Очнувшись в полной темноте, Артур первым делом ощутил резкий запах тухлых яиц. Вонь забивала ноздри, проникала глубоко в легкие и раздирала горло. Парень прикрыл нос рукой, откашливая противную горькую слюну. В поисках свежего воздуха он неосознанно встал и осторожно двинулся вперед в полной темноте. Лишь пройдя с десяток шагов, Артур замер, мгновенно позабыв про мерзкий запах.

«Я могу ходить!»

Вокруг по-прежнему не было видно ни зги, поэтому юноша просто наклонился, с возрастающим восторгом ощупывая собственные ноги. Всю свою сознательную жизнь прикованный к инвалидному креслу, он впервые ощутил что-то ниже пояса.

«Я сплю? Если так, то не хочу просыпаться!»

Гулко бьющееся сердце пропустило удар. Неужели это очередная подлость умирающего мозга? Попытка оцарапать себя ногтем ничего не дала: то ли бушующий в крови адреналин глушил боль, то ли он действительно попал в мир грез.

— Нет, ты не спишь, — во внезапно прозвучавшем, слегка грубоватом и низком мужском голосе отчетливо слышалась насмешка. — Хватит щупать себя, успеешь еще, подойди.

— Я ничего не… — не успел Артур возразить, как под ногами вспыхнула тонкая алая линия. Слабое мерцание не могло разогнать окружающий мрак, зато исправно показывало направление. Юноша с восторгом прошел первую в жизни сотню шагов — прежде чем дорожка оборвалась в темноте.

— Новое тело функционирует как положено, хорошо, — к насмешке прибавилась гордость. Раздался резкий цокот. Вокруг разом вспыхнули факелы, как из компьютерной игры, заливая небольшую комнатушку дрожащим светом.

Артур прикрыл глаза ладонью, часто моргая в попытке прогнать слепоту. Постепенно зрение возвращалось к юноше, и он смог рассмотреть загадочного собеседника, сидевшего на массивном каменном троне.

На вид он вполне мог сойти за обычного мужчину лет сорока, с модной прической и небрежной щетиной, которую так любят звезды Голливуда, если бы не парочка «но» — кожа незнакомца имела насыщенно-красный цвет, из смоляных волос торчали кончики рогов, а из-под брюк даже на вид дорогого классического костюма вместо ботинок виднелись копыта. Фиолетовая роза в петлице завершала образ демона и уже не была способна удивить.

— Не на меня смотри, — насмешливо улыбнулся краснолицый. — А на нее.

Артур послушно опустил глаза и замер. Скользнув взглядом по копытам сидевшего на троне демона, он с изумлением уставился на лежавшую в его ногах… вероятно, суккубу. Черный кожаный бюстгальтер едва сдерживал рвущуюся на волю упругую грудь, а из-за сведенных бедер озорно выглядывал краешек кружевных трусиков, которые скорее подчеркивали, чем что-то скрывали. Помимо нижнего белья на девушке ничего не было, не считая тугого черного ошейника. Суккуба с любопытством рассматривала пришельца, а в карих глазах плясали озорные искры.

— Хочешь ее? — издевательски поинтересовался сидевший на троне мужчина.

Артур внезапно осознал, что он полностью обнажен. Поспешно прикрыв мужское достоинство ладонями, он густо покраснел под громкий смех демона.

— Нашел от кого прятать, я ведь создавал твое тело. — Хозяин странного места демонстративно утер якобы выступившую слезу. В его руке из клуба дыма появился планшет с надкусанным яблоком. — Шестьсот шестьдесят шесть часов потратил. Классическая работа, между прочим, цени.

— Кто ты такой? — Помедлив, спросил Артур, понимая, что боится услышать ответ. Он был слишком очевиден и так же невероятен.

— Важно только то, кто такой ты — Демон, выделив последнее слово, отстраненно поводил пальцем по экрану. — Итак, посмотрим. Отец бросил в младенчестве, мать отъехала. Тебя тянула бабушка, отдала всю себя, поставила на ноги, хе-хе.

— Я… — Рвущаяся из груди гневная реплика затихла на полузвуке — одно небрежное движение алого пальца, и Артур потерял способность говорить, зато мог слушать. В глазах неприятно защипало.

— Не перебивай старших, это невежливо. На чем я остановился?.. Ага… Когда бабушка отъехала, набежали дальние родственнички и устроили дележ наследства. Ха-ха, обожаю людей! За пару квадратных метров готовы глотки перегрызть, хотя в твоем случае обошлись «несчастным случаем». Месяц в реанимации, и вот ты здесь!

На последних словах земля под ногами Артура затряслась. Стена за спинкой трона исчезла, открывая незабываемое зрелище — до самого горизонта тянулась покрытая толстым пепельным слоем равнина, а вдали извергались сразу четыре высоченных вулкана. Бьющие в небо, не опадающие столбы багрового пламени выглядели одновременно впечатляюще и сюрреалистично.

«Приехали».

Ноги задрожали, так и порываясь опустить юношу на горячий каменный пол, но он упрямо удерживал равновесие, радуясь отсутствию боли.

— Но почему? — Почувствовав вернувшуюся способность говорить, обреченно спросил парень. — Я ведь не грешил… вроде?

— А-ха-ха, как же я обожаю людей! — Демон оскалился, а вот лежавшая в его ногах девушка посмотрела на Артура с неожиданным сочувствием, нерешительно улыбнувшись. — Не переживай, если все сделаешь правильно, то больше сюда не вернешься.

Надежда вспыхнула в сердце Артура ярче рождающейся звезды.

— Не буду ходить вокруг да около, — продолжил мужчина, испаряя планшет и оглушительно хлопнув в ладоши. — Поздравляю! Ты избранный!

Отовсюду раздались бурные аплодисменты, с потолка посыпались дешевые конфетти и бумажные ленточки. Артур провел ладонью по голове, стряхивая их, заодно отметив, что и прическа у него теперь другая, и волосы мягкие и шелковистые. Второй рукой он по-прежнему прикрывал собственное достоинство, что оказалось совсем непростой задачей. В новом теле оно значительно прибавило в размере.

— Приятный бонус. — Демон хитро подмигнул, будто прочитав мысли юноши. — Выбрал тебя я. За что — не спрашивай, не скажу, а вот задачу твою объясню.

Из пола между собеседниками возникли алые лучи, складываясь в голограмму земного шара.

«Он что, других цветов не признает? В фильмах они синие», — отстраненно подумалось Артуру прежде, чем он снова обратился в слух.

— Существует невообразимое множество миров. Вместе с пернатыми и божками из нашего и соседних мы время от времени устраиваем игры, так споры решаются без войн и уничтожения планет, ну и просто чтобы скучно не было. — Впервые за весь разговор мужчина заговорил серьезно. — Так уж получилось, что моим игроком будешь ты.

— И что мне нужно делать? — Артуру очень некстати пришло на ум далекое воспоминание — древняя настольная игра, фигурки сказочных существ на клетчатом поле во власти игроков. Подземелья и драконы, эльфы и орки. Мельком взглянув на лежавшую в ногах хозяина суккубу, он сразу же подумал о тысяче и одном удовольствии, приписываемом этой расе.

— Уж точно не развлекать Лилит в постели, — усмехнулся демон, не стесняясь читая мысли человека. — У тебя двадцать три соперника. Последний выживший объявляется победителем. Только не стреляйся на дуэли, а то в прошлый раз они умерли одновременно, и мы долго спорили, кто же выиграл.

— Королевская битва? — недоверчиво спросил Артур. — Как-то мелко для богов…

— А ты не перебивай, и я все расскажу. — Вместо указки краснокожий мужчина использовал стек. Резкое движение влево, и проекция закрутилась, демонстрируя знакомые очертания континентов. — Вас разбросает в разные точки Земли. Да, в том мире люди тоже неоригинальные, а до мнения эльфов и прочей нечисти никому нет дела.

Артур с трудом сдержал восторженное восклицание. Там будут эльфы! А жизнь-то налаживается!

— По технологическому развитию примерно восемнадцатый-девятнадцатый век, но с некоторыми оговорками. Так в Германии вовсю осваивают паровые машины, и я говорю не про железные дороги, а про шагающие машины.

«Еще и стимпанк!»

— Не буду вдаваться в скучные подробности, сам все разузнаешь. — Демон взмахнул стеком вверх, рядом с крутящимся шаром появилось два пустых столбика. — Каждому игроку предлагается выбор. На одном стуле личная сила, на втором — социальное положение. При случайном выборе навыка есть дополнительный бонус. В одной из прошлых игр один участник вбросил все в социалку и оказался в теле императора Австро-Венгрии. Тайная служба быстро вычислила ближайших игроков. Пусть и с большими потерями, но их обезвредили и бросили в тюрьму, где он спокойно их зарезал и забрал силы, получил бонус от покровителя, а дальше дело техники.

— Заманчиво…

— Не обольщайся. Чтобы такого не повторялось, ввели ограничение — можно получить титул не выше наследного принца. Пусть игрок самостоятельно усаживает свой зад на трон, а не получает все готовое.

— А кто-нибудь пробовал взять себе бессмертие и просто спрятаться? — Артура охватил азарт. Он любил играть в разного рода стратегии и сейчас стремительно перебирал варианты победы.

— Да, таких умников немало попадается. К сожалению для них, когда один игрок убивает другого, он не только получает его силу, но и бонус от покровителя. Рано или поздно это оборачивалась способностью поиска соперников. — Демон предупредительно покачал пальцем. — Не думай, что ты самый умный.

Человек ничего не ответил, зачарованно уставившись на пустующие столбики. Как лучше поступить? Распределить очки поровну? В этом случае он станет каким-нибудь финским графом со световым мечом. Или все в силу? Нет, наверняка там царит дворянство, простому человеку будет сложно, каким бы крутым он ни был. Один в поле не воин.

— Правильно мыслишь, только выбора-то у тебя и нет. — Столбик личной силы постепенно заполнялся вслед за издевательски медленным движением стека. Достигнув вершины, он замерцал, переливаясь угрожающими оттенками алого. — Я купил твою душу у пернатых не за красивые глазки.

— Купил? И за сколько? — Мысли юноши пустились в хаотичный пляс. Он попал сюда не за свои проступки! Какого хрена его вообще продали?!

— Голозадые много хотели, пришлось отдать им суверена Ватикана. А чему ты удивляешься? У меня их еще трое в запасе.

— И зачем тебе я? Новое тело, редкая душа… — Артуру все меньше нравилось происходящее. В аду бесплатных пряников не раздают. Да и в раю, судя по всему, тоже.

— У тебя редкий дар для нашего мира, считай, один на миллиард. Проиграл в генетическую лотерею — выиграл в духовную. Жаль только, в твоем мире магия исчезла пару тысяч лет назад. — Очередная издевательская ухмылка демона и новый сочувствующий взгляд хранившей молчание девушки. — Ничего, наверстаешь.

— В чем он заключается, мой редкий дар?

— Извини, сказать не могу — правила. Но не переживай, другие участники тоже не знают о своих силах. Наблюдать за освоением очень весело, а если все начнут сильно тупить, тогда подскажем. Что еще… Хм… — Он задумчиво почесал голову точно между рогов. — Ах да. Лилит станет твоим бонусом за первое убийство другого игрока.

Демонесса встала вслед за натянутым поводком, материализовавшимся в ладони хозяина. Неспешно потянувшись, она продемонстрировала Артуру свое идеальное тело, и юноша вновь потянулся к паху. За разговором о предстоящей игре он позабыл о стыде, и теперь смущение вернулось к нему с утроенной силой.

— Что будет, если я проиграю? Попаду в твое царство?

Демон ничего не ответил. Внезапно тяжелую давящую тишину разорвал до боли знакомый звук... Пик… Пик… Пик…

Кардиомонитор, отсчитывающий последние удары сжавшегося сердца Артура. Растянутая до бесконечности агония, смешанная с безнадежностью.

— Будешь слышать это следующую тысячу лет, — мрачно пообещал демон. — Вопросы?

— Какие правила? — поспешно спросил юноша.

— Для тебя — никаких. Просто убей остальных, за зрелищность получишь бонус. Если будете тянуть, мы найдем способ подтолкнуть вас. — Мужчина расплылся идеальной голливудской улыбкой. — Победишь — останешься жить в том мире и больше никогда меня не увидишь.

— Куда я попаду?

— Этого я тоже сказать не могу. За общение с местными не переживай, язык входит в базовый набор умений.

Юноша на мгновение задумался и ничего не сказал, покачав головой. Если бы демон хотел бы ему помочь, он бы и сам поведал все важное. В конце концов, у них была общая цель — победа в игре.

Невидимый порыв ветра поднял с пола пепельные хлопья. Кружась вокруг Артура, они плотной стеной закрыли его ноги, постепенно поднимаясь все выше. Вопрос, который терзал его в самом начале, все же вырвался на свободу.

— Слушай, а как тебя зовут-то?!

В следующий миг черный вихрь полностью закрыл юношу. Рвущаяся изнутри алая вспышка почти пробила заклинание, обдавая демонов жаром. Крупинки белесого пепла медленно падали вниз, оставив идеально чистый круг, где стоял Артур.

— Можешь звать меня Люци. — Последняя улыбка демона вышла грустной. Он молча отвернулся и дернул за поводок. Суккуба привычно поползла на четвереньках вслед за хозяином под цокот бьющих по каменному полу копыт. Она игриво размахивала хвостом, предвкушая завершение прогулки.

***

Неповторимый аромат леса сразу после дождя казался слаще самых изысканных духов. Первые минуты в новом мире Артур с широкой улыбкой лежал на мягком мху, пытаясь надышаться воздухом, лучше которого он ничего в своей жизни не вдыхал. Впервые за долгое время у него ничего не болело, напротив, все тело ощущалось легче пушинки. Юношу наполняла энергия и жажда действий. Ему до безумия хотелось жить.

Артур резко вскочил на ноги, получив новый заряд эйфории. Он попрыгал на месте, наклонился и потрогал носки сапог. Новое тело слушалось как родное.

«Отлично, одной проблемой меньше, не нужно учиться управлять им. Ай да демон!»

Пропахший дымом портал закинул человека в глухой лес, куда ни глянь — покрытые мхом деревья. Среди качающихся на ветру ветвей разносились птичьи трели.

«Да, зеркала здесь явно не будет. Ничего, может, найду какой-нибудь ручей, узнаю хоть, как выгляжу. А что у меня вообще есть?»

Из-за лежания на земле светлая суконная рубашка покрылась многочисленными пятнами. Такого же цвета штаны с пустыми карманами, черные сапоги из грубой кожи и… все. Ни тебе сумки с артефактами, ни набитого бесконечным запасом золота кошелька, ни миловидного фамильяра. Воспоминание об улыбчивой суккубе вызвало прилив сил между ног — сознание осваивалось в новом теле и производило проверку всех органов.

«Так, успокоиться, сейчас не время. Первым делом нужно понять, куда меня забросило... Точно! Я же избранный!»

Следующий час Артур изо всех сил пытался призвать пробужденный демоном дар. Какие только заклинания из книг, фильмов и игр он ни выкрикивал, как ни складывал пальцы, ничего не происходило. Юноша даже попытался медитировать, но настойчивое урчание в животе быстро расставило приоритеты по местам.

— Да уж… Не мог хотя бы намекнуть, вредный хрен. — Артур возмущенно выдохнул. Он чувствовал туго сжатый комок силы в груди. Казалось, дар готов откликнуться на зов хозяина, стоит только приказать… вот только что? — Надеюсь, это что-то действительно стоящее. Не банальные огненные шары или лазер из глаз, а хотя бы суперсила. Хотя сейчас я бы не отказался от телепорта.

Впервые оказавшись в лесу, Артур мгновенно заблудился. Прочитанные в интернете советы по выживанию и ориентированию благополучно забылись, он просто шел в случайном направлении, стараясь не думать о том, что может ходить кругами. Знакомых растений не попадалось, а пробовать неизвестные ягоды и грибы казалось изощренным способом самоубийства.

«Человек может прожить без еды неделю, потерплю».

Встав перед рассеченным молнией стволом дерева, Артур подбросил несуществующую монетку и пошел направо, в очередной раз подтвердив, что удача благоволит глупцам.

«Отлично, меня отправили к людям! Местный язык я знаю, нужно как-то договориться. Хорошо если какие-нибудь дикари, прикинусь богом. А если цивилизованные, найду инвестора и разбогатею, вспомню только что-то полезное из своего мира».

Артур шел вперед не разбирая дороги, увлеченно перебирая выдающиеся изобретения из своего мира, которые могли облегчить жизнь местному населению и заодно сделать очень богатым. Как назло, в голову не приходило ничего, кроме консервного ножа. Юноша никогда не увлекался нудными вещами вроде составления чертежей или заучивания формулы пороха, смутно вспоминалось, что для его создания выпаривали мочу пьяниц.

«Кабак, что ли, открыть. Точно! Алкоголь всегда в цене».

Погруженный в мечты о собственной сети пивных с официантками в милых бело-зеленых платьях, плотно окутавших всю кайзеровскую Германию, он не заметил натянутой между деревьями веревки. Полет к земле получился коротким, но красочным. Артур сразу вскочил на ноги, только чтобы увидеть, как к его лбу стремительно приближается толстая дубина. А затем наступила темнота.

Второе пробуждение в новом мире вышло не таким радостным. Голова раскалывалась, причем волны боли накатывали в такт с ударами сердца. Да и запашок не радовал — неповторимые ароматы сельского туалета смешивались с прелым сеном и крысиным пометом. Почему-то меньше всего Артура заботили связанные за спиной руки, которые к тому же безбожно затекли.

Пленник дернулся несколько раз, скорее для порядка, и затих, пытаясь осмотреться, благо проникающие сквозь широкие щели в деревянных стенах солнечные лучи давали достаточно света.

Чтобы опознать место заточения, хватило знаний от увлечения ролевыми играми. Его привязали к центральному столбу в конюшне. Стойла пустовали, и это вселяло оптимизм. Возможно, хозяева куда-то уехали, и у него оставался шанс на побег. Впрочем, приближающиеся тяжелые шаги мгновенно похоронили все надежды.

«Хозяева на месте, тогда где же лошади? Может, я попал в аналог СССР, и их забрали в рамках продразверстки? Да нет же, демонюга говорил про восемнадцатый век. Помнить бы еще, что тогда вообще происходило...»

Чужаков было двое, и выглядели они как самые что ни на есть стереотипные разбойники — грязные рубахи с широкими прорехами, подвязанные веревками штаны и кривые дубины из наспех обструганных веток. Да и внешность у них оказалась подстать, про себя Артур назвал их «толстым» и «рябым».

— Чей-то вас тут много бегать стало. Ты еще хто? — Толстый поставил табуретку перед связанным юношей и грузно сел, уставившись на пленника покрасневшими глазами.

— Артур, очень приятно! — Он старался не отворачиваться, хотя из беззубого рта разбойника шел первоклассный смрад.

— Я тя не про это спрашиваю! Плевать мне, как тебя кликать! — Лицо здоровяка стремительно наливалось кровью. — Што ты тут забыл?!

— Ничего! Я просто, э-э-э, грибы собирал! — Артур решил, что рассказывать о своем инопланетном происхождении первому встречному — плохая идея. — Погода вон какая! Солнышко светит, птички поют! Дай, думаю, прогуляюсь, пока зима не наступила!

— Эвона как балакает чисто. Дезертир, как пить дать! — К беседе присоединился рябой. Он достал небольшой складной ножик и поводил ржавым лезвием перед глазами пленника. — Хорош заливать! Кто спалил нашу хату?

— Никто, богом клянусь! — По сузившимся глазам разбойников юноша понял, что ляпнул глупость.

— А-а-а, так ты из этих, значицца, верунов. — Толстый плюнул в пленника, к счастью, не попав в лицо. Толстая нить слюны медленно стекала по рубашке. — Ничога, атаман вернется, прочистит тебе башку.

— Ага! Петля она отлично мозги просветляет! — Рябой мерзко хохотнул. — И сапоги у тебя хорошие! Мне впору придутся!

— Не наглей, в банде усяго ничога, а уже заришься! Как атаман скаже, так и будзе!

Переругиваясь, бандиты покинули конюшню, оставив Артура наедине с мрачными мыслями. Совсем не так он представлял свою новую жизнь. Обычно ведь как бывает? Попадаешь в другой мир, получаешь суперсилу и гарем из дерущихся за тебя красоток. Только вот пробужденный демоном дар отказывался отвечать на зов хозяина. Он вроде бы и шевелился где-то внутри, но вокруг абсолютно ничего не происходило!

«Я здесь не сдохну!»

Бросив бесполезные попытки призвать на помощь магию, Артур активно зашевелил руками, пытаясь ослабить веревки. Не могли же обычные лесные разбойники разбираться в узлах? Сейчас он как освободится, возьмет дрын покрепче и покажет им, каково связываться с избранным.

Неизвестно, сколько пленник так провозился, но в результате своих потуг ощутил лишь острую боль в руках. Каждый сантиметр кожи будто колола невидимая игла. Юноша тихо зашипел сквозь стиснутые зубы, не прекращая попыток. Из-за чрезмерного напряжения он не сразу услышал стон за спиной.

— Кто здесь? — От хлопка ладонью по лбу Артура удерживала только веревка. Нашел время и место для глупых вопросов!

Как ни странно, ему ответили.

— Не твоего ума дело! — Приятный девичий голос сильно портил надменный тон. Судя по всему, подругу по несчастью привязали с другой стороны столба. — Освободи меня!

«Тоже пленница?»

— Приятно познакомиться, а меня зовут Артур. — Он до предела повернул голову, пытаясь найти собеседницу, но смог только увидеть краем глаза рыжую копну волос.

Девушка недовольно фыркнула, ничего не ответив. Тишину нарушало их совместное недовольное пыхтение — теперь они пытались освободиться вдвоем. Через несколько минут послышался противный влажный хруст, заставив юношу вздрогнуть всем телом. Его подруга по несчастью медленно встала и прошла мимо, держась за прижатую к груди руку.

В другой ситуации Артур непременно бы залюбовался изящной фигурой с тонкой талией, прекрасными рыжими волосами со светлыми кончиками, длинными ногами и кожей прекрасного смуглого оттенка, но сейчас его больше занимало желание выжить.

— Эй, ты куда! — Юноша задергался с удвоенной силой. — Не бросай меня!

Девушка даже не сбавила шаг, приближаясь к выходу. Она замерла у ворот, осторожно выглядывая в приоткрытую щель. Еще несколько мгновений, и единственная надежда на спасение покинет конюшню.

— Стой! — Комок в груди неожиданно исчез. Это напоминало резко разжавшуюся пружину; с сердца юноши будто свалился гигантский валун. Голос наполнился силой. Незнакомка замерла с поднятой ногой. — Освободи меня!

Девушка медленно развернулась. На ее лице стремительно менялись выражения. Артур плохо разбирался в людях, но сейчас он прекрасно чувствовал ее противоречивые эмоции: изумление, ненависть, презрение, страх, надежду, восхищение.

Она медленно приблизилась к юноше, шагая на прямых ногах. Ее прекрасные зеленые глаза насквозь прожигали душу. Артур задержал в легких воздух, ощутив горячее дыхание и щекочущие шею рыжие волосы.

Незнакомка, опустившись на одно колено рядом с ним, медленно потянула за узел, и, как только веревка упала на землю, девушка, тряхнув головой, влепила юноше звонкую пощечину.

— Никогда больше так не делай! — Она занесла ладонь для нового удара, но Артур успел вовремя перехватить ее за запястье.

— Я понятия не имею, как у меня это получилось! — Он попытался встать, но затекшие ноги отозвались болью и отказались поднимать его с первого раза. — Давай потом разберемся между собой! Нужно валить, пока вся банда не вернулась!

Девушка неохотно кивнула, резко выдернув запястье. Не дав юноше времени прийти в себя, она мощным рывком подняла его на ноги, ухватившись за ворот рубахи, и потащила к выходу. Едва успевающий перебирать ногами Артур стоически молчал, стараясь не отставать и не показывать слабость.

— Как тебя зовут хоть? — прошептал он, но получил в ответ недовольное шиканье.

Они выбежали на улицу и сразу же упали на животы, спрятавшись в высокой траве. Бандиты устроили логово на заброшенном хуторе, по крайней мере в окнах почерневших от времени изб отсутствовали стекла, а огороды заросли сорняками. На видимом участке дороги не было никаких разбойников. Кузнечики соревновались в громкости с птицами, делая бессмысленными попытки услышать врагов.

— Чего мы ждем? — воспользовавшись случаем, Артур накрыл теплую ладонь незнакомки своей. Занятая наблюдением, она скинула ее не сразу, подарив юноше несколько приятных секунд. — До леса рукой подать!

— Я уже пробовала. Там нас найдут за пять минут. Загонят, как диких зверей. — Она скривилась как от зубной боли, быстро коснувшись горла. Только сейчас юноша заметил железный ошейник с черным камнем в центре, от которого веяло могильным холодом. — Если бы не эта мерзость, я бы все здесь сожгла…

«Вот почему ее не тронули! Она маг! Наверняка дорого стоит», — Артур совершенно не питал иллюзий. Их оставили в живых, чтобы продать. Если бы он не помянул бога, то отправился бы гребцом на какую-нибудь галеру, а его новая знакомая в публичный дом для ищущих новых развлечений богатеев. Теперь же вместо карьеры матроса юношу ожидала уютная петля.

«И все просто потому, что я не смотрел под ноги и сболтнул лишнего».

— Тогда что будем делать?

— Подождем, пока вернутся остальные, и украдем лошадей. — Она насмешливо посмотрела на собрата по несчастью. — Если боишься, можешь прямо сейчас бежать в лес. Отвлечешь их и сдохнешь, окажешь мне услугу.

— Твой план мне нравится больше, — обезоруживающе улыбнулся Артур, вызвав очередной недовольный взгляд.

Девушка ничего не сказала, быстро отодвинувшись в сторону. Юноша молча следил, как она добежала до деревьев и вернулась по собственным следам, устроившись рядом.

По ощущениям они пролежали в траве несколько часов. Солнце нещадно припекало, горло пересохло, во рту разверзлась настоящая пустыня, обитавшие в траве насекомые активно ползали по Артуру, из-за чего он постоянно дергался, к неудовольствию незнакомки. Он уже всерьез задумался о том, чтобы попытать счастья в лесу, как послышался долгожданный стук копыт.

Основной отряд насчитывал более десятка человек, неуловимо похожих друг на друга — исхудавшие, оборванные, злые. Атаман выделялся крупной статью, густыми усами и короткой косичкой на лысой голове. Заспанные Толстый и Рябой вышли из ближайшей хаты и, коротко переговорив с вожаком, повели его в конюшню. И только остальные принялись расседлывать лошадей, как двое сторожей-неудачников буквально вылетели на улицу, выброшенные мощным пинком.

— Пленные бежали! — зычно выкрикнул вожак. — Найти их!

Большинство разбойников разделились и отправились по оставленному девушкой ложному следу. На хуторе остались пять человек: атаман, сурово отчитывающий Толстого с Рябым, и пара совсем щуплых парней, занимающихся лошадьми. Вожак подкреплял отповедь пинками, постепенно отгоняя провинившихся к дому, а конюхи потащили седла на склад.

— Это наш шанс!

— Подожди! — Артур очень некстати вспомнил один неприятный факт. — Я не умею ездить на лошади!

Взглядом, которым его одарила девушка, можно было вскипятить мировой океан. Ни слова не сказав, она поползла к ближайшему животному. Ее наряд, напоминающий вечернее платье, загадочным образом оставался девственно-белым.

«Вот же попал!», — мысленно застонал юноша, последовав за незнакомкой.

Через минуту они оказались у цели. Улучив момент, девушка быстро посрывала перевязи с изгороди и одним движением оказалась в седле. Перед ней лежала пустая дорога, ведущая прямиком к свободе, достаточно спугнуть остальных лошадей.

— Давай быстрее, — прошипела она, помедлив несколько мгновений.

Артур тупо уставился на протянутую ладонь. Впрочем, соображал он быстро. Девушка с неожиданной силой забросила его к себе за спину и резко ударила ногой в бок соседней лошади. Испуганное животное громко заржало, вспугнув остальных, и весь табун побежал куда-то вглубь брошенного хутора.

Юноша вцепился в девушку, как в якорь, благо в седле она держалась без всяких усилий. Сидеть на лошади было очень непривычно и откровенно страшно, особенно когда незнакомка ударила пятками по бокам кобылы, отправляя ее вскачь.

Не успели всадники проехать сотню шагов, как что-то заставило Артура обернуться. Он только успел заметить, как за их спинами выросла фигура атамана, а отправленный умелой рукой болас уже спутал задние ноги лошади. Очередной короткий, но захватывающий полет закончился жестким ударом. В последний миг успев сгруппироваться, Артур чудом ничего не сломал, но соприкосновение с землей выбило весь дух, оставив парня лежать на земле, хватая воздух ртом.

— Думала, я не повесил следилку на твою цацку? — Разбойник сплюнул себе под ноги. — Ты меня разочаровала. Слишком тупая даже для каддэи. Надеялся, попробуешь кого-то грохнуть.

— Сними с меня ошейник, и я с наслаждением выполню твою просьбу, червяк. — Девушка тоже слетела с седла, но непостижимым образом приземлилась на ноги. Она стояла около Артура, смело глядя атаману в глаза.

— Не хочешь по-хорошему, значит, будет по-плохому. — Он с хрустом размял шею, сжимая огромные кулаки. — Начну с твоего дружка, потом твоя очередь учиться манерам. Хотел тебя продать, да, видать, придется выполнять заказ.

— Так ее! — закричал Рябой. — Пусть знает наших!

Девушка затравленно оглянулась. Их окружали пятеро разбойников, да и остальные возвращались из леса.

Артур со стоном встал рядом с незнакомкой, поднимая кулаки.

— Самое время сказать, что я никогда не дрался? — с весельем обреченного поинтересовался он, почти не удивившись очередной презрительной ухмылке. — Слушай, я постараюсь их отвлечь, а ты хватай лошадь и беги.

«Хоть что-то сделаю перед смертью».

— Оно тебе нужно, малец? Помирать за каддэю, — добродушно спросил атаман, картинно ударив кулаков в ладонь. — Ну, побьем мы тебя и продадим, все лучше, чем за эту мерзость душу отдавать. Уйди в сторону.

— Он из этих, верунов, — визгливо вставил Рябой. — Бога своего поминал!

— А, вот значит как. — Все добродушие покинуло главаря. С мрачной миной он двинулся на Артура. — Жаль, малец, лицо у тебя хорошее.

Рыжая девушка внезапно встала перед юношей. Строго смотря в глаза, она жарко прижалась к его губам, проникая языком в приоткрытый рот.

Артур вздрогнул. Не из-за первого поцелуя, страха или эйфории. Просто все его тело и душу пронзила ярчайшая молния. Он вновь ощутил эмоции девушки, на мгновение услышав ее мысли. По жилам человека потекла раскаленная кровь, смешанная с живым огнем. А еще он узнал имя незнакомки — Хетем.

— Не заставляй меня пожалеть об этом, — почти ласково произнесла каддэя, острым кулачком ударив Артура под грудь.

Воздух покинул его легкие, а за спиной распахнулись огромные крылья, сотканные из чистого пламени.

— Меня сюда прислал не бог, — Артура переполняла чужая сила. Он мгновенно узнал множество плетений огненных заклинаний, научился призывать дождь и засуху. Но все это слишком расточительно для окружающей их шушеры. Они недостойны лицезреть истинную силу величественной Хетем. Для разбойников вполне годились банальные огненные шары. — И сейчас вы узнаете почему.

К собственной чести, атаман не струсил. Издав воинственный клич, он выбросил вперед массивный кулак. Когда-то он одним ударом убил быка — белобрысому сопляку хватит с головой.

Огненные крылья взметнулись навстречу разбойнику, моментально обращая его в кучку осыпавшегося пепла. Остальные члены банды оказались не столь смелыми — испуганно завизжав, они бросились в разные стороны, совсем как лошади. Артур поочередно наставил палец на их спины, стреляя огненными шарами. Взрыв, крик, взрыв, крик, тишина. К сожалению, всех он перебить не смог, несколько людей из возвращенцев благополучно скрылись за деревьями.

— Не устраивай лесной пожар, не стоит сердить Дивию, — холодно произнесла Хетем. Поворошив носком оставшуюся от главаря кучу пепла, она с победным видом извлекла почерневший ключ и освободилась от ошейника. — Наконец-то!

Артур завороженно уставился на свои ладони. Еще секунду назад они горели огнем и вот теперь снова ничем не примечательные человеческие руки.

— Что это было? Ты почувствовала связь между нами? — восторженно спросил он.

— Конечно, ты же подчиняющий, а я каддэя. — Хетем перешла на тон, которым обычно говорят с нашкодившими маленькими детьми. — А теперь верни мою силу.

— Я не знаю как. — Артуру не очень нравилось ощущение пустоты там, где совсем недавно бурлило пламя.

Глаза каддэи сузились до змеиных щелок. Несмотря на более низкий рост, она угрожающе нависла над сжавшимся от страха юношей.

— Ну-ка повтори, что ты сказал, — прошипела она, часто щелкая пальцами. Теперь Артур знал, что так вызывалось заклинание кипящей крови.

Хетем быстрыми умелыми движениями побросала все более-менее ценные пожитки разбойников в седельные сумки и швырнула их Артуру. Каддэя вскочила на лошадь и медленно двинулась вперед, предоставив юноше самому разбираться со второй кобылой. К счастью, новое тело прекрасно держалось в седле и нигде ничего не натирало, как описывалось во многих прочитанных им книгах. Призвавший человека демон к знанию языка добавил умение верховой езды. Сейчас, когда ужас от происходящего схлынул, Артур это осознал и мысленно поблагодарил своего покровителя.

Они ехали в полной тишине. Хетем подчеркнуто игнорировала попытки заговорить, обливая Артура волнами холодного презрения, и вскоре он перестал пытаться. Парень точно не собирался извиняться за то, в чем не был виноват.

Лошади неспешно брели по просеке, позволяя юноше спокойно обдумать произошедшее. Хотелось выть из-за недостатка информации, вопросы бились в голове, как рой рассерженных пчел. Кто такие каддэи? Что за связь между ним и Хетем? Куда исчезла заемная сила? Где они вообще находятся?

Между тем просека расширилась и уперлась в широкую дорогу. Она тоже представляла из себя утоптанную грязь, но, по крайней мере, на ней могли разъехаться две телеги.

— Подожди! — крикнул Артур, заметив, как Хетем повернула лошадь налево. — Если мы не поговорим, то давай прощаться. Я поеду в другую сторону.

— Говори. — Девушка слегка дернула плечом и замерла ледяным изваянием с идеальной осанкой.

— Диалог подразумевает двух собеседников. — Не получив никакого ответа, он демонстративно посмотрел на дорогу. — Как хочешь.

— Ладно, — недовольно ответила она. — Поговорим в безопасном месте. Здесь мы открыты всем ветрам.

— Годится, — выдохнул с облегчением юноша. Терять Хетем не хотелось, пусть их союз и был вынужденным. Хоть какой-то знакомый лучше, чем одиночество в незнакомом месте.

Мир вокруг постепенно окрасился в алые цвета, солнце скрылось за деревьями, стремительно уступая небосклон яркой луне. Хетем свернула на почти незаметную лесную тропинку и вскоре путники оказались на небольшой поляне, со всех сторон укрытой густыми кустами. Спутав лошадей, девушка уселась прямо на траву, скрестив ноги в позу лотоса.

— А мы разве не должны собрать хворост, развести костер? — с сомнением спросил Артур.

— Мне это не нужно, — равнодушно ответила она.

— Вот это дух товарищества! — раздраженно воскликнул юноша, отправившись за топливом. Примерно через час он любовался собранной кучей сухих веток, благо луна на небе давала немного света, а вот как их зажечь… Потереть палки? Поискать среди трофеев огниво? Или в этом мире уже научились делать спички?

Решив, что ему не подходит ни один из вариантов, Артур картинно выставил руку и громко щелкнул пальцами. Ничего не произошло. Показав строптивому хворосту еще несколько жестов, он обратился к Хетем:

— Помоги уже! Как ты вызываешь огненный шар? Читаешь заклинание?

— Я не нуждаюсь в хуманских костылях. Достаточно просто пожелать. — Хетем мрачно уставилась на разбросанные ветки. — Ты неправильно сложил костер.

— Покажешь, как нужно? — Не дождавшись ответа, Артур криво усмехнулся: — Так и думал.

Он вновь уставился на ветки, страстно пожелав им загореться. Ничего не произошло. Постепенно мысли юноши ушли в сторону, на неудачи сегодняшнего дня и прошлой жизни. Он встретил прекрасную девушку, но вместо того, чтобы броситься к нему в объятия, она его ненавидит. От глупой смерти или рабства на галере его спасла глупая случайность. Не смог защитить себя дома. Бабушка умерла…

В горле Артура возник ком, который никак не желал пропадать. Глаза защипало, но ни единой слезинки не пролилось. Юноша давно научился не плакать из-за несправедливости мира.

За грустью пришли ярость и ненависть. Он больше не беспомощный калека! Его избрали для участия в самой крупной игре в истории этого мира, и он обязательно победит! Все враги падут, он станет королем, нет, императором, и соберет себе огромный гарем!

На месте костра вспыхнул столб пламени высотой в человеческий рост. Дрова мгновенно прогорели до остывающего пепла. Ослепленный Артур прикрылся ладонью, остужая нагревшуюся руку о холодный лоб.

— Очень хорошо. — Девушка неслышно встала на ноги и подошла к юноше. — Моя сила все еще в тебе.

— Наконец, настроена говорить? — угрюмо буркнул он.

— Теперь я вижу, что не напрасно потрачу свое время. — Из-за белого наряда и светящихся изумрудных глаз Хетем казалась призраком, вышедшим на охоту в ночной тьме. Она за несколько секунд сложила из веток небольшой шалашик и твердо взяла Артура за руку, направив ее на кострище. — Расслабься. Огонь друг, а не враг. Хватит легкого желания. Преподнеси ему небольшой дар.

Артур послушно закрыл глаза. С трудом перестав думать про откровенный вырез на бюсте сидящей неподалеку девушки, юноша сосредоточился на костре. Он представил тонкую алую нить, обвивающуюся вокруг дара из веток. Радостный треск пламени стал лучшим из всех звуков, что он услышал за весь день.

— Хорошо. — Хетем вернулась на свое место, скрестив ноги в позе лотоса. — Вопрос за вопрос.

— Кто такие каддэи? — спросил Артур первое, что пришло в голову. Наградой за вопрос стал долгий изучающий взгляд.

— Так хуманы называют всех обладающих разумом, но не являющихся людьми. У нас есть и другие прозвища, чаще всего оскорбительные, но это самое распространенное. — Кажется, впервые за весь день на лице Хетем появилось любопытство. — Это известно даже ребенку. Откуда ты прибыл, что не знаешь элементарных вещей?

— Из другого мира. — Артур задумался, стоит ли добавлять про демона и большую игру. В итоге он решил растянуть удовольствие адекватной беседы. — Сегодня первый день моей новой жизни. Расскажи про нашу связь.

— Ты — подчиняющий. Я — каддэя. Ты обладатель давно ушедшего дара, выходец из древней легенды. — Хетем задумалась, подбирая слова. — Подчиняющие забирают себе силу каддэй или передают другим. Какова твоя цель?

«Вот, значит, каким даром наделил меня демон. И зачем мне чужая сила? Со своей как-то лучше!»

— Выжить. Обрести могущество и власть, дойти до самой вершины, чтобы никто больше не мог мне приказывать, — ответ пришел сам собой. Артур говорил чистую правду, победа в игре была средством, а не целью. — Мне не нравится название «подчиняющий».

— Твои предшественники, основатели темной империи, наделяли себя множеством разных имен: мастер, заклинатель, приручитель. — Хетем слабо улыбнулась. — Сейчас они не больше, чем прах под сандалиями. Не повторяй чужих ошибок, если действительно хочешь выжить.

— Последнее звучит не так плохо. — Юноша, определенно, радовался появлению позитивных эмоций у девушки. — Каких ошибок?

— Существует два типа… приручителей. В основном встречались темные — они подчиняли каддэев силой, насиловали, уничтожали их волю. Часто заставляли убивать близких. — Губы Хетем сложились в тонкую линию. — Светлые заключали договор. Каддэи шли на связь добровольно, в обмен на услугу, силу или высокое положение. Обычно именно светлые приручители становились самыми могущественными и известными, хотя находились и талантливые темные.

Хетем замолчала, гипнотизируя Артура пробирающими до дрожи изумрудными глазами. Не дождавшись ответного вопроса, он бросился в атаку:

— Ушедшая эпоха, забытая легенда, темная империя… Я что, единственный в своем роде? Что случилось с остальными, раз у них была целая темная империя?

— Это долгая история, и сейчас не твоя очередь спрашивать. — Хетем легла прямо на землю, уставившись на костер. — Мы продолжим разговор в другой раз, а пока можешь подумать, как вернуть мне украденную силу.

«Можно подумать, я так хотел ее забирать».

Артур решил не тратить время на споры, девица явно была упрямее барана. Он лучше отдохнет, поест и как следует поразмышляет над полученной информацией. Искать еду в темноте среди награбленных вещей оказалось не так уж просто, но в конце концов он был вознагражден за труды зачерствевшей лепешкой и куском высушенного мяса. Нашлась и фляга с водой, после долгого дня на солнце казавшейся слаще любого вина. Утолив голод, юноша как-то неосознанно расседлал лошадей, лишь устало подивившись тому, что и этим навыком его наградили.

«Видимо, в комплекте шел к верховой езде».

Из трофейного одеяла получилась неплохая постель, а седло послужило сносной подушкой. Уставившись на густо усыпанное звездами ночное небо, Артур прикрыл глаза и умиротворенно вздохнул, практически моментально уснув. Новый мир снова казался ему не таким уж и плохим местом. По крайней мере, вокруг царило лето, живот наполняла пища, а впереди какие-никакие планы и перспективы.

Костер постепенно прогорел до мерцающих углей, а затем, когда погасли и они, на границе лагеря возникла густая тень. Испуганно заржали лошади. Крепко спавший Артур лишь вздохнул во сне, чуть поморщившись, а вот Хетем мгновенно очнулась. Она чувствовала хищника, но ничего не могла сделать — почти вся ее сила передалась мальчишке.

— Артур, очнись! На нас напали!— отчаянный крик Хетем выдернул парня из мира грез, и тот, испуганно вздрогнув, уставился на нависшее над ним существо, уродливую помесь волка и человека.

Чужак одним движением руки пробил Артуру живот, острыми когтями проникнув куда-то под ребра, и усмехнулся в лицо захлебывающегося кровью юноши.

— Якуб передает привет за атамана, мелкая ты гнусь.

***

— Начало не слишком вдохновляет. — Люци сидел в любимом летающем кресле в стиле ретрофутуризма. Оно напоминало криво обрезанную сферу и идеально показывало, каким видели будущее американцы вековой давности. Повелителю ада вообще очень нравилась эта страна. — Меньше чем за день наш избранный успел попасть в плен, настроить против себя местных и умереть. Уверена, что не ошиблась с выбором?

Лилит сосредоточенно угумкнула, пытаясь с идеальной точностью подрезать миниатюрную ветвь. Каждое десятилетие она увлекалась новым человеческим хобби и сейчас как раз осваивала искусство выращивания бонсаев.

— Еще и с этим фениксом не смог подружиться, как бы она его не прибила.

— Просто верь в него. — Демонесса, наконец, сомкнула лезвия секатора, отсекая выверенное до миллиметра количество зелени. Она сделала шаг назад, с удовлетворением любуясь результатом трудом.

— Ты правда предлагаешь мне верить? — Люци особенно выделил предпоследнее слово.

— Я когда-нибудь тебя подводила? — поняв ошибочность своего вопроса, она поспешно добавила: — Только не вспоминай про Голгофу!

Демон ничего не ответил, вернувшись к созерцанию плазменной панели, поделенной на двадцать четыре части. Интереснее всего смотреть Великую Игру было в первые и последние сутки, и, даже если его герой проиграет, он может следить за остальными. Для Люци главной была даже не победа, а чтобы Гавриил сел в лужу.

Резкая боль вдруг сменяется живительным теплом, что, кажется, наполняет каждую клеточку тела. Ревущее пламя поглотило распростертое на земле тело, отбросив нападающего зверя. Испуганное существо, воняя подпаленной шерстью, упало на спину и сжалось в комок, тонко поскуливая.

Хетем широко открытыми глазами смотрела на огненный кокон, скрывший тело приручителя, оцепенев от шока. Впрочем, хрипение чужака привело девушку в чувство. Когда огненная пелена спала, обнаженному, но целому Артуру предстало занимательное зрелище — Хетем намертво пригвоздила к земле несостоявшегося убийцу, наступив ему изящной ножкой на живот, а тот даже не пытался сопротивляться.

— Что… Что это было?! — юношу совершенно не заботило отсутствие одежды. Он отчетливо помнил ту жуткую боль, когда чужая когтистая лапа пробила кожу и сжала внутренности под ребрами, но, внимательно осмотрев себя, Артур не нашел ни единого намека даже на шрам. Существо под ногой Хетем дернулось, и парень, отскочив на шаг в сторону, с опаской принялся изучать того, кто чуть его не убил.

«Или убил?»

— Ты погиб и переродился в пламени, — благоговейным тоном произнесла Хетем. — Только высшие из нас удостаиваются подобной чести.

— Из вас? Ты… А, понял. — Артур резко замолчал. Странный наряд: огненные крылья, могущество, возрождение. Разрозненные кусочки пазла сложились в единую картину. Хетем являлась фениксом в человеческом обличьи. Полукровка? Далекий потомок древних богов? На эти вопросы еще предстоит найти ответы. Помолчав несколько мгновений, чтобы переварить произошедшее, юноша указал подбородком на снова задрыгавшегося получеловека-полуволка. — Это что за хмырь? Почему он напал?

— Волколак. Выжившие хуманы побежали жаловаться местному главарю. — Хетем сдвинула ногу выше, упершись в грудь. — Сломать ему шею?

— Подожди, я сейчас. — Артур, остановив явно недовольную этим Хетем, сбегал к седельным сумкам, мимоходом проверив лошадей. Если бы они перед отдыхом не стреножили животных, то те бы наверняка сбежали, а так лишь всхрапывали нервно да пряли ушами. Быстро найдя в сумке все необходимое, в том числе тут же натянутые штаны, Артур вернулся к пленнику, и тот, едва только увидев холодный блеск ошейника в руках юноши, взвыл:

— Я вам не псина! Лучше убейте! — снова задергавшись, волколак попытался выбраться из-под каблука Хетем, но та, зло фыркнув, без жалости наступила ему на горло. Почему существо даже не пыталось пустить в ход против феникса когти, Артур не догадывался. Неужели девушка внушала такой ужас? — Богами заклинаю! Смилуйтесь! — уже совсем с другими интонациями придушенно заскулил пленник.

— Посмотрим на твое поведение, — наклонившись к человекозверю, Артур застегнул на его горле ошейник и отодвинулся подальше. Кто знает, вдруг у Хетем нога устанет или эта тварь все же решится на более активное сопротивление. — У меня есть вопросы, и я получу на них ответы. Для начала расскажи мне, что это за Якуб и с чего он решил передать мне такой странный привет?

От звериного воя волколака кровь стыла в жилах. С трудом подавив желание отпрянуть, Артур состроил самое суровое выражение лица, на какое только был способен, и, наоборот, придвинулся поближе, заглянув прямо в пылающие ненавистью желтые глаза.

— Как я погляжу, первый взрыв просто опалил тебе шерсть. Ничего, сейчас исправим...

Монстр дернулся еще несколько раз и замер, жалобно заскулив. Артур, пользуясь тем, что волколак зажмурился, позволил себе чуть отвлечься, сконцентрировавшись на собственной ладони. Знаний о том, как создать огненный шар, у него было предостаточно, а вот практики… Все получилось. Огненный шар над пальцами вспыхнул послушно, и пусть он был не особо большим, но, поднесенный к волчьей морде, дал нужный эффект. Волколак зажмурился еще сильнее, прижал уши и задрожал всем телом.

— Мало тебя поджарило в первый раз? Посмотрим, насколько крутым ты будешь без глаз. Мне начать с левого или правого? Или сразу перейдем на твои яйца?

Хетем следила за движениями Артура с непроницаемым выражением.

— Пощади, молю! Я все скажу! Убери это от меня! — Не выдержав жара, волколак пустился в жалостливые увещевания. Шерсть и когти исчезли, морда укоротилась, превратившись в слегка вытянутое человеческое лицо. Из-за грязи и крайней изможденности было крайне тяжело определить возраст пленника.

Хетем, фыркнув, убрала ногу, смерив волколака презрительным взглядом.

Артур, встав, отвел пылающую руку чуть в сторону, как бы напоминая об угрозе. Юноше совершенно не хотелось признаваться, что он не знал, как погасить пламя.

— Якуб старшой наш, стоит над всеми бандами. Искоростень держит и окрестные села. За ним сила! Все ему дань платят, а царские боятся. — Казалось, всего несколько мгновений назад пленник униженно скулил и молил о пощаде, и вот в его голос вернулась бравада. Впрочем, он тут же притих, стоило Артуру снова поднести к нему пламя. — Да я просто как есть сказал, что сразу-то…

— Почему ему служит такой, как ты? — неожиданно поинтересовалась Хетем. — Насколько я помню, зверины всегда были сами по себе.

— Времена изменились, пернатая. Ты вообще давно в городах была? — злобно оскалился он. В словах волколака слышалась искренняя ненависть. — Царь нам яйца крутит, всем! Раньше как было — вешали за разбой, а сейчас за морду. Мы для них как грязь. А Якуб обещает все это исправить! Собирает наших отовсюду и недовольных пшеков! Мы вернем себе власть! И вас он достанет!

«Ну что ты будешь делать…» — Артур быстро провел ладонью по животу пленника, стараясь не слушать наполненный болью вой. Кожа стремительно наливалась краснотой, но до серьезных ожогов все же не дошло, а пара мелких волдырей не в счет.

— Успокоился? — дружелюбно поинтересовался юноша. — Теперь говори только по делу. Как ты нас выследил?

— По запаху… — Несмотря на боль и страх, в глазах волколака появилось подозрение. Даже дети знали о великолепном чутье каддэев-зверей. — А…

— Ты был один? — Юноша не давал мужчине опомниться.

— Да, напарники мне только мешают. — Черные зрачки расширились, полностью закрывая белки.

— Где мы находимся? — Артур лихорадочно перебирал в голове вопросы, чтобы успеть задать самые правильные.

— До Искростеня верст десять будет, на восход если…

— Через сколько хватятся твоего исчезновения? — Чутье буквально вопило об опасности.

— К закату… — Подозрение волколака все усиливалось. Артуру попался неправильный пленник, не идущий на сотрудничество. — Послушай, малец, вы еще можете выжить. Просто сдайтесь Якубу и выплатите виру. Твоя подружка ему явно по вкусу придется.

— И не подумаю, мы защищались. — Артур резко встал, поняв бесполезность дальнейшего допроса. Еще немного, и волколак снова попробует на них напасть. Юноша прикусил губу и отвернулся, пытаясь принять непростое решение.

— Пернатая, хоть ты ему скажи! — Пленник зарылся пальцами в землю, пряча удлиняющиеся когти.

— Артур, ошейник не работает, зверина меняет форму, — спокойно произнесла девушка. — Сделай что-нибудь, раз уж забрал мою силу.

Волколак изогнулся, страшно завыв. Он попытался прыгнуть из положения лежа, но брошенный прямо в оскаленную звериную морду огненный шар, взорвавшийся при соприкосновении, положил конец всем его планам. На землю упало еще конвульсивно дергающееся, но уже не представляющее опасности тело с дырой вместо лица.

— Идем, нам нужно сменить место стоянки. — Хетем застыла около Артура, будто намереваясь взять замершего юношу за руку. Поколебавшись несколько мгновений, она отвернулась и молча забралась на недовольную лошадь.

***

Артур не сомкнул глаз до самого утра. Ночка выдалась что надо — неожиданное нападение, собственная смерть, воскрешение и убийство, вероятно, первое в череде многих. Он воспринял его удивительно спокойно, видимо, адреналин все еще будоражил кровь. А о том, что может быть после, он старался не думать. «Истерика — последнее, на что стоит тратить время, но…» — с трудом отогнав от себя видение обезображенной головы, Артур задумался о всем услышанном и о том, что делать дальше.

«Повезло же мне с этим Якубом, чтоб его демоны жрали! И ведь вряд ли он от меня так просто отстанет. Особенно теперь, когда я его волколака убил. А еще Хетем…» — Юноша бросил короткий взгляд на феникса в человеческом облике. Она как ни в чем ни бывало медитировала в позе лотоса, обратив ладони к небу, хоть сейчас фотографируй на рекламный буклет новомодного фитнес-центра или очень дорогого шале.

Что Артур про нее знал? Решительно ничего. А вот ей он, возможно, рассказал непозволительно много. Подумаешь, первый поцелуй и мистическая связь! Думать нужно головой! Той, что сверху.

Юноша тяжело вздохнул, стараясь сконцентрироваться. До рассвета следовало попробовать придумать хоть какое-то подобие плана, все же он участвовал в игре на выбывание, и любая ошибка могла привести к смерти. Что-то подсказывало Артуру, что второго перерождения можно не ждать. Но мысли предательски раз за разом возвращались к обезглавленному туловищу волколака…

Рассвет он встретил с нещадной резью в покрасневших глазах. До зубовного скрежета бодрая Хетем молча прошла мимо Артура, не удостоив того и взглядом. Ничего не придумавший за ночь юноша окончательно вышел из себя. Девушка застала его держащимся за узду.

— Мы поедем на восток, — равнодушно произнесла каддэя.

— Нет. Для начала расставим точки над «и», — мрачно сказал он.

— Над ними разве бывают точки? — Хетем удивленно приподняла брови. Она явно не ожидала столь странного начала разговора.

— Неважно! Хватит мной помыкать! — Артур глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он всегда считал крик признаком некомпетентного лидера. — Так больше не может продолжаться.

— Я не стану твоей рабыней, приручитель, — несмотря на огненную суть, в голосе каддэи явно сквозила ледяная метель, зато огня в глазах хватило бы, чтобы пробудить вулкан. — Можешь не мечтать.

— Да причем тут вообще рабство! Мы должны сотрудничать, работать вместе, быть сплоченной командой, а не вот это вот все… Мне нужны знания об этом мире и сила для его завоевания, и, если ты не будешь мне помогать, здесь наши пути разойдутся. — Артур не мог прочитать ни единой эмоции на превратившемся в маску лице Хетем. Он тяжело дышал, нервно сжимая поводья.

— Без моей помощи тебе конец, — спокойно ответила она.

— Лучше я останусь в одиночестве, чем буду рядом с ненадежной спутницей, — непреклонно произнес юноша.

— Значит, не рабство, а союз? И в качестве цели завоевание мира? — Хетем слегка приподняла бровь в ответ на резкий кивок. — Ты забавный. Тебя точно убьют.

— Тогда расходимся, — Артур, отвернувшись, прикусил губу и попытался забраться в седло. — Не смею больше задерживать, сударыня.

Неожиданно на его плечо легла обжигающая ладонь. Сильная рука резко развернула юношу, и не успел он опомниться, как к его губам прижались чужие. Второй поцелуй вышел долгим, но в нем не было чувств, будто Хетем соблюдала простую формальность. Оторвавшись, она резко подалась назад, настороженно глядя Артуру в глаза.

— Какие-нибудь изменения? Можешь призвать мою силу? — Каддэя не пыталась скрывать надежду.

— Н-нет, — растерянно ответил приручитель. — Ничего нового.

— У меня тоже, жаль. — Хетем отстраненно посмотрела в сторону. — Я согласна на союз, пока мы не найдем способ вернуть мою силу. Я отвечу на твои вопросы об этом мире, но не о себе и постараюсь быть дружелюбнее.

— Не многовато сложностей? Почему ты просто не убьешь меня? — Артуру захотелось прикусить себе язык. Иногда он говорил быстрее, чем думал.

— Каддэй не может причинить вреда своему хозяину. — Грустная улыбка полностью стерла образ высокомерной стервы, теперь перед юношей предстала обычная девчонка, угодившая в неприятности. — Иначе почему, по-твоему, мы вас так ненавидим?

Он не нашел ответа на вопрос.

«Да уж, удружил демон с силой, ничего не скажешь».

Артур отрешенно смотрел перед собой, погрузившись в глубокие раздумья, граничащие с полудремой. Его лошадь самостоятельно двигалась за Хетем, изредка жалостливо фыркая — ленивой животине не терпелось избавиться от тяжелого седока и пощипать свежей травки.

Хетем рассказала не так уж много — демон выбросил Артура в бывших владениях королевства Польского, несколько лет назад завоеванных Российской империей. Поскольку юноша не был силен в географии, он так и не понял, где конкретно они находились.

Девушка-каддэя не интересовалась политикой и не могла рассказать про расклад сил в мире. Все, что она знала, — сейчас шла война с Османской империей и контроль над захваченными территориями ослаб. В ключевых городах содержались лишь небольшие гарнизоны, а большую часть солдат отправили на турецкий фронт. Как оно всегда бывает, мгновенно подняли голову сидевшие до этого тихо смутьяны. Якуб далеко не единственный желал независимости — на юге стремительно созревал крестьянский мятеж, подогреваемый польской шляхтой.

«Прибавим сюда вызванный войной голод, болезни, ущемленных волколаков и получим связку динамита с тлеющим фитилем», — подвел для себя нехитрый итог Артур.

Девушка, как и ожидалось, не рассказала, как оказалась в руках бандитов и что вообще делала на том хуторе, напомнив парню об их договоренности. Оставалось лишь признать справедливость ее слов.

Впрочем, в одном Артур и Хетем сразу пришли к согласию — валить с этих земель нужно было как можно быстрее. С местоположением, куда валить, тоже быстро определились — Санкт-Петербург. По словам Хетем, в Европе к каддэям относились хуже, чем к неграм, в России же люди были гораздо терпимее… По крайней мере, до недавнего времени. Артур рассудил, что начинать карьеру повелителя мира лучше с завоевания столицы. Знать бы еще, как это сделать…

Казавшийся бесконечным лес оборвался внезапно. С вершины холма путники увидели Искоростень — ближайший город с железнодорожной станцией.

Предположив, что убитого волколака не хватятся раньше вечера, а выжившие разбойники останутся зализывать раны в лесу, товарищи по несчастью решили, что времени у них более чем достаточно для того, чтобы купить билеты и смыться подальше от Якуба и его головорезов.

В основном Искоростень состоял из почерневших бараков и уродливых деревянных лачуг, изредка разбавленных купеческими поместьями. На центральной улице сложили дома получше, а на дороге лежали бревна, по-видимому, выполняя роль мостовой, остальные улочки утопали в разбитой грязи. Где-то вдалеке поднимался густой столб черного дыма.

— Ну и дыра, — разочарованно протянул юноша.

— А чего ты ожидал? — девушка недоуменно приподняла бровь. Каддэя соблюдала договор, из ее голоса исчезли высокомерие и надменность, уступив место спокойной вежливости. Впрочем, она не смогла сдержаться от легкой нотки сарказма. — Дворцов?

— Сам не знаю. Обычно в фэнтези города выглядят не так, здесь куда сильнее напрашиваются антиутопия или дизельпанк… — Поймав недоуменный взгляд девушки, явно сомневающейся в его умственной полноценности, он обреченно махнул рукой. — Забудь.

Несмотря на разгар рабочего дня, на улицах хватало людей. Преобладали старики и дети, похожие друг на друга грязными лицами и оборванной одеждой. Немногочисленные взрослые угрожающего вида собирались в небольшие группы у углов домов, все как один — с самокрутками в зубах и провожали путников недобрыми взглядами.

Артур в грязных штанах и висевшей мешком чужой рубашке практически не выделялся среди местных, а вот Хетем в идеально чистом белом платье стала объектом всеобщего внимания. Юноша пожалел, что не предложил девушке хотя бы накинуть плащ.

— Ни одного городового. — Они миновали центральную площадь, постепенно приближаясь к вокзалу. Хетем слегка качнула головой в сторону одного из немногих кирпичных зданий, недавно служивших прибежищем магистрата. Выбитые окна и отсутствующая дверь говорили лучше любых слов. — Власти окончательно потеряли контроль.

— Тем больше поводов свалить отсюда поскорее. — Артур старался сохранять спокойствие, нельзя было поддаваться паранойе. Ощущение недоброго взгляда усиливалось, но, оборачиваясь, он видел лишь стайку чумазых детишек.

Вокзал представлял собой небольшую платформу с залом ожидания без дверей, зато с целыми скамьями. Первый встреченный представитель власти мирно спал в будке, ткнувшись носом в стопку пожелтевших газет. Его форменная железнодорожная шинель висела на спинке стула, а смятый кивер бесславно валялся на полу.

— Простите… — Артур осторожно постучал по разделяющему их стеклу. Хетем осталась сторожить лошадей, по какой-то причине не пожелав помочь товарищу в переговорах.

— Ась? — немолодой мужчина подскочил и ошалело уставился на юношу. Постепенно в его глазах появилось осознание. — Чего тебе, малец?

— Билеты хочу купить. — Артур недовольно нахмурился, ему не нравился покровительственный тон обычного кассира, подкрепленный мощнейшим перегаром. — До Петербурга.

— Билеты значит… — Служивый озадаченно почесал затылок. — Какое сегодня число?

— Понятия не имею, — честно ответил юноша.

— Значит так… Жалованье выдавали три дня тому, значит сегодня… ага! — Он победно усмехнулся и тут же с сожалением посмотрел на пустую бутылку. — Пассажирский поезд будет завтра. Сегодня только патроны и контрабанду грузят.

Артур тихо усмехнулся непосредственности мужика. Он высыпал на ладонь монеты из трофейного кошелька и обменял часть на пару билетов до города покрупнее, не заметив алчно блеснувших глаз.

— К завтрему приходи, малец, к рассвету. — Он отряхнул кивер и быстро покинул будку, широким шагом направившись к городу.

«Да, совсем ему плохо, первые же деньги бросился пропивать».

Хетем забрала свой билет и предложила подождать в лесу, но понукаемый протестующим желудком Артур не согласился. Голод и усталость навалились на юношу, заставляя потерять осторожность. Ему просто до смерти хотелось поесть горячей еды и поспать в нормальной кровати.

Вдобавок к бунтующему животу у юноши резко заболела голова. Он потер ноющие виски, сдерживая рвущийся наружу кашель — видимая невооруженным глазом дымка забивала горло, горький воздух раздражал легкие.

С поисками еды возникла проблема. Несколько найденных заведений оказались закрыты, открываясь лишь по утрам и вечерам, когда рабочие возвращались с завода и шахты. Еще одно, побогаче, располагалось в каменном доме. Добротную металлическую дверь сторожили бородатые мужики без рубашек, в которых Хетем опознала волколаков. Каддэя тихо пояснила, что они могут учуять запах погибшего собрата и лучше им не рисковать, поискав еду и ночлег в другом месте.

Удача улыбнулась Артуру на центральной улице. За потемневшей от времени алой дверью его встретил большой зал с круглыми столами и глубокими выцветшими креслами. Миловидная азиатка в кимоно холодно встретила юношу в одежде бедняков, но вложенный в бледную ладонь гривенник мгновенно изменил ее отношение. Служанка явно удивилась просьбе принести еды и не беспокоить, но, посмотрев на высокомерную Хетем, она понимающе кивнула и проводила дорогих гостей в отгороженный ширмой угол.

Вскоре Артур с упоением вгрызался в горячую промасленную сырную лепешку, заедая хрустящей квашеной капустой и полосками высушенного мяса. Хетем отрезала по небольшому куску от своей порции, неодобрительно глядя на стекающие по подбородку юноши жирные капли.

— Ты ешь как варвар, — укоризненно заметила каддэя.

— Может, тебе и не нужна еда, а люди без нее жить не могут! — Вместе с сытостью к юноше возвращалось хорошее настроение. — Не мешай мне получать удовольствие!

— Я тоже нуждаюсь в пище, просто способна контролировать себя за столом, — спокойно ответила девушка.

— Разве? Почему ты тогда не прикоснулась к отнятым у грабителей запасам?

— Решила, что тебе они нужнее. Мне не впервой терпеть голод. — Хетем приподняла бровь в ответ на изумленный взгляд Артура. — Что-то не так?

— Ничего. — Юноша не хотел признаваться, что его поразила столь внезапная и в чем-то категоричная забота девушки, которая его ни во что не ставила.«Вот вроде не человек, а ведет себя как самая обычная женщина. Никогда их не понимал!».

Пытаясь побороть смущение, Артур быстро осмотрелся. Подавленная голодом и усталостью подозрительность вернулась вместе с приливом сил, заставив задаться резонным вопросом — а куда они вообще попали? Осторожно выглянув из-за угла, подмечая разрозненные детали.

Незамеченного вышибалу нарядили в выцветший костюм с засаленной бабочкой и заплатками на локтях. С потолка свисали алые ленты с золотыми иероглифами. В воздухе запах пота смешивался с ароматами дешевого парфюма.

На отдельных диванах сидели несколько толстых лысых мужчин, окруженные полуголыми девицами. Вот один из них выбрал миловидных близняшек и пошел с ними по скрипучей изгибающейся лестнице, беззастенчиво шлепая хихикающих девиц по упругим ягодицам. Артур успел заметить, как они одновременно нюхнули сверкающий радугой порошок, прежде чем скрыться за дверью.

— Мы что, в борделе? — Он разозлился сам на себя из-за резко покрасневших щек. Будто ему тринадцать лет!

— Ну да, ты же видел цвет двери. Фонарь, наверное, украли. — Хетем пожала плечами, с аристократическим изяществом наслаждаясь чаем. — Должна признать, кормят здесь хорошо.

— Сударь желает что-нибудь еще? — Заметив выглядывающего из-за ширмы Артура, к их столику подошла знакомая официантка в лазурном шелковом кимоно.

— Да, нам нужна комната до завтра и еда с собой.

— Разумеется, господин. Желаете чего-нибудь еще? — Она наклонилась, демонстрируя огромную грудь, которой явно было тесно в наряде не по размеру. — Составить вам компанию?

Девушка выглядела очень соблазнительно, и новое тело отреагировало моментально, чуть не заставив Артура согласиться, но он вовремя опомнился. Публичные дома неизменно сопровождали всевозможные заболевания, и ему совсем не улыбалось стать носителем магического сифилиса или чего похуже.

— Нет, спасибо, — с видимым сожалением ответил он.

— Тогда с вас один рубль! — Девушка враждебно посмотрела на Хетем, явно решив, что залетный гость будет развлекаться со своей подругой.

Обменяв серебряную монету на небольшой ключ, Артур с сожалением отметил, как быстро тают запасы денег.

«Нужно срочно найти способ подзаработать… Потом, когда посплю».

Недолгий прилив сил закончился еще быстрее, чем начался. Ни на кого не глядя, Артур поднялся по лестнице, тяжело опираясь на перила. Как назло, их комната оказалась в самом конце дальнего коридора.

Не раздеваясь по старой привычке, юноша упал прямо в центр единственной кровати, наслаждаясь необычной мягкостью и нежностью подушки.

— Так классно! Ложись скорее! — Он подвинулся, освобождая Хетем место.

— Не мечтай, — высокомерно ответила каддэя. — Скорее солнце замерзнет, чем мы разделим постель.

— Как хочешь, — меньше всего Артуру хотелось тратить время на бесполезные споры. Завернувшись в простыню, он отвернулся к стене и умиротворенно засопел, погружаясь в блаженное забытье.

Артур проснулся под вечер, хотя, будь его воля, он бы проспал до самого отправления поезда. Впрочем, обеспокоенное лицо Хетем мгновенно прогнало весь сон. Каддэя сидела на краю кровати, с тревогой вслушиваясь в доносившиеся из-за двери крики.

— Что случилось? — До слуха юноши долетели только приглушенные пьяные вопли.

— Пока ничего. — На лице девушки мгновенно возникла маска равнодушия. Она плотнее укуталась в наброшенный на плечи плащ. — Головорезы Якуба вернулись с собранной данью и теперь празднуют. Много волколаков.

После пояснений Хетем Артур понял, какие именно крики он слышал. Новые посетители борделя ни в чем себе не отказывали, включая жриц любви.

— Уходим? — Вскочив с кровати, юноша запутался ногой в штанине, пытаясь натянуть их на себя побыстрее.

— Сейчас там слишком опасно для любой девушки. А если поймут, что я Лучезарная… лучше точно не станет. — Хетем смяла край покрывала, прикусив губу.

Артур потянулся к сапогам, да так и замер. Что за черт? Он же не разувался, мгновенно выключившись. Он бросил быстрый взгляд на Хетем. Девушка все так же напряженно смотрела на дверь.

«Неужели она меня раздела? Как-то очень неожиданно… И зачем?»

Обувшись, он присел рядом с Хетем и осторожно накрыл ее ледяную ладонь своей. Напряженная как струна, она даже не повернула головы. Сейчас она казалась хрупкой девушкой, а не грозной каддэей-фениксом, в чьей власти совсем недавно было обратить весь город в пепел.

Крики затихли глубокой ночью. Несколько раз в дверь громко стучали, но пьяным волколакам слишком быстро надоедало, и они уходили. Невольные пленники собственной комнаты, Артур и Хетем сидели в полном молчании, не расцепляя рук, до тех пор, пока звуки за дверью не стали тише. У Артура жутко ныло все тело, но он не двигался с места, чувствуя, как важна его поддержка для Хетем. Наконец, каддэя убрала ладонь и встала, освобождая парня.

— Спасибо, — еле слышный шепот долетел до Артура, и тот лишь неловко кивнул.

Сборы не заняли много времени — быстро перекусить зачерствевшими лепешками да набросить на плечо сумку. Хетем медленно отворила дверь, выглянула в коридор, напряженно прислушиваясь, потом махнула рукой.

Второй этаж будто пережил налет мародеров. Всюду валялись кости, пустые бутылки, обломки мебели и грязные тряпки, некогда бывшие одеждой. Хватало и тел — в воняющих спиртом красных лужах валялись несколько массивных мужиков с бородами-лопатами, оглашая коридор богатырским храпом. В комнатах с распахнутыми дверями преобладали женщины, чаще всего они лежали обессиленные в кроватях. Оставшиеся в сознании курили с остекленевшими глазами, а одна что-то втягивала блестящим носом с пожелтевшего платка.

Артур и Хетем осторожно переступали через тела, пытаясь не вымазаться в вине и рассыпанной повсюду сияющей радужной пыльце. Один волколак решил повернуться, в самый неудачный момент схватившись за изящную лодыжку каддэи. Растерянная девушка замерла, опасаясь разбудить спящего.

— Сейчас, — одними губами произнес Артур. Он поднял с пола пустую бутылку и аккуратно прислонил ее к щеке мужика. Сонно зачмокав губами, он перевернулся, крепко прижав к себе вожделенный сосуд.

Не успели они выдохнуть с облегчением, как у самой лестницы парочку подстерегало новое испытание. Покрытый густой шерстью волколак сохранял человеческую голову, чем еще больше отталкивал окружающих. По крайней мере, на лице удерживаемой им знакомой азиатки в кимоно читалось нескрываемое отвращение.

— Пшел прочь, — бросил он замешкавшемуся Артуру. Переведя взгляд на Хетем, волколак расплылся в сальной улыбке. — А ты останься, второй будешь.

Не успела каддэя ответить, как волколак схватил ее за запястье, дернув на себя. От неожиданности девушка потеряла равновесие, упав прямо на волосатую грудь.

Артур ощутил вспышку страха, тут же уступившего место ярости. Этот урод посмел посягнуть на его спутницу! Руки приручителя до локтей объяло пламя — стихия не обжигала, наоборот, ласково согревала, даруя силу и уверенность..

Резко шагнув вперед, Артур взял Хетем за предплечье и потянул на себя. Пламя в один миг перетекло с ладоней юноши на Хетем, не причиняя им никакого вреда, а после — словно дикий зверь, бросилось на волколака! Его шерсть мгновенно вспыхнула, огонь стремительно распространился по всему телу. Ускоренный ловким пинком Хетем, импровизированный факел с оглушительным воем покатился по лестнице.

— Бежим! — Феникс схватила человека за край рубахи и потянула его вниз. Бегство прервалось на последней ступени — их там встречали.

Несколько головорезов-хуманов сбивали огонь с воющего волколака, а клыкастая троица его собратьев приближалась с разных сторон, угрожающе скалясь.

— А ну, пошли все прочь! — Пламя подчинялось Артуру как родное. Огонь полностью объял его руки, освещая полутемный зал.

Другие посетители давно ушли, в борделе оставались только работницы и головорезы Якуба. И, в отличие от спрятавшихся за диванами девушек, последние оказались не робкого десятка.

— Вернись наверх! — бросил Артур через плечо, шагнув навстречу рычащему волколаку и перекрывая ему путь к Хетем.

Оборотень замер на миг и, послушав неожиданно пробудившийся внутренний голос, Артур резко присел, пропуская прыгнувшего волколака над головой. Брошенный вслед твари огненный шар вывел оборотня из игры.

Следующий волколак не мудрствуя лукаво выбросил сжатый кулак прямо в лицо Артуру. Тот отклонился чуть в сторону, перехватив руку странным захватом, не виденным ни в одном фильме. Повинуясь воле хозяина, огонь тут же перепрыгнул с человеческих рук на волчью шерсть и алой лентой опоясал морду, выжигая глаза. Третий оборотень ничего не успел сделать, получив в морду огненный шар.

— Так вам! — Юноша едва не лопался от гордости. Еще бы, уделать трех звероподобных тварей! И плевать, что умение драться пришло к нему от Хетем. «А она явно не промах», — успел подумать Артур, прежде чем рухнул на пол, повинуясь чужим инстинктам, на мгновение опередив громовой раскат. Выбитая пулей кирпичная крошка обильно посыпалась на волосы.

Державший ружье человек только прицелился для второго выстрела, как на его голову приземлился ночной горшок. Азиатка в кимоно показала юноше большие пальцы, прежде чем скрыться за одной из уцелевших дверей.

«Отлично, теперь я знаю, что в этом мире есть огнестрельное оружие. Очень своевременно, да!»

Другой бандит, что схватился за револьвер и даже успел навестись, с криком отбросил раскалившееся добела оружие, следом еще несколько винтовок вспыхнули как спички.

— Пшли вон отсюда! — Артур и не заметил, как повторил дурацкую фразу покушавшегося на Хетем волка. Под его грозным взглядом оставшиеся на первом этаже головорезы попятились, отступая к выходу и на пару секунд устроив там небольшой затор.

— Что, малец, самый крутой теперь, раз огонь слушается? — Появившийся из комнаты под лестницей оборотень даже визуально отличался от всех, кого Артур видел до этого. Огромный для человека, с шириной плеч как у иного оборотня, он зло и насмешливо рассматривал приручителя из-под кустистых бровей. Его появление мгновенно оборвало бегство головорезов.

«Неужто сам Якуб пожаловал?»

— Не я это начал. — Артур ощутил не вовремя подступившую слабость и постарался никак не показать ее. В голове беспокойно зазвенели отголоски эмоций Хетем. Она тоже почувствовала, что приручитель устал.

— Да мне плевать! Порву! — Вожак поднес к носу бумажный кулек и резким вдохом втянул в себя содержимое. Оставшийся на носу и вокруг рта радужный порошок делал его почти забавным, но Артуру было совсем не до смеха. Он видел, как зрачки волколака закрыли радужку, а все тело мелко затряслось. Оборотень превратился в одно мгновение, и даже выпущенная в него огненная стрела не произвела никакого впечатления — монстр игнорировал распространяющееся по шкуре пламя, перестав чувствовать боль.

«Огнестрельное оружие и волки-наркоманы! Люций, забери меня обратно, у тебя в аду уютнее, чем здесь!» — Артур бросился в сторону, уклоняясь от внезапно близко оказавшегося врага, но волколак оказался быстрее. Острые когти вонзились в нежную плоть, выдавливая из юноши крик боли. Мир вокруг Артура смазался, но он, ведомый навыками Хетем, рванул вперед, в последний миг сумев выскользнуть из когтей-крючьев до того, как они намертво сомкнулись на его плече.

Поскользнувшись то ли на разлитой выпивке, то ли на чужой крови, Артур завалился на спину, сумев послать в падении новую огненную стрелу в своего противника. Волколак закрылся лапой, в которой тут же появилась сквозная дыра, но даже не замедлился.

Встать приручитель уже не успевал — оказавшийся совсем рядом зверь наступил парню на грудь ногой, пригвоздив к полу. Он мог бы убить Артура одним движением, просто перенеся весь вес на одну ногу, но медлил, наслаждаясь беспомощностью своей жертвы.

«Не могу же я умереть вот так!»

Сердце юноша заледенело от ужаса, сквозь звериное рычание и торжествующие вопли головорезов он услышал тонкое, ритмичное пиканье. Проклятый кардиомонитор!

Попытавшись отрешиться от боли, Артур призвал пламя, но оно не отозвалось, а тонкая нить, что связывала его и Хетем, вдруг задрожала, угрожая вот-вот оборваться.

— Пусти его!

Скосив вверх глаза, насколько позволяло его положение, Артур сквозь мутную пелену увидел девушку, стоящую на втором этаже. Светлое пятно платья и два огненных крыла за плечами делали ее похожей на ангела мести. Головорезы затихли. Вожак, так и не убрав лапы с груди Артура, поднял на нее свою морду, а потом вдруг что-то коротко рявкнул. За спиной Хетем мелькнул темный силуэт, и Артур увидел, как каддэя, взмахнув руками в попытке сохранить равновесие, покатилась по лестнице вниз.

— Не сегодня, пташка, — осклабился ей вслед один из воколаков, что до этого валялся пьяным вусмерть где-то в начале коридора. Подбежавший к Хетем человек опустил приклад винтовки на ее прекрасное лицо.

— Нет! Хетем! — Артур дернулся под ногой волколака, но тот не собирался его выпускать.

— Что, успел пригреться под ее крылышком? Ничего, для нее найдется другая работенка, а вот ты…

Артур его не слушал, впившись взглядом в неподвижную фигурку. «Я должен что-то сделать! Должен!» — в отчаяньи приручитель окинул темнеющим взглядом ту немногую часть залы, что мог увидеть из своего положения, и внезапно вернулся взглядом к вожаку. Тот замолк, столкнувшись взглядом с человеком, и Артур вдруг понял, что у него еще что-то осталось там, глубоко внутри, где теплилась искорка силы божественного феникса. И что если не сейчас, то никогда больше.

— Что ты?.. — волколак почти успел перенести вес своего тела на Артура. Почти. Щелчок пальцев прозвучал оглушительно громко в мгновении тишины. А через мгновение все завертелось с невероятной скоростью.

Отскочив от Артура, волколак взвыл, вцепляясь в себя когтями и пытаясь выпустить то, что жгло его изнутри. Зверь шарахнулся в одну сторону, в другую, снес какую-то медель, не переставая рычать и царапать себя когтями. Артур попытался перевести дух, но внутри все свело такой болью, что на глазах выступили слезы. Вожак тем временем, обезумев от боли и радужной пыльцы, взревел что-то нечленораздельное и бросился на собственных подельников. Призыватель ощутил отголоски чужой боли и поглощающую разум кровавую жажду, которая все никак не могла утихнуть. Крики ужаса и боли смешались в единое целое, раздалось несколько выстрелов, грохот, короткий скулеж, и все вдруг затихло. Чужие эмоции испарились. Артур прикрыл глаза, позволяя себе немного передохнуть.

— Господин? Господин, вы живы? — испуганный голосок вырвал его из забытья. С трудом сфокусировав взгляд, призыватель тряхнул головой, чтобы сбросить пелену с глаз, и вдруг понял, что может пошевелить корпусом без приступа боли. Рядом с ним, опустившись на одно колено, стояла одна из обитательниц борделя. Увидев, что Артур пришел в себя, она едва заметно округлила глаза и несмело улыбнулась.

С кряхтением приручитель оперся на локоть и, приподнявшись, первым делом нашел взглядом Хетем.

Феникс выглядела умиротворенной, ее голова покоилась на коленях той самой азиатки, что сейчас вытирала Хетем кровь со лба.

— Она жива? — Артур узнал ответ прежде, чем договорил. Его связь с каддэей восстанавливалась, сейчас он явственно видел протянувшиеся между ними белые нити. Ему показалось, или их стало больше?

«И я жив. Мне казалось, что эта тварь своей лапой переломала мне все брюхо. Это твоя сила не дала мне умереть во второй раз? Эх, было бы неплохо переродиться еще раз. Все болит…»

— Да, господин. — Азиатка, подняв глаза на приручителя, кивнула. Потом девушка поднесла к носу Хетем крохотный пузырек и поводила влево-вправо. Вдох, другой, и феникс судорожно закашлялась, согнувшись и пытаясь отодвинуться. — Она в порядке и готова служить вам.

В голосе служанки послышался страх, но Артур отмахнулся от этого, не желая думать, почему возникла такая реакция. Думать в принципе было достаточно тяжело..

— Спасибо, что позаботилась о ней, — встав на ноги (не обошлось без помощи облаченных в кимоно дев) Артур хотел извиниться за то, что тут произошло, но, помедлив, передумал. В конце концов, действительно, не он это все начал.

— Не за что, господин. — Окружающие девушки, едва только Артур смог сам принять устойчивое положение, попадали на четвереньки, прижимаясь лбами к грязным полам. — Удачной дороги, господин.

Артур хмыкнул. Вместо благодарности за спасение их спешно выпроваживали. Хотя, может быть, в этом и был смысл. Кто знает, насколько сильно они нашумели в процессе разборок и кто сюда придет следующим?

«Главное, что все они уцелели».

Хетем молча прижалась к подставленному плечу, при этом сама обхватив приручителя за пояс. Так, поддерживая друг друга, они нетвердой походкой покинули негостеприимный бордель.

Ночь встретила беглецов кромешной тьмой. Ни луны, ни звезды, ни захудалого уличного фонаря. Артур часто заморгал, пытаясь рассмотреть хоть что-то.

— Ты случайно не умеешь видеть в темноте? — без особой надежды поинтересовался парень. Обычно фениксам приписывали другие способности.

— Я похожа на сову? — недовольно буркнула Хетем. Слабость, вынуждающая опираться на Артура, здорово бесила каддэю. Он вновь забрал ее силы, заодно исцелив собственные раны. — Стоит мне пожелать, и взойдет второе солнце!

— Получится прекрасный ориентир для преследователей. — Артур не сомневался в скорой погоне. Он побрел к ближайшему переулку, потянув на себе не слишком легкую девушку. — Бежим в лес!

— Пешком, без лошадей и припасов, ничего не видя? — раздраженное лицо Хетем белело в кромешной тьме не хуже платья, а глаза сверкали то ли своим, то ли отраженным светом.. — Проще остаться и принять еще один бой в публичном доме.

— Нет, давай попробуем затеряться в городе. — Юноша не собирался останавливаться или сдаваться, а еще один бой точно погубил бы их обоих.

— До поезда еще несколько часов. — Даже дурное самочувствие нисколько не мешали все еще слабо стоящей на ногах девушке препираться. — Первый волколак возьмет след и догонит нас за минуту.

— У тебя есть идеи получше? — Он наощупь пробирался через узкий переулок. Стены домов покрывали липкая сажа и паутина. Наткнувшись на неожиданное препятствие, Артур раздраженно выругался и пнул ни в чем не повинное ведро. — Ай!

Ведро оказалось полным.

— Нужно-то чуть-чуть продержаться. Если дашь мне немного отдохнуть, я призову истинное пламя и спалю к Анубису весь этот жалкий городишко! — Глаза Хетем засветились желтым пламенем ярче — «Видимо, все-таки свое, родное, отражается». — Она явно не сомневалась в своей способности выполнить угрозу.

— Ты бредишь?— Артур прислонил девушку к стене, обеспокоенно приложив ладонь к ее лбу, и, к своему удивлению, не обнаружил никаких признаков повышенной температуры. — Столько людей умрет!

— Они заслужили свою участь. — Каддэя поморщилась, заметив недоумение спутника. — Большая часть плотно сидит на пыльце фей. Стоит им перестать дышать местной отравой, как они превратятся в зверей.

— Все равно это не повод… — Артура прервал вспоровший воздух звон. Кто-то от души бил в колокол, разом взбудоражив весь город. Беглецы затаились, но уже через пару минут услышали приближающиеся гневные крики. В конце переулка мелькнули факелы.

— Вот и все. — Хетем мягко улыбнулась, с трудом отойдя от стены. — Продадим наши жизни подороже. В рабство я точно не собираюсь. Хватит с меня!

Идея сжечь город больше не казалась Артуру такой уж скверной. Он прикрыл глаза, пытаясь поймать то самое ощущение всевластия, но колокольный звон, злые крики и отголоски боли, блуждающие по всему телу, не давали ему сосредоточиться. Услышав быстрые шаги неподалеку, приручитель вскинул руку, но огненный шар так и не появился.

— Господин, это я, — та самая девушка-азиатка из борделя прикрывала полой плаща небольшой масляный фонарь. Дрожащий огонек выхватывал из темноты побледневшее решительное лицо, отражаясь от шелкового кимоно. — Я вам помогу! Поспешим!

Она отошла немного назад, умоляюще глядя на парочку.

— Хуже все равно не будет. — Не слушая возражения Хетем, Артур подставил ей плечо и потащил каддэю за проводницей.

Девушка в кимоно распахнула неприметную калитку сбоку и вывела беглецов из проулка, а потом пропустила их вперед, легкой вуалью рассыпая черный порошок по оставленным следам.

Мельтешение фонарей и факелов вдали постепенно пропало, как затихли крики и волчий вой. Миновав несколько улиц, проводница провела их по длинной раздолбанной лестнице вниз и постучала в железную дверь, нервно выбивая ритм.

Заслонка прямиком из фильмов про американский сухой закон и подпольные бары с грохотом ушла в сторону. Посмотрев на проводницу и стоявших позади беглецов, бугай, ни слова не сказав, пропустил их внутрь.

Несмотря на смертельную опасность, Артуру очень захотелось назад к волколакам — вонючим затхлым воздухом было совершенно невозможно дышать. Вонь человеческих тел, испражнений, старого белья и ароматических палочек смешались в невообразимый аромат, отказывающийся проникать в легкие. Хетем крепче сжала его руку, между приручителем и каддэей протянулась новая нить. Артуру осталось только благодарно кивнуть — феникс каким-то чудом смогла отсечь тошнотворные запахи.

— Третья комната. — Развалившийся на табуретке бугай принял протянутые проводницей монеты и сунул ей небольшой мешочек.

Артур обреченно посмотрел на брошенные на пол почерневше тюфяки. Представив себе многообразие обитающей в них живности, он решил хотя бы попытаться простоять на ногах до рассвета.

— Где мы? — Света чадящих ламп не хватало, чтобы рассмотреть коридор или соседние комнаты. Какой-то мужчина безостановочно хохотал за стеной, а в дверь напротив по ощущениям бились головой с разбега.

— Один из притонов Якуба. Здесь вас не станут искать, господин. Понимаю, это место недостойно вас. — Проводница опустилась на четвереньки, подставляя человеку спину. — Вы можете отдохнуть на мне.

— Ты чего? — Пожалуй, именно зрелище молодой девушки, предлагающей себя в качестве сиденья, больше всего поразило Артура в новом мире. — Немедленно встань!

— Не волнуйтесь, господин, я выдержу. — Она наоборот опустилась еще ниже. — Я сильнее, чем кажусь!

Юноша схватил девушку за плечи и поднял на ноги, заглядывая в странно блестящие глаза.

— Кто ты? Почему нам помогаешь? Откуда столько… энтузиазма?

— Все просто, — подала голос Хетем. Феникс прислонилась к стене, прикрыв глаза ладонью. Удар винтовочным прикладом по голове все еще давал о себе знать. — Она каддэя, которая чует в тебе подчиняющего. О вас ходит очень много разных легенд.

— Меня зовут Айяно, господин. Ваша рабыня права, я действительно каддэя. — Глаза девушки на миг вспыхнули желтым. Из волос прорезались заостренные черные ушки с белыми кисточками. — Я, кицунэ родом из цветущих островов, молю вас о милости. Подчините меня! Я обучена многим техникам!

Артура будто ударило молнией. Он стоял оглушенный, не понимая, что сказать. Перед ним стояла совсем молодая девушка, недавно перешагнувшая через совершеннолетие, и просила поработить ее! Что она надеялась получить? Силу? Власть? Новую жизнь подальше от борделя?

Он рефлекторно посмотрел на Хетем, и рыжая каддэя медленно качнула головой.

«Подчиняющие не могут поддерживать много связей, обычно не больше трех, а она совсем юна и не умеет ничего полезного, — раздался в голове Артура странно недовольный голос Хетем. В другой ситуации его можно было бы принять за ревнивый. — Разве что ты захочешь ублажить следующего врага, а не обратить его в пепел».

Приручитель неохотно признал правоту своей каддэи. Чтобы победить в игре демонов и богов, ему нужны были сильнейшие. Феникс умела летать, перерождаться и обладала могущественным огненным даром. Наверняка ей много веков, в то время как кицунэ слишком юна и бесполезна.

— Прости, не могу. — Сердце юноши защемило при виде блеснувших в уголках глаз девушки слез. Он не переносил плач, как свой, так и чужой. — Все не так плохо! Мы уедем на поезде, но потом обязательно вернемся, и…

Артур запнулся. Сейчас он был никем. Где гарантия, что он сможет сдержать обещание? А она будет ждать… Давать ложные надежды еще хуже, чем молчать.

— Спасибо за вашу доброту, господин. — Она утерлась рукавом, громко шмыгнув носом. — Если позволите, я должна отдохнуть.

С молчаливого согласия кицунэ легла на тюфяк, отвернувшись в угол. Глядя на ее хрупкое тело, Артур невольно задался вопросом, как она вообще собиралась служить стулом?

— Идем, я тебе кое-что покажу. — Хетем выглядела гораздо лучше. Короткий отдых пошел каддэе на пользу.

Вдвоем они неслышно покинули комнату. В коридоре никого не было, и феникс зажгла на ладони небольшой огонек, освещая дорогу. Она отвела Артура в большой зал, где на беспорядочно разбросанных тюфяках лежали десятки тел. Дряхлые мужчины и женщины беззвучно шевелили губами, смотря перед собой остекленевшими впавшими глазами. Заостренные черты лиц и иссохшая кожа делали их похожими на оживших скелетов. Впечатление только усугублялось хриплым свистящим дыханием.

Каддэя поднесла ладонь с огнем к ближайшему человеку, высвечивая сверкающий всеми цветами радуги нос и губы.

— Пыльцу фей смешивают с табаком и дают рабочим или солдатам, чтобы им веселее служилось. В небольших количествах она не опасна. Этот же давно нюхает чистую, с ним можно делать что угодно. — Хетем потушила пламя. Белое лицо каддэи выделялось в темноте, делая ее похожей на призрака. Вылазка по грязным переулкам никак не повредила чистоте одежды. — Наверное, в прошлой жизни служил империи или занимал высокое положение. Днем побирается, ночи проводит здесь. Таких оставляют жить в назидание другим.

— Их можно исцелить? — Юноша чувствовал себя жутко неуютно. Пожалуй, хуже ему приходилось только в больнице.

— Не знаю. Я еще ни разу не видела человека, оказавшегося сильнее пыльцы. — Хетем быстро посмотрела в глаза Артура. — Как видишь, иногда смерть милосерднее жизни.

— Все равно, в огне пострадали бы невинные. Обычные люди, дети… — Приручитель замолк, столь сильна была фальшь собственных слов. Он только что убил больше десяти человек и ничего не чувствовал по этому поводу. Ни малейшей капли раскаяния.

На границе сознания его кольнула мысль о неправильности происходящего. Он должен был чувствовать хоть что-то, но все эмоции будто спрятались за стеной.

— Не знаю, в каком мире ты жил, но у нас существует лишь один непреложный закон. — Хетем вернула внимание Артура к себе. — Сильные пожирают слабых. Не можешь защитить себя — не заслуживаешь жить.

Они простояли в тишине, следя за дергаными движениями живых мертвецов. Ничего больше не сказав, Артур первым вышел в коридор и вернулся в отведенную им комнатушку. Из транса его вывело восклицание Хетем:

— Она ушла! — В помещении никого не было. Более того, кицунэ прихватила их сумку.

— Рвем когти. — Артур встряхнулся, в кризисных ситуациях его мозг соображал явно лучше, чем в покое. Заметив недоумение подруги, он поправился: — Бежим!

На фоне серого неба черные дома казались надгробиями. Света вполне хватало, чтобы различать дорогу. Перебегая открытые места, они приближались к заветной платформе. На улицах не было ни одного головореза Якуба, только понурые мужчины и женщины толпой брели на работу. С въевшейся в кожу сажей, облаченные в настоящие лохмотья, они не обращали никакого внимания на белобрысого юношу и девушку в белом платье.

В зале ожидания собралась небольшая толпа пассажиров в шляпах с полями и в длинных плащах. Хетем и Артур спрятались за закрытой будкой билетера. Юноша вытащил из кармана чудом уцелевший билет, с облегчением пробежавшись взглядом по слегка расплывшихся строчкам.

— Твой у тебя? — Еще вчера каддэя забрала свой билет, не пожелав доверить его приручителю.

— Разумеется, — с достоинством ответила Хетем. — Держу в самом безопасном месте.

Артур не успел поинтересоваться, где же именно, как их внимание привлек свист гудка. Паровоз с облупившимся двуглавым орлом на носу медленно приближался к вокзалу. Юноша обреченно смотрел на вагоны третьего класса — в форме открытых телег без стен и крыши. Если пойдет дождь, беды не миновать.

— Фух, пронесло. — Мощный прилив облегчения едва не сбил его с задрожавших ног.

— Я не был бы так уверен, — раздался из ниоткуда насмешливый голос.

Дверь будки билетера резко распахнулась. Выскочившие из нее несколько человек нацелили на Артура и Хетем массивные револьверы. Еще больше их товарищей бежали из зала ожидания. Настоящих пассажиров оказалось всего четверо, и они старательно отводили взгляд от окруженной парочки.

Руки приручителя и его каддэи объяло пламя. Они встали спиной к спине, понимая друг друга без слов.

«Вот он, отличный способ усилить связь, нужно всего-то оказаться перед лицом неминуемой гибели», — с горечью подумал юноша.

— Не стоит горячиться, молодые люди. — Обладатель насмешливого голоса появился прямо из воздуха. Он отличался от своих подручных в одинаковых плащах. Мужчина носил серый костюм тройку с шляпой-котелком и опирался на трость. Из-за длинных усов с завитушками его можно было бы принять за английского джентльмена, если бы не уродливый шрам, прошедший через всю левую щеку и побелевший глаз. — На сегодня в моем городе достаточно смертей.

Рядом с мужчиной в костюме стояла знакомая кицунэ в кимоно. По распадающимся нитям вокруг ее ладоней Артур понял, что именно она сделала человека невидимым.

— Якуб, полагаю? — Приручитель не смотрел на обзаведшуюся ошейником потупившуюся каддэю из борделя, куда больше его волновал ее новый хозяин. То, что их не пристрелили сразу, внушало надежду. Артур не был уверен, смогут ли они с Хетем сжечь все пули или переродиться в огне. — Что тебе нужно?

— О, все просто. — Он подкрутил левый ус, прикрывая шрам. — Вы просто отработаете причиненный мне ущерб.

Приручитель и его каддэя все же сумели сесть в пассажирский поезд, правда, на сутки позже, с недружелюбными сопровождающими и новыми украшениями. Лидер назревающего восстания не поверил пленным на слово и отправил с ними троицу волколаков и столько же хуманов-стрелков. А во избежание внезапного самовозгорания охранников на Артура и Хетем надели ошейники, блокирующие силы каддэев.

— Ограбить имперский банк?! Он с ума сошел! — со времени озвученного ультиматума Якуба прошли сутки, но девушка никак не могла успокоиться. Она то и дело возвращалась к болезненной теме.

— Будто у нас был выбор. — Артур безуспешно пытался устроиться поудобнее на деревянной лавке. Хорошо хоть, «наниматель» расщедрился на отдельное купе.

Вообще, Якуб держался подчеркнуто вежливо, будто гибель двадцати подручных являлась мелким пустяком вроде отдавленной ноги. Да и задание из его уст звучало проще простого — подумаешь, съездить в Мозырь, спланировать и провернуть ограбление века. Мужчина искренне заверил, что с них снимут ошейники перед началом дела, а дальше сила великого приручителя все сделает сама.

— За всю жизнь я ни разу не опускалась до… кражи! — Последнее слово каддэя выплюнула с явным презрением.

— Давай лучше подумаем, как нам остаться в живых. — Артур подозревал, что цель выбрана неспроста. Якуб выигрывал при всех исходах — он или получит гору золота, или горе-грабителей пристрелят городовые. А если нет, то в револьверы «своих» разбойников наверняка заряжены пули с именами пленных.

Хетем прикусила губу и отвернулась. Как и ее спутник, она понятия не имела, что делать дальше. Артур тяжело вздохнул, меланхолично глядя в окно. Смотреть на проплывающую мимо зеленую стену леса было приятно, но это никак не помогало делу.

После коротких переговоров у Якуба, больше напоминающих монолог, их отвели в тот самый каменный дом с дверью, покормили тушеным мясом и продержали в отдельной комнате до следующего рассвета. Юноша оправился и чувствовал в себе силы на завоевание мира. Если бы еще не этот дурацкий ошейник…

— Кстати, я все забываю спросить… — Артур решил для разнообразия сменить тему. — Ты ведь пыталась меня спасти? Тогда, в борделе.

— Допустим. И что? — Она оторвалась от созерцания лесных просторов Российской империи и вежливо приподняла бровь. Каддэя по-прежнему соблюдала договор и вела себя подчеркнуто отстраненно и сдержанно. Артур не мог понять, нравится ли ему «новая» Хетем: с одной стороны, так явно было комфортнее, с другой… К «старой» он уже успел привыкнуть, и она была куда более искренней.

— Зачем? Ты ведь могла дать ему меня убить и вернуть силу. — Артур ощутил резкий всплеск тревоги и нарастающую панику. Сразу возникла мысль, что зря он затеял этот разговор, пока не пришло осознание: это были чувства Хетем.

— Существуют легенды… Если приручители умирают, их каддэи лишаются сил и превращаются в смертных или животных. — Хетем вздрогнула, вообразив столь страшную участь. — Не хотела рисковать.

— Наша связь истончилась. Тебе хватило бы одного рывка, чтобы обрести свободу. — Артуру не нравились недомолвки. — Мне кажется, причина в другом.

Хетем потерла пальцами друг о друга, не спеша отвечать. Наконец, решившись, она посмотрела Артуру прямо в глаза и открыла рот:

— Я… — Каддэю прервала резко распахнувшаяся дверь купе.

— Не помешаю? — На пороге стояла эффектная женщина в строгом черном пальто. Высокая и статная, с покровительственным взглядом и легкой усмешкой ярких алых губ, она казалась настоящей богиней.

— Вообще-то, да. — Хетем резко насупилась, нацепив маску ледяного высокомерия и пламенного превосходства. Каддэя резко встала, скрестив руки на упругой груди. — Уходи.

— Ты не в том положении, Лучезарная, чтобы отдавать мне приказы. — Насмешливый тон заставил Хетем густо покраснеть. — Будь хорошей девочкой, сядь и помолчи, пока взрослые разговаривают.

— Да как ты… — Каддэя внезапно замолкла, села и отвернулась к окну. Между девушками проскочила незримая волна силы.

— Вот так. — Незнакомка села напротив Артура. Взгляд ее сияющих розовых глаз гипнотизировал, левая рука легла на скрываемый под плащом предмет.

— Кто вы, прекрасная леди? — Юноша расплылся в глупой улыбке, напряжение в штанах действовало хуже любой пытки. Он был готов пойти на что угодно, лишь бы незнакомка даровала ему свою благосклонность. Полцарства за хотя бы один поцелуй…

За воротник Артуру будто высыпали пригоршню снега. Точь-в-точь как в детстве, дворовые мальчишки обожали обстреливать коляску снежками. Приручитель встряхнулся, сбрасывая наваждение.

— Силен. Очень хорошо. — Она расслабленно откинулась на лавку, элегантно закинув ногу за ногу. Глаза женщины медленно наливались желтым. — Я каддэя, кицунэ, если быть точнее. Как та бедняжка, которой ты отказал в Искоростене, только гораздо, гораздо старше и сильнее.

— И как тебя зовут? — Артуру все меньше нравилась гостья.

— У меня сотни имен, истинное выговорить невозможно, так что лучше придумай сам. Куда важнее, зачем я здесь. — Она извлекла курительную трубку странной формы с двумя разноразмерными чашами. Покачав ее на указательном пальце и достигнув идеального равновесия, кицунэ продолжила: — Во всем должен соблюдаться баланс.

— Хорошо, я буду звать тебя Ари. А теперь дай угадаю — мое появление нарушило сложившийся порядок, и ты пришла покарать меня? — саркастично спросил Артур.

— Наоборот, я собираюсь помочь тебе восстановить его, подчиняющий. — В обеих чашах трубки вспыхнули черный и белый огоньки. — Мы заключим договор. Если пройдешь испытание и пообещаешь исполнить одно желание, взамен ты получишь мои знания, силу и выдающиеся способности.

— Хочешь создать связь? — Несмотря на незримую поддержку Хетем, он с трудом сопротивлялся любовным чарам опытной кицунэ. Напряжение в штанах только возрастало, лишая возможности ясно мыслить.

— Я буду полностью к твоим услугам. — Кицунэ подалась вперед и наклонилась. Ее жаркое дыхание обжигало кожу, а демонстративно приоткрытое декольте притягивало взгляд, как пламя свечи манит мотылька. — Любые пожелания.

— А если не пройду? — выдавил он вопрос, подсказанный Хетем. Феникс по-прежнему смотрела в окно, помогая Артуру вытеснять вторжение.

— Тогда я останусь с Якубом. — Она медленно отстранилась и повернулась к двери, спрятав трубку. — До твоего появления он был моим лучшим вариантом.

— Он тоже приручитель? — Артур не смог сдержать вздох облегчения. Юноша не видел лица черноволосой каддэи, но готов был поклясться, что на нем играет снисходительная улыбка.

— Разумеется, нет. Именно поэтому я здесь. Сможешь ограбить банк и оставить добычу себе, и я вся твоя. Докажи свою силу. — Она послала воздушный поцелуй и хихикнула. Стороживший дверь волколак вытянулся в струнку, провожая каддэю преданным щенячьим взглядом.

«Будь у него хвост, точно завилял бы», — ехидно подумал Артур.

— Фух… — Хетем вытерла выступивший пот, встревоженно посмотрев на юношу. — Ты в порядке?

— Более-менее. —Тот выдохнул и обессиленно сполз на пол. С исчезновением мощного ментального давления наступило такое облегчение, что деревянная скамья теперь казалась пуховой периной. — Спасибо, который раз меня спасаешь. Кстати, зачем?

— О чем ты? — Брови рыжей девушки медленно поползли вверх.

— Я уже спрашивал. Сейчас ты помогла мне противостоять этой лисе, тогда в борделе — пытаясь убить волколака. — По наитию он добавил в голос силы, окутывая ею девушку. — Скажи честно, зачем тебе все это?

— Как я уже говорила, есть легенда, которая делает твою смерть крайне невыгодной для меня. К тому же ты мне... — Хетем осеклась, гневно сверкнула зеленью глаз и сжала кулачки. — Не смей так больше делать! Никогда! Я тебе не игрушка!

Размеренность из голоса девушки пропала, уступив место гневу и обиде.

Как Артур ни извинялся, как он ни убеждал, что все произошло случайно, Хетем отказывалась в это верить. Весь остаток пути до Мозыря они провели в гнетущей тишине. Едва паровоз замедлил ход, а вагоны сотряс последний толчок, каддэя первой покинула купе, подчеркнуто подчеркнуто игнорируя юношу.

«Надеюсь, отойдет, а то нам точно конец», — Артур тяжело вздохнул и вышел следом за каддэей, гадая, что ожидает их за пределами поезда.

***

Вокзал встречал Артура суетой и причудливой смесью запахов раскаленного железа, старого дерева и протухшей рыбы. Мимо пробегали носильщики с тележками, полными чемоданов и мешков, спешили опаздывающие пассажиры, целеустремленно чеканили шаг городовые и служащие.

А еще Артур вернулся в привычную шкуру изгоя. Люди сторонились хмурых волколаков и каддэев в ошейниках, вокруг группы возник пузырь отчуждения. Кицунэ в пальто не обращала на хуманов никакого внимания, со скучающим видом шагая к выстроившимся у выхода омнибусам.

Угрюмые извозчики в одинаковых шляпах и густыми бородами живо напомнили юноше про кучкующихся у вокзалов таксистов из его мира — такие же презрительные взгляды и выпирающие животы. Из группы вышел мужчина лет пятидесяти и обратился к самому высокому волколаку, игнорируя кицунэ, удивленно приподнявшую бровь.

— Куда вам, господин?

— Это не слишком вежливо по отношению к даме, — заметил Артур.

— Тебя спросить забыл, малец, — отрезал мужик. — Чай, не дворянский сынок.

— Уважаемый, где же ваши манеры. — Кицунэ мягко улыбнулась, успокаивая зарычавшего волколака, и встала перед наглым извозчиком. На мгновение ее глаза вспыхнули розовым, заставив человека расплыться в глупой улыбке. — К счастью, я отличный учитель! Сегодня вы работаете бесплатно. Кажется, вам принадлежит та скучная карета, но мы поедем вон на том прелестном омнибусе. Правьте в гостиницу, что у имперского банка, и поскорее.

— Да, госпожа. Разумеется, госпожа. — Из уголка губ человека потекла тонкая ниточка слюны.

Артур успел заметить, как мужчина передал толстый кошель изумленному хозяину выбранного омнибуса. Еще бы, в нем легко мог поместиться целый взвод. Деревянный корпус украшали позолота и вензеля, а мягкость диванов вернула юноше веру в человечество.

Извочик успел галантно распахнуть дверь перед лисицей и бодро вскочил на козлы. Четверка черных как ночь лошадей бодро понесла их к пункту назначения, но внутри не ощущалось ни движения, ни качки..

«Вычеркиваем рессоры из списка возможных изобретений».

Мозырь разительно отличался от Искоростеня. Кицунэ любезно рассказала, что город процветал за счет удачного расположения на реке и развитой промышленности. Богатые купцы основали несколько мануфактур, впоследствие ставших заводами. Если Искоростень кое-как жил за счет производства патронов и добычи угля, то Мозырь мог похвастаться фарфором, кирпичами, мебелью и рыбой.

В городе преобладали двух- и трехэтажные дома. Прибывший из мира серых, невзрачных панелек Артур безумно радовался буйству красок: алые и бордовые кирпичи, зеленые древесные кроны, пряничные особняки обеспеченных горожан.

Покинув омнибус, юноша не поверил своим глазам. Имперский банк ничем не отличался от других домов — трехэтажный, из обычного кирпича. Ни тебе огромной лестницы, ни подпирающих крышу статуй. То, что это здание является банком, выдавали бронзовый щит с гербовым орлом, висящий под козырьком крыши, да двое вооруженных винтовками солдат, стоящих по обе стороны от входа.

Сильные мира сего не любили выставлять место, где хранятся их богатства, напоказ.

Гостиница «Континент», напротив, старалась выделиться как можно сильнее. Пятиэтажное белое здание опоясывали мраморные колонны. Красная ковровая дорожка начиналась уже на крыльце и мягко пружинила под сапогами, а чопорный швейцар в ливрее услужливо распахнул дверь, и бровью не поведя перед странной компанией.

Ари не мелочилась, сняв три «королевских номера с хорошим видом» за горсть серебряных монет. Артур и глазом моргнуть не успел, как их с Хетем с бесконечными поклонами проводили в выданные апартаменты.

— Развлекайтесь, позже встретимся за ужином. Завтра у нас тяжелый день, — кицунэ подмигнула Артуру и скрылась за дверью прежде, чем тот успел ей что-то ответить.

— Не вижу ничего королевского, — разочарованно буркнул под нос приручитель, осматривая номер.

Может, для этого мира ковер, кровать с балдахином и неудобная мебель с фигурными ручками и были верхом роскоши, но видавший всякое в родном мире Артур не дал бы номеру выше трех звезд. Особенно остро ему не хватало бара, холодильника и телефона для вызова прислуги. Впрочем, найденная в шкафу серебряная посуда и выточенная из мрамора ванная сгладили первое впечатление.

— Что будем делать?

— Я моюсь первая. — Хетем опустила руку в мгновенно вскипевшую воду и красноречиво посмотрела на Артура. — Не вздумай подглядывать.

— Больно надо… — Он тяжело вздохнул, представив девушку без одежды. Белое платье нисколько не скрывало изящной гибкой фигуры с упругой грудью, а как прекрасно сияют ее изумрудные глаза, обрамленные густыми рыжими ресницами…

Ставшее привычным напряжение снизу вернулось, призывая присоединиться к девушке. Вдруг это все заигрывания? Стоило рискнуть!

«Так, нужно собраться. Завтра важное дело. К тому же я ей наверняка противен…» — Последняя мысль выдалась особенно горькой.

До выхода из ванны Хетем Артур стоял у окна, рассматривая имперский банк. Ничего умного в голову так и не пришло. Стараясь не смотреть на завернувшуюся в полотенце девушку, он прошмыгнул в заполненное паром помещение.

Душистая горячая вода вернула юноше хорошее настроение. Она не остывала благодаря капле силы лучезарной каддэи, а разнообразие шампуней, парфюмов и душистой соли поражало воображение. Вдоволь наигравшись с ваянием из мыльной пены лопающихся фигурок, он неохотно покинул ванную спустя несколько часов, обмотав бедра полотенцем.

— Не может быть! — воскликнула каддэя.

— Ты же видела меня голым. — Артур непонимающе уставился на изумленную Хетем.

— Где твой ошейник? — пораженно прошептала она с восхищением и гневом.

— Эм… — Юноша только сейчас вспомнил, что мешающаяся железка так и осталась висеть на спинке стула. — Там оставил. Сейчас принесу.

— Издеваешься?! — мгновенно завелась девушка. — Как ты его снял? Это ведь невозможно без ключа!

— Да как-то само собой получилось. — Против всяких законов логики он почувствовал себя виноватым. — Хочешь твой сниму?

— Ты это просто нечто. — Хетем отвернулась, прячась за копной рыжих волос. — Не нужно, и верни свой. Потом, в удачный момент для бегства.

— Я не собираюсь бежать. — Артур сел на свою кровать, вытирая волосы мягчайшим полотенцем в своей жизни. «Королевский номер» на глазах набирал очки. — По крайней мере, пока не выслушаю их план по ограблению.

Каддэю перекосило от злости. Она смяла покрывало, бросив резко:

— Что, хочешь впечатлить эту ходячую древность? Меня тебя уже недостаточно?! — В уголках глаз заблестели предательские слезы. — Купился на такую банальность! Все вы, мужчины, одинаковые!

Артур растерянно замер, не зная, как реагировать. То ли крепко обнять девушку, то ли стукнуть кулаком по столу, да погромче. Вспомнив древнюю мудрость «всегда оставаться собой», он спокойно произнес:

— Дело совершенно не в этом. Хотя, чего скрывать, у меня и на нее планы имеются. — Артур старался говорить тихо и вкрадчиво, чтобы Хетем приходилось напрягать слух. Таким нехитрым образом девушка затихла, сердито наморщив носик. — Если помнишь, моя цель — могущество и власть. Как я понимаю, первое обеспечат сильные каддэи вроде вас с Ари, а вот со вторым мне очень даже поможет золото.

— Хочешь ограбить банк и забрать все себе? — Девушке не слишком понравился замысел юноши. — Это ведь кража.

— Хетем, мы на войне. Одни против целого мира. — Он и не заметил, как назвал ее по имени. — Ставки слишком высоки, чтобы ограничивать себя моралью. Уверен, мои противники не будут этого делать, так что поверь — ради победы я пойду на что угодно. Цена поражения слишком высока.

Из-за запикавшего на грани слуха кардиомонитора его мгновенно прошиб холодный пот.

— Достойная речь и достойная цель. — Каддэя задумчиво прикусила губу. — Не кража. Мы просто заберем свое по праву сильного.

— Так ты мне поможешь? — У него вырвался вздох облегчения, когда девушка сменила гнев на милость.

— Разумеется. Без меня ты бы умер еще на том хуторе. — Она окинула его покровительственным взглядом, задержавшись на обмотанных полотенцем бедрах. Уединенная ванная помогла сбросить ему напряжение… несколько раз. — Надеюсь, ты придумал хороший план?

— Нет, — честно признался юноша. — Будем действовать по обстоятельствам.

Обеденный зал гостиницы напомнил Артуру помещение английского клуба из любимого сериала. Глубокие кожаные кресла, маленькие круглые столики и спокойная деревянная палитра. Импозантные джентльмены в смокингах курили толстые сигары, дамы в вечерних платьях и широких шляпках пили из хрустальных бокалов неправильных форм. Разговоров почти не было — большинство молча читали газеты или играли в шахматы.

«Я, блин, не в России, а в клубе “Диоген”», — подумал Артур.

Он чувствовал себя крайне неуютно, казалось, весь зал смотрит на него с осуждением. Юноша в простой одежде особенно выделялся на фоне царственной Хетем. К своему изящному белому платью каддэя добавила золотую диадему с крылатым скарабеем, отлично вписавшись в местное общество. А уж когда он увидел кицунэ…

Ари сменила пальто на полупрозрачное шелковое платье в восточном стиле. Убойное сочетание красного, золотого и черного будоражило воображение. Разделенный на три полосы шлейф подчеркивал невозможно красивые длинные ноги девушки, облаченные в плотные черные чулки до середины бедра. Короткая красная юбка, идущая от широкого пояса под грудью, прикрывала спереди ровно столько, чтобы окружающие могли лишь гадать, какого цвета на Ари белье. Обнаженные изящные плечи притягивали взгляд даже сильнее, чем приоткрытая грудь. Мягкие белые платформы неслышно скользили по ковру.

«Появись она в нашем мире, сразу завоевала бы титулы Мисс Вселенная, Галактика и прочие».

Кицунэ сопровождал самый крупный волколак. Ему явно было неуютно в смокинге не по размеру — ткань потрескивала, с трудом сдерживая рвущиеся наружу мускулы и сковывая движения.

— Рада, что вы смогли присоединиться к ужину. — Ари игриво улыбнулась метрдотелю, выбила им лучший столик в углу, не пуская в ход чары. Официанты угодливо разлили вино и поставили ширмы, пообещав принести фирменные блюда как можно скорее.

— И побольше, — важно добавил волколак. — Я ем много.

— Мне нужна новая одежда. — Артур слегка расслабился, перестав чувствовать чужие взгляды. — Неброская. Не люблю привлекать к себе внимание.

— Ради чего тогда жить? — Кицунэ лукаво улыбнулась, пригубив вино. — Ммм, отличный урожай. Угощайтесь, все за счет заведения.

Юноша сделал глоток и скривился: жуткая кислятина.

Атмосфера складывалась на редкость неуютной. Хетем с мрачной миной сверлила Ари взглядом, будто пыталась прожечь в ней дыру. Кицунэ подчеркнуто игнорировала феникса, дразня Артура, который в свою очередь все сильнее смущался из-за ее пошлых намеков и жестов. Почувствовав ее ступню у себя на коленке, он поспешно свел ноги, вызвав покровительственный смешок. Исчезнувшее было напряжение вернулось как ни в чем не бывало.

Обделенный вниманием кицунэ волколак не скрывал свою нарастающую ярость. По уши влюбленный в лисицу, он хотел закопать наглого выскочку живьем.

Принесенная еда слегка разрядила обстановку. Поблагодарив официанта, чем вогнал присутствующих в ступор, Артур поспешно схватился за приборы, благо, выбор фирменных блюд оказался более чем богатым. Орудовать деревянной ложкой оказалось непривычно, но юноша очень старался.

Сладковатое жаркое в горшочках с овощами таяло на языке. Насыщенная гречка с жареным луком, мясом и морковью на порядок превосходила жидкую кашу на воде, подаваемую в больничной столовой. Пышные блины с черной и красной икрой радовали идеальным балансом сладости и солености. На клюквенный пирог почти не осталось места, но Артур очень постарался съесть хотя бы кусочек. Сыто отдуваясь, он откинулся на спинку кресла, неспешно наслаждаясь крепким черным чаем с четырьмя ложками сахара.

— Спасибо, очень вкусно. — Он прикрыл глаза, отважно сражаясь с навалившейся сонливостью. Сейчас бы поспать часов десять…

— Рада, что тебе понравилось. — Ари смотрела на Артура с таким удовольствием, будто была заботливой бабушкой, а он идеальным внуком. Сама кицунэ почти не прикоснулась к еде, съев всего несколько блинов и небольшую куропатку.

— Такого не прокормишь, — отпустила реплику Хетем, съевшая ничуть не меньше Артура.

— Ты сюда не жрать пришел, — впервые подал голос волколак, в одиночку прикончивший несколько пирогов с мясом. — Завтра отработаешь пайку по полной.

Сон как рукой сняло, а хорошее настроение исчезло быстрее нищего при виде городовых.

— Удиви меня — какой у вас план? — Артур очень старался, чтобы его голос не дрожал. Он посмотрел удивленному волколаку прямо в глаза. — Просто зайти туда и забрать золото?

— В основном, там хранятся ассигнации. — Взгляд Ари превратился в оценивающий. На голове кицунэ появились заостренные ушки, заинтересованно подрагивающие при каждом слове. — Мы точно знаем, что в банке собралась внушительная сумма немецких марок. Завтра вечером ее отправят прямиком в Петербург. Лучшей возможности не будет.

— Что известно про охрану? — Артур чувствовал себя как в игре про ограбления. Разработка плана, реализация, богатство. Вот только в случае неудачи вернуться на контрольную точку не получится.

— Помимо охраны самого банка? — Кицунэ перешла на деловой тон. — Сегодня для сопровождения прибыл императорский стрелковый взвод с унтер-офицером. Обычно к ним приставляют каддэя, чаще всего зверину или низшего элементала. Вряд ли мы встретимся с хуманским магом, дворянам не с руки снисходить до таких мелочей.

— И вы хотите, чтобы мы просто вошли туда и устроили пожар? — Приручителю удалось идеально скопировать покровительственный тон черноволосой каддэи. — А потом убегали от всего города? И записали империю себе во враги? Так не пойдет.

— У тебя нет выбора. — Волколак угрожающе навис над человеком. — Не хочешь сдохнуть завтра во славу нашего дела, могу прибить прямо сейчас.

Артур разом ощутил эмоции всех троих: каддэев за столом — любопытство Ари, ярость и ненависть волколака и жалость Хетем. Последнее разозлило приручителя больше всего. Скопившаяся в приручителе злость переполнила итак небольшую чашу терпения.

Глаза юноши вспыхнули белым. С каменным лицом он подчеркнуто медленно расстегнул на себе ошейник и протянул его волколаку. Тот дрожащей рукой взялся за обруч и нацепил его на себя с перекошенной мордой. Как оборотень ни пытался сопротивляться, приручитель контролировал каждое его движение.

— Посиди, пока взрослые разговаривают. — Артур повернулся к Ари. На лице кицунэ появилась легкая озабоченность, но она не предпринимала никаких действий. — Что же до твоего предложения, мой ответ — нет. Я не собираюсь быть собачкой на побегушках. Хочешь объединиться? Только на моих условиях.

— Ты ничего не забыл? — Хетем пнула юношу под столом, сбив ему концентрацию.

— Ой, прости. — Он с сожалением чувствовал, как вместе со злостью уходит сила подчиняющего. Тем не менее расстегнуть ошейник девушки ему вполне удалось.

— Впечатляет. — Кицунэ отслалютовала приручителю бокалом и одним глотком выпила плескавшееся в нем вино. — Какие у тебя условия?

— Не пытайся мной манипулировать или управлять. Все решения принимаю я. — Артур скрестил руки на груди, отодвинувшись подальше. Не хватало еще, чтобы шаловливая ножка кицунэ вновь сбила его с мыслей. — Разумеется, ты можешь выражать мнение и несогласие, и мне точно понадобятся твои советы и знания. Если возникнут критические противоречия, расходимся. Только сначала мне нужно понять, как порвать связь.

— Ты предлагаешь заключить договор? Хорошо. Я люблю договоры. — Она подалась вперед, склонившись над столом и разом перечеркнув все попытки юноши отстраниться. — Скажи мне, чего ты желаешь? Какая твоя цель, подчиняющий?

— Выжить, для чего мне понадобится как можно больше власти и силы. Победить всех врагов. Сделать так, чтобы больше никто не мог мне приказывать. — Артур глубоко вдохнул, следующие слова казались ему абсурдными: — Я планировал начать с престола Российской империи.

Против ожиданий Ари не рассмеялась. Наоборот, кицунэ ликовала.

— Мммм, большие амбиции, так… возбуждающе. Как я и говорила, у меня есть условие. То, что я хочу получить в обмен на себя. — Ари поставила локоть на стол, протянув Артуру открытую ладонь. — Ты возродишь нашу древнюю империю. Каддэи перестанут быть изгоями и получат безопасное прибежище. Возможность заниматься любимыми делами, создавать семьи и жить без страха.

— Ты что, любительница древних сказок? — удивленно поинтересовалась Хетем. — Артур, она ненормальная, не нужно с ней договариваться. Просто уедем в Петербург, как и планировали.

— Я всегда исполняю заключенные договора. — Кицунэ ни капли не смутилась перед нападками Хетем. — Поверь, мне есть что предложить твоему хозяину.

— Он мне не хозяин! — мгновенно вспыхнула каддэя. — Наша связь временная!

— Отлично, значит, место любимой жены свободно! — Она еще сильнее придвинулась к Артуру, позволяя ему ощутить идущий от разгоряченного тела жар и аромат изысканных духов, смешанных с пряным потом. — Что скажешь? Станешь моим хозяином?

— А как же Якуб? — Неопытный юноша едва не поддался женским чарам. К счастью, привитая дражайшими родственниками подозрительность вовремя дала о себе знать. — Он ведь твой союзник? Разве это не нарушение договора?

— Мы не заключали с ним никаких контрактов. Я просто позволяла ему думать, что это он управляет мной, а не я им. — Ари захихикала, прикрыв рот ладонью. — Это ведь была моя идея привлечь волколаков к восстанию, иначе он бы до сих пор грабил на дорогах почтовые экипажи. Неважно, как бы называлась наша империя — польской, российской или вообще мадагаскарской.

— Сейчас у него все неплохо. — Разговоры о другом мужчине помогли Артуру успокоиться. — Деревни, город, сила. Зачем тебе оборванец вроде меня?

— Ты — подчиняющий. В тебе таится потенциал, о котором ты даже не подозреваешь. И я именно та, кто поможет его раскрыть. — Глаза кицунэ не менялись, она прекрасно понимала, что любая ее попытка применить очарование или провернуть иной трюк будет пресечена максимально жестко. — Я готова доверить тебе все, что имею, включая саму себя, в обмен на исполнение давней мечты. Ты готов заключить договор?

Как и в прошлый раз в подобной ситуации, Артур посмотрел на Хетем. Рыжая девушка явно колебалась. Если прошлая кицунэ была слишком слабой, то эта, наоборот, казалась слишком сильной. Еще чего доброго отобьет его у нее. Стоп, а зачем он ей вообще нужен! Она ведь уйдет, как только вернет свою силу!

«Она могущественна, умна, опытна, харизматична и верна. Из нее выйдет идеальная слуга. А еще очень… красивая наложница», — неохотно отозвалась феникс.

Артур сглотнул ком в горле. Он точно знал, что Ари не применяла никаких чар, просто бушующие в молодом организме гормоны в очередной раз решили напомнить юноше о необходимости купить штаны попросторнее.

— Хорошо, договорились. Я создам для каддэев безопасное место. Не обещаю империю, но буду очень стараться.

Артур уперся локтем в стол и взял Ари за ладонь. В следующий миг кицунэ резко подалась вперед, слившись с приручителем в жарком поцелуе. Сердце человека часто билось, будто пытаясь сломать ребра и выпрыгнуть из груди. Глаза обоих вспыхнули белым, символизируя возникшую связь.

— Очень хорошо, договор заключен. — Ари вернулась на свое место и извлекла трубку. — Какие будут приказы, хозяин?

«Почему мне так нравится, как это звучит?»

— Ему можно верить? — Артур указал на трясущегося от злости волколака. На бледном лице не осталось ни кровинки.

— Да, и остальным нашим. А вот за людей не поручусь, они подозрительны и верны Якубу. — Каддэя преданно посмотрела приручителю в глаза. — Избавиться от них, хозяин?

— Обезоружьте и свяжите. Пусть передадут послание своему вожаку. — Артур тяжело вздохнул. В новом мире выживали сильнейшие, но он все еще не мог убивать просто так. Явный недочет, над которым еще следовало поработать. — А пока обсудим, как именно мы будем грабить банк. Для построения империи деньги мне совсем не помешают.

— Тебе идет. — Хетем стояла у своего зеркала, завязывая пояс плаща. К рассвету в номер доставили свертки с новой неброской одеждой — Ари с завидным рвением исполнила первый приказ нового хозяина. — Что?

— Ничего, спасибо. — Артур поспешно отвернулся, пытаясь скрыть изумление. Девушка молчала почти сутки с момента заключения договора, не вмешиваясь в обсуждение и подготовку ограбления. А теперь она заговорила как ни в чем ни бывало, да еще и сделала ему комплимент!

Впрочем, она была права. Подобранный кицунэ наряд идеально подходил новой внешности Артура. Темно-синий камзол с двойным рядом пуговиц, соединенных золотыми нитями, шикарно смотрелся с растрепанными светлыми волосами. Широкий красный пояс придавал образу ярких красок, облегающие серые штаны были удобнее джинсов, а новые сапоги сидели на ноге как влитые. Из отражения второго зеркала на него смотрел не побитый жизнью паренек, а уверенный в себе молодой человек.

«Как много для людей все же значит одежда. Вроде бы просто переоделся, а уже появились силы завоевывать мир».

— Вам нравится, хозяин? — Ари неслышно встала позади, приглаживая плечи и сметая невидимую соринку.

Удивительно, но их связь с кицунэ ничего не изменила. Он не слышал ее мыслей и не получил никаких способностей. Лисица цветущих островов прекрасно ограждала себя от хозяина, а он не настаивал. До поры.

— Да, спасибо. — Мысли Артура снова пошли не в том направлении. Сложно думать о деле, когда в твою спину вжимается упругая женская грудь, а шею обжигает страстное дыхание. — Что насчет других поручений?

— Люди Якуба обезврежены, как и его соглядатай в городе. — Кицунэ чуть отодвинулась. — Я сняла со своего банковского счета немного денег и заодно проверила охрану. Все как и предполагали — стрелковый взвод и каддэй-элементал. Вы наверняка справитесь, хозяин! Фениксы известны своей силой, а у меня всегда в запасе имеется несколько хитростей.

Ари бросила хитрый взгляд в сторону покрасневшей Хетем. В глазах кицунэ плясали чертики.

— Стараемся действовать тихо. Даже если мы их всех сожжем, деньги просто сгорят. — Артур глубоко вдохнул, настраиваясь на рабочий лад. Юноша не заметил, как потеплели его ладони. — Все готово?

— Да, хозяин. Вот наши билеты. — Кицунэ встала перед юношей и вложила в нагрудный карман плотный конверт. — Омнибус ожидает у входа.

— Тогда чего мы ждем? — Хетем прошла между ними, болезненно наступив на ногу Артура. Ари скользнула следом, подарив юноше многообещающий взгляд. И так, прихрамывая, он отправился навстречу своей судьбе.

Небо заволокло тучами, накрапывал мелкий дождь, настраивая на философский лад. Артур глубоко вдохнул, наслаждаясь влажной свежестью, прежде чем запрыгнуть на подножку. Он больше не испытывал эйфории от легкости движений. Всего за несколько дней самая желанная вещь в мире превратилась в обыденность.

Главный волколак недобро смотрел на приручителя, явно обещая стать большой проблемой. От нападения его сдерживала воля Ари, но Артур был уверен, что зверина попытается достать его за ее спиной кицунэ.

Разговаривать не хотелось, как и думать, поэтому юноша меланхолично любовался стекающими по стеклу каплями. Остальные тоже молчали, создавая гнетущую депрессивную атмосферу, поэтому здание вокзала Артур встретил с облегчением. Поддавшись наитию, он вышел первым и подал Хетем руку. Удивленная каддэя замешкалась, из-за чего ее опередила Ари. Благодарно улыбнувшись, она оперлась на приручителя, приобняв его и развернув к вокзалу.

— Поспешим, поезд скоро тронется. — На публике кицунэ не спешила называть Артура хозяином.

Казалось, гневное сопение Хетем можно было услышать на другой стороне улицы.

Внешне нужный им вагон ничем не отличался от остальных, но его с головой выдавал десяток солдат в форменных шинелях, что курили на перроне у середины поезда. Вихрастый юноша не старше самого Артура весело рассказывал о походе в кабак, поддерживаемый беззлобными смешками товарищей. Они не обратили на приручителя и волколаков никакого внимания, пожирая глазами Ари и Хетем. Строгие пальто не могли скрыть изящество фигур прекрасных каддэй.

Отряд прошел еще несколько вагонов, включая почтовый и ресторан, прежде чем занять места в купе первого класса. Едва Артур сел на мягкий диван, натужно засвистел гудок. Поезд мягко тронулся, перестук колес вернул его в давно забытое детство, когда они с мамой и бабушкой каждый год ездили в санаторий на оздоровление. Никакого постельного белья им не выдали, и юноша как мог боролся со сном, пока не плюнул и не лег прямо в одежде.

— Нам всем лучше отдохнуть. — Он улыбнулся задумчивой Хетем, сидевшей напротив. — Ночь предстоит долгая.

— Этот диван довольно маленький, хозяин, мы вместе не поместимся. — Ари нависла над Артуром, глаза кицунэ мягко сияли светло-голубым. Ее длинные черные волосы приятно щекотали кожу, а аромат апельсинов сводил с ума. — Не против, если я буду сверху?

— Н-нет, в смысле, — представив, что ему придется выслушивать от Хетем ближайшие лет сто, Артур с сожалением ответил: — Просто разбудите меня перед началом.

— Как прикажете, хозяин. — Послав приручителю воздушный поцелуй, черноволосая каддэя выскользнула из купе. За ней молча последовала рыжая.

— Что ты себе позволяешь? — По волосам Хетем пробежали огненные змейки. — Он ведь сказал не манипулировать им.

— Я не нарушаю договор. Легкий флирт никому не принесет вреда. — Кицунэ обворожительно улыбнулась. Отросший пушистый хвост мягко прошелся по ноге феникса. — Тебе-то что, Лучезарная? Ты ведь скоро помашешь ему ручкой и оставишь нас наедине.

Не дождавшись ответа, Ари лукаво подмигнула и зашла в соседнее купе. Через несколько мгновений в коридор вышел недовольный волколак, уступивший каддэе нагретое место. Хетем тихо вернулась назад, стараясь не потревожить сопевшего Артура. Она попыталась медитировать, но никак не могла сконцентрироваться. Довольное лицо приручителя одновременно успокаивало и раздражало каддэю.

Артур проснулся от нежного поцелуя. Не успел он протереть глаза, как шумно хлопнула дверь. Поезд все так же стучал колесами, но за окном развернулась глубокая ночь. Сквозь густую пелену облаков не проникало ни единого лучика света звезд и луны.

«Да уж, Ари наглеет, нужно поставить ее на место».

В полной темноте отыскав сапоги и нашарив камзол на столе, он вышел в коридор, отчаянно зевая. Кицунэ встретила приручителя мягкой улыбкой, волколаки мрачной решимостью, а Хетем подчеркнуто смотрела на свое отражение в окне.

— Все готовы? Пошли. — Артур покачал головой, чтобы вызвать хруст, как в кино, но слепленный демоном организм получился выше всяческих похвал.

Самый крупный волколак пошел первым, едва не впечатав Артура в стену. Приручитель чуть было не заставил его танцевать польку, но вовремя одумался — не следовало разбрасываться силой из-за пустяков.

Людей в вагоне третьего класса было как сельдей в бочке. Они теснились на жестких деревянных скамьях, среди перемешанных в спертом душном воздухе запахов человеческих тел, грязной одежды и тлеющего табака. Большинство пассажиров спали, другие вели неспешные беседы, не обращая внимания на господ, которым приспичило прогуляться. Первая проблема настигла грабителей в тамбуре.

Ресторан не работал по ночам, о чем сообщал огромный навесной замок.

— Кто-нибудь умеет взламывать? — без особой надежды поинтересовался Артур.

— Зачем, когда можно сломать. — Волколак взялся за замок, рубашка затрещала из-за вздувшихся мышц, расходясь по шву.

— Не вздумай! — Приручитель невольно применил силу, заставив каддэя замереть на месте. — Слишком шумно, я сам.

Отодвинув недовольного самца в сторону, Артур наставил указательный палец на дужку замка. Стоило только пожелать, как в нее ударила тонкая струя пламени. Металл быстро окрасился в оранжевый, на пол закапала расплавленная сталь. Несколько мгновений — и преграда пала, а сам юноша с трудом удержался от торжествующего «та-да!».

По вагону-ресторану они шли в полной тишине. Деревянные стулья сложили сиденьями на столы, и их ножки казались Артуру пиками на дне замкового рва. Чем ближе они подходили к цели, тем сильнее становилось его волнение.

Новая проблема обнаружилась в тамбуре почтового вагона. Солдат в распахнутой шинели неспешно поливал струей рельсы, во второй руке держа сигарету.

Волколак шагнул к служивому, занося ногу для пинка. Артур едва успел применить свою силу, останавливая зверя и одновременно попросив Хетем действовать. Каддэя недовольно закатила глаза, не одобряя излишнего миролюбия, но все же взяла прислоненную к стене винтовку и наставила дуло на изумленного солдата.

— Руки вверх! И штаны надень, проклятый дикарь! — По виду каддэи всем стало ясно, что, если бы струя не разминулась с ней, она бы точно нажала на спусковой крючок.

— Смилуйтесь, господа разбойники! — Солдат спешно натянул штаны. — Не губите!

— Не голоси. — Артур тяжело вздохнул. Как обычно, все шло не по плану. — Свяжите его и бросьте в ресторане.

Злой как тысяча чертей волколак не захотел заморачиваться с веревкой. Он схватил заверещавшего человека, приложил его головой о косяк и бросил обмякшее тело в вагон.

— Так быстрее. Жить будет. — Каддэй с вызовом оскалил удлиняющиеся зубы. — Еще раз остановишь меня, пожалеешь.

«С каждой секундой он становится все большей занозой. Надеюсь, его пристрелят».

Еще никогда желания Артура не исполнялись так быстро. Крупный волколак резко распахнул дверь, и в следующий миг темноту разорвала вспышка выстрела. Оборотень тупо уставился на расплывающееся на груди пятно, покачнулся и упал на спину.

— Тревога! Нападение! Тревога! — завопил откровенно гуляющий голос.

Артур неожиданно для себя оказался единственным в проходе — каддэи попрятались по сторонам, занимая все свободное пространство. Не желая оказаться следующей жертвой, приручитель действовал на инстинктах. Призывать пламя в набитом мешками и бумагой вагоне оказалось плохой идеей, поэтому он потянул за едва различимую нить, связывающую его с кицунэ.

Новая вспышка, грохот выстрела. Выпущенная пуля почти не двигалась, как в замедленной съемке преодолевая сгустившийся воздух.

А еще Артур успел заметить стрелка. Приручитель отправил в него невидимый снаряд, с удовлетворением услышав грохот врезавшегося в стену тела. Он точно знал, что враг больше не встанет.

— Как он? — Артур склонился над задыхающимся волколаком.

— Не жилец. — Ари хватило пары секунд, чтобы поставить неутешительный диагноз. Кицунэ смело вошла в почтовый вагон, волколаки последовали за ней.

— Бхе… Бхе… — Немыслимым усилием воли волколак приподнялся, прошептав прямо на ухо приручителю: — Берегхи ее…

— Обязательно. — С удивительным спокойствием он смотрел в глаза умирающего, пока в них не погасла искра жизни. С непроницаемым лицом Артур встал, взял за руку Хетем и вошел в почтовый вагон.

Стрелок умер сразу. Вихрастый белобрысый паренек, который травил байки на перроне, уставился в пустоту остекленевшим взглядом. Прикрыв ему глаза, Артур вопросительно посмотрел на кицунэ, застывшую у противоположной двери.

— Она заперта, хозяин. Полностью из стали. Нас ждут. — Словно в подтверждение ее слов из-за решетки высунулось дуло. Вспышка выстрела, и пуля просвистела мимо, врезавшись в мешок с письмами.

— Это ненадолго. — Артур не узнал собственный голос — столько в нем было ярости и злости.

Приручитель прикрыл глаза, концентрируясь на собственном гневе. По его плану, люди и каддэи не должны были погибнуть. Казалось, нет ничего проще — усилить способности кицунэ и очаровать весь взвод, чтобы они сами отдали ценный груз. Как заверила Ари, солдат бы не расстреляли, а любое наказание лучше смерти от огня или чего похуже. И вот теперь все покатилось к чертям…

Придерживаясь стены и не обращая внимания на новые выстрелы, приручитель приложил пылающую ладонь к двери. Металл мгновенно раскалился, проминаясь под рукой.

— Вы двое, на крышу! Встаньте с другого конца, чтобы они не смогли сбежать. — Артуру не пришлось добавлять в голос твердости. Волколаки послушно залезли в ведущий на крышу люк. Сверху раздался одинокий выстрел, сменившийся удаляющимся криком сброшенного с поезда человека.

Очередные выстрелы, пули вязли в воздухе и сгорали, не достигая приручителя и его каддэй. Прорезав достаточное отверстие, Артур смело шагнул внутрь. Он равнодушно смотрел на дымящиеся дула.

Деньги перевозили в самом обычном складском вагоне. Помимо огромного стального сейфа, всюду валялись ящики и мешки. В обычное время солдаты использовали их в качестве столов, лавок и постелей, однако теперь они служили баррикадами и укрытиями.

— Якуб Ковальски передает привет, господа. — Вспыхнувшие за спиной крылья ослепляли стрелков, не позволяли рассмотреть его лицо. — Отдайте то, что охраняете, и никто больше не пострадает. Польша будет свободной!

— Каддэй! Элементал! Жар-птица! Дракон! Ведун! — пронеслись среди солдат предательские шепотки. Стволы винтовок откровенно гуляли, никому не хотелось умирать ради чужих денег.

— Вы что, голыши, совсем страх потеряли? — смело прокричал офицер, прячась за спинами рядовых. — Все под трибунал пойдете! Двадцать лет каторги!

Отчего-то перспектива провести большую часть жизни за физическими упражнениями на свежем воздухе в хорошей компании не слишком обрадовала солдат. Винтовки перестали дрожать, хищно нацелившись на Артура.

За спиной приручителя развернулись полукругом девять черных хвостов, засиявших нестерпимым светом. Волна невидимой силы отклонила винтовочные стволы в разные стороны. Вразнобой зазвучали выстрелы, но пули только бестолку вгрызались в стенки вагонов.

Артур осознал себя лежащим на животе за каким-то ящиком. Ари с удобством устроилась на его пятой точке, осторожно выглядывая из-за края. Ослепленные солдаты усиленно терли глаза или пытались перезаряжать оружие.

— Хозяин, позвольте мне разобраться. — Дождавшись растерянного кивка, кицунэ игриво улыбнулась. Ее ладони вспыхнули белым, все тело на миг подернулось сверкающей дымкой. Крупная черная лисица со смеющимися глазами дернула носом и побежала прямо в толпу.

Ари в зверином облике лавировала между сапогами и ящиками. Нескольких солдат вспышка не задела, и парочка стрелков даже попыталась достать лису прикладами, но она неизменно ускользала. Достигнув первой цели — вцепившегося в револьвер офицера, кицунэ вновь раскинула свои наливающиеся светом хвосты.

Находясь за ящиком и смотря в совершенно другую сторону, Артур странным образом увидел, как за яркой вспышкой последовал розовый шлейф. Лицо офицера разгладилось, глаза покрылись туманом, по подбородку потекла ниточка слюны. Он наставил револьвер на успевшего отвернуться рядового и потянул за спусковой крючок.

Кицунэ очаровала еще нескольких солдат. Все позабыли про Артура и Хетем, в неразберихе стреляя во все стороны. Появление волколаков вкупе с леденящим душу воем усугубило ситуацию — лиса успела добежать до противоположной двери и срезать замок взмахом сложившихся в один хвостов. К выстрелам прибавились тяжелые удары волчьих кулаков, душераздирающие крики и хруст ломающихся костей.

— Не расслабляйся. — Хетем присела на корточки рядом с Артуром. Каддэя не применяла силу, чтобы ненароком не сжечь их цель. — Эти дети здесь для отвлечения. Настоящая опасность еще впереди.

Словно стремясь подчеркнуть правоту Лучезарной, мимо пронеслась дымящаяся туша волколака, застряв в проходе. Прожаренный тонкими электрическими нитями каддэй погиб еще в полете.

«А вот и элементал», — обыденно пронеслось в голове приручителя. В бою не оставалось времени эмоциям.

Всюду валялись бездыханные тела. Большинство солдат настигли или пули товарищей, или когти волколаков, самые умные притворялись мертвыми. Там же лежал второй волколак, сраженный случайным выстрелом.

Некоторые солдаты побросали оружие и залезли на груду мешков, безуспешно прикидываясь ветошью. Лишь один не бросил оружия, стоя рядом с товарищем.

Каддэй-элементал почти не отличался от человека — представителя иной расы выдавали глаза без зрачков, неестественно белые волосы и заостренные уши. Рукава шинели обуглились, открывая бегущие по коже электрические нити.

— Сдавайтесь! Мы здесь не за вами! — Артур решил попробовать бросок на дипломатию. — Просто отдайте груз, и вас не тронут!

— Я не настолько наивен, чтобы верить подчиняющему! Твоя вонь слышна за версту! — Выпущенная молния попала в ящик, за которым прятался Артур. Дерево мгновенно обуглилось и вспыхнуло, окатив юношу волной жара. — Тебе конец!

«Да уж, не задались переговоры». — Он несколько раз щелкнул пальцами, но заклинание кипящей крови не произвело на элементала никакого впечатления.

Ари вернулась в человеческий облик, оказавшись за его спиной. Кицунэ резким движением метнула в него сгусток энергии, однако он на невероятной скорости развернулся, пропуская снаряд мимо себя. Часть стены поезда растворилась, открывая подсвеченный звездами древний лес.

Ответ не заставил себя ждать — хоть Ари и успела принять на хвосты удар сдвоенной ветвящейся молнии, ее отшвырнуло в противоположный угол вагона. Подняв облако пыли, она с грохотом врезалась в мешки, на которых пытались спрятаться выжившие солдаты. Кицунэ вскрикнула и затихла, а спину Артура обожгло болью. Чувствуя, как ослабевает его связь с новой каддэей, приручитель мгновенно забыл о страхе. Кто-то угрожал его собстве… девушке!

«Хетем, постарайся сделать так, чтобы все здесь не сгорело к чертям».

— Эй, урод! — Артур смело вышел из укрытия, привлекая к себе внимание элементала. Огонь привычно объял его руки, при этом волшебным образом не трогая одежду. — Что ты там сказал про вонь?

— С радостью повторю, урод! — Каддэй не мелочился, одну за другой выпустив сразу три молнии. Приручитель принял их на сведенные вместе руки, образуя огненный щит. Не в силах добраться до цели, энергия с оглушительным треском стекала на пол. Мрачная Хетем втягивала в себя пламя, не давая обугленному дереву загореться.

— И это все? — Артур ответил взмахом выросшего вдоль руки пылающего крыла. На середине пути связка огненных перьев встретилась с шаровой молнией. Несмотря на усилия Хетем, попавшие под взрыв ящики и стена вагона тут же загорелись.

«Нужно кончать его как можно скорее».

Приручитель сомневался, что сможет подчинить элементала так же просто, как и волколаков. Каддэи явно стояли на разных ступенях силы. Он решил не рисковать и действовать наверняка.

Приняв на указанный Лучезарной барьер еще пару молний, Артур заставил пламя превратиться в нить и обвить руку. Несколько вращающих движений прямиком из вестернов, и вот огорошенного элементала обхватило огненное лассо. Каддэй бил молниями перед собой, не давая голодному пламени коснуться нежной плоти, но яркое кольцо постепенно сужалось.

Казалось, прошла целая вечность, хотя на самом деле не более десяти секунд, как решимость элементала треснула, уступив инстинкту самосохранения.

— Хватит, я сдаюсь! — в панике воскликнул он. — Пощади!

Артур собрался распустить лассо, как перед его глазами возникла очень яркая картинка — вот огонь опадает, и элементал бьет молниями прямо в него. Он не успевает защититься, сердце мгновенно разрывается, а душа попадает прямо в ад. Конец игры.

— Слишком поздно, — безжалостно отрезал приручитель, усиливая напор. Добравшись до одежды, ревущее пламя торжествующе охватило элементала, за несколько секунд оставив от него обугленный скелет.

«Хотя бы не мучился».

За всей этой дуэлью Артур совершенно позабыл про последнего не бросившего оружие солдата, что прятался за сейфом. Стоило приручителю побежать к Ари, как в его грудь уперся ружейный ствол.

— Умри, гад! — Сухой щелчок прозвучал громче раската грозы. Неудачливый стрелок забыл перезарядить оружие.

Из руки сам собой вырос огненный меч, легким движением отсекая растерянному солдату голову. Немногочисленные выжившие выставили перед собой руки, умоляя пощадить, и после недолгих колебаний Артур погасил пламя. Хватит с него смертей. К тому же они должны были помочь свалить вину на Якуба.

— Ты в порядке? — Он помог Ари подняться.

— Разумеется, хозяин, я могла убить его сразу, как увидела. — У кицунэ остался один хвост, которым она смущенно обвила ноги. Лисица опустила уши, слегка покраснев. — Прошу простить мне маленькую шалость. Я хотела подстегнуть ваше развитие.

— Так ты это… специально?! Подставила себя и притворилась раненой?! — Успокоившаяся было ярость вернулась в удвоенном размере. Она посмела манипулировать им!

— Да, хозяин, вы вправе разорвать наш договор. Надеюсь, вы проявите милость и выберите другую кару. Я готова понести любое наказание, — ответила она самым серьезным тоном. — Сейчас же, если позволите, я успокою других пассажиров. С минуты на минуту сюда прибудет начальник поезда.

— Действуй. — Артур неохотно признал ее правоту. Устраивать разборки посреди ограбления — не лучшая идея. Он выскажет все в безопасном месте.

Дальше приручитель и его каддэи действовали слаженно, как единый механизм. Поборов последние очаги пожара, Хетем принялась уничтожать улики.

Ари очаровала начальника поезда еще на подходе к вагону. Мило хлопая глазами, кицунэ заверила, что ему и достопочтенным пассажирам не о чем переживать, мальчики просто устроили тренировку по стрельбе. Обезоруженные выжившие солдаты энергично кивали, подтверждая слова каддэи. Артуру же досталось самое сложное задание — он снял с пояса убитого офицера ключ и вскрыл сейф.

Лисица не обманула — большая часть содержимого состояла из пачек плотной бумаги. Из интереса взглянув на одну из них, юноша увидел сложившего крылья черного орла, сжимающего в когтях шестеренку. Рейхсмарки Германской империи, ничего необычного.

С куда большим интересом он рассматривал горсть драгоценных камней, в основном изумрудов и сапфиров, горсть серебряных монет в нашейном кожаном кошельке и небольшой золотой слиток.

«Интересно, сколько здесь денег»

— Достаточно, чтобы вооружить небольшую армию, хозяин. — Ари тепло улыбнулась застывшему Артуру. — Не удивляйтесь, подобные ситуации усиливают связь. Теперь мы слышим друг друга так же, как вы с Хетем. С ней я тоже могу общаться.

— Радость-то какая… — Собственная голова все больше напоминала Артуру проходной двор.

По изначальному плану нести сумки с награбленным добром должны были волколаки, но вот незадача — они все умерли. Артур, впрочем, не сильно расстраивался, их тела только убедят имперских ищеек в причастности Якуба. Честно поделив ношу на троих (то бишь сдавшись под жалостливыми взглядами двух хрупких девушек и забрав себе большую часть), приручитель и его каддэи покинули поезд на ближайшем полустанке, растворившись в ночной темноте. По расчетам Ари, у них было достаточно времени, чтобы скрыться от погони.

***

— Говорила же, он справится. — Лилит возлежала на черном кожаном диване. Ей нравилось, как на его фоне смотрится ее прекрасное обнаженное алое тело.

— Слишком мягкий. — Люци не сиделось. Демон кружил по тронному залу, бросая недовольные взгляды на плазменную панель размером со стену. — Нерешительный. Слабый. До сих пор не отымел ни одну из них! Уникальный дар бесполезен при никчемных личных характеристиках. Почему ты выбрала его?

— Поверь, у него есть потенциал. — Она не обращала никакого внимания на метания хозяина, давно привыкла.

— Надеюсь, это никак не связано с твоей любовью к девственникам, — прорычал демон.

— Как ты мог обо мне такое подумать! — возмущенно опустила ресницы Лилит. — К тому же он лишится ее следующей ночью. Слышал про наказание для лисы?

— Да ни в жизнь! Уверен, он помрет никчемным девственником. — Люци раздраженно взмахнул хвостом, рассекая противоположную стену. Где-то в отдалении разом завыли дрессированные грешники, их вопли успокаивали повелителя инферно.

— Готов поспорить? — скука слетела с демонессы, обнажая готовую к прыжку хищницу.

— Легче легкого! Когда проиграешь, следующий век будешь заниматься сортировкой новых душ. — Он злорадно усмехнулся, обнажая ряды заостренных зубов.

— Зато когда выиграю я, ты дашь ему подсказку. — Лилит вытянула ладонь. — Хватит этих блужданий в темноте. Скучно следить.

Парочка крепко стиснула ладони, скрепляя договор, а затем жадно уставилась на плазменную панель…

— Наконец-то, — Артур решительно шагнул вперед и сделал то, о чем мечтал последние несколько часов — рухнул лицом в подушку. Жесткая кровать встретила приручителя жалобным скрипом и угрожающим треском. — Да уж, не хватает вам «Икеи»…

Денек выдался долгим. Троица вышла в какой-то глуши и несколько часов пробиралась по сельской дороге, полям и лесам, пока не достигла нужного города. Ари не подвела — кицунэ быстро заселила их в лучшую гостиницу, дополнительно заплатив метрдотелю за отметку в журнале постояльцев о том, что они живут там уже в неделю.

— Мы не можем просто сидеть и ждать городовых. — В осуждающем взгляде Хетем отчетливо читалось: «слабак». Девушка-феникс села в кресло, положив гудящие ноги на сумки с честно награбленным добром. Она устала ничуть не меньше, пусть и пыталась показать обратное.

— Еще пять минуточек, и пойдем копать яму, — пробормотал Артур, не меняя положения.

— Зачем, хозяин? — Ари, напротив, выглядела свежей и бодрой. Нежно погладив сумку с деньгами, она присела на кровать Артура. — Хотите зеленого чаю? Или расслабляющий массаж?

— Было бы здорово… — Перед глазами юноши само собой появилось недовольное лицо рыжей девушки. — Может, позже. Нужно позаботиться о деньгах. Хетем права, нельзя носить их с собой.

— Нет ничего проще — банк откроется через час. Я предлагаю немного передохнуть, открыть там счет и позавтракать. — Ладонь кицунэ прошлась по спине приручителя. — Хозяин, вы очень напряжены. Точно не хотите массаж?

— В банк?! — Накатывающую сонливость как рукой сняло. Артур повернулся набок, подозрительно глядя на удивленную Ари. — Хочешь вернуть им украденное? А на убитых солдат они закроют глаза?

— Нет, хозяин, вы меня неправильно поняли. — Кицунэ мягко улыбнулась, успокаивая приручителя. — Я имела в виду банк цветущих островов, здесь неподалеку его отделение. Полная анонимность клиентам гарантирована.

— Вот как. — Артур задумчиво вздохнул. Не слишком ли опрометчиво доверять японцам? Да, каддэя, по идее, была на его стороне, по крайней мере, связь должна не давать ей причинить ему вреда, но ведь это можно делать и косвенно. С другой стороны, у него не оставалось особого выбора — нельзя носить с собой ворованное. Не закапывать же в землю, действительно. — Хорошо. Откроем счет в банке за неимением лучших вариантов.

— Я первая в ванную. — Хетем отправилась проверять качество местного сервиса. Вскоре из-под дверной щели обильно повалил пар.

— Хозяин, вас что-то беспокоит? — Лисица продолжала поглаживать спину человека через одежду, вызывая тысячи мурашек.

— Да. Обсудим это вечером, а пока я немного посплю. Разбуди меня за пять минут до выхода. — Юноша быстро отвернулся к стене, оставив девушку в полной растерянности.

Через час посвежевшая и немного переведшая дух троица покинула отель и отправилась в банк. Там низкорослый мужчина с узким разрезом глаз безо всяких вопросов проводил Артура в кабинет директора.

Пока доверенные служащие пересчитывали марки и переводили золотые слитки в рубли, юноша, держа пиалу зеленого чая в руках, с интересом рассматривал интерьер помещения. Глубокие кресла с кожаной обивкой, массивный рабочий стол из красного дерева и еще один, низкий, на стенах внушительные алые гобелены, где золотые драконы сошлись в причудливом танце. Больше всего Артура впечатлили миниатюрные сакуры в глиняных горшках.

Розовые листья образовывали густую крону и равномерно покрывали пол вокруг дерева. Главным разочарованием стало полное отсутствие ожидаемого нежного цветочного аромата, но, как вполголоса пояснила Ари, настоящие сакуры действительно ничем не пахнут.

— Все в порядке, господин, — подошедший служащий с поклоном выдал Артуру золотую карточку почетного клиента и чековую книжку. — Как мы еще можем вам услужить?

— Какой у меня кредитный лимит? — Юноша вообще не разбирался в местных деньгах, что ни капли не умаляло интереса к тому, насколько он теперь богат.

Мужчина понимающе улыбнулся, посмотрев на стоявших за спиной шикарных девушек, и вывел на клочке бумаги пятизначную сумму. Артур благоразумно решил не спрашивать, много ли это. Сняв со своего счета несколько сотен на карманные расходы, он повел девушек в ближайший ресторан.

Само собой, заведение ориентировалось на банковских служащих и было выдержано в соответствующем стиле. Бамбуковые скатерти, деревянные палочки и неудобные ложки вместо нормальных вилок, глубокие чашки и низкие столы у самого пола вызвали у юноши прилив ностальгии по аниме и азиатской еде.

Поздний завтрак оправдал ожидания: наваристый рамен с коричневыми маринованными яйцами стал прекрасным началом трапезы.

Исходивший паром жареный рис с квашеной капустой и сладкой свининой в подливе насытил желудок, нежнейшие запеченные маринованные цыплята в медовом соусе пришлись по вкусу дамам, а на десерт были выбраны разноцветные пирожки из рисового теста, что идеально сочетались с пресным зеленым чаем.

Артур лег набок, ленивым взглядом рассматривая трех танцующих на сцене девушек в разноцветных кимоно. Он невольно вспомнил кицунэ, которая сначала помогла им бежать от погони, а затем собственноручно сдала их Якубу. К собственному удивлению, юноша не сердился на девчонку, а скорее жалел.

— Господин всем доволен? — К их столику подошла еще одна девушка в кимоно. Ошалело уставившись на брошенный ей серебряный гривенник, она быстро справилась с шоком и распласталась ниц, прижимаясь лбом к сложенным ладоням. — Господин желает только меня или кого-то еще? Проводить вас в комнату для особых гостей или прямо здесь?

— Нет, ничего такого. — Артур тяжело вздохнул, вновь ощущая хорошо знакомое и неприятное потягивание ниже пояса. Девушке было что ему предложить, и он очень хотел согласиться, но недовольные взгляды каддэй портили настроение и заставляли чувствовать себя не в своей тарелке. Инстинкт самосохранения был сильнее. Или дело в недовольных взглядах его каддэй? — Мы, пожалуй, пойдем.

Юноша счел за лучшее вернуться в отель, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание. Там он доплатил за отдельный номер на этаже и, приказав ни в коем случае его не беспокоить, уснул раньше, чем коснулся подушки.

Артур очнулся ближе к вечеру. Неторопливо и с чувством зевнув, он сладко потянулся, бросив быстрый взгляд в окно — вечерело. Он прекрасно отдохнул, все тело переполняла энергия, душа пела и хотела любви.

«Блин, опять я без одежды. Хетем все никак не успокоится».

Лениво почесываясь, он повернулся на другой бок и вздрогнул. Ари абсолютно неподвижно стояла на коленях, сложив руки за спиной и глядя в пол.

— Давно ты здесь? — приручитель не без гордости понял, что его голос не дрогнул.

— Да, хозяин. Я охраняла ваш сон. — Кицунэ сменила наряд на небрежно завязанный шелковый халат с золотым драконом. — Мне кажется, вы мной недовольны.

— Так и есть. — Он повернулся и сел в постели, опираясь на изголовье. — Ты пытаешься мной манипулировать, постоянно говоришь, что делать.

— Я всего-навсего даю вам советы, хозяин. Следовать им или нет, целиком и полностью зависит от вас. — Ари не поднимала головы, говоря тихо и с почтением. — Простите, если была слишком настойчивой. Я готова принять ваше наказание.

— Почему ты зовешь меня хозяином? — осторожно поинтересовался человек.

— Потому что мне так нравится. — К удивлению приручителя, на щеках кицунэ проступил румянец. Сейчас она совершенно не походила на ту властную женщину, что приходила поговорить с ним в поезде. — Прошу простить мою слабость. Я буду называть вас, как пожелаете.

— Не надо. Мне, в принципе, тоже нравится. — Артур глубоко вдохнул, тщетно пытаясь успокоиться. Если кицунэ ограничилась румянцем, то юноша залился краской до кончиков ушей. Он заметил на девушке черный кружевной ошейник. — Что касается твоего наказания…

— Простите мою дерзость, хозяин, но у меня есть просьба. — Дождавшись согласного кивка, Ари встала с колен и небрежным жестом распахнула халат.

У Артура перехватило дыхание. Идеальное тело девушки опоясывали черные кожаные ремни, соединенные многочисленными металлическими кольцами. Кицунэ добровольно заключила себя в настоящую упряжь, что подчеркивала каждый изгиб, каждую волнующую линию ее совершенного тела

— А… — Он окончательно потерял способность говорить, когда она взяла в зубы поводок.

Умоляющий взгляд каддэи говорил лучше всяких слов.

— Это больше похоже на поощрение, чем наказание. — Артур сел на краю постели, поджав пальцы из-за холодного пола, и тяжело вздохнул. Каддэя смотрела на него таким взглядом, что даже если бы он хотел ей отказать, то не смог бы. А он не хотел. — Иди ко мне.

Кицунэ послушно подползла на коленях к приручителю. Она попыталась приблизить голову к паху, но Артур не дал ей этого сделать. Подняв ее за руки, он уложил не сопротивляющуюся Ари животом на собственные ноги, перекинув через колени. Задравшийся шелковый халат совершенно ничего не скрывал, и открывшийся вид подкинул юноше весьма занимательную, очень подходящую к ситуации идею.

— Самое время поговорить по душам, — многообещающим тоном оповестил юноша, занося ладонь над алебастрово-белой кожей. — Считай вслух и отвечай на вопросы в перерывах. Поняла?

— Да, хозяин. — С первым звонким шлепком Ари задрожала всем телом, выгибая спину и задирая голову. Ее пожелтевшие глаза тут же затянула поволока. — Ах! Один!

— Почему между нами такая слабая связь? — Артур снова резко опустил ладонь, стараясь сохранить голову ясной, что уже сейчас удавалось с трудом. — Как мне использовать ваши силы без угрозы вам самим?

— Два! Хозяин, я могу только предполагать, — кицунэ часто дышала, прикусив губу. Она вильнула бедрами, выпрашивая больше ласки, и, дождавшись, на выдохе продолжила: — Три! Я вижу несколько возможных причин.

— Перечисли их, — приручитель медлил, чтобы еще сильнее разжечь в каддэе пламя страсти. Она явно пыталась получить больше за меньшую цену, и, с одной стороны, потакать ей Артуру не хотелось, а с другой… Когда к хриплому дыханию Ари прибавилось умоляющее поскуливание, он, хмыкнув, отвесил еще один звонкий шлепок.

— Четыре! Простите, хозяин, но вы еще слишком неопытны. Как и остальные навыки, дар приручителя требует практики. — Кожа каддэи блестела из-за обильно выступившего пота, наполняя воздух будоражащим ароматом разгоряченного женского тела. — Медитации должны помочь лучше понять дар.

— В твоих словах есть разумное зерно, но… — Артуру становилось все сложнее сдерживать собственное возбуждение. Мысли в голове постоянно возвращались к великолепной девушке на его коленях. — В бою все получается само собой.

— Да, существуют интуиты… Пять, шесть, семь! — Получив несколько быстрых и сильных шлепков, девушка несколько раз дернулась то ли в попытке приподняться с колен Артура, то ли перевернуться, но ни то, ни другое у нее не вышло.

— Я не разрешал тебе останавливаться, — позволив кицунэ короткую передышку, приручитель, сам украдкой переведя дух, продолжил «разговор по душам».

— Восемь! Простите, хозяин. — Ари все-таки приподнялась на дрожащих руках, оперевшись ладонями о мужскую ногу. — Возможно, дело в недоверии. Это нормально, мы ведь незнакомцы, сведенные личной выгодой. Со временем связь… Ах! Девять! Со временем она усилится… Должна… Я… Больше не могу! Пожалуйста! Умоляю!

— Надеюсь, ты права. — Артур тяжело вздохнул, опустив руку в последний раз. Возбуждение достигло предела с обеих сторон, и казалось, что концовка наступит из-за любого неверного движения, что было бы весьма досадно.

«Я хочу ее, а она хочет меня. Почему бы не сделать обе стороны немного счастливее?»

Артур осторожно потянул Ари на себя, и в следующий миг каддэя страстно набросилась на приручителя, повалив его спиной на кровать. Мягкие, чувственные губы скрывали острые зубы, которые лишь добавляли их поцелую пикантности, а отросшие коготки пока что едва ощутимо царапали кожу. В наступающих сумерках совершенная фигура кицунэ казалась выточенной из мрамора, а расправленные за спиной девять хвостов делали ее похожей на богиню.

Время осторожничать прошло, настало время прислушаться к собственным желаниям.

Приручитель и его каддэя наслаждались друг другом множество раз, пока не забылись сном, вконец обессиленные, сплетясь в объятиях.

Обнаженный Артур сидел на ковре в позе лотоса и пытался медитировать. Чаще всего это заканчивалось хорошей послеобеденной дремой, но в этот раз он честно боролся со сном, пытаясь почувствовать то самое «просветление».

Каждый день на протяжении недели, прошедшей с «наказания» кицунэ, приручитель пытался познать свой внутренний мир, а по ночам они с каддэей «укрепляли доверие». Ари оказалась на редкость темпераметной и опытной, что не удивляло, но в то же время очень чуткой женщиной, искренне отвечая на бурную страсть неопытного, но «старательного» Артура.

К обоюдному физическому наслаждению добавились и чисто практические успехи — они научились полноценно общаться мысленно, вдобавок приручитель освоил простые бытовые заклинания вроде сушки волос.

Казалось бы, жизнь прекрасна, если бы не огромная ложка дегтя — Хетем.

— Ну да, тебе ошейник в самый раз.

В тот раз феникс вдруг заявилась в номер Артура без приглашения. Стоя у изножья кровати с гордо поднятым носом, каддэя изучала парочку уничижительным взглядом.

— Зато на тебя даже в ошейнике никто не позарится. Погуляй где-нибудь, мы спустимся через час, — не осталась в долгу Ари, и не подумавшая убрать закинутую на Артура ногу. Бросив быстрый взгляд на пах приручителя, она хитро улыбнулась. — Или, скорее, через два.

Каддэя покраснела до кончиков ушей и выбежала, резко хлопнув дверью. С тех пор она ходила с отрешенным видом, отвечая односложно на простые вопросы и игнорируя все попытки Артура наладить диалог. Попробовав несколько раз, юноша плюнул и занялся Ари. Если Хетем не хочет разговаривать по душам, это ее право. К чему тратить время на ту, что тебя ненавидит?

И все же легкое эхо ее чувств, в котором смешивались грусть, злость и одиночество, не давали Артуру совсем выкинуть феникса из головы. Хоть он и не чувствовал своей вины перед Хетем, но ему было просто жаль взбалмошную девицу, которая сама сожгла все мосты к их взаимопониманию.

На границе слуха послышался легкий шорох, слабый ветерок донес до Артура запах вишни. Кицунэ встала на колени позади хозяина, не смея прерывать его медитацию. Наедине она вела себя как покорная рабыня, мгновенно возвращаясь к высокомерной личине при свидетелях.

— Какие-то новости? — Приход лисицы пробудил в Артуре воспоминания о прошлой ночи, мгновенно сбив любые попытки сконцентрироваться. Теперь он мог думать только о ее нежных пушистых хвостах.

— Да, хозяин. Мы можем больше не беспокоиться о властях — за Якуба официально назначена награда, — с гордостью в голосе ответила кицунэ. — Им займется лично минский штатгальтер.

— Прекрасно! — Всю неделю они сидели в отеле, выбираясь только для коротких прогулок, в ожидании, пока уляжется поднятая ими буря. — Сейчас же поедем брать билеты до Питера. Или лучше приказать какому-нибудь служке?

— Боюсь, это еще не все новости. Император и наследный принц мертвы, ходят очень устойчивые слухи, что это дело рук младшего отпрыска. Страна находится на грани смуты. — Кицунэ замялась, несмело продолжив: — Это ведь как-то связано с вами, хозяин? Простите, но я слышала в отголосках мыслей.

«Блин, точно! Я ведь ей не рассказал. Вот тебе и доверие…»

Артур тяжело вздохнул и повернулся к Ари. Сейчас она казалась хрупкой, беззащитной девушкой, а не мудрой кицунэ, знающей ответы на все вопросы.

«Интересно, она на самом деле такая или просто хорошо играет роль?»

— Позови, пожалуйста, Хетем. Нам всем нужно серьезно поговорить. — Он заранее поежился, представив реакцию рыжей каддэи.

— Может, прежде помочь вам расслабиться? — шаловливо хихикнула лисица, вгоняя юношу в краску. — Вам сегодня больше хочется заняться хвостами или ртом?

— Боюсь, наш небольшой отпуск подошел к концу, — нашел в себе силы отказаться от заманчивого предложения юноша. — Дела не ждут.

— Как прикажете. — Почтительно поклонившись, Ари так же неслышно встала и покинула номер.

Артур только успел одеться и глотнуть остывшего чая, как дверь с треском распахнулась. Хетем прошла мимо застывшего юноши и устроилась в кресле. Закинув ногу за ногу, каддэя подчеркнуто смотрела в окно на стену соседнего дома, не проронив ни слова.

— Дорогуша, ты не могла бы перестать вести себя как великовозрастный ребенок? — Вернувшаяся Ари успела сменить обычную одежду на любимое расшитое золотом алое платье.

— Следи лучше за собой, — мгновенно завелась рыжая. — И, кстати, ты забыла надеть ошейник.

— Ты слишком концентрируешься на банальном украшении, если так хочешь поносить, только скажи. — Кицунэ подмигнула зардевшейся каддэе. — У меня и жетон с твоим именем найдется.

— Хватит, вы, обе! — Артур неосознанно добавил в голос силу приручителя, направив ее в воздух. — Я вас не препираться позвал. Сядьте и слушайте.

Он глубоко вдохнул и, избегая смотреть на притихших девушек, рассказал о прошлой жизни в ином мире, смерти и сделке с демоном. Поначалу слова застревали в горле — юноше давно хотелось выговориться, но теперь, когда представился шанс, было тяжело рассказать только самое важное и так, чтобы все было понятно с первого раза.

— Значит, боги устроили самые грандиозные соревнования в истории нашего мира, а тебя выбрали одним из двадцати четырех участников? — Хетем будто пыталась достать бровями до затылка. — Не великого героя, могучего мага, а тебя?

— Я и подумать не могла, что все настолько серьезно. — Ари сползла с кресла и пала ниц. — Нижайше благодарю, что позволили стать вашей частью! Я сделаю все для нашей победы!

— Не унижайся, — буркнула недовольная феникс.

— Как ты сама не понимаешь? Он избранный! — Кицунэ умудрялась спорить, прижимаясь лбом к мягкому ковру. — Тот самый, что должен привести к возрождению расы каддэев! Мы снова будем великими!

— Я прекрасно знаю о пророчестве, но это совершенно не повод позволять ему задирать нос. — Хетем окинула Артура оценивающим взглядом. — Пусть для начала победит.

— Так вот почему ты там оказалась! — Ари резко встала, уставившись на Хетем подозрительным взглядом прищуренных глаз. — Хотела заполучить его себе!

— Так, минуточку. — Откровенно говоря, Артур ожидал другой реакции на свои откровения. Каддэи не удивились рассказу приручителя, приняв его иномирное происхождение и великую игру богов как должное. — Пророчество? Избранный? О чем вы вообще говорите?

Рыжая каддэя отвернулась, не проронив ни слова. За нее ответила кицунэ:

— У нашего народа есть легенда… Когда-то мы жили в мире и гармонии, правили всеми землями, а люди принимали нас за богов. К сожалению, те славные времена давно прошли… Любимой каддэе последнего императора, скитавшейся после смерти хозяина, открылась истина: однажды из иного мира явится герой и восстановит естественный порядок. Она оставила ряд указаний, как его найти, но они были утеряны. — Кицунэ печально улыбнулась. — С того времени прошло слишком много войн и слишком много пожаров. Огонь унес бесценные сведения, и я, из века в век пытаясь найти последнюю волю императорской каддэи, находила лишь пепел. И вот, спустя столько лет, мне наконец улыбнулась удача!

— Я не верю в судьбу или пророчества. — Артур чувствовал себя откровенно неуютно от такого напора обожания. — И вообще, прекращай кланяться и звать меня хозяином. Мы партнеры, я ведь уже…

— Разве вам не нравится, когда я вас так зову? — лукаво улыбнулась Ари, перебив его.

— Нравится, но…

— Значит, никаких но. Не вижу ничего плохого, если это устраивает обе стороны. Не переживайте, я не буду позорить вас на людях. — Заострившаяся мордочка лисицы становилась все хитрее и хитрее. — Или вы беспокоитесь о Хетем? Так она все равно скоро уйдет.

— Не дождешься, шавка плешивая! — неожиданно воскликнула феникс. Под удивленными взглядами она зарделась еще сильнее. — Можешь не мечтать — я остаюсь.

— Почему? — Артур раздраженно повысил голос, наткнувшись на очередную стену молчания. — Разговор подразумевает участие всех сторон!

— Если ты действительно избранный, помогая тебе, я окажусь на вершине мира. — Каддэя избегала смотреть на приручителя. — И не думай, что ты мне небезразличен! Мы не разделим постель, даже не мечтай!

— А ты не думала спросить меня, хочу ли я вообще тебя видеть?! — Приручитель окончательно потерял терпение. — Зачем ты мне вообще? Только и можешь, что нервы трепать! Пошла вон!

— Да как ты… — Она растерянно застыла на месте.

— Что я, смею? Да, я смею! Меня достало слышать постоянные упреки! Ты ведешь себя так, будто мы мусор, а ты богиня! — Он резко подался вперед, вплотную приблизившись к изумленной девушке. — Так скажи, в чем твоя польза? Почему я должен все это терпеть?

— Я… я… — Нижняя губа Хетем отчетливо дергалась, на глазах заблестели слезы. — Ты ведь сам знаешь, я очень сильная! И много знаю! У меня большие связи с аристократией по всему миру, знания, опыт… Не прогоняй меня!

— Хорошо, главное мы выяснили. Проехали. — Артур тяжело вздохнул, решив не продолжать разговор. Вид готовой расплакаться Хетем сбивал с толку. Как ни в чем не бывало юноша продолжил: — А теперь то, ради чего я вас позвал.

Приручитель медленно подошел к столу, давая Лучезарной возможность прийти в себя и скрыть следы слез, и вытащил из ящика толстый белоснежный конверт со сломанной восковой печатью. Он бросил его перед удивленными каддэями, и Ари тотчас вцепилась в гербовую бумагу острыми коготками.

Достав из конверта письмо, кицунэ некоторое время молча водила по строчкам взглядом, все более нервно дергая хвостом из стороны в сторону, после чего, подняв взгляд на Хетем, сжалилась и начала читать вслух:

— Дорогая, Изяслав передал мне, что у нас родился сын… Бла-бла-бла…Очень жаль, что не могу присутствовать лично. Завтра наша с Марией свадьба… Бла-бла-бла… Передаю тебе деньги на содержание ребенка… Бла-бла-бла. Прости, не держи зла. Твой… Да ладно!

Все девять возникших из дыма хвостов кицунэ встали торчком вместе с отросшими ушами. Опытная и мудрая каддэя не могла сдержать изумления.

— Не может быть, — по волосам успокоившейся Хетем пробежали язычки пламени, когда она рассмотрела печать с сияющим двуглавым орлом. — Письмо императора!

— Откуда оно у тебя? — глаза кицунэ засияли ярче звезд. — Вы хоть представляете, сколько возможностей открывает это письмо?!

Артур дернул плечом. Конверт появился в алой вспышке, когда Ари спустилась за едой. Первые минуты от бумаги отчетливо несло тухлыми яйцами, не оставляя сомнений в происхождении. Юноша не хотел объясняться, почему он не рассказал о нем раньше. Откровенно говоря, он и сам не знал ответа на вопрос.

— Подарок от покровителя, того самого демона. Я думал шантажировать императора, но теперь он мертв…

— Его наверняка убил другой игрок. Младшего сына знают в обществе как безобидного книжного червя. Ни дворянские роды, ни иностранцы не делали на него серьезных ставок. — Хетем отошла в сторону и взялась за чайник. Немного помедлив, она разлила напиток в три чаши, подогрев их одним испепеляющим взглядом. — Он просто не способен убить отца ради трона.

— Что ж, значит, мой первый противник проявил себя. — Артур благодарно кивнул, принимая чашку. Он не обратил внимание на то, как раскаленный фарфор перестал обжигать кожу. — И как мне убить наследника российского престола?

— Вы хотели сказать: как нам убить наследника российского престола, хозяин, — Кицунэ отложила свой напиток, придвинувшись к приручителю и нежно обнимая его широкую спину. — Мы теперь вместе до самого конца.

В горле Артура внезапно возник ком, и он не нашелся, что ответить.

— Меня сейчас стошнит, — страдальчески вздохнула Хетем. — Если вы закончили миловаться, у меня есть предложение. Ты сказала, Якубом занимается минский штагальтер? Эта должность все еще за Комаровским?

— Да. А откуда ты знаешь, что я говорила хозяину? Подслушивала нас под дверью? — Ари подозрительно прищурилась. — Почему я тебя не почувствовала?

— Больно нужно. Не отвлекайтесь! — поспешно перевела тему каддэя. — Я хорошо знаю Комаровского. Он вояка до мозга костей, человек чести, вернейший соратник почившего императора и настоящий патриот.

— Очень интересно, и зачем нам вся эта информация? — не успокаивалась Ари. — Так ли важно, кто будет вешать Якуба?

— Кажется, я понимаю, к чему клонит Хетем. Дай ей договорить. — Он мягко улыбнулся одновременно и надувшей губки кицунэ, и торжествующей фениксу.

— Внезапная смерть императора породит смуту. Готова спорить на крылья, по всей стране вспыхнут восстания. Возможно, поляки захотят взять реванш или скандинавы вспомнят о былых претензиях. Не стоит забывать и про османов, из-за которых торчат уши британского кота. — Хетем говорила быстро и с огоньком. Залпом осушив свою чашку, она горячо продолжила, размахивая руками: — Как патриот Комаровский попробует все это предотвратить. Но что делать с престолом? Конечно, есть еще младшая дочь, но она слишком юна. Сажать на престол другой дворянский род? Ему не позволят принципы.

«Кто бы мог подумать, что она увлекается политикой», — Артур отстраненно любовался Хетем. Рыжая девушка буквально расцвела.

— И вот тут появляешься ты! С письмом, подлинной печатью, и внешность подходящая. Законный бастард — отличный способ собрать верных императору вассалов, покарать отцеубийцу и не дать дворянским родам разорвать страну на части.

— Офигеть. — До Артура только сейчас дошли слова Хетем. От открывшихся перспектив у него перехватило дух. — А почему обо мне никто не слышал раньше? Согласится ли он вообще поддержать нас?

— Комаровский — да. Он разумный человек, и из двух зол выберет меньшее. Только конченые мрази встанут на сторону отцеубийцы. — Хетем быстро расхаживала из стороны в сторону. — Нам очень повезло!

— Она права. Я плохо разбираюсь в политике, но это письмо действительно позволяет тебе назваться тайным сыном императора. — Кицунэ выглядела весьма воодушевленной. — Все знают, что его брак был глубоко несчастным и продиктован необходимостью. К тому же ребенок от подчиняющей таит в себе массу возможностей для любого уважающего себя интригана…

— Примут ли меня при дворе? Приручители явно не пользуются популярностью.

— Дворянство никогда не было однородным. Наверняка найдутся приверженцы старых порядков. При поддержке Комаровского у нас есть все шансы достигнуть успеха. — Хетем неожиданно подошла вплотную к Артуру и взяла его за руки, заглядывая прямо в глаза. — Пожалуйста, поверь мне! Воспользуйся возможностью! Другого шанса может и не быть!

— Хорошо. — Он сделал усилие, подавляя зарождающееся сомнение. Вариантов лучше все равно не было. — Навестим этого Комаровского. Возьмем билеты в Минск, а потом сходим в то бельгийское кафе. Отпразднуем новое начало.

Начало гениального плана не задалось — из-за смерти императора по всей империи объявили всеобщий траур. Закрывались непродовольственные лавки, увеселительные заведения, библиотеки, суды и прочее. По сути, работать могли только продавцы еды. И что самое печальное для Артура и компании — указом штатгальтера графа Комаровского останавливалось любое движение пассажирских поездов. Перевозить дозволялось только солдат, чиновников и военные грузы.

Пришлось брать экипаж. Кучеры мгновенно взвинтили цены в десятки раз, но не это стало главной бедой. Дороги заполнили люди, бегущие от призрака назревающей смуты.

Приручитель еще не знал, как этому обрадовались разбойники, неожиданно получившие в свое распоряжение настоящий шведский стол. Через несколько дней на дорогах должна была развернуться настоящая бойня. По рассказам кучера, после смерти прошлого императора некоторых путников грабили по пять раз на дню, менее везучих сразу резали и оттаскивали в канавы. Купцы сбивались в большие караваны с частной охраной, ведь местные власти не пытались поддерживать порядок, полностью потеряв контроль над ситуацией.

Накрапывающий без перерыва мелкий дождь превратил дорогу в настоящее месиво. Лошади с трудом вырывали копыта из хлюпающей грязи, карета то и дело намертво застревала. Артур каждый раз выходил помогать кучеру выталкивать ее, заслужив неодобрительный взгляд Хетем и удивленный от Ари — по мнению девушек, он не должен был опускаться до уровня прислуги.

На третий раз юноша не выдержал и одним словом заставил каддэй помогать. Все они изрядно вымазались в грязи, зато им не пришлось ночевать в открытом поле. Ближе к закату усталая лошадь довезла пассажиров до крупного постоялого двора в стороне от оживленного тракта.

Добротно сложенное из красного кирпича двухэтажное здание внушало надежды на горячую еду и мягкую постель. Кучер отказался идти внутрь, оставшись охранять карету. Компанию ему составляла буханка хлеба, жирным шмат соленого сала и наполовину полная бутыль с мутной жидкостью.

Войдя в постоялый двор, Артур не сдержал восхищенного вздоха — общий зал оказался точной копией тысячи собратьев из различных компьютерных игр: барная стойка с дверью на кухню, длинные деревянные столы с неудобными узкими скамьями без спинок, крутая скрипучая лестница на второй этаж с низкими перилами, люстра из тележного колеса с тлеющими огарками свечей. А эти витающие в спертом воздухе ароматы, давящий на уши галдеж и духота! У юноши будто разом исполнились все мечты, позабытый восторг от перемещения в новый мир вернулся с удвоенной силой.

Приветливая улыбка разносчицы померкла, стоило ей увидеть заляпанные грязью сапоги и штаны. По ее разумению, господа не занимались работой черни, а значит, к ним пожаловали обычные слуги.

— Чего вам? — не слишком приветливо спросила она.

Артур оценивающе осмотрел девушку с ног до головы. Она не слишком вышла лицом, зато обладала внушительным бюстом, толстой белой косой и пышущим энергией юности телом. Под холодным взглядом приручителя, присущим только аристократам, служанка потупилась и почтительно опустила голову.

— Прошу прощения, господин. — Ее голос наполнился приторным подобострастием. — Чем могу служить?

— Нам нужно две комнаты, отдельный стол и еды побольше, — равнодушно ответил юноша.

Он с трудом удержался, чтобы не добавить: «Ночью зайдешь ко мне без одежды». Приручителя сдерживала не только возможная ревность каддэй, но и нежелание подцепить пресловутый сифилис. Хитро улыбающаяся Ари подтвердила его худшие опасения — в новом мире венерические болезни цвели и пахли, а излечить их могли только целители, которых точно не могло быть в этой дыре.

«Ничего, доберемся до Минска и там посмотрим, тем более Ари совсем не против дополнительных участниц в наших играх. Раз уж помер и переродился, нужно пользоваться этим по полной!»

— Боюсь, у нас осталась только одна комната, самая дорогая. И как видите, мест за отдельными столами не осталось… — Она густо покраснела под уничижительными взглядами Хетем и Ари. — Я поговорю с хозяином!

— Передай ему это. — Приручитель небрежно кинул служанке червонец.

Буквально через минуту троица устроилась за лучшим столиком в любимом месте — темном углу. Занимавшие его купцы третьей гильдии с недовольными лицами присоединились к артельным работягам в центре зала.

— Совсем не тот уровень, к которому я привыкла. — Ари с легким любопытством следила за окружающими, бросая взгляды на Артура. Кицунэ забавлял восторг хозяина этим задрипанным местом. — Почему вам здесь так нравится?

— Чуть ли не впервые согласна с… лисой. — Хетем неохотно ковырялась ложкой в принесенной пшенке на воде. — Редкая дыра.

— Ничего вы не понимаете. Именно здесь кипит настоящая жизнь! — Артур мечтательно улыбнулся. — Люди обсуждают последние новости, дерутся на кулаках, играют в кости, заключают сделки, бухают и снимают шлюх. Всегда мечтал оказаться в таком месте!

Каддэи разом переглянулись и пожали плечами, причем Хетем еще и покрутила пальцем у виска. Ничего они не понимали в настоящей романтике компьютерных игр!

Впрочем, в одном все трое оказались солидарны — кормили в постоялом дворе на редкость отвратно. Помимо пшенки на воде им подали тушеную капусту с кусками вареного сала, зачерствевший серый хлеб и овсяный кисель. Артур с завистью смотрел на разбросанные по полу кости — прибывшие раньше сожрали все мясо.

— Ну что, идем драться на кулаках и снимать шлюх? — зловещая улыбка Хетем становилась все страшнее с каждым глотком мутной бурды.

— Что-то у меня нет настроения. — Артур широко зевнул, прикрываясь ладонью. — Завтра уже должны добраться до Минска, там всем и займемся. Ари, если ты не против, отложим медитацию.

— Разумеется, хозяин, мне тоже не помешает отдых. — Она жалобно надула губки. — Ужасная карета отбила мне все косточки!

— В следующий раз обернись зверем, мех смягчит удар, — то ли в шутку, то ли всерьез предложила феникс. На большее ее не хватило — Хетем и сама здорово утомилась.

Самая дорогая комната не представляла из себя ничего особенного — четыре кровати, столько же сундуков, стол с тазиком и кувшином. По крайней мере, постели не кишели блохами, а влажное белье выглядело чистым.

Только Артур коснулся головой набитой перьями подушки, привычно при этом не раздеваясь, как его мощно потрясли за плечо. Встревоженное лицо Хетем мгновенно прогнало с приручителя сонливость. Ари стояла у дверей, тревожно дергая заостренными лисьими ушами.

— Что случилось? — Он сел, пытаясь нашарить ногами сапоги. — Сколько времени?

— Там внизу беда. Большой отряд то ли местных крестьян, то ли разбойников — я так и не поняла. — Кицунэ говорила, не раскрывая рта, причем ее мысленную речь слышала и Хетем. — Пришли грабить хозяина и всех постояльцев.

— По-тихому свалить не получится? — Под ложечкой Артура заныло в предвкушении неприятностей.

— Под окнами часовые. — Хетем отрицательно покачала головой. — И негоже великому приручителю и будущему императору бежать от какой-то черни. Если нас опознают, слухи вас уничтожат.

— Вот же… — Пнув сундук у своей постели и получив необходимый заряд злости благодаря отбитым пальцам, Артур решительно направился к выходу. — Держитесь позади.

Распахнув дверь, приручитель столкнулся с лысым бугаем. Тот, расплывшись в беззубой улыбке, сунул под нос юноше мощный кулак.

— Кошелек ил… Аааааа!!! — Он побежал прочь, на ходу срывая с себя горящую одежду. У юноши не было никакого настроения на чтение лекции о морали.

Выйдя на лестницу, Артур оказался в центре всеобщего внимания.

Люди внизу поделились на два лагеря, разделенные посередине перевернутыми столами. Более многочисленная часть состояла из голытьбы в грязной одежде не по размеру, с неухоженными бородами и давно не мытой кожей. Держа в руках вилы и самодельные дубины, они оттеснили к стене постояльцев из артельных работяг, купцов третьей гильдии, зажиточных крестьян и прочих успешных людей.

— Ты смари, еще один благородный! Будет чем поживиться! — Плюгавый паренек без бороды и со ржавым револьвером радостно осклабился остатками гнилых зубов. — А девки какие!

Разбойники поддержали заводилу одобрительным гулом, да и среди мастеровых можно было заметить немало масляно блестевших глаз.

— Что здесь происходит? — Артур, на удивление, сохранял абсолютное спокойствие. Быстро пройдясь взглядом по толпе, он заметил всего несколько ружей плюс револьвер у плюгавого. Приручитель прекрасно знал, что среди собравшихся не было каддэев или человеческих магов. Первых он бы почуял, а вторые скорее наложили бы на себя руки, чем показались среди подобного сброда.

— А ты не слыхал? Царь издох наконец, так ему и надо, с-с-собаке! — пуще прежнего завопил заводила под одобрительные крики.

— Совсем охамел? На святое покусился, на царя-батюшку?! — Молчавшие доселе постояльцы возмущенно загомонили. Купцы третьей гильдии крепко сжимали рукояти своих револьверов. Патронов в барабанах на всех не могло хватить, но первый ряд они убьют железно. — Боги вас покарают!

— Старые боги — выдумка для простаков! Есть только один бог! У него вся сила! — Рубаха плюгавого жалобно затрещала, обнажая огромный деревянный крест. Оторванные пуговицы с веселым стуком покатились по полу. — Даешь власть народа! Хватит с нас царей!

— Как ты смеешь, богохульник! — Самый смелый купец вскинул револьвер и взвел курок, но его опередили.

Грохот выстрела был сильнее удара грома в разгар грозы. Стрелявшего из древнего мушкета мужика окутало белое облако. Проморгавшись, он увидел совсем не то, чего ожидал..

За теологическими и политическими спорами все благополучно забыли про приручителя и его каддэй. Повинуясь приказу хозяина, Ари спрыгнула вниз за мгновение до выстрела, встав между двумя группами. Девять хвостов кицунэ мягко сияли, воздух перед лисой дрожал, удерживая на месте застывшую пулю.

— Вы не даете мне спать. — Артур картинно поднял руку и щелкнул пальцами.

Мужики в ужасе побросали загоревшиеся ружья, плюгавый дико завыл, пытаясь отбросить раскаленный револьвер. Разбойники бросились к дверям, но путь им преградила мрачная рыжая девушка с пылающими крыльями. Попав в огненное кольцо, люди сбились в толпу, откатившись к противоположной от постояльцев стене

— Кто это? — среди спасенных купцов проносились опасливые шепотки. Неизвестный аристократ с легкостью мог наказать и их за то, что помешали спать. В высоком происхождении Артура и его свиты никто не сомневался.

— Итак. — Приручитель неторопливо спустился и устроился на стуле, поставив его спинкой к разбойникам. — Кто вы такие?

— Я… Мы… — Баюкая обожженную руку, плюгавый затравленно посмотрел на мужика с седеющей бородой, с головой выдав реального вожака.

— Говори ты, причем быстро — мои терпение и доброта небезграничны. — Артур протянул ладонь в сторону, принимая поданный Хетем револьвер плюгавого. Его кожа не покраснела ни на йоту, несмотря на идущий от оружия жар. — Устроим русскую рулетку?

— Местные мы, из Гадюкино. Я староста, значит, а это племяш мой. — Вперед выступил тот самый мужик с полуседой бородой. — Услышали мы, что царя не стало и наши головы поднимают. Якуб вон имперский поезд ограбил, и ничего ему не сделали. Родственники мои из Умани весточку прислали, что аристократишки бегут, а нам объединяться пора.

— И вы не нашли ничего умнее, чем ограбить и сжечь постоялый двор? — Артур картинно приподнял бровь. — Да, кормят здесь паршиво, но это не повод.

— Простите, господин! Дайте мне час, и я все исправлю! — Лысый трактирщик смертельно побледнел, сливаясь со своим измятым передником на животе.

— Не до тебя сейчас, видишь, я со старостой разговариваю. — Приручитель наслаждался моментом. Никто из почти сотни собравшихся не оспаривал его право приказывать. Власть опьяняла и лишала осторожности. — И что же мне с вами делать?

«Оказывается, держать в руке чужую судьбу так приятно».

— Не собирались мы ничего жечь. — Мужики одобрительно поддержали старосту. — Морды бы побили, да разве за это спрос велик.

— Не держи меня за дурака, факелы и масло просто так притащили, погреться? И оружие? — Артур криво усмехнулся. — Значит так, я вас…

— Хозяин! — К приручителю метнулась черно-белая тень. Ари встала между Артуром и появившимся в дверях разбойником с револьвером. Кицунэ не успевала воздвигнуть воздушную преграду, вместо этого закрыв хозяина своим телом. Вспыхнувшая в ее хвосте раскаленная боль эхом отозвалась в Артуре, стирая все моральные преграды.

— А-а-а-а-а-а! — В этот раз пламя объяло не одежду, а кожу неудачливого стрелка. Бросившегося на него бугая с дубиной приручитель разрезал взмахом невидимого лезвия. А дальше воцарился абсолютный хаос.

Решив, что их не пощадят, разбойники дружно набросились на приручителя или пытались бежать. Постояльцы поддержали спасителя, раздались слитные выстрелы трех револьверов, завязалась ожесточенная схватка.

Перед Артуром вспыхнула огненная стена, закрывая юношу от беспомощных людей. Их кровь вскипала, тела разрезались на неравные части, а самые неудачливые сгорали заживо. Несколько человек успели выпрыгнуть в окна, но снаружи их встречала злая Хетем, успевшая разделаться с остальными часовыми.

Старосту и плюгавого Артур оставил напоследок. Не слушая бессвязные мольбы, больше похожие на мычание, он лично прострелил их пустые головы из одолженного у купца револьвера. Реквизированное у плюгавого оружие давно превратилось в ком расплавленного железа.

Остаток ночи прошел относительно спокойно. По заверениям кицунэ, ее пустяковая рана не стоила внимания. Артельные работяги хоронили погибших, а остальные взволнованно обсуждали произошедшее. На Артура они смотрели со странной смесью страха, восхищения и благоговения. Убедившись, что с Ари все в порядке, приручитель отправился в спальню.

Юноша сел на краю кровати и уставился в пустоту. Артуром овладело странное оцепенение… Он перебил целую кучу людей, разве он не должен испытывать угрызения совести? Когда он успел так зачерстветь? Это демон с ним что-то сделал? Или он всегда таким был?

На спину юноши легла горячая ладонь. Хетем серьезно смотрела на Артура, и в ее глазах плясали болотные огоньки.

— Они ничем не заслужили твоей жалости. — Ее тон был на удивление мягким.

— В моем мире считают, что каждая жизнь священна. — Юноша не заметил, как его голова оказалась на тонком плече хрупкой девушки.

— Это глупость! Главное не убивать невинных, грабители же полностью заслужили свою участь. — Хетем успокаивающе погладила Артура по волосам. — Если бы не наше вмешательство, они бы убили всех мужчин, забрали в рабство женщин и сожгли эту дыру. О последнем, впрочем, я бы не сильно сожалела.

Артур тихо хмыкнул, внутренне соглашаясь с девушкой. Новый мир, новые правила. Конвенции по гуманному обращению с пленными лучше составлять, когда тебе и твоим близким не угрожает опасность. О благополучии других думают только сытые и богатые.

Поддавшись порыву, он обнял девушку. Хетем замерла и затем осторожно прижалась, позволив Артуру зарыться носом в ее рыжие волосы. Они просидели так не меньше минуты, прежде чем каддэя мягко отстранилась. Избегая смотреть приручителю в глаза, она резко встала, бросив через плечо прежним холодным тоном:

— Мне нужно подышать. — Она задела плечом стоявшую за дверью Ари, получив в ответ звонкий шлепок.

Игнорируя вспыхнувшую Лучезарную, кицунэ проскользнула в комнату.

— Хозяин, вам лучше поспать. — Она заботливо приложила тыльную сторону ладони ко лбу. — Вы потратили много сил.

— Не хочу. Да и не меня здесь подстрелили. Ты в порядке? — Он требовательно уставился на упругий зад. — Покажи мне.

Ари одним движением сбросила с себя платье, представ перед покрасневшим приручителем абсолютной нагой. Несмотря на неделю постельных игр, он по-прежнему не мог побороть смущение при виде обнаженной женщины. За спиной у черноволосой каддэи с заостренными ушками появились девять лисьих хвостов, на одном из которых красовалась свежая повязка.

— Вроде бы все в порядке. — С этими словами Артуру пришла уверенность в том, что каддэя действительно поправится. Он чувствовал ее тело как свое и не сомневался в его способности к самоисцелению.

— Вам нравится вид, хозяин? — хриплым голосом спросила кицунэ. Бросив быстрый взгляд вниз, девушка самодовольно улыбнулась и уперлась ладонью в широкую грудь приручителю. — Раз нам обоим не спится, позвольте послужить вам иным образом.

Артур не успел глазом моргнуть, как оказался на спине, а над ним зависла Ари со вставшими торчком хвостами.

***

Спустившись вниз ранним утром, невыспавшийся, уставший и потому злой Артур долго выслушивал благодарности спасенных постояльцев. Лысый владелец постоялого двора то и дело порывался упасть в ноги, уговаривая высокого гостя позавтракать чем боги послали. Помня о паршивом ужине, приручитель с неохотой согласился, заняв прежнее место за столом в углу.

С каждым поданным блюдом его злость только нарастала: центром композиции служило целое блюдо пирожков с сыром и дичью; огромную яичницу щедро усыпали хрустящим жареным луком и румяным беконом, к еще горячему белому хлебу подали многочисленные плошки с самыми разными джемами, сливочным маслом и шоколадной пастой, а венчала трапезу запотевшая крынка свежего молока.

«Нельзя было так сразу? Все лучшее господам, а обычным людям хрен с маслом? Что ж, еще больше мотивации взойти на вершину».

Приручитель и его каддэи ели в полной тишине, игнорируя взгляды и шепотки других постояльцев. Злость постепенно уступала место сытости, и, вставая из-за стола, Артур был почти спокоен.

— Не-нет, господин, мы не имеем право! — Трактирщик открестился от протянутой ассигнации, как от ядовитой змеи. — Мы тут, наоборот, собрали для вас, в благодарность за спасение, так сказать.

Приручитель заглянул в кожаный мешочек и удивленно хмыкнул, увидев горсть серебряных монет.

«Быть героем, оказывается, выгодно».

— И еще. Там вашего кучера застрелили, а с кареты сняли колеса. — Трактирщик замялся, будто он лично был во всем виновен. — Мы пробовали их искать… Безуспешно.

— Просто зашибись. — Настроение Артура колебалось, как на качелях. От хорошего расположения духа он вновь вернулся к бессильной злости. После получения кошелька убивать трактирщика было немного неприлично… — И как нам теперь добраться до Минска?

— Позвольте услужить, господин. — К нему решительно подошел купец третьей гильдии. — Я как раз направляюсь в город, и в моем экипаже хватит места для вас и ваших прекрасных спутниц.

— Спасибо. — Юноша тихо выдохнул сквозь сжатые зубы и заговорил нормальным тоном: — Меня зовут Артур, это Хетем и Ари.

— Константин Терешков. — Купец с опаской принял протянутую руку. Артур не назвал свою фамилию — типичное поведение дворянина, желавшего сохранить свое инкогнито. — Пройдемте же!

Новый экипаж оказался даже лучше потерянного, а поездка до Минска прошла без происшествий. В дороге они развлекались беседой. Константин получил богатое наследство от дедушки, лучшего часового мастера в Петербурге. Вместо того чтобы проматывать легкие деньги по кабакам и мамзелям, он решил вложиться в собственное дело и теперь путешествовал по империи, надеясь найти ту самую идею. Артур в шутку предложил ему зарабатывать на забавных надписях для карет вроде «дерьмо случается» и смутился неподдельному энтузиазму попутчика. В итоге они сошлись на десятипроцентной доле, если идея выстрелит.

Приручитель и купец расстались вполне довольные друг другом на окраине Минска, причем Константин отказался забирать револьвер назад, оставив его подарком на память вместе с визиткой.

— Ладно, куда нам теперь? — Артур специально попросил высадить их в глухом переулке. Их окружали деревянные дома, и, не считая лающих из-за заборов собак, вокруг не было ни единой живой души. Все взрослые до сих пор находились на работе, а дети где-то блуждали.

— Если Комаровский еще в Минске, он займет центральную резиденцию. Старик никогда не отличался оригинальностью. — Хетем положила ладонь на начавшее чернеть дерево. Каддэе не нравилось в городе. — Но мы не можем просто взять и заявиться туда. Гвардейцы не пустят.

— Думаешь, законный правитель стал бы спрашивать разрешения? — непонимающе спросил Артур.

— Для начала нужно им стать. Обычным людям нипочем бумага, ее должен увидеть сам граф, — поддержала Лучезарную кицунэ. — Он распознает почерк императора и подтвердит подлинность печати. И уже его слово сделает вас принцем и наследником.

— Тогда разузнаем, где он, и придумаем план тайного проникновения. Еще было бы неплохо поесть… — Дорога до города вышла долгой, и Артур успел проголодаться. — Может, найдем какую-нибудь каддэю, специализирующуюся на скрытном проникновении?

— Нет! — разом воскликнули девушки. Под их неожиданным совместным напором юноша даже отступил на шаг.

— Хозяин, зачем вам еще одна каддэя? Разве мы вас не устраиваем? — Ари мягко улыбнулась. — Я умею наводить иллюзии, мы пройдем незамеченными.

— Это хорошо, но… — Артур решил сразу расставить точки над «i». — Вы не можете быть моими единственными и неповторимыми каддэями. Если я встречу еще кого-то достаточно сильного, я предложу ему союз.

— Разумеется, хозяин, — с грустью ответила Ари. Хетем же молча отвернулась и первой пошла в сторону оживленной улицы. — А пока давайте прогуляемся! Новый город, новые впечатления!

Артур помнил Минск из родного мира — беспорядочно натыканные невзрачные, серые панельки без какого-либо намека на эстетику. Город расцветал весной и летом и умирал с приходом зимы, когда на смену пышной растительности приходили коричневый грязный снег или обнаженный потрескавшийся асфальт.

Новый Минск оставил противоречивые впечатления. Везде преобладали деревянные дома насыщенного коричневого цвета с резными узорами, выдержанные в едином стиле. Из кирпича или камня строили только административные здания, дорогие гостиницы или жилье богатеев. Количество зелени удручало — деревья ушли на растопку, из многочисленных печных труб не переставая валил дым, зато и грязи нигде не было видно благодаря выложенной всюду брусчатке.

Жители носили хорошую одежду и выглядели довольными, Артур постоянно натыкался на стайки детей. Благодаря короткой лекции Ари он знал, что предыдущий император вложил в развитие города огромные деньги. Всего за десять лет в Минске возвели железнодорожный узел, множество разных заводов, штаб третьей гильдии, оперный театр и даже малую резиденцию. Неудивительно, что молодежь массово повалила в город, придав ему мощный толчок. Из-за строгости надзорной комиссии по архитектурному облику жилья на всех не хватало, и самые бедные расселялись в окрестных деревнях, ранним утром отправляясь на работу в ближайший завод.

Хватало в городе и призванных графом Комаровским солдат. В основном их размещали в переполненных казармах, общежитиях и окрестных селах. Артуру постоянно встречались патрули, тем не менее опасающиеся проверять документы у безупречно одетого юноши в сопровождении двух шикарных девушек. Неспешно прогулявшись через весь Минск и откушав в отличном трактире, они достигли цели — официальной резиденции штатгальтера.

— Да уж, нечего и думать, чтобы проникнуть туда незаметно. — Артур и Хетем наблюдали за входом последний час, наслаждаясь чаем за столиком расположенного напротив кафе, и увиденное приручителю совершенно не нравилось.

Обнесенный глухим железным забором трехэтажный особняк больше походил на крепость, чем жилье. Внутреннюю территорию патрулировали солдаты с собаками, вход охраняли взводы, да и внутри наверняка дежурили часовые. У каждого посетителя, а было их немало, тщательно проверяли документы.

— Я вернулась, скучали? — Кицунэ возникла из воздуха, напугав вздрогнувшую Лучезарную.

— Что ты узнала? — недовольно процедила рыжая девушка сквозь сжатые зубы.

— В казарме неподалеку размещены две дежурные роты. Среди них есть каддэи: элементалы, воздушники и щитовики. Я не приближалась к резиденции, но успела почуять вонь немытых псин.

— Ты уверена, что это не от тебя несло? — не удержалась от колкости феникс.

— Боюсь, мои иллюзии не повлияют на волколаков. — Ари виновато посмотрела на Артура, полностью проигнорировав Хетем.

— За каддэев не волнуйтесь. У меня предчувствие, что с ними проблем не возникнет.

— О, хозяин, вы все больше овладеваете своей силой. — Кицунэ придвинулась ближе к приручителю. — Это так возбуждает!

— Нашла время, — прошипела Хетем. — Поумерь свою течку!

— Сама чем лучше, курица ощипанная? Строишь из себя недотрогу, а сама подслушиваешь под дверями, когда мы играем! — презрительно ответила Ари. — Думаешь, я тебя не чую?

— Хватит, вы, обе. Сконцентрируемся на деле, а с вашими терками разберемся позже. — Юноша с трудом сдержался от удара по столу. Он начинал уставать от вечных женских перепалок. — Хетем, ты ведь умеешь летать?

— Если потрачу достаточно силы… — Рыжая каддэя непонимающе посмотрела на приручителя. — Мои огненные крылья увидят за милю!

— Об этом позаботимся мы с Ари. Если соединим наши силы и как следует постараемся, у нас все получится! — Артур взял девушек за руки, подражая главному герою одного старого аниме. У того часто возникали схожие проблемы с взаимодействием команды. — Вы со мной? Есть вопросы?

— Да… — Ари несмело подняла ладонь. — Что такое терки?

***

Артур удивился тому, что он не удивился. Его план прошел без сучка без задоринки. Троица зашла в глухой двор какой-то церкви, и Хетем призвала огромные огненные крылья. Повинуясь проснувшейся интуиции, приручитель сделал так, чтобы их жар не обжигал его и Ари, а почерневшие каменные стены сочли сопутствующим ущербом. Крепко обняв рыжую девушку, приручитель и кицунэ скрыли всю троицу пологом незаметности.

Это сложно назвать невидимостью, просто все окружающие разом отводили глаза от неба. Сидевшие во дворе резиденции волколаки задергали носами, но тут же уткнулись взглядами в землю, повинуясь неслышному приказу Артура. Привычные инстинктивно слушаться вожака, они ничего не заподозрили.

Хетем на это только презрительно хмыкнула. Она относила зверин к низшим каддэям, обделенных интеллектом и способностями. При этом она признавала силу и ум Ари, делая поправку на то, что она скорее относилась к миру духов, а не диких животных.

Чердачный люк из толстой стали делали на совесть, но он не устоял под струей пламени. Срезав крепления, троица с трудом сдвинула его с места и опустила на крышу, подняв страшный грохот. Ари очаровала прибежавших часовых, мило попросив их поспать ради нее, и изнуренные службой солдаты с радостью выполнили просьбу кицунэ.

В своей резиденции Комаровский предпочитал сдержанную роскошь. Со стен смотрели портреты великих генералов и героев, вытертый ковер под ногами глушил шаги, тьму разгоняли развешанные по стенам масляные лампы. Они встретили трех служанок, и каждую из них очаровывал уже Артур. Поддавшись одолженным у Ари чарам, они расплывались в глупых улыбках и вели приручителя мимо патрулей по служебным коридорам. За поворотом к рабочему кабинету они с сожалением отпустили рукава юноши и легли спать, крепко обняв друг друга.

Кабинет пустовал, не считая парочки часовых-людей, пополнивших число внезапно уснувших обитателей резиденции. Пришлось отлавливать новую служанку и просить показать, где расположена спальня Комаровского. То ли чары оказались слишком сильны, то ли девушка слишком хитрой, но она отвела Артура в три гостевые спальни, настойчиво уговаривая его разделить ложе. Однако, почувствовав кожей острые коготки недовольной кицунэ, служанка тут же отказалась от своих намерений.

У дверей спальни Комаровского вторженцев ожидала первая проблема. На табуреточке сидела высокая девушка с синими волосами в мужской одежде и читала книгу в мягком переплете. На ней отсутствовали какие-либо знаки отличия, но Артуру хватило одного взгляда, чтобы ощутить идущую от девушки опасность.

— Есть идеи, кто это? — Мысленная речь была настоящей находкой для шпионов. Приручитель мог не бояться, что их услышат.

— Нет, хозяин. Она тщательно скрывает свою ауру. — В посланном Ари импульсе отчетливо ощущалась вина. — Я даже не могу понять, является она каддэей или человеческим магом.

— Она точно каддэя, — вмешалась Хетем. — Ни одна дворянка не опустилась бы до того, чтобы охранять дверь.

«Нужно будет обязательно это исправить, как стану императором. Посажу у каждой двери минимум по графине в бронелифчике».

— Значит, она каддэя. Ничего не остается, придется рискнуть. Хетем, если поднимется тревога, взорвешь стену на улицу и унесешь нас отсюда к чертям.

— Поняла, — лаконично ответила Лучезарная.

— Хозяин, это поставит крест на вашей репутации! — воскликнула кицунэ. — Вы потеряете отличную возможность возвыситься!

— Если нас поймают, Комаровский посчитает нас врагами. Тюрьма уж точно не входит в мои планы. Все, хватит болтать, работаем!

Глубоко вдохнув, Артур быстро пошел прямо на незнакомую девушку. Та даже не соизволила оторваться от книги, неторопливо перелистывая страницу.

— Кто такие? — Она явно сдерживала зевоту при разговоре с незванными гостями.

— Мне нужно поговорить с Комаровским. — Скопившаяся в ладонях приручителя сила свернулась в клубок. — Я… законный наследник российского престола.

— Совсем не умеешь врать, в следующий раз советую репетировать. — Синеволосая каддэя загнула уголок страницы и отложила книжку в сторону. Судя по мелькнувшей обложке, она наслаждалась бульварным любовным романом. — Феникс, кицунэ и мальчишка, сочетающий их ауры. Неужто подчиняющий?

— Хозяин, я все еще не могу ее прочитать, будьте осторожнее, — мысленно предупредила Артура Ари.

— Тем не менее у меня есть письмо, подтверждающее мои слова. — Юноша справился с замешательством и добавил в голос силы. — Пропусти.

— Надо же, как интересно. — Девушка со скрипом отодвинулась прямо на табуретке, оставляя на полу глубокую царапину, и вернулась к чтению книги. — Ну, проходи.

— Что, так просто? — тупо поинтересовался Артур.

— Почему нет? Мне лень возиться с вашими телами. Граф — потомственный дворянин и умелый военный маг. Если не поверит тебе, убьет лично, в любом случае не моя забота. — Девушка перевернула новую страницу, казалось, потеряв всякий интерес к гостям. Лишь когда Артур прошел мимо, она неслышно добавила: — Если же ты тот, за кого себя выдаешь… Не забудь про меня.

Хоть Артур плохо определял возраст людей на глаз, граф Комаровский оказался именно таким, каким его представлял приручитель. За пятьдесят лет, подтянутый, с идеально прямой спиной, будто шпагу проглотил. В уставной армейской стрижке больше седины, чем русых волос, и главное — густые усы, достающие до подбородка.

А вот выбранное им занятие, на первый взгляд, совсем не подходило для занимающего столь высокий пост человека — он передвигал по столу оловянных солдатиков и фигурки лошадей.

— Ваше… — Артур замешкался, не зная, как стоит обращаться к штатгальтеру. Получив мысленную оплеуху от Хетем заодно с пояснением, он как ни в чем не бывало продолжил: — Высокопревосходительство. У меня к вам неотложное дело.

Граф одним взглядом пригвоздил приручителя к скрипучему паркетному полу, не проронив ни слова. Юноша ощутил на себе мощное незримое давление, не дающее пошевелить рукой.

«Держитесь, хозяин!» — Ари поспешила на помощь Артуру, передавая знания о плетении ментальной защиты. С трудом возведя вокруг себя непроницаемый кокон, он с облегчением выдохнул и расправил плечи.

— С кем имею честь? — Получив отпор, Комаровский ни капли не смутился. Напротив, в его серых глазах зажглись искры интереса.

— Мое имя — Артур. Вся информация есть в этом письме, ознакомьтесь с ним, и мы продолжим беседу. — Повинуясь знаку хозяина, Ари неторопливо подошла к графу царственной походкой, протянув ему слегка помявшийся конверт.

По мере чтения густые брови мужчины поднимались все выше. Кицунэ мысленно шепнула, что поддерживаемый графом защитный барьер истончился и, окажись они убийцами, сейчас был бы лучший момент для удара.

— Этого не может быть. — Граф слепо уставился перед собой. Попятившись, он рухнул на заботливо подставленный кицунэ стул. — Ты лжешь!

— Вы же видите печать и почерк. Мы оба понимает, что это подлинник, не так ли? — Ступив на тонкий лед, Артур всегда расставался со страхом или неуверенностью. В игре, где ставкой являлась не просто его жизнь, но трон и власть над миром, он не имел права на слабость.

— Она подлинная… Поверить не могу… Я хорошо знаю Костю… Он бы никогда… У него, конечно, случались, интрижки, кто не без греха, но чтобы с подчиняющей… — Комаровский заметно побледнел, на высоком лбу проступила испарина, но его взгляд все так же цепко изучал лицо Артура, словно сверяя его с обликом старого друга и своего императора, что хранился в памяти. — Откуда оно у тебя?!

— Это неважно. Суть совершенно в другом. — Стараясь не делать резких движений, Артур сел напротив графа и скрестил руки на груди. Ари застыла рядом, готовая в любую секунду прийти на помощь хозяину, пока Хетем сторожила дверь. — В империи начинается смута, мы уже видели ее первые отголоски. Якуб — только начало. Следом поднимут голову недобитые шляхтичи, недовольные крестьяне, проигрывающие османы воспрянут духом…

— Мне все это прекрасно известно и без тебя. — Оправившись от шока, Комаровский посмурнел лицом, давя на гостя тяжелым взглядом. — Ближе к делу, мое терпение на исходе.

— Перед вами неопровержимое доказательство законности моих притязаний на престол.

Артур ни капли не испугался стали в голосе штатгальтера. Ха, нашел кого пугать! Он разговаривал с рассерженной Хетем и, что еще страшнее, с самим повелителем ада!

— Кроме этого, существуют еще честь и долг. Я скорблю по своему отцу и нашему императору. Пусть я его не знал, но они с матерью искренне любили друг друга, а это дорогого стоит. Я не могу себе позволить оставить отцеубийцу безнаказанным. Как и оставить свою страну в тот миг, когда ее раздирают на части жадные интервенты. Будьте рядом, Ваше Высокопревосходительство. Спасите Россию! — Благодаря коротким мысленным подсказкам Хетем, заготовленная речь стала только лучше. Где-то в ее середине Артур и сам был готов поверить в свои слова. Он действительно не мог оставить отцеубийцу-попаданца живым.

«Или я, или меня».

Чем дольше звучала проникновенная речь приручителя, тем сильнее хмурился граф, становясь все задумчивее. Замолкнув, Артур несколько мгновений вслушивался в тишину а затем, решив, что недостаточно одного взывания к чести и мести, продолжил:

— Кроме того, мне потребуются верные люди при дворе. Штатгальтер слишком мелко для того, кто был другом и верным…

— Подкупить меня решил, значит, — прервал юношу Комаровский, и Артур мысленно обругал себя за последние слова. Где-то на краю сознания к его ругательствам тут же подкинула «пару ласковых» Хетем.

В полной тишине вставший граф смерил все еще сидящего Артура тяжелым взглядом, усмехнулся в усы и, надев на руки кожаные перчатки, вышел в центр зала, придерживая висящую на поясе шпагу за эфес.

«Блин, да в нем метра два, не меньше!» — Новое тело Артура было выше среднего, но сильно уступало ничуть не потерявшему в выправке вояке.

— Ты прав, та писулька дает тебе право на престол. Не знаю, на самом ли деле ты сын Кости или просто лжец… Мне уже все равно. — Он тяжело вздохнул, выдавая накопившуюся усталость и безысходность. — Хочешь моей верности? Заслужи. Я вызываю тебя на дуэль чести, пусть боги рассудят, кто прав.

Следуя подсказке Ари, Артур бросил быстрый взгляд на стол. Помимо оловянных солдатиков и лежавших в беспорядке бумаг он заметил полупустой графин с прозрачной жидкостью. По старой доброй русской традиции, граф топил свои переживания в водке, при этом идеально маскируя запах.

«Хорошо держится для пьяного. Что ж, посмотрим, насколько круты местные маги».

— Я принимаю вызов. — Артур встал напротив. Юноша совершенно не боялся, ведь на его стороне выступали верные каддэи: могущественная феникс и умная кицунэ.

— Не празднуй победу раньше времени. — Кривая усмешка исказила лицо мужчины. Он достал из воздуха шпагу и отсалютовал удивленному юноше. Прозрачное лезвие вспороло реальность, обнажив его мглисто-серую изнанку.

Мужчина и юноша оказались где-то в ином пространстве, на небольшой каменной площадке, что была окружена непроницаемым белесым туманом. С чернильного ночного неба на Артура смотрела полная луна и мириады чужих звезд.

— Добро пожаловать в мое дуэльное измерение. — Комаровский резко опустил оружие, его серьезное лицо не предвещало Артуру ничего хорошего. — Защищайся!

«Блин, да он же меня проткнет!» — Приручитель с трудом подавил рефлекторное желание поднять руки в тщетной попытки защититься от прозрачного лезвия. Там, где раньше в его душе находилась связь с Хетем и Ари, зияла сосущая ледяная пустота.

— Ну же, хоть что-нибудь. — Граф приставил шпагу к горлу застывшего приручителя. — Неужели великий подчиняющий ничего не может без своих шлюх? И ты еще посмел претендовать на престол моей отчизны?

Артура объяла ярость. Он обманул смерть, выбрался из ада и получил второй шанс, сражался с волколаками, разбойниками и солдатами. Успешно ограбил имперский поезд, подружился с прекраснейшими могущественными созданиями, каких не видел его собственный мир. Как смеет этот старикашка смеяться над ним, обладателем великой силы и судьбы?

Артур еще никогда не был так зол. Даже леденящее душу пиканье кардиомонитора не вызывало в нем столько эмоций.

«Ари, Хетем, я знаю, вы со мной! Помогите мне! Я вам полностью доверяю!»

Приручитель выбросил вперед сжатый кулак. Волна белой энергии устремилась к графу, что успел выставить перед собой руки и сгруппироваться. Мужчину отбросило к краю платформы, а на каменном полу остались борозды от его ног.

— Как ты… — договорить Артур ему не дал.Кипевшая злость все еще требовала выхода и материализовалась в виде объятой огнем каменной глыбы, что тут же отправилась в полет… Разбившись о невидимую защиту дворянина. — Неплохо, но недостаточно!

Комаровский побежал прямо на Артура. Приручитель отбрасывал штатгальтера энергетическими кулаками Ари и пытался прибить огненными заклинаниями Хетем, но, лишенный преимущества неожиданности, Артур видел, что его усилий недостаточно.

Граф подбирался все ближе. От каких-то ударов он легко уклонялся, какие-то частично поглощала его защита, отчего мужчину чуть откидывало назад. Одну из волн Комаровский просто рассек шпагой и та, развалившись на два полотна, улетела ему за спину, даже не зацепив.

Гадать о том, развалится ли он на две половинки, если граф все же доберется до цели, Артур не хотел.

«Нужно менять тактику, поодиночке мы ему ничего не противопоставим. А что если я попробую объединить их силу? Не использовать по очереди, а слить в единое целое?»

Повинуясь какому-то внутреннему наитию, Артур, сложив руки перед собой в неком подобии молитвенного жеста, закрыл глаза, обратившись к бурлящим внутри него силам.

Обжигающие, пьянящие, они циркулировали по его телу, но не касались друг друга, словно были двумя частичками еще не собранного пазла. Частичками с разных его участков, что никак не могли быть сложены вместе.

«Даже тут вы обе показываете характер, когда это совершенно не нужно! Ну, ничего. Сейчас вы у меня станете частью одного целого. Как говорят в моем мире, с помощью напильника и чьей-то матери...»

Открыв глаза, Артур не сразу понял, что произошло. Странное чувство эйфории, дарящее легкость во всем теле, кружащее голову своей мягкой сладостью, затопило все его сознание.

Юноша стоял и смотрел, как граф шевелит губами, что-то говоря ему. Смотрел в глаза своего противника, в которых грусти было едва ли не больше, чем торжества от победы. Потом перевел взгляд на собственную грудь, в которую медленно входило лезвие шпаги.

А после этого мир взорвался!

Снова отброшенный к самой границе дуэльного поля, граф с изумлением смотрел на мужскую фигуру с девятью лисьими хвостами, что была соткана из чистого пламени. Мир вокруг надсадно взвыл, содрагаясь, и белый туман осыпался пеплом под ноги сражающихся, а небо закрылось свинцовыми, непроницаемыми тучами. Единственным источником света осталась огненная фигура Артура.

— Продолжим, Ваше Высокопревосходительство! — юноша царственно взмахнул рукой, и Комаровский, усмехнувшись довольно, снова перешел в атаку.

Приручитель уже не чувствовал себя беззащитным перед графом. До этого Артуру казалось, что опытный вояка играется с ним, но теперь эта игра шла не в одни ворота, ведь на его стороне были силы и знания двух мощнейших и прекраснейших каддэй!

Однако очень скоро юноша понял, что все же недооценил противника. Да, тот не бросался чистой силой и уж тем более огнем, но удары шпаги были точны и стремительны — уйдя в глухую оборону, Комаровский блокировал все удары, рассекая огненные хвосты, а барьер защищал штатгальтера обжигающего жара.

— На удивление неплохо, юноша, но нам пора заканчивать.

Слова графа прозвучали как поминальный колокол. Артур напрягся, пытаясь предугадать, откуда придет смертельный удар, но Комаровский даже не прятался — вокруг лезвия его шпаги медленно уплотнялась сила. Хлестнувшие по уплотнившемуся барьеру огненные хвосты лишь заставили тот слегка потемнеть и пойти тонкими, едва заметными трещинками. Защита держалась, а сам граф продолжил готовить какое-то заклинание, и знания каддэй подсказывали приручителю, что в этот раз они не смогут отразить атаку.

«Значит, нужно ударить первым!»

Взгляд тут же зацепился за трещину в барьере Комаровского, что казалась больше предыдущих.

«Сюда!» — два женских голоса в его голове слились в унисон. Артур коротко вздохнул, скручивая хвосты в один подобный гигантскому огненному буру, и ударил ими с разворота, как копьем, после чего вложил остатки сил в мощный удар кулаками сверху.

И щит не устоял! Огонь хлынул внутрь, тут же воспламеняя волосы Комаровского, поджигая одежду и жадно ластясь к чернеющей коже.

Чувствуя, что его противник не успевает собрать силы для «последнего броска», Артур еще чуть-чуть усилил напор огня, втайне надеясь, что Комаровский сдастся и, быть может, его еще удастся спасти, и оттого для юноши большим удивлением стала воткнувшаяся в грудь шпага, эфес которой сжимала обугленная рука. Лезвие вскрыло защитный барьер Артура, как яичную скорлупу, и вся та сила, что накопил граф, ударила приручителя в грудь.

— Нет! — три голоса слились в один. Артур отбросил от себя Комаровского, и тот рухнул на каменный пол.

Вся правая часть тела мужчины обуглилась до кости, но каким-то образом ему хватило сил, чтобы не просто выпустить собранную энергию, а одним ударом вбить ее в грудь приручителя вместе с воткнутой по самый эфес шпагой.

— НЕТ! Я РОЖДЕН, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ!

Его ли это были мысли, или эти слова принадлежали Ари, видевшей в нем избранного? Или, может быть, это Хетем, божественный феникс, чья кипящая кровь сейчас бежала по его жилам? Артур не знал.

Все вдруг замолкло. Ушла заемная сила каддэй, исчезли звуки, ощущение пространства. Померк свет.

Единственное, что осталось, это тонкое, но пронзительное в воцарившейся абсолютной тишине пиканье кардиомонитора.

«Вот и все».

Приглушенный свет масляной лампы на столе слепил сильнее направленного в лицо прожектора. Ранее удобная одежда теперь царапала кожу, словно наждак. Исчезающий писк эхом отражался в пустой голове, заставляя стиснуть зубы до хруста в напряженной челюсти.

Открыв глаза, Артур с удивлением и облегчением обнаружил, что он жив. Жив был и граф. Побледнев и тяжело дыша, он стоял напротив, опираясь ладонью на край стола.

Ари и Хетем не шевелились и сохраняли молчание, чувствуя, насколько плохо сейчас Артуру, но и юноша ощущал их смятение. Через пару мгновений писк в голове стих, оставив легкое головокружение. Не доверяя подгибающимся коленям, Артур тихо выдохнул, повалившись на стул.

Комаровский, постояв еще немного и посверлив юношу нечитаемым взглядом, обошел стол, так же тяжело рухнув на свое место, а после торопливо разлил содержимое никуда не девшейся бутылки по граненым стаканам. Граф и приручитель молча чокнулись и опрокинули в себя прозрачную жидкость. У юноши перехватило дыхание — водка обожгла горло и ухнула в желудок. По всему телу разошлось расслабляющее тепло.

— Закусите, Ваше Высочество. — Комаровский криво усмехнулся и подвинул Артуру блюдо с нехитрой закуской. Он внимательно следил за тем, как юноша торопливо откусил добрый кусок черного хлеба с положенными сверху салом и луком.

— Почему мы до сих пор живы? — У юноши пробудился зверский голод. Расправившись с первым бутербродом, он сразу же соорудил себе следующий.

— Особенность дуэльных измерений. Они позволяют сражаться, не стесняя силы. — Пожевав губами, граф неохотно добавил: — Признаться, вы меня удивили… И чуть не убили нас обоих, в один момент чуть не разрушив измерение.

— Артур смог убедить вас, граф? — Ари прошла мимо, игриво покачивая бедрами и проведя хвостом по ноге вздрогнувшего мужчины.

— Да. — Комаровский бросил тоскливый взгляд на стремительно исчезающую еду. Чудом перехватив последний кусок хлеба, он опрокинул в себя второй стакан водки и занюхал корочкой. — Я к вашим услугам, Ваше Высочество.

— Прекрасно! — На Артура обрушилось невероятное облегчение. Он прикрыл глаза и откинул голову, тело отказывалось работать, ввергая приручителя в невероятную негу. А уж когда ласковые пальчики кицунэ прошлись по его плечам и шее, разминая задубевшие мышцы… — Мы должны как можно скорее отправиться в Петербург и…

— Осмелюсь доложить — это невозможно, Ваше Высочество, — твердо ответил граф. — По крайней мере, если вы хотите видеть меня своим соратником.

— Почему? — Секундная вспышка ликования сменилась обычной напряженностью с горькими нотками безысходности. Артур резко открыл глаза, всматриваясь в лицо графа.

— Я верен долгу. Пока не выполнено распоряжение покойного императора, я остаюсь в Минске. — Мужчина гордо выпрямился, его серые глаза отдавали непоколебимой уверенностью в собственной правоте.

— В чем заключается это распоряжение? — опасливо спросил Артур, заранее догадываясь об ответе.

— Поймать мятежника Якуба Ковальски, — торжественно ответил Комаровский. — Я могу казнить его на месте или отправить для суда в Петербург — в зависимости от ситуации.

Юноша молча побарабанил пальцами по столу. Признаться графу в том, что на самом деле поезд ограбила их веселая компания по приказу того самого Якуба? Держите карман шире! Если для занятия престола потребуется голова поляка с британскими корнями, значит, так тому и быть.

«Тем более Якуба точно нельзя назвать невиновным. Чего только стоит наводнение Искоростеня пыльцой фей и крышевание разбойничьих банд».

— И какой план? — Артур слегка расслабился. У него, наконец, появилась простая и понятная цель, очередная ступенька на длинной лестнице судьбы. Или же это подействовали алкоголь вместе с расслабляющим массажем от кицунэ?

— Неизвестно, какими силами располагают мятежники. Я привык готовиться к худшему. — Комаровский неохотно встал и навис над картой с оловянными солдатиками. — Я ожидаю подкрепления из ближайших областей. Будем занимать поселение за поселением, пока кто-то не выдаст его убежище.

— Нет ничего проще. — Мысленно переговорив с Ари, Артур сразу же узнал ответ на интересующий графа вопрос. — Якуб скрывается в Искоростене на территории завода по изготовлению патронов. Город полностью подчинен ему, а жители плотно сидят на пыльце фей.

— Может, вы и про его силы знаете? — усмехнулся штатгальтер.

— Ему подчиняется несколько сотен человек, в основном рабочие заводов и любители легкой наживы из окрестных сел. Возможно, их число вырастет до нескольких тысяч. — Приручитель передавал известную кицунэ информацию, не зря она была правой лапой польского мятежника. — Главная проблема не люди. Якуб выступает не только от лица простого народа, но и притесняемых каддэев. Зверины, элементалы, духи, русалки и прочая нечисть. Одних только волколаков должно набраться под сотню.

— Очень исчерпывающая и полезная информация, юноша. — Комаровский, несколько мгновений пристально изучавший Артура взглядом, наконец уставился на карту, беззвучно шевеля губами. Отчего-то граф решил не интересоваться источником разведданных. Оно было и к лучшему. — Сейчас в Минске почти три тысячи штыков. Если возьмем половину и ударим прямо по Искоростеню, лишим змея головы.

— Вам следует знать еще одну вещь. Якуб — агент британской разведки. Он получает обширное финансирование. Его задание — дестабилизация западной границы, но оно вполне могло измениться из-за смерти императора. — Артур ни капли не удивился очередному откровению Ари. — Не стоит думать, что, захватив Искоростень, мы лишим его силы. Он просто сбежит на отдаленный хутор.

— В таком случае брать его нужно быстро, решительно и исключительно живым. Выступим малыми силами и нанесем стремительный удар. Враг будет повержен прежде, чем осознает произошедшее! — Комаровский залпом осушил очередной стакан. Глаза графа окончательно осоловели, начав косить в разные стороны. — Что-то еще, юноша? Признаться, я изрядно утомился после нашей… дуэли.

— Да, мелкий пустяк. Вы должны представить меня солдатам и офицерам как подобается. Мы вместе уничтожим мятеж, а затем отправимся прямиком в Петербург. — Дождавшись слабого кивка, Артур встал и слегка поклонился. — Благодарю за радушный прием, граф. А теперь поручите даме у входа показать мне и моим спутницам покои, соответствующие нашему положению.

— Какой еще даме? — спросил граф заплетающимся языком.

— Синие волосы, с одной стороны они гораздо длиннее, чем с другой. — Видимо, Хетем надоело отмалчиваться. Каддэя открыла дверь и показала на пустой табурет. — Она сидела прямо здесь.

— Это место для служанки, но я отпускаю ее по ночам, и волосы у нее светлые... А, неважно. Займете мою спальню, по коридору направо, последняя дверь. А я пока побуду здесь… — Он с сожалением посмотрел на опустевшую бутыль. — Мне нужно собраться с мыслями и многое обдумать.

***

Пробуждение выдалось на редкость приятным. Артур будто парил на невесомом облаке, по всему телу разливалась сладкая истома.

«А Комаровский знает толк в хорошем матрасе, вычеркиваем “Икею” из списка прогрессора».

Он не сразу понял, что источником наслаждения служила не удобная перина графа, а расположившаяся у его ног кицунэ. Юноша осторожно поднял одеяло, встретившись с хитрым взглядом порозовевших глаз.

— Доброе утро, хозяин. Вы были очень напряжены, и я решила немного вас успокоить. — Ари ласково улыбнулась, наклоняя голову. — С вашего позволения, я продолжу.

Артур смотрел в потолок, наслаждаясь стараниями кицунэ. Закончив, она медленно двинулась вверх, прижимаясь к юноше упругой грудью. Оказавшись в крепких объятиях, Ари счастливо выдохнула, устраивая голову на плече.

— И тебе доброго утра. — Он лениво потянулся к заостренному уху. На слабые почесывания лисица выгнула спину и довольно заурчала. — Какие новости?

— Граф с самого утра раздает приказы. Офицеры бегают как гончие псы, напавшие на след, а солдаты уже грузятся в поезд. Хетем следит, чтобы все прошло гладко. — Кицунэ прильнула к приручителю, обвивая его ноги хвостом и говоря таким сладким, томным голосом, будто речь шла не о подготовке к войне, а о походе в театр. — Вечером мы отправляемся в Искоростень.

— Тебя не смущает предстоящая встреча с Якубом? — С трудом поборов искушение поспать еще несколько часов с теплой лисичкой под боком, Артур со вздохом поднялся и потянулся к сапогам. — Сколько вы вообще провели вместе?

— Не стоит ревновать, хозяин, мы с ним даже не спали. — Обнаженная девушка повернулась на бок, демонстрируя себя с лучшей стороны. — Я всецело принадлежу вам.

— Не играй со мной в игры, — осадил забывшуюся каддэю приручитель. — Я задал вполне конкретный вопрос.

— Простите, хозяин. — Она потупилась, демонстративно надув губы. — Я работала с ним около года. Нельзя построить Рим за один день.

Обиженная кицунэ выглядела столь умильно, что Артур не выдержал и быстро поцеловал ее. Оставив изумленную девушку в кровати, он направился в ванную. Через несколько секунд Ари скользнула за ним следом.

Возле кабинета Комаровского царила суматоха. Посыльные носились с такой скоростью, что дверь не успевала закрываться, а офицеры, устроившие молчаливую и тихую потасовку за то, чтобы зайти внутрь как можно раньше, вылетали из кабинета подобно пуле, получив короткие распоряжения от графа.

«Силен», — подумал приручитель. На лице графа не осталось никаких следов ночного пьянства.

— А, вот и виновник торжества. — Комаровский непонятным образом заметил юношу за спинами перекрывших весь проход офицеров. — Господа, позвольте представить вам Артура Романова, сына почившего императора Константина, а также его прекрасных помощниц Ари и Хетем.

Приручитель не успел заметить, как феникс заняла место справа от него, в то время как кицунэ оккупировала себе левое.

Пространство взорвалось звуками. Новость о внезапном и «неучтенном» наследнике оказалась настолько ошеломительной, что офицеры не смогли справиться с эмоциями. Артура захлестнуло вопросами, чужими сомнениями и восторгами, а Комаровский хранил молчание, предоставив новоявленного цесаревича самому себе.

— Господа, минуточку внимания! — Вскинув руку, Артур запустил в потолок маленький огненный шар. Взорвавшись оглушительным хлопком, он оставил на потолке пятно сажи, заодно дав юноше возможность говорить в полной тишине.

— Имея законные права на престол, я собираюсь отправиться в Петербург, чтобы предать своего брата-отцеубийцу суду. Но прежде необходимо разобраться с мятежом и исполнить последнюю волю моего отца и императора. Все подробности вы можете получить у Его Превосходительства как у командующего, а для меня большая честь встать с вами плечом к плечу в этой битве. На этом все.

Приручитель резко развернулся и вышел из зала, не дав засыпать себя новыми вопросами. Пусть штатгальтер отдувается, у него найдутся дела поинтереснее, например разыскать в Минске приличную ресторацию. Война войной, а обед, то есть завтрак, по расписанию!

Искомое нашлось быстро. Приютом троице послужило небольшое семейное кафе, и в разгар рабочего дня они стали единственными посетителями.

— Ммм, прекрасно. — Поданный Артуру горячий шоколад с зефиром оказался выше всяческих похвал, послужив достойным завершением трапезы после вишневого штруделя с тремя шариками ванильного мороженого. — Я вчера отключился, и мы не смогли нормально поговорить.

— А о чем мы должны были поговорить? — равнодушным тоном поинтересовалась Хетем. Артур не мог понять, то ли Лучезарная снова была не в духе, то ли действительно не видела во вчерашнем дне ничего интересного.

— Предлагаю начать с моей дуэли с графом. Как она выглядела со стороны?

— Вас накрыло обычным дуэльным куполом. Наша связь не прервалась, но мы не могли переговариваться или делиться силой напрямую. Странное чувство и, признаюсь, достаточно неприятное. — Хетем внезапно поежилась, крепко схватившись за исходящую паром чашку. — Минут через десять купол исчез, и вы как ни в чем не бывало начали пить. Типичные мужланы, — феникс не удержалась от шпильки, бросив неодобрительный взгляд на приручителя.

— И все? Я ведь чувствовал вашу поддержку, знания…

Увидев на лицах спутниц недоумение и вспомнив собственные слова о доверии, Артур рассказал все, что происходило на дуэли. Обе каддэи слушали его, широко раскрыв глаза и не прерывая.

— Ты смог соединить наши силы при неработающей связи? Это ведь невозможно! — Хетем не кричала, но что-то в ее голосе заставило проходившую мимо служанку шарахнуться в сторону.

— Хозяин, вы освоили фехтовальный стиль храма сакуры, доступный лишь избранным. Это немыслимо! — Ари взмахом ладони отсекла от их столика посторонние звуки. — Еще и огненными хвостами! Никогда не слышала о таком прежде!

— Я тоже. О великих подчиняющих прошлого ходят разные легенды, но чтобы одновременно использовать силы столь разных каддэй… — Хетем, откинувшись на спинку стула, прошлась по Артуру каким-то новым, куда более заинтересованным взглядом. — Ты начинаешь мне нравиться.

— Ах ты, курица общипанная! — зашипела Ари. — Еще вчера ты была готова разорвать его на куски, а теперь почуяла силу и он тебе сразу понравился?

— Мнение сучек-подстилок меня не интересует, — отмахнулась от кицунэ Лучезарная.

Артур усмехнулся и жестом попросил у официантки порцию яблочного пирога. Ари все еще не сняла полог тишины, но девушкам уже было не до того, ведь они со всем чувством предались своему самому любимому занятию — ругани.

— Бобры в Бобруйск! Йа креведко! Слава падонкам! — Артур не смог сдержаться, когда их поезд проезжал мимо родины древнего мема. Было невозможно рассмотреть что-либо в свете редких масляных фонарей, но юноша испытывал огромное, ни с чем несравнимое воодушевление. В прошлой жизни он и мечтать не мог о путешествиях куда-то за пределы собственного города.

— Ты спятил? — очнувшаясяь от дремы Хетем не разделяла восторга Артура. Девушка накрыла голову подушкой и отвернулась к спинке дивана. — Глубокая ночь!

— Эх, ничего ты не понимаешь, это такое знаковое место! Здесь вершилась судьба всего интернета! — Уклонившись от брошенной подушки, он страдальчески вздохнул и снова улегся в свою постель. — Не человек ты культуры! Умру непонятым гением!

Несмотря на все старания Комаровского, отбыть в Искоростень они смогли только к вечеру, слишком уж неповоротливой оказалась имперская военная машина. Если первый поезд с ополченцами удалось отправить днем, то второй, с гвардией и основным офицерским составом, только затемно.

Приручителю и его каддэям выделили отдельный кабинет, где можно было относительно удобно поспать на кожаных диванах. Ари и Хетем моментально отключились, в то время как предавшийся светлым воспоминаниям об освоении интернета Артур уснул только к рассвету. Когда поезд остановился и в дверь торопливо постучали, проснувшийся с тяжелой головой юноша даже не сразу смог вспомнить, где находится.

— Ваше Высочество, беда! — В проеме появился парнишка не шибко старше самого Артура в черной форме с вырвиглазно-алыми лампасами на штанах. — Ой, то есть тревога! Его Высокопревосходительство исчез!

«Что-то значит “исчез”? Какого черта тут происходит?!»

Протирая глаза, приручитель быстро посмотрел в окно. Кирпичное здание вокзала показалось ему смутно знакомым. Хетем мимолетно подтвердила догадку:

— Почему мы приехали в Мозырь? — Несмотря на ночь на диване, на ее белом платье не возникло ни единой складки. — Что случилось?

— Сейчас узнаем.

Артур осторожно толкнул крепко спавшую Ари и, предоставив Лучезарной вводить кицунэ в курс дела, вышел из поезда.

На вокзальной платформе постепенно собиралось все больше гвардейцев. Они с недоумением выстраивались в боевой порядок, держа винтовки наготове под зычные команды офицеров. Несмотря на исчезновение графа, более мелкие дворяне не растерялись и готовились встретить любую угрозу плотным ружейным и магическим огнем, подозревая, что не просто так они приехали в мирный город.

«А неплохо, контролируют все подходы, похоже на наш спецназ. Не даром именно поддержка гвардейских полков являлась главным подспорьем в завоевании трона».

— Артур, здесь что-то не так. — Хетем вдруг оказалась перед ним, закрывая собой зазевавшегося юношу.

Приручитель, внимательно оглядевшись, согласился со своей каддэей — на платформе не было ни единого человека, кроме тех, что прибыл их с поездом, а мертвую тишину над перроном нарушали только приказы офицеров и топот солдат. Пусть Артур и не видел Мозырь, он с легкостью представил вымерший город с пустыми улицами, и подобная картина пугала.

— Всем занять оборону! Боевая тревога! Убивать всех посторонних, кто попытается приблизиться к поезду! — Комаровский возник словно бы из ниоткуда. Вцепившись в рукоять шпаги побелевшими пальцами, он отдал запоздалые приказы, но, убедившись в боеготовности солдат и офицеров, граф слегка расслабился и повернулся к приручителю. — Ваше Высочество, прошу незамедлительно проследовать за мной вместе со спутницами.

Артур благоразумно решил воздержаться от вопросов, быстрым шагом двинувшись следом за графом, что уже резким движением распахивал двери вокзала.

Изнутри здание выглядело странно пустым. Всюду царила идеальная чистота — никаких огрызков, костей, крыс и брошенных чемоданов, пустовали мусорные урны. Проходя мимо скамейки, юноша провел по ней пальцами и поморщился от скрипа — ни намека на пыль. И все так же — ни одной живой души, кроме них самих.

— Не задерживайтесь. — Граф и не думал ждать, быстрым шагом направляясь в другой конец здания. Там они поднялись по длинной лестнице и вышли на противоположную платформу. — У вас крепкий желудок?

— Вроде бы да. — Артур непонимающе перевел взгляд со сверкающего в солнечных лучах пустого поезда на графа.

— Тогда я снимаю морок. — Комаровский сложил пальцы и дернул рукой как фокусник, срывающий скатерть с кроличьей клетки.

Подступившая к горлу Артура тошнота ясно показала, что приручитель переоценил крепость своего желудка.

Всюду лежали разорванные тела. Темно-зеленая форма обычных солдат, не относящихся к гвардейским частям, сплошь окрасилась в коричневый из-за впитавшейся крови. Разломанные на куски винтовки, разбросанные в беспорядке патроны с гранатами и воткнутые в разинутые рты штыки красноречиво показывали всю тщетность их сопротивления.

Поезд, что до этого сверкал как новенький, на самом деле пострадал не меньше — все до единого окна выбиты, проломленные двери лежали в вагонах или прямо на рельсах, в стенах часто встречались дыры размером с кулак.

— Это те, кто ехали до нас? — На первый взгляд Артура здесь полег целый батальон.

— Все до единого. — Комаровский с сочувствием посмотрел на Артура. — На их месте должны были быть мы, если бы не задержка.

— Волколаки поработали, вон тех элементалы поджарили, а морок сильный ведун навел. Очень умелый, даже я не почуяла. — Ари не скрываясь отрастила настороженно подрагивающие заостренные ушки. — Мы должны немедленно вернуться!

— Сударыня, с вами чиновник второго ранга, вы в безопасности, — попытался успокоить кицунэ Комаровский.

— Вы не понимаете, граф! — нахмурилась лисица. — Я беспокоюсь не за нас, а за тех, кого мы оставили!

— Не сравнивайте гвардейские части с обычными ополченцами. Я лично знаю большинство офицеров и полностью уверен в их способности постоять за себя!

Тревожно завыл горн, прерывая штатгальтера. Треск выстрелов смешался с короткими рваными приказами и страшным звериным воем.

Выругавшись, Комаровский растворился прямо в воздухе. Артур, Хетем и Ари, переглянувшись, бросились назад тем же путем, что шли сюда, но, лишь оказавшись в центре здания вокзала, приручитель понял, что совершил большую ошибку. Приготовленная Якубом ловушка с треском захлопнулась.

— Хозяин, осторожно! — Кицунэ толкнула Артура в сторону, и пролетевшая мимо молния оставила на каменной колонне черное ветвистое пятно.

— Хозяин? Вот, значит, на кого ты нас променяла? — Крупный волколак с тройным шрамом на морде с ненавистью обратился к Ари. — Предательница! Ты не отделаешься быстрой смертью!

Артур лихорадочно осматривался. Сейчас, оказавшись на поле боя, что больше не скрывал морок, он увидел не только солдат, но и простых жителей, что не смогли спастись. Многие тела были обглоданы до костей, и, глядя на подходящих волколаков, что не скрывали свою звериную сущность, Артур понимал, что за звери устроили тут свой пир.

Кольцо вокруг них сжималось, заставляя встать спина к спине. Зверюги глухо рычали, сверля приручителя и его каддэй плотоядными взглядами. Прямо напротив Артура оказался шрамированый вожак, за чьей спиной мелькнул электро-элементал.

«Ну, шавка, сейчас я поставлю тебя на место!»

Артур смело шагнул к крупному волколаку и повелительно указал на пол, добавляя в голос силу подчиняющего.

— На колени!

Вожак вздрогнул, покачнувшись из стороны в сторону, и чуть склонился вперед. Приручитель внутренне возликовал, но тут стоявший позади вожака элементал швырнул в Артура новую молнию.И хоть Ари легко приняла ее на сияющие белым хвосты, закрывая хозяина, но момент был упущен. Леденящий душу вой разъяренного, сбросившего наваждение волколака разнесся по всему вокзалу.

— Взять их! — В его приказе эхом отражалась нечеловеческая ненависть. — Предательницу только живой!

«Их слишком много, всех за раз подчинить не удастся! Плевать, значит, потанцуем со смертью!»

— Ари, Хетем, что бы ни случилось, прикрывайте друг друга! — Артур попытался вспомнить ощущения во время дуэли с Комаровским, и теперь, когда он чувствовал обеих каддэй за своей спиной, сила откликнулась куда охотнее. — Я справлюсь сам!

Лучезарная коротко кивнула и закрыла возмущенную кицунэ пылающими крыльями. Девушек окружило огненное кольцо, из которого вырывались метко бьющие энергетические плети. Попавшие под раздачу волколаки с жалобным скулением катались по полу, пытаясь потушить занявшуюся шерсть.

Не беспокоясь за своих каддэй, приручитель всецело отдался симфонии боя, что снова пришла к нему вместе с огненными хвостами и знаниями двух могущественных созданий. Артур не оставался на месте более чем на один удар сердца, не давая себя окружить или задеть молнией. Огненные хвосты кололи и били наотмашь, создавая вокруг приручителя пустое пространство и жестоко наказывая любого, кто пытался приблизиться. Твари, подстегиваемые рыком своего вожака, нападали на Артура и тут же откатывались назад опаленной визгливой волной. Казалось, что лишь время отделяет юношу от победы, но…

Сметающий все удар впечатал Артура в колонну. Брошенная вожаком дубовая скамья, что тот вырвал прямо из пола, обуглилась дочерна и треснула по центру, рухнув по обе стороны от колонны, но дело свое сделала. Боль от удара головой о камень на миг ослепила Артура, он растерялся, и огненные хвосты истаяли дымом.

В один миг все тело онемело и перестало слушаться. С часто бьющимся от ужаса сердцем Артур следил, как к нему медленно приближается вожак, не скрывающий торжества на уродливой морде.

— Добегался. — Каддэй навис над приручителем, упершись лапой в колонну. В лицо человеку ударила волна гниющего смрада. — Никто не придет тебе на помощь.

Артур с отвращением отвернулся, в мыслях неохотно согласившись с врагом. Его девушек зажимали в угол, волколаки по примеру вожака швыряли в каддэй разные предметы, а элементал поливал их молниями. Ари усилила огненное кольцо Хетем собственным барьером, но вырваться из окружения они уже не могли, едва сдерживая звериный натиск.

— Я сегодня в хорошем настроении, позволю тебе немного пожить. — Волколак ударил приручителя в живот, выбив воздух из его легких и заставив согнуться, а затем пнул в грудь. Подняв юношу как пушинку, он повернул его к сражающимся каддэям. — Посмотришь, как мы пользуем твоих сучек.

Ярость застила Артуру глаза. Это были его каддэи! Его нежная, теплая и игривая Ари. Его высокомерная, пренебрежительная и всегда чуточку на взводе Хетем. Они обе доверились ему, пусть каждая по своим причинам. Они стали его первыми настоящими союзниками в битве за собственную жизнь, и он не имел права их подвести!

Где-то в груди словно бы лопнула натянутая до предела струна. И пусть чувство собственного тела не вернулось к Артуру, он уже знал, что делать.

«Моя сила не в ударах кулаком. Не в заемных силах каддэй. Моя сила в том, что я могу подчинить себе любого из вас, достаточно только прикоснуться. Хорошо, что ты, тупоголовая псина, этого до сих пор не понял, и как же долго до меня самого это доходило!»

Вожак бросил удивленный взгляд на человека, что вдруг вцепился в его полутрансформировавшуюся лапу руками. И это было последним, что он сделал по собственной воле. Таран чужой воли, сминающий его собственное «Я», стирающий все собственные желания и оставляющий лишь желание СЛУЖИТЬ и какие-то первичные животные инстинкты, навсегда избавил мир от Ратмира Черного, оставив лишь блеклую тень. Выпустив Артура, волколак вытянулся в струнку, ожидая приказов.

— Помоги им, — Рухнув кулем на холодный камень, Артур охнул от боли, но сейчас нужно было думать не о собственном комфорте, пусть даже он все еще не чувствовал собственное тело. Оборотень, даже не кивнув, одним слитным движением развернулся в сторону обороняющихся девушек, а Артуру только и осталось, что следить за выполнением приказа.

Ратмир не зря занимал свое место в стае. С первым волколаком он расправился со спины, с одного удара лапы перебив несчастному хребет. Реакция остальной стаи изумила ожидавшего кровавое побоище Артура — большинство волколаков просто упали на землю, закрыв лапами морды. Осталось на ногах лишь трое: такие же огромные, как бывший вожак стаи, и полные решимости убить бывшего лидера и закончить то, что начали.

Волчья схватка оказалась короткой и яростной. Во все стороны летели куски вырванного мяса, щедро брызгала алая кровь. Вскоре все трое смельчаков лежали бездыханными тушами, а израненный вожак бросился к элементалу, пытавшемуся сдержать Ари и Хетем, что почувствовали изменение баланса сил.

— Не до тебя сейчас! — Толстая молния перехватила зверину в полете. Волколак рухнул как подкошенный, забившись в конвульсиях. К несчастью для элементала, Хетем хватило и такой короткой заминки.

Взмахнув крыльями, Лучезарная резко свела их перед собой, выпуская в свою цель сотни мельчайших перышек. Большинство мужчина все же успел перехватить щитом молний, но и тех, что прошли, оказалось достаточно. Вспышка пламени внутри щита была уже знакома Артуру с дуэли. Только, в отличие от графа, элементал не смог ее выдержать — его обугленный скелет мгновением позже рухнул на каменный пол вокзала.

Выжившие волколаки продолжали лежать, смотря на троицу испуганными взглядами. Все альфы были мертвы, и они, привыкшие только подчиняться, совершенно не представляли, что делать.

Обе каддэи с торжественными лицами обернулись на приручителя, чтобы уже через миг их радость смыло подбирающимся ужасом. Даже Хетем не сдержала едва слышного «о-о-о…», глядя на то, как бросившаяся к Артуру кицуне пытается помочь ему встать, подставляя свое плечо.

— Значит так, — Артур, опираясь на Ари, с трудом встал. Чувствительность понемногу возвращалась то ли благодаря каддэе, то ли по какой-то иной причине… — Кто у вас главный?

— Теперь ты, — самый смелый волколак с синим отливом шерсти приподнял голову от пола. — Приказывай, подчиняющий.

— Мы должны помочь нашим! Все за мной! — Артур попытался сделать быстрый шаг и чуть не задохнулся от боли, завалившись вперед. Ари не дала ему упасть и, перехватив за пояс крепче, наклонилась к его уху губами.

— Возьми их силы, понемногу! Активных талантов они не имеют, кроме оборота, но все вервольфы регенерируют куда быстрее обычного человека. Их много, с них не убудет!

«Знать бы еще, как это сделать…» — Артур кивнул каддэе, показывая, что понял ее.

Хетем, изящным движением плеча развеяв пылающие крылья, бросила на крепко прижавшуюся к приручителю Ари недовольный взгляд, после чего демонстративно отряхнула ладонями идеально чистое платье и, задумчиво оглядев толпу вервольфов, обронила:

— Солдаты примут их за врагов.

— Да, точно. — Артур ответил несколько заторможено, пытаясь аккуратно, по маленькому кусочку отщипнуть силы от своей новоиспеченной армии.— Тогда им лучше остаться здесь, я вернусь, когда все закончится.

— Нам не страшны хуманские пукалки. Позаботься, чтобы нас не убивали обладающие силой, а с остальным мы разберемся. — Подал голос все тот же самый смелый волколак, шумно втягивая воздух, пропитанный запахом крови павших собратьев.

Артур бросил взгляд на поддерживающую его Ари, чувствуя, что заимствование чужой силы пошло на пользу. Медленно подступающая боль в этом случае являлась добрым знаком. Он чувствовал, и это было самым главным. Остальное можно потерпеть.

— Хорошо, так и быть. Ари, когда мы окажемся рядом, тебе нужно будет пробраться к войску Комаровского и предупредить их, чтобы выходили из боя и не вмешивались в волчью потасовку, когда она начнется.

Кицуне молча кивнула, и приручитель, наконец почувствовав, что может стоять сам, убрал руку с ее плеч, делая первый шаг вперед. Все тело взорвалось болью. Артур, резко выдохнув, потянул способности из своей армии чуть более активно и ощутил прилив не только жизненных сил, но и звериной ярости. Ему хотелось крови. Крови Якуба, крови тех, кто посмел пойти против него! И приручитель не собирался противиться этому чувству.

Нападение вервольфов не застало обороняющихся врасплох, ведь, в в отличие от регулярных армейских частей, гвардейцы оказались слеплены из иного теста. На платформе лежало гораздо меньше тел, большинство стрелков успели забаррикадироваться в вагонах и вели стрельбу из окон. Элементалов пристрелили почти сразу, зато многочисленные волколаки пытались пробиться через энергетические барьеры офицеров или проделывали дыры в крышах. Одних успевали застрелить или сбить, другие благополучно проникали внутрь и устраивали мясорубку. Артур успел заметить как минимум пару «замолчавших вагонов».

— Ведун там, у паровоза. — Самоназначившегося вожака оборотней била крупная дрожь, его когти в предвкушении скребли каменный пол, оставляя глубокие борозды. — Убей его, если сможешь.

«Всего пять минут служит мне, а уже показывает характер. Нужно сразу обозначить, кто здесь хозяин».

— В таком случае расчищайте мне путь. — Артур скрестил руки на груди, явно показывая, что не собирается делать грязную работу. Боль в теле отступала медленно, неохотно. После быстрого шага каждое резкое движение отдавалось жжением в груди.

Подчиненные волколаки не колебались — мощный ментальный приказ приручителя не оставил им места для сомнений. Хором взвыв, они, в несколько прыжков преодолев отделяющее их от цели расстояние, бросились на осаждающих поезд сородичей.

Не ожидавшие удара в спину волколаки Якуба начали стремительно терять позиции, отступая к паровозу.

Ари, воспользовавшись отступлением противника, протиснулась в приоткрывшуюся для нее дверь вагона, где-то крича, а где-то и применяя очарование, чтобы гвардейцы быстрее прекратили стрельбу. В мешанине звериных тел обычному человеку было решительно невозможно разобрать, где свои, а где чужие.

Медленно идя вперед следом за Хетем, что сотворила огненный хлыст и щедро раздавала смертельные удары во все стороны, Артур вслушивался в свои ощущения. Он чувствовал каждого волколака, что был сейчас подчинен его воле, как маленькую яростную кляксу на границе своего сознания.

Раздавшийся совсем рядом звериный рев вырвал приручителя из размышлений.

Примерно в середине поезда отыскался очередной самец, превосходящий остальных размерами и свирепостью. Уклонившись от хлыста Хетем, он раскидал волколаков-предателей, как маленьких котят, и бросился прямо на приручителя. Следом за ним кинулись те немногие волколаки, что оказались отрезаны от отступающих собратьев и еще как-то пытались сопротивляться.

«Вот тебе и грязная работа».

Артуру не хотелось отвлекать Хетем, а то вдруг применит ее силу, а каддэя в решающий момент потухнет? Тем более что Лучезарная тут же отвлекла на себя всю стаю, бросив в сторону приручителя беспокойный взгляд. Оставалась только Ари. Несмотря на разделяющее их расстояние и стены поезда, кицунэ с готовностью подсказала хозяину несколько способов разделаться с новым врагом. С содроганием отбросив обольщение, приручитель, глядя на то, как на него летит, разбрызгивая яростную пену, волчий лидер, чуть развернулся боком, выставив вперед одну ногу.

Девять выросших за спиной юноши белых хвостов сложились в один. Пригнувшись к земле в тот момент, когда волколак уже должен был обрушиться на него в прыжке, Артур подхватил массивную тушу под брюхо хвостом и тут же, пользуясь уже набранной инерцией, швырнул своего противника назад, в одну из мраморных колонн. Врезавшийся в нее спиной каддэй, казалось, почти ничего не почувствовал, кроме легкого сотрясения. Рухнув на пол, он, приподнявшись на лапах, тряхнул мордой и уже приготовился было встать на лапы, но Артур не стал давать ему время для новой атаки. Вновь разделив хвост на девять, приручитель словно копьями пригвоздил вожака к каменному полу за все четыре лапы. Каддэй бешено взвыл и задергался, оказавшись беспомощнее пришпиленной к бумаге букашке. Осознав тщетность своих усилий, он с ненавистью уставился на Артура.

— Чего медлишь, подчиняющий? — Несмотря на грубость, голос обернувшегося волколака вполне мог принадлежать обычному человеку. — Кишка тонка?

— Сдавайся, служи мне, и останешься жив. — Чутье приручителя подсказывало, что перед ним находится сильный каддэй с могучей волей. Чтобы подчинить такого против его желания, понадобится много силы и времени, но охотничий азарт требовал немедленно заполучить к себе в коллекцию ценный экземпляр.

Однако стоило только Артуру увидеть, как звериные глаза поверженного противника налились кровью, как он уже знал ответ. Волколак молча и яростно принялся биться затылком о брусчатку, сверля приручителя ненавидящим взглядом. Не уважить такую смелость Артур не мог, да и рисковать, оставляя противника в живых, не собирался.

— Как пожелаешь. — Пара оставшихся свободными хвостов сложились в лезвие, отсекая оскаленную голову.

Схватка и «разговор» с вожаком заняли не больше пары минут, но ситуация успела кардинально измениться. Воодушевленные гвардейцы перешли в контратаку. Стрелки по-прежнему не покидали поезд, прячась за окнами, — нападающие каддэи прекрасно метали камни. Плотный ружейный огонь теснил волколаков Якуба, а гибель вожака окончательно подорвала их боевой дух. Сквозь завывания бегущих прочь зверин отчетливо слышались грязные ругательства.

— Ваше Высочество! — К приручителю подбежал сержант с револьвером. — Головной вагон отрезало в самом начале боя! Его Высокопревосходительство ушел проверить и не вернулся!

— Оставайтесь здесь, помогите раненым, — Артур не питал иллюзий: если Комаровский до сих пор не победил, то обычному человеку и даже слабому магу там точно нечего делать. Повинуясь безмолвному приказу, оставшиеся неподалеку подчиненные волколаки устало легли на землю. Большинство все равно не могло сражаться из-за многочисленных ран, а так они хотя бы спокойно регенерировали.

«Вдруг их придется использовать еще раз в самое ближайшее время…»

Оставив гвардейцев разбираться со своими ранеными, Артур, махнув рукой своим каддэям, пошел вперед. Ари и Хетем, переглянувшись, тут же бросились за ним.

Головной вагон укрывал вставший стеной густой туман. Рядом с завесой переминались с лапы на лапу несколько волколаков из числа тех, что подчинялись «синему». Приказав им отойти, Артур снова заставил себя вернуться взглядом к туманной завесе, испытывая неприятную, леденящую оторопь.

— Хозяин, это ведовской морок. — Как только Ари взяла Артура за правую руку, он смог выдохнуть, вспомнив, что давно этого не делал.

— Она права, ведун морочит нам головы. — Хетем, презрительно дернув щекой, взяла Артура за левую руку. — Представь, что прыгаешь в воду, и задержи дыхание на миг.

Два быстрых шага, неприятное касание влаги к коже — и вот они уже за завесой.

В уши тотчас ворвались звуки сражения: Комаровский, оказавшийся целым и невредимым, сражался с чудовищным четырехруким гором в несколько раз больше человека. Монстр впечатлял, несмотря на огромные размеры, он передвигался очень быстро, а его перевитые мускулами руки работали как молоты. Судя по состоянию головного вагона, местами сплющенного, а местами — разорванного на куски, именно эта тварь поработала над ним.

Комаровский ловко уворачивался от мощных ударов, неизменно переходя в быструю контратаку. Помимо неизменной шпаги с прозрачным лезвием, Комаровского окружала пятерка призрачных мечей, выполняющих одновременно атакующую и защитную функции.

К сожалению, ответные атаки графа не приносили результата — из нанесенных им ран не сочилась кровь, а многократно проткнутое прозрачным лезвием создание не спешило останавливаться.

— Ари, Хетем, что можете рассказать про эту тварь? — Других живых рядом не наблюдалось, Комаровский не спешил умирать, и Артур решил для разнообразия не бросаться в омут с головой, а подготовиться, раз такая возможность была.

— Это гор, не знала, что они еще остались. — Более опытная кицунэ взяла на себя роль ходячей энциклопедии. — Медлительность компенсируют выносливостью и недюжинной силой.

— Это вот он медлительный? — удивился приручитель. — Да он стометровку за секунду пробежит!

— Этот экземпляр действительно очень необычный, — покладисто согласилась девушка. — Я советую атаковать издалека.

— Поддерживаю, — вступила в мысленную беседу Лучезарная. — И поскорее, граф выдыхается.

На вид Комаровский ни капли не запыхался, но не доверять Хетем в таких вопросах Артур бы не стал. Граф тем временем заметил новоприбывших, и Артур тотчас поднял над собой скрещенные руки, надеясь, что Комаровский поймет его правильно. Кивнув, граф застыл на месте и создал защитный купол, на который радостно взревевший гор тут же принялся обрушивать удар за ударом.

В этот раз приручитель обратился к силе феникса. За спиной юноши привычно раскрылись пылающие крылья, и по недавнему примеру он резким взмахом отправил в полет рой крохотных огненных перьев. Они врезались в спину, бока и шею чудовища, вызывая череду взрывов. Вспыхнувшее пламя скрыло чудовище с головой.

Артур только успел облегченно выдохнуть, как гор с рыком, от которого задрожала сама земля, вывалился из столба пламени. Многочисленные раны создания затягивались прямо на глазах у изумленной троицы.

— Хозяин, осторожно! — Ари молниеносно встала перед Артуром, возводя защит над ними троими. В отличие от преграды Комаровского, барьер кицунэ вздрагивал от каждого удара и быстро покрывался сияющими трещинами.

Неожиданно гор развернулся и подставил верхнюю левую руку под шпагу с прозрачным лезвием. Отсеченная конечность упала на землю и растаяла дымом, тут же отрастая на прежнем месте. Сдвоенный удар нижних конечностей по барьеру Комаровского отбросил графа на приличное расстояние.

Артур и Хетем, воспользовавшись временной заминкой, бросили огненные шары в чудовище и разворотили ему грудь, но тот словно не почувствовал атаки. Развернувшись к троице, он замолотил по барьеру кицунэ еще яростнее прежнего. Виски приручителя тут же взорвались дикой болью — до него доносились страдания перенапрягающейся кицунэ.

«Ну уж нет! Раз отрезать от тебя куски бесполезно, нужен один, но очень мощный, слаженный удар!»

Развеяв крылья, Артур призвал сияющие хвосты. Бросившись вперед, восемью он перехватил руки гора, по паре на каждую, а девятую вонзил в пах. На морде чудовища впервые промелькнула боль. Он взревел и уперся в землю, пытаясь перебороть удерживающие его хвосты.

— Хетем, Комаровский, Ари, готовьте самое мощное, что у вас есть! — Артур призвал всю дремлющую в нем силу. Каждая клеточка тела горела адским огнем, разум милосердно отсекал боль, заочно пообещав вернуть ее после. Упершись руками и ногами в землю, приручитель увидел, как огоньки белого пламени заскользили по его коже. Что это значило, он не знал, но решил запомнить, чтобы спросить у своих каддэй позже.

Зафиксированная тварь попыталась достать Артура ногой, но юноша дернул хвосты в бок и гор потерял равновесие, начав заваливаться на бок, прямо в торчащий остов поезда.

«Это наш шанс!»

Чудовищным усилием Артур ускорил падение монстра, буквально швырнув того в груды железа.. Хруст разрываемой плоти слился с полным боли и гнева ревом. Гор попытался встать, сдергивая себя с пронзивших его тело арматур, но подоспевший граф припечатал его голой силой.

Ари ударила первой. Сеть из тончайших сияющих нитей опутала гора, отсекая ему руки и ноги. Как и в прошлый раз они растаяли дымом, отрастая заново.

Хетем не мелочилась. В сложенных чашечкой ладонях вспыхнула крохотная звезда, стремительно прибавляя в размерах. В грудь чудовища она влетела, достигнув размера лошадиной головы, а взрыв поглотил все пространство под туманным куполом, наконец уничтожив гора.

— Ваше Высочество, вы снова чуть было не уничтожили мое измерение, — недовольно произнес оказавшийся за спиной у Артура Комаровский. — Я нижайше прошу вас и ваших спутниц бросить сию дурную привычку.

— То есть это все было ваших рук дело, не ведуна?! — не сдерживаясь выкрикнул Артур.

— Разумеется. Я всего лишь оградил выживших от чудовища. Оно им точно было не по зубам, и погибли бы слишком многие. Дуэльное измерение можно использовать и таким образом, хоть это не всякому под силу. — Граф цепким взглядом окинул вокзальную площадь, появившуюся за развеявшимся туманом. Не увидев врагов, он позволил себе минутную слабость, прислонившись к покрытой трещинами колонне. — Не расслабляйтесь, все это — только начало.

Наполненный дымом воздух отдавал горечью. Он впитался в одежду, став неизменным спутником Артура, куда бы тот ни направлялся. А побегать приручителю пришлось немало… Хотя поначалу истощенному сражением юноше досталась роль стороннего наблюдателя.

Комаровский оказался полностью прав — вокзал был только началом. Люди Якуба захватили Мозырь практически без боя. У города не было собственного гарнизона, а полицейские части ничего не смогли противопоставить целой армии. Каддэев послали на вокзал перехватывать подкрепления, в то время как люди, по задумке, должны были строить укрепления, на самом деле предаваясь грабежам и насилию.

Комаровский, как и приручитель, потратил все силы на поединок с гором, из-за чего пришлось отдуваться обычным солдатам. В первую очередь штатгальтер приказал отбить мэрию, посланный отряд гвардейцев свободно зашел в пустующее здание и доложил об успехе, прежде чем с ними прервалась связь. Хитроумная ловушка захлопнулась, не оставив живых свидетелей — бежавший ведун постарался на славу. Оставшихся солдат осталось слишком мало, пришлось занять оборону у вокзала. И враги не заставили себя ждать.

Все это напоминало старые военные фильмы — небольшая группа хорошо обученных имперских гвардейцев раз за разом отбивала плохо организованные атаки мятежников Якуба. Низкую подготовку они компенсировали пьяной решимостью и количеством. От постоянных ружейных выстрелов и взрывов гранат у юноши звенело в ушах.

Имперские гвардейцы соорудили укрытия из перевернутых скамеек или прятались за колоннами, но хватило не всем. Несмотря на то, что наступающие мятежники больше годились в качестве мишеней в тире, число раненых солдат медленно, но верно росло.

Досталось и Артуру. Когда из-за шальной пули вспыхнул и погас слабенький щит, Хетем за шкирку вытащила приручителя из здания вокзала и посадила в поезд. До наступления темноты хмурый юноша только и делал, что пил сладкий чай и вслушивался в бесконечную канонаду. Слабые попытки Ари успокоить хозяина ни капли не помогали — приручителю не терпелось вернуться и закончить глупый бой. Комаровский появился в полночь, когда сражение затихло и Артур наконец успокоился.

— Как себя чувствуете, Ваше Высочество? — Граф устало опустился на свободный диван и с благодарностью принял у кицунэ кружку горячего зеленого чая. Несмотря на спящие силы, он командовал солдатами напрямую, не чураясь орудовать винтовкой наравне со своими подчиненными.

— Мне лучше, — коротко ответил Артур, демонстративно зажигая на ладони огонек. — А вы?

— Увы, я не настолько молод, чтобы восстанавливаться так быстро. — Ни капли не смущаясь, Комаровский щедро плеснул в свою кружку из миниатюрной фляжки. — Для сугреву, ночи нынче холодные.

«Сейчас лето, алкаш старый». — Артур не хотел признавать, что и сам бы не отказался от хорошего глотка хорошего пива.

— Раз вы восстановились, у меня к вам настоятельная просьба. — Комаровский пожевал губами. Сложно воспринимать зеленого юнца в качестве будущего самодержца. — Вы должны отбить здание телеграфа.

— Почему я? Можно ведь просто послать туда солдат? — удивился приручитель.

— Не буду ходить вокруг да около — мы в полной жопе. — Граф тяжело вздохнул, уставившись куда-то в глубины кружки.

— Вам лучше объясниться, Ваше Высокопревосходительство, — странная беседа начинала утомлять Артура.

— А что тут объяснять. Оба поезда уничтожены, связи нет, пешком уйти нам не дадут, слишком много раненых. Если не позовем на помощь, здесь же все и полягут. — Комаровский сжал кулак, резко ударив по столу. — Мы-то с вами спасемся, а каково обычным солдатам?! Многих из них я принимал на службу лично.

— Не забывайтесь, граф, я не собирался никого бросать, — чересчур резко ответил Артур. — Просто не понимаю, почему нельзя отправить солдат на захват телеграфа. Нам противостоят не чудовища, а обычные люди.

— С другой стороны тоже не идиоты. Пленные доложили, что главные здания охраняют сильные каддэи. — Комаровский странно посмотрел на Артура. Граф явно сдерживался от более резких слов. — Обычным солдатам и даже офицерам с ними не справиться, а без меня вся оборона развалится.

Артур собирался было возразить, как в его голове раздались сразу два женских голоса:

— «Для восхождения на престол тебе понадобится создать себе идеальную репутацию». — Хетем говорила с точки зрения разума: — «Спасение попавших в беду имперских солдат и уничтожение мятежников в одном флаконе прекрасная возможность завоевать себе симпатии военных, среди которых множество влиятельных дворян».

— «Хозяин, для графа это личное», — чувственно заявила Ари. — «Помогая ему, вы получите обязанного вам высокопоставленного чиновника и могущественного мага. Он будет служить не только из чувства долга, но и благодарности».

— «Да понял я, понял!» — Мысленная связь была очень полезна, но в такие моменты Артуру хотелось больше личного пространства. Следующую фразу он произнес уже вслух: — Хорошо, я удовлетворю вашу просьбу, Ваше Высокопревосходительство, при одном условии — нам нужно знать, куда идти. Вдобавок понадобится человек, умеющий управляться с телеграфом.

На том и порешили. К приручителю и его каддэям приставили паренька едва ли не младше юноши. Солдат цеплялся за винтовку, как за спасательный круг. Хетем, вздохнув, стала в цепочку последней, прикрывая тыл и своим суровым видом слегка успокоив солдата.

«И как ты вообще в гвардию попал?»

Артур почти сразу пожалел, что попросил телеграфиста: проще было убить всех мятежников Якуба, чем вести неприспособленного человека по ночному городу. Благодаря Ари у троицы не возникало проблем с ночным зрением, зато паренек спотыкался буквально на каждом шагу и задевал прикладом все выступы. В конце концов Хетем скорчила страшную мину (которую он все равно не увидел) и повела гвардейца за ручку.

Благодаря мороку Ари они покинули вокзал без проблем, миновав часовых, — умелая кицунэ смогла отвести глаза даже парочке оставшихся волколаков. Она предлагала попробовать перетянуть их на свою сторону, но Артур не хотел рисковать. В случае неудачи каддэи наверняка поднимут шум, набегут люди, придется сражаться больше, чем нужно… О своем недавнем желании ринуться в гущу сражения приручитель предпочел забыть: заемная сила оборотней кончилась, и вместе с ней окончательно ушла жажда крови.

Они пробирались по темным улицам, избегая света разведенных прямо на улицах костров и горящих зданий, но все равно натыкались на безрадостные картины существования захваченного города.

Жители Мозыря или бежали, или отсиживались под уцелевшими крышами. Гревшиеся у огня мятежники гоготали, уничтожая запасы еды и награбленного алкоголя. На растопку шла мебель, сломанные двери, картины, порванная одежда и прочее реквизированное имущество горожан. Из многих домов доносились женские крики, в подвале какой-то таверны устроили настоящий бордель. С каждой пройденной улицей в сердце Артура с новой силой разгоралось желание устроить бойню. Шепнуть пару слов, начертить в воздухе тайный знак, и все костры в зоне видимости из согревающих очагов обратятся в адское всепожирающее пламя.

Приручителя сдерживали его каддэи. Ари гладила юношу по руке, мысленно нашептывая успокаивающие слова, в то время как Хетем напомнила о важности их миссии. Возможно, они могли сжечь весь город, но тогда обитателям Мозыря точно не выжить. Не убьет огонь или пуля, доконают холод и голод. Артуру оставалось только тяжело вздыхать и продолжать путь.

Чем ближе они подходили к телеграфу, тем чаще попадались костры. Одному даже пришлось приказать потухнуть, чтобы проскочить под недоумевающие крики.

Телеграф располагался в ничем не примечательном трехэтажном кирпичном здании. Целые окна и расходящиеся от крыши провода вселяли надежду на успех.

— Жди здесь, — приказал Артур сопровождающему их гвардейцу. — Сначала мы убьем всех, кто внутри.

Не слушая ответа, он быстрым шагом направился ко входу, резким взмахом руки отворяя дверь. Клокочущая в приручителе ненависть требовала немедленно кого-то убить.

В главном зале трое солдат играли в карты. Винтовки были небрежно брошены в углу, зато на столе царило обилие пустых бутылок и консервных банок.

— Стрит! — Победитель занес руки над горстью монет, прежде чем вспыхнуть и мгновенно осыпаться пеплом.

Хоть Артур не хотел поднимать тревогу, действуя максимально быстро, он не отказал себе в удовольствии дать двум незадачливым охранникам осознать произошедшее.

— Что… А-а-а-а! — Еще две вспышки ознаменовали будничный захват телеграфа.

— Чуешь кого-нибудь? — напряженно спросила ступающая позади Хетем.

— Сколько можно повторять, я не собака! — возмущенно ответила Ари, затем добавив вполголоса: — Нет, никого.

— Пленный говорил о сильном каддэе, нужно проверить. — Артура разочаровала легкая стычка. Приручитель бросался из крайности в крайность, вот и теперь он вновь жаждал нового сражения. — Хетем, приведи пацана, мы с Ари пройдемся.

Осмотр первого этажа показал, что мятежники Якуба были организованы немного лучше, чем казалось на первый взгляд. По крайней мере, телеграф никто не громил. Приручитель и феникс внимательно осматривали каждое помещение, но находили только перевернутые стулья и разбросанные бумаги с точками и тире — работники в спешке эвакуировались из здания. Само оборудование оставалось нетронутым.

«Интересно, они успели подать сигнал о помощи? По идее, мы могли пропустить, так как были в дороге. Могли просто подождать подкрепления на вокзале».

На втором этаже у Артура возникло недоброе предчувствие. Спину приручителя словно сверлили тяжелым взглядом. Юноша несколько раз внезапно обернулся, в последний заметив у лестницы быстро мелькнувшую тень.

— За ним! — Яркое пламя окутало руки по локоть, привычно не трогая одежду.

— Хозяин, я никого не вижу, — встревоженно ответила бегущая следом кицунэ.

Та же тень скользнула в конце длинного коридора и скрылась в кабинете управляющего. Не слушая предостережения Ари, Артур с треском распахнул дверь, приготовившись метнуть огненный шар в чужака, но не успел. Прямо в грудь приручителя ударил луч черного света. Мир задрожал и подернулся дымкой, тело внезапно перестало слушаться.

С леденеющим от ужаса сердцем Артур понял, что лежит в до боли знакомой больничной кровати. К исхудалым рукам тянулась трубка капельницы, мир сузился до постели и измятой синей занавески, огораживающей постель по кругу. Одежда нового мира сменилась на расстегнутую застиранную пижаму, обнажая худую грудь с выпирающими ребрами.

— Пик-пик-пик, — отсчитывал удары равнодушный кардиомонитор.

«Доигрался». — Отчего-то Артур точно знал, что за занавеской его ждет ад.

Всех приветствую! Вот и подошел к концу ознакомительный фрагмент первого тома «Приручителя». Дальше будет только интереснее! Спасибо за ваши комментарии, лайки и подписки.

За награду любого размера Хетем посетит ваш профиль, а если сумма превысит 500 рублей, то вы увидите ее в совершенно непривычном образе!

Если вы читаете книгу на пиратском сайте и хотите поддержать автора, ссылка — https://author.today/work/163054 :)

Артур с ненавистью уставился на главный источник своих страхов — стационарный кардиомонитор. По черному экрану бежали разноцветные ломаные линии, равнодушно отсчитывая удары сердца обездвиженного юноши. Ноги привычно отказывались слушаться, превратившись в пару ненавистных веток.

«Нет-нет-нет-нет! Это невозможно!» — Противное пиканье заметно участилось. — «Другой мир, сделка с демоном, Хетем, Ари, великая игра… Это не могло мне присниться!»

Дрожащей рукою юноша потянулся к запястью и со всех сил ущипнул себя за бледную кожу. Острая боль подтвердила худшие опасения — он не спал, все было наяву.

«Черт-черт-черт! Я все же умер и попал в ад? Но почему? У меня ведь хорошо получалось… Люци мог бы дать какую-нибудь поблажку. Непыльную работенку, грешников в котлах переворачивать… Или дрова подносить первые лет сто, а там дослужиться до… Да о чем я вообще думаю?!»

Артур нервно хихикнул, звук полузабытого голоса прежнего тела показался ему хуже скрипа когтей по стеклу. Да еще этот чертов монитор… Юноша заскреб пальцами по груди, отодрав от себя холодные провода. Стало только хуже — сплошной протяжный писк бил по ушам еще сильнее.

Закрывающая кровать штора с характерным звуком ушла в сторону, прямой свет потолочной лампы ударил по глазам не хуже прожектора, заставив юношу прикрыть глаза дрожащей ладонью. Из-за пелены выступивших слез силуэт прибежавшая на тревогу медсестра казалась мистическим созданием.

— Вы очнулись, какая радость! — Она заботливо прошлась влажной тряпкой по лбу и груди юноши, стирая выступившую испарину. — Не переживайте, все будет хорошо!

— Кх-кх… — Артур попытался задать вопрос, как его рот властно прикрыли сухой ладонью, почему-то отдающей ландышем. Зато он смог как следует рассмотреть девушку — высокую блондинку с девчачьим хвостиком.

— Спокойнее, утром придет врач и все расскажет. А пока — восстанавливайте силы. И больше ничего не трогайте! — Вернув на место ненавистное ритмичное пиканье, медсестра тепло улыбнулась и ушла, оставив шторку открытой. Насколько юноша мог судить, он оказался единственным пациентом в палате.

Ремонт в помещении был на удивление хорош — никаких облупленных стен, плесени в углах, покосившихся розеток и отбитой штукатурки. Все аккуратно покрашено в приятные светлые тона, низкий стол в скандинавском стиле с икеевским табуретом, в углу приютилась сверкающая ванная.

«Офигеть! Меня что, в платную палату положили? Или президентский люкс?»

Юноша повернулся в другую сторону, но увидел лишь зашторенное до боли знакомыми зелеными занавесками окно. Такие использовали во всех больницах, где лежал Артур, а он повидал их немало.

Постепенно краткая вспышка интереса сменилась меланхоличной апатией. Юноша не пытался уснуть, вместо этого раз за разом проматывая в голове события последних часов. Вот они пробираются по захваченному Мозырю, захватили телеграф, он преследует незнакомца, в грудь его бьет очень странный черный луч…

На последнем воспоминании сердце юноши болезненно заныло, а мозг будто укутали в толстый ватный плед. Пытаясь справиться с внезапным провалом в памяти, Артур добился только сильной головной боли — в виски словно начали загонять раскаленные гвозди. Вскоре юноша не выдержал и прекратил бесплодные попытки, провалившись в зыбкую дрему, что то и дело отступала, оставляя его один на один с белым потолком.

Так он и встретил робко пробивающиеся через занавески серые рассветные лучи. Обычно в это время из селектора раздавался голос медсестры, напоминающей о необходимости подписывать пакеты в холодильнике, оставаться в палатах во время тихого часа и ложиться спать после отбоя, а в коридоре начинали шуметь проклятые жаворонки, но в этот раз из-за двери не доносилось ни звука. Даже не скрипела тележка с едой для лежачих больных.

Когда окончательно измучавшийся от ожидания юноша попытался встать, дверь в палату распахнулась, пропуская доктора.

Он выглядел прямо как врач в американских сериалах — высокий, худой как палка, с уставшим взглядом, благородной проседью в выцветших волосах и небрежно натянутой на одно ухо хирургической маской. В руке мужчина держал яблочный планшет, по которому он небрежно водил пальцем.

— Доброе утро, Артур. Как себя чувствуете? — Поймав мрачный взгляд пациента, он налил воды из уродливого пластикового кувшина в бумажный стаканчик и протянул его юноше.

— Как будто я спрыгнул с моста, — честно ответил он. Выпитой воды было слишком мало для утоления жажды, но он хотя бы смог промочить горло. — Где я?

— Вы недалеки от истины. — Врач погрузился в изучений планшета. — В отчете сказано, что вы не слишком успешно преодолели несколько лестничных пролетов и провели в коме почти месяц.

— Меня пытались убить…

— Да, мы знаем, как и полиция. — Доктор заговорил так радостно, будто Артур выиграл в лотерею, а не чудом избежал смерти. — Ваши родственники лишены всех прав и осуждены на смертную казнь через повешенье, все их имущество достанется вам, включая несколько квартир в столице. Поздравляю, теперь вы можете до конца жизни не работать.

Артур неопределенно хмыкнул, прищурившись и внимательнее вглядываясь во врача. Ситуация одновременно нравилась ему все меньше и при этом — начинала его забавлять.

— Более того, у меня для вас отличные новости! В Палестине изобрели новое лекарство по укреплению костей, и вы попали в квоту! Год терапии, несколько простых хирургических операций, и вы снова сможете ходить! — Мужчина произносил фразы с придыханием, как ведущий телемагазина на диване. — Предлагаю начать прямо сейчас.

Доктор положил перед пациентом крохотный бумажный цилиндр с красной пилюлей и заботливо налил воды в бумажный стакан. Артур не спешил принимать лекарство, задумчиво почесывая щеку.

— Вы не ответили на вопрос. Где мы находимся? Что это за место?

— Это больница, разве непонятно? — Мужчина озабоченно застучал пальцами по планшету. — Возможно, сотрясение, назначим вам МРТ.

— Какая именно больница? — Юноша не прекращал задавать вопросы, усиливая раздражение мужчины. — У меня друг живет недалеко от городской…

— О нет, вы в Боровлянах, у нас здесь лучшие специалисты. — Доктор заметно расслабился.

— Но у меня нет денег на лечение! — обеспокоенно воскликнул юноша, картинно заламывая пальцы. — В наследство еще нужно вступить, а пока мне ваша больница просто не по карману…

— Странно, вы разве забыли, что у нас бесплатная медицина? — беззаботно спросил мужчина.

— Прекрасно помню… Должен признать, получилось отлично. — Артур привстал на подушке и изобразил поклон. — Я почти поверил в этот маскарад. Медсестра и палата почти как настоящие. А вот все остальное подкачало. Не успел изучить все как следует? Опасно там, в настоящем мире?

— О чем вы говорите? — Было расслабившийся доктор напрягся всем телом. Он чуть сдвинулся назад к красной кнопке на стене. Артур был готов поклясться, что до прихода мужчины ее там не было.

— Ты потрудился на славу, на первый взгляд все очень реалистично. Но все испортили мелкие несостыковки. — С каждым произнесенным словом Артур все больше убеждался в собственной правоте. Он видел сквозь маску, как выражение лица собеседника стало растерянным, как у пойманного на шалости ребенка. — Например, то, где мы находимся.

— В Боровлянах лучшая больница по лечению…

— И мне это прекрасно известно! Я пытался туда попасть в прошлом году, — перебил мужчину юноша, приподнимаясь еще выше. — Только ты не успел найти в моей голове то, что без местной прописки в нее невозможно попасть бесплатно, а я живу в Минске.

— Это новая республиканская программа…

— Кончай заливать! — Артур зло усмехнулся и повернулся, свесив тонкие как спички ноги с края кровати. — Добавим к списку странностей мебель в палате, отсутствие шума в коридоре, а игрушка в твоих руках слишком дорога даже для лучшей государственной больницы. Я уж не говорю, что полиции у нас никогда и не было, это в России зачем-то переименовали милицию. И серьезно? Новое лекарство из Палестины? Ты слегка промазал страной.

Артур решил не добавлять, что вместо казни через повешение на его родине узников предпочитают расстреливать, мужчина и так уже медленно пятился, не сводя с него пристального взгляда. Достигнув стены, он зашарил ладонью по стене, пытаясь нащупать красную кнопку.

— Прислушайтесь, сударь. — Артур с издевкой протянул вежливое обращение, смело вставая на ноги и чувствуя, как спадает наведенный морок, а в тело возвращается такая уже родная и привычная сила.

— Я ничего не слышу, — в голосе лже-врача прорезалась паника. Мужчина обернулся только чтобы увидеть, что кнопка исчезла.

— Именно! — Приручитель довольно усмехнулся. Он уже чувствовал Ари и Хетем в своем сознании, что лишь добавляло ему уверенности в собственных силах. Стоило Артуру только пожелать, как ненавистное пиканье затихло навсегда. — Ты бессилен против меня. А теперь развей свой маскарад!

Стены и потолок дрогнули, в один момент покрывшись светящимися трещинами. На застывшего на месте мужчину упал огромный валун, из-под которого остались торчать только сапоги. Через несколько секунд в глаза Артура ударило нестерпимое сияние, прожигающее сквозь ладони и прикрытые веки, а еще через мгновение наступила темнота.

Он очнулся от резкой тряски. Ари запустила коготки глубоко в плечо Артура, слегка подвывая и явно находясь на грани паники.

— Хозяин, очнитесь! Пожалуйста, не бросайте нас! Хозяин! — Как только юноша резко сел, хрипло втягивая затхлый воздух, Ари прекратила блажить, радостно вскинув прижатые доселе уши. — Слава богам, вы вернулись! Вы справились!

— Что это было? — Юноша никак не мог отдышаться. Он лежал на столе в кабинете управляющего, где его настиг черный луч.

— Вы попали в морок ведуна, очень мощный и умелый. Никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Прошу прощения, но я его упустила. — Кицунэ приставила светящуюся ладонь ко лбу приручителя. — Хоть вы и вырвались, о полном выздоровлении говорить не приходится. Головокружение, расплывчатость зрения, боль, помутнение сознания, тошнота — что чувствуете из перечисленного?

— Все сразу, — честно признался Артур. Он со стоном свесил ноги с края стола. — Помоги мне встать, нам нельзя здесь оставаться. Тот парнишка-телеграфист успел связаться с Минском?

— Негоже столь непочтительно отзываться об императорском гвардейце, — усмехнулась девушка, забираясь под плечо юноши. Она не дрогнув приняла на себя немалый вес, помогая Артуру сделать первый шаг. Ноги то и дело подкашивались, отказываясь держать хозяина. — Да, он связался с Минском. Завтра нам пришлют помощь. Дождемся ее на вокзале под охраной графа и солдат.

— Не вполне уверен, что смогу добраться хотя бы до выхода. — Артур тяжело вздохнул, с трудом волоча ноги. Он почти ничего не видел, каждый шаг какая-то часть его тела резко немела и переставала слушаться. — И оставаться здесь мы не можем, скоро придут новые часовые.

— Не беспокойтесь, хозяин. — Кицунэ пыталась казаться веселой и беззаботной, но ее с головой выдавали дрожащие уши. — Мы с Хетем не дадим вас в обиду.

— По доброй воле она защитит меня разве что для того, чтобы прибить лично, — невесело усмехнулся юноша. Перед лестницей он чудовищным усилием воли заставил себя сделать первый шаг, слишком уж хрупкой казалась поддерживающая его девушка. Ему совершенно не хотелось прокатиться по крутым ступенькам.

— О, вы ее недооцениваете, — загадочно улыбнулась лисица. Она дернула заваливающегося юношу на себя, не давая ему упасть. — Лучше помолчите, хозяин. Сосредоточьтесь на ходьбе.

— С превеликим удовольствием. — Артур не врал. Сейчас для него не было ничего лучше, чем просто двигать ногами.

Лежавший в генеральском купе уцелевшего штабного вагона Артур не мог уснуть из-за постоянной канонады ружейных выстрелов. Он не помнил, как добрался до вокзала, и не особенно хотел вспоминать. Кажется, «хрупкие» девушки периодически несли его на руках…

На рассвете мятежники продолжили атаковать осажденных. Люди Якуба больше не бежали на убой, предпочитая осыпать защищающихся градом пуль, гранат и оскорблений. Имперская гвардия не оставалась в долгу, с треском победив жалких мятежников в словесных баталиях, а стремительная штыковая контратака во главе с отдохнувшим Комаровским поставила жирную точку в сегодняшнем противостоянии. Атакующие вернулись на прежние позиции, позволив вернуться зыбкой тишине. Обе стороны устали и понесли серьезные потери.

Бросивший любые попытки уснуть Артур со вздохом сел на диване. Окутавшее вокзал густое облако пороховых газов вызывало страшное першение, усугубляя и так неважное состояние приручителя. Вдобавок жалкие остатки воды распределили между ранеными, так что он не мог даже промочить горло. Безумно хотелось пить, спать и блевать.

— Ваше Высочество. — Комаровский возник в дверях вместе с мрачной Хетем. Не считая излишней бледности, граф выглядел вполне бодрым и довольным.

— Если вы собираетесь попросить меня захватить еще что-нибудь, лучше просто добейте сразу, Ваше Высокопревосходительство. — Юноша закашлялся в испачканный рукав. Добравшись до штабного вагона, он рухнул на диван в чем был, сил на смену одежды уже не оставалось.

— Отнюдь, я хотел справиться о вашем самочувствии и доложить ситуацию. Раз уж у вас остаются силы на шутки, дела не так уж плохи. — Граф криво усмехнулся. — Мятежники отступили, за выходами ведется наблюдение. Ваша каддэя записала на свой счет целый взвод.

— У меня вообще-то имя есть, — буркнула девушка, устраиваясь на стуле.

— Их отступление я и так заметил. — Из-за вращающегося мира Артуру становилось все сложнее сдерживать подступающую к горлу тошноту, не говоря уж о хороших манерах. Головокружение никак не хотело покидать приручителя. — А где Ари?

— Работает в госпитальном вагоне. Лечить она не умеет, но хоть помогает солдатам отвлечься от боли. — Комаровский автоматически потянулся к фляжке и с досадой отдернул руку — ее содержимое закончилось еще ночью. — Вы бы могли посетить раненых, повысить боевой дух.

— Если я появлюсь там в таком виде, всем станет только хуже, — искренне ответил Артур. Вряд ли кому-то из солдат захочется видеть бледного как смерть принца, неспособного удержаться на ногах. — Какие потери? Мы вообще что-нибудь можем до прибытия подкрепления?

— Больше половины выбыло убитыми или ранеными. Если помощь не успеет, мы дождемся наступления темноты и сделаем вылазку за припасами.

— Искать еду в разграбленном городе? Звучит сомнительно. — Приручитель не сдержался и взялся за голову, пытаясь остановить вращение. — Проклятый ведун!

— Сожалею, Ваше Высочество. — Во взгляде Комаровского и впрямь отражалось сочувствие. — Как только мы вернем себе Мозырь, сразу поищем для вас фею.

— Это еще зачем? — Артур чуть было не застонал, представив себе возню с новой каддэей. Ему и двух хватало с головой!

— Вы разве не знаете? — Комаровский удивленно вскинул брови. — Знатный свободный юноша в вашем возрасте…

— Он просто очень скромный, — вклинилась в разговор Лучезарная, добавив мысленно: — «Сношение с феей лечит от большинства болезней, включая магические, поэтому они очень популярны в борделях. Перепихнешься с ней и исцелишься от проклятья ведуна».

Артур собирался было ответить, как за окном раздался протяжный рев парового свистка. Солдаты на платформе взорвались ликованием, некоторые на радостях стреляли в воздух, невзирая на неотвратимое дисциплинарное взыскание.

— А вот и помощь, хорошо. — Граф добродушно усмехнулся. — Придется пройтись, Ваше Высочество. Встретим подкрепление как подобается.

Артуру понадобилась вся воля, чтобы удержать в себе остатки пищи и, переведя дух, последовать за графом ровным шагом.

Машинист нового поезда предусмотрительно не довел паровоз до платформы, солдаты в зеленой униформе высыпали прямо на улицу. Мятежники встретили их недружными выстрелами, но превосходство в огневой мощи осталось слишком велико. Всего за несколько минут осада с вокзала была снята окончательно и бесповоротно, плавно перетекая в зачистку города.

Захватить Мозырь не составило труда — Артур с Комаровским еще вчера вывели из игры лучших каддэев, а оставшиеся предпочли спасение героической смерти. На узких улочках возникла страшная давка, люди бежали по телам оступившихся товарищей, озлобленные мозырчане швыряли в них камни и стреляли из брошенного оружия. Пытавшихся смешаться с горожанами беспощадно забивали.

По большей части солдатам пришлось не подавлять сопротивление, а пресекать самосуд, ведь монополия на насилие могла принадлежать только государству. К вечеру на наспех сколоченных виселицах перед городской ратушей закачались первые тела, а штатные палачи приступили к допросу пленных в переполненных темницах.

Артур все это время ходил вместе с отдающим приказы Комаровским. Приручитель сохранял мрачный вид, отчаянно пытаясь не потерять сознание. Солдаты с благоговением смотрели на принца, пребывающего в искреннем трауре из-за сотен погибших сослуживцев, и уже к вечеру быстро расходящиеся и обрастающие комом сплетни сделали юношу чуть ли не святым. Сам того не зная Артур завоевал широкие симпатии среди рядовых и младших офицеров.

— Наконец-то… — Юноша не помнил, как оказался в кровати. Он тупо рассматривал высокий потолок, размышляя над тем, где он вообще находится и куда подевались ненавистные сапоги. Последние несколько часов превратились в размытое пятно.

«Точно… Мы поселились на втором этаже книжной лавки. В этой комнате жил хозяин, но он любезно предоставил это помещение мне как герою и наследнику престола... Странно, что грабители обошли лавку стороной. А ведь здесь много очень редких и ценных экземпляров! Видимо, среди них не было никого, кто мог бы оценить их по достоинству, это лавку и спасло…»

Из ленивых мыслей Артура вырвал ласковый голос кицунэ.

— Хозяин, вам нужно поесть. — Ари поставила на тумбочку тарелку с едой.

— Убери от меня это! — Артур поспешно перевернулся и зарылся носом в подушку. Ранее казавшийся аппетитным запах гречки с мясом вызвал настоящую бурю в животе.

— Какое сильное проклятье. — Кицунэ с озабоченным видом провела по спине приручителя. — Вы столкнулись с очень могущественным ведуном. Не знала, что такой служит Якубу.

— Мне от этого не сильно легче. — Юноша готов был отдать что угодно, лишь бы вращающийся мир остановился. — В голове будто йог отплясывает на раскаленных гвоздях.

— Очень интересное сравнение, — раздался хорошо знакомый торжествующий голос. Артуру не нужно было смотреть на Хетем, чтобы знать, что у той сейчас очень довольное лицо. — Я нашла тебе шлюху.

— Это не слишком вежливо. — Юноша с опаской убрал лицо от подушки. К счастью, гречка с мясом оказалась вне пределов досягаемости растревоженного нюха.

Артур посмотрел на застывшую изваянием девушку. Из-за испуганного выражения молодого лица и девичьего хвостика гостью можно было бы принять за ребенка, но только в том случае, если ни за что и никогда не опускать взгляд ниже.

Не считая цветочного браслета на лодыжке, она не носила ничего, что прикрывало бы ее ниже середины бедра. Короткая юбка изумрудно-зеленого цвета. Кожаный пояс-корсет, сдавливающий талию, делал фигуру «шлюхи» похожей на песочные часы. Нагрудная повязка, что подчеркивала достаточно крупную для тонкой фигуры девушки грудь. Простой, очень откровенный и очень «не по погоде» наряд. Да еще и четыре полупрозрачных сиреневых крыла, что сейчас, опущенные вниз и доставая фее почти до колен, слегка дрожали.

— Это путана? — Артур вспомнил продажных женщин в ресторане, где они с каддэями были после «отмывания» денег в банке. Там он отлично понимал, какую роль играют официантки. Слишком глубокие вырезы. Слишком откровенные взгляды и движения. А тут… Казалось, что фея занимала совершенно не то место, которое ей полагалось.

— Я нашла ее в борделе, кем найденная там фея еще может быть? — Феникс толкнула фею в спину, заставив приблизиться к кровати. — Просто возьми ее и перестань нас мучить своими стонами.

Юноша с еще большим сомнением посмотрел на девушку. Вблизи он заметил, что у феи тонкая, фарфоровая кожа, иногда настолько прозрачная, что было видно тонкие венки на запястьях и неистово бьющуюся артерию под челюстью. Казалось, тронешь такую, и она мгновенно покроется синяками. А уж взглянув фее в глаза Артур и вовсе оторопел — лучистые, солнечно-медовые глаза смотрели одновременно и на него, и куда-то сквозь него.

— Она что-нибудь сказала? — Артуру становилось все более неуютно. Он начинал чувствовать себя каким-то моральным уродом, и под взглядом медовых глаз неприятное ощущение все усиливалось.

— Нет, да какая разница? — равнодушно отозвалась Хетем. — Можно подумать, тебе с ней разговаривать. Просто…

— Так, довольно, — резко оборвал каддэю Артур. Ему стало просто невыносимо то, как презрительно та отзывалась о фее. Как о вещи. — Оставьте нас наедине, я сам разберусь.

Лицо Хетем исказила странная гримаса, но разозлившемуся приручителю совершенно не хотелось разбираться в ее чувствах. Жестом отослав обеих каддэй в коридор, он вновь уставился на фею.

— Как тебя зовут? — Юноша привстал в кровати, опираясь спиной на изголовье.

— Иззи, — еле слышно ответила девушка. От ее вкрадчивого шепота по коже юноши пробежали мурашки. — Иззи Лунная Радуга.

— А меня Артур, приятно познакомиться. — Краска густо залила его лицо.

«Да что со мной такое? Я давно не школьник!»

— С тобой что-то не так, я вижу. — Глаза Иззи засветились солнечным светом. Фея неслышно вспорхнула и, приподнявшись в воздухе на метр, повисла над приручителем, перевернувшись вниз головой и с интересом его разглядывая. Тонкие слюдяные крылышки издавали едва слышный стрекот, размытым пятном мерцая в воздухе за спиной этого чудного создания

— Да, на меня наложили могущественное проклятие. Можешь помочь? — Сердце забилось как бешеное, волосы на теле юноши встали дыбом. — Тебя никто не заставляет.

— Правда? — Иззи склонила голову на плечо, медленно переворачиваясь ногами вниз. — Та рыжая силой притащила меня сюда. Обещала сжечь, если не подчинюсь.

— Прости, она бывает слишком резкой. — Артур прикрыл веки, сползая назад. Поддерживать осмысленную беседу становилось все сложнее. — Я прикажу отпустить тебя. Только… отдохну.

— Ничего, я помогу. — Каддэя так же неслышно опустилась на юношу, приложив теплый палец к пересохшим губам. Ее смех напоминал журчание ручья. — Все заботы уйдут. Просто не открывай глаза и наслаждайся.

Казалось бы, близость горячего девичьего тела должна была вызывать сугубо положительные эмоции, но все нутро Артура взбунтовалось. Осознание промелькнуло вспышкой молнии — вместе с проклятием ведуна приручителя донимало шестое чувство.

Артур неожиданно распахнул веки — как раз чтобы увидеть занесенный изящный рукой стилет.

— ***! — На одном дыхании выпалил юноша. Испугавшаяся фея тем не менее решила закончить начатое, резко опустив кинжал и метя точно в сердце. От позорной кончины Артура отделяла всего одна секунда. — Стоять!

В этот крик он вложил всю свою силу приручителя. Заостренный клинок замер у груди, прорезав рубашку и оцарапав нежную кожу.

— Но… Как… Почему?! — Глаза Иззи расширились в ужасе, фею била мелкая дрожь. Она прилагала чудовищные усилия, чтобы взлететь и сбежать, но тело отказывалось подчиняться.

— Это просто… — Силы стремительно покидали Артура, в заложенных ушах противно звенело, будто он очутился посреди комариного болота. Юноша еще удивился, что не было слышно постылого кардиомонитора. — Ари, Хетем! Живо сюда!

— Что, уже кончил? Тоже мне герой-любовник… — Насмешка слетела на лице Хетем сменилась причудливой смесью страха и ярости. Она одним прыжком очутилась у кровати, схватив Иззи за запястье со стилетом. — Какого лешего здесь происходит?

— Это… Она же… Это невозможно! — Ари двумя рывками стащила дрожащую фею с Артура. — Хозяин, вы в порядке?

Каддэи озабоченно уставились на приручителя, но тот не смог ответить. Блаженное забытье навалилось на юношу, унося его в прекрасный мир без боли.

Недовольно вздохнув, Артур перевернулся на другой бок. Сон уже выпустил его из теплых объятий, и, как бы парень ни хотел еще понежиться в покое, его слух не давал забыться дремой. Ари и Хетем говорили приглушенно, но голоса так и звенели едва сдерживаемыми чувствами.

— Как можно провести половину жизни с напыщенными аристократишками, повидать весь мир и ни разу не услышать о подобной возможности? — В вечно обворожительном голосе кицунэ появились совершенно нетипичные обвиняющие нотки. — Ведешь себя, как какая-то королева, а сама курица щипаная! Как ты могла привести к нему убийцу!

— Кто бы говорил, плешивая шавка! Ты же у нас самая умная, все просчитываешь, обо всем знаешь, даже появление избранного вычислила! — С еще большей злостью отвечала Хетем. — И ухом не повела, когда мы пришли!

— Да как ты смеешь!...

Дальнейшая перебранка ожидаемо развилась в драку с неразборчивыми женскими визгами и проклятиями. Окончательно проснувшись, Артур сдавленно выругался и выбрался из-под одеяла, крайне удачно оказавшись у туалетного столика. Схватив таз для умывания, приручитель в несколько стремительных шагов дошел до выхода, пинком распахнул дверь и обрушил на катающихся по полу каддэй поток воды.

Ари и Хетем мигом расцепились, откатившись в разные стороны друг от друга и замерев. Раскрасневшиеся лица девушек покрывали царапины, а от одежды остались одни лоскуты. Впрочем, Артур вообще стоял в чем мать родила. Осознав это, он поспешно прикрылся пустым ведром.

— Не мешайте людям спать! — рявкнул стремительно краснеющий юноша, безуспешно пытающийся скрыть собственное смущение за злостью.

— С ума сошел, олух! — оглушительно взвизгнула Лучезарная, вскакивая на ноги.

— Хозяин, вы очнулись! — воспользовавшись моментом, Ари вцепилась в Хетем, схватив ее за талию. — Тысячи извинений, досыпайте, мы обо всем позаботились!

— Да какой уж тут сон, — тихо вздохнул Артур. Мокрые девушки выглядели настолько жалкими, что злость юноши испарилась без следа. — Выйду через пять минут, приведу себя в порядок.

— Как только Хетем успокоится, я принесу вам новую воду, — услужливо сказала кицунэ.

— Пусти меня, курица. — Дернув плечом, вернувшая себе самообладание Хетем бросила на Артура короткий взгляд, после чего отвернулась. После чего, едва Ари отпустила ее, неожиданно добавила: — Чистая одежда висит на стуле.

«Опять она меня раздевает. Интересно, зачем?»

Артур захлопнул дверь и поспешно натянул штаны. Потупившаяся Ари принесла ему кувшин с подогретой водой и помогла облачиться в выглаженный парадный костюм. Вскоре приручитель окончательно пробудился и впервые за целую вечность ощущал себя… сносно.

— Рассказывайте. — Вернувшись из своей спальни в зал побольше, Артур плюхнулся в ближайшее кресло и с благодарностью принял исходящую паром чашку зеленого чая.

— Это она виновата! — разом воскликнули его каддэи. Девушки тоже успели привести себя в порядок, высушившись, расчесав волосы и облачившись в любимые платья.

— Я никого ни в чем не обвиняю, просто расскажите, наконец, что произошло за время моего сна и что это такое вообще было, с феей. — Юноша провел ладонью по лицу, прогоняя пробудившееся раздражение. Не хватало только устраивать новую ссору.

— Мятежники или бежали, или захвачены в плен, или убиты. Комаровский выделил нашим волколакам лекарей и поселил в гвардейской казарме, — ответила первой Хетем. — Их довольно мало осталось, полторы дюжины всего. У большинства закончились силы, они вернулись в человеческий облик и умерли от ранений.

— Конфликтов с солдатами не было? — Приручитель тяжело вздохнул, представив фронт работ по искоренению расизма по отношению к каддэям.

— Нет, конечно, гвардейцы быстро пояснили ополченцам, кого трогать нельзя. — Лучезарная победно усмехнулась, явно давая понять, что и она приложила к этому пылающую длань. — Что же до произошедшего… У нас нет объяснений.

— Дело в том, хозяин, что феи, они… очень милые. — Впервые на памяти юноши кицунэ замялась, не в силах подобрать нужные слова.

— Ну да, она очень мило пыталась меня убить. — Артур ощутил укол вины, заметив, как из-за его ехидства погрустнели лица девушек. — Почему вы ее не обыскали?

— Зачем? Это же фея… — Хетем смущенно уставилась в пол. — В смысле… Мы вообще никогда не слышали, чтобы фея пыталась кого-то убить. Они просто для этого не созданы!

— Отлично! Значит, мы с вами первопроходцы. — Стоило юноше убрать чашку, как услужливая кицунэ тут же наполнила ее новой порцией чая и пододвинула блюдо со свежими пирожными, словно стремясь задобрить хозяина. — Вы ее хоть связали? А то ведь могли поверить обещанию милашки никого не трогать…

— Нет, хозяин, простите. Рука не поднялась — она громко плакала при виде веревки. Но мы надели на нее ошейник и заперли в другой комнате! — Ари показала на дверь, соседнюю со спальней Артура.

— Ее там нет, — уверенно произнес приручитель, ни капли не сомневаясь в собственных словах.

Хетем мгновенно встала и распахнула дверь. За спиной Лучезарной вспыхнули огненные крылья, а руки объяли пылающие клинки.

— Как ты узнал? Где она? — напряженно спросила каддэя.

— Просто знаю. — Прислушавшись к себе, Артур отчетливо почувствовал новизну. Там, где раньше жила его связь с Хетем и Ари в виде огненной и розовой сферы, появилась еще одна — цвета молодой летней травы. — Она в моей спальне.

— Что?! Невозможно! — хором воскликнули девушки.

«Если идея с престолом не выгорит, я могу организовать первый в мире каддэйский хор…» — Артур едва слышно хмыкнул, но от каких-либо высказываний вслух воздержался, лишь поведя свободной от чашки рукою в сторону своей спальни.

Огонь вокруг Хетем запылал жарче, за спиной Ари возникли сияющие хвосты. Обе каддэи решительно шагнули к двери.

— Хватит уже ломать дрова, я сам. — Оценив боевую готовность девушек, Артур поставил кружку на стол и примирительно добавил: — Можете наблюдать, только без резких движений. Не спугните ее.

Убедившись, что его слова восприняли всерьез, Артур обошел своих каддэй и осторожно вошел в спальню. Дар приручителя вел его лучше любого компаса — юноша безошибочно нашел гостью из рода фейри. Впрочем, она и не пряталась.

Уменьшившаяся до размеров некрупной кошки Иззи сидела на изголовье кровати и беззаботно болтала ногами.

— Привет. — Артур неторопливо подошел к кровати и с интересом посмотрел на миниатюрную фею.

— Привет, дылда. — Несмотря на крошечные легкие, звонкий голосок феи разносился по всей спальне. — Решил полюбоваться новой игрушкой?

— В каком смысле? — Юноше совершенно не понравился обвинительный тон девушки.

— Ты ведь пленил меня! Типичный подчиняющий! И что теперь? — Иззи уперла руки в бока. — Будешь наслаждаться моим вечно юным телом? Или хочешь, чтобы я кого-то исцелила? Можно я его лучше убью?

— Размер у тебя явно не тот, чтобы тобой наслаждаться, — усмехнулся Артур.

В следующую секунду юноша отшатнулся — Иззи лежала на кровати, без всяких вспышек и прочей мишуры вернув себе человеческие размеры. Идущие от ее кожи ароматы нагретых солнцем полевых цветов и луговых трав будоражили воображение, а длинные стройные ноги так и просили погладить их.

— Та-да! — Фея звонко рассмеялась, любуясь ошарашенным приручителем. — Все вы, люди, одинаковые! Мне остаться на спине или повернуться на живот? А давай встану на четвереньки?

— Да не собираюсь я тебя насиловать! — Юноша чуть не сплюнул с досады прямо на ковер. — И подчинять не планировал! Оно само случилось, когда я спастись пытался. Между прочим, ты хотела меня убить, так что это сугубо самооборона.

— Извини, ничего личного. Я принадлежу Якову, и он приказал убить тебя. — Злорадная усмешка исказила невинное личико. — Ух, и испугался он, когда ты развеял его морок! Так быстро бежал, пятки только и сверкали!

«Значит, ее подослал ведун. Умно — навести порчу, которую может снять фея, и приказать ей убить пациента».

— Хозяин, позволите обратиться? — Получив утвердительный кивок, Ари внимательно посмотрела на замолчавшую Иззи. Глаза кицунэ светились ровным белым светом. — Ты принадлежишь ведуну по своей воле?

— Конечно, нет! Я попалась в ловушку без выхода. Он согласился выпустить меня, если я приму метку подчинения. — Иззи тяжело вздохнула, сквозь маску беззаботности проступила глубокая печаль. — Он заставлял меня делать ужасные, противоестественные вещи. Я долго сопротивлялась… Но кто я такая, без пения матери земли…

— Сейчас на тебе нет никакой метки. Скорее всего, ее уничтожил дар подчиняющего.

Иззи недоверчиво уставилась на Ари. Похлопав длинными ресницам, фея очень медленно опустила голову и оттянула край нагрудной повязки. Артур отвел глаза, чувствуя себя смущенным.

— Ура!!! — Вопль феи был воистину оглушающим. Взлетев, она принялась носиться по всей комнате, постоянно меняя размеры и распространяя облака радужной пыльцы. — Я свободна! Свободна! Свободна от Якова!!!

Последние слова фея буквально пропела, и ее мелодичный голосок, словно ласковой прохладой в знойный день, окутал Артура. Неожиданно фея замерла посреди спальни и медленно повернулась к призывателю. Ликование исчезло с ее лица, но появилось что-то иное, жуткое в ее взгляде, а губы растянулись в улыбке больше похожей на оскал.

— Теперь я могу убить его. Как можно более жестоким способом! Всеми сразу, которым он меня обучил! Пусть испытает их все на себе по очереди! Ура, ура, ура! Спасибо тебе! — Иззи налетела на не ожидавшего нападения Артура, повалив его на кровать. Фея покрывала щеки и шею приручителя жаркими поцелуями, щекоча юношу своим горячим дыханием. — Я так тебе благодарна!

— Слезь с меня! — Приручитель попытался отпихнуть каддэю, но она только сильнее вцепилась в юношу, намертво пригвоздив его к постели.

— Ты что, правда меня не хочешь? — Иззи обиженно надула губы, ее огромные, наполненные солнечными светом глаза притягивали взгляд. Фея слегка подвигала бедрами и просияла идеальной белоснежной улыбкой: — Хочешь!

— Просто ты меня рано благодаришь, — поспешил уйти от опасной темы юноша. — Ты не свободна, пока существует наша связь. Дай мне несколько минут и я ее разорву.

— Не вздумай! — Иззи стремительно меняла эмоции, сейчас вместо вожделения и страсти пришла настоящая паника. — Вдруг метка подчинения вернется!

— Но ты ведь просто сменила хозяина…

— Ты не сможешь поступить со мной хуже, чем Яков, как бы ни пытался. К тому же… — Иззи нежно улыбнулась Артуру и нажала указательным пальцем на его нос. — Я же вижу, что ты добрый. Иначе бы убила, пока ты спал, а не исцелила от проклятья.

— А ты разве можешь причинить мне вред? Мы ведь связаны…

— Конечно! — звонко воскликнула она, возясь с пуговицами на рубашке. — С чего это меня должна остановить какая-то связь?

В спальне повисла напряженная тишина, которую прервала фея.

— Вам двоим лучше выйти, — непререкаемым голосом обратилась Иззи к Хетем и Ари. — Я буду благодарить нового хозяина за спасение от старого. Заодно исцелю от остаточного проклятья. Кыш-кыш!

Хетем хотела что-то сказать, но Ари, взяв ее за руку, покачала головой, после чего практически силком вытолкала хлопающую ртом Лучезарную из покоев Артура и тихо прикрыла дверь.

Всего этого Артур уже не увидел, так как огромные, сияющие всеми оттенками меда глаза феи заполнили все его сознание, погрузив в глубокий транс.

— Ом… Ом… Омаева… Мо… Шиндеру… Ай! — Артур обиженно фыркнул, не открывая глаз. Ари умудрялась отвешивать подзатыльники, не меняя позы. «Хвостом, не иначе!» Приручитель и кицунэ сидели друг напротив друга в позе лотоса и медитировали.

— Мы и так сильно отстали, хозяин. Не отвлекайтесь на эти ваши… мемы. — Встретившись с умоляющим взглядом, она непреклонно покачала головой. — Я не скажу это, не просите.

Как выяснилось, Артур очнулся глубокой ночью. Иззи продержала его в трансе достаточно долго, и что она с ним там делала — могло сообщить только натруженное тело. Когда обессиленная фея, наконец, упала на подушку, а Артур получил свое сознание обратно, в дверь деликатно постучали. Кицунэ напомнила приручителю, что негоже забрасывать медитации, если он хочет научиться управлять своим даром, потому подъем будет ранним утром. Вот и приходилось теперь бороться со сном с закрытыми глазами… А ведь впереди еще столько дел…

Кое-как отсидев положенный час, Артур с наслаждением потянулся. Широко улыбнувшись настороженной кицунэ, он притянул ее к себе и быстро поцеловал в надутые губки. Девушка моментально растаяла и прильнула к юноше, устроившись у него на коленях.

— Я немного слышала, как хорошо вы проводили ночь… Подумала, что уже не нужна вам…

— Не говори глупостей! Как я могу отказаться от такой, как ты? Умной, смелой и красивой. — Подарив еще один поцелуй покрасневшей кицунэ, юноша попытался встать, но его лишь сильнее прижали к ковру, а острые коготки прошлись по груди. Ари явно не наслушалась комплиментов в свой адрес. — А что до Иззи… Судя по тому, как у меня болят уши, она перебарщивает с криками. До сих пор звенит — то ли в левом ухе, то ли в правом…

Они тихо рассмеялись, чтобы не разбудить спящих в соседних комнатах, и смилостивившаяся кицунэ наконец позволила юноше встать.

Артур предвкушал вкусный завтрак в компании прекрасной девушки. Поесть в приятной обстановке и насладиться редким мгновением тишины и покоя, когда никуда не нужно бежать, что может быть лучше? Разумеется, у судьбы в лице Его Высокопревосходительства графа Комаровского были другие планы.

— Ваше Высочество, вы уже встали? Превосходно! — Старик переоделся в новехонький, с иголочки мундир, обильно украшенный медалями и массивным орденом на воротнике. — Как ваше самочувствие?

— Гораздо лучше, благодарю. — Артур добавил про себя: «Пожалуйста, пусть он пришел составить компанию за завтраком, пусть он составит компанию за завтраком!»

— Я здесь, чтобы пригласить вас произнести речь на церемонии награждения и поучаствовать в суде. — Комаровский одной фразой похоронил все надежды юноши. — Вам пора проявить себя в качестве будущего императора!

— Это может немного подождать? — сделал последнюю попытку спастись он.

— Разумеется! Если вы хотите произвести именно такое впечатление на ожидающих вас солдат, можете не спешить.

Проклиная все на свете, Артур просунул руки в поданный ему лисицей парадный камзол. Живот издал жалобную трель и замолчал, подавленный гнетом вселенской печали. Когда они залезли в ожидающую карету, внутри их уже встречала мрачная Хетем. Лучезарная холодно ответила на приветствие и отвернулась к окну, любуясь следами погромов.

«Хорошо, хоть тела успели убрать с улиц, не так мрачно выглядит», — Артур криво усмехнулся: он пробыл в новом мире совсем недолго и уже успел привыкнуть к мертвецам. Теперь он шагал со смертью рука об руку, а не покорно ждал ее прихода.

Путь оказался недолог — на площади перед ратушей построили помост с виселицами — так сказать, и сцена и место казни, «два в одном». Для Артура поставили небольшой трон, а его каддэям и Комаровскому достались стулья из минской резиденции штатгальтера. Приручитель еще успел подумать о нецелевом расходовании места в их поезде, как граф начал произносить речь:

— Воины! Сограждане! Братья! С божьей помощью и императорской милостью мы освободили Мозырь от мятежников!

Гвардейцы выстроились в каре вокруг помоста, и Артур мог видеть только их спины, но и они казались ему достаточно торжественными. Смешавшиеся в толпу обычные солдаты и граждане Мозыря ликовали вполне искренне — город вошел в состав империи почти столетие назад, и мятежные настроения угасли в нем вместе с рождением новых поколений.

— Сей великий подвиг навсегда войдет в страницы истории России! И сегодня Его Высочество Артур Романов, наследный принц нашей великой империи, воздаст почести и справедливые награды героям!

По толпе пронесся недоуменный гул. Почти никто ранее не слышал ни о каком Артуре Романове.

«Это что, мне самому придумывать, кого чем наградить?»

— «Хозяин, спуститесь вниз, секретарь Комаровского все подготовил», — тут же пришла на помощь Ари.

Мысленно поблагодарив кицунэ, приручитель подошел к столу. Степенный мужчина в форме без знаков отличий развернул перед юношей список, исперщенный витиеватыми буквами.

— Поручик Ржевский! — весело воскликнул Артур, с трудом сдерживая рвущийся смех. Сей персонаж был ему прекрасно знаком и горячо любим — всевозможные анекдоты из интернета хоть немного скрашивали долгие бессонные ночи в больничной палате.

Браво промаршировавший к принцу офицер выделялся среди своих сослуживцев крохотными усиками под носом и аккуратной короткой стрижкой. Судя по слегка смазливому лицу, он пользовался большой популярностью у дам, чем только увеличил размеры улыбки Артура.

Впрочем, толпа позитивно восприняла веселье принца — впечатлительные люди сразу зашептали, что не время печалиться, наоборот, нужно концентрироваться на хорошем, а плохое оставить позади.

Пожаловав бравому поручику Орден Георгия третьей степени за доблестную оборону санитарного вагона и убийство трех волколаков, Артур положил начало длинной очереди. Комаровский не только был опытным воином и отличным стратегом, но и никогда не скупился на боевые награды, за что его всегда почитали и любили подчиненные. Единственный орден вручили доблестному поручику, зато офицерам помладше досталось немало медалей «за взятие Мозыря», а лучшим солдатам выдали по серебряному червонцу и увольнительной после подавления мятежа. Возвращаясь в строй, отличившиеся гвардейцы получали от своих сослуживцев град хлопков по спине и требований немедленной проставы.

Под конец Артур здорово охрип, ноги онемели из-за необходимости стоять на месте несколько часов подряд, мочевой пузырь жалобно ныл, а желудок, казалось, начал переваривать самого себя. Поэтому когда очередь награждаемых подошла к концу, а Комаровский велел перейти к следующему этапу, многие заметили полный праведного гнева взгляд будущего императора. Но поняли, конечно, по-своему.

— Ох и суров наш правитель… — пронесся по площади первый шепоток.

— Цыц! Сейчас на троне никого… — сразу же нашелся какой-то зануда.

— Побойтесь богов! Не отдавать же власть отцеубийце! — запричитала женщина.

— Покончим с этим! — Артур ударил кулаком по столу, заставив толпу замолчать. Грозно (как он надеялся) нахмурившись, юноша приказал: — Ведите осужденных!

К счастью, процедура ожидалась недолгой, ведь будущему императору не пристало судить обычных мятежников, для принца оставили немногочисленную верхушку. Гвардейцы как следует поработали над пленными — их лица превратились в сплошное месиво, было совершенно невозможно определить возраст и внешность арестанта.

— Войцех Краут, шаг вперед! — Артур прочитал первое имя в новом списке, поданном секретарем. В шеренге пленных никто не сдвинулся с места. Повинуясь поднятой брови принца, парочка конвоиров ударила прикладами по спине названного мужчины. — Ты обвиняешься в мятеже против короны. Судя по показаниям, ты командовал двумя взводами и руководил погромом ремесленного квартала. Есть что сказать в свое оправдание?

— Смилуйтесь, царь-батюшка! — Войцех повалился на землю и неклюже завозился перед сапогами приручителя, завывая тонким голосом: — Они в село к нам пришли! Всех мужчин забрали и приказали воевать за них, иначе наши семьи перебьют, скотину угонят, избы сожгут!

— Брешет он все! — раздался возмущенный крик из толпы. Повинуясь знаку принца, солдаты быстро разыскали смельчака. Им оказался парень примерно одного возраста с самим Артуром, едва перешагнувшим второй десяток лет. — Тех, кого насильно забирали, над нами не ставили! Нам и оружие не выдавали, пока совсем не прижало! Заставляли дерьмо за ними убирать и еду таскать!

— Ты что, из бывших мятежников? — Артур потрясенно уставился на крикуна. — Как зовут?

— Яном кличут, вашвысочество! Да, он правду сказал, нас таких много собрали. Меня допросили, признали невинным и отпустили на все четыре стороны. — Он задрал нос и смело посмотрел на молчаливую толпу. — Насильно меня к вам затащили, люди добрые, сам бы в жизни не пришел!

— А чего так? — искренне возмутился кто-то из задних рядов. — У нас город загляденье! На зависть многим!

Раздавшийся смех разрядил обстановку, бывшему мятежнику явно ничего не угрожало. Переждав бурю веселья, Артур поднял руку, призывая всех к молчанию. И ему подчинились.

— Войцех Краут, народный суд постановил, что ты все брешешь. — Прежде чем продолжить, он позволил мозырчанам и солдатам еще немного посмеяться. — За мятеж против нашей империи ты приговариваешься к казни через повешение. Приговор привести в исполнение незамедлительно!

В забившегося в ужасе мужчину полетели камни, плевки и проклятья. Парочка солдат подхватила под плечи и поволокла к виселице. Сопротивление со связанными руками никак не замедлило казнь, и вскоре первый мятежник нашел свое последнее пристанище в петле.

— Следующий у нас Франтишек Новак. — Артур усмехнулся, вживаясь в роль судьи. — Сам выйдешь или помочь?

Второму пленному тоже пришлось «помогать» прикладами. Он умоляюще воздел к принцу сложенные ладони:

— Смилуйтесь, Ваше Высочество! Единым богом молю! — По толпе пролетел дружный гул неодобрения, в спину мятежника сплошным градом полетели объедки и камни. — Ай! Пощады, пощады! Больно же!

— Отставить! — стоило Артуру гаркнуть, как на площади разом воцарился порядок. — Франтишек Новак, ты обвиняешься в мятеже против империи. Есть что сказать в свое оправдание?

— Жрать хотелось страшно, Ваше Высочество! Хлеб с картоплей поперек горла уже! А они разные яства обещали! — умоляющий тон сменился на мечтательный, Франтишек разве что не цокал языком на каждом слове: — Пахлаву! Вино! Баб!

— То есть ты из-за пахлавы, вина и баб предал свое отечество?! — нарочито возмущенно прокричал приручитель. — В петлю!

Примерно в таком духе прошел суд еще над четырьмя мятежниками. Седьмой, в отличие от предыдущих, признался во всех преступлениях и покаялся, за что получил смягчение приговора с заменой казни на каторгу. Народ оценил милосердие правителя бурными овациями, Артур в который раз поднял ладонь, успокаивая толпу. По примеру счастливчика остальные наперебой принялись каяться и сдавать друг друга, но приручитель не чуял в них раскаяния и недрогнувшей рукой отправлял мятежников в петлю. Народное одобрение пьянило, он ощущал себя артистом посреди удачного выступления, к тому же скорый конец очереди внушал оптимизм — Комаровский обещал устроить настоящее пиршество сразу после суда.

Последними судили троицу крепко сбитых мужиков с бородами-лопатами и нетронутыми лицами. В отличие от остальных мятежников, их сковали стальными кандалами по рукам и ногам. Дар приручителя зашевелился внутри, чувствуя угрозу, как только первый из тройки сам вышел к своему судье. Из-под густых бровей на принца смотрел настоящий зверь.

— Станислав, без фамилии. — Все веселье слетело с Артура, как пыль после дуновения ветра. — Ты обвиняешься в мятеже против империи. Есть что сказать в свое оправдание?

— Мы сражались за свободу нашего народа! — То ли сказал, то ли рыкнул он, развеяв последние сомнения. Перед приручителем стоял каддэй, волколак.

— Ваше Высочество, осмелюсь прервать. — Пробираясь через толпу подобно кораблю, рассекающему волны, к столу вышел один из подчинившихся Артуру волколаков. Его перевязанную покрасневшими бинтами грудь украшала свежая медаль — так Комаровский наградил отличившихся каддэев, вовремя сменивших сторону, заодно сделав их своими среди солдат. Волколак говорил похожим полузвериным голосом: — Станислав мне как брат. Если бы он был с нами, то так же признал вас… Прошу, дайте ему и другим второй шанс. Я за него ручаюсь! Мы все!

Остальные каддэи из числа перебежчиков согласно зарычали, вокруг них мгновенно образовался широкий круг пустоты.

Артур тяжело вздохнул. Он не был злым и не хотел никого казнить просто так. Правду ли говорил этот волколак? Действительно ли этим троим не повезло оказаться в другом месте?

— Если позволите, Ваше Высочество. — Ари в своем прекраснейшем ало-золотом платье встала за плечом Артура. — Обычно преступления в этом списке перечислены довольно подробно, здесь же один пункт — мятеж. Посудимый кого-то убил при задержании?

— Не было смысла. Как только я услышал о бегстве Якова, приказал всем сдаться. — Станислав сохранял завидное спокойствие, только расширенные ноздри выдавали его волнение. — Послушали только эти двое.

— Мы тоже сражаемся за свободу нашего народа. — Глаза кицунэ вспыхнули розовым. Ближайшие ряды издали слитный вздох обожания. — За свободу всех народов! Если мы дадим вам второй шанс под поручительство ваших братьев, станете ли вы сражаться за Артура?

Не проронив ни слова, волколак смерил приручителя суровым взглядом. Пожевав губами, он коротко ответил:

— Да, я поклянусь в верности Артуру, если он даст слово, что свобода обещана и нам наравне с людьми!

— А как же Якуб? — Приручитель ощутил острое дежавю, тот же вопрос он относительно недавно задавал самой Ари. И ответ волколака был на удивление похож на ее.

— Ему я ни в чем не клялся, за нас говорил вожак. Он мертв, убит тобой. — Станислав ни капли не смутился. — Все по нашим законам. Сильный правит, слабые подчиняются.

«Семнадцать плюс три будет двадцать. Красивое число!»

— Звериные законы здесь не действуют, для нас существует только воля императора! — крикнул кто-то особо языкастый из толпы, и народ загомонил в поддержку. Юноша лишь поморщился, из-за постоянных воплей толпы у него начала болеть голова, да и сама фраза была слишком… подхалимской..

— Хорошо. Ввиду заслуг героев, осознавших свою неправоту, что помогли нам избежать больших потерь, доблестно сражавшихся с мятежниками, под их поручительство я даю вам право искупить вину кровью. Вы зачисляетесь в особый, «волчий» гвардейский взвод и подчиняетесь лично мне. На этом суд объявляю законченным. Да начнется праздник!

Крики ликующих горожан заглушили ропот недовольных решением Артура пощадить каддэев на фоне казненных людей.

Комаровский расстарался со столом к празднику на славу. Для обычных людей и рядовых солдат выставили столы с яствами прямо на улице. Интеллигенты в виде оставшихся в живых зажиточных горожан для виду поворчали, мол, как в селе, но охотно присоединились к народным гуляниям, ведь привычные чайные и пельменные разграбили и сожгли. Не пощадили мятежники и новомодную кофейню, в которой когда-то отдыхал Артур.

Офицеры, почти сплошь состоявшие из дворянства, собирались в единственном уцелевшем трактире. Захватчики устроили внутри штаб и оставили мебель, хватило только убрать мусор и как следует проветрить. Несмотря на классовые различия с немногочисленным простолюдинами, дослужившихся до высших знаний, между офицерами не возникало вражды. Война всех уравняла, часто в бою единственным способом уцелеть было плечо товарища, и только глупец мог плевать на тех, от кого зависела его жизнь.

Место во главе центрального стола досталось Артуру, на другом конце устроился Комаровский. Учтивая Ари составила компанию графу, а приручитель трапезничал в компании с молчаливой Лучезарной. Подпоручик по левую руку стеснялся принца, краснел и бледнел, отвечая короткими, уставными фразами на все попытки заговорить с ним. Новоявленный принц не стал долго расстраиваться и уделил все внимание еде, благо повара постарались на славу: удивительно нежная дичь таяла на языке, мелкие кости с легкостью перемалывались крепкими зубами; наваристый борщ с горкой сметаны только распалил аппетит; запеченный поросенок с картофельным пюре заполнил пустоту внутри, а огромный пряник с вареньем великолепным штрихом завершил трапезу. Отдуваясь, юноша откинулся на спинку походного трона, борясь с искушением расстегнуть ремень.

— Интересно, откуда они достали такую бандуру? — спросил он у пустоты, имея в виду свое сиденье.

— Из императорской резиденции в Минске. Ехал в грузовом вагоне вместе с остальным хламом. — Равнодушный тон Хетем не оставлял сомнений в ее мнении касательно полезности агрегата. Каддэя неспешно лакомилась печеными яблоками в меду, изящно отрезая по небольшому кусочку. — Восстановился?

— Да. — Артур с удивлением понял, что не ощущает никакой боли, скованности или помутнения сознания. Юноша переполняла энергия. — Как новенький.

— Фейри постаралась на славу. — По лицу девушки сложно было сказать, о чем она думает, зато дар приручителя отчетливо показывал ее смятение и… ревность?

— Ее зовут Иззи. Кстати, можешь мне кое-что объяснить?

— Почему не спросишь у нашей ходячей энциклопедии? — Они одновременно посмотрели на мило щебечущую Ари. За исключением Комаровского, все окружающие офицеры смотрели на кицунэ влюбленными глазами. — У графа хороший ментальный барьер, но остальные не так сильны, — тут же пояснила Хетем.

— Там, на вокзале, я применил силу против волколаков, и не раз, но связи между нами не возникло. С Иззи же по-другому. — Артур вздохнул, с трудом подбирая слова. Он почему-то боялся, что Хетем рассердится. — Я тут вспомнил, связь возникла сразу. И она на удивление прочная. Не как у нас с тобой в первые дни.

— Ты учишься, становишься сильнее, растешь. — Каддэя отложила приборы и посмотрела на приручителя странным взглядом. — У меня есть теория, даже две. Не знаю, понравятся ли они тебе.

— Выкладывай, хуже не будет. — Артур на всякий случай осмотрелся, но рядом никого не было. Сидевший по левую руку подпоручик вышел отлить.

— Теория номер один: ты смог подчинить волколака и отдавать ему приказы, но внутренне он был против. Фейри… Иззи же сразу дала согласие, о чем она говорила, перед тем, когда вы остались вдвоем. — Хетем вдруг залилась румянцем и отвернулась.

— А вторая теория? — Юноша решил не заострять внимание на внезапном смятении каддэи.

— Ты можешь создавать связи только с женщинами, — произнесла она самым серьезным тоном. Девушка покачала головой в ответ на удивленный взгляд. — Не смотри на меня так, история империи подчиняющих знает несколько подобных примеров.

— Да уж. — Артур озадаченно почесал голову. — Хорошо хоть, что не только с мужчинами. С женщинами гораздо приятнее.

— Ну еще бы, — фыркнула Лучезарная, уткнувшись взглядом в тарелку.

Очередная волна смятения от каддэи, пришедшая вместе с ее ответом, заставила приручителя быстро встать. Неловкость ситуации стремительно нарастала, и ему очень не хотелось доводить до взрыва. Сославшись на необходимость облегчиться, он отправился на поиски сортира.

У заветной двери Артур встретил безусый фельдфебель. Он сообщил, что канализация безнадежно засорилась и предложил отправиться в конюшню, где организовали туалет в нескольких стойлах. Он так покаянно извинялся, будто лично сломал унитаз. Приручителю осталось только пожать плечами и отправиться по указанному маршруту.

Неладное Артур почувствовал лишь спустив штаны. Пространство вокруг подернулось дымкой, распалась иллюзия, скрывающая десяток вооруженных кинжалами мужчин в офицерской форме. Дар приручителя молчал — его окружали только люди. Они зло смеялись, пока юноша натягивал штаны.

— Зверин привечать вздумал? — злобно спросил подпоручик, что молчал весь пир слева от Артура. — Думаешь, раз обманул Его Высокопревосходительство, можешь что угодно делать?

— Никакой ты не принц, так, самозванец, — поддержал его второй офицер. — Позарившийся на святое холоп!

— Есть только один бог, долой многобожие! — высказался третий.

Призванное Артуром пламя ударило кольцом, бессильно стекая по щитам вокруг нападающих. Не подступи они так близко, он бы непременно успел пробить защиту, но… Офицеры схватили его за руки и шею, обездвижив. Тот самый фельдфебель, что отправил Артура прямиком в ловушку, вонзил кинжал в незащищенный живот юноши. И затем он нанес еще множество ударов…

В мире Артура ходила легенда, что за мгновение до смерти время останавливается, давая возможность пережить важнейшие моменты жизни. Так вот, истерзанный ножами приручитель мог со всей уверенностью заявить — итс э буллшит! Он не увидел ничего из своего прошлого, зато прекрасно рассмотрел вытянувшиеся лица несостоявшихся убийц. Нанесенные мятежным офицером раны на глазах покрывались нежной розовой кожей.

— Невозможно! Это кинжал из хладного железа! — Побледневший как полотно фельдфебель перекрестился прямо окровавленным оружием.

— Чего стоишь, пробуй еще, пока никто не пришел! — прошипел дородный детина, удерживающий юношу.

Будто очнувшись от транса, Артур принялся отчаянно сопротивляться, пытаясь вырваться из рук схвативших его предателей.

«Они озаботились защитой от огня, но что насчет чистой энергии или ментальной магии? Да хоть очарование, вообще плевать, что угодно, лишь бы сработало!»

Не успел приручитель призвать девять пронзающих хвостов, чтобы познакомить врагов с фехтовальным стилем храма сакуры, как его нагрудный карман зашевелился.

Перед лицом замершего фельдфебеля, что так и не осмелился нанести новый удар, появилась крохотная фея, что сердито уперла в бока кулачки.

— Не вздумай! Мне больше делать нечего, как его лечить каждый раз, как ты махнешь ножиком! — раздался возмущенный звонкий голосок. — Бросай!

Приказным тоном крикнув последнее слово, Иззи мгновенно увеличилась в размерах, превратившись в настоящую великаншу. Прижавшись головой к крыше конюшни, она резко взмахнула крыльями, и мощные потоки воздуха раскидали мятежных офицеров как кегли, волшебным образом не зацепив Артура.

Получив долгожданную свободу, приручитель наконец призвал хвосты. Он использовал их как копья, пронзая ноги ближайших офицеров, а тому, что потянулся к револьверу, Артур отсек кисть. Собственные барьеры мятежников не могли остановить разъяренного юношу то ли из-за узкой специализации, то ли из-за банального страха. Прошло всего несколько мгновений, как покушение на убийство превратилось в попытку бегства. Артур, которому совершенно не улыбалось вылавливать крыс среди нормальных офицеров, гаркнул во всю мощь своих легких:

— А ну, стоять!

Дар очарования кицунэ, помноженный на силу разъяренного приручителя, снес все ментальные барьеры подобно бульдозеру. Мужчины замерли как вкопанные. Те, кого приказ застал на одной ноге, неуклюже повалились на грязный пол. — «Ари, Хетем, найдите Комаровского и приведите его в конюшню».

Вскоре трактир напоминал разворошенный улей, поднялась страшная суета. Трясущийся от гнева граф лично сорвал со всех мятежников офицерские знаки отличия. Не слушая никаких оправданий и мольб о пощаде, Комаровский пообещал лично заняться их допросами.

Хетем и Ари разом переглянулись и молча увели Артура прочь.

Постепенно адреналин схлынул, и юноша успокоился. Стискивая зубы от накатывающей злости и разочарования, оставшееся время он потратил на молчаливые сборы, избегая говорить даже со своими каддэями, благо они отнеслись к этому вполне понимающе.

Когда на землю опустилась ночь, приручитель и каддэи поднялись в вагон. Они ехали в обычном поездном купе, ни грамма роскоши выездных покоев Комаровского, только шесть пронумерованных сидений и небольшой стол у окна.

Уютный перестук колес успокаивал, стакан горячего чая в серебряном подстаканнике согревал ледяные ладони. Водя пальцем по замысловатым узорам, Артур шумно выдохнул, окончательно успокоившись.

— Напомните, куда мы едем?

— В Искоростень, — Хетем воздержалась от привычной колкости, немало удивив Артура. — Посадили гвардию и наших волколаков на поезд, в котором приехали ополченцы.

— А основные силы, что, в Мозыре остались? — не поверил своим ушам юноша.

— Пешком идут. Согласно показаниям пленных мятежников, мы перебили всю элиту Якуба. Комаровский считает, что дворяне вашего уровня без проблем разберутся с оставшимися. Его очень впечатлила твоя сила. — Она неопределенно махнула рукой и закатила глаза, как бы намекая, что приручитель забрал себе всю общую славу.

— Не будем об этом, лучше расскажите, как вы, хозяин. — Ари заботливо приложила прохладную ладонь ко лбу юноши. — Вроде все в порядке.

— Конечно, он в порядке! Я свое дело знаю! — раздался знакомый звонкий голосок из кармана Артура. Иззи стрелой вылетела из пристанища и увеличилась до человеческих размеров, заняв свободное место напротив. Фея отчаянно терла сонные глаза, душераздирающе зевая. — И ради чего вы меня разбудили?

— Прости. — Артур сделал глоток обжигающего чая, пряча улыбку. За разговором с девушками все его страхи и тревоги незаметно испарились. — И спасибо, отличная работа.

— Ты мой должник, дылда. На нашем острове это много значит, — Иззи посмотрела на темень за окном. — Мы скоро приедем?

— Где-то к полудню, — Хетем явно не решила, как вести себя с новенькой. Лучезарная придерживалась нейтрального тона: никакого радушия, как и ледяного презрения. — Может, еще поспишь?

— Не, больше не усну, выспалась. Теперь развлекайте меня, раз разбудили! — Приободрившаяся Фея болтала ногами, несколько раз задев Артура.

— Осторожнее! — Приручитель отодвинул стакан и тяжело вздохнул. Наступала его нелюбимая часть отношений — серьезные разговоры. — Послушай, Иззи. Если ты хочешь остаться с нами, придется соблюдать определенные правила.

— То есть того, что я тебя спасла, недостаточно? — Она скрестила руки на объемной груди, обиженно надув губы. — Неблагодарный ты!

— Вообще-то, до этого ты пыталась меня убить! Так что, считай, квиты. И вообще, сядь нормально! — Он спокойно смотрел на обижающуюся фею, пока та не положила ладони на колени и опустила взгляд. — Первое и главное правило — доверие. Я участвую в очень серьезной игре, пытаюсь занять имперский трон. Ты должна понимать, что быть со мной — значит находиться в постоянной опасности. А еще приносить пользу, иначе мы все умрем. Что ты вообще умеешь?

— Помимо спасения всяких дылд? — Повеселевшая Иззи иронично приподняла бровь и захихикала в кулачок. Встретившись с мрачным взглядом, она шутливо вытянулась, словно солдат перед генералом, и сделала серьезное лицо. — Умею разговаривать со зверями, летать, менять размеры. А еще я, кажется, единственная фея в мире, которая убивала.

«Целительница, шпионка, убийца. Отличный набор умений, как ни посмотри».

Тем временем девушка прильнула к юноше, прижимаясь к нему большой мягкой грудью.

— Хозяин, молю, не гоните бедную сиротку! Не отдавайте меня Якову! Прошу, прошу, прошу! — В золотых глазах плясали искры озорного веселья. Сидевшая напротив Ари не выдержала и прыснула, столь искренней была растерянность на лице Артура.

— Я просто хочу убедиться, что ты осознаешь…

— Да-да, мы вчетвером против целого мира. Отличная цель, отличный приз, и на сладкое месть Якову! — Иззи сместилась в другую сторону, прильнув щекой к окну и потеряв всякий интерес к разговору. — Что плохого может случиться? В конце концов, это всего лишь смерть.

«Ну да, тебе легко говорить. Это меня ждет нагретое место в аду в случае провала».

Артур посмотрел на Ари и Хетем. На лице кицунэ все еще играла улыбка. Она подмигнула приручителю, в то время как феникс ограничилась легким кивком. Старшие каддэи признавали полезность новенькой и не возражали против ее присоединения.

— Хорошо, с этим разборались. — Артур с облегчением выдохнул и вернулся к обжигающему чаю. — Что случилось с теми, кто на меня напал?

— Остались в Мозыре под надежной охраной, — с готовностью отозвалась Ари. — Комаровский решил, что вы потом захотите осудить их лично.

— Отличная идея. А если они сбегут? Или подобьют остальных на мятеж? — Он недовольно нахмурился и обратился к Хетем: — Нельзя было их сразу расстрелять?

— Они покушались на наследного принца, нельзя просто задавить их в углу, — назидательно произнесла Хетем. — Сначала должен быть допрос, выявление всех сообщников, пройдет волна арестов. Кто-то ушлый обязательно воспользуется ситуацией, чтобы улучшить свое положение при дворе или свергнуть соперника. Затем публичный суд и справедливая казнь.

— Я сегодня добрый, ограничимся последним пунктом, — злорадно усмехнулся юноша. — Как только найдем телеграф, передадим в Мозырь приказ о расстреле.

Приручитель ни капли не жалел приговоренных, ведь, как известно, хочешь настроить кого-то против себя — попробуй его убить.

— И последнее… — Громко заурчавший живот приручителя вызвал улыбки у всех трех девушек. — Нет, не поздний завтрак. Вы знаете, где разместили наших? Хочу с ними поговорить.

— Вы про волколаков? — Ари явно обрадовалась слову «наши». — Они в соседнем вагоне вместе с эскортом графа. Давайте Хетем вас проводит, а я пока поищу какую-нибудь еду.

По пути им встретилось несколько офицеров. Все как один выражали осуждение глупым товарищам, справлялись о здоровье принца и выражали поддержку. Один фельдфебель робко поинтересовался судьбой пленных. Артур хотел было ответить, как ощутил ментальный тычок в бок от Хетем. Ограничившись нейтральной фразой о следствии и справедливом суде, юноша извинился перед людьми и пошел в соседний вагон. В тамбуре приручитель с недоумением посмотрел на свою каддэю.

— Волколаки напали на тебя на вокзале в Мозыре, ты пощадил их, взял на службу и пожаловал награды. Молодые офицеры сделали тоже самое и получат пулю в голову. — Хетем улыбнулась с заметной горечью. — Как считаешь, какова будет реакция среди остальных людей?

— Вообще-то, попытка убийства наследного принца — это открытый мятеж…

— Волколаки тоже выступали на стороне мятежников, — прервала его Хетем.

— Если я пощажу их, прослыву рохлей и оставлю открытую угрозу, — нашел новый аргумент Артур.

— Ты не боишься волколаков из-за своего дара, но попробуй объяснить это другим. — Во вздохе Хетем смешались горечь, разочарование и крайняя степень усталости. Она и нажала на ручку двери, бросив напоследок: — Будь умнее, думай наперед.

Вагон очень напоминал плацкартный — разбитые на отсеки длинные лежаки в три ряда без дверей со столиками у окон. Живущие в нем, не отягощенные званиями солдаты не спали. Они чистили оружие и одежду, ели, разговаривали и играли в азартные игры. Вдоль коридора развесили веревки с сохнущими портянками и нательными рубахами.

К облегчению Артура, волколаки смешались с гвардейцами. Станислав, вожак, которого приручитель пощадил во время суда, отвлекся от борьбы на руках с ефрейтором шире его самого в звериной форме.

— Вожак, — лаконично поприветствовал Артура Станислав, очевидно, возглавивший всех переметнувшихся волколаков.

— Ваше Высочество. — Ефрейтор приложил кулак к груди, преданно уставившись на юношу. — Проклятые супостаты, чтоб им пусто было! Вы уж по всей строгости к ним.

— Обязательно, не сомневайтесь, благодарю за заботу. — Повинуясь наитию, Артур вручил просиявшему солдату серебряный червонец. — Станислав, если не занят, пойдем подышим воздухом.

— Для тебя всегда свободен, — усмехнулся каддэй, поднимаясь с места и не обращая внимания на удивленные взгляды соседей по блоку.

Они вернулись в пустующий тамбур. Артур с наслаждением вдохнул полной грудью. Наполненный ароматами трав прохладный воздух особенно пьянил после прокуренного душного вагона с развешанными повсюду портянками и нижним бельем.

— Чего хотел-то? — Волколак явно не ограничивал себя оковами субординации.

— Посмотреть, как вы устроились, как в вам относятся люди, и заодно узнать, не будет ли у нас завтра проблем, — честно ответил приручитель.

— Ты про Якуба? Не бойся, мы не переметнемся. — Станислав усмехнулся и потрепал Артура по волосам. — Нам ни к чему менять линкор на фрегат.

В следующий миг волколак оказался на коленях, хрипло пытаясь вдохнуть. Тело отказывалось слушаться, полностью повинуясь разозленному приручителю. Он строго смотрел на каддэя холодными светящимися глазами.

— Не забывай свое место. Ты служишь мне, а не я тебе. Попытаешься выкинуть какой-то трюк, оспорить мое лидерство или помешать мне любым другим способом, пожалеть не успеешь. — Помимо мощи самого Артура в его голосе слышались отблески сил Ари, Хетем и Иззи. — Еще одна выходка, и дело не ограничится просто виселицей. Мне не нужны солдаты или трон, чтобы наказать зарвавшегося волчонка. Ты меня понял?

Обретя свободу движений, волколак быстро кивнул, не поднимая глаз от пола. Даже в человеческой форме он напоминал побитую собаку.

— Я хотел спросить, — как ни в чем не бывало заговорил Артур. Он отвернулся, давая возможность Станиславу встать и привести себя в порядок. — Почему вы сражаетесь без доспехов?

— Нам не нужны людские игрушки, — хрипло ответил мужчина, отряхивая штаны. — Мы не настолько слабы.

— Глупо. Многие твои друзья погибли из-за ранений, которых могли избежать. Речь идет не о гордости и превосходстве, а об эффективности. — Юноша немного увлекался историей своего мира и теперь мог блеснуть старыми рассуждениями. — Люди перестали носить доспехи с изобретением огнестрельного оружия, потому что они становились слишком тяжелыми. Потом, конечно, изобрели бронежилеты, но это уже не совсем то…

— Изобрели что? — Хоть Станислав и излучал мрачность, беседа его явно заинтересовала.

— Неважно. Вы же гораздо сильнее, почему бы не надеть хотя бы кирасу? Прикрыть жизненно важные органы, сможете дольше сражаться. А еще стальные когти с однозарядным дробовиком. И пустим по ним электрический ток. — Артур мечтательно закатил глаза, вспомнив какую-то древнюю компьютерную игру. — В общем, ладно, подумай над этим. Если вы с парнями согласитесь, поищем какого-нибудь кузнеца.

— Хорошо… Ваше Высочество. Что-то еще? — глухо спросил волколак.

— На этом все, свободен. — Артур проводил Станислава взглядом, борясь с желанием засунуть руки в карманы. Как ему недавно объясняла Хетем, среди дворян подобный жест являлся слабостью.

«Нужно будет следить за ним повнимательнее… Наверное, зря все же альфу пощадил. Остальные бы не решились открыто мне перечить».

Казалось, только Артур лег спать на коротком купейном диване, как его разбудили резкий толчок и скрежет тормозов. Чудом не улетев на пол, приручитель ударился головой о стол, выдав несколько отборных ругательств из своего мира. Появившийся в дверях Комаровский заинтересованно смотрел на потирающего затылок юношу.

— Как-как вы сказали? — с воодушевлением поинтересовался мужчина. — Никогда ничего подобного не слышал.

— И вам доброго утра, Ваше Высокопревосходительство. — Голова Артура шумела из-за недостатка сна. Он недовольно посмотрел на посвежевшего мужчину. — Почему мы остановились?

«Себе он явно нашел постель получше».

— Вот сейчас сходим и посмотрим, — добродушно ответил Комаровский, словно они не на войне были, а выбирали заведение для завтрака. — Раз стрельбы нет, можем особо не торопиться.

Тишину нарушали короткие приказы и шипение остывающего котла. Обученные гвардейцы разбились на небольшие отряды, осматривая окрестности со взведенными ружьями. Трансформировавшиеся волколаки шумно принюхивались, пытаясь уловить любой намек на угрозу.

— «Иззи, можешь облететь окрестности и поискать засаду?» — мысленно попросил приручитель.

— Как скажешь, дылда, — произнесла вслух своенравная фея. Вылетев из кармана, она увеличилась до размера охотничьей птицы и взмыла вверх.

Причина остановки оказалась банальной — мятежники разобрали рельсы. Полюбовавшись отсутствующим полотном, Комаровский приложился к фляжке и приказал выстраиваться для пешего перехода. До Искоростеня оставалось всего несколько часов пути.

— Ваше Высочество! — К Артуру подбежал молодой корнет. — Сыскать вам коня, али на волчаре поедете?

— Чего? — Приручитель ощутил резкую волну неудовольствия, идущую от стоявших неподалеку каддэев. Артур уставился на корнета, пытаясь понять, провоцировали ли его, или просто попался такой недалекий офицер.

— Ваша карета не влезла в поезд, коней мы тоже не брали, окромя графского, — сбивчиво начал объяснять он. — Тут неподалеку деревня есть, я сбегать могу…

— Пешком пойду, не развалюсь. Что же до твоего вопроса… — Он сделал паузу, как бы подчеркивая следующие слова. — Запомни: они такие же люди, как и мы, просто одаренные. Понял?

— Так точно, Ваше Высочество! — Корнет вытянулся во фрунт, перейдя на бравый тон. — Разрешите идти?!

— Разрешаю, иди. — Артур с усмешкой проводил офицера взглядом и направился к голове выстраивающейся походной колонны. Ему не слишком хотелось глотать поднятую сотнями сапог дорожную пыль.

Единственная встретившаяся по пути станция была пустой. Не было ни людей, ни лошадей, лишь несколько кошек прятались при виде солдат и лаяла одинокая собака. Разведчики, сходившие к деревне, сообщили, что и там пусто — жители покидали дома явно в спешке, в паре домов солдаты даже нашли тарелки с недоеденой едой. Уцелели и обычные для селян тайники в очагах и под половицами. К удивлению приручителя, разведчики не тронули скромные крестьянские сбережения.

У самого Артура было вполне приятное настроение. Солнышко светит, птички поют, солдаты маршируют, что может быть лучше? Хетем сунула ему в руку кусок прекрасной солонины и куда-то ушла, зато Ари составила компанию. Кицунэ очень понравилась идея приручителя одеть волколаков в броню, мол, в последний раз так делали еще в империи подчиняющих. В армии современных государств своенравных зверин предпочитали не брать, изредка используя в качестве пушечного мяса. В той же Российской империи из каддэев служили в основном элементалы как наиболее послушные, полезные и похожие на людей.

Постепенно мысли приручителя перешли к нелегкой судьбе разношерстного народа каддэев и людского к ним отношения. Их, как и любых проигравших, а так же отличающихся от серой толпы, в лучшем случае не любили.

Некстати вспомнился недавний разговор с Хетем, что предлагала объяснить другим солдатам, почему он пощадил волколаков, но приказал казнить мятежников. Лучезарная была права — если в армии его заподозрят в фаворитстве ни о какой дисциплине не может идти и следа.

Юноша тяжело вздохнул, представляя ворох проблем, как словно вспышка молнии к нему пришел ответ.

Волколаки сражались за то, во что верили, и вовремя прекратили борьбу. Мятежные офицеры же присягали служили лично ему и осознанно пошли на предательство. Одно дело пощадить воинов враждебной стороны, что признали свою неправоту, и совсем другое — разводить предателей.

Мысленный аргумент выглядел убойным. Юноша значительно воодушевился — никто не посмеет спорить с его решением, чтобы не выглядеть сочувствующим предателям или, еще хуже, недобитым заговорщиком.

Размышления приручителя прервал оглушительный взрыв. Державшийся впереди граф Комаровский со свитой старших офицеров был поглощен огненным столбом, что взметнулся в небо с чудовищным грохотом. Благодаря силе Хетем Артур быстро укротил бушующую стихию, открыв ужасное зрелище — на выжженной до черно-серого пепла земле лежал бессознательный Комаровский, а вместо его спутников остались лишь обугленные тела.

Справившись с внезапно подступившей тошнотой от запаха горелого мяса, Артур с помощью каддэй осторожно обследовав сгоревшую землю, убедившись, что ловушек больше нет, после чего пустил к графу врачей.

Все их попытки разбудить графа провалились. Лекари в один голос твердили, что внешних и внутренних повреждений у мужчины нет, вероятно, Комаровский успел закрыться щитом, но вложенная в ловушку магия оказалась слишком мощной и граф истощил свои силы до нуля, впав в стазис. Таким образом Артур превратился в командующего их небольшой победоносной армии. Первым делом новоиспеченный генерал выругался про себя, а вторым приказал соорудить носилки для Его Высокопревосходительства — оставлять Комаровского в брошенной деревне казалось приручителю слишком рискованным, никакая охрана не смогла бы сдержать того же Якова.

— Сколько нам до Искоростеня? — Артур с тоской осматривал выживших лейтенантов, временно управлявших ротами вместо почивших капитанов.

— Где-то час пути, Ваше Высочество, — ответил самый смелый. — Возможно, нам стоит вернуться к поезду и дождаться подкрепления?

— Именно этого мятежники от нас и ждут. Мы или наткнемся на засаду по пути, или они взорвут вагоны, или еще что. — Приручитель лихо (как он надеялся) улыбнулся, подбадривая собеседников. — Нет, мы, как и положено настоящим воинам, смело двинемся вперед и выполним приказ!

Не сказать, что его речь возымела большой эффект, но гвардейцы все же подчинились и двинулись вперед. Шли гораздо медленнее прежнего, внимательно проверяя дорогу на ловушки и близлежащие окрестности на засады. Постоянное напряжение и черепашья скорость здорово потрепали нервы, и появление на горизонте Искоростеня все восприняли с заметным облегчением и воодушевлением.

Пригород пустовал. Солдат встречали брошенные дома, опустевшие хлевы и гуляющий по дорогам ветер.

— Дылда, в смысле, хозяин, я тут заглянула в бордель. — Иззи подлетела к Артуру, не обращая внимания на улыбки близ стоящий офицеров. — Там какая-то лисохвостка хотела с тобой поговорить.

— О, старая знакомая. — По сжатым кулаками Хетем пробежали язычки пламени. — Навестим ее? Крюк небольшой.

— Ты не видела мятежников? Агрессивных каддэев? Ловушки? — Артура мало интересовала кицунэ, которая сдала их Якубу. Для юноши было куда важнее устранить нависшую угрозу.

— Не, они все на заводе прячутся, там настоящая крепость, че им за этот вшивый городишко цепляться. — Фея беззаботно махнула рукой. — Идешь? Она очень просила. Монетку дала, серебряную!

— Ну раз серебряную… — Артур неохотно согласился, слишком уж сильным было жгучее желание Лучезарной поквитаться с предательницей. Кажется, Хетем винила ту кицунэ в появлении Ари. Как истинный джентльмен, юноша пропустил даму вперед на случай возможных ловушек.

— Ничего опасного. — Хетем на удивление не стала спорить — могущественная феникс не боялась зачарованного огня, в отличие от хлипкого человека.

Вошедшая вместе с Артуром Ари окинула потупившуюся кицунэ ревнивым взглядом. Не рассмотрев в ней соперницу, она на всякий случай вцепилась в приручителя, разве что не обвивая его ноги хвостом. Другие живущие в борделе путаны благоразумно спрятались в подвале.

— У меня мало времени, говори, что хотела, — недружелюбно начал Артур.

— Простите, господин. — Девушка упала на пол, прижимаясь лбом к пыльным сапогам юноши. Она заметно изменилась с последней встречи — под глазами появились глубокие тени, лицо исхудало и заострилось, шею сдавливал стальной ошейник. — Молю, простите меня за предательство. Я поддалась гневу…

— Если так подумать, все сложилось к лучшему. По крайней мере, я повстречал Ари. — Приручителю понравилось усилившееся объятие со стороны его каддэи. Хетем же громко хмыкнула и подчеркнуто отвернулась в сторону. Весь ее гнев улетучился при виде изможденной девушки. — Я не держу на тебя зла. Что-то еще?

— Я хотела… Знаю, что не гожусь вам, просто знайте. Хозяин… Якуб сделает все, чтобы вас убить. Если вы загоните его в угол, он будет торговаться, чтобы потом нанести удар в спину. Не верьте ему. — Она робко посмотрела в глаза Артуру, по бледным щекам градом потекли прозрачные слезы.

— Почему ты говоришь это мне? — с подозрением спросил юноша.

— За предательство я получила заслуженную награду — обязанность лично ублажать его в постели. Он очень любит похвастаться своим умом и гениальными замыслами. Считает всех глупее себя. — Девушка жалобно всхлипнула. — Во время жизни здесь я ко многому привыкла, но его желания… Они меня пугают.

Кицунэ громко ойкнула, когда за ее спиной возникла увеличившаяся Иззи. Ни слова не говоря, фея приложила ладонь к ее шее, глаза гневно вспыхнули оранжевым.

— Посмотри на этот кошмар! — Она оттянула край платья молодой кицунэ, демонстрируя многочисленные шрамы на груди от ожогов и порезов.

У Артура перехватило дыхание. Он не знал, возникло ли жгучее желание уничтожить Якуба из-за того, что кицунэ была каддэей и он ощутил гнев своих подруг, или просто остро сочувствовал беззащитной девушке. «Неважно, я сотру этого психа в порошок!»

— Я задержусь здесь, помогу ей и другим, — безапелляционно заявила Иззи.

— Им ничего не угрожает, поможешь после. Сейчас мы навестим Якуба и для начала сломаем ему ноги, — зловещим тоном пообещал юноша.

Фея, помедлив, отпустила кицунэ и первой вылетела на улицу.

Патронный завод Искоростеня представлял из себя стоявший на вершине холма уродливый бетонный короб. Гигантские складские окна располагались исключительно в верхней половине, в то время как первый этаж был совершенно неприступен, не считая нескольких ворот.

Шутливо отсалютовав, слетавшая на разведку Иззи доложила, что каждый вход охраняется десятками вооруженных дылд и еще больше дежурят у окон. Артуру совершенно не хотелось лезть напролом в заботливо расставленные врагом ловушки. Кто знает, какие западни приготовил коварный Якуб?

— Всем приготовиться, — коротко приказал приручитель собравшимся вокруг лейтенантам. — Атакуете по моему сигналу, убиваете всех, кто с оружием.

— А если каддэй какой али магик? — робко поинтересовался опростоволосившийся ранее корнет.

— Только при полной уверенности, мирных жителей никто не трогает, они там не по своей воле. Всем понятно? — Приручитель обвел свою армию грозным взглядом. И ему понравилось, как дружно закивали господа офицеры.

Артур уверенно вышел вперед, ведя Ари и Хетем под руку. Они будто совершали променад, а не шагали прямо под прицелами ружей. Как только приручитель и его каддэи пересекли невидимую линию, прозвучал первый выстрел. Пуля просвистела у уха и выбила каменную крошку за спинами троицы.

Выпустив руку юноши, кицунэ похвасталась защитникам завода прекрасной пятой точкой, раскрыв девять светящихся хвостов. Пробегающие между ними волны энергии испаряли все снаряды на подлете. Юноша мельком подумал, что добавить какую-нибудь эпичную музыку из трейлеров к фантастическим фильмам — и хоть сейчас выпускай кицунэ в кинотеатры.

Артур и Хетем свели ладони вместе, образовав импровизированную чашу. Зародившееся между ними оранжевое зернышко понемногу прибавляло в размерах. Растущий огненный шар вращался с бешеной скоростью, бьющий из него жар легко мог расплавить сталь, но, подчиненный своим создателям, не причинял им вреда. Когда совместное детище приручителя и Лучезарной достигло размеров футбольного мяча, Артур подбросил его вверх, а феникс, подпрыгнув как заправская волейболистка, одним взмахом пылающих крыльев отправила сгусток огня точно в патронный завод. В полете огненный шар стремительно разросся и завода достиг уже будучи размером с быка.

Взрыв удался на славу. Здание скрылось за облаком из огня, дыма и пыли, а всех, кроме приручителя и его каддэй, сбило с ног ударной волной, что лишила ближайшие дома окон и дверей. Там, где раньше располагалась бетонная стена, зияла огромная дыра.

Артур и остальные напрочь перестали что-либо слышать, но это и не требовалось — воодушевленные гвардейцы бросились в атаку без команды. Деморализованные защитники отступили вглубь территории завода, где оказывали вялое сопротивление.

Убедившись в отсутствии ловушек, Артур пустил волколаков первыми. Обернувшиеся зверины размытыми тенями врывались внутрь, разрывая вражеских стрелков на куски или просто сбрасывая мятежников с мостков, где их добивали гвардейцы. По приказу приручителя, тех, кто бросил оружие, брали в плен, но далеко не все успевали это сделать.

Казалось, все шло как по маслу, но атака неожиданно захлебнулась. За конвейерной лентой нашлись намертво закрытые с другой стороны ворота во всю стену. Артуру и Хетем пришлось вместе прорезать их огненными лучами, толстая сталь неохотно поддавалась, заставляя терять драгоценное время. Какой-то стрелок попытался снять юношу через образовавшуюся щель, но кицунэ бдила, вовремя перехватив пулю хвостом и отрезав мятежнику голову энергетическим лезвием.

— Докладывайте! — Не отрываясь от создания нового прохода, Артур обратился к подбежавшему корнету. Благодаря Иззи, что применяла свои целительные навыки со странной неохотой, слух был восстановлен, и ничто, кроме звуков рвущегося под самым ухом металла, не мешало им общаться.

— Сопротивление подавлено! — Глаза корнета восторженно горели. Легкая победа опьяняла, кипящий в крови адреналин требовал продолжения банкета. — Мы нашли небольшую дверь, но мятежники обрушили на нее потолок. Эти ворота единственный путь дальше!

— Не расслабляйтесь, наверняка там ловушка! — Юноше не нравилось, как легко им позволили войти. Не мог же Якуб всерьез рассчитывать остановить их обычными стрелками? В этом мире простые люди, не наделенные даром, практически ничего не могли противопоставить дворянству. А для того, чтобы задавить их количеством, солдат у Якуба явно не хватало. Или польский освободитель надеялся, что все одаренные погибли в том взрыве?

«В принципе, логичный план. Разобрать рельсы и заставить нас идти по единственной дороге в Искоростень. Впереди всегда едут командиры, с их силой нечего бояться нападений. Изящно обезглавить нас одним ударом и продолжать копить силы… Хитер, прохвост, силен».

Прорезав отверстие достаточных размеров, Артур для верности пустил туда несколько огненных шаров, но во вспышках он увидел лишь пустую стену. Ворота вели в узкое помещение без отделки, уходящее резко вправо.

— Станислав вместе с пятеркой волколаков и третий лейтенант со столькими же гренадерами за мной, остальным ждать приказов. — Приручитель не хотел рисковать всей армией.

Их встречали абсолютно пустые помещения без окон и дверей да узкие коридоры. Ни врагов, ни мебели, ни продукции, ни даже захудалой крысы. Никаких ламп тоже не было, поэтому дорогу освещали гвардейцы и сияющие хвосты кицунэ. Хетем, будто решив посоревноваться, зажгла над головами отряда несколько огненных шаров, немного нервируя гвардейцев возникшими от перекрестного света тенями.

Левый поворот, правый, развилка, трижды налево, перекресток. Артуру все меньше нравилось происходящее — какой идиот вообще додумался разместить такую запутанную систему на заводе? Почему здесь нет ничего, кроме бетонных стен?

— Стойте, я поняла! — Настороженно распушенные хвосты Ари засияли ярче. — Мы в лабиринте! Нужно немедленно выбираться и разнести его на мелкие кусочки!

— По-твоему, они возвели все это за день? — с ехидцей поинтересовалась Хетем. Пламенные отблески плясали на царственно спокойном лице Лучезарной, выгодно выделяющейся на фоне волнующейся кицунэ.

— Сейчас совсем не то время, чтобы строить из себя дуру! — обиженно фыркнула черноволосая девушка. — Ведун навел на нас морок!

При упоминании Якова в головах Артура, Ари и Хетем раздалось яростное стрекотание прозрачных крыльев. Исцеляющая раненых за пределами лабиринта Иззи не на шутку взволновалась.

— Хватит спорить, выходим отсюда. — Приручитель разом оборвал намечающуюся перепалку.

Отряд развернулся назад, но далеко не ушел. Ари, с картографической точностью запоминавшая дорогу, была уверена, что лабиринт изменился. Вместо недавней развилки они оказались в круглом помещении с двенадцатью уходящими во тьму коридорами.

— Как нам разрушить морок? — напряженно поинтересовался юноша. Перспектива заблудиться и умереть от голода и жажды откровенно не радовала.

— Не знаю, — одновременно ответили каддэи. Ари добавила виноватым тоном: — Мы раньше не сталкивались с настолько сильными ведунами. Вряд ли народные способы чем-то помогут.

— Ладно, есть у меня одна идея. — Ситуация напомнила Артуру один очень страшный фильм, который его заставили посмотреть в детстве. Там главный герой попал в отель, из которого невозможно было выбраться. — Щиты на максимум.

Третий лейтенант совместно с Ари окружили весь отряд сияющими барьерами. За все путешествие по лабиринту молчаливые волколаки не проронили ни слова, лишь рыкнув при прикосновении чужой силы.

Артур не колебался, а то еще, чего доброго, можно передумать. Подсказанное Хетем плетение «огненного ядра» работало выше всяческих похвал. Врезавшись в дальнюю стену, оно пробило дыру в человеческий рост, обнажая новую развилку. Приручитель и не думал останавливаться, вызывая все новые и новые взрывы. Энергетические барьеры успешно сдерживали осколки и пыль, зато лабиринту приходилось туго. На десятом ядре по потолку зазмеились светящиеся трещины, по коридору разнесся жалобный вой.

— Хозяин, берегитесь!

Первой заметив опасность, Ари бесстрашно встала на пути у несущегося к ним чудовища. Сияющие хвосты как копья вонзались в плотную шкуру. Монстр и кицунэ одновременно отбросили друг друга в противоположные стены. Спину приручителя обожгло болью, пока его каддэя со стоном сползала на холодный пол. Поддерживаемые Ари барьеры вспыхнули и погасли, оставляя волколаков беззащитными.

Монстр же будто не заметил атаки. Покуда он выбирался из-под обломков, отряд успел рассмотреть нового врага.

В целом, Артур именно так представлял себе минотавров — мощное трехметровое тело, перевитые вздувшимися мускулами конечности, длинные изогнутые рога на бычьей голове, медное кольцо в носу, раздвоенные копыта и огненные глаза. Казалось, хоть сейчас вставляй монстра в любую игру, вот только вместо классической двухлезвийной секиры он держал железнодорожную рессору.

«Спасибо, что член не видно», — Артур искренне обрадовался, что его враг носил потемневший металлический нагрудник с короткой кожаной юбкой.

— Грррр! — прорычал минотавр, обнажая ни разу не бычьи заостренные клыки.

— Осторожнее, он настоящий! — Почти сразу Артур обнаружил один очень неприятный факт — огонь не причинял чудовищу никакого вреда.

Гренадеры вскинули винтовки и дали залп, но ружейные пули действовали на минотавра еще слабее, чем на слона дробины. Если бы не набросившиеся на полубыка волколаки, их сражение закончилось бы, вообще не начавшись.

Зверины атаковали с разных сторон как стая охотничьих собак медведя. Они пытались достать противника когтями и зубами, но тот не обращал на раны никакого внимания. Минотавр не собирался становиться легкой добычей, сноровисто отмахиваясь рессорой. Первый же недооценивший его скорость каддэй получил мощный удар в грудь и пролетел метров сто, исчезнув в одном из коридоров. Второму полубык перебил ноги, оставив его отдыхать у стены.

— Еще немного, и их сомнут, а там дело за нами. — Артур бросил бесполезные попытки, огонь стекал с минотавра как вода, энергетические атаки не наносили достаточно повреждений, а на попытку подчинить каддэя виски взорвались болью. Он повернулся к покачивающейся кицунэ — Ари успела оправиться и встать рядом. — Есть идеи, что с ним делать? Как вообще сражаются с минотаврами?

— Обычно их сжигают, — мрачно ответила Лучезарная.

— Ты шутишь? — Артур красноречиво посмотрел на Хетем, выстрелив очередным огненным шаром. Взрыв сделал только хуже — одного из волколаков зацепило жаром, каддэй инстинктивно замер и закрыл морду. Пораженный железнодорожной рессорой, он пополнил собой ряды раненых.

— Нам попался очень неправильный минотавр, — слабым голосом произнесла кицунэ.

— Срочно что-нибудь придумай! — взревел Станислав. Он больше не пытался атаковать, поочередно с напарником они отвлекали минотавра на себя, бегая кругами по образовавшемуся залу.

— Если я приближусь к нему в упор и ударю разом всеми хвостами по горлу, есть шанс отрубить ему голову, — предложила Ари.

— Это самоубийство, он успеет ударить в ответ! — безапелляционно заявила Хетем.

— Для меня было честью служить вам, хозяин! — убийственно серьезным тоном произнесла кицунэ.

— Даже не думай! — хором осадили Ари приручитель и феникс. Каддэя бросила изумленный взгляд на Лучезарную, а та, нахмурившись в ответ, резко отвела взгляд, словно бы ничего и не было.

— Ваше Высочество, может, попробуем закинуть ему в рот гранату? — предложил лейтенант. — Изнутри-то он всяко нежнее, чем снаружи.

Прекрасно поняв сказанное офицером, минотавр захлопнул пасть, продолжая сражаться исключительно молча.

— Видимо, хорошая была идея… — Артур тяжело вздохнул. Он кожей чувствовал, как истекали последние секунды. — Лейтенант, спрячьтесь где-нибудь со своими людьми и вложите все силы в барьеры.

Как и на дуэли с Комаровским, для исполнения задуманного приручителю понадобились все его силы. Он накрыл себя и своих каддэй энергетическими барьерами, призвав огненные хвосты. В этот раз они не собирались в один, напротив, они непрерывно били в разные стороны, круша стены, потолок и пол.

Оставшийся один на один с минотавром Станислав успел взреветь:

— Что ты делаешь, идиот?! Всех нас погубишь!

Итак державшийся на ниточке морок не выдержал. Погасшие трещины вспыхнули с утроенной силой, с бешеной скоростью расползаясь по всему лабиринту. Сверху посыпались крупные обломки, Ари и Хетем исчезли, скрытые сплошной пылевой завесой. Жалобно вспыхнул и погас энергетический барьер вокруг Артура. Юношу придавило неподъемной плитой, по тяжести сравнимой с ношей на сердце. Неужели он ошибся и иллюзия оказалась реальностью? Глупее смерти и не придумаешь — заживо похоронить самого себя и дорогих сердцу девушек.

Внезапно все исчезло. Испарились каменные обломки, пропала забивающая легкие пыль, как и не было бесконечного лабиринта с коридорами и крохотными комнатушками. Артур вместе с остальными лежал посреди заполненного станками ангара. Взревел обреченный минотавр, хватаясь за оброненную рессору, ведь теперь на него были готовы наброситься пятнадцать волколаков и сотня гвардейцев.

— Что вы делаете! Немедленно прекратите! — разнесся по цеху звонкий голосок.

Меньше всего Артур ожидал увидеть сердитую Иззи. Фея встала между ним и минотавром, характерно уперев кулаки в бока.

— Это агрессивное чудовище! Посмотри, что он сделал с нашими!

— С волчатами-то? Оклемаются! — Она взмахнула рукой, и раненых каддэев окутало облако сверкающей пыльцы. — А бычонок просто боится! Он совсем маленький!

— Маленький?! — Артур собирался высказать Иззи пару ласковых, как на его плечи одновременно опустились ладони Ари и Хетем. Феникс покачала головой и указала на минотавра. Приручитель только сейчас понял, что монстр застыл на одном месте, не пытаясь атаковать. — Ты сможешь его успокоить?

— Конечно, главное, не мешайте мне. — Потеряв интерес к окружающим, Иззи подлетела к минотавру. Уменьшившись, она уселась прямо на его нос, защебетав на птичьем языке. Монстр выронил рессору и сел. Скосив взгляд, он отвечал фее жалобным мычанием.

— Мда уж. — Убедившись, что никто из волколаков не погиб, Артур повернулся к остолбеневшим гвардейцам. — Чего встали? Мы еще не закончили! Рассредоточиться и прочесать территорию!

Артур с удобством устроился в глубоком кресле на крыльце ресторации в каменном доме, в которую не смог попасть при первом посещении Искоростеня. Закинув ногу на ногу, он небольшими глотками пил поданный Ари горячий чай и отстраненно любовался пейзажем. Город, накрытый грозовыми тучами, сквозь которые пробивались лучи закатного солнца, выглядел мрачно и торжественно: алые полосы света и яркие вспышки молний то и дело выхватывали из грозового сумрака крыши наиболее высоких зданий, а свежий ветер приятно контрастировал с кружкой горячего чая, что Артур сжимал в руках. Наконец, на невидимый купол над головой приручителя упали первые тяжелые капли дождя.

«Мы одержали убедительную победу в битве за Искоростень, но вот почему меня это не радует?»

Отпив небольшой глоток из кружки, Артур посмотрел вверх, вслушиваясь в нарастающий шум дождя. Юношу одолевали откровенно невеселые мысли, и тому были веские причины. Комаровский лежал в стазисе, и приручитель нутром чуял, как с каждым часом все сильнее усиливалось недовольство офицеров. Небольшое сражение закончилось, адреналин схлынул, и в головы людей полезли мысли, которых до этого не допускало постоянное присутствие и поддержка графа. Именно Комаровский представил его, Артура, сыном покойного императора. Именно его авторитет поднял приручителя так высоко, и теперь… Если Комаровского не станет прямо сейчас, Артур потеряет все, чего добился.

«Не показывать же всем желающим то письмо? Нужно что-то придумать…»

Приручитель, на миг представив, как офицеры пытаются обвинить его в лжи и арестовать, самодовольно усмехнулся. С каждым днем он становился все сильнее и не сомневался, что в честном бою одолеет всех присутствующих в Искоростене царских офицеров. Память услужливо напомнила недавнее происшествие в конюшне, и Артур помрачнел. В том, что возможный бой будет честным, он уже сомневался.

Существовала и другая проблема — Яков с Якубом как сквозь землю провалились. Волколаки с гвардейцами до сих пор прочесывали завод в поисках тайного хода, а допрос пленных пока ничего не дал. Без пойманных или убитых лидеров нельзя было заявить о подавлении мятежа и отправиться в Питер. Таким образом, взятие Искоростеня ничего не решило — Якуб просто растворился в окрестных болотах и, как только наберется сил, начнет все заново. Лейтенанты предложили ездить по селам, мол, рано или поздно найдется крыса, что расскажет про укрытие поляка, но Артур не мог столько ждать!

Юноша машинально поднес стакан к губам и тихо вздохнул — напиток закончился. Артур никогда особенно не любил чаи, но у кицунэ получалось заваривать настоящую амброзию, словно вобравшую в себя все лучшие вкусы нового мира.

— Позвольте мне, — Ари осторожно забрала стакан и налила новую порцию. Ее ладони излучали жар, подогревая остывшую жидкость.

— Не знал, что вы можете применять способности друг друга. Хотя, наверное, все логично. — Юноша прикрыл глаза, наслаждаясь неземным ароматом. — Давно это у вас?

— После вашей дуэли, хозяин. Я научилась подогревать чай и одеяла перед сном, а она отводит глаза, когда ходит в кусты. — Девушка довольно улыбнулась, когда юноша рассмеялся. — Это мелочи. Когда вы полностью овладеете своим даром, нам откроются все возможности. Мне и самой не терпится опробовать огненные хвосты! Может, и полетать удастся!

— Да, ты бы смотрелась с ними просто потрясающе! — Артур живо представил нагую танцующую девушку в окружении языков пламени.

Она мягко улыбнулась и села ему на колени. Прикрыв глаза, Артур с удовольствием отдался нежному, но распаляющему страсть поцелую, и когда его ладони уже скользнули под ткань платья Ари…

— Эй, дылда! — Иззи будто специально выбрала самый неудачный момент для появления. Не обращая внимания на две пары недовольных глаз, она схватила со стола пряник и продолжила с набитым ртом: — Я закончила с Лютиком, хочу поговорить о странностях.

— У меня, вообще-то, имя есть. — Артур прикусил губу, подавляя раздражение. Фея вела себя как большой ребенок, и он старался относиться соответственно. — С кем закончила?

— С бычком! Ну, минотавром. Его Лютиком зовут. Точнее я назвала, — поправилась она. — Ну короче! Он сильно отличается от обычных. Шкура просто непробиваемая, ментально воздействовать невозможно, а еще он умный!

— А ты много минотавров повидала? — Заостренные ушки кицунэ заинтересованно дрогнули. Кажется, она уже простила фею за то, что та прервала их. — Они ведь настоящая редкость!

— Достаточно, чтобы понимать, о чем говорю! Это все неспроста, над ним сильно издевались, экскременты всякие проводили! — Иззи рассерженно топнула босой ногой прямо по воздуху. Фея предпочитала не касаться земли, постоянно пребывая в полете. — Нам нужно поймать этого вашего Якуба и узнать, что он делал!

— Обязательно, как только узнаем, где он прячется. — Артур сделал глоток и с сожалением отставил стакан. Волшебство момента краткого спокойствия испарилось и вместе с ним исчез потрясающий вкус. — Как там остальные?

— Кости я всем зарастила и усыпила, завтра будут как новенькие. — Фея явно не собиралась останавливаться на одном прянике. Повиснув вниз головой, она методично опустошала блюдо, чудом не попадая в него мокрыми слипшимися волосами и умудряясь болтать с набитым ртом. — Чуть не забыла! Там старик очнулся, очень хотел тебя видеть.

— Что же ты сразу не сказала! — Артур извиняющееся посмотрел на Ари, с неохотой вставшей с его колен. Ответный взгляд кицунэ явно намекал, что приручителю придется компенсировать неудобство ближайшей ночью.

Новость о пробуждении Комаровского заметно снизила напряжение в лагере. У сидевшего в постели графа собрались все выжившие офицеры; тот самый лейтенант, что был в лабиринте, торопливо рассказывал последние события.

— Все понятно, вы свободны. — Заметив Артура, Комаровский коротко кивнул. Подождав, пока в спальне останутся только они, он с облегчением выдохнул и спустился вниз.

— Хорошо выглядите, Ваше Высокопревосходительство. — Юноша не кривил душой, по крайней мере старик больше не напоминал простыню после прачечной.

— Полагаю, после всего произошедшего мы можем опустить формальности. — В глазах Комаровского заплясали веселые огоньки. — Сударыня Ари, вы не могли бы подать мне фляжку? Вы найдете ее вон там. Мой адьютант погиб, а новенький запуган коновалами и отказывает мне в алкоголе.

— Разумеется! — Ари подмигнула удивленному Артуру и протянула графу фляжку. — Не будь букой, пара глотков не повредит. Разгонит кровь и улучшит настроение.

— Сударыня дело говорит! — смачно приложившись к горлышку, Комаровский сделал несколько шумных глотков и с наслаждением выдохнул. — Гораздо лучше!

— Как вы себя чувствуете? — Артур присел на стул у кровати.

— Ваша фея сотворила настоящее чудо. Я отдал почти все силы, чтобы спастись от взрыва. — Комаровский озадаченно вздохнул. Посмотрев на заветную фляжку, он неохотно отложил сосуд с драгоценной жидкостью. — Хитрая задумка, спрятать бомбу за мороком. Никогда с таким не сталкивался.

— Серьезно? — искренне удивился Артур. — Никто не додумался маскировать мины?

— Нет, маскировка дело обычное. Чаще всего их в навозных кучах прячут… Я о другом. — Постепенно голос графа становился все тише. — Не было там ведуна поблизости, я бы почуял. Поддерживать морок на таком расстоянии сможет только настоящий уникум…

— Вам нужно отдохнуть. Я навещу вас завтрашним утром.

Посапывающий Комаровский уже ничего не ответил. Артур переглянулся с Ари, и кицунэ молча кивнула, устроившись на табурете у постели. Приручитель только сейчас понял, что раненый граф являлся легкой добычей и доверять его охрану гвардейцам без дара было очень плохой идеей. Непривычно было видеть графа не могущественным дворянином, а обычным, уставшим пожилым человеком.

Артур аккуратно притворил за собой дверь и быстрым шагом направился на улицу. С его души будто камень свалился — Комаровский очнулся, одной проблемой меньше. Юноша пребывал в приподнятом настроении, он собирался найти Хетем и попросить ее сменить Ари, чтобы наверстать упущенное.

«В конце концов, Якуб может подождать до следующего утра, ослабевшего графа нельзя бросать в окружении одной лишь гвардии, а разделять каддэй опасно».

— Ваше Высочество, — возникший из ниоткуда Станислав выглядел неловко, похоже, волколак все еще не привык обращаться к кому-то по титулу.

— Что случилось? — Интуиция приручителя тут же подозрительно завозилась, пока Артур изучил быстрым взглядом своего подчиненного.

— Я тут порасспрашивал знакомых, один мужик знает, где укрылся Якуб. Он готов рассказать, но только вам. — Волколак сжимал и разжимал пудовые кулаки, избегая смотреть на собеседника. — Здесь недалеко, я отведу.

Артур не стал спрашивать, откуда взялся этот знакомый и почему он ждет в темном переулке. К чему тратить время на риторические вопросы? Прислушавшись к себе, приручитель быстро нашел в своем окружении сознание Станислава и, придержав это ощущение, бесстрашно пошел следом за волколаком.

«Если это ловушка, я нахрен выжгу ему мозги, а потом уже разберусь с остальными проблемами!»

Каково же было удивление приручителя, когда вместо засады к ним вышел нервно мнущий шляпу лысый амбал.

— Мое почтение, вашество, мое почтение. — Человек заметно нервничал в присутствии юноши, то и дело кося на оборотня.

— Это Гашек, — Станислав с усмешкой кивнул напряженному Артуру и пошел к выходу из переулка. — Посторожу, пока вы балакаете.

— Ты хотел мне что-то рассказать, Гашек? — Артур бегло осматривал окрестности, оставаясь настороже. Человек напротив не внушал доверия, но никакой угрозы от него юноша не чувствовал.

— Да… Я в охране у атамана служил… Видел схрон его в болотах. Могу все показать… На карте ткнуть… Она у меня с собой как раз…

— Так чего ты медлишь? — Артуру все меньше нравилось происходящее, но он упорно не понимал, в чем заключается подвох.

— Дык условия у меня есть, — человек глубоко вдохнул, будто бросался в омут с головой. — По первости никому нельзя знать, что я вам помог, иначе со свету сживут. Вы-то уедете, а мне тут жить.

— Понятно. — Артур вместе с облегчением почувствовал легкое разочарование. Вот откуда такая нервозность — человечек собирался торговаться с наследником престола! — Что еще?

— Награду хочу, тыщу рублей, — решившись, выдохнул Гашек, обдав юношу крепким перегаром с затхлым табачным дымом. — И орден!

— Но ведь если я награжу тебя, то все узнают, за что, — усмехнулся Артур. Он достал из внутреннего кармана помятую книжку. — Сейчас выпишу тебе чек.

— Э, не, не надобно мне бумажек этих. — Маленькие глазки алчно засверкали. — Серебром плати, сейчас.

— Ты где-то видишь у меня с собой сундук? — Приручителю не понравился тон человека, заодно он вспомнил, что отдавать состояние первому встречному не лучшая идея. Гашек не внушал ему никакого доверия. — Сделаем так, завтра в полдень анонимно расскажешь все мне с графом Комаровским. Если твои сведения окажутся полезны, получишь награду.

— Мы так не договаривались… — начал было возмущаться Гашек, как его прервал вспыхнувший на ладони Артура огненный шар. Несмотря на вечернюю плохаду, пот лил с человека настоящим градом.

— Ты прав, мы еще ни о чем не договорились, — холодно произнес юноша. — Выбор у тебя простой: либо соглашаешься на мои условия, либо сделки не будет. Твою наглость я, так и быть, прощу.

— Леший тебя задери! — Мужчина совершил жест, будто хотел бросить шапку наземь, но в последний момент передумал. Он поспешно крикнул, стоило Артуру повернуться к выходу из переулка. — Ладно, хорошо! Но чтоб меня никто не видел!

— Оденься во что-нибудь неприметное и жди здесь завтра. Тебя проводят.

Гашек неуверенно кивнул, оставшись стоять на месте и сжимая многострадальную шапку. Артур, махнув погасшей рукой на прощание, покинул переулок. Приказав Станиславу незаметно провести Гашека в резиденцию Комаровского ближе к полудню, приручитель поспешил на поиски лучезарной. Меньше всего ему хотелось влипнуть в еще какую-нибудь историю и навлечь на себя дополнительную беду.

***

Хетем нашлась в неожиданном месте — в борделе. Рыжая девушка лежала на кровати в номере, в котором парочка когда-то пряталась от погони, и читала одну из книг Ари. Поглощенная историей, она никак не отреагировала на приход юноши.

— Привет, что пишут? — Артур присел на соседнюю кровать, с наслаждением вытягивая гудящие ноги. Приручитель только сейчас осознал, насколько он устал. Будь у него фитнес-браслет, он бы непременно показал десятки пройденных километров, все же брать города после пешего перехода это вам не финики собирать.

— Всякую романтическую чушь, — Хетем ответила на удивление доброжелательным и веселым тоном. — Любовь побеждает зло, долгая и счастливая жизнь, принцессы спасают рыцарей.

— Разве не наоборот? — Покоренный редким приступом хорошего настроения у феникса, юноша не смог сдержать улыбку.

— Да ну, слишком скучно и банально. К тому же ты видел современных рыцарей? — Девушка картинно закатила глаза. — Одним плевком переломить можно. Ты что-то хотел?

— Точно, я и забыл, — сам не понимая почему, он замялся. — Ари охраняет Комаровского…

— Разумно, без его поддержки мы вернемся к тому, с чего начали, — излишне поспешно перебила его Хетем. Артур, мысленно подивившись тому, что каддэя уже в который раз пусть и косвенно, но показывает свое расположение в адрес его и кицунэ, чуть сбился, потеряв мысль.

— А… Да, верно. Разумно…Ты не могла бы ее сменить? — На последнем слове он вдруг ощутил, что не должен заканчивать эту фразу, но было уже поздно.

Повисла тишина. Девушка уставилась в книгу остекленевшими глазами.

— Хочешь развлечься с ней? — наконец поинтересовалась она странным голосом.

Артур осторожно кивнул, про себя удивляясь вспыхнувшим ушам. Разве он вообще должен отчитываться перед ней? Или испытывать стыд?

— А почему… — Она закрыла книгу с громким хлопком и подалась вперед, вплотную приблизившись к лицу юноши. — Почему ты никогда не предлагал этого мне? Я тебе не нравлюсь?

— Чего?! — искренне возмутился юноша, моментально перестав обращать внимание на снедающий его жар. — Сама ведь говорила, что скорее замерзнет ад, чем ты разделишь со мной постель!

— Я не так говорила! — Девушка на секунду потупилась, прежде чем вернуться к гордому тону. — К тому же дама имеет право немного преувеличить!

— Это было очень большое преувеличение! — Он нервно дернул за воротник рубашки. Жара в помещении становилась просто невыносимой.

— Я очень не люблю этого делать, так что скажу лишь раз, слушай очень внимательно. — Хетем набрала полную грудь воздуха и резко выпалила: — Прости!

Теперь Артур не находил слов. Юноша открывал и закрывал в рот, буравя смущенную девушку неверящим взглядом.

— За что? — Из-за нервов и пересохшего горла его голос срывался, напоминая хрип.

— Я была к тебе несправедлива. Слишком плохо относилась, придиралась по мелочам, хоть ты меня спас. И не раз! — Она намотала на указательный палец рыжую прядь. — Прости, это очень сложно! Я ведь была богиней… В мою честь возводили прекрасные величественные храмы, тысячи рабов прислуживали мне, сотни тысяч людей воскуряли благовония, моля меня о внимании. Золото, драгоценности… Все это текло рекой к моим ногам!

Хетем мечтательно прикрыла глаза, погружаясь в приятные воспоминания. Затем, вспомнив, с кем она говорит, лучезарная резко встряхнула головой.

— А потом все кончилось. Из-за людской жадности. Потому мне сложно относиться к людям, как они того заслуживают. Я вижу в них только худшие качества, словно что-то мешает мне видеть что-то иное. Прости, я далеко не сразу разглядела твои достоинства…

— Ты про мою силу? — Он скептически приподнял бровь. — До успехов в сражениях ты меня не слишком жаловала.

— Нет! — жарко произнесла она. — Сила далеко не главное. Со временем наша связь открыла мне тебя настоящего. Понимаешь, завладеть мной мечтали многие. Я видела рассвет и закат империи подчиняющих, и… — девушка запнулась, подбирая слова. — Сыграла в этом некоторую роль.

Артур решил не уточнять, кем выступала лучезарная — защитницей или разрушительницей. Захочет — расскажет.

— Вот эта цацка осталась от последнего умника, что называл себя моим хозяином. — Хетем с мрачной насмешкой щелкнула по золотому украшению на шее, всем видом показывая, что не собирается больше говорить на эту тему. — Хоть какая-то польза, сгодилась для маскировки.

— Мы, вообще-то, о моих выдающихся качествах говорили, — слегка обиженно напомнил Артур. — Какие мои стороны открыла тебе наша связь?

— На тебя можно положиться. Ты умный, понимающий, добрый, иногда слишком. С последним я еще не определилась, достоинство это или недостаток. — Хетем придвинулась чуть ближе и, заглянув парню в глаза снизу вверх, тихонько продолжила. — Я попросила Ари уступить тебя на ночь, пока она медитирует возле графа. Останешься со мной?

Артур отчаянно боролся с желанием схватиться за голову. Мысли бились в голове подобно рою рассерженных огненных пчел. Что это, ловушка? Проверка? Шутка? Или…

Чувства лучезарной прокрались в его голову незаметно. Может быть, это был эффект их связи и того, что Артур действительно хотел знать, о чем она думает, а может быть, Ари все-таки не совсем медитировала и помогла своему непутевому хозяину.

Хетем очень волновалась, в ее душе царила настоящая буря. Надежда сменялась беспокойством, беспокойство — страхом. Лучезарная каддэя переступила через собственную многовековую гордость и теперь боялась быть отвергнутой. Ее беспокоило мнение человека!

И тогда Артур решился. Наклонившись к девушке, он аккуратно коснулся ее губ своими. Природа жары, охватившей его парой мгновений ранее, стала ему понятна. Хетем была огнем, и этот же огонь сейчас тек в его собственных жилах.

— Ты совершенно не умеешь целоваться, — нежно промурлыкала каддэя, оторвавшись от его губ.

— Ну так расскажи, как нужно. — Отчего-то замечание девушки немного обидело юношу. «Ари, между прочим, ни разу не жаловалась на то, что я плохо целуюсь! А вдруг и правда плохо?...»

— О, это достигается только практикой. — Лицо Хетем снова медленно приблизилось. — Начнем занятие…

Сама собой незаметно исчезла одежда. На краю сознания вспыхнула и тут же погасла мысль, что она сгорела, но это сейчас было совершенно не важно.

Феникс увлекла юношу за собой в постель, оказавшись на спине, под ним. Неохотно отстранившись от сладких губ, Артур неторопливо покрывал поцелуями ее шею, подбираясь к ключице. Изгибающаяся спина и тихий стон сквозь прикушенные губы вели его не хуже дара приручителя. Артур воображал себе их связь как пучок огненных нитей, пульсирующих в такт биению сердец, вспыхивающих все ярче с каждым прикосновением. Он точно знал, чего хотела его каддэя и как довести ее до пика, не совершая ничего запретного…

Хетем застонала громче, часто дыша и давая волю когтям. Артур мужественно терпел, пока его спина покрывалась частыми царапинами, продолжая аккуратно прикасаться к совершенному телу губами, перемежая поцелуи с легким прикусыванием, от которых у Хетем сбивалось дыхание. Небольшие напряженные соски на мягкой груди так и манили, но у него была цель важнее, пока никто не передумал, не решил, что совершает ошибку, не ляпнул какую-нибудь колкость… Взяв ладони Хетем в свои и переплетая пальцы, приручитель осторожно прижался к каддэе.

По темпераменту Хетем разительно отличалась от Ари. Если кицунэ была воплощением дикости за невинной оболочкой, милой, но хищной, то Хетем являлась чистой стихией. Ее чувства, эмоции и движения вспыхивали и сгорали. Каддэя проживала каждый миг как последний, полностью отдавшись своему приручителю. И в миг высшего блаженства пламя страсти поглотило влюбленную парочку, оставив после себя тлеющие жаром угли.

Артуру хотелось петь. Несмотря на бессонную ночь, юношу переполняла энергия. Душа пела от искреннего счастья, а весь мир казался наполнен солнцем и радугами. Разделявшая их с Хетем стена треснула пополам. И пусть она исчезла не до конца, отношения между юношей и девушкой явно потеплели.

Проснувшись, каддэя сделала вид, что ничего не произошло, чем немало развеселила приручителя. Нагая девушка как ни в чем не бывало сидела на краю постели и расчесывала прекрасные рыжие волосы, от которых исходило едва заметно сияние, но мимолетный хитрый взгляд выдавал ее с головой. Решив не начинать серьезных разговоров с утра пораньше, Артур первым пошел в ванную. Как он и надеялся, к нему почти сразу присоединилась Хетем с хитрой улыбкой на лице.

Обитательницы борделя собрали для приручителя скромный завтрак во французском стиле – знаменитые круассаны и багеты с мириадами крохотных плошек с разнообразными джемами. Смешанные со сливочным маслом, они буквально таяли на языке

За столом прислуживала Айяно, та самая кицунэ, что сдала их Якубу.

Иззи постаралась на славу, на теле юной каддэи все еще оставались шрамы, но они заметно побледнели и не так бросались в глаза. Горло девушки больше не сдавливал уродливый ошейник, а в глазах появились робкие искры надежды.

— Выглядишь гораздо лучше. Не хочешь поесть с нами? — Артур тепло улыбнулся пнувшей его под столом Хетем. Неужто она ревновала? Если так, то пусть немного помучается.

— Благодарю, господин, я не голодна. — Она бросила опасливый взгляд на помрачневшую Лучезарную и быстро произнесла: — А вы не нашли хо… Якуба?

— Пока нет, но его дни сочтены. — Воспоминание о «заклятом друге» с утра пораньше немного испортило юноше настроение. Он видел польского мятежника всего раз в жизни, но уже успел возненавидеть. Вместо столичной жизни и борьбы за трон приручителю нужно было гоняться за ним по болотам. — Кстати, ты не знаешь Гашека? Лысый такой и потливый.

— Да, господин. Я бы не стала вести с ним никаких дел. — Айяно неожиданно вздрогнула и поспешно поклонилась. — Простите мою дерзость.

— Эй, ты же не сказала ничего такого…

— Боюсь, мне пора идти, господин. Если что-то понадобится, позвоните в колокольчик.

Не прекращая кланяться, девушка поспешно скрылась за огораживающей стол ширмой. Артур непонимающе посмотрел на Хетем, но та лишь пожала плечами.

— Ты и сам не собирался ему доверять, так что ничего не изменилось. Будешь доедать? — У Лучезарной прорезался зверский аппетит. Уничтожив всю еду на своей половине стола, она жадно смотрела на круассан в руке юноши.

— Если я скажу да, то пожалею, — усмехнулся приручитель, выплачивая дань своей каддэе в виде выпечки.

Оттрапезничав, Артур с Хетем направились к Комаровскому. Граф весьма скептически принял новость о возможном информаторе, но все же согласился выслушать Гашека. По его приказу с заднего входа, коридоров и лестницы сняли охрану. Потомственный дворянин не боялся какой-то плесени в виде очередного волколака.

Пока они ждали, юноша рассматривал занятого газетой мужчину. Отдых пошел Комаровскому на пользу – старик значительно посвежел, щекам вернулся здоровый румянец, исчезли мертвенно-черные тени под веками, и сидел граф вполне прямо, не рискуя сползти вниз.

Убедившись, что штатгальтеру ничего не угрожает, приручитеь перевел взгляд на черноволосую каддэю. Кицунэ встретила его взгляд понимающей улыбкой, хитро подмигнув и проведя кончиком языка по нижней губе. Из-за, казалось бы, нехитрых жестов Ари Артур с головы до ног залился густой краской и поспешно опустил голову. До прихода Гашека он изучал носки своих сверкающих сапог, гадая, кому именно он обязан их идеальной чистотой.

— Доброго денечка, вашсветлость. — Гашек возник на пороге ровно в полдень, в то время как Станислав остался снаружи, чтобы не пускать нежелательных слушателей. Мужчина оделся в бежевый плащ до пола с глубоким капюшоном. Видимо, по мнению бывшего телохранителя Якуба, так он должен был сохранить свою анонимность.

— И тебе не хворать. — Артур показал на переместившегося за стол графа. Старик не мог позволить себе демонстрировать слабость перед чужаком. — Это Его Высокопревосходительство Комаровский, штатгальтер Минской губернии.

— Как же, наслышан, наслышан. — Мужчин откинул капюшон и сорвал с себя изрядно помятую шляпу, тут же вцепившись в нее пальцами-сосисками.

— Говори, с чем пришел, у меня нет времени на всяких проходимцев, — холодно произнес граф, ограничившись еле заметным кивком.

— Дык это, карта мне надобна. — Получив искомое, Гашек уверенно ткнул в крохотную точку к западу от Искоростеня. — Тут он укрывается, кровопийца поганый.

— Откуда такая уверенность? — все тем же ледяным тоном поинтересовался Комаровский.

— Я раньше в личной охране служил, пока нас всех на псин не поменяли. Кому-то еще повезло, городовыми стали, а меня выпнули, ничего не оставив! — зло выкрикнул Гашек. — Что ж, теперь они в аду горят!

«Приверженец новой религии», — Артур вычел еще один балл из внутреннего рейтинга Гашека. Христиане этого мира ненавидели каддэев и, соответственно, приручителей. Доверять такому следовало с большой опаской. Внутренняя интуиция возразила, что жажда мести и наживы являлась отличным мотивом для предательства.

— Пока все вокруг зверины не заполонили, мы ему схрон приготовили, как раз здесь. Там хутор был ладный, пока хозяев не порешали. Ох, и славно мы дочек того хмыря попользовали. — Гашек мерзко усмехнулся. Наткнувшись на неодобрительный взгляд графа, он поспешно продолжил: — Тропа туда ведет совсем неприметная, глухомань вокруг. Якуб планировал зализывать там раны, коль чего случится, вот.

«Интересно, если он так ненавидит зверин, то как он сдружился со Станиславом?»

— Что ж, если это правда, ты получишь обещанную награду за предоставленные сведения. — Повинуясь знаку приручителя, равнодушные Хетем и Ари поставили перед возбужденным человеком сундучок, наполненный серебряными червонцами. — Не спеши, я не закончил.

Артур привычно добавил в свой голос силы, а во взгляд холодной стали.

— За убийство мирных подданных империи и массовое изнасилование в составе банды ты арестован. — Пусть Гашек и не был каддэем, он смертельно побледнел и мелко задрожал, будто подчиняясь силе приручителя. — Твои деньги реквизированы короной.

— Но я же… Это ведь было по приказу Якуба… Он во всем виноват! — Мужчина упал на колени и протянул ладони к отпрянувшему юноше. — Смилуйтесь, вашество, не губите! Я же вам помог!

— Твои заслуги обязательно будут учтены судом, возможно, они смягчат приговор. Что же до Якуба, уверен, он не приказывал вам никого насиловать. — Артур мысленно позвал Станислава, и, пусть их ничего не связывало, каддэй явился на зов. — Слышал, о чем мы говорили? Взять его.

Мрачный как туча Станислав коротко кивнул и схватил хнычущего мужика. Непонятно, о чем он жалел больше – о грозящей пожизненной каторге или потерянных деньгах.

— Курва! Пьердоле чьйэ! Чтобы ты сдох, паршивец поганый! — не своим голосом закричал Гашек, пытаясь вырваться из стальной хватки волколака.

— Добавим к списку обвинений оскорбление дворянина простолюдином, — усмехнулся Артур в лицо замолкнувшего Гашека. — Проводи его в тюрьму и передай список преступлений.

— Будет исполнено… — глухо рыкнул волколак.

Когда за парочкой закрылась дверь, Артур услышал сдержанные хлопки. Повернувшись, он увидел аплодирующего Комаровского, на лице графа играла злая усмешка.

— Впечатляет, впечатляет. Излишне дерзко, зато эффективно. — Старик откровенно веселился. — Я бы не сразу додумался до такого способа сохранить деньги.

— Дело совсем не в деньгах, тысяча рублей мне более чем по карману. — Артур вернул улыбку удивленному Комаровскому и показал на карту. — Куда более важный вопрос, сказал ли он правду.

— Есть только один способ проверить, дайте мне пару дней на окончательную поправку, и мы с вами наведаемся в означенный хутор. Небольшой отряд не поднимет тревоги.

— Боюсь, я не могу согласиться ждать так долго. Вы оставайтесь в Искоростене, а я проверю наводку. — Юношу охватил жар. Пусть он сам и не видел, но чувствовал, что сейчас в его глазах плясали язычки пламени от феникса, жадной до крови польского интервента. — Если Якуб там, он пожалеет.

— Хозяин, если позволите, я останусь с графом. В конце концов, мы не договорили об истории шелкового пути и его влиянии на становление империи. — Ари нежно погладила ладонью плечо расплывшегося в улыбке дворянина, добавив мысленно: — «Он еще слаб, ему по-прежнему нужна охрана и лечение. Охрана с меня, а вот остальное…».

— Конечно, Иззи составит вам компанию. У нее на попечении еще много раненых. — Артур, встав, ответил вслух и почтительно склонил голову, мысленно вздохнув. Он по-прежнему не хотел разделять каддэй, но сейчас у них появился шанс прижечь гидре отрубленную голову, и его нельзя было упускать. — Когда я вернусь, будьте готовы отправляться. Честь имею.

Сборы вышли недолгими. Тот самый корнет, что предлагал Артуру прокатиться на волколаке, быстро нашел для них с Хетем хороших лошадей. Молчаливый Станислав присоединился к приручителю вместе с несколькими волколаками. Немного подумав, юноша предложил лейтенанту Ивану, с которым сражался в лабиринте, выбрать нескольких гвардейцев. Тот сразу попросил взять с собой свой взвод.

Помня о любви Якуба к ловушкам, до означенного хутора ехали растянутой цепью, пустив вперед обращенных волколаков. Пока чуткие носы пытались вынюхать угрозу, а человеческие разведчики держались по флангам, Артур с Хетем ехали в середине, готовые прийти на помощь любой части отряда.

— Ты не слишком сурово с ним обошелся? — как бы невзначай спросила каддэя.

— Он сам признался в убийстве и изнасилованиях, думаешь, следовало его отпустить? — удивился Артур. Юноша мог понять недовольство Станислава или Комаровского, но уж от своей девушки он ожидал поддержки.

— Политика – тонкое дело. Возможно, тебе предоставили ценные сведения, а ты отправляешь информатора на виселицу за обычное преступление. — Хетем неопределенно махнула рукой. — Поверь, эта история широко разойдется, и в следующий раз возможный предатель испугается и не донесет на твоего врага.

— Разве за убийства подданных не казнят? — недоверчиво спросил приручитель.

— Зависит от многих обстоятельств, — пожала она плечами. — Будь на его месте дворянин, никто бы и не подумал осудить его за развлечения с простолюдинами во время войны.

— Пускай, плевать. Я не поступлюсь со своими принципами. — Артур запнулся. Ему совершенно не понравился задумчивый взгляд Хетем, будто девушка видела его впервые.

— Твоя цель – победить в игре богов, а не строить справедливое государство. Ты должен быть готов на что угодно. Помни об этом, — строго произнесла каддэя. После недолгой паузы она неохотно добавила: — В свое время это стоило мне империи.

— Ого, я жажду подробностей! — юношей охватило жгучее любопытство, прежде девушка не спешила рассказывать о своем прошлом.

— Как-нибудь в другой раз, — уклончиво ответила она. — Просто знай, что мне тоже доводилось быть судьей и палачом. Работенка не из приятных. А теперь помолчим, мне нужно сосредоточиться перед битвой.

До самого хутора они ехали в полной тишине.

Гашек не соврал, они с трудом нашли дорогу к хутору в лесных зарослях и точно проехали бы мимо без прямой наводки. Спешившись и игнорируя незаметную тропу, Артур вместе с отрядом пробирался прямиком через лес. Юноша не волновался о ярких гвардейских мундирах – дар приручителя позволил ему распространить чары отвода глаз кицунэ и на себя, и на гвардейцев, и на волколаков. Те, правда, недовольно порычали из-за прикосновения чужой магии, но быстро смирились.

И вот теперь юноша битый час следил за хозяйским деревянным домом и несколькими мелкими постройками. По двору то и дело проходили люди, занимаясь бытовыми делами – рубкой дров, сбором яиц под недовольное квохчание, а Станислав смог учуять пасущееся неподалеку стадо коров. Были и часовые – три человека с ружьями охраняли дорогу, еще парочка сидели в чужеродно смотрящейся сторожевой вышке.

— Похоже, Гашек все же сказал правду. — Станислав странно посмотрел на Артура, будто бы с укоризной и неодобрением, но было что-то еще в его пожелтевших звериных глазах. — Я узнаю некоторых, ближний круг Якуба, а вон тот пацан служит ведуну, травки всякие собирает.

— Я не чувствую ни одного каддэя. Гашек говорил, что теперь охрана Якуба состоит исключительно из волколаков, здесь же только люди. — Приручителю не нравилось, что он видел, было что-то неправильное во всем происходящем.

— Стоит проверить, Ваше Высочество, — вставил Иван, гвардейский лейтенант. — Прикажете взять языка?

— Хорошо. Главное, тихо, нам не нужна тревога. — Артур осторожно встал и спрятался за деревом. Проснувшаяся интуиция буквально требовала от хозяина быть максимально настороженным.

Лейтенант кивнул и бодро пополз в сторону, жестом кликнув пару людей. Рядом с приручителем оставались его лучезарная каддэя и Станислав, остальные волколаки и гвардейцы окружили хутор по периметру.

Юноша отстраненно следил за передвижением мелькнувших вдали лазутчиков, прислушиваясь к нарастающей внутренней тревоге. Вот-вот должно было произойти что-то нехорошее.

Предчувствие заставило его повернуться к Хетем. Сердце словно провалилось в ледяную яму – за спиной девушки стоял волколак, сжимая до боли знакомый кинжал из хладного железа.

— Стоять! — В этот Артур вложил всю свою силу приручителя, казалось, сама земля вокруг задрожала. Но волколак не послушался.

Хетем повернулась одновременно с ударом. Лезвие глубоко вошло ее в грудь, поразив точно в сердце. Изумленная каддэя распахнула рот и посмотрела на приручителя полным боли и вины взглядом, словно пыталаясь извиниться. Девушку охватило пламя, всего за несколько мгновений превратив ее прекрасное тело в горстку пепла.

— Ну вот и все, теперь тебя ничего не спасет. — Торжествующий Станислав переметнулся в звериный облик, медленно приближаясь к застывшему Артуру. — Думаешь, можешь помыкать нами? Выкуси!

— Ты поплатишься за это… — Юношу охватила невыразимая горечь. Он посмотрел в глаза убийце Хетем и приказал: — Замри!

— Не угадал. Видишь ли, Якуба здесь нет, зато он дал мне эту цацку. — Волколак с готовностью продемонстрировал огромный золотой крест. — Она блокирует твою силу.

Артур призвал энергетические хвосты, чтобы рассечь предателя на куски, но Станислав оказался быстрее. Превратившись в размытый силуэт, он схватил юношу за горло и ударил его спиной о дерево. Сбившаяся концентрация сыграла с приручителем злую шутку: как он ни пытался призвать свою силу, она не отвечала из-за пелены боли.

— Моли о пощаде, щенок, — его ноздри возбужденно трепетали, а глаза каддэя налились багрянцем – волк торжествовал! Приставив лезвие к животу юноши, оборотень чуть встряхнул того за плечо. — Давай! Может, будешь меньше мучиться!

— Ты… — Сдавливающее горло стальная лапа почти не давала говорить. Почувствовав ослабление хватки, Артур хрипло вдохнул и произнес: — Ты идиот!

Торжествующий Станислав не замечал ничего вокруг. Он не опасался гвардейцев, их пули для него не представляли угрозы, а мальчишку не жалко. Другие члены стаи не посмеют пойти против альфы. Так чего бояться?

В отличие от него, Артур прекрасно видел, как вспыхнула горстка пепла. Хетем понадобилось меньше минуты, чтобы переродиться в огне. Обнаженная девушка картинно постучала по плечу волколака и злорадно улыбнулась вытянутой звериной морде.

— А-а-а-а-а-а!!! — полный нечеловеческой боли крик разнесся над всем лесом. Кровь Станислава превратилась в жидкое пламя, поджаривая вероломного каддэя изнутри. Он попытался убить приручителя, но лучезарная одним рывком отбросила его в сторону. В гневе она значительно превосходила силой какого-то волколака.

Артур удовлетворенно смотрел на корчащегося в муках предателя, пока тот не затих.

— С днем рождения, — Он снял с себя камзол и набросил его на ее плечи. С души юноши свалилась целая гора. — Не знал, что ты так можешь.

— О, я полна сюрпризов! Но сейчас у меня плохое настроение, — Хетем обиженно надула губки, будто ей наступили на ногу в автобусе, а после кровожадно усмехнулась. — Давай здесь все сожжем!

— Не нужно, деревья нам ничего не сделали. — Артуру совсем не улыбалось оказаться посреди лесного пожара. — Если хочешь кого-то поджарить, у меня для тебя есть целая куча мятежников и предателей.

— Возможно, они не виноваты, нужно сначала их допросить. — неохотно сказала Лучезарная. Поворошив ногой оставшуюся от Станислава горку пепла, она с отвращением достала золотой крест. — Если найдем у кого-то такую штуку, убиваем без разговоров.

— Ваше Высочество, язык взят! — Иван удивленно замер, с открытым ртом уставившись на почти голую Хетем. — А что здесь произошло?

— Неважно, тащи его сюда. — Под мрачным взглядом приручителя пленник дрожал как лист на ветру. — Слушай ты, ублюдок, мать твою. У тебя есть ровно один шанс остаться в живых и не превратиться в безрукого и безногого слепого калеку – рассказать мне все что знаешь. Понял меня?!

— Да, господин! — Парнишка очень быстро закивал, скосив глаза на пылающий огненный шар перед самым носом. На быстро краснеющей коже мятежника появились сползающие шкурки. — Все что угодно скажу!

— Он ни в чем не виноват, — Хетем, вздохнув, положила ладонь на локоть приручителя и мягко заставила его отвести руку.

— Сколько вас там? — Артур скрипнул зубами, пытаясь успокоиться.

— Полторы дюжины! — с заметным облегчением и некоторой гордостью ответил пленный. — Я не вру! Я обучен считать до ста!

— Якуб там? — Сейчас Артуру было совершенно наплевать на уровень грамотности подданных империи. — Есть ли среди вас каддэи? Или ведун по имени Яков?

— Нет, господин, только мы, мужики простые! Атамана я уже с неделю не видал!

— Проклятье… — Худшие опасения сбывались на глазах – наводка оказалась пустышкой. — Как выглядит ваш главный?

— Дык это, одноглазый он и плешивый, Артемом кличут.

— Хорошо, живи. — Артур отбросил пленного в объятия Ивана и коротко скомандовал: — Всем оставаться на местах, с мятежниками я сам разберусь. Пока найди для Хетем одежду.

Приручителю срочно требовалось сбросить злость, и затаившиеся на хуторе приспешники Якуба подходили для этого идеально. Окружив себя незримым энергетическим барьером, юноша не скрываясь вышел прямо во двор, где его уже встречали во всеоружии. Крики сгорающего заживо Станислава и пропажа часового подняли всех на уши.

— Именем короны, сдавайтесь! Всех, кто бросит оружие в течение десяти секунд, я пощажу. — Артур скрестил руки на груди, холодно наблюдая за мятежниками. Некоторых он застал во дворе, но большинство укрылись в постройках, целясь в него из окон.

Раздались выстрелы. Вспыхивал энергетический барьер, испаряя пули на подлете. Юноша равнодушно считал число стрелявших в него – самоубийц оказалось больше половины. Отметив себе мысленно спрятавшегося за колодцем вожака, чтобы случайно его не задеть, Артур медленно выпрямил руку в сторону стрелявших и демонстративно соединил три пальца. Громкий щелчок совпал с полным агонии криком сгорающего заживо человека. Сейчас для разъяренного приручителя чужие страдания звучали слаще любой музыки.

Расправившись с семью приспешниками Якуба, приручитель полностью успокоился. Где-то в глубине души всколыхнулась тревога – с каких пор ему нравятся хладнокровные убийства? Но проснувшуюся было совесть тут же успокоил внутренний голос, говоривший совсем как Хетем – его враги сами выбрали свою участь, нажав на спусковые крючки.

Остальных Артур убивал без удовольствия, несмотря на мольбы о пощаде и попытки сбежать. В конце концов необходимо всегда держать свое слово. Последний приговоренный мятежник вспыхнул, уже добежав до деревьев. Слушаясь приказа приручителя, волколаки и гвардейцы не тронули беглеца, с ужасом смотря, как тот сгорает быстрее свечи.

Артур подошел к свернувшемуся калачиком за колодцем мужику и брезгливо потрогал его носком сапога.

— Привет, Артем. Если хочешь жить, выкладывай все, что тебе известно.

— Мне не рассказывали, но я слушал! Все расскажу! — Глава мятежников говорил куда грамотнее своих подчиненных, явно раньше приходилось выступать на публике. — Пощади меня, молю! Я обычный базарный торговец!

— Я теряю терпение. — Артур картинно свел пальцы вместе, приготовившись щелкнуть.

— Не-ет! Мы всего лишь приманка! Якуб хотел, чтобы сюда пришли обладающие силой, а сам вернет себе Искоростень! Он еще любил повторять, разделяй и властвуй!

— Твою мать! — Юноша сразу поверил пленному, слишком уж искренним был страх в его голосе. Поручив плачущего Артема подошедшему Ивану, Артур приказал всему отряду выстроиться во дворе.

Юноша медленно прошелся вдоль нервничающей шеренги, внимательно заглядывая каждому в глаза. Его дар приручителя работал во всю мощь, пытаясь обнаружить возможных предателей. Он ощущал страх каддэев, затаенную ярость, дикость и надежду. И самое главное – покорность.

— Значит так, нам нужно как можно скорее вернуться в Искоростень, все, кого мы любим, в смертельной опасности. Волколаки побегут в звериной форме, отстающих не ждем. Иван, назначь самых медленных, пусть сторожат пленных. Вопросы?

Убедившись в отсутствии оных, юноша первым подбежал к лошади и вскочил в седло. Он уже собирался отдать команду трогаться, как поднадоевшая интуиция буквально взвыла, требуя немедленно посмотреть на другую сторону дороги. Артур был готов поклясться чем угодно, что еще пять минут назад там не было никакого гигантского пня, окруженного пеньками поменьше. Разложенные на импровизированном столе фарфоровые чашки с ядовито-фиолетовыми узорами смотрелись не так колоритно, как сидевший за ним дедок. Несмотря на вполне обычный вид, один пронзительный взгляд заставлял колени дрожать.

— Садись, хлопец, потолковать надобно. — Он приглашающе указал приручителю на свободное место. — Не боись, не убегут никуда твои басурмане.

Была ли это интуиция, или внутренний голос, или просто Артуром овладел демон, но приручитель безропотно послушался и сел напротив старика. Молчаливая поддержка Хетем немало приободрило юношу и в глаза незнакомцу он смотрел без страха.

— Привет тебе, старче. Зачем позвал? — Он бросил быстрый взгляд на протянутую чашу, по виду сделанную из скрученной бересты. Плескавшаяся внутри прозрачная как слеза младенца жидкость наводила на подозрения.

— Так я вас не звал, вы сами ко мне пришли. — Старичок небрежно обвел ладонью окружающие их деревья. — Вечно вы, человеки, лезете в мои владения. Хуже любых паразитов, я уж бросил вас выводить.

Лесные кроны согласно зашумели, будто угрожающе склонившись к юноше.

«Если ты еще не понял – это леший, древний хозяин леса. И, судя по размеру его владений, очень сильный, — несмотря на внешнее спокойствие, мысленной голос Хетем звучал крайне озабоченно. — Будь предельно осторожен, пока что такой враг нам не по зубам».

— Я тебя именно таким и представлял! — с восторгом выдохнул Артур. Возникший в горле ком мгновенно исчез, еще бы, ведь юноша встретил одного из любимых героев детских сказок!

— Дык я поэтому такой облик и принял, жалко, что ли, — с хитрецой ответил леший. — Ты пей давай, чего горло драть посуху.

Поняв, что его испытывают, Артур поднял стакан в тосте, резко выдохнул и залпом проглотил содержимое. Юноша выпучил глаза под довольный смех старика: вопреки ожиданиям, он выпил не чистейший самогон, а обычный березовый сок.

— Ха-ха-ха! — Леший утер выступившую слезу и приложился к собственному сосуду, отголоски яблочного аромата с нотками нашатыря явно донесли, что там уж точно был не сок. — Сразу видно настоящего русского!

— Спасибо за комплимент и угощение. — Покрасневшему Артуру казалось, что от него валил пар. — Что ж, если ты нас не звал, мы, пожалуй, пойдем. Не будем злоупотреблять гостеприимством.

— Обожди, хлопец, разговор у меня все же есть. — Старик беззаботно махнул ладонью, опустевшие стаканы наполнились сами собой. — Посиди, отдохни, куда торопишься-то?

— При всем уважении – мои друзья в беде. Если не поспешу, случится плохое. — Приручитель все сильнее жалел, что послушал свою интуицию. Сказки его мира выставляли леших добрыми, но хитрыми пройдохами. Возможно, конкретно этому просто стало скучно. А ведь пока они чешут языками, над Ари и Иззи сгущаются тучи!

— Подчиняющий, который печется о своих рабах, не каждый день такое встретишь. — Улыбка резко слетела с лица лешего, взгляд его стал цепким и злым.

— Они мне не рабы! — горячо возразил Артур. — И мне не нравится слово подчиняющий. Предпочитаю звать себя приручителем.

— Хочешь сказать, ты ни разу не применял силу против воли моего народа? — недоверчиво сощурился старик. — И твои слуги с тобой добровольно?

— Было дело, мне пришлось защищаться. — Юноша живо вспомнил сражения с волколаками и то, как он продавливал волю Станислава. — Но связь образуется по обоюдному согласию, и они всегда вольны уйти.

Артур не видел, но знал, что Хетем за его спиной согласно кивнула. Каддэя напряженно следила за лешим, готовая обрушить всю ярость огненной бездны на окрестные деревья.

— Вот как, занимательно. Неужто в наш мир явился истинный подчиняющий. — Старик задумчиво пропустил пятерню сквозь бороду, вычесывая сухие травинки. — А к чему стремишься?

— Власть над миром, не меньше, — усмехнулся юноша, опустошая второй стакан березового сока. Жидкость с легкой кислинкой освежала и придавала сил. С каждым глотком настроение приручителя становилось все лучше, даже вернулся давно позабытый оптимизм. — Иначе зачем вообще жить?

— Хорошая цель, мне нравится. Предлагаю договор. Я тебе сейчас крепко помогу. Пойдешь по моей тропе и выйдешь прямо к своим друзьям, как раз успеешь вовремя. — Леший хитро улыбнулся. — Если просто на лошадях побежишь, вернешься к пепелищу, бородой клянусь.

— «Он может нам помочь?» — мысленно спросил юноша у рыжей девушки.

— «В своем лесу он – бог» — с ноткой почтения ответила Хетем.

— Допустим, я приму твою помощь. Чего ты хочешь взамен? — Жизнь приучила Артура никогда не верить в бескорыстие и пряники без последующих ударов кнута.

— Будешь мне обязан. Когда-нибудь я приду и истребую должок. — Берестяные стаканы наполнились прозрачной жидкостью. — Если согласен, скрепим сделку как положено. Безо всяких человеческих глупостей вроде рукопожатий или поцелуев.

— Полагаю, у меня нет выбора. Согласен! — Артур залпом опустошил свой стакан и закашлялся. Юноша смотрел на хохочущего старика выпученными глазами, безуспешно пытаясь сделать вдох. Казалось, он выпил чистую кислоту, медленно выжигающую внутренности. Лешему все же удалось всунуть в него самогон.

— Ох, и повеселил ты меня. Уважил, уважил. За это получаешь награду. А ну-ка, разойдись! — Повинуясь старику, вековые деревья с оглушительным треском сдвинулись в стороны, открывая широкую лесную тропу. Перед тем как исчезнуть вместе с пеньками и посудой, старик неопределенно махнул рукой. — Бывай, милок. Дадут боги, свидимся еще.

***

Сила лешего поражала. Казалось, отряд Артура ехал не больше пары минут, как из-за густого кустарника показался Искоростень. Угрюмый городок в который раз успел измениться с последней встречи – опустевшие улицы скрывались за завесой густого черного дыма, а немногочисленные дома превратились в обугленные головешки.

Там, где раньше находилась ратуша, превращенная Комаровским в резиденцию, ярко сияла энергетическая сфера высотой в десятки этажей. Переливаясь всеми цветами радуги, она возвышалась настоящей жемчужиной среди моря грязи.

— Ну разумеется, Ари найдет способ выпендриться даже в защитном заклинании. — Несмотря на сарказм, Хетем явно испытывала облегчение.

— Знаешь, что это за чары? — Артур с трудом отвел взгляд. Красота сферы завораживала, очаровывала, путая мысли даже на таком большом расстоянии.

— Никогда не слышала ни о чем подобном, — честно ответила девушка. — Самой очень интересно, спросим потом у нашей лисички?

— Конечно. — К сожалению приручителя, мысленная связь с кицунэ и феей не работала, зато его успокаивало знание о том, что они в безопасности. — Нужно поспешить, пока барьер еще держится.

— Вот так просто атаковать в лоб? — удивился лейтенант. — Нас здесь всего ничего, а там могут быть все силы мятежников. Ваше Высочество, давайте по крайней мере дождем темноты, закат близко.

— А если они прорвутся через защиту, пока мы медлим? Готов взять на себя ответственность? — Артур резко ударил ребром ладони по воздуху. — Атакуем сейчас. Мы с Хетем ударим первыми. Посмотрим, чем они мне ответят!

Юноша спешился и встал на вершине холма, прекрасно зная, что феникс молча последовала за ним. Разумеется, их заметили. Ветер донес обрывки резких криков, послышались выстрелы, но из-за большого расстояния попасть в них было практически невозможно.

Артур прикрыл глаза и взял ладони Хетем в свои. Их тела объяло яркое пламя, подпитываемое не только магией или личной силой, но и чувствами. Юноша вкладывал в сияющую, бешенно вращающуся и завывающую сферу всю свою боль, ярость, тревогу и сильнейшую надежду. Там, внизу, его каддэи и верные ему люди подвергались смертельной опасности, и только он мог помочь.

Трава вокруг парочки почернела и высохла, зашипела листва на деревьях, люди и волколаки побежали прочь, не в силах выносить нестерпимый жар.

Артур окрестил новое детище «сверхновой», ведь огненная сфера в нечувствующих жара ладонях выглядела точь-в-точь как звезда. Между приручителем и его каддэей медленно рождалось солнце. Он не знал, сколько точно мятежников в городе, есть ли среди них волколаки. Просто нутро подсказывало, что бить нужно было со всех сил.

За взрывом скрылись здания, кони, люди. Огонь с одинаковой легкостью пожирал дерево, камни, железо и плоть. Переливающийся всеми цветами радуги барьер Ари не пострадал, зато все вокруг на сотни шагов обратилось в серо-черный, жирный прах.

Артур глубоко вдохнул, с опаской смотря на дело рук своих. Он повторял себе, что если в Искоростене и остались мирные жители, они должны были спрятаться в ратуше, а мятежников не жалко.

— Пойдем, посмотрим, сумел ли кто из этих паразитов спастись. — Юноша твердо решил, что лучше встретиться со своими страхами лицом к лицу.

— Очень сомневаюсь. — Несмотря на скептицизм в голосе, Хетем не спешила убирать ладонь из руки Артура.

Они шагали по морю пепла, что волнами вздымался от их шагов. Удивительно, но жара совершенно не ощущалась, наоборот, кружащие в воздухе черные хлопья казались холодными и влажными.

— Не может быть! — За спиной Хетем вспыхнули огненные крылья. Она указала на лежавшего посреди золы человека. — Кто-то выжил!

Тело Якуба почти не пострадало, сохранились даже остатки одежды, удачно прикрывающие чресла. Во взгляде вдохновителя мятежа не ощущалось злобы, на пересохших губах играла легкая отеческая улыбка.

— Молодец, пацан. Недооценил я тебя. Кто ж мог знать… — Мужчина безвольно опустил голову, испустив последний вздох.

Не успел Артур открыть рот, как защитный барьер испарился. Прямо у его границы стояли две самые дорогие его сердцу девушки – Ари и Иззи.

— Хозяин! Вы спасли нас! — Кицунэ врезалась в грудь приручителя. Крепкие объятия выбили из юноши дух, жалобно затрещали ребра. — Спасибо-спасибо-спасибо! Мы думали нам конец, но вы пришли!

— Хорошая работа, дылда! — Иззи привычно повисла вниз головой, ее длинные волосы приятно щекотали затылок. — Ты заслужил награду сегодня ночью!

— Спасибо, девочки. — Артур прикрыл глаза и зарылся носом в черные локоны кицунэ. От родного запаха приятно щемило сердце, и тем сложнее было осуществить задуманное.

Ярко-белое огненное лезвие с шипением вышло из спины каддэи. Ари попыталась спастись, но положенная на плечо ладонь не позволила ей отпрянуть. Девушка посмотрела на юношу широко раскрытыми глазами, едва слышно прошептав:

— За что? — В слабеющем голосе отчетливо слышались укор и вселеннская обида.

Приручитель ничего не ответил, посмотрев на фею. Иззи в ужасе вскрикнула и отлетела прочь, но брошенная вслед энергетическая дуга вмиг снесла ее милую головку с плеч. Тренированное тело еще несколько секунд конвульсивно дергало крыльями, выписывая странные зигзаги, прежде чем упасть на землю.

Артур медленно повернулся к Хетем, больше всего опасаясь увидеть в ее взгляде страх или презрение, но на лице Лучезарной отражалось понимание.

— Заканчиваем. — Рыжая девушка распахнула огненные крылья, послав бушующий смерч в застывшего вдали Комаровского в окружении работниц борделя. Здание ратуши объял страшный пожар, белые камни плавились под жаром быстрее, чем таяло мороженое на летнем солнце, окончательно подтверждая правоту Артура.

— Как же ты меня достал, умник чертов! — закричал «мертвый» Якуб.

От тела человека по земле пробежали светящиеся трещины. Почерневшие остовы зданий, подбегающие гвардейцы и волколаки, дорога, холмы и леса – все исчезло в темно-зеленом море кислоты. Ядовитый туман попытался подступить к окруженным барьером приручителю и Лучезарной, но, обоженный энергетическими плетями, обиженно зашипел, закрывая все вокруг. Не успел юноша призвать огненный смерч, чтобы расчистить пространство, как картинка изменилась.

Артур и Хетем стояли на вершине небоскреба. Юноша с опаской подошел к краю – прежний страх высоты перешел к нему в новое тело.

Земля терялась где-то далеко внизу за сплошным слоем облаков, вокруг можно было увидеть только плоские крыши других уходящих в бездонное небо башен.

— Где мы? — Хетем застыла на месте с растерянным видом. Монструозные конструкции пугали девушку. Даже могущественная феникс чувствовала себя букашкой на фоне объятых сталью стеклянных гигантов.

— Похоже на мой мир, в таких домах обитают самые страшные чудовища. — Артур кисло улыбнулся, вспомнив об олигархах, политиках и корпоратах, в чьих руках была сосредоточена вся власть. — Черт его знает, почему Яков решил перенести нас сюда.

Прямо на крыше небоскреба, где они находились, велась стройка. Большую часть пространства занимали разноуровневые бетонные площади, перемежаемые кучами песка, стальных балок и труб. Именно из-за последней на Артура бросился трансформирующийся волколак снежно-белого цвета. Лучезарная и приручитель встретили его сдвоенными огненными потоками, но пламя стекало с его шкуры, как вода. У них получилось только остановить тварь, но не уничтожить, а откуда-то сбоку уже неслась другая.

— Огнеупорные собачки? Что-то новое. — Артур подсек металлическую балку энергетическим хлыстом, с удовлетворением отметив, как она раздавила первого волколака.

— Иллюзии этого ведуна очень достоверны. — Хетем не отставала. Взорвав огненный шар под лапами второго волколака, она вспорола его брюхо раскаленными каменными осколками, добив поверженного противника бетономешалкой.

— Ари и Иззи были ненастоящими, я не почувствовал связи. Здесь же… — Артур с сомнением посмотрел на третьего волколака, которого приручитель прибил арматурой к стене. Тот пытался вырваться, брызгая ядовитой слюной и не ощущая боли. — Это точно каддэй, мой дар не лжет.

— Тогда нам попался настоящий уникум, способный наделять каддэев новыми умениями. Как того гора или минотавра. — Воспользовавшись моментом затишья, Лучезарная нарезала металлические колья для метания. — Придумай что-нибудь, по вою слышу, к нам приближается целая стая. Сомнут и не заметят.

— Подожди! — Артура настигло настоящее озарение. Он ведь приручитель! Ему противостоял каддэй. Сильный, опытный, с уникальным даром, но каддэй! — Зачем нам вообще ограничивать себя?

Он протянул девушке руку, и она, ни капли не сомневаясь, вложила в нее горячую ладонь. За спиной юноши раскрылись крылья. Не пламенные обрубки, что он создавал ранее, больше напоминающие огоньки газовой плиты, а величественные, гигантские, с широчайшим размахом и многочисленными переливающимися радужными узорами. Такие должны были принадлежать царственной жар-птице или павлину, а не обычному человеку.

— Взлетаем! — со злым весельем выкрикнул Артур. В иллюзорном мире поднялся сильнейший ветер, угрожающе завывая, пытаясь скинуть юношу с крыши.

— Я не смогу! — кажется, впервые за все их знакомство в голосе Хетем прорезалась настоящая паника.

— Тогда держись крепче! — Не глядя вниз, он добежал до края и прыгнул.

Страха не было. Чего мог бояться тот, кто всю жизнь прикован к кровати? Только потерять все, что он обрел. И если для этого нужно прыгнуть в неизвестность с крыши небоскреба, Артур был готов сделать это еще тысячу раз.

Горячий воздух сгустился перед лицом и пружинисто ударил в грудь. Заливисто расхохотавшись, юноша взмыл вверх, быстро вращаясь вокруг своей оси. Где-то внизу восторженно визжала Хетем. Приручителю стоило только пожелать, чтобы и за ее спиной раскрылись не менее прекрасные крылья, и вот они кружили в небесной синеве уже вдвоем, позабыв обо всем.

Полет дарил Артуру настоящее наслаждение, чистый экстаз, какой не могли дать никакие наркотики, алкоголь или женщины. Бывший калека познал квинтэссенцию свободы, в которой только его воля выбирала дальнейший путь.

— Мы повелители мира! — фантазию приручителя было не остановить. Неистовый танец с Хетем разжег в нем пламя страсти. Ему хотелось действовать немедленно, сейчас, сию же минуту, жечь, убивать, творить.

По рукавам Артура змеями извивалось темно-красное пламя. Повинуясь воле приручителя, оно расширялось, меняло форму и структуру, пока не превратилось в монструозные пушки.

— Открыть огонь! — юноша громко расхохотался, совершенно не чувствуя отдачи.

Темно-красные кометы устремились к ближайшему небоскребу. Вонзившись в крышу, они безостановочно полетели вниз, сокрушая бетон, сталь и стекло. Всего за несколько секунд величайшее творение человеческого гения прекратило существовать, а его жалкие останки скрылись за облачной завесой.

— Больше! — Артур и не думал останавливаться.

Следующий снаряд вошел в шпиль под углом, пробив небоскреб насквозь. Груда обломков обрушилась на уцелевшую часть вместе с жидким огнем, по всем стенам вылетали разбивающиеся стекла. Юноша вспомнил, как во всех играх любил расстреливать окна, получая удовольствие от приятного звона, и вот теперь приручитель мог насладиться им сполна.

Третий небоскреб уничтожила Хетем. Из радужных крыльев каддэи вылетели мириады крохотных огненных стрел. Врезаясь в зеркальные стены, они буквально разрывали башню на части.

Чудовищные снаряды стирали небоскребы с лица иллюзорного мира. Приручитель и его каддэя развлеклись на славу, пока не остались кружить одни в окружении бескрайнего неба и сплошной облачной пелены.

— И что дальше? — возбужденно спросила Лучезарная. На щеках девушки играл приятный румянец, глаза ярко блестели, искусанные губы возбужденно припухли. — Больше нечего сжигать!

— Нужно найти этого слизняка. Слышишь? Выходи! Сколько бы ты ни создал иллюзий, я уничтожу их все! — Не дождавшись ответа, Артур хищно усмехнулся, разводя пушки в сторону. — Значит, по-плохому? Да будет так!

Темно-красные снаряды вылетали один за другим. Повинуясь воле приручителя, они меняли направление, взмывая резко вверх и сталкиваясь на огромной высоте. Распадаясь на сгустки чистой энергии, они хаотично разлетались во все стороны. Некоторые скрывались в облаках, испаряя огромные пласты и обнажая черную пустоту, другие врезались в небо, создавая прорехи в мироздании. Приручителю понадобилось всего десять залпов, чтобы уничтожить иллюзорный мир ведуна.

Артур с Хетем вернулись в место попадания сверхновой. Энергетический барьер Ари сиял как ни в чем не бывало, в нос ударил мерзкий запах гари, за спиной слышались шаги и крики застывших вдалеке гвардейцев и волколаков.

«Отлично, мы вернулись».

Приручитель внезапно понял, что они здесь не одни. Воздух прямо перед ним подозрительно дрожал странной рябью. Юноша резко дернул рукой, будто срывая покрывало, уничтожая последнюю иллюзию. Перед ним предстал смертельно побледневший Якуб.

— Какая встреча! — Приручитель тут же без всякой жалости пнул мятежника ногой в пах. Любуясь рухнувшим на черную землю мужчиной, он на всякий случай добавил ему по лицу, разбив нос. — Это тебе привет от Айяно, больной ублюдок. Где Яков?!

— Его нет! — Якуб закрыл лицо руками и свернулся в комочек, ни капли не напоминая грозного лидера мятежа, устроившего столько проблем империи.

— Не лги мне! — Огненный меч сам собой вырос из ладони Артура, остановившись у стремительно краснеющей кожи человека.

— Я не вру! Яков – это я! — сбивчиво заговорил он. — Я не мог обладать силой открыто, это вредит авторитету и угрожало раскрытию моего инкогнито. Пришлось придумать вторую личность. Давайте поговорим как цивилизованные люди! Мне есть что вам предложить!

— В кандалы его и под круглосуточный присмотр, наденьте ошейник и всевозможные ограничители. Если хотя бы посмотрит косо – стреляйте, — приказал Артур наконец добежавшим гвардейцам. Как ему ни хотелось устроить Якубу допрос с пристрастием, существовала цель гораздо важнее – убедиться в безопасности его каддэй.

— Хозяин! — Энергетический барьер померк, рассыпавшись мириадами розовых искр. Как и в видении, у его края стояла кицунэ, только вид у Ари был весьма измотанным – под впавшими глазами залегли глубокие тени, руки мелко тряслись, плечи поникли, всегда идеально прямая спина сгорбилась. Жизнь осталась только в глазах — и то слабые искры вместо вечно горящего огня.

— Дылда! — Иззи выглядела ничуть не лучше. Прозрачные крылья бессильно свисали за спиной, кожа заметно побледнела. Благодаря вернувшейся связи приручитель узнал, что фея отдавала силы кицунэ, помогая ей удерживать барьер.

— Вы живы! — Наплевав на приличия, Артур подбежал к любимым девушкам и крепко сжал их в объятиях. И он почти не удивился, когда к ним присоединилась Хетем.

Неизвестно точно, сколько они так простояли, подпитывая друг друга и безмолвно выражая чувства, никто не осмелился тревожить приручителя. Когда Артур наконец нашел в себе силы отпустить девушек, ночь прочно вступила в права, укрыв уничтоженный город темнотой.

— Давайте поищем чего-нибудь перекусить, — наконец подал голос Артур, заглушив тихое урчание собственного живота

— Да! И прикажите нагреть воду! Мне срочно нужно расслабиться в купальне годик-другой, — мечтательно протянула кицунэ.

— Для тебя – хоть век, — вдруг очень серьезно ответила вместо приручителя Хетем. Через мгновение над черным пеплом раздался многоголосый женский смех.

***

Артур с интересом рассматривал Якуба, человека, из-за которого приручитель до сих пор не попал в Питер и не сражался за принадлежащий ему по праву трон. К польскому мятежнику вернулось спокойствие. Несмотря на неудобную позу и затянутые за спинкой деревянного стула руки, он выглядел вполне уверенным. Как сказал присматривающий за пленным граф Комаровский, Якуб припрятал в рукаве какой-то козырь. И продемонстрировать его он собирался только принцу.

— Как спалось? — со злорадством поинтересовался приручитель, прекрасно зная, что мужчине не давали уснуть. Сам Артур прекрасно выспался в объятиях трех девушек после сытного ужина и расслабляющей ванны.

— Отлично, Ваше Высочество, благодарю за гостеприимство. — Якуб рефлекторно напряг руки, попытавшись дотянуться до усов, чтобы подкрутить кончик. — Удобства в вашей темнице выше всяческих похвал.

— Особо не привыкай, тебя ожидает скорое знакомство с плахой, — сказал юноша так, будто речь шла о кружке чая.

— Я так не думаю. — Он заговорщицки склонил голову, наклонившись к Артуру. — Я вас недооценил, но и вы совершаете ту же ошибку.

— У меня не так много времени, нужно успеть на поезд в Санкт-Петербург, так что, если есть что сказать, не тяни. — Артур немного пожалел, что не носил часы, мог получиться эффектный жест.

— Вас никогда не удивляла моя сила? Способность изменять каддэев, наводить столь мощные иллюзии, читать чужую память… В вашей, например, я узнал очень много интересного.

— Ближе к делу, я начинаю скучать. — Юноша картинно изучал свои ногти, твердо пообещав себе, что снесет мужчине голову, если тот заикнется о большой игре.

— Такие вещи не под силу ни одному ведуну или каддэю. Возможно, подчиняющий вашего уровня способен…

— Я сказал – ближе к делу! — Артур добавил в голос силы и с удивлением ощутил, как подчинился сидевший напротив человек. Приручитель тщательно изучил пленного и успел понять, что Якуб не являлся каддэем.

— Мое настоящее имя – Джейкоб Йорский, я смиренно ношу графский титул и являюсь подданным Ее Королевского Величества Елизаветы Великой, властительницы Британии. — Мужчина заметно растерялся, когда разглядывающий свои ногти Артур не выказал никакой реакции. — Я принадлежу к могущественному роду…

— Да-да, ты человеческий дворянин, обладатель великой силы, — скучающе произнес он. — Я уже знаю, что все человеческие маги – это аристократы.

— Не все рождаются с голубой кровью, но любого одаренного принимают в род и дают возможность службой принести пользу.

— Полагаю, именно это с тобой и случилось? Талантливый сирота…

— Их максимум – барон, если вообще не пэр! — высокомерно произнес пленный. — Я же – потомственный дворянин по праву рождения!

— То есть ничего не добился в жизни и занял положение благодаря удачливым предкам. — Артур откровенно зевнул. Он надеялся успеть вздремнуть в поезде, прежде чем случится очередная неприятность. — Это все, что ты хотел сказать? Я и так знал, что ты британский агент.

— Откуда?! — вот теперь спокойствие покинуло Якуба или, как его звали на самом деле, Джейкоба. Он несколько раз дернулся, позвякивая надетыми на него кандалами.

— Сам не помню, — честно признался юноша. — Да и неважно это, какая разница, в каком качестве тебе снесут голову с плеч?

— Подожди, ты что, всерьез решил меня казнить? — Потерявший всяческое самообладание граф выпучил глаза и отбросил вежливость. — Я подданный британской империи!

— Что я обязательно им припомню, как только подвернется возможность. — Артур угрожающе ткнул пальцем в грудь человека. — Ты пришел сюда как враг. Ты пытался разжечь мятеж и подбить подданных моей империи на бунт. Почему я должен тебя щадить?

— За меня заплатят выкуп! — в панике человек цеплялся за любую возможность спасти шкуру.

— Не интересует. Никакая сумма не компенсирует угрозу, которую ты представляешь мне и моей стране.

— Я поделюсь ценной информацией! Я много, очень много знаю! Могу навести вас на мятежных командиров, расскажу, кто из местных дворян меня поддерживал, где находятся схроны с оружием и деньгами! — Джейкоб искренне верил в угрозу Артура и был готов сказать что угодно. — Я помогу устранить ваших врагов! Я сильный маг!

— Это все, конечно, полезно, и при других обстоятельствах я бы согласился, но… — Артур взял Джейкоба за подбородок двумя пальцами и посмотрел прямо в бегающие глаза. — Ничто не искупит твоей вины перед Айяно. Между прочим, я обещал сломать тебе ноги и, поверь, до сих пор этого очень хочу, но, так и быть, в обмен на все названные тобой сведения тебя просто повесят. Решение передашь Его Высокопревосходительству графу сам.

Не слушая крики и угрозы польского британца, приручитель молча развернулся и вышел из подвала ратуши, переоборудованного в тюрьму. Его ожидали куда более важные дела, а допросом мог заняться и Комаровский.

«Пора захватывать мир!»

***

Привязанный к стулу мужчина замер, прекратив недолгую, но отчаянную борьбу за собственную жизнь. Молодой человек убрал руки с расцветающей багровыми пятнами шеи и торопливо вытер ладони платком. Бросив брезгливый взгляд на стекающую по штанам убитого мутную струйку, он выдохнул сквозь сжатые зубы:

— Все же не следовало вам выступать против императорского престола, генерал. — Знакомый ритуал успокаивал. Еще один идиот больше не будет путаться под ногами.

Послышались чужие шаги – кто-то быстро спускался по крутой лестнице в тайную комнату! Застигнутый врасплох, палач схватился за револьвер, однако, услышав восклицание чужака, отпустил рукоять и поморщился, словно от зубной боли.

— Алексис, Алексис! — Влетевшее в скрытое убежище существо слабо напоминало мужчину. Женственные черты круглого лица, напомаженный рот, выбеленное лицо, тонкий голосок… Огромный белый парик помпадур с бесчисленными завитками угрожающе накренился, грозясь упасть, но маленькая пухлая рука точным движением вернула его на место..

— Сколько раз я говорил тебе называть меня нормально?! — мгновенно взвился убийца. — Хочешь именовать на иностранный манер, давай уж по-немецки, Альфредом!

— Прости! У меня важные новости! Пришла телеграмма от доносчика из Минска! — Не обращая внимания на привязанное к стулу тело, верный помощник протянул мятый листок. Алексей брезгливо посмотрел на темные пятна и взял бумажку двумя пальцами, быстро пройдясь по тексту.

«Доклад агента тайной полиции… Штатгальтер Комаровский отбывает в Санкт-Петербург поездом… Вместе с ним так называемый цесаревич Артур… Военные остаются в гарнизоне…».

— Отлично, — злость истаяла как дым, превращаясь в охотничий азарт. Душитель ощутил во рту вкус соли и железа, словно бы уже вцепился зубами в горло беззащитной жертвы. — Передай жандармам, чтобы схватили их на подступах. Принц-самозванец нужен мне только живым, у меня на него большие планы.

Недомужчина быстро закивал и, придерживая парик, побежал вверх по ступеням, искать генерал-лейтенанта. Он уже достаточно успел изучить характер Алексея, чтобы понять, что малейшее промедление может стоить жизни даже ему, самому верному его помощнику и другу, коим он себя непременно считал.

Оставшись наедине с мертвым генералом, мужчина неторопливо надел на себя мясницкий фартук и взялся за хирургическую плиту. Разделка тела всегда была его любимой частью ритуала и требовала максимального сосредоточения

«Скоро, дорогой “братец”, очень скоро мы встретимся», – кронпринц Алексей Рюрикович, с изумительной точностью насвистывая еще не известный этому миру мотив, приложил зубчатое лезвие к основанию шеи покойника. Удивительная, на взгляд мужчины, форма черепа делала голову генерала отличным началом новой коллекции.

Всем спасибо! Пожалуйста, не забывайте про лайки и комментарии! Ссылка на вторую книгу — https://author.today/reader/195605