, что кто-то сумеет узнать ее после стольких лет.

Граф де Мельгар кивнул, словно отвечая на ее мысли.

– Нам с вами нужно многое обсудить, – сказал он, и в этой фразе было столько тончайших оттенков смысла, что у девушки засосало под ложечкой.

– Думаю, прежде всего наши гости захотят отдохнуть после перелета, – вмешалась донья Каэтана. Ее голос звучал ласково и мелодично, но каким-то непостижимым образом она сразу дала всем понять, кто на самом деле управляет повседневной жизнью замка. – У вас еще будет время для разговоров.

Дон Франциско не стал возражать:

– Конечно. Вы распорядитесь здесь лучше меня.

Графиня, подозвав одного из гвардейцев, вполголоса сказала ему несколько слов. Потом улыбнулась Дийне:

– Пойдем со мной. Комнаты скоро будут готовы.

Ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Выйдя из покоев матери, Альваро задумался. Длинная галерея в этот час была вся наполнена солнечным светом, щедро лившимся в высокие арочные проемы. В сетке солнечных лучей танцевали пылинки. Оштукатуренные стены приобрели мягкий золотистый цвет.

Ему была знакома каждая царапина на этих стенах. В этом замке прошло все его детство. Альваро улыбнулся своим воспоминаниям, но улыбка тут же погасла, когда воображение дорисовало возле окна фигуру Васко, удобно устроившегося на широком камне со своей неразлучной гитарой.

Некоторые воспоминания были очень болезненными.

После визита к матери он хотел навестить Дийну, посмотреть, как ее разместили. Однако донья Каэтана отсоветовала:

– Вряд ли она будет рада видеть тебя сейчас. Ты протащил сеньориту Веласко через весь Архипелаг, да еще верхом на драконе, и совсем не дашь ей времени, чтобы привести себя в порядок?!

Он хотел возразить, что Дийна не какая-то там «сеньорита» и сейчас, скорее всего, спускается по веревке из окна своей комнаты, но промолчал. Его немного успокаивал тот факт, что во всем Эрвидеросе не было ни одной джунты. Сильбандо – пограничный остров, и слабое поле флайра вокруг него делало такие полеты слишком рискованными. Дийна никуда от него не сбежит.

Поразмыслив, Альваро направился к отцу. У него так много накопилось, что рассказать!

В кабинете дона Франциско, как всегда, царила атмосфера деловой сосредоточенности. Отец сидел за массивным столом, быстро просматривая какие-то документы. Секретаря при нем не оказалось, и это позволило Альваро быть более откровенным. Он сжато пересказал основные события, случившиеся за последнее время. Особенно те, которые касались сегодняшнего нападения на Фуэрте.

– Я вижу, тебя это не удивляет? – спросил он.

Дон Франциско покачал головой:

– Все к этому шло. Недавно посол Альянса внес предложение, согласно которому мы получим статус самоуправляемой территории, если позволим им разместить военные базы на трех островах, а также не допустим отчуждения наших земель какой-либо третьей державой.

Военные базы! Альваро подумал, что это условие, наверное, всех потрясло. Оно было равносильно пощечине. Тогда Северный Альянс получил бы стратегический контроль над всем воздушным пространством Архипелага… До сих пор он не имел шансов дотянуться до Сильбандо благодаря удаленному местоположению этого острова. У «фениксов» просто не хватило бы топлива, чтобы устроить налет на Сильбандо и вернуться на Континент. Но если они устроят себе логово где-нибудь на Фуэрте или Аррибе…

– А что говорят наши сенаторы?

– Железной хваткой держатся за Аррибу, – усмехнулся граф де Мельгар. – Многие из них владеют там поместьями, заводами или фермами. Директория все еще надеется отстоять этот остров, иначе соглашение давно оказалось бы ратифицировано. По счастью, не все из нас отличаются такой уступчивостью. Я подготовил для Альянса еще пару сюрпризов, и на других островах, как я слышал, тоже создаются добровольческие отряды… Нет, так просто они нас не получат!

Альваро прекрасно понимал его чувства, но все же считал, что силы были слишком неравными.

– Но как мы можем с ними бороться?! – воскликнул он. Утренняя бойня в Олвере снова ярко всплыла в его памяти. – У нас нет ни армии, ни ПВО! Вряд ли полиция и береговая охрана смогут организовать нормальную оборону, тем более что весь наш воздушный флот – это катера, которые не зря называют «утюгами» за их неуклюжесть!

Дон Франциско засмеялся:

– Ну, не все так печально. Позволь показать тебе кое-что. Прогуляемся перед ужином.

Они вышли на открытую пристань и сели в маленький катер, возле которого дежурил один из стрелков. Альваро отметил увеличенное количество постов вокруг замка – значит, отец все-таки не терял бдительности, несмотря на удаленность Сильбандо от зоны конфликта.

– На аэродром, в Калету, – приказал дон Франциско.

Пункт назначения заставил Альваро засомневаться. Ла Калета? Но там же сплошные скалы! В них нельзя было устроить ни полигона, ни нормального аэродрома даже с самой короткой взлетной полосой… Разве что отец в приступе кипучей энергии распорядился сравнять скалы с землей. Это было вполне в его стиле. Расспрашивать дона Франциско в присутствии посторонних ему не хотелось. «Ничего, скоро сам все увижу», – сказал он себе.

Вскоре их катер приблизился к пикам горной цепи и погрузился в тень, которую отбрасывал на землю спутник Бессера, обведенный сияющим солнечным контуром. Что бы ни пряталось там в горах, Бессера удачно прикрывал этот район с воздуха. Когда они снизились, Альваро заметил внизу расчищенный участок земли, ровные ряды ангаров, дощатый причал возле берега и… шесть гидропланов, казавшихся с высоты изящными легкими птицами. Да, это вам не полицейские «утюги»!

Катер подошел к пристани, и де Мельгары высадились на землю. Высоко в небе полоскалась под ветром полосатая «колбаса» на мачте. Дон Франциско с гордостью показал свои последние приобретения:

– Новейшая модель. Каркас фюзеляжа сделан из воларовой сосны, поэтому гидроплан отлично держатся на флайре и стартует с него. Крылья двухлонжеронные, тоже из волара. Внутри двигатель мощностью 100 л.с. Каждая «гидра» вооружена пулеметом, а скорость такая, что наши старые катера ей и в подметки не годятся! Хочешь полететь наблюдателем?

Один из пилотов как раз готовился к взлету. Альваро с восхищением посмотрел на красавицу-«гидру», сверкавшую новой обшивкой. И все же… он не мог выбросить из головы мысли о тысячах кубометров воларовых сосен, воплотившихся в этих смертоносных машинах. Воларовые леса – это истинное сокровище Архипелага! В последние пятьсот лет их вырубка была категорически запрещена. Разве не странно, что для защиты острова отец собирался уничтожить то, что составляло основу его волшебства?

Кроме того, здравый смысл подсказывал, что им все равно не выиграть гонку вооружений с Альянсом. Если все острова начнут массово заказывать гидропланы, поле флайра станет слабее и больше не сможет их защищать. Или еще хуже – это была поистине ужасная мысль – вдруг магическое поле ослабнет настолько, что вообще перестанет удерживать острова?

– Не беспокойся, до этого не дойдет, – заверил его отец, как будто мог прочитать его мысли.

– А топливо? – спохватился Альваро. – Мы не можем позволить себе зависеть от привозного топлива с Континента!

По губам графа скользнула тонкая усмешка:

– Ничего, у Альянса на Континенте тоже хватает врагов.

– Кантилейская Лига! – догадался Альваро. – Это они, да? Вот откуда все это!

– Да. Я передал им воларовый лес, а они продали нам шестнадцать «гидр» и прислали десятерых пилотов. Остальных обучим на месте. Первая эскадрилья – это только начало… Так ты в деле?

Альваро задумался. С одной стороны, у него руки чесались, так хотелось попробовать себя в роли пилота. Уж наверное он сумел бы освоить гидроплан за месяц-другой! Но на это требовалось время, а времени-то у них как раз и не было. Не станет же он отсиживаться на Сильбандо, руководя обороной острова, когда все основные схватки будут вестись на восточной границе, то есть на Аррибе, Фуэрте и Керро!

Он с сожалением покачал головой:

– Я обязан как можно скорее вернуться на Керро.

Отец не стал отговаривать. Только морщины на его лице стали глубже:

– Понимаю. Обороной там сейчас занимается инспектор Агудо, и насколько я знаю, ему здорово помогает сын сенатора Ортиса, командир «Крыльев Керро». Из его ребят-воланте получились отличные разведчики!

– Что? – вскинулся Альваро. – Орландо Ортис – командир «Крыльев»?!

Так! Кажется, ему давно пора было вернуться. А еще интересно, откуда отец знает сеньора Агудо… Вдруг Альваро сообразил: доктор Гонсалес! Вот она ниточка, ведущая к Кантилейской Лиге! Тогда в колледже он успел отослать письмо отцу сразу после ареста магистра.

– Я вижу, вы с сеньором Агудо пришли к соглашению?

Отец ответил ему понимающим взглядом.

– Да, твои донесения из замка оказались очень полезны, – улыбнулся он. – Я освободил Гонсалеса из-под стражи. В наше время такому полезному человеку нечего делать в камере. Вообще-то я предлагал ему вернуться на Континент в обмен на его услуги, но, к моему удивлению, он отказался! Не понимаю.

«Он отказался из-за доньи Эстер, – подумал Альваро. – Значит, он еще не потерял надежду ее разыскать». Однако отцу он не стал об этом рассказывать. Эта тайна касалась только двоих людей: Гонсалеса и Эстер.

– Интересно, как этот Гонсалес связан с сеньоритой Веласко, – рассуждал тем временем дон Франциско. – Это ведь он привел ее в колледж? Странно. Где он мог прятать ее столько времени?

Альваро мгновенно сосредоточился, отбросив посторонние мысли. Отец слишком любит увязывать факты и выстраивать логические цепочки, которые могут привести его к совершенно неправильным выводам! Как быстро он сложил два и два!

– Дийна никак не связана с Лигой! – запротестовал он. – Она не шпионка! Сеньор Гонсалес даже не знал о ней до последнего времени. Сам удивляюсь, как ей удалось выжить после убийства семьи Веласко, но подозреваю, что уцелевшей наследнице пришлось пройти через многое…

Граф отвернулся, но Альваро показалось, что на его губах мелькнула усмешка.

– Что ж, здесь она в безопасности. Я сразу ее узнал. Вся в отца. Клянусь, ни у кого еще я не видел такой тонкой работы с флайром, как у дона Веласко в свое время!

– Спасибо, что разрешил ей остаться.

– На Керро она будет тебя стеснять. Насколько я заметил, характер у нее боевой…

– О! – Альваро возвел глаза к небу. – Это ты еще преуменьшил!

– Значит, точно полезет в драку, а нам это ни к чему. Такого союзника следует поберечь… пока.

Это «пока» не очень-то обнадеживало, но в любом случае здесь для Дийны будет безопаснее, чем на Керро, где того и гляди опять объявятся фанатики из Ордена. Альваро хотел рассказать отцу об Ордене Хора и о поединке в башне, но колебался. Делиться подробностями про способности Дийны ему не хотелось. Однако про козни агентов Ордена он обязан был предупредить!

– Мне нужно еще кое-что тебе рассказать, – начал он. – Это касается ардиеро.

– Да, сеньор Агудо с Гонсалесом тоже говорили кое-что об Ордене Хора, – кивнул отец. – Признаться, я был удивлен. Я думал, что остатки племен ардиеро рассеялись по Палмере и постепенно сливаются с переселенцами. Не ожидал от них таких активных действий!

– Боюсь, мы их недооцениваем.

Граф де Мельгар придерживался другого мнения:

– Вряд ли они представляют опасность, по крайней мере сейчас. В настоящий момент у нас общий враг – Северный Альянс. Если у Ордена есть хоть капля здравого смысла, они не станут путаться у нас под ногами. Они затаятся и переждут, пока мы не прогоним захватчиков, либо пока Альянс нас совсем не ослабит, и тогда уже попытаются напасть в открытую. Можно пока не принимать их в расчет.

Когда отец говорил о независимости Архипелага, в его глазах появлялся особенный блеск. Альваро легко мог прочесть его честолюбивые мечты: «Если он действительно сумеет избавить острова от притязаний Альянса, его авторитет поднимется на недосягаемую высоту! После этого графа без возражений изберут Консулом, королем, да хоть самим Императором, если он захочет!»

Правда, Альваро мучило подозрение, что планы Ордена Хора были более… извилистыми и многослойными, чем они себе представляли, но у него не было фактов, подтверждающих его опасения.

«Возможно, я сумею узнать что-нибудь новое на Керро».

– Мне хотелось бы отбыть прямо завтра, – сказал он отцу.

– Побудь у нас хотя бы немного, – попросил тот. – Несколько дней погоды не сделают.

Оба подумали о донье Каэтане, хотя никто не произнес ее имени вслух. Альваро кивнул, понимая, как тяжело пришлось матери в последний месяц.

– Я отправлю с тобой шестерых пилотов, – решил де Мельгар. – Пусть «гидры» с нашим гербом защищают Аррибу и Керро! Сильбандо пока находится в относительной безопасности.

– Думаю, сенатор Ортис будет тебе очень признателен, – тонко улыбнулся Альваро.

«Разумеется, Ортис не откажется от подарка, хотя будет в бешенстве. Военные успехи Сильбандо ему и так поперек горла!»

Он видел, что отцу тяжело отпускать его в самое пекло, однако их желания здесь не играли никакой роли.

– Зато у тебя останутся Марио и его боевой монстр, – пошутил он.

Граф скривился:

– Да уж. Я надеюсь, что этот дракон не устроит нам маленькое землетрясение!

Пока что Рохо вел себя подозрительно тихо. Сбежав из замка, он затаился где-то в Сьерра-дель-Грито, и его до сих пор не могли отыскать.

– Марио – наследник сеньора Дельгадо и, возможно, следующий правитель Фуэрте, – сказал Альваро с тайным намерением подчеркнуть ценность пленника. Ему вовсе не хотелось, чтобы мальчишку держали здесь в таких же кошмарных условиях, как его самого в Олвере. Отец никогда не отличался чрезмерной жестокостью, но лишняя предосторожность не помешает.

– Это не совсем так, – неожиданно возразил граф. – Марио – лишь племянник барона, а настоящим наследником является его сын, Мартин Дельгадо. – Дон Франциско так явно выделил голосом последнее имя, что даже глухой бы заметил. Он со значением взглянул на сына: – Разве ты еще не догадался?

Альваро молчал и только растерянно хлопал глазами:

«Что? Какой Мартин? Наш Мартин? Ну и дела!»

Осмотревшись в отведенных ей комнатах, Дийна была впечатлена. Высокие потолки, огромный камин, мягкие кресла и полированный стол с принадлежностями для письма – давно ей не приходилось видеть такой изысканной обстановки! Даже ее детские комнаты в Фелице были гораздо скромнее. За окнами зеленели деревья, среди которых торчали темные свечи кипарисов. Всего за четыре часа полета Рохо словно перенес их в другую реальность, разительно отличавшуюся от заброшенной пыльной Олверы.

Только одна деталь неприятно царапнула: за дверью снова дежурил стражник. Это вызвало у нее вспышку злости: «Я так и знала! Можно не обольщаться вежливым приемом, по всему выходит, что я просто сменила одну тюрьму на другую!»

Зато в ее новой «тюрьме» имелась ванная комната и даже водопровод, который привел бы в восторг ценителя технических раритетов. Набрав ванну, Дийна вылила туда флакон мыла и целый час пыталась отмыться от жизни в Олвере и избавиться от въевшегося драконьего запаха. Потом, завернувшись в мягкий халат, она вернулась в комнату. За время ее отсутствия кто-то успел поставить на стол букет цветов и разложить на кресле многослойное шелковое одеяние, которое ей, очевидно, предлагалось надеть. Верхнее платье украшала вышивка тонкой работы: по вороту, рукавам и подолу ручейком бежала серебряная нить.

Раньше Дийне не приходилось носить ничего подобного. Мода на разных островах вообще заметно отличалась. Арриба и Керро быстрее других подхватывали модные веяния с Континента. На Ланферро стиль одежды диктовал холодный северный ветер. Дийна мысленно улыбнулась: «Дома меня в этих шелковых тряпочках просквозило бы насмерть!» На Сильбандо и на Фуэрте чтили свои традиции… Когда-то давно, в прежней жизни, Дийна изучала обычаи и костюмы всех островов, но все эти знания давно уже стерлись из памяти. Она подумала, что в этом наряде будет похожа на нелепую куклу.

«На какой-нибудь компаньонке доньи Каэтаны это платье смотрелось бы сногсшибательно, но на мне – вряд ли!»

Поразмыслив, девушка быстро почистила куртку и брюки и оделась так, как привыкла. Причесав свои отросшие волосы, Дийна решила, что вполне готова к встрече с хозяевами и вообще к любым неприятностям. Не успела эта мысль отзвучать в ее голове, как за дверью послышались шаги и в комнате появился Альваро.

С первого взгляда она даже не сразу его узнала, так мало в нем осталось от знакомого студента из колледжа и еще меньше – от ее товарища по несчастью, с которым они вместе скитались в пустыне. Сейчас он выглядел как истинный лорд, наследник Сильбандо. В его бордово-сером одеянии словно сочетались огонь и клубящийся дым, изысканность и опасность. Почему-то он выглядел гораздо взрослее, строже и казался совсем чужим. Дийна слегка оробела. А поскольку от застенчивости в ней всегда просыпался боевой дух, она сурово сдвинула брови:

– Что за сторож торчит у меня под дверью? Я снова пленница?

– Что? – растерялся Альваро. – А, нет, конечно! Это охрана. На всякий случай.

Он тоже смотрел на нее во все глаза, и Дийна вдруг почувствовала себя легкой, как перышко: «Можно подумать, он в первый раз меня видит! Неужели умытое лицо и блестящие чистые волосы могут произвести такой мощный эффект? Даже на де Мельгара? Никогда бы не подумала!»

Нельзя сказать, что его замешательство было ей неприятно… Наоборот, даже лестно, пожалуй.

Кашлянув, Альваро мягко спросил:

– Ты ведь не собираешься выйти… в этом?

Вообще-то она ждала комплиментов, а не придирок. Ее хорошее настроение сразу увяло.

– А что не так с моей курткой?

Де Мельгар терпеливо вздохнул:

– Донья Каэтана прислала тебе подарок. Отказаться – значит оскорбить ее. Дийна! Ну ты-то должна понимать!

– Знаешь, ваш придворный наряд для меня слишком сложен, – процедила она. – Не уверена, что сумею с ним справиться, и не хочу насмешить гостей!

Отговорка была явно неубедительной. Альваро выразительно шевельнул бровью:

– Тебе помочь?

Когда до нее дошел смысл этих слов, она вся вспыхнула. Да как он смеет! «А я-то считала его порядочным человеком!» Две недели они провели в одной камере, и он не позволил себе ни одного нескромного жеста, а теперь что за новости?! Почувствовал себя хозяином положения?

К счастью, Альваро не стал дожидаться, пока ее гнев дойдет до точки кипения. Он молча развернулся и вышел. Дийна плюхнулась в кресло, прямо на платье, чувствуя себя так, будто из нее выпустили весь воздух. Нерешительно погладила вышивку. Шелк красиво переливался, как вода в озере.

Она перевесила платье на спинку, чтобы не помять всю эту красоту. Дело было вовсе не в одежде, и Альваро отлично ее понял, судя по всему. У нее в душе все протестовало против его поведения, против того, как он обошелся с Марио… да и с ней тоже.



– Главное, его даже упрекнуть толком не за что! – пожаловалась она вслух. – Вот что бесит!

Действительно, нельзя же осуждать узника за то, что он ловко воспользовался ситуацией и выбрал удобный момент для побега. Но проблема заключалась в том, что когда Альваро брался за дело, то почему-то всегда выходило, что Сильбандо оставался в выигрыше, а остальные – в дураках.

«Как ему это удается, хотела бы я знать?»

Ее внутренний монолог прервало появивление служанки – тихой, бессловесной девушки в скромном серо-коричневом одеянии. Оказалось, что ее прислал молодой господин. Неизвестно, что он наговорил про Дийну, но она боялась даже глаза поднять лишний раз. Зато девушка ловко помогла Дийне облачиться в нижнюю юбку, на которую легла длинная тонкая рубашка с разрезами, а поверх нее – вышитое платье. Довершила наряд легкая полупрозрачная накидка, стянутая на талии широким поясом. Горничная завязала пояс и умело расправила складки.

– Вам идет, – улыбнулась она, но тут же, спохватившись, снова потупилась.

Дийна подошла к зеркалу. Да… У доньи Каэтаны, безусловно, был идеальный вкус. Следует поблагодарить ее за любезность. Серо-синее платье тревожного, грозового цвета выгодно оттеняло ее лицо и цвет глаз. Впервые за много лет девушка действительно выглядела как принцесса. А толку? Дийна горько вздохнула. Вряд ли эти шелковые доспехи помогут ей одолеть де Мельгаров. Здесь придется действовать хитростью.

Против ожиданий ее пребывание в Эрвидеросе оказалось не таким ужасным, как она себе представляла. Грозный дон Франциско при виде ее насмешливо блестел глазами, но не стал устраивать ей никаких допросов и вообще почти не обращал на нее внимания, все время проводя вместе с сыном. Зато донья Каэтана крепко взяла вынужденную гостью в оборот. Первый день Дийна отсыпалась – вернее сказать, пыталась выспаться, так как ей мешали кошмары, но затем Каэтана устроила ей настоящую светскую жизнь. За два дня они успели побывать на благотворительном базаре в ближайшем городе, потом на открытии набережной, на каком-то музыкальном вечере, где царила такая уныло-благопристойная обстановка, что Дийна чуть не заснула. Каэтана словно задалась целью помочь ей вспомнить, каково это – быть сеньоритой из знатной семьи и какие обязанности это влечет.

Дийну не оставляло подозрение, что с той минуты, когда дон Франциско узнал ее на причале, ее жизнь должна измениться. Никому не нужна безвестная секретарша Дийна Линарес, а вот Дийна Веласко, наследница Ланферро, могла заинтересовать многих. Вопрос в том, захочет ли граф де Мельгар использовать ее в своих политических играх или предпочтет ее устранить, а потом сам отберет остров Ланферро у Ордена Хора. Вряд ли подобное деяние окажется ему не по силам.

На благотворительный аукцион в городке Бельгара собирался весь цвет острова Сильбандо, как шепотом объяснила ей донья Каэтана. Самое изысканное общество съезжалось сюда, в этот полный света гулкий зал, накрытый стеклянным куполом, который живо напомнил Дийне колледжскую Библиотеку. Для самых почетных гостей были устроены отдельные ложи, где они могли сплетничать без помех, изредка отвлекаясь, чтобы приобрести очередную ненужную безделушку и тем самым внести баснословную сумму в благотворительный фонд.

В их ложе оказалась еще одна дама – кудрявая, в чем-то нежно-сиреневом, и с таким добросердечным лицом, что в ее присутствии даже статуя втянулась бы в разговор. Даму звали донья Пилар, и она оказалась близкой подругой графини. Они с Каэтаной нежно приветствовали друг друга, поцеловав воздух около щек, а потом защебетали о каких-то местных новостях, предоставив Дийну самой себе. Та была только рада. Длинное тесное платье, от которого она успела отвыкнуть, доставляло ей немало неудобств, не говоря уже о каблуках. Сплетничать она не любила да и не знала никого из этих людей. В общем, девушка приготовилась добросовестно проскучать все мероприятие, но Каэтана нарушила ее планы. Радостно вскрикнув, она вдруг спросила:

– О, неужели это Миранда? Сто лет ее не видела. Пойду поздороваюсь.

Она поднялась так стремительно, что конец шелкового пояса зацепился за кованую завитушку сиденья. Каэтана нетерпеливо дернула платье – и пояс вдруг пополз вниз. Дийна среагировала машинально: уверенный жест, золотистый блеск флайра – и вот уже шелковая лента свободна от плена, а графиня величаво плывет по проходу, как лебедь.

Она сама не заметила, как это получилось! Насколько Дийна успела понять, благородные дамы Сильбандо так ответственно относились к своим туалетам, что малейший беспорядок в одежде уже считался жутким конфузом. От мысли, как ужасно будет для Каэтаны, всегда такой элегантной, оказаться в центре скандала, ее обожгло ужасом, а потом ее руки сделали все сами собой.

Только сейчас она заметила, что голубые глазки доньи Пилар искрились от любопытства.

– Надо же, как ловко вы управляетесь с флайром, – проворковала она сладким голосом.

Дийна улыбнулась, изображая непонимание. Однако настырная дама не отставала:

– Вы, кажется, приехали совсем недавно? Вероятно, только что из пансиона?

«Да, прямиком из школы дяди Гаспара», – хотелось заявить Дийне, но она не могла так подвести Каэтану, хотя ее прилипчивая приятельница с каждой минутой нравилась ей все меньше. Кроме того, у нее вдруг зашмыгал нос. Дийна удивилась, где могла простудиться – она никогда не была неженкой, но потом с подозрением уставилась на пучки мелких малиновых цветов, украшавших все ложи.

«Примулы… – догадалась она, – ну, конечно! Вот же не повезло!»

Эти неприхотливые цветы росли по всему Ланферро, но мама никогда не разрешала сажать их в Фелице, так как от их пыльцы мгновенно вся покрывалась красными пятнами. На других островах примула встречалась редко. И надо же было кому-то отыскать ее здесь, в Бельгаре, да еще украсить ею комнату!

– Извините… апчхи! – Дийна поспешно схватилась за сумочку в поисках носового платка.

Ее следующий мощный чих заглушил голос аукциониста. На них стали оглядываться. Спустя пять минут она готова была провалиться сквозь землю. К счастью, очень вовремя вернулась ее спасительница. Сквозь слезы Дийна все же заметила, что платье Каэтаны было в полном порядке, только щеки горели чуть ярче обычного.

– Ох, моя бедная девочка, как я могла забыть! Следовало сразу убрать эти цветы. У нее аллергия… это семейное, – сочувственно шепнула она подруге. Дийна оглянуться не успела, как ее завернули в плащ и под руку выпроводили из зала. Донья Пилар проводила их горящими от любопытства глазами.

На воздухе ей стало легче. Садясь в катер, Дийна спрятала под капюшоном пылающее лицо:

– Простите меня, я все испортила!

Каэтана сочувственно похлопала ее по руке:

– Не расстраивайся, дорогая. Когда приедем, сразу ложись в постель, а я принесу тебе отвар, полегчает.

И, склонившись к ее уху, добавила доверительно:

– Будь поосторожнее с этой Пилар, она жуткая сплетница!

Лежа на кушетке в своей комнате, Дийна не могла отделаться от ощущения, что ее ловко обвели вокруг пальца. Невольно закрадывалось подозрение, что Каэтана нарочно попыталась посеять слухи о том, что после трех лет пребывания неизвестно где наследница Веласко вдруг объявилась здесь, в Эрвидеросе.

На островах многие знали о том, как искусен был дон Веласко в обращении с флайром. Однажды он разогнал облака над площадью в Гальдаре, чтобы достойно встретить послов с Аррибы. В другой раз в Опере подал актрисе на сцене случайно оброненную вуаль, причем для этого ему даже не пришлось выходить из своей ложи.

«И цветы эти еще, как назло!» Про аллергию ее матери тоже многие были в курсе.

Но подозревать Каэтану в каких-то манипуляциях казалось верхом неблагодарности. Дийна виновато покосилась на чашку с отваром, над которой поднимался пар. Пахло довольно вкусно.

«Она никогда ни о чем меня не расспрашивала, только о колледже, и она такая понимающая и заботливая, почти как Эстер!»

Если бы только можно было посоветоваться с Альваро… если бы речь шла не о его родителях… В этот момент Дийну вдруг осенило: вот же она – главная причина, почему Каэтана так настойчиво таскала ее за собой. Все дело в Альваро, конечно!

Дон Франциско в эти дни настолько завладел сыном, что остальные его почти что не видели. Ей стало жаль несчастную женщину. Разумеется, Каэтана вцепилась в Дийну мертвой хваткой, так как та была для нее единственным источником информации о жизни в колледже. Это просто несправедливо, решила девушка. А кое-кто мог бы уделять своей матери и побольше внимания!

Вскочив с кушетки, Дийна подошла к зеркалу. Нос распух, глаза красные. Красота, да и только! Но ничего не поделаешь. Она вздохнула и отправилась на поиски. После долгих блужданий по мраморным залам и чинным парадным комнатам Альваро отыскался в библиотеке, где он сидел, обложившись потрепанными книгами. Вид у него был такой, словно он собирался свить себе гнездо среди этих томов и остаться здесь насовсем.

– Что читаешь? – спросила Дийна и снова чихнула.

Альваро галантным жестом протянул ей платок:

– Пришла по-дружески поделиться микробами?

Все названия на обложках, которые девушка успела прочесть, касались истории островов и магии флайра. Дийна насторожилась, мгновенно забыв о собственных переживаниях. Зачем ему эти книги? Может, появились какие-нибудь новости о Дейзи?

– Ты телеграфировал на Керро? – спросила она. – Как они там?

Де Мельгар смущенно взглянул на нее и снова уткнулся в книгу. Нет уж, так не пойдет! Она решительно села напротив.

– Ты обещал, что сразу же их известишь! Господи! Представь, что они подумали, когда мы исчезли! И потом, разве ты сам не волнуешься? Про Дейзи что-нибудь слышно? Есть новости?

– Да. Она выздоровела и вернулась в колледж.

– Ох! – Дийна облегченно выдохнула и откинулась на спинку кресла. – Слава богу!

– Да, идея Орландо все-таки оказалась удачной. Его саркофаг с флайром наделал на Аррибе немало шума, но главное, что Дейзи смогли вылечить.

– Я так рада!

По лицу Альваро нельзя было сказать, что он разделяет ее эмоции. Нерешительным жестом молодой человек поправил лежащую на столе стопку книг:

– Я тоже. Но нельзя не думать… о более отдаленных последствиях. Как только на Керро узнают, что ты жива, Орден Хора снова начнет охоту. Что, если Дейзи действительно изменилась? Если нам придется ее опасаться…

Дийна с трудом подавила смешок, представив себе Дейзи в роли агента-разведчика ардиеро. Совершенно невероятная мысль! Чтобы Дейзи, такая проницательная и рациональная до мозга костей, вдруг поддалась какому-то волшебству? Быть такого не может! Это просто смешно.

Альваро, однако, не засмеялся.

– Думаю, она слишком мало времени провела в саркофаге, чтобы флайр успел серьезно ее изменить, даже если такое и правда возможно! – выпалила Дийна.

Он покачал головой:

– Я узнал также, что сеньор Бланко был нездоров в последнее время, а еще они всей семьей хотели уехать на Континент, но потом передумали. В общем, сведения противоречивые. На твоем месте я пока держался бы подальше от Дейзи. Нам нужно больше информации…

Их окружала библиотечная тишина. Дийна молчала, Альваро разглядывал корешки книг. Как ни странно, сейчас он казался ей даже более усталым, чем неделю назад, в пустынной ловушке Олверы. С внезапно возникшим сочувствием девушка наклонилась ближе, накрыв его руку своей:

– Все, что тебе сейчас нужно – это порция свежего воздуха. Завтра мы с доньей Каэтаной собираемся в Сьерру-дель-Грито, посмотреть на поющие скалы, и я предлагаю тебе поехать с нами. Подумай хотя бы о матери! Она будет рада провести с тобой лишний час. Да и тебе это будет полезно.

Она критически покосилась на его осунувшееся лицо, которому приглушенное освещение библиотеки придавало интересный зеленоватый оттенок.

– Тебе явно нужно больше времени проводить на воздухе и поменьше – в собственной голове!

Альваро тоже посмотрел на ее распухший нос и улыбнулся:

– Ладно. Договорились.

Поющие скалы Сьерра-дель-Грито были известной достопримечательностью Сильбандо. Тысячу лет назад очередное извержение раскололо остров, и часть его сползла в океанские глубины, после чего берег в этом месте превратился в отвесную скалу высотой около километра. Ветер Тибио, залетающий сюда с Палмеры, каждый раз разбивался об эту чудовищную вертикаль, пока его не осенила идея использовать ее в качестве музыкального инструмента. Воодушевленный этой мыслью, Тибио столетиями вытачивал в мягком песчанике каверны и пещеры. Наконец скала зазвучала. Воздух, проходя сквозь узкие камеры в стенах, создавал странный воющий звук.

Стоя наверху и любуясь распахнувшейся перед ней облачной панорамой, Дийна думала, что людям, живущим в этих краях, было легко поверить в духов, обитающих в горных пещерах… Облака стелились ей под ноги прозрачной дымкой. Ближе к горизонту они густели, крепли и набирали вес. Где-то внизу тихо шептались скалы. Иногда из пещер доносился чей-то смешок, а в другое время – стон или плач.

Неподалеку на побережье белели домики Орзолы, старой рыбацкой деревни. Туристы навещали ее, чтобы посмотреть на старинные дома, при строительстве которых использовались не только камни, но и обломки корабельных досок, а еще – кости огромных рыб, которых нынешние жители Архипелага даже представить себе не могли.

В последние пятьсот лет, после того как Архипелаг поднялся в небо, никто больше не ловил здесь рыбу, а все бывшие рыбаки переквалифицировались в птицеловов. Вместо того чтобы забрасывать неводы в море, они ставили сети на буйков и кесарок. Однако многое в обиходе деревни осталось от прошлого: например, портал церкви, украшенный морскими раковинами, или алтарь в виде лодки, или ресторанчик «Варадеро» – очень необычное название для летучего острова, на котором не было ни одного морехода.

Донья Каэтана, разговорившись о чем-то с владельцем ресторана, остановилась отдохнуть в тени драконового дерева с бокалом прохладительного напитка и предоставила Дийне с Альваро дальше идти вдвоем. Они поднялись к еще одной местной достопримечательности – пещере-трубе, образованной застывшей лавой. Сверху серые плоские крыши Орзолы выглядели, как чешуя дракона, притаившегося за камнями. Дийна долго смотрела на них в задумчивости.

– Когда я жила в Оротаве, у меня был один друг – о, ничего такого, он был в три раза старше меня, – зачем-то пояснила она для Альваро, хотя тот и не думал беспокоиться по этому поводу. – Так вот, он рассказывал, что на Континенте есть огромные механические машины, которые ездят по рельсам…

– Поезда. Да, я тоже слышал об этом, – откликнулся де Мельгар.

Он думал о другом. У причала деревни колыхались плоты, сложенные из воларовых бревен. Наверное, пришли с Палмеры. На некоторых были устроены шалаши и сушилось белье. Вид этих кочевых жилищ настраивал на беззаботный лад, но теперь-то Альваро знал, для чего отцу нужен был воларовый лес, и это скопище плотов перед причалом казалось ему зловещим предзнаменованием. Тряхнув головой, молодой человек заставил себя вернуться к разговору.

– …Мне кажется, что история этой деревни похожа на поезд, – говорила Дийна. – Когда Архипелаг перестал быть частью суши, она сошла со стрелок и покатилась по другому пути.

– Что ж, такое бывает, – заметил он осторожно, стараясь не выдать вспыхнувшей мысли: «Вот черт! Неужели она догадалась?!»

– Раньше меня часто преследовал один сон… как будто я падаю. С высокой-высокой скалы, примерно как эта. Но в последнее время сон изменился. Мне снится, что я лечу среди туч и внезапно мне навстречу выныривает скала – как кулак, летящий в лицо.

Она не успела договорить, так как Альваро вдруг засобирался обратно.

– Понятия не имею, что это значит, – улыбнулся он. – Сны нам неподвластны. Может, пойдем?

«Не знаешь? Тогда почему у тебя такой виноватый вид?» – хотелось спросить Дийне, но она не решилась.

Этот сон, настойчиво повторявшийся в последнее время, не давал ей покоя с тех пор, как они приехали на Сильбандо.

– Как бы нам не наткнуться на Рохо в этих горах, – с беспокойством сказал де Мельгар. – Говорят, он скрывается где-то поблизости. Без шлема я не рискнул бы к нему подойти, а волшебный шлем по твоей милости покоится на Изнанке!

– Если ты дашь мне джунту и поклянешься, что вы отпустите Марио вместе с Рохо, то я, возможно, сумею его достать! – парировала Дийна. Она осторожно нащупывала ногой тропу. Человека, который придумал, что в длинной юбке можно карабкаться по горам, следовало бы без сожаления прикончить. Здешние камни, отполированные дождями и ветром, были довольно скользкими. Альваро подал ей руку, помогая спуститься с высокого уступа.

– Даже не думай. В Эрвидеросе почти не летают на джунтах, это небезопасно. Попадешь в неудачный ветер – и нам придется потом вылавливать тебя из Океана. Кроме того, на Изнанке водятся целые стаи диких алагато, которые, уж поверь, далеко не такие лапочки, как наш Баррига!

Баррига! Дийну вдруг охватило теплое чувство:

– Не поверишь, но я по нему скучаю.

Де Мельгар с улыбкой посмотрел на нее:

– Не поверишь – я тоже.

Одна вещь не давала Дийне покоя: ей давно пора было поговорить с Марио, а она день за днем малодушно откладывала разговор. Бывший повелитель дракона тоже, кажется, ее избегал. От Альваро она узнала, что дон Франциско выделил Марио катер и трех стрелков для поисков Рохо, и они теперь почти все время проводили в горах.

«А заодно эти трое присматривают за пленным», – догадалась она. Бывшего всадника держали под жестким контролем. Из-за них с Альваро Марио попал в довольно сложную ситуацию. Элементарная порядочность требовала от нее объясниться. Дийна давно уже выведала, где его поселили в замке, и однажды, набравшись смелости, подкараулила его в коридоре.

– Что тебе нужно? – с ходу спросил он, не утруждая себя приветствием. Голубые глаза презрительно оглядели ее от макушки до пяток. Разумеется, он отметил и пышное платье, и побрякушки, одолженные графиней.

– Прости, это все случайно вышло! – выпалила Дийна, пока у нее не исчезла храбрость. – Мы не планировали уводить Рохо и вообще… ничего такого…

Усмехнувшись, он скрестил руки:

– Да ну?

Разумеется, он ей не поверил! Вереница путаных мыслей и оправданий вихрем пронеслась у нее в голове, но вместо извинений вдруг вырвалось:

– Ты давно в последний раз видел Мартина?

Она ляпнула это наугад и сама поразилась его реакции. Марио отшатнулся, как от удара, но в следующий момент его лицо исказилось, и он грубо встряхнул ее за плечи, так что у нее клацнули зубы:

– Что?! Откуда ты знаешь Мартина? Хочешь сказать, что он тоже у вас?

Его дыхание отяжелело от гнева. На секунду Дийна испугалась, как бы он не размозжил ей голову о стену.

– Так, а повежливее можно? – вдруг раздалось из темноты коридора.

Это был Альваро, снова принявший облик наследника: сжатый рот, угрожающе сдвинутые брови. Дийна мысленно застонала, настолько его появление было не вовремя. «Вот засада, и как он узнал-то?!» Де Мельгар обладал раздражающим свойством появляться всегда внезапно и там, где его ждали меньше всего.

– Все в порядке! – Она резко высвободилась. Завидев нового противника, Марио зло прищурился.

Де Мельгар моментально оценил обстановку:

– Он тебя ударил?

– Нет.

– Да, – нахально соврал Марио, разумеется, ей назло.

Дийна послала Альваро предупреждающий взгляд: «Перестань, только драки нам сейчас не хватало!» Он так же безмолвно ответил: «Сама виновата! Тебя даже на пять минут оставить нельзя!»

Оглядев их, Марио вызывающе усмехнулся:

– Может, побеседуем вслух? Или я лучше пойду? Когда вы так делаете, я чувствую себя третьим лишним!

Спохватившись, Дийна с напускным безразличием принялась рассматривать старые фрески, украшавшие стену. Иногда у нее действительно возникало смутное чувство, что она могла слышать мысли Альваро у себя в голове. Это еще больше усиливало отчуждение между ними. В такие минуты она чувствовала, что он тщательно скрывает что-то от нее, и даже догадывалась, что именно. Скорее всего, его мучили сомнения, как поступить, если возникнет конфликт между ее интересами и выгодой для Сильбандо. От неловкости она обычно старалась побыстрее переключить свое внимание на что-то другое, понимая, что дружба иногда требует от человека слишком многого, и не каждые отношения выдержат проверку такой хирургической откровенностью.

– Ты рассказала ему о Мартине? – спросил Альваро.

– С твоим родственником все в порядке, – сказала Дийна, обернувшись к Марио. – Он учится в колледже Всех Ветров, на острове Керро.

– Думаешь, я в это поверю? – хмыкнул он с интонацией, подразумевающей «после всего, что вы натворили?!».

– Не веришь – можешь сам убедиться. Телеграфируешь на Керро и уточнишь.

Она посмотрела на де Мельгара, ища у него поддержки. Подумав, тот согласился:

– Попробуем связаться с ними сегодня. Кажется, нам действительно пора это сделать.

Из-за удаленности Сильбандо от других крупных островов местная линия телеграфной связи работала с перебоями. Приходилось ждать, пока мелкие островки, на которых торчали телеграфные башни, выстроятся нужным образом, чтобы принять сигнал с Палмеры – ближайшего крупного острова. Если бы не курьеры, новости в этот забытый ветрами угол Архипелага всегда приходили бы с опозданием. Дийна, впрочем, и не ждала многого от сегодняшнего сеанса связи: ей хотелось просто убедить Марио в том, что его блудный братец здоров, цел и благополучен.

Однако последние вести, дошедшие с Керро, всех потрясли.

– «Фениксы» совершили налет на Оротаву, – хмуро сообщил дон Франциско, когда они все собрались в столовой. – Точнее – на порт Лос Вьентос.

Марио подскочил, чуть не опрокинув тарелку:

– Есть пострадавшие? Мартин?..

Сознание Дийны пронзили другие страхи: замок Эль Вьенто, Саина, Транкилья, доктор Сальваторе… Было просто ужасно сидеть тут – и не иметь возможности убедиться, что они живы!

Из открытых окон доносились звуки повседневной жизни. Вечернее солнце беспечно играло на граненых бокалах, поблескивало на столовых приборах, но всем вдруг показалось, что над замком сгустилась мрачная туча и в комнате как-то потемнело.

Дон Франциско успокаивающе поднял ладонь:

– С колледжем все в порядке, там пострадавших нет. Был разрушен склад возле порта, один из цехов птицефабрики и несколько жилых домов. Есть раненые среди жителей, погибли три человека, но в замке, насколько мне известно, все целы. Этот налет скорее вызвал панику, чем нанес реальный ущерб.

– Я завтра же еду на Керро! – решительно заявил Марио. Насупившись, он с вызовом посмотрел на дона Франциско. Дийна была впечатлена его храбростью. Мало кто осмелился бы вести себя так в присутствии графа де Мельгара.

«Или до Фуэрте просто не доходили кое-какие слухи об этом человеке?» – подумала она.

Возле бровей де Мельгара собрались тяжелые складки, не предвещавшие ничего хорошего. Он явно был близок к тому, чтобы взорваться.

– Мы полетим вдвоем, – поспешно добавил Альваро, хотя Марио весь вечер словно нарочно его игнорировал. Не отошел еще после утренней ссоры.

– Кстати, с Фуэрте тоже есть новости, – продолжил граф сухим тоном, специально для Марио. – С сожалением должен сообщить, что ваш дядя, сеньор Дельгадо, скончался. Власть перешла к временному муниципалитету во главе с губернатором. Местные землевладельцы избрали некоего сеньора Асторо.

Фамилия Асторо почему-то показалась Дийне знакомой. Где она могла ее слышать? Она посмотрела на Альваро – тот тоже казался задумчивым. Марио с достоинством встретил эту печальную весть:

– Без Рохо мне незачем возвращаться на остров, и я не наследник. В Олвере меня, вероятно, считают дезертиром и трусом. – Дийна подумала, что его последние слова были адресованы ей. Она опустила голову. Ей оказалось нечего на это ответить.

– Я хочу только встретиться с Мартином, – закончил он.

– Что ж… возможно, в этом есть смысл, – задумчиво сказал дон Франциско. И можно было поклясться, что прямо сейчас в его голове просчитывались все последствия такого решения, протягивались ниточки будущих политических связей и вспыхивали сигнальные огни возможных проблем.

Вдруг Дийна вспомнила: имя сеньора Асторо она видела в газетах, которые передал им Гонсалес перед самым арестом! Он был одним из крупнейших землевладельцев Фуэрте и тоже имел связи среди ардиеро! Интересно, граф знает об этом?

Но эта мысль была тут же вытеснена из ее головы другими переживаниями: «Значит, Марио с Альваро уедут на Керро, а как же я?!»

Она без стеснения вклинилась в их разговор, прервав обсуждение подробностей завтрашнего перелета:

– Я тоже завтра поеду!

Альваро выстрелил в нее взглядом, который ясно гласил: «Только попробуй!»

– Это лишнее, – снова нахмурился дон Франциско.

– Ты же видела, каковы эти «фениксы»! – напомнил Марио.

– И если бы там были только они… – негромко добавил Альваро, намекая на особый интерес Ордена Хора к ее персоне.

Все, буквально все объединились против нее! Она почувствовала, что закипает. Как они не понимают? Даже Транкилья, наверное, ходит сейчас в патруле вокруг Керро, хотя у нее опыта – кот наплакал! А она, одна из лучших воланте (без ложной скромности), будет в это время торчать на Сильбандо, занимаясь пустой болтовней?!

Альваро, угадав ее настроение, еле заметно покачал головой:

«Не нужно тебе туда лезть! Ты можешь хотя бы раз удержаться от очередной убийственной авантюры?»

«Иначе что? Снова попробуешь меня остановить?»

Донья Каэтана вдруг опустила глаза и принялась старательно вытирать губы салфеткой. Марио при этом показалось, что она улыбается. Он был совершенно сбит с толку. Дон Франциско, все еще мрачный, барабанил пальцами по столу, словно размышляя, можно ли удержать в Эрвидеросе одну настырную гостью, не запирая ее в камеру, и стоит ли вообще возникшая проблема таких усилий?

Кажется, он решил, что не стоит.

В этот напряженный момент возле стола появился бесстрастный лакей с очередным блюдом: пышным, румяным пирогом с начинкой из птицы и овощей. Его присутствие слегка разрядило обстановку.

– Что ж, если сеньорита настаивает, мы не можем ей запретить, – наконец произнес дон Франциско. – Однако я надеюсь, что вы все будете осторожны.

Его веское слово положило конец дискуссии. После этого главный вопрос о поездке был решен, и осталось лишь обсудить детали.

– Я дам тебе письмо к губернатору и к сеньору Агудо, – сказал он сыну. – Мне кажется, «гидры» лучше всего использовать для патрулирования торговых маршрутов, но им там на месте виднее.

По его звонку лакей принес карту восточного побережья.

– Вот здесь, на островах Арико и Тирахана уже установлены сторожевые посты, – показал граф. – Было бы неплохо еще построить оборонительные базы вдоль караванного пути, по которому идет торговля с Лигой. Если вооружить Тасакорте и Артенару, это позволит обезопасить…

Дийна тоже с интересом сунула нос в карту, но в этот момент донья Каэтана вышла из-за стола и поманила ее за собой. Пришлось покинуть столовую, хотя девушка сделала это с большой неохотой.

«Ладно. Потом узнаю все у Альваро!»

На широкую галерею замка тихими шагами спускался вечер. Ветер доносил аромат эвкалиптов и можжевельника – похоже, Эстладо пребывал сегодня в романтическом настроении. Глядя в мирное темнеющее небо, Дийна думала о Керро, который сейчас, вероятно, готовился к очередному налету. Здесь на Архипелаге они слишком привыкли чувствовать себя в безопасности. Никто и подумать не мог, что с неба, вспарывая огнями воздух, может внезапно спуститься смерть.

Поежившись, она направилась в салон доньи Каэтаны, потому что решила провести свой последний вечер на Сильбандо в ее обществе. Мать сказала бы, что в этом заключается ее долг, как всякой приличной гостьи.

Однако Каэтана неожиданно преподнесла ей сюрприз. Подозвав к себе Дийну, она выложила на рабочий столик кожаный чехол, из которого достала два плавника для джунты, рассчитанные на средний и сильный ветер. Дийна так и застыла с открытым ртом, глядя на два гладких куска эпофибры. Она совершенно не ожидала увидеть нечто подобное здесь, на Сильбандо, и тем более – в будуаре графини!

– Изогнутые мне всегда казались более удобными, чем прямые, – улыбнулась Каэтана, проведя пальцами по гладкой кромке. – Я хотела подарить их тебе. В свое время я совершила с ними немало маневров, и меня никогда не разворачивало под ветер!

В ее глазах мелькнуло что-то мечтательно-ностальгическое, словно воспоминания юности.

– Спасибо, – только и могла выговорить Дийна, глядя то в лицо Каэтане, то на стол, где лежала еще одна часть ее прошлого. Еще один кусочек мозаики встал на место, снова меняя ее представление о характере этой женщины.

«Неужели она когда-то действительно летала на джунте? Здесь, на Сильбандо?! Как ей удалось? И как она смогла потом от этого отказаться?»

Да, Каэтана умела удивлять. Может быть, теперь, живя в графском замке, вознесенном над самыми высокими скалами острова, она чувствовала, что в ее руках и так достаточно ветра.

Готовясь к полету, Дийна думала, что в последнее время ей необыкновенно везет на новые впечатления. Если на Сильбандо они приехали на драконе, то на Керро им предстояло добираться на гидроплане – то есть в тесной фанерной коробочке с бешено рычащим мотором и без всякого паруса.

На такой штуке ей летать еще не доводилось.

Впрочем, сидящий слева пилот выглядел вполне уверенно. Он улыбнулся и подмигнул пассажирке. Дийна с интересом осмотрелась в кабине, но увидела только торчащий рычаг, несколько круговых шкал и еще какие-то измерительные приборы. Остро и непривычно пахло бензином. Мотор сначала чихнул, а потом зафырчал так громко, что трескучее эхо отразилось от скал. Над их головами завертелся пропеллер, сливаясь в сверкающий круг. Поток воздуха растрепал Дийне волосы, бросая в лицо короткие пряди. Она поспешно надела шлем с очками-«консервами», борясь с желанием схватиться за стенки кабины. Было немного волнительно. Воларовая «гидра» мягко побежала по флайру, постепенно набирая скорость, а потом плавно поднялась выше гор. Серые скалы, подсвеченные солнцем, с высоты были похожи на куски халвы. По узким долинам бежали тени от легких перистых облаков. Дийна давно заметила, что сверху все казалось более ярким и праздничным. Глаз не замечал изъянов и мелочей.

«Но все-таки, несмотря на мощь и совершенство этой машины, полет под парусом больше мне по душе!»

Внизу проплывали скалистые ландшафты Сильбандо. Сидя с замирающим сердцем в ожидании любого подвоха (а вдруг сейчас откажет мотор и мы свалимся? Или угодим в облако?), она думала, что парус был подарен человеку самими ветрами, чтобы люди поняли, что такое мечта… А полет по небу в грохочущей, воняющей бензином коробке – это просто перемещение из точки А в точку Б.

Ее охватило радостное нетерпение, когда за бортом показались знакомые очертания острова Керро, чьи красно-рыжие скалы выступали из пелены стоячих облаков. Когда гидроплан заходил на посадку, луч солнца отразился от синего зеркала озера Агилос. Белые домики Оротавы, каскадом сбегавшие к озеру, быстро увеличивались в размерах. Где-то на краю зрения промелькнул мыс Тано с торчащей на нем башенкой маяка.

Для гидропланов, присланных де Мельгаром, на Керро организовали отдельный терминал. В воздухе стоял запах сырости из-за частых дождей. Пальмы, растущие на набережной возле порта, печально свесили мокрые гривы. Когда гидроплан подошел к молу, Дийна была рада выбраться на твердую землю. Альваро, ловко спрыгнувший из соседней кабины, мгновенно уловил ее настроение:

– Тебе не понравилось.

Она всегда чувствовала себя в воздухе свободнее, чем на земле, но не так – съежившись на сиденье, сознавая, что от тебя вообще ничего не зависит!

– Пассажирское кресло не для меня, – призналась она, – хотя машина отличная! И она явно способна показать «фениксам», где крабы зимуют, в отличие от «утюгов» или наших лодок!

Напоследок Дийна не выдержала и оглянулась. «Гидра» мягко качнула крылом, будто прощаясь.

Вблизи город смотрелся не так нарядно, как сверху. Вид портили облупленные углы, тряпье, сушившееся на веревках, ослиные «подарки» на дороге и сухие плети бугенвиллии, подмерзшие за зиму. Но все равно возвращение домой грело душу. Дийна заметила, что на улицах было гораздо меньше людей, чем обычно. Пепел и грязь, оставшиеся после пожара, уже смыло дождем, но в глаза то и дело бросались последствия ночного налета. Крыша дома на перекрестке была разрушена, и из нее, словно кости, торчали черные балки. Многие окна были закрыты ставнями, а некоторые вообще заколочены. В одном месте дорогу им преградил обвал кирпичей.

«Трое погибших», – вспомнила она, и ей стало так зябко, будто кто-то сунул кусок льда ей за шиворот. Если бы не Марио и Альваро, которых нельзя было оставить наедине, так как любой разговор мгновенно высекал между ними искры, она уже мчалась бы к дому доктора Сальваторе, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

– Мне нужно встретиться с губернатором, – напомнил Альваро, у которого тоже было полно забот.

– Давайте сначала заглянем в Эль Вьенто.

Дело Марио представлялось ей более неотложным. Пусть он увидит Мартина и успокоится уже, наконец! Кроме того, ей тоже не терпелось снова встретиться с Саиной, Транкильей и остальными.

Первая встреча состоялась даже быстрее, чем они думали. Запыхавшись, они втроем поднимались на холм к каменным воротам колледжа, когда из тумана им навстречу вдруг вынырнула знакомая коренастая фигура.

– Мартин, – улыбнулась Дийна.

Он рассеянно помахал ей рукой:

– Привет. Нет, вы представляете?! Кто-то взял и порвал мои сети! И это накануне миграции! Найду хулиганов – прибью на фиг. У меня весна на носу, птицы скоро пойдут косяками, а эти!

Потом до него дошло, кого он видит перед собой, и он резко оборвал свою речь.

– Дийна… Альваро! Вы вернулись!

Он потряс де Мельгара за руку, а Дийну стиснул в объятиях так, что у нее дух захватило.

– О, ты загорела! Отлично выглядишь!

«Я не просто загорела, я прокалилась в пустыне до самых печенок, а еще потеряла миллион нервных клеток, летая с драконами!» – подумала она про себя, но по глазам Мартина было видно, что он уже ушел на дно и рассказывать ему что-то бессмысленно. Его способность всецело погрузиться в науку и птичьи проблемы была даже трогательной. Наверняка Саина рассказывала ему что-то об их злоключениях, но Мартин, увлеченный проблемой сезонной миграции, пропустил все это мимо ушей. Поэтому Дийна молча улыбнулась и отошла в сторону, подтолкнув вперед Марио.

– Тут кое-кто давно хотел с тобой встретиться, – сказала она.

Марио так растерялся, что стоял молча, не в силах выговорить ни слова.

– Да? – Мартин с вежливой улыбкой наклонил голову, как обычно здороваются с настойчивыми незнакомцами. – Мы встречались?

На секунду Дийну обожгло страхом, что она где-то крупно ошиблась, но потом в мозгах у Мартина прояснилось, неопределенное выражение сбежало с его лица, и он радостно заорал:

– Марио… Это ты! Чтоб я лопнул! Но как… каким образом?!

Они обнялись, хотя Марио все еще выглядел так, будто не вполне верил своим глазам.

– Я рад, чертовски рад, что ты вырвался с Фуэрте! – повторял Мартин. Он всматривался в лицо брата, ища в нем знакомые черты, и полузабытое детство, казалось, витало между ними. – Как дела в Олвере? Как дон Мигель?

– Он погиб. – Когда прошла первая радость от встречи, голос Марио стал суше и строже. В нем читалось осуждение: «Как ты мог просто так уехать и бросить нас всех?!»

Мартин смотрел на него очень внимательно:

– Я все равно не вернусь, ты же знаешь.

– Но ты должен! Ты же наследник!

В этом возгласе было столько детской обиды! Дийна только сейчас поняла, с какой отчаянной надеждой Марио рвался на Керро. В детстве Мартин, наверное, был для него авторитетом и примером для подражания. Старший брат как-никак, хоть и двоюродный. Даже когда тот исчез, в глубине души Марио всегда надеялся, что брат вернется. Что ему будет кому служить.

А теперь оказалось, что Мартин вовсе не связывал свое будущее с островом Фуэрте. И преданность Марио была ему не нужна. В его лице появилось холодное, отстраненное выражение.

– Мы с бароном Дельгадо давно закончили наши дела.

Дийна, тихо стоявшая рядом с Альваро, огорчилась от его холодного тона. Она заметила, что он ни разу не назвал Дельгадо отцом. Впрочем, после их пребывания в Олвере она уже не удивлялась, почему Мартин так не любил рассказывать о своих родственниках.

– Он хотел, чтобы я стал Всадником и оседлал Вортиса! Я же предпочел исчезнуть и остаться в живых.

«И тогда тебя заменил сеньор Лобо, а Вортиса это окончательно свело с ума…» Она вздохнула. Увы, ни один человек не способен просчитать все последствия своих поступков. Остается лишь делать то, что ты должен, и надеяться, что не ошибся с выбором.

– Вортис тоже погиб, защищая Олверу, – хмуро уронил Марио.

– Мне правда жаль. Но я не гожусь в наездники для драконов. Здесь, в колледже, я на своем месте. А там…

Он печально покачал головой. Вдруг участок дороги накрыла густая тень, будто на солнце набежало огромное облако. В вышине, вольготно раскинув крылья, парил дракон. Дийна, сориентировавшись быстрее всех, рыбкой нырнула за выступ скалы. Мартин так и застыл с открытым ртом, беспомощно глядя в небо, а Марио вдруг рассмеялся – в первый раз за долгое время.

– Это Рохо! Он нашел нас!

Альваро вежливо похлопал сокурсника по плечу, чтобы вывести его из ступора:

– Ты хотел узнать, кто порвал твои сети? Вон, смотри. Кажется, тебе сегодня попалась очень крупная «птичка»!

Выбрав место поровнее, Рохо спикировал и приземлился, обдав всех порывом холодного воздуха. От него пахло ветром и свежестью утреннего неба. Затем, не обращая внимания на людей, он принялся чистить крылья после долгого перелета.

– Это Рохо?! Да быть не может! – выдохнул Мартин, в котором снова проснулся натуралист. – Здорово же он вымахал за последние годы!

– Может, он явился сюда за тобой? – поддразнил его Марио. – Ведь по обычаю драконы служат законному правителю Фуэрте. Вот Рохо и прилетел, чтобы напомнить тебе о твоем долге! Подожди, еще Меркурио явится!

Все с опаской посмотрели на небо. Альваро пробурчал что-то вроде «только этого нам не хватало». Мартин непреклонно покачал головой:

– Все равно не вернусь. Фуэрте – это остров кошмаров. Там все просто помешаны на драконах, а уж Дельгадо – в первую очередь! Он заставлял меня сутками торчать в Драконьем колодце, не снимая этого проклятого шлема. От угроз Вортиса меня постоянно тошнило. Зато ему, кажется, понравилось надо мной издеваться. От его мысле-образов я до сих пор иногда просыпаюсь в холодном поту! Барону же было на все наплевать. Вечерами за ужином он болтал только о выводках летучих ящериц, которых он распихивал по пещерам, надеясь, что магия флайра сотворит из них новых драконов. Это была его навязчивая идея: получить больше, еще больше драконов!

От волнения лицо Мартина пошло красными пятнами. Это была самая длинная речь, которую Дийне довелось услышать от него за все время пребывания в колледже. Она не знала, что сказать от сочувствия. Да уж, такого детства даже врагу не пожелаешь!

– Ну, из его затеи с лагартами все равно ничего не вышло, – заметил Марио примирительным тоном. – Как бы дон Мигель ни старался, а постичь старую магию ардиеро ему так и не удалось!

– Оно и к лучшему, – не удержался Мартин. Он стоял, засунув руки в карманы, и весь его вид свидетельствовал о том, что с Керро его не утащишь даже буксиром.

– Что ж… значит, мне возвращаться домой одному?

Тут Альваро решил, что настал подходящий момент, чтобы вмешаться:

– А Рохо ты оставишь здесь?

– Разумеется, нет!

Вздернув подбородок, Марио решительно направился прямо к дракону. Рохо отпрянул в сторону. Дийна затаила дыхание, наблюдая за ними. Всадник протянул ладонь и сказал что-то еле слышно, но дракон только фыркнул, помотав головой. Дийна сама не заметила, как схватила Альваро за руку:

– Его надо остановить.

Рохо вел себя, как норовистый конь, но это был «конь» размером с огромную яхту! Она чувствовала его настороженность. После «фениксов», которые жалящими укусами гоняли его братьев по небу, после людей де Мельгара, целившихся в него из-за камней, Рохо уже не собирался доверять людям, и кто стал бы его в этом винить?

На лице Альваро не было заметно и тени сочувствия.

– Может, если Рохо приложит его разок о скалу, у него в голове прояснится! – пробормотал он.

Дийна резко обернулась к нему, собираясь ответить, но ее отвлек рев дракона.

– Марио!

Де Мельгар, забыв про свой скептицизм, бросился к всаднику. Его опередил Мартин. Вдвоем они смогли оттащить Марио под прикрытие скалы. Рохо их не преследовал. Взмахнув крыльями, отчего по оврагу пронесся ветер, он отлетел подальше и оттуда наблюдал за людьми. В его взгляде Дийне почудилась неприятная сосредоточенность.

– Пусти меня! – вырывался Марио. – Он просто должен меня вспомнить!

– Подожди! – Она подбежала к друзьям. – Дай ему время. Хотя бы до тех пор, пока у него не сгладится то воспоминание об Олвере. Я уверена, что он снова научится тебе доверять!

– Он мне и так доверяет! – зло крикнул Марио, оттолкнув брата. – Это он вас боится! Уходите отсюда, а мы с Рохо как-нибудь разберемся!

Дийна промолчала. Ей было жаль Марио, который в один день потерял и родственника, и друга, и она всем сердцем сочувствовала Рохо, но прежде всего следовало подумать о колледже и о Керро. Беспилотный дракон рядом с городом – это проблема, и проблема нешуточная!

– Надо рассказать сеньору Мойзесу, – предложила она. – Может, в колледже есть кто-то из магистров, кто умеет обращаться с драконами? Может, Мойзес разрешит Рохо остаться у нас. Мы могли бы поселить его в Птичнике, например.

В ее словах была доля шутки, однако Мартин воспринял их на полном серьезе.

– Где?! – вскрикнул он слегка придушенным голосом.

Альваро улыбнулся:

– Тогда уж лучше в ангарах, там просторнее. Я согласен, что Мойзеса нужно предупредить. И тебе придется пока остаться в Кастильо, если хочешь получить обратно своего дракона, – сказал он Марио.

Всадник непримиримо блеснул глазами, но потом все же кивнул.

– Вспомни, ведь на Сильбандо ты сумел передать Рохо приказ даже без шлема! – напомнила ему Дийна. – Думаю, вас связывает нечто большее, чем просто магия! Сеньор Мойзес наверняка сумеет тебе помочь.

Кажется, это послужило решающим аргументом. Мартин теперь тоже с интересом поглядывал на дракона, который угнездился поодаль и спокойно лакомился флайром, сгустившимся у скалы. Любой ученый с радостью ухватился бы за шанс изучить поближе это уникальное существо.

– Ладно, я остаюсь, – буркнул Марио. – Но только до того дня, когда Рохо снова пустит меня в седло! Потом мы улетим. – Он сердито взглянул на брата. – С тобой или без тебя, тебе решать!

Новость о появившемся на Керро драконе распространилась по колледжу быстро, словно лесной пожар. Каждый студент счел своим долгом спуститься на гребень, чтобы с безопасного расстояния поглазеть на Рохо, спавшего в овраге. Не все, правда, восприняли его появление с энтузиазмом. Сеньора ди Кобро в ответ на просьбу предоставить дракону убежище в Кастильо ощетинилась всеми колючками и яростно прошипела: «Только через мой труп!» Мойзесу пришлось применить все свои дипломатические способности, чтобы избежать скандала, а потом еще выдержать визит инспектора Агудо, озабоченного возможными осложнениями. Только заверения Марио и Альваро, подтвердившего, что за целую неделю пребывания на Сильбандо Рохо не разорил ни одной фермы и ни разу не напал на чье-то стадо, помогли спасти ситуацию.

Стоя у окна и созерцая двор колледжа, где царило необычайное оживление, Кармен ди Кобро раздраженно думала, что там, где появляется эта девчонка, сразу жди неприятностей. В прошлый раз она притащила с собой летучую лодку, теперь вот дракона. Что дальше? Хорошо, конечно, что с наследником де Мельгаров ничего не случилось. Но эта Линарес… Если бы она свернула себе шею где-нибудь на Сильбандо, то она, Кармен, нисколько не расстроилась бы. Колледж мог бы вздохнуть спокойно.

Вечером наблюдатели доложили, что Рохо поднялся к вершине Теймаре и устроился на ночлег в одном из кратеров. Все немного пришли в себя. Во флигеле как-то стихийно устроилась вечеринка – то ли по поводу Альваро и Дийны, то ли в честь дракона, кто его знает. В любом случае Дийна была рада внезапным гостям. Они их буквально спасли.

Едва успев бросить в холле рюкзак, она встретилась взглядом с Дейзи.

– Ну привет, – улыбнулась та.

Дийна почувствовала, как де Мельгар застыл у нее за спиной. Первым ее порывом было обнять Дейзи и поздравить с выздоровлением, но та держалась так отчужденно, что это желание сразу угасло. Вдруг простучали быстрые шаги – и в холле появилась Саина.

– Дийна! Альваро! – расцвела она. – А у меня как раз чайник вскипел!

Увы, даже чайник не мог спасти ситуацию. Они сидели на кухне, каждый в своем невидимом коконе, и никак не могли перешагнуть через неловкость первой минуты.

Поэтому все так обрадовались, когда в комнату ворвался Винченцо, размахивая бутылкой имбирного лимонада, а за ним появилась сияющая Транкилья. Все что-то радостно закричали, Дийна обнялась с подругой. Все смешалось. Мартин познакомил всех с Марио. Пришли двое коллег Альваро с его кафедры – похоже, хотели лично убедиться, что он просто вернулся, а не восстал из мертвых. От выпускника кафедры сенсорных искажений всего можно было ожидать.

Звездой вечера был, разумеется, Марио. Всем хотелось расспросить его о драконе. Дийне показалось, что он немного повеселел. В колледже она сразу отвела его к Мойзесу, в кабинет ректора, где он просидел два часа и вышел с просветлевшим от надежды лицом. Теперь Марио купался во всеобщем внимании и рассказывал о Рохо с такой небрежностью, будто тот был домашним котом.

– Вы действительно на нем летали? – завороженно спросила Транкилья, не сводя с него глаз. – И как оно?

– Не очень удобно. На гидроплане мне больше понравилось! – ответил Марио под общий смех.

Дийна взяла себе на буфете картофельные дольки, салат и присела рядом с подругой.

– Будь добра, передай мне масло, – попросила она.

– Что?

Дийне пришлось повторить свою просьбу. В ответ она получила соусник и бессмысленную улыбку. А Транкилья опять отвернулась к Марио с очередным вопросом.

«Все ясно. Кажется, Транкилья тоже попала под его обаяние. Ну, Марио!»

Кто-то завел музыку, Мартин по ошибке принес с кухни миску немытой картошки вместо папайи. Что интересно, он даже не заметил своей ошибки. Винченцо, споткнувшись, чуть не вылил кувшин с лимонадом на головы всем собравшимся. Вечер явно удался и становился все оживленнее. Только один человек не принимал участия во всеобщем веселье – Альваро. Он удобно устроился в углу и торчал там, как айсберг, окруженный сушей. Его взгляд постоянно следил за Дейзи.

Дийне очень хотелось переброситься с ним парой слов, но девушку вечно кто-нибудь отвлекал, а еще на ней цепко висел Баррига, успевший соскучиться за полтора месяца. Вот кто сегодня был совершенно счастлив! Стоило ей переступить порог флигеля, и Баррига от радости впал в экстаз, как стая чаек при виде баркаса с рыбой. В его понимании мир наконец-то полностью пришел в норму. На целый вечер он прочно пришвартовал свою корму к ее креслу, не отпускал хозяйку от себя ни на шаг, клубился вокруг ее ног и довольно урчал. Чтобы лишний раз не расшатывать его нервную систему, Дийне пришлось весю вечеринку просидеть на одном месте.

Сидя в кресле, она чувствовала обволакивающее тепло от камина. Эта гостиная, о которой она так часто вспоминала в Олвере, являлась для девушки воплощением уюта. Каждый уголок был с любовью отделан Саиной. Дийна отметила, что здесь все осталось по-прежнему, только на окнах появились темные рулонные шторы.

– Это для светомаскировки, – пояснила Саина, поймав ее взгляд. – Распоряжение городского комитета.

Разговор сам собой перешел к последним событиям и той роли, которую сеньор Агудо отвел «Крыльям Керро» в деле защиты острова.

– «Утюги» полицейских, понимаешь ли, слишком тяжелые, чтобы барражировать вдалеке от острова, – разглагольствовал Винченцо с видом опытного воздушного волка. – Зато мы, воланте, можем выследить «фениксов» еще на подлете и вовремя подать сигнал сторожевым постам.

Легкие лодки воланте, вооруженные сигнальными ракетами, были теперь своеобразной живой границей Архипелага.

– Вовремя вы вернулись, – сказал Орландо, глядя на де Мельгара. – Без вас нам тяжко пришлось. Еще двое воланте в моей команде – это серьезное пополнение!

«В моей команде?!» – Дийна чуть не подавилась компотом. Ее порадовало, что Альваро проявил завидное самообладание: улыбнулся краешком губ и перевел разговор на другую тему. На секунду она испугалась, что они с Орландо сейчас превратятся в двух котов, защищающих свою территорию. У Альваро в дорожной сумке наверняка лежал приказ сеньора Агудо, подтверждающий его командирство, так что Орландо придется подвинуться, но все равно это неприятно. Орландо Ортис вообще был каким-то взвинченным, это сразу бросалось в глаза.

«Неужели это все из-за Дейзи?»

В этот момент Дейзи как раз тащила упирающегося Винченцо на середину комнаты, чтобы потанцевать. При их встрече Дийне действительно показалось, что в ее глазах мелькнуло что-то колючее, чуждое, будто кто-то недобрый выглянул на мгновение из знакомых черт. Но сейчас в ней не было абсолютно ничего пугающего. Никакого сходства с тем ужасным стариком, который чуть не прикончил их в Башне. Тряхнув головой, Дийна отбросила тревожные сомнения: Дейзи – и магия ардиеро? Чушь. Альваро зря беспокоится. У них и так хватает поводов для волнений, с этими «фениксами», драконами и со всем прочим!

Даже перед собой ей не хотелось признаваться, что ее мысли были вызваны не только сочувствием к Дейзи, но и горячим желанием остаться на Керро. При малейшем подозрении Альваро живо упакует ее, как посылку, и отошлет на Сильбандо с первой же почтой. Дийна не сомневалась, что у него хватит власти такое устроить. В Эрвидеросе он, можно сказать, открылся ей с новой стороны. Наверное, даже сеньор Агудо к нему прислушается.

«Между прочим, еще неизвестно, кто для меня опаснее: Дезире или дон Франциско!»

Тем временем Винченцо, которому удалось-таки отбиться от танцев, выложил на столе мозаику из оливок, показывая де Мельгару, где расположены сторожевые посты.

– Обычно воланте летают по трое, – рассказывал он. – Наше звено – это я и Орландо с Транкильей. «Фениксы» пока больше не нападали на остров, но время от времени они пытаются пощипать торговые дирижабли с Континента и каботажные суда. Как правило, они появляются вечером или ночью, это самое горячее время. – Он усмехнулся. – Они стараются подобраться к нам незаметно, но их выдает свечение флайра на плоскостях. Расписание патрулей есть у сеньора Агудо, тебе нужно будет с ним встретиться.

Альваро кивнул, глядя на импровизированную карту:

– Завтра посмотрим.

Было уже далеко за полночь, когда Дийна добралась наконец до своей спальни, чувствуя себя такой усталой, будто отмотала несколько рейсов, причем все – в разные концы Архипелага. Ощупью отыскав кровать, девушка рухнула в нее, не раздеваясь, и сон сразу же накрыл ее с головой.

…В грозовом небе ворочались тяжелые тучи, резко вспыхивали молнии, похожие на огромные сверкающие деревья. Вцепившись в гик и буквально повиснув на парусе, Дийна упрямо вела лодку вперед, к едва видневшимся очертаниям острова. Ей осталось совсем немного… еще чуть-чуть… Вдруг огромная глыба вынырнула из темноты прямо перед ней. От удара мачта хрустнула, как сухая ветка. Дийна ахнула, ее ослепила боль – и она проснулась.

В комнате стояла звенящая тишина. Сквозь густую, бархатную темноту на потолке смутно виднелись очертания балок. Медленно выдохнув, Дийна попыталась унять бешено бьющееся сердце. Опять этот сон! Он надоел ей до смерти еще на Сильбандо!

Раньше только один сон преследовал ее так настойчиво – тот самый, в котором она падала в пропасть. Теперь сюжет изменился, но лучше не стало.

Она с досадой перевернула подушку, уткнувшись щекой в прохладный сатин: «Ладно бы хоть снилось что-то приятное, а то кошмар за кошмаром! Впору вообще не спать. Сейчас завернусь в одеяло, сяду и буду до утра таращиться в темноту, как сова!»

В глубине комнаты слышалось мирное сопение алагато. Дийна от души ему позавидовала. Подсознание Барриги, руководившее его снами, вряд ли подсовывало ему такую жуть, как падение с обрыва или встреча с пикирующей скалой.

«Почему, интересно, мне с такой регулярностью снится смерть?»

Может быть, ее жизнь тоже где-то «перешла стрелку», как те поезда с Континента… И теперь она движется по другому пути, а все, что ей осталось от прежней непрожитой жизни – это несколько обрывочных воспоминаний, смысла которых она даже не может понять?

Вдруг стало холодно, будто по плечам повеяло сквозняком. Впрочем, Дийна быстро сообразила, что дело тут не в снах и не в страхе – в спальне действительно был сквозняк.

«Странно. Я же закрывала окно! Неужели само открылось?»

Тихо соскользнув с кровати, она шагнула, как в омут, в прохладную темноту. В комнате явно ощущалось чье-то присутствие. Баррига? Дийна сделала шаг, и в то же время где-то рядом послышался шорох, а затем – оглушительный вопль.

– Баррига!

Отскочив в угол, она вскрикнула. Что-то хлестнуло в воздухе – раз, другой. Дийна схватилась за лампу, не увереная, что лучше: зажечь ее или использовать как оружие. Так же внезапно все стихло. Сжавшись, она чутко ловила каждый звук, готовая в любой момент отразить нападение. Тихо скрипнула дверь, и темноту разбавил желтый свет лампы. У порога возникла Дейзи в наброшенном на плечи пальто.

– Что случилось? Кто-то кричал? – спросила она невозмутимо.

– Это Баррига. Он…

Дийна не успела договорить. Алагато, как обшитый мехом снаряд, просочился между ног Дейзи и вылетел в коридор, где уже слышались встревоженные голоса. От качнувшейся лампы по стенам побежали коричневые тени. В этом неверном свете Дийна увидела, как над ее подушкой кружится пух, а на спинке кровати белеет длинная уродливая царапина…

Дверь распахнулась – и в комнату ворвался Альваро, за спиной которого маячили Орландо с Саиной. Увидав следы погрома, Саина ахнула. На полу валялась изогнутая кочерга.

– Обалдеть! – присвистнул Марио, высунув любопытный нос из-за плеча Орландо. – Таким ударом можно голову оторвать!

Дийна почувствовала тошноту. Кто-то только что пытался ее убить! Лицо Альваро стало жестким и собранным, а взгляд, который он нацелил на Дейзи, мог выморозить до костей.

– Чего? – возмутилась она. – Я прибежала на шум, как и ты!

Де Мельгар перенес свое внимание на Дийну:

– Ты запирала окно?

– Конечно!

Он внимательно осмотрел спальню, будто пытаясь воссоздать в уме сцену, разыгравшуюся здесь минуту назад.

«Только для ардиеро, владеющего магией флайра, запертое окно – это не проблема!» – запоздало сообразила Дийна. Альваро нахмурился, видно, успев прийти к такому же выводу.

Если в комнате действительно побывал агент Ордена Хора, ему ничего не стоило с помощью флайра приподнять защелку и открыть створку окна. Две секунды – и путь свободен! Хотя то же самое могла сделать и Дейзи, чтобы отвести от себя подозрения. Все могло быть.

– Что, здесь побывал грабитель? – спросила ничего не понимающая Саина. – Но как он пробрался в замок?

Замок Всех Ветров обладал особой защитой и не каждого пропускал на свою территорию. Вот только от ардиеро, к сожалению, он не мог защитить, так как был их исконным владением.

Альваро покачал головой:

– Вряд ли это был грабитель.

– Тогда кто? Кто-то покушался на Дийну? – Саина сурово уставилась на него. – Так. Во что ты ее втянул?!

Под ее напором де Мельгар почувствовал себя неуютно:

– Вообще-то я здесь ни при чем!

В его голосе слышалась нерешительность. Это ведь была не его тайна… Дийна вздохнула:

– Ладно, теперь уже все равно не скроешь. Мое настоящее имя – Дийна Веласко.

Саина, ничего не смыслящая в политических течениях Архипелага, только недоуменно моргнула. Зато Орландо быстро сообразил:

– Значит, ты родственница графа Веласко? Правда?! Того самого, который возвел Барьер вокруг Ланферро?

– Он мой отец. И в деле с Барьером он не участвовал. Его убили три года назад. Возможно, приятели того человека, который только что тут побывал.

– О… сочувствую.

В наступившей тишине резко прозвучал смешок Дейзи:

– И как долго ты планировала скрывать этот потрясающий факт?

– А тебе не кажется, у нее были причины для скрытности? – саркастически заметил Альваро, кивнув на распоротую подушку. – Я бы на ее месте тоже помалкивал. А то раскроешь рот не перед тем человеком – и однажды проснешься без головы!

Дейзи зашипела на него, как кошка:

– Может, выразишься поточнее? По-твоему, это я, что ли, вломилась сюда с кочергой?! Совсем спятил? Значит, эта «принцесса» является сюда под чужим именем, вешает всем лапшу на уши, а я виновата?

Холодное презрение в ее голосе подчеркнуло язвительность ее замечания. Все молчали, но на лицах Саины с Орландо Дийна заметила тень сомнения. Дейзи фыркнула:

– Вы как хотите, а я иду спать!

И она удалилась походкой оскорбленной королевы, вставшей не с той ноги. Лампу она унесла с собой, отчего комната снова погрузилась во мрак. Спустя несколько минут темноты, наполненных треском спичек и приглушенными ругательствами, Орландо сумел зажечь восковую свечу, стоящую на комоде. Вид у него был расстроенный и смущенный одновременно.

– Это не она, – выдавил он. – Я уверен.

– Думаешь, у нее не хватило бы сил? – хмыкнул Альваро, снова критически осмотрев развороченную постель. – Человек, измененный магией флайра, вполне на такое способен. И она первая появилась здесь, хотя ее комната дальше по коридору.

Тени, залегшие под глазами Орландо, стали еще глубже. А может, это просто так казалось в нездоровом свете свечи. Дийна подумала, что он выглядит как человек, который пытается выбросить из головы какое-то тяжелое воспоминание. Они с Альваро молча смотрели друг на друга, и вся комната словно сжалась до узкого пространства между ними.

– Я тоже не думаю, что это Дейзи! – выпалила она, не в силах больше это терпеть. – Наверное, кто-то забрался в окно, а Дейзи с Барригой его спугнули!

Альваро взглянул на нее с легким сочувствием, как на дурочку, зато остальные приободрились. Всем было легче представить, что это сделал кто-то чужой. Потому что вообразить, что человек, способный в гневе рассечь надвое спинку кровати, живет с тобой под одной крышей – это слишком страшно.

– Я пойду поговорю с ней, – сказал Орландо, решительно направившись к двери. Альваро сделал жест, будто хотел его удержать, но передумал.

Когда они остались в комнате вчетвером, Марио восхищенно покачал головой:

– Ну знаете! С вами тут не соскучишься!

Ночное происшествие его только взбодрило, чего нельзя было сказать о Саине. Она мужественно подавила зевок.

– Я ничегошеньки не поняла, но одно могу сказать точно: тебе не следует сегодня оставаться одной, – заявила она Дийне. – Пошли ко мне.

Дийна была очень благодарна ей за это предложение – больше, чем она могла выразить. Если бы все разошлись и оставили ее в этой спальне, она точно до утра глаз не сомкнула бы. Даже моргать старалась бы через раз!

– Хорошая мысль, – поддержал ее Альваро. – А я выйду посмотрю, что там снаружи. Хотя если кто-то и шлялся около флигеля, то сейчас он, скорее всего, уже далеко… Кстати, – он повернулся к Саине, – у тебя не найдется пустых жестяных банок или чего-нибудь еще в этом роде? Надо вам какую-нибудь сигнализацию на окно приспособить!

В хозяйстве у Саины можно было найти все что угодно. Банки тоже нашлись. Сидя на полу в ее уютной розовой спальне, Дийна клевала носом и думала, что их первая ночь на Керро проходит как-то очень… насыщенно. Альваро растворился снаружи среди деревьев, бесшумный, как клубок дыма. Баррига нес вахту на подоконнике, тревожно вглядываясь в темноту за окном. Она так мечтала вернуться в Эль Вьенто! Но она и подумать не могла, что по возвращении ей придется полночи нанизывать на веревку пустые жестянки из-под консервированных бобов и фасоли.

Оборона острова Керро была организована методом импровизации, однако многое все-таки было сделано. В бывшем здании склада устроили штаб, где обычно собирались ночные дежурные и воздушные патрули. Здание немного пострадало от взрыва, но потом разбитую стену сложили заново, вставили окна, внутри сделали перегородки и поставили железные печки. Дийна должна была прийти туда сегодня, чтобы встретиться с командой «Крыльев», в которую только что приняли двух новых воланте.

– У нас в «Крыльях» пополнение, – сообщил ей Альваро еще с утра. – Нам прислали двух бывших курьеров с Аррибы.

Нельзя сказать, что это известие привело ее в восторг. Крутые «чико» с Аррибы, которых иногда сильным ветром заносило на Керро, мягко говоря, не пользовались симпатией у местных. Летали они не сказать чтобы хорошо, зато гонору у них было хоть отбавляй. Они всячески любили подчеркнуть свое превосходство, кичились дорогим снаряжением из редкоземельных материалов и вели себя так нахально, что обычный дружеский кивок с их стороны можно было считать верхом любезности.

А теперь им придется вместе работать! Дийна слегка поморщилась: «Вот радость-то!»

– Проведи с ними инструктаж, – попросил Альваро. – Нужно поскорее ввести их в курс дела.

Он протянул ей пухлую папку:

– Скажи им, чтобы лоцию восточного побережья выучили наизусть. И особенности местных воздушных течений. Высоту каждой вершины на спутниках чтобы тоже запомнили, им тут ночью летать придется! А если кто-нибудь влетит в аэростат заграждения – отстраню от полетов на неделю! Нет, на две!

Она подумала, что Альваро в роли инструктора выглядел бы гораздо внушительнее. Но он и так был нарасхват: с самого утра его вызывал к себе губернатор, а теперь его ждал инспектор Агудо, которого тоже интересовали последние новости с Сильбандо.

– Ладно, – пробурчала она, забирая папку.

Он ободряюще улыбнулся:

– Ты справишься. Главное – пожестче!

– Может, пусть лучше Орландо с ними поговорит? – вырвалось у нее.

При упоминании Ортиса де Мельгар как-то потемнел лицом:

– Нет, Орландо мы пока трогать не будем.

«Ах да, точно!» Зря она это предложила.

– Я виделся с ними утром, и они вроде бы нормальные ребята, – добавил Альваро, чтобы ее подбодрить. – Зовут их Диего и Торрес. Диего фанатеет по лодкам, так что вы с ним точно поладите. Кстати, свою «Молнию» он сам собрал, из подручных материалов. Я наблюдал за ним сегодня на полигоне – мчался, как ферзь! Торрес тоже неплохо летает. Он два года работал курьером у какого-то сенатора, двукратный чемпион «Алой ленты».

Ого, «Алая лента» – это серьезный уровень! Дийна вынуждена была признать, что новичок точно чего-то стоил. Этот приз давали за рекорд скорости при доставке почты из Эль-Котильо в Калету. Самый длинный и самый опасный маршрут в Архипелаге! Правда, она подозревала, что некоторые «коллеги» дона Гаспара обошли бы Торреса, как стоячего, только они предпочитали обделывать свои делишки по-тихому и не афишировали свои достижения.

– Ладно, посмотрим, кого там ветер принес.

– Нам понадобится любая помощь, – добавил Альваро. – Ты в курсе, что половину гидропланов из тех, что прислал отец, было решено отправить на Аррибу?

– Что? Зачем?!

– Для усиления защиты острова, естественно.

– Но Арриба гораздо дальше от границы, чем Керро! – с возмущением заметила Дийна. – «Гидры» больше пригодились бы здесь!

Хотя чему она удивляется. Конечно, большинство сенаторов до смерти перепугались при виде «фениксов». Кто-то же должен защищать их плантации, заводы и виллы!

– Перестраховщики, – согласился де Мельгар. – Будь их воля, они бы и на Близнецах сторожевой пост выставили! Наверное, их остановило только то, что пулеметчику там понадобился бы кислородный баллон!

Направляясь к зданию склада, Дийна подмечала, как изменился город за время ее отсутствия. В нем появилась какая-то настороженность. Он больше не собирался позволить застигнуть себя врасплох. В соседнем переулке расчищали улицу от завала, почти у каждого забора лежали мешки с песком. Несмотря на ранний час, многие ставни были закрыты. Транкилья вчера рассказывала, что городской комитет распорядился усилить пожарные команды и открыл для всех желающих медицинские курсы.

За дверью кабинета, где обычно собиралась команда «Крыльев», Дийна услышала голоса. Любопытство заставило ее приглушить шаги. Она не любила подслушивать, но то, что вещал самоуверенный глуховатый голос со столичным выговором, показалось ей интересным.

– Всем было бы проще, если бы сеньор Агудо догадался объявить амнистию! – говорил он. – Сейчас не то время, чтобы припоминать контрабандистам их старые грехи! Среди них тоже есть крутые ребята, и они были бы здесь очень кстати. Динамит, например. Что значит – вы не слышали о Динамите? Это же ваша местная знаменитость! Один раз он припер на Керро контейнер весом в пятьдесят кило, причем таможня даже не пикнула!

– Врешь ты все. – Дийна узнала голос Винченцо. – На джунте такой груз не поднимешь!

– Так не на джунте! Он его на тросе за собой приволок. Высший пилотаж!

Дийна мысленно закатила глаза. Пятьдесят кило, скажут тоже! Что она им, портовый кран, что ли?! Тот проклятый контейнер тянул килограмм на десять, и то она с ним намаялась по самое некуда, чуть руки себе не вывихнула. Она понятия не имела, что в нем хранилось, кажется, какое-то оборудование для птицефабрики. Гаспар сказал ей тогда: меньше знаешь – крепче спишь. Ее маршрут с Аррибы представлял собой серию сложных прыжков в обнимку с контейнером по цепочке мелких островов. Перед этим она целую неделю потратила на расчеты. И все равно уже на финише ее снесло ветром, из-за чего они с вместе контейнером застряли на Кордеро. Гаспару пришлось вытаскивать их оттуда на катере. Хорошо еще, что он успел до прилета полиции! Эта операция дорого обошлась Дийне: потом у нее целую неделю дрожали руки и коленки от пережитого страха. Зато Гаспар ходил довольный, как кот, над которым пролился дождь из сметаны. После этого он разрешил Дийне нанять прислугу, чтобы она могла выспаться после ночных полетов, а не горбатиться у плиты.

– …Вот Динамит точно не стал бы прятаться бы от «фениксов»! – не унимался голос. – Не то что мы! Он сумел бы использовать свою джунту как оружие. Например, можно привязать к корме длинный трос с грузом, чтобы опутать винт аэроплана. Раз – и готово! «Феникс» падает, ты летишь. Или можно заманить его под Мордорезку, например. Или протаранить…

Дийна решила, что выслушала достаточно. Пора кончать этот цирк. Толкнув дверь, она решительно вошла в кабинет:

– Динамит не сделал бы ничего подобного, так как он все-таки контрабандист, а не самоубийца! – заявила она. При ее появлении все заинтересованно притихли. – Если бы в полете он встретил «феникса», то использовал бы катабатический ветер, чтобы спрятаться на «изнанке», и не забыл бы обрызгать себя лимонной эссенцией, чтобы отпугнуть стаи алагато, которые там живут! Именно этому мы и будем учиться, ясно? Никаких стычек с «фениксами», никаких таранов, никакого смертельного идиотизма! Наше дело – разведка, а не воздушный бой!

Твердым взглядом она оглядела собравшихся. Кроме привычного состава «Крыльев» здесь обнаружился еще Марио и два незнакомых парня. Один из них был смуглый, чернявый, небольшого роста и подвижный, как ящерица. Он удобно устроился рядом с Транкильей и Винченцо. Поймав взгляд Дийны, белозубо улыбнулся:

– Привет. Я Диего.

Это был не тот голос, который разглагольствовал тут о драках с «фениксами».

– Меня зовут Дийна. А вы, должно быть, Торрес, – обернулась она ко второму незнакомцу, который всем стульям в комнате предпочел подоконник. Свои светлые, выгоревшие до белизны волосы он стянул в хвост, оставив лишь несколько прядей, картинно спадающих на лоб. Светло-серые глаза на узком лице насмешливо разглядывали девушку из-под челки.

«Храбрец, тоже мне!» – подумала она с раздражением. Ей вспомнилась сцена бойни в Олвере. Только человек, который никогда близко не видел «фениксов», мог с такой легкостью рассуждать о драке с ними.

– У нас нет оружия, – добавила она специально для него, – зато есть ветер и знание местности. И в скорости мы почти не уступаем «фениксам». Эти преимущества мы и будем использовать!

Пока она раздавала всем карты побережья, Торрес только пренебрежительно повел плечом: мол, как скажешь. По крайней мере, он не стал ввязываться в спор. Но, рисуя на доске схему местных ветров, она иногда натыкалась на его скептическую ухмылку, и в ней снова вспыхивало раздражение.

«Я как чувствовала, что с этими ребятами будут проблемы!»

Ладно, только с одним из них. Диего вроде бы не испытывал сложностей с коммуникацией. Он внимательно слушал, какие возможности для полетов дает рельеф Керро и его местные ветры. При этом он ухитрялся одновременно подмигивать Транкилье и шепотом объяснять Винченцо, как он круто сделал переднюю оковку гика на своей лодке. Торрес помалкивал, но выглядел так, будто на минутку заскочил сюда с яхтовой вечерники, сделав большое одолжение всем собравшимся. На его лице витало скучающее выражение, лишь самую малость не дотягивающее до наглого невнимания. «Типичный спортсмен, – сердито думала Дийна. – Такие люди вечно соревнуются, вместо того чтобы сотрудничать!»

Тем не менее она решила, что первый контакт с чуждой столичной цивилизацией прошел не так уж плохо. Остальное покажет практика.

– Что же делать, если «феникс» упадет нам на хвост? – вдруг спросил Марио.

Он тоже слушал ее очень внимательно, хотя Дийна не совсем понимала, зачем он вообще сюда явился. (Может, Транкилья его притащила? То-то она вечно оглядывается в его сторону!) Вообще-то она полагала, что Марио должен сидеть сейчас рядом с братом, обложившись учебниками по этологии, и постигать азы психологии драконов. Она сделала себе мысленную пометку спросить о его планах. Если он вознамерился учиться летать, то военный патруль – не самое подходящее место. Это не для новичков.

– Если у вас нет возможности скрыться, попытайтесь увести его к Палмере, туда, где поле флайра сильнее. Мотор «феникса» там долго не выдержит!

– Далековато до Палмеры-то, – не выдержал Торрес.

– Тогда уходите через Колмену!

Колменой называлась группа маленьких островов к юго-востоку от Керро. Они двигались вокруг Керро, словно пчелиный рой, по довольно прихотливым траекториям, облетая друг друга. Опытный воланте, хорошо знающий местность, мог попытаться пройти Колмену насквозь. «Феникс», не такой послушный в управлении, как легкая джунта, продержался бы до столкновения не больше минуты. Разумеется, в темноте или при большой облачности лезть в этот «пчелиный рой» было безумием, но на крайний случай и этот вариант мог сгодиться. Диего присвистнул:

– Рисково. А ты пробовала там летать?

– Мы все будем учиться, – улыбнулась Дийна. – Пойдемте к ангарам.

К своему облегчению, Дийна обнаружила, что за полтора месяца ее отсутствия бывшие ученики прилично освоились в воздухе, вернее, на флайре. Винченцо, который раньше летал таким стилем, что без слез не взглянешь, теперь легко и непринужденно скользил между облаков. Орландо научился делать поворот оверштаг в глиссировании. Транкилья поняла, что падение с лодки под парус – это не худшее, что может случиться с тобой в небе.

Лодка Диего называлась «Молния» и имела необычно выгнутую мачту, а на гике было навешано столько приспособлений, что Дийна только головой покачала. Да, инженерная фантазия у него била ключом! Такой парень мог не только джунту, но и целый аэроплан собрать из подручных материалов!

Вдалеке в небе маячил полосатый красно-голубой парус Торреса. На верхушке его мачты гордо реял алый вымпел, напоминающий, что вы имеете дело не с кем-нибудь, а с самым быстрым воланте в Архипелаге.

– Мы прозвали его лодку «Челюсти», – засмеялся Диего. – Потому что если Торрес участвует в соревнованиях, то остальные могут расслабиться и пойти покурить. У него фиг вырвешь победу!

Когда они облетели окрестности порта и научились использовать для быстрого спуска ветровые потоки Фрайо, переваливающие через хребет Теймаре, Торрес вдруг попросил:

– Покажи мне Колмену.

Этот рискованный маневр явно запал ему в душу. Дийна не собиралась сегодня устраивать показательные полеты и испытывать удачу, лавируя между парящими скалами, но в словах Торреса чувствовался вызов. Может, он хотел уязвить ее в отместку за пренебрежение, которое она выказала во время лекции.

– Ладно.

Спустя десять минут они собрались всей группой на мысе Хонда, наблюдая, как скалистые острова размером с половину Эль Вьенто погружаются и выныривают из облаков, кружась в хаотическом танце. Некоторые из них были покрыты зелеными пятнами леса, другие представляли собой голые скалы.

– А что? Я бы попробовал, – оживился Диего. – Только не сегодня.

Требовалось как минимум несколько часов наблюдений, чтобы уловить закономерности в движении этих скальных осколков и проложить среди них примерный маршрут.

– Я бы и сейчас слетал, – лениво ответил Торрес. – Но если здешние воланте такие же инвалиды в технике, как те, кого я до сих пор видел, то для них это будет билет в один конец! Дурацкая идея!

«Ах, так!» Его презрительный взгляд будто подхлестнул Дийну. Можно подумать, что, кроме как на Аррибе, больше нигде летать не умеют!

Подняв парус, она слегка подтолкнула лодку вперед. Опасно, конечно, но ничего… она осторожно. Ей не хотелось забираться в самую гущу скалистого «роя». Все-таки она давно не практиковалась на Керро, да и облачность, хоть и слабая, тоже мешала. Колмена приблизилась, стремительно вырастая в размерах. Лодка Дийны со свистом разминулась с одной скалой, пролетела мимо другой…

У нее почти получилось! Как всегда во время полета, остальные проблемы временно исчезли из головы. Мозг и тело работали с лихорадочной скоростью, меняя положение джунты и паруса. Вираж, еще вираж! При каждом ускорении у нее свистело в ушах.

Вдруг торчащий выступ одного островка вылетел из облака прямо перед мачтой. Ахнув, Дийна еле успела вытолкнуть лодку из-под удара. Страшная картина словно отпечаталась перед глазами: скала, летящая ей в лицо… Прямо как в том сне! Ладони вдруг стали влажными, и она на секунду замешкалась с парусом. Этого хватило, чтобы следующий кусок скалы чиркнул по корме. Джунту завертело в воздухе. «Соберись!» – строго крикнула она себе.

Спас плавник. Дийна кое-как смогла выровнять лодку и, больше не рискуя, вывела ее из Колмены. Когда она снова причалила к мысу, Транкилья с Винченцо имели очень бледный вид. Орландо был мрачен, а Диего изумленно покачивал головой: да, вы тут знаете толк в развлечениях!

«Ну что, съел?!» – Она поискала глазами Торреса и вдруг увидела, что его полосатый парус уже одолел половину расстояния до Колмены. Похоже, он собирался повторить ее путь.

– Стой! – крикнула Дийна.

Куда там. «Ну все, сейчас в «Крыльях» станет на одного летуна меньше! – подумала она со страхом. – А потом Альваро разозлится на меня из-за того, что я закусилась со столичным курьером и все испортила! И, в общем-то, будет прав…»

Ее опасения не подтвердились. Красно-голубой парус порхал между скалами, как иголка по ткани, уверенно прокладывая себе путь. Развернувшись обратно, Торрес плавно, на волне флайра приблизился к берегу и причалил лодку в двух шагах от Дийниных спортивных ботинок. Потом, подхватив джунту, он отнес ее подальше от края скалы и с деловым выражением немного подтянул оттяжку на мачте. «Вот как надо летать!» – говорил весь его вид.

Простодушный Винченцо расплылся в улыбке:

– Обалдеть! Это было круто!

Транкилья его поддержала. Торрес снисходительно принимал поздравления и даже соизволил объяснить, как проделал несколько трюков. Дийна уже сама не знала, радоваться ей или жалеть, что он не разбил свою высокомерную башку о скалы. Заметив ее настроение, Диего подмигнул:

– Чисто прошел. Я же говорю, он хорош!

– Да уж.

«Если бы он еще поменьше выделывался, цены бы ему не было!»

Ранним утром, когда серый шерстяной туман еще лежал над островом, словно толстое одеяло, Дийна с Марио отправились в экспедицию. Она заранее все подготовила. Собрала рюкзак, взяла учебную широкую джунту, более устойчивую, чем узкая малолитражная «Рисуэнья». Такая лодка могла выдержать двух человек. Выйдя из порта, они поднялись над хребтом Анаги, над лавровыми лесами – лаурисильвой, над пушистыми шапками сосен. Их парус беззвучно скользил сквозь мягкий рассеянный свет.

Сумрачный лес, в котором запутались туманные клочья, казался промокшим и грустным, но уже полным надежды. Самая красота здесь начнется в апреле, когда зацветет лавр и по всему склону запестреют белые, лиловые и красные цветы кактусов тахинасте. Воздух был крепким и свежим, с ноткой весны. Со стороны Лос Гигантес доносился запах цветущего миндаля.

Их путь лежал выше – к лавовым полянам и старому кратеру вулкана Чинейро, давно заросшему сосняком. Именно там, по последним сведениям, обосновался Рохо. Оказалось, правда, что найти красно-бронзового дракона среди красных и рыжих скал не так-то легко. Марио быстро пришел в раздражение.

– Конспиратор, чтоб его! – ворчал он. – Где же он спрятался?

– Не злись.

– Я не злюсь! У меня совсем нет причин для злости!

Продираясь через подлесок, он отшвырнул с дороги мешавшую ветку. Сосновый куст мстительно наподдал ему сзади и плеснул за шиворот ледяной водой. Дийна поспешно отвернулась, чтобы не засмеяться… и замерла. Одним движением догнав Марио, она схватила его за руку и выдохнула ему в ухо:

– Смотри! Вон там!

Со стороны дракона можно было принять за огромный нарост красноватой лавы. Рохо здорово научился маскироваться! Он залег в неглубоком овраге, почти слившись с местностью, и дрыхнул сном праведника.

Тихо, стараясь даже не дышать лишний раз, Дийна с Марио подкрались поближе. Дракон спал. Неподалеку валялась горка обглоданных чистых костей. Колледж регулярно снабжал Рохо свежей бараниной, да и флайра вокруг было в избытке. Посовещавшись, они решили, что сытый дракон вряд ли опасен.

– Разбудим его? – предложил Марио.

– Сам проснется. Давай пока перекусим.

Она подозревала, что угрюмое настроение Марио в основном было следствием его пустого желудка. Утром они так спешили, что не успели позавтракать. Тихо, стараясь ничем не звякнуть, Дийна вытащила из рюкзака фахитос – мясо с овощами, завернутое в лепешку-тортилью. Марио не отказался. После такой прогулки у кого угодно разыгрался бы аппетит.

Они успели подкрепиться и даже запить свой нехитрый завтрак водой из фляги, а дракон все спал. Устав ждать, Дийна собрала флайр в ладони и осторожно провела прядью по драконьему хребту, намекая: «Эй, лежебока! Сколько же можно спать?»

Рохо повел усом, как от щекотки.

«Может, полетаем»?

Длинный бронзовый хвост изменил положение, примяв несколько молодых сосен. Дракон медленно потянулся, как огромный чешуйчатый кот, и расправил крылья. По кронам деревьев пробежал ветерок.

– Скорее! – шепнул Марио.

Они сорвались с места. Их джунта была совсем рядом, спрятанная за камнями. Прыгая по кочкам, Дийна первой добежала до нее и вытащила на утес. Марио вскочил в лодку следом за ней, и они стартовали. Парус сразу натянулся от ветра. Макушки сосен, опутанные туманом, поплыли вниз.

Эта идея пришла к ней вчера. Чем обычно Марио занимался с Рохо, когда они были вместе? Конечно, полетами! Можно было надеяться, что в воздухе дракон быстрее вспомнит своего старого друга. Кто знает, вдруг парящая рядом джунта пробудит в нем приятные воспоминания? Ему же нравились их полеты, Марио сам говорил! В общем, они посоветовались и решили, что попытка не пытка.

Правда, все оказалось сложнее, чем она думала. Ей пришлось полностью сосредоточиться на полете, чтобы лодку не опрокинуло, а на общение с Рохо почти не осталось сил. Марио, висевший на гике, как крупный балласт, ничем не мог ей помочь. Он вертел головой, ища взглядом плескавшегося в небе дракона.

– Если бы ты поднялась чуть повыше, я бы мог перескочить к нему на спину! – предложил он.

– Ага, а потом он взбрыкнет – и мне придется отскребать тебя от камней в кратере! Нет уж, давай обойдемся без трюков!

«Как-то незаметно, чтобы Рохо был рад нашему присутствию», – разочарованно подумала Дийна. Он не обращал на них никакого внимания. Когда ему надоело парить над кальдерой, дракон, взмахнув крыльями, устремился вверх, к перистым облакам, где кристаллы льда, выпадая из слоев верхового ветра, образовали удивительные структуры, похожие на белые конские хвосты.

Перегруженная джунта не успевала за этим стремительным движением. Вскоре крылатый силуэт растаял в сияющей голубизне. Дийна вздохнула:

– Не вышло… Жаль.

– Но ты сумела поговорить с ним? Он что-нибудь думал обо мне?

– Я же не умею читать мысли! – возразила она. – Могу уловить только отголоски, оттенки эмоций…

– А я даже этого не могу!

Выпалив это, Марио надолго умолк. Переживал, наверное. Трудно смириться с мыслью, что друг, с которым вы были вместе с самого детства, просто взял и забыл о тебе!

Но сегодня больше ничего нельзя было сделать. Пришлось возвращаться. Дийна чуть наклонила парус, и лодка послушно привелась к ветру. Она скользила по флайру, наслаждаясь движением, скоростью и фантастическими замками из обветренных красных скал, проплывавших внизу.

«Почему жизнь не может быть всегда такой простой и ясной, как во время полета?»

Солнце поднялось выше. Туман постепенно растаял, открывая вид на сады в террасном стиле, фермы и мельницы. Когда они приземлились, Марио с новым интересом осмотрел лодку. Потрогал парус, плавник, примерился к гику.

– Мне придется самому освоить эту штуковину, – сказал он. – Вдвоем мы не сможем летать достаточно быстро, а про катер и говорить нечего, на нем я Рохо точно не догоню! Возьмешь меня в свою группу?

– Нет, – ответила Дийна. И, прежде чем он успел обидеться, добавила: – Мы сейчас будем отрабатывать ночные полеты, а тебе это еще рано.

Она задумалась, как бы ему помочь. Может, Транкилья покажет ему базовые приемы? Она точно будет не против. С того дня, когда Марио появился на Керро, она постоянно о нем вспоминала.

Вдалеке между облаков вдруг загорелось алое пятнышко паруса.

– Смотри, кто-то из ваших летит сюда! – воскликнул Марио.

Дийна удивилась. Лодку-то она сразу узнала – это была «Эрмоса». А насчет пилота возникли сомнения… Дейзи после аварии ни разу не появлялась в ангаре, даже близко не подходила к своей любимице. Человек же, который к ним направлялся, явно был новичком. Иногда он слишком резко дергал за гик, отчего лодка рыскала носом. Много энергии, но мало опыта.

– Кажется, это Дейзи, – с сомнением сказала она.

«Или какой-то псих, взявший ее лодку без спроса. Если Дейзи про это узнает – он труп!»

– Твоя странноватая подружка из колледжа?

– Никакая она не странная! – возмутилась Дийна.

– Ой, да брось! Я всю жизнь при драконах, чего только не насмотрелся. И эту пещерную магию нюхом чую. Поверь, с вашей Дейзи точно не все в порядке!

Ей не понравилось, как он это сказал.

– Тебя это не касается, и я буду очень признательна, если ты воздержишься от таких замечаний! По крайней мере, до тех пор, пока ты гостишь в Кастильо!

Марио не унимался:

– Нет, я, конечно, давно понял, что у тебя чувство самосохранения отсутствует в принципе… Но другие-то куда смотрят? Магистры в колледже или профессор Мойзес? Триста лет назад на Фуэрте таких, как она, вообще убивали!

Дийна ошеломленно уставилась на него.

– Ну да, а ты что, не знала? Когда островом правил первый барон Дельгадо, один уцелевший жрец ардиеро умудрился набрать себе сторонников и провел над ними обряд в Колмиллосе. В результате у него образовался отряд в двести человек, среди которых было шестеро одержимых «духом дракона». Они попытались захватить Эль-Котильо. В гарнизоне было три тысячи солдат, и то они не сразу справились с нападавшими! В городе кошмар что творилось. Одного одержимого удалось взять живым. Его заперли в каменном мешке для допроса, но он умер в ту же ночь, хотя никто даже близко к нему не подходил. Утром тюремщики нашли в камере иссохший скелет. Что-то вроде мумии в ошметках плоти, как будто он умер миллион лет назад! С тех пор мы охраняем пещеры Колмиллоса строже, чем наши банковские сейфы. Никому не хочется, знаешь ли, чтобы повторилось нечто подобное!

– Вот спасибо, я теперь долго буду пытаться это забыть, – пробормотала она, стараясь выбросить из головы пугающий образ Дейзи, превращавшейся в мешок сухой гнили. Из этой истории однозначно следовало, что ей лучше воздержаться от визитов от Фуэрте ради собственной безопасности.

«Интересно, знала ли об этом донья Эстер?» – вдруг мелькнуло у нее в голове. Но в любом случае, Эстер уже не было в колледже, когда Орландо затеял свой рискованный эксперимент с саркофагом.

Алый парус тем временем приближался, вырастая в размерах.

– Если кто-то сделал это с твоей подругой, значит, магия ардиеро добралась и до Керро, – логично рассудил Марио. – На вашем острове тоже есть пещеры, полные флайра?

«Нет. Только на Близнецах, а до них, к счастью, никому не добраться». Не хватало еще, чтобы кто-нибудь решил использовать те пещеры подобным образом! Превратить живых людей в заложников темного колдовства!

Дийна решила, что обдумает это позже. «Эрмоса» уже причаливала, поэтому она решительно поднялась, чтобы помочь с парусом.

– Ардиеро и колдовство здесь ни при чем, – быстро объяснила она. – Это сделал ее друг. И он хотел не убить ее, а спасти. А теперь заткнись.

Направляясь к утесу, она мимоходом бросила взгляд на Марио. Дийна боялась, как бы он не ляпнул чего-нибудь при Дейзи – тогда ссоры не миновать. Но, похоже, ее последние слова произвели нужное впечатление. Марио сидел с таким обалдевшим видом, что в ближайшее время вряд ли был пригоден для разговора.

– Далеко же вы забрались! – сказала Дейзи, спрыгнув на землю. – Тебя Альваро искал.

Марио насупился. Стоило кому-то упомянуть де Мельгара – и его лицо превращалось в камень. Они с Альваро едва терпели друг друга. Если они встречались за столом, то от их ледяной вежливости у всех зубы сводило.

– Мы уже возвращаемся, – улыбнулась Дийна. – Кстати, как ты смогла нас найти?

– Да просто узнала, где Рохо. Сегодня неплохое утро для полетов! Правда, ветер оказался сильнее, чем я думала.

Осмотрев парус, она подтянула шкотовый трос, пока Дийна молча стояла, переваривая услышанное. «Я просто узнала, где Рохо». Ну, конечно! Дейзи наверняка могла чувствовать Рохо так же отчетливо, как он чувствовал своих братьев-драконов, ведь их магия, родившаяся из флайра, имела одинаковую природу. Марио только что буквально ткнул ее в это носом! Почему она сразу не подумала о такой возможности? Дейзи – вот кто им нужен!

– Подожди! – спохватилась она, увидав, что подруга снова собирается оседлать свою лодку. – Нам очень нужна твоя помощь! Вернее, ему.

Она махнула рукой в сторону Марио. Тот чуть не шарахнулся в сторону, и глаза у него стали круглые-круглые. Никакого чтения мыслей не требовалось, чтобы угадать его страх: «Ты соображаешь, что делаешь?! Хочешь, чтобы я связался с одержимой?»

– Он хочет вернуть Рохо, но без тебя нам не справиться, – с нажимом сказала Дийна, глядя на всадника выразительным взглядом. Тот открыл рот… и закрыл, проглотив все возражения. На лице Дейзи мелькнула усмешка. Кажется, она догадалась о его колебаниях.

– Значит, ты тот самый парень, которого Альваро тюкнул по голове и отобрал у него дракона? – протянула она. – Узнаю его методы.

Марио снова насупился. Даже Дийне стало не по себе от такой расчетливой жесткости. Ну зачем она так? Взяла и проехалась по его самолюбию, прямо как трактор.

– Все было совсем не так… – начала она, но умолкла, наткнувшись на презрительный взгляд.

– Ты уж вообще помолчи, аристократка липовая! Ради тебя я бы и пальцем не шевельнула, но дракон – это интересно. Можно попробовать.

«Все ясно. Она до сих пор злится на нас из-за той ночной сцены!» В глубине души Дийна тоже считала, что Альваро тогда перегнул палку. Невозможно было представить, чтобы Дейзи причинила вред кому-то из них! Де Мельгар ошибался. Той ночью в комнате явно был кто-то чужой.

Но иногда, вот как сейчас, когда лицо Дейзи становилось чужим и холодным, а в глазах загорался жутковатый потаенный огонь, Дийну начинали одолевать сомнения. Ей стало не по себе. Вдруг подумалось, что места здесь глухие, до колледжа далеко, и никто не знает, где их искать, если что… Марио, вон, тоже заметно напрягся.

Потом Дейзи очнулась от мыслей, тряхнула копной волос, и наваждение спало.

– Ладно, – улыбнулась она. – Посмотрим, что можно сделать. Ты летать-то умеешь?

– Только на драконе, – ответил Марио немного смущенно.

– Это плохо. Как насчет джунты?

– Надо будет – научусь.

– Вот научишься, тогда и посмотрим. Я тебе не извозчик!

– Спасибо, что согласилась помочь. А сейчас нам пора, – поспешно сказала Дийна.

Говорить больше было не о чем, и ей не хотелось задерживаться здесь дольше необходимого. Кратер, заросший пушистой сосновой порослью, вдруг перестал быть уютным местом. Воздух, казалось, потяжелел и давил на плечи. Каждую минуту тянуло оглянуться, чтобы стряхнуть с себя чей-то недобрый взгляд. Даже следы лавы на скалах теперь казались потеками крови… Горы сомкнулись теснее, сжимая их в каменной хватке, а сосны тревожно шептались ветками. Словно ждали, чем кончится дело.

Дезире пожала плечами:

– Тогда летите первыми, я за вами.

Стоя у скалы, она провожала взглядом оранжевый парус. Неуклюжая широкая лодка с двумя летунами, покачиваясь, удалялась прочь. Наблюдая за ними, Дейзи опять усмехнулась: забавный он, этот Марио. Первое время таращился на нее с таким отвращением, будто ему гадюку швырнули в лицо. Это ее задело. Она привыкла совсем к другой реакции… особенно со стороны мужчин.

Так и быть, она поможет ему с драконом. Присутствие Рохо на острове вызывало у нее новые, необычные чувства. Ей вдруг снова захотелось летать. Если закрыть глаза и сосредоточиться, можно было определить, что дракон сейчас парил где-то к юго-западу от нее. Отголоски магии флайра звенели повсюду. Дезире улыбнулась. От таких, как она, у флайра очень мало секретов.

Если де Мельгар разозлится, узнав о ее вмешательстве, это тоже неплохо. Приятный бонус. Она все еще была зла на него. Как он вообще посмел ее подозревать?!

Она не любила возвращаться мыслями к той суматошной ночи. Кое-что тогда действительно ее напугало. Ей не было дела до грабителей или наемных убийц, лезущих в окна – плевать на них. Пугало то, что она сама не помнила, как оказалась в спальне Дийны. Что за сила вытащила ее из постели и заставила среди ночи тащиться в чужую комнату?

Тревожное чувство вызвало холодок под кожей. Иногда возникало ощущение, что у нее в голове поселился кто-то чужой. Что еще хуже, тот ночной случай был не единственным. Сегодня утром, проснувшись, Дейзи обнаружила себя за столом. Ее пальцы сжимали лист бумаги, на котором была нарисована пирамида, перечеркнутая стрелой. Линии проведены много раз, будто она долго размышляла над этим рисунком, водя по нему пером. От рисунка веяло чем-то опасным… и грязным.

Дейзи тщательно вымыла руки, и потом, спустившись вниз, сожгла проклятый листок в камине и решила никому о нем не рассказывать.

После очередной тренировки, закончившейся поздно вечером, Дийна проверила все снаряжение (чтобы завтра не было никаких сюрпризов!), заперла «хранилку» и устало направилась к дому.

Остров уже погрузился в сумерки. Порт, скудно освещенный одним тусклым фонарем, превратился в наслоение синих теней. Возле причала стояли таможенный и полицейский катер, чье присутствие раньше заставило бы ее понервничать. Да, были времена, когда ей приходилось красться в ночи с незаконным грузом, принайтованным к мачте, и каждая встреча с полицией была чревата проблемами.

Теперь ее занимали совсем другие ночные полеты.

Вообще-то ночная навигация среди нормальных воланте всегда считалась редкостной дурью. Лихачество, занятие для адреналиновых наркоманов. Какой нормальный человек станет кружить в темноте вокруг острова, ориентируясь только по сигнальным буям и расположению маяков?!

Но теперь это стало условием выживания. В последнее время «фениксы» под прикрытием сумерек все чаще наведывались к Керро. Главной их целью был порт Лос Вьентос, через который велось снабжение. Только сигнал, вовремя поданный сторожевым постам, мог защитить остров и порт от их наглых посягательств.

Первый ночной полет вызвал у Дийниных подопечных массу острых ощущений.

– Жуть жутчайшая! – признался Винченцо. – Кажется, как будто летишь в темной комнате и вот-вот врежешься в стену!

Высокие заборы из лавового камня отбрасывали на дорожку длинные тени. Во дворах не горело ни одного окна, хотя кое-где за деревянными ставнями слышались голоса. Лунный свет делил окружающий мир на голубое и густо-черное. По ночам знакомая до последнего камешка улица превращалась в таинственное ущелье. «Хорошо еще, что мне не придется подниматься по тропе к самому замку!» – порадовалась Дийна про себя. Теперь она жила в Оротаве вместе с Транкильей.

Транкилья сняла комнату в городе, так как была постоянно занята в штабе и устала бегать из колледжа в порт и обратно. Как и все воланте, она с самого начала записалась в отряд самообороны. Правда, больше всего пригодились не ее летные умения – довольно скромные, кстати, а ее опыт канцелярской работы. Никто лучше нее не справлялся с составлением графиков, расписаний, ведомостей и хозяйственных договоров.

В конце концов, поговорив с профессором Мойзесом, Транкилья временно оставила работу в деканате и переехала в город. Сеньоре ди Кобро придется пока обойтись без ее помощи. Сейчас многие люди на Керро привыкали обходиться без приятных излишеств: например, без кофе, без шоколадных конфет с континента или без нейлоновых чулок, которые внезапно стали жутким дефицитом.

Когда Дийна вернулась на остров, Транкилья обрадовалась и пригласила ее к себе. Плата, разделенная на двоих, не так ощутимо била по карману. А главное, ее дом был совсем рядом с портом. Дийна, которая после изнурительных тренировок готова была заснуть прямо в ангаре, накрывшись чехлами от лодок, с удовольствием согласилась.

Альваро одобрил ее намерение, так как это позволяло ей держаться подальше от Дейзи, что, по его мнению, было лучше для них обеих. Он тоже снял комнату где-то неподалеку, хотя часто ночевал прямо в штабе или в доме сеньора Агудо. В эти ночи им всем было не до сна.

Дийна успела пройти полквартала, когда ее вдруг окликнули:

– Подожди!

Она узнала голос Альваро. Надо же, только подумаешь о человеке – а он тут как тут!

– Я тоже домой. Пошли вместе, нам почти по дороге.

Несмотря на занятость, он почти каждый вечер находил возможность ее проводить. Дийна понимала, что это все из-за Ордена. Хотя никаких инцидентов больше не было, Альваро по-прежнему настаивал на мерах предосторожности. Оконная «сигнализация» перекочевала из спальни Саины в их новое жилище, а сам де Мельгар часто навещал их квартиру, осматривая все углы профессионально отточенным взглядом. Каждый раз после этой процедуры его лицо темнело от разочарования. Дийна иронически думала, что он с нетерпением ждал предполагаемого нападения, чтобы припереть шпиона к стенке и задать ему пару вопросов.

Лично она считала, что в ту ночь ее просто хотели припугнуть, чтобы не вздумала предъявлять какие-то права на Ланферро. На самом деле Дийна не собиралась отказываться от своих планов. Каждая сводка из северо-восточной части Архипелага привлекала ее особенное внимание. Она отметила, что «фениксы» появлялись там довольно часто, словно магический Барьер притягивал их к себе.

Вряд ли она смогла бы пробиться к острову мимо их патрулей. Дийна решила подождать. К тому же из-за угрозы, нависшей не только над восточной границей, но и над всем Архипелагом, все их личные желания невольно отодвигались на второй план.

Может быть, ардиеро тоже чего-то ждали.

– Как тренировки? – спросил Альваро, отвлекая ее от размышлений.

«Не так хорошо, как хотелось бы!»

– Было бы проще, если бы кое-кто пореже вспоминал Динамита. Вот уж не думала, что у этого паршивца на Аррибе столько поклонников!

– Что, не дает покоя былая слава? – засмеялся де Мельгар.

– Тише ты!

Хотя они отошли довольно далеко от порта, Дийнавсе равно оглянулась, боясь, что тень сеньора Агудо сейчас выступит из-за ближайшей стены.

Если подумать, Альваро тоже было непросто. На Керро его встретили как сына «того самого де Мельгара, который надрал задницы “фениксам”». Можно сказать, на него ложился отблеск славы отца. Дийна успела достаточно разобраться в его характере, чтобы понимать, насколько сильно это должно было его бесить. Он привык зарабатывать уважение собственными заслугами.

«Но у него хотя бы есть возможность для этого! А менядо сих пор ни разу не выпустили в патруль!»

Распределением патрулей занимались де Мельгар и сеньор Агудо, каждую неделю составлявшие график дежурств. Дийна несколько раз намекала, не забыл ли он про нее, но Альваро всегда ловко уходил от ответа.

– Завтра кто-нибудь из наших дежурит? – как бы невзначай спросила она.

– Да, Транкилья с Винченцо. Я пойду с ними.

У нее внутри все сжалось, как бывает, когда резко входишь в холодную воду. Транкилья! Уже завтра! Завтра ей предстояло подняться в небо, где из-под солнца или из облака в любой момент может вынырнуть «феникс»-убийца.

В их звене пока не было потерь, но лишь потому, что сеньор Агудо учитывал их неопытность и не поручал им действительно опасные вещи. Пока что не поручал. Она знала, что позавчера погибли двое воланте, встречавшие торговый дирижабль с Континента. Альваро потом целый день ходил мрачный, как туча.

– Транкилье еще рано! – возразила она. – Лучше я пойду в патруль вместо нее!

Он помедлил с ответом.

– Дийна, ей так или иначе придется учиться. Я не думаю, чтобы завтра возникла опасная ситуация, и в любом случае мы ее подстрахуем…

Она больше не могла делать вид, что все в порядке.

– А меня, значит, вы держите в запасе, да? Интересно, на какой случай?

В его взгляде мелькнуло недоумение:

– Но ты и так выкладываешься на тренировках. Ты ведешь две группы и каждый вечер отрабатываешь с ними маневры до самой ночи. Хочешь сказать, что после этого я еще должен отправить тебя в патруль?! Это было бы форменным идиотизмом.

Она возмутилась:

– Между прочим, у меня больше опыта в ночных полетах, чем у вас всех вместе взятых!

– Вот поэтому ты такой незаменимый инструктор, – польстил ей Альваро.

– О, конечно! Я такая неисчерпаемо полезная, аж противно!

Ссора набирала обороты, но в это время они как раз подошли к дому Дийны – вернее, к низенькой синей двери, ведущей в каменный дворик. С забора, навалившись на него пышной зеленой грудью, свисала роскошная бугенвиллия.

От злости девушка не сразу попала ключом в замочную скважину. Альваро держался совершенно невозмутимо.

– Хорошего вечера! – в сердцах сказала она и захлопнула дверь у него перед носом.

В комнатах плавала прохладная темнота. Дийна закрыла ставни и лишь после этого зажгла лампу. Послышался глухой стук – это Баррига, спеша встретить хозяйку, покинул место ночевки и выдвинулся в коридор. Пять кило умильности ткнулись девушке под колени. Почесав его за ухом, Дийна спросила:

– Что, Транкилья еще не возвращалась?

Значит, ужин придется готовить самой. Не самое вдохновляющее занятие, когда твои кости, побитые всеми ветрами, ноют и просятся на диван. Чего бы такого приготовить попроще?

В первые дни они с Транкильей так одичали, что жили на одних бутербродах, но быстро поняли, что без горячей еды в желудке много не налетаешь. Саина с ее кулинарными изысками осталась в Кастильо, зато Дийна взяла у нее блокнот с рецептами.

«Так, поищем что-нибудь питательное и несложное… О! Паэлья. Вполне подойдет».

Правда, Саина оставила пометку, что для приготовления этого блюда требовалась особая сковорода, но ничего, они и так обойдутся. «Мы не гурманы какие-нибудь… Нам бы попроще и побыстрее!»

Достав с ледника курицу, Дийна порезала ее на куски. Первый кусок достался, конечно, Барриге. Вскоре мясо уже аппетитно шипело на сковородке, а рядом горкой лежали порезанные морковь и лук.

Когда она промывала рис в большой миске, на кухню зашел Альваро. Как всегда, его не смутило даже то, что их последняя встреча закончилась не очень-то дружелюбно. Безопасность прежде всего! По своей всегдашней привычке он окинул взглядом углы, хмуро покосился на створки окна, открытые в ночь. Баррига с подоконника ответил ему таким же холодным взглядом. Сверху над занавеской поблескивала гирлянда из жестяных банок.

Дийна не удержалась от колкости:

– В шкафу еще проверь. Вдруг там лазутчик!

Де Мельгара этим было не смутить. С непроницаемым видом он полез в нижний шкаф. Дийна прикусила губу, удерживаясь от смеха, но Альваро тут же вынырнул наружу, торжествующе показав ей свою добычу – банку вяленых помидоров.

– А ты думала, я зачем туда лазил?

Еще на Сильбандо она заметила, что ему нравились пинчос – маленькие бутерброды с помидорами и мягким сыром. Поэтому они с Транкильей всегда старались держать одну-две банки про запас.

Пока Альваро резал хлеб, она снова перечитала страницу в блокноте, сверяясь с рецептом. Потом помешала рис и подлила воды. Осталось добавить перец. Как назло, банка стояла на самом верху. Дийна вздохнула. Хорошо Транкилье, она высокая! А ей, несчастной, каждый раз приходится неизящно пыхтеть, пытаясь добраться до верхних полок, или таскать с собой табуретку. Маленький рост иногда создавал ей массу проблем.

«Но есть же и другой способ», – подумала она с озорством. Сосредоточившись на мгновение, пропустила через ладонь золотистую прядь флайра, обвила ее вокруг банки… и вздрогнула от резкого голоса, раздавшегося над ухом:

– Могла бы просто попросить!

Твердая рука Альваро сжала ее ладонь, заставив ее вспыхнуть. С тем же успехом он мог оставить на ней ожоги, таким ярким было каждое его прикосновение. Дийна поспешно отвернулась к плите, но де Мельгар уже выпустил ее руку.

– Не стоит пока обращаться к магии! – предупредил он. – Если верить тому, что я вычитал в нашей библиотеке, хороший маг может отследить тебя по всплеску энергии.

– Даже из-за такой малости? – пробормотала она, лишь бы что-то ответить.

Его присутствие чувствовалось так остро, словно они были одним целым. Ей стало жарко. Тишина в комнате вдруг сделалась глубокой, как вода. За спиной не было слышно ни звука, как будто Альваро старался дышать как можно тише, но всего один шаг назад – и она уперлась бы лопатками в его грудь. Что, если он ее обнимет? У нее перехватило дыхание. Уши и щеки горели огнем.

Прошло не меньше минуты, прежде чем она осмелилась украдкой бросить взгляд через плечо. Де Мельгар задумчиво разглядывал сковородку:

– Хм. Этот рис точно должен быть таким синим?

– Что? – спохватилась девушка. Перевела взгляд на плиту, где шипел их злополучный ужин. Разварившись, рис действительно принял отчетливый синеватый оттенок.

Дийна растерялась:

– Понятия не имею. Я делала все по рецепту!

Ну, разве что положила красный лук вместо обычного, так как нормального репчатого лука в доме не нашлось.

Взяв у нее ложку, Альваро попробовал странное варево:

– Вообще-то вкусно!

– Лучше не ешь, ты что! – испугалась она.

– Да ладно, не паникуй. Ну хочешь, на Барриге проверим!

В ответ алагато послал ему еще один ледяной взгляд и весь встопорщился, как боевая швабра.

– Не поможет. – Дийна расстроенно махнула рукой. – Баррига не показатель.

Этот батон в меху мог сколько угодно капризничать, но когда он был голоден, то сметал все, что не приколочено. Желудок Барриги мог переварить даже кусок ядовитого кактуса, было такое дело.

Вздохнув, Дийна отодвинула сковородку подальше. Фиаско с ужином здорово ее огорчило. Не то чтобы она так мечтала поразить Альваро своими талантами, но предполагалось, что взрослая девушка играючи умеет управляться с плитой, а в присутствии Альваро ей особенно хотелось казаться взрослой.

– Если вид еды тебя так смущает, пойдем к Саине, она нас накормит, – предложил он. – Правда, там Дейзи… Ужин станет полем нашей битвы. А если останемся на ночь, нам придется лечь в одной комнате. Так безопаснее.

От необычности этого предложения Дийна совсем смешалась и брякнула первое, что пришло в голову:

– Даже не знаю, что хуже: слушать ночью твой храп или карабкаться в темноте по горной тропе!

– Уж кто бы говорил насчет храпа! – не остался в долгу Альваро. – Когда мы жили «в гостях» у Дельгадо, один раз я подумал спросонья, что к нам подселили медведя!

– Ах, ты!

Они засмеялись, и это сгладило возникшую было неловкость. Дийна уже не в первый раз думала, что их тесное общение могло создать ложное впечатление. После ужасов Олверы она чувствовала себя гораздо спокойнее, когда де Мельгар был где-то поблизости, но со стороны ее поведение могло показаться странным. Кое-кто уже начал проявлять любопытство. Саина иногда смотрела на нее по-особенному, с хитрым прищуром, а Транкилья однажды прямо спросила: у вас с Альваро все серьезно или как?

На самом деле «серьезно» у него было не к ней, а к желанию поймать за хвост Орден Хора, но девчонкам попробуй-ка объясни!

«Все было бы проще, если бы он не зациклился так на воображаемой опасности, якобы исходящей от Дейзи». Альваро всегда был склонен предполагать худшее или, по крайней мере, планировал свои стратегии, исходя из худшего варианта. Дийна предпочитала более оптимистичный взгляд на вещи. Надевая куртку, она сказала:

– Насчет Дейзи… мне кажется, ты преувеличиваешь.

– Да? Ты забыла, что было в Башне? Тот колдун, вроде нашего лже-привратника, мог внушить ей любую пакость, причем незаметно для ее самой. Кроме того, Дейзи жива только благодаря магии флайра, и это делает ее зависимой от Ордена, а Орден Хора – наш скрытый враг.

Иногда его дубовая убежденность просто выводила ее из терпения.

– Ну и что! – воскликнула она. Де Мельгар приподнял бровь, демонстрируя неодобрение, но Дийну уже понесло: – Сама-то Дейзи не скрытый враг! Ты же учился с ней вместе! Ты знаешь ее гораздо лучше, чем я. Как ты можешь думать о ней такое?

– Я знал ее раньше, – поправил Альваро. – Но та Дейзи, с которой мы вместе учились, и та, которая раздербанила кочергой спинку кровати, – это две очень разные сущности! И мы можем только предполагать, что с ней сейчас происходит!

Ремонтная мастерская Оротавы, которую все называли просто «подвальчиком», в последнее время работала только на нужды воланте. Усиленные тренировки и полеты в сумерках дорого обходились «Крыльям»: ломались шарниры, крепления и плавники, тросы и паруса рвались с такой скоростью, что их не успевали чинить.

Этим утром Дийна как раз заехала в мастерскую, чтобы забрать из починки два паруса. Помогая хозяину грузить их в повозку, она мысленно переживала события последних дней. Позавчера Винченцо зазевался в полете, и его вынесло на каменистый берег. Результат – сломанный плавник и поврежденная лодка. Хорошо еще, что сам не убился! Торрес насмешливо качал головой:

– Ты забыл один из неписаных законов воланте – не смотреть на предмет, в который не хочешь въехать!

– Я и не смотрел, – ответил Винченцо, очень сконфуженный. – Я был занят парусом!

– Это тоже неправильно. Можно смотреть сквозь парус, но не нужно постоянно пялиться на него! Иначе теряешь ориентировку. Смотри лучше на ветер – не ошибешься! Воланте всегда встречают ветер лицом, а не жо… задом.

– Ну хватит. Лучше помоги Диего распаковать новые тросы, – вмешалась тогда Дийна, расстроенная из-за оплошности своего ученика.

В тот же день отличился Марио. Получив несколько частных уроков от Дейзи, он все-таки присоединился к их группе. Правда, он так резко пытался рулить лодкой, как будто до сих пор воображал себя верхом на драконе. Дийна предупредила его, чтобы был осторожнее, но он слишком спешил. Попытался вывести лодку на глиссирование, упал и порвал парус. Она смолчала – с кем не бывает – и вчера весь вечер старалась держаться рядом, чтобы подстраховать его. Однако потом Марио исчез из ее поля зрения, и она заметила его, лишь когда он на всех парах мчался к финишу. Дийна не успела вмешаться: снова рывок, падение, порванный парус.

– …И он финишировал, – хмыкнул Торрес, стоявший рядом. – Мне кажется, или порванный парус в конце тренировки стал частью его фирменного стиля?

Ей стоило огромных усилий сдержаться. Как она ненавидела его за этот снисходительный тон! Да, Торрес был отличным пилотом, в голове которого с непостижимой скоростью соединялись пространственные законы, ветра и воздушные течения, но как же он ее раздражал!

Осел ритмично цокал копытами, погруженный в какие-то свои мысли. Дийна угрюмо шагала рядом с повозкой. Узкая улица, вымощенная гладкой брусчаткой, прихотливо вилась между каменных белых заборов.

Дийне так не хотелось ударить в грязь лицом перед более опытными воланте с Аррибы, но пока что «Крылья Керро» словно нарочно сговорились выставить себя в самом смешном виде! Все, даже Орландо! Можно подумать, она не учила их, как нужно справляться с ветром! Тем не менее он дал в полете слишком много тяги, катапультировался из лодки и чуть не разбил себе голову о мачту.

Сегодня утром Орландо, временно лишившийся лодки, сам предложил съездить к мастеру, но Дийна отказалась. Ей нужно было отдохнуть от всех. Исчезнуть куда-нибудь ненадолго, чтобы не видеть наглую физиономию Торреса, который ходил и снисходительно улыбался, словно воздушный бог.

Долговязая фигура Торреса – вот первое, что бросилось ей в глаза, когда они с ослом и повозкой добрались до порта. Он зачем-то слонялся возле ангаров, и вид у него был понурый. Даже можно сказать – демонстративно скорбный. Из-за пижонской прически его взгляд вечно прятался за длинными светлыми прядями, но Дийне почудилось, что на его губах снова змеится усмешка, и ее сердце сжалось в недобром предчувствии. Что такое? Неужели за время ее отсутствия кто-то из «Крыльев» опять успел что-нибудь отмочить?!

«Пусть только вякнет что-нибудь про «инвалидов в технике», и я придушу его собственными руками!» – подумала она со злостью. Остановив повозку возле «хранилки», Дийна невозмутимо принялась ее разгружать. Она вытащила и протянула Торресу чиненый парус, чтобы тот отнес его внутрь. Сама достала другой.

– Что? – спросила она холодным тоном, подразумевая «Кто на этот раз?».

Он вздохнул:

– Диего. На трос налетел.

Ох! Дийна мысленно попросила прощения у всех ветров за охватившую ее недостойную радость. Да, некрасиво было так думать, но в первую секунду она почувствовала себя отомщенной. Сегодня никто не будет смеяться над неуклюжими летунами с Керро! На сей раз отличился «чико» с Аррибы.

– Он сейчас в госпитале, – добавил Торрес.

– Нужно его навестить.

Старая больница Оротавы до последнего времени была тишайшим местом, где кроме доктора Сальваторе трудились еще секретарь и две медсестры. Теперь все изменилось. Госпиталю выделили более просторное помещение и расширили персонал. Когда Дийна с Торресом вошли в вестибюль, она увидела дона Аугустино из лазарета колледжа. Он давал какие-то указания санитару в зеленом халате. Санитаром оказался Кайо.

– Да, его положили в третьей палате, – сказал последний, когда его спросили о Диего. – Ничего, все будет нормально. Нога заживет.

Кайо явно важничал, гордясь своими новыми обязанностями. Работа в госпитале представлялась ему более почетной, чем уборка веток и уход за клумбами в колледже. Да и какие клумбы в нынешнее неспокойное время!

– Ты сам-то как? – спросила Дийна, пока он показывал им дорогу к палате.

Два месяца назад Кайо тоже стал одной из жертв агента Ордена Хора, затаившегося в Кастильо. Альваро еле успел вытащить его из пожара.

– Я в порядке, – слегка смутившись, ответил он и машинально провел рукой по макушке, где отросшие волосы прикрывали шрам.

Они уже подошли к белой крашеной двери, за которой сидел и страдал Диего. Его забинтованная нога покоилась на одеяле. При виде Дийны он залился краской до самых ушей.

– Как это случилось? – спросила она.

Оказалось, все просто. Утром было довольно облачно. Диего, еще не вполне освоившийся на Керро, в тренировочном полете забыл про боковой ветер, который унес его лодку чуть ли не к самой Грасьосе. Обнаружив, что заблудился, он занервничал, заторопился и напрочь забыл про сеть аэростатов заграждения, прикрывающих Керро с севера. Ну и вписался на лодке прямо в стальной трос. С места аварийной посадки его эвакуировали в больницу.

Дийна постаралась его успокоить:

– Ничего. Ты скоро поправишься. Да и «Молнию» к тому времени подлатаем.

Он смущенно взглянул на Торреса:

– Я-то ладно… А с заданием как быть? Мы же сегодня на Артенаре дежурим!

Точно! Это действительно была проблема. Предстоящей ночью Диего с Торресом должны были дежурить у Артенары – одного из спутников Керро, на котором строились укрепления. После первого нападения Альянса острова-спутники Архипелага стали спешно превращать в летающие крепости. На них строили доты и устанавливали горные пушки с увеличенным углом возвышения ствола. Почти всех жителей Керро привлекли к этим работам: кто-то рыл укрепления, кто-то возил материалы. «Фениксы» уже ощутили на себе огневую мощь Кордеро и Тираханы, когда в очередной раз собирались напасть на Лос Вьентос. Им так и не удалось пробиться к острову, и они были вынуждены сбросить свой смертоносный груз в Океан.

Задачей воланте было следить за небом и в случае опасности подать сигнал, чтобы катера с ополченцами успели уйти с Артенары. В крайнем случае, если позволит погода – поставить дымовую завесу, чтобы прикрыть отступление. Дийна знала, что поставить такую завесу – операция не из легких. В полете при этом нельзя маневрировать, иначе завеса получится рваной. Это требовало от пилота известного хладнокровия, особенно когда сверху падает «феникс», а у тебя из оружия – только баллон с газом! Тут нужны крепкие нервы и особая ловкость.

Поэтому Альваро отрядил для дозора на Артенаре самых опытных – Диего и Торреса. Третьим в их звене был Винченцо, но все понимали, что его прикрепили к ним для обретения опыта, а основная тяжесть задания ложилась на пилотов с Аррибы. И что теперь делать?!

Торрес, подумав, решительно тряхнул головой:

– Да ерунда, я один справлюсь.

– Нет! – возразила Дийна. – Одному нельзя! Ты не только собой рискуешь.

Она подумала о своих соседях, трудившихся сейчас на Артенаре, рядом с которыми она бок о бок прожила столько лет. Большинство из них даже карабина в руках никогда не держали.

«И заменить Диего некому! – лихорадочно соображала она. – Альваро, пожалуй, мог бы, но они с Орландо уже ушли в рейс, провожать дирижабль к Континенту». Торговые дирижабли теперь снаряжали как на войну – с охраной, дозорными и вооружением в виде турельных пулеметов.

«Хотя… почему это некому?»

– Я полечу с тобой, – заявила она.

Диего и Торрес, которые негромко переговаривались о чем-то, разом умолкли и уставились на нее. Брови Торреса недоуменно изломились: «Ты-то куда лезешь, инструкторша?!» Диего издал неопределенный звук:

– Но… э-э…

– Не волнуйся, я справлюсь. Увидимся на дежурстве.

Ее план постепенно обретал очертания. Если подумать, Артенара – отличный шанс для нее! Дийна не сомневалась, что справится с патрулированием, да и с завесой, если понадобится. Тогда Торрес с сеньором Агудо сразу поймут, чего она стоит! Ее будут ставить в патруль вместе со всеми, и Альваро уже не сможет этому помешать!

Правда, погода чуть не задушила ее честолюбивые планы в самом начале. По всем признакам, на них надвигался холодный фронт. Задул ветер, стрелка барометра опускалась все ниже, и чем сильнее она падала, тем больше росло уныние Дийны. Их дежурство стремительно отправлялось Фрайо под хвост. В такую погоду не то что «феникс» – вообще ни один нормальный пилот не поднимется в небо!

Весна на Архипелаге всегда была яркой и бурной. Может, в какие-то другие края она приходила нарядной невестой, украшенной зеленью и цветами, но на острова она всегда являлась в боевом настроении, вооружившись веником и ведром, полным дождей. Весна, как хорошая хозяйка, распахивала форточки в небе, выметала из углов зимний сор и устраивала всем глобальную встряску.

К вечеру в небе завертелась адская карусель. Их палатку на Артенаре едва не срывало ветром. Дийна с Винченцо и Торресом по очереди поднимались наверх для разведки, и снова поспешно прятались в укрытие, чтобы выжать воду из курток и перевести дух.

– Не завидую тем, кто сейчас в небе! Мотает, как гальку в бетономешалке! – восхищенно хмыкнул Винченцо после очередной вылазки, больше похожей на заплыв.

– Я вот даже мечтаю, чтобы «фениксы» явились сегодня, – усмехнулся ехидный Торрес. – Ветрище такой, что мог бы в бильярд ими играть!

Он уже настроился на то, что сегодняшнее дежурство будет мокрым, зато спокойным. Теперь даже Дийна, навязавшаяся к ним в патруль, не вызывала у него раздражения. Пусть сидит. Хоть посмотрит, с чем им приходится иметь дело! А то важничает на маневрах так, будто лучше всех разбирается в небе, а сама-то, поди, дальше тренировочного полигона никуда и не выбиралась!

К утру непогода внезапно утихла. Фрайо, выстудив всех до полного окоченения, угнал свое стадо свирепых туч куда-то в горы, к вершине Теймаре. Там он сделал из них перину, улегся и успокоился, наконец. Утро, зевая, медленно выводило на небо солнце. В лагере на Артенаре зашевелилась жизнь. Трое дозорных, слив воду с крыши палатки, поставили паруса, распределили сектора для дежурства и поднялись над островом.

Чистое хрустальное небо сияло такой красотой, что заставляло забыть о холоде, сырости и других неприятностях. Синева кружила голову, опьяняла, ее хотелось пить крупными глотками, как воду. Внизу под кормой доски лежал пушистый слой облаков, а над ним нежно расцветала двойная радуга, поражая чистотой красок.

По плотному облачному одеялу скользили тени. Дийна не сразу поняла, почему ее лодка отбрасывает такую странную тень, а когда оглянулась, у нее замерло сердце. «Фениксы»! Они шли ровным клином, всего пять машин.

С нее разом слетела вся безмятежность. Паника сжала горло, но руки уже сами достали ракетницу. Выстрел, потом еще один – и две красные звезды ушли в небо. «Теперь все узнают, что они здесь!»

Развернув лодку, она помчалась обратно. На Артенаре, похоже, заметили ее сигнал. Люди спешили к пристани. Первый катер уже отчаливал. Дийне казалось, что погрузка идет так медленно! Ветра возле земли почти не было, значит, дымовая завеса все-таки могла пригодиться.

Красно-голубой парус прошел вдоль побережья – и пристань скрылась в дыму. Торрес выполнил маневр безукоризненно, несмотря на хищные силуэты «фениксов», уже приближавшихся к цели. «Теперь моя очередь!» – подумала Дийна. Она тоже приготовила баллон. Погрузка второго катера шла полным ходом.

Под лодкой проплыли изломы зеленых холмов, потом ушли в сторону – и в этот момент над островом прогремел первый взрыв. Задрожали скалы, взметнулся огонь, будто на Архипелаге снова проснулись вулканы. Дийна лихорадочно оглянулась: «Целятся в доты». Катера под прикрытием дыма отошли незамеченными. У них получилось!

Рядом с ней неизвестно откуда возник Винченцо.

– Там Транкилья! – выкрикнул он.

– Где? – опешила Дийна. – На Артенаре?! Но как?

Она растерялась. Этим утром Транкилья должна была дежурить на Керро! Как ее сюда занесло-то?! Винченцо сбивчиво объяснял:

– Поломка… Ветер… Приземлилась на острове…

Артенара снова содрогнулась от взрыва, и тут же заработали пушки Тираханы, которая как раз подошла на достаточное расстояние. Это заставило «фениксов» отступить. Некоторое время Артенара будет под прикрытием соседнего острова, пока неумолимая сила, движущая островами, снова не разнесет их в разные стороны. Аэропланы Альянса рассеялись и отошли, все, кроме одного. Какой-то упрямый «феникс» снова устремился в атаку.

Дийна прикусила губу. О, будь у нее хоть какое-то оружие! Теперь она лучше понимала Торреса.

Далеко в небе мелькнула еще одна джунта: неизвестный пилот атаковал поворот и мягко, но агрессивно провел лодку по великолепной дуге. Сверкнула синяя вспышка – этот воланте подавал им сигнал немедленно возвращаться на базу.

– Кажется, Альваро вернулся! – обрадовался Винченцо.

Дийна поняла это еще раньше. Летные повадки Альваро она узнала бы где угодно. Его манера летать всегда вызывала у нее нездоровую мечтательность: де Мельгар вел свою «Нинью» сквозь ветер так уверенно, что… в общем, хотелось оказаться в его руках вместо лодки.

Она мысленно дала себе подзатыльник: «Нашла время!» Синяя ракета взлетела снова. Альваро явно не понимал, чего они тут забыли.

Махнув рукой, она дала знак Винченцо:

– Лети к нему, живо! Вывозите Транкилью. А я отвлеку этого… – Она кивнула на «феникса», который снова пикировал к Артенаре. – У меня есть идея!

Винченцо открыл было рот, собираясь высказать все, что думает о ее «идеях», но Дийна его уже не слышала. Скорее! Сейчас скорость решала все.

Заложив вираж, она прошла прямо перед носом у «феникса», изумленного такой наглостью. Он дал по ней очередь, но трассы ушли далеко в сторону.

«Поймай меня, если сможешь!» Конечно, Дийна понимала, что на длинной дистанции ей от «феникса» не уйти. Но это и не нужно. Вцепившись в гик, Дийна то и дело поглядывала на десять часов, откуда вот-вот должна была показаться макушка еще одного островка – Арико, тоже хорошо вооруженного пушками. «Феникс» не отставал. Отлично! Сейчас они окажут ему достойную встречу!

Ее парус летел наперегонки с ветром, Артенара уже осталась далеко позади. Вот показалась знакомая вершина острова Арико. Дийна улыбнулась, приготовив ракетницу… и сердце ее упало. Над Арико плыли клочья грязного дыма. Его пушки молчали. Очевидно, «фениксы» успели навестить его раньше.

Воздух над головой снова вспороли блестящие капли трасс. С невероятной отчетливостью, как это бывает в мгновения смертельной опасности, девушка поняла, что других сторожевых постов поблизости не было, и ей никто не поможет. «Феникс» выиграл.

«Ну уж нет!» У нее заболели скулы – оказалось, она так сильно стиснула челюсти, что не сразу смогла их разжать. Дийна резко перебросила парус. Ее повело вниз. Где-то на краю зрения жестко блеснула гладь Океана. Темные провалы волн были похожи на голодные пасти. Их пена поблескивала, как зубы.

А потом поток ветра, огибавший Керро, подхватил «Рисуэнью» и снова увлек наверх. Скорость! От дикого ускорения исчезли все звуки в мире, только слышалось чье-то дыхание. Ветер мчал ее к центру Архипелага, к Палмере, а «феникс» упорно висел на хвосте. Трассы снова прошили воздух. «Целится в парус, скотина!» Одна маленькая дырочка в парусе – и ветер порвет его в клочья, а Дийну ждет холодная смерть в Океане. До Палмеры – добрая сотня миль, она не дотянет. «Но я и не стану умирать покорно, как курица под топором! – рассердилась она. – Если уж погибать, то в полете!»

Вдруг некстати вспомнился Торрес. Он был ходячим справочником по вооруженным силам Континента и рассказывал, что даже у «фениксов» есть свой кодекс чести. Как правило, пилоты Альянса и Лиги сходились в воздушном поединке один на один. Считалось недостойным сбить безоружного, поэтому пилот отказывался от атаки, если видел, что у противника кончились боеприпасы или заклинило пулемет. Также не позволялось атаковать взлетающие машины или добивать подбитые аэропланы.

Но этот «феникс», гнавший ее, как зайца, явно не относился к «рыцарям неба»! Он преследовал ее со страстью охотника. Загонял, словно дичь.

Чем ближе к Палмере, тем ярче поблескивали вспышки флайра. Там вдалеке билось исполинское сердце Архипелага, порождая волны в магическом поле, задавая ритм этому непостижимому пульсирующему движению. Лодка летела, срезая макушки призрачных волн. Следующая пулеметная очередь чуть не задела мачту. Словно по наитию, Дийна оседлала очередную «волну», как трамплин. Кувырок – и небо перевернулось в глазах. Согнув ноги, она быстро добрала парус. Приземлилась удачно, кормой. Мысленно извинилась перед «Рисуэньей» – среди воланте считалось ребячеством тратить ресурс лодки на подобные трюки. Зато очередная трасса прошла прямо под ней, «феникс» вновь промахнулся! Спина Дийны взмокла от пота. Второй раз увернуться не выйдет. Она зажмурилась, представляя, как враг приближается, ловит ее в прицел. Вот сейчас боль разорвет ее тело. Сердце готово было выскочить из груди. А позади нее длилась и длилась тишина…

Собрав всю свою храбрость, она оглянулась. Было так жарко, словно в жилах горел огонь вместо крови. Лодка дрогнула и неохотно сбавила скорость.

«Феникс» падал. Его мотор все-таки не выдержал полета в пространстве флайра. Он летел вниз, бессильно кружась, как семечко в воздухе. Сквозь прорехи облаков было видно, как на серой поверхности Океана расцвела вспышка огня, которую тут же слизнуло волной.

Океан все-таки получил сегодня одну жертву.

Дийна проследила путь своего противника до самого конца и зажмурилась, вбирая в себя окружающую тишину. Невероятно. Невозможно, но она все еще была жива.

Вдруг накатила слабость, и она на ватных ногах села в лодке, прижимаясь лбом к мокрому гику. Слезы текли и никак не хотели остановиться. Пришлось снять мешающий шлем. Голове сразу стало холодно, но это было даже приятно. Хорошо, когда ты можешь это почувствовать.

Далеко внизу серый дым смешивался с белесыми облаками. Дийна старалась туда не смотреть. Ее мутило. Слишком легко было представить, каково это, когда в полуметре от тебя взрывается бак, наполненный топливом, а воздушный поток от винта гонит пламя тебе в лицо… Одна надежда, что пилот потерял сознание в первую же минуту. Это было бы милосерднее. Но она понимала, что в этой бескрайней стихии между равнодушным Океаном и далекими мезосферными облаками на милосердие рассчитывать не приходилось.

Она не помнила, как добралась до Керро. Ее лодка долго плутала в небе, которое казалось пустым и лишенным ориентиров. Очнулась Дийна уже у «хранилки», где кто-то – кажется, Винченцо – подобрал ее снаряжение, взял ее за руку и, как ребенка, отвел в штабной домик.

– Вот, возьми. – Марио протянул ей кружку, над которой поднимался пар. От сочувствия в его голосе Дийна чуть не расплакалась. Руки мелко дрожали, твердый комок в горле мешал дышать. Только сейчас она поняла, насколько замерзла. Кажется, внутри вообще все смерзлось то ли из-за ночной бури, то ли от высоты, то ли от поединка с «фениксом», не поймешь.

Хлопнула дверь, и вошел Альваро. Как вошел, так и застыл на пороге, встретившись с ней глазами. Дийна медленно отставила кружку. У нее вдруг закружилась голова от счастья, что она может просто видеть его сейчас, угадывать в его лице радость от ее возвращения, и облегчение от того, что с ней ничего не случилось, и еще что-то, отчего ледяной комок у нее в груди начал понемногу таять.

Удивительно, как много слов можно мысленно сказать друг другу всего за минуту!

Потом он нахмурился, и все волшебство исчезло. На Дийну нацелился фирменный ледяной взгляд де Мельгаров. Теперь она знала, от кого он этому научился.

– У тебя был приказ отступить, – сказал он спокойно, но в интонациях слышалась тихое бешенство. Лицо у него стало как каменное, только на виске быстро билась тонкая жилка. Дийна попробовала объясниться:

– На Артенаре осталась Транкилья, не могла же я ее бросить…

Этот жалкий лепет не произвел никакого эффекта.

– У тебя был приказ! Если ты не в состоянии выполнить простую команду, то тебе вообще нечего делать в отряде!

«Ах, вот как? Ну и пожалуйста!» Вскинув голову, она выпалила:

– Хорошо, значит, буду летать одна! Какой смысл мне вообще оставаться в «Крыльях», если мне никогда не поручают ничего важного?

– Вольные пилоты в патруле не нужны! – отрезал Альваро. – У нас, как и везде, боевой расчет экипажей. Или ты планируешь вернуться к старым делишкам… со своими приятелями?

Он что, намекает на контрабанду? От возмущения она растеряла все аргументы, а еще, к своему ужасу, почувствовала, что у нее дрожит подбородок и в глазах скапливаются слезы. Это просто нечестно! Она же выполнила задание! Как он смеет кричать на нее, да еще в присутствии Марио!

Ее душила обида. Махнув рукой, она быстро вышла – чуть не вышибив дверь, так хотелось поскорее убраться отсюда.

Альваро перевел дух и потер руками лицо, пытаясь стереть с себя ее ненавидящий взгляд, брошенный напоследок. С таким лицом обычно швыряют предметы через всю комнату, но на это у Дийны все-таки наглости не хватило. Зато дверью шарахнула так, что в ушах до сих пор звенит! Вот как с ней вообще разговаривать?!

В углу кто-то деликатно кашлянул.

– Я бы на твоем месте дал ей время, чтобы остыть, – посоветовал Марио, молчаливый и осторожный свидетель их ссоры. В его глазах блеснули задорные искры. – Понимаю, что ты привык, когда твои желания исполняются по первому чиху, но для некоторых это может стать совершенно новой концепцией! – И он выразительно посмотрел в сторону двери.

– Дело не в моих желаниях! – рявкнул Альваро. – А в дисциплине!

Впрочем, что толку спорить, когда твой противник уже испарился. Он вздохнул и отошел к окну. Снаружи в порту слышался грохот лебедок и царила привычная суета. Все как обычно. Однажды Дийна не вернется из очередного полета, а Керро продолжит жить, как будто ничего не случилось.

«За Транкилью она, видите ли, переживала!»

Между прочим, перед тем, как подать сигнал к отступлению, он сам лично забрал ее с Артенары! Могла бы и догадаться! Неужели она думала, что он бросит кого-нибудь из своих?

Пожалуй, кричать и правда не следовало. Самое последнее дело – орать на пилота, когда он только что с неба и бой еще звенит в нем. Человек все равно тебя не услышит. «Но в остальном я был прав!» – упрямо сказал он себе.

Просто он за нее испугался. Разумеется, он сразу узнал ее у Артенары – ее манеру летать он бы ни с кем не спутал. Когда чертов «феникс» чуть не срезал ее снайперской очередью, Альваро малодушно зажмурился. Один раз он уже видел, как она падала, и это не то зрелище, которое хотелось бы увидеть дважды! Тот полет до Ланферро дорого обошелся им обоим. Ему до сих пор было не по себе, когда он приходил в «хранилку», а Дийны вдруг там не оказывалось. Глупо, конечно, но он боялся, что если спросит сейчас: «Где она?», то все сочувственно смолкнут, а Дезире ухмыльнется: «Ну ты даешь, де Мельгар. Совсем заработался? Она же разбилась два месяца назад у Ланферро!»

Ему до сих пор с трудом верилось, что они смогли избежать той реальности, где на пути «Рисуэньи» вдруг возникала скала, сминавшая лодочку, как бумагу. Они с Дийной никогда не обсуждали тот неудачный полет. Вернувшись на Керро, они вскоре нашли новую джунту, очень похожую на ту, прежнюю – благо дон Франциско выделил крупную сумму на финансирование «Крыльев Керро». С молчаливого согласия Альваро Дийна назвала ее «Рисуэнья». Оба хотели стереть из памяти ту погоню и бурю, которая их едва не убила.

«Ха! Если бы это было так просто!»

Приходилось признать, что из ростка страха, который поселился в нем после Ланферро, он нечаянно вырастил целый лес паранойи. С этим надо было что-то решать.

«Завтра поговорю с ней, и все. Пусть ходит на дежурства, как все. И выполняет приказы, как все! Так будет проще ее контролировать».

– Между прочим, «феникса» она все-таки достала, – вдруг снова включился Марио, которому надоело изображать предмет интерьера. – Надо же! Торрес завтра наизнанку вывернется от злости.

– Торрес? – обернулся Альваро. – А что с ним не так?

Марио немного смутился.

– Да ничего. Летает он мастерски… только выпендривается не по делу. Иногда. Даже часто, я бы сказал.

– Дийна никогда мне не говорила!

«Вот и еще одна причина ее сегодняшней выходки», – понял он и снова почувствовал раздражение. Если Торрес создавал проблемы, ей следовало сказать об этом, а не пытаться справиться в одиночку! Все такие самостоятельные, когда не надо!

– Вообще-то у него бывают дельные мысли, – добавил Марио в защиту Торреса. – Насчет вооружения лодок и все такое. Фантазия у них с Диего работает без перебоя! Я видел их последнюю разработку – металлическая «кошка» на тросе с длинными лапами и пироксилиновой шашкой. Маневрируешь, зависаешь над аэропланом и сбрасываешь этот ужас ему на корпус!

Де Мельгар усмехнулся:

– Остроумно. Главное, самому себе парус не подпалить!

Он присел на краешек стола, поближе к Марио. Даже странно, что он сегодня так дружелюбно настроен, не спугнуть бы. Альваро вовсе не хотел с ним ссориться и устал натыкаться на злобные взгляды при каждой встрече. Лично он не питал к мальчишке никаких враждебных чувств. Ну, а то, что он украл дракона в Олвере – так ведь другого выхода не было!

– Конечно, против их пулеметов наши «кошки» и дротики слабоваты… – тем временем рассуждал Марио. – Вообще, мне кажется, что если бы Альянс всерьез хотел забрать себе острова, он давно бы уже это сделал!

– Ты так думаешь?

– А ты разве нет? – спросил собеседник, сопроводив свои слова пристальным взглядом.

Альваро нехотя кивнул, хотя все инстинкты предупреждали его, что на такой уровень откровенности с Марио выходить еще рановато, тем более что этот вреднюк в последнее время слишком сблизился с Дейзи на почве драконьей магии… А на чьей стороне сейчас Дейзи, не смог бы разобраться вообще никто.

Но иногда так хотелось просто поговорить с кем-нибудь. Без двойных смыслов, расчетов и предосторожностей.

– Мне тоже так кажется, – сказал Альваро. – Раз уж они смогли подобраться к Аррибе, им хватило бы одного дирижабля с десантом, чтобы заставить Директорию капитулировать!

– Вот-вот! – подхватил Марио. – Вместо этого Альянс творит непонятно что. Покусывает нас на границе. То торговый дирижабль захватит, то на острове пошумит. Впечатление такое, что ему пока не до нас. Или он не решается взяться за нас всерьез.

– Или… просто отвлекает наше внимание?

Марио, задумавшись, ответил не сразу:

– Это было бы логично, да. Тогда вопрос – от чего?

Следующие три дня подарили им неожиданную передышку из-за плохой погоды. Ливневые дожди всех прижали к земле. Видимость была нулевой, в воздухе висел туман и водяная взвесь, которая пропитывала одежду, делая ее тяжелой и неудобной. Дийне казалось, что они все пропитались водой, как губки.

Прикрываясь курткой, она быстро пробежала через отсыревший, промокший сад и открыла дверь флигеля. Дождь жалил иголками. Под порывами ветра флюгер рвался улететь с флагштока.

Еще из прихожей, снимая промокшую обувь, она услышала басовитый голос Диего:

– Ни одного «феникса» в небе! Всех как ветром сдуло, в прямом смысле слова!

– Лично я по ним не скучаю, – ответила Дейзи. Ее смех был похож на звон серебряных колокольчиков.

– Надо сказать спасибо Винченцо за передышку!

– А я тут при чем?

– А кто ходил и стонал каждый вечер: «Господи, пошли ливень! Пусть у фениксов все аэродромы раскиснут!» Вот он и послал.

– Ага, только не туда, куда надо!

«Все собрались», – улыбнулась про себя Дийна. В этот темный слякотный день никому не хотелось коротать часы в одиночестве. Как только она вошла в гостиную, ее сразу потащили к камину – отогреваться. Здесь были и Торрес с Мартином, и Альваро. Дейзи сидела, обложившись картами и расчетами, прямо как раньше. Транкилья с новой, какой-то «волнистой» прической внимательно слушала Марио, который увлеченно сравнивал технику взлета и приземления на драконе и джунте. Поскольку Транкилья постоянно испытывала проблемы со швартовкой, а Марио никак не мог уговорить Рохо даже на старт, им точно было о чем поговорить. Диего выглянул на минутку из кухни, стоя в клетчатом фартуке.

– Неожиданно! – засмеялась Дийна.

Очевидно, он умел управляться не только с гаечными ключами и плоскогубцами.

– Посмотрим, что ты скажешь, когда попробуешь мою подливку! – ответил он, отсалютовав длинной ложкой.

В кухне пахло действительно вкусно – тимьяном, свежевыпеченным кукурузным хлебом и еще чем-то очень домашним. Дийна заглянула в это царство вкусов, чтобы поздороваться с Саиной. Третьим помощником у них был Винченцо, ловко чистивший овощи. Баррига тоже был тут. Его помощь, очевидно, заключалась в том, что он ежеминутно пытался проверить, не остыли ли ореховые печенья, разложенные на противне, но каждый раз получал по лапам от бдительного Винченцо.

– Отнеси в гостиную бутерброды, будь добра, – попросила Саина.

Захватив поднос с теплым хлебом и сыром, Дийна вернулась к остальной компании. Ей хотелось серьезно поговорить с Альваро, и она даже заготовила целую речь в доказательство, что они с сеньором Агудо зря так непреклонно записали ее в «инструкторши». Но ее отвлек Мартин, который стоял, заглядывая Дейзи через плечо. Он произнес волшебное слово «Ланферро».

Бутерброды и даже полеты сразу были забыты.

– Что-то новое? Это расчеты для профессора Мойзеса? – спросила Дийна, подходя ближе.

Еще издали она углядела на картах знакомые очертания острова.

Дейзи, нахмурившись, ничего не ответила, зато Мартин был очень словоохотлив:

– Да, сеньор Мойзес все пытается вычислить закономерности возмущений флайра в районе Ланферро. Между прочим, это я натолкнул его на мысль! Я заметил, что перепела с Палмеры в определенные дни меняют маршрут для миграции, огибая Барьер по широкой дуге.

«Не удивительно. Будь я перепелом, вообще убралась бы оттуда как можно дальше!» – подумала Дийна.

– Пока еще рано говорить о закономерностях, – недовольно буркнула Дейзи, смерив Мартина строгим взглядом. – У нас слишком мало данных.

– Да, это проблема. – Мартин сокрушенно вздохнул. – В колледже жуткая нехватка людей и транспорта! Если бы кто-нибудь мог регулярно делать замеры…

– Я могу! – оживилась Дийна.

Может, и для нее найдется работа! Если Альваро окончательно рассорится с ней и выгонит ее из патрульных, она попросится к Мойзесу. Дийна невольно оглянулась, ища взглядом де Мельгара, и внезапно увидела его в двух шагах от себя.

– Она не может, – вмешался Альваро.

«Ну конечно! В патруль он меня не возьмет, но стоит кому-нибудь предложить мне другую работу, он тут же появится и запретит! Прямо как собака на сене!»

– Мы пошлем туда «гидры», и они замерят все, что вам нужно, – добавил Альваро.

Дийна скептически усмехнулась, глядя на его озабоченное лицо:

– Чем же «гидры» лучше меня?

– Тем, что в отличие от тебя у них есть пулеметы.

Своей широкой спиной он словно отгородил ее от Дейзи и Мартина, которые продолжали обсуждать что-то. Воспользовавшись тем, что они остались вдвоем, де Мельгар негромко сказал:

– Слушай, не петушись. Я не пустил бы туда никого из «Крыльев»! Ценю твою храбрость, но «фениксы» регулярно патрулируют северный сектор, и не нужно лезть на рожон. Наши джунты против них слабоваты.

– Но я просто хотела…

– Поговорим позже, ладно?

Он заметил, что Торрес куда-то собрался, подошел к нему и кивком показал на дверь. Ониобменялись несколькими словами, а потом вместе вышли. Дийна забеспокоилась. За окном все так же хлестал дождь, старое освинцованное стекло было пестрым от мелких капель. Ветер безжалостно трепал пышные кусты сирени.

«Куда их понесло в такую погоду?»

Она снова заглянула на кухню, так как ее интересовало окно, выходившее в сад. Саина тут же сунула ей в руки миску с чем-то салатным и помидорным. Потом потребовалось отнести еще оливки, бокалы, столовые приборы и кувшин с морсом. Транкилью с Мартином тоже призвали на помощь. Стол был уже почти накрыт, а Альваро все не возвращался. Дийна снова решила попробовать подступиться к Дейзи.

– И все-таки, что говорит математика? – спросила она, ненавязчиво заглянув ей через плечо.

Та прикрыла расчеты рукой.

– Извини, но я не могу разглашать это каждому встречному.

Это прозвучало так, будто ее щелкнули по носу. Каждому встречному?!

– Все, что касается Ланферро, касается и меня! – твердо сказала Дийна.

В ответ Дейзи насмешливо прищурилась:

– Ты прилетела сюда с Сильбандо вместе с Альваро и сразу огорошила нас вестью, что ты у нас, оказывается, пропавшая наследница графа Веласко. Не знаю, как глубоко ты увязла во всем этом, но мне точно видится здесь рука дона Франциско. Очевидно, ему надоело обрастать мхом в своем медвежьем углу, и он решил прибрать к рукам еще один остров.

– Ничего подобного! – возмутилась Дийна. Правда, вышло не очень уверенно, так как она сама подозревала графа в подобных намерениях.

– Если тебе кажется, что дон Франциско тобой не манипулирует, это еще не значит, что так оно и есть, – парировала Дейзи.

На ее лице застыло непреклонное выражение. Дийна вдруг вспомнила, что отцом Дейзи был один из сенаторов… сеньор Бланко. А Директория давно недолюбливала дона Франциско, как, впрочем, и других «пограничных лордов».

«Опять эта дурацкая политика! – с досадой подумала она. – Вечно она все усложняет!»

Их разговор прервался, когда в передней хлопнула дверь. Дийна с облегчением увидела Альваро и Торреса. По крайней мере, оба были живы. «И неплохо себя чувствуют, судя по всему». Даже если они устроили дуэль в саду, это пошло им только на пользу: оба вернулись свежие, с румянцем во всю щеку и вполне довольные друг другом.

– Диего! – крикнул Торрес. – У нас к тебе вопрос насчет «кошек»!

– У меня тоже, – ответил Диего, появившись из кухни. Он держал за загривок Барригу, на морде которого застыло блаженство, а в каждой лапе было зажато по ореховому печенью. – Кто-нибудь может подержать этого прохиндея, чтобы он не совался на кухню?

– Давай его сюда, – предложила Дийна. Диего отыскал ее взглядом, заметил поджатые губы Дейзи, напряженные позы девушек и незаметно подмигнул Дийне, передавая ей Барригу из рук в руки.

– Я имею в виду – вопрос насчет вооружения, – уточнил Торрес.

– Об этом лучше потом, – улыбнулся Диего. – Кажется, настал психологический момент для ужина!

Дийну восхитила его проницательность: «Что значит опыт! Хорошему пилоту хватило одной секунды, чтобы оценить предгрозовую обстановку и принять меры!»

Перспектива близкого ужина всех обрадовала. Дейзи убрала свои цветные таблицы, Мартин помог подвинуть стулья к столу. О делах больше не говорили, да и не хотелось. В конце концов, в мире существует масса других интересных тем, кроме «фениксов» и Альянса!

Полгода назад, впервые попав в этот дом, Дийна была очарована царившей здесь атмосферой доверительности и сотрудничества. Это дружеское тепло, накопленное старым домом, сослужило добрую службу. Все как-то расслабились. Нежный свет лампы, казалось, делал лица добрее и мягче.

Огонь в камине бросал оранжевые отблески на широкие доски пола. Баррига, объевшийся и припрятавший одну печеньку на черный день, умильно щурился, улегшись на горке дров. Тепло, витавшее в воздухе, прогнало напряжение. Гостиная казалась убежищем, местом, где можно исцелиться от гнева.

Дийне очень хотелось бы продлить этот мирный вечер, похожий на их посиделки в старые добрые времена. И с трудом верилось, что эти «старые времена» были всего-то полгода назад.



Когда Альваро объявил, что соберет всех в штабе, чтобы проанализировать последнюю операцию на Артенаре и «выработать новую тактику», Дийна почувствовала себя как преступник, которого собираются публично высечь на площади. Значит, вот каким будет наказание за ее самоуправство… Сейчас де Мельгар выставит перед всеми ее кретинизм и неумение действовать в боевой обстановке. Могла бы догадаться, что он не потерпит, когда кто-то действует поперек его указаний! Теперь пришел час расплаты.

У нее даже возникла трусливая мысль срочно найти себе дело подальше от порта и таким образом избежать позора, но она отказалась от этой идеи. Лучше один раз выслушать поток критики, чем потом терпеть насмешки из-за угла – а она не сомневалась, что Торрес найдет в предстоящей лекции много поводов для насмешек. Но, придя в штаб, Дийна заняла место в самом дальнем углу, как можно дальше от доски, на которой Альваро рисовал Артенару и боевой порядок «фениксов», приближавшихся к острову.

Торрес как ни в чем не бывало уселся впереди. Остальные рассаживались где попало, на Дийну никто не смотрел. Ей было не по себе. Она чувствовала себя отрезанной от всех. Неужели они ее осуждают? Считают ее выскочкой, которой хотелось выделиться и показать, что она лучше других?

Рядом жалобно скрипнул стул, когда на него плюхнулся Марио. Дийна покосилась на него с вежливым недоумением, но он только усмехнулся:

– Тебе явно не помешает моральная поддержка. Видела бы ты себя со стороны!

Неужели ее смущение так заметно? Это плохо. Она постаралась принять независимый вид и прислушаться к спокойному, ровному голосу де Мельгара, звучавшему где-то вдалеке:

– …Таким образом, «тройками» мы больше летать не будем. Это опасно и неэффективно. В темноте и тесноте мы только мешаем друг другу. Да и «фениксу» легче накрыть нас, когда мы мечемся кучей. Вместо этого будем летать звеньями, по две пары. Так проще действовать в вертикали и прикрывать друг друга.

На доске появились схематический воздушный столб и четыре маленьких треугольных паруса – в верхней и нижней его части.

– Старайтесь контролировать заднюю полусферу и опасные направления из-под солнца, если дежурите днем – из облаков. Оттуда проще всего напасть незаметно, и «фениксы» этим отлично пользуются.

– Придется отрастить глаза на затылке, – пошутил Диего, уже оправившийся от ранения.

– Да, придется. А еще – хоть это никому не понравится – вам придется писать отчеты после каждого боя! Записывайте все как можно подробнее: кто атаковал, сколько времени преследовал, какие применялись маневры…

По комнате пронесся измученный стон. Отчеты?! Когда ты еле приползаешь с дежурства и все, чего тебе хочется, это лечь где-нибудь и уснуть? Де Мельгар сдвинул брови:

– Понимаю, что это сверхзанудно, но без них нам не обойтись! Как еще можно узнать о слабостях противника, если не анализировать наблюдения? Кое-что нам уже удалось узнать…

Продолжая говорить, он нарисовал приблизительный чертеж «феникса» и слепые зоны обстрела:

– «Фениксы» действуют по привычной схеме, и если мы разгадаем их тактику, нам будет проще обороняться! В общем, каждый отчет – это опыт, который завтра может спасти чью-то жизнь. Так что советую не филонить.

– Как насчет вооружения? – не сдержавшись, выпалил Диего. – Что сказал сеньор Агудо про наши разработки?

– Обсудим это после собрания, – предложил Альваро.

– Голосую за зажигательные ракеты! – не отставал Диего. – Это самое перспективное!

– Насчет этого сеньор Агудо сразу ответил «нет»! – отрезал де Мельгар. – Никаких ракет на джунте! Это все равно что летать на пороховой бочке!

Дийна мысленно согласилась, вспомнив, с какой легкостью вспыхнул парус «Эрмосы» от одной искры…

В комнате тем временем началось распределение по дежурствам. Про ее выходку де Мельгар либо забыл (что вряд ли), либо решил не упоминать. Кажется, можно выдохнуть. Дийне стало гораздо легче, хотя все еще было обидно, что ее фактически исключили из состава патрульных. Сейчас все разобьются по парам, а ее так и оставят в тренировочном классе! Мир все-таки несправедлив.

– Можно я буду дежурить с Торресом? – попросил Диего. – Нам так привычнее!

– Хорошо. Тогда Дейзи пойдет с Орландо.

«Удачи ему. Надеюсь, она его не покусает», – подумала Дийна с вялым сарказмом, разглядывая унылую коричневую стену склада за пыльным окном. Вообще-то она думала, что Альваро сам захочет летать с Ортисом. Винченцо с Транкильей, наверное, оставят для самых простых заданий.

– Дийна! – вдруг услышала она свое имя.

– А?

На лице де Мельгара было написано безграничное терпение:

– Ты завтра летишь со мной.

Она не поверила своим ушам. Это что, шутка? Она завтра идет в патруль?!

По комнате словно разлилось волшебное сияние, и в тишине должно было раздаться пение ангелов, но красоту момента, как всегда, испортило хмыканье Торреса.

– Только не потеряй ее в темноте, – посоветовал он со смешком. – А то она мелкая и шустрая больно. Поводок на нее надень, что ли!

– Не потеряю, – отрезал Альваро, холодно посмотрев на шутника. Торрес умолк. Дийне из угла было плохо видно, но, кажется, его спина окаменела, словно его пригвоздили к месту.

– Кстати, хорошо, что напомнил: есть еще одна вещь, которой всем нам придется научиться, – добавил Альваро, снова хлестнув по физиономии Торреса жестким взглядом. – Действовать сообща! Все обиды и амбиции оставляем на берегу. Учитывая, насколько наше вооружение слабее «фениксов», хорошая слетанность может стать единственным шансом!

От потрясения Дийна почти не улавливала смысл его слов. Марио с улыбкой склонился к ее плечу:

– Приятно, когда он давит не на тебя, да?

– Тихо ты! – Она под столом пнула его ногой.

При всей неприязни к Торресу даже у нее язык не повернулся бы обвинить его в недобросовестности или, боже упаси, в трусости. Он четко выполнил поставленную задачу и так же четко ушел с Артенары по первому же приказу. Но в результате получилось так, что Дийне пришлось разбираться с «фениксом» в одиночку.

Хотя это все ерунда. Главное – она тоже пойдет в патруль! Будет летать вместе со всеми! Будет выполнять настоящие задания вместо тренировочных полетов и осточертевшей «карусели» на полигоне! Наконец-то!

Ей казалось, что ликующее солнце ворвалось в комнату, рассыпавшись золотым сиянием, озарило обшарпанные стены и висевшие на них карты доков.

Тем временем собрание подходило к концу. Все задвигали стульями, поднимаясь. Их всех ждали дела. Дийна хотела поблагодарить Альваро, но его уже обступили Диего с Торресом, чья техническая изобретательность порождала все новые и новые идеи, убийственные для «фениксов». Торрес что-то набрасывал в блокноте. Диего жестикулировал, предлагая заточить технологический шов на боку лодки до состояния боевой режущей кромки, чтобы на полном ходу пропороть «фениксу» обшивку крыла. Дийна поняла, что у нее нет шансов против их воинственного энтузиазма. Де Мельгар, не переставая отвечать на вопросы, вдруг бросил взгляд в ее сторону, тогда она улыбнулась и кивнула: «Спасибо».

В темно-синее предрассветное небо вонзилась алая звезда сигнальной ракеты – и сразу же воцарился хаос. Дийну не переставал удивлять этот мгновенный переход от настороженной тишины к смертельно опасной свалке, в которую превращался воздух с появлением «фениксов».

«Очнись, сейчас не время предаваться философским размышлениям!» – одернула она себя.

Резкий косой поворот – и пулеметная трасса прошла за кормой. Где же Артенара с ее пушками? Уснули они там все, что ли?!

Справа от нее темнота выплюнула еще одну джунту. Торрес летел, как снаряд из пращи, флайр буквально кипел за кормой его лодки. «Значит, Диего тоже где-то рядом! Ага, вот он». Эти двое действовали так слаженно, будто были связаны невидимой нитью. Пока Торрес отвлекал «феникса», Диего молнией пронесся мимо, как воплощенное возмездие. У «феникса» вдруг появилась дыра в крыле и проблемы с координацией. Разорванная обшивка лохмотьями заплескалась на ветру, аппарат затрясло. Пилот не выдержал, развернулся и скрылся в туманно-синей мгле.

«Отлично!» – подумала Дийна. А вот второй «феникс», повисший у Торреса на хвосте, это уже хуже. Это ее забота. Она быстро перебросила парус на корму, контролируя движение на ветер. Лодку развернуло. Торрес маневрировал, отстреливаясь из пистолета (хотя Диего сто раз говорил, что ручное оружие в воздушном бою бесполезно!) Противник почти настиг его, но его сбила с курса «Рисуэнья», скользнувшая наперерез.

Дийна усмехнулась, когда мимо борта пронеслись трассы – словно огненные псы, спущенные с цепи. Ее преследователь еще не знает, какой сюрприз ожидает его через минуту-другую! «Колмена – мой дом родной», – пробормотала она. «Рисуэнья» летела как птица, Эстладо сегодня был их верным союзником. Миг – и Дийна описала крутую дугу, огибая первую кружащуюся скалу. Висевшие в воздухе скалы были почти невидимы в сумерках, рассвет еще только подкрадывался к Архипелагу, когда «фениксы» спугнули его своим появлением. Однако ей это не мешало. Теперь после множества тренировок она могла бы пролететь сквозь Колмену даже с закрытыми глазами. Ухо безошибочно улавливало свист ветра, бьющегося о скалы. Судя по отсутствию вспышки, «Феникс» за ней не последовал, не дурной.

Издали донеслась канонада – это в бой наконец-то вступили пушки Артенары. «Теперь бомбардировщикам точно не добраться до Керро! – с ликованием подумала Дийна. – Сейчас еще Тирахана подъедет!» Вылетев в чистое небо из мешанины осколков, она увидела длинный огненный шлейф. Высоко-высоко загорелась сигнальная ракета. Синий цвет. Значит, пора возвращаться на базу.

Она сидела, прислонившись к стене, возле которой стоял и сох чисто вымытый парус. После боя – краткой вспышки адреналиновой паники – наступало опустошение. В полутемном ангаре уютно пахло лаком, деревом и смолой. Хотелось свернуться клубком и заснуть. А еще она отдала бы сейчас полжизни за горячую ванну и шоколадку.

В дверь, пошатываясь, вошел Диего и тоже рухнул на гору старых мешков. Снаружи послышался шум и проклятия Винченцо, который в темноте споткнулся о чужой парус. Его взлохмаченная голова показалась в дверном проеме.

– Лучше сразу его убери, пока не заснул! – посоветовал он, глядя на Диего, который вальяжно раскинулся на мешках. – Де Мельгар увидит – будет орать.

Согласно неписаному правилу парус после полета следовало помыть, разоружить и убрать, причем сразу. Это знал любой воланте, достойный своей джунты. Неважно, в каком состоянии ты выполз на берег – первым делом нужно позаботиться о матчасти. С лодкой не шутят, иначе она тоже пошутит с тобой в полете, и будет совсем не смешно.

Диего обычно относился к своей «Молнии» бережней, чем к невесте, но сейчас он сидит, закрыв глаза, и молчит.

– Пусть орет, переживу, – слабо откликается его голос. – Мне уже досталось позавчера, когда я двух «фениксов» чуть не прошляпил. Подумаешь.

– Так позавчера он еще добрый был, после дежурства-то! – ехидно заметил Винченцо. – А сейчас они с сеньором Агудо на Аррибу отправились, на какой-то Совет. Для Альваро все эти сенаторы – хуже «фениксов». Вот увидишь, когда он вернется, то будет нестабилен, как ведро с пироксилином!

Перегруженный мозг Диего некоторое время усваивал эту мысль.

– Ты хочешь сказать, что до сих пор мы имели дело с добрым и покладистым де Мельгаром? – уточнил он.

– Вот-вот.

Издав стон, Диего отлепился от мешков и поплелся к шлангам. Дийна тихо засмеялась, потом поморщилась, прикрыв глаза. Даже улыбаться было больно. Кажется, у нее болели все мышцы, какие только есть в человеческом теле. Желтый свет от фонаря слабо очерчивал привычную обстановку ангара. Каждый раз, когда кто-то проходил мимо, по стенам медленно плыли длинные тени.

– Дин, не спи. – Кто-то осторожно потряс ее за плечо. Нос почуял запах кофе, и Дийна сразу встряхнулась. Перед ней маячила длинная челка Торреса. В одной руке у него был термос, а другой он протягивал ей стальную крышку, в которой плескался кофе, черный, как деготь. Живительный эликсир!

Неделю назад Орландо каким-то образом (скорее всего, незаконным) разжился целым пакетом этого зелья. Все воланте пили его огромными кружками; кофе имел для них такую же ценность, как бензин для гидропланов. Если «фениксы» продолжат атаковать в том же темпе, они скоро начнут жевать зерна прямо из банки.

Дийна отпила немного, не чувствуя вкуса. Торрес отсалютовал термосом:

– Здорово ты увела того типа в Колмену. Прямо с хвоста сняла! Это было круто. Спасибо.

– Спасибо за кофе, – кое-как смогла она улыбнуться.

Свет фонаря постепенно бледнел, а в проеме двери ширилось утреннее сияние. На Керро наступал новый день.

– Итак, что мы знаем о психологии драконов? – вопросил Мартин, обведя взглядом сидевших перед ним Дийну и Марио. – Практически ничего!

С этими словами он плюхнул на стол перед ними толстую стопку книг.

– Это называется «ничего»? – с легким ужасом удивился Марио.

– Легенды. Слухи. Полная муть. – Мартин откладывал книги одну за другой. – Ничего достоверного. Одно точно известно: дракон очень чутко улавливает настроение тех, кто находится рядом. Твою радость, доверие, гнев или страх. От него ничего не скроешь.

Дийна подавила зевок. Ровный голос Мартина струился, как дождь. Они сидели в его кабинете, в Птичнике, где вдоль каждой стены висели разнокалиберные клетки. Воркование птиц усыпляло, ветерок качал жалюзи, сквозь которые проникали узкие полоски света. Жалюзи покачивались, отбрасывая на стол полосатые тени, монотонно, усыпляюще…

Она только что вернулась с ночного дежурства. А до этого было еще одно. В перерыве они с Транкильей и Винченцо отрабатывали поворот фордевинд. Его сложность в том, что он делается на большой скорости, из-за чего у неопытного пилота мозги не поспевают за телом. Вечером они отыскали удобную бухту и тренировались там до тех пор, пока не перестали в сумерках различать движения друг друга.

Сегодня утром Дийна опять явилась в «хранилку», но Альваро, оценив состояние девушки, чуть ли не пинком прогнал ее оттуда, заявив: «Пока не выспишься – не возвращайся!»

Дийна решила, что выспаться она еще успеет. Им позарез нужен был Рохо! Из него получился бы отличный напарник, способный прикрыть отступление воланте в случае нападения. Один его хвост стоил в бою двух лодок как минимум!

Марио регулярно устраивал полеты с Рохо и Дейзи, но пока без особых успехов. Дракон снисходительно терпел рядом две джунты, но близко их не подпускал. Одно хорошо: благодаря этим тренировкам Марио вполне прилично освоил начальный курс управления лодкой. Хоть какой-то плюс. Но их отношения с Рохо зашли в тупик: дракон явно не проявлял к бывшему другу ничего, кроме умеренного любопытства. Зато ревнивый интерес Транкильи к их совместным полетам с Дейзи не знал границ. Дийна, оценив угрюмое настроение подруги, решила, что пора вмешаться, и притащила Марио в Птичник. Из всех сотрудников колледжа Мартин был лучшим специалистом во всем, что летало, порхало и парило в небе над Керро. Она надеялась, что он сможет что-нибудь посоветовать.

И вот теперь Марио о чем-то спорит со своим двоюродным братом, а она сидит рядом, стараясь не клевать носом. В «курятнике» пахнет старой бумагой и немного аммиаком. Монотонный голос Мартина журчит и журчит над ухом… Полусонное сознание Дийны встрепенулось, когда она услышала свое имя:

– Ты летал с Рохо и с Дийной. Сравни ощущения.

Сложив кончики пальцев, Мартин внимательно смотрел на брата.

– Ты доверяешь Дийне?

– Конечно!

– Вот видишь! Тебе легко ей доверять, потому что она хилая и может спрятаться за пеньком. Ты ее не боишься.

– Эй! – возмутилась Дийна, окончательно просыпаясь.

На нее не обратили внимания. Братья полностью ушли в разговор и сейчас были так похожи, что спросонья ей показалось, будто у нее двоится в глазах.

– Рохо – это другое дело. Ты говоришь, что вы с ним друзья, но на самом деле ты всегда его контролировал. Ты когда-нибудь летал на Рохо без шлема?

Марио насупился:

– Один раз всего. Мне не понравилось. Но я всегда разговаривал с ним! Он понимает команды «вверх», «вниз», «домой» и еще много других. Мы легко сумели бы объясниться, если бы он только пустил меня в седло!

– Проблема не в том, чтобы объясниться насчет маршрута, – поморщился Мартин. – Просто глубоко в душе у тебя сидит понимание, что Рохо – это бронированный монстр, который ударом хвоста может запросто снести тебе голову. А он чувствует это. Вашей дружбе мешает не его недоверие, а твое. – Пристально глядя на брата, он подался вперед: – Ты должен доказать, что действительно ему доверяешь.

После этого разговора Марио вышел из Птичника в глубокой задумчивости. Они с Дийной медленно шли по саду. Солнце давно развеяло утреннюю дымку и теперь ласково грело им плечи. Пахло свежей травой, можжевельником и цветами, которые к весне набирали силу. Вдруг пронесся резковатый, холодный ветер – и смахнул все запахи.

Дийна решилась прервать молчание:

– Если я правильно поняла то, что ты задумал, то возьми с собой парашют.

– А ты мне поможешь? – нерешительно спросил Марио.

– Ну конечно!

Он улыбнулся:

– Тогда остается узнать, где сейчас может быть Рохо!

– Это как раз несложно. Время за полдень, значит, над кальдерой Теймаре уже пошли первые термики. Рохо обожает в них бултыхаться! Я уверена, что там мы его и найдем.

Они собрались очень быстро: лодка, перчатки, шлемы. Больше всего времени заняла предполетная подготовка парашюта. Наконец Марио надел ранец на спину, неожиданно посуровев лицом. Все-таки ему предстояло нешуточное испытание. Пока они летели к вулкану – вернее, бывшему вулкану Теймаре – Дийна на ходу давала ему советы:

– Главное – не спеши. Подожди, когда мы поднимемся выше или окажемся над Океаном. И не бойся, если Рохо взбрыкнет, я успею тебя подхватить.

– Вон он! – крикнул Марио.

За прозрачными облаками, похожими на растрепанные клочья ваты, парил крылатый силуэт дракона. Дийна прибавила скорость и набрала высоту. Вскоре бугристый хребет Рохо проплыл прямо под лодкой, выглядывая из облаков, как спина исполинской рыбы. Где-то в ста метрах под ними мелькали изломанные верхушки скал.

Вдруг лодка дернулась и рванулась вперед, освободившись от лишнего груза. Одного быстрого взгляда Дийне хватило, чтобы убедиться: Марио с ней больше не было.

– Нет! – вскрикнула она. – Здесь слишком низко!

Меньше ста метров! Мимо глаз пронесся смазанный силуэт дракона. От воздушных вихрей, созданных его крыльями, лодка легла на борт.

– Ты хоть мне не мешай! – рявкнула Дийна на дракона, пытаясь справиться с парусом. – Все из-за тебя!

Она выровняла джунту, одновременно пытаясь высмотреть Марио среди текучих облачных прядей. С каждой секундой его шансы выжить утекали, как вода между пальцами. Куда мчаться? Как его спасти? Ни купола, ни человеческого силуэта, кувыркающегося в воздухе, не было видно. Сцепив зубы, Дийна направила джунту вниз. Ветер свистел между скалами как безумный. Лодку трясло и швыряло, рывки вверх сменялись провалами в нисходящих потоках. «Сейчас я или шмякнусь о скалы, или меня подхватит термиком и унесет куда-нибудь за облака!» – с отчаянием подумала она.

Вдруг ей в уши ударил ликующий клич:

– Ура!

Рохо снова описал круг вокруг джунты, но теперь у него на спине сидел Марио, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Прикрыв парус, Дийна сбросила тягу.

– Да чтоб вас! – от души выругалась она, не зная, то ли радоваться, то ли придушить их обоих собственными руками. – Мастера воздушного пилотажа, тоже мне! Никаких нервов с вами не хватит!

От охватившего ее огромного облегчения она рассмеялась.

– Хочешь ко мне? – крикнул Марио. – Залезай!

– Подожди!

Снизившись с наветренной стороны хребта, она аккуратно причалила, спрыгнула с джунты и отнесла парус в кусты, спрятав его в ветровой тени. Рохо грациозно спустился, изогнув крылья, чтобы увеличить сопротивление воздуха. Опираясь на руку всадника, Дийна быстро забралась на драконью спину, пока Рохо не передумал.

Марио весь лучился от гордости. Дийна обняла его за пояс, усаживаясь сзади, а потом больно ткнула кулаком в спину. Вот зараза! Он должен был спокойно катапультироваться из лодки над Океаном, а не устраивать тут аварийное покидание борта на предельно малой высоте!

– Ты сделал это нарочно! Я так громко за тебя испугалась, что меня должны были услышать все драконы Архипелага. Рохо, наверное, вообще оглох!

Он смеялся, блестя счастливыми голубыми глазами:

– Ну, я немного сымпровизировал. А ты тоже слишком любишь все контролировать! Поэтому вы с Альваро и ссоритесь постоянно!

– Молчи уж, психолог драконий…

Рохо взлетел, и небесная синь приняла их в свои объятия. Солнце красило макушки скал в ярко-оранжевый цвет; вокруг плыли высокие облака, похожие на воздушные корабли с розово-золотистыми парусами. Дийна умолкла, потрясенная. Красота и богатство воздушного мира всегда производили на нее ошеломляющее впечатление. Неизвестно, как так получалось, но небо всегда было разным.

Марио тоже помалкивал. Разумеется, он не мог удержаться, чтобы не похвастать своим успехом перед «Крыльями», поэтому направил дракона к ангарам. Рохо пришлось выучить новую команду – «Агилос». Темно-синее озеро, похожее с высоты на глаз исполинской птицы, было лучшим ориентиром.

Они мягко приземлились около порта. Марио, соскользнув с драконьего бока, ловко поймал Дийну, которая спрыгнула следом. Из «хранилки» выглянул Торрес, а за ним – Диего с Винченцо. Дейзи тоже была здесь. Все они смотрели на Рохо круглыми от восторга глазами.

– У нас получилось! – воскликнул Марио и от избытка чувств закружил Дийну в воздухе. – Получилось!

– Вот это транспорт, вот это я понимаю! – Диего одобрительно поднял вверх оба больших пальца.

Их обступили со всех сторон. Диего расспрашивал что-то об упряжи, Орландо хлопал Марио по плечу. Вдалеке, не сводя глаз с дракона, маячил сотрудник береговой охраны в синем мундире. Вид у него был крайне растерянный. Казалось, он лихорадочно рылся в памяти, пытаясь вспомнить, какой пункт инструкции нужно применить в такой ситуации.

– Ты молодец! Я всегда знала, что ты справишься! – улыбнулась Дейзи. Вдруг она обняла Марио за шею и крепко поцеловала его на глазах у всех.

– Ого! – засмеялся Диего. Какие-то парни, идущие из порта и остановившиеся поглазеть на дракона, восторженно засвистели.

Дийна растерялась. Она увидела, как исказилось и побледнело лицо Орландо. Он резко отвернулся. «Ну, Дейзи, совсем берега потеряла!» – подумала она сердито. Дийне тоже не хотелось любоваться на это безобразие, она отвернулась в сторону складов… и замерла. Вдалеке мелькнула голубая куртка Транкильи. – девушка, вероятно, направлялась к «хранилке», а теперь быстрым шагом шла обратно, подальше от них. Вскоре голубое пятнышко скрылось за горбатыми стенами складов.

После того как Марио, порядком смущенный, увел своего дракона обратно в горы, Дийна с Винченцо забрали из кальдеры учебную джунту, почистили снаряжение и переставили петли на лодке Транкильи, чтобы добавить ей больше контроля. Дел в «хранилке» всегда было хоть отбавляй. Но как бы Дийна ни была занята, целый день у нее из головы не выходила сегодняшняя сцена. Кажется, с Дейзи пора серьезно поговорить… Поздно вечером, когда дежурные поделили небо на сектора и разошлись по своим постам, она сумела застать подругу одну в оперативном штабе. Та искала какую-то карту в кипе бумаг, сложенных на столе.

– Ты не видела лоцию северного побережья? Мне она нужна для Мойзеса. Для расчетов.

– Должна быть где-то здесь, – ответила Дийна, плотно прикрыв дверь за собой. А потом, набрав воздуху в грудь, спросила: – Скажи честно, ты ненавидишь Орландо?

Рука Дейзи, дрогнув, замерла над столом.

– Я? С чего бы?

– У меня такое впечатление, что ты ему мстишь. Это все из-за того саркофага? Из-за того, что он с тобой сделал?

Дейзи медленно выпрямилась, скрестив руки:

– Ну-ка поясни, что ты имеешь в виду. У нас какие-то проблемы?

Дийна терпеть не могла подобные разговоры. Но отступать было некуда:

– Я не хочу лезть в ваши дела, но не могла бы ты… поаккуратнее вести себя с Марио? Видишь ли, он всю жизнь прожил на Фуэрте в военном замке и вряд ли встречал когда-нибудь девушек вроде тебя. У него просто нет иммунитета против твоих уловок, понимаешь?

В тонкой области человеческих взаимоотношений Дийна чувствовала себя как слон в посудной лавке. Для таких бесед нужен был кто-то более тактичный, чем она, кто-то вроде Эстер. Она не умела изъясняться осторожными полунамеками. Больше всего ей хотелось заявить прямо, без обиняков: «Марио – простодушный парень, который принимает все твои игры за чистую монету, а ты ведешь себя, как наглая выпендрежница!» Но такая оплеуха вряд ли заставит Дейзи прислушаться к ее словам.

– …И если тебе плевать на Марио, подумай хотя бы о Транкилье! – добавила она.

Дейзи слушала молча, только на ее лице медленно расцветала насмешливая ухмылка:

– А чем мое поведение отличается от твоего? Ты на себя посмотри! Ах, у нас получилось! Получилось! – передразнила она восторженный тон собеседницы. – Ну и как, понравилось вам обжиматься на драконе? Что-то незаметно, чтобы вы в тот момент думали о Транкилье!

Дийна возмутилась:

– Мы вовсе не…

– То за Альваро бегаешь, то за Торресом, то хихикаешь с Марио! Ты уж определись, дорогая!

Они замерли напротив друг друга, как противники перед дуэлью. В голове у Дийны воцарился полный бардак.

«Торрес? Я – и Торрес?! Ну, это уж ни в какие рамки…» Их отношения с Торресом стали немного лучше после того внушительного разбора, который устроил Альваро, а после пары совместных вылетов она его даже зауважала. Хотя раньше его поведение на тренировках постоянно вынуждало ее бросать ему вызов.

Вдруг она подумала, что человек такого склада, как Торрес, мог действительно усмотреть в этом намек на флирт. Если так, то у них появился новый повод для серьезного разговора.

А Дейзи продолжала болтать:

– …Я бы на твоем месте поставила на Торреса. Альваро может сколько угодно улыбаться тебе и распускать хвост, но у его отца наверняка уже заготовлен брачный контракт с какой-нибудь дочкой сенатора из Директории. Может, даже со мной. Вот был бы номер! – усмехнулась она. – Так что сыграть в сказку о Золушке с ним не выйдет. Знаешь, эти пограничные аристократы – жуткие гордецы, даже если они так бедны, что едят на завтрак одну капусту!

– Я вообще-то в курсе, – ответила Дийна, когда вновь обрела голос. – Я сама из этих «капустных аристократов», если ты помнишь.

– Ах да, ты же у нас принцесса без королевства. Я и забыла!

Каждая ее фраза сочилась язвительностью и агрессией. Дийне казалось, что пол шатается у нее под ногами. «Что происходит? Это не та Дейзи, которую я знала. Откуда в ней столько злости?!»

Можно подумать, что собеседница нарочно старалась вывести ее из себя.

Возможно, душевный кризис, который переживала Дейзи, был куда тяжелее, чем они думали, и именно он заставлял ее видеть все в черном цвете, а они, бывшие друзья, стали частью той мрачной картины мира, которую она теперь видела. Отсюда и все эти вспышки.

«А может, дело не только в этом», – со страхом подумала Дийна, наблюдая, как сквозь черты Дейзи проступает другое сознание, лишенное малейших признаков человечности. Это было жутко.

«Перестань, это же Дейзи! – попыталась она себя успокоить. Но тогда откуда это морозящее ощущение, что ее заперли в одной клетке с тридентой? – Как бы там ни было, я не могу позволить себе проиграть». Нахмурившись, она выстрелила наугад:

– Ты что, завидуешь?

Кем бы ни было сумеречное существо, смотревшее на нее из глаз Дейзи, его удивление оказалось искренним:

– Завидую? Чему?

– Например, тому, что я могу управлять флайром и при этом оставаться собой! – выпалила Дийна и чуть не сгорела под ненавидящим взглядом.

Это было похоже на таранный удар. В чужих, стеклянных глазах вспыхнула злоба. Лицо Дейзи истончилось, поблекло, став совсем нечеловеческим. Сейчас она излучала сгусток негативной энергии, похожий на небольшой психоактивный вихрь.

– Я тебя понимаю, – продолжала Дийна как ни в чем не бывало. – Однажды ты просыпаешься не такой, как раньше. Ты изменилась и с этим ничего не поделаешь. А все смотрят на тебя, как на тикающую бомбу с часовым механизмом, и все будто чего-то ждут.

Существо усмехнулось:

– Иногда так и хочется оправдать ожидания. Считаешь меня чудовищем?

– Нет, не считаю! Возможно, флайр изменил тебя, ну и что? Попробуй принять это. Это дар, если он делает тебя лучше. И проклятие, если ты позволишь ему себя уничтожить. Ты сама должна выбрать. Ты, а не кто-то там!

Несмотря на страх, нельзя было не почувствовать жалость к этому изломанному существу. «Дейзи всегда была такой цельной натурой! – подумала она. – Для нее нестерпима мысль, что кто-то пытается ею манипулировать. Поэтому она так яростно сопротивляется. Но чем больше в ней злости, тем проще Ордену – или кто там пытается ею управлять – сломать ее личность. Получается замкнутый круг».

Вдруг ей пришла в голову новая мысль:

– Помнишь, ты хотела написать мой портрет? Может, попробуем?

Дийна сказала это чисто интуитивно, но, кажется, попала в цель. Дейзи, выглядевшая как «феникс», готовый к атаке, замерла в изумлении:

– Почему ты об этом вспомнила?

«Потому что твои портреты заставляли пристальнее вглядываться в людей, а не принимать их как должное. Потому что прежняя Дейзи понимала, что все портреты, по существу, состоят из света и тени. Свет и тьма – это то, что есть в характере у каждого человека. И только тебе решать, куда склонится чаша весов».

– Я так давно не рисовала… – произнесла Дейзи задумчиво. Ее лицо изменилось, смягчилось. Воздух между ними еще звенел, как натянутая струна, но в нем уже не было прежней яростной враждебности.

– Вот и вспомнишь прежние навыки!

Дейзи печально тряхнула головой и вдруг вся поджалась, зыркнув в сторону двери. Та распахнулась. На пороге стоял де Мельгар, и по его виду можно было заключить, что он ожидал встречи как минимум с Мордорезкой! Его лицо разгладилось, когда он обнаружил всего лишь двух девчонок, занятых разговором. Со стороны их беседа, наверное, выглядела безобидно.

– Тоже полуночничаешь? – серебристо рассмеялась Дейзи. – Или ты сегодня дежуришь?

Поразительно, как быстро она смогла измениться! Потаенная сущность мгновенно скрылась в глубине ее глаз, и перед ними снова была прежняя Дейзи: студентка, светлая голова и один из лучших пилотов «Крыльев».

– Да, пора по домам, пожалуй, – сказал Альваро, пристально оглядев их обоих. Чувствовалось, что на кончике его языка дрожат десятки вопросов, но Дийна все равно была рада, что он появился. Более того, она чудом удержалась от восклицания: «Почему ты так долго?!»

– Ладно, я вас оставлю. – Дейзи изящно, как сползающий в море айсберг, соскользнула с края стола. – Спасибо за предложение, – улыбнулась она Дийне. – Сейчас сложно выкроить время для сеансов, сама понимаешь. Но мне приятно, что ты помнишь тот разговор.

Она не спеша удалилась, очевидно, забыв про карту, которая была ей так нужна. Дийна подождала, пока за девушкой закроется дверь, и только тогда сумела расслабиться. Де Мельгар негромко вздохнул.

– Кое-кто обещал мне держаться подальше от Дейзи, – сказал он голосом человека, уставшего от чужой глупости.

– Нам нужна ее помощь с «фениксами» и драконом. А ей – наша, – упрямо возразила она, хотя понимала, что Альваро во многом был прав. Теперь она очень хорошо это понимала!

«Мы все нуждаемся друг в друге, – думала Дийна, пока де Мельгар запирал дверь и провожал ее к выходу. – Для «Крыльев» наступило тяжелое время. Каждый из нас борется с чем-то внутри себя. Орландо – с чувством вины, Марио – с затаенным страхом перед драконом, я… ну да, у меня тоже хватает поводов для бессонницы. Мы не можем тратить силы еще на внешние ссоры!»

Снаружи их встретили тихие дома в голубоватых тенях, застывшие на крутых уступах высокой скалы. Кривая улица то поднималась вверх, то спускалась в глубокую черноту. Все небо было прошито звездами. Кроме них в городе больше не было ни одного источника света – затемнение обязывало ночью гасить все огни, которые могли послужить ориентиром для «фениксов» и вражеских дирижаблей. Где-то слышались тихие голоса. По ночам Оротава превращалась в город, населенный призраками.

Они медленно шли к ее дому. «Видела бы нас Дейзи – опять решила бы, что мы тут романтику крутим!» – мысленно съязвила Дийна, все еще злясь на подругу. Может, она и не против романтики, но Альваро весь с головой ушел в какие-то мысли, а ее саму слегка пошатывало от впечатлений. Выходной день получился очень насыщенным: утром – рискованный пилотаж с драконом, вечером – стычка с Дейзи… Больше всего ей хотелось сейчас обняться с подушкой и не выпускать ее из рук часов двадцать.

Проводив ее до ворот, де Мельгар кивнул и ушел. Его шаги постепенно растаяли среди других ночных звуков. Дийна отперла калитку и тихо скользнула во двор. Сквозь щели в ставнях пробивались узкие лучики света. Значит, Транкилья еще не спит.

Она помедлила на крыльце, не решаясь толкнуть дверь и войти. Разговор с Дейзи все-таки посеял в ней ростки сомнения на тему их отношений с Марио. «Это я-то флиртую? Я?! Да ну, бред. Только извращенное сознание, поселившееся в слишком умной башке у Дейзи, могло такое вообразить!»

Она снова коснулась двери… и уселась на крыльце, прислонившись спиной к холодному камню.

Правда в том, что Марио ей действительно нравился. Он был весь такой легкий, искренний, как открытая книга, никогда не грузил своими проблемами и всегда был готов поддержать, если нужно.

Ну и что? Рохо тоже ей нравился.

Был еще один момент… позавчера вечером в штабе, на очередном совещании по тактике, она нарочно села рядом с Марио и нарочно ему улыбнулась с тайной мыслью, что Альваро это заметит. Увы, де Мельгар даже бровью не повел. Зато Марио тоже ей улыбнулся – понимающе так, по-доброму.

Вот за это точно было неловко. Из-за конька крыши выглянул голубой лунный серп, а Дийна все сидела и смотрела на красноватые лучи света, пробивающиеся из комнаты. Наверное, Транкилья специально ее дожидается. Не миновать ей сегодня еще одного разговора!

Сейчас она предпочла бы снова встретиться с Дейзи или даже с тем жутким стариком из Башни, чем пережить назревающее объяснение, но отмолчаться было бы еще хуже. Недосказанность – хуже всего. Эта рана потом зарастет новыми событиями, но не заживет, превратится в саднящую трещину, отравит их дружбу и в конце концов сделает их чужими. Дийна вздохнула и решительно открыла дверь.

Война на Архипелаге была совсем не тем, к чему пилоты «фениксов» привыкли на Континенте. Хорошо летать над расположением своих войск – всегда можно сесть, если тебя подбили. Гораздо опаснее летать за линией фронта, так как есть риск попасть в плен, хотя к признанным асам обычно относились с почтением. Нередки были случаи, когда пилот приглашал на ужин поверженного противника. Все понимали, что военное счастье переменчиво: сегодня я тебя сбил, завтра – ты меня.

Но Архипелаг казался им преддверием Ада, лежащим на вершине мира, где у сбитого пилота не было никаких шансов. Либо ты падал в Океан, находя смерть в его холодных водах, либо твоя машина разбивалась при отчаянной попытке сесть на плывущий в воздухе островок, на котором, как правило, не было ни одной ровной площадки размером больше ладони.

А эти бесноватые непредсказуемые ветра, налетающие из ниоткуда! А этот таинственный флайр – губитель моторов, чье присутствие можно было определить лишь по всплескам свечения в небе! Среди пилотов закрепилось поверье: если видишь под крылом живые радужные переливы, колышущиеся от ветра, – разворачивайся, дуй назад и молись, чтобы выбраться оттуда живым! Иначе сердце твоей машины вдруг заглохнет и ритмичный гул мотора сменит убийственная для летчика гнетущая тишина.

А эти летучие дьяволы на диковинных парусных лодках! Они всегда появлялись внезапно, будто их рождала сама темнота, зато с их появлением ночь взрывалась шлейфами сигнальных ракет, и через секунду все сторожевые посты были в курсе, что на Архипелаг явился кто-то чужой.

Более того, они огрызались, когда по ним начинали стрелять! Один пилот клялся, что какой-то парень, висевший на парусе, зацепившись за хлипкие тросики, обстрелял его из пистолета. В другого летчика кто-то метнул зажигательную ракету. Промахнулся, конечно. Но сам факт! Третий летчик утверждал, что какой-то воинственный варвар с парусом чуть не расписал его длинным мечом. (В эту байку не очень-то верили, но все оценили, насколько сильно бьет по психике каждый вылет в пространство Архипелага.)

Пропаганда убеждала, что Архипелаг слишком ценен своим местоположением и земельными богатствами, чтобы уступить его вражеской стороне. Но все больше пилотов Альянса тихо соглашались между собой, что Кантилейская Лига может забирать эти острова вместе со всеми «сокровищами», лично им они не нужны, большое спасибо. Гиблое место.

И если раньше странные лодочки, снующие в воздухе, вызывали у них веселое недоумение, то теперь при их появлении рука сама тянулась к гашетке. Уничтожить! Чем меньше в небе останется этих тварей, тем лучше.

Режим светомаскировки в городе соблюдался неукоснительно. С того страшного вечера, когда над Оротавой впервые прогремели четыре взрыва, город и порт по вечерам прятались в темноту, как в убежище, настороженно посверкивая редкими вспышками сигнальных огней.

Однако приближалось время февральского Карнавала, который на Архипелаге всегда отмечали с размахом, и все решили, что затемнение затемнением, но Процессия фонарей – это святое! Старики и почтенные граждане города выпросили разрешение у губернатора провести этот праздник как следует. По распоряжению сеньора Агудо «Крылья Керро» тоже получили выходной на один вечер.

Альваро узнал об этом, когда сидел в штабе, набрасывая план отчета по последней операции. В кабинет, распахнув дверь, влетел Марио. Впрочем, его радостные крики были слышны еще в коридоре: «Все на вечеринку!» Его голос звучал, как сирена. Таким голосом можно подавать сигналы судам во время тумана.

– Будут танцы и фейерверк! – выпалил запыхавшийся Марио, ненадолго нависнув над столом. После того как он наконец воссоединился с Рохо, его переполняла бешеная энергия, не позволяющая долго сидеть на месте. – Альваро, бросай ты эти бумажки, беги чистить ботинки, Транкилья сказала, что Дийна тоже придет!

Де Мельгар, отложив ручку и пошевелив затекшими плечами, рассмеялся:

– Бесполезно, она все равно их оттопчет!

Он с теплотой вспомнил зимний праздник в Эль Вьенто и их с Дийной феерический первый танец. Здорово она тогда притворялась! Артистично. Его губы сами растянулись в улыбке, но потом смутное беспокойство вытеснило из головы эти приятные воспоминания.

Что-то часто его «братья по джунтам» стали подшучивать над ним и Дийной. Правда, они сами дали неслабый повод для сплетен: сначала исчезли куда-то на месяц, потом появились из ниоткуда и опять вместе. Многие знали, что Дийна гостила на Сильбандо. Вот вам и слухи. А еще он часто навещал ее дом в Оротаве… Обычно он приходил вечером, между дежурствами, когда выдавалась свободная минутка. Переулок, где она жила вместе с Транкильей, в этот час весь тонул в расплавленном золоте, будто солнце тоже хотело подольше задержаться у них во дворе. Ему нравилось наблюдать за Дийной – в золотистых потоках света ее тонкая фигурка двигалась так легко, словно в ней горел ветер. Непонятно, правда, почему она вечно старалась его накормить, хотя он сто раз предлагал купить готовый ужин в лавке. Наверное, подцепила хозяйственный вирус от Саины.

Он и сам не заметил, как их тесная дружба превратилась в проблему. Дийна, конечно, потрясающая, кто бы спорил, но ни один мужчина из его семьи не мог позволить себе такой роскоши – жениться по любви.

«И она наверняка понимает это не хуже тебя, – успокоил он разгулявшееся воображение. – Она же Веласко!» Да и нужен ли он ей вообще? Разве с ней угадаешь? Иногда она его просто ошеломляла, а потом опять становилась занозистой, хуже пустынной колючки.

Вдруг он вспомнил серо-синие глаза Дийны и то, как она на него смотрела, когда он вернулся из первого боя с Вортисом… и решил срочно сосредоточиться на отчете. Чуть не уронив на пол всю папку, он вытянул и положил перед собой новый лист. Так, где там план? Хороший, подробный отчет на два-три листа – вот что ему сейчас нужно. Такая работа мигом выгонит из головы все неуместные мысли.

А на вечеринку он все-таки сходит. Только будет вести себя там максимально тактично.

«Вряд ли Орден Хора осмелится напасть на Дийну в толпе, – думал Альваро, выводя ровные строчки. – Это не их стиль. Они любят действовать скрытно, из-за угла. Значит, на сегодня можно о них забыть. Можно поболтать с парнями, поучаствовать в состязаниях, потанцевать… только с разными девушками! – строго сказал он себе. – И не с Дийной!» Глядишь, тогда и слухи утихнут.

Февраль уже уходил – вернее, торопливо сбегал, уступая место весне. В лесах цвел миндаль, и ветер осыпал город розовым снегом из лепестков. Над улицами плыл запах лавров, эвкалиптов и шелковистый аромат роз. Плодородной земли на островах было не очень много, поэтому уход за клумбами требовал от местных хозяек больших усилий, но тем ценнее были роскошные тяжелые бутоны, которыми розы награждали их за старания.

Одновременно с Карнавалом в городе начинался сбор пальмового сока и процесс превращения его в густой золотистый сироп. Все знали, что сок пальмы быстро портится при солнечном свете, поэтому сбор проводили ночью. Накануне юноши-фермеры подготовили выбранные деревья, обрезав ветки кроны и сделав надрезы на стволах. Девушки приносили в пальмовые рощи большие ведра и емкости, а некоторые приходили просто так, для моральной поддержки. Потом этот сок, собранный за ночь, будут несколько часов кипятить в огромных котлах, отчего весь город пропахнет сладостью, будто в нем бесперебойно работал целый кондитерский завод.

Де Мельгар освободился только к вечеру, так как врожденное упрямство не позволяло ему бросить работу на полпути. Он остался в штабе один, зато треклятый отчет был написан как полагается. Когда он вышел наружу, то увидел, что город волшебным образом преобразился, словно очнулся от сна. По улицам двигались цепочки огней, стекаясь к городской площади. Повсюду слышались смех и веселые голоса. На площади цветные стекла фонарей, укрепленных в высоких стойках, создавали невероятную игру света. Еще издали он увидел Диего и Торреса, окруженных стайкой девушек в светлых платьях. Парни-воланте, охранявшие подступы к Керро, пользовались популярностью в городе, и сейчас ребята явно не страдали от недостатка внимания.

Альваро хотел было присоединиться к знакомым, но дорогу ему вдруг преградила темная тень. Каждое ее движение сопровождал мелодичный звон, странным образом различимый даже в шуме праздника. Невысокая фигура, похожая на кочан капусты в своих многослойных юбках, была до глаз закутана в плотную шаль с бахромой. Адивьента.

Он вежливо наклонил голову. Яркие белки глаз незнакомки, озаренные фонарями с площади, как будто светились собственным светом. Ее голос звучал глухо, но каждое слово оказалось отчетливо слышно:

– Я знаю тебя, молодой де Мельгар, отдавший молитву ветру. Ходишь, звенишь, а время уже стирает следы за твоими шагами, и тебя сторожит пустота.

«Звучит обнадеживающе», – с иронией подумал он, сразу вспомнив, почему ему никогда не нравились беседы со всякого рода прорицателями. В их словах чувствовалась тревожная перспектива, о которой обычно забываешь в повседневной жизни. Во времена его детства в Эрвидеросе жил ауспик – ученый, умеющий предсказывать будущее по полету птиц, но тот старик давно умер. Интересно, предвидел ли он кризис, который начался на Архипелаге сейчас.

Прошептав что-то себе под нос и позвенев многочисленными подвесками, адивьента вдруг сказала нормальным человеческим голосом:

– Не лети на Палмеру.

«Если это совет, то он слегка запоздал». Де Мельгар покачал головой:

– Я буду осторожен. Спасибо.

Он уже был на Палмере. Помнил серые колонны храма и притихший в безвременье лес – истонченный, тоже какой-то серый, словно глядевший в себя, в свое прошлое. Этот лес, похоже, не жил, а грезил. Веками. Если в тех местах понятия «век» и «год» вообще имели какой-то смысл.

Вдруг хлестнул в лицо резкий ветер, погасив теплый свет фонарей, и показалось, что над островом мчится на темных крыльях Эспиро, сплетая в кольцо прошлое и будущее. Остров Керро – песчинка в океане неба, хрупкое убежище для горстки людей, которому в разные времена угрожали то природные катастрофы, то войны… Удастся ли спасти его вновь? Чего стоят их усилия перед военной мощью Альянса?

Тени людей, скользивших к площади, вдруг показались призраками, а в буйном шуме листвы и аромате цветов слышалась обреченность, словно Архипелаг отчаянно праздновал свою весну… в последний раз. Альваро по привычке испугался, что не видит Дийну среди знакомых лиц, а потом перед глазами возникло видение: каменное надгробие на Палмере, мемориальная стена всем воланте, чьи тела унес Океан.

Он тряхнул головой, и наваждение рассеялось, оставив саднящее чувство тревоги. «Вон же она стоит, рядом с Саиной». Рыжеватые волосы Саины светились в ночи, как факел. Как можно было ее не заметить?

Недобрый ветер исчез, и гадалка тоже, что было только к лучшему. Заморочила ему голову своими иллюзиями! Альваро шагнул на площадь, словно в теплое море из улыбок и радостных восклицаний. Саина издали помахала ему рукой. Дийна тоже улыбнулась, поймав его взгляд, сияющей, скользящей улыбкой – и отвернулась снова.

Почему-то этот жест вызвал у де Мельгара острое разочарование. Кто-то тронул его за руку, кто-то с ним поздоровался – он не заметил. Ноги сами понесли его к Дийне и остальным, прежде чем здравый смысл успел вдарить по тормозам. «Тактичность и сдержанность!» – запоздало вспомнил Альваро о своих намерениях. Белое платье Дийны мягко блестело, загорелая кожа светилась, как роза в сумерках. Ее улыбка смывала все страхи, всю горечь:

– Я так рада, что ты пришел!

Чтобы перекричать оркестр, ей пришлось придвинуться ближе и встать на цыпочки. Ее губы почти коснулись его уха. Одно прикосновение ее ладони отмело все благоразумные мысли и растворило их напрочь.

Он так сильно сжал ее руки, что Дийна удивленно засмеялась, а у него вдруг стало легко и горячо в груди.

– О, слышишь? Знакомая музыка!

– Ты научилась танцевать?

– Хочешь проверить?

Взявшись за руки, они смешались с танцующими. Площадь, украшенная флагами, факелами и фонарями из розового и оранжевого стекла, была похожа на огромную карусель. Музыка вела за собой, наполняла все пространство до самых крыш. Она звучала так властно, что была почти видимой. Ее отголоски блестели у всех в глазах и в улыбках.

Потом был еще один танец, и еще… Они пробовали лимонад, сахарные трубочки и бутерброды с морсильей, потому что жалко было обижать отказом веселых разносчиков. В какой-то момент наткнулись на процессию фонарщиков, и Дийна испугалась статуи Ачамана, чья длинная рогатая тень скакала по стенам домов, освещенных оранжевыми отблесками. Один раз они увидели в толпе Орландо и Дейзи, но у тех были такие вдохновенные лица, что им совестно было мешать.

Альваро не помнил, когда они ушли с площади. Кажется, ему очень хотелось что-то сказать Дийне, а перекричать праздничную толпу, гремящую, как водопад, было попросту невозможно.

Они уходили все дальше, из легкой, прозрачной темноты, разбавленной блестками фонарей – в другую темноту, густую и бархатную, в которой их шаги звучали отчетливо, как стук часов в тихом доме. Эта уютная темнота словно подталкивала их друг к другу. Дийна доверчиво взяла Альваро под руку. Она ненадолго остановилась у изгиба каменной стены, чтобы вытряхнуть камешек из туфли. Вдруг опять налетел порывистый ветер, который обдал их холодом, принеся с собой запах старого камня и мертвого леса. Альваро привлек к себе Дийну, чтобы заслонить ее, закрыть собой от угрожающей темноты, а потом уже не мог удержаться. Бережно, чтобы не спугнуть, отвел с лица спутанную прядь волос. Целовал ее брови, глаза, губы и нежные скулы. Они стояли так близко, что он слышал, как быстро и горячо бьется ее сердце. И как тяжело колотится его собственное, спущенное с цепей, о которых он сам не подозревал.

Судя по отдаленному грохоту, где-то начался фейерверк. Площадь была далеко, где-то за миллион миль, но одна из ракет вдруг взорвалась прямо над ними, осыпав их звездами. Альваро зажмурился, чувствуя тепло от ладоней Дийны на своих щеках. А потом – неуютный холод, когда девушка отстранилась.

– Я… Извини, – пробормотала она. И исчезла.

Он долго искал ее на улицах, но безрезультатно. Домой идти не хотелось. Альваро прошелся по пристани, потрогал замок на ангаре. В оперативном штабе тоже никого не было. Он подошел к окну. Темное стекло безучастно вернуло ему собственное отражение.

Хлопнула дверь, и кто-то вошел в комнату следом за ним.

– Ты чего тут? – удивился Орландо.

– А ты?

– Да так. Не спится.

«А где Дейзи?» – хотел он спросить, но передумал. Бывают моменты, когда отсутствие вопросов – это самая добрая услуга, которую можно оказать человеку.

Он снова подумал о Дийне. Закрыл глаза – и вдруг ясно представил ее всю, до последней черточки… Если бы не та дурацкая ракета, вернувшая их в реальность, они бы сами вспыхнули у этой стены.

– Может, сходим в бильярдную? – предложил Орландо. – Что толку сидеть тут?

Альваро покачал головой.

– Сначала Дийну найду.

– Да я вроде видел ее только что с Марио… и с Рохо, – поспешно добавил Орландо, оценив состояние де Мельгара, на лице которого вдруг обозначилась убийственная враждебность. Правда, она тут же пропала.

Альваро сам удивился этой вспышке ревности – совершенно дурацкой, надо признать. Он заставил себя улыбнуться:

– Рохо в городе? Почему я не слышу панических криков?

– Половина людей на площади уже в том состоянии, что считают его галлюцинацией, а вторая половина вспоминает, как он ловко сбил «феникса» своим могучим хвостом. Они с Марио сегодня герои!

В голосе Орландо слышалась странная нотка: гордость пополам с горечью. Альваро задумался… но снова решил не спрашивать. Его друг смотрел с понимающей насмешливостью:

– Ты какой-то угрюмый. Тебя вроде и раньше девушки бросали, но это же не становилось проблемой, нет?

– Ну, к дракону от меня еще никто не убегал! – отшутился де Мельгар.

Они помолчали.

– Завтра снова в патруль, – негромко сказал Орландо. – За последнюю неделю мы потеряли две «гидры»… и двух воланте.

«И уничтожили трех “фениксов”, а главное – сорвали им планы бомбардировки», – мысленно добавил Альваро. Темнота просачивалась в комнату из щелей, собиралась в углах. Вдруг опять вспомнилось это проклятое чувство обреченности и скорой потери, нахлынувшее тогда на площади. Что за ночь сегодня такая?

– Раньше было не так… «Фениксы» совсем озверели. Раньше они просто отмахивались от нас, а теперь изо всех сил стараются нас убить.

Альваро внимательно посмотрел на друга:

– Я слышал разговоры во время праздника. Люди называют нас «часовыми Архипелага». И хотя бы поэтому все, что мы делаем, имеет смысл.

«Символы, – думал он, – живут дольше людей. Архипелаг может проиграть… мы можем погибнуть. Но символ останется».

– А тебе что, легче от этого? – с каким-то нервным ожесточением спросил Орландо. – Ты знаешь, что Альянс выслал против нас новейший боевой дирижабль? Называется «Пилигрим». Он уже уничтожил два острова-спутника к югу от Керро и идет сюда. У него столько пулеметов, что он за пять-десять минут разнесет нас в клочья! Думаешь, красивые слова тебе как-то помогут?

– М-да, дирижабль – это проблема. – Альваро задумчиво побарабанил пальцами по раме окна. – Ну ничего, завтра обсудим это с Торресом и Диего. Возможно, пришло наконец-то время для его ракет. Придумаем что-нибудь.

– С Торресом! Вы оба рехнулись! Собираетесь атаковать дирижабль на джунтах?!

Орландо взъерошил волосы, прошелся по комнате, остановился напротив окна. Его глаза лихорадочно блестели в полутьме.

– Ради чего?! Долг, независимость, патриотизм – это просто слова, придуманные торгашами, чтобы использовать нас!

Он придвинулся ближе к Альваро, так что тому пришлось слегка отстраниться:

– Мы могли бы уйти на Палмеру! Этот остров для всех недоступен, там такое мощное поле, что любые моторы глохнут. Бросили бы к чертям Фуэрте, Аррибу и Керро! Твоему Сильбандо, кстати, тоже ничего не грозит – он далеко, у «фениксов» бензина не хватит, чтобы устроить налет и вернуться обратно. Я бы снова занялся исследованиями… Я же ученый, а не летун! Какого черта я торчу здесь и рискую жизнью непонятно ради чего?!

– Ты бы поменьше общался с друзьями сенатора Ортиса, – заметил Альваро, снова отодвигаясь. – Плохо они влияют на тебя, как я посмотрю. Кроме того, ты же понимаешь, что как только Альянс закрепится на Керро или Фуэрте, то захват Сильбандо – это лишь вопрос времени?

Орландо его будто не слышал, весь во власти собственных мыслей:

– Отец считает, что я должен проявить себя… Не рисковать понапрасну, не дергать «фениксов» за усы, но быть на виду, чтобы все знали, что когда Архипелаг отстаивал свою независимость, то Ортисы тоже не оставались в стороне. А я завидую Мартину! – Он возвысил голос. – Слышишь? У него хватило духу послать всех к чертям и заниматься тем, что для него действительно важно! Вот это – настоящее мужество! А лезть безоружным под пулеметы только ради того, чтобы тебя признали самым крутым, и чтобы потом нарисовать лишнюю звездочку на мачте, – это просто-напросто глупость!

– «Крутизна» и соревнования здесь ни при чем, – покачал головой де Мельгар, пытаясь осмыслить этот поток сознания. – Все гораздо проще. Есть обязанности. Ты их выполняешь как можешь. И все.

Он не мог осуждать Орландо. После того кошмара, который случился с Дейзи, кто угодно испытал бы крушение системы ценностей. Однако его слабость могла дорого обойтись остальным. Альваро сообразил, что уже не в первый раз лодка Орландо исчезала с неба при первом появлении «фениксов», предоставляя остальным сдерживать их до тех пор, пока к обороне не подключались катера и сторожевые посты.

«Ничего страшного не случится, – попытался он успокоить себя. – Я буду за ним присматривать». Да, но если его не окажется рядом? Смогут ли пилоты «Крыльев» положиться на Орландо, если его угнетают такие мысли, не подведет ли он всех в опасный момент? Альваро точно не хотелось устраивать судилище и публично разоблачать чьи-то слабости – да и вряд ли это поможет при той психологической нагрузке, которая сейчас на всех давила. Скорее, так можно вообще сломать человека. Но что тогда делать? Как предостеречь остальных?

Дирижабль «Пилигрим» на чертеже был похож на огромное грязно-белое веретено длиной в двести метров. Весь состав «Крыльев Керро» расположился вокруг стола, озабоченно рассматривая это чудовище.

– Больше всего Альянсу хотелось бы сорвать поставки между нами и Лигой, – объяснял дон Агудо. – Через неделю на Керро отправится караван из трех дирижаблей. Они везут продукты, одежду, медикаменты…

«…А также оружие и запчасти для “гидр”», – догадалась Дийна, хотя инспектор об этом ничего не сказал.

– Подозреваю, что основная миссия «Пилигрима» – помешать каравану добраться до нас. Это дирижабль новейшей модели, он вооружен до зубов, имеет пулеметы не только в гондоле, но и на верхней боевой площадке. Вот здесь, смотрите. Было бы крайне нежелательно позволить ему напасть на наши корабли! Кроме того, он и так уже натворил дел… Короче, «Пилигрим» должен быть уничтожен. Желательно – за оставшиеся шесть дней.

– Что, если выслать против него эскадрилью «гидр»? – предложил осторожный Орландо.

Сеньор Агудо поморщился:

– Уже пытались. У «Пилигрима» скороподъемность гораздо выше, чем у гидропланов. При атаке он сбрасывает балласт и уходит вверх – только его и видели!

– А нам известно, где он сейчас? – спросил Торрес.

– По последним данным, он скрывается в группе островов к юго-востоку от Керро. Вот здесь. – Карандаш сеньора Агудо очертил примерное место на карте. – Хитрая сволочь! «Гидрам» неудобно атаковать его из-под высоких берегов, и он этим отлично пользуется! Итак, ваши предложения?

Все, не сговариваясь, посмотрели на Диего, чьих смертоносных идей хватило бы на десять дирижаблей. Они с Торресом чего только не перепробовали, пытаясь превратить мирную джунту в боевую машину!

– Можно приделать к шверту лодки острый металлический штырь, чтобы пропороть оболочку баллона, – предложил Диего. – Тогда газ вырвется, вспыхнет, произойдет взрыв, и «Пилигрим» свалится в Океан, как мешок с камнями!

Де Мельгар разрушил эти красочные мечты на корню:

– «Пилигрим» – это дирижабль с жесткой схемой. Газ у него находится в специальных емкостях – баллонетах. Внешняя оболочка, натянутая на каркас, служит только для придания нужной аэродинамической формы. Даже если ты ее распорешь, дирижаблю это не повредит, зато его пулеметчики превратят тебя в дуршлаг за такую наглость!

– Тогда можно прострелить оболочку ракетой! – не сдавался Диего.

Зажигательные ракеты были его любимой идеей. Он давно носился с этим изобретением, но сеньор Агудо строго-настрого запретил применять их на джунтах. Однако теперь все задумались.

Поверх огромного чертежа «Пилигрима», разложенного на столе, Диего выложил свои рисунки. Его «ракета» представляла собой просто картонную трубку длиной полметра с запрессованной пороховой шашкой. Деревянный носовой конус имел треугольное лезвие, похожее на наконечник копья. Оно предназначалось для протыкания оболочки дирижабля, после чего газ в баллоне должен был вспыхнуть от ракетной струи. Сбоку к ракете крепилась деревянная рейка-стабилизатор. Пусковой установкой служила простая металлическая трубка, которую можно было приделать к мачте.

«Дешево и сердито», – подумала Дийна.

– Дальность больше ста метров! – похвастал Диего.

Это было не очень хорошо, но лучше, чем ничего.

– Но как защитить парус от струи раскаленного газа? – спросил дон Агудо.

У Диего на все был готов ответ. Он развернул еще один новый чертеж.

– Хм. Остроумно… – признал инспектор.

– Есть одна сложность, – задумчиво сказал Альваро, разглядывая чертежи. – «Пилигрим» – это не аэростат наблюдения, он не будет висеть и ждать, пока ты точнее прицелишься! Насколько я знаю, у таких ракет не очень высокая точность. Надо еще учесть поправку на ветер…

Однако все понимали, что пока это был единственный вариант.

– А нельзя увеличить дальность? – спросил Торрес. – Со ста метров стрелять неудобно. Если опоздаешь с выходом из атаки, рискуешь врезаться ему прямо в корпус.

– Максимум сто пятьдесят. – Диего с сожалением покачал головой. – Я уже пробовал.

Пока все обсуждали ракеты, Дийна разглядывала чертежи «Пилигрима». Ей всегда нравились дирижабли – такие важные, неторопливые, похожие на добродушных небесных китов. Они подплывали к Керро, привозя с собой новых людей, радостную суету, ворох новостей и разные диковинки с Континента. Но этот дирижабль с повадками хищной акулы был создан специально для войны; он прятался за облаками, нападая оттуда, словно летучая смерть. Даже в его чертежах ей виделось что-то грязное.

– Что ж, мы подумаем и решим, – заключил сеньор Агудо. – Я все равно считаю, что ракеты – это слишком рискованно, однако… попробуем. Теперь осталось выбрать, кто отправится за «Пилигримом». Мне нужны добровольцы. Сами понимаете, дело это опасное.

– Ну, без нас с Торресом точно не обойтись! – засмеялся Диего.

– Мы с Рохо тоже в деле! – воскликнул Марио, всегда готовый вписаться в любую опасную авантюру.

– Тогда нужно взять и Дейзи, – заметил Торрес.

В «Крыльях» все уважали Марио за отзывчивость и энтузиазм, но к его эмпатическим талантам относились с сомнением. Если вдруг понадобится отдать мысленный приказ дракону, то магия Дейзи все же надежнее!

Дийна невольно бросила взгляд на Орландо, ожидая, что он тоже вызовется добровольцем. Неужели он отпустит Дейзи одну? Однако тот молча смотрел в стену. Де Мельгар тоже взглянул на друга – и быстро отвел глаза.

«Что за дуб их укусил?» – удивилась она. Оба вели себя как-то странно. Дийна непременно докопалась бы, в чем тут дело, но ее отвлек Торрес, дружески хлопнув пятерней по плечу:

– Дийна нам тоже нужна! Вернее, не столько она, сколько ее нос! Она чует смену ветра лучше, чем любой буревестник!

От такого комплимента все засмеялись. Дийна тоже засмеялась, хотя ей было лестно. Приятно, когда кто-то ценит твои способности!

– Хорошо, – кивнул де Мельгар. – Разумеется, я тоже лечу.

– Значит, шестеро, – подытожил сеньор Агудо. – Вылет послезавтра. Готовьтесь.

К подготовке они отнеслись серьезно. С особой тщательностью проверили джунты, оснастку и прочее снаряжение. На полу у стены ангара выстроились шесть рюкзаков, с каждым днем принимавших все более устрашающие размеры. Запас воды, котелок, колышки и палатки, стеганые куртки, продукты, оружие и запасные носки… В рюкзаки уже ничего не влезало, а вещи все множились, как кролики весной. Диего шутил, что им придется взять с собой паровой катер – для багажа. Дийна, посмеявшись вместе со всеми, потихоньку уложила в рюкзак мешок сладких сухарей. Кто его знает, сколько дней им придется кружить по шхерам, выслеживая «Пилигрима»! Правда, Саина обещала обеспечить всех бутербродами, а в этом вопросе на нее можно было положиться, но запас карман не тянет. В прошлый раз на Фуэрте сухари здорово их выручили.

Самым тощим из всех был рюкзак Торреса. На него посматривали с интересом.

– Может, заберешь у меня кое-что? – предложила Дийна, когда ее поклажа по весу почти сравнялась с хозяйкой. Страшно представить, как она дотащит его до пристани!

– Но-но, отцепитесь от человека! – вмешался Диего. – У него особый груз будет.

По поводу этого загадочного груза они с Торресом долго спорили громким шепотом, а все остальные изнывали от любопытства.

Потом Диего опять всех удивил, притащив к ангару доску с нарисованной на ней мишенью и высыпав на дощатый ящик горсть заостренных дротиков.

– Что это? – спросила Дийна.

– Превосходное средство для развития меткости, ловкости и точности движений!

Девушки переглянулись:

– Думаешь, нам это поможет?

Их задачей в предстоящей миссии было – прикрывать «ракетоносцев». Дийна, Дейзи и Марио должны были отвлечь пулеметчиков дирижабля, пока трое других воланте будут забрасывать его ракетами.

Дийна попыталась скрыться в ангаре, но Диего ухватил ее за руку:

– Куда? Все будем тренироваться! На всякий случай.

Он отошел от доски на три метра и метнул дротик. Тот вонзился в мишень ближе к центру.

– А ну-ка, дай я! – загорелся Торрес.

Постепенно всех охватил азарт. Попасть в мишень казалось так просто! Не тут-то было… Самым метким оказался Торрес. Стрелы Дийны разбрелись по всему кругу, а одна вообще улетела в стену. В девушке немедленно встрепенулось задетое самолюбие. Ничего, она сейчас отыграется! Да она…

Развлечение продолжалось до тех пор, пока не появился Альваро – этот непреклонный страж дисциплины – и не разогнал всех по местам. К тому времени Дийна уже подумывала, где можно установить такую мишень в их с Транкильей дворе, чтобы тренироваться почаще. Она еще покажет всем, что такое меткость!

В назначенный день они с Дейзи первыми явились к ангару. Утро бодрило свежестью и нежными красками; в небе, картинно раскинув крылья, парил Рохо – разминался перед полетом. Снизу не было видно, но наверняка у него на спине сидел Марио. В «хранилке» чем-то гремел Орландо, явившийся их проводить. Не хватало троих: Альваро, Диего и Торреса. Время уже поджимало, а эти трое как в Океан провалились.

Спустя десять минут Дейзи начала проявлять нетерпение.

– И эти люди еще имеют наглость подшучивать над женской пунктуальностью! – фыркнула она.

Дийна, цепко оглядывающая окрестности, первая заметила на дороге два знакомых силуэта: один длинный, как жердь, другой маленький, подвижный и смуглый.

– Вон они, идут! Наконец-то!

– Это Диего и Торрес. Эй, а где же Альваро? – крикнула Дейзи, когда их друзья подошли ближе.

– Придется лететь без него, – сказал Торрес, поздоровавшись с ними кивком. Вид у него был понурый. На щеке у Диего чернела полоска сажи.

– Что случилось? – спросила Дийна одними губами. Диего посмотрел на нее и отчего-то заволновался.

– Да ничего особенного, – забормотал он, – все нормально! Мы решили с утра испытать наши ракеты, но после первого выстрела у Альваро вдруг загорелся парус…

Дийне показалось, что стена ангара качнулась. Что-то белое, острое мелькнуло перед глазами и ударило прямо в сердце.

– Эй! Ничего страшного не случилось! – настойчиво повторял Диего, пытаясь до нее достучаться. – Он даже не обгорел почти! Это же де Мельгар, у него нервы, как у удава. Спокойно сел на горящей лодке с целым пучком ракет. Парус, конечно, в лохмотья, теперь его только выбросить, а в остальном все в порядке!

Дийна не слышала. Мысленно она уже проложила дорогу до госпиталя, добралась до палаты и сейчас высказывала Альваро все, что накопилось у нее на душе. Эх, если бы они так не спешили! Туда бежать-то десять минут. Она бы нашла что ему сказать!

Удушающий страх в груди вдруг переплавился в гнев. «Это называется – быть осторожным, да? Это называется – не лезть на рожон? Ну, подожди только, когда я вернусь!»

Торрес слегка подтолкнул ее в спину:

– Пошли, хватит переживать. Когда вернемся, сразу его навестим. Хотя думаю, что завтра он уже сам убежит из больнички. Я договорился, Орландо его заменит.

Привычными, отработанными движениями они собрали лодки и настроили паруса. Лица у всех были хмурые. Хорошо, что обошлось без серьезных последствий, но все равно, неприятность, приключившаяся с «Ниньей», казалась недобрым предзнаменованием.

Небольшие острова, плывущие в небе между Фуэрте и Керро, на девяносто процентов состояли из вулканического туфа, базальтовых колонн, каменных глыб, заполнявших собой старые трещины, и цветного вулканического песка. В общем, пейзаж представлял собой наглядную картину того, как выглядели Керро или Арриба в те далекие времена, когда их вулканы еще плевались раскаленной лавой. Почти все островки были необитаемы; только пуффины и фрегаты гнездились там на выступах скал. Когда стая потревоженных пуффинов взмывала в небо, могло показаться, что в воздухе кружатся хлопья снега.

– Жалко, что Мартина с нами нет! – сказала Дийна, перекрикивая птичий гвалт. – Вот бы порадовался!

Мимо них проплыла базальтовая стена из тонких шестигранных колонн, похожих на струны органа.

Диего предупредил:

– Осторожнее, не спугните птиц. Если стая поднимется в воздух, это выдаст нас похлеще сигнальной ракеты!

– Ага, и отмываться потом придется неделю. Как минимум, – добавил Торрес.

Все не хуже его понимали, что стая птиц – это все равно что бомбардировщик с пометом. Страшно представить, что случится с их одеждой и парусами в случае катастрофы! Поэтому они благоразумно обошли островок подальше, на всякий случай.

Удобное место для лагеря нашлось на острове Лобос, у подножия скалы из вулканического туфа. Слово «лобос» на старом языке означало «волки», и действительно, когда-то этот островок обживали морские волки, то есть тюлени. Однако перед тем, как по Архипелагу распространился магический импульс, поднявший острова в воздух, тюлени, будто что-то почуяв, с криками покинули свои лежбища и скрылись в волнах. Всякий раз, когда она слышала эту легенду, Дийна надеялась, что бедным животным удалось найти себе новое безопасное убежище. «Если в наше время оно вообще существует», – подумала она с горечью.

Диего, самый общительный и энергичный, тут же взял обустройство лагеря в свои руки. Он определил место для костра и палаток, отправил Орландо с Марио нарубить молочая для маскировки. Торрес, который терпеть не мог все эти «радости туризма», как он говорил, тут же вызвался подежурить в небе.

– Я прошвырнусь здесь, погляжу, что и как, – сказал он, а потом быстро вскочил на джунту и был таков. Ушел резко вверх, с разворотом в высоту.

Торрес все время летал так, словно испытывал на прочность и себя, и лодку. Дийна укоризненно покачала головой. У Диего была совсем другая манера. Тот парил свободно, широко, как птица…

Пока они возились с костром, она время от времени вскидывала голову, проверяя, все ли в порядке там, наверху. Остров казался удивительно тихим, в воздухе умиротворяюще пахло вчерашним дождем и нагретым камнем, но не следовало забывать, что где-то поблизости таилась хищная туша вражеского дирижабля. Если «Пилигрим» их обнаружит, они не успеют даже вырубить себе могилки в скалах. Однако пока все было спокойно. Торрес доминировал в небе, оставляя за кормой след из флайра, в котором солнце играло радугой.

– Этого хватит? – спросил Марио у Диего, бросив наземь охапку сухих ветвей.

– Еще нужно. У нас две палатки! И обеим нужна маскировка.

– Ладно. Но тогда с тебя ужин! Если ты приготовишь свое фирменное польо, я притащу еще две… нет, четыре таких охапки!

Дийна засмеялась. Все воланте за время дежурств худо-бедно научились готовить, но Диего в этом деле был мастером. Он сумел бы приготовить отличный ужин где угодно, хоть на паяльной лампе. Когда он дежурил в «хранилке», поджидая усталых патрульных, к его котелку стекались даже летуны из соседних звеньев, вооружившись ложками размером с огородную лопату.

Диего задумчиво почесал в затылке:

– Может, лучше паэлью? Это проще.

– Твоей паэльей только драконов кормить, – пошутила Дейзи, разбиравшая карты в походной сумке, – чтобы огнем дышать научились. Всего одна порция – и от нас будет так разить чесноком, что «Пилигрим» сам примчится на запах!

– А что? Я только «за»! – сказал Марио.

Дезире насмешливо прищурилась:

– Ты, главное, когда в котелок полезешь, нос прищепкой зажми, а то глаза выскочат! Дух уж больно крепкий, ядреный.

Диего пригрозил им поварешкой.

– Где рюкзаки? Мне нужна вода.

– Я схожу, – предложил Орландо.

Ему хотелось побыть одному. «Веселятся, как будто на пикник собрались! – думал он со злостью. – Идиоты!» Он понимал, что, скорее всего, за этой бравадой его друзья пытались спрятать страх перед железным чудовищем, бродящим где-то неподалеку, но все равно это раздражало. Орландо принес воду для чая, потом решил побродить по берегу. Остров был совсем крошечный. Пейзаж не радовал разнообразием. Всюду базальт, куски затвердевшей лавы и прочий вулканический шлак. Молодой человек поплотнее запахнул куртку. Ветрище на берегу дул такой, что мог любое дерево ободрать до костей. Унылое место.

Вокруг острова простиралась беспредельная синева неба. Ветер гнал по нему рваные облака, и они наползали на скалы, как прилив. Полупрозрачные пряди флайра, похожие на призрачные руки, цеплялись за базальтовые арки. Орландо посмотрел вдаль, и его сердце вдруг ухнуло вниз: показалось, что из тучи выступил грязно-серый бок дирижабля.

«Нет, ошибся!» Он вздохнул с облегчением. Может, им повезет и они вообще не встретятся с «Пилигримом»! Хотя учитывая ослиное упрямство Торреса и особенно Дийны, надежды на благополучный исход было мало. Эти двое найдут дирижабль даже на «изнанке»! Вечно они ищут проблем на свою голову!

Его всегда удивляли люди, для которых, казалось, не было большей радости в жизни, чем попасть в беду. Вдруг он заметил, что правая рука немного дрожит, и сердито сунул кулаки в карманы. В желудке до сих пор ощущалось противное кислое жжение. Привкус страха.

Он боялся атаковать дирижабль и боялся сбежать. Утром в ангаре у него просто не хватило духу отказаться, когда Торрес уверенно заявил: «У Альваро обожжены руки, но ты же его заменишь?» Орландо боялся смерти. Но и жить так, как он жил сейчас, – тоже радости мало.

А больше всего он боялся, что все остальные узнают о его страхе.

Наскоро перекусив бутербродами и замаскировав палатки под заросли молочая, они вышли в небо по маршруту, предложенному Торресом. Лодки Диего и Торреса грозно ощетинились ракетами, готовые встретить любую опасность. Пока что им попадались только макушки скал, торчащие из облаков. Небо безмятежно сияло стальной синевой; тишину нарушали разве что свист ветра в парусе и бранчливый гвалт птичьих стай, полускрытых туманом.

День уже склонялся к вечеру, когда Дийна заметила бегущую по облаку длинную тень. Она тут же подала сигнал остальным:

– Вон там, видите? Это он.

«Пилигрим» скользил по воздушному проливу между островами. Его размеры ошеломляли: в длину он был метров двести, не меньше. В узком проливе неудобно было атаковать; «Рисуэнья», самая быстрая из лодок, пронеслась вдоль борта дирижабля и чудом избежала встречи со скалистым отростком. Никакого пространства для маневра! Диего с Торресом все же исхитрились выпустить несколько ракет, но те канули в туман, не причинив никакого вреда. «Пилигрим» тоже огрызнулся: в синем вечернем воздухе сверкнули крохотные искры выстрелов. Грохнуло эхо, отразившись от скал. Вдалеке заорали всполошенные птицы. Однако дирижабль не хотел сражаться – или, может быть, испытывал дефицит топлива, потому что вдруг набрал высоту и скрылся в верхнем ярусе облаков. Преследовать его в темноте было бесполезно. Пришлось ни с чем возвращаться в лагерь.

– Ничего, это был только первый раунд! – философски заключил Диего. – Мы с ним еще поборемся!

– Поборемся… Попробуй найди его в этом лабиринте! – ворчал Торрес, которого разбирали азарт и досада одновременно. Добравшись до палатки, он сразу же полез за картами, хотя предполагалось, что они устроят совет потом, после ужина.

– Девчонки, идите сюда, – позвал Торрес, разложив карту на камне. – Дейзи, ты же у нас спец по прогнозам? Давайте еще раз прикинем его маршрут.

Диего, раздув костер, доставал пакеты с продуктами. Только Марио слонялся без дела.

– Надо бы подежурить в небе на всякий случай, – намекнула ему Дейзи. – Наш костер светится в темноте, как маяк на мысе!

– Да зачем? – лениво возразил Марио. – Место здесь тихое, «фениксы» не летают. А «Пилигрим», наверное, уже на пути к Континенту.

– Вообще-то она права, – поддержал Диего. – Рохо, кажется, тоже не против прогулки. Если вы облетите остров, я приготовлю для тебя отдельный десерт!

Марио неохотно двинулся к дракону, демонстрируя возмущение, хотя перспектива десерта его заметно вдохновила.

– Эй! А для Рохо ты что приготовишь? – крикнул он, свесившись с драконьего бока.

– Он же дракон! – ответил Диего с пафосом. – Он полон внутреннего благородства, в отличие от тебя! И не такой корыстный!

– Это я-то корыстный?! – донеслось сверху.

Гневный вопль Марио утонул в шелесте драконьих крыльев. Рохо шумно взлетел, чуть не загасив костер. Дийна придержала руками карту, чтобы ее не унесло ветром. Откуда-то из-за камней испуганно выпорхнула стайка светляков-лучернаго и тут же канула в темноту.

– Жаль, такой хороший светильник улетел, – пошутила Дейзи.

– Ничего, скоро луна выйдет, – сказал Торрес, взглянув на небо. – Она сейчас почти полная.

В самом деле, луна светила так ярко, что при ее свете вполне можно было прочитать письмо. Или карту. Все трое склонились над камнем. Они все выросли на Архипелаге, привыкли к этому необычному месту, которое было крепко встроено в систему воздушных и водных течений, управлявших воздухом и Океаном. Архипелаг каждый день встречал разные ветры, направлял их и жил благодаря ветрам. Человек, хорошо знающий острова, сумел бы предугадать маршрут воздушного судна, которое стремилось попасть в определенную зону, причем так, чтобы остаться незамеченным.

– …Если он пойдет этим путем, его засекут на Туинехе.

– Ну и что? Как будто это его остановит! Два сторожевых поста он уже разгромил. А если пойдет вот так, то его унесет за мыс Ханди, там всегда сильный ветер. Придется потратить все топливо, чтобы его обойти!

– Хм, ты так думаешь? Надо уточнить у Диего. – Торрес поморщился, разминая шею. С его ростом ему пришлось скрючиться над картой, как богомолу. – Кстати, где он? Ау!

Послышались шаги, шорох мелких камней, и со стороны палаток к ним приблизилась плотная тень. Величие ее появления немного портила жареная куриная нога, зажатая в руке.

– Ты же летал на Фуэрте? – спросил Торрес. – Сектор Д5. Какой там преобладающий ветер?

– Ну… – Диего задумался, что-то жуя между делом. Все, кроме Торреса, посмотрели голодными глазами на курицу.

– Северо-северо-восток, я же говорю! – нетерпеливо сказала Дийна.

– Да, пожалуй, – согласился Диего.

Торрес побарабанил пальцами по «столу»:

– Ладно. Завтра проверим.

Все помолчали. Их окружала ночь. Небо над ними выгибалось, как чаша, полная звезд. Вокруг лагеря свистел ветер, обтачивая верхушки скал. Дийна могла различить в нем холодноватый голос Фрайо, и жаркое дыхание Тревизо, и еще много голосов и оттенков маленьких безымянных ветров, подчинявшихся своим старшим братьям. Что-то в этой разноголосице ее настораживало.

– Ветер меняется, – сказала она наконец.

Дейзи тоже заволновалась:

– Как бы нас тут грозой не накрыло!

Весенние грозы на Архипелаге были Событием. О них ходили легенды. Люди, чьи дома зацепило грозой, потом долго спорили, где именно град был крупнее и чья крыша улетела дальше. Любой путешественник, почуяв малейшее дуновение грозы, старался позаботиться об укрытии. Хорошо наблюдать за буйством природы, сидя в крепком доме возле камина, но оказаться в этот момент снаружи – б-р-р! Врагу не пожелаешь.

Проснувшись, Дийна с недоумением разглядывала брезент у себя над головой, прежде чем сообразила, где находится. Вчера вечером она долго не могла уснуть. Ее соседи по палатке, Орландо и Дейзи, тоже не спали. Орландо прислушивался к взрывам смеха, доносившимся из соседней палатки. Судя по звукам, Диего и Марио затеяли конкурс на тему «самый убойный анекдот». Дейзи лежала очень тихо, но Дийна знала, как та дышит во время сна, а сейчас на уши давила напряженная тишина. На минуту ей захотелось вылезти наружу, оставить этих двоих наедине, чтобы они могли обсудить накопившиеся проблемы… Однако ветер свистел так сердито, что Дийна, наоборот, поплотнее закуталась в походное одеяло. «Нет уж, дудки! – решила она. – Я их, конечно, обоих люблю, но не настолько, чтобы замерзнуть насмерть! Пусть восстанавливают свои отношения в дневное время!»

Она с грустью подумала, что если бы с ними полетел Альваро, как они и планировали, то ей было бы гораздо спокойнее… Невольно улыбнувшись, она вдруг представила его лицо – широкие прямые брови, уверенный взгляд, и, вероятно, такова была сила личности де Мельгара, что он подействовал на нее даже на расстоянии: вскоре Дийна повернулась на другой бок и заснула.

Утро выдалось туманным и свежим. Стоило отстегнуть клапан, как холод полоснул по лицу и рукам. Дийна с сожалением оглянулась на душноватое, зато теплое нутро палатки, прихватила куртку и решительно выбралась наружу. Она умылась около «водяной ловушки», которую они соорудили накануне, так как питьевую воду следовало беречь. Потом причесала волосы и чуть не подпрыгнула от испуга, когда за спиной вдруг послышался шорох оползающего каменного крошева.

На скалу, прикрывающую лагерь от северного ветра, опустился Рохо: бодрый, свежий, как огурец, весь в блестках флайра, мерцающих на груди. Он выгнул шею и издал негромкий приветственный звук.

– Привет, – улыбнулась Дийна и снова вздрогнула: теперь шорох послышался с другой стороны. Среди белых прядей тумана мелькнул красно-голубой парус. «Торрес, чтоб его!» – чертыхнулась она про себя. И чего им всем не спится-то?!

Интересно, куда его носило в такую рань. Тем временем Торрес уже причалил и теперь спускался по склону, такой же отвратительно бодрый, как и дракон. Его лицо горело энтузиазмом.

– Я его засек! – крикнул он. – Собирайтесь!

Дийна нахмурилась. У нее, конечно, тоже было развито чувство ответственности, но прямо сейчас ей хотелось пригасить внезапный охотничий азарт Торреса, хотя бы для того, чтобы спокойно поесть. Было ясно как день, что горячего завтрака им не видать. Торрес подобрал забытую крышку от котелка, какую-то палку и заколотил в этот импровизированный барабан с явным намерением разбудить всю округу.

Из второй палатки высунулось сердитое лицо Диего, настороженно вытянулось при виде палки и нырнуло обратно. Похоже, он решил, что с Торресом лучше не спорить. И вообще, человек, спозаранку бродящий с палкой вокруг палаток, заслуживает особого отношения. Возможно, даже со стороны медиков.

– Где ты его видел? – коротко спросила Дийна.

– Именно там, где мы вчера рассчитали! Давай буди Дейзи! Скорее!

Они собрались в рекордные сроки, но когда примчались в район поисков, «Пилигрима» там уже не было. Целый день прошел в бесплодной погоне за дирижаблем. К вечеру все были сердиты, а Торрес откровенно зол.

– Где же прячется эта сволочь?! – рычал он.

Диего задумчиво ворошил палкой костер.

– Он подготовился… Изучил местность, научился прятаться в шхерах. Ничего, у нас есть еще время.

– Какое время? Осталось два дня!

Они заспорили. Дейзи не выдержала и ушла в палатку, Орландо сидел с отрешенным видом. Дийна помогла Марио почистить и проверить упряжь для Рохо, а когда вернулась к костру, спор между Торресом и Диего вышел на новый уровень: теперь они говорили напряженно, но очень тихо.

– Ветер крепчает. При такой погоде попасть в него из ракеты – без шансов! В следующий раз я возьму с собой «презенты» от дона Агудо.

– Ты не сможешь маневрировать с таким грузом! Тебя просто подстрелят! – и Диего характерным жестом показал Торресу, что его ждет в случае неудачи. – Или сам подорвешься!

– Что за презенты? – заинтересовалась Дийна. Хватит им тут секретничать!

– Две девятикилограммовые бомбы, – ответил Торрес. – Нам их дали на случай, если ракеты окажутся бесполезны.

– Ничего они не бесполезны! Просто целиться надо лучше! – огрызнулся Диего.

Дийну волновало другое:

– Бомбы? И где они?

– Я их спрятал на острове.

– На этом острове?!

От мысли, что где-то рядом с палатками прикопаны снаряды такой взрывной мощи, она потеряла дар речи. Вот вам и еще одна причина для бессонницы!

– Не волнуйся, я умею с ними обращаться, – «успокоил» Торрес.

Вдруг у костра зашевелился молчавший до сих пор Орландо.

– Зачем вообще все эти сложности, погони? Если мы так уверены, что «Пилигрим» нацелился на караван, то почему бы не подстеречь его в нужный день прямо на караванном пути? – предложил он.

Диего пожал плечами.

– Десять шансов против одного, что там кроме «Пилигрима» будут еще и «фениксы», – усмехнулся он. – Тогда нас совсем размажут. Нет, мы должны достать его раньше. Но как?

На третий день в воздухе явственно запахло бурей. Даже птицы притихли в ожидании природного катаклизма. Было влажно и душно, на губах чувствовался привкус соли. По всем приметам, шторм шел с востока. Пришлось сократить длительность экспедиций, хотя Торрес скрипел зубами, сжигаемый желанием поскорее добраться до «Пилигрима». Но два-три часа висеть на парусе в сильный ветер, а потом еще отбиваться в воздушном бою – такого ни один воланте не выдержит!

Когда серый день плавно перетек в угрожающе лиловые сумерки, а ветер усилился так, что стал укладывать флайр широкими гребнями, Диего предупредил:

– Еще один заход и сворачиваемся. В шторм нам здесь делать нечего! Да и палатки нужно дополнительно укрепить.

– Посмотрим, – процедил Торрес. К его мачте были принайтованы два полотняных мешка. При одном взгляде не них у Дийны озноб пробегал вдоль спины.

Они уже возвращались к Лобосу, когда внезапно из облаков выплыла гигантская туша дирижабля. Его длинное веретенообразное тело поблескивало на фоне темно-багровых туч. «Пилигрим» тоже боролся с ветром: его медленно, но неуклонно сносило к центру Архипелага, а он пытался вырваться, стремясь навстречу грозе.

Торрес мгновенно ожил:

– Так, готовность номер один!

Все было сто раз отработано на маневрах. Дийна и Дейзи, развернувшись, зашли с разных бортов; Рохо, издав воинственный клич, спикировал на «Пилигрима» сверху. Краем глаза Дийна успела заметить, что Орландо уже дал первый залп. «Слишком далеко! – успела она подумать. – Надо было подойти ближе!» Впрочем, Орландо мог сделать это нарочно, чтобы остальные учли поправку на ветер.

Потом пулеметная очередь прошила воздух рядом с «Рисуэньей», и пришлось сосредоточиться на том, чтобы выжить. Дийна не видела, как пробили парус Диего, и заметила только, что его лодка бессильно валится вниз. В следующий миг по глазам резанула бело-лиловая вспышка. Небо раскололось пополам с оглушительным треском. Гроза! Они не заметили, как на поле сражения появился новый, более грозный противник – морской ураган.

Что с Диего?! Проморгавшись, Дийна увидела среди туч робкую звездочку сигнальной ракеты. Зеленый цвет. На языке воланте это означало: «Все в порядке, падаю». То есть парус поврежден, но сесть можно. В отличие от подбитых «фениксов» джунтам аварийная посадка давалась гораздо легче.

– Марио! – крикнула она, сквозь ветер пробиваясь к дракону. – Помоги ему!

Ей было страшно за Диего: мало ли, вдруг его самого тоже зацепило! Марио кивнул и исчез в темноте. Неожиданно лодка Орландо с оставшимися ракетами тоже почему-то ушла вниз. Дийна не обратила внимания, просто машинально отметила этот факт. Зато из темноты рядом с ней материализовался Торрес.

– Надо уходить! – прокричала Дийна.

Люди в гондоле «Пилигрима» вели себя очень активно, но, безусловно, его команду больше волновал шторм, чем комариные укусы воланте.

Торрес упрямо мотнул головой и показал пальцем вверх, а потом – на мешки возле мачты. «Зайдет над дирижаблем и сбросит», – поняла Дийна. Успеет ли?! «Пилигрим» шел навстречу грозе. Он не мог допустить, чтобы его отнесло к Палмере, иначе он попал бы в ловушку флайра. Единственным выходом для него было попытаться пройти над грозой, чтобы вырваться с Архипелага.

В любом случае, ее дело – отвлечь внимание от Торреса. Снова вираж, полупереворот. «Рисуэнью» трясло как в лихорадке. Мимо глаз что-то полыхнуло – то ли трасса из пуль, то ли молния, не поймешь! Вокруг гремел неистовый шторм. В небе вдруг вспыхнула сверкающая сеть из молний. «Пилигрим» вошел в облако и весь засветился мертвенно-фиолетовым светом.

Дийна замерла, забыв об опасности. Невозможно было отвести взгляд от этого жуткого зрелища! Дирижабль казался пришельцем из чужого мира… Ветер уже не свистел, а выл во всю мощь, далеко внизу волны сшибались щитами, грохотал гром, молнии чертили зигзаги – и в этом аду плыл «Пилигрим», охваченный бледным пламенем, в котором он горел, не сгорая.

Любой человек при виде такого чудовища почувствовал бы себя букашкой, которая осмелилась напасть на слона. Дийна съежилась. Вдруг прямо перед ее носом возник треугольный парус, заслонив от нее наплывающий кошмар. «Эрмоса»!

– Челюсть подбери, это всего-навсего огни Эльма! – сердито крикнула Дейзи. – Не бойся!

В этот миг в задней части дирижабля вспыхнул нормальный желтый огонь. Это мигом вывело Дийну из оцепенения.

– Торрес! – вскрикнула она.

Грохнуло еще раз, во все стороны полетели обломки. Обе джунты отбросило воздушной волной. Дийна, прикусив губу, крепче вцепилась в гик. Шквалистый порыв ветра чуть не смел ее с неба, но она упрямо рванулась наверх. Что там с Торресом? Вдруг он оглушен или ранен…

Лавируя между вихрями, она кое-как смогла преодолеть сопротивление ветра. Купол «Пилигрима» теперь висел в воздухе левее и ниже ее. Отсюда было хорошо видно, что дирижабль замедлился и дал крен на корму. Вдруг – еще одна вспышка огня, и потяжелевший баллон мгновенно превратился в огненный шар. «Пилигрим» уже не снижался, а падал, пока, наконец, огромной кометой не рухнул в океанские волны. Вслед ему властно и решительно прогремел гром.

Дийна ошалело перевела дыхание, чувствуя, как по лицу стекают теплые струи дождя. Перед глазами плыли цветные пятна. Зачем она здесь? Ах да, Торрес! Нужно срочно его найти. Мокрые скользкие руки чуть не выронили ракетницу. Она выстрелила. В ответ – тишина.

Впереди ревел и бился бешеный ветер, стиснутый скалами. Здесь кончалось чистое небо, и начинался лабиринт островов. Взблески молний выбеливали верхушки скал, между которыми метались безумные вихри. Нужно было проверить хотя бы ближайший пролив между островами… Нет, невозможно! Это все равно что спуститься в горло кувшина, внутри которого взболтали воду!

Но если Торрес ранен, он мог попытаться посадить лодку и сейчас лежал где-то там, ожидая помощи, которая все не приходит…

Возле островов ее догнала Дейзи – губы строго сжаты, мокрый парус и куртка блестят при свете грозы.

– Дийна, не дури, – сказала она. – Мы не найдем его там! И вообще, ни один нормальный человек не станет садиться в такое месиво!

«Нормальный – не станет, – мысленно согласилась Дийна. – Но это же Торрес! Один из самых опытных воланте Архипелага! Все, что ему нужно для посадки – это клочок земли и веревка с якорем».

Наконец она решилась:

– Дай мне ракетницу. У меня почти не осталось зарядов.

Дейзи характерным жестом постучала себя по лбу:

– Спятила? А выбираться как будешь?!

Дийна кивнула на моток троса, привязанный к мачте:

– Брошу тебе веревку, ты меня вытащишь.

С помощью флайра она могла метнуть трос достаточно далеко. А Дейзи, с ее приобретенной силой, не составит труда вытащить Дийну вместе с лодкой. Вытащила же она Саину из-под завала!

Если, конечно, Дейзи захочет помочь. В этом заключалось уязвимое место ее плана. «Видел бы меня сейчас Альваро – прибил бы!» – подумала Дийна. Но в том-то и дело, что его сейчас нет. А бросить Торреса одного ей совесть не позволяет. Ладно. В крайнем случае – она сама справится.

Дейзи смерила ее непонятным взглядом и отвернулась. Быстро, чтобы не передумать, Дийна направила «Рисуэнью» вперед, сквозь круговерть воды и ветра. Резкий порыв сразу швырнул лодку на скалы. Дийна вовремя свернула, но ее замутило, когда «Рисуэнья» заветрелась в узкой спирали. Потом они вошли в ветровую тень от скалы и стало потише. По крайней мере, ветер больше не пытался вырвать парус из рук. Зато приходилось постоянно задирать нос лодки, так как течение упорно сносило ее вниз, на «изнанку».

Удерживая парус одной рукой, она снова нажала на кнопку ракетницы. Потом еще раз. Никакого ответа.

– Торрес! – крикнула она. Слабое эхо унесло ветром.

Напрасно Дийна напрягала глаза, пытаясь разглядеть хоть малейшую звездочку в этом кружащемся мраке. Горло сдавило от горя. Нет, он просто не мог погибнуть! Но больше ничего нельзя было сделать, пора уходить. Она явно недооценила мощь верхового ветра. Его напор становился все жестче, а ее собственные силы убывали с каждой минутой. Если ее снесет вниз, под нижний слой облаков, то попросту смоет в Океан!

Дийна закрепила на мачте трос, призвала флайр и швырнула веревку, похожую в темноте на сверкающую змею. Та взвилась далеко вверх, помедлила, а потом бессильно опала в воздухе.

«Может, Дейзи ее не заметила?»

Во второй раз искры флайра бегут по веревке – и снова рывок. Каждое движение дается с трудом. Веревка снова падает вниз.

«Ну, Дейзи, где же ты?!»

Она закрыла глаза, позволив себе передышку. В висках стучало, по лицу стекал то ли пот, то ли дождь. Мышцы сводило судорогой. «Я больше не могу…» Рука, державшая трос, казалось свинцовой.

Иногда так хочется просто сдаться… Но упрямство заставило ее попытаться снова. «Дейзи не могла меня бросить!» Еще рывок. Боль. А потом Дийну чуть не сдернуло с лодки. Девушка отчаянно схватилась за гик, когда джунта повторила спиральное падение в темноту, только в обратную сторону.

Как они садились – лучше не вспоминать. Дейзи что-то кричала, показывая на верхушки скал, неожиданно возникавших из мрака при очередной вспышке молнии, причем каждый раз ближе, чем они думали. Перед падением Дийна сгруппировалась, но все равно обмерла, услышав хруст то ли в мачте, то ли в ноге. «Лучше бы нога!» – прострелила мысль. Под ревущими, сбивающими с ног порывами ветра они сняли паруса и упали на землю. Дийна закрыла глаза. Это было полное опустошение. Тело болело так, словно ее долго и изобретательно били. Саднили руки, поцарапанные о камни. Дождь хлестал по лицу и стекал в уши, но не было сил шевельнуться. Ей хотелось лежать так вечно.

Дейзи сидела рядом, сворачивая веревку в кольцо. В темноте смутно виднелся ее силуэт – мокрые волосы выбились из косы и рассыпались по спине. Вдруг она обернулась, отбросив с лица прилипшие пряди.

– Было довольно сложно тебя поймать! – заявила она, когда стихший ветер подарил им минутку для разговора.

– Я понимаю.

– Ты, поди, думала, что я тебя бросила?

Дийна не нашлась что ответить.

– Вообще-то у меня было такое желание! – В голосе Дейзи звучал вызов. – Потому что соваться туда было дуростью!

– Значит, мне повезло, – улыбнулась Дийна. Прокушенная губа сразу заныла. – Спасибо, что вытащила!

Подруга молча пожала плечами, но в блеске молнии показалось, что она улыбается. Они подождали, пока ворчание грома не раскатится по ущельям.

– Благодари не меня, а мое тщеславие. Я тебя все-таки нарисовала… По памяти. Не могла же я допустить, чтобы ты померла, не увидев картину? Нет уж, когда вернемся на Керро, будешь смотреть и восхищаться изо всех сил!

– За портрет тоже спасибо.

Дейзи задумчиво подбросила на ладони свернутый трос.

– Знаешь, ты меня удивила. Орландо не доверил бы мне такого!

«Прежде всего он вообще не полез бы в шхеры. Он не дурак». В голосе Дейзи явственно звучала обида. Похоже, недоверие Орландо сильно ее ранило… но что поделать, каждый любит по-своему, как умеет. Все они видели, что Орландо в Дейзи просто души не чаял. А доверять ей не мог. Слишком он был осторожен для этого. «А я сама? – подумала Дийна. – Что мешало мне раз и навсегда причислить Дейзи к пугающим созданиям Ордена и обходить ее десятой дорогой?»

Наверное, дело в том, что ей нравилось иметь выбор, во что верить. И она предпочитала верить в Дейзи, а не в могущество какой-то древней магии.

– Это все мой нездоровый оптимизм виноват, как говорит Альваро, – улыбнулась Дийна, чтобы отвлечь подругу от грустных мыслей. – Я была уверена, что выберусь. Но без тебя я бы там пропала.

Молния опять расколола небо, высветив лицо Дейзи, лишенное всяких красок. Кажется, теперь в нем было чуть больше жизни. Она дернулась, когда очередной удар ветра яростно сотряс древние кости острова.

– Нужно найти укрытие, иначе нам крышка, – сказала она, наклонившись к Дийне. – Ты встать-то можешь? Нет? Я тоже. Тогда поползли. Вон к той скале.

Ночь прошла ужасно. Забившись в расщелину, девушки до утра вздрагивали от громовых раскатов. Природа решила устроить Архипелагу основательную стирку. Вода была повсюду: шуршала по камням, скапливалась в выемках скал и хлюпала под ногами. До утра они успели десять раз поругаться, потом помириться и поссориться снова. «Это все из-за нервов», – думала Дийна, скорчившись в неудобном укрытии. Ей не терпелось вернуться в лагерь, как только утихнет шторм, но в то же время возвращение ее пугало. Что они там найдут? Спасся ли Диего, удалось ли ему приземлиться? А Марио? Про Торреса она старалась не думать, чтобы совсем не расклеиться. «Потом горевать будем».

Когда чернильный мрак сменили серые предрассветные сумерки и пространство вокруг их укрытия постепенно обрело очертания, девушки выбрались наружу. Ветер еще гнал по небу рваные тучи, но дождь утих. Дийна сделала короткую разминку, хотя измученный организм всячески протестовал, требуя кофе, сухую одежду и десять часов сна в мягкой постели. Но иначе она не смогла бы удержать парус в окоченевших руках.

«Рисуэнью» здорово потрепало, но до Лобоса она кое-как могла довезти. Дейзи хмуро снарядила свою «Эрмосу» и отчалила первой. Серое небо казалось удивительно мирным, потому что в нем больше не было «Пилигрима». Где-то вдалеке, за туманом, безмятежно галдели птицы.

Вскоре остров Лобос возник перед ними в серебристом сочетании ветра и камня. Дийна обрадовалась, увидев палатки – значит, их не снесло, как того опасался Диего. Над костром колдовал Орландо, прилаживая над углями котелок. Дийна уже присматривала удобную скалу для посадки, когда «Рисуэнья» вильнула в ее руках: из палатки вдруг выбрался Торрес! Он морщился от боли и хватался за бок, но, по крайней мере, был жив!

От радости Дийна чуть не «причесала» склон своей джунтой. Впопыхах причалила на утесе, бросила парус, сползла животом по камню и пустилась бежать. Торрес заметил их и тоже успел сделать несколько хромающих шагов. В порыве чувств Дийна чуть не обняла его с разбегу, но в последний момент засмущалась и просто пожала руку. Его худое, нервное лицо просияло:

– Вовремя вы вернулись! А мы уж хотели лететь на поиски! – Он знакомым жестом отбросил со лба мешавшую челку. – Орландо больше всех волновался, но я-то знал, что в небе с вами ничего не случится! Вы молодцы.

От костра уже доносились приветственные крики. Дейзи поспешила к Орландо, Марио издал ликующий клич, эхо которого еще долго гуляло в горах. Рохо нигде не было видно – наверное, его послали в дозор.

– Я тоже надеялась, что с тобой ничего не случилось! – выдохнула Дийна. – Мы с Дейзи вчера тебя обыскались!

– Знаю. Я видел ваши сигналы, – тепло улыбнулся Торрес. – Только благодаря им и выбрался из этой каши! Меня так приложило, что я ослеп, оглох и вообще не понимал, где небо, а где острова. Вдруг заметил ракеты, кое-как добрался до берега… Заночевал там. Недавно только вернулся.

Дийна подумала, что они могли запросто провести эту ночь на соседних островках, не видя и не слыша друг друга. Не удивительно в таком шторме! Голос Торреса звучал громче обычного, и только теперь она поняла, что это не просто от возбуждения. Видимо, сказывались последствия вчерашней контузии.

Тем временем они подошли к остальным.

– Торрес, привет, – помахала Дейзи. – Ба, да ты просто светишься! Тебя вчера молнией не пробило случайно?

Прежний Торрес непременно съязвил бы в ответ, но сегодня он засмеялся вместе со всеми:

– Кто его знает, не помню. Я вчера вообще чуть не помер. Сам виноват! Слишком близко подошел к дирижаблю, боялся промазать.

За его спиной Дейзи незаметно округлила глаза. «Его что, подменили?!» – говорило ее лицо. Торрес, признающий, что он в чем-то ошибся, – это было удивительное явление. Невероятное даже!

– Вот бы узнать, что с «Пилигримом», – вздохнул он, пытливо глядя на небо. – Я уверен, что не промахнулся. Неужели он все-таки ушел?

– В любом случае, он подбит и вернется не скоро, – успокоил его Диего. – Караван теперь в безопасности.

– Он упал, – сказала Дейзи. – Мы сами видели.

– Правда? Вы точно видели? – К Торресу на глазах возвращалось прежнее самомнение. – Да! Я знал! Я все-таки сделал это! Ну и кто теперь лучший снайпер Архипелага?!

– Разумеется, ты! – Диего с искренней радостью похлопал его по плечу.

Дейзи тихонько шепнула Дийне на ухо:

– Все, теперь он окончательно зазвездится!

– Да он всегда был в шаге от этого. Но сегодня ему можно.

Торрес весь приосанился от гордости, а потом сморщился, когда боевые раны напомнили о себе. Вид у него сразу стал не очень победный.

– Как это было? – спросил Диего у Дийны. В его голосе была слышна досада, что он слишком рано вышел из боя и пропустил все самое интересное.

Дийна, имевшая смутные понятия о конструкции дирижаблей, как могла, объяснила ему про взрывы, крен и последующую огненную вспышку.

– Подумать только, если бы меня не подбили, я мог увидеть это собственными глазами! – сокрушался Диего. – Зря я все-таки зациклился на ракетах!

– Мы вместе это сделали, – серьезно ответил Торрес. – Может, я нанес последний удар, но в этом не только моя заслуга.

Дейзи снова посмотрела на него с недоверием. Диего, забыв про свои огорчения, принялся строить версии о гибели «Пилигрима».

– Скорее всего, ты повредил ему стабилизаторы, – говорил он. – Тогда пилоты попытались выровнять дирижабль, но снизились слишком резко, и газ в итоге взорвался. Когда ты летишь в грозовом облаке, нельзя слишком быстро стравливать водород – может врезать молнией!

Для Дийны половина из сказанного звучала как тарабарщина на чужом языке, поэтому она не особенно прислушивалась. Да и какая разница? Главное, что небо стало более безопасным! Караван с Континента мог теперь пройти беспрепятственно, и сторожевые острова получили временную передышку – до тех пор, пока Альянс не придумает что-нибудь новенькое. Думать об этом сейчас не хотелось.

Марио отнесся к судьбе «Пилигрима» с таким равнодушием, что это было даже странно. Они выполнили сложнейшую задачу, остались живы и могли теперь вернуться домой – но его это как будто не радовало. В отличие от остальных он безучастно сидел у костра. Издалека донесся тоскливый крик Рохо. «Определенно, с ними обоими что-то не так!» – подумала Дийна. Мимо глаз пронеслась смазанная драконья тень.

– Что случилось? – спросила она.

– Они собираются убить Меркурио, – мрачно ответил Марио, по-прежнему глядя в костер. – Власти Фуэрте, я имею в виду. Они держали его в пещере, потому что не могли справиться с ним даже с помощью шлема, а теперь решили убить. Рохо «сообщил» мне об этом сегодня утром.

Все разговоры и смех как будто обрезало. Дийна не могла поверить своим ушам. Убить дракона?! Уничтожить главный символ Фуэрте? «Спятили они там все, что ли?!» На Фуэрте к драконам всегда относились с благоговением.

– А ты уверен? – нерешительно спросил Торрес. – Может, Рохо что-нибудь не так понял?

Марио обжег его гневным взглядом:

– Ты спрашиваешь, может ли он на таком расстоянии связаться с Меркурио? Конечно, может! Ты только посмотри на него!

Посмотреть на Рохо было затруднительно. Силуэт дракона мелькнул над гребнями скал и исчез. Эхо донесло еще один горестный вскрик.

– Он не врет, – подтвердила Дейзи. – Я тоже чувствую его горе.

– Мы тут уже поспорили с утра пораньше, – немного смущенно признался Диего. – Марио уговаривал меня слетать на Фуэрте и устроить налет на Олверу. Освободить Меркурио. А я говорил, что сначала надо дождаться вас, и вообще, никто не поручал нам спасать драконов! Нашим заданием был «Пилигрим!»

– Но теперь-то задание выполнено! – Марио вскочил так стремительно, что чуть не опрокинул котелок в костер. – «Пилигрим» уничтожен, а Меркурио погибнет, если мы не вмешаемся!

Было невозможно смотреть на его отчаяние. Все отводили глаза. Над лагерем повисла тишина, только где-то ворчал невидимый ручей, напитанный вчерашней грозой.

– Они полтора месяца держали его в пещере, не позволяя подняться в небо, – продолжал Марио, обращаясь уже только к Дийне. – Ты же помнишь эту пещеру? А теперь они решили, что справиться с ним все равно невозможно, проще убить!

Она помнила, конечно. Когда они жили в Олвере, посещение Драконьей ямы стало для нее одним из самых ярких и тягостных впечатлений.

– Мы ведь совсем недалеко от Фуэрте! – быстро и напористо говорил Марио, от волнения спотыкаясь на каждом слове. Он обернулся к Торресу: – Нужно только отвлечь охрану, а мы с Рохо сделаем все остальное. Разве это не достойное дело – спасти дракона? Представь, как шикарно эта строчка будет смотреться в твоем резюме!

– Ты хочешь сказать, в моем некрологе, – пробормотал Торрес, но по блеску глаз было видно, что идея его зацепила. – Сколько человек в гарнизоне?

Марио слегка растерялся:

– Не знаю… Раньше было около ста.

– Сто охранников! – Торрес возвел глаза к небу. – Ну ты шутник!

Диего вздохнул с неподдельным огорчением:

– Я бы рад помочь, но без «Молнии» я как без рук, а мой парус держится на соплях! Я его кое-как заклеил и надеюсь, что смогу дотащиться на нем до Керро, но выписывать виражи под обстрелом никак не смогу, извини… Предлагаю нам вернуться на Керро, починиться и там уже спокойно решать.

– Наконец-то я слышу голос здравого смысла. Я тоже за то, чтобы вернуться на Керро, – поддержал его Орландо. – Мы пошлем помощь на Фуэрте как только сможем.

Марио на него даже не взглянул. Он опять умоляюще смотрел на Дийну:

– Завтра, даже сегодня вечером может быть уже поздно!

Дийна не знала, что делать. Меркурио было безумно жаль, но… они все измотаны, а их лодки нуждаются в срочном ремонте. «А что скажет Альваро, когда узнает о нашем самоуправстве! Боюсь, он взорвется еще хуже, чем в прошлый раз, из-за Артенары!» По сравнению с гневом Альваро вчерашний шторм покажется им легким дождиком!

Вероятно, эти сомнения отразились у нее на лице, потому что Марио угадал ее мысль:

– Да ладно, де Мельгар только одобрил бы нас! Быстрота и натиск! Разве сам он не так действовал, когда бежал из Олверы?

– Ого. Умеешь ты надавить на чувство вины! – упрекнула его Дийна.

Действительно, в нынешнем печальном положении Меркурио были отчасти виноваты они с Альваро. Если белый дракон погибнет, это камнем ляжет на ее совесть!

– Стойте, у меня есть идея, – вмешался Торрес. – Ракеты еще остались? Можно жахнуть по скалам и устроить переполох. А тем временем Марио под шумок вызволит своего дракона!

– Дельная мысль! Лишь бы дракон нас самих не сожрал с перепугу! – фыркнул Диего.

– Главное – скорость! Мы быстро нанесем удар и уйдем.

– Нас все равно будут преследовать.

– Это на катерах-то? Ну, пусть попробуют! Драконов-то у них больше нет. Правда ведь? – спросил Торрес у Марио. Тот энергично кивнул. Взгляд у него был такой, словно в глубоком темном колодце забрезжил огонек надежды.

– Давайте начнем с того, что осмотрим лодки, – предложил Диего. – Без матчасти мы все равно ничего не сделаем.

Все принесли паруса и сложили их под скалой. После строгой инспекции «Молния» была признана безнадежной – ее парус дышал на ладан. Остальные еще туда-сюда… Благодаря привычке Диего всюду возить с собой походный мастеровой набор их можно было наскоро подлатать.

Диего расстраивало, что он опять окажется в стороне.

– Ничего, зато отвезешь наш отчет на Керро, – сказал Торрес. – Зря, что ли, Орландо полночи его сочинял!

– Дейзи тебя проводит, – поддержала его Дийна, которая хорошо помнила рассказ Марио. Дейзи, с ее способностями, нельзя было даже приближаться к Фуэрте!

Подруга ничего не ответила, только легким движением брови выразила свое недовольство. Ее лицо сразу стало замкнутым и отстраненным.

– Интересно, как вы планируете договариваться с Меркурио… без меня, – уронила она как бы невзначай.

Торрес пожал плечами:

– Будем надеяться, что у него хватит ума выбраться из клетки, как только Марио с Рохо откроют дверцу. Иначе…

– Он сумеет! – подтвердил Марио.

Сборы были недолгими. Пока парни возились с вооружением, девушки наскоро приготовили завтрак в четыре руки. Дийна кожей чувствовала возникшее между ними напряжение.

– Ты нарочно меня отсылаешь, да? – вполголоса сказала Дейзи. – По совести, надо было отправить Торреса, ведь его потрепало сильнее. Но с Диего на Керро полечу я, так как, по твоему мнению, я единственный человек в команде, которому нельзя доверять! Хотя это я вытащила тебя вчера, между прочим!

– Нет! – опешила Дийна. Она понятия не имела, что Дейзи именно так все воспримет. – Я отсылаю тебя потому, что ты единственный человек, которого в Олвере сразу убьют, если что-то пойдет не так!

Дейзи смотрела на нее с подозрением.

– Спроси у Марио, если не веришь! – махнула она рукой и ушла.

Дийна чувствовала, что еще немного – и она сорвется. Как же она устала! Спорить, что-то доказывать, собирать свою храбрость в кулак… С каждым разом это становится все тяжелее.

«Осталось последнее усилие, – уговаривала она себя. – Потом можно будет вернуться на Керро и отдохнуть. Мы все на пределе. Того и гляди начнем бросаться друг на друга!»

Плохо, что приходилось планировать операцию в такой спешке. Еще хуже, что они собирались лететь без прикрытия. Сеньор Агудо за такое спустил бы с них шкуру мелкой стружкой, да и Альваро нашел бы что сказать… Ее лодка еле пережила вчерашний шторм и в любой момент могла подвести. Еще Дийна боялась, как бы Торрес, опьяненный победой, не выкинул какую-нибудь глупость. В общем, обстоятельства складывались не очень удачно. Но больше всего ее беспокоил Орландо. Он молчал, но выглядел таким потерянным, будто заранее был уверен в провале.

Орландо помогал Диего приделывать гнезда для ракет к стройной мачте «Рисуэньи». Мысли его были далеки от работы. Последние часы он словно бы провел в чужом теле. Всю прошедшую ночь он мысленно прощался с Дейзи, а потом чуть не оглох от счастья, увидев ее живой. Более того, девчонки привезли радостное известие: «Пилигрим» уничтожен и теперь можно вернуться домой!

Надо же было Марио все так испортить.

Переход от отчаяния к надежде, а потом снова к угрозе окончательно его доконал. «Это какая-то насмешка судьбы!» – думал Орландо. У него зрело мрачное предчувствие.



Видимость вокруг Олверы была отличная: по выражению Торреса, «миллион на миллион». В чистом раскаленном небе – ни облачка. Подобраться к замку незамеченными было так же трудно, как опоздавшему студенту в Кастильо просочиться мимо сеньоры ди Кобро.

– Здесь всегда такая погода, – проворчала Дийна, смахивая пот со лба.

Они залегли в горах недалеко от Олверы. Дийна нахмурилась, вспоминая знакомые рыжеватые скалы с лиловыми тенями расселин. В одном месте возвышался замок – угловатое нагромождение серых крепостных стен. Сверху равнина была придавлена белым небом, источающим удушающий жар. Очертания далеких скал дрожали в горячем воздухе. Ни одного живого существа не было ни на плато, ни на открытых террасах замка.

– Фух, ну и пекло! Как они тут живут! – ужаснулся Торрес, отбрасывая мокрые пряди со лба. Рубашка у него на спине и под мышками потемнела от пота. Дийна подозревала, что она сама тоже выглядит и пахнет не лучше. Орландо, сопровождавший их, прятался в тени и молчал.

Еле слышный шорох камней возвестил о появлении Марио. Тот умел двигаться почти бесшумно – научился у Рохо. Дракон был поистине гением маскировки. Когда он хотел затаиться, его бронированная мощная туша производила не больше шума, чем падающее перо.

– Значит, так, – шепнул Марио, глядя на Дийну. – Мы с Рохо пойдем первыми. Как только я подам знак, вы с Торресом зайдете со стороны причальных платформ и пугнете ракетами стражников. Орландо, на тебе Синий Нос. Видишь вон ту скалу? Там всегда дежурит патруль. Отвлеки их на всякий случай.

– Пещеру отсюда не видно? – так же тихо спросил Торрес.

– Нет. Рохо говорит, они затянули ее железной сеткой. Дракон не может ее порвать.

– Да ну? – удивился Торрес, вспомнив внушительные когтищи Рохо. Одним взмахом таких когтей можно было нашинковать на брусочки хорошее бревно!

– Там еще контур, та же магия, что и в шлемах. Я его разомкну, и тогда Меркурио сможет выбраться!

Марио помолчал.

– Мы никогда не использовали сетку против драконов, даже против Вортиса, хотя он постоянно сбегал, – добавил он неохотно. – Наш комендант всегда возвращал его с помощью шлема. Иногда мне казалось… что ему это даже нравится. Нравится ощущать свою власть и каждый раз иметь повод для нового наказания…

– Прекрати, – поморщился Торрес, – иначе я вместо скал пальну прямо по замку! Это же ужас! Издевательство какое-то.

– Я к тому, что как только увидите в небе Меркурио – сразу улетайте. Нас-то с Рохо он признает, надеюсь. А вот чужих… Лучше не провоцировать.

– Разумеется, мы драпанем со всех ног, – кивнул Торрес. – Разве я похож на человека, который станет искать общества других драконов?! У меня и от Рохо мороз по коже, хотя, насколько я понимаю, по драконьим меркам он сущий валенок!

– Жаль, что его сейчас не видно. Охладиться бы… – проворчала Дийна, оттягивая ворот рубашки и мечтая вылезти из собственной кожи. Оглушающая жара била по вискам, словно молот.

– Вот, держи. – Марио отцепил от пояса фляжку и протянул ей. – Удачи, ребят. Ждите сигнала.

Он пошуршал обратно, к тому месту, где его ждал дракон. Орландо молча проводил его взглядом и снова уставился на далекие скалы.

– Мне кажется, план неплох, – осторожно заметила Дийна. Торрес усмехнулся:

– Как сказал один умный человек, в бою первым гибнет план боя. Но мы сделаем все что сможем, конечно. Ты сама-то как? Волнуешься?

«Неужели так заметно?» – огорчилась она. Это плохо. Дело было не в страхе, просто Олвера вызывала у нее массу неприятных воспоминаний.

– Конечно. Я всегда нервничаю, когда в воздухе начинают летать тяжелые предметы! – пошутила Дийна, желая разрядить обстановку. Молчание Орландо особенно угнетало.

Торрес, внимательно смотревший на нее, вдруг сказал:

– Ты осторожнее там. Мне не хотелось бы сообщать де Мельгару плохие новости, а потом ловить его крышу.

Дийна машинально кивнула, внутренне собирая всю храбрость. Она со всем справится: и с ракетами, и с пусковой установкой! Неважно, что у нее мало опыта. Она должна справиться…

– Вы тоже будьте осторожны, – успела шепнуть девушка, а потом в небе вспыхнула красная звездочка, и три лодки рванулись к замку.

Долетев до причалов, Дийна выстрелила, целясь выше, чтобы не задеть кого-нибудь из людей. Во все стороны брызнули камни. Выскочивший на площадку стражник что-то проорал и скрылся внутри. С другой стороны замка тоже слышались крики. Пуля свистнула у Дийны над ухом. «Стреляют с галереи!» – поняла она. Из-за угла вырулил неповоротливый катер, испугался ее ракет и угреб обратно. Пока что все шло неплохо.

«Где же Марио?» – волновалась она.

Она то и дело посматривала наверх, ожидая увидеть в небе Рохо с Меркурио, нежную игру света на изнанке драконьих крыльев, но вместо этого увидела совсем другое: пятерку «фениксов», пикирующих с высоты. Дийна оцепенела.

К счастью, Торрес с Орландо тоже вовремя их заметили. Они быстро рассредоточились, чтобы пулеметчики не смогли накрыть их всех вместе. Торрес, у которого еще оставались ракеты, выстрелил первым и чуть не попал. Дийна даже не надеялась на свою меткость. Она понимала, что их единственный шанс – измотать противника каскадом фигур, чтобы выиграть немного времени для Марио.

«Да где же он? Пора уже ему появиться!»

К ней, как клещ, прицепился один из «фениксов», упорно преследуя ее джунту. Мгновенный косой переворот – и пулеметная трасса прошла под кормой. Не иначе шестое чувство заставило ее оглянуться в заднюю полусферу – и она увидела вторую пятерку «фениксов», падавших на них из-под солнца. Тогда стало ясно, что все. Им не уйти.

«Откуда их здесь столько?!»

Размышлять было некогда и впадать в отчаяние – тоже. В небо внезапно ворвались два дракона, сея вокруг суматоху. Завертелась адская карусель. Как во сне, Дийна вдруг увидела лодку Орландо, к которому приближался противник. Расстояние между ними исчезало с головокружительной быстротой. Орландо двигался словно в оцепенении. В последний миг ему на выручку метнулся Торрес. «Феникс» отвернул в сторону, а потом быстро сблизился и выпустил в упор короткую очередь. Торрес, дернувшись, повис на тросах.

«Нет!» – У Дийны перехватило горло. Секундная растерянность чуть не стоила ей жизни: другой «феникс» в пикировании открыл огонь. Она увернулась, понимая, что бой, по сути, закончен… Лодка Торреса с огромной высоты рухнула в скалы. Куда делся Орландо – она не видела. Может, хотя бы драконам удастся уйти!

Увернувшись в очередной раз, она глазам не поверила, когда сверху на «феникса» напала джунта. Еще даже не осознав, что к ним пришла помощь, Дийна уже поняла, кто это, по его молниеносной атаке, когда он с переворота бросился прямо на врага. Следом спешили еще две лодки: Диего и Дейзи.

Атака Альваро была убийственной. Выстрелы прошили парус насквозь, но он, бросив джунту, уже спрыгнул в кабину аэроплана. Яростный взблеск меча – и пулемет умолк. Дийна, зайдя сверху, бросила ему трос. Вскоре они уже стояли рядом на джунте, а «феникс», лишенный управления, скрылся в облаке и исчез.

Одно плохо: ее парус сразу стал хуже слушаться. «Рисуэнья» была слишком маленькой для двойного груза и рисковала стать легкой добычей. «Надо снижаться!» Под кормой пролетали острые гребни скал. Небо над головой вдруг накрыла тень, будто солнце зашло за тучу. Дийна быстро оглянулась – и замерла. Вортис! Черный дракон возник в воздухе в каких-то трех метрах от паруса! Массивная голова увенчана костяными гребнями и шипами, одна глазница перечеркнута шрамом, зато уцелевший глаз горит, как фиал, полный огня… Дийна застыла, не в силах вырваться из ловушки этого взгляда. Она забыла, что стоит на джунте, а вокруг – бой.

Будь она здесь одна, вероятно, поймала бы пулю или бездарно влетела в скалу, к злорадной радости Вортиса, но в этот момент твердые руки Альваро легли на гик поверх ее стиснутых пальцев:

– Спокойно, уходим.

Этот голос вернул ей силы. Де Мельгар развернул джунту и направил ее от замка к рыжим горам. Все, чем Дийна была способна помочь – не трястись и не мешать ему. Глубоко укоренившийся страх перед Вортисом заставлял ее поминутно оглядываться, чтобы убедиться, что расстояние между ними постепенно растет. Но, похоже, дракон нашел себе более интересных противников. Он скользил между «фениксами», словно тьма, оперенная молниями, и никто не мог от него укрыться. Кажется, он хотел взять реванш за свои шрамы и потерянный глаз.

Дийна глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя. Сзади кто-то тепло усмехнулся ей в волосы:

– Не смотри на него, он нас не съест. Не сегодня.

Меркурио, сделав победный круг над Олверой, устремился прочь, и четыре джунты направились следом за ним. Их никто не преследовал.

Неизвестно, почему из всех островов Меркурио направился именно на Палмеру. Может быть, этот остров хранился где-то в глубине его памяти как единственное безопасное место… Спустя три часа два дракона и лодки, сопровождавшие их, приблизились к заповедным зеленым холмам. Вершины острова тонули в дымчатых голубых тенях и светлых бликах, отраженных блеском горных ручьев. Четыре паруса встали у скалы в тихом месте, где воздушные тропы подходили к самым утесам, а высоко в небе над ними парил белый дракон, смывая с себя грязь и позор долгого плена.

Его крылья переливались, как перламутр, всеми оттенками розового, желтого и лилового. Брюхо казалось жемчужным, а по бокам драгоценной вышивкой сверкал узор чешуи. Нельзя было представить себе более прекрасного зрелища, чем парящий дракон! Иногда его подбадривал Рохо, проносясь мимо с ликующим криком.

Однако четверым людям, сидевшим внизу, было не до того, чтобы восхищаться красотами. Марио угрюмо ковырял палкой землю и смотрел вниз, будто небо теперь стало ему ненавистно. Дийна отвернулась, глотая слезы. Вокруг них простирался лес. Голова кружилась от запахов свежей сосны, молодых побегов и новых почек. Сам воздух здесь был наполнен весной и жизнью…

А у нее перед глазами так и стояла лодка с красно-голубым парусом, исчезающая в пасти скал.

Как только они причалили, Орландо оставил парус и устремился прочь, не обращая внимания на ветки, хлещущие по лицу.

«Я не виноват! – убеждал он себя. – Это Марио придумал глупость, а мы все повелись! Не учли, что на Олвере можем столкнуться с “фениксами”. Просто трагическая случайность!»

Однако совесть не умолкала.

– Далеко собрался?

Резкий окрик прозвучал словно выстрел в спину. Дейзи. Ну конечно. Он медленно обернулся.

Она выглядела сердитой, но, когда посмотрела ему в лицо, вся ее суровость растаяла.

– Ох, Орландо…

– Что я наделал? – прошептал он.

Дейзи хотела подойти ближе, но остановилась, понимая, что не в силах его утешить. Все бесполезно, пока он сам себя не простит, а Орландо всегда был слишком требователен к себе. Он верил в прощение только после наказания. Что бы она сейчас ему ни сказала – все будет не в кассу.

– Они подумают, что я струсил, – сказал он еле слышно. – Подумают, что я хотел сбежать из боя, бросить Торреса одного. Но это не так! Единственное, чего я хотел в тот момент – чтобы все это кончилось! Понимаешь? Чтобы все кончилось!

– Понимаю.

– Он спас меня… Почему? А сам не успел…

– Он не сомневался, что всегда будет быстрее пули. Это же Торрес! Такой уж он… был. Всегда впереди и быстрее любого из нас. Просто сегодня удача ему изменила. Ты не виноват.

Она видела, что он ей ни капли не верит.

– Знаешь, – медленно проговорила она, тщательно взвешивая каждое слово, – однажды ты перестаешь искать причины «почему это произошло со мной». Все мы разные, и у каждого – свой запас прочности. Можно погоревать о том, чего у тебя никогда не было и не будет, и отпустить, но бессмысленно рвать жилы и лепить из себя что-то чужое. Чем больше ты загоняешься по поводу «что со мной не так», тем труднее потом выбраться из этой ловушки.

– Но как я теперь… Кто я теперь…

Дейзи грустно улыбнулась:

– Я сама часто спрашиваю себя об этом в последнее время.

Рыжее пламя разгоралось, потрескивая, и бросало языческие тени на лица четверых людей, собравшихся вокруг костра. Они вместе набрали дров. Потом Альваро сгреб труху и иголки, раздул жар на кусочке коры.

Костер вспыхнул радостно, горячо. К нему подошли все, даже Марио, после того как Альваро долго внушал ему что-то. Диего достал из-за пазухи алый лоскут. Присмотревшись, Дийна узнала шелковый вымпел «Лучшего гонщика Архипелага», которым Торрес всегда так гордился. Он постоянно держал его на мачте, пока Альваро не намекнул, что «фениксы» тоже могут знать об обычаях Архипелага и не стоит дразнить их лишний раз. Торресу было плевать. Тогда Диего рассердился на него, а вымпел снял и спрятал.

Шелковый лоскут, брошенный в огонь, почернел, вспыхнул золотыми точками по краям и быстро превратился в пепел. Дийна, не отрываясь, смотрела на него. Было легче смотреть в огонь, чем в глаза Диего, похожие на выжженные окна.

Ветер обнял костер, потрепал по рыжим вихрам, взметнул искры. Четыре человека встали вокруг, их тени легли на землю, как скрещенные мечи. Казалось, что Торрес тоже незримо присутствует здесь.

– Для нас было честью делить с тобой воздушные дороги, – сказал Альваро.

– Придержи место и для меня, – добавил Диего, дернув уголком рта. – Надолго мы не расстанемся!

Его лицо было каменным, и только огонь придавал ему какое-то подобие жизни.

– Но пока горит костер нашей жизни, мы будем помнить, – тихо добавила Дийна.

– Не забывай нас… и прости, – выдавил Марио, который, очевидно, больше всех нуждался в прощении.

Пламя снова взметнулось вверх, а потом бессильно опало. Все стояли молча до тех пор, пока от костра не остались только алые угли. Ветер мягкой лапой осторожно трогал золу – горячо!

Дийна думала, что прощание над огнем – это вообще-то древний погребальный обряд ардиеро, про который все давно позабыли. Однако в глубине души все они принадлежали Архипелагу – ведь догадался же Альваро развести костер, а Диего не забыл положить в него нужную вещь для прощания, и это даже принесло некоторое утешение…

Нельзя сказать, что им стало легче. «Не сейчас», – думала она, пытаясь проглотить твердый злой комок в горле. Такое горе нельзя выплакать за один раз.

Они стояли молча, а вокруг поляны сгущался туман, усиливая впечатление, что они – единственные живые существа в этом мире. Ветер сочувственно шумел в кронах, и казалось, что остров укачивает их в своих мягких зеленых ладонях, пытаясь утешить.

После возвращения с Палмеры у Дийны все валилось из рук. Альваро избегал ее, равно как и остальных участников рейда на Фуэрте. На Диего было больно смотреть. Марио появлялся в ангаре короткими набегами, и каждый раз выглядел так, будто пытался убежать от собственных мыслей. Один раз он в пух и прах разругался с воланте из другого звена, после чего устроил себе берлогу на склоне Теймаре, под боком у Рохо, чтобы пореже встречаться с остальными. Транкилья попробовала к нему подступиться – бесполезно. Уверенный, что все осуждают его за Олверу, Марио вел себя со всеми как дикобраз: только сунься – и получишь полную морду иголок. Дийна решила, что пора бы призвать его к порядку. Она тоже тяжело переживала гибель Торреса, все они переживали, но сейчас не время расклеиваться! Им еще повезло, что «фениксы» в эти дни не проявляли обычной активности!

«Рисуэнья» была все еще в ремонте, а других свободных лодок в ангаре не нашлось. Дийна пошла пешком. Она сбила все ноги, пока искала Марио среди кратеров и расселин Теймаре, и это отнюдь не улучшило ее настроения. Наконец она нашла его у подножия невысоких выветренных скал, похожих на окаменевшее семейство троллей. Рохо, по ощущениям, тоже был где-то рядом. Его магия, словно неслышный звук, наполняла эту маленькую долину.

Марио сидел у костерка, подкармливая пламя сушеными кактусами. Дийна спокойно присоединилась к этому занятию, помня, что молчание обычно труднее проигнорировать, чем прямые вопросы. Вскоре Марио и правда не выдержал:

– Я сам знаю, что ты хочешь сказать. Можешь не трудиться!

– Даже не собиралась ничего говорить.

Зачем? Она и так прекрасно его понимала. Ей тоже мучительно хотелось перед кем-нибудь оправдаться, особенно перед Альваро. Выплеснуть свою боль и вину. Она даже спросила у сеньора Агудо, куда подевался де Мельгар, на что тот, нахмурясь, ответил: «Оставь ты его. У парня и так забот выше крыши».

– Надо было мне лететь туда одному! – Марио в сердцах треснул кулаком по камню.

– Головой еще постучи, – рассердилась Дийна. – Одному! И что бы ты сделал? Героически лег костьми у стен замка?

Он безразлично пожал плечами.

– Может быть, мне уехать?

– Ерунду не пори!

– Если бы я знал, что все так обернется…

Это ей тоже было знакомо. Бесконечная петля размышлений: что они сделали, чего не сделали и что должны были сделать. Если бы они дождались помощи с Керро… Если бы тщательнее провели разведку и засекли «фениксов» до того, как сунулись в замок… В этой петле можно было застрять до конца жизни, раз за разом прокручивая в голове все варианты, но какой в этом смысл?

– Значит, так, – решительно сказала она. – Диего сейчас труднее, чем всем нам. Ему нужен напарник. Как ты думаешь, вы с ним сработаетесь?

Марио уставился на нее так, будто она предложила ему взлететь на джунте без паруса. Наверное, подумал, что она издевается.

– Ты хочешь, чтобы я летал с ним? После Торреса?!

– А кто сможет защитить его лучше Рохо? – резонно спросила Дийна. – Понимаешь, Диего рвется в патруль, но мы просто боимся его отпускать. Слишком много в нем ненависти к «фениксам» после того, что случилось. Под крылом дракона оно безопаснее как-то. Кроме того, если Диего придется отвечать за напарника, это заставит его удержаться от рискованных нападений.

«А заодно и тебя тоже», – подумала она про себя.

На лице Марио отражалась напряженная работа мысли.

– Он… не захочет летать со мной, – выдавил он наконец.

– Захочет. Я с ним уже говорила. В общем, сегодня вечером мы ждем тебя у ангаров.

Ветер раздувал костер и негромко насвистывал среди камней. За скалой дремал Рохо, размышляя о небесных дорогах, приливах флайра и других драконьих делах. Дийна посидела еще немного и поднялась. Марио ничего не сказал ей напоследок, но она давно научилась разбираться в оттенках его молчания. Он придет.

«Пусть лучше думает о работе, чем занимается самоедством!»

Сидя у себя в квартире, Альваро собирал вещи. Он подошел к окну, чтобы убрать с подоконника пачку отчетов, и задумчиво посмотрел вниз, на улицу, где качались под ветром кудрявые акации и шумел фруктовый рынок, расположенный напротив дома.

Отчет Орландо, посвященный операции «Пилигрим», он выучил почти наизусть. Орландо скрупулезно зафиксировал все факты и все действия их команды, в том числе и свои. Себя он не щадил. Возможно даже, был к себе слишком строг. Но внимание Альваро привлекло нечто другое:

«В первый день мы встретили “Пилигрим” в 22.05 по времени Архипелага. На другое утро в 5.15 Торрес обнаружил его в двух лигах от Туинехе, южнее Керро…»

Это было странно. А если к этой странности добавить две эскадрильи «фениксов», внезапно появившихся на Фуэрте, то картина вырисовывалась очень тревожная. На основании этих отчетов Альваро составил аналитическую справку, которую представил вчера сеньору Агудо. Тот был впечатлен до глубины души. Они обсуждали ее до глубокой ночи, после чего Альваро попросил отпуск «по семейным обстоятельствам», который немедленно получил. Сеньор Агудо обещал предупредить Сенат о возможной угрозе.

Альваро боялся, что это предупреждение опоздает. Нужно было срочно бежать в ангар, хватать джунту и мчаться домой, в Эрвидерос, но его держало на Керро еще одно обстоятельство – Дийна. Уехать, не попрощавшись, было бы трусостью.

В последние дни он неосознанно избегал встречаться с друзьями из «Крыльев Керро». Просто не знал, как посмотреть им в глаза. В голову назойливо лезла мысль, что вмешайся он вовремя – и Торрес мог бы остаться жив. Он-то знал о проблемах Орландо, а другие не знали! Будь его воля, он вообще не позволил бы Орландо участвовать в том злосчастном нападении на Олверу!

Иногда в нем вскипала злость на Марио за то, что тот втянул Дийну и остальных в эту рискованную операцию. Конечно, ему легко было это сделать! У Дийны до сих пор комплекс вины перед ним из-за того побега. Но на себя Альваро злился сильнее. Пока он торчал в госпитале с плывущей от лекарств головой, ситуация, как это часто бывает, вышла из-под контроля. Одна досадная неприятность – и такие катастрофические последствия!

Прислонившись лбом к прохладному стеклу, он равнодушно разглядывал прохожих и внезапно вздрогнул от удивления. Это же Дийна! Надо же, стоило только о ней вспомнить… Или он ошибся? Нет, точно она! Девушка быстро шла куда-то в волнистой тени акаций. Альваро вдруг захотелось распахнуть окно, выпрыгнуть на дорогу прямо перед ней, и плевать, что второй этаж! Тут к нему вернулся рассудок, и он понял, что с ним творится что-то неладное. Схватив пиджак, он направился к двери.

Иногда по ночам, когда будущее казалось совсем беспросветным, в его памяти сам собой всплывал карнавальный вечер в оранжевом блеске, улыбка Дийны и ее сияющее лицо в ореоле цветных огней. Эх, вот бы вернуться в ту ночь, хоть ненадолго, хоть на минуту!

Хорошо, что магия Эспиро была теперь ему недоступна. Было бы трудно – да чего там, почти невозможно – противиться искушению возвращаться в то счастливое время снова и снова, заново переживая эти мгновения. Особенно если знаешь, что ждет тебя в скором будущем. Это как сладкий яд.

«Древние жрецы были правы, когда спрятали волшебный ветер подальше от всех», – подумал Альваро, закрывая дверь за собой.

Когда де Мельгар вдруг возник перед ней посреди улицы, Дийна в первую минуту опешила.

– Ой!

– Я тебя напугал? Извини.

– Нет! – воскликнула она и даже схватила его за руку, чтобы он опять куда-нибудь не исчез. – Я наоборот… то есть я давно хотела поговорить с тобой… Мне очень жаль! – вырвалось у нее.

– В смысле? Подожди, это из-за Торреса?

Она молча кивнула, чувствуя, что в горле опять встал комок и глаза защипало от слез. У Альваро вдруг сделался растерянный вид.

– Дийна, ну что ты. Иди сюда. – Он обнял ее и привлек к себе. – Я тоже хорош. Не надо было отпускать вас одних! Особенно тебя вместе с Рохо и Марио. Я еще в Олвере заметил, что ты к ним неровно дышишь. К драконам, я имею в виду, – поспешно добавил Альваро, так как Дийна внезапно выпрямилась и возмущенно уставилась на него. – Слушай, это было трагическое, ужасное стечение обстоятельств. Не вздумай себя винить.

– Не буду, – соврала она, снова прижавшись к его плечу.

Между ними воцарилось теплое молчание. Дийна подумала, что ради таких моментов стоило жить. На душе еще саднило, но ей стало немного легче. Все-таки удивительно, как плохо она понимала Альваро! Она-то думала, что он, образно говоря, удалился на свой внутренний остров и судил всех оттуда, а он, оказывается, переживал то же, что и они. Только сейчас она заметила серые тени усталости у него на лице и запавшие щеки. Де Мельгар выглядел так, будто кто-то изводил его все это время, причем приложил к этому немало усилий.

– Ты куда-то ездил? – спросила она сочувственно.

– Нет, но скоро уеду. Сегодня.

Для нее это прозвучало как гром среди ясного неба.

– Что? Куда?

– На Сильбандо. Не волнуйся, ничего опасного, но дело срочное. Я уже договорился с сеньором Агудо.

«Ах, да, – спохватилась она про себя. – Альваро же наследник… Конечно, у него на Сильбандо полно обязанностей!» Просто трудно было представить, что они все останутся здесь, а Альваро будет где-то там, на другом конце Архипелага. А как же она? Как же «Крылья»? Как они все без него?

– Надолго?

– Не знаю.

«Наверное, это дон Франциско его вызвал. Или Каэтана». Дийна вспомнила первую встречу с аристократическим семейством де Мельгаров, которое оказалось совсем не таким, как ей представлялось. Вдруг ее осенила новая мысль, и она быстро отстранилась, предупредив Альваро:

– Подожди меня минутку. Я сейчас!

И помчалась прочь, только волосы рассыпались по спине. Де Мельгар удивился, но потом вспомнил, что ее дом совсем близко отсюда. Интересно, что ей могло там понадобиться, да еще срочно? Против воли в нем ожила надежда. Разумеется, он не позволит ей лететь с ним! Нет, ни за что! Но вдруг она захотела бы…

– Я тебя с собой не возьму! – прокричал он ей вслед. Дийна обернулась и издали помахала рукой, показывая, что все слышит.

Вернулась она действительно быстро, держа на руках Барригу, который выглядел слегка обалдевшим от такого поворота событий.

– Вот! – выдохнула она, передавая мохнатый комок в руки Альваро. – Я подумала, что если кто-то и сможет отыскать шлем на «изнанке», то только он!

Две пары глаз – желтых и темно-карих – уставились друг на друга с одинаковым подозрением.

– Хм. А это, пожалуй, идея! – улыбнулся Альваро. – Спасибо.

Они помолчали. Уходить никому не хотелось. Дийна изучала взглядом свои ботинки, Альваро смотрел на ее макушку, золотую от солнца. Баррига всем своим видом намекал на то, что ждет, когда кто-нибудь из людей догадается его угостить. Хотя бы печенькой… Но нет. «От этих дождешься, пожалуй! – скорбно подумал он, глядя на две смущенные физиономии. – У них вечно одно на уме!»

Снова вскинув глаза, Дийна порозовела и заправила за ухо прядь волос.

– Ну, в общем…

– Да. Пора ехать.

Де Мельгар кивнул на прощание и ушел, хотя это стоило ему значительных моральных усилий. Главное – не оглянуться. Он и так знал, что Дийна по-прежнему стоит там, под акацией. До самого поворота чувствовал спиной ее теплый взгляд.

Этим вечером так получилось, что во флигеле собрались все пилоты «Крыльев Керро». После отъезда Альваро оставил за главного Орландо Ортиса, так что ему предстояло составить график дежурств. Марио все-таки спустился с гор, и они с Диего сразу взяли на себя половину смен, после чего их усадили ужинать. Транкилья тоже была здесь как человек, незаменимый при составлении расписаний. Дейзи привычно занималась прогнозами ветровых условий и флайровых бурь. Саина испекла сырные лепешки – кесадильи, оторваться от которых было решительно невозможно, уж лучше лопнуть!

– Я больше не могу, – призналась Транкилья, с сожалением глядя на полупустое блюдо. – Нам с Дийной еще в город спускаться!

– Зачем? – удивилась Саина. – Да и поздно уже. Ночуйте здесь.

В конце концов Дийна взяла лампу и отправилась в свою старую спальню, а Транкилью временно разместили в комнате де Мельгара.

Дийна застелила кровать, но сон не шел. Каждый предмет в этой комнате наводил на воспоминания о колледже… о работе на кафедре. Все это казалось теперь таким далеким! Словно осталось в другой реальности. Единственным новым предметом обстановки была раскрашенная мишень, висевшая на стене. Игра в дротики, принесенная Диего, распространилась по колледжу, как пожар. Появилось даже несколько соревнующихся команд, которые в скором времени собирались устроить турнир.

Эта мишень в ее спальне была совсем новой, не поцарапанной, так как Дийна теперь редко ночевала в Эль Вьенто. «Ничего, сейчас мы это исправим». Она взяла из комода горсть дротиков и забралась на кровать. Спать все равно не хотелось. То ли прощание с Альваро разбередило ей душу, то ли кесадильи Саины внушили такую бодрость, но Дийна чувствовала себя совершенно не сонной и полной сил. Она прицелилась – и первый дротик вонзился в край.

– Я заметил, что ты к нему неравнодушна, – передразнила она. Второй дротик, пущенный с силой, затрепетал в центре мишени. – А больше ты ничего не заметил, глазастый ты мой?

Сегодняшний разговор с Альваро не шел у нее из головы. Было что-то странное в его интонациях. Дийна нахмурилась, перебирая в памяти каждое слово. Он сказал, что на Сильбандо его ждут срочные дела, но ничего опасного. А вот думал при этом совсем другое, неожиданно поняла она, и даже подскочила на постели, окончательно забыв о сне. Дротики посыпались на пол.

«Интуит я или нет, но я могу определить, когда человек не верит в то, что он говорит!» А что бы там ни говорил де Мельгар, мысленно он прощался с ней навсегда.

Ее обожгло тревогой и злостью: «Ладно. Я ему это еще припомню!» Так. Первое – срочно собрать рюкзак. Второе – оставить записку. Третье – кто сегодня последним уходил из ангара? Ей нужно найти ключи.

Голова Дийны была полностью занята предстоящими сборами, когда ее внимание привлек огонь лампы, затрепетавший от сквозняка. За дверью послышался шорох. Девушка прислушалась. Рука сама скользнула под подушку, нащупав там молоток. С некоторых пор Дийна всегда старалась держать рядом что-то тяжелое. Затаив дыхание, она стиснула рукоятку, внутренне готовая выскочить в окно.

Раздался тихий скрип, и на порог спальни скользнул слабый желтый луч света, а следом за ним вошла Дейзи.

– Не волнуйся, я сегодня без кочерги, – усмехнулась она, оценив напряженную позу подруги. – Я тут поняла кое-что, и мне это совсем не нравится. Это касается Сильбандо. Ты как, в состоянии воспринимать информацию или спишь уже?

– В состоянии, – ответила Дийна, одним прыжком вскочив с постели. Дейзи уважительно покосилась на молоток, отброшенный на одеяло. – У меня есть идея получше. Пойдем будить остальных! Чувствую я, что нас двоих слишком мало для этой проблемы!

Когда все собрались в гостиной – Орландо, взлохмаченный со сна Диего, зевающая Транкилья, Дийна, Дейзи и даже Саина, первым взял слово Орландо. Марио подкладывал щепки в камин, заново раздувая тлеющие угли.

– Когда я составлял отчет о «Пилигриме», кое-что показалось мне странным, – начал он. – Только я не сразу сообразил. «Пилигрим» – это дирижабль новой серии, и один из его серьезных недостатков заключается в том, что он не может находиться в воздухе более восьми часов. Слишком маленький запас возимого топлива. Однако мы видели его поздно вечером в первый день и рано утром – во второй. Торрес видел.

Повисло короткое молчание. Трудно было упоминать Торреса… в прошедшем времени. Потом Диего кивнул:

– Это возможно только в том случае, если у «Пилигрима» была база на Архипелаге, – хрипло сказал он, потерев руками усталое лицо. – Я идиот. Когда мы сломя голову мчались к Олвере, я успел заметить какой-то огромный ангар на западном побережье. Помню, еще удивился. Но мы так спешили, что я просто забыл о нем.

– А если добавить к этому странное поведение властей, вдруг захотевших избавиться от дракона… – намекнул Марио.

– Ты хочешь сказать, что новые власти Фуэрте заключили договор с Альянсом?! – изумилась Дийна. – Да ну, не может такого быть! Дичь какая-то!

И, однако, что-то свербело у нее в памяти, не давая покоя, что-то, связанное с Фуэрте… Она прикусила губу, пытаясь ухватить за хвост ускользающую мысль.



– Это еще не все, сейчас будет дичь покрупнее, – пошутила Дейзи, раскладывая на столе цветные таблицы. – Сеньор Мойзес все-таки смог установить закономерности в колебаниях напряженности поля флайра. Теперь понятно, как «фениксам» удавалось подобраться к Аррибе и Керро. Каждый раз, когда поле флайра вокруг этих островов слабело, в то же время наблюдался всплеск активности на Ланферро, и это всегда совпадало с налетами «фениксов». Только поле вокруг Аррибы или Керро ослабеет – они тут как тут!

– Интересная картина. Какой-нибудь накопитель энергии? – заинтересовался Орландо.

– Орден Хора, – прошептала Дийна, в голове которой при упоминании Ланферро наконец-то сложилась цельная картина. – Это их рук дело! Кстати, сеньор Асторо, которого избрали главой муниципалитета Фуэрте, тоже связан с этим орденом. Мы же видели его имя в газетах, которые оставил тогда сеньор Гонсалес, помните?

Она собиралась рассказать об этом дону Франциско перед их отъездом с Сильбандо. Но сказала ли? Дийна не помнила. Тот последний ужин в Эрвидеросе был очень нервным. Марио постоянно ершился, отстаивая свою независимость, Альваро хмурил брови, а она больше всего боялась, как бы они не улетели на Керро вдвоем, без нее, оставив ее под присмотром доньи Каэтаны.

«В любом случае, раз Альваро так резко засобирался домой, значит, он тоже догадался…»

– Кажется, я что-то слышал о них, – нахмурился Орландо, чья голова еще не очень хорошо соображала спросонья. – Но я думал, что это просто кучка ортодоксальных жрецов, мечтающих восстановить на Архипелаге старые порядки. Смешно подумать, что такое возможно!

– Смешно? У нас есть основания подозревать, что они захватили Ланферро! – вскинулась Дийна.

– Более того, у нас есть основания предполагать, что теперь они могут усилить или ослабить поле флайра вокруг любого острова, – добавила Дейзи, постучав по таблицам. – А без сильного магического поля мы беззащитны перед «фениксами» и дирижаблями Альянса!

«Кто управляет флайром, тот правит Архипелагом», – пронеслось в голове у Дийны.

– С таким оружием они могут даже Директорию прибрать к рукам, – пробормотала Транкилья.

– Но только не дона Франциско, – усмехнулся Марио. – Я с ним как-то встречался и могу довольно точно предположить, куда он пошлет этих жрецов с их угрозами или предложениями о сотрудничестве.

Дейзи посмотрела на него долгим взглядом.

– По нашим с профессором Мойзесом данным, в последние дни активность поля флайра в районе Ланферро опять резко меняется. Если «фениксы» собираются нанести очередной удар, как вы думаете, кого они выберут своей целью?

В их головах почти одновременно созрел ответ:

– Конечно, Сильбандо.

Дийна чувствовала себя, как в дурном сне. Значит, вот почему Альваро так внезапно уехал. Значит, вот почему он с ней прощался! Дон Франциско мешал практически всем. Он неважно ладил с Аррибой, был как кость в горле у Альянса и, разумеется, отказался бы признать власть ардиеро. Если Орден Хора с Альянсом планировали устранить общих врагов поодиночке, разумнее всего было бы начать с графа де Мельгара.

«Может быть, в эту самую минуту Альваро уже готовится выйти навстречу “фениксам”!» От волнения у нее звенело в ушах, а голоса слились в неразличимый гул.

– Директория не оставит один из стратегически важных островов без защиты! – веско заявил Орландо, вскочив с места. – Я сейчас же свяжусь с отцом.

– Директория имеет привычку опаздывать, когда дело касается сложных решений, – с усмешкой парировала Дейзи, посмотрев при этом на Саину.

Все сразу вспомнили прошлогоднюю экспедицию практикантов, ураган, снежные шапки Близнецов… и долгие-долгие переговоры по телеграфу. Орландо нахмурился и снова сел.

– Но Аррибу предупредить необходимо, ты прав. Только я думаю, что Альваро уже сделал это.

– Пока они будут осторожничать и совещаться, мы успеем туда быстрее, – сказал вдруг Диего.

– Точно, – поддержал его Марио.

Они улыбнулись друг другу. Правда, гримаса Диего имела мало общего с его прежней безбашенной улыбкой. В ней было гораздо больше злости. Дийна забеспокоилась: когда она предлагала этим двоим стать напарниками, ей просто хотелось, чтобы они морально поддерживали друг друга. Она вовсе не рассчитывала на такой смертоносный эффект!

Орландо, оставленный за старшего, все еще колебался.

– Разумеется, мы должны это сделать, – прозвучал в тишине уверенный голос Транкильи. – Альваро ни минуты не сомневался, когда понадобилось спасти трех студентов Эль Вьенто! Мы, по меньшей мере, обязаны сделать для него то же самое! Кроме того, наше участие в защите Сильбандо заставит остальных быстрее шевелиться.

Она посмотрела на Дийну, но та молчала, вдруг растеряв все слова. «Как ей это удается?» – думала она ошеломленно. Транкилья была не из тех, кто любит обращать на себя внимание. Застенчивость вынуждала ее всегда держаться в тени. Ей приходилось минут двадцать собираться с силами, чтобы зайти на кафедру к кому-нибудь из магистров или передать распоряжение декана. Но когда требовали обстоятельства, в ней просыпался другой человек, способный сдвинуть с места любое препятствие и остановить кого угодно, даже сеньору ди Кобро.

– Она права, – решительно произнес Орландо. – Я извещу сеньора Агудо. Собирайте лодки. Диего! Твои ракеты нам тоже понадобятся.

Транкилья послала ему сияющую улыбку. Дийна заметила, что Марио смотрел на нее во все глаза с каким-то новым, растерянным выражением. Никто больше этого не заметил. Задвигались стулья, все заспешили, Саина бросилась на кухню – собрать им еды в дорогу, Дейзи уже надевала куртку. Марио остановил Транкилью на полпути к двери. Дийна не слышала, что он сказал, но лица у них были такие, словно они ненадолго остались одни в этой комнате, бесконечно далекие от чужой суеты.

Потом, спохватившись, Транкилья быстро накрыла его ладонь своей:

– Мы поговорим позже, ладно? Когда вернемся. Тогда у нас на все хватит времени!

Марио улыбнулся, кивнул ей и вышел, чуть не промахнувшись мимо двери. Транкилья осталась. Дийна старательно делала вид, что собирала бумаги, брошенные на столе. Когда подруга подошла к ней, с благодарностью сказала:

– Спасибо. Что бы мы без тебя делали!

Не будь Транкильи, они, вероятно, потратили бы всю ночь на споры, а утром метались между ангарами и телеграфом, дожидаясь приказов начальства и изнывая от беспокойства.

– Да что я, – смутилась Транкилья. – От меня вечно никакой пользы. Вот вы с Дейзи – другое дело. Ты летаешь, как птица, Дейзи умеет разговаривать с драконами и одной рукой двигает комод. А я… только путаюсь у всех под ногами.

Дийна крепко обняла ее:

– Зато у тебя другая роль. Ты наш моральный компас! Никому не дашь сбиться с пути.

Нижние грани Бессеры – огромной скалы, нависавшей над горной цепью Калеты, – постепенно розовели от солнца. Над Сильбандо занимался рассвет. Альваро стоял у бруствера, разглядывая в бинокль длинные жгуты облаков. Сторожевой пост был расположен высоко в горах, и обзор отсюда открывался отличный. Рядом с ним находился граф де Мельгар.

– Когда? – спросил дон Франциско.

– Думаю, что сегодня.

– Что ж, врасплох они нас не застанут. Уже хорошо.

Альваро прилетел вчера вечером, и они потратили целую ночь на проверку готовности к обороне. Первой мыслью дона Франциско было нанести упреждающий удар по Фуэрте, но потом он отказался от этой идеи, решив встретить противника в знакомом небе. Они с Альваро не сомневались, что нападение случится в ближайшее время: Альянс долго ждать не будет.

– Сговориться с Альянсом! – фыркнул де Мельгар. – Продать ему часть Фуэрте! Никогда бы не подумал, что их лорды на такое способны!

Все его существо противилось этой мысли, и все доказательства, привезенные сыном, не могли убедить его до конца.

– Они уже здесь, – тихо сказал Альваро, заметив сигнальную ракету. Этот знак рассеял последние сомнения, которые еще оставались у старого графа.

Альваро не собирался наблюдать за битвой со стороны. Он предполагал, что «фениксы» попытаются ослабить военную мощь Сильбандо, ударив по аэродромам, и вместе с отрядом курьеров-воланте собирался принять участие в обороне. Парус его джунты лежал рядом, прислоненный к камням. Однако он не успел сделать и шага, когда услышал торопливые шаги, и на площадку, высеченную в скале, вывалился один из техников.

– Они не могут взлететь! – выпалил он, запыхавшись.

– Что?

– «Гидры»… Не могут взлететь. Слишком сильное волнение на флайре.

Не может быть! Никакой прогноз не обещал этого! Отпустив гик, Альваро шагнул к краю скалы и в изумлении прислушался к магии флайра. Это было… неожиданно. Похоже на внезапный магический шторм. Никогда еще он не видел, чтобы напряженность поля менялась так быстро! Безмятежное небесное пространство в бухте Калеты вдруг покрылось мерцающими гребнями флайровых волн.

Шторм был не очень сильный – баллов на шесть, но фатальный для гидропланов. Из грозных защитников острова они превратились в беспомощные хрупкие игрушки, которые сами нуждались в защите. Альваро с отцом безмолвно переглянулись. «Орден Хора», – подумали оба. Но разве это возможно – передать магический импульс на такое огромное расстояние?! Какой мощью нужно обладать, чтобы возмутить поле флайра вокруг отдаленного острова? Хотя… «Смогли же они окружить Ланферро непреодолимым Барьером! – с досадой напомнил себе Альваро. – Очевидно, обустроившись на Ланферро и обеспечив себе спокойную жизнь, за три года жрецы Ордена смогли здорово продвинуться в изучении флайра!»

Кстати, согласованность действий Альянса и Ордена тоже наводила на определенные мысли.

– Невероятно, – прошептал старый граф. Но его растерянность была недолгой.

– Всех курьеров – к сторожевым постам! – приказал он технику. А потом обернулся к сыну: – Лети в Эрвидерос. Пусть Каэтана готовит эвакуацию.

Альваро кивнул и спустя секунду уже отчалил на джунте. Вдалеке послышались первые выстрелы. Над восточным горизонтом разгоралась узкая алая полоса. «Нинья» плясала поверх взбудораженных волн, как горячий скакун. Полет при этом сопровождался зубодробительной тряской, но в отличие от гидропланов воланте хотя бы могли летать!

Какой-то случайный «феникс» преградил ему путь к замку. Альваро нахмурился, размышляя, заманить ли наглеца пониже в скалы или рискнуть подобраться к нему с мечом… Он не успел сделать ни того, ни другого. Дневной свет вдруг заслонила огромная туша в бронзово-блестящей броне, и его противника попросту смело с неба. Мимо джунты проплыла дружелюбно оскаленная драконья морда, за которой тянулось более светлое брюхо, когтистые лапы и грозный хвост. Крылья Рохо рождали такие вихри, что «Нинья» снова вскинулась на дыбы. На спине у дракона виднелся знакомый силуэт – Марио.

«Как он здесь оказался?!» – изумился Альваро.

Они с Рохо добрались до пристани почти одновременно.

– Вовремя я, да? – широко ухмыльнулся Марио, лихо слетая с драконьего бока. – Мы оказались быстрее всех! Сейчас еще остальные подтянутся.

Остальные? Только этого еще не хватало!

– Слушай, скоро здесь начнется настоящая мясорубка…

– Да я уж понял. Ничто так не способствует проникновению в суть проблемы, знаешь ли, как горячая встреча с «фениксами» на подлете! Их там десятки!

«Вот именно! Поэтому забирай своего дракона и чешите отсюда!» – хотел сказать Альваро, но вовремя вспомнил о еще одном деле. По крайней мере, он вернет Марио один старый долг. Он жестом подозвал одного из гвардейцев, охранявших пристань, передал ему короткий приказ и подождал, пока тот вернется.

– У меня для тебя кое-что есть, – сказал Альваро Марио, забрав у гвардейца сверток. – Я хотел отослать это с сегодняшней почтой, пока нас…

«Пока нас не пришибли», – чуть не сорвалось у него с языка, но Альваро предпочел проглотить это. Марио, мигом распотрошив упаковку, вытащил знакомый бронзовый шлем.

– Ого! – обрадовался он, нахлобучив его себе на голову. – Спасибо! Все-таки нашли, да? Это упростит нам задачу, правда, Рохо? В бою без хорошей связи просто никак!

Дракон согласно заревел, отчего стражники Эрвидероса тут же рассыпались по укрытиям. Альваро этого не заметил. Его внимание было приковано к маленькой лодке с оранжевым парусом, которая легко, как спица, прошла полосу прибоя и опустилась на камни. Это была «Рисуэнья».

Не помня себя, он шагнул к Дийне, отстегивавшей трапеционные тросы.

– А ты думал, я ничего не почувствую? – спросила она с упреком, но ее глаза мягко просияли ему навстречу.

Альваро сглотнул, не в силах поверить, что видит ее перед собой. Здесь. В Эрвидеросе, когда вот-вот начнется налет!

– Я уже начинаю скучать по тем временам, когда в наших отношениях была какая-то загадка, – пробормотал он и чуть не скрипнул зубами, глядя, как на маленькую пристань перед замком приземляются Орландо, Диего, Винченцо, Транкилья и Дейзи.

Кажется, он впервые понял, что такое «смешанные чувства». Это когда ты безумно тронут появлением друзей и в то же время мечтаешь удушить их собственными руками. А он-то гордился собой, что так ловко покинул Керро, ничем не выдав своего беспокойства! Радовался, что они останутся в стороне. «Кто просил их ввязываться в это безнадежное дело?! – с отчаянием подумал Альваро. – Только Дийна могла такое придумать!»

– Не угадал, – услышал он рядом. – Это Транкилья всем предложила, а они согласились. Это было наше решение, – серьезно добавила Дийна.

Он посмотрел на нее, не находя слов; впрочем, ему все равно не оставили времени. За плечом у Дийны уже выросли две тени: Винченцо и Дейзи.

– Итак, – деловито спросила Дейзи, – чем тут помочь?

Дейзи действовала в тандеме со стражниками с Бессеры. Ускользая от «фениксов», она старалась подманить их поближе к Бессере или Ла Калете, где они оказывались в пределах досягаемости местных постов ПВО. Ее глаза зорко оценивали обстановку, руки привычно управляли лодкой, хотя внутри у нее все кричало от ужаса. Дейзи чувствовала себя безвольным пассажиром в собственном теле. А за рулем сидел кто-то другой – существо с холодным разумом и каменным сердцем. Чужие ноги привели ее ночью в комнату Дийны, так же как чужой голос лже-Дейзи убедил ее друзей отправиться на выручку де Мельгарам.

«Это ловушка!» – пыталась она крикнуть, но неведомая сила стискивала ее челюсти, не давая произнести ни звука.

Сейчас она раскаивалась в своем легкомыслии. Как самоуверенно с ее стороны было считать, что человека в здравом уме нельзя подчинить никакой древней магией! Она думала, что сама себе хозяйка, хотела сама распоряжаться своими новыми силами. Как бы ни так! Оказалось, что ардиеро, о чьих целях она имела очень смутное представление, просто держали ее на длинном поводке. Они усыпили ее бдительность, а потом поймали их всех в ловушку, причем проделали это так ловко, что смогли обмануть даже интуита. Им всего-то понадобилось сплести ложь с правдой… Да, Сильбандо и де Мельгарам действительно угрожала опасность. Однако Орден Хора решил, что будет удобно заманить сюда еще и воланте из «Крыльев» – всех, кто подозревал об активной роли Ордена в последних событиях. Эти деятели привыкли держаться в тени и, как Дейзи теперь понимала, готовы были приложить определенные усилия, чтобы сложившееся положение вещей сохранялось и дальше.

После разгрома де Мельгаров Аррибе придется признать власть лидеров ардиеро, так как выбор будет небогатый: либо они, либо Альянс. Впрочем, Дейзи мало волновало это «потом». Им бы сегодняшний день пережить!

Она видела, как Транкилья храбро попыталась отвести угрозу от Рохо – и ее лодка отлетела, сбитая очередью. Дейзи попыталась зажмуриться, когда лодка Орландо вдруг вспыхнула факелом и растаяла в дымном облаке, но глаза отказывались ей подчиняться. Она давно потеряла из виду Альваро и Дийну, исчезнувших в кутерьме боя.

«Драконы не продержатся долго… А “гидры”, запертые штормом у пристани, ничем не способны помочь! Если бы я могла успокоить волны… хотя бы на полчаса…»

Каждой клеточкой Дейзи чувствовала огромное море флайра, простиравшееся вокруг острова, – взволнованное, живое. Оно гневно пело. Ему не нравились чужие механические машины, шныряющие вокруг, не нравилось влияние чужой силы, пронизывающей пространство и заставляющей поверхность флайра нервно ощетиниваться гребнями. Дейзи чувствовала в себе тот же гнев и потянулась к нему, пытаясь расшатать стены своей «внутренней клетки». Ей показалось, что они поддаются. Чужое влияние словно отступило. Она смогла положить лодку в дрейф, чтобы легче было сосредоточиться. Зависнув над горными пиками Ла Калеты, Дейзи пыталась настроить свою магию в унисон с сердито клокочущим морем флайра, хотя остатки разума в панике сигнализировали, что у одного человека не хватит воли подчинить себе такую махину. Это задача для настоящего мага, для кого-то другого, не для нее… но кого-то другого здесь нет.

«Как бы там ни было, с сегодняшнего дня в моей голове буду только я!» – твердо решила она.

Мир вокруг задрожал и поплыл, ей мешал соленый пот на лице, она смахнула его с губ рукавом и удивилась, когда ткань окрасилась красным. Но у нее получилось! Пусть не сразу, но взволнованное пространство флайра в бухте Калеты вдруг улеглось. Дейзи надеялась, что пилоты «гидр» окажутся достаточно расторопными, чтобы не упустить удобный момент, и действительно – вскоре в воздух один за другим начали подниматься гидропланы, пролетая мимо Бессеры. Дейзи радостно засмеялась. Теперь у острова будет больше защитников!

«Вот вам, выкусите!» Ее охватил триумф… а потом вдруг пронзило холодом. Другая сущность, змеей свернувшаяся в груди, удовлетворенно хмыкнула: «Наивная Дейзи… Ты забыла о равновесии? Думаешь, что можно забрать у флайра столько энергии и просто забыть о ней? Взгляни на Бессеру».

Она не поверила своим глазам, когда увидела, что огромная скала медленно сдвинулась, нацеливаясь на побережье Сильбандо. Дейзи застыла. Слишком поздно она поняла, что ловушка была с двойным дном.

«Ты идеальная цель для наводки, спасибо!» – кто-то, очень довольный, смеялся где-то на краешке ее сознания.

Вдруг опять нахлынула беспомощность, когда Дейзи не могла пошевелить даже пальцем, а Бессера тем временем медленно, но неуклонно двигалась в ее сторону. Девушка ясно представила, что случится, когда эта громадина врежется в остров. Аэродрому точно конец! А также всем техническим сооружениям, сторожевым постам и так далее… Орландо с Транкильей тоже были там, на земле, если им удалось нормально сесть. Всей бухте Калеты грозит катастрофа, и все это из-за нее! Она стала для Ордена отличным якорем, когда связала себя с местным полем флайра!

Не помня себя от злости, Дейзи рванулась с такой силой, какой никогда в жизни не знала. Тело пронзила слепящая боль, а по ушам ударил чей-то крик. Два сознания будто прошли сквозь друг друга. Вцепившись в гик, отчего легкая трубка чуть не погнулась, и каждую секунду боясь, что руки снова откажутся ей подчиняться, она погнала лодку прочь от острова. Только раз она позволила себе оглянуться. Кажется, Бессера сместилась за ней. Пусть немного, но скала сдвинулась! «Может, я еще успею отвести ее в сторону!» – стучало в висках.

Голова раскалывалась от боли, а время текло, как песок сквозь пальцы – не удержать. Каждое движение ей давалось с трудом. Упав на колени, Дейзи больше не могла управлять парусом, и ее лодка стремительно теряла высоту. Небо над головой быстро темнело, так как Бессера теперь закрывала большую его часть. Запрокинув лицо, девушка успела увидеть, как исполинская гора движется на нее, набирая скорость. Уже можно было различить каждую впадину в скалах, трещины между камнями и даже какие-то розовые былинки, трепещущие на ветру. «Сильбандский мох», – механически отметило ее сознание, а потом отключилось. Но последней мыслью Дейзи была вспышка торжества оттого, что она – наконец-то! – совершенно свободна.

В момент взрыва Альваро пролетал низко над побережьем. От удара его швырнуло вниз и протащило по земле. Камни содрогнулись, с неба дождем посыпались осколки, по скалам с грохотом прокатилось эхо. Казалось, что весь остров вскрикнул от боли: уже сотни лет он не знал таких потрясений – с тех самых пор, когда Архипелаг перестал быть частью литосферных плит, имевших привычку внезапно смещаться и сталкиваться друг с другом.

В первую секунду Альваро со страхом подумал, что это «фениксы» сбросили бомбы на аэродром. Когда все стихло, он осторожно приподнял голову, но не увидел ни огня, ни черных столбов дыма от взорвавшихся цистерн с топливом. Небо над Ла Калетой почему-то казалось нелепо пустым. В нем явно не хватало чего-то, но потрясенное сознание отказывалось верить увиденному. Резкий и строгий горный ландшафт изменился…

«Бессера!» – дошло до него наконец. Бессера исчезла!

Это было немыслимо! Молодой человек растерянно провел рукой по лбу, стряхивая пыль и грязь. Это было так же невозможно, как если бы кто-нибудь унес луну с неба или Мордорезка вдруг превратилась бы в нежную россыпь цветов. «Какой мощью нужно обладать, чтобы…» Тут Альваро спохватился, что уже задавал себе сегодня этот вопрос. Долгие тренировки и медитации научили его, по крайней мере, распознавать чужую магию, и сейчас он чувствовал ее тающие в воздухе отголоски. От потревоженных скал несло тем же волшебством, как от того колдуна в Башне.

«Значит, это они. Но если Орден Хора научился таким вещам, то это полная катастрофа!»

С его точки зрения было просто аморально владеть такой силой. Да, когда-то ардиеро своей магией могли двигать целые острова, но Альваро искренне надеялся, что эти умения остались в далеком прошлом. Страшно представить, что могут натворить современные деятели, обретя такие возможности! Вскочив на ноги, он задрал голову и немного пришел в себя, увидев среди облаков силуэт Рохо, рядом с которым маячил оранжевый парус. Марио летал в паре с Дийной. Диего где-то внизу занимался срочной починкой, так как никто быстрее него не мог вернуть пострадавшую джунту в строй.

«Кстати, что с “Ниньей”»? – спохватился Альваро. Увы, падение дорого ей обошлось. Он с досадой присвистнул, осмотрев джунту: плавник поврежден, гик болтается на соплях, в парусе дырки… Лезть в бой на такой лодке было чистым самоубийством, но пятьсот метров до сторожевого поста он как-нибудь долетит. Очевидно, кувырок на скалу не способствовал ясности мысли, потому что Альваро только сейчас вспомнил об отце: тот находился гораздо ближе к эпицентру взрыва. Нужно лететь туда, и поскорее! Прихрамывая, молодой человек торопливо вынес лодку на старт.

Ему повезло с ветром, хотя пару раз он серьезно рисковал сорваться в ущелье. На последнем повороте у «Ниньи» сломалась оковка гика, и пришлось балансировать кое-как с неуправляемым парусом. Приземление вышло жестким, но быстрым. Рядом с бывшим постом солдаты в серых мундирах разбирали завалы. Из их сбивчивых пояснений Альваро понял, что аэродром, к счастью, уцелел, а его отец жив, хоть и ранен. У него отлегло от сердца. Пока он перелезал через камни, разметанные страшным ударом, наверху послышалась брань и знакомый рык: дон Франциско терпеть не мог всякой суеты и неразберихи.

Несмотря на рану, граф по-прежнему был полон решимости остаться здесь, в Ла Калете. Его голова была перевязана, бордово-серый мундир залит кровью. Это зрелище поразило Альваро до глубины души. Рядом с раненым суетился доктор, разрезая рукав. Заметив сына, дон Франциско нахмурился, и Альваро поспешно стер с лица все лишние чувства. Еще больше, чем суету, граф ненавидел свои слабости и чужое сочувствие. Он был бледен до зелени, но его темные глаза горели, как угли, и пожатие здоровой руки было по-прежнему крепким.

– Я недооценил их ненависть, – с горечью сказал он. – Когда-то, пять столетий назад, ардиеро объединились с колонистами, чтобы спасти острова. Теперь их жрецы сговорились с Альянсом, чтобы нас погубить.

Альваро кивнул. Оба понимали, что падение Бессеры хоть и не достигло своей цели – уничтожить базу в Калете – было прежде всего политическим жестом, демонстрацией силы. Теперь Орден Хора мог диктовать свою волю любому острову и даже Альянсу! Что, если они пригрозят «уронить» Близнецы на Аррибу, например? На Сенат это наверняка произведет глубокое впечатление!

– Ты должен уйти, – сказал дон Франциско. – Уводи своих ребят.

– Но…

Альваро хотел было возразить, но взгляд отца – твердый, бескомпромиссный – заставил его умолкнуть.

– Ничего еще не потеряно, пока вы живы.

«Мой долг – остаться здесь, на Сильбандо».

Распоряжения дона Франциско всегда выполнялись беспрекословно, и все-таки Альваро впервые собирался его ослушаться. Он останется. А вот остальным действительно лучше уйти. Они и так сделали больше, чем он мог рассчитывать.

Поскольку «Нинья», доставив его к отцу, практически рассыпалась на куски, Альваро пришлось взять катер. Прежде всего он решил передать приказ Марио, так как его проще было найти. Дракона в небе трудно не заметить. Не прошло и пяти минут, как они втроем с Дийной и Марио уже высматривали место для посадки.

– Ты видел, что стало с Бессерой?! – воскликнула Дийна, едва успела причалить. Она оглянулась в сторону аэродрома, словно до сих пор не могла поверить своим глазам. – Это они! Я почувствовала.

– Я тоже. Поэтому вам лучше вернуться.

– Не вижу причин отступать, – возразил Марио с хладнокровием истинного правителя Фуэрте. – С «фениксами» мы справимся. Как только «гидры» вступили в бой, появился перевес в нашу пользу. Должен сказать, очень вовремя здешний шторм решил успокоиться, прямо как специально для нас! И нам повезло, что Бессера зацепила нас только краешком, иначе от этой скалы, где мы сидим, не осталось бы ничего, кроме пыли. А еще Меркурио позвал сюда Вортиса. Ты же понимаешь, что здесь скоро начнется? – ухмыльнулся он. – Если у «фениксов» не хватит ума убраться подальше, небо станет чистым, как стол, с которого смахнули посуду!

– Спасибо, – искренне поблагодарил Альваро. Драконы, поднаторевшие в сражениях и переставшие бояться «механических птиц», оказались действительно мощными союзниками.

Тут Рохо решил вмешаться в беседу, издав долгий рык, эхом раскатившийся в скалах.

– Драконов смущают не «фениксы», а вон те ребята, – сказал Марио, протянув Альваро бинокль. – Сам посмотри.

Он махнул рукой на северо-восток. В маслянистых линзах бинокля отразилось воздушное судно. На первый взгляд корабль как корабль: длинный бушприт мог бы служить тараном, обтекаемый корпус был похож на гондолу дирижабля, управление осуществлялось с помощью парусов из полупрозрачной пленки – обычного местного материала. Однако это судно вызывало липкий, тошнотворный страх, будто явилось сюда прямиком из ночных кошмаров. Его шпангоуты выпирали, как ребра голодного зверя, его складчатое тело кралось сквозь голубые утренние тени с неспешностью уверенного в себе хищника. Корабль искал жертву. Следом за ним шел еще один.

– Что за дьявольщина! – выругался Альваро, поспешно убирая бинокль. – Жуть какая-то!

– Рохо считает, что они явились с Ланферро, – сказала Дийна. – От них так же пахнет, как от того колдуна из Башни. Если ты понимаешь, о чем я.

Он понимал. Волшебник волшебника чует издалека. Внезапно Альваро пронзил страх за Дийну. Что, если эти… нелюди явились за ней?! Тогда нужно срочно убрать ее отсюда.

«Но куда? Безопасных мест больше нет», – возразил ему здравый смысл. После трюка с Бессерой Орден Хора ясно дал всем понять, кто здесь хозяин. Они смогут захватить или уничтожить любой остров, какой пожелают. Даже сегодняшняя победа над «фениксами» его семье уже не поможет.

Правда, был один шанс…

Эта мысль показалась такой страшной, что Альваро даже потряс головой, пытаясь от нее избавиться: «Нет! Это не выход! Магия Эспиро слишком ненадежна, и пытаться изменить прошлое – все равно что перекрывать реку. Никогда не угадаешь, где она пробьет себе новый путь!» Он боялся взглянуть на тонкий профиль Дийны, сидевшей невдалеке на утесе. Она ни о чем не подозревала…

«И я ей ничего не скажу!»

«Но теперь это касается не только тебя, – нашептывала совесть. – Это дело Сильбандо и Архипелага! Ваш единственный шанс. Тот самый крайний случай, о котором говорил дон Франциско. Ты обязан ей сообщить!»

«Да я лучше сам приду на корабль Ордена и суну голову в петлю, вместо того чтобы…» В этот момент разгневанный рев дракона вырвал Альваро из омута мыслей. Судя по реакции, Рохо тоже не нравились «гости» с Ланферро. Может, они оскорбляли его эстетическое чувство, или он чуял недобрую магию, от которой у Альваро волоски на руках вставали дыбом, но дракон вел себя, как кот при виде соперника: его чешуйчатая «грива» топорщилась, хвост выбивал пыль, а когти нервно скребли по камню, оставляя следы.

Марио вздохнул:

– Что-то неспокойно мне из-за Вортиса. С Рохо я еще справлюсь, а Вортис… Сам понимаешь, если он решит слететь с катушек, то мелочиться не будет! Может, вы могли бы увести подальше от острова эти летающие гробы до того, как он сюда явится?

– Наверное, да. Почему-то мне кажется, что они явились по нашу душу, – усмехнулась Дийна.

– Только мне понадобится другая лодка, – машинально ответил Альваро.

– Нет, на джунте от них не уйдешь! – возразил Марио, а сам уже стягивал с себя бронзовый шлем. – Вот, держи. Корабли Ордена хороши, но я уверен, что Рохо летает быстрее.

Альваро с тоской посмотрел на дракона. Он впервые не знал, что делать. Пытался найти другой выход, но по всему выходило, что путь им только один – на Палмеру. Он забрался на спину Рохо, опираясь на бугристые выступы драконьей брони. Дийна подвинулась, чтобы дать ему место, и ее пушистые русые волосы задели его по лицу.

Он бы все отдал ради того, чтобы остаться с ней рядом, но если платой за это будет еще одна Бессера, сброшенная на жилые районы, то… цена окажется слишком высока.

– Баррига помог? – улыбнулась Дийна, кивнув на бронзовый шлем.

– Да, – сухо ответил Альваро. Ее доверчивость ранила, как ножом по сердцу. Она даже не спросила, куда они направляются! Это было хуже всего.

Если Дийна и удивилась его внезапной смене настроения, то никак не подала виду. Тем временем Рохо уже расправлял крылья. Марио, которому вовсе не хотелось быть сдутым в пропасть, отошел подальше, под прикрытие скалы. Он издали помахал друзьям и проводил взглядом дракона, радостно ввинтившегося в облака. Два чужих корабля повернули от острова и потянулись следом.

«Ну-ну, – усмехнулся Марио. – Попробуйте догоните!»

Потом ему пришлось подать сигнал Меркурио и довольно долго ждать, пока тот приземлится. Нужно было найти остальных, и прежде всего – Транкилью. Марио волновался, что ее давно не было видно. Он надеялся, что с ней ничего не случилось.

За последние сто-двести лет люди заметно продвинулись в воздухоплавании, но не явился еще тот корабль, который мог потягаться с драконом. Чтобы сбросить с хвоста погоню, Рохо нырял в облака, уворачивался и маневрировал, падал на крыло и пролетал сквозь такие узкие ущелья, что ему приходилось втягивать бока, чтобы в них уместиться. Спустя два часа и пять-шесть особо рискованных трюков, их преследователи наконец-то отстали. После этого Альваро направил дракона на север, а затем скорректировал курс, ориентируясь на скалистый массив горы Форталеса, чей силуэт в форме трапеции был ясно виден издалека. Они летели к Палмере. В глубине души Альваро хотелось бы сбиться с пути… но увы, дорога к заповедному храму накрепко отпечаталась у него в памяти.

Мелькнуло и пропало из виду побережье с причудливо вырезанными бухтами и белыми зданиями отелей. Зеленые равнины и плоскогорья ложились под крыло узором теней. Их путь лежал дальше – туда, где под влажными облаками дремали бархатные холмы, надежно хранившие свои тайны. Туда, где под покровом лесов скрывалось прошлое Архипелага, а между старых корней предостерегающе поблескивали золотистые пряди флайра.

Наконец Рохо, направляемый твердой рукой, влетел под сень можжевельниковых деревьев и шумно приземлился, разметав во все стороны лесной мусор.

– Дальше придется идти пешком, – сказал Альваро. Они попрощались с драконом, перед этим убрав шлем в одну из седельных сумок. Марио он еще пригодится.

Дийна не возражала: пешком так пешком. Наверное, Альваро хотел добраться до метеорологической станции, скрытой в чаще леса, и оттуда послать сообщение на Керро. Она привыкла, что у него был план для любой ситуации, или, вернее, даже целая система планов, на все случаи жизни.

Тропа, ведущая в чащу леса, была такой запутанной, что Дийна вскоре потеряла всякое представление о том, куда они движутся. Между деревьями струился туман, словно облака, уловленные зачарованными приливами флайра, тоже решили обосноваться в этом лесу. Сквозь испарения по тропе тянулись голые корни, так и норовя поймать путника за ногу. Приходилось продираться сквозь подлесок и ломкие кусты облепихи. Потом пошли сосны. Их ровные стволы покачивались и гудели от ветра, будто где-то играл исполинский орган. Дийна поежилась от прохлады, а еще – от тревожного ощущения в затылке, заставлявшего ее постоянно оглядываться.

«Здесь уже тысячу лет никого не было, кроме чокнутых метеорологов!» – успокаивала она себя, но самовнушение не очень-то помогало.

Наконец деревья расступились, и тропа вывела их на прогалину. Впереди возвышалась скала, в нижней части которой чернел зев пещеры. Кроны сосен, растущих вокруг, были прозрачны, словно витраж, отчего площадка перед скалой походила на алтарь, укрытый зеленым светом. Из пещеры тянуло магией. В темноте прохода смутно виднелись толстые каменные колонны.

– Зачем мы здесь? – тихо спросила Дийна. В этом месте хотелось говорить шепотом. А еще лучше – вообще помалкивать, чтобы тебя не услышали злые духи.

Альваро криво усмехнулся.

– Я хотел извиниться.

– Ну… местечко что надо, – пошутила она. – И за что, если не секрет?

Несмотря на духоту, ей вдруг стало зябко. Непривычная серьезность Альваро внушала тревогу. По его лицу было видно, что он готовился к тяжелому разговору.

– Эта пещера… в общем, это и есть храм Эспиро.

Дийна непонимающе уставилась на него. Потом перевела взгляд на скалу.

– То есть… Что?

В памяти сами собой всплыли строчки:

Теперь, когда Альваро привел ее сюда, этот стих легко было истолковать. Все складывалось. Значит, сокровищница Архипелага – это остров Палмера, недоступный для внешних врагов, а «каменный саркофаг» – пещера в недрах горы. Как все просто, оказывается!

– И ты знал? – вырвалось у нее. Дийна просто не могла поверить в такое коварство. – Знал и молчал?!

– Прости.

По нервам резануло чужой болью, и все упреки замерли у нее на языке.

– Я всегда считал, что Эспиро – это плохой выход. Но теперь… У нас нет другого способа остановить Орден Хора! Они слишком нас опередили. То, что они проделали с Бессерой, – это ужасно.

Дийна не знала, что сказать.

– Они ясно показали, как далеко готовы зайти. Могут сокрушить любой остров в любой момент. Более того, я боюсь, что они собираются диктовать свою волю Альянсу. Например, пригрозят сбросить в море Ланферро… после того, как выкачают из него все ресурсы. Приливная волна от такого удара разнесет в клочья все западное побережье Континента. Орден вполне может посчитать это удачной идеей для шантажа. Только вот боюсь, что они ошибаются. Альянс не потерпит такой угрозы. Он скорее пришлет сюда эскадру дирижаблей, чтобы взорвать острова в воздухе. В общем, если к власти придет Орден Хора – это верная смерть для Архипелага.

– Но что же делать?

– Наш единственный шанс – не допустить захвата Ланферро три с половиной года назад. Ты была при дворе Веласко в то время. Ты сможешь это предотвратить.

Хотя Дийна все еще находилась в состоянии потрясения, она тотчас уловила его идею:

– Ну конечно! Мы сделаем это вместе!

У нее в душе вспыхнула радость: «Я увижу родителей! Мы с Альваро вернемся назад и все исправим! Все будет просто отлично!»

Он вздохнул и бережно погладил ее по щеке.

– Не мы. Тебе придется сделать это одной.

Дийна не поняла. Почему?

– Каждый человек может вернуться в прошлое лишь один раз, – объяснил де Мельгар. – Я уже использовал эту возможность.

– Но… когда?

«Подумать только! И я ничего не знала!»

– Когда ты в прошлый раз пыталась пробиться к Ланферро. Твоя лодка разбилась о скалы. Я… Мне пришлось здорово постараться, чтобы тебя вернуть!

После этих слов воображение Дийны отключилось. Картина мира так резко поменялась в ее глазах, что это требовало серьезного осмысления.

«Так, минутку, спокойно. Значит, я умерла? В смысле, не здесь. В другой реальности…» В каком-то альтернативном шторме ее убило каменной глыбой, и ее мозги разлетелись по всей орбите вокруг Ланферро. Тем не менее – вот она, живая и невредимая. И зазор между этими двумя реальностями обеспечил ей де Мельгар, стоявший перед ней с таким видом, будто каждое произнесенное слово жгло ему горло.

Дийна не поверила бы, что такое возможно, если бы не тот сон и кошмарный кусок скалы, преследующий ее по ночам. Она нерешительно оглянулась в сторону пещеры, которая теперь пугала ее хуже раскрытой могилы.

Только сейчас Дийна поняла, как много ей предстоит потерять.

Год назад она кинулась бы в эту пещеру с радостным боевым кличем, потому что после потери родителей и родного дома мир утратил для нее интерес. Прозябание в доме Гаспара вряд ли можно было назвать полноценной жизнью. Но с тех пор многое изменилось. Переступив порог пещеры, она потеряет всех, кого обрела за последний год. Саину, Дейзи, Транкилью… Марио… И Альваро тоже!

Это было больнее всего. Да, возможно, они встретятся в прошлом, в другой реальности. Но он будет там другим человеком, и еще неизвестно, как сложатся их отношения. Между их семьями никогда не было особой дружбы.

– Если бы имелась хоть какая-то возможность этого избежать… я бы ни за что тебя не отпустил, – сказал Альваро. – Но иначе Орден Хора просто уничтожит Архипелаг. Их нужно срочно остановить! Понимаешь?

Дийна кивнула. Конечно, ты прав. Зачем тратить слова и время на то, что и так очевидно? Они оба все понимали. Быть правителем острова означало не только жить в замке, носить парадные платья и заниматься благотворительностью. Это также означало принести себя в жертву, если понадобится, и Альваро имел право требовать от нее этого.

Если бы он сказал напоследок что-нибудь ободряющее, какие-нибудь особенные слова, которые поддержали бы ее во мраке пещеры и потом, в неизвестности… но это же де Мельгар! Ему никогда не удавались красивые фразы. Он улыбнулся совсем по-мальчишески, хотя глаза были грустные:

– Я был ужасным подростком. Пожалуйста, не убей меня сразу!

– Постараюсь, – буркнула Дийна, не представляя, как будет жить дальше без этой улыбки.

Вот вам и все прощание. Черная глазница пещеры, казалось, неотрывно наблюдала за ними. Сейчас она уйдет туда – и вся ее прежняя жизнь растворится в несбыточном. Дийна сделала шаг и зажмурилась.

«Нет, я так не могу!»

В порыве внезапной храбрости она обернулась и обняла Альваро за плечи. Если бы он отстранился, она бы сразу умерла от стыда, прямо тут, но вместо этого он крепко прижал ее к себе. Их лица сблизились, ее пальцы запутались в его волосах. Время замедлилось… потом остановилось. Может, оно вообще махнуло стрелками и ушло отсюда, пока они целовались, – Дийне было плевать.

– Мне пора.

Он сразу же разжал руки. Она отвернулась, стараясь не смотреть на его растревоженное лицо. Иначе у нее не хватило бы решимости дойти даже до входа.

Сердце бешено колотилось – наверное, именно так грохочет поезд, приближаясь к очередной стрелке. Из пещеры дохнуло холодом. Дийна поднялась на площадку по старым, стертым ступеням. Зажмурившись, миновала колонны, пестревшие странными знаками. Еще шаг – и красноватый свет под веками сменился густой темнотой. Исчезла теплая ладонь солнца, подталкивающая ее в спину. По телу прошла ледяная дрожь.

Вот теперь действительно все.

Он стоял и смотрел, как она поднимается по ступеням. Молча. Слов не было. Не крикнешь же, в самом деле: «Мне жаль, что я не могу пойти с тобой!» Это просто насмешка какая-то, дешевка, бледное подобие того «как жаль», которое горело в груди.

«Я не могу пойти с ней, но зато не позволю нашим преследователям войти следом». А они приближались с каждой секундой. Рохо своими обманными маневрами не мог надолго сбить их с пути.

Альваро чувствовал тяжесть меча, висевшего за плечом, но глазами, не отрываясь, следил за Дийной. «Эспиро, старый мошенник, задержи их еще хоть немного!» – мысленно попросил он. Судьба и ветры Архипелага отняли у них почти все – пусть оставят ему хотя бы это: смотреть, как она уходит!

Дийна замерла на площадке. Он видел, с каким трудом дается ей каждый шаг, но не сомневался, что у нее хватит смелости. Помедлив, девушка решительно шагнула внутрь. Солнечный луч, падавший на камни перед пещерой, погас. Казалось, что вся радость из этого мира ушла вместе с ней.

Тогда де Мельгар вытащил меч из ножен и с улыбкой повернулся к настороженному, притихшему лесу.

А

Алагато – небольшие зверьки из семейства лориевых, большеглазые, с крепкими кожистыми крыльями. Как правило, обитают в пещерах на нижней стороне островов. Они хищники, нападают стаей. Укус алагато может быть ядовит. Для содержания в неволе они не годятся, но это не помешало одному из студентов завести себе такого питомца по кличке Баррига, который впоследствии принял самое активное участие в событиях на Архипелаге.

Алегранса – спутник острова Ланферро.

Амансеро – преобладающий ветер острова Арриба. Имеет непредсказуемый и капризный характер. Может принести на хвосте вялый туман, а может ударить ураганом по побережью. Как повезет.

Ардиеро – древнее племя, когда-то обитавшее на Архипелаге Ветров. Постепенно было вытеснено колонистами с Континента. Остатки племен, не сумевшие поладить с завоевателями, укрылись в центре Палмеры, под защитой труднопроходимых ущелий и магии флайра.

Арриба – главный остров Архипелага, его политический и культурный центр. Здесь заседает Парламент, сюда регулярно приходят дирижабли с Континента. Здесь заключаются самые важные контракты и плетутся интриги высочайшего уровня.

Б

Бессера – небольшой островок, спутник Сильбандо.

Близнецы – спутник Аррибы. Это две скалы, которые вращаются вокруг друг друга на огромной высоте над главным островом.

Больвена – ядовитая змея из семейства аспидов, одна из самых опасных для человека. Ее яд очень токсичен. Распространена на Сильбандо.

В

Воланте – отважные аэронавты, летающие на парусных досках в пространстве флайра. Обычно они устраиваются курьерами к богатым сеньорам или работают спасателями. Однако есть среди них и такие, кто занимается незаконной деятельностью, например, контрабандой. Название было придумано от слов: volare – летать, volante – руль.

Воларовая сосна – эндемик Архипелага, необычное дерево, обладающее многими уникальными свойствами и способствующее сохранению поля флайра вокруг островов. Древесина этой сосны используется для изготовления легких лодок и катеров, на которых можно ходить между островами. Вырубка воларовых лесов строго запрещена, нарушителям грозит тюремное заключение.

Вортис – самый старший и самый опасный из драконов Фуэрте. «Помесь питбуля с Мордорезкой», – как охарактеризовал его один из героев романа. Абсолютно бесстрашен, в воздухе может справиться с любым противником, ни за что не выпустит добычу, пока не убьет. В воздушном бою за Олверу уничтожил несколько самолётов.

Г

Гальдара – крупный город на острове Ланферро и родовой замок графа Веласко.

«Гидры» – гидропланы из воларового дерева, благодаря которым граф де Мельгар победил в первой воздушной схватке с Северным Альянсом. Они могут взлетать и садиться на флайр даже при небольшом волнении. Если искать аналогии в нашей истории, то прототипом «гидры» можно считать летающую лодку М-5 конструктора Дмитрия Павловича Григоровича.

Д

Джунта – легкая доска из воларового дерева с парусом, гибко закрепленным на мачте. На такой лодочке аэронавт-воланте может за считаные часы пересечь весь Архипелаг, если он достаточно опытен, конечно.

К

Кайсеры – это магические существа, созданные магистрами Ордена Хора для охраны секретных объектов. Внешне похожи на снежных барсов. Как и драконы, кайсеры могут питаться энергией флайра и жить там, где ни одно нормальное живое существо не выжило бы, – например, на Близнецах.

Камбьер – преобладающий ветер острова Ланферро. Это свежий, бодрящий ветер, вызывающий прилив оптимизма. На Архипелаге считается ветром перемен и надежды.

Кантилейская Лига – союз нескольких южных государств на Континенте.

Кастильо дель Вьенто – древний красивый замок на острове Керро, в котором располагается колледж Всех Ветров. Здесь юные студенты изучают особенности местных воздушных течений и магическое поле флайра, учатся предсказывать погоду и организовывать полеты в нестабильном пространстве Архипелага.

Керро – один из островов Восточной Дуги. В его центре находится старый и, разумеется, уже не действующий вулкан Теймаре. На склонах этой горы расположен замок Кастильо дель Вьенто. На острове также есть большой порт возле города Оротава, куда перенаправляют дирижабли с Континента, когда Арриба не может их принять из-за неблагоприятных ветров. Не все острова имеют сообщение с Континентом. Например, на Палмеру дирижабли не ходят вообще, так как поле флайра вокруг этого острова настолько сильное, что ни один мотор не выдерживает полета в этой волшебной среде. Туристам приходится добираться на Палмеру транзитом, через Аррибу или Керро.

Кесадильи – это кукурузные лепешки с начинкой из сыра и мяса.

Колмена – скопление мелких, хаотично движущихся островов в восточной части Архипелага.

Колмиллос – горный хребет на острове Фуэрте, пещеры которого способны рождать новых драконов. По традиции, эти горы объявлены священными, и посторонним подниматься на них строго запрещено.

Кордеро – маленький островок, спутник Керро.

Криксы – магические существа, похожие на очень больших скорпионов. Были выведены магистрами Ордена Хора на Ланферро для запугивания населения и проведения карательных операций.

Л

Ланферро – самый северный из островов Восточной Дуги. Форма правления – синьория, правителем до недавнего времени был граф Веласко. Ходят слухи, что он был убит. Однако с тех пор как остров окружила магическая аномалия в виде Барьера, никто не может проникнуть туда и узнать, что там случилось. Этот Барьер очень беспокоит ученых Архипелага, так как он влияет на местную систему воздушных течений, меняет климат, мешает грузовым перевозкам и миграции птиц.

М

Меркурио – белый дракон с острова Фуэрте. Характер смирный, но капризный. Чувствует себя глубоко несчастным на службе у барона Дельгадо, из-за чего иногда уходит в себя и отказывается выполнять команды всадника.

Мордорезка – это клубящееся облако из смеси флайра, песка и пыли, которое местные ветры гоняют от острова к острову. Название «мордорезка» придумали пилоты-воланте, потому что влететь в такое облако на джунте – это сущий кошмар. Мелкие осколки камней могут посечь лицо, но ещё хуже, если они повредят парус. Одна маленькая дырочка – и ветер довершит остальное, порвав парус в клочья, а несчастного аэронавта ждет неминуемая смерть в Океане.

Морсилья – это кровяная колбаса с большим количеством специй. Ее можно готовить на гриле, добавлять в суп или паэлью или же нарезать ломтиками и есть просто так.

О

Олвера – хорошо укрепленная крепость на острове Фуэрте, родовой замок барона Дельгадо. Подозревая, что все политические конкуренты только и мечтают отобрать у него остров, барон постоянно совершенствует средства обороны и в каждом встречном видит шпиона. Туристам не рекомендуется посещать этот район.

Орден Хора – ортодоксальный жреческий орден ардиеро, сохранившийся до наших времен. Его магистры владеют особой магией и мечтают вернуть власть над островами их исконным обитателям.

Орчилла – маяк на острове Сильбандо, самая западная точка Архипелага. Это место пользуется дурной репутацией у пилотов. Полёты в этом районе затруднены из-за горных хребтов и лавовых полей, рождающих мощные термические потоки.

П

Палмера – самый зеленый и самый загадочный остров Архипелага, наименее испорченный цивилизацией. Он имеет круглую форму, а в его центре возвышается горное плато, изрезанное ущельями, то есть Палмера формой напоминает разрезанный торт. На побережье есть много туристических центров. Отдыхающих привлекают здешний мягкий климат и красивые виды. Однако заходить вглубь острова без проводника очень опасно! Мощное поле флайра вызывает там странные явления, а время выделывает всякие фокусы – например, может пойти в обратном направлении.

Пинчос – это маленькие бутерброды с разнообразным наполнением. (Например, кое-кто в романе очень любит пинчос с вялеными помидорами, мягким сыром и зеленью.)

Р

Ремолино – одно из самых опасных ущелий Палмеры. На старом языке название «ремолино» означает «водоворот». Поле флайра, окружающее Палмеру, провоцирует появление темпоральных ловушек. Если неосторожно зайти в это ущелье, то есть риск выбраться оттуда совсем в другом времени, например, попасть в далекое прошлое.

Рохо – самый младший из драконов Фуэрте. Благодаря дружбе с Марио Дельгадо, племянником правителя Фуэрте, он сохранил хорошее представление о людях и не так критично настроен, как другие драконы.

С

Северный Альянс – военно-политический союз ряда стран на Континенте. В ходе конфликта с Архипелагом предъявил права на острова Восточной Дуги (Ланферро, Аррибу, Фуэрте и Керро), мотивируя это тем, что раньше они принадлежали государству Эстуро, которое является одним из членов Альянса.

Сильбандо – самый западный остров Архипелага, расположенный на отшибе от остальных. Имеет однозначно зловещую репутацию. Полеты там крайне затруднены из-за рельефа и коварных местных ветров. Форма правления – синьория, правитель – граф де Мельгар.

Сьерра-дель-Грито – или, как их еще называют, Поющие Скалы – одна из достопримечательностей Сильбандо. Это место представляет собой отвесный скальный массив высотой около километра. Ветер столетиями вытачивал в мягком песчанике каверны и пещеры, пока скалы не научились петь. Воздух, проходя сквозь узкие камеры в стенах, создает необычные звуки.

Сомбре – седьмой остров Архипелага Ветров, уничтоженный извержением ещё в то время, когда все острова находились в Океане, то есть были частью подводного хребта.

Т

Теймаре – бывший вулкан, самая высокая гора на острове Керро и на всём Архипелаге. В хорошую погоду с его вершины можно увидеть соседние острова Аррибу и Палмеру, хотя расстояние до них составляет больше ста километров.

Тибио – преобладающий ветер острова Палмера, нежный и мягкий. Он приносит с собой дожди и ускоряет цветение деревьев. На островах его очень ждут.

Тирахана – спутник острова Керро. Во время войны с Альянсом там был оборудован сторожевой пост для охраны порта на главном острове.

Тревизо – преобладающий ветер острова Фуэрте. Это огненный ветер пустынь, который нашептывает искушающие мысли влюбленным и вызывает засухи.

Тридента – крупное хищное млекопитающее, обитающее в горах Керро, Ланферро и Палмеры. Внешним видом напоминает пантеру. Это красивый и грациозный хищник, но дразнить триденту благоразумнее с борта джунты или хотя бы с верхушки дерева.

Ф

«Феникс» – авиастроительная компания одной из стран Северного Альянса. Ее аэропланы использовались в военных действиях против Архипелага.

Флайр – волшебное вещество, удерживающее в небе шесть островов Архипелага вместе с их спутниками. Люди могут ходить по флайру на легких воларовых лодках и паровых катерах, но вообще-то пилотирование в его потоках требует особых навыков из-за сложной системы ветров.

Фрайо – преобладающий ветер острова Керро. Это ветер с ледников, порывистый и холодный. Часто приносит грозы.

Фуэрте – еще один из островов Восточной Дуги. Расположен южнее остальных, поэтому ветры часто заносят туда пески с Южного континента. Большую часть острова занимают пустыни. На севере есть крупные города и фермы. Форма правления – синьория, правитель – барон Дельгадо.

Э

Эспиро – преобладающий ветер бывшего острова Сомбре, уничтоженного извержением сотни лет назад. С этим ветром на Архипелаге связано много легенд. Люди верят, что Эспиро может дать тебе «второй шанс», вернув тебя в прошлое, однако цена за исполнение этого желания, как правило, оказывается слишком высока.

Эстладо – преобладающий ветер острова Сильбандо, резкий и непредсказуемый. Из-за того, что он часто усиливается к ночи, его ещё называют «попутным ветром контрабандистов».

Эрвидерос – родовой замок графа де Мельгар на острове Сильбандо. Свое имя получил от названия горной гряды Лос Эрвидерос, что означает «кипящие котлы». Облака в этих горах, повинуясь воздушным течениям, образуют причудливые водовороты.