Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)

В оформлении использована иллюстрация:

© Fantasy Artist / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru

В этой книге представлены три повести, которые раскрывают мир компьютерных игр – во всей его атмосферности, необычности и оригинальности. Компьютерная игра сродни фильму, хотя относится к совершенно отдельному виду искусства. И если старые фильмы мы можем смотреть, хотя бы в черно-белом варианте, то компьютерные игры, выпущенные даже несколько лет назад, не всегда доступны. Так, например, игру «Стоункип», по мотивам которой написана повесть «Возвращение Дрейка», можно запустить на современном компьютере только с использованием специального программного обеспечения, и справится с этим по силам не всякому пользователю. Для того чтобы не потерять эти миры и подарить их по возможности большому числу читателей, написаны эти повести.

Первая их них, «Солнце над прерией», является литературным продолжением известной и популярной когда-то игре Fallout 2. В повести действуют те же герои, что и в игре, и читатель может узнать, что с ними стало по прошествии нескольких лет, после того как закончился сюжет игры. Для тех, кто играл, это возможность окунуться в ностальгические воспоминания, для остальных – узнать кое-что о классическом постъядерном мире.

Повесть «Возвращение Дрейка» – это попытка продлить существование любимых героев. Эта игра имела много достоинств. Она была очень хорошо переведена на русский язык. Как говорят в таких случаях, игра была «озвучена профессиональными актерами». В ней даже песни были переведены и исполнены на русском языке. И сюжет у игры достаточно интересный: юноша Дрейк попадает в таинственное Подземное Царство, где ему предстоит спасти богиню Терру от козней злого демона Кул-Кума. Дрейк совершает много подвигов и знакомится с обитателями подземных пещер: гномами, эльфами, фэйри и другими. К сожалению, качество графики в этой игре оставляет желать лучшего (по современным меркам). Делались попытки возродить ее на современных платформах, но, насколько я знаю, ни один проект не был доведен до конца.

Мне очень не хотелось расставаться с любимыми героями, и я решил вернуть Дрейка в подземный замок Стоункип и посмотреть, что из этого получится. Разумеется, я понимал, что читатели этой книги, возможно, не будут знакомы с компьютерной игрой, и написал новеллу так, что ее можно читать как обычную повесть в стиле фэнтези. Чтобы «восстановить декорации», пришлось заставить Дрейка иногда вспоминать о том, что было, и сравнивать свои воспоминая с тем, что он увидел восемь лет спустя. Те же, кто играл в Стоункип, получат возможность вновь встретиться с позабытыми персонажами.

Повесть «Ветер Морбиханских равнин» написана по мотивам уже не современной, но все еще известной игры Арканум. Это так называемая ролевая игра, в которой нужно принимать решения за главного героя: куда идти, что и как говорить, что покупать и продавать, кого взять в спутники. У этой игры есть сообщество почитателей (игру любят за атмосферность) и скорое забвение ей, по-видимому, не грозит. Если определить жанр, это, скорее, стимпанк с элементами мистики.

Особенность Арканума – необъятность. Во многих играх границы виртуального мира можно найти достаточно легко, но только не в Аркануме. Это целый континент. На нем расположены страны, моря, города, поселки, старинные храмы, пещеры. В городах живут люди, с которыми можно поговорить, поторговать, а при случае даже и подраться. Если вы захотите пересечь этот континент пешком, вам действительно придется очень долго идти, как будто вы двигаетесь по реальной местности. Даже если вы знаете, что где-то в лесу находится хижина, вы можете очень долго искать ее, не зная точных координат. Только если кто-нибудь отметит ее местоположение на вашей карте, вы ее отыщите.

В ролевой игре нет жестко заданного сюжета, и часто существует несколько вариантов финала. Кроме того, перед началом игры есть возможность выбора одного из нескольких главных героев. В фэнтезийной игре можно играть за человека, эльфа, гнома, огра и т. д. Пол героя тоже можно выбирать. Во время игры последовательность событий повторяется достаточно редко, хотя основные задания остаются прежними (например, найти украденную картину). Но все вместе это создает практически неограниченное число вариантов сюжета. Игру можно повторять многократно, испытывая все новые приключения. Это выгодно отличает компьютерную игру от кинофильма, в котором и сюжет и финал не могут меняться.

«Ветер Морбиханских равнин» – единственная повесть из трех, которая написана как возможное прохождение игры. То есть, если игрок будет повторять все действия, описанные в повести, то он разовьется приблизительно так, как главная героиня.

Я решил, что моя главная героиня, Алиса, будет моделью: должен же быть у эльфов модельный бизнес. Красивая девчонка с подиума, не очень, может быть, умная, с испорченным лексиконом. Но ее судьбу круто изменяет авария дирижабля, на котором она летела. Это завязка как игры, так и повести. А потом Алисе приходится сталкиваться с такими проблемами, о которых она раньше и не подозревала. Но она добирается до финала без оружия, никого не убив и даже не ударив. Правда, ее сопровождают надежные спутники-мужчины, которые оберегают слабую женщину от всех опасностей. По сути, повесть – это дневник Алисы, переведенный с эльфийского на русский.

Работая над повестью, я поставил перед собой несколько задач. Во-первых, необходимо было сохранить документальную точность прохождения игры. Для успеха прохождения важно, например, какого типа реплику выбирает главный герой в диалогах – это влияет на результат. Во-вторых, в повести потребовалось воссоздать недостающие детали «декораций», поскольку мир компьютерной игры строится по своим законам и отличается от мира литературного произведения. В-третьих, я постарался наделить своих героев новой индивидуальностью. Насколько удалось совместить решение этих часто противоречивых задач, судить вам, уважаемые читатели.

Приятного чтения!

Утреннее солнце разогнало туманную дымку и осветило город, который прятался среди невысоких холмов. Город был окружен крепкой бетонной стеной, и лишь немногие дома поднимались выше этой стены. Строения выглядели так, как будто выросли из земли: серые, с закругленными углами, плоскими крышами и герметичными окнами. Из-за стены настороженно смотрели вдаль красноватые глаза видеокамер. Город словно припал к земле, боясь поднять голову. Он не ждал гостей, но был готов к нападению. Окрестные пустоши тянулись далеко за горизонт и могли таить любую опасность: жаркий вихрь, несущий с собой облако радиоактивного песка, стаю голодных крыс или нападение банды хорошо вооруженных рейдеров. Но, все-таки, этот город считался столицей, и у города был свой президент.

За удобным полированным столом, в глубоком кресле, сидела женщина и смотрела в окно. Женщина была стара – об этом свидетельствовали глубокие морщины на ее лице и седые волосы – тщательно уложенные. Но в желтоватых глазах женщины сохранялись воля и ясность мысли. Женщина размышляла. За окном виднелся президентский сад, где по дорожкам прогуливались полицейские в синей форме. Женщина рассеянно наблюдала за ними и вспоминала.

Она была совсем маленькой девочкой, когда разразилась Последняя Война, так что саму войну она не запомнила. Она выросла в огромном подземном Убежище, и вот это Убежище она знала очень хорошо. Бесконечные бетонированные коридоры, люки, лифты, бункеры… За долгие годы, проведенные в нем, она успела изучить его полностью, все закоулки. Там имелось все, что может заинтересовать ребенка, который не боится ходить в одиночку по темным коридорам. Там не было только простора, свободы и неба над головой.

А потом, когда уровень радиации на земле уменьшился, тяжелые бронированные двери Убежищ открылись, и обитатели подземных бункеров вышли на поверхность. Их никто не ждал. Требовалось как-то устраивать свою жизнь, и люди, огородив участок прерии ржавыми остовами автомобилей, принялись строить свое новое жилье и сажать растения. И юная Танди вместе со всеми возводила поселок Шэйди Сэндс, в которым им предстояло жить. А где-то далеко в то же самое время люди из другого Убежища возводили свое поселение. Это было давно, много-много лет назад.

Поначалу такие маленькие поселки жили очень замкнуто. Жителей держали в страхе новоявленные бандиты, которые, казалось, как и крысы, не боялись радиации и могли выжить в любой катастрофе. Или у бандитов были свои убежища? Страшились люди не напрасно. Танди сама побывала в плену у рейдеров и не понаслышке знала, что это такое. Но со временем страх стал отступать. Одиночные поселки вокруг Убежищ превратились в небольшие городки. Промышленности не было. Убежища были нашпигованы всевозможной электроникой, и люди могли ее использовать. Но для строительства был нужен кирпич, металл, стекло. Все эти материалы давно не производились, и взять их можно было только в старых разрушенных городах. Поэтому в пустынной степи появились дороги, по которым постоянно двигались караваны. Когда поселения установили связь друг с другом, началась торговля. Люди не могли восстановить жизнь в том виде, какой она была до Войны, но потребности все равно росли. Появился целый класс купцов, которые промышляли бродячей торговлей. А вместе с караванами в путь пускались и переселенцы. Где-то караванщиков встречали радушно, а где-то откровенно враждебно. Каждая община жила по своим законам.

Танди была в числе немногих, кто с самого начала понимал, что изоляции поселков должен прийти конец. Что беженцев и переселенцев надо не отгонять от поселка выстрелами, а принимать в общину. Новые люди – это новые руки, новые знания, новый генофонд. И вот, наконец, наступил момент, когда деятельные люди, люди открытой политики, стали одерживать верх над лентяями, трусами и теми, кого просто ничто не интересовало. Впрочем, это вряд ли можно было назвать политикой. Это было выживание.

Танди усмехнулась, вспоминая, как на площади в центре поселка собрались жители, чтобы выбрать нового лидера общины. Почти все проголосовали за нее. Она к тому времени была сильной молодой женщиной с властным характером. Она могла повести за собой людей, и люди это понимали. А когда трудно, многим хочется, чтобы нашелся кто-то, кто взял бы на себя ответственность и сказал, кому что делать. Тогда другим уже не надо будет об этом думать. Проще работать и не думать. Но бывает, что лидер жесток, честолюбив и алчен. Тогда он подчиняет людей своей злобной воле. Танди не была такой. Она как нельзя лучше подходила на роль командира этого маленького поселка. Поэтому тогда она, не смущаясь, вышла вперед и оглядела сельчан. Они все были перед ней. Весь поселок. Люди с серьезными лицами, одетые в грубую одежду – кому что удалось найти. Многие держали в руках винтовки или ружья. Ну, прямо как переселенцы на Дикий Запад много веков назад, истории о которых были в одной книжке из Убежища. И ведь потом потомки этих переселенцев создали великую цивилизацию, а потомки потомков все разрушили. А теперь все начинается сначала. Тот же самый Дикий Запад, только теперь “слегка” радиоактивный. Танди еще раз оглядела толпу и сказала:

– Хорошо, я буду лидером, но чтобы слушались!

И толпа одобрительно зашумела, потому что все знали, какой у Танди характер, и как она умеет заставить слушаться себя.

Они славно поработали тогда. Поселок рос, и все большее число людей изъявляли желание остаться в нем насовсем. Потом, когда поселок обнесли высокой защитной стеной и построили дома из бетона, он стал городом. Окрестные земли попали под его власть и стали называться Новая Калифорнийская Республика, а город называли просто – НКР. Здесь ценили время и не тратили его попусту на произнесение такого длинного названия целиком.

И вот когда жизнь вроде бы стала налаживаться, поползли слухи о том, что где-то сохранились остатки старой цивилизации. Слухи появлялись вместе с бродячими торговцами, как и диковинные вещи, которые торговцы приносили с собой для продажи. Такие вещи невозможно было сделать в тех городках, которые возродились после Войны…

Воспоминания старухи прервал звук открывающейся двери. Танди повернула кресло. У входа стоял советник Вестин. Он считался самым близким соратником президента, но государственной работе уделял мало времени. Вестин был больше бизнесмен, чем администратор – западнее НКР раскинулись его огромные ранчо, которое снабжало продовольствием весь город и даже окрестные селения. Но и связи с администрацией города Вестин не прерывал: естественно, так ему было легче вести свой бизнес.

По всей видимости, он и сейчас пришел, чтобы попросить что-нибудь для себя, но Танди не дала ему заговорить.

– Вестин, подойди-ка сюда, – потребовала она.

Советник приблизился.

– Чем вооружены полицейские? – спросила президент.

Вестин подошел к окну и прищурился, вглядываясь вдаль.

– Это винтовки, достаточно хороший образец, – сказал он, мысленно прикидывая в уме цену.

– А у рейдеров из пустыни есть лазерное оружие, – заметила Танди. – Откуда они его берут?

Вестин помолчал, собираясь с мыслями. Он хотел что-то сказать, но Танди снова опередила его.

– Ты ведь рос в Убежище? – спросила она.

– Да, в семнадцатом.

– И вы изучали историю технологий?

– Изучали… Как это было давно! – вздохнул Вестин.

– Тогда ты должен знать, что до Войны ни у кого не было лазерного оружия. Но вот прошла Война, все разрушено, а когда люди выползли из Убежищ и начали по крохам восстанавливать свою жизнь, вдруг оказалось, что у бандитов есть лазерные и плазменные винтовки. Как это могло произойти?

– Ну, я не знаю, – медленно проговорил Вестин. – Возможно, какие-нибудь заводы и остались в сохранности…

– Каким образом?

– Раньше многие Технологические Центры строились под землей и могли выполнять функции Убежищ. Если в таком центре оставались люди, то они могли продолжать исследования и после Войны.

– Мы должны найти этот Центр, – твердо сказала Танди.

– Зачем?

– Если оставить все как есть, то рано или поздно рейдеры с лазерными пушками окажутся под стенами НКР. Как мы тогда будем обороняться?

– Да, действительно… – Вестин подумал о своем громадном ранчо и о том, что оно находится как раз за стенами НКР.

– Нужно послать смышленых людей, – продолжила президент. – Можно нанять рейнджеров.

Вестин кивнул:

– Рейнджеры против рейдеров. Неплохо звучит!

– Да, кстати, – вдруг вспомнила Танди. – У тебя на ферме работает парень. Он много скитался по прериям. Как его имя?

– Нарг.

– Вот-вот, Нарг. Можно отправить на поиски и его. Он, говорят, разбирается в таких делах?

– Я поговорю с ним, – сказал Вестин.

– Поговори, и побыстрее.

– Да, тут еще одно дело, – Вестин вспомнил, зачем он пришел к Танди. – У меня отчет о поставках фуража из НКР. По-моему, с нас берут слишком большие налоги.

– Давай поглядим, – усмехнулась Танди.

И Танди с Вестином занялись изучением финансовых документов…

Далеко за окраиной города в степи паслось огромное стадо браминов. Если бы тут оказался человек, живший до Войны, то он сказал бы, что это просто двухголовые коровы. Но таких людей уже не осталось, поэтому брамины оставались браминами. Других животных, от которых можно получать молоко, у человечества уже не было. Казалось, сама природа позаботилась, чтобы в новых условиях, когда на пастбищах почти не стало травы, этим двухголовым животным было легче добывать себе пропитание, собирая его в две глотки. Все эти животные принадлежали Вестину. Несколько вооруженных людей присматривали за стадом. Когда вдалеке на дороге появился человек, охранники как бы невзначай взяли оружие поудобнее. Пришедший – это был посыльный от Вестина – оглядел мирно пасущееся стадо, а потом махнул рукой.

– Нарг! Нарг!

Один из охранников направился к нему. Раскосые глаза, острые скулы, смуглая кожа – все выдавало в нем “дикаря”, как называли уроженцев Кламатских гор. Многие жители их побаивались. У парня действительно был довольно воинственный вид, а из кобуры торчала блестящая рукоятка пистолета. Тот, кто разбирается в оружии, сразу определил бы, что это Пустынный Орел – непревзойденный образец точности и дальнобойности. Но удержать его в руках при выстреле мог только очень сильный человек. Поэтому Пустынный Орел служил своеобразной визитной карточкой в пустыне. Многие мечтали владеть таким оружием, и за такой пистолет на рынке отдавали десять браминов. Но для Нарга этот пистолет был особенно дорог, потому что это был подарок – один из немногих, которые “дикарь” получил в своей жизни. С этим пистолетом он не расстался бы ни при каких обстоятельствах. Это был его талисман.

Нарг приблизился к посыльному.

– Ну, чего тебе?

– Хозяин зовет, – сообщил посланник, отводя глаза. Дикарь его раздражал.

Нарг обернулся к другим охранникам:

– Эй, смотрите, чтобы брамины не разбежались!

Парни осклабились: это была традиционная шутка. Ни в одну из двух браминских голов не пришла бы такая шальная мысль – побегать. Это были на редкость осторожные животные.

Нарг нашел Вестина в его доме, где хозяин ранчо обычно находился весь день, ожидая сообщений от своих людей. Вид у Вестина тоже был воинственный, но с оттенком карикатурности. Широкополая кожаная шляпа, ковбойский костюм, сапоги с заклепками и револьвер на боку никак не вязались с сутулой фигурой и старчески изможденным лицом.

Появление Нарга прервало его скуку.

– А, дикарь, заходи, – сказал Вестин, может быть несколько более возбужденно, чем было необходимо.

Нарг остановился в середине комнаты.

– У нашего президента есть дело для тебя. Придется побродить по прериям. Как, возьмешься?

– Как скажете, хозяин. – Лицо Нарга ничего не выражало.

Тут настроение Вестина изменилось. Он вдруг осознал, что теряет ценного работника.

Он хмуро оглядел Нарга, а потом пробурчал:

– Только помойся сначала, от тебя воняет навозом. Иди.

Нарг ушел.

На следующий день в приемной президента НКР появился парень с боевым ножом у пояса.

– Я Нарг, – небрежно бросил он секретарю и прошел к президенту.

Секретарь поморщился. Он сразу отметил про себя, что этот молодчик из дикарей, и манерам не обучен. Но, поскольку секретарь имел предписание пропустить человека по имени Нарг в любое время, то ничего не сказал.

Танди оглядела парня, который сидел напротив нее за столом. Она не собиралась говорить ему что-то вроде “От тебя зависит будущее нашего города”, хотя на самом деле это было так. Или почти так. Вместо этого Танди сказала:

– Ты ведь давно не был в своей деревне, Нарг? Как она называется?

– Арройо. Это в Кламатских горах, – объяснил Нарг.

– Я слышала, ты опытный следопыт, ты ходил с караванами. Правда? – спросила Танди.

– Да, но я путешествовал и без караванов, – ответил Нарг.

– Где-то рядом живут мерзавцы, для которых люди – обычный товар. И к тому же они вооружены самым современным оружием. Мы не может оставить это без внимания. Если оставить все как есть, то наш город будет захвачен. А потом доберутся и до других городов, и до твоей деревни тоже. Нам надо знать, что это за люди и где они находятся. Только тогда мы сможем решить, какие действия предпринять. И вот надо, чтобы ты это разузнал.

Лицо Нарга отобразило скуку и недовольство одновременно. Жизнь научила его скрывать свои подлинные чувства.

– Что конкретно я должен выяснить?

Танди встала и подошла сейфу. Тяжелая дверца открылась с еле слышным скрипом. Танди выложила на стол перед Наргом пистолет. На корпусе оружия было много каких-то кнопок.

– Это лазерный пистолет, – сказала Танди. – Он стреляет лучом света.

– Я слышал о них, – заметил Нарг и осторожно потрогал оружие.

– Ты можешь посмотреть его.

Нарг взял оружие в руку. Пистолет был тяжел. Лазерный пистолет всегда крупнее обычного, он больше походит на компактный пистолет-пулемет. Нарг направил ствол пистолета в стену, нажал одну из кнопок и внимательно рассмотрел значки, которые появились на маленьком экранчике. Потом он снова нажал кнопку и положил пистолет на стол.

– Он разряжен.

– Да, мы не пользуемся такими, – подтвердила Танди.

Она убрала оружие в сейф и снова села в кресло.

– Надо выяснить, кто их производит.

– А продавцы…

– Производство наверняка нелегальное. Работники, скорее всего, рабы. А покупатели, в основном, рейдеры.

– Понятно…

– Так как? Мы можем на тебя надеяться?

– Я найду их, – пообещал Нарг. – Если такие люди существуют.

– Если найдешь, НКР в долгу не останется. Мы всегда хорошо платим за сделанную работу, – подытожила Танди. – Ну, а теперь ступай.

В доме, где жили люди Вестина, было жарко. Волны тепла исходили от печи, сделанной из старой металлической бочки.

Нарг кивнул Сэму, другому работнику Вестина, и прошел к своему месту. Открыл сундук, осмотрел свои пожитки. Сэм с алчной завистью наблюдал, как Нарг уложил в заплечный мешок дозиметр, сушеное мясо, флягу с водой, компас. Сверху Нарг положил патроны, чтобы их можно было легко достать в случае необходимости. Особенно аккуратно был упакован портативный компьютер – большая ценность в послевоенном мире. Заводы, производящие электронику, были давно разрушены.

– Опять уходишь? – спросил Сэм.

– Да.

– Не понимаю я этого, – покачал головой Сэм. – Что вам, дикарям, не сидится в городах?

– Нам, дикарям, больше нравятся прерии, – отозвался Нарг, и разговор сам собой прекратился.

Скоро Нарг был готов к путешествию. Он снял со стены снайперскую винтовку, повесил на плечо. Перед выходом на минуту задержался у зеркала, проверяя снаряжение. Вроде все в порядке. Рюкзак туго уложен, оружие в исправности (уж это он знал наверняка), у пояса нож – самый лучший, боевой. Но чего-то еще не хватало. Ах да, он забыл о куртке. Нарг кивнул Сэму и вышел во двор.

Магазин находился недалеко, на северной окраине города. Нарг шел в одиночестве. На улицах почти не встречалось людей. Только в некоторых местах дежурили полицейские. Это было рабочее время.

Владелец магазина улыбнулся Наргу как хорошему знакомому, точнее, как покупателю, который обычно не уходит без солидной покупки. Продавцы мерят мир своими мерками, а в этом магазинчике обычно отоваривались караванщики, приходящие в город, и работники ранчо, которые занимались охраной скота на пастбищах. Поэтому в снаряжении недостатка не было.

Вестин неплохо платил своим рабочим, и Нарг всегда мог купить себе все, что требовалось. Сейчас ему была нужна одежда для путешествия, и он выбрал куртку из хорошо выделанного коричневого меха. Бог знает, из какого зверя-мутанта шили эти куртки, но в таком густом меху вязли даже пули. Впрочем, Нарг знал, что от пули, выпущенной из винтовки, которая висела у него за спиной, не спасет никакой мутантский мех. Тут может помочь только боевой армейский панцирь, да и то не во всех случаях.

А плотный мех хорошо предохраняет от холода ночью и не заметен на фоне такой же коричневой, выжженной ядерными зарядами прерии. После Войны климат изменился. Теперь круглый год стояла солнечная холодноватая осень. Ни снега, ни жары, и почти не было дождей. Только иногда выдавались действительно теплые дни. Ученые говорили, что человечеству еще повезло, и могло быть гораздо хуже. Нарг не очень верил ученым, но хорошо знал, как совершать пешие переходы из города в город. Теплая куртка во время путешествия по прерии была весьма кстати.

Нарг надел обновку, отдал деньги.

– В дорогу собираешься? – спросил продавец.

– В дорогу.

– А в караван не хочешь наняться охранником? Поведут браминов в Реддинг.

Человек за прилавком был не только продавцом, но и устроителем дел многих людей, обитающих вокруг НКР.

– Нет, у меня другая работа.

Нарг оглянулся. Больше посетителей в магазине не было. Нарг наклонился к продавцу.

– Мне надо найти город работорговцев.

Продавец усмехнулся.

– Чего ж его искать, это Волт Сити, все знают.

– Нет, я не этих маразматиков имею в виду, – сказал Нарг. – Мне нужны НАСТОЯЩИЕ работорговцы.

Продавец потер пальцем переносицу, подумал.

– Ко мне иногда заходят бродячие торговцы и предлагают рабов. Я думаю, у них есть где-то своя база или что-то вроде того. Но никто из них не говорил о ней. Ты бы поговорил с бывшими рабами. Говорят, ваш Вестин их иногда покупает.

– Да, я, может, так и сделаю, – задумавшись, ответил Нарг. Но у него возникла идея получше. Он вспомнил другого продавца, который мог помочь ему в поисках. Теперь стало ясно, куда и зачем надо отправиться в первую очередь.

Прощаться было не с кем, и Нарг быстро зашагал к выходу из города. Вскоре поселение осталось позади, а перед ним раскинулись пустынные пространства, поросшие низкой зелено-коричневой травой, из которой кое-где выглядывали округлые камни. Воспоминания о былых путешествиях переполнили его. “И чего я сам не послал подальше Вестина с его браминами, – подумал Нарг. – Давно надо было это сделать!” Каждому приятно ощущение начала пути. Дикарь снова почувствовал себя свободным.

Прерия быстро остывала после захода солнца, поэтому Нарг разжег костер. Вообще-то делать этого не следовало, но Наргу не хотелось коротать ночь в холоде. Кроме того, он знал, что люди в этих краях появляются редко.

Огонь быстро пожирал ветки, метаясь из стороны в сторону, словно хотел сбежать, а Нарг улегся рядом, не забыв расположить винтовку поудобнее. Нарг был далеко от дома и поэтому вспоминал дом. Когда он будет там, в своей родной деревне, то станет вспоминать эту степь. А дом его находился за много миль отсюда, в Кламатских горах. Где-то там затерялась маленькая деревушка Арройо. Нарг представил, как на полянах стоят палатки, сшитые из шкур золотых гекко. Вокруг возделанные участки со злаками и овощами. Ребятишки, как обычно, играют в салочки. Он скучал по своей деревне, но понимал, что не смог бы оставаться в ней достаточно долго. Он привык браться за трудные необычные дела и добиваться успеха, даже если рядом не было никого, кто мог бы этот успех оценить. И уж точно не привык к однообразной жизни. За время странствий он научился искать повсюду информацию, и это стало чем-то вроде увлечения. Он получал удовольствие от обретения новых знаний, которые использовал потом как ключ для решения своих проблем.

Нарг усмехнулся, вспомнив, как часто выходцев из его деревни называли мутантами за раскосые глаза и широкие скулы. Нарг знал, что такое мутация, и мутантом себя не считал. Он помнил, что его деревню основал человек, который жил в Убежище, но был изгнан оттуда. Он не захотел оставаться и в каком-нибудь городке, поэтому создал свое собственное поселение. Его потомки обходились без машин и огнестрельного оружия: и того, и другого в горах Кламата не было. Нарг вспомнил своих соплеменников, которые плясали вокруг тотема, упражнялись в метании копий, ножей и топориков. Люди из городов пренебрежительно называли их дикарями. Но “дикари” жили вполне сносно и никому не завидовали. Цивилизованный мир сам недалеко ушел от дикарства и не мог предложить ничего, что было бы лучше жизни на природе. Во всех поселках “цивилизованные” жители испытывали постоянный страх. Огораживая свои поселения кусками ржавого железа, люди защищались от атак бандитов и диких зверей, обитающих в пустыне. По ночам им приходилось нести дежурство с оружием в руках, а днем работать на таких же полях, какие были у “дикарей”. А “дикари” жили обособленно, их жилища были укрыты высоко в горах и отделены от остального мира ущельями, поэтому там не опасались набегов бандитов. Вода в горах всегда была чистая, не радиоактивная. Нет, жители деревни Арройо не были мутантами. Вот супермутанты – это другое дело. Огромные, только внешне похожие на людей, футов десять ростом, с зеленоватой кожей. Это действительно были мутанты в полном смысле этого слова. У них и сознание было мутировавшим, не совсем человеческим. Или, скажем, звери. Нарг никогда не видел зверей, которые жили до Войны, но понимал, что многие нынешние животные изменились за время жизни на радиоактивной земле. Теперь не всякое оружие было эффективно против такого зверья.

Нарг погладил приклад своей снайперской винтовки. Он вспомнил, как удивился, когда в первый раз попробовал мощь огнестрельного оружия.

Потом прилег, приложив ухо к земле, и заснул. Ему снилось детство.

– Нарг, попробуй метнуть это копье! Ну, спорим, не попадешь!

Минган всегда насмехался над ним, потому что был старше. Нарг взял тяжелое копье и взвесил в руке. Потом подошел к линии броска и прицелился. Копье со свистом рассекло воздух и воткнулось точно в красный кружок, нарисованный в центре большой деревянной мишени.

– Вот так! – он обернулся и посмотрел в глаза Мингану.

Тому это не понравилось, потому что события развивались не так, как он задумал. И он сразу разозлился.

– Все равно ты придурок! – крикнул Минган.

– Сам ты придурок! – не остался в долгу Нарг и добавил: – Крыса!

Этого было достаточно, чтобы обидчивый Минган кинулся в драку.

Они катались по земле и молотили друг друга. Нарг с радостью чувствовал, что теперь он не слабее Мингана. Он достаточно возмужал, чтобы больше не бояться. Он с удовольствием дрался и видел, как Минган корчится от его ударов. Вокруг столпились соплеменники, но растаскивать дерущихся не торопились. Деревне важно было знать, кто сильнейший. Сильнейших посылали на охоту и в дозор, охранять деревню. В этот раз верх одержал Нарг. Потом он проснулся.

Утро выдалось прохладное. Нарг собрал свои вещи и двинулся по выбранному им самим маршруту. Он шел быстро, чтобы разогреть мышцы. Он решил не тратить время на завтрак, а перекусить на ходу. Но не успел он разжевать первый кусочек сушеного мяса, как ему пришлось упасть на землю и затаиться. Он увидел впереди людей.

Присмотревшись, Нарг понял, что это был караван работорговцев. Нарг не удивился, потому что вспомнил, как шел в этих краях с караваном. Тогда они тоже повстречали работорговцев. Караваны остановились, и оба предводителя отошли в сторону и некоторое время совещались о чем-то. А потом караваны разошлись, каждый в своем направлении. Выходит, маршруты караванов не изменились за последнее время.

Но сейчас Нарг был один. Он вытянул вперед винтовку и подхватил приклад рукой. В оптический прицел люди были видны особенно отчетливо.

Нарг рассматривал людей и неожиданно для себя вздрогнул. Среди рабов он увидел девушку из своего племени! Она тоже когда-то не захотела оставаться в деревне и ушла в мир больших городов. Звали ее Читса. Наргу она всегда нравилась.

Нарг лег поудобнее, задержал дыхание, сосчитал до двух и нажал на спуск. Винтовка с грохотом дернулась в его руках. Работорговец, который шел первым, согнулся и упал на колени. Кровь хлынула у него изо рта, и он растянулся на земле.

Положение у каравана было очень невыгодное, но у работорговцев имелся опыт. Они бросились на землю, достав оружие, и уже через секунду были готовы дать отпор нападающим. Но Нарг лежал далеко, и они его пока не видели. Зато рабы падать на землю не стали. Они просто остановились, тупо глядя перед собой. Наверное, они так устали, что обрадовались возможности просто постоять на месте. А может, их приучили ничего не делать без команды. Но потом Нарг заметил, что Читса не осталась стоять. Она тоже лежала на земле, держа что-то в руке. Нарг выстрелил еще раз, но промахнулся. Он смотрел в оптику, выбирая новую цель, и увидел, как один работорговец приподнялся, пытаясь увидеть того, кто ведет по ним огонь. Нарг собрался поймать его силуэт в крестик, но Читса оказалась быстрее. Нарг заметил, как она взмахнула рукой, и работорговец ткнулся лицом в землю, а под лопаткой у него торчал нож. Читса змеей перекатилась к нему и выхватила его оружие. Другой работорговец обернулся и вскочил, но поднять винтовку не успел: очередь из пистолет-пулемета с близкого расстояния вспорола его как рыбу. Последний, четвертый, работорговец бросился бежать. Это было хорошее решение, если он хотел сохранить жизнь, но он выбрал явно неудачное направление, потому что бежал прямо к Наргу. И тогда Нарг навел крестик прицела на его голову и нажал на спуск. Винтовка снова содрогнулась, и человек упал. В прицел хорошо было видно, как вокруг его головы на земле расплылось красное пятно.

Нарг встал, огляделся, повесил винтовку на плечо дулом вниз и пошел к стоящей внизу группе людей. Жалости к работорговцам он не испытывал. К рабам тоже. Но он встретил человека из своего племени, и это было важно.

– Нарг!..

– Читса…

Она подошла к нему и потерлась щекой о плечо. Так уж повелось у них в деревне. Так проще здороваться. Читса всегда умела простым движением выразить свои чувства, когда руки заняты оружием.

Нарг обошел убитых рейдеров. Он не надеялся найти у них карту с пометкой “Город Работорговцев”, но их надо было обыскать. Когда он перевернул одно из тел, то увидел в руке у рейдера радио. Передатчик еще работал.

– Читса!

Девушка подошла.

– Ты не заметила, он успел что-нибудь сообщить?

– Знаешь, у меня не было времени замечать!

Нарг осторожно вытащил радио из мертвой руки и бросил на землю. Несколько выстрелов превратили аппарат в горстку осколков.

– Зачем патроны тратишь? – спросила Читса.

– Они могли успеть запеленговать…

– Запеле… Что?

– А, неважно. Лучше расскажи, как ты попалась.

– Не расскажу! Ты будешь смеяться!

Читса не хотела рассказывать, как ушла с отрядом охотников для того, чтобы поохотиться на игуан. Но охотники сами попали в засаду, прямо в лапы работорговцам.

– Ну, хорошо, давай думать, что делать дальше.

Освобожденные пленники стояли поодаль и хмуро наблюдали за своими спасителями. На вид это были крестьяне с каких-нибудь отдаленных ферм. На их лицах читалось равнодушие и покорность судьбе. Скорее всего, они решили, что просто попали от одних работорговцев к другим, так что повода для радости у них не было.

Нарг и Читса не обманывались относительно своих возможностей, но бросить отчаявшихся людей не могли. Было ясно, что придется отвести этих несчастных в какой-нибудь город. Ближайшим был Реддинг. Он считался сравнительно приличным городом, где бездомным могли даже найти работу. Чаще всего их брали на шахты. Реддинг был знаменит именно шахтами, которые существовали еще до Войны. Правда, работа там была не из легких, но это все же лучше, чем скитаться по прерии, рискуя быть снова пойманным работорговцами или погибнуть от пули грабителя.

Рабы шли впереди, а Нарг и Читса немного отстали. Нарг рассказал о своих планах.

– Ты думаешь, это так просто? – спросила Читса, уяснив, что же собирается сделать ее спутник.

– Ничего, мне помогут, – уверенно сказал Нарг.

– Ну, и кто тебе поможет?

– Я найду Вика.

– Кого?

– Ты его не знаешь. Это торговец. Он собирает на развалинах старые приборы, а потом продает их в населенных местах. Он знает все окрестные земли, ему даже карта не нужна. Вот он-то мне и поможет…

Шли они долго. Бывшие рабы не могли двигаться быстро. Прошло несколько дней, а маленькая группа людей все так же ползла по бескрайним пустошам. Прерия убегала под ноги, но никто не мог точно сказать, сколько еще предстоит дней пути. Люди очень устали.

Перед одним из ночлегов Читса поинтересовалась у своего спутника:

– Ты не боишься, что как-нибудь ночью спасенные перережут нам глотки?

– Нет, насколько я успел их узнать, нет. К тому же они очень слабы.

Читса пожала плечами и, как будто удовлетворенная этим объяснением, устроилась на травяной подстилке около костра. Но свое оружие положила рядом с собой.

А утром все повторилось сначала. Надо было поднимать измотанных людей, раздавать им кусочки сушеного мяса и гнать вперед, потому что только в скорости было их спасение. Каждый день, который они проводили в этих пустынных землях, отнимал частичку жизни.

Нарг почувствовал пса, когда тот оказался совсем близко. Зверь бежал почти бесшумно, но не настолько, чтобы натренированный слух не смог уловить звуков его приближения. Нарг и не заметил, как Пустынный Орел очутился в руке. “Два-три-четыре…” – по привычке отсчитывал выстрелы дикарь. Над пустошью повис истошный визг. Пес бежал так стремительно, что даже мертвый катился еще несколько ярдов по земле. Как и ожидалось, на ошейнике пса находился радиомаячок. Нарг разнес его еще одним выстрелом. У работорговцев были хорошие собаки, и неизвестно, сколько еще таких тварей они могли пустить по следу…

– Хорошо стреляешь! – Читса подошла сзади.

Нарг обернулся и увидел, что люди, которых он вел, уселись на землю. Это разозлило его, и вся накопившаяся злость, наконец, выплеснулась наружу.

– Ну, чего расселись! У нас рейдеры на хвосте! Не отдыхать! Вставайте! Вперед! – заорал он и сделал несколько шагов к бывшим рабам.

– Ты хоть пистолет спрячь, крыссик, – послышался сзади насмешливый голос.

– Не время пистолет прятать! – зло ответил Нарг и пошел вперед. Но постепенно его напряжение спадало.

Когда на горизонте показались строения и дымы над ними, все восприняли это как избавление. Сделали последний привал. Теперь можно было уже не торопиться.

Нарг подумал, что это последняя возможность поговорить с пленниками рейдеров. Потом их пути разойдутся, и вряд ли он их встретит еще раз.

Но где находится город работорговцев, эти люди не знали. Всех их захватили недалеко от известных поселений. Поэтому Нарг прекратил расспросы и приказал трогаться в путь.

Окрестности Реддинга сразу выдавали в нем шахтерский город. Горы пустой породы и мрачные черные строения шахт не добавляли красоты пейзажу, но здесь, видимо, о красоте думали меньше всего.

В Реддинге вся процессия проследовала к шерифу Мариону. Нарг его помнил, но помнит ли его шериф – не мог сказать наверняка.

Из-за стола поднялся крупный мужчина и, хромая, прошел навстречу гостям.

– Привет, следопыт, – обратился он к Наргу. – Никак ты стал водить караваны?

– Нет, по пути завернул. А как твоя нога, шериф?

Марион широко улыбнулся.

– Все так же. Док Джонсон сказал, что это навсегда. А уж он разбирается в таких делах. Эх, хотел бы я снова встретить того геккона!

– А как бы его узнал, Ерл? – ухмыльнулась Читса.

– Узнал бы! На нем остались зарубки от пуль моего кольта. Да!.. Эти гекконы живучи как дети дьявола!

Потом шериф обратил внимание на остальных.

– Кто эти люди?

Нарг объяснил.

– А! Новички, – кивнул Марион. – Хорошо! У нас есть пара полуразрушенных домов. Пусть восстановят их и могут там жить, если захотят. Только пусть не пытаются нарушать порядок! И ведь надо им какую-нибудь работу, черт… Я вызову Марж.

Он взялся за трубку телефона.

Марж Лебарж была владелицей шахты Коковефф. Судя по всему, на шахте требовались новые работники, потому что пришла Марж довольно быстро. Марж была красива, и поэтому сразу не понравилась Читсе. Но Марж не обратила на Читсу никакого внимания. Она кивнула шерифу, сразу же отошла к приведенным Наргом людям и о чем-то тихо с ними заговорила. Потом она обернулась к шерифу:

– Ерл, я беру их. Мы уходим.

– Сначала отведи их к доку Джонсону, пусть он их осмотрит. Нам эпидемий не надо!

– Есть, капитан! – Марж повернулась к новичкам и махнула рукой в направлении выхода.

Завербованные люди потянулись к дверям. Видимо, сейчас они прикидывали, насколько их положение стало лучше по сравнению с тем, какое было несколько дней назад. А может, ничего не прикидывали, потому что очень устали.

Нарг и Читса устроились в единственной в этом городе гостинице “Маламут”. В ней обычно останавливались торговцы, покупающие продукцию шахт. Гостиницей это заведение можно было назвать только условно. Несколько комнат, которые запирались на ключ, лавка с предметами первой необходимости для путешественников (патроны, ножи, пилюли от радиации, сушеная еда) и бар, в котором можно было еще и быстренько перекусить. Это была, скорее, перевалочная база для искателей приключений. Впрочем, ничего другого в Реддинге быть и не могло.

На следующий день соплеменники занялись делами. Читса отправилась продавать взятые у рейдеров трофеи, а Нарг решил прогуляться по городу. Его внимание привлек полотняный транспарант, растянутый через улицу. Красной краской вычурно намалевано: “МОЛЕРАТ МАМБО”. Нарг слыхал о боях молератов в Реддинге, но не подозревал, что эта забава достигла уровня городского шоу. Он отправился туда, где находилась арена для боев.

Молераты – свирепые хищники, размером с крупного медведя, поэтому мало кому могла прийти в голову мысль держать их в неволе. Но в Реддинге молератов разводили и использовали для развлечения шахтеров.

Поговаривали, что молераты – мутанты-гибриды, которые произошли от кротов и крыс, но так ли это на самом деле, не знал никто. Многое в этом странном новом мире пока оставалось неясным для людей. Неизвестное заменяли слухами.

Нарг остановился у загородки, куда как раз выводили двух зверей. Вокруг стояли зеваки – шахтеры, охотники, караванщики. Все, у кого нашлось сейчас свободное время.

Звери, которых тащили за кожаные ремни, прикрепленные к металлическим ошейникам с остриями, огрызались и шипели по-крысиному. Их действительно можно было принять за потомков крыс, если бы не размеры.

– Ну, на какого ставишь? – к Наргу подошел невысокий человечек с отвисшим животом. На плече у букмекера висела кожаная сумка.

– Вон, на того, с одним ухом, – подумав, ответил Нарг и отдал пузатому пару монеток.

– Удачи! – пожелал пузатый и пошел дальше собирать ставки.

Молератов отпустили, и начался бой. Природный инстинкт не позволял зверям драться насмерть, так что зверей всячески раздразнивали, чтобы пробудить в них злость. В ход шли палки и камни. Правда, бои эти редко кончались смертельным исходом, потому что сами звери были определенной материальной ценностью. На их прокорм уходило столько мяса, что убивать таких “артистов” было бы расточительно, тем более что сами они в пищу не годились. Зверей украшали многочисленные отметины, оставшиеся от прошлых боев. Того, у которого недоставало одного уха, так и звали – Одноухий. Было видно, что зрители хорошо знали его: многие за него болели.

– Давай, Одноухий! Прикончи его!

– Дери его, Одноухий!

– В задницу его кусай, в задницу!

Звери визжали и катались в пыли. Шум был такой, будто взбесилось стадо носорогов. Одноухий, слыша свою кличку, к которой, видимо, уже успел привыкнуть, наседал на противника особенно яростно.

Нарг уже было уверился, что Одноухий оправдает его надежды, но в этот раз Одноухому не повезло. Его противник взмахнул когтистой лапой, и шерсть на боку Одноухого окрасилась кровью. По правилам, это считалось условной смертью. Работники, используя длинные палки, пристегнули кожаные шлеи к ошейникам и растащили визжащих зверей по разные стороны арены.

– Смотри, проиграешь все деньги! – кто-то ткнул Нарга в бок.

Нарг обернулся и увидел Марж.

Хозяйка шахты была одета в черные джинсы и рубашку цвета хаки. Две верхние пуговки рубашки расстегнуты. Марж вертела в руке ключ на цепочке. Вид у нее был довольный.

– Спасибо за людей, Нарг, – сказала Марж, держа цепочку двумя пальцами и раскачивая ключ как маятник. – Я хочу с тобой рассчитаться.

– Чем же? – спросил Нарг.

– Золотом, конечно. Вы, дикари, его любите.

– И сколько?

– Сколько сможешь унести. Только…

– Только?..

– Только надо взять его там, внизу. Таковы наши правила. Каждый добывает свое золото сам. Надеюсь, ты меня не разоришь. Вот ключ от лифта, не забудь отдать, – и Марж, подмигнув Наргу, отправилась дальше по улице.

Нарга это нисколько не удивило, потому что Марж всегда честно платила за сделанную работу. А тут у нее были все основания остаться довольной – шахта приобрела новых работников. Да и не сложно быть благодарным, когда деньги в буквальном смысле слова валяются под ногами. Шахта Коковефф добывала золото и продавала его во все окрестные города.

С собой Нарг взял только небольшую кислородную маску и пистолет-пулемет. Лифт шахты опустил его до первого горизонта, а дальше спускаться пришлось самому. Длинные коридоры были освещены, но людей нигде не было видно. Ржавые конструкции лифта и весь вид шахты показывали, насколько тут все устарело. И только откуда-то снизу доносился раскатистый гул. Это горные машины без помощи людей дробили породу, которую потом поднимали наверх.

Нарг прошел вперед и услышал тоненькое попискивание: как будто где-то копошились крысы. Но Нарг знал, что это не крысы. Крысам здесь было делать нечего. Такие звуки издавали ванаминго. Нарг где-то слышал, что они переговариваются с помощью ультразвука, а тоненькое попискивание – это часть звуков, которую могло уловить человеческое ухо. В шахтах ванаминго жили уже давно. Некоторые жители Реддинга об этом знали, многие – догадывались, поэтому в шахтах никогда не было людей, а всю работу делали автоматы. Если автомат ломался, под землю опускали другой, вот и все.

Нарг попытался определить, где находился источник звука. Сделать это было непросто из-за шума работающей на нижнем горизонте машины.

Тогда Нарг спустился туда и осмотрелся. И сразу увидел того механического монстра, который прогрызал себе ход в толще золотоносной породы.

Вот тут можно было рассчитывать на урожай. Нарг пристроился неподалеку от большого горнопроходческого комбайна. Мощная машина дробила породу, и стенки шахты вздрагивали под ее резцами. Большую часть породы уносили транспортеры, но вокруг комбайна образовалась большая груда каменных осколков. Находиться здесь было небезопасно, но иного выхода не было. Шум работающей машины заглушал все остальные звуки, и Нарг часто оглядывался, чтобы никто не подкрался к нему незамеченным. Попутно он осматривал осыпающуюся породу. В земле и камнях, которые сыпались из-под крутящихся фрез комбайна, можно было встретить золотой самородок. И Наргу повезло. Он увидел блеснувший металл.

Подобрав его, Нарг заметил, что кусочек золота разрезан ножами машины. Значит, где-то поблизости может лежать и другая половинка. Нарг подобрал валявшийся неподалеку металлический прут (ничего более подходящего рядом не оказалось) и принялся ворошить им каменную осыпь. Скоро он нашел еще один маленький самородок, а потом еще два, побольше.

Нарг так увлекся поисками, что только случайно заметил боковым зрением существо, которое двигалось вдоль каменной стены. Слегка покачиваясь на высоких ногах, оно в такт ходьбе размахивало лапами-щупальцами. Расслышать его шаги в грохоте работы механизмов было абсолютно невозможно. Тело ванаминго имело красно-сливовый оттенок, который почти совпадал с красноватым цветом породы шахты. Заметить такого зверя было не просто, а даже заметив, непросто было убежать. Зверь, несомненно, уже почуял человека. У Нарга оставался только один путь для отступления – по решетчатой клети, внутри которой непрерывно двигались ковши с породой. И Нарг полез по ней вверх. Он подумал, что надо бы уцепиться за ковш, и таким образом проехаться наверх, как на лифте, но потом отказался от этой затеи. Это было слишком опасно. Да теперь можно было и не торопиться. Ванаминго лазить по вертикальным конструкциям не умели, поэтому проблема была отчасти решена.

Внизу воздух пронзил резкий свист. Ванаминго, поняв, что жертва от него ускользает, начал сзывать на помощь своих сородичей. Можно было не сомневаться, что скоро вся стая соберется здесь.

Показав оставшемуся внизу чудищу кулак, Нарг полез еще выше, и вскоре выбрался на верхний горизонт. Здесь было не так шумно, а коридоры были пустынны. Нарг побродил по длинным выработкам. Они образовывали сложный лабиринт: пересекались, расходились в стороны, образовывали небольшие подземные залы. Все здесь казалось невероятно старым – видимо, эти выработки использовались еще до Войны. В одном месте Нарг обнаружил металлическую дверь. Повозившись немного, он открыл ее и заглянул внутрь.

Внутри было темно, так что пришлось достать из кармана лайтпатрон, и в его свете осматривать помещение. Когда-то здесь была конторка штейгера. На полуразвалившихся полках вдоль стены лежали старые бумаги. Посередине помещения стоял стол, тоже очень старый. Наргу с трудом удалось выдвинуть его ящики. В одном из них он нашел мешочек с несколькими кусочками золота. Они оказались хорошим дополнением к его собственному улову, и Нарг повеселел. Он тщательно запер дверь изнутри и после этого пересмотрел все бумаги, лежащие на полках. Для этого ему пришлось стряхивать с них пыль, и он порадовался, что дышит через маску. Одна из бумаг заинтересовала его настолько, что он сложил ее и аккуратно спрятал в карман.

Потом Нарг почувствовал, что становится трудно дышать, и понял, что надо выбираться наверх. Воздух в баллоне кончился, и маска теперь работала только как респиратор. Но в шахтах было много вредных газов, а из стен частенько просачивались радиоактивные грунтовые воды. Здесь не стоило задерживаться слишком долго.

Он вышел из каморки и по обыкновению прислушался. Сразу же услышал слабый звук шагов. Где-то за углом слегка поскрипывали камешки под чьими-то ногами. Не раздумывая, кто бы это мог быть, Нарг кинулся по коридору. И на одном из перекрестков он чуть не столкнулся с ванаминго! Нарг выскочил из-за поворота так неожиданно, что зверь от испуга отпрянул назад. А через секунду ванаминго опомнился, и его щупальца начали угрожающе подниматься. Но Нарг уже проскочил опасный перекресток. Он бежал к лифту, прикидывая, откуда может появиться еще какой-нибудь мутант. Тот ванаминго, что остался сзади, тоже гнался за Наргом, и пока отставал. Нарг бежал быстро, но ему мешала дышать маска. Он не снимал ее. Он не столько боялся вдохнуть ядовитой пыли, сколько потерять драгоценные секунды.

Кабина лифта находилась все еще внизу, где Нарг ее и оставил. Но у приоткрытой двери виднелся знакомый красно-фиолетовый силуэт! Ванаминго трогал щупальцами дверцу подъемника, словно пытался определить ее назначение. Нарг сорвал с плеча пистолет-пулемет и выпустил по чудовищу длинную очередь с близкого расстояния – все, что оставалось в магазине. Было видно, как пули, рикошетируя от толстой шкуры, выбивают осколки камня в полу и стенах. Ванаминго с пронзительным визгом отскочил в сторону. Удалось ли его ранить, Нарг не заметил. Он прыгнул в лифт и захлопнул наружную решетчатую дверь, а потом задвинул сложенную гармошкой внутреннюю дверь клети. По наружной двери ударили мощные щупальца. Ферма подъемника задрожала, а кабина начала раскачиваться. Нарг вдавил пальцем красную кнопку. Где-то в вышине заработали моторы. Клеть дернулась и медленно поехала вверх. Нарг трясущимися руками вставил в пистолет-пулемет последнюю обойму. Внизу раздавались пронзительные визги и слышался звон металла. Там бесновался ванаминго.

Наверху Нарг сорвал, наконец, надоевшую маску, отдышался, посмотрел на небо. Погода, как всегда, была прохладная и безоблачная.

Потом золотоискатель прикинул размер своего богатства. Хвастаться было нечем. За все время ему удалось добыть лишь несколько кусочков металла, и то, в основном, благодаря удачному стечению обстоятельств. Теперь эти маленькие самородки оттягивали ему карман. Марж могла быть спокойна – вряд ли кому-нибудь удастся унести много золота из ее шахты, ванаминго охраняли его лучше цепных псов.

Нарг зашел в офис шахты отдать ключ, а потом отправился разыскивать Читсу. Он нашел ее в баре “Маламут”. Она была в обновках: коричневых замшевых брюках с бахромой и такой же замшевой курточке. Девчонка выглядела очень довольной.

Читса уплетала свое любимое блюдо – жареную игуану на палочке – и болтала с хозяйкой заведения. Обстановка в баре была очень даже уютная. В углу играл старый музыкальный центр. Песни здесь крутили явно довоенные – видимо, местные коллекционеры достаточно полазили по развалинам в поисках компакт дисков. Звучала старая сентиментальная песенка про глупенького братца Луи, который никак не мог разобраться, что же такое любовь.

Нарг уселся за стойкой, и хозяйка налила ему пива. После душных коридоров шахты это оказалось более чем кстати.

– Ну, что, много золота наковырял? – спросила, не оборачиваясь, Читса.

– Хватит пару рабов купить, – ответил Нарг.

– Вот только где покупать?

– Мы пойдем в Волт Сити.

– И там тебе продадут рабов?

– За золото продадут.

– И что ты станешь с ними делать?

– Отпущу.

– Ишь, какой добренький… А куда они пойдут?

– Вот там и решим.

– Ты ненормальный, дикарь, но я пойду с тобой. Все равно здесь игуан готовить не умеют!

– Будешь присматривать за ненормальным?

– За золотом ненормального.

Хозяйка хлопотала за стойкой, старательно делая вид, что разговор ее не интересует.

– Пойдем в Волт Сити с караваном, – решил Нарг.

– С караваном?! Да ведь это чуть больше двадцати миль! Здесь даже старухи без охраны ходят. Ты что, испугался?

– А мы пойдем с караваном, – упрямо возразил Нарг. – Мне надо кое-что выяснить у караванщиков, а так они не расскажут.

Его ожидания не оправдались. Караванщики или не смогли, или не захотели рассказать ему что-либо интересное.

К Волт Сити путешественники подошли уже к вечеру. Внутрь города попасть им не удалось: он был обнесен защитной стеной, а главные ворота закрыты. В предместье, которое тоже пряталось за стеной, было не протолкнуться. Тут собралось огромное количество людей, которые ютились в палатках, в наспех собранных из ржавых листов железа хижинах, в шалашах, а то и просто лежали на брошенных на землю матрацах. Здесь и там горели костерки.

Нарг решил остановиться у внешней стороны стены, где посвободнее, хотя небольшие группы людей успели обосноваться и там.

Читса быстро развела костер. Нарг прилег рядом с невысоким пламенем, огляделся. Неподалеку возвышалась башня с автоматической пушкой. Была хорошо видна металлическая лента с заправленными в нее снарядами. Снаряды были черные, с желтой полоской. Лента уходила под броневой кожух – туда, где прятались зарядные механизмы. Такие башни стояли по всему периметру стены. Считалось, что они хорошо защищают от нападения рейдеров.

К костру подошел человек, присел на корточки, кинул несколько веточек в огонь.

– Тут со всей округи собрались люди, а город закрыл ворота, – сказал он так, будто продолжал прерванный разговор. – Говорят, ожидается нападение рейдеров.

– Они, – Нарг кивнул в сторону расположившихся неподалеку групп, – что-то не спешат укрыться за стенами города.

– За стеной не менее опасно, чем снаружи, – ответил незнакомец. – Если рейдеры нападут, они будут стрелять по городу, а не по нищим, которые разлеглись под его стенами.

– А они нападут?

– Обязательно. Все эти люди – беженцы. – Незнакомец огляделся. – Говорят, рейдеры движутся по пустыне несколькими группами.

– А мы ничего не заметили, когда шли сюда, – подала голос Читса.

– Вам просто повезло. Уже сейчас все дороги закрыты.

Незнакомец бросил еще пару веточек в огонь, потом поднялся и неторопливо зашагал дальше.

Нарг и Читса сидели у костра и смотрели в огонь, пока не задремали.

Рейдеры напали среди ночи. Проснувшийся от звука выстрелов Нарг поднял голову и увидел, что спаренная автоматическая пушка на вершине башни поворачивается вправо-влево. Время от времени из стволов вылетало пламя. Сверху падали горячие гильзы.

Судя по шуму, вокруг начиналась естественная для такой ситуации паника. Было ясно, что охрана города будет какое-то занята отражением нападения, поэтому теперь наступало самое подходящее время для реализации собственных планов. Нарг достал из сумки кошку. Острый тройной крюк был не больше кулака, но зато из прочной стали. Узлы на веревке помогали забираться. Нарг посмотрел наверх. Стена освещалась пульсирующим светом выстрелов пушек. Нарг забросил кошку. Крюк сразу зацепился за верхнее ограждение стены – там было протянуто что-то вроде колючей проволоки. Нарг забрался на стену. С высоты он увидел цепь наступающих рейдеров. Пустошь переливалась разноцветными огнями. От орудий на башнях тянулись тонкие красноватые лучики света – в прицелах использовалось лазерное наведение. Со стороны прерии посверкивали красные и зеленые лучи; рейдеры применяли лазерное оружие. Один из лучей с шипением воткнулся в стену недалеко от Нарга, и на землю посыпались кусочки бетона.

Нарг заглянул за стену. Там уже была территория внутреннего города. Виднелось что-то вроде сада – деревья и кусты, но этот сад утопал в полумраке, а еще дальше в окнах светились огни. Нарг осторожно перелез через проволоку, протянутую по верху стены, и присел на корточки. Потом оглянулся. Читса уже карабкалась на стену. Она тоже преодолела проволочную преграду, а затем спрыгнула на ту сторону. Нарг снова посмотрел вниз. С внешней стороны стены стоял незнакомец, который заговорил с ними вечером, и держался рукой за веревку. Он махнул Наргу рукой – спрыгивай, мол. Видимо, он тоже хотел побыстрее проникнуть в город. Нарг так и сделал: присоединился к поджидающей его Читсе.

Над стеной показалась голова незнакомца. Он так же внимательно осмотрелся, прежде чем вылезать на стену. Потом, забравшись, отцепил крюк, вытащил веревку и сбросил ее вниз к ногам Нарга. Затем спрыгнул со стены, но упал при этом на землю. Пока Нарг сматывал веревку, незнакомец встал и отряхнулся.

– Я знаю одного местного, – сказал человек. – Он держит здесь трактир. Надо бы зайти к нему.

– Нет, у нас свои планы, – ответил Нарг.

– Ну, как хотите. А то заходите в “Веселый Призрак”, спросите Тима Дженнингса. Это я, кстати. Ну, пока.

И Дженнингс ушел в темноту.

Если бы Нарг не уделял столько времени выпасу браминов, он должен был бы насторожиться. Почему незнакомец так торопился попасть в город именно сейчас? Какие последствия могла иметь эта встреча? Но Нарг не задумался над столь странным совпадением.

– А мы пойдем в бункер, – пробормотал он.

Рабочие помещения Волт Сити прятались под землей. Горожане, то ли из-за беспечности, то ли из-за нехватки людей, не выставляли охрану у входов. Видимо они считали, что крепких дверей будет достаточно. Нарг достал свой “джокер” – электронную карту, которая соединялась с компьютером при помощи плоского кабеля. Раскрытый ноутбук ожил и приготовился к работе. Немного подумав – для порядка – он выдал подходящую комбинацию кодов к электронному замку. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Нарг, когда-то работавший ремонтником в Волт Сити, успел изучить местную систему безопасности достаточно хорошо. И то, что сейчас металлическая дверь, перекрывшая вход в подземелье, с тихим рокотом уползла вверх, свидетельствовало лишь о том, что система безопасности еще не проходила модернизацию.

В подземных коридорах никого не было. Нарг быстро вел Читсу за собой. Они открыли наугад несколько дверей и, наконец, попали на какой-то склад.

– Одеваемся. – Нарг вытащил из кучи тряпья синий рабочий комбинезон.

В форменной одежде жителей Убежища они вполне могли сойти за своих.

Потом Нарг вывел Читсу к одной из дверей и предупредил:

– Делай вид, что мы тут работаем.

За дверью оказался коридор, по которому часто проходили люди. В конце коридора располагалась тяжелая дверь, прикрывающая вход в бункер.

В помещении бункера было много компьютеров. За столами сидели операторы.

– Отсюда они управляют городом, – шепнул Нарг в ухо Читсе. – Иди за мной.

В бункере остро ощущалось состояние тревоги. Наиболее оживленно было у терминалов, с которых управляли стрельбой орудий, расположенных по периметру стены. Люди в синих комбинезонах, столпились у терминалов, кричали и давали советы операторам. Операторы, разгоряченные боем, тоже кричали в микрофоны, отдавая распоряжения наружной команде обслуживания. Здесь было довольно шумно.

– Стреляй!

– В орудии пятнадцать-бис плохо работает сервомотор. Проверьте, что там!

– Заклинило ленту!

– Вышел из строя инфракрасный прицел. Включи подсветку.

– Патроны зря тратишь, патроны!

– Вон! Вон там рейдеры!

У других компьютеров людей было поменьше. Нарг направился туда, где людей меньше всего. Один из операторов повернул голову, посмотрел на него, а потом снова сосредоточил внимание на дисплее.

Нарг обратил внимание, что на экране одного компьютера, за которым не сидел оператор, оставалось меню от предыдущей работы. Нарг сел за этот компьютер. Пароль подбирать не требовалось, и Нарг сразу же приступил к делу. Убежище, над которым стоял Волт Сити, сохранилось лучше других, и его компьютеры хранили огромный объем информации. Читса наблюдала, как Нарг пытался разобраться в этом водовороте данных. Мелькали какие-то географические названия, имена людей, непонятные числа. Потом Нарг осторожно посмотрел по сторонам, и вытащил из сумки ноутбук и подключил разъем к компьютеру Убежища. Нарг держал ноутбук на коленях так, чтобы он был не очень заметен.

Тут Нарг обратил внимание на то, что шум, сопровождающий работу операторов, стал тише. Нарг осторожно оглянулся. Рядом с операторами появилась группа людей. Пришедшие были в форменных комбинезонах Убежища, а некоторые в бронежилетах. В центре группы стояла женщина в комбинезоне с множеством нашивок. Она была метиской – и поэтому трудно было уловить эмоции на ее лице. Но по выражению лиц окружающих ее людей нетрудно было догадаться, что начальница она строгая. Ее боялись. Линетта – Первый Гражданин и Президент Волт Сити. Именно ее стараниями город превратился в укрепленный район, который был не по зубам даже рейдерам.

Линетта подошла к монитору.

– Они все еще атакуют? – спросила она резким голосом так, как будто давно отдала приказ рейдерам прекратить атаки, и теперь удивлялась, почему ее распоряжение не выполнено.

– Да, у них большие силы вот здесь, – ответил оператор и показал схему на экране.

– У них лазерное оружие? – снова спросила Линетта.

– Есть, но маломощное. Нашим пушкам оно не повредит.

Впрочем, то, что рейдеры используют лазерное оружие, было видно и так. Экраны, подключенные к внешним видеокамерам, постоянно пересекались яркими линиями. Луч лазера нельзя увидеть, если он не направлен прямо в лицо, но в воздухе висело много пыли, которая делала луч видимым. Поэтому рейдерам не удавалось подойти к стенам незамеченными.

Линетта обернулась к своей свите.

– Старк, откуда они берутся, эти рейдеры?

Вперед вышел высокий парень в боевом доспехе. Ему захотелось улыбнуться, но он подавил в себе это желание.

– У них базы в горах на юге, – ответил он.

– Так надо уничтожить их там!

– Это невозможно, они уходят, если мы посылаем отряд. По слухам, где-то за Радиоактивной Пустыней есть город, где они живут.

– Они используют туннели?

– Возможно, ведь о них многие знают.

– Как вы оцениваете текущую ситуацию?

– Мы их отобьем.

– Хорошо, оставайтесь за старшего, – сказала Линетта. – Удачи.

Линетта удалилась со своей свитой. Старк сел к одному из терминалов.

За всем этим Нарг наблюдал вполглаза. Ноутбук на коленях перестал жужжать – данные были скопированы. Можно было уходить. Нарг неторопливо, чтобы не привлекать к себе внимания, двинулся к выходу. После того как он вышел наружу, за ним тенью выскользнула Читса.

В правительственной резиденции было выключено освещение, и не работали все теплоизлучающие механизмы, чтобы не привлекать внимания. Но люди трудились. Линетта сидела в своем рабочем кресле. Теперь ее не окружали подчиненные, они разошлись по своим местам. Перед правительницей стояло несколько таких же мониторов, как и в бункере. За ходом боя можно было наблюдать прямо из кабинета. Но Линетту сейчас интересовало другое. Она надавила кнопку переговорного устройства.

– Маклюр, зайдите ко мне.

Через минуту у входа в кабинет появилась фигура чиновника.

– Садитесь, Маклюр.

Человек прошел в полумраке через комнату и опустился в свободное кресло.

– Знаете, кого я видела сегодня в бункере? – спросила Линетта.

– Кого?

– Нарга. Он работает у нас?

– Нарг…

Линетта нажала кнопку на пульте, и один из мониторов показал внутренность бункера. Операторы все так же сидели на своих местах, а Старк что-то им говорил. Звуковой связи не было, так что понять смысл разговора было невозможно.

Линетта тронула еще одну кнопку, и камера стала поворачиваться. Но на том месте, где сидел Нарг, уже никого не было.

– Я видела здесь Нарга, – повторила Линетта. – Он был с какой-то девушкой. А наш агент, который возвращался сегодня с задания, сообщил, что в город нелегально проникли два человека: мужчина и женщина. И, что самое интересное, оба из дикарей. Странное совпадение, а?

– Сейчас проверим. – Маклюр подкатил кресло к компьютеру и что-то набрал на клавиатуре. На экране появилась таблица.

– Нет, – сказал он чуть погодя. – Нарг на нас не работает. Я слышал, он обосновался в НКР. Ловкий парень!

– Выясните это точно, Маклюр!

Советник вышел и вернулся через полчаса. Он снова опустился в кресло.

– Наш человек в НКР сообщил, что Нарг имел аудиенцию у президента Танди, а потом отправился с неизвестным заданием в неизвестном направлении.

– И куда же тетушка Танди отправила Нарга? – усмехнулась Линетта.

– Мы этого не знаем, – ответил Маклюр.

– Нарг, наверное, не успел покинуть Волт Сити, – предположила Линетта. – Направьте человека, чтобы он следил за ним.

– Хорошо. – Маклюр поднялся. – Мы узнаем, что ему нужно.

Остаток ночи Нарг и Читса провели под открытым небом, в одном из садиков, каких много на территории Волт Сити.

К утру бой стал затихать. Рейдеры отходили. Они должны были считаться с тем, что при свете дня могут появиться вертиберды, вызванные на помощь защитникам города. Тогда на равнине рейдеры оказались бы беззащитными. Не получив возможности захватить город с ходу, рейдеры были вынуждены отступить и подождать более благоприятного случая.

Нарг и Читса сняли комбинезоны, смешались с толпой людей и вышли через главные ворота. Их никто не остановил.

В предместье все еще было много народа. Все разговоры – только о ночном нападении рейдеров. Но уже стали формироваться караваны для отправки в другие города. Нарг медленно двигался в толпе, прислушиваясь к разговорам.

– Ну и куда мы теперь? – подергала его за рукав Читса.

– В Сан-Франциско.

– До Сан-Франа далеко.

– Да, если кончилась эта заваруха с рейдерами, мы найдем какой-нибудь караван.

Караван действительно удалось найти. Людям, уходящим из-под прикрытия стен города, было безопаснее двигаться большими группами, поэтому своих планов никто не скрывал. Наоборот, в каждый караван зазывали попутчиков.

Поэтому Нарг, услышав “Мы уходим в Сан-Фран”, быстро протолкался сквозь толпу к караванщику.

– Когда уходите?

– Сегодня в полдень.

– А вы не боитесь рейдеров? – вмешалась в разговор какая-то девушка.

– Рейдеры нападают ночью, а к ночи мы будем в Рино, – ответил караванщик.

– Вы в этом уверены?

– Уверены. Во всяком случае, хотелось бы надеяться.

– Я тоже пойду, – сказал Нарг. – Запомните меня.

– Хорошо, – согласился караванщик. – Только не опаздывайте, мы никого не будем ждать.

Нарг нашел укромный уголок рядом с одной из палаток.

– Сиди здесь и жди меня, – сказал он Читсе.

– А ты?

– Я постараюсь вернуться побыстрее.

Нарг ушел. Читса села на траву. На нее поглядывали, но никто не решился подойти и заговорить. Дикарская внешность и металлический блеск оружия служили хорошим барьером.

Нарг вернулся к главным воротам.

– Пропуск, – равнодушно, как автомат, сказал охранник. Это слово он произносил сотни раз за день. Для входа в город требовался пропуск, который выдавали далеко не всем.

Нарг отдал охраннику монету.

– В порядке, проходите.

В городе Нарг направился к хорошо известному ему зданию, которое можно было принять за гостиницу, если бы не решетки на окнах. Здесь жили так называемые “слуги” Волт Сити, хотя на самом деле они мало чем отличались от рабов. А все дело в том, что Волт Сити был сравнительно богатым и безопасным городом по сравнению с другими местами послеядерной Америки. И власти города пользовались этим. Тех, кто хотел жить в Волт Сити, размещали в этой “гостинице” и тренировали как обслуживающий персонал. Одновременно новички проходили здесь карантин. “Слуги” имели намного меньше прав, чем истинные “граждане”. Таким способом Волт Сити решал сразу две проблемы: ограничивал приток переселенцев и обеспечивал себя дешевой рабсилой. Попасть в “слуги” было непросто, но вырваться на свободу – не легче. Волт Сити не любил расставаться с теми, в кого вложил средства. Нарг вырос в вольной деревушке, затерявшейся в непроходимых горах, и вообще не мог понять стремления людей к такой жизни.

Офицер, заведующий Центром Распределения Слуг, знал Нарга как постоянного покупателя, поэтому разговор сразу перешел в деловое русло.

– Я возьму двоих, – сказал Нарг.

– Что у тебя?

Нарг вынул из кармана мешочек и высыпал на стол кусочки золота. Офицер достал из стола дозиметр и провел им над самородками. Радиоактивность была в норме.

– Годится. Кого возьмешь?

– Я иду в Сан-Фран. Это не близко, предупреди.

– Хорошо.

Офицер вышел. Среди “слуг” всегда оказывались люди, попавшие сюда по ошибке или по глупости, и хотевшие вырваться на волю. Это хорошо знали те, кто занимался воспитанием “слуг”. Поэтому в Центре Распределения им намекали, что в принципе есть возможность уйти, но… Обычно проблему решали деньги.

Довольно быстро офицер вернулся в сопровождении двух “слуг”. Это были мужчина и женщина в ветхой одежде. Видимо, они недавно попали в Волт Сити и не успели обзавестись приличными вещами.

– Вот эти, – сказал офицер, подталкивая невольников в сторону Нарга.

– Мне нужны сопровождающие до Сан-Франциско, – сказал Нарг спокойным ровным голосом, словно речь шла о покупке коробка спичек. – Оплата пятьсот монет. Когда прибудем в Сан-Фран, найдем вам какую-нибудь работу.

Нарг не собирался говорить им правду. Он справедливо полагал, что, услышав правду, люди ему не поверят и ни за что не согласятся идти с ним. Немногие отдают свои деньги, чтобы просто подарить свободу незнакомым людям. Так что тут требовалось ловко соврать.

Женщина растерянно посмотрела на своего спутника.

– А мы можем подумать? – спросил мужчина.

Нарг поглядел на табло, которое висело на стене. Часы показывали половину двенадцатого.

– Да, можете, – сказал он и уселся в ближайшее кресло. – Пятнадцать минут.

Пятнадцать минут еще не истекли, как оба – и мужчина, и женщина – согласились. Видимо перспектива жизни в Волт Сити показалась им менее привлекательной, чем перспектива путешествия в Сан-Франциско с новым хозяином. Офицер протянул Наргу бумаги, по которым всех троих могли выпустить из города. Золото уже давно исчезло в недрах его обширного стола.

– Пошли, – поднялся Нарг. – А то придется караван догонять.

Через ворота, ведущие из города в предместье, они прошли без проблем. Система, созданная Линеттой в Волт Сити, была хорошо отлажена и работала без сбоев, но только, видимо, иногда совсем не так, как первоначально задумывалось.

Широкие ворота предместья выпустили наружу еще один караван. Нарг шел какое-то время по дороге, а потом обернулся. “Я их сделал, – подумал он. – И еще потом сделаю!”

А в городе продолжалась своя жизнь. О нападении рейдеров напоминали только черные пятна на бетонных стенах. Одна автоматическая пушка была разрушена и свисала вниз с турели клубком металлических деталей и проводов. А так Волт Сити не понес значительного ущерба от нападения.

Караван быстро двигался по дороге. Повозки состояли, в основном, из старых автомобилей. Тянули их брамины, запряженные попарно, и весь обоз вытянулся по дороге на полмили. Большинство людей шло пешком. Ехать в повозке можно было только за плату. Нарг купил Читсе “спальное” место, и она задремала, свернувшись калачиком на соломе, – как-никак, всю предыдущую ночь ей пришлось провести без сна.

Солнце стояло высоко над прерией. Но все равно было прохладно. Над дорогой поднималась пыль. Впереди у каравана долгий путь. Чем он закончится, не ведал никто. Но люди знали, ради чего они рискуют. Сан-Франциско считался намного более крупным, развитым и богатым городом, чем Волт Сити.

Нарг осторожно пробирался через кустарник. Корпуса Исследовательского Центра Сан-Франциско прятались в густых зарослях колючих декоративных растений. Нарг и Читса отправились на охоту за информацией в китайском городе, и первой “жертвой” наметили именно Исследовательский Центр. Нарг мельком подумал о людях, которых он довел до Сан-Франа. Он вдруг вспомнил, что так и не узнал их имена. Когда караван вошел в город, Нарг (как большой босс!) расплатился со своими спутниками и дал им адрес заведения, где можно узнать насчет работы. Потом они расстались. “Они меня тоже, наверное, называли дикарем, когда я не слышал, – подумал он, тихо продираясь сквозь жесткие ветки. – А!.. Все равно я их больше не встречу!”

В баре Исследовательского Центра сидели профессор Кен Ли и доктор Фунг. Они пили кофе и закусывали пирожными. Кен Ли был руководителем Исследовательского Центра с момента его создания, то есть с того момента, когда у колонии Сан-Франциско появились достаточные средства, чтобы организовать научные исследования. Доктор Фунг слыл лучшим хирургом на континенте. В этом не было ничего удивительного, потому что большая часть континента лежала в развалинах, а хорошие врачи были еще только в Волт Сити, но они не могли поспорить в своем мастерстве с искусством китайского доктора. Фунг был доктором дважды: и по профессии, и благодаря ученой степени. Кроме того, он читал лекции студентам.

– Что вы думаете об этой чашечке? – спросил профессор Кен Ли.

– Мы научились делать неплохой фарфор, – ответил после секундной паузы доктор Фунг. – Не хуже, чем во времена древних императоров.

– Полностью с вами согласен, доктор, – сказал профессор Кен Ли. – Наша цивилизация возрождается!

– Да, не случайно в порту разрушенного Сан-Франциско первой всплыла именно китайская подводная лодка. Вы помните, профессор?

– Конечно! – оживился профессор Кен Ли. – Сколько сделано с того времени!

Доктор Фунг вновь наполнил свою чашку из кофейника.

– Я мечтаю о том времени, когда на побережье появится много китайских городов, – сказал он. – А потом мы вернемся на родину и восстановим все там.

– Мы обязательно сделаем это, – подтвердил профессор Кен Ли.

– А окрестные поселки нам не помешают?

– Нет! Пусть эти янки выращивают там кукурузу!

Ученые посмеялись. Потом профессор Кен Ли посмотрел на часы.

– Пора, – произнес он и поднялся.

За ним встал и доктор Фунг.

Ученые направились в восьмой блок Исследовательского Центра. В лаборатории яркий свет ламп отражался на стальных инструментах, разложенных на столах. Цветными огоньками переливались панели компьютеров. Доктор Фунг и профессор Кен Ли подошли к большому окну с толстым свинцовым стеклом, задерживающим излучение. За окном был виден операционный бокс. На столе лежало темно-фиолетовое тело ванаминго, освещенное бестеневыми лампами. Оно едва умещалось на столе, а длинные присоски даже свешивались со стола. Исследователям предстояло сегодня препарировать это тело. Один из отрядов охотников, промышляющих к северо-востоку от Сан-Франциско, привез его. Продать ванаминго они могли только в Исследовательский Центр, потому что больше никому это радиоактивное животное было не нужно. Но охотники знали, что в Исследовательском Центре хорошо заплатят, и поэтому пошли на такой риск.

Те, кто занимался изучением животных после Войны, всегда спорили о происхождении ванаминго. Некоторые считали их результатом мутаций, некоторые – бионтами, но никто не мог предположить, какое именно животное послужило прототипом. Если брать форму ног, шутили ученые, то страус, а если форму тела, то кальмар. Но, поскольку страусокальмары не водились на просторах Америки, биологам приходилось придумывать все новые теории. В организме ванаминго было обнаружено много радиоактивных элементов и тяжелых металлов. То, что для других живых существ означало смерть, у ванаминго составляло основу жизни. Это дало повод говорить о внеземном происхождении этих тварей.

Обычно встреча с ванаминго кончалась для людей смертью, тем более что ванаминго жили и передвигались стаями. Даже хорошее стрелковое оружие с трудом пробивало толстую шкуру этих зверей. Но на этот раз один экземпляр удалось добыть – и это была большая удача. Охотники доставили ванаминго в Исследовательский Центр еще живым, тяжело раненым. К телу чудовища сразу прикрепили датчики и, пока ванаминго жил, записывали сигналы его организма. Компьютер проанализировал эти сигналы. Такие биотоки не имели ничего общего с тем, что наблюдалось у известных животных. Поэтому исследователи вновь вспомнили об инопланетной теории.

В лаборатории все было готово для работы. Ученые надели халаты и маски. Им помогали две ассистентки, которые тоже были одеты в белые халаты, шапочки и маски. Одна из них отключила на пульте термостатику, и тушу ванаминго перестали обдувать струи холодного воздуха. Доктор Фунг, как практик, приступил к вскрытию. Профессор Кен Ли наблюдал. Шкура ванаминго оказалась настолько крепкой, что ее можно было разрезать только алмазным диском. Пила вращалась с высокой скоростью, и Фунг осторожно делал первый разрез. Из раны начала сочиться зеленоватая жидкость – очевидно, кровь ванаминго. В воздухе появился странный запах. Доктор Фунг поправил маску. Линия разреза становилась все длиннее, и тут пила провалилась и вошла глубже, зацепив мягкие ткани. С диска полетели зеленые брызги. Капли угодили прямо в лицо одной из ассистенток, повыше маски. Девушка сделала глубокий вздох, сдавленно вскрикнула и вдруг упала навзничь. Подруга даже не успела ее подхватить.

Кен Ли нажал красную кнопку на пульте. В дверях появились два человека – тоже в белых халатах и масках.

– Вынесите ее и пришлите дежурную ассистентку, – приказал Кен Ли.

Бесчувственное тело унесли. Через пару минут в дверях показалась новая девушка, тоже закутанная во все белое.

Дисковая пила в руках доктора Фунга жужжала. Вскрытие продолжалось. Одна из ассистенток принесла кюветы для препаратов. Другая навела и включила видеокамеру, чтобы запечатлеть процесс вскрытия. Профессор Кен Ли вел записи в блокноте.

Ученые, работая, не замечали, что через окно за ними следили. Дикарь из Арройо по имени Нарг внимательно оглядывал комнату. Правда, его интересовало не то, чем занимались исследователи, а компьютер, стоящий у стены. Нарг проследил, куда уходят линии связи от компьютера. И поскольку он был поглощен наблюдениями, то не замечал, что за ним тоже наблюдают внимательные глаза…

После работы доктор Фунг и профессор Кен Ли отдыхали и обсуждали проблему ванаминго.

– Нет, это существо не может быть мутантом, – говорил профессор Кен Ли, помешивая ложечкой кофе. – Мутант – это измененный организм, но все-таки похожий на другие. А здесь мы имеем дело с абсолютно уникальным бионтом.

– Так что же, следует принять инопланетную гипотезу? – спросил доктор Фунг. Он уже предвкушал, как будет рассказывать об этом своим студентам. Доктор Фунг не был лишен тщеславия.

– Да, вполне возможно, вполне возможно, – кивнул профессор Кен Ли. – Но предстоит многое выяснить. Как эти существа попали на Землю? Как приспособились к местным условиям?

– Они живут, в основном, под землей, – вспомнил доктор Фунг. Его лицо на миг приняло брезгливое выражение. – Живут как крысы, питаются всякой падалью как крысы, тащат все в свои норы как крысы. И, похоже, размножаются так же быстро.

– Как крысы? – переспросил профессор Кен Ли и от волнения поставил чашечку с кофе на стол, расплескав часть напитка. – Как крысы! Ну конечно! Они и есть инопланетные крысы. А следовательно… – тут он на секунду остановился, обдумывая выводы. – Следовательно, где-то был корабль, с которого сбежали эти крысы. Ведь крысы часто живут на кораблях, верно? Космический корабль!

– А может, не только был, но и есть! – поддакнул доктор Фунг, чрезвычайно довольный ходом мыслей коллеги.

– Значит, мы сможем его найти!

– Обязательно найдем, если он не улетел. А он, возможно, потерпел аварию, иначе бы эти “крысы” не разбежались.

– Я отдам распоряжение своим сотрудникам, – сказал профессор Кен Ли. – Но вы понимаете, доктор, что все это должно сохраняться в строгой тайне.

И доктор Фунг поклонился, выражая согласие со словами начальника…

Нарг так увлекся поисками коннектора для компьютера (он решил, что в таком месте обязательно должны быть выводы линий связи на улицу), что наверняка прозевал бы облаву, если бы не Читса. Она вовремя заметила полицейских. Те двигались цепью и, несомненно, кого-то искали. Ни Читса, ни Нарг не догадывались, что незадолго до этого в полицейский участок позвонил неизвестный и сообщил, что на территорию Исследовательского Центра, возможно, проникли шпионы. И довольно точно описал двух кламатских дикарей, не забыв добавить при этом, что дикари, наверное, хорошо вооружены. Соглядатай вел своих подопечных от самого Волт Сити и успел хорошо их изучить.

Зная подробности, полицейские не торопились. Они рассчитывали, что шпионы, если такие есть, сами обнаружат себя. Тем более что бежать дикарям было некуда: Исследовательский Центр стоял на берегу залива. К тому же, почти стемнело.

Читса подергала Нарга за рукав и молча показала ему на новую опасность. Две тени бесшумно нырнули в заросли кустарника.

Полицейские двигались достаточно густой цепью, и деваться Наргу и Читсе было некуда. Они заметили облаву слишком поздно, и теперь им оставалось одно – медленно отступать, стараясь, чтобы их не заметили. Так они пробрались к самой воде. В темноте можно было бы спасаться вплавь, но лезть в воду не хотелось. Вода в заливе была грязная и наверняка радиоактивная. Оставалось идти вдоль берега. Впереди они разглядели огни порта. Они быстро побежали вдоль берега, чтобы затеряться среди портовых строений. Но фигуры полицейских мелькали тут и там, так что очень скоро беглецы, отступая, добрались до причалов. Опять их прижали к воде.

Нарг и Читса крались по причалу и прошли его почти до конца. Справа плескалась черная вода, в которую очень не хотелось лезть. Слева обзор закрывала черная вытянутая тень – тут была пришвартована огромная подводная лодка. От нее исходил ощутимый шум, как будто внутри работал какой-то мощный механизм. Беглецы присели за кнехтом. Было видно, что первые полицейские уже спускаются на берег. В руках у них были фонарики, и круги света перепрыгивали с земли на воду и обратно.

У Нарга и Читсы оставался только один путь для отступления. К носовой части лодки был переброшен трап, а дальше светился проем люка. Охраны не было. Нарг перебежал по трапу и заглянул внутрь. Не увидев никого поблизости, он махнул Читсе рукой. Через мгновение она была рядом с ним. Две фигуры нырнули в плохо освещенное нутро лодки. По причалу уже шли полицейские.

Беглецы спустились по узкой лесенке в грузовой отсек подлодки. Нарг никогда не был на таких странных кораблях, но это его нисколько не смутило. Металлические джунгли мало чем отличались от обычных. И те, и другие таили в себе неизвестную опасность. И здесь, и там не существовало прямых путей, зато требовалось бороться за свою жизнь. Наргу часто приходилось ходить по подземельям: шахтам, подземным горизонтам военных баз, убежищам. Он не боялся заблудиться. Полагаясь больше на инстинкт, чем на знания, он двигался вперед. Чрево железного корабля хранило следы так же хорошо, как лесная чаща. Отпечатки подошв на полу, брошенные или забытые вещи, запахи. Нарг выбирал путь, где меньше всего ощущалось присутствие человека, где на дверях, рукоятках и трубопроводах сохранялось больше пыли. Наконец, беглецам удалось спрятаться достаточно надежно: за какими-то ящиками в огромном полутемном отсеке. На всякий случай Нарг проверил индикатор радиоактивности. Здесь радиации не было. Все в порядке. Спрятались, как кротокрыссы в норе.

Шум, разносившийся по отсекам, заставлял их прислушиваться. Лодка дышала как исполинское животное. Шипел воздух, раздавался какой-то скрип. Эхо приносило отзвуки голосов. А когда слышался звук шагов, Нарг и Читса затаивали дыхание. Если бы у Нарга было больше опыта в морском деле, он бы понял, что субмарина готовится к отходу от пирса. Но он это понял, когда зашумели машины, а корпус корабля дрогнул.

Нарг обернулся к Читсе.

Она сидела на корточках и смотрела на него расширившимися глазами. На коленях у нее лежал пистолет-пулемет.

– Зачем ты меня сюда привел? – шепотом спросила она.

– А куда нам было деваться? – так же шепотом спросил Нарг.

Читса ничего не ответила. Да, действительно, деваться было некуда. Она вообще не любила города.

Нарг устроился рядом с ней, и так они сидели бок о бок, вслушиваясь в звуки работающих механизмов. Пол начал покачиваться сильнее – лодка выходила в открытое море. Потом послышалось громкое шипение, гул, а через некоторое время все звуки стали глуше – подводный корабль нырнул на глубину.

Теперь надо было что-то делать. Интуиция подсказывала Наргу, что такой большой корабль ушел в плавание надолго. Возможно, пройдет несколько дней, прежде чем он снова зайдет в порт. Значит, надо было как-то устраивать свою жизнь на это время.

– Ну, что будем делать? – спросил он Читсу.

– Надо выяснить, что здесь и как, – подумав, ответила она.

– Что выяснить?

– Знаешь, – сказала Читса, – на кораблях обычно бывают пассажиры. Если здесь есть пассажиры, надо попробовать найти их. Было бы неплохо затеряться среди них.

– Попробуем, – решил Нарг.

Он оставил Читсе свою винтовку и рюкзак, спрятал Пустынного Орла под куртку. Осторожно выглянул из-за ящиков, а потом двинулся вперед по проходу, стараясь не шуметь. За люком был коридор, по которому они пришли сюда, а дальше виднелись другие люки. Нарг осторожно шел вперед.

– Эй, ты что тут делаешь? – раздался у него над ухом хриплый голос, и кто-то с силой хлопнул его по плечу.

Нарг замер, а потом обернулся. Перед ним стоял здоровенный тип, явно из команды. На голове у него была грязная морская фуражка, а лицо покрывала густая рыжая борода. Там, где бороды не было, проглядывала примерно такого же цвета кожа – обгоревшая на солнце и обветренная. Одет он был в резиновые сапоги и комбинезон. Незнакомец был на голову выше Нарга.

Нарг стоял и молчал.

– Что делаешь тут, я спрашиваю? – проревел великан.

Не получив ответа, он окончательно разозлился.

– Пошли! – он толкнул Нарга в том направлении, куда, по его мнению, надо было идти. – Пошли, пошли! Ну, дикари! Кого у нас только нет!

Они шли по длинному проходу.

– Кстати, я боцман, и зовут меня Хауэл. Запомни, Хауэл! – гудел над ухом Нарга бородач, распространяя запах перегара. – Здесь командую я, а ты делаешь то, что я прикажу! По лодке не шляться, вентили не крутить, задрайки не трогать, в гальюне воду спускать, сам будешь гальюн чистить, когда придет твоя очередь…

Он говорил таким тоном, как будто в сотый раз повторял давно заученный урок.

За новым люком оказался просторный отсек, где находилось много людей. В отсеке были горой навалены ящики, мешки, бочки. Люди как муравьи суетились вокруг этой кучи, переносили грузы и складывали в аккуратные штабели. На высоте, по металлическим направляющим, двигался небольшой портальный кран.

– Иди, давай работай! Нечего по кораблю шляться! – великан толкнул Нарга в спину. – Кстати, я боцман, и зовут меня Хауэл. Запомни, Хауэл! Здесь командую я! Ну, дикари!..

Наргу ничего не оставалось, как присоединиться к работающим. Впрочем, он был рад, что все обошлось, и его приняли за своего. Правда, надолго ли?

Работы было много, и часы летели незаметно. Заодно наемники знакомились друг с другом. Многие перебрались в Сан-Фран из дальних поселений, и вид у них был достаточно экзотический, так что внешность Нарга никому не бросалась в глаза. Постепенно, из разговоров, он выяснил кое-какие подробности. Подводная лодка называлась “Великий океанский дракон”, управлялась китайской командой и шла с грузом в Тайбей. “Это на большом острове”, – сказал кто-то. Где находится этот остров, Нарг, как и большинство его спутников, представляли плохо. Нарг сначала боялся попасть впросак из-за незнания морских порядков, но потом понял, что случайных людей здесь достаточно много. Для неквалифицированной работы вербовали падкий на деньги сброд, который всегда ошивался порту.

Дело нашлось всем, и Нарг работал наравне с другими. Он растерялся только один раз, когда боцман приказал ему принести сизальский канат. Нарг не знал, что это такое. Но потом он догадался пойти в другой трюм и спросить у китайцев. Во вспомогательной команде было много новичков, и невежество бродяги не удивило матросов. Они показали ему, где лежит канат. Нарг приволок на плече тяжеленную бухту троса.

После работы Нарг пошел со всеми, слегка приотстав, и таким образом нашел жилой отсек. Тут ему пришлось немного понаблюдать и определить, какая койка никем не занята, после чего он расположился на ней, как будто так и надо. В этом отсеке обосновались только наемники. Команда лодки жила отдельно и состояла целиком из китайцев, и только Хауэл был, наверное, единственным некитайцем среди них. Капитан подлодки был и вовсе существом мифическим – никто из простых работников его не видел.

Потом прозвучал сигнал, и Нарг вместе со всеми пошел на ужин. Кормили здесь не так уж плохо. А поскольку еду экономить он умел, дикарю не составило труда припрятать несколько кусочков для Читсы.

После ужина боцман никого не оставил в покое, и каждому нашлось задание. Но для Нарга это было огромным облегчением. Его уже запомнили, приняли за своего, звали по имени. И теперь он был готов работать даже круглые сутки, лишь бы не раскрылся его обман.

Когда появилось свободное время, Нарг пробрался к Читсе. Она неплохо устроилась в грузовом трюме, а Нарг натаскал ей всякого тряпья, чтобы устроить постель. Старой бесхозной одежды в трюмах было навалом.

Шло время. Нарг работал и изредка навещал Читсу. Если бы он не вел подсчет дням, то ни за что не поверил бы, что прошло уже больше двух недель. Все дни были похожи. Но на шестнадцатый день отсеки лодки наполнил громкий шум. Субмарина всплывала. Лодку сильно тряхнуло, когда она появилась на поверхности, а после этого пол перестал быть твердой опорой. Видимо, волны снаружи были не слабые. Читсу начало тошнить. Нарг сначала перепугался и полез в рюкзак за лекарством от лучевой болезни, а потом сообразил, что это от качки. Самому Наргу довелось плавать только один раз в жизни – на старом танкере. Он не знал, что существует такая штука – морская болезнь.

Прошло еще несколько часов, прежде чем лодка пришвартовалась. Открыли люк. Внутрь пахнуло свежим воздухом, от которого все успели отвыкнуть. Работяги в трюме заволновались.

Береговых салаг сразу отпустили на берег, выдав им часть жалования. Люди, одуревшие в замкнутом пространстве от запахов масла, краски и железа, рвались на свежий воздух. Не отпустить их было нельзя. У лесенки, ведущей к люку, выстроилась очередь. Вездесущий боцман командовал и здесь.

– Сходите, промочите горло, но чтобы через три часа были тут! – орал боцман, награждая ближайших к нему тумаками в спину. – Живей шевелитесь! Чтобы все были здесь обратно! Мы будем грузить чумизу! И не забудьте, меня зовут Хауэл! Будете возвращаться назад, скажете вахтенному, что вы к Хауэлу!

Пользуясь всеобщей суматохой, Нарг пробрался к Читсе. Пора было делать ноги.

– Уходим, – сказал он только. И так все было ясно.

Быстро собрали вещи. Читса накинула и застегнула робу, подняла капюшон. В таком виде она мало чем отличалась от любого наемника. Она пристроилась в очередь к люку, а вплотную за ней шел Нарг, следя за тем, чтобы длинная снайперка не слишком выпирала из-под одежды. Так они выбрались на причал.

Сначала им показалось, что они никуда не уплывали из Сан-Франциско. Порты везде одинаковы. Но потом они увидели, насколько этот город отличался от тех городов, к которым они привыкли. Это был какой-то другой мир.

Пройдя вперед, они увидели людей. Несколько вооруженных охранников блокировали проход. Работники, отпущенные на берег с лодки, выстроились в очередь, и их пропускали на территорию порта по одному, предварительно обыскивая.

Ситуация странно повторялась. Только вместо одетых в синюю форму полицейских Сан-Франа здесь стояла цепь из людей в полувоенной форме цвета хаки. Все они были вооружены карабинами.

– Не нас ли ищут? – задал сам себе вопрос Нарг.

– Очень может быть, – откликнулась Читса.

– Хей, вы тоже нелегалы? – раздался голос.

Нарг обернулся. На ящиках сидел мальчишка-китаец в грязной заплатанной куртке. Судя по всему, он бродяжничал, не был вооружен, и неприятностей от него ждать не приходилось.

– Пожалуй… – дипломатично ответил Нарг. – Мы только приехали и не знаем здешних порядков… А ты что тут делаешь?

Мальчишка спрыгнул с ящиков.

– Они заставят меня работать на полях, – кивнул он в сторону вооруженных людей. – А я не хочу!

– Так ты тоже от них прячешься?

– Конечно! Пойдемте, я покажу безопасное место.

– Идем, – согласился Нарг. Выбора все равно не было.

– Кстати, меня зовут Хо, – сказал мальчишка и решительно протянул руку.

Нарг пожал замызганную руку и назвал себя. Читса тоже представилась.

Хо привел их в полуразрушенный пакгауз. Здесь действительно нетрудно было спрятаться. Каждый устроился, как ему было удобно, и некоторое время вся троица сидела молча. Сквозь проломы в стенах начал проникать красноватый свет – солнце садилось. Хо встал, подошел к выходу и какое-то время наблюдал. Потом вернулся назад.

– Никуда они не ушли, – сказал он. – Придется ждать.

Стемнело.

– Они будут обыскивать порт, – сообщил Хо. – Долго прятаться тут нельзя.

– А здесь можно попасть на какой-нибудь корабль? – шепотом спросила Читса.

– Запросто! Пошли, я знаю, где это! – Хо спрыгнул с ящика.

Нарг и Читса переглянулись, но пошли за мальчишкой. Даже в темноте он прекрасно ориентировался. Впрочем, темноты особой не было. В порту тут и там светили яркие прожекторы, превращая ночь в полусумрак.

Хо привел их на берег. Здесь у причала стояли небольшие суда. Людей не было видно.

– На них ходят за рыбой, но сейчас не сезон, – объяснил Хо. – Штормы.

– А других кораблей здесь нет? – спросил Нарг.

– Кроме того, на котором приплыли вы, нет, – ответил Хо.

– Понятно…

– Я бы взял вот этот, – махнул рукой Хо в сторону одного суденышка. – Это мотобот.

Где-то вдалеке перекликнулись голоса. Размышлять было некогда. Трое беглецов прыгнули на палубу.

Мотобот имел длину около пятидесяти футов. Нарг и Читса растерянно стояли на палубе, не зная, что предпринять. Из всех троих Хо оказался единственным, кто хоть что-то смыслил в морских делах. К счастью, суденышко было пришвартовано кормой, так что достаточно было перерезать канаты, чтобы слабый ветерок, который дул с берега, начал относить мотобот в море.

– Давай, крути, – Хо указал Наргу на ручку парусной машинки.

Нарг, поднатужившись, крутил ручку. Металлический трос скрипел, и стаксель, колыхаясь, лез вверх. Потом парус поймал ветер и выгнулся дугой. Корпус бота сразу накренился и двинулся вперед. За бортом зажурчала вода. Потом по указке Хо Нарг и Читса вдвоем крутили другую машинку и с трудом подняли тяжелый грот. Хо стоял у штурвала и управлял. Но опыта у него было мало, и паруса несколько раз заполаскивали. Но все-таки, судно вышло в океан. Когда бухта осталась позади, кораблик начало бросать на волнах. Ветер задул сильнее, и скорости прибавилось.

Так они шли всю ночь. Яркая луна освещала им путь. Хо был за капитана, а Нарг и Читса сидели у борта и ждали его команд. Наутро все поняли, что сил больше нет, и надо отоспаться. Поэтому у штурвала теперь стояли по очереди. “Вахтенный” вел суденышко по прямой – все равно, куда – лишь бы ничего не случилось. Но постепенно у дилетантов начал накапливаться опыт.

Три человека осваивали кораблик, который волею случая оказался в их руках. Несколько кают, в которых оставались вещи экипажа, и трюм, провонявший рыбой. В машинном отделении находился дизель. Его удалось запустить только на следующий день. Тут уже командовал Нарг – он разбирался в двигателях лучше своих спутников. Точнее, он из всех троих был единственный, кому приходилось иметь дело с моторами.

Паруса убрали. Нарг перерыл все вещи в каютах и нашел старую карту. Теперь можно было заняться навигацией. В сущности, море – та же прерия, только вместо холмов – волны. Нарг сидел в рубке, рулил и ломал голову над картой. Читса взялась за приготовление еды. Хо нашел в рундуке леску с крючками и теперь пытался поймать какую-нибудь рыбу, используя в качестве приманки кусочки вяленого мяса. Мотобот медленно полз вперед по бескрайнему океану.

Нарг не знал, где они находятся, но у него был компас. Нарг нашел на карте Тайбей и определил направление, в котором сейчас двигался их кораблик. Получалось, что надо изменить курс к югу, чтобы идти в направлении на Сан-Фран. Нарг измерил по карте расстояние между Тайбеем и Сан-Франциско и удивился. Получалась какая-то невообразимая цифра. Если представить, сколько им еще придется проплыть, то лучше сразу поворачивать обратно.

Он поделился своими соображениями с Читсой. Идея вернуться ей не понравилась, но и плыть просто так вперед было рискованно.

– Ты проверь сначала, сколько у нас топлива, – посоветовала она.

Нарг почесал в затылке. Действительно, как он сам не додумался до такой простой вещи. Горючее могло закончиться в любой момент.

Он отправился в машинное отделение, отвинтил крышку топливного бака и опустил туда металлический прут. Потом вытащил и отметил уровень горючего. Вечером повторил измерение. Топлива стало меньше – двигатель расходовал его. Теперь надо было определить, на сколько суток хватит запасов горючего. Нарг засел за вычисления. Получалось, горючего хватит, но в обрез. Если учесть, что прикидки бывают ошибочными, могло не хватить. Правда, еще оставались паруса.

Посовещавшись, троица решила продолжить путешествие, тем более что за прошедшие дни ничего плохого не случилось. Воды тоже было в обрез, но зато Хо удалось поймать несколько рыбин. Их проверили на радиоактивность, и они оказались вполне съедобны. По меркам людей, привыкших выживать в прерии, этого было достаточно, чтобы жить и на море.

Путешествие продолжалось. Несколько дней прошли без происшествий. Путешественники спали, отбывали вахты. На руле можно было стоять, не опасаясь столкнуться с другим судном. Океан был пустынным. Но можно было столкнуться с островом.

В один из дней небо стало затягиваться тучами. Когда пошел дождь, собрали воду, растянув на палубе небольшой запасной штормовой парус. Вода была чистая. Ее даже не надо было проверять на радиоактивность. После ядерной войны небеса очистились первыми, и люди не боялись использовать дождевую воду.

Еще через несколько дней по левому борту открылся остров. Это был остров архипелага Бонин, но Нарг не знал этого.

Всем захотелось подойти к земле. Пейзаж зеленого берега неожиданно напомнил путешественникам, насколько опасным может оказаться их плавание. Вдруг захотелось почувствовать под ногами твердую почву. А кроме того, была необходима вода и еда. Но высаживаться на незнакомый берег было страшновато. Команда корабля состояла из двух капитанов и кока. Собравшись втроем и посовещавшись, они решили, что надо, все-таки, высаживаться.

Нарг, хоть никогда и не управлял судном, понимал, что причаливание к дикому берегу – дело намного более сложное и опасное, чем отход от причала в порту. Посоветовавшись с Хо, он решил подходить к берегу на самой малой скорости.

Хо стоял на носу, смотрел в воду и изредка командовал:

– Правее! Левее!

Наконец, судно ткнулось корпусом в песчаное дно. До берега оставалось около ста футов. Нарг выключил двигатель.

– Надо бросить якорь, – по-капитански распорядился Хо.

Якорь они, затратив немало усилий, отдали. Но будет ли якорь держать, никто из них не имел ни малейшего представления. К счастью, ветер дул в сторону острова, и не мог отнести мотобот в море. А Нарга не оставляло нехорошее предчувствие.

– Надо сходить на берег и вернуться побыстрее, – сказал он.

– Хорошо, – откликнулся Хо.

Мальчишка взял две канистры для воды, Нарг – винтовку и мешок. Читсу оставили сторожить мотобот.

Спрыгнув в воду, Нарг и Хо побрели к берегу.

Выйдя на песок, они осмотрелись, и, не обнаружив подозрительных следов, углубились в чащу. Ручей нашли довольно быстро. Хо остался наполнять канистры, а Нарг пошел дальше.

Снайперская винтовка оказалась необычайно удобной для охоты. Без особых усилий Нарг подстрелил несколько крупных птиц и какого-то зверя, похожего на маленького молерата. Но это был не мутант. Нарг вырезал ножом кусочек мяса, попробовал и решил, что оно пригодно в пищу. Мешок наполнился быстро, и Нарг вернулся на берег. Там его уже поджидал Хо.

Ветер изменил направление, и волны стали круче. Было видно, как корпус мотобота мотается вверх и вниз. С палубы им махала Читса.

Нарг и Хо двинулись к кораблю. Теперь идти было сложнее, потому что они несли груз, а волны иногда накрывали их с головой. Но они дошли до прыгающего на волнах борта и передали наверх все свои вещи. Потом влезли сами.

Когда выбрали якорь, а Нарг запустил двигатель на реверс, суденышко медленно попятилось от берега, опасно раскачиваясь с борта на борт. Но, когда взяли нужный курс и набрали скорость, качка стала меньше. Хо стоял у штурвала и что-то насвистывал.

Нарг вывалил на палубу свои трофеи.

– Какие перья! – удивилась Читса, рассматривая птиц.

– Еду лучше запасти впрок, – сказал Нарг.

– Закоптим, – согласилась Читса.

Весь день из камбуза доносился запах дыма и копченого мяса.

А так на столь маленьком суденышке заняться было нечем, и скука начала овладевать путешественниками. Читса, наконец, задала вопрос, который волновал их всех:

– Сколько дней еще?

– Не меньше недели, – подумав, ответил Нарг.

Одинаковые дни и ночи сменяли друг друга. И снова на горизонте появился остров.

Нарг и Хо к этому времени уже чувствовали себя опытными морскими волками. Посовещавшись над картой, они решили, что это могут быть Гавайи.

– Подойдем поближе к острову, – решил Нарг.

Когда мотобот приблизился к острову, на берегу появились фигурки людей. В бинокль было видно, что они кричали и размахивали руками. Потом от берега по направлению к боту пролег дымный след, и ракета, попав в воду, взорвалась недалеко от борта. Бот сильно качнуло. Нарг круто повернул штурвал и направил мотобот в сторону от острова.

– Не будем высаживаться? – выглянула из камбуза Читса.

– Негостеприимные аборигены, – ответил Нарг.

– Браконьеров не любят, – подытожила Читса и скрылась за дверью.

И снова потянулись одинаковые дни. Только один день запомнился им. Тогда все было как обычно. Ветер дул ровный, двигатель остановили, чтобы не расходовать горючее. Подняли паруса.

Хо делал сразу два дела – забрасывал удочку и следил за курсом. Он специально встал к кормовому штурвалу, чтобы иметь возможность порыбачить.

Нарг и Читса сидели в каюте. Было тихо, только вода журчала за бортом, да поскрипывал корпус. Но Читса обладала очень чутким слухом. Ей показалось, что на палубе что-то произошло, и она выглянула из каюты. И тут же заметила, что Хо нигде нет.

– Нарг!!! – завопила она. – Нарг! Где Хо?

Нарг тоже выскочил на палубу. Мальчишки нигде не было.

– Хо пропал!

Им было невдомек, что их рулевой по глупости намотал толстую лесу на руку. Пока приманка тащилась за бортом, Хо другой рукой крутил штурвал. Но рыбаку слишком повезло. Мощный рывок сдернул его с палубы прежде, чем он успел что-либо предпринять. Он даже не догадался крикнуть. Сильная рыбина утащила Хо на глубину раньше, чем он смог размотать шнур.

Пока Нарг и Читса осматривали поверхность воды и решали, что делать, в трех сотнях ярдов от мотобота показалась голова Хо. Мальчишка жадно хватал ртом воздух. Потом его закрыло волной, и он пропал из виду. Но Нарг успел заметить его. Он круто повернул штурвал, чтобы развернуть бот, но забыл о парусах. Судно стало бортом к ветру, и ветер, выгибая паруса, едва не положил суденышко на бок. Наргу пришлось вывернуть штурвал в обратную сторону, приводя судно к ветру – еще немного, и они бы точно перевернулись. Только потом Нарг догадался убрать грот. Опыта работы с парусами у него не было, машинка для подъема и спуска парусов была ржавая, и неизвестно, сколько времени бы ему потребовалось, чтобы в одиночку развернуть бот и подойти к человеку в воде. Читса мало чем могла ему помочь. Но, к счастью, Хо неплохо плавал, и не стал дожидаться, пока его спасут. Он изо всех сил поплыл к боту. Пока Нарг возился с парусами и штурвалом, Хо был уже у борта. Читса кинула ему веревку, и Хо быстро вскарабкался по ней на палубу.

Он помог Наргу восстановить прежний курс и закрепить паруса.

– Что с тобой произошло? – спросил Нарг, когда все было закончено.

– Рыба попалась большая, – невозмутимо ответил Хо, лизнул кровавую ссадину на руке и пошел в камбуз сушиться.

Читса стояла на корме и крутила пальцем у виска.

Через три дня благоприятный ветер стих, и Нарг попытался запустить двигатель. Но дизель, чихнув и выпустив из трубы клуб черного дыма, заглох. Нарг попробовал снова включить его, но движок не хотел работать.

Когда пришло время обеда, Читса нашла Нарга сидящим у двигателя. Нарг перепачкался маслом, вокруг лежали инструменты. Нарг задумчиво глядел на мертвый дизель.

– Ну что, не будет работать?

– А, пропади оно все пропадом! И ведь совсем немного осталось!

– Ну, ничего, ветер будет.

– Да когда он еще будет…

Кораблик едва покачивался на слабой волне. Ветра не было. Жгучее солнце освещало бесконечную водную гладь, на которой затерялась лодочка с провисшими парусами. Нарг сидел на крыше рубки и смотрел вверх.

Но к вечеру задул слабый ветерок. Нарг и Хо решили, что их суденышко медленно дрейфует к американскому берегу. Они обнаружили на карте синие стрелки, расположенные там, где вода, и догадались, что так обозначено океанское течение.

Делать им было абсолютно нечего, и каждый убивал время, как мог. Читса подолгу загорала на палубе. Именно она и заметила эту штуку. Штука была треугольная и блестящая, и она не была похожа на вертиберд. Она летела по небу, оставляя за собой белесый след. Читса крикнула, и Нарг выбежал посмотреть.

Штука летела ровно, по прямой, причем совершенно бесшумно. Солнце отблескивало на коротких крыльях. Скоро странный аппарат скрылся за горизонтом. Потом послышался гул двигателей. Вслед за летающей штукой промчались два вертиберда, но они двигались медленнее, и не могли ее догнать.

Читса с удивлением смотрела вдаль, хотя небо давно уже было пустым.

– Как ты думаешь, что это было? – наконец спросила она.

– Не знаю, я таких никогда не видел, – отозвался Нарг.

Нарг и Читса обернулись к Хо, но тот сделал вид, что внимательно рассматривает что-то у горизонта.

– Я читала когда-то, – сказала Читса, – что до Войны были такие самолеты, которые могли летать в космосе. Может быть, когда была война, они улетели на Луну, а теперь возвращаются?

– А может это инопланетяне?

– Ну да, кто их видел?

– Ведь эта штука летела снижаясь? Но она не упала в воду?

– Ну и что?

– Так ведь берег, наверное, уже близко. И вертиберды далеко от берега не летают…

– А откуда ты знаешь?

– Знаю. Нам рассказывали.

Прошло еще три дня. Погода испортилась. Нарг и Хо уже не сидели без дела, а бегали по мотоботу. Надо было откачивать воду, которая поступала в трюм, следить за парусами, чтобы их не порвал ветер. Точнее за одним парусом, потому что второй был уже порван, и его пришлось срезать. Небо закрыли темные тучи.

Наверное, из-за туч они и прозевали приближение берега. Земля на горизонте была почти не заметна. Ее обнаружили, когда она была уже совсем близко. Мотобот несло на мелководье. Кораблик налетел на гряду камней и застрял. Удар был такой силы, что корпус сразу дал трещину. В каютах на полу появилась вода. И вдобавок в помещениях появился едкий запах солярки. Горючее вытекало из бака.

Оставаться на суденышке, которое могло в любой момент развалиться или вспыхнуть, больше было нельзя, тем более что до суши оставалась какая-нибудь пара сотен ярдов. Но когда путешественники попытались добраться до берега, то едва не утонули. Оружие и вещи тянули на дно. Вдобавок Нарг тащил парус, взятый “на всякий случай”. Волны не давали идти, толкали людей на камни, сбивали с ног. Иногда кто-нибудь проваливался с головой на глубоком месте, и его приходилось вылавливать буквально за волосы. Жизнь трех человек висела на волоске. К берегу вышли, крепко держа друг друга за одежду.

На берегу рос кустарник, поэтому все, не сговариваясь, бросились разжигать костер. Веток навалили побольше, чтобы пламя быстрее высушило одежду.

Начал накрапывать дождь. Уходить от огня никому не хотелось, поэтому сделали просто – рядом с костром растянули на кольях парус, еще мокрый и тяжелый, и забрались под него как под навес. Сидели, дрожали и пытались согреться.

– Интересно, куда мы попали? – спросила Читса.

– Завтра разберемся, – вздохнул Нарг. – Жаль, компьютер залило водой.

– А ты по звездам умеешь? – поинтересовался Хо.

– Нет. А ты?

– Нас учили когда-то… Да я все забыл.

– Ничего, если мы на континенте, то найдем дорогу.

– Как?

– Есть много примет. Брошенное жилье. Кое-где сохранились опоры линий электропередачи, а на них бывают таблички с надписями, – принялся объяснять Нарг. – Караванщики хорошо знают такие ориентиры. Есть и дороги, в конце концов.

– А если мы на каком-нибудь острове?

– Это хуже.

– А ты как думаешь, Хо? – вклинилась в разговор Читса.

– А чего тут думать, – ответил Хо. – Вон там лежит пустая бутылка из-под кока-колы. Значит, мы в Америке.

– Эти бутылки валяются везде, – усмехнулся Нарг. – Уж я-то знаю…

– Вы, наверное, нелегальные торговцы? – предположил Хо.

– Нет, мы следопыты, – сказал Нарг.

– Следопыты?..

– Мы путешествовали, но нам не повезло, – заметил Нарг.

– А почему вы путешествуете? – спросил Хо.

– Понимаешь, людей из нашей деревни угнали в рабство, – соврала Читса. – И мы хотим их найти. Говорят, что есть какой-то город работорговцев…

– Говорят…

– Ты что-нибудь знаешь об этом? – спросил Нарг.

– Знаю я одну историю, – лениво протянул Хо. Но глаза его блеснули.

– Расскажи, – попросила Читса.

– Однажды на Землю прилетели инопланетяне, – начал Хо. – Они хотели завоевать всю планету, но людям удалось засечь их радаром и подбить их корабль. Он опустился в страшной радиоактивной пустыне, в которую никто никогда не заходил. Уцелевшие инопланетяне выбрались из корабля и скрылись. Они стали жить тайно, под землей, и люди почти ничего не знали о них. Но иногда, – Хо сделал страшные глаза, – иногда они встречают людей, пугают или съедают их. Так они мстят людям за то, что не удалось завоевать их планету. Поэтому про инопланетян рассказывают самые страшные истории. А корабль в пустыне долго стоял заброшенный. Но однажды мимо проходил караван работорговцев. И предводитель каравана разглядел в бинокль корабль и заинтересовался, что это такое. Когда работорговцы проникли внутрь корабля, они поняли, какие сокровища он содержит. Там было невиданное оружие и всякие необычные механизмы. Тогда работорговцы решили овладеть кораблем, и заставили рабов построить рядом целый город. Где этот город – страшная тайна. Рабы, которые строили город, часто умирали, потому что ветер приносил радиацию из пустыни. А лекарства от радиации строили дорого, и работорговцы тратили их только на себя. Зато они продавали инопланетное оружие и на эти деньги покупали новых рабов. А однажды с очередной партией рабов в этот город попал китайский мальчик. Он поклялся сбежать оттуда и сделать так, чтобы всех рабов освободили. И ему удалось бежать. Работорговцы разослали своих агентов повсюду, чтобы найти его, но ему удалось скрыться так, чтобы его никто не нашел. А через несколько лет, когда он вырос, его уже трудно было узнать…

Хо так увлекся своим рассказом, что, когда остановился, обнаружил: его друзья уже крепко спят.

Утром стали разбираться со спасенными вещами. Компьютер не работал, его требовалось основательно просушить. Вяленое мясо размокло, и Читсе пришлось заново коптить его над костром.

Берег был основательно захламлен. В основном, это были предметы, выброшенные океаном. Но люди, похоже, здесь не появлялись. Путешественники решили идти на восток, чтобы поискать какие-нибудь признаки цивилизации, о которых говорил Нарг. И действительно, вскоре на горизонте замаячило поселение. Оно состояло из нескольких десятков конусных укрытий, напоминающих древние вигвамы. Когда группа подошла достаточно близко, навстречу двинулись обитатели этого поселка. Лица их были размалеваны красными и желтыми полосами. Набедренные повязки из шкур не вязались с ботинками армейского образца, одетыми на босу ногу.

– Или охотники на скорпионов, или людоеды, – заметил Нарг и снял с плеча винтовку.

– Людоеды, – определила Читса, сморщив нос. – Вот кто настоящие дикари!

Путешественники пошли в сторону от поселка.

Людоеды двигались за ними, не отставали, но и не приближались.

– Они не решатся напасть, – успокоил Нарг.

– Это же дикари, пристрели их, – предложил Хо.

– Не буду я в них стрелять, – мрачно ответил Нарг. – Не могу.

Он остановился, повернулся к преследователям и помахал в воздухе винтовкой. Потом поочередно ткнул дулом винтовки в сторону каждого из дикарей. Жесты его были настолько красноречивы, что с этого момента расстояние до людоедов мало-помалу увеличивалось. Аборигены еще какое-то время следили за путешественниками, а потом отстали.

Весь день путешественники шли по пустынной прерии. Когда солнце склонилось к горизонту и начало греть спину, впереди появились поля.

Посадки кукурузы тянулись, наверное, на несколько миль. На краю поля стояла повозка. Она была сделана из старого ржавого автомобиля, у которого был срезан верх. В повозку был запряжен упитанный брамин. Обе головы тянулись к желто-зеленым листьям кукурузы, которые быстро исчезали в ненасытных глотках.

У повозки неторопливо работал человек. Судя по одежде, фермер. Он сваливал на подводу стебли кукурузы и приминал их, чтобы влезло побольше. Повозка была уже почти полностью загружена. Человек осмотрел внушительную груду растений, достал веревку и несколько раз перевязал груз.

Потом он, видимо, решил, что сделано достаточно, чтобы можно было передохнуть. Воткнул вилы в землю и присел в тени, опершись спиной на колесо своей “телеги”.

Читса оторвалась от бинокля.

– На вид вполне безобидный работяга, – сказала она.

Нарг, который лежал рядом в зарослях кукурузы, покачал головой.

– Я бы не стал торопиться с выводами. Наверняка он живет здесь не один. И наверняка здесь есть охрана. Знаешь, обычно в такие места никто не заходит. Разные люди здесь живут.

– Но мы не можем прятаться тут до бесконечности.

– Ладно, попробуем подойти поближе.

Фермер спокойно отреагировал на их появление. Лицо у него было огрубевшее, в глазах пряталась темнота. Трудно было понять, рад он пришельцам или нет.

– Мы никому не желаем зла! – громко издалека произнес Нарг. – Наше оружие разряжено. Мы ищем приюта!

Это была обычная формула приветствия, которой обменивались путешественники, и Нарг решил не отступать от правил.

Фермер подвигал плечами.

– Если не желаете, то все нормально, – неторопливо произнес он.

Гости подошли поближе. Все размышляли, как завязать разговор.

– У вас большая ферма, – наконец похвалил Нарг.

– Вот, урожай собираем, – ответил фермер, показав на поля.

– Сложно, наверное, тут работать? – спросила Читса.

Фермер хмыкнул.

– Я недавно нашел одну старую книгу по сельскому хозяйству, – сказал он. – Просто жуть, до чего много было всяких правил. У сейчас все просто, лишь бы вода была.

Видимо, фермер решил, что гости достаточно заинтересовались его бизнесом, поэтому он снизошел до более подробных объяснений.

– Воду мы выкачиваем из-под земли. Сложнее всего с водой. А уж когда урожая дождешься, только успевай вывозить. У нас здесь кукуруза, съедобные кактусы, бобы. Чего сами не съедим, брамины сожрут.

– Но вы и продаете, наверное? – поинтересовалась Читса.

– А как же, – ответил фермер. – Ведь и нам надо товары покупать. Сюда караваны часто заходят. Вам, кстати, чего-нибудь не нужно?

– Нам нужна информация, – объяснил Нарг. – Нужен кто-то, кто очень хорошо знает эти земли.

Фермер помолчал, размышляя. Потом посмотрел на солнце, которое медленно ползло по небу к закату.

– Может вам с призраками поговорить? – наконец предложил он.

Нарг поморщился, но ничего не сказал.

– Да ты их не бойся, – продолжил фермер, – они, хоть и мутанты, а зла людям не делают. Под землей живут. Торгуют с людьми. Но к ним ночью надо идти, днем они гостей не пускают.

– Как же мы туда попадем?

– Ладно, я вас отвезу. За два доллара.

– Хорошо, – ответил Нарг.

– Вот кукурузу вывезу, разгружу и вас потом отвезу. Ждите меня здесь.

Фермер щелкнул бичом, и двухголовый брамин потащил повозку по дороге.

Солнце припекало еще достаточно сильно, и в воздухе носился пряный аромат кукурузной зелени. Путешественники прошли к краю поля. Под ногами хрустели сухие стебли. Неподалеку от поля находился навес, сколоченный из посеревших от времени и дождей досок. Под ним располагались стол и скамья, а рядом лежали сельскохозяйственные инструменты. Хо остался бродить по полю, а Нарг и Читса устроились под деревянным навесом. Читса придвинулась к Наргу так близко, что ее светло-карие глаза показались ему оранжевыми.

– Почему нас все называют дикарями, крыссик? – проворковала она.

Нарг растерялся.

– Мы не похожи на других… – предположил он.

– Как ты думаешь, если все жили в Убежищах, а потом вышли оттуда, то откуда появились дикари?

– Мы хотели выжить, и нам это удалось. В горах мы живем не так, как они в городах.

– Ты прав, мы дикари, но существовать как-то надо.

– Почему как-то? Я вот живу в городе, и неплохо.

– Нарг, люди опять примутся за старое.

– Ничего, у нас есть свой мир.

– Где он, этот наш мир?

– Ну, хотя бы в Арройо.

– Ты сам себе противоречишь.

Нарг не ответил.

Когда солнце наполовину скрылось за горизонтом, снова показалась повозка фермера.

– Ну, садитесь! – крикнул он, когда подъехал ближе.

От сидений автомобиля почти ничего не осталось, только металлические каркасы, но в повозке была предусмотрительно навалена солома, чтобы было удобно сидеть. Брамины вытянули повозку на пустошь. Мерно поскрипывали колеса. Вдоль дороги тянулись пологие холмы. Неожиданно раздался громкий крик какой-то птицы. Хо оглянулся. Нарг и Читса по привычке подняли оружие. Щелкнул предохранитель.

– Не бойтесь. Здесь у нас все тихо, – не оборачиваясь, сказал фермер. – Призраки следят.

Они ехали какое-то время молча. Стемнело. Потом выглянула луна.

От нечего делать Нарг взялся размышлять. Он начал думать над тем, что его беспокоило. И постепенно безотчетная мысль приобрела четкость и образность. Лицо фермера – вот что его беспокоило. Какое-то оно было странное, неживое. И глаза тоже были неживые – как стеклянная имитация. Вначале Нарг не обратил на это внимание, но теперь представил это со всей определенностью.

“Неужели маска? – подумал Нарг. – Черт побери! Тогда, кто же он?..”

– Да, я призрак, – не оборачиваясь, сказал фермер. – Здесь живут только призраки, как вы нас называете…

Читса беспокойно пошевелилась.

– Читать мысли не так уж сложно, мисс, – заметил призрак. – В конце концов, даже если просто внимательно смотреть человеку в лицо, тоже можно угадать.

Снова появились поля. Приглядевшись, Нарг заметил фигуры, двигающиеся вдоль борозд. Это и были призраки. Они могли работать ночью. Свет луны для них был то же самое, что для людей свет солнца.

Нарг слышал о них и знал, что это мутанты. К тому же, они так долго жили под землей, не выходя на поверхность, что глаза их сделались очень чувствительными к свету. Эти люди, потому что их, все-таки, можно было назвать людьми, прекрасно видели ночью, зато яркое солнце слепило их. Поэтому днем их поля оставались необитаемыми, а основная работа выполнялась ночью.

– Все, приехали, – сказал фермер-призрак. – Не знаю, кто вы такие, но ответы на некоторые свои вопросы вы получите.

Вход в жилище призраков вел под землю. Путники двигались за своим провожатым и вскоре очутились в просторном полутемном зале.

У стола стоял другой призрак, без маски.

– Вот, Вегейр, я привел их, – кивнул на пришельцев фермер-призрак. И добавил теперь уже для гостей: – Это Вегейр, наш лидер.

– Распорядись, чтобы включили дополнительное освещение, – приказал Вегейр. – Пусть нашим гостям будет удобно.

“Фермер” ушел. Вегейр достал из кармана очки с затемненными стеклами.

Когда вспыхнул свет, гости смогли получше рассмотреть лидера призраков. Он был высок, строен и уверен в себе. На первый взгляд, призрак выглядел как обычный человек, только очень бледный. Но потом различия становились более заметными. Лицевые мышцы у призрака имели другую форму и располагались несколько иначе, отчего лицо приобретало какое-то жестко-отрешенное выражение, как будто призраку были неведомы человеческая мимика и эмоции.

– Итак, ты Нарг, а это твои спутники, – определил Вегейр. – Не удивляйся. Все что ты можешь сказать, мне известно, так что лучше тебе послушать, что скажу я. Да, теперь на Земле живут самые разные расы. Мы все оказались в одинаковом положении, потому что многое приходится начинать с нуля. Но посмотрите, как по-разному наши народы ведут борьбу за свое выживание. У людей опять появилось рабство, это что, такая закономерность? Ты прав, конечно, если хочешь помочь людям, но ты один ничего не решишь. Впрочем, пытайся, и другие последуют твоему примеру.

Вегейр подошел ближе к Наргу.

– В твоих поисках мы вряд ли поможем тебе, – Вегейр слегка развел руками, как бы извиняясь. – Но ты правильно поступил, что пришел сюда. Здесь ты увидишь то, что ожидает Землю в будущем. Это будущее за нами, а не за мутантами, когтями смерти или, извини, людьми. Да, мы не выдержим и пяти минут на солнце, но это ничего не значит. К яркому свету можно приспособиться. Зато мы хорошо видим в темноте, читаем мысли и не боимся радиации. Когда-нибудь мы расселимся по всей земле, а пока я покажу вам наши достижения. Это будет лучше всяких рассказов.

Вегейр повел своих гостей на экскурсию. Под землей раскинулся настоящий город. Часа два гости обходили жилые зоны, хранилища и подземные мастерские. В оранжереях росли растения, которым было достаточно минимума света. Особенно много выращивалось грибов. Везде работали призраки. Вегейр охотно давал пояснения. Наконец, открыв очередную дверь, он провел своих гостей к подземному озеру. Оно было действительно огромным. В подземной полости, где оно находилось, не было темноты. Вода озера слегка светилась, и этого было достаточно, чтобы разогнать мрак. Под сводами пещеры раскатилось эхо – где-то заработали мощные механизмы. Вегейр и тут разъяснил:

– Мы откачиваем отсюда воду и очищаем от радиации. Неподалеку есть другая пещера, где тоже есть озеро, но уже с чистой водой. Вода – это наш бизнес. Мы ее используем для своих полей и продаем.

Вегейр позволил гостям поглядеть на поверхность воды еще пару минут, а потом предупредил:

– Пойдемте. Здесь нельзя долго оставаться.

Они вернулись в зал для приемов.

– До восхода солнца еще несколько часов, и мы можем подвезти вас. Если нам понадобиться ваша помощь, сможем ли мы рассчитывать на вас, Нарг?

– Да, конечно…

– Я так и думал. Я вас запомню.

На поверхности их поджидал все тот же призрак в образе фермера.

– Ну, поехали, что ли, – сказал он, когда гости уселись в его повозке. – Вы не обижайтесь, все-таки мы другие.

Когда небо на востоке начало светлеть, повозка остановилась.

– Ну все, слезайте, – распорядился призрак.

Потом обратился к Наргу:

– Дай-ка твою карту.

Нарг протянул ему карту.

– Сейчас вы вот здесь, – призрак отметил на карте место. – Ну, прощайте. Будете проходить мимо, заходите в гости. И товары приносите, мы торговлю уважаем.

Он дернул вожжи, развернул повозку и уехал.

Нарг развернул карту. Крестик отмечал место, где призрак оставил их. Нарг прикинул: отсюда до Арройо было около ста двадцати миль по прямой.

Весь день они держали направление по компасу. Дорога была удобной, и группа шла быстро, но к вечеру Нарг стал жаловаться на усталость.

– Остановимся, – предложила Читса.

Нарг согласился. Все равно скоро предстояло устраиваться на ночлег. Нарг решил насобирать какого-нибудь топлива для костра, но вдруг почувствовал, что не сможет больше сделать ни шагу.

– Что-то расклеился я, – признался он.

– Тогда посиди, а мы с Хо чего-нибудь приготовим, – сказала Читса.

Нарг сел на землю и оперся спиной на рюкзак.

Читса и Хо отправились собирать ветки для костра. Когда они вернулись, то сразу заметили, что с Наргом что-то не так. Он лежал навзничь и вздрагивал, как будто на него плескали холодной водой. Глаза его были закрыты.

Темное вечернее небо прерии внезапно окрасилось багровыми тонами. Поднялся ветер. Наползли черные тучи, казалось, они опускаются все ниже и скоро коснутся земли. Из туч начали выныривать и падать к земле черные птицы. Нарг не боялся этих птиц, но решил на всякий случай убежать в надежное укрытие. Сухая трава хрустела под ногами, а справа и слева по траве пробегали огненные полосы, как будто кто-то разливал в траве смолу и поджигал. Впереди показалась пропасть. Через нее был перекинут мостик, и Нарг, не задумываясь, перебежал на другую сторону. Но он чувствовал, что птицы уже где-то рядом, за спиной. Он побежал дальше, но дорогу ему преградила новая пропасть. На ту сторону тоже вел мостик, и Наргу ничего не оставалось, как пробежать по нему. Потом он понял, что очутился в местности, изобилующей разломами. Казалось, трещинам в земле не будет конца. Нарг подбежал к очередной трещине и увидел, что мостик через нее – без перил. Он ступил на него и неожиданно для себя сорвался в бездну.

Падая, он барахтался в черной пустоте, и каким-то вторым зрением ему виделись горящие дороги и горящие деревья вдоль дорог. Потом из пустоты появилась огромная мохнатая морда. Нарг хотел закрыть глаза, но не мог. “Мы не виноваты!” – послышался голос. Последнее, что увидел Нарг – стены храма, уходящие в небо.

– Нарг, Нарг, приди в себя! – тормошила его Читса. Она не замечала, как слезы текут у нее по щекам.

Но Нарг не слышал ее. Тогда она бросилась к рюкзаку. Вылила в котелок всю воду из фляжки, достала мешочек с травами и бросила горсть сухих листочков в воду. Это было лучшее средство от злых духов, вселившихся в человека. Под котелком она зажгла несколько драгоценных таблеток искусственного топлива – не было времени разводить костер.

Таблетки горели ровным зеленоватым пламенем, которое освещало землю на пять футов вокруг. Скоро вода в котелке закипела. Читса бросила в воду порошок, который должен был усилить действие зелья.

Хо сел на корточки и начал что-то шептать. Со стороны было такое впечатление, что он произносит заклинания или молится.

– Да прекрати ты, помоги остудить питье! – закричала Читса.

Хо покачал головой и продолжил размеренно бубнить.

Читса окунула пальцы в горячую воду и провела мокрые полосы по щекам Нарга. Потом смочила ему и губы. Нарг что-то пробормотал.

Читса просунула ему руку за спину и заставила сесть. Нарг открыл глаза.

– Вот, выпей, – Читса отхлебнула зелья, убедилась, что оно достаточно остыло, и протянула ему котелок.

Нарг послушно выпил зелье. Глаза его ничего не выражали.

– Где птицы? – спросил он.

– Это все в прошлом, – мягко ответила Читса.

– Или в будущем! – неожиданно подал голос Хо.

– Хочу спать, – Нарг снова опустился на траву.

Ночью Читса и Хо караулили по очереди. Место было крайне неудачное, потому что свет костра могли заметить издалека. Вдобавок, дежурному постоянно приходилось бегать за ветками и сухой травой, хороших дров здесь не было, и костер постоянно гас. Но проводить ночь в прерии без огня никто не хотел – хищные животные обязательно учуяли бы людей и не побоялись бы напасть. Маленький крысс с ядовитыми зубами или детеныш радскорпиона могли принести больше бед, чем банда бродяг.

Наутро Нарг проснулся и понял, что чувствует себя намного лучше. Он заявил, что надо без промедления идти к деревне.

Когда путешественники приблизились к подножию гор, и начался подъем, появились первые деревья. Потом лес стал гуще, и Нарг с Читсой повели Хо по едва приметной тропинке. Здесь уже начинались владения племени Арройо. Читса собирала цветы, которые росли под деревьями.

Впереди появились холмики, сложенные из камней. Вблизи они оказались могилами. Читса разделила букет надвое и положила цветы на могилы Старейшины и Хаккуина, последнего шамана племени. Так уж повелось, что все, кто возвращался в деревню, клали цветы или какие-нибудь амулеты на эти могилы.

– Кто это? – спросил Хо.

– Ну, понимаешь, – попыталась объяснить Читса, – это наши учителя. Они управляли деревней, когда мы были еще детьми.

– А мой учитель похоронен далеко отсюда… – Хо опустил голову.

– Где?

– В городе работорговцев.

– В Волт Сити, что-ли? – спросил Нарг.

– Нет, не в Волт Сити. Там, где живут настоящие рейдеры.

– Что?! – Наргу показалось, что он ослышался.

– Есть такой город. О нем почти никто не знает, потому что все, кто попадает туда, или работорговцы или рабы. Но я сбежал оттуда.

– Почему же ты раньше не рассказал нам?!

– А вы не спрашивали.

– Давай отойдем в сторону.

Нарг уселся на траву и раскрыл свой компьютер.

– Ну, показывай, где это, – предложил он, морщась от боли в голове, и вызвал на экран карту.

Хо вгляделся в картинку, подумал.

– Можешь показать на карте, где это? – повторил Нарг.

– Ну, точно я не знаю…

– Где ты первый раз встретился с работорговцами?

– Вот где-то здесь, – ткнул пальцем Хо. – Наш караван захватили.

– А куда вас потом повезли?

– Я не знаю, нам завязали глаза. Но солнце грело вот сюда. – Хо похлопал себя по голове где-то между затылком и левым ухом.

Нарг прикинул направление. Линия упиралась в большую не закрашенную область на карте, которую все называли Радиоактивной Пустыней. Об этих местах ни у кого не было сведений, потому что люди там не появлялись – слишком опасно. Что на самом деле там находится, не знал никто. Но Нарг уже принял решение. Ему казалось, что нельзя терять ни минуты.

– Читса, мы пойдем туда! – сказал он. – Надо же, столько искать, а надо было просто спросить этого мальчишку…

– Никуда мы не пойдем! – взорвалась Читса. – Ты болен и бредишь, и мы пойдем в деревню! Ты сейчас и мили не протянешь!

По правде сказать, Нарг и сам понимал, что находится в таком состоянии, что идти долго сможет. Поэтому, поспорив еще немного для порядка, он вынужден был согласиться:

– Ладно, пойдем в деревню.

Нарг отломал себе большую палку и медленно пошел вверх по склону. “Как старик”, – с недовольством подумал он. Чтобы развеяться, он стал расспрашивать Хо о подробностях спасения из плена. Наконец, путешественники достигли деревни, точнее, узкого подвесного моста через пропасть, за которой располагалась деревня Арройо. Путешественников встретили стражи, а через несколько минут вся деревня знала, что на родину вернулись люди из племени.

Деревня пряталась среди деревьев, стволы которых выдавали их возраст. Эти деревья росли здесь несколько веков. Зато и листьев над головой было много. Путешественники сложили свои вещи под одним из деревьев. Нарг присел на траву. Чувствовал он себя отвратительно.

– Хо, пойдем со мной, – позвала Читса.

Она привела его к пещере, которую охранял воин с копьем.

– Хей, Марон, – поздоровалась Читса. – Мне нужна палатка Нарга.

– Вы уже в одной палатке спите? – ухмыльнулся парень.

Читса молча врезала ему ногой в живот. Охранник охнул и осел на землю. Хо рассмеялся. Тут Читса испытала укор совести.

– Извини, Марон, – сказала она. – Мы только что пришли и не успели разуться…

Читсе было неловко, что она поспешила с дракой, потому что крепкие ботинки с металлическими шипами, в которых она путешествовала, не очень подходили для “общения” с соплеменниками. В деревне все ходили босиком, но, уходя в другие земли, одевали крепкую обувь. По старой памяти она начала вести себя как дикарка.

Марон сидел на земле и что-то бормотал.

Читса и Хо вошли в пещеру. Здесь хранились вещи ушедших из деревни. Читса отыскала большой тюк. Это была палатка и пожитки Нарга. Вдвоем с Хо они выволокли тяжеленный сверток наружу и отнесли туда, где было удобно поставить палатку.

Палатка была сшита из шкур гекконов и разукрашена узорами. Обычно в такой палатке жили два-три человека. С помощью кольев и растяжек Читса и Хо установили палатку и перенесли в нее вещи. Подошел Нарг.

– Спасибо, друзья, – сказал он, зашел внутрь, упал на постель и уснул.

Читса расстелила еще несколько шкур.

– Будешь жить здесь, – объяснила она Хо.

– О-кей, – согласился Хо.

Читса кивнула ему и отправилась устраиваться на ночлег. Ей было лень ставить свою палатку, и она пошла в гости к одной из своих подруг. Кроме того, она сама очень-очень устала.

За два дня Нарг отдохнул и успел осмотреть всю деревню. За время его отсутствия в ней, конечно, кое-что изменилось. Но деревня все равно осталась деревней. А потом пошел дождь, и аборигенам пришлось отсиживаться в укрытии. Нарг прикатил в свою палатку камень, выдолбленный изнутри так, что получился небольшой очаг. Приладил трубу, сделанную из старого куска жести, обмазал стыки глиной и разжег огонь. В палатке сразу стало тепло.

– С огнем веселее, – одобрительно высказался Хо.

Так, видимо, думали и другие, потому что скоро в палатке у Нарга собралось много гостей. “На огонек” заглянул старейшина племени Хигон. В углу устроился Минган и раскурил свою трубочку. Пришла и Читса с подругой. Соплеменники ждали рассказа о путешествии.

Нарг постарался удовлетворить их любопытство, опуская кое-какие детали.

Потом разговор коснулся банд, которые бродили по пустошам, и которых боялись все оседлые жители.

– Мы снимаем на ночь мост, – сказал Хигон. – Но сможем ли мы и дальше оставаться в безопасности?

– Бандиты могут прилететь и на вертиберде, – заметил Минган.

– В горах вертиберд не сядет, – возразила Читса.

– Все равно. Придумают что-нибудь еще.

– Бандитов становится все больше, – подтвердил Нарг. – Теперь у них есть новое оружие. Пистолеты, которые стреляют светом.

– Мы и так знаем об этих пистолетах, – сказал Минган. – Они называются “мазерные” и их делают в НКР. Верно?

– Да, да, конечно, – сказал Нарг. Спорить ему не хотелось. – Но пока мы не найдем и не уничтожим город работорговцев, всегда будет существовать опасность.

– Если я правильно понял, Нарг, именно тебе поручили это дело? – поинтересовался Хигон.

– Да.

– Это могло бы прославить наше племя, но один ты не справишься.

– Я же не говорю, что буду воевать против работорговцев, – возразил Нарг. – Важно найти этот город, а в городах войск и так хватает.

– Ну, и как же ты собираешься искать? – усмехнулся Минган.

Нарг достал из рюкзака и развернул большой лист бумаги. Это была схема. Все придвинулись поближе.

– Я нашел это в шахте Реддинга, – сказал Нарг. – Я долго не мог понять, что это такое, а потом понял.

– Какой ты умный!

– Не в этом дело. Многие знают, что после Войны остались подземные туннели, которые тянутся на много сотен миль. Хо мне рассказывал, что по такому туннелю он сбежал из города работорговцев. Но где он вышел на землю, не помнит. А на этой схеме как раз изображен туннель.

– Из шахты можно попасть в туннель? – спросила Нола, подружка Читсы.

– Нет. Эта схема была у штейгеров, чтобы выработка случайно не наткнулась на туннель. Понимаете? Шахта и туннель рядом. Все это есть на плане. Это небольшой кусок, конечно. Но там должны быть какие-нибудь входы.

– А вдруг это не тот туннель? – предположила Читса.

– Значить будем искать другой. Но проверить-то надо.

Следующее утро выдалось солнечное и прохладное. Нарг понял, что оставаться здесь дольше не сможет. Он начал собираться в дорогу. У его палатки опять появились соплеменники. Подошел старейшина.

– Я бы мог отправить с тобой наших воинов, – в раздумье сказал он.

– Нет, они не смогут мне помочь, – вздохнул Нарг. – Да здесь они нужнее.

– Я пойду с ним, – сказала Читса.

– Хо пойдет со мной, – ответил Нарг.

– Ты не имеешь права брать его с собой, Нарг, – заявил Хигон.

– Он уже взрослый, – возразил Нарг.

– Тогда пусть пройдет испытание!

– Он вообще не из нашего племени.

– Каждый, кто отправляется в путь из нашей деревни, должен пройти испытание, – упорствовал Хигон.

– Он не знает наших законов и вообще он не готов, – вмешалась Читса.

– Нет, я пройду испытание, – сверкнул глазами Хо. – Наш народ не хуже вашего!

В толпе послышались смешки.

– Хигон, отправь его в Храм, – раздались голоса. – Пусть он покажет, на что способен!

– Да будет так, – Хигон поднял руку, и вокруг стало тихо. – Он отправится в Храм в полдень.

Толпа разошлась. Племя занялось своими обычными делами.

У Хо оставалось совсем немного времени, чтобы подготовиться, тем более, что брать с собой что-либо ему не разрешалось.

Это время он провел, забрасывая камешки в старый кувшин, который валялся на окраине деревни. Нарг сидел рядом. Разговаривать не хотелось.

Подошел воин с копьем.

– Хо, тебе пора.

– Удачи, – произнес Нарг. – Это трудное испытание.

Хо поднял вверх большой палец:

– Я проходил и не такие!

В храме, куда попал Хо, было сумрачно и сыро. Копье, которое ему вручили перед входом, было тяжелое, и он перехватил его поудобнее. Хо попытался сообразить, какие испытания уготованы ему, и решил, что это, скорее всего, будет сражение с какими-нибудь животными. Это лучше всего соответствовало психологии дикарей, с которой он уже успел познакомиться. Хо усмехнулся, вспомнив, что в его родном городе испытание означало сдачу экзаменов в школе. Впрочем, в числе предметов были и боевые искусства.

Хо так задумался, что почти прозевал встречу с первым радскорпионом. Мутант полз почти бесшумно, но был достаточно массивным. Его загнутый хвост оканчивался жалом, которое покачивалось на уровне лица человека. Хо размахнулся и ткнул скорпа копьем в голову. Тотчас же вперед метнулось жало, но копье оказалось длиннее. Наконечник копья не причинил животному никакого вреда. Но копье не позволяло скорпу приблизиться достаточно близко для удара, и Хо удавалось держать его на безопасном расстоянии. Потом Хо выбрал момент и ударил еще раз, посильнее. На этот раз ему удалось пробить панцирь скорпиона, и животное забилось в предсмертных судорогах. И тут же Хо разглядел еще трех скорпионов, которые быстро ползли к нему! Надо было что-то срочно предпринимать. Хо огляделся, и тут же обнаружил решение своей проблемы – выступ стены, который находился на высоте примерно шести футов. На этом выступе мог удержаться человек. Хо подбежал к стене и, прислонив к выступу копье, взобрался по древку наверх. Копье хоть и прогнулось под его тяжестью, но выдержало. Хо еще не успел утвердиться на узком карнизе, как почувствовал, что копье кто-то сильно дернул, да так, что оно чуть не выскользнуло из руки. Повернувшись, он увидел внизу радскорпионов. Один из них и схватил клешней копье за древко. Но теперь уже Хо был хозяином положения. Мутанты ничего не смогли с ним сделать, и были достаточно глупы, чтобы оставаться у стены. Хорошенько прицелившись, Хо поочередно пригвоздил всех троих к полу. Под неподвижными тушами расплылись маслянистые бурые пятна.

Хо спрыгнул с карниза и пробежал вглубь галереи, пока еще какие-нибудь твари не перерезали ему дорогу. Он переходил из зала в зал, удивляясь размеру Храма, и, наконец, попал в его центральную часть. Здесь сводчатый зал освещался окнами, устроенными по всему периметру стен. В зал можно было попасть через несколько коридоров. Посередине зала зиял провал. Хо огляделся по сторонам и подбежал поближе к краю провала. Он увидел огромный колодец, который, казалось, пронизывал толщу горы, на которой стоял Храм. Из глубины колодца доносилось журчание воды.

Внезапно Хо почувствовал резкую боль в ноге и инстинктивно отскочил в сторону. Только потом он заметил, что рядом стоял мантисс. Хо слышал о них, но только теперь ему довелось увидеть это создание вблизи. Никто не знал, какое насекомое послужило прототипом для этой твари, но мантиссы были достаточно опасными мутантами, о которых ходили противоречивые слухи. Тонкие ножки и крылья травянисто-зеленого цвета подрагивали обманчиво безобидно. Да, один мантисс был не слишком опасен, но стая могла легко закусать человека до смерти. О мантиссах обычно рассказывали всякие страшные истории. Но мантиссы были примитивны и умели нападать только на то, что движется.

Мантисс уже изготовился для новой атаки. Хо, схватив копье обеими руками, ударил им мантисса сбоку, как дубинкой. Мантисс не удержался на краю и улетел прямо в колодец. Но к месту схватки уже спешили его сородичи.

Хо с большим трудом отбивался от них, отступая к стене Храма. Там его хотя бы его не смогли бы окружить со всех сторон. Тщедушные твари были опасны именно тем, что в них было трудно попасть. Хо замучился, орудуя копьем. Его путь отступления был отмечен цепочкой зеленых трупиков. Хо очень устал, но с каждым убитым мантиссом его задача упрощалась. “Это только большие насекомые”, – подбадривал он себя. В конце концов, он расправился со всеми. И как будто в насмешку над его усилиями, из ближайшей галереи выскочили сразу два радскорпиона.

– Ах так! – закричал Хо, и, бросившись навстречу скорпиону, изо всей силы ударил его копьем.

Острие вошло скорпиону точно между глаз, и мутант сразу утратил свои воинственные намерения. Но это усилие забрало последние силы Хо. Копье вдруг показалось ему необычайно тяжелым, а перед глазами появился какой-то серый туман. Хо отступал, выжидая удобный момент, а оставшийся скорпион, наоборот, нагло лез вперед. Хо ударил его несколько раз, но без результата. Тварь не желала отступать. Хо почувствовал спиной холод камня – он дошел до стены. Только тут он понял свою ошибку, потому что копьем теперь было не размахнуться. Хо держал его теперь обеими руками перед собой, а это было неудобно. В отчаянии он оглядывался по сторонам, ища выход из неприятной ситуации, но вдруг заметил, что радскорпион повел себя как-то странно. Мутант сбавил темп и даже как будто бы в нерешительности остановился. Потом сделал шаг назад и снова замер. Казалось, он чего-то боится. Хо не знал, сколько продлится это оцепенение, поэтому быстро сделал два шага в сторону, как учили на занятиях, повернулся и ударил копьем сбоку. Бок у радскорпиона не был защищен панцирем, удар попал в цель, и хищник тяжело осел на пол. Его загнутый хвост поник.

Хо перевел дух и убедился, что радскорпион мертв.

– Это был последний. Можешь считать, что прошел испытание, – раздался вдруг тихий голос за спиной.

Хо быстро оглянулся. Невдалеке стоял худенький малорослый старичок. Он был одет в какой-то невзрачный серый балахон. Седые лохмы торчали во все стороны, а в глазах старикашки читалась хитрость.

Хо подошел к нему. “Шаман”, – отметил он про себя.

– Я не из Арройо, нет, – угадал его мысли старичок и хихикнул. И добавил повелительно, вдруг сделавшись серьезным: – Иди за мной.

Ослушаться его Хо не посмел. Старик повел его по галерее, и вскоре Хо увидел провал в стене.

– Иди вперед, – скомандовал старик.

Они вошли в полутемный коридор, пробитый в скальном грунте. Хо услышал шум, обернулся и увидел, как вход медленно закрывает каменная плита. Незнакомец вывел его к другому выходу, который находился уже вне Храма, на каменной площадке. Хо огляделся. Здесь склон горы образовывал своеобразную складку, которая закрывала обзор, и из-за этого создавалось впечатление, что площадка находится на краю ущелья. Гора была сплошь покрыта зеленью, и Хо показалось, что он мог бы даже дотянуться копьем до листвы деревьев на противоположном склоне.

– У племени Арройо хороший Храм, – заметил старичок. – Только какой-то он негостеприимный! Верно?

– А давно жители Арройо построили этот храм? – вежливо спросил Хо.

– Ну что ты, разве эти дикари могут построить что-нибудь подобное? Я думаю, Храм построили до Войны. Хотя, с другой стороны, ты заметил, в каком месте? Он построен точно над источником воды. Эта вода уходит вниз, и ручьем пересекает деревню. Все жители пользуются этой водой. А вода чистейшая. Даже если в ней и были радиоактивные примеси, они все осели там, в толще горы. Для нашего мира нет лучшей постройки, чем этот Храм.

– А вы давно здесь живете?

– О да! Давно. Когда-то меня называли Избранным, а теперь у меня нет даже имени. Но ничего, я привык. Знаешь, эти дикари приносят на алтарь всякие подношения, так что еды мне хватает. Да я могу и сам охотиться. Главное только, чтобы тебя не засекли, – старичок засмеялся. – А тут у меня жизнь налажена. Я даже радио слушаю иногда. – старичок внимательно посмотрел на Хо и погрозил ему пальцем. – В Сан-Франциско мощная радиостанция.

– И вам не хочется вернуться к людям?

– Когда слушаю радио – нет. Пусть люди сначала научатся нормально жить, а тогда я подумаю.

Над площадкой пролетела крупная птица.

– Тебе надо возвращаться обратно, сказать арройям, что ты выполнил задание, – заметил старичок. – А то они придут в Храм искать тебя, если ты задержишься. Нельзя сердить их.

– Они смешные, – сказал Хо.

– Они дикари, и думают, что их проблемы – это проблемы всего мира. Хорошо бы, если бы это было действительно так. Но я думаю, тебя еще ожидают испытания. Я хочу подарить тебе кое-что.

Старик вытащил из кармана небольшой цилиндрический предмет протянул его Хо.

– Это тоже оружие, но особое. Оно сделает твоего врага слабее.

– Это как?

– Генератор излучает специальные волны. От них живое существо становится заторможенным и неповоротливым. – Старик усмехнулся и закончил: – Как тот скорпион… Хорошая трубочка.

– Где вы ее взяли? – удивился Хо.

– Эту-то? Нашел в горах.

– Так прямо и нашли?

– Тут в горах разбилось несколько вертибердов. – Старик опустил голову. – Никто… Почти никто не выжил. Но вещей там осталось много. Я много чего перетащил сюда. Тут есть тропа, о ней не знают даже в Арройо.

Хо рассматривал цилиндрик и размышлял, как благодарить незнакомца за такой подарок.

Старик прервал его нерешительность:

– Ну ладно, иди к ним, а то им не терпится узнать, будет ли праздничный пир по случаю победы.

– До свидания.

– Обо мне никому не говори.

– Хорошо…

Старик вывел Хо назад и закрыл за ним каменную дверь. Хо понял, что угадать здесь наличие тайного прохода невозможно. Маскировка была идеальной. Видно и впрямь этот чудной старикашка живет так, что о нем не знают даже аборигены.

Из Храма Хо вышел, положив копье на плечо, как будто возвращался с небольшой прогулки. Через несколько минут к нему сбежалось все племя.

Все закричали, и даже Нарг, который тоже стоял здесь, радостно усмехнулся.

К Хо подошел мальчик.

– А можно, я возьму твое копье? – спросил он.

– Возьми.

Мальчишка с гордостью понес тяжелое копье в деревню.

Действительно, как и предрекал старик, сразу же было решено готовиться к пиру, тем более что сегодня вернулись охотники с добычей. Разожгли несколько костров. Воины сходили в Храм и принесли убитых Хо радскорпионов. Их мясо, хорошо прожаренное, считалось изысканным деликатесом. Жители деревни занялись приготовлением пищи.

В дело пустили и всю добычу, которую принес отряд охотников. Среди трофеев было несколько игуан. Читса тут же заняла место у одного из костров.

– Вот теперь я всем покажу, как готовить игуану на палочке.

С ней никто не спорил, потому что все знали, что в приготовлении игуан Читса разбирается, как никто другой.

Праздник обещал быть долгим. Часть приготовленного отнесли в Храм в качестве подношения богам. Хо улыбнулся, вспомнив о старике. И только тут вспомнил, что забыл спросить его имя. Это было большой ошибкой. Рано или поздно он вернется в свой город, и наставники будут расспрашивать его о том, что он видел и что узнал. Утаить правду считалось серьезным преступлением, а не знать подробностей – серьезным промахом. Хо даже представил себе, как его будут ругать за то, что он не узнал никаких подробностей о таком важном человеке.

Когда на небе появились звезды, племя уже развлекалось вовсю.

На следующий день можно было отправляться. Провожать следопытов пошел Хигон.

– Человек не должен быть один, Нарг, – сказал он. – Как ты, одиноким волком.

– Я не один, – ответил Нарг.

– Это сейчас. А потом?

– К чему этот разговор?

– Наше племя – это племя отшельников. Сколько мы сможем тут жить? Ты больше всех жил в городах. Что ты можешь сказать об этом? Не пора ли нам переселяться на равнину?

– А разве в горах плохо?

– Неплохо. Но уже дети начинают спрашивать меня, почему у нас нет вертиберда. И знаешь, скоро я не буду знать, что им ответить.

– Я думаю, об этом рано еще говорить, – ответил Нарг. – Жизнь в городах не такая хорошая, как может показаться. Многие наши просто не выживут там.

– А вот Минган так и мечтает переселить наше племя в какой-нибудь город.

– Это не от большого ума.

– Я понимаю. Но эти настроения уже витают в воздухе. Ты имей в виду. Ну, прощайте.

– Прощай.

Шел четвертый день поисков. Схема, которую Нарг нашел в шахте, была подробной, но она не была привязана к наземным ориентирам. Приходилось искать ориентиры самим. Нарг расстилал на земле карту, что-то проверял по ней, сверялся с картой в компьютере, а потом снова пускался в путь. Его спутники едва поспевали за ним. Читса заметила, что они стали слишком часто менять направление движения. Нарг останавливался, вглядываясь в даль, а потом шел в другую сторону. Так продолжалось довольно долго. Наконец, Читсе это надоело.

– Ты скажи хоть, что мы ищем? – спросила она.

– Где-то здесь должен быть люк, – пробормотал Нарг.

Читса огляделась. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулась пустынная степь, покрытая мелкими рыжеватыми камешками. Никаких признаков строений или присутствия человека. Пустошь. Читса только вздохнула.

Но Нарг, видимо, обладал особым чутьем. Он прошел еще немного вперед, остановился и ткнул стволом винтовки в землю. Послышался металлический звук.

Крышка люка была ржавая, с выбоинами. Непонятно, как удалось ее заметить. Нарг встал на колено, вынул нож и подсунул его под край крышки. Нехотя, со скрипом крышка открылась. Нарг посветил фонариком вниз. В глубину узкого колодца уходили металлические ступеньки-скобы. Нарг обернулся к смотрящим на него Читсе и Хо.

– Я забирался в такие колодцы, когда ходил с караванами, – успокоил он. И добавил: – Лезьте за мной.

Под землей находилось небольшое помещение. Вдоль стен располагались какие-то машины в металлических кожухах. Из отверстий в стенах тянулось множество кабелей. Возле одной из машин стояло ржавое металлическое кресло. Нарг сел в него, откинул кожух аппарата и нажал кнопку. Засветился синеватый экранчик. Его света оказалось достаточно, чтобы можно было различать очертания предметов, и Нарг погасил свой фонарик. Теперь Нарга интересовал только пульт с кнопками, который находился перед ним.

– Компьютер? – прошептала Читса. Ей почему-то вдруг захотелось говорить шепотом.

– Нет… Не совсем… – Нарг пытался подбирать слова. – Здесь был пункт связи. Эта машина показывает, кто с кем говорит.

– Говорит?.. Да тут же нет никого, – возразила Читса.

– Это телефон, ясно?

В подтверждение своих слов Нарг нажал какие-то кнопки, и в металлическом динамике послышался треск и скрежет, но на фоне шума удавалось расслышать какие-то голоса.

– Телефон это, – повторил Нарг.

– Как в Убежищах, что ли? – спросила Читса.

– Да, только здесь провода тянутся на много миль, поэтому эти люди далеко.

– И надо же было закопать столько проводов под землю, – удивилась Читса.

Старая машина, создатели которой давно исчезли с лица земли, продолжала исправно работать. Нарг переключал каналы, прислушивался к звукам из динамика, рассматривал цифры на экране. Многие каналы были мертвы, но некоторыми кто-то пользовался. Слышимость была ужасная, но все-таки можно было разобрать отдельные слова. Чаще всего это была китайская речь, хотя говорили и по-английски. Нарг достал карту и делал на ней какие-то пометки. Читса и Хо стояли у него за спиной. Наконец, Нарг вспомнил о них и обернулся.

– Мы останемся здесь ночевать, – сказал он и снова повернулся к машине связи.

Читса и Хо разложили на полу вещи, достали еду. Несколько кусочков сушеного мяса Читса отдала Наргу. Он ел, не отрываясь от дела.

Наверху солнце уже, наверное, давно зашло. Хо завернулся в одеяло, присел у стены и задремал. Читса расстелила свой плащ на полу, так же завернулась в него и приготовилась погрузиться в сон. Засыпая, она видела Нарга все еще работающим за странной машиной. Шум из динамика не мог помешать ей забыться. А когда она проснулась, то увидела, что Нарг спит, уронив голову на пульт. Динамик молчал.

Читса пошевелилась. От пола ощутимо тянуло холодом. Нарг поднял голову.

– Ну и что ты узнал?

– Теперь я знаю, где находится город работорговцев, – сказал Нарг.

– И где же?

– Хо был прав, это за Радиоактивной Пустыней.

Нарг включил фонарик и посветил на стену. В стене зияло круглое отверстие диаметром около трех футов. Из отверстия тянулся пучок толстых, толщиной в руку, черных от времени кабелей.

Приведя переключатели пульта в исходное состояние, Нарг уже хотел закрыть кожух, как вдруг внутри аппарата раздался прерывистый сигнал. На экранчике замелькали непонятные значки.

– Что-нибудь не так? – обернулась Читса.

– Похоже, нас засекли!.. – злобно пробормотал Нарг. Потом добавил: – Сматываемся!

Расхватали вещи. Читса уже взялась рукой за металлическую скобу, но Нарг ее остановил.

– Не туда! – закричал он и показал на отверстие в стене. – Вот по этому туннелю!

– У тебя с головой все в порядке? – на всякий случай осведомилась Читса.

– Все, – ответил Нарг, уже спокойнее. – И если вы готовы, отправляемся прямо сейчас.

Он взял мешок и закинул винтовку за спину. Потом мельком взглянул на своих спутников и нырнул в темное отверстие. Читсе и Хо ничего не оставалось, как последовать за ним. Двигаться можно было только на четвереньках. Ползти по кабелям, обмотанным металлической лентой, было очень неудобно. Читса почувствовала, как металл врезается в ладони. Она выругалась шепотом. Нарг, который двигался впереди, тоже что-то злобно бормотал, и только Хо, замыкавший эту странную процессию, полз молча.

Наконец Читса не выдержала:

– Нарг, долго нам еще ползти?!

– Я не знаю! – отозвался Нарг. – Другого пути все равно нет.

– А мы в правильную дыру полезли? – послышался сзади голос Хо. – И… – закончить он не успел.

Земля дрогнула от мощного взрыва. Через несколько секунд по туннелю прокатилась волна горячего воздуха.

– Теперь это уже не имеет значения, – ответил Нарг. – Не отставайте.

Так они ползли около мили. Внезапно Читса, обнаружила, что Нарг пропал. Свет его фонаря на мгновение исчез и теперь отсвечивал в какой-то пустоте, в которую обрывался лаз. Читса подползла к краю и выглянула наружу. Перед собой она увидела череду ажурных металлических ступеней, ведущих вниз. Нарг стоял внизу, освещая фонарем эту лестницу. Читса спустилась по ней и поняла, что оказалась в другом туннеле, гораздо большего размера. В нем были уложены рельсы. Это был большой транспортный туннель, вроде тех, по которым выкатывали из Убежищ технику. Только здесь дорога уходила куда-то во мрак.

Сверху спрыгнул Хо и удивленно огляделся. Туннель напомнил ему о том, что он обычно старался не вспоминать: побег из города работорговцев. Тогда он бежал по такому же туннелю. Гигантская бетонная змея, которая лежала в земле разрушенного континента…

– Теперь идти будет удобно, – сказал Нарг и тронул Хо за плечо: – Пошли, что ли?

– Так мы дойдем до города работорговцев по этому туннелю? – догадалась Читса.

– Доедем, да, – ответил Нарг и зашагал вперед.

Какое-то время Читса шла рядом с ним молча, но потом не удержалась от расспросов.

– Так сколько нам еще идти до города?

– Мы идем не в город. Нам ближе до старой военной базы, – Нарг, наконец, снизошел до объяснений. – Возможно, там есть вездеход. Мы спустим его в этот туннель. А туннель, если его не засыпало, должен проходить где-то недалеко от города работорговцев… Под землей и доедем.

– Так бы сразу и сказал, – Читса оперлась на его плечо.

Они шли долго, но военную базу пропустить было трудно. Появились какие-то светящиеся указатели на стенах, а потом они увидели ответвление от главного рельсового пути. Вбок уходил пологий пандус, но вход был перекрыт воротами.

Нарг подошел к воротам. Они откатывались вбок. Нарг с трудом отодвинул одну из створок и осторожно прошел вперед. За воротами было темно. Нарг посветил в темноту и сделал еще несколько шагов. Но какой-то странный запах заставил его остановиться. Ему показалось, что запахло зверьем. Он прислушался. За его спиной остановились Читса и Хо. Наргу почудилось какое-то движение в темноте. Он поднял фонарь, но внезапно вспыхнули прожекторы под потолком, и все помещение осветилось.

– Не двигайтесь! – прозвучал странно искаженный голос.

Когда глаза Нарга привыкли к яркому свету, он увидел ствол пулемета, направленный прямо на него.

Существо, держащее пулемет, мало походило на земных животных, хотя кое-какие сравнения можно было бы привести. Исполинское, в два человеческих роста кенгуру, заросшее серой шерстью и с головой козла. Впрочем, козлиную морду напоминали только рога. Клыки в пасти были очень даже хищные, предназначенные для разрывания мяса, а нос был больше обезьяний. Но зато в глазах этого чудовища светился подлинный разум.

Лапы у существа были почти как руки человека, если не считать густой шерсти и острых когтей. Пулемет в руках этого монстра выглядел игрушкой.

Из всех существ, обитающих на послевоенной Земле, это было самым опасным. Дескло – Когти Смерти – были наводящими ужас персонажами современных легенд. Как правило, люди знали об этих существах лишь понаслышке, потому что мало кому удавалось похвастаться, что он встречался с живым дескло. Нарг был таким человеком, но он не любил распространяться об этом. Новая встреча его совсем не обрадовала.

– Не трогайте ваше оружие, л-люди! Идите в-вперед! – произнес дескло.

Гортань этих существ была плохо приспособлена к человеческой речи, и, хотя голос получался низким, вибрирующе-рокочущим, все-таки можно было разобрать, что говорит дескло. А тот факт, что они освоили человеческую речь, свидетельствовал об их интеллекте.

Нарг и не думал пользоваться оружием. Теперь от него ничего не зависело. Он медленно пошел вперед, краем глаза следя за чудовищем.

Впереди открылась бронированная дверь, и людям ничего не оставалось, как перейти в следующее помещение. Там вдоль стен стояли металлические шкафчики. Некоторые из них были открыты.

Дескло шел следом. Он снова подал голос:

– Положите ваше оружие в эти шкафы.

Нарг подошел к шкафчику, снял с плеча и поставил внутрь винтовку, отстегнул от пояса нож, достал пистолет. Читса положила в шкафчик свой пистолет-пулемет и тоже рассталась с ножом. Хо подошел к шкафчику, спокойно вынул из карманов несколько плазменных гранат, а потом достал из-под куртки нож-наваху. Все это он бережно сложил на одну из полок.

– Закройте шкаф, – прокашлял дескло.

Нарг обратил внимание, что в замочной скважине торчал ключ. Нарг закрыл дверцу и несколько раз повернул ключ в замке.

– Дайте ключ мне! – дескло протянул свою руку-лапу с узловатыми пальцами.

Нарг положил ключ на широкую ладонь, коснувшись жесткой шерсти.

– Идите за мной, – прошепелявил дескло и двинулся к небольшой дверце, на которой были наискось нарисованы черные и желтые полосы. Пленники двинулись за ним. Сзади послышался металлический удар. Дверь, через которую они пришли, закрылась.

Подземный коридор военной базы казался бесконечным. Идущий впереди дескло толкнул одну из дверей и протиснулся в помещение, где стояли столы и стулья. Следом за ним вошли люди.

– Садитесь. – Коготь Смерти жестом хозяина показал на стулья. Сам он, не дожидаясь, пока люди осмыслят его предложение, уселся на полу, а пулемет положил рядом с собой.

Но и без пулемета он производил гнетущее впечатление.

– Я думаю, что перед тем, как вас отведут в подготовленные для вас помещения, нам следует поговорить, – добавил он и внимательно посмотрел на сидящих перед ним людей. – Меня зовут Тарпин. Вас, Нарг, я знаю. Но пусть представятся ваши спутники.

Люди переглянулись.

– Я Читса из Арройо.

– Я Хо из Арройо.

– Куда и зачем вы направлялись? – задал очередной вопрос дескло.

Теперь переглянулись Нарг и Читса. Надо было что-то отвечать.

– Нам надо найти город работорговцев, – сказал Нарг.

– Город работорговцев?

– Да.

– Зачем?

– Мы хотим освободить рабов.

Послышался шумный вздох. Дескло покачал головой.

– Ох, как бы мне хотелось вам верить… Впрочем, какое я имею право… – монстр не договорил. Потом закончил: – Сегодня вы отдохнете, а разговор мы продолжим завтра.

В подземном бункере сохранились помещения для жилья, и путешественники устроились достаточно комфортно. Но спать никому не хотелось. Каждый сидел на своей кровати, закутавшись в одеяло (в бункере было прохладно) и о чем-то думал.

Молчание нарушил Хо.

– Хигон вот говорил, что человек не должен быть один… – обратился он к Наргу.

– Да?

– Я хотел сказать… Я ведь не прошел тогда испытание в Храме по всем правилам… Один человек помог мне.

Нарг поднял голову и посмотрел на Хо.

– Да, я понимаю, ты не захочешь поверить… Но это действительно так. У вас в Храме живет отшельник, о котором вы даже не знаете. Он помог мне справиться с радскорпионами. Вот бы ему командовать вашим племенем.

Нарг вздохнул:

– Когда-то он помог и мне… Но я не знаю… Вряд ли он захочет быть старейшиной.

– А кто-нибудь еще в Арройо знает о нем?

– Наверное…

– А я вот не знала! – вдруг вклинилась в разговор Читса. – И свое испытание прошла без всякой помощи.

– Ну и молчи тогда! – в один голос закричали Нарг и Хо. – Если ничего не понимаешь!

Этот день чуть не закончился дракой.

Утром другой Коготь Смерти проводил путешественников в большой зал, где, по всей видимости, когда-то проходили совещания руководства базы. Здесь даже сохранились кресла с дорогой обивкой.

– Располагайтесь, – предложил дескло. – Я получил разрешение кое-что вам рассказать.

– А вы долго собираетесь держать нас здесь? – спросила Читса.

– Совсем недолго, – ответил дескло. – Я думаю, к полудню вы уже будете в пути.

Дескло присел на пол, и все равно его морда была выше людей.

– На вашем языке меня можно называть Хортор, – продолжил он. – Но это несущественные детали. Я хотел рассказать вам, как дескло попали на Землю.

– А вы разве не му… – Хо прикусил язык.

– Нет, мы не мутанты, – смех дескло был похож на отдаленные раскаты грома.

Нарг строго посмотрел на Хо.

– Нет, мы были… Как бы это сказать… – дескло замялся, подыскивая нужное слово.

– Путешественниками? – спросил Нарг.

– Нет… Хотя мы путешествовали через космос…

– Работниками? – подсказала Читса.

– Да… Нет… Рабами, – ответил дескло. – Да, так будет точнее. Рабами. В нашем мире отношения не такие как у вас, но мы были кем-то вроде ваших рабов. Наш корабль должен был опуститься на вашу планету. Потом следовало начать колонизацию. Но, когда корабль вошел в атмосферу, его обстреляли ракетами. Мы двигались как раз над этим континентом. Мы не знали, насколько ваши ракеты могли повредить нам, и использовали свое лучевое оружие для подавления ваших ракетных установок. После этого на вашей планете началась война. Наш корабль был подбит и опустился на Землю. Это было совсем не то, что мы планировали, и наш капитан лишил себя жизни. Но в трюмах нас было много… На корабле начался бунт. Все, кто управлял кораблем, были убиты. Сейчас на Земле живут только выжившие переселенцы и их потомки. Да, мы поселились на Земле, но все пошло совсем не так. Там, где сел корабль, был высокий уровень радиации, поэтому мы перебрались сюда. Тут никто не жил. Мы стараемся не вмешиваться в дела людей…

– А вы не хотите вернуться обратно? – спросила Читса?

– Нет, вернуться мы не можем. Дескло не возвращаются на свою планету.

– Понятно…

– Поэтому нас так заинтересовал ваш рассказ. Вы ищете тех, кто управляет вашими рабами. Мы не будем вмешиваться в ваши дела, но дадим вам транспорт. Тем более, что все здесь принадлежало людям. Если мы можем помочь вам сделать ваш мир лучше, то мы поможем. Это не искупит того, что случилось, но ничего другого мы не можем предложить…

– А что это за транспорт? – спросил Нарг.

– Увидите, – ответил Хортор. – Идите за мной.

Он привел их в ангар, где стояла техника. Нарг никогда не видел столько машин.

– Выбирайте, – Хортор сделал шаг назад. – Они все исправны и все заряжены. Мы отдадим вам любой.

“К чему бы это?” – подумал Нарг. Он осмотрел ангар и выбрал машину, с которой ему уже приходилось иметь дело. Мощный вездеход, двигатель которого питался от атомных батарей. Обрезиненные гусеницы позволяли двигаться хоть и без комфорта, но достаточно сносно. Машина в самом деле оказалась исправной, так что оставалось только погрузить на нее вещи и вывести в туннель.

Вездеход двигался довольно быстро, высвечивая фарами бетонные стенки туннеля. Иногда в лучах света отблескивали капли воды, падающие с потолка. Туннель был ровным, и вездеход давал приличную скорость. Только иногда приходилось притормаживать, чтобы переехать через груды мусора. Так они ехали несколько часов, а потом решили остановиться на отдых.

– Этим дескло можно доверять? – спросила Читса.

– Можно, – ответил Нарг.

– Я чуть не умерла со страху, когда его увидела, – призналась Читса. – Чудовище!

– А они тоже умеют читать мысли? – поинтересовался Хо.

– Нет, не думаю… Если они с другой планеты, то вряд ли… – сказал Нарг.

– Все равно они чудовища! – повторила Читса.

– А, не страшнее молератов. Поехали!

Вскоре пришлось остановиться еще раз.

Туннель оказался перегорожен металлическим барьером, вдоль которого были уложены мешки с песком. Прожектор на треноге освещал внутренность туннеля.

Двигаться дальше не имело смысла. Те, кто устроили этот пост, вряд ли подпустили бы чужаков близко. Вездеход замер.

– Куда ты нас привез? – прошептала Читса.

– Куда надо, туда и привез, – ответил Нарг.

Он достал бинокль и стал изучать заставу. Прожектор здорово слепил, но Наргу удалось рассмотреть, что туннель охраняли два гиганта с зеленоватыми лицами. Супермутанты. Они тоже смотрели на пришельцев. Один из них держал на плече базуку, другой, тот, что был поменьше ростом – тяжелый пулемет. Взаимное разглядывание продолжалось несколько минут. Наконец, тот мутант, что был поменьше, махнул рукой: подъезжайте, мол. Другого выхода все равно не оставалось, и Нарг включил двигатель.

– О! Кого мы видим! – воскликнул высокий мутант, когда вездеход подъехал поближе.

– Маркус! – обрадовался Нарг. – Знакомый в пути – уже удача!

– Это точно! – гыгыкнул Маркус. – Ну, вылезайте, ребята, поболтаем.

Путешественники выбрались из машины.

– Дурное дело вы затеяли, – сказал Маркус, когда выслушал рассказ гостей. – Убьют вас там или рабами сделают.

– А нас и так убивают и делают рабами! – зло ответила Читса. – Это вам хорошо!

Маркус захохотал так, что под сводами туннеля долго ходило эхо.

– Это вы так думаете! А что хорошего? Дома ваши нам малы, автомобили малы, про одежду я уже не говорю. Ни в один город нас не пускают. Живем отдельно, как изгои. А чем мы хуже?

Потом Маркус оглядел вездеход.

– Так вы и с дескло сотрудничаете?

– А с кем нам еще сотрудничать? Тут и людей-то нет.

– А вы подумали, зачем дескло это нужно?

– А что в этом странного?

– Да ничего, если не считать, что мимо нашей заставы чуть ли не каждую неделю проезжают люди на вездеходах, отремонтированных дескло. И все, заметьте, ищут город работорговцев. И никто, заметьте, не возвращается!

– Мы вернемся! – заявил Хо.

– Ловлю тебя на слове! – не растерялся Маркус.

– Слушай Маркус, а как ты думаешь, там действительно есть этот город? – спросил Нарг.

– Да, знаем мы этот город. Давно хотели туда наведаться, но…

– Вот мы и наведаемся!

– Мальчишку не берите с собой.

– Он наш проводник. Он уже был там.

– У них лазерное оружие.

– Я знаю.

– Ох, люди, люди, трудно мне вас понять…

Вездеход выехал на гребень песчаной гряды. С высоты открылся вид на равнину. Она была обитаемая. Здесь располагался город! Город, не отмеченный ни на одной из карт, которые доводилось видеть Наргу.

– Мы нашли что-то интересное? – сообразила Читса.

– Сейчас посмотрим.

Нарг достал бинокль, открыл люк в крыше вездехода, высунулся наружу и стал рассматривать поселение. По мере того, как он обозревал окрестности, приходило понимание. Это был городок довоенной поры. Точнее, даже не городок, а военная база. И не просто база, а база авиационная. Нарг разглядел остатки летного поля. Когда он путешествовал с караванами, то встречал такие разрушенные аэродромы. Но здесь воронок от взрывов осталось особенно много. Посередине бетонированного поля располагалось какое-то странное круглое здание. Оно не было повреждено. У Нарга даже возникло ощущение, что оно построено из металла. Нарг удивился, представив, как это здание мешало взлетающим самолетам. Или здесь взлетали и садились только вертиберды? Нарг перевел бинокль на другие здания. Поселение можно было условно разделить на две зоны. Некоторые здания были полуразрушены и выглядели заброшенными, как и многие довоенные постройки. Другие строения группировались отдельно. Это было что-то вроде поселка, состоящего из нескольких десятков коряво построенных домов. Виднелись и фигурки людей. Некоторые дома не были закончены, и вокруг них суетились строители. Зато другие люди стояли неподвижно. Судя по всему, это была охрана. Да, это и был город работорговцев. Ничем другим он не мог быть.

Наблюдения Нарга прервала автоматная очередь. Стреляла Читса. Нарг нырнул внутрь вездехода и включил двигатель.

– Не стой на месте! – заорала Читса, поливая очередями из своего пистолета-пулемета какую-то одной ей видимую цель.

В этот момент все звуки перекрыл грохот близкого взрыва. Песок перед вездеходом вздыбился огромным фонтаном. Потом край гряды стал обваливаться, и вездеход сам собой пополз по склону в огромную воронку. Наргу ничего не оставалось, как включить скорость, чтобы машина не развернулась боком и не перевернулась. Машину сильно тряхнуло, и ни Читса, ни Нарг не заметили, как Хо вывалился из кабины. На вездеход сыпался песок, поднятый взрывом.

Через несколько мгновений вездеход набрал скорость и помчался по склону гряды прямо к городу. Нарг на мгновение обернулся и успел заметить бегущих сзади людей. Они были одеты как рейдеры. Но впереди никого не было, и оставалось только гнать тяжелую машину вперед.

Шум двигателя и лязг гусениц не могли заглушить звуков выстрелов. Несколько пуль попали в машину. Потом блеснула яркая вспышка. Стало ясно, что преследователи, кем бы они ни были, используют лазерное оружие.

– Нарг! Хо пропал! – Читса дергала Нарга за рукав. Она первой увидела, что на заднем сиденье никого не было, а дверца была открыта.

– Как пропал? – закричал Нарг.

– Не знаю! Его, наверное, подстрелили!

Разбираться, что случилось, было уже некогда. Нарг погнал вездеход к развалинам. Это был их единственный шанс на спасение.

В машину угодило несколько лазерных залпов, и вездеход загорелся. Вспыхнули задний тент и грузовой отсек. За вездеходом потянулся шлейф черного дыма. Это в какой-то мере затруднило преследование, но теперь у Нарга оставалось всего несколько секунд, пока пламя не перекинулось на кабину. Он увидел перед собой бетонную стену и проход в ней. Нарг отпустил один из рычагов, левая гусеница затормозилась, и вездеход развернуло боком к стене. Нарг и Читса выскочили наружу. Теперь только полыхающая машина отделяла их от преследователей. Беглецы бросились внутрь строения. Вход был без двери, а внутри было темно. Пока Читса караулила вход, Нарг швырнул в пустоту активированный лайтпатрон. Внутренне пространство ангара осветилось, и в прыгающем свете Нарг заметил закрытую дверь у противоположной стены.

– Читса, туда! – махнул он рукой своей спутнице.

В ангар повалил едкий дым. Видимо, вездеход разгорелся вовсю. Где находились преследователи, что они делали, было неясно. Нарг добежал до двери первым, заодно успев подхватить с пола свой лайтпатрон. Тяжелая дверь приоткрылась с протяжным скрипом. Беглецы нырнули внутрь. Нарг отдал лайтпатрон Читсе и закрыл металлическую дверь на задрайки. Такую дверь, разумеется, можно было вскрыть, но на это нужно было время, и беглецы выигрывали так необходимую для них фору.

Здание вздрогнуло от взрыва. Судя по звуку, это не был ни снаряд, ни граната. Звук был глухой. Скорее всего, взорвались батареи вездехода. Нарг подумал, что это отпугнет рейдеров на какое-то время.

Нарг забрал у Читсы свой искусственный факел и двинулся вперед. Здесь “вперед” означало по лестнице вниз, под землю. Некоторое время они блуждали по узким коридорам, стремясь уйти подальше от возможной погони. Все было построено очень добротно. Это была хорошо организованная сеть подземных коммуникаций, но рейдеры по какой-то причине не использовали ее. Тут не было даже обычных мин-ловушек, что оказалось для беглецов настоящей удачей. На обезвреживание мин ушло бы слишком много времени.

Постепенно в воображении Нарга стала складываться схема этого лабиринта. По его подсчетам, эти проходы лежали в стороне от того комплекса зданий, который заняли рейдеры. Видимо, действительно здесь все было заброшено.

– Куда теперь? – Читса по привычке дернула его за рукав.

– Надо посмотреть, что делается снаружи, – ответил Нарг.

Они нашли люк, ведущий наверх, и очень осторожно выбрались на уровень первого этажа. Осмотревшись, они пришли к выводу, что это здание административного назначения. Тут было много комнат. Возможно, здесь располагалось руководство авиабазой или жил обслуживающий персонал. По правилам, установившимся у людей после Войны, в таких зданиях следовало искать в первую очередь техническую документацию, компьютерные диски и спецодежду.

Для того чтобы оценить обстановку, надо было пройти еще выше, на второй этаж. Беглецы поднялись по лестнице, держа оружие наготове. Но во всех помещениях было пусто, только на полу толстым слоем лежал заплесневевший мусор. Нарг приблизился к окну и остановился, не доходя до оконного проема, чтобы оставаться в сумраке комнаты. Мало ли кто мог смотреть снаружи… Через прямоугольник окна было хорошо видно, что делалось на улице. Нарг наблюдал действия рейдеров как бы сбоку. У стены ангара догорали обломки вездехода, и черный дым стлался по земле. Несколько рейдеров лежали поодаль и держали под прицелом дверной проем, в котором скрылись Нарг и Читса. Еще дальше, между домами, разворачивалась цепь рейдеров. Патруль, который преследовал вездеход, получил солидное подкрепление.

Теперь Нарг смог рассмотреть здания, которые стали им укрытием. Строения казались как будто срезанными гигантским ножом до половины. Местами стены были обуглены, а кое-где торчали пучки спутанной металлической арматуры. Чтобы восстановить такие здания, требовалась строительная техника, которой у рейдеров, очевидно, не было. Поэтому, решил Нарг, они и построили малоэтажные каменные дома неподалеку. Но это был не совсем правильный вывод. Просто у рейдеров было много бесплатных рабочих. И так рейдерам было легче контролировать ту, главную ценность, которой они здесь обладали.

Нарг посмотрел на Читсу. Она стояла на одном колене у двери и держала наготове пистолет-пулемет. Она обернулась. Нарг поднял брови – можно ли говорить?

– Говори, – разрешила Читса. – Никого нет.

– Рейдеры готовят облаву.

– Сколько их?

– Около двух десятков.

– А тяжелое оружие есть?

– Кажется, я видел одну базуку.

– А что они делают?

– Пока стоят.

– Значит, будем наблюдать за ними.

Прошло несколько часов. Нарг продолжал наблюдать за рейдерами. Людей поубавилось, но зато появились постоянные посты. На одном даже установили пулемет.

К вечеру какие-то люди прикатили металлические бочки и разожгли в них огонь. Стало ясно, что рейдеры будут караулить и ночью.

– Я думаю, у них не очень много людей, и их командир считается с возможностью потерь, – высказал предположение Нарг. – Им проще подождать, пока мы не сдадимся или не сдохнем от голода.

– Значит, они уверены, что мы не выберемся отсюда?

– Выходит так. Видимо, они знают, что здесь нет выходов.

Несколько последующих дней Нарг и Читса исследовали свое место заточения. Поземные ходы уходили достаточно далеко, но нигде нельзя было выбраться на поверхность. Вода и еда подходили к концу, и надо было что-то решать. Нарг не оставлял попыток найти какой-нибудь лаз, который не охранялся рейдерами.

В одном месте, где под зданием был сводчатый подвал, обнаружилось маленькое окно. Оно находилось у самой земли, и через него не мог пролезть человек. Нарг стал наблюдать.

– Э, да тут люди! – удивился он.

– Выходит, мы уже в обитаемой зоне? – спросила Читса.

– Да! Господи Боже, да ведь это рабы!

Нарг стал внимательно наблюдать за людьми, которые появлялись на улице. Разница между рабами и рейдерами бросалась в лицо. Рабы были хуже одеты, не имели оружия и были истощены. Судя по тому, что они ходили свободно, без охраны, здесь был центр поселения. А уж периметр, наверняка, хорошо охранялся.

Нарг смотрел на людей, стараясь ухватить побольше деталей, и вдруг вздрогнул.

– Вик!..

– Что такое? – поинтересовалась Читса.

– Я видел Вика! Ну, помнишь, я тебе рассказывал… Он торговец.

– Тоже попал в рабство?

– А, не знаю, не похоже. Толстый он какой-то.

Вик исчез. Нарг теперь наблюдал за жизнью поселка рейдеров с удвоенным вниманием и вскоре снова заметил Вика. Но теперь Нарг был готов. Он запустил камешек к ногам Вика. Тот остановился и посмотрел в сторону, откуда прилетел камень. Нарг высунул руку в окно и помахал. Он надеялся, что не привлечет постороннего внимания. Вик заметил этот знак и осторожно приблизился. Правда, непонятно, чего в нем было больше: смелости или любопытства.

Вик растерянно смотрел по сторонам, и Нарг решился:

– Вик, иди сюда!

Вик подошел к окну.

– Кто это? – шепотом спросил он.

– Нарг.

– Босс! Это вы?! Как вы здесь очутились?!

– Тише! Нам отсюда не выбраться.

– Так это вас там караулят?

– Да! Нас. Нам нужна твоя помощь. Ты сможешь прийти сюда вечером?

– Нет! Вечером слишком опасно. Лучше сейчас.

– Нам нужна вода и еда.

– Понял босс, ждите меня.

– И чего это он зовет тебя боссом? – ядовито осведомилась Читса, которая все прекрасно слышала со своего места.

– Мы с ним как-то путешествовали вместе, и так повелось, – ответил Нарг. – Я его тогда освободил из плена работорговцев.

– У него что, хобби такое – попадать в плен к работорговцам?

– Ну, не знаю… Он же торговец. Ходит везде, вот и попался снова.

– Думаешь, он сможет нам помочь?

– В нашем положении любая помощь хороша.

Когда Вик появился снова, он катил перед собой тележку, нагруженную вещами. Когда он приблизился к маленькому окну в стене, у самой земли, произошла неприятность – тележка опрокинулась. Все, что на ней было, рассыпалось. Судя по предметам, Вик торговал овощами и поношенной одеждой. Он присел на корточки, собирая свое добро, и, как бы случайно, несколько капустных кочанов закатились в окно. Потом туда же отправилась фляга с водой. Вик присел на землю, спиной к стене, как будто решил отдохнуть. Со стороны это выглядело абсолютно естественно: толстяк умаялся, собирая свое имущество.

– Откуда вы?

– Приехали на вездеходе.

– На чем?!

– Это долго рассказывать. Скажи лучше, ты давно здесь?

– Почти полгода. На наш караван напали…

– Рабов здесь много?

– Много…

– Чем занимаются рабы?

– В основном, добывают камень и строят дома.

– Большая тут база?

– Целый город, – вздохнул Вик.

– А что за круглое здание там, за поселком?

– Это не здание, это космический корабль, – пояснил Вик, но почему-то шепотом. И так же шепотом продолжил: – Инопланетный. Они пытаются запустить его механизмы… Я боюсь, там все взорвется…

– Они ищут среди рабов ученых и инженеров?

– Не знаю точно, кажется да. Когда я попал сюда, меня спрашивали о том, что я умею делать.

– Но ты не признался, что большой специалист по ремонту всякой техники?

– Нет… Сказал, что я бродячий торговец. Тогда они заставили меня продавать эти вещи. Здесь хоть и работают рабы, но им тоже вроде как платят деньги. Небольшие такие бумажки, на которые работорговцы ставят свою печать. А я потом продаю людям всякую всячину, а деньги отдаю обратно работорговцам.

– Да-а, хорошая работенка.

– Но я не хочу так жить.

– Никто не хочет. Да вот только выбирать не приходится.

– Босс, вы мне поможете?

– Ты нам помоги сначала.

Хо лежал, засыпанный песком. Когда он вывалился из вездехода, на него обрушилась сверху масса песка, поднятая в воздух взрывом. Когда Хо пришел в себя, он остался лежать неподвижно, только покопал дырочку для дыхания. Он слышал, как переговариваются рейдеры, и ему совсем не хотелось снова попадаться им в лапы. Хо притаился и слушал. Послышался взрыв и звуки выстрелов. А затем все стихло. Хо подождал, пока не стемнело. Поскольку делать ему было нечего, он решил продумать план дальнейших действий. Его учителя всегда говорили, что когда у человека появляется свободное время, он должен продумать, что будет делать дальше. Хо продумал, что он будет делать дальше. Все его планы касались двух вариантов: если он встретит рейдеров или если не встретит никого. На каждый случай был придуман распорядок действий. Потом Хо попытался осторожно выбраться на поверхность. Потихоньку сбрасывая с себя песок, он освободил голову и осмотрелся. Он лежал на склоне холма, и ничего не видел, кроме огоньков, которыми светился город.

Хо достал оружие – трубку излучателя и осторожно выполз на верхушку холма. Вдалеке горел огонь – у костра стоял часовой. Еще дальше горел другой костер, а дальше – еще… Рейдеры сторожили подступы к городу.

Хо подобрался поближе. Он не знал точно, как далеко действует излучатель. Направил трубку на часового и нажал кнопку. Вначале ничего не произошло. Хо уже подумал, что батарея излучателя разрядилась. Но вдруг часовой как-то беспокойно задвигался и присел на землю. В свете костра было хорошо видно, как он трет глаза рукой. Потом он лег на землю и больше не двигался. Хо подполз к нему. Часовой был без сознания. Хо быстро снял с него оружие и обшарил карманы, забрав все вещи. Ножом срезал сумку и бесшумно скрылся в темноте.

Главное, что ему было нужно сейчас – это маска. Он прекрасно понимал, что возвращаться в Радиоактивную Пустыню без защиты было бы самоубийством. Он отыскал в сумке респиратор и лекарство – антирад – и на всякий случай проглотил капсулу. “Когда путешествуешь, в первую очередь думай о радиационной безопасности”, – говорили учителя.

Он довольно долго бродил в темноте, пока не нашел пандус, через который из туннеля выехал их вездеход. Обратный путь придется совершить пешком под землей, но это лучше, чем идти по Радиоактивной Пустыне…

Он еще раз проверил сумку. Фляжка с водой, плитка сушеного мяса. Ну да, часовой утром сменился бы, ему не нужны большие запасы. Зато теперь предстояло растянуть эти запасы на два дня.

Хо шел по гулкому пустому туннелю. Иногда его охватывало какое-то беспокойство, и он бежал, чтобы заглушить это чувство. Когда уставал – снова двигался шагом. Одним из самых полезных приобретений был фонарик, который входил в снаряжение рейдера. Идти со светом было намного удобнее. Но оставалась еще проблема припасов. Хо определил с помощью карманного дозиметра, что вода, которая капала с потолка туннеля, была, в основном, радиоактивной. Так что он старался не попадать под эту воду. Когда он остановился первый раз, чтобы поспать, то в тишине услышал писк крыс. Это его немного успокоило, потому что решало проблему еды. Он не сомневался, что сможет подстрелить нескольких. Правда, крыс тоже пришлось бы проверять на радиоактивность.

Только много позже Хо понял, насколько он ошибся в своих расчетах. Он шел четыре дня, а не два. Какая-то жалкая сотня миль, которую так легко преодолеть на вездеходе. Поэтому, когда он вышел к заставе мутантов, то едва держался на ногах от усталости. Автомат рейдера он давно выбросил, вода закончилась, он не ел два дня.

– Я же говорил! – орал Маркус, когда увидел Хо. – Ну, зачем вы туда полезли!

– Зато мы все разведали, – ответил Хо и присел на мешок с песком.

– Твои друзья, конечно, погибли? – спросил Маркус.

– Я не знаю, – вздохнул Хо.

– Наверняка погибли! Растяпа Нарг! А сам ты как спасся?

Хо рассказал.

– Ты крут, парень! – восхитился Маркус. – Жаль, что ты не мутант.

– Спасибо, – улыбнулся Хо.

– Но теперь мне понятно, о чем болтают рейдеры по рации, – задумчиво произнес Маркус.

Он нагнулся, легко поднял Хо и посадил его себе на руку, как ребенка.

– Пойдем-ка, я отнесу тебя, где ты сможешь отдохнуть. Нет, ну это же надо! От рейдеров убежал. Нам бы такого разведчика!

Хо провалился в сон сразу же, как только добрался до постели. Его разбудил шум, похожий на рев тысячи молератов. Хо сел на кровати. В комнате никого не было. Мутанты оставили еду и питье у кровати и не забыли лекарство от радиации. Хо проглотил горький порошок, запил водой. Потом поел.

Он вышел из комнаты и отметил по себя размеры строения. Оно явно было рассчитано на мутантов. Широкие двери, больше напоминающие ворота, и очень высокие потолки. Хо добрался до помещения, заставленного всевозможной аппаратурой. Тут мог быть как центр связи, так и вычислительный центр. Мутанты, похоже, даром времени не теряли.

Хо увидел Маркуса. Тот говорил с кем-то по рации.

Заметив мальчика, Маркус подошел к нему. На Маркусе был боевой доспех, и двигался мутант неуклюже.

– Ну, как самочувствие, козявка? – осведомился Маркус.

– Спасибо, хорошо, – ответил Хо. На “козявку” он не обиделся. Он действительно чувствовал себя козявкой рядом с великаном.

– Мы тут как раз собираемся предпринять небольшую вылазку, – сообщил Маркус. – Достали меня эти работорговцы. Если хочешь, можешь поехать с нами.

– Ты попробуешь спасти Нарга? – спросил Хо.

– Нарга я просто так в беде не оставлю, – подтвердил Маркус. – Он как-то спас мне жизнь, так что я кое в чем ему обязан.

– Я поеду с вами, – решил Хо.

– Тогда пойдем в гараж, – сказал Маркус.

– У вас тоже есть вездеходы? – удивился Хо.

– Нет, ваши машины слишком малы для мутантов. У нас есть кое-что получше.

Когда они вышли во двор, Хо увидел аппарат, который ему еще не приходилось встречать. Во-первых, он был огромен – почти как дом. Широкая и высокая металлическая платформа с толстым резиновым бортом. Рубка была вынесена вперед и блестела стеклом. На высоких задних стабилизаторах виднелись изображения зеленокожих супермутантов. Двигалась платформа за счет пропеллеров. Они уже вращались и создавали тот шум, который Хо услышал, когда проснулся.

– Такие машины могут лететь, не касаясь земли, – пояснил Маркус. – Когда-то они перевозили сразу много людей. Передвигаются на воздушной подушке. Им не нужны дороги. Хорошо, что их успели построить до Войны. Теперь нам есть на чем ездить.

В алюминиевом чреве корабля было действительно просторно. Хо увидел группу вооруженных мутантов. Следуя за Маркусом, он прошел в рубку.

За пультом управления сидел еще один мутант. Маркус положил ему руку на плечо:

– Клайд, мы отправляемся, закрывай люк.

Гул двигателей стал громче. Хо почувствовал, как пол под ногами начал покачиваться. Корабль на воздушной подушке двинулся вперед, быстро набирая скорость. Он миновал поселок мутантов и вылетел на ровную безжизненную равнину. Серая земля стремительно убегала под днище корабля. На пульте засветился экран радара.

– Маркус, впереди все чисто! – рявкнул пилот, перекрывая голосом шум двигателей.

– Жми!

Корабль полетел вперед еще быстрее.

– Надо сказать им, чтобы сразу приготовились к бою, – все так же громко приказал Маркус. – Через час будем там!

Пилот кивнул и нажал на пульте несколько кнопок.

Через некоторое время на пульте замигали индикаторы – желтые кружки, разделенные на три сектора черными линиями. Хорошо знакомый всем знак радиации.

Хо подергал Маркуса за рукав.

– Это снаружи! – объяснил Маркус. – Мы сейчас в Радиоактивной Пустыне! Не бойся! Корпус герметичен!

– Маркус, выходим на дистанцию залпа! – прокричал со своего места пилот.

– Давай!

Не снижая хода, корабль произвел ракетный залп. Экран радара залили зеленые вспышки.

Впереди у горизонта появилась гряда холмов, которая отделяла город работорговцев от пустошей. На склонах холмов кудрявились дымы разрывов. Мутанты не хотели рисковать и действовали наверняка.

Когда корабль подлетел к холмам и снизил скорость, пилот нажал кнопку на пульте. Стекло рубки залили потоки воды. Вся радиоактивная грязь, которая осела на корпусе за время полета, была смыта. Тревожные индикаторы погасли.

Как только платформа опустилась у склона холма, наружу стали выскакивать мутанты в боевой экипировке. В шлемах, разрисованных коричневыми камуфляжными разводами, и бронежилетах, они были похожи на шагающие боевые машины из комиксов, которые когда-то читал Хо. Мутанты несли свое любимое оружие – базуки и шестиствольные авиационные пушки.

Маркус и Хо лежали на гребне холма и следили за боем. Мутанты громили оборону рейдеров. Благодаря своей силе, мутанты могли брать с собой большое количество боеприпасов, поэтому ракет они не жалели. Снесли ракетными залпами наблюдательные вышки, а потом стали обстреливать все места, откуда по ним стреляли рейдеры. Окрестности города заволокло дымом от разрывов. Но рейдеры были готовы к нападению. В небе появилась черная точка. Она стремительно увеличивалась в размерах.

– Вертиберд! – определил Маркус. Он наблюдал за происходящим в монокуляр, укрепленный на шлеме.

Боевая машина приблизилась и выпустила ракеты по склону холма. К счастью, это был не тот склон, который заняли мутанты. Грохот от взрывов был такой, что Хо показалось, что у него лопнули барабанные перепонки. Сверху посыпались куски земли. Но и мутанты открыли по вертиберду огонь. Очереди из шестистволок разорвали машину на куски, и на землю упали уже обломки. Второй вертиберд, который шел следом, мутанты расстреляли издалека, не дав ему даже произвести залп. Он рухнул на землю и взорвался.

После этого сопротивление рейдеров стало слабеть. Отступать им было, в общем-то, некуда. Мутанты простреливали все открытое пространство. Бараки с рабами были ненадежным тылом. Со стороны заброшенных зданий по рейдерам тоже вели прицельный огонь какие-то неопознанные личности. Скоро все было кончено.

Когда мутанты вошли в город, половина зданий горела. На улицах лежали тела убитых рейдеров. Города работорговцев больше не существовало.

Нарг стоял посередине улицы и довольно жмурился, поглядывая на солнце. После нескольких дней, проведенных в темных сырых подвалах, это было очень даже приятно.

Стоящего рядом мутанта погода беспокоила мало. Маркус являл собой воплощение сарказма.

– Я, кажется, говорил, что вам незачем было соваться сюда! – напомнил он.

– Кто же мог подумать, что тут действительно целый город?

– А сам-то ты что искал? – усмехнулся Маркус.

– Ну, я думал… – Нарг не договорил. – А… В общем, деваться было некуда.

– Но тебе хоть заплатят? – проницательно поинтересовался Маркус.

– Наверное, заплатят, – предположил Нарг.

Подошел Клайд.

– Маркус, у нас ожидаются гости, – сказал он. – Были сеансы связи.

– Кто?

– НКР, а через пару часов Сан-Фран.

– Я так и думал, – вздохнул Маркус.

– Пока мы тут воевали, – объяснил он удивленному Наргу, – кое-кто прослушивал наши сообщения. И теперь все знают, что город работорговцев взят мутантами. И скоро здесь появятся желающие принять участие в дележке.

– А разве это плохо? – спросил Нарг. – Здесь много людей…

– Да! Я понимаю, – отмахнулся мутант. – Но как мне надоели ваши людские дела!

И действительно, скоро над городом появился вертиберд с эмблемой НКР. Когда он приземлился, из него вышел человек в ковбойском костюме. Это был Вестин. За ним высадилась его свита. Первым делом советник отправился осматривать захваченный город.

В конце улицы появился мутант, который как куклу, тащил за шиворот Вика. Ноги торговца едва доставали до земли, но в каждой руке у него было по большому мешку.

– А вот с этим что будем делать? – спросил мутант, опустив Вика на землю.

– А кто это? – спросил Маркус.

– Помогал рейдерам. Сразу пристрелить или в тюрьму отправим?

Нарг вышел вперед.

– Маркус, я знаю его. Он нам помог выбраться из западни.

Командир мутантов вгляделся в лицо торговца. Потом сказал:

– Ладно, забирай его, но только ты за него отвечаешь.

Нарг повернулся к Вику:

– Ну, сколько раз я должен спасать тебя?

Торговец поставил свои мешки на землю и виновато развел руками.

– Извините, босс, так получилось… Но вы мне поможете, верно?

– Погоди, я сам не знаю пока, что делать.

– Мы ведь уйдем отсюда? – настаивал Вик.

Нарг ничего не ответил.

Торговец помолчал, а потом обратился к Читсе, решившись представиться:

– Вик.

– Читса.

Вик продолжил виноватым голосом, как будто отвечал за действия местных работорговцев:

– Они, не разбирая, хватают всех, а у меня дочка живет в Волт Сити…

– Ты бы лучше помолчал про Волт Сити, – раздраженно бросил Нарг.

– А это поселение поддерживало связь с Волт Сити? – спросила Читса.

– Конечно. Они поставляли в Волт Сити рабов. Я хотел отправить дочери письмо, но они не разрешили.

– Твоя дочка тебе не поможет, – сказала Читса. – Но, я думаю, мы выведем тебя отсюда. А то, действительно, мутанты пристрелят…

В воздухе снова послышался гул двигателей. Прилетели два вертиберда из Сан-Франциско. Среди китайской делегации преобладали ученые. Видимо, они хорошо представляли себе, куда летят. Хо сразу пригласили в вертиберд и о чем-то долго с ним говорили.

Зато какой переполох вызвало прибытие делегации дескло! Поначалу из-за паники чуть было снова не завязался бой. Но все обошлось. Дескло приехали на большом вездеходе, у которого был переделан верх, чтобы существам, более крупным, чем людям, было удобно.

– Быстро хозяева явились, – усмехнулся Нарг.

– Ничего удивительного, – проворчал Маркус. – Они тоже прослушивают радиопереговоры. Рейдеры выходили в эфир, мы поддерживали связь с базой… Информации достаточно.

– А! Ну, тогда, конечно…

Всех прибывших, в первую очередь, интересовал инопланетный корабль. Люди и нелюди прошли по коридорам заброшенного корабля. Он, видимо, сильно пострадал при падении, но еще большие разрушения причинили последующие “исследования” рейдеров. Замки на запертых дверях вырезали автогеном, а потом, когда нашли подходящее оборудование, то лазером. В огромных кладовых все было свалено в кучи: рейдеры искали, чем поживиться, но многие вещи им не понадобились. Хорошо еще, радиационный фон был в норме.

Само собой, оставался только один вопрос, который имело смысл обсуждать: что делать дальше с этим звездолетом?

– Этот корабль принадлежит расе дескло, – сказал Хортор. – И мы хотели бы поселиться здесь.

– НКР нужны гарантии безопасности, – сказал Вестин. – Мы хотели бы оставить здесь своих наблюдателей. Этот корабль может быть опасен. Кроме того, мы хотели бы приобрести партию этого замечательного лазерного оружия…

– Я надеюсь, нам позволят изучать корабль, – заметил профессор Кен Ли. – Новые технологии сулят большую пользу для человечества.

– А какое имеет право китайская община вмешиваться в наши дела? – вскипел Вестин.

– Это не только ваши дела, мистер Вестин! – сдержанно, но твердо ответил Кен Ли. – Это дело всех людей. К тому же наш представитель участвовал в освобождении города. – Кен Ли показал на Хо.

Хо важно кивнул головой.

– Но для исследований понадобится много людей, – упорствовал Вестин.

– Мы можем использовать здешних людей для этого. Им все равно пока некуда деться.

– Ну да, рабство для них продолжится, – вмешалась Читса.

Вестин недовольно посмотрел на нее.

– Мы предложим им остаться добровольно, и поработать, а для тех, кто не захочет, организуем транспорт до ближайших городов.

– А что думает уважаемый Маркус? – обратился к супермутанту китаец.

– Делайте что хотите, – проворчал Маркус. – Только не передеритесь снова, а то нам придется вас разнимать, и не мешайте мутантам жить спокойно, а то мы рассердимся!

– Ну что вы, Маркус, уж вам-то точно никто не помешает!

– Это верно, помешать нам трудно, – хмыкнул Маркус.

И на этом импровизированные переговоры закончились.

– Все-таки зря ты пошел с нами, – говорил Нарг, размеренно шагая по дороге. – Нам еще долго тащиться. А ты бы мог махнуть на вертиберде сразу в Сан-Фран. Как Вик. И китайцы твои тебя уговаривали…

– Не-ет, – протянул Хо, – они заставят меня ходить в школу, а я не хочу.

– Мы тебя тоже заставим ходить в школу, – усмехнулась Читса.

– Ха! У вас в Арройо нет школы! – возразил Хо.

– Есть! Мы отправляем детей на неделю в горы с одним ножом. Это называется школа выживания.

– Ну, для такой школы я слишком взрослый.

– Слишком самоуверенный.

– Смотрите, – воскликнул Нарг, – там жилье.

Впереди показались участки обработанной земли. В раскидистых кустах пряталось невысокое строение. Еще дальше просматривался целый поселок.

На дороге стоял человек. Он наблюдал за приближающимися людьми. По виду это был обычный фермер.

– Хелло! – поздоровался он. – Меня зовут Джон. Если вам нужно продовольствие, то могу продать. У нас тут все первосортное, без радиации.

– Нам бы найти бар или харчевню, – ответила Читса. – Мы есть хотим.

Нарг внимательно рассматривал лицо Джона. Как-то трудно сразу распознать камуфляж призрака…

– Что ты присматриваешься ко мне, сынок? – удивился фермер. – Я обычный человек, не мутант какой-нибудь.

– Да нет, это я так, – смутился Нарг.

Читса хихикнула.

– А вы не боитесь чужаков? – спросила она.

– Нет, мисс, уж как-то так повелось, что не боюсь.

– А как же бандиты? – поинтересовался Нарг.

– Ну, бандиты… У нас тут редко кто ходит в одиночку, – сказал фермер. – Вокруг пустоши, и бандитов, конечно, хватает. Откуда они только берутся, не пойму. Туда, дальше на запад от нас (он махнул рукой) вообще все радиоактивно, ходить нельзя. Но банды шныряют вокруг и могут поймать и угнать в рабство. Но в поселок они не сунутся, побоятся, у нас тут людей много.

– Ну ладно, а бар в вашем поселке есть? Мы бы перекусили, – напомнила Читса.

– Зачем вам бар? Идите за мной, я все устрою, – ответил фермер. – Уж что-что, а путников накормить мы сумеем. Да и я с вами за компанию посижу. Не возражаете?

– Нет, конечно.

Они сидели за поставленным на улице столом, ели, пили, говорили.

– Ну, и что ты носишься по прериям как сумасшедший? – спросил Джон, послушав рассказы Нарга.

– Человечество получило шанс начать новую жизнь, и я хочу ему помочь.

– Э, это только с виду новая жизнь. А на деле все идет по-старому. Посмотри, кругом сплошное рабство. И на что люди тратят свои силы? Ведь уже давно нет нехватки в еде. Уж я-то знаю, можешь поверить старому фермеру. Ну, понастроим мы заводов. Будут все снова ездить не на ржавых автомобилях, а на новых. И это называется начать новую жизнь! Да люди опять станут винтиками на этих заводах.

– А ты откуда знаешь?

– Знаю, читал я эти… как их… книги.

– Ты покупаешь книги?.. У караванщиков?

– На северо-восток отсюда есть заброшенный город. Большой. Я бывал там. Там много чего есть.

Разговор понемногу затих.

– Ну, ладно, мы пойдем, – Нарг встал и положил на стол несколько монет.

– Спасибо. А может, переночуете?

– Да, нет, мы пойдем.

– Куда же вы?

– Да вот, сходим, город посмотрим.

– Как, прямо сейчас? Ведь вечер скоро.

– Ничего, мы успеем. Там и переночуем.

– Ну, как знаете.

Фермер стоял у ограды и смотрел им вслед.

Город и впрямь оказался большим. К окраинным кварталам подходили осторожно, но потом поняли, что город был заброшен. Присутствие человека даже не чувствовалось.

– Что скажешь? – обратился к Читсе Нарг.

– Людей здесь нет, а звери наверняка есть.

Скоро выяснилось, что людей здесь действительно нет. Нарг достал индикатор радиоактивности. Было странно, что в таком месте никто не живет. Но радиации тоже не было.

Нарг, Читса и Хо осторожно прошли по улицам. Все дома были малоэтажные. Они почти не разрушились, хотя кое-где в стенах зияли провалы, а на мостовой лежали кучи битого кирпича.

Нарг зашел в один из домов. Низкое солнце освещало комнаты предзакатным светом. На стене одной из комнат висел рисунок на большом листе бумаги. То, что это именно рисунок, а не старый плакат, Нарг понял сразу. В Арройо ценили умение рисовать. Краски делали из растений, сок которых имел какой-нибудь цвет. Их дробили и варили, добавляя в котел истолченную и размоченную белую глину. Потом из варева удаляли твердые частички и доводили получившийся “суп” до состояния густой кашицы. Такие краски можно разводить водой. Любителей рисовать было достаточно. Этим баловались не только дети, но и взрослые. Рисовали на дощечках и на стенах окрестных пещер. В одной из пещер была, например, зарисована вся история деревни Арройо. Нарг даже знал древнее название красок, которые можно разводить водой – акварель. Он читал об этом в какой-то старой книге.

На рисунке была изображена прерия. Высокое солнце освещало равнину, над которой плыли редкие облака. Все как на самом деле. Но это была прерия до Войны. От времени бумага пожелтела, но картина от этого хуже не стала. Нарг заметил, что картина не закончена. Но он не смог сразу определить, каких деталей не хватает.

Нарг огляделся. У стены стоял старый, покосившийся от времени комод. Нарг выдвинул один из ящиков. Раздалось тихое позвякивание. В ящике перекатывались несколько покрытых пылью и паутиной бутылок. Пустых. Нарг достал одну из них. На этикетке – женщина, которая держала в руках гроздь каких-то ягод. Женщина была красивая, но не такая как Читса. Слишком уж круглые глаза и слишком светлая кожа. Нарг поставил бутылку на комод и продолжил осмотр. В другом ящике лежало несколько старых газет. Нарг достал их, потому что в любых текстах по привычке искал полезную информацию. Нарг развернул газету.

На ветхой, местами порванной бумаге была изображена совсем другая жизнь. Фотографии, заголовки и тексты не имели к настоящей действительности никакого отношения. Это напоминало репортаж с другой планеты.

Нарг вздохнул и положил газету обратно в ящик. А больше в комнате, если не считать мусора на полу и пыли, витающей в солнечных лучах, ничего не было. Нарг постоял еще немного, последний раз взглянул на картину и вышел.

На улице его ждала Читса, предусмотрительно сняв с плеча оружие, хотя вокруг было безлюдно. Солнце уже скрылось за крышами домов.

Они решили спать на крыше, тем более что ночь должна была быть теплой. Насобирали огромную охапку сухой травы и выбрали здание с почти горизонтальной крышей. Прошли по темнеющим комнатам и поднялись по скрипучей лестнице наверх. Вылезли на крышу и на всякий случай плотно закрыли ставни чердачного окна. С крыши была хорошо видна панорама города – ни одного огонька, никакого движения.

Взошла луна. Она была полная и, поскольку висела высоко в небе, светила как яркий белый фонарь. Теперь уже нельзя было сказать, что темно.

– С таким светом трудно уснуть. – Читса лежала, опершись подбородком на сдвинутые кулаки, и смотрела вдаль. В той стороне, за горизонтом, находились Кламатские горы. Она лежала молча, а потом спросила:

– До Арройо отсюда недалеко?

– Да, один день пути.

– Как ты думаешь, мог бы наш народ переселиться сюда?

– Ты можешь представить себе наших, живущих в этом городе?

– Только Мингана. Он бы обязательно открыл здесь салун!

– В деревне об этом городе – ни слова.

– Думаешь, кому-нибудь вздумается уйти сюда?

– Не знаю, но лучше молчи. У нас в деревне и так есть все, что нужно для жизни. А лишнего нам не надо.

– Возможно, ты прав.

– Тихо! Я что-то слышу…

Через минуту они поняли, насколько разумно поступили, устроившись на крыше. Снизу послышался шорох. Нарг осторожно заглянул за срез крыши. Внизу, вдоль улицы катился бледно-голубой поток. Тысячи зверей бежали почти вплотную друг к другу. Шкуры существ флуоресцировали, что явно выдавало в них мутантов. Животных, которые были крупнее крыс, но мельче молератов, люди обычно называли крыссами. Было известно несколько видов. Все это были достаточно вредные существа. В пищу их не использовали, зато эти зверьки часто совершали набеги на продуктовые склады. В тех местностях, где жили крыссы, среди городского населения всегда были опытные охотники. Крыссов отстреливали с помощью дальнобойного оружия, потому что встречаться с ними близко никому не хотелось.

Нарг погладил приклад своей винтовки и подумал, что снайперка сейчас не поможет. Это было тяжелое и неудобное оружие для такой ситуации. Нарг вытащил из кобуры Пустынный Орел. Пистолет тоже был тяжел. Нарг улыбнулся, вспомнив, как продавец оружия уговаривал его раскошелиться на модернизацию оружия – установить на Орла магазин повышенной емкости. Теперь Нарг был доволен, что поддался на уговоры, потому что эта обойма и с двадцатью патронами казалась ему сейчас до смешного маленькой. Впрочем, он прекрасно понимал: чтобы перестрелять всю крыссиную стаю, не хватило бы и горы патронов. Оставалось только затаиться.

Нарг почувствовал, как что-то прикоснулось к его ноге. Он обернулся и вздрогнул. Рядом с ним сидел крысс. Видимо, эти могли забираться по стенам. Зверь был не очень крупный – около двух футов высотой. По сути, крыссенок. Его серо-голубая шерсть была гладкой, густой и слегка светилась. В тон шерсти были и глаза – большие, круглые, сине-зеленого оттенка, они даже мерцали в темноте. Сразу было ясно, такие глаза могут принадлежать только ночному животному. Уши стояли торчком, а усики смешно шевелились. Зверь вытянул вперед курносый черный нос, и рассматривал человека так, что вся его поза выражала любопытство. Потом крысс снова ткнул своим носом Нарга в ногу. Нарг сидел неподвижно. Он смотрел в большие, мерцающие серебром глаза и пытался понять, что же нужно этому созданию. Стрелять не имело смысла, потому что внизу была масса таких же зверей. Крысс тоже внимательно смотрел на человека, видимо оценивая, какая опасность может исходить от незнакомого существа. Потом приблизился к сумке Нарга и ткнул ее носом. Но запах сумки ему не понравился. Крысс чихнул, обнажив острые белые зубы, и сделал несколько шагов назад. Потом он еще раз оглядел неподвижных людей, подошел к краю крыши. Скрипнули когти, и зверь соскользнул по стене вниз, слившись с потоком идущих внизу мутантов.

Нарг, Читса и Хо сидели неподвижно, спина к спине, с оружием наизготовку, и вслушивались в шум и визг, который доносился снизу. Понять, что привело стаю в город, что крыссы делали на ночных улицах, было невозможно. Шло время. И поскольку ночью надо, все-таки, спать, люди решили спать по очереди. За ночь их никто не потревожил, а перед рассветом шумы внизу стихли. Видимо, животные не любили солнечного света.

Когда солнце стало выползать из-за горизонта, Нарг посмотрел на город. Улицы были пусты. Он достал компьютер и вызвал на экран карту. Отметил положение заброшенного города и определил направление дальнейшего движения. Потом он сидел и размышлял, ожидая, пока проснутся его спутники.

До НКР оставалось еще четыре дня пути.

Нарг прошел к своему месту в бараке, где жили крутые парни Вестина, и сбросил с плеча на пол тяжелую шкуру молерата, которого подстрелил на обратном пути. Потом повесил винтовку на стену и задвинул рюкзак под кровать. Он был один. Хо ушел в китайский квартал, Читса отправилась в гостиницу, а Наргу вдруг очень хотелось отдохнуть. Он закрыл глаза и лежал без движения.

Он вспоминал все события, которые произошли с тех пор, как он ушел отсюда. Перед глазами как будто все еще покачивалась прерия. Ему пришло в голову, что все, что он делал – часть какого-то огромного, кем-то спланированного спектакля. Где бы он ни появлялся – на пастбищах Вестина, в пустыне или в подземельях – везде происходило одно и то же. Так в размышлениях он и заснул.

На аудиенцию к Танди Нарг пришел с Читсой. Карман приятно оттопыривала пачка долларов – плата, полученная в казначействе НКР.

Нарг, как вежливый человек, первым делом поблагодарил Танди.

– Хорошо, хорошо, – отмахнулась Танди. – Давай лучше поговорим о твоем будущем.

– А какое у меня будущее? – нахмурился Нарг. – Жизнь не меняется. Как было сто лет назад, так все и идет.

Танди покачала головой.

– Я не застала время, которое было до Войны, но можете мне поверить: наша цивилизация уже никогда не будет такой как раньше, – сказала она. – Вопрос только в том, какой она будет.

– Разве можно создать новую цивилизацию? – спросила Читса.

– Не знаю, не знаю, – ответила Танди. – Но все эти мутанты, дескло, призраки… Нам придется как-то с ними уживаться, делить Землю. Как все это будет? Я не знаю.

Танди помолчала и, заметив, что гости тоже не продолжают разговор, предложила:

– Вы можете остаться в НКР.

Нарг посмотрел на Читсу. Остаемся? Она едва заметно покачала головой.

– Нет, мы уходим, – сказал Нарг. – Мы хотим вернуться в свою деревню. Мой народ совсем отстал от жизни. Надо и ему что-то делать.

Танди улыбнулась.

– Что ж, хватит тебе бегать по прерии, пугать караванщиков. Ты самый опытный среди своего народа. Помоги ему.

В ее старческих глазах неожиданно блеснули слезинки.

– Я распоряжусь, чтобы вас доставили в деревню на вертиберде. Теперь у нас много техники. Ну, ладно, идите.

Вертиберд ждал их на президентской площадке. Пилот-китаец поприветствовал их и особенно добродушно улыбнулся, когда увидел Хо.

– Приказано доставить вас в Арройо, – сказал пилот.

– Дай-ка мне твою карту, – попросил Нарг.

Пилот достал из кабины сложенный лист бумаги.

– Вот здесь, у заброшенного города, – Нарг показал, где это, – мы сделаем посадку. А потом в Арройо.

– Как скажете, шеф, – пилот залез в кабину.

Вертиберд взмыл в небо. Путешествие по воздуху оказалось очень коротким. Скоро внизу появились кварталы разрушенного города. Вертиберд приземлился на окраине, на ровной площадке. Двигатель замолчал.

– Ждите меня здесь, я скоро вернусь, – Нарг выпрыгнул из машины, взял винтовку в руку и побежал к городу.

Сидящие в вертиберде еще не успели заскучать, как вдалеке показался Нарг. Он возвращался, неся в руке что-то белое, в форме цилиндра. Нарг быстро забрался по лесенке в машину.

– Ну, все, можем лететь.

Вертиберд поднял винтом тучу пыли, поднялся в воздух и взял курс на Арройо.

Читса недолго боролась с любопытством. Она крикнула Наргу в ухо, перебивая шум двигателя:

– Чего это там у тебя?

– Просто бумага. Большой лист бумаги, – так же громко откликнулся Нарг.

– И мы из-за этого здесь садились?!

– Да.

– Небось, карта какая-нибудь?

– Нет, это картина.

– Картина?!

– Да.

– Зачем она тебе?

– Повешу в своей палатке. Я все-таки хочу понять, чего в ней не хватает!

Читса покачала головой.

– Ты ненормальный, дикарь, но я тебя люблю! – Она положила голову ему на плечо и придвинулась, устраиваясь поудобнее. А потом уже про себя добавила: “Крыссик!..”

Хо, который сидел напротив и не слышал из-за шума двигателя ни одного слова из их разговора, вдруг широко улыбнулся.

Вначале была Пустота. И собрались боги и стали решать, как им обустроить этот мир. И тогда Афри создал новую звезду и назвал ее Солнце. «Теперь у вас будет тепло и свет», – сказал он. И боги начали создавать свои планеты. Кул-Кум любил огонь, и он создал свою планету близко от Солнца. Пламя опалило ее, и никто не смог на ней жить. Мариф захотел иметь самую большую планету. Но на такой планете всем было тяжело, и никто не захотел на ней жить. Кор-Соггот не любил Афри, поэтому он создал свою планету далеко от Солнца. «Моя планета будет Царством Вечного Льда», – сказал Кор-Соггот. И тогда Терра создала свою планету и назвала ее Земля. Красива была Земля. Она всем понравилась, и боги решили поселиться на ней. Но Кул-Кум проник в глубь Земли и разжег ее недра. «Это моя планета, Кул-Кум», – сказала Терра. – «Не трогай ее, ведь у тебя есть твоя собственная». Но Кул-Кум не захотел слушать Терру. «Ты живешь на земле, а я буду жить под землей», – сказал Кул-Кум. С тех пор между Террой и Кул-Кумом была вражда. Люди, эльфы и гномы поселились на Земле, и со временем эту легенду забыли.

– Все, Бенет, я так больше не могу! – сказал Дрейк.

– Что, опять были видения?! – толстый Бенет встревоженно посмотрел на друга.

– Да нет, какие там видения, ты не понимаешь… – Дрейк задумался и замолчал.

Деревня утопала в утреннем сонном оцепенении и поэтому была еще тиха. Только по центральной улице двигались две фигуры. Два парня, которым пришлось встать очень рано, чтобы успеть к работе. Тот, что был повыше и постройней – Дрейк – служил подмастерьем у кузнеца. Пока все еще спали, он должен был подготовить кузницу к приходу хозяина: разжечь горн, разложить и почистить инструменты. Мастер любил, когда к его приходу все было готово к работе. Бенет, неловкий толстый увалень, работал на ферме на окраине села, а там работу начинали очень рано. Вот и приходилось приятелям вставать затемно.

Но зато и рассвет они не пропускали. Каждый день они видели, как встает жаркое солнце над горизонтом, как распрямляются после ночной дремы травинки, как начинает шелестеть листва под первым утренним ветерком. Ощущение свежести и свободы витает в эти часы над миром. Это потом улицы деревни наполнятся возгласами людей и скрипом телег, из труб повалит дым, улицы пропитаются запахами готовящейся на кухнях снеди, а под ногами будут шнырять домашние животные, которые тоже весь день будут заниматься только одним делом – добыванием пропитания. Да, раннее утро имеет свои достоинства.

Но Бенета, как всякого простодушного недотепу, вместо красот природы, больше беспокоили мрачные мысли приятеля. Он считал: все, рассказанное Дрейком, приходит Дрейку вместе с «видениями», то есть симптомами некой душевной болезни. В то, что ему рассказывал Дрейк о себе, он, вообще-то, не очень верил.

А Дрейк шел молча по улице и сжимал в руке маленький камешек. Месяц назад его действительно посетило «видение».

– Как ты думаешь, Бенет, бывают на свете сверхъестественные существа?

Бенет искоса посмотрел на друга.

– Я не знаю, – нехотя произнес он. – Всякое может быть…

Разговор явно не клеился, но тут друзья подошли к перекрестку. Они распрощались, и каждый пошел по своим делам.

Дрейк зашел в кузницу, бросил растопку в горн, зажег огонь и занялся уборкой. Работая, он вспоминал, что произошло несколько дней назад.

…Он вышел тогда за деревню и гулял на пустоши, неподалеку от места, которое называлось Провалом Стоункипа. Эта пропасть пользовалась дурной славой, но бродить там было интересно. Земля была нетронута, повсюду рос кустарник, стояли молодые деревца. По высокой траве было даже трудно идти. Но здесь было намного уютнее, чем на однообразных и вытоптанных полях и пастбищах.

Дул слабый ветерок. Солнце зашло, и кроны деревьев приобрели в полумраке причудливые формы. Ветки покачивались, а листья тихо шелестели. Но вот Дрейк остановился. Впереди он увидел женскую фигуру. Она как бы возникла из ниоткуда и трудно было сказать определенно, реальна эта женщина или это только мираж. Но распущенные белокурые волосы и светлый лучистый взгляд Дрейк узнал сразу. В его памяти всплыло имя: Терра.

– Я искала тебя, Дрейк, – произнесла женщина и, сделав шаг навстречу, улыбнулась. – Я знала, что найду тебя здесь.

Дрейк молчал. Не от неожиданности, а потому, что не знал, что сказать. Он не мог сказать просто: «Здравствуй, Терра». Он молчал и ждал.

– Я хотела поговорить с тобой, – продолжала Терра. – Ты помнишь Стоункип?

– Да.

Дрейк произнес это простое слово с трудом.

– Прошло много времени, и я думаю, ты мог бы вернуться. – Терра едва заметно улыбнулась кончиками губ. – Ты ведь хочешь вернуться?

– Я не знаю. Наверное, хочу.

– У тебя будет такая возможность. Этот камень позволит тебе попасть в Стоункип, когда ты пожелаешь.

Терра отдала Дрейку маленький блестящий камешек и исчезла.

– Прощай! – донеслось из темноты.

Дрейк огляделся. Вокруг никого не было, впрочем, и увидеть ничего было нельзя, потому что уже наступила ночь. Он разжал руку и поглядел на камушек, который слабо светился в темноте. Вот и все…

Теперь Дрейк и сам не понимал, привиделось ему эта встреча или все было на самом деле.

Вдруг кто-то хлопнул его по плечу.

– Чего задумался, подмастерье?

Дрейк обернулся. Это пришел Доналд Хокс – мастер и владелец кузницы. Поскольку вопрос явно не требовал ответа, Дрейк просто стоял и ждал, что скажет хозяин. А тот осмотрелся, попробовал пальцем остроту зубила, что-то хмыкнул себе под нос, а потом снова обернулся к Дрейку:

– Так, давай работать. Зови мальца. Где он все время носится?

Петер был третьим работником на кузнице. Он качал меха, пока Хокс с Дрейком занимались работой. Смышленый мальчишка, которому очень нравилось работать в кузнице. К началу работы он появлялся рядом с кузницей и играл на улице, пока его не звали.

Самое интересное, что рядом с кузницей протекал ручей, и деревенский староста не раз предлагал Хоксу построить всем миром водяное колесо, чтобы двигать меха. Кузница была нужна деревне, она приносила ощутимый доход, и затраты, несомненно, оправдались бы. Но Хокс каждый раз отвечал отказом. «Надо чтобы кто-то учился ремеслу», – отвечал он. Само собой, он не собирался лишаться лишней пары рабочих рук. Вот Петер и был таким учеником, который учился, в основном, только смотря, как работают другие.

Дрейк вышел во двор и позвал паренька. Когда Петер занял свое место у мехов и подбросил несколько кусков угля в горн, что тоже входило в его обязанности, мастер, почесав в затылке, принял решение.

– Сначала ступицы, – скомандовал он.

Это означало, что они будут отливать ступицы колес, на которые был большой спрос, потому что они использовались в колесах тяжелых возов, фургонов и военных катапульт. Дрейк достал тигель, набросал туда обломков бронзы, а потом, поднатужившись, ухватил его клещами и поставил в горн. Петер начал сильнее качать воздух мехами, пламя загудело, а угли стали ярко светиться. Тем временем Дрейк достал с полки четыре глиняных полуформы для ступиц и связал их попарно проволокой. Отливали за один раз по две ступицы, потому что покупатели заказывали обычно по две или четыре. Формы Дрейк тоже поставил в горн, но ближе к краю, чтобы они хорошо разогрелись, и из них ушла сырость. Огонь гудел, искры взлетали вверх, мастер терпеливо ждал.

Через некоторое время поставленный в горн тигель начал раскаляться. Ярко-красным светом замерцали его стенки. Бронза внутри стала пепельно-серой от жара, и на ней заплясали сине-зеленые огоньки. Металл горел, не выдерживая высокой температуры, а по кузнице распространился едкий запах. Потом Дрейк пошевелил тигель, и куски бронзы сразу потеряли видимость твердости, расплылись и слились воедино. Расплавленный металл засветился светло-розовым.

– Пора, – сказал Хокс.

Они с Дрейком взяли длинный захват с четырьмя ручками, чтобы можно было поднять тигель с двух сторон. Дрейк только помогал своей силой, предоставив действовать мастеру. Тигель следовало наклонить над формой быстро и плавно, и ровно настолько, чтобы вылилось нужное количество металла. А жидкий металл – не вода, он течет стремительно, и только мастер может заполнить форму так, чтобы внутри не образовались пузыри, и не вылилось лишнего. Хокс подвел край тигля к литнику формы и точным движением наклонил тигель. Живой струйкой полился металл. Форма заполнилась, и через ее край перетекла тонкая ленточка металла, на глазах превращаясь из ярко-розовой в серебристо-желтую.

– Вторую.

Тигель поднесли ко второй форме. Дрейк держал, а мастер, сопя, заполнил и вторую форму. Тигель заметно полегчал. Его отставили в сторону остывать, а Дрейк подцепил металлическим крюком формы и отставил их подальше от жара. Они тоже должны остыть, прежде чем их можно будет раскрыть и вынуть отливки.

Судя по всему, Хокс остался доволен проделанной работой, и потому сказал:

– Выкурю трубочку.

Он достал, набил, разжег свою трубку и вышел на улицу. Петер тоже выскочил наружу, предоставив огню в горне гореть самостоятельно. Вышел поразмяться и Дрейк. Пока хозяин сидел на камне и попыхивал трубкой, подмастерье мог отдыхать. Он остановился рядом с мастером.

– В деревне опять появились рекрутеры, – произнес негромко Хокс, вынув трубку изо рта. – Я сказал старосте, чтобы он не вздумал тебя отдавать.

Дрейк прекрасно понимал, что это значит. Местному князю снова потребовались солдаты. Для того чтобы выиграть войну против другого такого же князька, солдат нужно много и почему-то их всегда не хватает. Вот и рыщут посланцы князя по деревням. Дрейку стало одиноко и тоскливо.

Разумеется, им намного легче забрать в солдаты безродного сироту, нежели сына богатого фермера или чиновника. Но и Дрейк вроде как не одинок. Он нужен Хоксу, а Хокс нужен деревне. Правда, Дрейк понимал, что защита эта призрачна. Не так уж много влияния у деревенского кузнеца, пусть даже и зажиточного, чтобы противостоять посланцам князевой военной машины. Вот на толстого Бенета никто не позарится. Таких, как говорят, в армию можно брать, только чтобы помогать есть кашу на привалах. Вчера Дрейк видел двух чиновников, приехавших в деревню, но зачем они прибыли, узнал лишь сегодня.

Он прошел дальше за кузницу и остановился на берегу ручья, который журчал в каменном русле. Дрейк смотрел на воду и сбрасывал ногой вниз маленькие камешки.

– Дрейк! Где ты? Иди сюда! Работать пора! Дрейк! – услышал он голос хозяина.

Дрейк подошел к кузнице. На помосте под навесом стоял красивый конь. Его звали Дюгонь, и ездил на нем хозяин одной из ферм. Дрейк знал всех животных в деревне, которым требовалось прибивать подковы. Он потрепал коня по холке и вошел в кузницу. Внутри Хокс разговаривал с Кейзом – владельцем коня. Кейз был богатым фермером и обычно присылал кого-нибудь перековать лошадь, а то, что он пришел сам, было немного необычно. Впрочем, Дюгонь был его любимцем.

Хокс молча показал Дрейку на те подковы, на полке, которые следовало взять, и продолжил разговор с посетителем.

Для лошади подковы – что обувь для человека. Чем больше бегаешь, тем чаще приходится менять. Подковы даром что железные, а снашиваются очень быстро. «Счастливчики», которые находят подковы в дорожной пыли и несут себе домой, часто не задумываются о том, что эти «амулеты удачи» – всего лишь изношенная лошадиная обувка. Но почему-то никому не приходит в голову прибить над дверью старый изношенный башмак на удачу.

Многие лошади боятся огня в гудящем горне и звона инструментов, поэтому лошадей перековывают на улице. У Хокса для этого был сделан специальный навес, чтобы было удобно работать и в дождь. Но подкову, прежде чем прибить к копыту, надо было вначале раскалить. Этим и занимался подмастерье. Дрейк мог бы и сам перековать Дюгоня, взяв в качестве подмастерья Петера, но у Хокса существовало железное правило: в присутствии заказчика всю основную работу делал мастер. Вот если лошадей оставляли на время у кузницы, тогда Хокс мог поручить эту работу и Дрейку. А сейчас он взялся за дело сам. Подошел к Дюгоню и хлопнул его по ноге, чтобы увидеть копыто. Конь послушно поднял ногу – видно, такая операция была ему не в первой. Хокс клещами отодрал старую подкову, почистил копыто и крикнул в темноту кузницы:

– Дрейк, подкову!

Дрейк уже нес щипцами раскаленную подкову. Ее приложили к копыту, пахнуло дымком, и подкова плотно впечаталась в копыто, как будто Дюгонь уже родился с этими железками на ногах. Мастеру осталось забить несколько гвоздей, и четверть дела была сделана.

По окончании работы Кейз вскочил в седло, погонял Дюгоня около кузницы и, видимо, остался доволен. Он подъехал к кузнецу, наклонившись, передал ему плату, поблагодарил, кивнул Дрейку и ускакал.

Пока Хокс размышлял, что делать дальше, пришла Анна Хокс, его дочь, и принесла обед. Она поставила тяжелую корзину на землю и, взяв в руки большую глиняную миску с чем-то вкусным, зашла в кузницу.

– Дрейк, где у вас вертел? – раздался ее голос.

Дрейк не помнил, где у них находится вертел. Сами они еду не готовили.

– Возьми клинок от шпаги, там, в углу, – крикнул он в темноту.

– Ну вот, еще, клинок портить, – проворчал Хокс и пошел в кузницу.

Раздалось звяканье металла. Видимо, Хокс искал необходимый сейчас вертел. Его, естественно, забросали всяким металлическим хламом.

Куски мяса насадили на металлический прут и поставили жариться на горн. Хокс всегда говорил, что самое вкусное мясо – это то, которое зажарено на углях его кузницы.

Поскольку погода была хорошая, и Дрейк с Петером вытащили на улицу стол и пару скамеек.

На столе появились петрушка и лук, свежий хлеб, картошка и два кувшина. Пока жарилось мясо, Анна расставила на столе глиняные миски. Когда картину на столе дополнила миска с кусками дымящегося жареного мяса, все заняли свои места за столом. Все были голодны и поэтому ели с аппетитом.

За столом многих тянет поговорить. Вот и к Хокс пришел в благодушное расположение духа.

– Славный ты парень, Дрейк, – сказал кузнец, разгрызая кость. – Только зауми у тебя много. А в оружии ты хорошо разбираешься.

В оружии Дрейк действительно разбирался хорошо. Это было единственное, в чем Хокс признавал его авторитет. Дрейк мог безошибочно выбрать угол заточки двуручного меча, знал, как закалить кинжал, а изготовленными им стрелами пользовались на соревнованиях стрелков первые лучники князя. Хоксу оставалось только гадать, откуда у безродного сироты такие познания.

– Я тебе вот что скажу, – продолжал Хокс. – По всей видимости, скоро будет война. А раз война, значит, и порушат и пожгут немало. Нам надо открыть новое дело. Хватит нам прибивать лошадям подковы. Мы с тобой займемся производством гвоздей. Строить после войны придется много, и гвозди всем понадобятся. Только производство это надо налаживать с размахом. Нам с тобой вдвоем не управиться. Наймем еще подмастерьев и сделаем пристройку к кузнице. Гвоздь, он маленький, а попробуй отковать их тысячу штук! А еще надо развозить их по деревням. Я бы поставил тебя мастером в кузне, а сам бы занялся продажей. Как ты думаешь, а?

Дрейк пожал плечами.

– Я не знаю, – ответил он. – Можно бы, наверное.

Он никогда не задумывался над такими вопросами, сколько гвоздей может понадобиться в окрестных деревнях. Вот с лошадьми все понятно. Когда надо подковать лошадь, ее приводят к кузнецу. Кузнец не будет сам бегать по дворам и спрашивать. И гвоздей на каждую подкову нужно шесть штук. Значит, на четыре подковы требуется две дюжины. А куда можно сбыть несколько тысяч гвоздей, Дрейк не представлял.

– Ну ладно, мы это еще обсудим, – сказал кузнец. – Анна, давай, что там у тебя еще.

Хозяйка откинула холстину с большого блюда и стала резать пирог.

– Сегодня с рыбой, – объяснила она.

– Годится! – одобрил кузнец.

Петер тоже пододвинулся поближе. Запахло рыбной начинкой и распаренными лавровыми листьями. В кружки полилось красное вино. Правда, Петеру досталась полная кружка козьего молока, которое он почему-то не очень любил.

После обеда работа пошла своей обычной чередой.

Уже к концу рабочего дня, когда солнце начало склоняться к горизонту, у хоксовой кузницы появился староста. Он отозвал кузнеца в сторону, и они о чем-то долго говорили. Точнее, говорил староста, а кузнец с недовольным видом кивал.

Потом Хокс обернулся к своим подмастерьям.

– Эй, не расходитесь, мы будем работать всю ночь, князю нужно оружие! – крикнул он.

Дрейк и Петер уселись на траве на берегу ручья. К ним подбежали несколько деревенских мальчишек. Они, конечно, втайне завидовали Петеру, но и любили потолкаться возле кузницы. И тут, как это уже бывало не раз, кто-то попросил:

– Дрейк, расскажи про Стоункип!

Всем нравились рассказы Дрейка о приключениях в подземном мире, и многие рассказы ему приходилось повторять по нескольку раз. Детей не интересовал вопрос, действительно ли Дрейк был в Стоункипе или где-то еще, или он все это придумал. Главное, что он умел рассказывать всякие истории. Они много раз просили его повторить, как он сражался со змеями, как путешествовал с гномами по подземельям, как убегал от злобных троггских шаманов, спасаясь пущенных ими огненных шаров.

Дрейк и сам любил эти рассказы. Он уносился мыслями в мир, где он был не просто подмастерье Дрейк, а сильный и удачливый воин Дрейк, следопыт и победитель чудовищ. И всегда по окончании повествования находился кто-нибудь, кто расспрашивал и выпытывал подробности. Сегодня вопросам тоже не было конца.

– А правда, что фэйри могут исчезать?

– А правда, что бывают муравьи высотой в три фута?

– А правда, что если попьешь из волшебного фонтана Терры, то все раны сразу заживают?

– А почему Стоункип провалился под землю?

После этого вопроса галдеж сразу стих. Все молчали и ждали, что скажет Дрейк. Если сказочные чудовища и волшебники могли быть вымыслом, то Провал Стоункипа был абсолютной реальностью. Далеко за деревней, за полем, если подойти к подножию невысоких холмов, в земле зияла бездонная пропасть. Отвесные края обрывались далеко в глубину, и никто не знал, что находится там на дне. Подходить и заглядывать вниз все боялись, потому что земляные кромки пропасти были очень ненадежны и легко обваливались. Во всяком случае, не было никого, кто мог бы похвастаться, что он рассмотрел что-нибудь внизу. Утром и вечером провал обычно был затянут туманом, а ночью, говорят, иногда можно было заметить непонятные сполохи, идущие из глубины. Правда, желающих оставаться ночью один на один со страшным провалом, и следить за тем, что там творится, находилось не так уж и много. Матери под страхом самых страшных наказаний запрещали детям даже близко подходить к пропасти, боясь, что те сорвутся вниз. Пастухи никогда не подводили стадо близко к Провалу. А когда случалось, что в округе пропадали люди, то это, как правило, объясняли тем, что они нашли свой конец на дне этой бездны.

А вот Дрейк особенно и не скрывал, что ему довелось побывать внизу, и не просто побывать, а совершить захватывающее путешествие по тайным коридорам Подземного Царства и невредимым вернуться обратно. Причем он никогда не спорил с теми, кто не верил ни одному его слову и молчаливо соглашался с тем, что все это могло быть выдумкой. Но это только подливало масла в огонь любопытства. Некоторые считали его сумасшедшим, некоторые искусным вралем, но ему было абсолютно все равно.

Поэтому детворе было очень интересно, как он объяснит появление этого таинственного и страшного провала. Но Дрейк, который мог с подробностями ответить на любой вопрос о сказочной подземной жизни, тут только хмурился и пожимал плечами. «Я не знаю», – обычно отвечал он. Так он сказал и на этот раз.

Но это была единственная неправда в его рассказах. Он знал. Он помнил.

Это случилось давно, много лет назад, когда он был еще мальчишкой. В тот день он играл во дворе огромного замка. Замок назывался Стоункип и равного ему не было в близлежащих землях.

Хозяин замка князь Брайан был достаточно крутой и заносчивый. Он считал, что только он хорошо умеет управлять своим народам, а все окрестные правители не достойны того, чтобы иметь своих вассалов. Поэтому в правление Брайана часто случались войны. Его побаивались, потому что ходили слухи, что он занимается черной магией и использует ее как подмогу в ратном деле. И потом, у него действительно была сильная, многочисленная и хорошо обученная дружина. Но, тем не менее, покоя в его землях не было. Везде творились какие-то злобные дела. То молва доносила слухи о каких-то черных мессах, то на дорогах находили неизвестно кем убитых людей, то целые деревни исчезали без следа.

Родители Дрейка жили и работали в замке Стоункип. Он помнил отца, который служил у князя шталмейстером. Отец обычно ходил в черной замшевой куртке, с мечом на боку и маленькой изящной булавой в руке. Он был очень занят работой. Мать тоже каждый день уходила на службу.

В тот роковой день Дрейк играл со своей собакой, лазил по кустам около стены ратуши и остановился под окном, когда услышал разговор. Говорили его отец и князь.

– Крысы бегут из замка, ты видел, Витольд?

Витольдом звали его отца.

– Так бывает, ваше высочество, перед тем как вода во рву поднимется. Она затапливает крысиные норы, и крысы боятся этого.

– Витольд, не надо меня успокаивать! – голос князя зазвучал глуше и тише. – Я говорил с Икариусом, он тоже обеспокоен.

– Но в округе все тихо. Купцы и дозорные говорят, что на дорогах спокойно.

– А подземные… – голос князя стал едва слышен.

Дрейк подобрался к стене поближе к окну, чтобы расслышать, что говорит Брайан. Но тут поток холодной воды обрушился на него и его верного друга. Балти, завизжал и бросился в сторону. Кто-то с верхних этажей выплеснул в окно таз для умывания. Дрейк мгновенно промок, замерз и кинулся домой переодеваться. Он знал, что ему попадет от матери, если она увидит мокрую одежду, поэтому поскорей нашел другую рубаху, штаны, а мокрое разложил сушиться у камина. К тому часу, когда мать вернется со службы, все должно быть сухим.

В ожидании, когда одежда высохнет, он залез на подоконник, выглянул из окна и стал смотреть вниз. Верный Балти бегал от окна камину: он хотел вскочить на подоконник и вместе с хозяином наблюдать, что происходит во дворе (вдруг что-то интересное?) но и хотел подсушиться и погреться у камина. Он не любил, когда его поливали холодной водой.

А во дворе толстый Френсис рубил дрова. Все его звали Пузатый. Его не то что бы не любили, а просто он как-то плохо ладил с людьми. Например, в трапезной сидел всегда задумчивый и молчаливый, не шутил и не болтал с соседями. Обычно ему поручали работу, которую он мог делать один. Правда, работник он был старательный. Вот и сейчас его кожа лоснилась от пота. А он все взмахивал топором на длинной рукоятке, и чурбаки один за другим разлетались на части. Дрейк подумал, что хорошо бы сбегать к Френсису и попросить разрешения рубануть разочек-другой топором, но потом решил, что Френсису это не понравится. Он не любил, когда ему мешали.

Зато внимание Дрейка привлекла мисс Луиза. Она шла через двор с полной корзиной спелых красных яблок. Наверное, несла на кухню, поварам. Усмехнувшись, она скользнула взглядом по трудяге Френсису, а потом заметила в окне Дрейка. Она выбрала самое большое и румяное яблоко и, размахнувшись, бросила.

– Эй, Дрейк, держи!

Дрейк поймал сочный плод и крикнул:

– Спасибо!

Потом он спрыгнул на подоконник и положил яблоко на стол. Яблоко надо было разрезать. Но сделать это надо было так, как делают настоящие мужчины. Дрейк подошел к стене и снял парадный меч отца. Сверкающее лезвие со свистом рассекло воздух, и яблоко распалось на две половинки.

– Вот как надо!

Балти с равнодушием смотрел на забавы хозяина. Все, что касалось фруктов, его интересовало мало.

Внезапно пол под ногами дрогнул, и комнату встряхнуло. Балти залаял. Где-то вдали послышался раскатистый гул. Дрейк обернулся к окну и увидел, что небо за окном потемнело. Низко клубились серо-фиолетовые тучи, и даже как будто бы сверкнула молния.

Дрейк выглянул в окно и забыл обо всем. Над стеной замка возвышалась исполинская фигура в черных доспехах. Лицо гиганта было закрыто шламом, но там, где на обычных шлемах бывают прорези забрала, блистал яркий красный огонь. Вокруг темной фигуры клубились не менее темные тучи. Исполин покачивался из стороны в сторону, как бы приглядываясь к тому, что происходит в замке, а потом раздался его голос:

– Все, Брайан! Кончилось твое время!

Гигант воздел руки кверху, и замок задрожал. Одновременно Стоункип начала накрывать какая-то черная клубящаяся мгла. По крайней мере, Дрейку показалось, что это было что-то вроде черного тумана. Там, где он касался построек, на землю сыпалась черепица с крыш, отлетали камни от стен. Дрейк отпрянул от окна. «Надо выбраться на улицу», – мелькнула мысль. Он кинулся к двери, но дверь не открывалась. Гул и толчки усилились. С громким треском лопнула потолочная балка. Тут от стены отделилось что-то черно-коричневое, похожее на огромную летучую мышь. Правда, у этой мыши было страшное, похожее на человеческое лицо, искаженное гримасой. Во рту угадывались клыки. Сверкающие глаза смотрели на Дрейка. Но мальчику уже некуда было бежать. Существо надвинулось на Дрейка и плотно обхватило его своими крыльями. Дрейк начал задыхаться. Последнее, что он запомнил – дикий крик Френсиса, долетевший со двора…

Когда он очнулся, то первое, что увидел – наклоненную над ним голову монахини. Женщина ласково глядела на него и качала головой. Потом выяснилось, что он попал в приют. Он долго болел, но его выходили, и с больничной койки он отправился на другую такую же койку, в дом, где жили дети-сироты. Нельзя сказать, что в приюте с ним плохо обращались. Монахи заботились о своих воспитанниках, учили их. Но эту часть жизни Дрейк всегда вспоминал как череду серых, скучных дней, когда и дел особых нет, и радости нет, и проблем нет. А повзрослев, он узнал, что Стоункипа больше не существует. На месте замка Стоункип образовался громадный провал, и со временем в окрестных деревнях забыли о тех, кто жил в замке. С падением Стоункипа окрестные земли перешли под владетельство другого князя, Маркара, который по своим убеждениям был немногим лучше Брайана.

Через несколько лет Дрейк вернулся на то место, где когда-то стоял замок. И там он первый раз встретился с Террой – богиней земли. Именно она помогла Дрейку попасть в подземелья Стоункипа. Невероятным образом они сохранились после того, как весь замок провалился в глубь земли. Терре нужна была защита от могущественного демона огня Кул-Кума, и никто не знает, почему она обратилась за помощью именно к Дрейку. Может быть потому, что Дрейк спасся, когда Кул-Кум низверг Стоункип в бездну? Она не объяснила это Дрейку. А он попал в подземелья Стоункипа абсолютно беззащитным: без оружия, без знаний и умений. Но мало-помалу он освоился в странном подземном лабиринте. Оружие нашлось, его было много в заброшенных коридорах. Затем пришло и умение им владеть. Сражаясь с гигантскими муравьями, защищая свою жизнь, Дрейк научился владеть мечом, а когда он встретился с гораздо более грозным противником – змеями – уже им пришлось спасать свои шкуры от острой стали. Дрейк с удивлением узнал, что подземные лабиринты Стоункипа – только малая часть подземного мира, что галереи в толще земли уводят далеко в загадочные Земли, где никогда не светит солнце, но которые освещаются магическим огнем. Эти земли населяли разные расы, не очень похожие на людей. Маленькие шарги были суетливыми зеленомордыми уродцами. Они могли быть и злобными, и добрыми, по настроению. Они были признанными рудокопами и проделали в земле бесконечные коридоры, которыми пользовались для передвижения и другие народы. Шарги вечно воевали с троггами – мрачная религия троггов указывала в качестве главной цели порабощение других рас. Трогги не ведали жалости, а их шаманы были искусны в темной магии. Но, хотя трогги были умелыми воинами, им не уступали в военном мастерстве гномы – раса, у которой тоже не прекращалась вражда с троггами. Правда, не надо думать, что гномы и шарги объединялись против общего врага. Гномы недолюбливали и шаргов. Гномы сами строили и отделывали свои подземные жилища и в помощи шаргов не нуждались. Много великих воинов было и среди эльфов, народа, который тоже держался особняком. А вот маленькие веселые человечки фэйри были миролюбивыми. Они в совершенстве владели магией, были насмешниками и проказниками. Их Земли – роскошный подземный сад, освещаемый множеством магических светильников. Фэйри никому не подчинялись, но зла другим народам не причиняли. Жили в Подземном Царстве и люди, но их было немного. Это были в основном те, кто решил посвятить свою жизнь изучению магии.

Правда, поначалу Дрейк всего этого не знал. Лишь потом ему начала открываться величественная картина Подземного Мира, когда Дрейку удалось вызволить из неволи нескольких гномов и один из них, Фарли Маллестоун, в благодарность за спасение, много путешествовал вместе с Дрейком. Он был надежным боевым товарищем, а его рассказы рассеяли невежество Дрейка. Единственно, в чем не могли прийти к согласию Маллестоун и Дрейк, – какое оружие является первейшим. Дрейк освоил фехтование мечом, и считал, что меч подходит воину лучше всего, а Фарли никогда не расставался с двуострым боевым топором. Где он сейчас, этот Фарли, что поделывает?..

Путешествуя по подземному миру, Дрейк встретил и того, кто спас его в тот момент, когда Стоункип рушился в бездну. И не крылья чудовища обхватили его тогда, как ему показалось, а всего лишь в полы плаща завернуло испуганного мальчишку это странное существо, чтобы в мгновение ока унести далеко, прочь от рассыпающихся зданий.

Дрейк не обманул ожиданий Терры. Он нашел жилище Кул-Кума и сумел подбросить ему в нужный момент магический орб-ловушку. Злобный дух оказался запертым в металлическом шаре, и теперь уже никто не мешал Терре править Подземным Царством. Правда, Дрейка потом долго грыз червь сомнения. Уж не слишком ли легко дал Кул-Кум себя победить? Дрейка не оставляло ощущение, что он стал участником какой-то странной игры, которую вели между собой боги. И истинный смысл этой игры ускользал от Дрейка. Но теперь все это в прошлом. И с каждым годом воспоминания становятся все призрачнее, кажутся все менее реальными.

А какова его нынешняя жизнь? Однажды в деревне, расположенной неподалеку от Провала, объявился незнакомый юноша. Он назвался Дрейком и сказал, что ищет какую-нибудь работу. Он был не очень хорошо одет, но его оружие было достойно всяческих похвал. Подумав, староста отправил его подмастерьем к кузнецу.



Дрейк старался никому не рассказывать о своем прошлом. Зачем? Тому, что Дрейк каким-то чудом вырвался из-под рушащихся зданий Стоункипа, вообще никто не верил. Его просто считали сиротой-найденышем, который придумывает о себе всякие смешные истории. А о том, что было потом, о подземных землях фэйри, гномов и эльфов, Дрейк односельчанам и вовсе не рассказывал. Он говорил об этом только со своими приятелями и всегда был готов обратить рассказ в шутку. И только дети, услышав раз эти рассказы, с искренним любопытством просили все новых и новых историй. Да и то, наверное, потому, что чувствовали, что Дрейк сам ненамного отличается от них возрастом и характером.

Возвращение из Подземного Царства в мир людей было радостью. На первых порах. А потом… Прошло уже восемь лет, и иногда Дрейку казалось, что историю Стоункипа он выдумал сам, когда был ребенком или услышал от кого-то.

Вот так он и жил, без особых радостей и горестей, помогая кузнецу Хоксу вести свое ремесло. Но где-то в глубине души у Дрейка жила печаль. Он тосковал по чудесным возможностям и нереализованным планам. Он понимал, что тихая и размеренная жизнь в деревне хороша только на время, что она не достойна души воина и скитальца.

А потом произошла еще одна встреча с Террой, и маленький камешек, который теперь постоянно лежал у него в кармане, не давал ему покоя. Он казался напоминанием о каком-то другом мире, где все по-другому, где другие законы, другие отношения, другие боги. «Может я и сумасшедший», – думал Дрейк. – «И пусть моя голова лопнет, но я разберусь что к чему!»

Дрейк очнулся от своих воспоминаний и огляделся. Дети разбежались по домам, а до ночного бдения в кузнице еще оставалось время. Дрейк отправился прогуляться.

Вечер был тихий, а небо было затянуто облаками. У горизонта полоса облаков кончалась, и на фоне чистого неба сиял свет заходящего солнца. Облака в вечернем небе должны были быть темного, свинцового оттенка, и этот цвет там присутствовал, но только местами. Заходящее солнце подсвечивало облака снизу и, меняло серый цвет на красно-розовый. Поэтому казалось, что по небу текла река, волны которой были темны, а по волнам плыли бесчисленные лепестки красных цветов.

Дрейк смотрел на небо и не мог понять, нравится ему сочетание серого и розового, или нет. Но его размышления были прерваны голосами:

– Вот он!

– Держи его!

Дрейк обернулся. К нему бежали, пыля по дороге тяжелыми сапогами, рекрутеры князя Маркара. Их было двое. Тот, который был низенький и усатый, размахивал руками и что-то кричал. Что такое «Держи!» в устах рекрутеров и чем это грозит, понять было нетрудно. Вместо свободы – грязная казарма, муштра, сальные шуточки придурков-солдат, издевательства капрала, вши и, возможно, бесславная смерть в какой-нибудь боевой стычке. У Дрейка не оставалось ни секунды на размышления, и он бросился бежать.

Осознанно или неосознанно, но он выбрал направление, ведущее к Провалу Стоункипа. Тяжелые сапоги грохали за спиной. Но Дрейк бежал быстро, и преследователи начали отставать. Правда, они не собирались прекращать погоню. Они упорно преследовали ускользающий товар. Как волки, уверенные в том, что жертва никуда от них не уйдет, пыхтя, они держали след.

Деревенские постройки скоро кончились, и Дрейк выбежал на пустошь. Трава с шорохом путалась под ногами, зеленые ветви кустов хлестали по куртке, но Дрейк не обращал на это внимание и все бежал вперед, хотя сердце бешено колотилось в груди, и дышать было тяжело. Дрейк на бегу сунул руку в карман и сжал маленький камушек Терры. Он сразу почувствовал, что бежать стало легче, как будто могущество богини земли пришло ему на помощь. Сзади что-то кричали, но он не слышал. Он внутренне прислушивался к тому ощущению легкости, которое неожиданно возникло в нем. Он как будто бы стал меньше весить. Шаги его стали не такими вымученными, и даже трава, казалось, не с такой силой цеплялась за обувь, мешая бежать. На мгновение у него пронеслась в голове мысль, что он мог бы бежать ПО ТРАВЕ, по ее стеблям, не прибивая их к земле. Это ощущение легкости было удивительным и значительным: Дрейк всем своим существом чувствовал, что это не просто ощущение. И проверить это он смог почти сразу. Впереди путь преградила широкая канава, которая была когда-то проложена через пустошь для отвода воды. В нормальных условиях он и не пытался бы перепрыгнуть ее, а тем более с таким запаленным дыханием. Канава действительно была широка. Но тут у него не было, в общем-то, выбора, и он прыгнул. Прыгнул изо всех сил, чтобы обязательно уцепиться за противоположный край и не скатиться вниз (в то, что он просто перепрыгнет это ров, он и не мечтал). Но, к своему удивлению, он перелетел через преграду и опустился на землю так, что канава осталась на несколько ярдов позади! Тут он понял, что может, по своему желанию, управлять своим весом. Вопли сзади «Стой!», «Все равно мы тебя поймаем!», «Остановись, а не то хуже будет!» уже не особенно его волновали. Он находился в точке поворота судьбы, хотя и не полностью осознавал это. Зато он попытался прочувствовать необычное и новое ощущение легкости, МАГИЧЕСКОЙ УПРАВЛЯЕМОСТИ своим телом и тот факт, что в его жизнь снова входит чудо.

Когда он подбегал к краю пропасти, сердце на миг сжалось. Но уже другое чувство владело им – чувство возможности полета. Он еще раз на бегу попробовал, и у него получилось, чтобы тело плавно скользило над землей, совершая небывалый прыжок. А потом Провал оказался совсем близко, и у беглеца не осталось времени на размышление. Но он чувствовал, всей душой чувствовал, что это его Путь. Он не остановился у края обрыва, а с разбегу взлетел над пропастью и по пологой дуге начал падать вниз.

Он успел заметить, что внизу все было затянуто туманом. И эта белесая пелена стремительно приближалась. Он отчаянным усилием воли старался замедлить падение, мысленно взывая к камешку, зажатому в кулаке, и ему показалось, что у него получается. На мгновение он увидел под собой крутые склоны крыш и стены с черными пятнами окон. И несмотря на то, что падал он плавно, приземление на черепичную крышу было болезненным. Он не удержался и скатился вниз, к самому краю, но и на краю ему не удалось зацепиться. Ноги повисли в пустоте, а рукам не за что было ухватиться, тем более что в кулаке у него оставался камень Терры. Он съехал еще ниже, почувствовал животом край крыши и сорвался. И тут он понял, что падает медленно, плавно, как кусочек шерстяной пряжи, отпущенный на весу. И вот уже под ногами оказались камни мостовой.

Пространство между домами было густо затянуто туманом, так что было даже трудно дышать. Контуры зданий едва угадывались, но в глубине души на мгновение пробудилась память детства, кольнув острой иголочкой: ведь здесь он вырос и эти стены видел многократно. Но осмотреться толком он не успел. Земля под ним начала осыпаться, оседать, и он почувствовал, что снова куда-то падает. Больно приложившись обо что-то твердое и острое, он огляделся и понял, что свалился в какой-то наклонный подземный ход, основу которого составляла лестница с каменными ступенями. Сверху продолжали сыпаться камни и песок, поэтому он, не мешкая, спустился-съехал по заваленным булыжниками ступеням и уткнулся ногами в металлическую дверь. Открыв ее, он буквально вывалился в подземелье, преследуемый лавиной камней. За дверью оказался коридор – мрачный, холодный и плохо освещенный. Только теперь Дрейк мог перевести дух и прийти в себя после столь головокружительного полета. В теле не осталось ни капли силы. Дрейк опустился на землю и впал в забытье.

Когда он очнулся, то почувствовал, что лежит на влажной и сырой поверхности. Он открыл глаза. В полумраке он увидел соломинки и какие-то мелкие камушки, которые лежали перед его лицом. Дрейк повернулся и сел. Он находился в темной, едва освещенной галерее. Желто-коричневые стены были сложены из пористого камня. Невдалеке мерцал тусклым желтоватым светом светильник, но потолок коридора все равно тонул во мраке. Дрейк вздохнул и огляделся. То, на что он уже не надеялся, свершилось. Он снова был в Стоункипе! Он никогда не смог бы забыть эти коридоры с утрамбованным земляным полом, в который впечатывался мусор тысячами ног так, что пол стал похож на темный замшевый ковер. И этот едва уловимый запах затхлости и влаги, который висел в воздухе.

Дрейк подошел к стене. Сквозь трещины между камнями проросли растения с бледными листьями. Дрейк осторожно потрогал полупрозрачные листочки и тонкие стебельки, которые вились по стене. Дрейк вспомнил, как часто они служили ему пищей в ТОТ раз, и как он удивился, отведав их однажды и поняв, что они не только съедобны, но и довольно вкусны: напоминали салат, который выращивали местные крестьяне.

Дрейк поднялся на ноги и отряхнулся. Стоункип! Его Стоункип! Дрейк прошел вперед по подземному коридору, трогая рукой стену. Подземелья были огромны. Складывалось впечатление, что замок Стоункип на самом деле находился под землей, а на поверхности располагалась только небольшая его часть. Лабиринт коридоров занимал несколько уровней, поэтому, чтобы попасть на нужный этаж, надо было спускаться и подниматься по лестницам. Кое-где сохранились и подъемники для грузов. В подземельях было сухо, и дерево, из которого были сделаны подъемники, оставалось прочным. Дрейк знал, что некоторые шахты подъемников были кем-то превращены в ловушки.

Коридоры соединяли между собой множество комнат и залов, и разобраться без карты в этом подземном мире было почти невозможно. Дело еще осложнялось тем, что в некоторых местах коридоры были перегорожены деревянными или металлическими дверями. Когда Дрейк был здесь в первый раз, он так и не смог найти ключи к некоторым из них. Но кто-то пользовался этими дверями, кто-то отпирал и запирал их, кто-то смазывал замки и петли. В подземельях шла своя, скрытая, таинственная жизнь. Кому-то, кто не хотел показываться на глаза, эти подземелья были все еще нужны. Возможно, это были трогги.

Но теперь Дрейку надо было что-то делать. В прошлый раз ему помогала Терра, но тогда он был нужен ей, а сейчас он попал сюда по собственной инициативе, и на ее помощь рассчитывать не приходилось. Он решил действовать как в прошлый раз. Сначала обойти подземелье и поискать какое-нибудь оружие, потому что кроме кинжала у него с собой ничего не было – бегство с поверхности земли было слишком поспешным. Потом надо было выбираться в обжитые земли: в Земли Фэйри или в Кланхолл. Дрейк помнил, что путь туда не близкий. Уйти в другие земли можно было только через зал Водостоков Стоункипа, а если в нем снова скопилась вода, то идти придется по грудь в воде, рискуя нарваться на гигантских змей, которые, ко всему прочему, еще и прекрасно плавали.

Дрейк двинулся вперед по подземной галерее. Временами он останавливался и прислушивался, но пока все было тихо. Дрейк вспоминал расположение коридоров и шел по памяти. В первую очередь, надо было найти старую оружейную, там должны были оставаться мечи и доспехи. Меч он обнаружил довольно быстро, такого добра здесь было много. Не самый лучший меч, но на первых порах сойдет. А вот с доспехами все никак не получалось. Дрейк нашел только старый кожаный доспех, но и тот не полный. Не было шлема и рукавиц. Но все-таки он стал чувствовать себя более защищенным. А потом ему несказанно повезло. Роясь в сундуках в одной их комнат, он обнаружил поистине удивительную вещь: лампу Афри. Такие артефакты встречались не часто, это была настоящая магия. Демон света Афри делал когда-то такие лампы для жителей подземного мира. Эта лампа могла гореть магическим огнем очень долго. Когда магия иссякала, лампу приносили в круг маны, чтобы зарядить магической энергией. Лампа Афри – очень древний артефакт. Дрейк на мгновение представил себе, как гномы с такими лампами прорубали первые галереи в толще земли. Еще не было Кланхолла, залитого огнями, не было чудесных садов фэйри. Подземные жители обитали тогда в полумраке. А теперь даже в заброшенном Стоункипе (заброшенном ли?) горят негаснущие светильники. Их желтоватый свет неярок, но это, все-таки, свет.

Дрейк повернул бронзовый ободок на лампе, и она вспыхнула ровным голубоватым светом. В ней еще оставалось достаточно магической энергии. Дрейк погасил лампу и привязал ее к поясу. Лампа еще пригодится.

Немного погодя Дрейк перешел на нижний уровень подземелий. Это был уровень Водостоков. Отсюда, открыв тяжелую металлическую дверь, можно было пуститься в путешествие по другим частям Подземного Царства. Дрейк шел по длинной галерее, которая впереди наполовину тонула во мраке, но какой-то звук заставил его остановиться. Впереди коридор изгибался, и нельзя было увидеть, что находится дальше. Дрейк прислушался. Звуки были такие, как будто кто-то ударял кончиками пальцев по деревянной дощечке. Потом звуки стихли, но Дрейк и так уже все понял. Он огляделся. Вдаль уходили каменные стены, кое-где освещенные неярким желтоватым светом. Коридор, которым он шел, не имел дверей, и спрятаться в какой-нибудь комнате было невозможно. Да и незнакомая комната в Стоункипе всегда могла таить в себе опасность. Бежать назад смысла не было, слишком далеко. Дрейк быстро скинул куртку и намотал ее на левую руку, потому что щит он так и не нашел. Куртка заменит щит. Вытащил меч. Доспех Дрейка составляли кожаный корсет-кираса и кожаные штаны. Невелика защита, но ничего другого не было. «У воина защита находится на кончике меча», – вспомнил он услышанную где-то фразу.

Он был готов, когда муравей выбежал из-за поворота. Это был довольно крупный экземпляр, он доставал Дрейку до пояса. Муравьи чувствуют себя хозяевами Стоункипа и нападают на всякого, кто появляется в этих коридорах. Муравей стремительно бежал вперед, подняв голову. Его намерения не оставляли никаких сомнений. Дрейк выбросил вперед левую руку, и муравей, как он и ожидал, вцепился в куртку. Сильным ударом меча Дрейк снес насекомому голову.

Но это было только начало. Следом уже бежали другие твари. Они ничего не боялись, и остановить их можно было только одним способом.

Муравьев было подозрительно много. Видимо, они выскакивали из каких-то каменных нор, расположенных неподалеку. Жвала муравьев, блестящие, с коричневым оттенком, как будто откованные из стали, пощелкивали, и раздавался характерный звук. На этот сигнал сбегались другие сородичи.

Если вы идете с мечом против собаки или, скажем, волка, у вас всегда есть шанс поразить противника – он заведомо слабее. Но здесь при ударе о голову муравья меч лишь издавал глухой звук и соскальзывал. Пробить такой толстый панцирь было практически невозможно. А муравей мотал головой и еще злее бросался в атаку. Оставалось одно: бить по ногам, рискуя получить укус.

«Не иначе, в каком-нибудь подземном зале у них муравейник», – подумал Дрейк, отбиваясь. Он даже представил себе эту огромную гору, изрытую ходами, в которых снуют тысячи этих созданий. Но потом он подумал, что муравьи эти, скорее всего, живут в каких-нибудь норах, как кроты.

Дрейка уже укусили несколько раз, но он бешено рубил мечом по головам, по усикам-антеннам, по ногам напирающих насекомых… Уфф, наконец, со всей стаей было покончено. Дрейк швырнул камень вслед последнему раненому убегающему муравью и перевел дух. Потом он осторожно прошел вперед. За поворотом коридор образовывал ответвление, и второй ход вел в темноту. Идеальное место для засады, для обиталища разных созданий вроде муравьев. Но внимание Дрейка сразу привлекла деревянная дверь в стене. Дрейк прекрасно понимал, что может скрываться за такой дверью. Или комната с тайниками, в которых могли сохраниться сокровища, или сумасшедший шарг с мечом и луком, или семейство трехрогих змей.

Поэтому Дрейк сначала успокоил дыхание, вытер потную ладонь о штаны, обхватил покрепче рукоятку меча, а потом подошел к двери и ударом ноги распахнул ее. Как он и предполагал, за дверью прятался шарг. Он был в кожаном шлеме и зеленых кожаных доспехах. По всему было видно, что он прислушивался к тому, что происходило в коридоре и, наверное, даже пытался подсматривать сквозь щелки в двери. Но он сразу же отскочил вглубь комнаты.

– Не тронь Скуза! Скуз будет защищаться! – заверещал он злобным пронзительным голосом, размахивая перед собой коротеньким мечом. Меч он держал перед собой двумя руками, а острие меча было направлено прямо Дрейку в живот. Шарг ни секунды не стоял на месте, делая маленькие шажки то вправо, то влево, поэтому в полумраке комнаты за ним было очень трудно уследить. Только поблескивало лезвие меча, заточенного, видимо, до состояния бритвы. На маленьком морщинистом личике шарга застыли выражения страха, злобы и обиды одновременно.

– Скуз! – Дрейк рассмеялся и опустил оружие.

Шарг сначала остановился, а потом сделал шаг назад, не сводя с Дрейка напряженного взгляда. Он внимательно вгляделся в лицо противника.

– Дрейк?.. – едва слышно произнес он.

Дрейк кивнул.

– Ты помнишь меня? – спросил он.

Шарг опустил свой клинок. Несколько мгновений он стоял неподвижно, потом его маленькое сморщенное личико сморщилось еще больше, задрожало, и он заплакал.

– Скуз спрятался от муравьев, – рассказывал он Дрейку некоторое время спустя. – Скуз долго сидел один. Скуз хочет есть.

– У меня ничего нет, – вздохнул Дрейк.

– Скуз знает, где еда. Идем.

Шарг быстро пошел в глубину коридора. Поход за едой был недолгим. Скуз привел Дрейка в помещение, где у него были припрятаны различные запасы. В эту комнату вела дверь с надежным засовом, так что здесь можно было проводить время без особой опаски. Правда, второго выхода у этого помещения не было. По всему было видно, что Скуз оборудовал здесь себе место для жилья. Дрейку оставалось только гадать, зачем маленькому шаргу нужно жить здесь и лазать по этим подземельям. Может быть, он ищет здесь сокровища?

Заперев дверь, они с удовольствием поели, а потом завалились отдыхать на охапки соломы, которые лежали в углу. И тот, и другой были измучены: Дрейк – последними событиями и битвой с муравьями, Скуз – долгим сидением в осаде.

Дрейк встретил Скуза во время своих первых странствий по Подземному Царству. Они как-то сразу понравились друг другу и подружились. Скузу нужен был сильный друг. Где ему было найти его? Гномы недолюбливали шаргов, эльфы вообще не обращали на них внимание, а фэйри силачами никогда не были. А Дрейку со Скузом было легко. Рядом с ним он не испытывал чувства собственной неполноценности, как это бывало не раз, когда он общался с гномом Фарли Маллестоуном или эльфом Энигмой. Скуз был верным и храбрым спутником. Вдвоем они могли отбиться от кого угодно. Дрейк к тому времени уже хорошо научился биться мечом. А любой враг окажется в замешательстве, когда, кроме основного противника рядом крутится юркий и быстрый карлик, готовый в любую минуту пырнуть кинжалом в живот. Так что Дрейк со Скузом были весьма боеспособной парой. Единственное, чего панически боялся Скуз – трехрогих змей. Но это было неудивительно при его росте. Когда змея поднимала голову перед броском, она оказывалась выше его самого, да и весила ничуть не меньше.

Правда, Скуз не долго путешествовал с Дрейком. У шаргов свои дела, и Скуз оставил его, отправившись в Земли Шаргов. А Дрейк не удивился, встретив его здесь снова. Он понимал, что неуемный характер шарга поведет его во все новые авантюры. Скуз был не из тех, кто посвящает свою жизнь рытью подземных нор.

На поверхности земли, наверное, уже была ночь, а может, уже и утро. Дрейк почувствовал, что глаза слипаются.

– Я, пожалуй, посплю, – пробормотал он.

– Спи. Скуз будет караулить, – отозвался шарг.

Караулить тут было нечего, а если дверь начнут ломать, то все услышат, и спящие и неспящие, но Дрейк ничего возражать не стал, а опустил голову на солому и мгновенно уснул.

Через некоторое время Дрейка разбудило какое-то похрустывание и причмокивание. Он приподнялся на локте и огляделся. Невдалеке сидел Скуз и что-то жевал.

– Скуз хочет есть! – пояснил шарг с набитым ртом.

«Такой маленький, а сколько в него влезает», – подумал Дрейк, перевернулся на другой бок и снова заснул.

Потом Дрейк почувствовал, кто кто-то осторожно трогает его за плечо. Он открыл глаза. Над ним склонился шарг.

– Скуз пойдет к другим шарга.

– Может, тебя проводить? – спросил Дрейк.

– Скуз никого не боится, – заявил шарг и пропал в глубине коридоров.

Дрейк задумался. Судя по тому, как быстро исчез шарг, было ясно, что из-за муравьев он потерял много времени, а теперь наверстывает. Муравьи загнали его ту каморку, и ему пришлось сидеть там и ждать, пока они уйдут. А уходить они не собирались. И вот теперь Скуз получил свободу и сразу же кинулся к соплеменникам. По всей видимости, ему надо было им что-то сообщить. Теперь становилось ясным, что привлекало шарга в этих плохо освещенных и опасных подземельях. Он был соглядатаем, разведчиком шаргов в Стоункипе. Шарги, видимо, хотели знать, что здесь происходит. Видимо, и в других частях Подземного Царства бродят разведчики шаргов. Ничего удивительного.

Дрейк накинул куртку и вышел из скузова жилища. Пора было отправляться в другие земли. Он пошел по коридорам туда, где, по его воспоминаниям, находилась дверь в Водостоки. Но уйти далеко ему не дали. Все-таки оживленное это место, Стоункип.

Дрейк вгляделся в глубь коридора. Вдалеке на полу извивались серебристо-голубые узкие тела. Змеи Стоункипа. На голове каждой из них виднелись по три голубоватых шипа, которые светились в полумраке. Когда змея разевала рот, были видны загнутые белые зубы и ярко-красные десны. Сами змеи были не очень большие, в длину они не превышали роста человека, но их тела достигали в толщину фута. Кожа была покрыта костяными пластинками. Поэтому справиться с такой змеей мог только сильный, хорошо вооруженный воин. Дрейк, хорошо помня, как он когда-то воевал с этими тварями, бросился бежать по коридору прочь.

Змеи позли не очень быстро, но их было несколько, а это всегда опасно. Змеи не муравьи, и мечом просто так их не победить. Дрейк бежал по коридору, в надежде найти дверь и спрятаться за ней, но двери, как нарочно, не попадались. Вернуться к жилищу Скуза он уже не мог, оно осталось в стороне, в другой галерее. После очередного поворота он обнаружил, что коридор кончается тупиком. Дрейк обернулся, вынул меч, уже привычно взял куртку в левую руку и приготовился дать отпор тварям. Шуршание раздавалось все громче. Вот первые головы появились из-за поворота. Змеи были уже близко, когда между ними и Дрейком неожиданно выросла каменная стена. Коридор был полностью перегорожен. За стенкой слышался слабый шорох и шипение.

Дрейк подождал немного, прислушиваясь, а потом принялся за дело. Каменный мешок, в который он попал, не был освещен, поэтому Дрейк вынул лампу Афри, зажег ее и осмотрелся. В Стоункипе было много мест, где при нажатии на скрытую в стене рукоятку или замаскированную панель, часть стены могла отъехать в сторону, или, наоборот, каменная дверь могла перегородить проход. Он даже сначала подумал, что случайно наступил на такой тайный камень. Разумеется, он не собирался открывать снова проход. Надо было сначала подождать, пока змеи уползут. Но ничего особенного он не обнаружил. Везде стены были монолитные, без каких-либо признаков тайников.

Шло время, и Дрейк начал понимать, что на этот раз влип основательно. Каменная ловушка закрылась, и не было никакой возможности ее открыть. Он сначала исследовал стены и пол, а потом просто сидел на полу, хотя изредка вставал, чтобы еще раз проверить стены: может он пропустил какой-нибудь потайной рычажок? О змеях он уже не думал. Если бы стена открылась, то это было бы в буквальном смысле лучшим выходом, даже если бы все змеи Стоункипа поджидали его снаружи.

Потом он задремал. Ему снился колодец в его родной деревне. Пропала вода, и кто-то должен был его вычистить. Выбор пал на Дрейка. Селяне принесли пару корзин, лопату и длинную веревку. Помогли Дрейку спуститься вниз. Скоро Дрейк стоял на песчаном дне. Воды не было и в помине. На дне валялось утопленное кем-то ведро. Зато в каменной кладке колодца, у самого дна зияло круглое отверстие. Дрейк заглянул туда. Это был длинный подземный ход, точнее, нора. Стенки этой норы были выложены камнем. «Вся вода ушла туда», – подумал он.

Он крикнул, сообщая о своем открытии. Над краем колодца появились головы сельчан.

– Дрейк, ну что ты там видишь? – кричали сверху.

– Тут какой-то проход! – отвечал он.

– Не говори ерунды, там не может быть никакого прохода! – послышалось сверху.

– Как не может быть, когда я его вижу!

– Если бы там был проход, то вся вода утекла бы!

– Так она и утекла!

– Лучше скажи сразу, что не хочешь работать! – неслось сверху.

– Вот сами спуститесь и посмотрите! – заорал Дрейк.

– Сейчас спустимся и бока тебе намнем! – кричали наверху.

Звякнула цепь, к которой было привязано ведро. Тут сознание Дрейка переместилось из сна в явь: из деревенского колодца в каменный мешок Стоункипа. Сон отступил не сразу, но какой-то шум заставил Дрейка вскочить на ноги. Ему почудились шаги за стеной, как будто кто-то в металлических сапогах шел по каменным плитам.

Внезапно стена напротив него засветилась, и из этого пятна света появилась фигура воина, в сплошном металлическом доспехе и темном плаще. На гребне шлема играли маленькие красные огоньки.

– А! – прорычал глухой голос из-под шлема. – Вот и наш воин! Не рассчитывал уже встретиться с Кул-Кумом?

Дрейк ошалело смотрел на это странное создание, и не верил своим глазам. Это, действительно был Кул-Кум! Но ведь Терра говорила, что он пойман в такую ловушку, из которой ему не выбраться…

И Кул-Кум усмехнулся, прочитав мысли Дрейка.

– Это такому смертному, как ты, не выбраться из ловушки! – захохотал он. – Ловко я тебя поймал! Как ты драпал от этих змеенышей! Ха-ха-ха! А для Кул-Кума ловушку еще не придумали! Предупреждал я тебя: не связывайся с Террой!

Он больно ткнул Дрейка в плечо закованным в металл пальцем.

– Терра обещала освободить твой дух от оков тела! Не очень-то у нее получилось!

Кул-Кум сказал еще несколько обидных слов. Он похохатывал и чувствовал себя победителем. Потом ему это надоело. Он замолчал и уставился на Дрейка. Потом сказал:

– А знаешь, почему я тебя не уничтожил? Потому что ты скоро станешь таким же, как я, и сам ко мне придешь наниматься в услужение. А пока посиди здесь и подумай, какой ты герой.

Кул-Кум уже повернулся, собираясь уходить, но остановился.

– Э! – наклонился он вперед. – Я вижу, у тебя лампа моего брата! Дай ее сюда, она тебе больше не понадобится!

Он вырвал из руки Дрейка лампу Афри и, когда отступил назад, каменная кладка сомкнулась за ним.

Дрейк остался один в темноте и одиночестве, и действительно присел на пол у стены, потому что колени у него неприятно дрожали. Он в сотый раз воскресил в памяти события тех далеких лет. Кто бы ни был этот Кул-Кум, но в одном он был прав: он мог бы легко уничтожить Дрейка, если бы захотел. Он мог бы раздавить его как букашку. Но он не захотел. То ли посчитал ниже своего достоинства расправляться с «каким-то смертным», то ли забавлялся с ним, как кот с мышью.

Потом Дрейк вспомнил гномов, которым так не повезло, что они оказались в тюрьме у троггов. Им тоже приходилось подолгу сидеть в камерах-одиночках.

Шло время. Дрейк даже смог вздремнуть, лежа на жестких каменных плитах. Но что же делать теперь?..

Но вот стена снова засветилась, и в полумраке обозначилась другая фигура. Это был старик со сморщенным лицом, пронырливым хитрым взглядом и быстрыми суетливыми движениями. Он был закутан в коричневый плащ. Он не был человеком. Присмотревшись повнимательнее, можно было заметить вытянутые, необычной формы уши, а когда старик улыбался (или делал вид, что улыбается), во рту поблескивали желтые изогнутые клыки. Пальцы у пришельца были унизаны перстнями с разноцветными камнями. Старик остановился перед Дрейком и стал рассматривать пленника.

– Ба! – воскликнул он. – А вот и наш воин! Ну сколько раз я должен буду спасать тебя?

Дрейк тоже вгляделся в полумрак.

– Вахука?!

– Да, да, он самый, – прошамкал старик. – Незаменимый Вахука, без которого не обойтись, когда трудно. Вахука, без которого очень опасно ходить по Стоункипу. Кул-Кум так орал, что мне поневоле захотелось посмотреть, что тут происходит. Вот уж не ожидал увидеть тебя снова. Ну, да ладно, идем, а то здесь очень сыро.

Он провел рукой вдоль стены, и каменная стена лопнула от пола до потолка.

Дворец Вахуки поражал помпезной роскошью. Дрейк стоял у окна. Фэйри, которые проводили его сюда, в эту комнату дворца, удалились, и он остался один. С высоты третьего этажа открывался вид на сады, разбитые в огромном подземном зале. Дорожки между деревьев шли в разные стороны, но во всем чувствовалась тщательная продуманность планировки. Фэйри предпочитали использовать для освещения своих подземелий огни холодных тонов: голубоватые и зеленые. Поэтому растения в этом саду странно светились. Впрочем, Дрейк знал, что некоторые из них светятся своим светом, и в Землях Фэйри никогда не бывает темноты.

Дрейк и не предполагал, что тут есть такие места. Он-то думал, что хорошо изучил эту местность. Но дворец Вахуки… Это было выше понимания. Дворец был вырублен в скале. Внутри стены из камня были повсюду украшены витыми узорами, и все помещения имели праздничный вид. Ковры, устилающие пол и частично закрывающие стены, не давали почувствовать холод камня.

Комната, в которой оказался Дрейк, была отделана особенно богато. Светильники в виде шаров из матового стекла, внутри которых металось желтое пламя, давали много света, и в нем переливались разными красками драгоценные камни, украшающие стены. Вдоль стен стояли сундуки. Один, как бы случайно был открыт, чтобы можно было видеть, что он доверху наполнен драгоценными камнями. Да, про любовь Вахуки к драгоценностям в Подземном Царстве слагали легенды и пели песни!

Рядом с камином на возвышении стояло кресло. Нет, не кресло, а, скорее, трон, отделанный золотом, черным деревом и рубинами. Его покрывала мягкая бархатная накидка темно-красного цвета.

– Ну что, нравится мое жилище? – послышался голос сзади.

Дрейк обернулся. Перед ним стоял Вахука. Все в том же неизменном коричневом балахоне, все так же смотрел на него, слегка наклонив голову, как будто снизу вверх, хотя был не ниже Дрейка. Крючковатый нос и хищная улыбка никак не вязались с веселым выражением глаз. Только самоцветные камни в перстнях, все также неистово сверкали, потому что пальцы Вахуки никогда не находились в покое. Они то неуемно шевелились, то сплетались, то теребили ткань плаща.



– По сути, меня надо было бы называть «Вахука Первый, Король Фэйри», – продолжил Вахука, – но я не люблю обременять подданных излишними заботами. Они и так не забывают, что я их король. Ты знаешь, фэйри очень свободолюбивы, поэтому с ними иначе нельзя. Да-да! Я наслышан! Они часто смеются надо мной и даже песенки про меня сочиняют. Пусть! Вахука не обидчив. Но они прекрасно знают и то, что если бы не я, то королем здесь был бы Кул-Кум.

– А я думал, что королева здесь Аэнни, – осторожно заметил Дрейк.

– Мальчик мой! Ты все позабыл! Аэнни – королева эльфов, ведь она эльф. Но фэйри и эльфы здесь живут вместе, и я позволяю ей… управлять нашими народами. Она любит посидеть на троне, и чтобы подданные толпились вокруг, а я лишен такого тщеславия.

Вахука взял Дрейка за рукав и подвел к стене, усыпанной изумрудами и рубинами.

– Зато, – продолжил он, подняв вверх костлявый палец, – зато мои драгоценные камни самые лучшие. Я еще свожу тебя в мои мастерские. И когда Терре или Аэнни хочется надеть на себя новое украшение, куда, ты думаешь, они идут? Ко мне! К королю бриллиантов Вахуке! А ты говоришь, трон.

Дрейк ничего такого не говорил, но с Вахукой спорить не стал.

– А почему в Стоункипе никто не живет? – вместо этого спросил он.

– Ба! Это плохое место, – оживился Вахука. – Я имею в виду, что там много темной магии. Время Стоункипа еще не пришло.

– А змеи и муравьи там снова появились, – заметил Дрейк.

– Ну, змей и муравьев там поубавилось, – возразил Вахука. – Но глупо думать, что они исчезнут оттуда совсем. Эти твари очень живучи.

Наконец Дрейк решился задать вопрос, который носил в себе уже долгие годы.

– Я все хотел спросить тебя, Вахука, – начал он осторожно, – а почему ты спас меня тогда?

– A! Вон ты о чем! – лицо Вахуки расплылось, и он засмеялся. Получилось, как клекот хищной птицы. – Тебе, Дрейк, просто повезло. Я тогда разговаривал с Икариусом, а он предчувствовал что-то нехорошее. Он, конечно, не мог знать, что Стоункип будет низвергнут, но поделился со мной своими опасениями. А тебя я увидел случайно. И потом, я никогда не упускаю случая наставить нос Кул-Куму. Слушай, а как ты думаешь, там еще остались драгоценные камни?

– Не знаю, наверное, нет, – вздохнул Дрейк.

– Это все шарги! Проклятые шарги! – Вахука нервно забегал по комнате. – Они все тащат к себе как крысы. Дрейк! Ты ведь еще вернешься в Стоункип? Поищи там камушки для меня! Тебе ведь они ни к чему!

– Хорошо, – машинально согласился Дрейк. Его мысли были сейчас далеко.

– Ну ладно, а пока ты мой гость, – сказал Вахука. – Отдыхай.

И Дрейк неожиданно оказался предоставленным самому себе.

Теперь у Дрейка появилась возможность рассмотреть получше великолепные сады фэйри, которые в прошлое свое посещение видел только мельком. Когда Дрейк гулял по дорожкам, к нему неожиданно бросилась девушка-фэйри:

– Дрейк!

Он удивленно остановился, потому что не знал ее, а она, подбежав, смеялась и тормошила его.

– Ну Дрейк, какой ты мрачный! Мы же столько с тобой не виделись…

Дрейк лихорадочно пытался вспомнить, где он встречался с этой красавицей. Аэнни он помнил, а Ледяная Королева была совсем другая…

А девушка смеялась и, казалось, порхала вокруг Дрейка. Ее глаза светились весельем. Наконец, она поняла, что ввела «героя Стоункипа» в полную растерянность. Ей пришлось дать объяснения.

– Дрейк, это же я, Свитти! Ты совсем забыл меня?

– Свитти?.. – Дрейк изумился еще больше. – Но ведь ты…

– Ха-ха! Я успела вырасти за то время, пока ты был где-то там! – махнула она рукой в том направлении, где, по ее мнению, пропадал Дрейк. – Я уже не похожа на маленькую девочку!

– Свитти… – Дрейк схватился за голову и присел на траву. – Ну, конечно, же, Свитти.

Свитти была самым авантюрным приключением в его прошлую бытность в Подземном Царство. Когда он проходил через Земли Фэйри, маленькая девчушка-фэйри увязалась за их группой. Она возомнила себя великой воительницей и решила отправиться вместе с Дрейком, гномами, эльфом Энигмой и Скузом ловить Кул-Кума и спасать Терру. Прогнать ее не было никакой возможности, так как фэйри сами решают, где им быть и что делать. Легким розовым облачком неслась она по подземным коридорам вслед за воинами. Как она не погибла тогда, Дрейк не понимал и поныне. Впрочем, фэйри настолько искусны в магии, что одно это создает им почти абсолютную защиту. Они просто могут исчезнуть, когда на них кто-нибудь нападает.

Конечно, девчонке вскоре надоело странствовать по подземным лабиринтам, сопровождая суровых молчаливых бойцов, и она вернулась обратно, к сказочным цветущим садам, а Дрейк со временем забыл о ней. И вот, пожалуйста, такая встреча. Он чувствовал себя очень смущенным.

Но неловкость быстро рассеялась, когда Свитти потащила его смотреть свои растения. Это была ее главная забота – выращивать цветы, которые никогда не видели настоящего солнца. Цветов было много, все надо было посмотреть и обсудить, и день пролетел незаметно. Но в конце дня Дрейк так устал от ботанических экскурсов, как будто провел день в тяжелейшем сражении. Но все-таки, это было лучше, чем ничего не делать.

Прошло несколько дней. Дрейк наслаждался бездельем в Землях Фэйри. Наверное, впервые в жизни от него никто ничего не требовал, и он ничего не обязан был делать. Даже рассказов от него никто не ждал. Его здешние похождения были хорошо известны местным жителям, а жизнь людей на поверхности мало интересовала их.

Большую часть времени Дрейк проводил со Свитти. Они гуляли в бесконечных садах, и Дрейк слушал ее щебетание, мало, впрочем, запоминая из того, что она ему говорила. Многое для него было непонятным. Или он смотрел, как Свитти занималась в саду, помогая цветам расти. Он обычно сидел на траве и наблюдал, как она протягивала к цветам руки, укутывала их едва заметным световым облачком, и бутоны на глазах начинали разворачиваться, а стебли тянулись вверх. А иногда Свитти решала, что какая-то ветка на дереве растет не так. Тогда взлетала вверх, к высоким кронам и повторяла там свои магические манипуляции. Крылья, которые появлялись у нее в этот момент за спиной, были, конечно, не настоящие, а магические. Свитти могла прекрасно летать и без них, но ей нравились взмахи полупрозрачных стрекозиных крыльев. Дрейк встречался и с другими обитателями этого мира. Многие фэйри ухаживали за растениями, поэтому таких садов больше не было ни у кого, даже у Терры. Некоторые фэйри еще помнили Дрейка по прошлому посещению.

Но со временем разговоры, которые вели Свитти и Дрейк, становились все короче, и часто они бродили по садам молча. Однажды, когда они так ходили, к ним подошел эльф и поклонился:

– Королева Аэнни просит вас к себе, Дрейк, – почтительно сказал он.

Дрейк взглянул на Свитти.

– Иди, – вздохнула она. – Тебя ждут твои великие дела.

Аэнни ничуть не изменилась за эти несколько лет. Она также величественно восседала на троне. Только прибавилось бриллиантов в волосах и на пальцах. Видимо, мастерская Вахуки действительно работала не зря. Аэнни спокойно глядела на Дрейка, и по выражению ее лица нельзя было понять, рада она ему или нет. Королева эльфов умела сочетать внешнее радушие хозяйки дома и бесстрастность правителя. В руке она держала веточку белых цветов, которые хорошо подходили к ее белоснежному платью.

Но она подробно расспросила Дрейка о его странствиях. Внимательно слушала ответы и не прерывала собеседника. Лишь когда Дрейк упомянул о рекрутерах князя Маркара, она едва заметно сокрушенно покачала головой. Казалось, ее задевают людские дела.

Но вот рассказ подошел к концу. Аэнни внимательно посмотрела на Дрейка.

– Я хочу дать тебе одно поручение, – сказала она. – Мне некого больше попросить об этом.

Дрейк кивнул.

– Необходимо, чтобы ты отправился в Земли Ледяной Королевы. Ты найдешь Королеву и предложишь свою помощь. Я не могу послать туда своих подданных. Эльфам вход в эти земли воспрещен.

– Но ведь Ледяная Королева… – начал Дрейк.

– Нет, она не погибла тогда, – покачала головой Аэнни. – А у тебя будет хорошая возможность помириться с ней.

– Хорошо, я схожу туда, – согласился Дрейк.

– Ты должен отправиться немедленно. Время торопит. – закончила Аэнни.

Сборы были недолгими. Подземное царство вечной зимы располагалось неподалеку от царства вечного лета. Дрейк зашел к Вахуке:

– Аэнни попросила меня отправиться в Земли Ледяной Королевы.

– Да, сходи, сходи, – закивал Вахука. – Если найдешь там камешки, возьми их для меня.

– Кул-Кум отнял у меня лампу Афри, – признался Дрейк.

– Ну что вы за люди, в темноте не видите! – воскликнул Вахука. – Ба! Сейчас мы это исправим!

Он исчез, а через несколько мгновений появился снова. В руках у него была лампа.

– На, держи! Кул-Кум давно уже про нее забыл. Ну ладно, иди, у меня много дел.

Провожала Дрейка одна Свитти. Только тут Дрейк понял, как ему не хочется уходить. Он признался себе, что не хочет расставаться со Свитти. Он почувствовал, что устал от решения бесконечных загадок в подземельях. Поэтому он и предложил:

– Ты бы снова могла пойти со мной…

Свитти нахмурилась и посмотрела в землю.

– Знаешь, Дрейк, мы, конечно, друзья, и все такое, но я не могу быть с тобой. Мы, фэйри, создания воздуха. Мы любим свет, простор, цветы, песни. А ты воин. Ты ходишь по подземным коридорам, сражаешься с чудовищами, ищешь сокровища. Нам будет трудно понимать друг друга.

Свитти почти точно повторила его собственные мысли, но все же Дрейк возразил:

– Но ведь ты тогда пошла со мной в поход и тоже сражалась?

– Я была маленькая девочка, и, наверное, влюбилась в тебя, – ответила Свитти. – Но это увлечение боевой славой было мимолетным. Я очень быстро поняла, что это не для меня. Да и другие фэйри не одобряли это. Дед долго выговаривал.

– А кто твой дед? – спросил Дрейк.

– Вахука, ты же его знаешь.

И они расстались.

Земли Ледяной Королевы выглядели такими, как и ожидал увидеть их Дрейк, такими, как он их запомнил. Бесконечная череда арок, ажурных решеток, покрытых инеем. Проходы вели во всех направлениях, но терялись в белесом полумраке. Над арками, где-то в вышине, угадывались своды подземного зала. Свет здесь был под стать климату – резкий и холодный. Здесь нельзя было жить, но смотрелось все это красиво. И все было засыпано снегом. Дрейк еще раньше удивлялся, как это в теплом подземном мире, который никогда не знал холода зим, могло появиться такое заледенелое царство. Конечно, тут не обошлось без магии, сказал он себе тогда. А потом ему пришлось познакомиться не только с магией, но и с хозяйкой здешних мест. Это было одно из самых опасных его приключений, и он не любил вспоминать о нем. Жизнь его тогда висела на волоске. А вот теперь приключение должно было повториться.

Дрейк осторожно шел по тропинке. Передвигаться в Землях Ледяной Королевы надо было с опаской. Он подозревал, что в любой момент в него могут ударить снежки. Причем они не очень-то походили на те снежные шарики, которыми любит забавляться малышня. Эти были намного опаснее. Увесистые снаряды, сплошь состоящие из острых ледяных игл. Грозное оружие Ледяной Королевы. Они, появляясь ниоткуда, летели по подземным галереям с огромной скоростью, валили с ног, и своими остриями, казалось, могли пробить даже кольчугу. Но сейчас все было спокойно. Только поскрипывал под ногами снег.

Все было спокойно, и Дрейк вздрогнул от неожиданности, когда в глубине коридора появилась невысокая фигурка. Маленький воин со смешным личиком, одетый в меховую куртку, двинулся навстречу. Не доходя до Дрейка, он остановился и изобразил нечто вроде поклона.

– Я провожу вас к Ее Величеству, – тихонько проскрипел он.

Ледяной Королеве прислуживали шарги. Трудно сказать, чем привлекали их эти холодные пустоши. Возможно, Королева хорошо им платила. Или неуемный и пронырливый характер шаргов заставлял их быть повсюду, участвовать во всех событиях? Этого не знал никто.

Во все стороны разбегались утоптанные тропинки, но страж уверенно вел Дрейка. Здешние шарги, конечно, прекрасно знали эти лабиринты. Дрейк шел и чувствовал, как холодный воздух пробирается под одежду.

Королева встретила его в своем тронном зале.

– Рада видеть тебя в добром здравии, Дрейк, – звучным высоким голосом проговорила она.

Это действительно была Королева, в полном понимании этого слова. Даже Аэнни не обладала такой величественной грацией, такой надменной красотой.

Дрейк неловко поклонился.

Королеве, видимо, это понравилось, и на ее лице появилось что-то вроде улыбки. Впрочем, может, это была усмешка.

– Если в этот раз обойдется без снежков и стрел, то я предлагаю сразу пройти к столу, – проговорила она.

Дрейку ничего не оставалось, как последовать за ней. Он чувствовал себя в полной растерянности. В прошлый раз, когда он шел через Земли Ледяной Королевы, у него вышла с ней небольшая военная стычка. Нда… И вот теперь Королева встречает его в качестве гостя.

Королева жестом пригласила Дрейка начать трапезу. Яства на столе были отменные, но это были яства зимы. Мороженое было очень вкусным. Напитки обжигали, но обжигали холодом. Здесь не было ничего теплого. Дрейк подумал, что здешним шаргам, наверное, приходится нелегко в смысле еды. Впрочем, может они выходят в другие земли и там едят горячую пищу?

– Согласись, Дрейк, зима имеет свои преимущества, – сказала Королева. – Обычные растения распускаются и увядают, а ледяные и снежные цветы не вянут. В моих Землях красота сохраняется вечно.

Возразить на это было сложно, и Дрейк промолчал. Но он никогда бы не променял живые растения на царство снежных цветов.

– Здесь красиво, но я устала, Дрейк, – продолжала Королева. – Устала от вечной красоты, и мне надо отдохнуть. И ты мне в этом поможешь.

– Я?..

– Да ты. Тебе я доверяю, Дрейк. Ты уже пытался убить меня и тебе незачем делать это во второй раз.

«Ну, дела», – пронеслось в голове у Дрейка.

– Но ваши слуги… – начал он.

– Мои подданные не должны видеть меня беспомощной.

Видимо, у него был такой вид, что Королева усмехнулась и снизошла до объяснений.

– В нашем Царстве мы служим разным стихиям, – начала она. – Вернее, разные стихии служат разным богам. Фэйри неотделимы от растительного мира, а стихия Кул-Кума – огонь. А есть владыки, стихия которых – зима, холод. Это я, Кор-Соггот и другие. Когда вы, люди, заболеваете, то идете к лекарю, а мы практикуем магию забвения. Долгий снежный сон – это то, что нам надо, это прекрасно. Он излечивает от всех недугов. Если бы ты знал, как он сладок, этот снежный сон. Я устала, Дрейк. И я хочу отдохнуть. Пока я буду спать, моими землями будет править Кор-Соггот. Он же будет лечить меня.

Королева наклонилась к Дрейку.

– Я не могу больше ждать! – воскликнула она, и ее лицо, исказившись, вдруг стало злобным и страшным. – Я должна уснуть! В ваших же интересах, чтобы я спала! Решайте там свои проблемы без меня!

В ее глазах Дрейк увидел метание ледяного пламени. На лице не осталось и следа красоты. Это было лицо ведьмы. Она была так ужасна, что Дрейк отшатнулся. Но через мгновение Королева снова стала собой – холодной надменной красавицей.

– Ты должен мне помочь, и сделать это надо быстро. У нас с тобой нет времени. Извини, не так принято принимать гостя, но ничего не поделаешь.

– Но почему именно я?

Дрейк лихорадочно пытался разобраться в веренице мыслей, но только больше запутывался. По правде сказать, он мало что понимал, слишком все было неожиданно и странно.

– Не каждый может прикасаться к игле забвения, ведь это магия. Человек может. И потом, – продолжала Королева, внимательно поглядев на Дрейка, – наша предыдущая встреча была не очень дружественной. Я хочу, чтобы это осталось в прошлом. Зима ни к кому не враждебна. Она просто такая как есть. Я не хочу, чтобы ты считал наше Царство чужим.

Королева замолчала.

– Я понимаю, – произнес Дрейк. Хотя бы это было ясно.

Королева встала, взяла со стола шкатулку, раскрыла ее и показала содержимое Дрейку. На черном бархате в углублениях лежали длинные тонкие иглы. Они были полупрозрачные, как будто сделанные изо льда.

– Один укол такой иглой, и можно спать очень долго, – объяснила Королева. И повторила: – Очень долго.

– Пока игла находится в теле, существо будет спать, – продолжила она. – Когда я займу свое место на ложе, ты проткнешь мне руку одной из этих иголок. Не бойся. Когда-то ты пытался проткнуть меня стрелой. – Она улыбнулась. – Иглой это будет сделать значительно проще. Но будь осторожен сам, не уколись.

– Хорошо…

– Ты готов?

– Да. – Дрейку казалось, что все происходит во сне.

– Вот сюда.

Она приподняла кружевной рукав своего платья и показала место на руке, повыше локтя.

– И еще. Ты должен будешь дождаться прихода Кор-Соггота. Он появится после того, как ты уколешь меня иглой. А потом можешь идти по своим делам.

– Хорошо, я дождусь его.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Дрейк никогда не встречался с Кор-Согготом, но не сомневался, что узнает его. Он видел его изображение в замке Терры.

– Но сначала я должна занять место на своем ложе.

Ледяная Королева пошла в глубину зала.

Дрейк с ужасом увидел, что у стены на возвышении стоял ледяной гроб, и что именно к нему направилась Королева. Стенки этого сооружения были сделаны из чистейшего льда, отполированы, и поэтому просвечивали.

Королева обернулась.

– Это не гроб, – усмехнулась она, точно угадав его мысли. – Это всего лишь ящик изо льда. Мне здесь будет удобнее. Это не только лед, но и магия, которая будет защищать меня.

С истинно королевской грацией она взошла по ледяным ступенькам, приподняв подол своего серебристо-голубого платья. Дрейк с удивлением увидел, что на ногах у нее были легкие босоножки.

Внутри ящика находились белые атласные подушки. Королева возлегла на них с таким видом, будто собралась отдохнуть во время пикника.

– Все, я готова, – сказала она и закрыла глаза.

Если бы в пустынном зале упала снежинка, то это, наверное, было бы сейчас слышно. Дрейк же слышал только звук своего дыхания. Он прикоснулся к руке Ледяной Королевы и почувствовал, насколько холодна ее кожа. Ледяная игла жгла пальцы. Дрейк вздохнул, и, боясь промедлением выказать неуважение к Ледяной Королеве и обнаружить свой страх, вонзил ледяную иглу в гладкую кожу. Послышался легкий вздох. Королева лежала, закрыв глаза. Лицо ее было безмятежно-спокойным. Ни капельки крови не просочилось из-под тонкой острой иглы. Дрейк разжал пальцы и отошел. Повелительница зимы лежала неподвижно.

Дрейк, как и обещал, остался возле нее на страже. Холодно и тихо было в пустом зале.

Шло время, но ничего не нарушало однообразия тишины и холода.

Тогда Дрейк начал ходить от стены к стене, чтобы течение времени не казалось таким мучительным, чтобы хоть немного согреться. Иногда он подходил к столу подкрепиться. Но уже ни мороженое, ни ледяная сахарная вата, ни снежный напиток не радовали его. Холод проникал ему в душу. Потом ему стало казаться, что прошла вечность. Две вечности. Он подумал, что уже никогда не сможет отсюда уйти. Он даже подумал, что может быть лучше взять из ларца еще одну иголку, уколоть себя и заснуть долгим снежным сном. Так он хотя бы частично выполнит обещание, данное Ледяной Королеве – останется возле нее.

Но, к счастью, даже вечности иногда приходит конец. Внезапно Дрейк почувствовал сзади какое-то движение. Он обернулся. Двери в зал были распахнуты, и в глубине галереи он увидел темную фигуру. По мере того, как она приближалась, Дрейка охватывало странное оцепенение. Страх не страх, но какая-то робость и растерянность. Растерянность перед чем-то, что было неизмеримо сильнее его самого. Пришедший был одет в темно-синий, почти черный плащ, капюшон которого закрывал голову. Но из-под капюшона глядело не человеческое лицо. То есть оно было похоже на человеческое, но вместо носа и рта у него был загнутый птичий клюв, который делал лицо страшным и нереальным. Это был Кор-Соггот, повелитель тьмы и холода. Никто не знал, есть ли у него подданные, и деяния его были таинственны. Дрейку, можно сказать, повезло, что он стал свидетелем отношений Кор-Соггота и жителей подземного мира.

И взгляд пришельца был сродни птичьему: холодный и жесткий. Но взгляд этот был достаточно острый. Дрейк понял, что для этого существа он не более чем деталь обстановки, что той живости, которую проявляли в его делах Кул-Кум и Терра (каждый, правда, на свой лад), он здесь не увидит. Кор-Соггот на мгновение остановил на Дрейке свой взор, и при этом все равно казалось, что он смотрит куда-то мимо него вдаль, а потом сделал недвусмысленное движение рукой в сторону галереи. И все. Но Дрейка не надо было долго уговаривать. Как в оцепенении, не отрывая взгляда от страшного лика, спотыкаясь, он двинулся к выходу. И только когда зал остался позади, он смог перевести дух и идти более спокойно.

Но теперь надо было выбираться наружу. Проводники-шарги куда-то исчезли, и надо было выбирать направление самостоятельно. Дрейк попробовал идти наугад.

Внезапно начал идти снег. Невероятно для подземного мира, но это было так. Снежинки словно зарождались где-то в воздухе, под черными сводами высокого зала, и падали вниз. И воздух пришел в движение. Как будто в подземном царстве задул исполинский сквозняк. Дрейку было некогда разбираться с причинами происходящего, хотя он догадывался, кто был виновником этих быстро произошедших перемен. Нужно было срочно выбираться в теплые коридоры.

Но теперь все дело осложняла метель. Снежинки неприятно летели прямо в глаза, а холод заставлял думать о холоде и ни о чем другом. Дрейка, наверное, спасла прирожденная способность находить правильную дорогу в незнакомой местности. Он и сам не помнил, как блуждал по всем этим дорожкам. Повороты мелькали один за другим, а снег все прибывал.

Но вот, наконец-то, выход. В конце галереи в каменной стене виднелась дверь. Обычная дверь, сработанная из толстого соснового бруса. Дрейк открыл ее. На него пахнуло теплым воздухом. Переступив порог, Дрейк оказался в более привычной для себя обстановке – туннеле, прорубленном шаргами в скале.

Дрейк обернулся. Метель в Землях Ледяной Королевы усиливалась. Снег летел со всех сторон, и его густые хлопья теперь залетали и в коридор. Снег быстро заметал проход, и позади двери уже вырос внушительный сугроб. Еще немного, и проход будет полностью занесен. Снежинки на глазах смерзались и образовывали плотную ледяную корку. Дрейк понял, что такова воля Кор-Соггота – запечатать вход в Ледяное Королевство.

Дрейк приналег на дверь, и тяжелая дверь со скрипом закрылась. Бушующая зима осталась на той стороне.

Только теперь Дрейк понял, насколько он устал. Все тело его было пронизано ледяным оцепенением. Дрейк пошел вдоль стены, и, хотя в подземной галерее было по обыкновению тепло, мысль его была только об одном: согреться. Он помнил, что в шахтах довольно часто встречались выемки в стенах, где был устроен горящий очаг. Обитающие здесь шарги разводили огонь, чтобы создать удобство своим работающим соплеменникам. Сейчас Дрейку ничего так не хотелось, как посидеть у такого очага. Он даже как будто бы почувствовал запах дыма, тянущийся из глубины прохода. Дрейк зашагал вперед. Но очаг, как назло, не встречался.

Тогда Дрейк решил идти до тех пор, пока не встретит какое-нибудь жилище шаргов. Там, несомненно, будет огонь, будет и еда. Он шел, и неровные стены тоннеля убегали в темноту. Об опасности Дрейк не думал. Змеи, жгучие цветы, ядовитые москиты – вся нечисть, которой богаты Земли Шаргов, – не пугали его. Даже тролли не пугали, потому что он не очень-то и верил, что здесь можно будет встретить троллей. Он хотел одного: добраться до нормального жилья, где вместо ледяного пламени горит настоящее жаркое пламя, где вместо снежного напитка – вино, а вместо сладких ледышек – обычное, пропахшее дымом, жареное мясо.

Он шел достаточно долго, миновал уже несколько разветвлений, но так и не обнаружил признаков жилья. Подземных жителей всегда можно было обнаружить по следам в пыли, брошенным остаткам еды, по установленным ловушкам, наконец. Но эти галереи были пусты. Звук шагов далеко разносился в тишине и эхом возвращался обратно, как будто тоже не мог найти ушей, которые могли бы его услышать.

Дрейк прошел уже достаточно далеко и устал, но ледяной озноб, пронизывавший его плоть в Землях Ледяной Королевы, стал отступать. Все-таки в шахтах сравнительно тепло. Но теперь Дрейк был готов признаться себе, что заблудился. Бесконечная однообразность коридоров наводила на мысль, что он забрел в отдаленную часть шахт. Здесь не было ни дверей, ни комнат, ни брошенных предметов, то есть никакого признака жилья. Дрейк совершенно не представлял, где он находится и куда следует идти. Он попытался припомнить, не проходил ли он эти места в прошлую свою бытность в этих Землях, но в памяти не оказалось никаких зацепок. Это был просто длинный коридор, похожий на сотни других, которые трудолюбивые шарги прокопали на этих глубинах. Все, что можно было утверждать наверняка, так это то, что он все находился в Землях Шаргов. В этих галереях можно было бродить очень долго, и, видимо, не случайно время от времени на полу попадались остатки рассыпавшихся скелетов.

…Дрейк медленно шел вперед. У него очень болели ноги, его мутило, но он понимал, что чем дольше он будет идти, тем больше у него останется шансов на спасение. Поэтому он брел, опираясь рукой на стену, даже не особенно глядя себе под ноги, хотя и рисковал наступить на жгучий цветок или провалиться в ловушку.

Через какое-то время его внимание привлек слабый звук. Дрейк остановился и прислушался. Это журчала вода. Дрейк двинулся вперед. Скоро галерея превратилась в небольшую залу, пол которой был густо усеян камнями. Стену наискось пересекала трещина, и из этой трещины вытекал ручеек. Это журчание и услышал Дрейк. Он подошел к воде, подставил руки под тоненькую струйку и напился. Ему было ясно, что идти дальше он не сможет, ему просто не хватит сил. А тут была вода, и следовало остановиться на отдых.

Дрейк отбросил в сторону мешающие камни, прилег на песчаный пол прямо у ручейка и сразу же заснул.

В глубине галереи раздавались ритмичные звонкие удары. Такой звук издают металлические подковки, которыми подбивают сапоги. Два троггских воина шли по тоннелю. Одежда и вооружение их было традиционным: красно-серые камзолы поверх доспехов, небольшие круглые ярко начищенные щиты. Кривые сабли были, по уставу, на четверть вынуты из ножен. По всей видимости, это был патруль. Трогги всегда контролировали подвластные им земли.

Убежать от них или спрятаться Дрейк уже не мог. Воины подошли к тому месту, где он лежал, и, конечно, сразу заметили его.

Один из воинов вытащил саблю и подошел к лежащему Дрейку. Указав острием оружия на него, он сказал:

– Встань!

Дрейк с трудом поднялся.

– Иди!

Воин махнул саблей в глубину тоннеля. Дрейк, прихрамывая, шел по коридору обратно, откуда недавно пришел, а задним шли два воина, позвякивая экипировкой. Трогги любили украшать себя нужными и ненужными металлическими поделками. Троггским воинам была чужда склонность прятаться или подкрадываться. Они действовали всегда так, что об их приближении можно было узнать заранее. Но в узких коридорах разминуться с противником было сложно, и жертва все равно не могла спастись. Правда, трогги умели еще мастерски устраивать засады. Троггские воины был немногословны, но злобны. У Троггии не было союзников, но она смогла захватить значительную часть Земель Шаргов, и многие шарги с рождения были рабами.

Вот и сейчас воины шли молча. Судя по всему, они прекрасно понимали друг друга без слов.

На перекрестке они повернули на направо, а потом еще раз направо. Дрейк совершенно не представлял, куда его ведут. Следующая галерея уже была хорошо освещена. Светильники висели на равном расстоянии друг от друга.

Троггские воины привели Дрейка в помещение, где горели факелы. Квадратная зала была пуста, только в углу стоял открытый сундук. Один из троггов, тот, что был ближе, толкнул Дрейка в сторону сундука.

– Полезай!

«Это конец», – мелькнуло в голове у Дрейка. Сейчас его посадят в этот сундук, замок закроют, и свобода будет потеряна навсегда. «Нет! Надо бежать!» – кричал голос внутри. Но ноги были как ватные, и в теле не было силы. Да как можно было убежать от двух дюжих воинов? И тут Дрейк проснулся: «Уфф, это был только сон».

Он лежал в полумраке на жестком холодном полу. Рядом тихо журчала вода. Дрейк весь дрожал от пережитого страха, отвращения и злости, которые остались от его сна. Он сначала не даже понял, что это был только сон. Дрейк закрыл глаза. Отдых не принес облегчения, голова все еще болела, а мышцы были слабые, как у инвалида. Видимо, он снова уснул. Во сне ему чудились друзья, которые подходили и смотрели на него. Вот появился Энигма. Он наклонил голову и что-то говорил. Вот Свитти подбежала и протянула к нему руки. От рук веяло приятной прохладой. Свитти с болью смотрела на него, потом отошла и исчезла в темном проеме коридора. Затем появились еще какие-то фигуры, но Дрейк их не узнал.

Внезапно он очнулся, открыл глаза и прислушался. В глубине коридора раздавался звук шагов. Они были негромкие, но размеренные, словно тот, кто шел, никуда не торопился, двигаясь проверенной дорогой. И это уже был не сон. Дрейк приподнялся на локте и освободил рукоятку меча. Кто бы там не шел, Дрейк не собирался сдаваться без боя. Это только во сне можно посадить его в сундук! Дрейк притушил лампу Афри, которая стояла рядом с ним, и его прибежище погрузилось во мрак.

Но теперь свет виднелся из галереи. Естественно, кто бы там ни подходил, он шел со светом. Вот в проеме показалась высокая фигура, закутанная в мантию с капюшоном. В руке незнакомец держал магический скипетр, на вершине которого поблескивал крупный драгоценный камень. Из камня исходили лучи света, они и освещали дорогу.

Чужак направился прямо к Дрейку. Когда он подошел, Дрейк понял, что незнакомец принадлежит к расе людей. Пришедший наклонился, рассматривая Дрейка.

– Ага, вот ты где, – пробормотал он таким тоном, как будто нашел забытую вещь.

Дрейк внимательно вгляделся в его лицо. Он был уверен, что никогда не встречал этого человека раньше. Тем временем незнакомец присел на камень рядом с Дрейком.

– Да, здорово ты влип, – снова подал голос он. – Но я помогу тебе.

– Кто ты? – спросил Дрейк.

– Скорее всего, ты меня не знаешь. Ведь мы раньше не встречались, верно? – ответил незнакомец. – Меня зовут Икариус. Я живу в этой части шахт.

– Икариус! – удивился Дрейк.

Он, несомненно, где-то слышал это имя. И тут он вспомнил! Это имя он слышал еще в детстве, когда жил в Стоункипе. И этим именем были подписаны свитки, которые он находил в подземельях Стоункипа потом. Эту догадку следовало проверить. Дрейк задал вопрос:



– Если вы живете в этих местах, то чем же вы тут занимаетесь?

Икариус усмехнулся.

– Я занимаюсь магией, если ты знаешь, что это такое. Когда-то я был гроссмейстером школы магов в замке Стоункип. А потом, когда Стоункип был разрушен, перебрался сюда. Я живу в пустынных краях и очень рад, что меня никто не беспокоит. А твое появление было весьма неожиданным.

– Я сам не понимаю, как сюда попал, – признался Дрейк.

– Охотно верю. А сейчас тебе лучше пойти со мной. Мое жилье не так уж и далеко.

Дрейк попытался встать, но тело его плохо слушалось.

– О! – заметил маг, – да ты совсем обессилел. Надо тебе помочь.

Он достал из сумки небольшой стеклянный сосуд, снял металлическую пробку и налил в нее как в стаканчик, темную жидкость.

– Вот. Выпей это.

Дрейку не хотелось пить незнакомое снадобье, но он решил, что хуже с ним уже не будет, и выпил. Жидкость пахла травами и была чуть горьковатой. Ее было немного, но Дрейк сразу почувствовал прилив сил, а голова прояснилась. Он отдал пустую крышечку магу и поднялся на ноги.

– Ну, идем, – сказал Икариус и, подняв повыше скипетр, зашагал по галерее.

Маг двигался уверенно, как человек, хорошо знавший эти катакомбы, но не быстро. Дрейк, хоть и чувствовал себя отвратительно, успевал за ним. Они шли, как показалось Дрейку, достаточно долго, и Дрейк уже собрался сказать магу, что не сможет дойти, как вдруг Икариус остановился. В стене была дверь из грубо обработанного бруса – такая же, как и сотни других в Землях Шаргов. Маг открыл эту дверь и вошел в маленькую комнатку, которая была за ней.

– Заходи, – обернулся он к Дрейку.

Когда Дрейк прошел, внутрь, маг закрыл дверь на засов. Потом Икариус нажал потайной рычаг, и часть стены отодвинулась в сторону. Открылся другой проход. Он вел в жилище мага.

– Прошу в мой дом, – сказал Икариус.

Дрейк плохо запомнил первые часы, проведенные в жилище Икариуса. Болели ноги, слипались от усталости глаза. Маг заставил его поесть, выпить чашку какого-то снадобья, а потом проводил Дрейка к кровати, застеленной шкурами. Дрейк сам не помнил, сколько проспал, но когда проснулся, почувствовал, что ему значительно легче. От ощущения холода, испытанного им в царстве Ледяной Королевы, не осталось и следа. В нем даже пробудилось любопытство, и он осмотрелся. Жилище Икариуса было продолжением все тех же шаргских пещер, но обустроенное по вкусу человека. Было много мебели, и Дрейк отметил, что часть мебели попала сюда из Стоункипа. В одной из комнат Дрейк обнаружил большую библиотеку. Столько книг он еще ни у кого не видел. Затем Дрейк перешел в большую комнату, точнее, зал, где за столом сидел сам хозяин. Икариус отложил перо (он что-то писал в толстенной книге) и встал.

– Отдохнул? – спросил он, потирая руки.

– Да, спасибо, – ответил Дрейк, осматриваясь.

– Можешь спрашивать, – угадал маг желание Дрейка.

Дрейк действительно хотел бы порасспросить Икариуса, но после недавних событий он еще пребывал в некоторой растерянности. Поэтому он только спросил:

– Как ты оказался здесь?

– О, это долгий разговор, – ответил Икариус. – Знаешь, давай так: сначала трапеза, а потом вопросы и ответы.

Икариус провел Дрейка в помещение, которое, по всей видимости, должно было служить кухней. Здесь располагался большой очаг, а в нишах, которые были прорублены в стене, лежали различные припасы. Дрейк обратил внимание на полку, уставленную глиняными бутылками всех форм и размеров. Все вместе это выглядело очень аппетитно…

– Это не лекарства, нет, – хмыкнул Икариус, перехватив взгляд Дрейка. – Вина у меня очень неплохие, может быть, даже лучшие в наших краях.

Стол был уже кем-то накрыт, и маг жестом пригласил Дрейка занять свое место. Наконец-то Дрейк смог удовлетворить свой аппетит. Еда у мага была отменная. Икариус ел молча и только изредка пододвигал Дрейку новые блюда.

Потом они вернулись в зал. Икариус сел в кресло, которое стояло во главе стола. Дрейк отодвинул один из стульев и тоже сел к столу.

– Ты ведь жил на поверхности? – спросил Икариус. – Как ты попал к нам?

Дрейку пришлось рассказать свою историю. Маг рассеянно слушал.

– Так-так. А как ты очутился в моих краях? Заблудился?

Дрейку пришлось рассказать и о походе к Ледяной Королеве.

На этот раз маг слушал более внимательно. Размышляя о чем-то, хмурил брови и покачивал головой.

– Понятно, – вздохнул он, когда Дрейк закончил рассказ. – Мне надо записать это. Подожди пока.

Маг взял перо и принялся писать в той книге, за которой Дрейк застал его с самого начала. Иногда Икариус останавливался и выспрашивал у Дрейка подробности.

Пока маг пополнял свою хронику, Дрейк встал и походил по залу. Потом он подошел к окну, за которым разливалась тьма. Чем-то жилище мага напоминало апартаменты Вахуки, но было неясно, чем именно. Икариус жил более скромно, да и вместо ярких побрякушек у него на стенах были развешаны амулеты. И тут Дрейка осенило: окна! Да, именно окна напомнили ему дворец фэйри. Стекол в окнах не было, потому что в подземных жилищах не дует ветер, не идет дождь и не бывает холодно, но Дрейк понял, что эти прорубленные в каменной стене окна не могут вести в темную каморку или подземную галерею. Они должны выходить в просторный подземный зал. И, судя по тому, что свет из окна ничего не может высветить, окна находятся на приличной высоте. За темнотой угадывалось большое пустое пространство. Выходит, маг жил отнюдь не на «первом этаже»… Чтобы проверить это, Дрейк отцепил от пояса лампу Афри, повернул ободок, и, когда лампа засветилась, высунулся и посветил наружу. Он увидел только, что стена уходила куда-то вниз, в темноту. Здесь действительно был огромный подземный зал!

– Что там такое? – поднял голову маг.

Дрейк отступил от окна.

– Я только хотел посмотреть… – пробормотал он.

Маг встал и подошел к окну.

– Так ты ничего не увидишь, – сказал он.

Икариус поднял руку и произнес какое-то длинное незнакомое слово. В руке на миг сверкнуло, и в темноту полетел маленький огненный шарик. Дрейк проследил за ним взглядом. Шарик летел по пологой дуге, и наконец, где-то внизу упал на землю, разбрасывая искры. Вокруг осветилось, и Дрейк успел заметить, как в темноту метнулось какое-то существо. И теперь было видно, что окна жилища Икариуса действительно прорублены в стене огромной подземной полости. Дрейк смотрел вниз с большой высоты. Поверхность земли была неровная, как и стены. Было ясно, что это необитаемая пещера. То тут, то там валялись массивные камни. У земли в стенах зала виднелось несколько темных отверстий. Эти норы совсем не походили на те туннели, которые пробивают в земле гномы или шарги.

– Это обычная пещера, которая соединяется с нашими шахтами, – подал голос Икариус. – Здесь кончаются обитаемые земли. Я живу, как ты теперь понимаешь, на окраине мира.

– А там кто-нибудь живет? – кивнул в сторону нор Дрейк.

– Только разные твари, – ответил маг.

– А кто-нибудь из них может забраться сюда?

– Нет, тут слишком высоко. И потом, на окна наложены заклятия.

Маг посмотрел вниз, о чем-то задумавшись, а Дрейку пришло в голову, что этот окраинный отшельник не так уж и одинок. Ведь кто-то доставляет ему еду, кто-то следит за его домом. Но спрашивать об этом он не стал.

– В этих пещерах, – подал голос Икариус, – живут только темные создания, но для нас они не опасны.

– А ты был там? – спросил Дрейк.

– Конечно, я не раз туда спускался. Правда, там нет ничего интересного. Самое интересное находится в другом месте.

– В Стоункипе, например.

– Да! Я рад, что ты понимаешь это. Я слышал о твоих прошлых подвигах, о том, как ты добрался в одиночку от Стоункипа до замка Терры, да еще сумел поймать Кул-Кума в ловушку.

– Кажется, это было так давно, – заметил Дрейк.

– Это не имеет значения! – воскликнул Икариус. – В подземельях Стоункипа раньше существовала школа магов, и я управлял ею. К нам приходили ученики со всех концов света. О, мы тогда достигли великого мастерства. Но все, как всегда, погубила человеческая глупость. Когда Стоункип был разрушен, нас стали атаковать самые ужасные твари, которые находились в подземном мире. Моим ученикам тогда выпала хорошая возможность на деле применить полученные знания, но все же мы не смогли выстоять. Нам пришлось уйти. Я обосновался здесь. Мне надоела вся эта суета, а те, кому я нужен, находят меня здесь.

– А почему здесь такая вражда? – спросил Дрейк.

– Вражда? – удивился маг. – Ты говоришь, вражда?.. Это у вас наверху вражда.

– Но я же видел…

– Ну что ты видел? Ты видел, как Терра подшутила над Кул-Кумом, а Кул-Кум подшутил над Террой. Или ты действительно поверил, что бог огня позволил простому смертному поймать и заточить себя в орб? Нет, вся наша жизнь – это игра, и боги прекрасно понимают это.

– Но я видел вражду шаргов, троггов, гномов… – не сдавался Дрейк.

– Мальчик мой, до чего ты наивен! О какой вражде можно говорить? Подумай сам, где мы живем. Ведь это подземный мир. Любой может обрушить эти стены и завалить коридоры так, что по ним уже никто никогда не сможет пройти. Но никто не станет это делать, потому что наши туннели нужны всем: и шаргам, и гномам, и троггам, и даже этим сумасшедшим фэйри, которым, кажется, вообще ничего не нужно! Вражда предполагает постоянную войну, а о какой войне может идти речь, если поле битвы – узкие коридоры? Нет, это немыслимо. То, что ты принял за вражду, на самом деле только временное помрачение умов. Каждая раса хочет доказать, что она самая главная.

– А гномы в плену у троггов? – вспомнил Дрейк. – Я сам видел это.

– Да, это было… – вздохнул Икариус и замолчал. Потом продолжил: – Такое случается иногда, особенно, когда мы имеем дело с троггами. Сейчас, правда, времена не лучше. Гномы закрыли свой город для всех посторонних, и никто не знает, почему.

Маг стоял у окна и вглядывался в темноту. Огненный шарик, который он бросил, давно погас. Дрейк тоже молчал.

– Впрочем, – возобновил разговор Икариус, – я хотел поговорить с тобой о другом. Ты ведь изучал магию? Терра научила тебя чему-нибудь?

– Нет, специально не изучал. Но я понял кое-что, когда ходил по Стоункипу. В прошлый раз…

– И что же?

– Ну, я умею пользоваться рунным скипетром, знаю руны. Знаю немного о лекарствах и магических кольцах.

– Неплохо, – усмехнулся Икариус. – Из тебя мог бы получиться прилежный маг-любитель. Впрочем, ты успел не так уж и мало. Но сущность магии, я думаю, ты все еще не понимаешь. Ты научился пользоваться скипетром? Молодец. Но ведь кто-то создал этот скипетр, зарядил его энергией, придумал руны. Вот что я называю магией. Магия – это овладение скрытой энергией, умение делать то, что не умеют другие. А пользоваться магическим амулетом может каждый. Но ты, – маг поднял руку, заметив, что Дрейк собирается что-то сказать, – ты не каждый. Ты попал в Стоункип без оружия и доспехов. Ты ничего не знал и не умел, и у тебя не было товарищей. Но ты выжил и даже сумел на время очистить те земли от нечисти. Да и теперь по Стоункипу можно достаточно свободно ходить, и добрым словом поминают именно Дрейка. Значит, что-то ты все-таки тогда понял. Я очень надеюсь на тебя, Дрейк. В другое время я бы сделал тебя своим учеником, но сейчас у нас нет времени. Мне нужна твоя помощь.

– Помощь?

– Да. Ты уже заметил, наверное, что в наших землях не все ладно. Если оставить все как есть, то через некоторое время станет намного хуже. Чаша весов начала двигаться вниз, понимаешь? Мы должны это исправить. И сделать это нужно быстро. Сделать это должен я, потому что никто из ныне царствующих особ заниматься этим не будет. Даже Терра. Но, по определенным причинам, я должен оставаться здесь. Ты будешь моими глазами и руками, Дрейк. Согласен?

Маг замолчал и посмотрел на Дрейка. Тот понял, что судьба не оставляет ему другого выбора и ответил:

– Согласен.

– Хорошо! – Икариус подошел к столу и старательно нарисовал на чистой странице открытой книги несколько символов. – Вот, посмотри. Ты видел когда-нибудь такую надпись?

Дрейк вгляделся в ряд непонятных значков и покачал головой:

– Нет, не видел.

– Подумай хорошенько. Ты мог видеть такую надпись в Стоункипе. Прямо на стене. Вспомни.

Дрейк снова и снова в мыслях возвращался в подземные галереи Стоункипа. Он вспоминал гигантских муравьев, бегающих по коридорам, коварных змей, злобных шаргов… Потом он вернулся к действительности.

– Нет, я такой надписи не видел. Там были таблички с надписями, но я мог их прочитать. Они указывали, где что находится. А других надписей на стенах я не видел.

Маг прошелся по комнате, скрестив руки на груди, и как будто о чем-то размышляя, а потом повернулся к Дрейку:

– Видишь ли, я должен тебе кое-что рассказать.

Икариус уселся в свое кресло.

– Я должен рассказать тебе кое-что, – повторил он. – Когда-то между расами подземного мира шла война. И, как и всякая война, она подошла к своему концу. Короли разных рас заключили мирное соглашение. Оно было записано как раз в ту книгу, о которой я тебе говорил. И все короли поставили там свои подписи. После этого в нашем мире наступили спокойные времена, а о договоре со временем забыли. Сама же книга стояла в библиотеке Стоункипа. Меня назначили хранителем этого фолианта. Когда мы уходили из Стоункипа, было слишком рискованно брать эту книгу с собой, потому что мы не знали, останемся в живых, или нет. Тогда я поручил двум своим ученикам-гномам спрятать ее в надежное место. Я не знаю, куда они ее положили. Они только сказали мне, что это место отмечено надписью, которую я тебе показал. А потом нам пришлось бежать из Стоункипа. Я больше никогда не встречал этих гномов. Но сейчас книгу нужно найти. По-моему, теперь пришло время достать ее и напомнить королям то, о чем они когда-то договорились. Видимо, ты должен будешь найти эту книгу. Если не сделать это сейчас, то в наших подземельях опять вспыхнет война. Я не знаю, где теперь находится книга. Возможно, ее уже нет в Стоункипе, и она хранится в каком-нибудь другом месте. Если потребуется, ты должен будешь пойти даже к троггским шаманам и говорить с ними. Может быть, трогги знают, где она.

«С ними поговоришь…» – пронеслось в голове у Дрейка.

– А ты не хочешь пойти со мной, поискать? – спросил он.

– Нет, – ответил Икариус. – Я должен быть здесь. Я могу оказаться нужным здесь не только для тебя, но и для других.

Собирался Дрейк недолго. Икариус снабдил его продовольствием и кое-какими магическими вещицами. Все вошло в небольшую сумку, которую Дрейк постоянно носил с собой. На следующий день Дрейк покинул гостеприимное жилище мага. Он так и не узнал, кто обеспечивает Икариуса всем необходимым.

Икариус проводил его немного по коридорам, а дальше Дрейк должен был идти сам. Они остановились. И тут Дрейк вспомнил: лампа Афри! Она осталась там, у ручейка. Без нее он не сможет идти в темноте. Он сказал об этом Икариусу.

– Придется пойти поискать ее, – проворчал Икариус.

«Ага», – отметил про себя Дрейк, – «Ходить по подземным коридорам ты не очень любишь». От этой мысли ему почему-то стало весело.

Они дошли до ручейка и обнаружили, что магическая лампа все так же стоит там, где ее оставил Дрейк. Теперь можно было отправляться в поход.

– Вот, возьми, – сказал Икариус, передавая Дрейку листок бумаги. На листке было написано таинственное слово. – Других подсказок у тебя не будет.

Дрейк осторожно спрятал листок в сумку. Они помолчали.

– Кстати, не забудь поблагодарить Свитти, когда встретишь ее, – сказал Икариус.

– За что?

– Ведь это она нашла тебя здесь и позвала меня.

– Хорошо, – сказал Дрейк. – Ну, я пошел.

Он, поднял лампу и, не оглядываясь, зашагал по туннелю.

– До встречи! – послышался голос сзади.

Дрейк шел по пустой подземной галерее. Звук его шагов эхом разносился под низкими каменными сводами, хотя он старался идти очень тихо. Пройдено было уже немало. Где-то здесь должны были начаться обитаемые земли. Когда он проходил очередной перекресток, на него бросились две фигуры и набросили мешок на голову. В одно мгновение он оказался сжатым с боков и почувствовал, как веревка обвивает тело. В таком положении он не мог даже шевельнуть руками. Такое ощущение, наверное, испытывает муха, когда попадает в лапы пауку и оказывается упакованной в липкую паутину. Дрейк ничего не успел сделать – даже вытащить кинжал. Он был абсолютно беспомощен. А неизвестные уже быстро тащили его куда-то.

Несли его долго и далеко. Он попытался считать повороты, но быстро сбился. В подземных лабиринтах туннели проходят во всех направлениях и часто пересекаются друг с другом.

Дрейк попытался сообразить, кто это мог быть, потому что похитители шли молча. Но по звуку шагов и звяканью оружия ничего определить не удалось. Он только понял, что напавшие на него были очень сильны и ловки.

Через какое-то время он услышал лязг металлической двери. Его положили на пол. Он почувствовал, как нож разрезает веревку. Она лопнула и ослабла. Веревку сдернули и стащили с головы мешок. Дрейк лежал лицом вниз, и ему не давали подняться. Все также молча похитители сняли с него оружие. Снова раздался лязг металла. Дрейк поднял голову и увидел уже закрытую решетку, за которой стояли троггские воины. Они злобно ухмылялись.

– Ну что, попался, – произнес один из них. – Вот теперь посидишь здесь.

Дрейк понял, что он находится в одной из тех металлических клеток, из которых он когда-то освободил гномов. В такой клетке сидел гном Домбур Маллестоун, и не подоспей вовремя Дрейк и брат Домбура Фарли, то не видать бы Домбуру свободы. Трогги были самыми опасными жителями подземного мира.

В коридоре появился старик в красном одеянии. В руке он нес рунный скипетр. Магический инструмент выглядел так, как будто его подобрали на помойке. Старик подошел к клетке, в которую заперли Дрейка. Это был троггский шаман. Он остановился.

– Меня зовут Дзестус, – проскрипел он.

Шаман внимательно посмотрел на Дрейка.

– Я наслышан о твоих подвигах, – пробормотал он. – Но сила Троггии неисчислима…

И воины, все как один, издали воинственный клич троггов:

– Ийя-уру!

Дрейк был очень зол на троггов, и у него не было желания разговаривать с их шаманом. Он сел на солому, расстеленную на полу, и прислонился спиной к стене. На шамана он не смотрел, но скрипучий шепот лез в уши:

– Все, кто попадает в Троггию, должны служить Троггии. Даже наши боги служат Троггии. Ты воин, и мы дадим тебе работу. А иначе тебе придется сидеть в этой клетке. Трогги не отдают того, что взяли когда-то…

В этот момент в коридоре произошло какое-то движение. Троггские воины обернулись на шум, на миг застыли… И через секунду их уже не было видно. Они сбежали так быстро, что создалось впечатление, что они попросту исчезли.

Шаман тоже оглянулся и, упав на землю, на коленях стал отползать назад.

В проеме коридора появилась фигура воина в черных доспехах. На стенах коридора заплясали отблески красного пламени.

– Этот человек мой, – вполголоса, но так, что слышно было, наверное, по всей Троггии, произнес Кул-Кум и протянул руку в направлении Дрейка.

Дрейк почувствовал, что камни вокруг него начали источать зеленое сияние. Он сам видел такой зеленоватый огонь, когда пользовался магией, но с таким напряжением магических сил ему не приходилось сталкиваться. Стены камеры словно закружились вокруг него, а сознание стало затуманенным. Дрейк вскочил, но, не удержав равновесия, упал на землю. Стены, решетки, потолок – все начало прыгать вокруг него в каком-то бешеном темпе. У него было ощущение, что он и сам летит куда-то в пропасть. Боль в голове стала нестерпимой и он, вцепившись пальцами в солому, лежащую на полу, крепко зажмурил глаза. Он уже не мог ни о чем думать…

Когда он очнулся, его пальцы все еще сжимали мятые соломинки. Боль понемногу отступила, но начался приступ кашля. Было трудно дышать. Потом, когда кашель прошел, Дрейк перевел дыхание и сел. Тело плохо слушалось, но кровавый туман перед глазами таял. Дрейк рукавом вытер пот с лица. Осмотрелся. И тут увидел, что за решеткой его камеры никого не было. Ничего не было! Ни стен, ни троггов, ни Кул-Кума, ничего. Только какой-то странный красноватый сумрак.

Дрейк попытался понять, что произошло. Он огляделся и увидел, что клетка, в которой он сидит, совсем другая! Это была даже не клетка, а тюремная камера, во все стены которой были вделаны большие железные решетки. Тут было больше места, а решетками угадывалось обширное пустое пространство. А у троггов он сидел в каменном мешке, где только одна решетчатая дверь вела в узкий темный коридор.

Дрейк встал и подошел к металлическим прутьям. За решеткой в полумраке происходило какое-то движение света. Тогда Дрейк подошел к другой решетчатой стене. То, что он увидел, поразило его сходством с тем, что он видел из окна жилища Икариуса. Но сходство это было только в том, что он снова видел огромный подземный зал сверху. Но, это был, конечно, совсем другой зал. Гигантская подземная полость была освещена красноватым светом лавовой реки, которая текла внизу. Присмотревшись, Дрейк понял, что лава вытекала из отверстия в стене каменного массива, пересекала дно подземного зала и исчезала в трещине у противоположной стены. Течение расплавленного камня сопровождалось глухим шумом, от огненного потока поднимался вверх вонючий дым.

Исследовав место своего заточения, Дрейк выяснил довольно неприятную для себя вещь. Посреди зала с огненной рекой возвышалась отвесная скала, больше напоминавшая грубо обтесанный исполинский каменный столб. На вершине скалы в толще камня было вырублено пустое пространство, которое и представляло собой тюремную камеру. Часть стен ее отсутствовали и были заменены решетками из прутьев в руку толщиной. Двери не было и в помине.

Поразмыслив, Дрейк решил, что это ловушка, в которую Кул-Кум сажает своих врагов. Где-нибудь здесь он и живет, среди мрачных серо-коричневых скал и лавовых потоков. Демон огня.

Дрейк решил не сидеть сложа руки. Он принялся обследовать свою тюрьму, чтобы найти какой-нибудь способ бежать, хотя в душе понимал, что таких способов быть не может.

– Ну что, нравится моя тюрьма? – раздавшийся голос был груб, а от стен зала отразилось эхо.

Дрейк обернулся.

На узком каменном карнизе, который прилепился к противоположной стене зала, стоял Кул-Кум. Карниз располагался как раз на уровне зарешеченной камеры, видимо, специально, чтобы Кул-Кум мог без всяких препятствий обозревать своих пленников. По доспехам Кул-Кума пробегали язычки пламени. Или это были отблески текущей внизу лавовой реки?

– Когда-то ты смог поймать меня в магическую ловушку, а я поймал тебя в эту клетку, – вымолвил он. – Теперь мы квиты.

Дрейк чувствовал себя отвратительно. Он только теперь явственно осознал, насколько бесплодными были его усилия. Он, человек, пришел в мир, где действовали совсем другие законы. Существа, обитающие в этом мире, обладали намного более широкими возможностями, и им была чужда человеческая беспомощность.

– Я бы мог стереть тебя в порошок или оставить подыхать в этой клетке, – продолжал Кул-Кум, – но я обещал Терре сохранить тебе жизнь… Но ты все равно никуда не денешься. Побродишь по нашим подземельям один и попадешь ко мне. А сейчас убирайся!

Снова стены закружились вокруг Дрейка, и снова потемнело в глазах. Он падал в вихре зеленых огней и наконец-то растянулся на какой-то ровной холодной поверхности. Пока в голове не утих противный назойливый шум, он осмотрел поверхность, на которую упал. Это был пол из белых мраморных плиток. Дрейк сразу же вспомнил, где он видел такой пол. Это было во дворце у Терры восемь лет назад.

Когда вихри в голове немного поутихли, он поднял голову. Просторный зал был освещен так, как будто находился не в толще земли, а на поверхности, и в окна светило полуденное солнце. Но это была, конечно, иллюзия: никакого солнца здесь быть не могло. Свет излучали многочисленные светильники. Лучи отражались в полированном камне и играли в самоцветах, которыми были отделаны стены и потолок. У стены зала стоял высокий трон, на котором сидела молодая женщина с роскошными белоснежными волосами. Она была красива какой-то нечеловеческой красотой. Впрочем, она и не была человеком. Терра. Богиня земли. Хозяйка Подземного Царства. Она ласково смотрела на Дрейка.

Как только Дрейк сообразил, в каком смешном положении он находится, лежа на полу тронного зала, ноги сами подбросили его вверх. Боль в голове моментально прошла. Он смущенно топтался на месте.

Терра тоже встала и, взяв в руку подол темно-красного бархатного платья, подошла к Дрейку.

– Рада тебя видеть, – промолвила она. – Я рада, что ты жив и здоров. Я знала, что ты вернешься в Стоункип.

Дрейк вздохнул.

– Да, я не мог не вернуться, – ответил он. – Воспоминания преследовали меня постоянно.

– Нам будет о чем вспомнить, – улыбнулась Терра. – Но ты устал. Сейчас тебя проводят, и ты отдохнешь, а потом мы продолжим беседу.

К ним подошел карлик в ярком необычном наряде. В тот, прошлый раз, Дрейк никого не встретил во дворце Терры, а сейчас он получил возможность рассмотреть слугу. Это был не шарг и не фэйри, хотя по росту подходил. Но он явно принадлежал к какой-то другой расе, с которой Дрейк был незнаком. Слуга был одет в оранжевую рубаху и такие же яркие бело-оранжевые штаны. Белые сапожки из мягкой кожи были оторочены мехом. На одежду было нашито множество блестящих металлических бляшек. В свете огней они переливались и слепили глаза. Малорослик поклонился:

– Меня зовут Витти. Я провожу вас в ваши апартаменты.

Спустя некоторое время Дрейк плескался в бассейне с прозрачной водой. Чувствовалось, что вода здесь родниковая, поступающая прямо из какой-нибудь расселины в скале, и что воду тут подогревать не принято. Когда он выскочил на берег, все тело его было в попурышках. Но действовала такая вода освежающе. После блуждания в бесконечных коридорах и сидения в каменных мешках (о чем Дрейк вспоминать не хотел) это было как раз то, что нужно. Дрейк оделся, прошел в свою комнату и сел в кресло.

Терра! Одно это имя приводило Дрейка в трепет. Всемогущая богиня, которая обратила внимание на простого смертного, помогла ему обрести свободу и стать личностью. Замыслы Терры оставались для него тайной, но он понимал, что если служить кому-нибудь, то Терре. Он был готов защищать ее, но она не нуждалась в защите. Ее роскошный замок подтверждал это. Он был полон света и ярких красок. То тут, то там мелькала прислуга, исчезая в многочисленных переходах и комнатах. Все было наполнено светлой магией. В этом месте и дышалось легко, и прибывали новые силы. Несмотря на то, что замок находился под землей, он был залит яркими огнями. Снаружи были расставлены светильники, несомненно, магического действия, которые создавали свет не хуже дневного. И дворец, и подземный сад были ярко освещены. Цветы, кустарники и деревья были не хуже, чем в Землях Фэйри. И здесь тоже никогда не наступала ночь.

Дрейк сидел в кресле и размышлял.

Любая власть, как и любая сила, имеет свои границы. У Подземного Царства не было единоличного правителя, а было много самых разных правителей. Но, тем не менее, народы, населяющие эти земли, жили достаточно неплохо. Каждый правитель, будь то Терра, Кул-Кум, Аэнни или Ледяная Королева, обладали могуществом, но никто не обладал абсолютной силой. Любого правителя мог победить другой, но от этого он стал бы только слабее. Дрейк старался понять, почему происходит именно так. И ему казалось, что от ответа на этот вопрос зависит очень многое…

А потом он сидел за обеденным столом с Террой. Впервые она сидела с ним просто так, а не представляла собой только голос в пустоте или зыбкое видение. Дрейк заметил, что она ела лишь какие-то экзотические фрукты, названия которых он не знал. Ему пришло в голову, что все властители этого мира ведут себя с ним одинаково: приглашают в свои дворцы, вкусно кормят, а потом предлагают какие-нибудь головоломные задания. Терра прервала его размышления. Она улыбнулась своей неповторимой улыбкой.

– Ты так задумчив, ты можешь спросить меня о том, что тебя волнует.

Дрейка волновало многое, но спросил он то, о чем мог говорить только с Террой:

– Почему Кул-Кум разрушил Стоункип?

– Но ведь ты был в Стоункипе, – удивилась Терра. – Ты должен был понять.

– Ну, я читал свитки, которые там находил, – осторожно ответил Дрейк. – Но там говорилось, что стража замка обороняет входы от каких-то страшных тварей, и, как я понял, стражникам не удалось сдержать этот натиск, они все погибли. Поэтому в подземельях так много костей?

– Ты был совсем маленьким мальчиком и не помнишь, – сказала Терра. – Для тебя Стоункип – дом, в котором ты вырос. Но на Земле скрывают его подлинную историю. В Стоункипе жил князь Брайан. Он построил под замком подземелья, которые соединялись с шахтами шаргов и, через них, со всем подземным миром. Ну, да ты это знаешь. Брайан наладил торговлю с подземными жителями, оказывал им различные услуги, а они оказывали услуги ему. Особенно он любил магов. Они шли к нему со всех царств, даже троггские шаманы, по-моему. В подземельях Стоункипа была даже школа магов. Может, ты встречал ее развалины?

– Да, я видел.

– И муравьи, с которыми ты воевал, тоже появились не случайно. Их специально разводили и дрессировали. Брайан готовился к войне. Представляешь, каково это, выпустить на вражеское войско тысячи гигантских муравьев? Но все-таки главным делом Брайана была черная магия. Мы это сразу почувствовали по тому напряжению, которое исходило от Стоункипа. И ведь гораздо проще замутить разум соседям, поссорить их и наблюдать, как они уничтожают друг друга в войне, чем самому воевать с ними. В-общем, в Стоункипе творились черные дела. Правда, мы не стали бы вмешиваться в дела людей. Люди должны сами решать свои проблемы. Но злая сила действовала и на нас. Если черное заклинание произнесено, оно поражает разум всех вокруг, не разбирая, кто человек, кто гном, а кто эльф. Мы это сразу почувствовали по поведению троггов. Они всегда были воинственными, но их шаманы словно сошли с ума. Трогги напали на Кланхолл, самый большой город гномов, и гномам пришлось нелегко. Они, конечно, защитили себя, но каких жертв это стоило! С тех пор между троггами и гномами сохранилась непримиримая вражда. Потом Ледяная Королева закрыла свои земли для чужестранцев, а ведь раньше по ним можно было свободно ходить! Я уже не говорю про троллей. Те совсем обезумели. Все темные создания выбирались из потаенных уголков наших Земель и двигались к Стоункипу, возбуждаемые черными заклинаниями. Поэтому нам грозили неисчислимые беды. И тогда Кул-Кум со свойственной ему жестокостью обрушил Стоункип в бездну. Тогда погибло много людей, а тебе только чудом удалось спастись. Но подземелья Стоункипа не пострадали. Их стены были так сильно пропитаны магией, что даже Кул-Кум не смог с ними ничего сделать. В подземельях тогда жили гномы и маги. Они еще находились там какое-то время, пытаясь обороняться от чудовищ, а потом часть из них ушла, а часть погибла под натиском врагов. Теперь там живут только исполинские муравьи и змеи.

Терра замолчала. Дрейк подумал, что он тоже был бы не прочь пожить в этих подземельях, конечно, выгнав оттуда змей и муравьев. Не лучшее место для жилья, но он привык к этим коридорам. А потом ему так все осточертело на Земле. Эти гвозди, подковы, которые надо было ковать, эти сборщики податей, которые постоянно совали свои длинные носы в чужие дела. Эти тупые крестьяне, для которых их развлечений существовали только пиво, жареная свинина и петушиные бои. А в подземельях Стоункипа оставалось столько непрочитанных книг! И тайники в стенах, которые было так интересно обнаруживать. И странное магическое оружие. И даже к шаргам, которые время от времени нападали на него в этих подземельях, он не испытывал ненависти. С ними, в конце концов, можно было бы договориться. Ведь он знал и других шаргов: приветливых, веселых и трудолюбивых.

Собравшись с духом, он все это Терре и выложил. Та удивлением посмотрела на него.

– Ты, разумеется, можешь посещать Стоункип, – сказала она. – Уж тебе точно не возбраняется туда приходить. Но здесь есть много и других интересных мест.

– А почему ты выбрала меня тогда? – спросил Дрейк.

Он вспомнил свою первую встречу с Террой и ее странную просьбу-приказ отправиться в Подземное Царство.

– Твоя судьба выбрала тебя! – Терра впервые поглядела на него с уважением. – Ты единственный, кто мог бы совершить такой подвиг: пройти невредимым через подземелья, населенные демоническими тварями. Ты герой, но, все-таки, не зазнавайся. Судьбу определяют звезды.

– Я вот все думаю, – продолжал Дрейк, – а почему Кул-Куму так нравится издеваться надо мной? Ведь он, если бы захотел, мог бы легко убить меня. Но он только грозит мне всяческими карами. Такое впечатление, что он убил бы меня, да ему лень.

– Нет, он не стал бы убивать тебя, – сказала Терра. – Кул-Кум жесток, но он тщеславен. Ему нравиться чувствовать себя сильнее других. Но, убив слабого и беззащитного, он потерял бы свою силу. А он не настолько глуп, чтобы этого не понимать. Он и с другими ведет себя примерно так же. Даже со мной. Он бог огня, а огонь не может быть злым или добрым. Огонь или жжет или греет. Даже слабый человек может поймать огонь в клетку, но если огонь вырвется на свободу, то с ним может не справиться и сотня магов. Ты уже имел случай в этом убедиться. И нам всем приходится принимать Кул-Кума таким, каков он есть.

– А почему ты тогда попросила меня поймать Кул-Кума?

– Потому что я прочитала в твоей душе, что ты можешь сделать это. И потом, ты ведь сам пришел к Стоункипу. Видимо, Вахука не зря спас тебя, когда Стоункип проваливался под землю.

– Я так и не знаю, ПОЧЕМУ он это сделал. Мне кажется, что он что-то недоговаривает…

– Не спеши, всему свое время. Узнаешь когда-нибудь.

– А ты знаешь?

– Нет, Вахука не делится со мной своими тайнами.

– И все-таки, я не понимаю, – сказал Дрейк. – Я обычный человек, а тут столько диковинных существ. Кому и зачем я тут нужен?

– Ты думаешь, что если мы, маги и властелины подземного мира, умеем то, что не умеют делать люди, то можем обойтись без людей? Это не так. Есть вещи, в которых нам нужна помощь людей.

– Но и людям тоже нужна помощь. Уж я-то понял здесь, как она мне нужна, – заметил Дрейк.

– Знаешь, Дрейк, – сказала Терра, – тебе надо найти кого-нибудь, кому бы ты мог доверять. Ты столько путешествовал, столько сражался, что забыл обычную жизнь. А в ней трудно быть одиноким, даже если ты герой. И вся твоя неуверенность – оттого, что ты один.

– Да, это так, – вздохнул Дрейк.

После трапезы Терра отвела Дрейка в оружейную. Дрейк и представить не мог, что здесь хранится такая коллекция оружия. Ведь Терра была совсем не воинственной. Или казалась такой. Но, видимо, в ее замке всего было запасено вдоволь. Дрейк смог подобрать себе оружие намного лучше того, которое отняли у него трогги.

Когда он предстал перед ней в новой экипировке, богиня земли улыбнулась:

– Куда бы Дрейк хотел отправиться теперь?

Он чуть не сказал: «К Свитти», но вовремя прикусил язык.

– Мне надо в Стоункип, – ответил он.

Терра протянула вперед руку, и на мраморном полу засветился зеленоватый круг.

– Войди в магический круг, Дрейк, и да прибудет с тобой удача, – сказала Терра.

Дрейк сделал шаг и через мгновение оказался в таком же круге, расположенном на полу школы магии в Стоункипе.

Подземелья Стоункипа оставались все такими же: каменные коридоры, освещенные желтым светом. Дрейк взялся за поиски. Он знал эти места и стал обходить коридор за коридором, комнату за комнатой. Он искал надпись, которую ему показал Икариус, или тайник, который мог скрывать книгу. В подземельях было пусто и тихо. Заброшенные помещения сменялись одно за другим, но Дрейк никого не встретил. И вот тут он почувствовал какое-то беспокойство. Что-то было не так. Он не сразу признался себе, что это страх. Он чего-то боялся, но чего? Поразмыслив, он понял. Это был страх одиночества. Здесь было слишком тихо и безлюдно. Впрочем, какие люди? Здесь чаще всего появлялись существа, совсем не похожие на людей. Каменные стены казались слишком однообразными, а свет тусклым. Дрейку вдруг пришло в голову, что сейчас он обрадовался бы и муравьям.

Он разыскал жилище Скуза, но и там никого не оказалось. Скуз, видимо, блуждал сейчас где-то далеко. Дрейк остался один. Никого не надо было спасать, ни с кем не надо было бороться. Дрейк подумал, что от этого можно, наверное, сойти с ума.

И ему не оставалось ничего, как продолжить поиски. Зато потом повезло: он нашел рунный скипетр. Очень хороший, с большим магическим камнем. Возможно, сам Икариус пользовался им когда-то. Дрейк решил проверить скипетр и заодно вспомнить руны. Вот, скажем, огонь. Дрейк приложил руку к скипетру и произнес заклинание. На поверхности скипетра четко обрисовалась руна огненной атаки. Дрейк поднял скипетр повыше и скомандовал:

– Огонь!

С конца скипетра сорвалось огненное облако и с гулом унеслось в глубину коридора. Под каменными сводами прошло эхо. Оружие действовало. Дрейк заметно повеселел. Теперь он уже не казался себе таким одиноким. Потом он решил попробовать одну из самых сложных рун – руну перемещения. Но для этого был нужен круг маны. Дрейк отправился туда, где когда-то была школа магов. Магический круг светился бледно-зеленым светом на полу. Дрейк вспомнил нужные слова и вызвал на скипетре руну перемещения. Он поднял скипетр и вошел внутрь круга. Произнося заклинание перемещения, он вдруг вспомнил, что забыл подумать о том, куда надо переместиться. Он начал лихорадочно перебирать в памяти места, где, как он помнил, есть такой же круг маны, но было уже поздно, перемещение произошло.

Его ослепил яркий свет. Место, куда он попал, было освещено гораздо лучше, чем закоулки Стоункипа. Рядом с собой Дрейк увидел бородатого воина в кольчуге. Дрейк хотел снова произнести заклинание, чтобы вернуться в Стоункип, но воин, крикнув «Стой!», сделал шаг вперед и с силой дернул Дрейка за руку так, что тот вышел из магического круга. Теперь вернуться назад Дрейк уже не мог.

Воин, который обошелся с ним так бесцеремонно, был гномом. Он сердито разглядывал Дрейка:

– Ты кто такой?

Дрейк уже хотел было ответить какой-нибудь резкостью, но опыт, полученный в Подземном Царстве, удержал его от этого. Дрейк назвал себя.

– Я отведу тебя к Торину, – проворчал воин. – Никому не разрешено без приглашения приходить в наши земли.

Гном кликнул своего товарища, чтобы тот занял его место у круга маны, и сказал Дрейку:

– Иди вперед.

Воин вел Дрейка по коридорам, говоря у развилок, куда повернуть. Дрейк понял, что попал в Кланхолл – главный город гномов. Дрейк шел и осматривался. Повсюду ощущалась бурная деятельность. Слышался звон металла. То тут, то там по широким коридорам проходили гномы, спешащие по своим делам. Все они были в полном вооружении. С высоких каменных стен свисали боевые стяги гномов. Было очень много света. Гномы не любят темноту.

Управлял здесь Торин, резиденция которого находилась в огромном зале. Зал правителя был украшен лучше других. Здесь было много дорогих вещей. Правда, все они имели отношение к боевым искусствам, потому что праздной роскоши гномы не терпели.

Торина оторвали от обеда, поэтому он, после того как отпустил часового, не тратя лишних слов, усадил Дрейка за стол. Налил ему крепкого вина, пододвинул поближе кушанья, а сам продолжил прерванную трапезу. Они сидели одни в огромном зале.

Торин хорошо знал Дрейка и даже был кое-чем ему обязан, потому что Дрейк когда-то вызволил из плена гномов, по неосторожности попавших в лапы к троггам. Но сейчас по выражению лица Торина невозможно было понять, рад он гостю или нет.

Дрейку ничего не оставалось, как присоединиться к трапезе. Но, поскольку Торин ел молча, не обращая внимания на гостя, Дрейк почувствовал, как в нем поднимается раздражение. Он сосредоточился на еде. И он вздрогнул, когда Торин неожиданно обратился к нему:

– Я давно хотел поговорить с тобой.

– О чем это? – не очень вежливым тоном спросил Дрейк.

– Ну, не злись, – Торин примирительно хмыкнул.

Дрейк молчал.

– Кланхолл сейчас закрыт для посторонних, – произнес Торин. – Для тебя я могу сделать исключение, но ты должен остаться здесь.

– А в чем, собственно, дело? – спросил Дрейк.

– Будет война, – ответил Торин. – Скоро. А чем ближе к войне, тем меньше свободы.

– А вам не скучно сидеть вот так, отгородившись от всех? – полюбопытствовал Дрейк.

– Своя борода не мешает, – несколько туманно объяснил Торин.

Дрейку все это не очень нравилось, но он решил выяснить все подробнее.

– И кто начнет войну?

– У нас сейчас проблемы с верхним миром, – ответил Торин.

– С верхним?.. – Дрейку показалось, что он ослышался.

– Да, с людьми.

– И что же такого они вам сделали? Вы живете отдельно.

– Отдельно? – Торин внезапно разозлился. – Мы не живем отдельно! Мы не можем жить отдельно!

Потом помолчал и уже спокойнее сказал:

– Вот, допустим, над нашими Землями начинают копать колодец. Есть умельцы, которые могут выкопать колодец глубиной две сотни футов! Представляешь, что будет, если такой мастер докопается до наших подземных залов и провалится вниз? Поэтому мы постоянно следим за работой людей наверху. Когда мы обнаруживаем подобный колодец, то нам приходится вести к нему специальный ход. И ночью, когда никто из людей не работает, мы соединяем ход с колодцем и пускаем туда воду. Наутро все думают, что вода появилась сама, работы, разумеется, прекращаются, а землекопы благодарят всевышнего.

Гном погладил бороду, а затем продолжил:

– А бывают вещи и похуже. Ты когда-нибудь встречал разломы в земле? Такая трещина может идти до самого подземного зала. Мы иногда этим пользуемся, потому что это и свет, когда есть солнце, и вода, когда идет дождь. Но почему-то некоторым вашим правителям очень нравится сваливать трупы своих врагов в такие трещины. А иногда бросают и живых. А нам ваши мертвецы ни к чему. Брайан любил так делать, и поплатился за это. Даже Кул-Кум рассвирепеет, когда ему на голову начнут сбрасывать мертвецов.

– А почему наши рудокопы никогда не наталкивались на ваши Земли? – спросил Дрейк.

Гном опять поерошил бороду.

– Видишь ли, мы следим и за этим, – медленно, словно обдумывая слова, ответил он. – Когда ваши рудокопы оказываются слишком близко, мы устраиваем им мелкие неприятности. Если выработка приближается, мы можем залить ее водой, устраиваем обвалы. Они сами прекращают рыть в этом направлении. Мы, конечно, стараемся, чтобы никто не пострадал.

– Но кто-нибудь может наткнуться на вас случайно? – продолжал допытываться Дрейк.

– Легче всего это сделать тем, кто лазает по пещерам, – ответил гном. – Многие пещеры имеют выходы в наши галереи. Такой проход найти очень сложно, потому что все проходы замаскированы и на них наложены магические заклятия, и далеко не всегда удается их найти. Но люди, даже если что-нибудь найдут, обычно помалкивают о том, что видели. Те, кто нашел, это наши люди. Они хорошо понимают душу Подземного Царства. Они не станут болтать там, на поверхности. Да и рассказы их приняли бы за небылицы.

Гном сделал ударение на последнем слове и замолчал.

– Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя у нас пленником, но, по сути, это так. Впрочем, ты сам виноват, потому что на этот раз проник в наши Земли без разрешения. Будешь нашим гостем.

Дрейк побродил по Кланхоллу, поискал знакомых. Больше всего ему обрадовался Сардин. Кузнец гномов хорошо помнил Дрейка, а когда узнал, что Дрейк наверху тоже работал в кузнице, сразу сказал, что это воля судьбы. Мол, не надо Дрейку теперь никуда спешить, он может работать теперь подмастерьем у него. Дрейк и обосновался у Сардина, в одной из маленьких комнаток рядом с мастерской. Теперь им было о чем поговорить, и Сардин разговаривал с ним как с равным. Правда, магическими секретами гномов делиться не спешил.

Шли дни, и все оставалось без изменений. Наверное, отсюда можно было бы убежать, но Дрейк не хотел этого делать. Он знал, что гномы объявят его уктоготом – нарушителем закона – и он лишится их поддержки, а ему вовсе не хотелось терять связь с этим народом. Нет, тут надо было поискать другой путь. Надо сделать так, чтобы гномы сами захотели его отпустить.

Но однажды все разрешилось само собой.

Дрейк отправился с Сардином ремонтировать одну из многочисленных дверей Кланхолла. Сардин доверил Дрейку нести свои инструменты. Работал Сардин сам, а Дрейк только смотрел. Но и это было интересно. Превратиться из обычного подмастерья в помощника гномьего кузнеца было весьма почетно. Сардин возился с замком двери, а потом попросил Дрейка:

– Дай ключ!

Дрейк искал, но ключ от этой двери найти не мог. Но он помнил, что они его брали с собой!

Сардину надоело ждать, и он посоветовал:

– А ты поройся в своей кошелке!

Дрейк тряхнул сумку, и из нее выпал маленький листок бумаги. Сардин поднял его, посмотрел и обомлел. Он бросился к Дрейку с таким видом, словно захотел его задушить.

– Откуда это у тебя? – проговорил-прорычал он.

Дрейк смутился. Неожиданно их тайное с Икариусом дело выплыло наружу и вызвало такую странную реакцию у всегда спокойного гнома. Но Дрейк быстро овладел собой. Что бы там ни было, а надо держаться независимо.

– Один маг дал мне это, – спокойно ответил он. – А что?

Сардин сверлил его глазами.

– А то, что это… – тут он запнулся, явно не желая вдаваться в объяснения.

Потом, немного помолчав, кузнец гномов уже спокойно сказал:

– Мы должны показать это Торину.

Дрейк пожал плечами.

– Как хочешь.

Ему вдруг пришло в голову, что гномы могут помочь ему в его поисках.

Торина эта короткая надпись изумила точно так же, как и Сардина. Они долго говорили на своем гномьем языке, не обращая внимания на Дрейка. По тону разговора чувствовалось, что Сардин на чем-то настаивал. Торин же, покачивая головой и поглядывая на Дрейка, возражал. Но Сардину, видимо, удалось его убедить. Торин ушел в свои покои и вернулся с толстым фолиантом. Переплет книги совсем потемнел от времени, и название было уже не прочитать. Торин положил книгу на стол и раскрыл ее. Затем он взял листочек с надписью и положил его на страницу. Дрейк увидел, что в книге была такая же надпись, как и на его листке. Причем изображена она была со всеми подробностями, как будто тот, кто создавал эту книгу, не записывал, а перерисовывал руны. И сходство двух надписей не вызывало сомнения. О чем была эта книга, Дрейк не знал. Она была написана на гномьем языке, и гномы, естественно, никому ее не показывали. В библиотеке Кланхолла, которую любил посещать Дрейк, было множество свитков и книг, но все они были написаны на обычном языке, которым пользовались и жители поверхности.

Торин внимательно посмотрел на Дрейка.

– Здесь написано на нашем языке имя Балин, – сказал он. – По преданию, где-то есть тайник, где спрятан его топор.

– Балин был великим королем гномов, – дополнил Сардин. – И оружие у него было чудесное.

– Теперь это оружие могло бы стать нашей реликвией, – сказал Торин. – Дрейк, ты должен рассказать нам, где ты видел эту надпись.

Дрейк секунду помолчал, соображая.

– Эту надпись нарисовал для меня один маг, – осторожно сказал он, решив не называть ничьих имен. – Он считал, что за ней скрывается одна важная книга.

Гномы умели уважать чужие тайны. Они не стали допытываться у Дрейка, кто был этот маг. Но Торин был очень взволнован.

– Где эта надпись находится? – спросил он.

– Где-то в Стоункипе, – ответил Дрейк. – Я как раз должен был ее найти.

– Дрейк, – мягко сказал Сардин. – Дрейк, этот маг или что-то напутал или специально сказал тебе неправду. Гномам незачем было прятать книги, а вот оружие они вполне могли спрятать. Оружие великого воина – это реликвия, и его следовало укрыть от чужих глаз.

– Мы должны найти это место, – принял решение Торин. – Хватит нам отсиживаться за каменными стенами. Мы вернем топор Балина и напомним всем о славной истории гномов.

Слух о том, что собирается отряд, который отправляется на поиски древнего артефакта, мгновенно облетел Кланхолл.

Когда Дрейк занимался сборами в своей комнатке, к нему пришел Фарли Маллестоун в сопровождении незнакомого человека.

– Это Фендис Рафаэль, – сказал Фарли. – Он пойдет с нами.

Гном ушел.

Дрейк не встречался с Фендисом ранее, но ему было интересно познакомиться с человеком, о котором он читал в старых свитках. Фендис тоже выжил после падения Стоункипа. Дрейк, прочитав хроники Стоункипа, знал, что Фендис оказался в числе защитников подземелья Стоункипа после того, как замок провалился под землю. Немногочисленную группу бойцов атаковали разные демонические твари, и Фендиса послали за подмогой в другие Земли. Он пришел к гномам, но вернуться назад не успел: в Стоункипе все уже было кончено. Фендис остался жить с гномами. Все это он сам пересказал Дрейку.

– Я бы мог уйти наверх, – закончил он, – но я привык к гномам.

– Я понимаю, – сказал Дрейк.

– Я много слышал о тебе, – продолжал Фендис. – Ты очистил Стоункип от этих тварей. Я благодарен тебе за то, что ты хотя бы отомстил за моих товарищей.

Отряд собрался быстро. Командиром отряда был избран Фарли Маллестоун. Желающих поучаствовать в экспедиции оказалось так много, что если бы Торин удовлетворил все просьбы, то город гномов остался бы совсем без охраны. Домбур и Карзак настаивали на включение в отряд на том основании, что часто путешествовали в тех местах. Правда, о том, что они, в конце концов, попались в лапы троггам, они предпочитали не упоминать. Орсон отправился как летописец клана. Если топор Балина будет найден, ему надлежало занести в хроники подробности этого события. А вот Сардина, наоборот, не пустили. Как кузнец клана он был необходим в своей мастерской. От людей шли Дрейк и Фендис. Гномы были вооружены топорами. Дрейк нес меч и рунный скипетр. Фендис вооружился арбалетом. В заплечные мешки разложили припасы, и отряд двинулся в путь.

Воротами в Кланхолл служил каменный диск высотой в полтора человеческих роста. Когда бойцы подошли к выходу, привратники налегли на диск, и он тяжело откатился в сторону, освобождая проход.

– Удачи вам, – крикнули провожающие и подняли вверх топоры.

Кланхолл находился рядом с Землями Шаргов, и гномы пользовались шахтами шаргов для передвижения, как мы пользуемся обычными дорогами. Нельзя сказать, что у гномов с шаргами были хорошие отношения, но и вражды особой не было. Оба народа молчаливо терпели присутствие друг друга. Отряд гномов вышел в заброшенные шахты. Под сводами сразу разнеслось множественное эхо от топота сапог и звона амуниции. Сразу было ясно, что движется серьезная сила. Возможно, на земле такой отряд и показался бы малочисленным, но в узких каменных проходах много воинов и не требовалось. Чтобы идти было веселей, гномы пели песню.

Ранним утром 27 июня 1884 года в Туманных горах Арканума можно было наблюдать довольно необычную картину. В узком ущелье среди травы и деревьев валялись скрученные листы железа и какие-то тряпки – куски обшивки дирижабля. Присмотревшись, можно было заметить лежащие в невысокой траве тела людей. Тут и там поднимался вверх дым – догорали остатки летающего корабля.

У обломков стояла, прижимая руки к щекам, женщина в красивом, но изорванном платье. Она была неподвижна, и только изредка качала головой. Рядом топтался плохо выбритый мужчина в одежде паломника. В руке он держал посох. Он посматривал на женщину, смотрел вокруг, но явно не знал, что делать в данной ситуации. Женщиной была я, Алиса Нилу’Каик, эльфийка, супермодель, как выяснилось впоследствии, очень невезучая. Хотя… Может быть, как раз везучая?.. Мужчину звали Вирджил, хотя тогда я это не запомнила. Попробуйте сами упасть с небес на землю! Вирджил прибежал на место аварии после того, как увидел падающий дирижабль. Да, так эта история и началась.

На дирижабле «Зефир» я занимала отдельную каюту, и мне было скучно. Поэтому я вышла, чтобы найти Вильгельмину Карпентер и выпить с ней чашечку кофе. Я постучала в дверь ее каюты, и Вилли сказала, что скоро выйдет, а я пошла в бар. Я сидела за столиком, смотрела в иллюминатор гондолы. Далеко внизу неспешно проплывала земля. Мы летели над невысокими горами, покрытыми зеленью. Я ждала Вильгельмину. Я любила с ней болтать. Она такая веселая, и все время рассказывает о своем женихе. Ее ничуть не смущало, что я эльфийка, а она человек. И хотя она училась в университете, а я выступала на подиуме, у нас всегда находились общие темы для беседы.

Я выглянула еще раз в окно и увидела этих страшных механических птиц. Ничего подобного я раньше не встречала! Птицы с грохотом пронеслись мимо дирижабля, послышался звук выстрелов. Дирижабль качнуло, раздались крики людей. Снова прозвучали выстрелы. Я услышала звук, как будто рвется огромное полотно. Запахло дымом. Дирижабль накренился и пошел к земле…

Очнулась я среди пылающих обломков. Как мне удалось выжить, не понимаю. Я пробиралась, рыдая, среди каких-то листов металла, как вдруг ко мне с земли протянулась рука! Я отпрянула, но потом поняла, что кто-то лежит на земле. Ему требовалась помощь! Я вгляделась и узнала пассажира. Это был карлик, Стеннар. Мы почти не были знакомы, я встречала его очень редко, пока мы летели. Обычно он часами сидел в своей каюте. Он протянул мне руку, и я подумала, что он просит помочь ему встать. Я сделала движение к нему, но он пробормотал:

– Кольцо! Возьми кольцо! Я умираю…

Он пошевелил пальцами, и я заметила на его руке красивое серебряное кольцо. Стеннар остановил на мне долгий взгляд, полный боли, и отчетливо повторил:

– Кольцо. Передай мальчику.

Рука упала. Я наклонилась к нему, но он был уже мертв. Как во сне, я нащупала его руку и стащила с пальца кольцо. На нем была гравировка «ГБ», а вообще я сразу поняла, что это невероятно древняя вещь.

Последняя воля умирающего для нас, эльфов, священна. Я чувствовала, что связана с этим кольцом очень крепкими узами. Что бы там ни было, я должна найти того мальчика, о котором говорил Стеннар.

В воздухе сильно пахло дымом, и я отошла в сторону, туда, где воздух был свежее. Я не могла ни о чем думать, и просто стояла, глядя на обломки.

Внезапно кто-то тронул меня за плечо. Это был Вирджил. Увидев, что из всех пассажиров спаслась только я, он как-то странно взглянул на меня и что-то пробормотал. Мне послышалось слово «живущий». Сначала Вирджил что-то пытался объяснять мне, но потом, поняв, что это бессмысленно, оставил свою затею.

– Боже, что за идиотка, – простонал он. – Ну, да ладно. Следуй за мной, я отведу тебя к Старейшине Иоахиму. Долго объяснять, зачем все это надо.

Я стояла рядом и действительно ничего не понимала. В голове шумело, перед глазами качался туман. Я пыталась восстановить в памяти все, что произошло в последнее время.

Вирджил опять тронул меня за плечо. Он принялся уговаривать меня уйти отсюда в деревню, но я была так растеряна, что ничего не могла делать. Кольцо в моей руке навело меня на мысль. Я понимала, что для тех пассажиров, с которыми я летела, все кончено, но, возможно, у них остались какие-нибудь документы. Сдерживая дрожь, я пошла вокруг обломков. Мне было страшно смотреть на мертвые тела, но еще больший страх у меня вызвал мелькнувший в кустах силуэт волка! Возможно, он мне только почудился, но я решила поискать какое-нибудь оружие. Я нашла паспорт одного пассажира, Радклифа, сломанный фотоаппарат и разную мелочь. Оружия не обнаружилось. Все что у меня было – небольшой кинжал, но я представить себе не могла, что пущу его в ход, там более против волка. Мне было даже страшно об этом думать…

Больше всего мне было жаль Вильгельмину. Я нашла ее лежащей в густой траве… Она была мертва. В ее сумочке я обнаружила записку, адресованную Джареду, ее жениху. «Я найду Джареда, чего бы мне это не стоило», – решила я. Я опять поплакала немного, а Вирджил топтался рядом, не зная, что предпринять.

Странно, но я не торопилась уходить от обломков. Здесь, как мне казалось, я была в относительной безопасности. Но чуть поодаль я наткнулась на куски странной механической птицы, которая атаковала нас. Ею управлял пилот-огр! Его изуродованное тело валялось неподалеку. Преодолевая отвращение, я подошла. Мое внимание привлек странный медальон с изображением гексаграммы, который висел у него на шее. Я сорвала его и сунула в карман. На боку механической птицы я обнаружила табличку и разобрала надпись: «Завод аэропланов Максима». Ну конечно, кто, кроме людей, мог придумать такое? Хотя пилот огр…

Внезапно из кустов на меня бросился волк! Я завизжала и кинулась в сторону, но Вирджил, который шел за мной, не растерялся. Он ударил волка своим посохом с такой силой, что тот сразу же испустил дух. И тут я по-новому взглянула на своего спутника. Я вдруг поняла, что пока я не попаду в какое-нибудь селение, не найду людей или эльфов, именно он будет моим единственным защитником. Вокруг разбитого дирижабля было разбросано много вещей, и я собрала, сколько могла. Я осталась без денег, и понимала, что мне надо будет заплатить чем-то за помощь тем, кого я найду. Некоторые вещи были очень тяжелые, но Вирджил без возражений взялся нести свою часть. Понимал, значит, что к чему… Я решила тоже при случае во всем ему помогать. Мы, эльфы, умеем многое, чего не умеют люди. Я, например, умела быстро лечить раны. И тут я подумала, что хорошо бы достать Вирджилу надежное оружие. Он-то может и считает меня идиоткой, но поглядывает восхищенными глазами, когда думает, что я не замечаю.

Я уже собралась двинуться в путь, как вдруг заметила в скале пещеру. Решила туда заглянуть – так, на всякий случай. Я думаю, у меня тогда еще было не все в порядке с головой после аварии. Я чуть не умерла от страха, когда в пещере на меня бросились полчища крыс! И опять Вирджилу пришлось меня выручать.

А пещера казалась обитаемой. Я даже нашла в ней кое-что полезное для себя. Когда мы дошли до конца коридора, воздух в пещере как-то необычно засветился… Я увидела впереди себя странную расплывчатую фигуру. Привидение! Но, после волков и крыс, мне уже было все равно, к тому же, я страшно устала. Присмотревшись, я увидела в полумраке кровать и какие-то бочки. Это была обитель человека. Я осторожно сделала пару шагов вперед и услышала голос…

– Боль! Боль! – доносилось из-под сводов пещеры.

Я решилась осторожно поговорить с духом и кое-что выяснила. Его звали Чарльз Брего, когда он был жив. А сейчас это был проклятый священником дух, который не мог найти свое успокоение. Мне было страшно.

– Я могу тебе помочь? – спросила я как во сне.

– Убей! Убей священника, и узы спадут! – простонал дух.

– Просто так убить? – ко мне, кажется, начало возвращаться чувство юмора.

– Я отдам тебе сокровище! – прошептал дух.

Я не собиралась никого убивать, но решила выяснить, где живет священник. Видимо, где-то неподалеку. Возможно, он сумеет мне помочь. Заглянув в бочку, я нашла там пачку динамита. Я схватила ее и бросилась прочь из пещеры. Вирджил едва поспевал следом.

Я не очень верила, что бывают злые священники, и решила найти его. И одно слово засело у меня в памяти: «сокровище». Духи часто знают такое, что не знаем мы. Может, если я освобожу его, он отдаст мне сокровище?

Когда мы шли по горной тропе, навстречу нам попался человек, одетый в темный плащ. Он остановился вдалеке и громко заговорил с нами. Смотрел он как-то странно.

– Что ты тут делаешь? – строго спросил он.

– Не доверяй ему, – шепнул сзади Вирджил.

– Что же делать? – так же шепотом спросила я.

– Разреши мне поговорить с ним, – попросил Вирджил.

– Конечно, поступай, как считаешь нужным. – Я была очень испугана.

Вирджил подошел к нему. Он говорил резко, и я чувствовала его антипатию к этому субъекту. Его рука крепко сжимала боевой посох.

Через пару минут разговор закончился, и человек ушел.

– Это был наемный убийца из Клана Молоха, – сказал Вирджил. – Если бы он захотел, то легко убил бы нас обоих.

– А тогда зачем ты его провоцировал? – спросила я.

– Страх – лучшее оружие, – пожал плечами мой спутник.

– Я это запомню.

– Пойдем.

Только много позже выяснилось, насколько Вирджил был прав… Тогда нам здорово повезло, потому что этот человек искал выживших в катастрофе «Зефира». И, как я теперь понимаю, вовсе не для того, чтобы помочь…

Мы шли по тропинке.

– Возьми карту, пригодится, – сказал вдруг Вирджил.

– А ты?

– У меня есть.

Мне трудно было иногда его понять. С одной стороны, он с настойчивостью тащил меня к какому-то Иоахиму, с другой стороны как будто бы все время ждал, что я сделаю, и всегда соглашался, следуя за мной как тень. Я решила действовать самостоятельно. В конце концов, у эльфов и людей разные пути.

Дом священника Арбалаха мы нашли довольно быстро. Правда, по пути на нас опять напали волки, но я как-то стала к этому привыкать. Все-таки, здесь очень дикая местность.

У дома мне бросились в глаза две могилы. Было видно, что за ними заботливо ухаживают. С нехорошим предчувствием я переступила порог этого дома. Нас встретил сам Арбалах.

Он рассказал нам грустную историю о том, как два бандита убили его жену и сына. Бандитами были Брего и его друг Фаркус.

– И тогда я проклял их, – закончил свой рассказ священник. – Их души не найдут успокоения во веки веков.

Мы помолчали.

– У меня никого не осталось, но мне надо вернуть похищенный ими священный артефакт, – сказал Арбалах. – Брего не говорил о том, где он спрятан?

– Нет.

– Может быть, вы поможете мне его вернуть? – спросил священник.

В другое время я бы отказалась, но сейчас бездыханные тела моих недавних спутников все еще стояли перед глазами.

– Я не знаю, – сказала я. – А с чего можно начать?

– Нужно еще раз поговорить с Брего, – ответил священник.

О боже, опять лезть в эту проклятую пещеру! Но отступать был поздно.

Мы вернулись, и мне не составило труда выманить у духа нужную информацию. Как только я намекнула, что могу попросить Арбалаха снять проклятие, он сразу же выложил мне все о своем дружке Фаркусе. Тот жил неподалеку.

– Я постараюсь убедить Арбалаха снять проклятие, – соврала я.

На самом деле, я считала, что священник поступил слишком мягкосердечно…

Когда заспанный Фаркус вышел рано утром из своей избушки, его уже поджидали.

– Кто вы такие? – удивился он.

Паломник и эльфийская женщина в изодранном платье.

– Ты Фаркус? – спросила я.

– Да… Что вам нужно? – насторожился он.

– Мы хотим забрать то, что принадлежит Арбалаху.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – возмутился он.

– О том, что стоит целого проклятия, – объяснила я.

– Какого проклятия? – запинаясь, произнес Фаркус.

Было заметно, что он струсил.

– Ты проклят, и дух Брего проклят, – заметила я.

– Этот священник!..

– Отдай то, что тебе не принадлежит, и Арбалах снимет проклятие.

– Так я тебе и поверил!

Внезапно Фаркус выхватил нож и кинулся на меня. Я едва успела отскочить, но меня заслонил собой Вирджил. Пока он дрался с Фаркусом, я проверила, где у меня лекарство. За Вирджила я не очень беспокоилась, но понимала, что даже ему может потребоваться помощь.

Через несколько минут с негодяем Фаркусом было покончено. Как только он упал, над ним поднялся точно такой же призрачный силуэт, как и над Брего. Мы нашли и забрали артефакт священника, а потом поспешили к дому Арбалаха.

В благодарность я получила от священника благословение и почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Впервые с момента катастрофы я почувствовала себя лучше!

– Куда теперь? – спросила я Вирджила.

– В Туманные Холмы, – коротко ответил он. – Это ближайший поселок.

В поселке мы нашли гостиницу, в которой Вирджил должен был встретиться со своим другом Иоахимом. Но, когда зашли в номер, то увидели страшную картину. На полу лежали бездыханные тела каких-то людей. И еще записка от Иоахима. Я прочитала ее и отдала Вирджилу. Он тоже ничего не понимал. Потом, преодолев отвращение, я обыскала трупы, и моя коллекция вещей пополнилась двумя странными амулетами с гексагоном. В сундуке мы нашли немного денег.

Потом мы зашли в магазин. Его хозяин, Ристецце, такой милашка, но ужасный скряга. За те вещи, которые мы принесли с Вирджилом, он дал всего несколько монеток. Но зато я продала эти ужасные гранаты, которые нашла и зачем-то постоянно носила с собой. Я их так боялась! И я все равно не смогла бы ими воспользоваться. Я показала ему серебряное кольцо, но он, видимо, решил выпить нашу кровь до конца. Он знал, откуда оно, но обещал сказать только в обмен на услугу. Ему, видите ли, нужен башмак какой-то Бетси Тун! Этот фетишист, наверное, здорово втюрился. Придется искать Бетси и говорить с ней.

Зато с кузнецом Ллойдом торговля пошла намного успешнее, за железки он платил достаточно щедро. Значит, не зря Вирджил тащил их всю дорогу.

Часть железок, которые мы принесли с собой, никто не захотел покупать, и мы решили выбросить их. Открыв ближайший контейнер для мусора, я нашла в нем вполне еще годные женские сапоги. Надевай, Алиса, не капризничай. Тому, кто спасся при крушении дирижабля, не следует быть слишком привередливым к судьбе. Покопавшись в мусоре еще немного, я нашла сапоги и для Вирджила. Бедняга всю дорогу шел босиком, а такой стеснительный, не мог сразу сказать!

Но кое-какие деньги у нас появились. Я купила Вирджилу неплохой доспех из клепаной кожи, ведь Вирджил мой защитник. В доспехах я немного разбираюсь, потому что в доме мод, где работала, часто устраивали дефиле с экипировкой. Показы доспехов собирали много зрителей, и нам часто приходилось наряжаться в панцири и кольчуги. Вот знания и пригодились.

А себе я присмотрела прекрасные кожаные перчатки. Я подумываю о том, чтобы тоже купить себе кольчугу, но пока не хочу расставаться с платьем. Да и денег на вторую кольчугу не хватит.

В Туманных Холмах мы познакомились с эльфийкой-травницей Гайлин. Она давно живет здесь. Она рассказала мне, что потеряла семейную реликвию – амулет с гравировкой Н’Тала – и попросила помочь его отыскать. Что ж, если будет возможность, я ей помогу. А когда у меня будет время, я тоже начну изучать гербологию!

И доктор Робертс тоже оказался очень приятным человеком. Он, кстати, предложил нам работу: охранять банк. Мы посовещались и решили согласиться.

– Ты только прячься быстрее, если что, а я уж сам справлюсь, – сказал мне Вирджил.

Глупый Вирджил! Что он сможет без меня?

А мерзкий пронырливый карлик, которого мы встретили на улице, мне сразу не понравился. Я таких типов вижу насквозь. Он все пытался выведать что-нибудь про кольцо. Но ясно, что этот «мальчик» не имеет к кольцу никакого отношения. Женщину не проведешь. Ох, боюсь, не было бы из-за него беды… Он все выпытывал у меня, откуда взялось кольцо, а потом куда-то убежал.

Тут есть старый заброшенный храм, и мы с Вирджилом зашли туда. Пока он отбивался от крыс (почему везде так много крыс?), я быстро пошарила по шкафам и сундукам. Кто бы мог подумать, что эльфийская супермодель станет старьевщицей… Но я говорила себе: «Терпи, Алиса, все еще впереди».

Вот так-так! Бетси Тун, оказывается, давно нет в живых. Я говорила с ее сыном, Персивалем. Пренеприятнейший малый, скажу я вам. Прикарманил мамочкину шахту, потом, кажется, обманул сестру, а теперь и вовсе пустился в какие-то махинации. Короче, шахту он потерял. Поэтому и умолял меня помочь вернуть ее и сулил пятьсот монет. Не знаю, надо подумать. Я ничего определенного ему не пообещала. Я бы еще поговорила с его сестрой…

А за башмаком Бетси придется лезть в эту шахту. Брр… Я надела старую эльфийскую мантию – хоть какая-то защита. Отпустить Вирджила одного я не могу.

Я продала запасное платье и купила Вирджилу меч. Когда он дерется посохом, то обе руки заняты. Теперь можно лезть и в шахту.

Хлам, хлам и хлам. Нашли в шахте старый фонарь, старые железки и старый ботинок.

В шахте было полно волков, и Вирджилу приходилось в одной руке держать меч, а в другой – фонарь. Возможно, со стороны это было и забавно, но нам с ним было не до смеха. Мы медленно продвигались внутрь по темным сырым коридорам.

Волк бросился на меня, и когда он был совсем близко, я кинулась в сторону, а потом назад. А тем временем Вирджил подбежал сзади и зарубил его. Это было ужасно! Но я, все-таки, эльфийка, и мне не пристало бояться каких-то полудохлых тварей.

Но самое страшное, что было в шахте – ядовитые пауки! Завидев их, я кинулась назад, и Вирджилу пришлось сражаться в одиночку. Правда, потом мы стали повторять этот трюк. Я делала вид, что убегаю, тварь бросалась за мной, а мой напарник рубил ее мечом! Вирджил чуть не умер от паучьего яда, потому что пауки были размером с кошку и несколько раз успели его укусить. Но я выходила его. Решено! Буду учиться на лекаря.

Ужас какой! Я видела призрак Бетси. Все, что о ней рассказывали – правда. Она стонет и зовет какую-то Сару. Наверное, это ее дочь. Я сделаю все, чтобы отпустить дух Бетси на свободу.

Я нашла в шахте комплект отмычек, и подозреваю, что он мне еще пригодится. Правда, я не знаю, как обращаться с отмычками. На всякий случай я прихватила из шахты старые ржавые шестерни и пачку динамита. Думаю, он не отсырел.

Старый скряга Ристецце получил свой обожаемый ботинок. За это он показал мне на карте, где находится Тарант – самый крупный город в Аркануме. В этом городе, по его предположениям, расположена фирма Шуйлеров, изготовившая кольцо. Если это так, то, судя по кольцу, эта фирма очень древняя. Так будем же искать Шуйлеров!

Я еще раз поговорила с Персивалем. Сара действительно его сестра, которая живет в Дернхольме. Он, похоже, оставил ее без средств к существованию. Вот подонок! Неудивительно, что он не хочет, чтобы я поговорила с ней. Обязательно разыщу ее. Один из жителей показал мне на карте, где находится этот Дернхольм.

Когда мы дежурили с доком Робертсом у банка, на банк напали грабители. Один из них больно ранил меня ножом. Я с криком выскочила из здания, и на помощь кинулись стражники. В конце концов, всех грабителей уложили. Док Робертс подарил нам магический меч. Я отдала его напарнику, потому что мне он не был нужен. Все трофеи, завоеванные в этой стычке, достались нам, но я решила покончить с этими бдениями. Хватит охранять чужое добро! «Весь город благодарит вас за предотвращение ограбления банка, мадам!» Фу, как напыщенно! Похоже, я становлюсь героиней Туманных Холмов. Пора убираться из этой деревни. У нас впереди Тарант и Дернхольм!

Я решила, что продать накопленные вещи лучше в крупном городе, и мы двинулись в Тарант.

О-ля-ля! Выход из Туманных Холмов закрыт. Его охраняет банда каких-то недоумков. Мы поговорили с констеблем, но этот старый козел ничего не может сделать. Надо сколачивать команду прорыва. Огр Сог, тот, что постоянно торчит в гостинице у стойки бара, не прочь пойти с нами. Крутой парниша!

Кроме того, я освоила один магический трюк. Он называется «разоружить». Оружие противника отлетает футов на десять! Надо будет обязательно попробовать его, если на Вирджила кто-нибудь нападет.

На окраине города я познакомилась с замечательной женщиной. Она владеет магией и продает всякие полезные штуки. Я купила у нее зелье ускорения. Она сказала, что с ним можно намного дольше. Интересно, что?

Уйти из Туманных Холмов можно только через мост, проложенный над бурной рекой. Человек и два огра сторожили выход и требовали плату за проход. Но они оказались полными кретинами! Я решила наврать им. Стоило мне намекнуть, что я из тарантского воровского Подполья, и что они забрались на чужую территорию, как они струсили, тут же убрались, да еще заплатили мне двести монет отступных. Клево! Путь свободен! Может, мне действительно вступить в Таранте в эту воровскую организацию? Надо подумать. Чтобы проверить свои способности, я решила взломать бочку, которая стояла неподалеку от входа на мост. Увы, у меня ничего не получилось, и даже отмычки не помогли. Видимо, я еще очень мало умею…

Самое смешное, что дурак констебль тоже заплатил мне за то, что я прогнала этих воров. Теперь мы с Вирджилом богаты.

А когда мы перешли мост, нам опять встретился этот мерзкий карлик! Он напал на нас с ножом. Вирджилу пришлось его замочить, а я попробовала свое заклинание разоружения. Оно работает!

По пути в Тарант на нас напал еще один негодяй, который кричал, что он из организации «Рука Молоха». Я повторила трюк «разоружить», а Вирджил пустил в ход свой магический меч. Когда мы потом обыскали тело, то нашли все тот же странный медальон. Неужели, за нами кто-то охотится? Ерунда какая-то.

В Тарант мы пришли нагруженные трофеями. Магазин попался почти сразу, и мы выгодно избавились от ненужного барахла. Потом зашли на телеграф, как просил в записке Иоахим. Да, этот Иоахим еще доставит нам хлопот. Похоже, из-за него мы побегаем по Аркануму.

Тарант очень крупный город. Самое интересное в нем – магазины. Я обошла их все. Хотела купить себе новое платье, но потом подумала: а чего это, собственно, я буду ходить как простая селянка? Я уже привыкла к мантии. А вот Вирджилу надо бы купить новую кольчугу и шлем.

– Что мы будем делать? – спросил Вирджил.

– Будем искать владельца кольца, – ответила я.

Я думаю, он скоро освободится от своих религиозных бредней. Братство Панарии, ишь ты! Где он только их нашел?

– Пошли, Вирджил, – сказала я. – У нас много дел.

В одном магазине видела замечательную вещицу – амулет Дориана. Это просто прелесть. Но стоит так дорого… Если когда-нибудь разбогатею, то обязательно куплю.

Однако без денег в большом городе не проживешь. Надо как-то зарабатывать. И работа нашлась. Один растяпа уронил золотое кольцо в канализацию. Пришлось туда лезть. Фу-у! А Вирджил научился неплохо справляться с крысами. Мастерство растет…

Я познакомилась с довольно богатой женщиной, Кассандрой Петтибоун, и у нее нашлось задание для меня. Сначала она вела себя как-то странно, словно боялась чего-то, а потом призналась, что ищет надежного человека, чтобы достать эльфийский надгробный камень. Она даже показала на карте, где его можно найти. Она явно хотела заполучить этот камень, и сулила немалые деньги. Но идти куда-то в степи, искать какие-то могилы… Б-р-р-р…



Встретила на улице какого-то парня, который попросил найти своего дружка Цезаря. Запомним.

На Девоншир Вэй я зашла в дом к Эвелине Гаррисбург. Она попросила ей помочь, потому что у нее украли картину. И вот Алиса в роли частного детектива. Естественно, я первым делом пошла в кабак, где ошивается ее муженек. Сведения, в первую очередь, надо собирать там.

Швейцар у входа в «Джентльменский клуб Веллингтона» быстро продал мне нужную информацию. Похоже, тут замешан некий Рорри Лаймс. Только вот как его найти? А, была не была, схожу в мэрию.

Молодец, Алиса! Нужный адрес нашелся быстро. Теперь бегом на аллею Муллиган. Посмотрим, что это за Рорри Лаймс.

Сначала показалось, что мы Вирджилом серьезно влипли на этот раз… Дом на Муллиган охранял здоровенный огр. Договориться с ним не было никакой возможности. Но он был настолько туп и неповоротлив, что я легко вытащила у него ключ из кармана. Ну а дальше – обыскать дом и найти картину – было делом техники. Мадам Гаррисбург очень меня благодарила.

На Полтон Кросс я заглянула в контору одной предсказательницы, Долорес Бестон. Она тоже предложила мне работу. Ей был нужен магический шар.

– И где я его возьму? – спросила я.

– У мадам Туссод. Она цыганка.

Я нашла ее дом на Девоншир Вэй.

– Я ждала тебя, – было первое, что я услышала от Туссод.

– Почему? – удивилась я.

– Ты ведь разговаривала с Долорес?

– Она прислала меня за шаром…

– У нее ничего не выйдет. А ты выбирай, на чьей ты стороне! – внезапно закричала цыганка.

Я так испугалась, что только пробормотала:

– На вашей…

– Это хорошо, – сказала Туссод. – Отдай ей шар.

Я вернулась к Долорес.

– Вот шар.

– Где ты его взяла? – спросила Долорес.

– У мадам Туссод…

Долорес взяла шар, и мне трудно описать, что произошло дальше… Это было ужасно! Дрожа, я вернулась к мадам Туссод.

– Долорес не ушла от своей судьбы, – заметила она. – А я кое-что сделаю для вас.

Она провела ладонью перед моим лицом. Это было благословение цыганки.

В таверне Гранта, что на Кенсингтон, мне предложили сыграть в странную, но простую игру. Надо было правильно ответить на вопрос. Ставки в игре были достаточно высоки. Но они, наверное, считают, что эльфийские супермодели совсем не умеют думать. Разумеется, я выиграла эти пять сотен монет.

В порту один карлик предложил нам работу. Надо было очистить от крыс большой склад. Ну, крысы – это по нашей части. Но когда я посмотрела, сколько их там, меня охватили некоторые сомнения…

– Что будем делать? – спросила я Вирджила.

– Давай, лучше найдем этих Шуйлеров, – ответил он.

– Ну уж нет, – сказала я. – Сначала крысы. Мы взялись за эту работу, и мы ее закончим.

Но как? В задумчивости я бродила по городу и случайно зашла в музей. Там было выставлено множество любопытных экспонатов. Вот, например, корова с двумя головами. У меня такое ощущение, что я где-то уже такое видела… Но где, не помню. Но самым интересным «экспонатом» оказался живой орк! Его звали Гар. Он неплохо разбирался в политике (наверное, наслушался от посетителей) и любил поболтать. Я решила уговорить Гара идти с нами, но он отказался. Тоже, видимо, не любит крыс!

А крыс на складе было множество. Вся работа выпала, конечно, на долю Вирджила. Я уже почти перестала бояться крыс, но… Ай-ай-ай! Крысы окружили Вирджила плотным кольцом, подпрыгивали и пищали. Самая маленькая из них была размером с собаку. Я ничем не могла ему помочь. Магия разоружения здесь была бесполезна, ведь крысы не пользуются мечами и кинжалами. Зато я догадалась использовать на Вирджиле зелье ускорения. Короче, мы изничтожили всех.

Хозяин склада был не против, чтобы мы заняли на время небольшую пристройку. Я решила организовать в ней тарантскую базу фирмы «Алиса и Компания». Если у меня появятся лишние вещи, буду хранить их здесь. Это удобное место. Рядом порт, и неподалеку живут торговцы.

Я занимаюсь самообразованием. В Таранте никто не станет с тобой разговаривать, если ты не на уровне. Вот и орк Гар из музея уже почти собрался идти с нами, но и его что-то удерживает. Я поговорила с хозяином музея, и он согласился отпустить Гара. Да, мне нужна надежная команда.

У железнодорожной станции я встретила, наконец, Джареда. Он служит в охране Таранта. Я передала ему записку, которую нашла на теле Вильгельмины. Малый так убивался по своей возлюбленной! Мне пришлось даже сходить вместо него к каменотесу, чтобы заказать надгробие. Я шла и сама чуть не плакала… Даже Вирджил как-то подозрительно сопел, топая следом…

Случайно зашла в дом на Аллее Пиквик. Его охранял невероятно тупой огр по имени Лорхем. Он рассказал мне, что его хозяин, мистер Эдвард Уиллоусби, уехал по делам в Каладон. Ничего не стоило выудить у этого Лорхема ключ и проникнуть в заднюю комнату. Я покопалась в сундуке мистера Уиллоусби и стала богаче на три с половиной тысячи монет. Неплохой куш! Там был еще подвал, но мне не захотелось туда лезть…

Гар все никак не соглашается идти со мной, несмотря на все мое обаяние. Пришлось без него заниматься поисками этой таинственной фирмы Шуйлеров. Впрочем, почему таинственной? Их контору я нашла быстро. Она находится на Девоншир Вэй, 44. У входа я повстречала гнома по имени Магнус. Мы сначала повздорили с ним, а потом разговорились, и он сообщил мне важные сведения.

В конторе нас встретил клерк, которого мы с Вирджилом запугали до полусмерти. С клерками надо только так. Он оставил нам ключ и бросился бежать. Ну-ну, попробуем во всем разобраться.

Если фирма Шуйлеров и существует, то, скорее всего в подземелье. Во всяком случае, единственный ход в доме ведет именно туда. И мы спустились… Боже мой! Подземелье Шуйлеров представляло собой, как бы это выразиться поточней, кладбище изнутри. Мрачные сырые земляные коридоры, раскопанные могилы, склепы, которые ушли за долгие века под землю… А обитатели… Мамочка моя, что там были за обитатели!.. Такое впечатление, что они жили в этих могилах… Мы спускались все ниже и ниже, находя люки в полу. Из темных углов на нас бросались, оскалившись и хрипя, зомби. Я чуть не умерла со страху. Только мысль о том, что я займу место в одной из этих могил, не давала мне умереть…

А потом мы выскочили наружу. Проклятые некроманты Шуйлеры! Они напустили в свои подвалы столько нежити, что нужна целая армия, чтобы их победить. Пришлось нам заняться экипировкой. В магазине оружия разбегались глаза. На выуженные из сундука мистера Уиллоусби деньги я купила Вирджилу Щит Силы, Прекрасные Крепкие Сапоги, Военные Рукавицы и Шлем Света. Хватит ему бегать с керосиновой лампой по подземельям.

Сама я запаслась лекарствами и зельем ускорения. Кожаные перчатки Вирджила и его старый шлем я взяла себе. Да! Я купила себе Эльфийские Сапоги! Наши девчонки из дома моделей умерли бы от зависти, если бы увидели меня в них. Черные, высокие, с красивым узором. Продавец уверял, что они магические – защищают от яда. Насчет магии не знаю, но ходить в них удобно. В самый раз убегать от крыс и пауков, ха-ха!

А теперь назад к некромантам. Без зелья ускорения Вирджил бы не пробился.

– Помоги мне! – кричал он, отбиваясь от толпы зомбированных личностей.

– Сейчас, сейчас, – бормотала я, копаясь в своих склянках.

Среди зомби было очень много гномов. Похоже, это гномье захоронение.

Глубоко внизу, в подземелье, в зале с каменными сводами, которым, наверное, тысяча лет, мы нашли, наконец, этих некромантов-ювелиров Шуйлеров. У стены стояла группа мрачных людей в черных мантиях. Все ясно, они раскапывают под землей древнее захоронение и продают в городе все, что находят. Теперь понятно, откуда это кольцо. Похоже, мы оторвали их от дел.

– Кто ты такая? – раздраженно спросил меня тот, что стоял ближе других.

– Мне нужна информация, – без обиняков ответила я.

– Какая глупость, – был ответ.

– Но для меня это действительно важно, – настаивала я (а что мне еще оставалось делать?).

– Я буду решать, что важно, – сказал некромант.

– Вот, взгляните на кольцо…

– А… Понятно, – сказал некромант. – Буквы «ГБ».

– Что это за имя? Вы должны сказать, – сказала я.

– Ты не в том положении, чтобы выдвигать требования, дура.

– А, простите…

– Мы, семья Шуйлеров, занимаемся здесь бизнесом уже четыреста лет.

Ага, все-таки Шуйлеры. Глубоко же они закопались! Я решила задать несколько наводящих вопросов.

– А что тут происходит?

– Мы практикуем темные искусства.

– Что вы вкладываете в понятие «темные искусства»?

– Некромантия, милочка. Вызов духов, разговоры с призраками, поднятие мертвецов.

Поднятие… О! Это объясняет, откуда взялись гномы-зомби. На всякий случай я уточнила:

– Некромантия? Она всегда была вашим семейным делом?

– Да, мой прадед был Чародеем, свидетелем Войн Кланов.

– И что же?..

– Наша история восходит к Эпохе Легенд.

– И все зомби – ваша работа?

– Отработанные тела, не более того. Их удобно использовать для раскопок.

– Так магазин стоит над гномьим захоронением?

Не слабый антиквариат, да?

– Мы нашли его более ста пятидесяти лет назад, когда Тарант был совсем маленьким городком. Мы приехали сюда из Каладона, где жители начали нас кое в чем подозревать…

– Да, я понимаю, начали подозревать…

– Таким, как мы, свободы всегда недостаточно. А ведь бывали времена, когда некромантия была повсюду…

– Так что же нам делать? – я попыталась вернуть разговор в нужное русло.

– Возможно, мы сможем вам помочь, но вы должны молчать о том, что видели.

Да уж, о таком расскажешь!

– А гномы не считают это кощунством?

– То, что этот клан был похоронен на равнине, а не в горах, как принято у гномов, говорит о том, что это были уже не совсем гномы.

– Это очень убедительно, – поддакнула я.

– Вы обещаете не рассказывать о нас? – нахмурился некромант.

– Да, конечно.

Скорей бы выбраться отсюда.

– Очень хорошо. А по поводу кольца мы спросим моего отца.

– А где он?

– Ну… Мы сохранили его земную оболочку, хотя она ему уже не нужна.

– Это все некромантия?.. – я вдруг почувствовала, как у меня отнимается язык.

– Почти. Это завещание моего отца.

– И как с ним… поговорить?..

– Как с обычным духом умершего, как же еще?

– Я попробую…

– Хорошо, я вызову дух Пелониуса.

– Да… – я сделала шаг вперед на негнущихся ногах.

Призрак появился внезапно.

– Кто тут вызывает меня? Это ты, Уинстон? А-а, у нас гости! Чувствуйте себя как дома, Алиса.

– Мы… Мы разве встречались, сэр? – пробормотала я.

– Нет, думаю, что не встречались… Я Пелониус Шуйлер. Так что вам нужно?

– Я думаю, вы и сами знаете, – набралась смелости я.

– Вы уж простите, леди, нет.

Мне показалось, что дух усмехнулся.

– Мне нужно найти владельца кольца.

– Я знаю это кольцо, но намного важнее и то, что случится потом.

– О чем вы говорите?

– Я только первый из многих посланников. Жди.

Я вдруг с отчетливостью поняла, что домой попаду не скоро…

– Вы говорите загадками. Умоляю, можно яснее?

– Хорошо. Этого человека зовут Гилберт Бейтс. Прощай, – сказал дух и исчез.

– Спасибо, Пелониус, – прошептала я.

Не помню, как мы выбрались из подземелья. Даже несколько ценных вещиц, которые попались мне по дороге, и были подобраны, не порадовали меня. И еще долго преследовали меня потом видения гномов-зомби, с безразличием раскапывающих под землей свои могилы в поисках сокровищ… Милые люди, эти Шуйлеры!

Мне удалось выгодно продать драгоценности, которые я нашла в подземелье Шуйлеров. Сходив за город к продавщице магических товаров, я смогла идентифицировать кинжал, который нашла там же. Оказалось, ценная вещь… Я отдала его Вирджилу.

Я прошла курс красноречия у мадам Лил, хозяйки тарантского борделя, и стала Экспертом красноречия. К мадам я работать не пойду, но думаю, что красноречие пригодится в будущем. Но цены у мадам… Ой-ой-ой. Бедные ее клиенты!

Проникнуть в дом к Бейтсу, богатейшему человеку Таранта, оказалось несложно. Достаточно было понять, чем живут люди в Таранте. Я нашла мистера Седрика Эпплби, который имеет дом на Лоу Дервиш Роу, 29. Этот непризнанный гений только и мечтает о том, как бы насолить Бейтсу. Представляете, он дал мне динамит, чтобы я взорвала фабрику паровых машин Бейтса! Я для виду согласилась и динамит взяла, потому что хорошего динамита в Таранте днем с огнем не сыщешь. А потом пошла к охране Бейтса и быстренько сдала дражайшего мистера Эпплби. Путь в дом Бейтса был открыт. Пусть уж они сами между собой разбираются.

Гилберт Бейтс оказался сухоньким старичком. Он никак не походил на мальчика. Рядом с ним стоял здоровенный верзила-огр в красном пиджаке. Тоже не мальчик. Охранник.

– Мне сказали, что вы хотите что-то обсудить? – высокомерно спросил Бейтс.

– Да, я хотела спросить вас о кольце.

Выражение лица Бейтса мгновенно изменилось.

– Великие Боги! Откуда это у вас?! – почти прокричал он.

– Мне дал его один умирающий карлик, – честно ответила я.

– Карлик? Наверное, гном? – удивился Бейтс.

– Никогда не встречала безбородых гномов, – отпарировала я.

– А ничего не было примечательного у этого карлика?

– У него был шрам через левый глаз.

– Это был Стеннар-камнетес! – воскликнул Бейтс.

В общем, скоро все выяснилось. Кольцо действительно принадлежало Бейтсу. А Стеннар действительно был гномом. Он хотел предупредить Бейтса о каком-то заговоре. Гному даже старый человек казался мальчиком. Бейтс рассказал, что жил с гномами из Клана Черной Горы, изучал их технологию, а потом обосновался в Таранте. Но в один прекрасный день весь клан гномов куда-то пропал, а Бейтс уже не смог установить с ними связь.

– Я до сих пор не получил о них никакой информации, – закончил Бейтс.

– А почему Стеннар послал меня к вам именно с этим кольцом? – поинтересовалась я.

– Очевидно, он хотел, чтобы я вам поверил.

– А вот Вирджил считает, что это как-то связано с религией, – кивнула я на своего спутника.

– Я не разбираюсь в религии, – отмахнулся Бейтс. – Но мне нужно узнать побольше о Клане Черной Горы.

Тут я почувствовала, что любопытство и жажда приключений заполняют меня от пяток до макушки.

– И чем я могу вам помочь? – спросила я.

– Надо поискать в шахтах Черной Горы, – ответил Бейтс и вопросительно посмотрел на меня.

Ну что я видела в жизни? Подиум? А тут…

– Хорошо, я займусь этим, – ответила я.

– Великолепно! – просиял Бейтс. – Я покажу вам, где находятся эти шахты.

Вот так мы с Вирджилом ввязались в очень крупную авантюру. Задание было получено, но я не торопилась искать этих гномов. К путешествию надо было серьезно подготовится. К тому же несчастная Сара Тун не выходила у меня из головы. Хотя жители Туманных Холмов и показали мне, где находится Дернхольм, идти туда надо было по незнакомой местности. Мы дождались утра и тронулись в путь.

В дороге на нас напали разбойники. Они требовали двести монет, но явно не представляли, с кем связались, и в результате поплатились жизнями. Вирджил неплохо научился фехтовать во время наших странствий, а я с успехом применяла прием «разоружить». Их амуницию я потом продала в Дернхольме.

Два раза Вирджил спасал меня от медведя. С этими дикими зверями надо что-то делать.

По пути к Дернхольму мы наткнулись на Волчью Пещеру. Страшное это место, но кое-что мы оттуда унесли, кроме собственных ног. Крыс, которые там были, Вирджил убил, но волчицу с волчатами я трогать ему не позволила.

Может быть, когда-то Дернхольм и был красивым городом. Только все это в прошлом. Сейчас он очень обветшал. Сразу видно, что дома из серого камня, каких большинство в Дернхольме, давно никто не ремонтировал. Дороги, мощенные таким же серым камнем, находятся не в лучшем состоянии. Они густо поросли травой. Картину дополняет заброшенная гавань. Видимо, сюда уже много лет не заходят корабли. Только гниющие на берегу остатки бочек напоминают о том, что здесь когда-то был оживленный порт. В Дернхольме находится резиденция короля Камбрии, и по всему городу шатаются изнывающие от безделья стражники. Им абсолютно нечем заняться! Когда-то Камбрия была великим государством рыцарей, но теперь дух рыцарства угас, богатство исчезло, а жители разъехались кто куда.

В Дернхольме я поговорила с Сарой Тун. Все мои подозрения подтвердились: ее братец оказался порядочным негодяем. Бедная девочка! Она сообщила мне адрес дельца из Таранта, который владеет в настоящее время рудником. Это некий Стентон, он живет в Округе Льва, 25. Постараюсь ей помочь.

Я помогла также одной пожилой леди вернуть похищенную драгоценность, кольцо. Я поговорила со смешным, но въедливым старикашкой Арчибальдом. Кольцо было у него. Мне не потребовалось много времени, чтобы запудрить ему мозги. Вот потеха! Зато сынок его ничего, хотя, по-моему, растяпа.

А еще я познакомилась с девушкой по имени Лианна. Она увлекается боевыми искусствами. С ума сойти! Когда захочу научиться метать топор, обязательно приеду к ней! Ха-ха. Шутка.

Дернхольм такая дыра, что даже в королевский дворец можно зайти, как в обычную пивную. Мы были на «приеме» у короля Претора. Невероятно, но он предложил нам отправиться его эмиссарами в Черный Корень. У тамошнего короля надо получить налоги. Ни много, ни мало, пять слитков золота! Или мы с Вирджилом действительно внушаем такое доверие, или у дернхольмского правителя совсем плохи дела, не знаю.

В таверне я опять выиграла в угадайку. Если эта игра модна во всем Аркануме, то мы быстро сделаем себе состояние. В таверне я познакомилась с карликом по имени Волинжер.

Он сразу предложил присоединиться к нашей экспедиции, и это меня насторожило. Не кроется ли за этим какого-нибудь подвоха? Я не ответила ему ни «да», ни «нет», но решила, что прибегну к его помощи только в случае крайней необходимости. Пока такой необходимости не было.

Когда мы возвращались в Тарант, на нас напали гигантские крысы. Я заметила, что в разное время Вирджил пользуется разным оружием. Вообще, он большой спец по части боя, но надо будет снабдить его еще одним хорошим клинком.

Вернувшись в Тарант, я улучшила свои умения взломщика, а потом сдала экзамен на Подмастерье взлома. Академия тут, понятное дело, без вывесок, но учат классно. Сама не знаю, зачем мне это нужно… Возможно, когда-нибудь пригодится.

Стентона я нашла. Стоило намекнуть, что я от имени Промышленного Совета занимаюсь расследованием махинаций с шахтой, как он тут же раскис и отдал мне документы на шахту, чтобы не связываться. Сара Тун спасена!

Когда я бываю в Таранте, я никогда не отказываю себе в удовольствии пробежаться по магазинам. Хозяин оружейного магазина показал нам удивительный меч. Он называется катана. С ним Вирджил будет себя чувствовать намного увереннее. Кроме того, я купила ему прекрасную эльфийскую кольчугу, потому что его «клепаная кожа» порядком поизносилась. Теперь, с новым мечом и в новой кольчуге он будет совсем как японский эльф! Если я когда-нибудь выберусь живой из всех этих передряг, то открою оружейный дом мод. Мы с девчонками будем показывать коллекции доспехов.

Никак не могу уговорить орка Гара отправиться с нами. Экспонат зеленомордый, дался ему этот музей!

Из Таранта пришлось отправиться в Черный Корень – выполнять поручение короля Претора. Такое впечатление, что все звери в окрестных лесах захотели нами пообедать.

В Черном Корне я первым делом отправилась в кабак «Галера Аннабель», сыграла в угадайку и стала богаче на пятьсот монет. Я решила всегда иметь с собой деньги, чтобы можно было поиграть. Там же я познакомилась с Китцелем Пирсом. Я думаю, это полезное знакомство. Он ищет потерявшегося ученика (Китцель – Мастер стрельбы из лука), и, при случае, я ему помогу.

В том же заведении я познакомилась с Клариссой Шалмо, Мастером метательного оружия. Она освоила в совершенстве много видов оружия, а в данный момент искала какую-то мифическую Звезду Азрама – оружие, которое возвращается к своему хозяину после броска. Может быть, я и смогла бы уговорить Клариссу присоединиться к нам, но она такая задавака!

Зато Херкемер Огдодлер, который жил неподалеку, сразу мне понравился. Сразу видно, серьезный мужик, хоть и любит поговорить. Но у каждого из нас свои слабости. Я могла бы обучаться у него боевым искусствам, но мне это не нужно. Ведь у меня есть Вирджил!

Хотя мэр Черного Корня и считается мэром, он мало чем отличается от короля. Такой же дворец, такая же стража. Такая же капризная заносчивость. Ковры во дворце мягкие.

– Кто вы такая? – спросил он меня.

– Я по поручению короля Претора.

Храбрая Алиска.

– И что же вы хотите?

– Мне нужно собрать налоги, которые задолжал Черный Корень.

– Мы подчиняемся только Таранту, – раздраженно ответил мэр.

– Боюсь, что король Претор с вами не согласился бы, – я решила все валить на короля.

– Претор меня не волнует, – заметил мэр. – Нас защищает Тарант.

Тут я вспомнила одну заметку в газете, которую нашла в Дернхольме. Из нее явственно следовало, что не все в отношениях Черного Корня и Таранта было так гладко, как старался представить мэр. Надо бы это использовать.

– Осмелюсь возразить, – вкрадчиво сказала я.

Но мой тон не смутил мэра.

– Попридержите свой язык! – воскликнул он. – Я не люблю бессмысленную болтовню.

– Но так ли уж хороша тарантская стража? – попробовала я зайти с другого бока.

– Что ж, – пожал плечами мэр, – они защищают наш город, как только могут…

– Как только могут? А что это значит? – уцепилась я за его последние слова.

– Ну, знаете… – замялся мэр…

– Есть проблемы, с которыми они не могут справиться? – быстро спросила я.

– Возможно, они разберутся с нашей пропажей, – словно отвечая своим мыслям, пробормотал мэр.

– Я улажу проблемы с кражами, – я удивилась собственной находчивости.

И тут мэр «раскололся». Лицо его приняло плаксивое выражение.

– Воры украли серебряный кинжал, мой знак власти, – признался он.

– Я найду его, – заверила я, так как деваться мне было уже некуда.

– Удачи вам, – усмехнулся мэр.

И аудиенция закончилась.

Размышляя о том, как бы похитрее взяться за это дело, я прогуливалась вдоль берега залива. Верный Вирджил шел сзади. И вдруг я увидела перед собой волшебника. Это бывает: идешь, идешь, и внезапно впереди видишь загорающего на берегу волшебника. Я подумала, а не попросить ли его о помощи?

Но он лишь предложил сыграть мне в угадайку! Тут все помешались на этой игре. Ну, хорошо, я согласилась, чтобы развеяться. И загадка, которую он мне загадал, какая-то детская, ничто по сравнению с тем, что о чем меня спрашивали в тавернах. Я сразу же отгадала. А он отправил меня за вторым вопросом к своему приятелю. Его я нашла на западной окраине города. И этот не смог придумать ничего сложнее детской загадки. Помню, в детском саду мы играли в такие. Третий маг, полурослик, которого я нашла, за отгаданную третью загадку подарил мне магический камень.

– Когда будет совсем трудно, используй его, – объяснил он.

Камень оказался увесистым. Возможно, «в трудную минуту» им и можно будет воспользоваться. И на том спасибо.

Но самое главное, неподалеку я нашла стоянку воров! Именно тех, что стибрили у мэра церемониальный кинжал. Пришлось поговорить с предводителем этой шайки.

Я сразу поняла, что воры не прочь расстаться с украденным кинжалом, но, разумеется, не задаром. Ввязываться в их дела мне не хотелось, поэтому я просто выкупила эту «реликвию». Причем не торговалась. Воры явно не ожидали такого поворота событий и отдали мне «в нагрузку» еще несколько вещиц. Я вернулась к мэру Черного Корня.

– Вот ваш кинжал, мэр, – сказала скромно, но с достоинством умница-Алиса.

– Прекрасно, мы арестуем воров, – обрадовался мэр.

– Ваши стражники не могут защитить вас, – подначила я.

– Согласен, но что я могу сделать? – вздохнул он.

– Восстановите связь с Дернхольмом, – пожала плечами я.

– А пожалуй, мы так и сделаем, – заявил мэр. – Ваша находчивость, Алиса, изумляет меня.

Так решился вопрос с налогами. Тяжеленный сундук с золотом я поручила тащить Вирджилу. Пусть он потрудится теперь!

Поскольку любое хорошее дело следует делать трижды, я не могла отказать себе в удовольствии еще раз попытать счастья в игре. Я забежала в таверну «Мрачный моряк», еще раз сыграла в угадайку и положила в карман еще пятьсот монет. Класс! Игрок в качестве вопроса вздумал спрашивать у меня перевод с эльфийского. Это эльфийку-то! Как я люблю эти игры!

А ведь здесь есть настоящая железнодорожная станция! И паровозы почти новые. Но на поезд нас не пустили. Оказывается, из-за магов у паровозов в дороге взрываются котлы. Лучше бы машинистов учили как следует! А можно было бы уехать в Тарант…

Уже когда мы уходили из города, я зашла в один дом на окраине. Меня потряс несчастный вид женщины, которая нас встретила. Я не могла не спросить, что случилось.

– Вы случайно не видели моего сына? – в свою очередь, спросила она.

Горечь звучала в ее словах.

– Вашего сына? А кто ваш сын?

– Его зовут Лайэм Камерон. Он изобретатель, – объяснила женщина. – Я не видела его почти два месяца. Вы не проходили мимо его мастерской?

– Его мастерской?

– Да, она в трех днях пути от города.

– Так он пропал?

– Обычно он приходил раз в месяц. Но прошло уже три месяца, а его все нет. Я очень волнуюсь!

– Да, тут есть из-за чего беспокоиться… Хотите, я поищу его? – предложила я.

Не проблема, кстати.

– О! – воскликнула миссис Камерон, – я была бы так вам благодарна…

– Покажите на карте, где он живет.

– Вот тут, – и миссис Камерон снова расплакалась.

Вообще, этот Черный Корень – подозрительное место. Еще на подходе к городу на нас напали какие-то упыри. Мы-то с Вирджилом отбились, но как тут люди живут?

А мастерскую мы нашли. Она была похожа на охотничий домик и стояла в глубине дикого леса. Только в ней никого не было…

Мы обнаружили тело Лайэма позже, на лесной тропинке, которая проходила неподалеку от его дома. Сперва я так и не поняла, что же убило его, но когда на меня кинулась отвратительная демоническая тварь, все стало ясно. Этот лес кишел гигантскими ящерицами как муравейник.

У Лайэма я нашла странный механизм, в котором, после некоторых раздумий, признала магическую ловушку. Мы, эльфы, такими не пользуемся. Люди и гномы применяют их, когда охотятся на нечисть. Но из оружия у бедного мальчика оставался только обычный топор. У него не было шансов выжить в ЭТОМ лесу.

– Что будем делать? – спросила я Вирджила.

– Лучше бы нам пойти поискать Клан Черной Горы, – осторожно ответил он.

Ну, с этим еще успеется! Я решила еще пройти по тропинке, на которой мы нашли Лайэма. Через некоторое время впереди появилось призрачное сияние. Я осторожно подошла поближе. Магический Портал! Так вот откуда лезут сюда эти монстры! Они проходят сквозь открытый портал и расселяются по лесу. Я вгляделась. Ага, вон там бродит Большая Пустынная Ящерица, а вот и призрачные Арайны. Все, как учили в школе… Несколько тварей заметили нас и, визжа, бросились вдогонку. Я кинулась прочь, проклиная свое легкомыслие. От них так просто не убежишь… Если бы не эльфийский доспех, Вирджилу бы нипочем от них не отбиться. Нет, все-таки я предусмотрительная.

В домике Лайэма мы, наконец, перевели дух и осмотрелись. У стены стоял запертый сундук. Как я ни старалась, так и не смогла его открыть. Видимо, не умею достаточно хорошо обращаться с отмычками. А ведь там могло быть что-то важное, какие-нибудь записки, которые проливали бы свет на это дело. Вот где я почувствовала нехватку мастерства! Я поклялась себе, что при первой же возможности исправлю этот недостаток.

Мы переночевали в домике Лайэма и двинулись в обратный путь. С тяжелым сердцем я подходила к дому миссис Камерон.

Все, что я смогла сказать ей в утешение, это то, что Лайэм погиб не напрасно. Он до последних минут боролся как герой. Мы продолжим его дело и закроем этот дьявольский портал.

Мне удалось повысить свои навыки взломщика и стать Подмастерьем. Я вернулась в маленькую заброшенную мастерскую у лесной дороги. Проклятый сундук, как будто нехотя, поддался моим усилиям. Как я и надеялась, внутри лежали самые ценные вещи – магический свиток и еще одна магическая ловушка. А дневник Лайэма я случайно нашла в незапертой тумбочке рядом с кроватью. Как же я сразу его не заметила?!

Да, он все делал правильно, но человеческих способностей не хватило, чтобы закрыть ТАКОЙ портал. А может, просто не хватило осторожности. Нам с Вирджилом придется все сделать за него. Вообще, это дело эльфов, а не людей. Это мое дело, и я с ним справлюсь. Мы осторожно подкрались поближе к порталу… Магическая ловушка сработала, и портал закрылся. Все так просто.

Упыри исчезли. Навсегда. А дневник Лайэма я оставлю себе на память об этом храбром мальчике.

Наша дорога лежит в Дернхольм.

Король Претор очень удивился, когда мы вернулись назад с грудой золота. А наша «казна» пополнилась двумя сотнями монет, выданными в качестве награды, хотя я давно уже поняла, что это не деньги.

Сара Тун тоже обрадовалась, когда мы принесли ей документы на шахту! У меня как гора свалилась с плеч. А Сара подарила нам удивительный магический меч. Я отдала его Вирджилу. У него собралась неплохая коллекция оружия.

Бармен в гостинице проговорился, что к северо-западу от Дернхольма есть старый заброшенный лабиринт. Надо будет туда заглянуть…

Я познакомилась с лекаркой Джейной Стайлс. Она полуэльф, но я спокойно смотрю на такие вещи. По-моему, она не очень счастлива здесь, в Дернхольме. Я может, и взяла бы ее с собой, но она очень нерешительная. Возможно, потом, я уговорю ее убраться из этой дыры. А теперь, вперед, к лабиринту!

На самом деле лабиринт оказался не очень близко от города, но, в конце концов, мы его нашли (1369W, 1584S). Мы действительно обнаружили там много ценных вещиц, но когда на нас отовсюду бросились упыри, ничего не осталось, как спасаться бегством.

В Таранте я сходила к одной мудрой женщине и выяснила, что за магические мечи попались нам в руки. Тот, который мы нашли в лабиринте, для Вирджила оказался слишком тяжел, и я оставила его на складе до поры до времени. Зато Волосяной Меч, подаренный Сарой, оказался замечательным оружием.

Я решила подготовиться получше к экспедиции в шахты Черной Горы и посетила университетский городок Таранта. Там я узнала о существовании пещеры дракона Беллерогрима. Сам дракон давно умер, а в его логове устроили музей. Надо будет сходить посмотреть.

А один доктор френологии, его фамилия, кажется, Гершвин, попросил найти ему черепа сиамских близнецов. По-моему, все ученые немного не того… Но, поскольку он обещал заплатить за эту работу, я, может быть, и прогуляюсь по кладбищу Таранта.

Больше всего меня возмутила библиотека. Платить полторы тысячи только за право читать книги! Где вы видели такое? Да ни за что в жизни!



Так-так-так… А на кладбище нас кто-то опередил. Гробница, где лежали близнецы, раскрыта и разграблена. Вот чего я не люблю, так это когда мне перебегают дорогу… Да я из принципа эти проклятые черепа найду, чего бы мне это ни стоило! Присмотревшись внимательно, я нашла в углу склепа обгоревший спичечный коробок. Судя по этикетке, он был из «Тарантского Клуба Джентльменов» (кто же еще станет раскапывать могилы!) и следы, стало быть, надо искать там.

Но в клуб меня не пустили, потому что я женщина. А специальное разрешение может выдать только владелец клуба мистер Веллингтон. Дом Веллингтона я нашла, но вот условия, которые он мне предложил… Да, таких «джентльменов» еще поискать надо! Ладно, разберемся с этой проблемой как-нибудь потом…

Мы совершили «экскурсию» в логово Беллерогрима. И, надо сказать, она удалась на славу! Сразу после выхода из города на нас напали разбойники из организации «Рука Молоха». Они интересовались аварией «Зефира»! Похоже, за нами кто-то целенаправленно охотится. После того, как Вирджил разобрался с ними, я нашла у них все тот же амулет с гексаграммой. Это не может быть случайностью.

А мы с Вирджилом составляем неплохую команду. Никакие бандиты не могут нас победить.

В пещере Беллерогрима было жутко, но смотреть, в общем, нечего. Скелет дракона, который занимал большую часть пещеры, не произвел на меня впечатления. Больше в пещере ничего не было, только в одном углу были навалены какие-то ящики. Подойдя поближе, я обнаружила проход, слишком узкий, чтобы в него можно было пролезть. Ну, а зачем у нас динамит? Эй, Вирджил, отойди подальше! Баммс!!! Проход расчищен. С замиранием сердца я спустилась еще на один уровень вниз.

Господи, такого количества монстров я не видела за всю свою жизнь! А когда они набросились на нас, мы едва не погибли. Хорошо, что у меня был Свиток Выхода. С его помощью мы мгновенно перенеслись к выходу из пещеры.

Что же это такое? Если в скромной «экскурсионной» пещере обитает такая жуть, то что ждет нас в пещерах Черной Горы?!

Я села на траву и достала из сумки единственный трофей, который удалось унести из пещеры. Это была книга – записки какого-то Крака-Тура. Он похвалялся своими злодеяниями и, в частности, рассказывал, как ему удалось убить Беллерогрима. Судя по тому, что его дневниковые записи остались в пещере, сам он тоже плохо кончил. Читать его заметки было неинтересно, но книгу я сохранила. На всякий случай.

На обратном пути в Тарант на нас опять напали какие-то разбойники. Я применила свой коронный прием «разоружить», а Вирджил сделал все остальное.

Мы вернулись в Тарант, и я сразу же зашла к торговцу в порту, чтобы он отремонтировал наше снаряжение. Он делает это мастерски. У торговки, которая живет за городом, я купила чудесную магическую мантию. Голубой цвет мне очень к лицу, и потом, я давно уже поняла, что магия защищает от стрел и кинжалов не хуже брони.

Я решила взять в экспедицию Сога. Он – единственный, кто может сейчас быть полезен. Я зашла на наш склад и забрала снаряжение для него: Великий Магический Меч, шлем, перчатки, сапоги.

В Туманных Холмах мы наведались в старую шахту. После того, как владелицей шахты стала Сара, дух Бетси Тун покинул копи, и руда вновь стала чистой. Мы взяли немного для кузнеца, и за это он отковал нам неплохой кинжал. Я отдам его Согу, как запасное оружие.

А брат Сары, мерзавец Персиваль, не хочет теперь со мной разговаривать! Ну, ничего, так ему и надо.

Сога я нашла на обычном для него месте: в пивной. Парень, видимо, редко меняет свои привычки. Он с радостью напялил амуницию, которую я ему принесла. Правда, он так глуп, что не отличает поношенные деревенские сапоги от новых эльфийских.

Но первая стычка показала, насколько он сильный боец. И вид у него достаточно страшный. Вирджил по сравнению с ним – красавец!

Нам пришлось еще раз вернуться в Тарант, чтобы купить Согу доспех из клепаной кожи. Такого большого размера не нашлось больше нигде. Заодно я купила Согу катану. Денег у меня почти не осталось, и мы отправились к шахтам Черной Горы.

Будь прокляты эти шахты! Все мои худшие опасения подтвердились. Таких запутанных коридоров я не встречала никогда. Подземелья Шуйлеров – райское место по сравнению с этими катакомбами. Здесь можно очень легко заблудиться и никогда не найти выхода. К счастью, еще в школе нас учили простому правилу хождения по таким лабиринтам: надо идти, мысленно касаясь правой (или левой) рукой стены, и поворачивать, чтобы рука не отрывалась от стены. Так можно обойти весь лабиринт и вернуться к выходу.

В коридорах на нас почти сразу напали маленькие отвратительные существа, но главная проблема оказалась в другом. В этой пещере обитали монстры, пострашнее тех, что мы видели раньше. Я в ужасе бежала обратно, а он тяжело топал за мной. Он был каменный! Храбрый Вирджил бросился на него, но от ударов острая катана разлетелась вдребезги! Это был Каменный Голем! О, где была моя голова…

Мы вернулись в Тарант и стали подыскивать более надежное оружие. Я преподнесла Вирджилу Топор Силы. Замечательная вещь. Он не только крепок, но еще и увеличивает силу того, кто им владеет. Я всегда хотела узнать, что за магия была использована для его создания… А Согу я достала тяжелый молот и отобрала катану, чтобы ему не пришло в голову испортить ее о шкуру какого-нибудь Голема.

Но как же все-таки заработать побольше денег? Сначала я попробовала работать сборщиком утильсырья: заглядывала во все контейнеры для мусора. А потом догадалась зайти в редакцию тарантской газеты (Полтон Кросс, 44) и продала редактору историю крушения «Зефира» за восемьсот монет. По-моему, уже нет смысла держать эту историю в тайне.

Потом я вспомнила о просьбе миссис Петтибоун, и мы отправились искать эльфийское захоронение. Там нас поджидали какие-то злодеи, которые уже успели убить ученого-археолога, работавшего на раскопках, а теперь грабили могилы. Бедный профессор! Но нам надо было как-то пройти. Я задурила злодеям головы, и они не тронули нас.

В этих подземельях было столько всякой нечисти, что я даже порадовалась, что эльфийский надгробный камень больше не будет здесь находиться. Кроме него, мы нашли множество загадочных вещей. Понять, что это такое, можно будет только в Таранте, поговорив со знающими людьми.

Кое-как мы вытащили надгробие на поверхность (тащил его, конечно, Сог) и вернулись в Тарант.

Отдав надгробную плиту миссис Петтибоун, мы занялись, наконец, экипировкой. Я постаралась как можно лучше вооружить моих рыцарей. Согу я накупила побольше разного дешевого оружия, потому что он вечно все теряет. Я жалею, что не взяла его с собой раньше, потому что он мог многому научиться, а пока он такой неотесанный! Надеюсь, что время еще не упущено.

В Черном Корне я прошла курс обучения на Эксперта взлома у тамошнего кузнеца. Вернувшись в Тарант, я решила проверить свое мастерство. Я потренировалась с открыванием бочек в порту, и каково же было мое удивление, когда в одной из них я обнаружила мешочек с прекрасными рубинами! Увы, их никто не хотел покупать: говорили, что краденые…

Наш второй поход в шахты Черной Горы оказался более удачным. Мы исследовали эти пещеры и нашли в них много интересного. Вот, например, лавовый камень. Я взяла его с собой, так как знала его ценность.

Со страхом я ждала встречи с очередным Каменным Големом, но мои опасения не оправдались. Моя маленькая «армия» оказалась достаточно сильной, чтобы справиться со всеми Големами в этой пещере! Правда, один Голем сильно ранил Вирджила, и нам пришлось остановиться и долго отдыхать.

В этих запутанных коридорах я освоила такой трюк, как магическое лечение. Теперь я могла лучше справляться со своими обязанностями – лечить своих друзей, тем более что обычные лекарства были на исходе. Но лечение с помощью магии отнимает очень много сил.

Наконец, мы нашли, что искали. «Находкой» оказался полусумасшедший гном Гудмунд Рудокоп и его письмена. Этот одиночка только и занимался в пещере тем, что расставлял ловушки для непрошеных гостей. А в «свободное» время увлекался наскальной живописью: вырубал на камне тексты, посвященные истории Клана. Год за годом он создавал на стене рассказ о том, как был изгнан Клан Черной Горы. Мы прочитали его повествование, и оно немного объяснило, что произошло с Кланом. Оказывается, он должен теперь находиться на Острове Отчаяния. Хорошее название для острова!

В этих пещерах мы собрали столько стрел, луков, драгоценных камней, сколько смогли унести. Лук весит немного, и его можно продать в городе за пятьдесят монет! Но с каким удовольствием я развернула Свиток Выхода, чтобы вновь оказаться на поверхности земли. Лес! Свежий воздух! Свобода!

Среди камней, которые мы нашли в пещере, оказался рубин. Это была удача! Дело в том, что я случайно узнала, что рядом с Тарантом есть древний алтарь (1214W, 1140S). Местному божеству нужно принести в жертву именно рубин. На обратном пути мы нашли это место, и наша жертва была принята. Я получила благословение и почувствовала, что возможности мои возросли.

– Очень хорошо, – проворчал Вирджил, – а то бы нам пришлось лезть за рубином в канализацию.

Ну, конечно, куда же еще. По-моему, парень малость свихнулся, блуждая в шахтах Черной Горы. Или это его так контузило? Он бы еще алмазы в канализации поискал. Хотя…

В Таранте мы зашли на склад, чтобы освободиться от ненужных вещей. Помня историю с рубином, я решила собирать коллекцию камней. Когда-то, в школе нам объясняли, что Каторнианского Хрусталя должно быть два. Я уже не помню, почему, но оставила на всякий случай два камня. А все остальное на продажу!

В каждом магазине у меня что-то покупали, и я избавилась от всех ненужных вещей. И тут оказалось, что я накопила восемь тысяч! Вот это да! Бедность нам теперь не грозит. Хватит копаться в мусорных баках. Я купила себе Шлем Света и Воровские Рукавицы. Похоже, меня все меньше волнует моя внешность. Что же с тобой происходит, Алиса?

Мы нанесли визит Гилберту Бейтсу. Я сказала ему, что если Клан Черной Горы и стоит где-то искать, так это на Острове Отчаяния. Бейтс не оставляет надежды найти этих гномов, и он попросил меня отправиться на этот остров. Как вы думаете, у меня был выбор?

В Эшбери нас уже поджидал корабль, готовый отправиться на Остров Отчаяния. До Эшбери мы могли добираться поездом или, как обычно, пешком. Я вспомнила неприветливых кондукторов и выбрала пешую прогулку. Деньги, полученные от Бейтса «на экспедицию» позволили мне купить Свиток Воскрешения. Он стоил больше четырех тысяч монет! По пути мы зашли на то место, где разыскали надгробную плиту, и я воскресила профессора-археолога. Магия может все! Он быстро сообразил, что самое лучшее – поскорее убраться оттуда, и я его больше никогда не видела.

А по пути мы нашли одно странное место, где в яме, кишащей ядовитыми пауками, обнаружили магическое кольцо непонятного назначения. Надо будет показать его специалистам по магии.

Едва моя «армия» вступила на улицы Эшбери, я услышала жалобный лай. Эльфийке не надо было долго размышлять, чтобы понять, что живое существо зовет на помощь. Я бросилась вперед по улице, а мои друзья внушительно топали следом. И тут я увидела, как какой-то карлик бьет собаку.

– Зачем ты мучаешь собаку? – спросила я недомерка.

– Не стоит о ней беспокоиться, – пробормотал сквозь зубы карлик. – Скоро она сдохнет!

– Что она сделала? – удивилась я.

– Она стащила у меня обед! – воскликнул карлик.

– Разве можно убивать за такое?

– Любой, кто украдет у меня обед, заплатит за это, – злобно сказал карлик.

– Ладно, сколько он вам стоил? – мне начало это надоедать.

– Сорок три монеты, – ответил, облизнувшись, карлик.

– Что, если я заплачу вам? – я могла бы мигнуть своим ребятам, и они порезали бы его на тряпочки, но я не хотела крови.

– Сорок пять монет, – быстро сказал карлик.

– Вот, держи, – я бросила ему монетки.

Нда-а, профессор археологии обошелся мне намного дороже. Но, на то он и профессор!

Карлик схватил деньги и убежал, а собака подошла ко мне.

Так я познакомилась с Бесценным Болваном, как я его окрестила. Я еще не знала, как много нам придется пройти вместе, и как много он для меня сделает… А уже потом я поняла, насколько точно выбрала ему прозвище. Хоть он и не умел говорить, и часто делал совсем не то, что было надо, песик был неоценим в трудных ситуациях, в которые попадала моя группа.

Эшбери – это симпатичный южный городок. На набережной были посажены диковинные растения, стояли скамейки, и было много цветов. А еще повсюду порхали светлячки. Это было очень забавно. Дома у жителей Эшбери, в основном, маленькие, но ухоженные. Сразу видно, что здесь умели ценить комфорт и красоту. Здесь было уютно.

Я не торопилась идти в порт и садиться на корабль. Мне хотелось отдохнуть. Я зашла в магазины, поговорила с людьми. Возле здания мэрии стоял человек в серой мантии. Чем-то он привлек мое внимание, и я заговорила с ним. Он сообщил мне координаты одного интересного места (617W, 528S). Возможно, я когда-нибудь схожу туда.

В таверне я сыграла в угадайку, и это сделало меня богаче на пятьсот монет. На южной окраине я нашла торговку, которая рассказала мне о найденном в Яме кольце. Это было Кольцо Сопротивления Яду, и я теперь буду его носить.

Кто-то указал мне на человека, одиноко стоящего на улице. Это был мэр Эшбери.

– Вы, мистер, выглядите несчастным, – подошла я к нему и вспомнила другого мэра, который недавно лишился сундука с золотом.

– Мои сограждане совсем взбесились, – огорченно сказал мэр. – Откуда-то появилась идея поставить статую в честь одного нашего соотечественника. И все бы ничего, но они никак не могут договориться, какую статую они хотят, где нужно ее поставить, кому поручить это дело. Бедлам какой-то! – Он махнул рукой в сторону мэрии, где светились окна зала для совещаний. – Вон, они там спорят, а я не знаю, что делать, и кончится тем, что меня сместят…

– Может, смогу помочь? – спросила я.

– Да! – обрадовался мэр. – Это было бы здорово! Иди туда к ним и выясни, чего они хотят! Попробуй хоть о чем-нибудь договориться с этими олухами, а то я лишусь своего места!

Сама не знаю, зачем мне это нужно, но я решила попробовать. Наверное, захотелось побывать в шкуре мэра. Перед выступлением я выпила зелье Интеллекта, бутылочку с которым я постоянно (на всякий случай) носила с собой. И дискуссия началась.

– Почему мы вообще должны ставить этот памятник? – выкрикнул кто-то из толпы.

– Эшбери должен чествовать своих героев, – сказала я, вспомнив рассказы о рыцарях, услышанные в Дернхольме.

– У нас два предложения, где поставить статую, – обратился ко мне другой горожанин. – На городской площади или у входа в город. Что вы посоветуете?

Ну что тут скажешь? Пора запудривать мозги.

– Проведите соревнование дизайнеров и выберите лучший проект, – сказала я.

– Вздор! – крикнул кто-то.

– А где вы предложите взять деньги? – поступил новый вопрос.

Толпа затихла.

– Выпуск купонов городского займа увеличит объем денежных средств, – нечто подобное я читала в какой-то газете.

– У нас нет местных скульпторов, – сказал кто-то.

«Пригласили бы Гудмунда Рудокопа», – подумала я, а вслух сказала:

– Мы выставим проект на торги и выберем самый дешевый.

Я начала говорить быстро, так как чувствовала, что действие зелья кончалось.

– Какой материал вы предложите использовать? – ехидно спросил кто-то.

– Статуя из металла. Она дольше простоит, – не растерялась я.

– Мы хотим почтить память Оливера Беттинтона, величайшего оратора Эшбери, – сказал кто-то. – Какую из его цитат мы можем выбрать для эпитафии?

– «Сделай шаг и пройдешь милю», – вспомнила я школьные уроки по литературе.

Я, правда, до сих пор не уверена, что эту фразу произнес именно Беттинтон, но тогда это подействовало. Репутация мэра была спасена.

Надо было отдохнуть от дебатов, и мы отправились погулять по городу. Один из жителей поведал мне, что на северо-западе есть Древний Храм (776W, 918S), в котором спрятан золотой алтарь. Интересно!

Другой человек рассказал о кораблекрушении, которое случилось на севере от Эшбери. Надо найти это место. Но когда-нибудь потом, когда будет время.

В порту нас ждал корабль, которым командовал капитан Эдвард Тич. Это был храбрый моряк. Не спрашивая ни о чем, он отвез нас на Остров Отчаяния.

Первое поселение, которое мы нашли на этом острове, оказалось тюрьмой. Мрачное место. Я поговорила с охранником и узнала, что неподалеку обитает страшный монстр. Мы решили разведать это место, и отправились по следам.

Демон, которого мы нашли, действительно оказался силен, я уже подумала, что мои приключения здесь и закончатся. Но моя команда победила: Бесценный Болван вцепился в него с одной стороны, Вирджил с Согом набросились с другой, и все вместе они справились с этим чудищем. Не обошлось, конечно, без Зелья Ускорения, но, главное, наша взяла.

В разрушенном доме, который служил берлогой монстру, мы нашли много удивительных вещей, но ничего, что пролило бы свет на судьбу Клана Черной Горы. Пришлось вернуться в колонию и расспросить обитателей.

Жили они достаточно вольно. Один из них, Нориан, гнал самогон из картофеля и продавал его по всему острову. Он называл свое пойло очень поэтично: «лунный свет». Может быть, очищенная картофелина напоминала ему Луну? Он попросил нас доставить бутылку картофельной бурды (мерзость какая!) какому-то Максимилиану. Поскольку пьяница тоже может что-то знать о Клане, мы согласились. А иначе кто бы показал нам дорогу? В путь, ребята, в путь, и хватит принюхиваться.

С виду Максимилиан казался обычным бродягой-отшельником, но мне удалось его разговорить. Мало-помалу выяснилась невероятная вещь. Передо мной стоял бывший король Камбрии! Но кто же тогда правит в Дернхольме? Король Претор, оказывается, заурядный самозванец. Не зря говорят, что истина в вине…

Разумеется, я предложила Максимилиану присоединиться к нашей экспедиции, но он отказался. Зато он знает Лианну! Я пообещала доставить Лианне весточку от него.

Мы вышли из дома Максимилиана. Дурманяще пахли тропические цветы, в кустах раздавалось пение птиц. Да, это был райский уголок. Может быть, поэтому Максимилиан не торопится покидать его? А вот куда теперь податься нам? Увы, обратно в тюрьму.

Нориан подарил нам кувшин своего варева. Вот потеха! Отдам Согу.

В колонии я познакомилась с Синтией Боггс. Она не заключенная, но жизнь этой девушки мало чем отличается от тюремной. Она выросла здесь и ничего, кроме этой тюрьмы не видела. Ее отсюда не выпускают, и она попросила помочь ей. Я, разумеется, помогу.

Синтия дала мне координаты Лагеря Амазонок. Моя команда отправилась туда. Предводительница амазонок Лоррия понятия не имела о гномах Черной Горы. Зато Синтию она знала. Правда, посоветовала мне что-то странное… Попросила передать Синтии какой-то ржавый пистолет. Пусть, мол, девушка сама пробьется сквозь охрану, а потом через джунгли перебирается к ним. По-моему, это самоубийство. Пистолет я взяла, но Синтии его не отдам (продам потом на барахолке).

Мы вернулись в колонию. Познакомились с местным коллекционером Джонсом. Он здесь собирает старинные артефакты. По его заданию мы ходили к месту крушения какой-то странной машины. Джонс показал нам это место на карте: Пляж Теней.

На берегу, зарывшись наполовину в песок, лежало странное устройство. Назначение его было не очень понятно. Похоже, что это было какое-то древнее транспортное средство. Может быть, эта машина могла применяться для передвижения по земле, под землей или под водой. Больше всего она напоминала тело гигантского омара, хотя не бывает омаров высотой в два человеческих роста. Ее механические сочленения были ржавые, стекла в иллюминаторах отсутствовали, но в металлическом остове чувствовалась скрытая мощь. Наверное, этот механизм мог ползать, извивая по-змеиному свое тело, а внутри него сидели люди. Какая энергия приводила его в движение – магическая или механическая – я не поняла. Я не очень хорошо разбираюсь в древней технике.

Нам некогда было рассматривать этот механизм. Потому что позагорать на Пляже Теней может только такая команда, как моя, да и то, не снимая доспехов. Слишком уж много там хищных зверей. Пока нас не съели, мы быстро собрали валявшиеся тут и там артефакты и дунули обратно. Джонс поменял один из них на старое ружье, а остальные диковинки я оставила себе на память.

Остался последний визит: к предводителю колонии Торвальду. Им оказался гном!!! Мы нашли, что искали.

Но Торвальд сообщил нам, что живет на этом острове уже сто лет, и о Клане Черный Горы ничего не слышал. Похоже, этого клана здесь нет…

– А ты не из Клана Черный Горы? – спросила я.

– Нет, я из Клана Колеса, – ответил он и поклонился. – Я Торвальд Два Камня.

Часовщик, отметила я про себя.

– Гномов нет в их шахтах.

– Это странно, – удивился Торвальд. – Но почему ты ищешь их здесь?

– Потому что их должны были сослать сюда по приказу Клана Колеса, – вспомнила я письмена в пещере Черной Горы.

– Кто тебе сказал?

– Один гном из шахты.

– А его имя?

– Гудмунд Рудокоп.

– Он был моим другом, – со вздохом произнес Торвальд.

– Он рассказал мне странную историю, – заметила я.

– Какую именно?

Пришлось рассказать Торвальду все, что я знала об изгнании гномов Черной Горы.

– Бессмыслица какая-то, – признался Торвальд. – А Клан Колеса об этом знает?

– Я даже не знаю, где он находится!

– Хорошо, я покажу тебе, где это, – сказал Торвальд. – Но это еще не все.

– Что?

– Вход в Клан замаскирован, и его может обнаружить только тот, у кого есть очки из Каторнианского Хрусталя. У меня, например, есть.

– Я могу их взять?

– Нет. Потому что ты все равно не уйдешь с этого острова.

– Вот как?

– Я думаю, твоего капитана давно уже скормили акулам…

Я, по правде, не очень боялась за Тича, но в голове у меня созрел план.

– Тогда пойдем со мной, я помогу и тебе выбраться отсюда, – предложила я.

– Мне и здесь неплохо, – заметил Торвальд. – А уходить слишком рискованно.

– Ты гном или нет? – подначила я. – Ты хочешь, в конце концов, свалить отсюда?

– Под твоим руководством? – усмехнулся Торвальд. – Ты мне не ровня и не начальница.

– Очень жаль, – вздохнула я. – Но можно задать тебе вопросы?

– Что ты хочешь узнать?

– Как ты оказался здесь?

– Я защищал честь моего Клана, но меня сослали сюда.

– А что ты сделал?

Торвальд рассказал, что один купец оскорбил Клан Колеса, и ему пришлось вступиться. Да, такие истории – не редкость.

– Что ж, прощай, Торвальд Два Камня, – сказала я и направилась к выходу.

На улице я подошла к Синтии.

– Пора убираться отсюда, тебе здесь не место.

– Лоррия говорила с тобой? Она придет забрать меня?

– Забудь о ней.

– Мне придется выбираться самой… – прошептала Синтия.

– Я помогу тебе. Ты пойдешь с нами, – твердо сказала я.

– Ты правда поможешь мне? – воскликнула Синтия.

– Да, иди и не отставай. Мы тебя вытащим.

Когда мы подходили к воротам, нас остановил охранник:

– Эта женщина не может выйти отсюда, – указал он на Синтию.

– Она моя, – заявила я.

– Как это понимать? – нахмурился охранник.

– Торвальд продал мне ее, – как можно безразличнее ответила я.

– Я не знал этого, простите, – посторонился охранник.

Мы пошли к берегу, к кораблю. У причала валялось несколько трупов. На палубе нас поджидал капитан Тич.

– Ну как, разузнали что-нибудь о Клане Черной Горы? – крикнул он.

– Капитан! – я не скрывала своей радости. – Да! Но кто эти люди?

– Несколько бандитов пытались захватить корабль, – махнул рукой Тич. – Они просто получили по заслугам. Не обращайте внимание.

– Все ясно, кэп, – сказала я. – А теперь нам надо поскорее отчаливать.

Мы доставили Синтию в Эшбери, а сами занялись своими делами. Довольно быстро удалось выяснить, кто сможет изготовить для нас магические очки. Но Каторнианский Хрусталь хранился у меня в Таранте. Кроме того, мастер запросил за работу тысячу золотых! «Надо было все-таки уговорить Торвальда одолжить его очки», – подумала я. – «Да теперь уж поздно жалеть».

Торговка, которая живет постоянно в Эшбери, объяснила мне, что за «сувениры» я привезла с острова. Рукавицы и медальон пришлось продать, потому что они были пропитаны черной магией, а Зачарованное Кольцо я взяла себе.

Сыграв еще раз в угадайку в кабаке Эшбери, я получила пятьсот монет на карманные расходы, и мы отправились в Тарант.

Но я не торопилась на встречу с Гилбертом Бейтсом. Мы пошли вдоль побережья на север от Эшбери и скоро нашли остов разбитого корабля (499W, 893S). На нас кинулись скелеты-зомби, но Бесценный Болван справился со всеми. Замечательный песик!

Посещение этой достопримечательности дало нам сразу и деньги, и необходимое количество Каторнианского Хрусталя, поэтому мы смогли вернуться в Эшбери, не заходя в Тарант. Мастер сделал нам замечательные очки.

Неподалеку от его мастерской расположился эльфийский торговец, и я купила у него Перчатки Ловкости. Пригодятся еще. И мы снова отправились в Тарант.

Эшбери уже спал, когда мы вышли за его окраины.

Ровная степь просматривалась далеко вперед. Над горизонтом поднялась луна, ровно светили звезды. Кое-где над равниной возвышались груды камней, поросшие буйной травой, и в лунном свете эта трава казалась серебристой. В таких местах любят прятаться хищники. На нас уже не раз выскакивали кугуары из таких вот зарослей. Мы шли, стараясь выбирать открытые места.

Вдруг что-то неуловимо изменилась в темноте. Я не успела даже понять, что.

– Остановитесь, путники! – прозвучал в темноте глухой голос.

Я обернулась и на фоне темного неба увидела исполинскую фигуру.

– Что, не ожидали встретить здесь Арронакса?!

Это был призрак, потому что сквозь него явственно просвечивали звезды. На голове у призрака сияла полупрозрачная красноватая корона. Глаза ничего не выражали. Но он обладал недюжинной силой. Он взмахнул рукой, и все мы упали на землю! Никто из нас не смог подняться. «А ведь нам с ним не справиться», – подумала я.

– Вы, жалкие черви, вздумали остановить самого Арронакса?! Скоро здесь буду править я! Так решила судьба, и мы с вами еще встретимся! Не пытайтесь вставать у меня на дороге, немощные! Ваши жизни в моих руках!

Мои друзья лежали без движения. Ситуация критическая.

– Я еще вернусь. Ждите! – Арронакс постоял еще немного без движения и растаял в темноте.

Моя группа представляла собой жалкое зрелище. У нас совсем не осталось сил. Напади на нас сейчас даже кошка, мы не смогли бы себя защитить. Я достала бутылочку, содержимое которой помогало побороть усталость. И вот мои друзья зашевелились, охая, поднялись, отряхнулись. Было видно, что они поражены случившимся. Мы осторожно пошли в темноту.

Шли молча, и, видимо, нас одолевали одни и те же мысли. Неужели мы встали на пути самого страшного демона, которого знала история? По преданию, Арронакс был изгнан с Земли навеки, но вдруг времена изменились, и он сможет вернуться?

Я шла, спотыкаясь в траве, и думала о своих спутниках. Захотят ли они теперь сопровождать меня?

Мало-помалу мы успокоились и оживились. К чести моих товарищей, никто из них ничего такого не сказал. Но что будет в Таранте, где безопасно и так много соблазнов? Не захочет ли кто-нибудь покинуть нашу группу? Ответа не было.

Мы шли в темноте по пустой степи.

Ну, наконец-то мы в Таранте. Первым делом мы посетили нашу «базу» и освободились от лишних вещей.

Потом я нашла «джентльмена» Венделла Веллингтона и стащила у него пригласительный билет в клуб. Теперь ничто не мешало мне посетить «Джентльменский клуб Веллингтона».

В клубе мое внимание привлек парень в красном пиджаке. Это оказался Цезарь, о котором я когда-то уже слышала. Но я не успела с ним поговорить. На него внезапно бросился какой-то человек с ножом, и Цезарь, обороняясь, вынужден был застрелить его. Никто даже не обернулся. Видимо, в «Джентльменском клубе» это обычное дело. А Цезарь с подозрением посмотрел на меня. Похоже, он думает, я как-то причастна к этому нападению?

Мне стоило большого труда объяснить, что я к этому инциденту не имею никакого отношения. Цезарь быстро ушел из клуба.

Я походила по клубу, но ничего не выяснила. Но зато познакомилась с Темным эльфом, который попросил меня отнести письмо по адресу Лоу Дервиш Роу, 36. Поскольку не каждый день за доставку письма предлагают сто монет, я согласилась.

Когда я вышла из клуба, то увидела, что Цезарь, оказывается, поджидал меня на улице. Я разговорилась с ним, и выяснилось, что он тоже охотится за черепами сиамских близнецов. Конкурент, значит. Я постаралась выудить у него побольше ценных сведений и отправилась искать дом, указанный в письме.

Улица Лоу Дервиш – это задворки Таранта. Здесь можно встретить больше бродяг, воришек и моряков, чем респектабельных жителей. Дом, который я искала, очень походил на бандитский притон. Я отдала письмо и поспешила уйти оттуда. Когда я вышла на улицу, мое внимание привлекло приземистое мрачное здание с решетками на окнах, которое находилось неподалеку (Килтон Бенд, 17). Цезарь сказал, что черепа, возможно, спрятаны на складе, а чем это не склад? Я попробовала приоткрыть дверь, но она оказалась запертой. Очень подозрительно! Я достала отмычки, но дверь не поддавалась. А, была не была! Вирджил, где наш динамит? Грохнул взрыв и дверь вынесло вместе с куском стены.

Внутри здания на нас кинулись какие-то монстры. Моя «армия» построилась в боевые порядки. Вперед! Через несколько минут все было кончено. Я натянула Перчатки Ловкости и принялась обследовать помещение. Шкафы и сундука были заперты, но скоро я уже держала в руках черепа сиамских близнецов. Симпатичные черепушки. Кое-что из найденного досталось моим друзьям, часть я продала, а черепа отнесла, как и обещала, профессору Гершвину. А Цезарь пусть теперь поищет!

Найденную на этом складе винтовку я отнесла на наш склад. Мне она не нужна. Человек с ружьем – еще куда ни шло, но эльфийка с ружьем – это нонсенс!

А теперь быстрее на прием к мистеру Бейтсу. Как я и ожидала, Гилберт попросил меня отправиться в пещеры Клана Колеса. Похоже, поиск пропавших гномов превратился у него в навязчивую идею. Но, пока он платит, почему бы на него не поработать?

В магазине белой магии я купила Обреченное Кольцо и подарила Вирджилу. Только пусть он не воспринимает это как намек… Это магическое кольцо хорошо помогает в бою.

Я пополнила запас медикаментов и моя «армия» собралась в путь.

По пути мы решили заскочить в Древний Храм, о котором нам рассказали в Эшбери. На нас опять напали бандиты из «Руки Молоха», но с нами был Бесценный Болван, и за свою безопасность можно было не беспокоиться. Да и Сог тоже не лыком шит, несмотря на все его простодушие.

В Древнем Храме нечисти было – что народу в базарный день, на нас напали, но к алтарю мы все-таки пробились. В качестве подношения местному божеству нужен, ни много, ни мало, черный бриллиант, но вот только где его взять?

Мы обошли все помещения храма. Здесь мне снова пришлось поработать в качестве воскресителя. Правда, для воскрешения на этот раз использовалась кровь дракона, но разве в этом дело? Человек, которого я воскресила, оказался великим воином, и я была не прочь взять его с собой… Но, заметив, как изменился в лице Вирджил, отказалась от этой затеи. Ох, мужчины, мужчины!..

Наши трофеи оказались так велики, что пришлось вернуться в Тарант. Кое-что надо было идентифицировать у знатоков, кое-что – продать. Я чувствую, что мне не хватает знаний в торговле, но на учебу уходит очень много времени. Почему нельзя купить опыт за деньги?

Я провернула несколько сделок, и Сог щеголяет теперь в Большом Мистическом Кожаном Доспехе. А себе я, наконец, смогла купить Амулет Дориана. Обожаю такие вещицы!

А Согу я подарила Обреченное Кольцо. Он хороший парень, хоть и малость туповат. Жаль, что не в моем вкусе…

Моя армия стала настолько сильна, что я не боюсь теперь никаких разбойников. Когда кто-нибудь нападает на нас, я просто отступаю за спины моих бойцов и слежу за боем: использую при необходимости, магию разоружения. Лечу, если моих друзей ранят. И никому не удается победить нас!

В Таранте на нас напали какие-то бродяги! Уже и по городу нельзя спокойно пройти! Я спряталась за широкую спину Сога, а Вирджил расправился с ними. Я подарила Вирджилу Амулет Дориана, который дает дополнительную магическую защиту.

А Сога я перевооружила, раздобыв ему Щит Силы, Военные Рукавицы и Эльфийские Сапоги.

Наконец, мы покинули гостеприимный Тарант и вскоре достигли пещер Клана Колеса. Вход нашли быстро. Очки из Каторнианского Хрусталя, за которые я заплатила тысячу монет, теперь можно выкинуть: пещеру мы уже не потеряем.

В пещерах я первым делом прошла к алтарю и принесла в жертву припасенный Лавовый Камень. Бог камней Альберих благословил меня, и моя сила увеличилась. Это было весьма кстати, потому что вещи, которые я постоянно ношу с собой по пустошам Арканума, очень тяжелые.

Король гномов Рэндвер Громовой Камень принял нас милостиво, и завязалась беседа. Короля заинтересовала наша история, но я чувствовала, что он что-то скрывает… Потребовалось довольно много времени, чтобы понять, что нужную мне информацию я могу получить у его отца, Лугаира, который ведет уединенный образ жизни. Не желая нарушать покой отца, Рэндвер отнекивался до последней возможности, но мне удалось его «расколоть». В конце концов, он показал мне дорогу к покоям отца.

То, что я узнала от Лугаира, оказалось чудовищным. В исчезновении Клана Черной Горы виноваты эльфы! Я не могла поверить, что мой народ способен на это, но Лугаир в подтверждение своих слов отдал мне письмо от эльфа М’ин Горада. Он также посоветовал мне идти в Кинтарру, город эльфов, где я могла бы получить ответы на свои вопросы.

Напоследок я поговорила с Рэндвером.

– Ты-то знаешь, в чем причина изгнания Клана Черной Горы? – спросила я.

– Клан продал Гилберту Бейтсу некоторые наши секреты, – ответил Рэндвер, – а люди использовали их во зло. Эльфийский Совет постановил изгнать Клан Черной Горы, и отцу пришлось согласиться с их решением.

– И его уход…

– Да, стыд за содеянное заставил отца отправиться в добровольное изгнание.

Король замолчал.

– Прощай, Рэндвер Громовик… – тихо сказала я.

Дело оказалось слишком серьезным. Я хорошо знаю мой народ, и могу допустить, что клан, повинный в уничтожении девственных лесов и распространении грязных технологий, мог быть отправлен изгнание, но не так, чтобы его пришлось искать по всему Аркануму. Я почувствовала, что скоро прикоснусь к настоящей тайне.

Бейтс меня больше не интересовал. Пусть этот старичок и дальше отдыхает в своем особняке. Но у меня осталось одно дело. Мы покинули пещеру гномов и отправились в Дернхольм.

Я твердо решила заняться магическими искусствами и заодно улучшить свои навыки в торговле. Все это требовало сильной воли.

Через леса, через степи мы шли в Дернхольм. Теперь я понимала, почему так часто нам попадались участки вырубленного леса. От исполинских деревьев остались только полусгнившие пни. О, люди, люди! Как вы любите уничтожать то, что вам не принадлежит, то что вы не можете воссоздать. Я понимала, почему Эльфийский Совет изгнал гномов, которые отдали в руки недостойных опасные технологии, но почему Совет не изгнал также и людей?!

В Дернхольме мы нашли Лианну, и я поведала ей то, что узнала о Максимилиане. Она была поражена. Я уверена, что эта девушка-воин доберется до Острова Отчаяния и вернет на родину позабытого всеми короля. И слава Камбрии еще воссияет над миром!

Потом я разыскала дернхольмского стражника Дадли Кросстона.

– Меня просил найти вас Китцель Пирс, – сообщила я ему, ожидая, что он обрадуется.

– Фу, этот заносчивый тип… – поморщился Дадли. – Он думает, что можно обращаться со мной, как с мальчишкой. И что же он хочет?

– Он был обеспокоен, – ответила я. – Он отослал вас, а вы не вернулись.

– Я теперь гвардеец Дернхольма. Я пройду здесь настоящую выучку, а там бы я бегал за гусями. Китцель ничему не сможет меня научить.

Кажется, я начала понимать, с кем имею дело. «Сам ты гусь», – подумала я, а вслух сказала:

– Я должна идти. Всех благ.

Я думаю, он кончит свою карьеру на конюшнях.

В гостинице я опять встретила Волинжера. Особой радости я по этому поводу не испытывала, но попросила подучить меня воровским наукам. Так я стала дипломированным Подмастерьем-вором.

Дел у нас в Дернхольме больше не было, и мы наметили отправиться в Стиллвотер. Я знала, что название города означает «Тихие Воды». Я уже предвкушала, как сыграю в угадайку в тамошней таверне.

Но я чувствовала, что накопила значительный опыт в карманных делах, и мне захотелось получить диплом Эксперта-вора. Мы завернули в Тарант. Нашли ночлежку Пуна (Лоу Дервиш Роу, 13). Я надела Перчатки Ловкости. Мерзавец Пун содрал с меня за учебу пятьсот монет, но он действительно мастер воровства, и я стала Экспертом. Когда-нибудь мне это пригодится. Моя «армия» была так хорошо вооружена, что я даже не стала совершать традиционную пробежку по магазинам. Шесть тысяч, которые звенели в моем кошельке, я потрачу где-нибудь в другом месте.

Стиллвотер оказался тихим маленьким городком, занесенным снегом. На центральной площади, если ее можно так назвать, возвышалась статуя Гиганта Тихих Вод. Это местная достопримечательность – козлоногий монстр с рогами. Мы зашли к продавцу оружия. Разговорились о магии, и тут он попросил нас помочь: найти местного волшебника, который заговаривает для него топоры и мечи. Мы взялись найти старого Сайруса. Возможно, он подскажет, как пройти в Кинтарру.

Да, если человек исчезает на долгое время, это внушает беспокойство. В таких местах всякое может случиться. Это только на первый взгляд воды тихие. А на самом деле они никогда тихими не бывают.

Мы нашли дом Сайруса, но волшебника в нем не оказалось. Зато от дома вели следы гигантского огра. Я сперва хотела пустить по следу своего Бесценного Болвана, но потом вспомнила, что он оправдывает свое имя, и повела группу сама.

И мы пошли по этим следам, чтобы в последний раз вздохнуть над косточками несчастного Сайруса. Следы привели нас в пещеру. Опа! А в пещере кто-то есть! Дрожа от холода и страха, там сидел за решеткой бедный Сайрус. Он с трогательной прямотой поведал нам, что людоед еще не обедал и отлучился за специями. Не успели мы осмотреться, как появился хозяин пещеры. Но огру не суждено было сегодня пообедать. Как, впрочем, и во все последующие дни. Сам виноват, напросился. Потом мы выпустили из клетки Сайруса и он налегке побежал домой, радуясь, что не стал обедом.

Кузнец подарил нам в благодарность за спасение компаньона неплохой меч, но он меня не впечатлил. За время своих странствий я видала оружие и получше.

В таверне я с успехом сыграла в свою любимую игру, но никто не смог ответить на мой «коронный» вопрос: как добраться до Кинтарры. Правда, мне посоветовали поговорить с каким-то Миртом.

В поисках Мирта мы зашли в местный храм. Там я встретила жрицу культа богини Гештианы. Женщина была растеряна. Когда я выяснила, что кто-то украл из храма статую богини, то решила найти ее. Все равно мне, похоже, предстоит бродить по Стиллвотеру до скончания века. Я потолкалась в баре, но никто ничего не знал. Правда, мне намекнули про одного парня… Его звали Марли. Он жил на восточной окраине города. Мы зашли к нему.

– Здесь нет никакой работы? – этим вопросом я привыкла начинать беседу с незнакомыми людьми. Почему-то это сразу внушает доверие.

– Нет, – ответил Марли и недвусмысленно кивнул на дверь.

Выглядел он обеспокоенным, и я ушла. Что-то тут не то… Мы дождались ночи, а потом осторожно вскрыли ставни в его доме. Я тихо пролезла внутрь… В полумраке темнела дверь в кладовую. Стараясь не звенеть отмычками, я принялась открывать замок. Он не поддавался, но это еще ничего не значило. Я упрямая.

– Вирджил, – прошептала я в окно, – у тебя не остался динамит?

– На, держи, – он передал мне пачку.

Пристроив шашку, я выскочила в окно. «Баммс» был грандиозный. Когда я залезла обратно, двери в кладовку как не бывало, а на кровати валялся оглушенный Марли. В кладовой стоял сейф, который тоже надо было открыть… Проклятье, я, наверное, провозилась с ним половину ночи. Но потом, все-таки, открыла. Как я и ожидала, статуэтка богини была внутри.

Утром мы зашли в храм. За спасение статуи богини жрица одарила меня благословением. Как я потом поняла, именно такое благословение нужнее всего супермоделям. Оно делает вас красивее!

Я нашла эльфа Мирта. Боже, ну и трепло! Мне с трудом удалось объяснить ему, что я ищу Кинтарру. Раз он эльф, то обязан знать. Я, правда, тоже эльфийка, но «мы не местные». Он, разумеется, знает, где находится Кинтарра, но просто так говорить не хочет. Он попросил меня принести, ни много, ни мало, шкуру Гиганта Тихих Вод. Черт бы побрал этого коллекционера! Впрочем, я кое-что вспомнила и согласилась на его условия.

Но он сам и его поведение показалось мне подозрительным, и я решила прощупать его в буквальном смысле. Пока он глазел на Сога, я натянула Перчатки Ловкости… Ха! Так и есть! Я выудила из его кармана эльфийский амулет Н’Тала.

Ну, а теперь бегом в Туманные Холмы. Ать-два, ать-два! Когда я достигну высоких ступеней магического мастерства, я обязательно научусь телепортироваться, а пока будем двигаться пешком. Вперед, друзья мои!

Вот и Туманные Холмы. Как давно это было! Дирижабль «Зефир», встреча с Вирджилом, деловитый кузнец Ллойд, милый добрый Ристецце… Казалось, прошла целая жизнь с той поры, когда я первый раз пришла в этот поселок. А здесь все по-прежнему. Все так же бродят по огородам куры, поют птицы, покачиваются цветы среди травы… Все осталось неизменным, но я стала другой.

Я отдала Гайлин амулет Н’Тала. А она рассказала мне, где находится Кинтарра! Вот потеха…

Да, скоро я увижу Кинтарру! Я была там совсем маленькой девочкой, и почти ничего не помню. Теперь мне придется открывать для себя этот город заново. Единственно, что меня беспокоило, так это поведение Бесценного Болвана. При его способности бросаться на все, что движется, вряд ли он понравится эльфам. Они не любят, когда животных убивают без причины. Надо пристроить его в хорошем месте. Я оставила своего четвероногого друга в садике Гайлин. Отдыхай, песик, ты хорошо мне послужил, и, возможно, мы еще побродим с тобой по Аркануму.

И мы пошли обратно. Привет, констебль, привет, мы уже убегаем из твоего поселка. У входа на мост стояла старая бочка. Когда-то я не могла открыть ее, как ни старалась, а сейчас вскрыла с первой попытки. Детская забава. На дне бочки лежало несколько монеток. Когда-то они показались бы мне целым состоянием, а сейчас у меня во много раз больше. Я взяла эти монетки на память.

И медведи в лесу стали совсем не страшные, и волки какие-то слабые. Мне их даже жалко. И чего они кидаются на людей?

Я все-таки завернула на обратном пути в Тарант, зашла в музей и купила у хозяина чучело Гиганта Тихих Вод. Хорошее такое чучело. Медвежья шкура, из которой оно было сшито, выглядела почти новой, только пахла нафталином.

Надо было видеть лицо Мирта, когда мы предъявили ему этот «трофей»! Но уговор дороже денег, пришлось и ему объяснять нам, как попасть в Кинтарру. Похоже, он так и не заметил пропажу амулета. Я бросила на пол пропахшую нафталином шкуру, и мы ушли.

Все готово для похода в Кинтарру. Сог был теперь вооружен Мечом Воздуха, купленным в Таранте. Это очень эффективное оружие, и оно будет ему по силам. Экипировка тоже была отремонтирована в Таранте, у торговца в порту.

В Кинтарру мы шли через перевал Хардина. Это был нелегкий путь. Перевал был оккупирован дикими животными, а люди, похоже, тут и вовсе не ходили. Я очень пожалела, что не владею магическим приемом «зачаровать зверя». Увы, в колледже супермоделей учили только зачаровывать людей.

Зато когда мы оказались по ту сторону гор, то попали совершенно в другой мир. Это было царство гигантских деревьев и благоуханных цветов. Только эльф может понять всю прелесть этих мест.

Кинтарра – это город на деревьях. Мне очень нравилось ходить по скрипучим мостикам, проложенным высоко над землей. Вскоре я познакомилась с принцессой Рейвен. Она была дочерью Серебряной Леди, у которой я могла бы получить ответы на многие свои вопросы. Но попасть к прорицательнице на прием было непросто. Рейвен явно решила проверить меня. Она отправила меня в местечко под названием Фалькон Эйк с заданием убрать оттуда браконьеров.

– А как мне это сделать? – поинтересовалась я.

– Не знаю, но на этой земле ни при каких обстоятельствах нельзя проливать кровь, – ответила Рейвен.

– Я вернусь, когда выполню задание, – пообещала я.

Фалькон Эйк прятался в густом лесу. Маленький пруд, окруженный вековыми деревьями. По веткам порхали дивные птицы, а земля утопала в цветах. Сразу было видно, что это заповедное место. Понятно, что браконьеров сюда пускать нельзя. Рейвен была права.

– Подождите меня здесь, – шепнула я друзьям и дальше двинулась одна.

Скоро я вышла к лагерю браконьеров. Мне было немного страшно.

– Здравствуйте, сэр, – подошла я к главарю банды.

– Меня зовут Вильям Бенг, – представился он. – Вы ходите одна по лесу? Как вас зовут?

– Алиса. Могу я с вами поговорить?

– Конечно…

– Что вы тут делаете?

– Нас наняла одна компания, чтобы сделать карту окрестных земель, – объяснил Бенг.

– Здесь есть одна проблема, мистер Бенг… – осторожно начала я.

– Действительно? И что же за проблема?

– К сожалению, вы не можете здесь находиться, – объяснила я.

– Я не вижу никаких проблем, – нахмурился Бенг. – А вот вам, похоже, придется уйти отсюда.

– Это эльфийская святая земля, – стояла я на своем. – Вы не можете здесь оставаться.

– Чертовы эльфы, – пробормотал Бенг. – Если им что-то не нравится, пусть подают в суд.

– Я думаю, вы не понимаете, – терпеливо объясняла я…

– Нет, это ты не понимаешь! – взорвался Бенг. – Убирайся отсюда!

– Ах, вот как! – мне это надоело, и я решилась его разозлить. – Ты еще попробуй ударить меня!

Это подействовало как приказ. Бенг зарычал и кинулся вперед, но, как только он выхватил топор, неизвестная сила свалила его на землю. Следом закричали и упали на траву все его люди, успевшие выхватить оружие. Больше признаков жизни они не подавали. «На этой земле ни при каких обстоятельствах нельзя проливать кровь». Рейвен не обманула меня.

Я позвала своих друзей, мы собрали трофеи и двинулись обратно в Кинтарру. Рейвен осталась довольна проведенной операцией.

– Спасибо за помощь, – проворковала она. – А теперь признайся, о чем тебе надо поговорить с моей матерью?

– Тебе знакомо имя «М’ин Горад»? – спросила я.

– Здесь тебе об этом никто не скажет, – нахмурилась Рейвен.

– Но ты, Рейвен? Ты-то знаешь, где найти М’ин Горада?

– Нет… Но побеседуй об этом с моей матерью.

– А где я могу ее найти?

– Вот за этой дверью, – улыбнулась Рейвен. – А когда поговоришь с ней, найди меня.

Разговор с Серебряной Леди не прояснил все до конца, но кое-какие зацепки появились. Я попросила Рейвен объяснить пророчества ее матери.

– М’ин Горад – это имя Темного эльфа, – объяснила она. – Кое-что я тебе расскажу.

Да, история оказалась невеселая. Темные эльфы творили зло по всему Аркануму. Их и эльфами теперь назвать было нельзя. Это, скорее, был клан разбойников. И я услышала еще одно имя: Ренфорд. А. Тервиллигер. Он жил с Темными эльфами и, возможно, знал много об их обычаях.

– Сходи в Тарант, – закончила Рейвен. – Возможно, ты найдешь его там.

Недалеко от выхода из города я познакомилась с эльфийкой Свифт. Она очень хотела попасть в Тарант и попросила взять ее с собой. Да, этой девочке лучше путешествовать с нами, а не в одиночку. И мы отправились в Тарант.

На перевале Хардина я опробовала новое заклинание. Все получилось! Звери действительно «зачаровывались» и становились мирные, как котята. Отныне мы можем не бояться диких зверей, а им не будет вреда от нас.

В баре Таранта я прошла подготовку на Эксперта торговли. Ну, держитесь, лавочники!

На улице я подошла к полуэльфу в красном камзоле. Решила спросить наугад.

– Вы не подскажете, где я могу найти Ренфорда А. Тервиллигера? – осведомилась я.

– Попробуйте справиться в Архивном Бюро, – ответил он. – У них есть сведения о всех умерших.

Так-так-так… Что-то мне перестало это нравиться. И даже вроде бы пахнуло прохладой из подземелий Шуйлеров… Но сходим в Архивное Бюро.

Зайдя в здание мэрии, мы спустились в мрачный подвал. Несмотря на то, что на полу лежали ковры, а вдоль стен стояли канделябры, там было темно, холодно и сыро. Мне даже показалось, что где-то рядом пищат крысы… Нас встретила высокая женщина в синем платье. Ее безжизненный взгляд равнодушно скользнул в нашем направлении.

– Очень приятно, – тихим голосом вымолвила она.

– У меня есть несколько вопросов… – я даже начала запинаться от растерянности.

– О да, – произнесла дама. – Чем же я могу вам помочь?

– Мне нужно найти человека.

– Можно узнать его имя?

– Ренфорд А. Тервиллигер.

– Такого человека нет в Таранте, – нахмурилась дама.

– Но мне сказали…

– Я могу посмотреть более РАННИЕ записи, – многозначительно произнесла дама.

– Если вам не трудно, – попросила я.

– Какой период вас интересует?

– От 50 до 100 лет назад, – прикинула я.

Ждем. Наконец, женщина вернулась.

– Ну конечно, – ее глаза оживились, – этот человек похоронен в Таранте.

Она наклонилась ко мне:

– Вы хотите почитать некролог?

– Да, пожалуйста, – растерялась я.

5.11.1804. Ренфорд А. Тервиллигер, автор книги «Т’сен Анг: Ужас среди Темных эльфов» был найден мертвым в своем доме. Смерть произошла при таинственных обстоятельствах.

– Вы найдете его на нашем кладбище, милочка, – она улыбнулась мне.

Я выбежала на улицу. Похоже, эта леди работает на Шуйлеров. Ох… «Ужас в Таранте».

В Университете я разыскала профессора Алдуса Буксингтона. Он изучал разные оккультные труды, но ничего не знал об этой книге Тервиллигера.

Пришлось идти в библиотеку. Все-таки они содрали с меня эти полторы тысячи! Я, конечно, из-за этого не обеднею, но все же… Но и в библиотеке такой книги не оказалось.

– Зато мне удалось найти другую книгу, которая, возможно, заинтересует вас, – сказал библиотекарь.

– Что это за книга?

– Она называется «Проклятие Т’сен Анга».

– Можно взглянуть?

– Да, конечно, берите с собой.

Итак, одна книга обошлась мне в полторы тысячи! С ума сойти!

Мы вышли в университетский дворик, и я раскрыла фолиант. Да… Теперь понятно, почему книги, которую я ищу, нет в библиотеке.

Основной ее тираж сгорел почти сразу, как только книга вышла из типографии. Сохранилось несколько экземпляров, но тех, у кого они хранились, поджидали всяческие несчастья. Все эти люди, так или иначе, погибали в скором времени. Поэтому владеющие книгой всегда скрывали, что она у них есть. Видимо, нам будет очень непросто найти ТАКУЮ книгу.

– Ну, что будем делать? – спросила я Вирджила.

– Надо идти в Каладон, – ответил он. – Но я не знаю, где это. Кажется, на юге.

Я поговорила с прохожими на улице. О Каладоне можно было бы расспросить Шуйлеров, но мне очень не хотелось снова лезть в катакомбы.

– Каладон – это старый морской порт, – объяснил мне кто-то.

Мы отправились на пристань и нашли корабль, который смог отвезти нас в Каладон.

В Каладоне я сперва походила по магазинам, а затем приступила к поискам того, кто мог обладать книгой «Ужас среди Темных эльфов». Выяснилось, что его зовут Виктор Миск. А в гостинице я натолкнулась на Китцеля Пирса и очень обрадовалась старому знакомому. Я рассказала ему о Дадли, которого он просил найти, и о том, что он служит теперь в Дернхольме.

На западной окраине Каладона я нашла полузаброшенную фабрику. Ее хозяин, Иеронимус Максим, обратился ко мне со странной просьбой. Ему нужны были доказательства, что летательные аппараты существуют, хотя именно его фабрика, как я поняла, их и производит. Вернее, производила, потому что сейчас фабрикант остался без денег и без заказов. Последние самолеты у него угнали бандиты-огры. Я уже знала, зачем. У меня сохранилась старая фотокамера, которую я нашла на месте крушения «Зефира», и я отдала Максиму фото из нее. В благодарность он подарил мне какой-то странный и ужасно тяжелый аппарат. Я нагрузила им Сога и отдала подарок в ближайший комиссионный магазин.

Каладон – небольшой город, и мне сразу сообщили адрес Миска: улица Серого Волка, 9. Увы, я там нашла только вдову Виктора Миска, Лилиану. Похоже, книга «Ужас среди Темных эльфов» приносит несчастье всем, кто ею обладает. Лилиана не знала, где Виктор хранил свой экземпляр. Отец Виктора, Филипп Миск, тоже погиб при загадочных обстоятельствах.

Пора начинать расследование. Нетрудно было догадаться, где надо искать первые улики. Я потратила много времени на поиски лопаты, но потом просто стащила ее у смотрителя кладбища. И вот мы ночью на кладбище (днем там слишком много охранников). При свете луны я раскопала могилу Виктора Миска и вытащила оттуда книгу. Ура? Но это оказалась не та книга! И какой, скажите, смысл укладывать в могилу книгу со сказками про Насреддина и Арронакса? Я отдала лопату Согу (Вирджил в последнее время стал какой-то странный) и, дождавшись утра, вернулась в мадам Миск. А на кладбище ночью совсем не страшно…

От вдовы Миска мы услышали еще одно название: Роузборо. Лилиана могла сообщить только, что в Роузборо похоронен отец Миска и даже показала мне на карте, где находится этот городок. Значит, мы идем в Роузборо. Кроме того, я узнала от горожан, что где-то тут в горах есть проход в земли Камбрии. Надо будет, при случае, поискать его.

В Роузборо я первым делом посетила местное кладбище. Лопата была при мне, и я нашла в могиле Филиппа Миска драгоценную и страшную книгу. Теперь я знаю, что Т’сен Анг находится в Мерцающем Лесу. Это не очень далеко от Кинтарры.

Сразу видно, что в Роузборо нет настоящего хозяина. Замок, который стоит в центре города, приспособили под гостиницу. В ней я встретила одного журналиста из Таранта. Мы разговорились. Тревор рассказал мне, что его послали с заданием сфотографировать легендарного монстра – Летийского Выверна. Бедный парень был так запуган рассказами о страшных чудовищах, что боялся даже выходить из гостиницы. Я сжалилась над ним и предложила свою помощь. Помню, когда я училась в школе, мы очень любили кататься на Вывернах и даже устраивали соревнования.

В той же гостинице я встретила эльфа, Джейсона Гая. Вот то, что он мне рассказал, заставило меня призадуматься всерьез…

Для того чтобы найти необходимого нам зверя, пришлось предпринять длительную прогулку по лесу. Летийского Выверна мы нашли гуляющим среди деревьев на берегу реки. Дикие Выверны действительно бывают очень злобными, поэтому мы быстро сфотографировали его и убежали. Нас он, кажется, так и не заметил. Убивать мы его, конечно, не стали. Он занесен в Красную Эльфийскую Книгу и охраняется законом. Зато мы обнаружили мост, который находился неподалеку. Отлично! Теперь, если потребуется, мы сможем быстро попасть в страну эльфов.

Дикие звери нам больше не досаждали. Как только из чащи на нас бросалась какая-нибудь тварь, я тут же применяла заклинание «зачаровать зверя», и мы мирно расходились: каждый по своим делам.

Вернувшись в Роузборо, я отдала корреспонденту его камеру со снимками. Дело сделано.

Я показала хозяйке гостиницы спичечный коробок, который подобрала среди обломков «Зефира». На коробке была реклама гостиницы.

– Да-да, – покивала хозяйка, – это мог быть тот наш постоялец…

– Кто?..

– Этот человек, карлик, появился у Кольца, – шепотом объяснила хозяйка. – Он ужасно выглядел, как будто выбрался из самой преисподней!

– И что же?

– Он был похож на гнома, но он не был гномом. Гномы носят бороду…

– Да, это странно, – поддакнула я. – Он говорил с вами?

– Он спросил, как добраться до Таранта. Я посоветовала ему сесть на «Зефир», который как раз отбывал в Тарант.

– Ему не повезло…

– И еще ему нужны были документы… Я отослала его в Каладон к мистеру Рацция. Он специалист в таких делах.

– Вы уверены, что этот карлик сел на «Зефир»? – уточнила я.

– Да он был единственным, кто сел на «Зефир» в Роузборо, ответила хозяйка. Нам тут все хорошо видно, потому что дирижабли причаливают на пустыре за гостиницей.

Хозяйка гостиницы упомянула о Кольце Бродгара, как о само собой разумеющейся вещи. Этот каменный дольмен – главная достопримечательность Роузборо. Туристам его показывают в первую очередь. Но все-таки, странно это, очень странно…

– Что делать будем? – спросила я Вирджила, когда мы отошли в сторону.

– Нам надо идти в Т’сен Анг, – ответил он.

Прежде чем отправляться в дальний путь, я решила разыскать проход через горы, о котором мне говорили. Я нашла его (1500W, 1444S), но воспользоваться им вряд ли смогу. Там полно чудовищ! Их невозможно зачаровать!

Через несколько дней мы подходили к Т’сен Ангу. Вход охраняли Темные эльфы.

– Мне нужно повидать М’ин Горада, – сказала я.

– Ваш амулет Молоха?.. – стражник вопросительно посмотрел на меня.

Так. Значит, здесь пропуском служит амулет с гексаграммой. Вот когда пригодились бы украшения, которые я снимала с тел наемных убийц, безуспешно пытавшихся прикончить нас на всех дорогах Арканума! Хорошо, что один амулет я еще не успела выкинуть, и мы прошли в город.

М’ин Горад оказалась женщиной!

– Мне доложили, что агент Руки Молоха хочет поговорить со мной? – в ее голосе звучала надменность.

– Меня послали доложить о поисках выживших в крушении дирижабля, – не растерялась я.

По-моему, это было именно то, что она желала услышать.

– Вы должны были уничтожить этого человека, – напомнила Темная эльфийка.

– Так точно. Мне удалось выполнить задание, – сказала я.

Кажется, действительно, та, старая Алиса, давно умерла…

– И вы пришли за платой?..

– Точно.

Она передала мне деньги.

– Я еще хочу кое-что узнать для нашей организации, – я решила быть до конца наглой.

– Почему? – удивилась М’ин Горад.

– Этот человек убил нескольких наших бойцов.

– Хорошо. Что вы хотели бы узнать?

– Куда изгнали гномов?

– А какое вам дело до этого?

– Мы думаем, что этот человек пытался связаться с ними…

– Вряд ли вы узнаете что-нибудь интересное, – пожала плечами М’ин Горад.

– Но что гном мог сказать выжившему? – упорствовала я.

– Я думаю, он сказал, почему гномы были изгнаны в Пустоту, – сказала эльфийка.

Вот оно что! Она не знала, естественно, что Стеннар ничего не успел сказать ни про гномов, ни про что-либо еще. Он только попросил найти «мальчика», который впоследствии оказался промышленником Бейтсом. Но Темные эльфы не могли этого знать! И послали по следам тех, кто выжил, наемных убийц из Клана Молоха. Вот теперь понятно, почему я все время хожу в боевой мантии вместо платья, и меня охраняет самый крутой в Аркануме огр. Но надо было воспользоваться моментом:

– А почему гномов изгнали в Пустоту?

– Зачем вам нужно это знать? – мои вопросы явно не понравились М’ин Горад.

– Рука Молоха знает, что ей нужно знать, – как можно небрежнее бросила я.

– Вы оскорбляете меня! – внезапно разозлилась М’ин Горад.

И тут я поняла, что больше ничего не добьюсь, и решила откланяться. Но, перед тем как уйти, я стащила у эльфийки один важный документ (вот где умения пригодились-то!). Но только потом я поняла, НАСКОЛЬКО он в действительности важен.

Когда я вышла от М’ин Горад, на пути у меня встал воин с кинжалом. Но насмешливо смотрел на меня:

– Так-так, а я вас, кажется, знаю!

– О чем это вы? Я вас не знаю, – насторожилась я.

– Бойцам Руки Молоха положено узнавать своего хозяина… – он нехорошо усмехнулся.

– У меня нет хозяев, – ответила я.

Я поняла, что дело приобретает скверный оборот. Похоже, мы слишком далеко зашли. В буквальном смысле.

– А мы долгое время наблюдаем за вами, – он заложил руки за пояс.

– И кто вы?

Он слегка поклонился, насмешливо улыбаясь.

– Я Гидеон Лейер, первая шпага в Руке Молоха. Я долго искал вас…

– Ну-ну… И зачем Руке Молоха убивать меня? – я решила использовать ситуацию и выяснить все до конца, хотя бы и перед концом. Мне осточертела вся эта неопределенность.

Лейер покрутил головой.

– Э-э, мы наемные убийцы. Мы убиваем, а не спрашиваем.

– И что я такого сделала?

За моей спиной стоял Сог, поигрывая мечом, а дальше Вирджил, и ситуация начала казаться мне забавной.

– Ничего не сделали, – ответил Лейер. – Ничего, кроме того, что поболтали с карликом Стеннаром.

– А зачем Темным эльфам была нужна смерть Стеннара?

– Мне это неизвестно. Мы просто работаем за деньги.

И тут я решила проверить, научилась ли я чему-то за все время моих странствий по Аркануму, или наука пошла не впрок.

– Итак, Рука Молоха поклоняется Арронаксу? – со значением спросила я, делая ударение на последнем слове.

Лейер опешил. Он меньше всего ожидал ТАКОГО вопроса.

– При чем тут Арронакс, черт побери? – раздраженно спросил он.

Пришлось потратить время, чтобы рассказать ему часть того, что я узнала за последнее время. Арронакс хочет вернуться в этот мир, и если он вернется, то даже Клан Руки Молоха останется без работы.

Разумеется, он мне не поверил. Да никто бы не поверил! Поверить, что легенда, которой две тысячи лет, вдруг оказывается действительностью. Но, видимо, бойцы Молоха, все-таки тоже думают. Тень сомнения пробежала по его лицу.

– Похоже, мне надо кое в чем разобраться, – пробормотал он.

– Поверьте, Гидеон, – сказала я как можно спокойнее, – вы сейчас связываетесь с демоном, который даже для ВАС абсолютное зло.

– Завтра мы вернемся к этому разговору, – ответил он и исчез.

Завтра! Завтра мы будем далеко…

Вирджил решил уйти из нашей группы!!! Я могла ожидать чего угодно, но только не этого… Едва мы покинули город Темных эльфов, как он заявил, что уходит. Он ничего не объяснил! Он просто бросил меня!

Я ничего не могла понять…

Неужели он испугался этого придурка Лейера? Мы прошли вместе многие мили. Мы сражались, побеждали таких чудовищ, по сравнению с которыми Лейер покажется младенцем! Мы узнали так много, что наших знаний хватит на целый Университет магов! Мы вплотную приблизились к разгадке, но надо сделать еще один шаг, еще одно усилие. Предатель! Негодяй! Мерзавец! Трус! Я не находила слов.

Он сам вызвался сопровождать меня, и я согласилась принять его помощь. Я покупала ему лучшее оружие и лучшие доспехи. Я лечила его, я оберегала его от диких зверей… Я…

Все. Я больше не хочу о нем думать. Он помог мне и ушел, это его дело. Со своими проблемами я справлюсь сама.

Я медленно шла под гигантскими раскидистыми деревьями. Верный глупый Сог топал за мной. И тут я почувствовала, насколько я одинока. Куда же мне теперь идти? Ближе всего была Кинтарра, и я отправилась туда. Мне захотелось еще раз поговорить с Рейвен.

Теперь меня защищал один Сог, но делал он это мастерски. А вдруг ему тоже вздумается уйти?..

Когда мы появились в Кинтарре, Рейвен очень обрадовалась мне. Я рассказала, как нашла Т’сен Анг, и о том документе, который мне удалось утащить у М’ин Горад.

– Клан гномов выслали, чтобы помочь Арронаксу вернуться в наш мир, – высказала предположение Рейвен. – Ты должна еще раз поговорить с моей матерью.

– А что это за Вендигрот? – спросила я.

Такое название встречалось в документе.

– Это мифический город, – ответила Рейвен. – Я не знаю, существует ли он на самом деле.

О, если бы я знала тогда, ЧТО это за город…

Серебряная Леди произнесла только одно имя: Насреддин. Это имя героя эльфийского эпоса, который мы проходили в школе…

Рейвен тоже удивилась.

– Насреддин жил около двух тысяч лет назад, – вспомнила она. – Я ничего не понимаю…

Я напрягла память и вспомнила то, о чем читала еще маленькой девочкой. Это были сказки.

– Насреддин и Эльфийский Совет изгнали Арронакса…

– Да, так говорит легенда.

– И что же делать?

– Сходи в Каладон, в храм Панарии. Возможно, там ты найдешь ответы.

Да, видимо, я так и сделаю. Но мне нужны попутчики. Если бы я попросила, Рейвен, возможно, и отправилась бы со мной… Но я представила, как пойду по лесам и степям с этой высокомерной эльфийской принцессой… Нет, пока я к этому не готова. Хотя я хорошо отношусь к Рейвен.

Я решила побродить по платформам, из которых и состоял эльфийский город. Как я удивилась, когда мне встретился настоящий гном! Это в городе эльфов! Разумеется, я попыталась выяснить, что он здесь делает. И выяснилось, что гном на службе у Вратса, эльфийского волшебника. И, похоже, гному это надоело. Может, взять его с собой?

– А как долго ты будешь служить Вратсу? – спросила я.

– До конца его жизни, – печально ответил гном. – Я заключил контракт.

Нда…

На одной из платформ я познакомилась с замечательной девушкой Виспер. Вот кто истинная эльфийка! Виспер занимается изучением волшебных животных, и она попросила добыть для нее магический Огонек Вол’арс голубого цвета. Идти за ним – опасное предприятие. Виспер знала только, что искать надо в Мерцающем Лесу. Иногда там можно встретить такие Огоньки.

И я отправилась бродить по Мерцающему Лесу. Мы с Согом долго искали этот Огонек, но так и не нашли. Зато случайно наткнулись на эльфийский портал Кна Та (1437W, 617S). Там я убедилась, насколько полезным иногда может оказаться заклинание «остановить яд».

Мы вернулись обратно с пустыми руками. Видимо, я никудышная охотница.

Помня историю с Вирджилом, я выучила заклинание «зачаровать». Оказывается, мало быть просто красивой эльфийской супермоделью. Надо еще уметь зачаровывать. Чтобы не потерять квалификацию, я тайком пробовала это заклинание на Соге. По-моему, он ничего не замечал.

Когда я зашла проведать Йормунда, меня остановил стражник.

– К нему нельзя, – сказал он. – Его подозревают в убийстве.

– В убийстве?! – растерялась я. – Кого?

– Он убил Вратса, своего учителя. Хотел, видимо, освободиться от контракта.

– Это не доказывает, что именно он убил его.

– А КТО ЕЩЕ мог это сделать?

– Можно я все-таки поговорю с ним?

– Хорошо, иди, – разрешил страж. – Но я буду наблюдать за тобой.

Я зашла в домик к Йормунду.

– Зачем ты убил Вратса? – накинулась я на него.

– Я не убивал его, – устало ответил гном.

– Тогда кто же его убил?!

– Я не знаю. Как его убили?

– Не знаю…

– Спроси у капитана стражи. Он с утра торчит перед моей дверью.

– Хорошо, жди меня здесь.

– Обязательно, – усмехнулся он.

Капитан, надо сказать, не был обрадован моими расспросами.

– Мы не знаем, как именно был убит Вратс, – сказал он, – но на его теле нет ран.

– Ну и что? – возразила я. – Существует еще магия.

– Нет, – капитан покачал головой. – Мы бы ЭТО почувствовали. Магии не было.

– Хорошо, я пойду.

Я нашла домик, где лежало бездыханное тело Вратса. Мое внимание сразу привлек пустой бокал. Из него пахло как-то странно. Эльфийские вина так не пахнут, да и совпадением это не могло быть. Значит, надо искать того, кто мог налить что-то в этот бокал. Я решила поговорить со всеми, кто был знаком с Вратсом.

Начала я с Йормунда. Я показала ему бокал. Ничто не изменилось в его лице. Он спокойно взял его и понюхал.

– Да, это яд. Все так просто. У аптекаря Шарли мог быть такой. Ты сможешь с ним поговорить?

– Конечно, – сказала я.

Это уже зацепка. И снова я бежала по деревянным мостикам Кинтарры, а Сог громко шагал за мной. Шарли я не нашла, но мне удалось поговорить с его женой. Я показала ей бокал. Она понюхала.

– Да, это яд, – сказала она. – Ошибиться трудно.

– Этот яд убил Вратса. Вы ведь знали его?

– Вратс мертв?!

– Что вы знаете о нем?

– Когда-то мы были друзьями, – начала рассказ она, – но потом поссорились, когда я стала жить с Шарли.

– Почему?

– Он не признавал человеческие обычаи брака.

– То есть он считал, что вы нарушили эльфийские обычаи?

– Возможно, он просто ревновал. У него с Шарли всегда были плохие отношения.

– А мог Шарли убить Вратса?

– Конечно, нет! Ведь Шарли эльф, а не человек…

– Но, может, он сделал это, чтобы защитить вас?

– Нет, он не стал бы делать это.

– Но Вратс и к вам плохо относился…

– Давайте больше не будем говорить об этом.

Ну и что? Что?! Гном не мог убить Вратса, потому что гномы благородные. Эльф не мог убить Вратса, потому что обычаи эльфов не позволяют убийства. Человек не мог убить Вратса, потому что людей здесь нет. Но Вратс мертв. Я решила дождаться ночи и обыскать павильон, в котором жил Шарли. Очень быстро я нашла там бутылочку из-под яда. Этой улики достаточно, чтобы все прояснить.

Мы сидели с Согом на краю платформы и смотрели на лес, освещенный лунным светом… Говорить было не о чем. Внизу стрекотали цикады. В полумраке угадывались очертания цветов. Ночь была теплой и пролетела она незаметно в этой сказочной стране. А утром я пошла к капитану стражи.

Он сразу согласился с моими доводами, когда я показала ему пузырек. Пусть они там сами разбираются, кто виноват. Главное, Йормунд был оправдан!

Теперь я смогла сделать то, что давно пришло мне в голову: пригласила Йормунда участвовать в моей экспедиции. Он без колебаний согласился.

Я купила ему все необходимое в эльфийском магазине. Из маленького карлика-волшебника Йормунд быстро превратился в настоящего гнома. Завтра мы выходим.

Бродя по лесам вокруг Кинтарры, я как-то нашла Корень Страсти. Поэтому на обратном пути мы зашли в Стиллвотер сделать подношение богине Гештиане. Это богиня красоты и любви. Я получила благословение. Нам, супермоделям, такие благословения просто необходимы!

А в Каладоне мы зашли в Храм Панарии. Вирджил так и не сумел мне объяснить мне сущность этой религии. Может быть, теперь я смогу понять больше.

Меня принял Александр – верховный послушник Первого Храма Панарии. От него я узнала в подробностях то, о чем я читала еще в детстве.

Около двух тысяч лет назад, в Эпоху Легенд, во главе Эльфийского Совета стоял могущественный эльфийский маг Насреддин. Совет управлял всеми народами Арканума, и, надо заметить, управлял достаточно успешно. Но этому благополучию было суждено прийти к концу. Как всегда, когда все как будто бы хорошо, делу помешал внутренний раскол. В Совете появился эльф по имени Арронакс. Он был достаточно злобен и самолюбив, и это не могло не сказаться на деятельности Совета. Арронакс считал, что эльфы должны подчинить себе другие расы и сделать их своими рабами. Но для этого ему была нужна поддержка Совета. Не все правители в Совете согласились с Арронаксом. Тогда он решился на открытое вооруженное столкновение. У него уже была к тому времени своя армия. После битвы у Кольца Бродгара Арронакс был пленен и изгнан Насреддином в Пустоту, откуда, как известно, не было возврата. Но Насреддин умер вскоре после битвы, и после его смерти Совет уже не мог управлять, как раньше. Он распался, а расы были предоставлены самим себе. Наступала Эпоха Технологии. Церковь Панарии была основана после смерти Насреддина и продолжала его учение. Насреддин защищал мир от зла. Если бы не он, то мир познакомился бы с Эпохой Рабства. Панарии продолжили его дело. Сначала в Церкви Панарии служили только эльфы, но потом к ним присоединились люди.

Вот что рассказал мне Александр.

– А еще кого-нибудь изгоняли в Пустоту? – спросила я, вспомнив Стеннара.

– Да, – ответил Александр, – были изгнаны и другие. Я помню четыре имени: Горгот, Бейн де Кри, Керган и Крака-Тур. Это наиболее известные имена.

– Что Панарии считают злом?

– Зло – это сила, которая нарушает естественный порядок вещей.

– А что за статуя у входа в Храм?

– Это статуя святого Маннокса, он был одним из основателей нашей Церкви.

– А где можно почитать о Панарии? – продолжала допытываться я.

– Основная наша книга называется «Археон», – объяснил Александр. – Она выставлена у входа. Любой может ознакомиться с ней.

– А с кем еще я могу поговорить о Панарии?

– Ты можешь побеседовать с нашими учеными, – улыбнулся Александр. – Их зовут Хадриан и Гюнтер. Они работают здесь.

– И как мне их увидеть?

– Пройди в ту дверь, – показал Александр.

Я походила по храму, полистала «Археон». Обдумала, все, о чем узнала.

По-моему, настало время собрать воедино все сведения. Я присела на скамью и стала размышлять. Итак, в один «прекрасный» момент из Арканума исчезает целый клан гномов. По официальной версии их изгнали на Остров Отчаяния за то, что они передали людям опасные технологии, а на самом деле, по замыслу Темных эльфов, они были отправлены в Пустоту, чтобы найти способ вернуть на землю демона Арронакса. Он пока может появляться на Земле лишь в качестве призрака, но и в этом качестве он опасен, как мы успели уже убедиться. И, надо заметить, Арронакса уже ждут. Темные эльфы, видимо, готовы ему служить, если он вообще будет нуждаться в чьих-то услугах. Но гномы, очевидно, не желают возвращения Арронакса, и поэтому гном Стеннар, сбрив бороду, отправился предупредить людей о надвигающейся опасности. Именно людей, потому что после того, что случилось, гномы уже не доверяют эльфам. Так-так… Постойте-ка, но раз Стеннар смог появиться на Земле, значит, гномы уже справились со своей задачей? Значит, вернуться из Пустоты уже можно? А раз Арронакс еще не вернулся, значит, они скрывают, что такое перемещение возможно? Но долго ли они смогут это скрывать? Очевидно, нет. Значит, у нас осталось очень мало времени. Допустим, Стеннар добрался бы до Бейтса. Ну и что? Что мог бы сделать этот старикашка, который ни о чем, кроме своих паровых машин, не хочет знать?

Что же делать? Видимо, в скором времени свободные народы Арканума будут вынуждены вступить в борьбу с демоном Арронаксом. Значит, надо искать последнее пристанище Насреддина. Он изгнал Арронакса, и знал, как его можно победить. Возможно, Насреддин оставил какие-то записи, дневники. Ведь нашла же я старинные записи Крака-Тура. Да и древних книг гномов осталось еще немало.

Может, начать с поисков могилы Насреддина? Может быть, там кроется разгадка? Не раз уже бывало, что именно в могилах я находила ценные сведения и ценные вещи… Я решила поговорить со служителями культа Панарии.

Хадриан оказался низеньким худеньким старичком с острым взглядом. Я сразу поняла, что в разговоре с ним надо соблюдать осторожность.

– Что вы знаете об останках Насреддина? – задала я, как мне казалось, самый нейтральный вопрос.

– Останки? – удивился Хадриан. – Что вы хотите знать о них?

– Где они?

– Они находятся в подземелье, под этим Храмом.

– А вы их видели? – я попыталась придать голосу оттенок завистливого любопытства.

– Нет, – нахмурился Хадриан. – Но я бы дорого дал, чтобы посмотреть.

Ого, это уже интрига…

– Вам не дают посмотреть на останки Насреддина? Но ведь вы археолог Храма?

– Я не знаю, в чем тут дело, – он отвел взгляд.

– А я могу взглянуть на них?

– Обратитесь к Александру, – пожал плечами Хадриан.

Но Александр даже не захотел говорить со мной на эту тему. Вернувшись к Хадриану, я обратила его внимание на артефакты, выставленные в витринах под стеклом.

– Что это за экспонаты?

– Вот это палец святого Маннокса.

– А почему он здесь?

– Однажды святого захватили варвары, – принялся объяснять Хадриан. – Они просили выкуп за Маннокса, а он запретил своим людям платить. Они пригрозили, что отрубят ему палец. Тогда он взял нож, хладнокровно отрезал себе палец и заявил, что выкупа не будет.

«Да, крепкий был человек», – подумала я.

– А этот стеклянный прибор?

– Мы не знаем, что это такое, – сказал Хадриан.

– А черный камень?

– Это глаз Крака-Тура.

Больше спрашивать было не о чем. Я попрощалась и пошла к Гюнтеру Вильхельму.

– Я церковный историк, – представился он. – Что вы хотите знать?

– Что вы знаете об останках Насреддина?

– О них осталось очень мало свидетельств, – сказал Гюнтер. – Наверное, вам лучше поговорить с Хадрианом.

– Но они подлинные? – на всякий случай уточнила я.

Гюнтер помрачнел. Потом едва слышно произнес:

– Я не знаю…

– А над чем вы сейчас работаете? – попыталась я сменить тему.

– Я исследую «Археон».

– Вот как? – удивилась я. – Но ведь, о нем, наверное, все давно известно…

– Не скажите, – возразил Гюнтер. – Я нашел кое-какие несоответствия.

– Несоответствия?

– В текстах старых и более поздних копий есть различия. Как вот, например, переводится слово «Панарий»? В новых книгах написано «служащий», а в старой копии я нашел «защитник врат».

– А еще?

– Пока все… – уклончиво ответил Гюнтер.

Я решила еще раз поговорить с Хадрианом.

– Вы хотите, чтобы я исследовала останки Насреддина для вас? – напрямик спросила я.

– Да… Нет… – Хадриан явно растерялся. – Я не знаю…

Потом он наклонился ко мне и прошептал:

– Через канализационную шахту Храма можно проникнуть в гробницу… Люк недалеко от входа… Только я вам этого не говорил…

Эльфийка, огр и гном нырнули в канализационный люк. Эх, не люблю я бродить по канализации, а здесь почему-то вспомнила слова Вирджила о рубинах…

Надо заметить, что подземелье Храма Панарии очень напоминает пещеры гномов. Так же все запутано. Но гробницу мы все-таки нашли, хотя проход к ней оказался совсем не там, где мы поначалу думали… Мне нравится, как Сог управляется с мечом. Йормунду до него далеко. А канализационные крысы – настоящие монстры, и заклинание «зачаровать зверя» на них не действует. Запас моих лекарств существенно поубавился. Зато кое-кто из моей группы заработал новую экипировку.

Вот она, могила. Раз уж я добралась до останков Насреддина, то забрала из гробницы череп, чтобы показать его Хадриану. А еще я внимательно осмотрела крышку саркофага и заметила кровавую надпись на крышке.

А череп-то человеческий, а не эльфийский. Уж в черепах я разбираюсь. У меня знакомый профессор френологии в Таранте есть. И у скелета не хватало одного пальца…

– Вот череп, – выложила я свой трофей Хадриану.

Надо отдать должное старику, соображает он быстро.

– Это череп человека! – воскликнул он и подозрительно посмотрел на меня. – Вы уверены, что были в гробнице?

– Никаких сомнений, – подняла я руку.

– Значит, там похоронен не Насреддин, – сделал вывод ученый.

– Там были и другие странные вещи, – заметила я.

– Какие, например?

– Например, у скелета отсутствует палец на правой руке.

Хадриан побледнел.

– Это еще ничего не значит…

Я бросила взгляд на витрину за его спиной.

– Вы уверены? А что, если в саркофаге лежит Маннокс?

– Не знаю, не знаю… Ведь это гробница Насреддина.

– Там была еще кровавая надпись на крышке саркофага…

Я перевела ему ее с древнеэльфийского.

– Вы хотите сказать что Маннокса… Похоронили заживо? – пробормотал Хадриан. – Но это невозможно…

– И что же теперь делать?

– Не знаю… Поговорите с Гюнтером.

– Может, и не стоило лезть в этот саркофаг… – услышала я за спиной, когда уходила.

Я повторила Гюнтеру свой рассказ. Но он, как ни странно, не удивился.

– Да, я думаю, тут есть объяснение, – сказал он. – Но, может быть, леди, сначала объясните ВЫ?

Мне пришлось рассказать ему свою историю с того момента, когда пылающие обломки «Зефира» упали на землю. Когда я закончила, солнце за окном уже склонилось к закату.

– Только вы спаслись при крушении «Зефира»? – уточнил Гюнтер.

– Да.

– Тогда вы тот человек, которого я ждал.

– Вот как?

– Да, я давно знал, что останки – фальшивка, – загадочно улыбнулся Гюнтер.

– Там была еще надпись, сделанная кровью на крышке саркофага, – сказала я.

– «Зеркало против правды», – повторил за мной Гюнтер. – Кажется, я знаю, что Маннокс хотел этим сказать.

– Что же, Гюнтер? – у меня мурашки бегали по спине.

– Вы помните, я говорил вам о древних копиях «Археона»? Там есть отрывок, в котором говорится о последнем пристанище Насреддина.

– В этом Храме…

– Нет, в том-то все и дело. В древнем свитке говорится: «Насреддин перешел воды и дошел до самой южной точки земли». Перешел воды, понимаете? Это говорится НЕ о Каладоне.

– Что вы говорите?.. – у меня даже перехватило дыхание.

– Насреддин был похоронен в другом месте, не здесь, – твердо сказал Гюнтер.

– А где?

– На юге Арканума находится только остров Танатос. Возможно, там. Это, по крайней мере, объясняет фразу «перешел воды». О материках так не говорят.

– Я отправлюсь туда, – я сейчас была готова бежать даже на край света, только бы подальше отсюда.

– Хорошо бы сначала прояснить все относительно святого Маннокса, – покачал головой Гюнтер. – Его история еще не завершена.

– Зачем они сделали это?

– Не знаю, леди. Но попробуйте найти могилу Насреддина, и, может быть, там вы найдете ответ на вопрос.

Я зашла попрощаться к Александру.

– Мне тут стало кое-что известно… – начала я.

– Что именно? – спросил Александр.

– Я побывала в «склепе» Насреддина.

– И что же?

– Там похоронен человек, а не эльф.

– Да, это неприятно, – вздохнул Александр.

– Я узнала еще кое-что…

И я рассказала ему все о Манноксе.

– Вы должны узнать, что все это значит, – сказал Александр. – А пока говорить об этом рано.

Итак, у меня остались две зацепки: Кольцо Бродгара и остров Танатос. Кольцо было ближе, и я решила начать с него. Мы отправились в Роузборо.

Кольцо – это старинный дольмен. Круг полуразрушенных камней среди густой травы. Туристская достопримечательность. Я не понимала, что здесь можно вообще найти. Я поговорила с Джейсоном Гаем, который жил в гостинице Роузборо и занимался исследованиями Кольца. Но и он не смог рассказать мне что-то определенное. Единственное, что привлекло мое внимание – камень у входа в гостиницу. Надпись на табличке, которая была установлена рядом, гласила, что камень был перенесен из центра Кольца Бродгара на это место в целях безопасности (чтобы туристы не испортили?).

На камне были письмена, которые я расшифровала так: юго-запад 30, юго-восток 40, северо-восток 20, юго-восток 15, северо-восток 30, юго-восток 50, юго-запад 15, северо-запад 20, северо-восток 40, юго-восток 50.

Осталось только сопоставить эти сведения. Итак, камень стоял в центре Кольца, и на камне, это совершенно очевидно, был начертан некий путь. И какой мы из этого делаем вывод? Камень служил указателем, причем никто ничего и не скрывал. Может, и мне попробовать пройти по этому пути? Не в Пустоту же я приду, в конце концов?

Мы отправились к Кольцу, встали в центр, определили направление на юго-запад и пошли. Очень скоро мы вышли на берег. Волны лениво накатывались на камни. Идти дальше было нельзя. Я села на берегу и стала глядеть на воду. По-моему, это все. Куда теперь идти, о чем спрашивать, я не знала. Да и может ли кто-нибудь ответить на мои вопросы? Святой Маннокс смог бы, наверное. А мне придется искать ответы самой. Я встала и кивнула своим ребятам: «Пошли».

Надо поискать какие-нибудь зацепки вокруг Кольца. К моему удивлению, такая зацепка довольно скоро нашлась. Ею оказался каменный диск, лежащий на земле, к северо-востоку от Кольца. Нда… Это не то, что требовалось, нам надо было идти в противоположном направлении. В противоположном… Постойте-ка! Я закрыла глаза и стояла, боясь спугнуть внезапно появившуюся идею. В моей памяти возникла страшная кровавая надпись на крышке саркофага. А ведь там было изображено Кольцо Бродгара и надпись: «Зеркало против правды». Зеркало… А может, надо делать все наоборот: идти не на юго-запад, а на северо-восток? Попробуем. Что у нас там следующее? Юго-восток 40? Идем на северо-запад.

Похоже, получается… Мы нашли еще один камень. Значит, идем дальше по маршруту. Скоро мы опять вышли на берег. Но тут я заметила в прибрежной траве странный лаз. Каменная дверь! Она не слишком выделялась на каменном склоне, и заметить ее издалека было трудно. Но если идти вдоль берега, то обязательно найдешь ее.

За ней находилась заброшенная келья Маннокса. Я поняла это, когда зашла внутрь и нашла его меч и дневник. Странно, это так близко от города, и никому не удалось найти это место. Ах да, я совсем забыла про пароль. Кто его не знает, а это слово «правда», будет стоять перед закрытой каменной дверью. А поскольку не каждому выпала удача прочитать надпись на крышке древнего саркофага, неудивительно, что в келье Маннокса так долго не было посетителей.

Мы вернулись в Каладон, и я отдала меч Маннокса Александру. Я рассказала эту историю Хадриану, и он на радостях подарил мне три артефакта. Глаз Крака-Тура был гладкий и тяжелый. Он больше всего напоминал отполированный черный хрусталь. Я не представляла себе, зачем он может пригодиться, но на всякий случай взяла.

Стеклянный прибор непонятного назначения я тоже взяла: может еще пригодится.

Из отрубленного пальца Маннокса служители Храма сделали амулет, но я ни за что не одену его себе на шею. Кстати, он укрепляет волю. Я отдала его гному. У него с волей не очень хорошо. Подумаешь, нанялся к эльфийскому волшебнику в услужение на тысячу лет. Подумаешь, несправедливо обвинили в убийстве учителя… Крепче надо быть, Йормунд, а ты сразу раскис. Конечно, вслух я ничего такого ему не сказала.

Служители Храма Панарии ничем больше не могли помочь нам. Они сами пребывали в растерянности, потому что основы их религии пошатнулись. Возможно, Церкви теперь грозит раскол. Нам же предстоял долгий путь к Танатосу. Из Каладона ходили корабли, и мы отплыли в Черный Корень. Возможно, оттуда мы сможем добраться и до Танатоса.

В Черном Корне в таверне «Мрачный Моряк» мы встретили капитана Тича. Вот кто отвезет нас на Танатос! Но Тич в ответ на нашу просьбу только невесело покачал головой:

– Я проиграл свой корабль, леди. Зачем я столько выпил тогда…

И тут я заметила, что он действительно пьян. Все ясно, кэп продул свой корабль в карты и заливает горе вином. Не умеешь играть, не берись.

– А как мне попасть на Танатос? – спросила я его.

– О, я вижу вам понравилось путешествовать, – глупо улыбнулся Тич. – Думаю, есть три способа. Можно попросить мистера Бейтса. Можно купить неплохую шхуну здесь, но нужны большие деньги. Наконец, ты можешь попытаться отыграть мою лодку…

Все эти три способа мне не подходили. К Бейтсу я не поеду, это пройденный этап в моей жизни. Денег, чтобы купить корабль, у меня нет, хотя мы уже давно ни в чем не нуждались. Но шхуна стоит ОЧЕНЬ дорого. Деньги, конечно, можно заработать, но сколько на это уйдет времени? А в играх мне не везет, кроме угадайки, конечно.

– А есть еще пути?

– Мне не хотелось бы об этом говорить, – вздохнул Тич.

– Ну, пожалуйста, капитан… – я постаралась, чтобы мой голос звучал томно.

– Вы знаете, Алиса, как я стал капитаном? – он поднял на меня глаза.

– Нет…

– Я купил свою шхуну у пирата, которого звали Жилистый Пит. Он умер двадцать два года назад, но в море, говорят, еще можно увидеть его корабль… Вот ОН смог бы отвезти тебя на Танатос.

– А как же ЕГО найти?

– Это не трудно. На берегу есть его могила.

Тич уронил голову на стол, и больше я ничего не смогла от него добиться.

Зато другой человек, который поддавал в этой забегаловке, смог сообщить мне намного больше. Звали его Салти. Подойдя ко мне, он озорно подмигнул:

– Поговори со мной, принцесса!

– Что тебе надо? – повысила голос я.

– Я слышал рассказ Тича, – ответил он. – А теперь послушай мой.

На всякий случай я не стала возражать. Он показался мне не совсем нормальным.

Салти нес всякую чушь о пиратах.

– Закажи мне выпивку, – вдруг попросил он.

– Хорошо, – я подумала, что он выпьет еще и осоловеет.

Он выпил, и глаза его посветлели.

– Закажи еще!

Ладно, монет не жалко… Он продолжал нести всякую чепуху, но одно слово в его путаном рассказе меня насторожило: «карта». Я стала слушать внимательнее. Салти рассказывал, что нашел старую карту в брюхе гигантского кальмара.

– На ней была метка Жилистого Пита, – сказал он последнее, перед тем как отрубиться.

Выудить из его кармана карту не составило труда. Я выбежала во двор. Был уже вечер. В мерцающем свете фонаря я разглядывала пергамент. Может быть, там действительно спрятано сокровище, и я смогу купить себе корабль?..

Да, это была, по всей видимости, карта Жилистого Пита. Во всяком случае, мне хотелось в это верить. Мы, не мешкая, отправились в путь.

В порту нам удалось сесть на корабль, который шел в Эшбери, а оттуда мы уже могли добраться до нужного места пешком. Эшбери был прекрасен, как всегда. Я зашла в таверну поболтать с людьми, но на меня там набросился какой-то негодяй. И тут Йормунд показал себя! Такого огромного огненного элементаля, в которого он превратился, чтобы справиться с противником, я не видела никогда. Да, крут наш Йормунд!

Мы вышли к берегу, на то место, которое было обозначено на карте. Воду затягивал туман, но дальше просматривались очертания какого-то острова. Может быть, клад надо искать там? Невдалеке на берегу лежала лодка, и мы поспешили ею воспользоваться. Когда мы подгребали к острову, в туманном мареве стали различимы силуэты мачт большого корабля… На острове мы нашли могилу Жилистого Пита.

Я уже было подумала, что и эту могилу придется раскапывать, и уже хотела попросить у Сога лопату, но потом все же решила сходить к пристани, которая виднелась за деревьями. Там был пришвартован красивый парусник. Может быть, капитан что-то знает?

Капитаном оказался дух. Он был одет в драные лохмотья, но на боку висела сабля.

– Хотите забрать мои сокровища? – прошипел он. – Лучше приготовьтесь к смерти!

Призрак положил руку на эфес.

– Подожди! – крикнула я. – Нам нужно поговорить!

Дух убрал руку с сабли.

– Поговорить? Неужели с Жилистым Питом кому-то захотелось поговорить?! А может, я не желаю говорить!

– Да, мне нужно кое-что объяснить вам, – не сдавалась я. Вот это да! Жилистый Пит! Призрак! Но если он готов отвезти меня на Танатос, то я согласна. Я так устала…

– И что ты хочешь объяснить? Как будешь выкапывать мой клад?

– Мне нужен корабль, – ответила я, подивившись собственной наглости.

Я подозревала, что корабль – это как раз то, что удерживало дух пирата в этом мире.

– Я не отдам тебе МОЙ корабль, – заявил дух. – Я и так слишком сильно страдаю.

– Ты страдаешь?.. – я вдруг вспомнила одного господина по фамилии Брего.

– Да, я страдаю и после смерти, – подтвердил Пит.

– Ты хочешь уйти из этого мира?

– Я не могу. Я был проклят.

Та-ак, знакомая история. Уж не Арбалах ли постарался?

– Кто тебя проклял? – спросила я, стараясь скрыть радость в голосе и ожидая услышать знакомое имя.

– Я проклял себя сам!

– Почему?

– Я вижу теперь души всех тех, кого я замучил, и их боль я чувствую каждый день.

«Чувствительный пират», – подумалось мне. И я спросила:

– А может быть, проклятие можно снять?

– Ты хочешь мне помочь? Мне, бывшему пирату?

– Мне нужен твой корабль.

Я рассказала ему кое-что, и он понял: то, что он делал – детские шалости по сравнению с тем злом, которое совершал когда-то ДРУГОЙ.

– Да, – вздохнула тень, которая раньше была Питом, – раньше я бы в это не поверил, но я был на ТОЙ стороне… Что-нибудь придумаем…

– Я буду рада любой твоей помощи, капитан.

– Ну нет, – ухмыльнулся Пит. – Сначала ТЫ поработаешь на меня.

– И что нужно сделать?

А разве могло быть иначе? Сейчас даже призраки бескорыстно не помогают.

– Есть три вещи, которые ты должна будешь сделать…

– Расскажи.

– Я убил одного человека, его звали Джонс Вильямсон. – начал пират. – Убил, потому что мне понравились серебряные пряжки на его ботинках. Так вот, я хочу, чтобы ты вернула все, что я у него отнял, включая эти серебряные пряжки, его потомкам.

– Так, ясно, а дальше?

– На Морбиханских равнинах есть небольшой городок, Вуриден. Я осквернил алтарь в их храме, и монахи прокляли меня. Ты пойдешь в этот город и предложишь свою помощь…

– А что там нужно сделать?

– Этого я не знаю, – сказал Пит. – Но они должны снять проклятие.

– А третье задание?

– Это будет потруднее всего, – Пит с сомнением окинул меня взглядом.

– Продолжай.

– Далеко на севере спрятана одна вещь. Бангеллианский Бич. Это меч, который может подчинить себе волю того, кто его носит. Это сильнейшее оружие зла. Бейн де Кри владел им до того, как его изгнали в Пустоту. Я хотел им владеть! Я убил много людей. Очень много. Но у меня не было этого меча! Пришла пора его уничтожить. Я думаю, он все еще лежит в той пещере… Там есть топка, в которую его надо бросить, чтобы он сгорел. Но только очень сильный человек сможет это сделать. Где ты найдешь такого?

– Это все? – спросила я.

– Да, это все, – ответил Пит. – Если выполнишь эти три задания, я отдам тебе мой корабль. Надеюсь, ты понимаешь, что с его помощью можно добраться куда угодно?

– Я попробую.

– Лодка там, – он махнул рукой в сторону берега.

Нда, это вам не Выверна сфотографировать… И где он только узнал про этот меч? Ладно, начнем с самого легкого. Вот на карте отмечено место, где спрятано сокровище Пита.

– Сог, лопата с тобой? Тогда идем.

Скоро мы были на месте. Милейший Пит «забыл» сказать нам, каких монстров он оставил сторожить сокровище! Они были похожи на быков, которые неожиданно начали питаться мясом и ходить на задних лапах. Вдобавок, их шкуры имели синеватый оттенок. Заклинания на зверюг не действовали, и моим ребятам пришлось изрядно помахать мечами. Великий Меч в руках Сога сверкал как молния.

В общем, хорошо, что я стащила у Салти эту карту. По-моему, мы просто спасли пьянице жизнь.

«Нам копать не привыкать», – думала я, вонзая лопату в землю. Мы нашли сокровище и даже спрятанные Питом серебряные пряжки. Теперь нам надо было пересечь Морбиханскую равнину, чтобы найти усадьбу Вильямсонов. Моя команда бодро шагала по дороге. То ли радость оттого, что все получается, то ли луна над горизонтом навеяли мне стихи: