Давно ли вы читали сказки? А о золотой рыбке? Сказка на новый лад познакомит вас с вредной бабкой и старым дедом современности. Стиральная машина сломана. Бабка всё время ворчит. Спасёт ли дело золотая рыбка? Или так и останется пожилая пара ни с чем?
— Я золотая рыбка…
— Совсем сдурел, старче, — покрутила пальцем у виска бабка, глядя на муженька. — Ты что забыл? Рыбка нужна, рыбка!
Дед потеребил седую куцую бородку и засунул руки в растянувшиеся чёрные треники:
— Это ж к морю идти — невод закидывать. А меня ревматизм замучил, да и ноги болят.
— А как же стиральная машина? Наша, смотри, совсем не стирает. Что ли на корыто переходить?! — завопила старуха.
Её крики были слышны людям, проходившим мимо двора. Но никто не обращал внимания. Все в деревне привыкли к постоянной ругани жены с мужем, проживших почти сорок лет вместе. Как тут не ругаться — и дом покосился, и крыша протекает, и стиральная машина не работает.
Дед почесал проплешину на затылке:
— Я ж тебе и говорю: Я золотая рыбка. Я! Любое желание исполню.
Бабка кинула в него таким же старым, как она, полотенцем, которое в придачу было очень грязным. Полотенце зацепило паутину и угодило не в деда, а на пол. Пауки здесь хозяйничали всюду, совсем обнаглели — заняли даже дверные проёмы.
— Горе-то какое, горе! За что мне на старости лет такое? Маразматиком стал, — запричитала бабка. — Лежит, ничего не делает, даже к морю не ходит. А теперь ещё и крыша поехала.
— Ну, как хочешь, старая. Я к тебе со всей душой — не один десяток лет прожили вместе, а ты…
Дед махнул рукой и заковылял из дому. В сердцах он хлопнул дверью. От удара пауки попрятались по углам, а бабка в бессилии опустилась на стул. Она уставилась на гору немытой посуды в раковине. Блуждающий взгляд перешёл на грязные майки, платья, штаны, исподнее, валяющиеся прямо на полу. Корзина для белья давно была переполнена — ведь стиральная машина сломалась, а руками стирать разучились, и не только бабка.
К вечеру дед не вернулся. На следующий день тоже не пришёл. Бабка забеспокоилась: теперь не то, что новой и современной техники не видать, но и муженька нет.
Она пошла по соседям и в полицию. Но никто помочь не смог, даже розыск не принёс результатов. Старуха от волнения много есть начала булок с пирогами. Гора грязного белья росла, как и немытой посуды. Ведь не до порядка было — дед пропал! Бабка ругалась на непутёвого мужа каждому встречному. Соседи старались ей на глаза не попадаться, чтобы в сотый раз не слушать историю, как она отдала человеку всё.
Через пару недель соседи донесли бабке, что видели муженька в шикарном кабриолете с молодой особой. Пожилая женщина вскипела:
— Я ему покажу, окаянному. Ишь чего выдумал, золотая рыбка!
Но сколько не билась старая, ничего у неё не вышло — даже на порог не пустили. В небоскрёбе, где теперь обитал старик, новейшая пропускная система была — муха не пролетит. Своего старика бабка видела только издали. Тридцать три богатыря, которые охранниками служили, не позволяли ближе подходить.
Делать нечего, вернулась бабка к своей неработающей стиральной машине, несолоно хлебавши. Сидит — думу думает. А потом как кулаком по столу стукнет. Посуда на пол попадала и разбилась. Но кто ж внимание на осколки обращает, коли решение найдено:
— Сама золотую рыбку поймаю! Пусть ответ даст. Нельзя любое желание исполнять.
Сказано-сделано. Отправилась старуха к синему морю. А уже ночь на дворе была — звёзды ярко горели. Воды тихие и спокойные встретили бабку. Закинула она невод. Раз — ничего, второй — пусто. А в третий…
Море забурлило, поднялись волны, а потом и рыбка блеснула, будто солнце на небосвод взошло.
— Ага, попалась, кудесница-куролесница, — потёрла старуха руки.
В сетях трепыхалась золотая рыбка.
— Что тебе надобно, старче? — раздался мелодичный голос.
— Много чего, много. Но это уж я как-нибудь сама устрою. А сейчас ты мне всю правду доложи: что учудила с моим стариком? Почему он дом и семью бросил?! В небоскрёбах обитает, в шикарных кабриолетах разъезжает? Ладно, бы один…
Рыбка молвила сильным голосом:
— Ты, драгоценная, сама посуди: выловил он меня и желание загадал. Куда мне было деваться? Но он же к тебе пошёл — я его к тебе отправляла, чтобы помог. Как ты его встретила? Хлебом, солью, поцелуем, лаской, добрым словом? Почему он от тебя сбежал?
Бабка покраснела, обрадовавшись темноте, но нашлась быстро:
— Ты мне зубы не заговаривай. Лучше скажи, что попросил?
— Захотел он, чтобы все его желания тотчас исполнялись! — молвила золотая рыбка.
Бабка ахнула и в бессилии опустилась на гальку.
— Ух ты, старый, — погрозила она кулаком. — Мог бы чего приличного пожелать! А тебе, — она обернулась к золотой рыбке, — мало не покажется. Нельзя любое желание исполнять.
Теперь бабка грозила кулаком золотой рыбке как главной виновнице всех её бед. Но та блеснула короной, сощурила глаза цвета морской волны и спросила:
— А что бы ты сделала на моём месте?
Соображать начала бабка. А рыбка торопит:
— Скорее думай! Скорей. Плохо мне. На глубину нужно, домой.
— Вот что, — упёрла старуха руки в боки, — Желаю я, государыня-рыбка, чтобы ты вернула всё, как было, и впредь никаких желаний не исполняла! Поняла? Сами как-нибудь справимся. А то выдумал — кабриолеты…
Пустила бабка золотую рыбку в синее море. Та хвостом махнула и пропала.
А старуха домой пошла. Огляделась она в избе старенькой — грязь, пыль, пауки с тараканами. Взяла старуха метлу, давно в углу позабытую. И, несмотря на ночь тёмную, метлой замахала. Та обрадовалась, заплясала, пылищу подняла. Бабка аж закашлялась, зачихала, но метлу не бросила — только окна открыла и дверь, чтобы грязь сразу за порог выметать. Потом старуха посуду стала мыть и только к утру улеглась, но недолго кемарила. Мысли о делах рано разбудили.
Утречком первым делом за стряпню взялась. Запали, видно, слова золотой рыбки в сердце. Пироги получились румяные, ароматные, пузатые. Бабка их на поднос сложила красивой горкой и к Ваньке пошла, через пару домов жившему. Был тот Ванька на все руки мастер — всё чинить умел. Бабка в пол поклонилась, вручая поднос:
— Выручи, старую, прошу тебя! Стиральная машина сломалась, а руками стирать я давно отвыкла.
Молодой да умелый Ванька пирогов попробовал и говорит:
— Вкусно-то как! Как в детстве, у бабушки. Пойдёмте, посмотрю, что можно сделать.
Взялся он за дело смело, да ещё и песню себе под нос мурлыкал. А бабка тоже не сидела сложа руки. Старый хлам начала разбирать. Выбросить много чего давно пора было. Всё ненужное за порог носила и складывала во дворе рядом с завалинкой. Трудно, аж спина заболела. Зато сразу просторнее в доме стало. Захотелось ей не просто чистоты, но и новенького чего-то. Поглядела бабка на окна и вспомнила о занавесках, в нижнем ящике комода лежащих — всё их повесить недосуг было. Сейчас же повесила, а старые к хламу во дворе бросила. Устала бабка. Тут и Ванька справился:
— Принимай работу, хозяюшка!
Бабка уж как благодарила, как кланялась. А Ванька руку к кепке приложил и был таков. Бабка гору белья собрала, в машину загрузила, не нарадуется — работает родимая не хуже прежнего. Старуха сидит, смотрит, как она бельё крутит, и Ваньку хвалит:
— Вот так молодец рукастый!
Сидеть бабке быстро надоело. Когда сидишь, куча ненужных мыслей лезет. О деде особенно. И она бросилась зеркало мыть. Как закончила, на себя посмотрела — ужаснулась. Срочно побежала баньку топить. Напарилась, причесалась, принарядилась, напомадилась. И снова к зеркальцу подошла:
— Ох, а я ещё ничего! Фору молодухам дам.
Теперь старуха и щи варила, и блины пекла — всю улицу кормила. Ей тоже добром отвечали: и огород вскопали, и вещи на помойку отнесли, и дров из лесу натаскали да накололи.
В недрах избушки откопала старуха золотой подсвечник — на помойку выбрасывать не стала. Соседа, в торговых делах знатока, позвала. А тот возьми, да и подсвечник на аукцион выстави. Оказался старинный, ещё царёвых времён. Денег старухе за него отвалили немерено! А она их быстро в оборот пустила. Своё дело открыла — пирожковое производство. Старинный рецепт ей одной был известен — ещё от прабабки достался: пироги по нему получались пальчики оближешь.
На оставшиеся средства бабка себе домик заказала тридцати трём богатырям. Они без работы остались, так что теремок мигом сделали. Да такой ладный и пригожий, что все соседи дивились и частенько мимо ходили — полюбоваться. А старуха каждого добрым словом привечала, пирогами угощала. Людская молва быстро вести о вкусных пирожках разнесла. Бабке даже реклама не понадобилась.
Дед только через два месяц заявился — глаза в пол, руки в карманах, охал, хромал, волосы спутаны да немыты, воняло за три версты. Зашёл к себе в ворота — встал как вкопанный:
— Ты чё, старая, золотую рыбку поймала? Не верь ей — обманщица она!
— Ой, старик, — вышла к нему такая красавица-бабка, что тот еле жену в ней признал, — на рыбок надейся, а сам не плошай.
В ноги ей дед бросился:
— Прости меня, дорогая! Дураком был. Но казалось, что не нужен тебе.
Долго старик прощения просил да на себя пенял. Простила его наконец старуха — всё-таки не один десяток лет вместе прожили. Баньку напарила, да отмыла и принарядила своего старика. Красивую льняную рубаху ему одела, но не покупную, а своими руками сшитую. Дед про себя дивился: «Жену подменили!», а вслух нахваливал:
— Ой, ненаглядная моя жёнушка, как же я скучал по тебе!
Но характер у бабки остался с норовом. Лениться и кряхтеть больше старику не давала: только на печку полезет, затаиться захочет, тут же (как только видела?) бабка руки в боки упирала:
— Я чего тебе золотая рыбка? А ну лопату в руки и огород копать!
Дед улыбался в бороду. С такой женой он сам помолодел. Ведь чем больше двигаешься, тем моложе становишься. А дед теперь бегал с раннего утречка — пирожковое производство внимания требовало, как и жена-красавица. Ей ведь за пирожки цветы да подарки чужие мужики дарили. И дед старался не отставать, чтобы бабу из дома не увели всякие предприниматели.
Соседи восхищались, какой лад и мир в семье воцарились: не ворчит бабка, не ворчит дед, ругани давно уж не слышно. Вместе все дела делают, а вечером сядут на завалинку рядышком, за ручки держатся — на закат любуются.
Разговоры пошли:
— Тут видно не без волшебства. Золотая рыбка постаралась — приворожила старика. Молодую на старую променял!
Но какое ж тут волшебство, коли бабка за себя и хозяйство взялась?
Так что нечего рыбок ждать, а желания самим выполнять надобно, главное, не лениться и не сидеть без дела. Счастье ведь в наших руках, не правда ли?
Благодарю Анастасию Пальгунову за помощь в создании обложки. Работа выполнена в Midjourney.