— Я не догоняю, в чем проблема, Гейб? — спросил я, пожав плечами.

— Не называй меня Гейбом, — он вытянул палец, создав лианы, которые спустили баннеры на пол. — Слушай, я знаю, что ты взволнован, — я несколько раз кивнул.

— Но давай не будем пугать их, указывая на два самых болезненных момента в их жизни, хорошо?

Я начал мурлыкать, покачиваясь на ногах. — Ладно, обойдемся без плакатов. Я просто хотел, чтобы они знали, что мы совершенно не против того, кем они являются. Я могу наложить иллюзию на свои радужки, чтобы они стали черными, как у Тори? — предложил я.

— Нет, — сказал он, покачав головой.

— Я могу рассказать Дарси о том, как Райдер трахнул учительницу, а ее в итоге арестовали, опозорили и разрушили всю ее жизнь?

— Не делай этого, — предупредил он.

— Да, да, Орион не такой, конечно, но она могла бы сблизиться с Райдером из-за их общих интересов. О, это напомнило мне, я написал несколько карточек с тезисами, — я достал стопку из кармана. — Ну, технически, их написали мои Минди. Они исследовали все любимые вещи Тори и Дарси и составили досье для меня.

— В этом нет необходимости… — начал он, но я перебил его, зачитав один из моих потрясающих тезисов.

— Итак, Тори, ты сказала «нет» звездам и отказалась связать себя узами с сыном самого психованного человека в Солярии. Давай обсудим.

— Леон, — прорычал Габриэль, направляясь ко мне с таким намерением, словно собирался выхватить у меня карточки. Но я бы умер за свои карточки.

— Ребенок пинается! — Элис влетела в комнату, ее сиреневое платье закрутилось вокруг ног, а затем снова опустилось вниз, повиснув на небольшом бугорке живота.

Данте вбежал в комнату, мокрый и голый после душа.

К черту карточки. Я бросил их Данте в лицо, чтобы ослепить, пикируя на его пути, когда я опустился на колени и прижал ухо к животу Элис вместе с рукой, мурлыча еще сильнее.

— Stronzo, — огрызнулся он, используя свою магию воздуха, чтобы отбросить их от себя, и опустился на колени рядом со мной, положив свою голову рядом с моей, так что мы смотрели друг на друга.

— Леон, это щекотно, — засмеялась Элис, запустив пальцы в мои волосы, отчего мои глаза заслезились от приятных ощущений.

Габриэль придвинулся к ней сзади и поцеловал ее в висок, а затем положил руку на ее животик.

Появился Райдер со шляпой Шрама, которая все еще левитировала над его головой, медленно вращаясь, когда он поспешил присоединиться к нам, просунув руку между моими и Данте лицами, прежде чем крепко поцеловать Элис в губы.

— Насколько сильно он пинался, carina? — спросил Данте. — Так же сильно, как Штормовой Дракон?

— Чувствуется ли, что он пушистый, как маленький Львенок? — потребовал я.

— Или хладнокровным, как я? — спросил Райдер, мрачно улыбаясь.

— Тсс, он собирается сделать это снова, — возбужденно сказал Габриэль, и мы все затаили дыхание. В последнюю секунду пальцы Габриэля переместились прямо на то место, где пинался ребенок, и я быстро поднял руку, чтобы тоже почувствовать это, словно крошечные крылья бабочки прижались к моей ладони.

— Вау, — вздохнула Элис, ее глаза светились чистым волшебством.

Данте тоже переместил свою руку туда, как раз когда он снова зашевелился, и мы все засмеялись, кроме Райдера, который хрюкнул, пропустив это, и переместил свою руку рядом с моей, пытаясь почувствовать это.

— Вот, — Габриэль взял запястье Райдера, переместив руку чуть ниже, и глаза Райдера расширились, когда он почувствовал удар. Мы все посмотрели на Элис, и мое сердце заколотилось от мощной энергии, от которой казалось, что оно вот-вот разорвется.

Что-то мягкое и теплое прижалось к моей ноге, заставив меня посмотреть вниз, и я понял, что голый член и яйца Данте лежат прямо на моем колене.

— Эм, чувак… — пробормотал я, глядя на Элис, застывшую на месте, когда его рот приоткрылся и он потерял дар речи. Я не хотел все испортить, но в то же время я был в состоянии кризиса. То есть, не то чтобы я раньше не находился в непосредственной близости от его Драконьего члена, но я раньше не служил опорой для этого члена. Этот член был тяжелым, и даже когда я пытался игнорировать его и оставаться в моменте, который мы все разделяли, мой взгляд постоянно возвращался к нему.

Я просто притворюсь, что его там нет. Проявим элегантность.

Или, может быть, я смогу сместиться назад настолько, чтобы он соскользнул с моего колена…

Я попытался это сделать, моя спина тут же уперлась в ногу Райдера, которая загораживала меня, и я попытался сосредоточиться на споре, который они все вели о том, как назвать нашего ребенка — Леон Младший — и сосредоточился на своей дилемме.

Может быть, если я просто аккуратно приподниму, я смогу незаметно для него снять его. Но за что мне его поднимать — за яйца или за член?

За оба. Определенно за оба.

Ладно, малыш, давай вернем тебя домой.

Я сделал обхватывающее движение обеими руками, схватив его член, но он тут же ударил меня молнией, которая бросила меня в Райдера и повалила нас обоих на задницы.

— Черт, — простонал Райдер, питаясь нашей болью, а моя кожа зашипела от треска штормовых сил Данте.

— Dalle stelle, — выругался Данте, поднимаясь на ноги. — Какого черта ты делал?

— Ты мог бы предупредить меня, что он собирается это сделать, — я сузил глаза на Габриэля, который был единственным, кто держал Элис в своих объятиях, целуя ее шею, как будто он понятия не имел, что происходит. Но когда он поднял взгляд, на его губах появилась знакомая ухмылка, и он пожал плечами.

— Я отвлекся, — сказал он.

— Чушь собачья, — обвинил я, а Элис начала смеяться, указывая на меня.

— Леон, твои волосы, — она засмеялась сильнее, когда Райдер оттолкнул меня от себя, и мы вскочили на ноги. Я нахмурился и стал поглаживать свои волосы, понимая, что из-за статического электричества они торчат во все стороны, и рев гнева покинул меня, когда я подбежал к настенному зеркалу.

— Нет! Я потратил несколько часов на прическу! — я закричал, пытаясь расчесать волосы пальцами, но это было бесполезно. Мне нужны были сыворотки, расческа для афро, мой спрей для распутывания — нет, не было времени. Не было времени, черт побери. Спрея должно было хватить самого по себе.

— Не драматизируй, — сказал Райдер, закатив глаза, его коротко подстриженные волосы были такими же скучными и неподвижными, как всегда, а потом раздался звонок в дверь, и я застонал, сжимая волосы обеими руками.

— Они не должны видеть меня в таком виде!

— По крайней мере, ты блядь одет, — сказал Данте, поспешно выходя из комнаты, и я побежал за ним, чуть не сбив его голую задницу, пока взбегал по лестнице, паника раздирала мои внутренности.

— Их не будут волновать твои волосы, — позвал меня Габриэль, но даже если это было правдой, это был вопрос гордости. Мои волосы показывали мой статус Льва, и я хотел, чтобы его сестры думали о его брате в законе только самое лучшее.

Я забежал в ванную комнату, порылся в средствах у раковины в поисках своего спрея для распутывания волос.

— Маленький монстр, где спрей «Удивительный Лев»?! — крикнула я ей.

— Я использовала последний из них сегодня утром для укладки твоих волос, — ответила она.

— Нет, — задохнулся я, в ужасе качая головой, когда увидел пустой флакон в мусорном ведре. Я упал на колени, схватил бутылку и сорвал с нее крышку, пытаясь призвать что-нибудь изнутри, но ничего не вышло.

Я схватил расческу с раковины и остался на полу, пока проводил ею по волосам, пытаясь сгладить пушение, но времени не хватало, чтобы сделать все идеально.

Шаги донеслись сюда, и я запаниковал, попятившись назад на заднице, пока моя спина не ударилась о ванну, и я схватил полотенце, набросив его на голову за полсекунды до того, как дверь открылась.

— Клянусь звездами, Муфаса, — вздохнул Райдер. — Вставай и перестань быть смешным. Близнецы здесь, и они хотят с тобой познакомиться.

— Нет, — сказал я. — Не в таком виде. Я отвратителен.

Его шаги раздались ближе, и он смахнул полотенце с моей головы, хмуро глядя на меня, сложив руки. Его темно-зеленая рубашка подчеркивала его глаза. Он выглядел идеально. Как и должен выглядеть Василиск с его сердитым лицом, скрывающим маленькую милую гадюку внутри, которая просто хотела прижаться ко мне. Это было несправедливо. Я тоже должен был выглядеть идеально.

Я бросился на него, вцепился пальцами в его рубашку, наполовину взобравшись по его телу и повиснув на его плечах. — Помоги мне, — умолял я.

— Аргх, слезь с меня, — он пытался отцепить мои руки от себя, но я не отпускал.

— Ты ведешь себя как ребенок, соберись.

Я прильнул к нему, уткнувшись лицом в его шею и издавая жалобное мычание. — Пожалей меня, Райдер. Пожалей меняяяя, — Харизма вытекла из моей плоти, и он вздохнул, похлопав меня по спине и уделив мне немного внимания, в котором я нуждался, чтобы успокоиться.

— Иди за мной, засранец, — он отстранился от меня, и я поплелся за ним через дверь в комнату напротив, которую он использовал как лабораторию зелий. На стенах были вентиляционные отверстия, посреди комнаты стоял большой круглый стол с котлом, на котором лежала куча книг и ингредиенты. У задней стены стоял огромный стеллаж, полный всевозможных эликсиров, трав и тоников бесконечных цветов.

Он подошел к ним, взял со стеллажа три разных эликсира и подошел к котлу, чтобы начать их смешивать. Я заглядывал ему через плечо, внимательно наблюдая за его работой, и он дергал плечом каждый раз, когда я упирался в него подбородком.

— Вот, — объявил он через пару минут, протягивая мне каплю кремообразной пасты на кончике пальца.

Я наклонил голову в знак подношения, и он на секунду поджал губы, прежде чем уступить и втереть пасту в мои волосы, проводя пальцами по ним, чтобы убедиться, что она распределена равномерно. Это было так приятно, он гладил мои волосы пальцами, и я громко замурлыкал, заставляя его бормотать ругательства себе под нос.

Когда он закончил, я поднял руку, ощущая шелковистую гладкость волос, и мои губы удивленно раздвинулись. — О мои звезды, как это выглядит?

Он пожал плечами. — Как волосы.

— Райдер, — проворчал я на его отсутствие чувства стиля, затем повернулся и побежал в ванную, чтобы проверить прическу.

Это. Идеааально.

— Вот дерьмо! — воскликнул я и побежал обратно, чтобы застать его идущим к лестнице, ухмылка играла на его губах, пока я шагал в ногу с ним. — Спасибо, Райдикинс.

Я прижался к его лицу, он отмахнулся от меня рукой, но его ухмылка только усилилась, когда мы спустились вниз.

— Не могу поверить, что мы наследники трона Солярии, — взволнованно сказал я.

— Это не так, — возразил Райдер.

— Нет, это так, — настаивал я.

— С чего ты это взял? — спросил он в замешательстве.

— Потому что мы наследники в законе. Если бы близнецы умерли, и Габриэль умер, и Данте умер, и, не дай звезды, Элис умерла, то мы были бы следующими в очереди.

— Это совсем не так, — сказал Райдер, покачав головой.

— Так и есть. Ты и я должны были бы бороться за трон, и когда я выиграю…

— Я бы победил, — перебил меня Райдер, полностью уверенный в этом.

— Никаких шансов, — насмешливо ответил я. — Тебе все равно придется прийти и убить меня после того, как я займу трон, потому что после смерти Элис вся эта власть ударит в мою голову, и я стану суперзлодеем, который установит закон, чтобы все люди выкрасили свои волосы в сиреневый цвет. У меня были бы Минди, которые служили бы моим Минди, и я заставил бы их всех одеваться как ты, Гейб и Данте, чтобы я мог вспоминать старые добрые времена, но иногда мне было бы так грустно видеть вас всех, что я бы пошел на убийство Минди и…

Мы вошли в кухню, и мои слова замерли в горле, когда мой взгляд упал на них. Две близняшки Вега. Девочки, о которых я так много слышал, следил по новостям, заставил Габриэля рассказать мне каждую деталь их существования, и теперь они были здесь, на моей кухне, пили мой лимонад из моих тематических чашек «Король Лев», дышали моим воздухом.

— Сделай вдох, Леон, — подбодрил Габриэль, обнимая Элис, рядом с которой стояли его сестры. Сестры от другого мужа, но все равно я видел сходство. Они были похожи на него даже больше, чем я понял по фотографиям.

— Привет, — сказала Дарси, ее голубые волосы выдавали ее, махнув рукой в знак приветствия мне и Райдеру.

— Мы много слышали о вас, ребята, — сказала Тори с ободряющей улыбкой.

— Габриэль не умолкает о вас двоих, — сказал Райдер, подавшись вперед, чтобы пожать им руки, как неловкий сельдерей.

Данте двинулся вперед, чтобы поприветствовать их своей золотой чашей, ярко улыбаясь. — Alla nuova famiglia — за новую семью.

Они выпили за это, пока я продолжал таращиться, не в силах заставить свои ноги двигаться, а Тори взглянула на Габриэля и едва заметно дернула головой в мою сторону в вопросе. Она была вздорной, наверняка ей хотелось бы посмотреть на мою украденную коллекцию мечей. Может быть, она даже согласится сыграть со мной в поединок — хотя Гейб запретил мне играть в него после того, как я чуть не отрезала ногу Данте. Он был таким занудой. Наверняка Дарси понравится мой надувной домик, но Гейб не любил, когда я играл в нем без присмотра, поскольку я уговорил одного друга другого друга наложить на него воздушные чары, которые отправляли меня в полет на триста футов в небо, когда я подпрыгивал. Но у Дарси была магия воздуха. Она могла бы стать моей страховкой.

О мои звезды, это будет лучший день в моей жизни. Если бы только я мог заставить себя двигаться, или говорить, или делать хоть что-нибудь, кроме как просто смотреть.

— Все в порядке, Леон, — подбодрила Элис.

— Только не… о черт, — выругался Габриэль, собираясь перехватить меня, но было слишком поздно: я вырвался из своего транса и устремился к близнецам с распростертыми руками. Их глаза расширились, прежде чем я притянул их в самые яростные медвежьи объятия, известные человеку, лучше, чем мог бы дать любой Медведь-перевертыш.

— Я Леон, — сказал я с интенсивным мурлыканьем. — Леон Найт из рода Найтов, лучший вор в Солярии и ваш новый брат.