Мечтайте чаще…….

Вдруг Вас подслушает

какой-нибудь свободный волшебник.

Каждый год 31 декабря мы с подружками ходим в баню. Да. Да. Да. У Томки любимый фильм «С легким паром». Нас три подруги. Я, Тома и Лара. Дружим мы еще со школы. Нам уже по 35 лет. Каждый год мы надеемся хорошо напарится и проснуться в гостях у симпатичных, одиноких, настоящих мужчин. Естественно в разных отдельных квартирах. Но мечты мечтами, а все началось 29 декабря. Я зашла в наш любимый магазинчик, чтоб купить банные принадлежности. Набор порядочной девочки: бутылку коньяка и лимон. Девочки в бане обычно пьют пиво, а поскольку я пиво не переношу, то всегда с собой имею этот нетяжелый набор. Он очень хорошо помещается в мою дамскую сумочку. Так вот. У кассира не было сдачи, и она мне предложила новогоднюю лотерею. Я конечно не отказалась и этот шарик с какой-то маленькой открыткой сунула в сумку. А дальше все закрутилось. Приготовления к празднику: мытье окон, чистка паласов. Короче, генеральная уборка. Так и пролетело время до 31 числа. Так как у каждой из нес планы на вечер свои, часов в одиннадцать дня, мы договорились встретиться у турецкой бани. После я собиралась поехать к родителям встречать Новый год и поэтому собирала в мою огромного размера дамскую сумочку все для этого необходимое. То есть подарки для моей семьи. Маме я купила электронную книгу, а отцу- новую зажигалку в его коллекцию. Все это, упаковав в новогодние коробки, я пыталась сложить в сумку. Что-то мешало. Ах, да. Лотерея. Достав шарик, я стерла защитную пленку на открытке и прочла:

«Веселый дедушка Мороз

свалится тебе на нос.

Ты конечно не зевай,

в жизнь его свою пускай».

Конечно впущу, и мешок с подарками вместе посмотрим. Настроение и так было хорошее. Но дедушка Мороз в бане, конечно не выдержит температуры.

Ровно в назначенное время, я была на месте. Девчонки меня уже ждали.

— Ну что, пошлите, смоем все плохое этого года? — наша пессимистка Тома

— Ага. В новый год вступать надо чистыми, как слеза младенца, — смеется Лара.

— Кристально чистыми быть скучно. Девочки, может хоть одного стриптизера закажем? — предлагаю культурное развлечение я.

— Эй, я не такая старая, чтоб за мужика деньги платить! — обижается Тамара.

— Это не интимные услуги, это разновидность танца. И стимуляция хорошего настроения. — пытаюсь уговорить я.

— Ирка, не надо нас толкать на преступление. Пожалей бедного стриптизера. — подала голос Лара.

— Девчонки, вы стареете. Ну ладно, пусть будет прилично, но скучно. — смирилась я.

— Тебе с нами скучно? — обидчивая Тома

— В нашем с вами нежном возрасте жить прилично уже аморально, надо жить незабываемо, — завершила наш спор я.

И мы, по мнению Томы, пошли смывать грехи, заработанные в течение уходящего года. Все было, как обычно. Сначала дискуссии о возвышенном. Конечно о том, что в мире делается. Потом о глупом мужском поле, который не ценит таких умниц и красавиц как мы. Когда Тамара стала хвалить Жириновского, я поняла, что пора закругляться. Последнюю тему, которую я помню — это секс без обязательств, как обогащение организма витаминами. И все. Провал.

31 декабря такси нигде нет. Что делать? Мне срочно надо добраться в пригород. Мы с друзьями решили Новый год отмечать у Антохи на даче. Уже пять вечера, а я должен еще туда добраться. Смотрю, на перекрестке стоит такси, и водитель что-то нервно орет девушке, мирно спящей на заднем сиденье. Я подскакиваю к машине, сажусь на переднее сиденье, захлопываю дверь и включаю свое обаяние. Надо сказать, что ребята говорят, оно у меня зашкаливает. И мне в помощь костюм деда Мороза, который я не снял после поздравлений коллектива на работе. А что? Костюмчик соответствует празднику.

— Привет, шеф. Проблема?

— Да. Положили в машину тело, сказали везти на Кировоградскую. Ну я и поехал. А дом не спросил.

— Давай попробую разбудить тело, а ты потом меня в коттеджный поселок отвезешь.

— Хорошо. Только если не разбудишь, тело с собой заберешь.

— По рукам.

Поворачиваюсь, а там прекрасная незнакомка. Правда в отрубе.

— Милая девушка, пароль от входа в подъезд скажите?

— …………..молчит.

— Куда тебе? — мягко бью по щекам.

— Пошел ты козел!

— Ооооо. Живая.

— Выйдите за меня за муж? — подмигиваю водителю.

— Секс без обязательств, — заявляет дама.

— Беру с собой, — глядя на часы вещаю я водителю.

И называю адрес.

— А она, когда очухается, заяву не накатает?

— Насиловать ее не буду. А если у тебя будут проблемы, ты всегда покажешь адрес, куда нас отвез.

— Лады.

По пробкам, потом по трассе и где-то через два часа приехали к месту нашего сабантуя. Дама успела уснуть еще крепче. Пришлось ее вносить в дом на руках. Она, приоткрыв один глаз, произнесла что-то невнятное и опять уснула.

— Стас, понятно, что ты сегодня дед Мороз. А «подарок» почему один? — поприветствовал меня Ромка.

— Скажи Антохе, что нужна комната, куда положить.

— Антон! — закричал Рома — Здесь, требуется помощь хозяина!

— Что надо? — появился Антон — Ты ее убил?

— Не смейся. Ее, судя по всему, убил коньяк. Я весь пропитался перегаром. Обидно, сам еще не пил.

— Неси на второй этаж, в гостевую. Ты спишь либо с ней, либо в холле на кресле.

— Ром, понятно почему подарок один? Потому, что на кресле сплю я!

— Тише. Настоящие дед Мороза не орут, — возмутилось тело.

— Хорошо, но стишок ты по любому мне расскажешь.

Я отнес ее в гостевуюкомнату, и спустился к мужикам, помогать накрывать стол. Все готовое мы заказали заранее. И сейчас разогревали в микроволновке и выкладывали из разовой посуды. Нас четверо друзей. Всем под сорок. Двое из нас уже были удачно разведены, не перенеся огромного счастья в браке. Один был трижды женат: каждый раз по большой любви. И я, вечно в поиске. Поэтому, глядя на бездыханное симпатичное тело, побаивался, что это моя судьба. Если не брать в расчет ее нетрезвый видок, то вполне себе ничего. Правда смущало, что на носу праздник, а она без грамма косметики, без прически и такое впечатление, что только что из ванной. Какая-то слишком чистая, что ли? Еще ее огромная сумка. Смущала очень. Вроде бы не походная, а дамская, но очень большая.

— Стас, там из сумки твоей спутницы, музыка. Походу телефон разрывается.

— Надо ответить. Может быть, ее потеряли?

Я стал искать телефон. А девушка серьезно куда-то собиралась. Зубную щетку с собой взяла. Длинную футболку, видно использует как пижаму. И куча косметики. Так вот он. Источник музыки. На экране высвечивается «мама»

— Здравствуйте. С наступающим Вас, — начинаю первый.

— Здравствуйте. И Вас.

— Вы не переживайте. С Вашей дочерью все нормально. Она помогает накрывать праздничный стол. Я ей скажу, и она перезвонит, когда освободиться, — начинаю тараторить первый.

— А Вы простите кто? — обеспокоенно говорит мама.

— Я ее приятель. Просто она телефон здесь оставила, а сама в большом доме.

— Позовите Ирочку, пожалуйста. Она собиралась приехать.

— Минутку….Ирина, мама к телефону, — ору глядя на Антоху.

— ………..ржет Антон

— Извините, пожалуйста, она сказала, что перезвонит.

— Молодой человек, вынуждена Вас предупредить, что, если сейчас же моя дочь не возьмет трубку, я буду вынуждена обратиться в милицию.

Я пулей лечу в «будуар» Ирочки и начинаю ее трясти. Она вскакивает и орет как резаная.

— Ира, это мама, — кричу я на нее, протягивая телефон.

— Алло, мам, все нормально.

— Ирина, что это за мужчина? Почему ты кричала? Ты где? Помощь нужна?

— Мама, стоп!!! Со мной все хорошо. Кричала от неожиданности. Я с друзьями. Помощь не нужна.

— Ты не ответила. Кто этот мужчина?

— Мам, это дед Мороз, — говорит Ира и смотрит на меня, прищурившись.

— Ира! Я сейчас серьезно.

— Мам, я тоже серьезно.

— Ира, он тебя не обижает?

— Мамуля, ты веришь, что меня можно обидеть? Ты лучше спроси, как он переживает мое присутствие?

— У вас серьезно?

— Не знаю. Он еще не выполнил ни одно мое желание. Мам, он какой-то не настоящий.

— Ирина, прекрати валять дурака!!!! Через сколько ты приедешь?

— Не знаю. Как такси придет. Мамуль, пока, жду звонка такси.

Я все это время слушал, поражаясь Ирининой выдержке. С мамой говорила на надрыве, но старалась не определяться, что не знает, где она.

Я видела хороший сон. Дед Мороз нес меня на руках. И тут меня кто-то так трясет, что хотелось ударить. Открываю глаза. Передо мной тот же дед Мороз, странный, без бороды трясет моим телефоном. Естественно, я орать.

В шоке поговорила с мамой. Отвечала на автомате, разглядывая комнату. Гдеееее яяяяяяяяяяя? Плавно добрый, молодой дедушка, превращается в моих глазах в маньяка. Что он хочет? Убить? Так я вроде бы никого так не обижала?!

— Здравствуй, дедушка Мороз, борода из ваты. Ты не скажешь хорошей девочке адрес, на который надо такси вызвать? — пятясь назад, говорю я.

— Здравствуй, хорошая девочка Ирочка, не бойся, не кричи. Ты стишок еще не рассказала.

— Должна тебя предупредить. Когда я паникую, плохо всем. Даже воробьям на ветке. А я уже начинаю паниковать!!!!

— Спокойно. Только не ори. Ты у моего друга на даче. Таксист не знал, куда тебя везти, и я пригласил тебя с нами отпраздновать.

— Честно?

— Ну не совсем. Я предложил тебе замуж, но ты предложила обойтись без штампа.

— Таааак. И мы обошлись?

— Спокойно! Я не некрофил. Ты была труп.

— Уже легче. Где девочки?

— Ты была одна.

Я судорожно набираю в телефоне Томку.

— Ты где?

— Икса, это ты где? Мы пошли за вещами, потому что и тебя и вещи унести сразу не могли, а ты уехала.

— Я в берлоге у деда Мороза и не смей так ржать!

— Икса, не убивай дедушку. Он деткам нужен.

Я поворачиваюсь к сказочному персонажу и строго спрашиваю

— Адрес?

— Коттеджный поселок, первая линия дом 24, — говорит мужик в шубе деда Мороза.

— Слышала?

— Икса, что за мужик с тобой?

— Мужик ты кто? — спрашиваю у него.

Он забирает у меня трубку и говорит Томе.

— Адрес слышала? Хочешь забрать свою подругу — приезжай. А если серьезно, девчонки, у нас будет весело, бери подружек и приезжайте, места всем хватит.

— Групповушки не будет, мальчики!!! — ржет Тома

— Ну вообще-то мы не такие, чтоб с незнакомыми девочками да в койку. Мы приличные. Но судя по тому, что я слышал из вашего разговора и без групповушки будет весело.

— А если мы с мужьями приедем?

— Фигня. Только пусть они возьмут еще водки.

— Заметано. Выезжаем.

Я в шоке. Я надеюсь они догадаются дома записку оставить, типа: «В случае нашего исчезновения ищите нас по адресу……» Этот сказочный персонаж, возвращает мне телефон и летящей походкой выходит. Я остаюсь одна, осматриваюсь. Звоню Ларисе.

— Тебе Томка звонила?

— Да. Вы что там с ней с ума сошли?

— Не кричи. Я даже не знаю, как тут оказалась!

— Допились!

— А зачем вы меня бросили?

— Мы тебя не бросили, мы тебя погрузили.

— И без присмотра оставили спящее тело подруги!!! А теперь ты, безответственное лицо, у меня спрашиваешь: «Вы с ума сошли?» Слушай Лар, а он симпатичный!

— Ктоооо?

— Дедушка Мороз.

— Прекрати!!!!

— Да я серьезно. Он одет, как дедушка Мороз. А как зовут я не знаю.

— Дожились!!!! Икса, коньяк — это зло!

— Коньяк — это лекарство. А у меня сегодня передоз. Ну раз вы приедете, то позвоню маме. Скажу, что останусь с вами в новой компашке отмечать. И смотри, даже не совру. А если без подробностей, то и звучит прилично.

— А кроме твоего Мороза там еще мужчины есть?

— Не знаю. Может быть снеговики! Или гномы! Кто там по сценарию должен быть?

— Так все. Боевой раскрас для атаки, и жду Томку.

Кладу трубку и крадучись выхожу из комнаты. На всякий случай включила в телефоне геолокатор. Позвонила маме. Она обрадовалась, что в нашем женском царстве появились мужчины и посоветовала мне задуматься о будущем, только решения принимать на трезвую. Спасибо тебе судьба, что мама не знает, как я сюда попала. Спустившись вниз, я нашла свою сумку и пошла на поиски туалета. Надо умыться, накраситься и постараться достойно проводить старый год в незнакомой компании. Слышала доносившиеся мужские голоса и хохот. Приведя себя в порядок, выдохнула и зашла в комнату, где по всей видимости мы и будем встречать Новый год.

— Здравствуйте. Меня зовут Ирина Сергеевна, но после того, что вы со мной сделали, можете меня звать Ирой или Иксой, как зовут меня подруги, когда злятся.

— Это Рома, это Кирилл, это Антон, собственно хозяин этого гостеприимного дома, и я Ваш покорный слуга на сегодняшний вечер Станислав. Можно просто Стас.

— Если я скажу, что стол сервировать лучше получается у девушки и я вам это сейчас докажу, вы будете сопротивляться?

— А как надо? — просил Антон.

— Просто пойти на 10 минут покурить.

— Мужики, всем курить! А тех, кто не курит, буду принуждать. Прошу Вас, милая фея, — сказал Кира.

— Спасибо за понимание.

И они все удалились, а я начала быстро доделывать то, что они не успели. Надо отметить, что ребята молодцы. Все было сравнительно аккуратно и красиво разложено. Старались.

— Мужики, а давайте договоримся. За Ириной никто не ухаживает, — начал я. — Вы все хоть раз, но уже были женаты.

— А это тут причем? — возмутился Кирил.

— Кир, она мне реально понравилась. Приедут подруги, и вам тоже будет веселее.

— Умный ты, Стас. А если они страшные? — подал голос Антон

— Мужики, чёт вас не туда несет. Посмотрим, с кем ей будет интересней, — как всегда здравая мысль родилась у Ромы.

Так мы простояли еще минут 10. Нас Ирина не звала. И мы послушно ждали. Как только стали замерзать- решили зайти. Так у ворот остановилось такси, и из него вышли две девушки. Ну просто красавицы.

— Мальчики. А не подскажите. Это избушка деда Мороза?

— А вы, девочки, приехали не Ирину случайно выручать, из холодных лап этого старика?

— Ну частично. Мы целый год себя хорошо вели и пришли за подарками!

— А, ну подарки — это сюда.

Впустили вновь прибывших. Войдя в дом, мы громкими восхищенными возгласами оценили ту красоту, что организовала Ирина на столе. Девчонки перебросились вопросами и, перезнакомившись, мы все вместе сели провожать старый год. Было весело. Никто много не пил, зато много танцевали. Даже играли в игру. Девчонки научили. Мне на лоб наклеили стикер, на котором написали загаданное слово. Я задавал каждому по очереди вопросы, на которые получал ответ «да» или «нет» и должен был угадать написанное слово. Когда ты изрядно выпил и настроение отличное, то это такая хохма. Короче, мы так проводили старый год, прямо говоря не как обычно и весело. Речь президента толком никто не слушал, все загадывали желания. Тоже идея девчонок. Было в нашей компании тепло и уютно. И под все это настроение романтические нотки моего характера прорывались наружу. Хотелось дома, семьи каких-то перемен. Собственно, в этом и было мое загаданное желание. Даже фейерверки в этом году были ярче и лучше. Пока мы поздравляли друг друга во дворе, как по волшебству пошел снег. Огромными хлопьями. Мы оторопели, когда девчонки стали петь и танцевать прям на улице, радуясь снегу. Я даже не представлял, что простой снег может вызвать столько радости! Я не знаю как друзья, но я от нашей новой компашки получал огромное удовольствие. Такой огромный, позитивный заряд энергии. Вернувшись в дом, праздник продолжили. Каждый из нас по очереди рассказывал какую-нибудь историю, которая с ним произошла под новый год. Еще немного выпив, мы увидели, что светает. Время пронеслось незаметно. Ирина и Тамара убирали со стола, а Лариса пошла к ним в комнату готовить все ко сну. Да, мы уговорили девчонок остаться и после того как выспимся, пойти вместе кататься на горку. Такой классный снег, а здесь в поселке есть место для развлечений. На небольшом пустыре устанавливали каждую зиму горку. А такой снег сам звал всех туда. Девочки согласились, но с условием, что спать будут вместе в одной комнате. Нет, мы конечно предлагали им свои комнаты, но они убеждали, что кровать огромная и они поместятся. Ну, если им так будет спокойнее, то пусть спят. Я, как и договорились, спал на раскладном кресле. Ромка настоял, чтоб кресло поставили в его комнату, мотивируя тем, что кто-нибудь из дам захочет выйти ночью в туалет и либо испугается, либо навернется через меня. Заботливый наш друг был прав. Только я никак не мог понять, о ком конкретна его забота. Сон не шел. В голову лезли разные мысли. Я думал, как взять у Иры номер телефона? Девчонки были очень нестандартные, что ли. Не хотелось быть банальным. Завтра, уже сегодня, на горке надо как-то ей понравиться. Чувствую себя подростком. Я взрослый, вполне обеспеченный мужик. Что я переживаю? Ну она — то необыкновенная девушка! Мужчины у нее нет. Это я вчера из разговоров понял. Но она настолько необыкновенная, что может не повестись на стандартный набор моего соблазнения. Ладно, буду действовать по обстоятельствам. На этой оптимистичной ноте я уснул.

Когда мы оказались одни в комнате, то, наверное, больше часа, делились впечатлениями. Из всего было ясно одно- приехали мы суда не зря. Девочки уже уснули, а я ворочалась. В голову лезли разные мысли. Мне очень понравился Стас. Но я сама не могла показать свою симпатию. Где видано, чтоб яйцеклетка бегала за сперматозоидом? Нельзя идти против природы. Да, Лариса говорит, что я прошлый век. Показать симпатию — это не значит вешаться на шею. Возможно она и права. И я не осуждаю тех, кто первый подходит к парням, но сама так делать не буду. Что-то внутри меня против. Так пролежала еще с полчаса, меня пробило что-нибудь съесть. Фигура у меня не 90\60\90, но и лишнего нет. Могу себе позволить слабость. Потихонечку, чтоб никого не разбудить (Тамара не понимает моих ночных слабостей), я покралась на кухню. Открыв стратегический объект, холодильник, не включая свет, я стала делать себе бутерброд, между делом положив в рот кусочек колбасной нарезке. И тут загробный голос из темноты.

— Если тебе несложно, и мне сделай, пожалуйста?

Сказать, что я испугалась, ничего не сказать. После сиплого вскрика, приглядевшись, я увидела мужской силуэт на стуле возле окна с сигаретой и пепельницей в руках. Как я его не заметила? Ладно темно, но запах сигарет? Правильно говорит Лара, что, когда я думаю о еде, Вселенная перестает существовать.

— Я сделаю все, что вы скажете, ночной призрак, только скажите, как Вас зовут?

— В миру меня зовут Кир, и я с удовольствием составлю вам компанию в ночном преступлении, — посмеиваясь подал голос мужчина.

— Кир, двигайся к столу.

Мы не включили свет, но зажгли свечу, которая стояла в подсвечнике на холодильнике.

— Ирин, я так понял, ты любишь ночью устроить праздник желудку? Или за что-то переживаешь и не спится?

— Да, нет. Все нормально. Впечатлений много. Не спится.

— Ты очень понравилась Стасу. И если он утром начнет делать какие-нибудь глупости, я тебя прошу не суди строго. Он всегда чудит, когда не знает, что делать.

— А ты всем сдаешь друга?

— А ему ВСЕ не нравятся. И потом. Ночь, свеча, кухня. Что может быть лучше для откровений?

— Ты не отмазывайся. Твоя забота о друге, мягко говоря, настораживает.

— Ладно. Расскажу. Он единственный из нас, кто ни разу не был женат.

— Не катит. Или вы ему завидуете и хотите это исправить?

— Не будь занозой!

— Ладно. Слушаю без стеба.

— Ага. Значит, он тебе тоже нравится!

— Ну я же не дура, отрицать, что в нем харизма прет через край!

— Да. Его дамы любят, но больше двух недель он ни с кем не встречается. Что происходит, мы не знаем. Вроде бы все хорошо, а потом раз, и в один момент все. Когда он тебя принес на руках, мы все поняли. Не обычное начало, и возможно, что-то получится.

— Так значит, ваша компашка на меня ставит ставку.

— Ну не то, чтобы прям ставку. Но теплится надежда. Мы дружим больше двадцати лет, знаем о друг друге все. В нашей дружбе разное бывало. Но никогда мы не сомневались друг в друге и не придавали.

— Давай с тобой договоримся? Я услышала все, что ты мне сказал. Я для себя многое почерпнула. Но ничего тебе обещать не буду. Оказались мы с вами случайно. И что завтра будет, огромный вопрос.

— Ириш, ты умная и очень красивая. Я вчера за тобой наблюдал и был бы рад, если бы у вас со Стасом все срослось, но ты права. Будет день — будет пища.

И тут мы услышали какие-то шаги. В кухню вошел Стас и с растерянным выражением лица произнес:

— Ой извините, что помешал. Воды попью и уйду.

— Не дури. Ты не помешал, — возмутился Кир.

Я встала убирать следы нашего ночного жора. А Стас попил и молча удалился.

— Ир, ты заметила. Он ревновал.

— Глупости. Он повел себя как ребенок.

— Ладно. Я не ошибся. Ты его поймешь. Я пошел, попробую поспать с часик.

— Хорошо. Я тоже лягу.

И мы разбрелись по своим комнатам.

Что это было на кухне — не понял. Но решил разобраться, когда высплюсь. А снилась мне Ирина в эротическом костюме Снегурочки. Какие-то подростковые сны. Близко ее к Киру не подпущу.

Утро началось часов в одиннадцать. Я спустился после рыльно-мыльных процедур в кухню. Там жизнь кипела. Девчонки накрывали стол, наскоро сделав кучу бутербродов. Лариса что-то жарила, по запаху сырники. У окна курил и что-то рассказывал Антоха.

— Спасите несчастного от голода, — подал голос я.

— И где тот несчастный? Вижу перед собой счастливого, но голодного, — ответили Томка. — И хочу тебя предупредить, все несчастья мы программируем в себе сами. Ты должен думать и озвучивать только счастливые мысли и тогда в твою жизнь беда и несчастье не найдет дорогу.

— Отлично. Покормите меня, пожалуйста, и буду абсолютно счастлив, — исправился я.

— Уже лучше.

— Том, давай сегодня без лекций? Ребята, среди нас научный сотрудник института психологии. Поэтому, если кому-то из вас будет надоедать ее занудство, можете попросить помощи у нас, — сделала объявление Лариса.

— Антош, пожалуйста, глянь Роман и Кир не проснулись? Без них садиться завтракать, как-то неудобно, — попросила Тома.

— Сейчас.

Антоха удалился, а я украдкой наблюдал за Ирой. Не заметил, как со спины подошла Лара и, наклонившись к моему уху, прошептала.

— Только нахрапом и наглостью.

Я впал в ступор. Неужели так в глаза бросается. Ну спасибо за совет. Непременно воспользуюсь. Подумал я, но вслух ничего не сказал. Когда все были в сборе, мы быстро позавтракали и стали собираться на горку. Мы то были готовы, но вот девочек надо было одеть потеплее. Антоха пошел поискать что-нибудь подходящее из оставшегося гардероба бывшей жены, кроме того были какие-то вещи, оставленные его сестрой. Девочки немного сопротивлялись, но недолго. Все были люди здравомыслящие, а за окном была настоящая зима. Пока Антоха и девчонки работали над своими образами, мы с Ромой и Стасом пошли почистить снег. Надо было освободить дорожки и ворота, а то снега навалило очень много. Все было готово минут через сорок, наши гостьи тоже. До горки мы добрались быстро и весело. По дороге играли в снежки. На месте мы были не одни. Весь поселок собрался у огромной наряженной елки, вокруг которой был залит каток, а горка была немного в стороне. Решили начать с горки. Ира заявила, что пойдет с Антоном. Я, недолго думая, перекинув ее через плечо, понес ее и тюбинг, взятый там же на прокат, на вершину горы.

— Проставь меня на место!

— Конечно поставлю. Я тебя вечно так носить не смогу.

— Я что сказала?

— Икса, не зли меня. Не брыкайся.

— Стасик, пожалуйста, я сама пойду.

— Я тебе не верю.

— Я тебе слово даю. Один раз с тобой прокачусь.

— Хох! Ты забыла, что это я тебя нашел?

— Не нашел, а похитил. Чувствуешь разницу?

Мы с ней уже были на вершине. Я опустил ее на ноги и увидел восхищение в ее глазах. Только смотрела она не на меня, а на вид с горки.

Я давно не видела такой красоты. Все было белым-бело. С вершины горки был весь поселок как на ладони. Крыши домов и деревья были в снегу. Картинка из доброй сказки. Из труб домов шел дым. Снег был чистый и пушистый. Дух захватывало. А воздух?!..… Голова кружилась от чистоты. Сказка. И на душе такой покой и ожидание чуда. В такой сказке обязательно должно быть чудо. И тут меня опять хватают в охапку, усаживают на этот огромный круг, плюхаются с зада, и мы катимся в низ. Меня держат крепкие руки так сильно, что я непросто не могу возмутиться, но и кричать не могу. В голову лезут порочные мысли. А что? Я живой человек. А иногда хочется быть слабой. Вот как сейчас. Чтоб было спокойно и надежно. Счастье переполняет грудную клетку. И тут у подножья этой огромной горы я сама поворачиваюсь и целую Стаса. В губы, но легко. Вскользь. А потом поднимаюсь и убегаю. Что я наделала? Все испортила. Я увидела его растерянный вид. Как я могла? И тут меня он догоняет, валит в сугроб. Я жду каких-то слов. А он, поднявшись, опять перекидывает меня через плечо и как первобытный человек тянет назад.

— Я же тебе говорил, что ты со мной. Куда собралась?

— Стас, отпусти. Я пойду.

— Ага, вот сейчас тебе поверил! Ты коварная соблазнительница любого можешь одурачить.

— Я больше не буду.

— Это еще мы посмотрим.

Я заметила ребят, все стояли в ступоре, кроме моих подруг. Они хохотали так, что все проходящие мимо оглядывались. Подруги, называется. Скатились с горки еще раз; меня, не выпуская из крепких рук, Стас спросил:

— Еще на горку или ты хочешь на каток?

— Уау!!! Я могу решать?

— Я пока добрый дед Мороз, но ты близка меня разозлить.

— Тогда еще на горку, только пойду сама.

— Хорошо. И, помоги тебе, Господи, если ты попробуешь сбежать.

Мы катались еще не раз. Девчонки не пошли на горку, они были на катке. Я поглядывала в их сторону. Когда накатались, решили идти в дом. Уже вечерело. Пора было от духовной пищи переходить к платонической. Стас всю дорогу держал меня за руку. Все в нашей компании этого не замечали, ну или делали вид. А я почему-то чувствовала себя счастливой. Я его совсем не знаю. Разве так бывает?

По дороге к домику мы любовались заснеженными деревьями. Сегодня все было особенно красиво. Я попала в сказку. Я реалистка, поэтому понимаю, что любая сказка рано или поздно заканчивается. Поэтому хотелось все запомнить. И эту красоту, огромные, белые деревья. Под их шапками сразу не видно, что это за красавец. И целая аллея хвойных. И ели, и пихты, и самшит, и туи. Я такого разнообразия рядом никогда не видела. А воздух? Вот от этого воздуха и присутствует ощущение сказки. Не сильный морозец и кажется, что сейчас из-за ветки появится Мороз Иванович со своим посохом. А рядом идет мужчина, который держит меня за руку, и я чувствую какое-то спокойствие. Удивительно, но это действительно так. Я его знаю два дня, но доверяю ему полностью.

Девчонки нас покормили, холодильник был забит до отказа и, убрав все со стола, мы расселись, кто куда. Девчонки на диван и кресла, Кир на подоконник, а остальные расположились на паласе, предварительно разожгли огонь в камине. Разговаривали о разном. В основном говорили Рома и Антоха. Рассказывали разные случаи из их жизни. Они не так давно работали на перевозке пассажиров к морю. И как правило, случалось много веселого и интересного на трассе. Вся наша компания слушала, а я потихонечку наблюдал за Ирой. Возможно я смотрю через розовую призму, но мне кажется в ней все идеально. У нее густые темно-пепельные волосы, огромные голубые глаза, длинные ресницы и естественные губы. Сейчас многие уродуют свой рот. Делают его пухлым и неестественным. Я видел ее пьяную и не накрашенную. Поэтому знаю точно, вся ее красота настоящая. Когда Тома сказала, что им пора ехать, мы все дружно предложили им остаться еще на одну ночь, а уже с утра ехать домой. Праздничные дни в самом разгаре. И девочки согласились. Мы играли в карты на желания. Оставались в дураках по очереди, то я, то Ира. Она делала всем чай, читала стих под елкой, чистила ступени от снега. А я в перерыве чистил тропинки лопатой, пел и играл на гитаре. Собственно так и закончился этот незабываемый день. Когда все разошлись спать, стало немного печально. Завтра девчонки уедут, и неизвестно, сведет ли нас жизнь опять. Но я у Томы взял Ирин номер телефона. Попросил, а она без выпендрежа дала. Даже не задала ни одного вопроса. Я был немного удивлен. Сейчас сижу в темноте, на кухне. Курю и думаю. Какой предлог придумать, чтоб позвонить. Она еще здесь, а я уже голову сломал. Слышу открывающуюся дверь на улицу. Кому-то не спится. Как и мне. Сердце пропустило удар. Это моя Ира.

— Ты че не спишь? — выхожу следом за ней.

— Жалко спать в такую ночь. А ты?

— Не знаю.

— Я здесь немного постою, подышу и пойду спать. Охранять меня не обязательно.

— Если я мешаю, то подожду на пороге.

— Нет не мешаешь. Скажи, а ты веришь в чудо?

— Вообще-то я зануда в этих вещах. Я верю в судьбу. В химию между людьми. В счастье.

— А в любовь?

— В нее трудно не верить. Но я предпочитаю ее называть «химией»

— Ну это банально. И скорее похоть. Я про душу спрашивала.

— Душа. Она состоит из эгоизма.

— А заботится тебе ни о ком не хотелось.

— Почему, у меня в детстве была собака. Я о ней заботился. А еще мои родители. Вот о них я забочусь с удовольствием.

— Почему ты никогда не был женат?

— Все просто. Смотрел, как переживают друзья разводы. Я так понял, ты одна. Почему? Ждешь любовь?

— ………………. -ее взгляд мог меня убить.

— Извини. Не обижайся. Просто ты красивая и умная, а значит что-то или кого-то ждешь.

— Никого я уже давно не жду. Были у меня серьезные отношения, закончились печально, ну и я решила больше ни к кому не привязываться. Одна физиология, и ничего больше.

— Ты только что любовь назвала привязанностью.

— Привязанность — это вытекающее из чувств.

— Ну тут я профи. Чувства — это и злость, и ненависть, и привязанность.

— Стас, а ты зануда! — смеется — Любовь тоже чувство. Самое яркое и острое. И человек может считать себя счастливым, если хоть раз испытал это чувство. А жизнь свою полной.

— Интересно. А ненависть чем неяркое и острое чувство?

— Прав. Не спорю. Но любовь — доброе чувство. Благодаря ей совершались множество подвигов и масса благородных дел.

— А чувство сострадания? Тоже толкает человека на добрые поступки, которые именуются подвигами.

— А чувство сострадания — это своего рода тоже любовь, только к ближнему.

— Хорошо. А что ты думаешь о замечательном чувстве долга?

— Я его больше отношу к чувству под названием совесть. И человек, у которого есть это чувство, счастлив после того, как долг выполняется. Счастлив и испытывает облегчение или радость, что сделал все как надо.

— Так значит в твоем понимании любовь — это счастье? А если она не взаимна.

— По закону природы, любовь должна быть взаимна. Иначе это можно прировнять к болезни.

— А, ну тут я согласен. Болезнь с осложнениями.

— Каждый нормальный человек хочет любить, быть счастливым. Без этого пуста жизнь. Но обожженный однажды боится в свою жизнь пускать это чувство. И я не берусь никого судить, потому что сама этого не хочу.

— Тебя так сильно ранили?

— Ну, раны остаются и шрамы от них болят. А возможно я еще не встретила нужное лекарство? И поэтому ничего серьезного нет.

— Когда ты в такси мне предложила секс без обязательств, я офигел, мягко говоря. Обычно мужчины это предлагают. А женщины оскорбляются, — улыбаюсь.

— Это старые стереотипы женщин. В современном мире женщине проще одной. Но физиологию никто не отменял. А оскорбляется вымирающий вид, который еще хочет замуж.

— А я думал все женщины хотят замуж?

— Ну, да. В основном до двадцати лет. Ну или до первого опыта. Чаще всего неудачного. Как говорит Тамара: «Не путайте выхлоп гормонов с истинным чувством. И тогда вы не промажете.»

— А как же любовь?

— О любви мечтают все без исключения. Только дана она не каждому. Это большое счастье, когда ты любишь собственного мужа. Но жизнь она сложна, и она не всегда складывается как хотелось.

— А романтика?

— А любовь она сама по себе романтична. Думаю, что, когда любимый рядом, остальное не важно.

— А ты когда-нибудь сама любила или это все теория?

— Думала, что любила. А оказалось, показалось, — смеётся. — А ты?

— Эх. В моей жизни, по твоей теории, только гормоны. Но я был уверен, что любил.

— Она тебя бросила?

— Нет. Я ей не мог дать всё, что она хотела. Мы были молоды, амбициозны. Но я многому у нее научился. Например, терпению.

Я мог бы рассказать, как меня унизили. Растоптали. Но Жизнь мне подсказала, что никогда нельзя плохо говорить о бывших женщинах, можно только психологу. Мы уже достаточно далеко ушли от домика. И что-то подсказало мне, что сейчас то самое время. Я повернул Ирину и поцеловал. Давно хотел, но было то не время, то не место. Она мне ответила. Я конечно надеялся на взаимность, но все рано опасался. Мы целовались долго и нас захлестывали чувства, но пора было двигаться в сторону дома.

— Ир, а поехали завтра ко мне?

— Ты торопишь события.

— Хорошо, можем по дороге заехать в кафе и приедем ко мне не торопясь.

— Утро вечеру мудренее. Слышал такое?

— Хорошо.

Мы дошли, нас никто не искал. Все спали. На кухне попили горячий чай и, поцеловавшись на прощание, каждый из нас пошел в свою комнату.

У меня уже были мужчины и кое- какой опыт. Я считала, что в моей жизни была любовь. Поцелуи я рассматривала, как обмен эмоциями с обменом слюнного состава. А здесь я узнала то чувство, которое в романах описывают «Бабочки в животе». Только у меня эти бабочки были бешеными. Это вихрь бабочек. Я лузер, которая встречалась не с теми? Или они просто не умели целоваться? Я постаралась уйти потому, что испугалась. Может быть, надо остаться? Э, нет! Мы шли домой, а я думала о поцелуе. Мы делали к чаю бутерброды, а я думала о поцелуе. Мы пили чай, я думала о поцелуе. Мне 35!!!! Что за детский сад?! Промучившись часов до трех ночи, я потихонечку встала, написала девочкам записку и, толком не одевшись, вызвала круглосуточное такси. Вышла тихо, но на кухни нарвалась на курившего Кирилла.

— Стоять. И куда мы убегаем?

— Ой. Напугал. Что у вас у всех за привычка курить в темноте?

— Не ответила на поставленный вопрос.

— Мне прислали СМС, завтра срочно надо в офис.

— И что? У тебя с собой нет пудры? Или нет туфель, дресс- код вашей фирмы?

— Кирилл! Ты же понимаешь?! Мне надо в душ. Переодеться. Привести себя в порядок.

— Хорошо у мужиков. Голова с собой и отлично.

— Спасибо большое. Вы классная компания. Это один из лучших новогодних праздников в моей жизни.

— И ты что? Прощаешься? А как насчет: с кем Новый год встретишь, с тем его и проведешь?!

— Та в этой жизни не все приметы работают. И потом мы не знаем, что будет завтра. Может быть, нам так понравилось, что мы с девчонками каждый месяц будем ходить в баню, — смеюсь.

— Ир, оставь свой адрес? Стас мне не простит, что я тебя так отпустил. Или телефон?

Я наскоро написала свой телефон на салфетке карандашом для глаз и выскочила за дверь. Такси уже ждало. Мне было так плохо. Чувство, что я оставляю что-то важное. Да. Я убегала. Приехав домой, я набрала ванную, легла и долго плакала. Он мне нравился. А это затронет душу. Нельзя. «Были мы в этом зоопарке, видели мы этих бегемотов» Потом слишком плохо. Секс, без обязательств. И больше ничего. Если он так целуется, то какой он в постели? Когда мы с ним гуляли, я забыла счет времени. Он отличный собеседник. И чувство юмора у него в норме. А руки? Я всегда при встрече с мужчиной оцениваю его руки. Я не знаю почему. Будим считать, что у меня такой пунктик. А что? Мужики оценивают грудь, а я руки. Так у него большие рабочие кисти. Такие как должны быть у настоящего мужика. Когда мы катались с горки, его руки так меня держали, что сразу было непонятно. Дух захватывает от высоты или от объятий? Надо переключить мысли.

Я легла под одеяло. И постепенно уснула. Снился мне Стас. Причем во сне он был в шортах и без майки. Я видела его в меру волосатую грудь и спортивную фигуру. Я проводила по его плечам, и мы целовались. А еще в моем сказочном сне мы смеялись. Непонятно по какому поводу, но много смеялись. И на душе было тепло, уютно и спокойно. Такой теплый мир. Я провалялась почти до вечера. И приведя себя в порядок, поехала навестить родителей.

Мы сидим на кухни с моей Ирой. Она периодически передает мне то бутерброды, то конфеты. Она одета в очень эротический костюм Снегурочки и поверьте, я очень голоден. Но мне не хочется просто секса. Я хочу, чтоб она посмотрела на меня взглядом полным желания не меньше, чем у меня. Я хочу видеть не только похоть. Что еще я не понимаю сам. Просто надо видеть ее глаза. И какой-то смысл в них. Сам не знаю, что хочу, когда увижу, пойму, что именно это. Ира проходит мимо, и я беру ее за талию и сажаю на колени. Она не сопротивляется. Я смотрю в ее глаза и не вижу ничего. Они очень красивые. Длинные ресницы огромного размера, светло- карие, почти желтые, но без чувств. Я сильно злюсь. Судорожно думаю, что надо сделать, чтоб они ожили? Глажу ее по волосам и стараюсь понять, кто так заморозил чувства моей Снегурочки? Как он посмел ее так обидеть? Чувствую, что меня хлопают по плечу. Не сейчас, нам с Ирой надо поговорить. Слышу, как в тумане голос Ромыча……………… и просыпаюсь.

— Стас, завтракать с нами будешь?

— Да, сейчас. Я быстро.

— Стас. Она ночью сбежала. Но мы Лару с Томой не отпускаем, пока ты не встанешь.

— Кто сбежал?

— Ира. Спускайся.

Как сбежала? Все было хорошо. Я ее не мог обидеть! Что у неё в голове творится? Я бегу умываться и чистить зубы. Хорошо, что её подруги ещё здесь. Спускаюсь.

— Девочки, объясните, что с Ирой происходит?

— Стас, доброе утро, — начинает Тома.

— Всем доброе утро! Кто из вас может мне рассказать, что происходит?

— Стас, это тебе лучше с Иксой говорить, — Лариса опускает глаза.

— Безусловно, разговор будет и с ней. Только я очень вас прошу, помогите. Без вашей помощи я не знаю, что делать лучше.

— Ну для начала садись позавтракай. Успокойся. Ей нужно время соскучиться. Только долго не тяни, — поучительным тоном сказала Тома.

— Я постараюсь. Расскажите мне, пожалуйста, почему она боится отношений?

Девчонки переглянулись друг с другом. Все остальные молчали, наблюдая за нами.

— Мы не уверены, что тебе это все надо, — опустив глаза, сказала Лара.

— Вы взрослые люди и понимаете, что я не буду вам что-то доказывать. Это все будет с Иксой, — я осознал, что когда злюсь, то тоже ее так называю.

— И что ты тогда хочешь?

— Помощи. Если у меня не будет нужной информации, я буду действовать грубо и быстро. Боюсь, что из этого ничего не выйдет, только развалю то хрупкое, что начало появляться.

— Хорошо. Но ты же понимаешь, что это слишком личное и Икса нас может не простить.

— Я не собираюсь трубить на каждом углу о полученной от вас информации.

— Тогда давай спокойно позавтракаем и Тома с глазу на глаз тебе немного расскажет.

— Это уже что-то. Спасибо, девчонки.

И мы завтракали все вместе. Все весело вспоминали, что с нами произошло на праздники. Девчонки делились впечатлениями, как они переживали за Иксу, когда она пропала. Все смеялись, а я молчал. Ел и молчал. Я не могу сказать, что этакий ловелас, на которого слабый пол вешается, но и должен признаться, что так от меня еще никто не убегал. Я чувствовал, что ей вчера было хорошо со мной общаться. Знал, что если бы я ее не отпустил, то мы бы провели ночь вместе. Просто не хотел торопить события и решил играть по её правилам, но я даже предположить не мог, что она сбежит. Нет, она не таинственная незнакомка. Я знаю, где её искать и телефон у меня есть. Просто, а вдруг ей все это не надо? Вдруг она не хочет никаких отношений? Я хочу!!!!! Поэтому мне и нужна информация, чтобы знать, что именно в душе у нее болит.

— Ребята, извините. Мы со Стасом пойдем к камину, поговорим. А то он сидит хмурый, а искры вокруг летают, — вставая из-за стола сказала Тома.

Все продолжали болтать, а мы с ней сели друг против друга на кресла у камина.

— Стас, я сразу заметила, как ты на неё смотришь и поэтому без лекций и предисловий скажу. Она убьёт меня, когда узнает, что я тебе рассказала. И хочу уточнить сразу, я это делаю не для тебя, а для неё. Я надеюсь, что у тебя получится сделать её счастливой. Она это очень заслуживает.

— Том, кто он?

— А это как раз уже давно не важно. Она ждала Сергея из армии. Там была неземная любовь, как позже оказалось только с её стороны. В день, когда он вернулся, Икса поехала его встречать на вокзал. Цветы, лучшее платье, прическа……… Из поезда показались чемоданы, потом герой, а потом его беременная жена. Этот гад Иксе писал и ни слова не сказал, что там женился. Она травилась. Потом бесконечные больницы и психологи. Он конечно же пропал, появился когда ей уже было лучше. Когда Икса начинала жить заново. Лапша полилась рекой. Эта «стерва» женила на себе бедного мальчика. Она наглым образом забеременела и натравила на него своего отца, который в их части работал. И этот подполковник просто вынудил беззащитного солдата жениться на своей непутевой дочери. А так конечно этот козел любил только Иксу. И она повелась бы на всю эту лабуду, если бы не одно очень весомое «но». Сережа к тому моменту уже плотно сидел на игле. Икса всю свою жизнь прожила в районе, который назывался «Шанхай», и как ты понимаешь, наркоманов узнавала по походке. Правда вскрылась конечно не сразу. Она была сильно обижена и близко его не подпускала. Конечно, он продолжал сказки о том, что разведется. Что папаша жены ему уже ничего не сделает. И в какой-то момент, случайно она увидела дорожки на венах. Был второй срыв. Но слава Богу обошлось только консультацией уже знакомого психолога. И Икса открыла глаза на него полностью.

— Как она от него отвязалась?

— Она взяла ипотеку и съехала от родителей. А он в принципе, отвалился сам. Как только узнал, что у нее долг в банке и она ему занимать деньги не сможет, так и пропал. Может быть, уже и загнулся от какой-нибудь дури?! Только Икса больше никого к себе не подпускала. Встречалась. И встречалась по-взрослому. Но как только стоял вопрос о съехаться или в ее квартире появлялась мужская зубная щетка, сразу «пока, чао, мачо».

— Я заметил, что она рукой постоянно прикрывает шрам выше локтя на предплечье. Особенно когда нервничает. Откуда он?

— Это Сергей. Он, когда приходил в предпоследний раз, решил у неё остаться. А Икса его выгнать пыталась. Так он ее кухонным ножом по плечу полосонул. Там швы надо было накладывать, а она в больницу отказалась ехать. Боялась, что врач ментам обязан будет сообщить и Серого посадят. А потом заражение было. Видно что-то в рану попало. Она этот шрам стесняется. Мы предлагали пластику сделать. Икса не хочет. Говорит, что это напоминание о том, что сердце должно быть холодным, а мозги всегда работать.

— Дай мне, пожалуйста, её адрес?

— Хорошо. Только подожди дня два. Она наверняка сегодня к родителям поедет. А завтра пусть одна побудет, должна соскучиться. Дай ей время.

— На бумагу. Адрес пиши. Разберемся. Да. Тома. Спасибо вам с Ларисой. Ну за информацию….

— Пожалуйста.

Я, попрощавшись со всеми, уехал. Девчонки ехать отказались. Сказали, что сами доберутся. Я так понял, что им кто-то из моих кентов понравился. Ну и здорово. Будем дружить семьями.

У родителей как всегда: спокойно и уютно. Мама меня встретила с подарками, главный из которых, по её мнению, шерстяные гольфы. Ну мама, есть мама! А папа с бутылочкой хорошего пятизвездочного коньяка. Мы быстренько с мамой организовали стол и, выпили с папой по две рюмочки, вскоре он пошел отдохнуть. А мама начала свой допрос с пристрастием.

— Иринка, что за мужчина был с тобой рядом?

— Мам, просто хороший знакомый.

— Я раньше о нем ничего не слышала?

— Правильно, он новый хороший знакомый.

— Он за тобой ухаживает?

— Мам, ты же знаешь! Если бы он за мной ухаживал, ты бы ничего не узнала до тех пор, пока это не переросло бы в серьезные отношения.

— Ир, я что тебе враг?

— Мам, ты дорогой мне человек, который за меня очень переживает.

— Я переживаю, что у молодой, красивой, умной дочери нет серьезного парня!

— Я не могу его нарисовать, чтоб ты была спокойна.

— Ир, перестань так разговаривать!

— С удовольствием оставлю эту тему. Мамуль, как вы с папой Новый год без меня встретили?

— Отлично. А переводить тему разговора- это дурной тон.

— Я не перевожу тему разговора. Просто говорить не о чем.

— Иринка, я хочу, чтоб ты задумалась о своей жизни. Пора уже серьезно отнестись к тому, что тяжело будет жить одной. А чем старше ты становишься, тем сложнее найти достойного мужчину.

— Мамулечка, я прекрасно чувствую себя одна. И ты знаешь, что нет достойного для такого ангела как я!

— Ир, ну не смешно. Я серьезно.

— Мам, а ты веришь в судьбу?

— Мы сами её строим. Наша судьба в наших руках. А к чему ты спрашиваешь?

— Смешно. Я накануне праздника купила лотерейный шарик, прочла пророчество и забыла совсем о нем. Там было что-то о том, что я встречу деда Мороза и буду счастлива, только это все в примитивных стихах. Мам, я его встретила.

— И как обычно ты напугала своими шуточками хорошего человека?

— Ну почему хорошего? Мы не знаем: хороший он или плохой!

— Плохой не будет дедом Морозом!

— Мам, мы взрослые люди. Хватит уже об этом. Давай спокойно посмотрим телек.

— Это твой характер портится от одиночества. А где ты встретила этот сказочный персонаж?

— Да уже все. Сбежала я от него, чтоб не испортить ему жизнь.

— Я твоя мать! Я тебя слишком хорошо знаю. Испугалась, вот и сбежала. А может быть, он мечтал, чтоб ему именно ты жизнь испортила своими яркими красками?!

— Ага…. Своим мерзким характером.

— Не унижай себя сама. Характер у тебя сложный, но не мерзкий. Если бы ты меня слышала, то давно бы родила мне внуков.

— Так вот в чем дело. Мам, дети родятся от любви или в пробирке. Мы живем в такое время, что любовь случается только к себе самому. Остается пробирка.

— Не говори ерунды. Мы с папой любим друг друга.

— Так вы последние на этой планете.

— Ты сегодня у нас останешься?

— Мам, прости. Надо ехать. Я дома немного поработаю.

— Ты подумай о том, что я говорю. Я тебя очень люблю, доченька.

— И я вас с папой очень.

Я вызвала такси и поехала домой. Девчонки мои, наверное, уже вернулись. Надо подождать пару дней, пока они перестанут злиться и позвонить. Дома пусто и тоскливо. Ложусь спать. Надо выкинуть из головы Стаса. Засыпаю с мыслью, что у него очень красивые, чисто мужские руки.

Просыпаюсь утром, а в душе пустота….. Зачем я сбежала? Там ничего мне не угрожало. Надо было просто отдохнуть. Было же весело. Ну подумаешь, поцеловались со Стасом. И что? Угроз никаких не было. А может быть, и не зря сбежала? Может быть, это чувство самосохранения сработало? Надо позвонить Ларисе.

— Привет, Лар. Ты уже дома?

— Нет, мы с Томкой отказались, чтоб нас отвезли. Теперь едем в такси сами.

— Только едете?

— А что? Мы взрослые, совершеннолетние, не обремененные обязанностями. Что нам мешает погулять сколько хочется?

— Ничто не мешает.

— Тома тебе привет передает. Ладно Ир, доеду перезвоню. Неудобно разговаривать.

— Да. Конечно. Пока.

Они только едут?! Ну и молодцы. Это я дура. В коем веке нам попалась хорошая компания и я сбежала. Кто меня заставлял общаться со Стасом? Там и другие люди были. Ну ничего. Что сделано, то сделано. Значит так надо.

Пошла включила телевизор, завернулась в теплый плед и начала смотреть новогодние передачи. Настроение не поднималось, но Стаса выкинуть из головы на какое-то время удалось.

Так и прошел день. Ночью было гораздо сложнее. Не пойму. Я что скучаю? Вспоминаю постоянно, как он со мной спорил. Он н верит в любовь. Возможно я романтичная дура, но любовь есть. Просто современные люди не умеют ею пользоваться. И многие, такие как я, не пускают её в свою жизнь. Не потому, что не надо, а потому, что другие в неё не верят. И обязательно будет больно. Я счастлива по-своему. Работа высокооплачиваемая, и я по — своему её люблю, родители здоровы и всегда готовы мне помочь, секс есть тогда, когда я захочу, постоянной головной боли в виде постоянного молодого человека нет. Что еще надо молодой, симпатичной, самодостаточной даме? Аааааааааа………….. Проблемы мне нужны!!!!! Хочу просыпаться и готовить кому-нибудь завтрак, стирать грязные рубашки и вонючие носки!!!!!! И почему в центе своих «хочу» я вижу Стаса?! И пусть после будет плохо или больно! И пусть он окажется не таким идеальным! Сама позвонить не смогу, а и телефона не знаю, а если он позвонит сразу на все соглашусь. Это все вертелось в моей голове, когда я засыпала.

Я все сделал, как говорили Ирины подружки. Еле дождался, когда можно стало звонить.

— Алло, Иришка привет. Это Стас.

— Привет, Стас.

— Ир, давай сегодня встретимся?

— Где? Во сколько?

— Тебе сколько надо на сборы?

— Где-то час.

— Давай через полтора часа на Московской в кафе «Старый двор»?

— Хорошо. Буду.

Что-то она быстро согласилась?! Неужели соскучилась? Да нет. Кто я ей?

Я шел пешком, раздумывая о жизни, о Ире, о том, что, думая о ней, почему-то хотел расстаться с холостяцкой жизнью. Чтоб знать, что Снегурочка рядом, все у неё нормально, никто не обидел и она моя! Как так в жизни получается, что во мне борются два человека: гиблый холостяк и чёткий семьянин. Я хочу детей. Двоих или троих, но только чтоб их мамой была Ира, моя Ира. Чтоб у них были её глаза, её улыбка. Я бы дочку баловал до одури, а сын рос бы настоящим мужчиной. Я бы их забирал из садика, водил в школу, я научился бы готовит каши. Стоп. Дети? Сначала надо Ире объяснить, что только я буду рядом с ней. Что я все сделаю для того, чтоб она меня полюбила.

Так размышляя о разном, я зашел в цветочный магазин, купил букет и уже занял в кафе столик. Заказ пока не делал. Ждал. Вот и она.

— Привет ещё раз.

— Привет. Ир, посмотри меню. Что тебе заказать?

— Я неголодная. Просто захотелось из дома выбраться.

— А тут я подвернулся?! Хоть раз в жизни вовремя.

— Стас, не просто выбраться. Ты очень приятная компания.

— Ну да, ты поэтому сбежала.

Подошел официант, и я заказал две порции шашлыка, греческий салат, новогоднее пирожное и кофе. Знаю, что Ира любит кофе с пирожными.

— Чем собираешься заниматься на оставшиеся праздники? — спросил я

— Еще не думала.

— А давай завтра в горы? На лыжах покатаемся?

— Что-то ты без предисловий?! А где процесс очарования?

— А зачем? Ты мне нравишься, а если я тебе нет, то это дело времени.

— Ух, какой уверенный в себе! А если не понравишься?

— Этого не может быть. Во-первых, я уже тебе нравлюсь, иначе ты бы до сих пор от меня не бегала. Во-вторых, я не собираюсь сдаваться, потому что ты мне очень нужна.

— Я должна что-то говорить? Просто твой напор меня в тупик вводит.

— Нет. Ничего говорить не надо. Мы сейчас поедим и пойдем гулять. Вот сейчас надо кивнуть головой знак согласия.

И она кивнула. Правда, смеясь, но кивнула. И мы после гуляли долго. Говорили обо всем. О политике, о погоде, о зиме, о родителях, о друзьях и подругах. Только тему отношений и чувств не трогали. Я проводил Иру домой и, поцеловав на прощание, даже не напросился в гости.

В горы. Мы завтра едем в горы. Это то место, где не просто красота, но и атмосфера очень нужная мне. Я позвонил своему приятелю и заказал двух- местный номер в гостинице в Приэльбрусье. Только там достойная лыжня. Ира говорила, что очень давно, но стояла на лыжах. Вот и хорошо. Я конечно не инструктор, но если не новичок, то напомнить смогу.

Утром я позвонил Ире, уточнил место встречи и время. И обрадовался, что она сможет ближе к обеду. Все за меня. Если мы в обед выедем, то на месте будем только вечером. А значит- будем там ночевать. Вдвоем. И если даже все будет на приличном уровне, то все равно ночь с ней вдохновляет. Я согласен просто лежать рядом и смотреть, как она спит. Я не буду её торопить. Ира должна сама меня захотеть. И не просто быстрый секс, а любовь. Вот что мне надо. И я готов ждать. Я опять набрал своего приятеля, уточнил много ли народа? Оказалось, что все забито, и я попросил его забронировать нам на завтра две пары лыж и всю экипировку на прокат. Собрался и поехал на встречу. Надо приехать пораньше, чтоб она не ждала.

Куда я еду? Зачем мне это надо? Я терпеть не могу горы. Один из моих бывших меня туда постоянно возил. Даже на лыжню ставил, но я туда ездила, чтоб расширить свой кругозор и отдохнуть от загазованного города. Я надеюсь, Стас, ты этого стоишь? А вот и он.

— Ириш, привет. Наш автобус в два. Еще есть полчаса. Я бы пригласил тебя выпить кофе, но в дорогу лучше поменьше жидкости. Ты ела?

— Привет. Да я сытая. Если тебе надо поесть, я с тобой посижу.

— Нет мне не надо. Я купил нам в дорогу бутерброды и воды. Поедим на месте.

— А куда мы едим?

— В Приэльбрусье. Там у меня приятель работает, он нам все организует.

— А ребята не обидятся, что мы их бросили?

— Нет. Все нормально. При желании они всегда к нам могут присоединиться.

Мы сели в огромный автобус, я уснула. Это особенности моего организма. Проснулась я уже на месте. Такая красотища. Горы своей мощью показывали величие Кавказа. Большое количество хвойных деревьев придавали чистоту воздуха и ощущение праздника. Пахло хвоей, мандаринами и чудом. Небо кристально синее и шум мирской суеты. Дышится по-особенному. Я бывала и раньше в горах, да и в Приэльбрусье, но всего этого великолепия не замечала.

— Ир, уже вечереет. Давай поставим вещи в номер и пойдем прогуляемся. Поедим местные блюда.

— А у нас один номер?

— Не улыбайся и не бойся. Номер действительно один. И давай будем честные друг с другом. Я даже не узнавал, есть ли отдельные номера. Но если ты против, сейчас уже ничего не изменишь, но в номере есть раскладное кресло, и я могу спать на нем.

— Я тоже буду с тобой честна. Я не против одного номера, но как мы будем спать еще не решила.

Мы поднялись в номер, положили вещи. Я оделась потеплее и пошли гулять. Как мне раньше могли не нравиться горы? Я что была здесь закрытыми глазами? Эта искрящаяся красота просто захватывала дух. Пока гуляли, видели множество кормушек для птиц. Стас взял напрокат лошадь, и я с инструктором покаталась на ней. Это просто сказка. Я как будто попала в другой мир. Когда шли по аллее, фонари освещали тропинки и в их свете снег искрился, как в сказке двенадцать месяцев. Я держала Стаса под руку и ощущала себя спокойно, уверенно и немного волновалась. Он не первый мужчина в моей жизни, но очень важный для меня. И когда это произошло, когда он стал таким важным, я не заметила. Я шла с уверенностью, что сегодня он будет мой. И не важно, что будет завтра. Не важно: нужна ли я ему буду дальше. Все не важно. Важно только одно, я и он сейчас и здесь. Мы пришли в номер, и я пошла в душ.

Когда вышла, то увидела Стаса в футболке и шортах, сидящем на кресле и смотрящем телевизор. Я была в шортах и майке для сна. Халат я специально не надела. Стас посмотрел на меня пристальным взглядом и отвел глаза. А ну да, если что, есть раскладное кресло. Сейчас. Я медленно подошла и села ему на колени.

— Ир, ты уверена?

— Не порть все глупыми вопросами!

И он меня поцеловал. Тот вихрь бабочек в моем животе, который завелся ещё в коттеджном поселке, сегодня найдет выход или я не Икса!

У меня снесло крышу, как только она вышла из душа. Еле сдерживал себя. Нельзя было спугнуть. Когда она села на колени, я попробовал дать ей последнюю попытку к отступлению. Это будет её ночь. Во всяком случае первый раз её. Я был нежен и послушен. Но удивляло то, что я чувствовал её тело. Я не знал откуда, но я знал и видел то, что ей нравится. Мы спали недолго. Ира взяла инициативу в свои руки. Я сдался. Она моя. И после того как я её открыл, ничто не заставит меня от неё отказаться. Если понадобится, я пристегну её к кровати наручниками и буду доказывать, что она только моя, а я весь полностью её. Я не мог ей насытится. Мне было не все равно, что она чувствует. Мне было очень важно, чтоб ей было хорошо. Мы с Ирой как-то говорили о заботе. Если эту заботу она называет любовью, то я согласен что она есть. Я люблю Иру и хочу о ней заботиться.

— Вставай, соня, пора на лыжню, — поцеловав её в плечо, я уговаривал прежде всего себя.

— Стас, для тебя важно кататься? Я просто не люблю лыжи, — проговорив, она спряталась под одеяло.

— Я с большим бы удовольствием не вылезал бы с тобой из кровати. Но раз мы здесь, и ты не любишь лыжи, может быть, на каток?

— Хорошо. На каток лучше.

— Почему ты сразу не сказала, что не любишь лыжи?

— Мне казалось, что я не люблю и горы. Но после вчерашней прогулки я их поклонница на веки.

Мы оделись и пошли на каток. Столько удовольствия я давно не получал. Шишки на лбу и ушибленные колени-ничто по сравнению с теми эмоциями, которыми я зарядился. И тут Икса падает и подворачивает ногу. Я несу ее в медпункт. Небольшое растяжение. Врач обещает, что завтра уже будет все хорошо. Но на сегодня достаточно. Я несу её в номер. Начинаю снимать с неё верхнюю одежду. Это настоящая пытка.

— Стас, все это того стоит.

— Не понял? Что?

— Ты сейчас меня сам раздеваешь.

— Если бы ты сейчас не была больной, я бы тебя наказал.

И тут она взяла инициативу в свои руки. Сняла блузку, штаны и осталась в одном белье. Я накрыл её одеялом. Она вытащила здоровую ногу и согнула в колене. Я спиной к ней складывал вещи и говорил не поворачиваясь.

— Икса, прекрати. Я не железный. Тут итак была пытка раздевать тебя.

— Ой, не хочешь так и скажи.

Она повернулась ко мне спиной, край одеяла открыл вид её попы. Я лег рядом, обнял так крепко, чтоб поняла, бежать некуда. Я не отпущу. Не могу без нее. Я хочу просыпаться и каждое утро видеть ее. Я почувствовал что- то не так. И понял, Икса прячет навернувшиеся слезы. Нет. Моя девочка, ты будешь плакать только от радости и от переизбытка счастья. И мы занялись любовью. Что-то было сейчас жесткое. Как два голодных зверя, искавшие друг друга и наконец нашедшие. Мы не могли остановится. Я осознавал, что никто мне больше не нужен. Что это моя девочка. Так я и уснул утомленный, но все же не выпустил её из крепких рук. Снилось мне солнце, море и моя Икса в купальнике и с круглым животом. Я знал, что будет дочь.

Какая-то тревога была во сне. И вдруг повеяло холодом. Дрожь. И я проснулся. В кровати я оказался один. Вещей тоже не было. Сбежала……… Поймаю, привяжу……..

Я ехала в автобусе домой и плакала. Слезы сами текли по щекам. Зачем я ему. Так провести время. Вокруг столько молоденьких умных девочек, которые родят ему наследника. Да, у такого мужика как Стас должен быть сын, такие должны размножаться. А я? Что я? Мне уже 35. Да жизнь в рассвете, но менять её в другое русло уже не хочется. Да и я достаточно опытна, чтоб знать, что так хорошо долго не бывает. А зачем привыкать? Мне уже плохо. А если дать надежду на отношения, со временем будет еще хуже. Лучше остановить все сейчас. С таким настроением я и приехала в родной город. И что удивительно в дороге совсем не спала. Добравшись до квартиры, я сняла верхнюю одежду, джинсы, кофту и прям в белье плюхнулась в кровать. Включила телек, там шел фильм «Джейн Эйр». Очень хорошо. Сейчас и поплачу. Я начинала дремать, когда в мою дверь позвонили. Я накинула халат и пошла открывать.

— Икса! Ты почему сбежала?

— Стас, ты как меня нашел?

— Ты плакала? Что случилось?

— Оставь меня, пожалуйста.

И тут Стас перекинул меня через плечо и, закрыв за собой дверь, отправился исследовать мою квартиру. Все бы ничего, но я болталась на плече и не чувствовала комфорта.

— Поставь меня.

— Не могу. Как только я тебя отпускаю, ты убегаешь.

— Куда я сбегу из собственной квартиры?

— Откуда я знаю, что ты еще выкинешь?

— Поставь и давай поговорим.

— Не о чем нам говорить. Ты будешь делать то, что я скажу, потому что сама правильные решения ты принимать не можешь.

— С чего ты взял?

Стас ставит меня на ноги и начинает целовать. И пол уходит из-под ног. Я ему непросто отвечаю, я хочу его всего сейчас же. И тут поцелуй прекращается.

— И ты готова отказаться от этого? Ты готова жить одна, только из-за того что когда-то давно какой-то козел, который не достоин, чтоб его вспоминали, не понял какой ты бриллиант?

И не дав мне ответить, стал опять меня целовать. И как только я перестала вырываться Стас продолжил.

— Если ты сейчас меня прогонишь, я уйду, но вернусь еще не раз, потому что я люблю тебя, потому что хочу просыпаться рядом с тобой, потому что хочу дочь, похожую на тебя.

— Ты же не веришь в любовь?

— Даже великие имеют право на ошибку.

— Не отпускай меня никогда.

— А я и не смогу тебя отпустить, даже если ты умолять меня будешь.

И мы опять занялись любовью. И уснули вместе, обнявшись. Я знала, что не убегу, потому что не хочу.

Мы мирно спали, когда в двери раздался настойчивый звонок.

— Ирочка, ты кого-то ждешь?

— Нет.

— Если хочешь я встану и прогоню любого, кто там?

— Нет, я сама. Может быть, это соседи?

Я сползла с кровати и, накинув халат, пошла открывать. На пороге стояли встревоженные папа и мама.

— Ирина, у тебя телефон двое суток не доступен?!

— Мам, он скорее всего разрядился.

— Дочь, кто так пугает уже не молодых родителей? — проговорил папа, проходя в квартиру.

— Ирина, ты не одна? — спросила мама, увидев валяющуюся куртку Стаса.

Я не успела ничего ответить, как из комнаты в футболке и штанах вышел Стас.

— Здравствуйте. Меня зовут Станислав. Конечно я планировал этот разговор в другой обстановке, но пока меня Ира не убила, хочу вам сказать, что, если вы не против, я хочу жениться на вашей дочери. И чтобы все присутствующие могли поверить и познакомиться со мной поближе, приглашаю вас всех сегодня вечером к моим родителям в гости.

Мы с мамой были в шоке и молча смотрели на Стаса.

— Молодой человек, а вы уверены, что выживете после того, как моя дочь вернет себе речь?

— Ну до регистрации ждать два месяца, за это время у меня синяки сойдут. Да и предупреждаю: все это время она будет привязана, чтоб не сбежала.

— По рукам, — вымолвил папа и пожал Стасу руку.

В день нашей свадьбы я уже знала, что беременная. Но своему любимому мужчине не сказала. Скажу сразу после банкета. Я счастлива. Все время с того дня, когда Стаса у меня в квартире застукали родители, мы с ним не расставались. Где-то месяц назад я убирала в квартире и нашла ту самую лотерею. Показала её своему будущему мужу, и он решил, что это будет первый наш совместный талисман. Вот после этого как не верить в чудо? Чудеса есть. И одно самое теплое — это взаимная любовь!