Шарух подставил мою семью и прибрал власть на землях оборотней в свои руки. Из-за него я росла без матери и осталась сиротой в восемнадцать лет. Но этого ему оказалось мало. Он хочет возродить род лиловых ирбисов и для этого ему нужна я - последняя из рода.
Я - Алитея Пуш спрячусь в Высшей Школе Артефакторов, чтобы создать артефакт правды и открыть истинное лицо Шаруха. Я брошу ему вызов и верну честное имя своего рода — Верпушт.
Но что мне делать с директором и нашим притяжением?
Самостоятельная история. ХЭ
Артефакт правды
Глава 1
— Алитея! Пойдём с нами отмечать поступление, — Яруш тянула меня за руку, но я сопротивлялась.
— Идите одни, я не могу, — вырвала руку и спрятала за спину.
— Но занятия только завтра…
— Я устала после экзамена и хочу отдохнуть, а не бегать и танцевать. Повеселись и за меня тоже.
— Вредная!
— Ага, — мило улыбнулась. — Буду очень—очень благодарна, если принесёшь пирожок.
Рыжая коса взметнулась, и моя соседка скрылась за дверью ничего не ответив. Я покачала головой, этой девушки слишком много, как бы не возникли ненужные мне проблемы.
Мы познакомились сегодня на вступительных экзаменах в Высшую Школу Артефакторов. Сами экзамены были просты, но сокрытие личности и истинной магии забрало почти все мои силы.
Шарух меня найдёт. Обязательно. Только до тех пор, пока я за стенами школы даже правитель не может меня достать — магия защищает всех. Сейчас это самое безопасное место.
Зябко растёрла плечи, накрылась с головой пледом и закрыла глаза.
— Алитея! — грубый рывок и мои глаза распахиваются. — Слушай, соседка, если ты так и ночью будешь орать, то я напишу на тебя жалобу.
— Я… я… — взгляд блуждал по небольшой комнате с двумя кроватями, столами и шкафами. На стене всё те же две книжные полки, пока полупустые, но скоро там будет много жильцов. На окне красные шторы, а за окном — темно.
— Я — Яруш, а ты — Алитея. Мы в школе, успокойся. Знаешь, моя тётушка капли пьёт, чтобы кошмары не снились, хочешь я спрошу у неё какие?
— Настойка пиона, с ромашкой, валерианой и тремя каплями росы с лепестков белого лотоса, — ответила, совершенно не задумываясь. Кочевая жизнь научила разбираться в травах.
— О, ты знаешь? — её жёлтые глаза загорелись. — А сможешь приготовить?
— Тебе-то зачем? — пригладила волосы и спустила ноги на прохладный пол. — Что, тоже кошмары мучают?
— Мы их продавать будем!
— Кошмары? — тряхнула головой и пошла к столику, на котором стоял графин с чистой водой и два стакана.
— Да нет же. Капли!
— У тебя есть несколько литров росы с белого лотоса? — прохладная вода смывала липкий страх, возвращая ясность мысли. — Или родственники среди демонов?
— Зачем они нужны! — она отмахнулась и откинула рыжую косу за спину, — Без них будут обычные успокоительные капли. Мы же в школе, а тут каждый день стресс! М? Сделаешь?
— Яруш, эти капли можно и самому купить в городе, или бесплатно взять у школьного целителя.
— Ты неправа. Я всё узнала, — богиня, за что ты так со мной? Это же стихийное бедствие с неуёмной энергией! — У целителя взять можно, но сначала объяснить причину, и не чаще одного раза в неделю. И то, будут разбираться, что да как, и почему. В городе эти капли стоят десять медяков, а мы будем продавать за шесть. Делим поровну, чтобы не обидно, но я согласна и за четыре продать.
— А потом у директора будем долго объясняться, и вряд ли это поможет. Нас исключат из школы, а мне она очень нужна.
— Алитея, милая, сама подумай, неужели деньги будут лишними?
— Деньги не бывают лишними, но и нарушать правила я не буду. Ты понимаешь, что за это накажут? Причём это будет справедливо.
— Пфф, тоже мне борец за справедливость! — она подошла и заглянула в глаза. — А я тебе пирожок принесла. Эх ты.
— Спасибо, — достала из мешочка два медяка и положила на стол. — Яруш, тебе деньги нужны, да?
— Ну… — она пожала плечами и, отвернувшись, стала что-то искать в сумке.
— Прости, ты из простой семьи и теперь на самообеспечении?
— Можно подумать ты богачка, — фыркнула и, достав стопку тетрадей и перьев, начала раскладывать на столе и по ящикам, — Или у тебя титул есть?
— Нет! Откуда у простого человека титул? — врать не люблю, а что делать? Не скажешь же, что я принцесса. Бывшая. Вернее, так и не ставшая ею, ведь мама встретила отца после того как…
— Вот и я о том же, значит и тебе деньги нужны. Ну что плохого в том, чтобы заработать на своих знаниях?
— Яруш, ничего плохого, но за стенами школы. А здесь есть правила. Ну, хочешь сходим к директору и попросим работу? Уверена, что свободные руки всегда нужны.
— Вот ещё, буду я тут работать, — надула губы и отвернулась. — Тут себе пару искать надо. А кто ж возьмёт ту, которая грязной работой занята? Все же будут смеяться.
— Ну и пусть смеются, зато у тебя каждый месяц монетки звенеть в мешочке будут. А ещё проверять станешь, кто достоин твоего внимания, а кто нет.
— Деньги — это хорошо, — мечтательная улыбка растянула её губы. — А что за проверка?
— Всё просто, если парень над тобой смеётся или стесняется твоей работы, то он не твой. И время на него тратить не надо.
— Ишь, как ловко говоришь! Это ты простой человек тебе всё равно, а я рысь. Понимаешь? Мне пара нужна.
— Тем более, твоей паре всё равно, кто ты и чем занимаешься.
— Только пару встретить невероятно трудно…
— Да всё в этой жизни трудно. Без усилий, терпенья и упёртости ничего не добьёшься, — я пошла к тумбочке за своей сумкой и вернулась к столу. Завтра первый учебный день и у меня тоже.
Отец давно готовил меня к поступлению, всё рассказал и всему обучил. И тайник за городом давно дожидался. В этой сумке есть абсолютно всё, что может мне понадобиться во время обучения и даже больше. Отец лично её собирал и говорил, чтобы я и мысли не допускала выйти за ворота школы.
— Ого, а что это у тебя за сумка такая? — Яруш протянула руку к ней, но замерла испуганно на меня глядя.
— Обычная, просто с хитрым артефактом. Можешь потрогать она не кусается, — хотя есть такие, что могут. Но, как по мне: это дикость такую сумку создавать, и уж тем более ею пользоваться.
— О, — как только она не крутила сумку и вовнутрь заглядывала, и всё это со счастливой улыбкой на лице. — Алитея, я не понимаю, зачем тебе здесь учиться, если ты уже мастер?
— Да какой из меня мастер? Так подмастерье. Мастер — мой отец. Был, — я не строю иллюзий, что он жив. Нет. Шарух не знает пощады.
— Прости. Но сумка классная! Я бы от такой тоже не отказалась. Удобно.
— Выучимся, и создашь для себя такую же. Или даже лучше.
— Спасибо, — она обняла меня за плечи. — Ну ладно, не мешаю, пойду в душ.
А я разложила тетради, книги, которые отец любил, уважал и вообще считал настольными для артефакторов. Перья и чернила гордо выстроились в ряд радуя глаз чистотой.
Назавтра у нас значилось три пары: «Стихии в артефакторике», «Этика артефактора» и «Контроль своего дара». Подготовила всё необходимое и оставила сумку на столе.
Я завидовала Яруш, после душа она расчесала волосы и уснула, едва голова коснулась подушки. А мне было страшно засыпать вновь. И капли у меня есть, но использовать их каждый день совершенно не хочется, вдруг привыкну?
Переоделась в синюю юбку с широким белым поясом и лавандовую блузку и пошла гулять. Днём я обратила внимание на прекрасный сад. Мне показалось, что он будто оставшаяся часть дикого леса.
Древние деревья, дурманящий аромат сырой земли и зелени. Моя сущность рвалась со всех лап пробежаться по податливому ковру. Но нам нельзя. Сначала стоит найти укромное место, чтобы, даже случайно, никто не забрёл сюда.
Жизнь в бегах научила многому, особенно скрывать свою истинную сущность. Я последняя из лиловых ирбисов, которые для всех давно вымерли. Последняя из рода. И значит я должна за всех отомстить, и восстановить доброе имя славного, некогда правящего, рода Верпушт.
А пока для всех я Алитея Пуш. Простая человеческая девушка. Сирота. И придётся отыгрывать роль, ведь у сироты не может быть много денег, особенно десять тысяч золотом. Что я там говорила Яруш, надо к директору пойти? Очень надо, иначе могут возникнуть ненужные вопросы. Да и золото в стенах школы менять негде.
Взошедшая Родания окрасила всё в лиловый цвет. Я осмотрелась, вроде бы сюда никто забрести не сможет, скрылась за толстым деревом и вышла обычным лиловым ирбисом.
В истинном обличье вся власть принадлежит зверю: игривому, сильному и, иногда, беспощадному. В этот момент все чувства обостряются, слышны такие звуки о которых человек даже не догадывается.
Вволю набегавшись и накатавшись, я вернулась к своему дереву, где вновь стала человеком. Следующая прогулка не раньше, чем через неделю. И в эту часть парка лучше не ходить — зверь рвётся наружу.
Мой первый оборот прошёл не так давно, около полугода назад, поэтому сдерживаться всё ещё трудно. Теперь я знаю, что настоящий лес манит зверя сильнее красивого парка.
— Адептка! — я испуганно замерла и оглянулась. — Что это вы ночью делали в лесу?
О богиня, что же так не везёт, когда я успела настолько тебя прогневить? Ко мне медленно шёл директор. И это не сулило ничего хорошего.
— Что же вы молчите? — от него пахло свежестью луговых трав и морозным утром. Инстинктивно втянула поглубже его аромат. Моя кошка урчала и готова была тереться о его ноги. И чем ближе директор подходил тем больше становились мои глаза. — Вам плохо?
— Нет! — отскочила от протянутой руки. Это же невозможно! Это… это… только не сейчас. Соледар (прим.автора богиня этого мира) не будь такой жестокой. — П-простите директор Дамир. С-со мной всё хорошо. Я немного заблудилась… да… лес, это же настоящий лес, верно?
— Да, — прищурившись, мужчина внимательно осматривал меня с ног до головы и обратно, и, к счастью, остался на месте. — А зачем вы в лес пошли? Вы же человек.
— А что люди не могут в лесу гулять? — мысленно хлопнула себя по лбу. — Я никогда такого не видела, поэтому пошла убедиться, что это настоящий лес, а не иллюзия или… Или так посаженый парк.
— Убедились?
— Да, — ещё и активно закивала с самым честным выражением лица, на которое оказалась способна в этот момент.
— В таком случае не смею задерживать, — рукой показал в сторону общежития. — И дружеский совет: не ходите туда — это территория оборотней. Не думаю, что резко появившейся медведь или волк обрадуют вас.
— Конечно, директор Дамир, — сделала книксен. И поспешила прочь, как можно быстрее, но чтобы это не было похоже на бегство. Хотя это оно и есть.
От нашего директора лучше держаться подальше. Мало того, что он непростительно красив: чёрные волосы слегка вьются, пронзительный взгляд янтарных глаз, твёрдая линия подбородка; так ещё и рядом с ним моя кошка сходит с ума. Это всё запах морозного утра. Точно. Чувствует родное.
В комнате темно, но мне свет особо и не нужен. Мне нужно уединённое место для осуществления своей задумки. Но где его здесь взять? Развернуть шкаф — привлечь и без того любопытную Яруш. В лесу — оборотни. В парке просто негде. В учебном корпусе?
Ладно беру два дня на то, чтобы найти тихое место без посторонних глаз и завтра же иду к директору просить работу. Соледар, хоть в этот раз не подведи — пусть Яруш работает отдельно от меня, а?
Как бы мне не хотелось, но капли выпила, потому что нужно выспаться и отдохнуть. Пока есть возможность и Шарух не нашёл меня.
— Алитея, хватит спать! — ледяная рука дёргала мою ногу. — Через час все собираемся во дворе.
— Спасибо, — села с закрытыми глазами. Вот он, побочный эффект этих капель — долгий сон, а если его прервать, то проснуться сложно, разве что холодная вода. Поёжилась, и на ощупь пошла в душ. Холодный. А что делать? Через час директор будет речь говорить.
В отличие от Академии, в школе не носили мантии, а была просто форма: серое платье с белым воротничком и манжетами. Надела сумку через плечо, и полностью готовая к новому дню, вместе с Яруш пошла в школьный двор.
— … И помните, адепты, то, что вы носители бытовой магии не делает вас хуже, — что директор говорил до этого, не услышала. Стоило его увидеть и кошка жадно пыталась уловить запах морозного утра. Я специально стала в самом конце, чтобы она меня не отвлекала, но, кажется, это не помогло. А может просто вчерашняя память сработала? Призвав проказницу к порядку, сосредоточилась на словах мужчины. — Только от вас самих зависит то, как к вам будут относиться окружающие. Помните, что честь и достоинство — это важные качества для любого. Радостного обучения и интересных открытий.
Мы поаплодировали и пошли каждый в свою аудиторию.
— Алитея, ты чего в конце стала? Наш директор такой мужчина, — Яруш мечтательно прикрыла глаза. — Говорят свободный, даже подружки нет. Как ты думаешь, почему у такого и никого нет?
— Не хочет. Уверена, что с нами ему достаточно весело, чтобы кого-то ещё и искать.
— Думаешь? — она резко остановилась, дёрнула меня за руку и наклонилась, чтобы прошептать. — А может он с ученицами крутит, м?
— Тьфу ты, глупая! Что за вздор?! — вырвала свою руку, и поспешила на урок. У этой рыси ветер в голове, а ещё она всё время ко мне прикасается, дёргает или тянет. Такое чувство, что ей надо убедиться, что собеседник живой и рядом.
Аудитория небольшая, на двадцать одиночных столов. Я заняла свободный — первый у стены, к сожалению, возле окна оказался занят.
— Доброе утро, адепты, — в класс вошёл преподаватель, а заодно и наш руководитель. Оборотень. Пепельные волосы аккуратно зачёсаны назад, зелёные глаза с прищуром внимательно осмотрели нас. — Рад, что все собрались и пришли вовремя.
Конечно, попробовал бы кто-нибудь опоздать, пришлось бы отрабатывать на кухне. А кто туда хочет по доброй воле? Впрочем, наверное я и буду хотеть. Иначе где мне ещё смогут предложить работу в школе?
— Сегодня у нас тема «Стихии в артефакторике». Разберём для начала нашу ведущую стихию — эфир. Как вы знаете, эфир пронизывает всё, и из него же всё и состоит. Как будущие артефакторы, вы должны уметь с ним взаимодействовать, вплетая или проявляя другие стихии. Нам до конца не удалось изучить эту стихию, впрочем, как ни одну другую. В каждой есть какая-то загадка. Но артефактор — это не сказочник. Это ответственность, прежде всего. Вступая в контакт со стихией, самое главное — иметь чистые помыслы, иначе результат может оказаться плачевным.
— Эр Алик, а как тогда создавать артефакты разрушения или болезни? — вихрастый рыжий парень с последней парты, склонив голову ждал ответ.
— Для начала, адепт Мирко, после уроков вы почтите кухню для отработки, в целях воспитания дисциплины, — парень нахмурился и поджал губы. Да, нам вчера рассказывали правила, но любопытство, иногда, бывает быстрее. — А что касается ответа на ваш вопрос… Может у кого-то есть предположения?
Мы молчали, и тихонько переглядывались глазами, насколько это было возможно, чтобы не крутить головой.
— Ну же, смелее, за это оценки ставить не буду, — учитель ненадолго улыбнулся и вновь стал серьёзным. — Но вы уже сейчас должны учиться думать и брать ответственность за возможные решения и последствия. Да, эра Алитея?
— Я вижу два варианта. Первый — я не желаю никому причинить вред, а лишь выполняю работу. А второй — создавая такой артефакт, я плачу… ну не знаю, возможно, своим здоровьем.
— Спасибо. Кто-то ещё видит другие варианты? Да, эр Оник?
— Я думаю, что в энергии разрушения нет ничего плохого изначально. Всё зависит от того, на что мы её направим. Ведь, например, добывая драгоценные камни, мы разрушаем землю. Это плохо или хорошо?
— Спасибо. Ещё? — но больше желающих не нашлось, и учитель продолжил. — В целом каждый из адептов в чём-то прав. Энергия — это просто энергия, она неплохая и нехорошая. Она есть. Наш внутренний настрой определяет возможности артефактов. И плата… это, пожалуй, самый сложный и неоднозначный момент.
Мужчина слегка нахмурился, прошёл на кафедру и сел за стол. Мы затаив дыхание внимательно слушали, боясь пропустить хоть слово. Артефакторика — это не пыль гонять по потолку. Тут всё серьёзнее.
— Ежесекундно мы за что-то платим. Например, сейчас вы получаете образование и платите своим временем, возможно, иногда здоровьем. К сожалению, несчастные случаи у нас нередки. Кто-то из вас будет покупать дополнительные книги или расходные материалы. О том, сколько энергии надо вложить и говорить не стоит. Точно так же и с созданием чего-либо. Мы творцы, и хотим мы того или нет, но оставим частичку себя в изделии. Вы будете проходить, как снимать свои следы, но что ушло — обратно не возвращается. Во всяком случае, не так просто. И что касается ответа на ваш вопрос, адепт Мирко, если вы хотите создать артефакт разрушения, то для начала увеличьте свою силу и опыт хотя бы до пятого уровня.
Мы громко выдохнули. Пятый уровень — это… это очень сильный маг. Насколько я знаю, на наших землях такого нет. У моего отца был четвёртый, и он рассказывал, что до пятого подняться могут единицы, или правящий род.
— И когда он у вас будет, вы сможете создавать поистине страшные вещи, но даже в этом случае плата неизбежна. Спрашивайте, адепт.
— Эр Алик, и чем тогда платят?
— А об этом вам расскажут на истории, — тёмная тень пробежала по его лицу. Недовольно поджал губы и открыл свой конспект. — А сейчас переходим к теме «Эфир в артефакторике».
Дальше мы быстро записывали и зарисовывали схемы и плетения. Не знаю как ребята, но даже я, казалось бы, уже практик, устала от обилия информации. Поэтому когда прозвенел звонок дружный вздох облегчения сорвался с наших губ, отчего учитель улыбнулся, и тут же стал серьёзным:
— Это только начало, дети. Готовьтесь, дальше будет сложнее и насыщенней.
Неужели к такому можно быть готовым? Остаётся только надеяться, что усложнять будут постепенно.
— Слушай, как тебе Оник? — Яруш тихонько шептала мне на ухо. — По-моему, очень умный парень.
— Мне никак. И тебе тоже не стоит строить иллюзий. Он мужчина, а значит и первый шаг должен делать он.
— Злая ты. А что делать, если он мне нравится, а я ему нет?
— Ничего. Просто это не твой мужчина и скажи «спасибо» богине, что отвела от ненужной траты времени.
— Алитея, ты же красивая и молодая человечка, где твоя романтика и нежность?
— Ну знаешь, — сначала хотела возмутиться, а потом, вспомнив о своей роли, выдохнула и спокойно продолжила. — Если человек, то это не значит, что будут розовые пузыри и вздохи. Голова должна быть на плечах вне зависимости от расы. И мы идём к директору.
— Сейчас? — она смешно округлила глаза.
— Нет, после занятий. Я не знаю, как долго он будет с нами разговаривать, а опаздывать на урок не хочу.
— Зануда, — нас прервал звонок на урок и я вздохнула с облегчением. Это ж надо так неудачно поселиться.
Но да что теперь? Главное не поддаваться, и она быстро потеряет ко мне интерес и переключит своё внимание на других. Благо, нас в классе пятнадцать, есть с кем дружбу водить.
Я не могу позволить себе привязываться к кому бы то ни было. У меня две цели: создать артефакт правды, чтобы Шарух заплатил за свою подлость и… моя кошка свернулась клубочком спрятала морду под лапой. Да, ко второму мы не готовы совершенно. Но это пока. Сжав кулаки, пошла в класс.
Занятия пролетели быстро, казалось, только сели, как уже звонок. И это здорово. Если так и дальше будет продолжаться, то учёба станет приятным времяпрепровождением, а не просто безопасным местом.
А после них Яруш хотела сбежать в столовую, но я не пустила:
— Сначала директор, а потом желудок, — я попыталась её сдвинуть, но не смогла. Ну как не смогла, как человеческая девушка не смогла бы.
— Я есть хочу, — она по-детски надула губы и посмотрела жалостно, но на меня это не подействовало, лишь приподняла бровь и слегка склонила голову. — Ты не понимаешь, что такое хищник во второй ипостаси.
— Зато понимаю, что такое звон монет в мешочке, — и воспользовавшись короткой заминкой, не ожидавшей такого ответа девушки, потянула к директору.
Глава 2
Приёмная ничем не выделялась: просто комната со столом, шкафом и цветами. Улыбчивая эра Валрит усадила нас на бежевый диванчик, а сама подала чай и конфеты. Эта слегка полная женщина с корзинкой из светлых волос и мягкой улыбкой больше походила на заботливую тётушку, чем секретаря директора школы.
Наконец, директор освободился, и мы смогли сбежать от любопытной женщины. Мы рассказали ей больше, чем сами о себе знали.
— Эры, чем вызван ваш визит? — пристальный взгляд отозвался дрожью и мягким урчаньем кошки. Вот же ж зараза! Нашла время для игр.
— Директор Дамир, нам нужна работа. В стенах школы, — к счастью, мне удалось говорить спокойно, словно о погоде.
— Вот как? А что в городе работы не осталось? — улыбка едва тронула губы, но взгляд оставался по—прежнему напряжённым и цепким.
— Понимаете, в городе она, конечно же, есть, но в стенах школы как-то спокойнее и безопаснее.
— Как интересно, — он слегка подался вперёд. — А какие опасности подстерегают вас... на работе?
— Почему на работе? Хотя да, работы же разные бывают. Но дело не в этом, работа заканчивается вечером, а одинокая эра может привлечь ненужное внимание.
— Понимаю, — и я поверила в этот искренний и сочувствующий взгляд, пока не услышала. — Другого не понимаю, зачем вы врёте, эра?
— Я?
— Ну ваша подруга стоит молча, — откинулся на спинку кресла и сдавил переносицу. — Может попробуете правду сказать? Зачем вам работа здесь?
— Я не хочу опаздывать на занятия или на работу после занятий. А ещё мне нужны деньги.
— Причина.
— Я сирота…
— Рад, что вы сами пришли ко мне, а не я вас вызвал. Эра Алитея, вы, как сирота, будете получать ежемесячно один золотой к стипендии. Вам всё ещё нужна работа?
Мне она и до этого не нужна была, но роль отыгрывать надо до конца.
— Да, директор Дамир. После обучения деньги тоже понадобятся, взнос в ту же Гильдию.
— И здесь вам открыта дверь: сироты не достигшие полного совершеннолетия в Гильдию поступают бесплатно. Можете хоть сейчас туда идти — примут.
— Спасибо, — стыдливо опустила глаза, и сжала кулаки.
— А вы, эра Яруш, почему хотите тут работать?
— Я… — она растерянно смотрела на меня, но помочь ей мне было нечем. Сама также не могу придумать вескую причину. А говорить правду не стоит.
— Я так и подумал. Вот что, эры, работать вам здесь не надо. Всего доброго, — дверь открылась сама, а директор уткнулся в бумаги на столе.
Грустно вздохнув, пошли на выход. А что делать? Остаётся искать безотказную причину.
— Это всё ты! — Яруш тихо шипела и я понимала её злость.
— Прости, я сделала всё, что могла, — виновато развела руки в стороны.
— Тебе то что, ты можешь пойти в Гильдию и работа у тебя в кармане. А мне что делать?
— Для начала пообедать, а потом заняться уроками, — жёстко осадила начавшую было ругаться хищницу. Голодный зверь всегда злой и агрессивный.
— Я знала, что из этой затеи ничего толкового не выйдет!
— Так вот кто виноват, что у нас ничего не получилось! — я счастливо улыбнулась, хотя на самом деле хотелось взять тапок и побить им по её недалёкой голове.
— Что?!
— А то! Видимо, директор неплохой менталист, смог почувствовать твоё нежелание и сомнение и сделал то, что ты подсознательно хотела! — да я просто мастер находить виновного.
— Ну знаешь!
— Яруш, успокойся, — остановилась и взяла девушку за руки заглядывая в глаза. — Это не ты, а твоя рысь. Сейчас поедим, и всё наладится. Только надо до столовой молча дойти. Хорошо?
Зло прищурившись, девушка кивнула и поплыла вперёд, завлекая своей походкой молодых людей. Вот же ж кокетка.
Столовая встретила головокружительными ароматами, отчего моя кошка нетерпеливо начала перебирать лапками. Взяв большую порцию гарнира и мяса, вместе с Яруш устроилась за столиком возле окна.
— А мы молодцы, что сначала к директору пошли, — быстро при этом аккуратно орудуя вилкой я кивнула в сторону зала. — А то пришлось бы сидеть посередине и терпеть проходящих мимо.
— Это да, — настроение Яруш явно пошло вверх, даже лёгкая улыбка начала проскальзывать на лице. — Но работу так и не нашли. Алитея, может всё же капельками займёмся?
— Нет. И это не обсуждается. Но можешь, если хочешь, подойти к целителю и поговорить с ним, может им работница нужна? Если тебя так капли интересуют.
— Но директор…
— Сам он вряд ли назначит такую работу. Но, если целитель попросит за тебя, то директор может согласиться.
— Это идея. Да и работа почище кухни и более престижная, — я довольно улыбнулась в мыслях, продумывая план действий.
— Слушай, я не пойму, тебе деньги нужны или престиж?
— Хм, одно другому не мешает, — она улыбнулась и подмигнула проходящему мимо парню, отчего тот сбился с шага.
— А мне кажется, что мешает. От цели ничего не должно отвлекать.
— Так, то цель, а это просто работа. Ладно, а сама-то у кого будешь работу просить?
— Честно сказать не знаю… Но хотелось бы тихое место.
— Ха! Тогда тебя ждёт библиотека, — я ненадолго задумалась.
— Что-то в этом есть, спасибо, — но непонятно, смогу ли я того молчуна убедить?
— Я так понимаю, что на посиделки к девчонкам тебя можно не звать?
— Именно так, — встала и, взяв поднос, понесла на мойку. — Мне ещё в библиотеку надо, за книжками, и заодно спрошу о работе.
— Не понимаю, ты молодая, а прячешься за книжки. Жизнь проходит мимо, а ты как книжный червь. Год только начался, а библиотека становится твоим домом. Брр. Не понимаю.
— И не надо. Мы разные и цели у нас тоже разные.
— Я даже не против, ведь пока ты за учебниками, больше свободных парней, — задорно рассмеявшись, она послала мне воздушный поцелуй и убежала.
Библиотека располагалась на первом этаже в тупике. Хранителем мудрости был пожилой мужчина с выцветшими голубыми глазами, крючковатыми пальцами и белыми волосами.
— Эр Даурен, мне бы более подробно о стихиях в артефакторике узнать. Что можно почитать?
— Пойдём, — слегка припадая на правую ногу, он повёл меня в дальнюю часть зала. — Вот этот стеллаж посвящён стихиям. Но вряд ли ты найдёшь здесь то, что ищешь.
— А откуда вы знаете что я ищу?
— Девочка, я даже знаю, какого цвета твои пятнышки, но не бойся, пока ты не угрожаешь безопасности школы, я ничего не скажу.
— Но…
— У меня пятый уровень, дитя. Твои артефакты прекрасны, но они четвёртого уровня. Понимаешь?
— О, у вас артефакт пятого уровня? А где он? — я быстро пробежалась по мужчине, но никаких украшений не нашла или хотя бы камней. Обычный тёмный камзол, такие же тёмные брюки заправлены в высокие сапоги и на носу маленькие очки. Всё.
— Дитя, — он хрипло рассмеялся. — Ты так юна и неопытна. Запомни, если хочешь что-то спрятать…
— Оставь это у всех на виду, — отец часто говорил мне это.
— Верно, — он достал платок, снял очки и протёр линзы хитро улыбаясь.
— Очки?!
— Верно, — его забавляла моя реакция и хриплый смех наполнил библиотеку. — Занятная вещица. Вот попробуй.
Слегка подрагивающей рукой взяла очки и надела. Стеллажи остались теми же, как и книги. Даже старик и тот не изменился.
— Но… я не понимаю…
— Смотри, — взяв мою руку, поднял кисть на уровень глаз.
Я чуть не вскрикнула. Вместо руки я видела лапу. Большую мохнатую лапу с пятнышками. Испугавшись я вырвала руку и спрятала за спиной. Понимаю, что жест детский, но… Я не ожидала такого. Совсем.
Слава богине, эр Даурен никак не прокомментировал моё поведение, а с мягкой улыбкой на губах ждал. Успокоившись несмело подняла руку и вновь вижу лапу. Удивительно. Я о таком даже не слышала, а ведь мой отец великий артефактор. Был.
Теперь стало понятно, почему в день приёма его очки сидели на самом кончике носа. Каждый из нас удостаивался пристального взгляда через линзы и лишь после этого он говорил и слушал нас. Мы, конечно, возмущались такой медлительности, ведь можно использовать магию. Но оказывается ему не магия нужна была, а наши истинные обличья.
— Но как? Это же… Я никогда не слышала о таком.
— Никто не слышал. Это исключительно моё творение и для меня, — гордость собой переполняла его, но не вызывала отторжения.
— Почему? Это же такие возможности! Это… — даже представить страшно сколько можно на этом заработать.
— Это в первую очередь опасно, дитя. Представь, я озвучил на весь мир свою идею. Её подхватили, пустили в народ. И что?
— Что?
— Даже ты, чтобы сейчас делала? Как бы скрывалась? И в школу ты пришла не потому что в Академию не поступила, а потому… — он вопросительно посмотрел.
— Потому что там бы моя маскировка не сработала б, — и это так. Магический шар обмануть невозможно. И вместо бытовой магии меня отправили бы на факультет менталистики. А я туда не хочу.
— Вот именно. Не все кто скрывается преступники, и не все преступники скрываются.
— Вы… — наверное, мои глаза стали очень большими, ведь он сейчас говорил обо мне и Шарухе.
— Я много повидал за свой короткий век, девочка, и мне очень жаль твой род. Великие были барсы. Надеюсь, что однажды ты займёшь положенное тебе место и твои предки найдут покой в чертогах Соледар.
— Спасибо, — вернула очки и рассеянным взглядом прошлась по корешкам книг. — Эр Даурен, если вы всё знаете, может поможете мне в поиске нужной книги?
— Нет я не всё знаю, могу лишь предполагать. И нет я не помогу тебе с книгой. Я и так это делаю своим молчанием, принцесса.
— Тшш, — испуганно оглянулась: нет ли здесь кого-нибудь. — Эр Даурен!
— Не бойся, — он подарил мне тёплую улыбку. — Без моего ведома сюда никто не зайдёт. Мы здесь пока одни.
— Пока?
— Да. Но минут через пять придёт директор. Он каждый день приходит узнать всё ли здесь в порядке.
— Эр Даурен, но мне очень нужна книга, — я сложила руки, умоляя о помощи.
— Для начала скажи, зачем тебе стихии, если ты менталист. Твои глаза наполнены лиловым цветом, а значит дар твоих предков в тебе раскрылся в полном объёме. Я молчу о том, что это невозможно. В конце концов, пути богини никому не ведомы. Но ты отказываешься от дара! — он гневно направил на меня крючковатый палец. — Разве твой отец не рассказал к чему это может привести?
— Я не отказываюсь от него. Но я не хочу быть менталистом! Не хочу видеть, слышать и чувствовать все преступления! Не хочу жить с памятью об этом! Я создам артефакт правды, чтобы никто не мог соврать или недоговорить. И первым его силу узнает Шарух.
— Ну что ж это меняет дело, — гнев тут же сменился милостью и вновь тёплая отеческая улыбка осветила его лицо. Но в этот момент хлопнула дверь в библиотеку и хранитель меня оставил среди огромного количества ненужных книг. Несмотря на отказ старика, он мне помог сэкономить уйму времени пытаясь найти нужное. Осталось придумать, как попасть туда, где есть заветная книга.
Размеренные шаги стали замедляться, видимо, директор почти дошёл до стойки. Тихонько притаилась за стеллажом. Выходить на глаза директора страшно, моя кошка опять беснуется. Вот же ж глупая! Да не будет он чесать тебя за ушком. Не будет. И играть с ним нельзя. Пусть он и человек, но он опасный. Чем дальше мы от него, тем лучше.
— Хранитель, — глубокий голос словно мягкой кисточкой прошёлся по коже и я затаила дыхание, подглядывая за мужчинами. — Как наши адепты? Всё ли здесь тихо?
— Интересный набор в этом году, — хриплый смешок сорвался с губ старика. И вновь протерев линзы очков, вернул их на кончик носа. — Неожиданными дарами богиня одарила нас, директор Дамир. А так всё спокойно.
— Дарами? Это ты о чём? — директор облокотился о высокую стойку и подпёр голову рукой, но взгляд цепко пробегал по стеллажам и стенам помещения.
— Да вот пришла ко мне одна эра. Интересная, эра, директор.
— Я думал эры давно перестали вас интересовать хранитель, — он хмыкнул и постучал пальцами по столешнице.
— Ну это смотря какие эры, — старик хитро улыбнулся. — С этой я бы хотел продолжить общение.
— Эр Даурен, а вас разница в возрасте не смущает?
— А что возраст? Но раз уж вы о нём заговорили, то да. У меня возраст и юная эра мне очень нужна. Не всё ж в гордом одиночестве ходить.
— Учитель, вы меня пугаете, — директор стал ровно и внимательно вглядывался в глаза старика. — С вами всё хорошо?
— Да как со мной может быть всё хорошо в этой пыли? Нет, мой хороший, старику нужна, если хочешь, напарница. И я её выбрал, — этот вредный старикашка просто издевался, как оказалось, над своим учеником и откровенно этому радовался.
— Как директор школы…
— Как директор школы, ты пойдёшь мне навстречу и назначишь эру Алитею хоть помощницей, хоть работницей.
— Я не позволю, чтобы в стенах школы старик совращал ребёнка! Тем более что Алитея сирота! И я… — он резко замолчал и выдохнул. — Вы издеваетесь, да?
— Мальчик мой, разве я бы посмел так жестоко шутить? Ты сам себе что-то придумал и довёл до абсурда. Причём ранил моё старое сердце.
— Богиня, — облегчёно выдохнул и прикрыл глаза рукой. — Эр Даурен, у меня нет слов.
— Да зачем мне слова? Ты мне девочку пришли на работы. Заодно и в бытовой магии потренируется не всё же артефактами заниматься.
— Хорошо, учитель, будет вам напарница. Что-то ещё новое есть?
— Нет. В остальном всё тихо и спокойно, — директор покивал головой и какой-то уставший ушёл взъерошивая чёрные волосы. А моя кошка готова была броситься за ним следом.
— Ну что ребёнок, выходи, — криво усмехаясь он зашёл за свою стойку и с кряхтением сел. Я подошла и положила руки на то место, где был директор и это понравилось моей хищнице. — Думаю, что сегодня, может завтра Дамир тебя назначит и будешь приходить после занятий на два часа каждый день, а в выходные после обеда. Отлынивать не дам. Я строг, но справедлив.
— Спасибо, эр Даурен, — я даже попросить об этом не успела, а он сам всё сделал. Приятно. — Я буду стараться.
— Не сомневаюсь. Ладно пока походи между рядами и запомни, где и что находится, чтобы потом время не тратить, — потеряв ко мне всякий интерес углубился в карточки и записи.
Обошла всю библиотеку, нашла две тайные двери, к сожалению, запертые. Со столов убрала оставленные адептами книги и, попрощавшись с хранителем, пошла делать домашку и отдыхать.
Впрочем, с Яруш это мне вряд ли удастся. Страшно представить её реакцию, если работу нашла только я.
Глава 3
— Я так и знала! — рыжие волосы резко взметнулись, а указательный палец с упрёком смотрел на меня. — Вот почему тебя взяли, а меня нет?
— Яруш, ну ничего же страшного пока не произошло. Уверена, что есть ещё варианты. Вот, например, кухня. А чем плохо? Всегда есть доступ к еде и там тепло. А меня пока ещё не взяли, только хранитель согласился, чтобы я ему помогала. Директор может отказать, — да о том, что у него нет варианта решила не говорить. Вернее, я не успела об этом рассказать. Вихрь негодования девушки обрушился на меня раньше.
— Уверена, что возьмут. Вот почему ты такая везучая? — палец наконец—то опустился, а девушка села на кровать и стала перебирать волосы. Я заметила она это делает, когда нервничает.
— Яруш, всё будет хорошо, — осторожно села рядом с ней и обняла за плечи. — А ты поняла, как стихия вплетается в металл?
— Так там же всё просто смотри… — и она начала мне оживлённо всё объяснять. И неважно, что я и так всё это знаю, главное, что она отвлеклась. И не давая ей вспомнить, о чём говорили перед этим я сбежала сначала в душ, а потом быстро уснула.
— Алитея! — подскочила на кровати с испугом оглядываясь по сторонам и тут же закрыла лицо руками. Мои глаза. Надеюсь, что Яруш ничего не заметила. — Ты чего рычишь? Принимаю душ, слышу рык. Честно, думала, что кто-то так зазнобу вызывает, а это оказывается ты. Слушай, подруга, а ты точно человек? Правда, так натурально рычала.
— Мгм, — растирая лицо соскочила с кровати и поспешила спрятаться в ванной. — Спасибо, что разбудила.
Из-под ванной достала маленький синий пузырёк. Эти капли я сделала в ту же ночь, что вошла в город: слова Шаруха о выдававших меня глазах крепко засели в голове. К сожалению, эффект от них длится сутки. Но может когда-нибудь придумаю, как закрепить эффект хотя бы на несколько дней.
По одной капле в каждый глаз и вместо лиловых они стали тёмно-синими. По-моему, неплохое сочетание тёмно-каштановые волосы и тёмно-синие глаза. Маленький аккуратный носик и слегка пухлые розовые губы. Улыбнулась своему отражению и поспешила на уроки. У нас сегодня первое практическое занятие.
— И ещё раз напомню, — учитель ходил между рядами длинных столов, за которыми сидели мы. — Артефакторика — это точная наука. Здесь нет места: «может быть», «приблизительно» или «возможно, этого хватит». Энергия не прощает ошибок. Точный расчёт и неспешность — вот залог вашей безопасности. Спрашивайте.
— Эр Инур, но ведь камни тоже имеют свою ёмкость, — сегодня глаза Мирко горели азартом. Чувствую это тот ещё экспериментатор будет. — И, если он может вместить больше, почему этого не сделать?
— Адепт Мирко, вы правы, но лишь отчасти. Вы же непросто камень энергией наполняете. Вы создаёте амулет или артефакт. А значит преследуете какую-то цель, верно? — рыжая голова согласно кивнула. — Вот и думайте о том, чтобы ваше творение принесло пользу. Это как с лекарством в определённой дозе поможет, а если принять больше — принесёт вред. Итак, приступайте — создаём амулет удачи. Соединяем стихию воздуха и огня.
Это простейший амулет именно с него отец учил меня ремеслу. Я вспоминала своё детство пока не раздался «БАХ!». В моей чаше красивый, чистейший янтарь рассыпался мелкой крошкой.
— Адептка Алитея, мы же только что проговорили о концентрации внимания и дозированном вплетении энергии, — уставший голос учителя говорил о том, что так всегда кто-нибудь «отличается».
— Простите, я потеряла концентрацию, — но не объяснишь же о том, что безумно скучаю по отцу и что хочется выть от потери, а не ходить и улыбаться словно мир прекрасен и всё будет хорошо.
— У вас завтра начинается физическая подготовка, поэтому с завтрашнего дня у вас отработка на полигоне пока не научитесь концентрироваться.
— Хорошо, эр Инур, — на запястье появились маленькие весы и исчезнут только после выполнения наказания.
— Сделайте ещё раз, но уже внимательно, адептка. До конца занятия должны успеть.
— Ты зачем устроила этот взрыв? — после урока Яруш взяла меня под локоть повела в столовую
— Ошиблась, — пожала плечами и мягко высвободила руку. Я не настолько ей доверяю, чтобы спокойно переносить прикосновения и такое близкое соседство. — Между прочим, я тоже учусь.
— Я бы поверила в это, если бы не видела твою сумку-артефакт, — она, прищурившись, посмотрела на меня.
— Брось, то отец. А я такая же, как и другие.
— Ты какая угодно, но точно не такая же. В том-то и дело, Алитея, что ты другая. Слово тебе не восемнадцать, а все триста. Ну хорошо, двести.
— У тебя богатое воображение, — я улыбнулась ей. — Правда, просто задумалась.
Не успели повернуть за угол, как сердце бешено застучало. Директор. Моя кошка села и игриво помахивала хвостом, едва не облизываясь. Так и хотелось крикнуть: «Перестань!», но это только напугает окружающих, а этой проказнице всё будет нипочём.
— Ты чего? — Яруш обеспокоенно посмотрела на меня, а потом проследила за моим взглядом. — Ааа, и тебе он понравился, да? Многие от него с ума сходят, а он как ледник. Никого к себе не подпускает. Так что оставь свои надежды.
— Глупости. Он мне не нравится и надеждами я себя не тешу. Я пришла учиться, — и создать тихо артефакт правды, а ещё прячусь от Шаруха. — Но что делает директор возле дверей столовой?
— Проверяет посещаемость? — переглянувшись, улыбнулись друг другу. Но каждой клеточкой кожи я чувствовала пристальный взгляд директора на себе.
Да-да он смотрел чётко на меня. И если, моя кошка заурчала от этого, то я — напряглась. Вроде бы ничего такого натворить не успела, а маленький взрыв… Ну так он маленький. Никто не пострадал. Только отрабатывать придётся.
— Адептка Алитея, — директор дождался, когда мы подойдём. — Вы просили работу и работа в библиотеке вас ждёт. Об оплате договаривайтесь с эром Дауреном. А вы, адептка Яруш, закрепляетесь за лабораторией эра Инура. Хорошего дня.
Он развернулся и ушёл, а мы остались стоять с открытыми ртами. С моей работой всё понятно. Но Яруш…
— Эр Инур красивый оборотень, и если я не ошибаюсь, то он тоже рысь…
— Пепельный цвет волос, Алитея, говорит о принадлежности волкам, — она грустно вздохнула. — Очень редко бывают исключения.
— И что? Главное, что ваши темпераменты совпадают, а значит работать будет легко. Оборотень оборотня всегда поймёт.
— Алитея, но я не хочу в лабораторию.
— Ты хочешь на кухню?
— Нет. Лучше лаборатория. И вот опять у тебя красивая библиотека, а у меня пробирки и камни.
— Заметь драгоценные камни. Брось, Яруш, всё же хорошо. У тебя есть работа в стенах школы и ходить далеко не надо. А если сможешь наладить общение, то я уверена он расскажет много полезного из артефакторики. И плюс, возможно, тебе будут небольшие поблажки на занятиях.
— Ну да и отрабатывать в лаборатории в случае чего, мне точно не придётся, — рассмеявшись, зашли в столовую, где взяли вкусный обед, состоящий в основном из мяса. Ну а что? Здесь большинство хищники им по-другому нельзя. Зверь может на охоту сам выйти.
А после обеда мы разошлись. Я поспешила к библиотекарю. Ещё бы не забыть обсудить вопрос оплаты.
— Эр Даурен, а почему директор называл вас хранителем? — старик сидел на своём месте заполнял какие-то бланки, то и дело морщился от скрипа пера.
— Потому что когда-то именно так и звалась эта должность. Но времена идут, и всё меняется. А теперь ты мне скажи, почему отец не помог с изготовлением артефакта правды? Не думаю, что для него это стало бы настолько невыполнимой задачей. Трудоёмкой и долгой да, но не невозможной.
— Он был человеком и, наверное, поэтому был против мести, — я пожала плечами, потому что отец всегда уходил от этой темы. — Он говорил, что месть не решает проблему, а лишь усугубляет.
— А ты что думаешь? — он смотрел на меня с любопытством и ожиданием.
— А я думаю, что каждый должен получить по заслугам. И месть — это неплохо. Это восстановление справедливости, — грустно вздохнула, особенно когда теряешь всех.
— О, как, — довольно крякнул и тяжело встав хранитель поманил меня за собой.
Я заволновалась, ведь мы подходили к одной из тех запертых дверей. Достав большой ключ отпер дверь и распахнув её поманил за собой. Осторожно вошла и обомлела — лаборатория. Длинные столы вдоль стен уставлены колбочками, склянками, коробками. Выдвижные ящики. Полки с затёртыми книгами, свитки и фолианты.
— Я согласен с твоим отцом — месть не вернёт ушедших, но я помогу тебе. Не знаю, как и почему, но милостивая Соледар пробудила в тебе всю мощь дара, но ментальная магия не то же самое, что бытовая. Надеюсь, мы успеем создать его до моего ухода.
— Хранитель…
— Что дитя? Я стар и каждая секунда приближает меня к вечности. Поэтому у нас нет времени на разговоры. Работать! Итак, рассказывай, что должен артефакт делать?
— Я хочу, чтобы никто не мог соврать ни при помощи магии, ни чего-либо ещё. И хочу чтобы мыслеобразы и воспоминания могли видеть и слышать все присутствующие.
— Ого! Хорошая задумка. Интересная, — его глаза задорно зажглись. — Приступаем!
— А библиотека? — растерянно показала в сторону открытой двери.
— О приходе посетителей мы узнаем, — он отмахнулся не глядя, вовсю ища чистые листы бумаги и перья. — Да и сейчас начало года — редко кто захаживает. Всё не отвлекаемся.
И мы не отвлекались, расписывали каждое качество, каждое условие для правильной работы артефакта. Не знаю, как долго это длилось, в такие моменты время исчезает. Лёгкий перезвон колокольчика заставил поднять головы.
— Ну вот и посетитель к нам идёт. На сегодня здесь мы закончили, пойдём в зал.
— Эр Даурен, — в зал вошёл Оник. — Мне книги нужны по практической артефакторике. О, Алитея, и ты здесь? То же книжки ищешь? Правильно, после того взрыва теорию подучить стоит.
— Я здесь на работе, — брови парня резко взмыли вверх. Он из богатых, ему работать не надо. Во всяком случае пока. — И с теорией у меня всё в порядке. Просто задумалась. Не вовремя.
— Как знаешь, а то я могу помочь. У меня были отличные учителя.
— Спасибо, пока не надо, обойдусь своими силами, — в этот момент вернулся хранитель со стопкой книг. Показал мне, как заполнять бланк и после того как парень ушёл, прищурившись, посмотрел на меня.
— Что ещё за взрыв? — густо покраснела и призналась, как задумалась и влила больше воздуха, чем надо было в простейший амулет. — Ну что ж, Инур правильную отработку назначил. Поддерживаю.
— Но хранитель! Я же просто задумалась.
— Если все ребята, что здесь учатся могут это сделать, то ты — нет. Мало того, что у тебя нет дара бытовой магии, так ещё являешься сильнейшим менталистом. Ты представляешь, что можешь сделать, если твой воздух выйдет из-под контроля?
— Ну… в общих чертах. Мне отец ещё в детстве надел этот браслет, — я показала на запястье тонкий ободок с внешней стороны он был гладкий, а с обратной стороны — вились листочки. — Он не даст вырваться стихии, но вы правы, я на самом деле «влила» больше, чем надо энергии.
— Ох, ребёнок, тебя же метальной магии учить надо. Как ты дар развивать планируешь?
— Пока никак. Я не могу открыться, ведь тогда Шарух придёт сюда.
— Хорошо. А что будет, когда ты создашь свой артефакт?
— Я заставлю Шаруха признаться в своей подлости. А после брошу ему вызов. Он не сможет отказать.
— Но сможет ли Шарух узнать твою силу?
— А почему нет? У нас есть физическая подготовка…
— Для бытовиков, а не боевиков. Чувствуешь разницу?
— Но… — растерянно посмотрела на старика и закусила губу. Он прав у меня не будет должного уровня подготовки, но и раскрыть себя не могу.
— Я понимаю твой страх, дитя. Ты потеряла всех. И кажется, что все против тебя, но это не так. Поверь, правление Шаруха мало кого радует. Многие хотели бы его убрать, но для простого жителя он слишком силён.
— Неужели нет никого кто мог бы бросить ему вызов?
— Ты точно можешь, но тебе нужна подготовка. Просто сила зверя — этого мало.
— Я рискну.
— Ну дело твоё, конечно. Всё иди, устал я от болтовни и шума, — старик замахал на меня руками и даже развернул, чтобы сомнений никаких не было.
Тяжело вздохнула и ушла. Если он решил, что разговор окончен, то так и будет. Даже директор с ним не спорит.
Я шла неспешно, любуясь красотой коридоров. Вечером нет учеников и можно идти задрав голову не боясь с кем-то столкнуться. Рассматривала высокие потолки в замысловатом плетении и улыбалась игре цвета от витражей в высоких окнах.
Я развернулась, чтобы ещё раз посмотреть на весь коридор и неожиданно с кем-то столкнулась.
Глава 4
— Ой, — я оказалась в крепких руках.
— Что же это вы адептка по сторонам не смотрите? — каждая клеточка моего тела замерла в предвкушении, а эта... эта кошка готова подставить живот под сильную руку мужчины и принять его своим вожаком. Предательница!
— П-простите, директор Дамир, — осторожно отстранилась и развернулась. — Архитектура красивая. Вроде не первый день, а насмотреться не могу.
— Понимаю. Сам первый месяц запрокинув голову ходил, — его янтарные глаза изучающе меня рассматривали, словно что-то его мучает, а ответ найти не может. — Вы.. вы договорились об оплате с хранителем?
— Ой.
— То есть нет. А что так? Или работа вам была нужна без денег? — его глаза смеялись, а лицо оставалось спокойным.
— Ну... нужны, конечно. Заработалась?
— Это вы у меня спрашиваете? Адептка учебный год только начался, а вы уже ни в чём не уверены. Идите и хорошенько выспитесь, — директор понимающе улыбнулся и покачав головой пошёл в библиотеку.
Ох, что ж так сердце бьётся рядом с ним? Я бы могла подумать, что мы истинная пара, но на землях оборотней за последние двадцать лет не появилось ни одной.
— Алитея! А я за тобой бегу, — раскрасневшаяся Яруш восторженно смотрела на меня. — Ты представляешь, через две недели проведут осенний бал!
— И чему ты так радуешься? Просто бал, а в первый день зимы ещё один будет. И, кажется, даже весенний с летним имеется.
— Да что ж ты скучная такая! Бал — это же праздник, танцы, улыбки, — взяв меня за руки, кружила счастливо улыбаясь. — А ещё там соберутся все мужчины. М?
— Ты неисправима, — я покачала головой.
— А ты невыносима. Тебе всего восемнадцать! Живи, радуйся, наслаждайся каждым мгновением! А ты?
— А адептка Алитея предпочитает делать вклад в своё будущее, адептка Яруш. И это не так плохо, как может показаться на первый взгляд, — директор стоял в трёх метрах от нас заложив руки за спину. — Кроме танцев на балах мы награждаем лучших, и не только благодарностями, но ещё рекомендательными письмами и деньгами.
— Простите, директор Дамир, — в искренности Яруш даже я не усомнилась, хотя скорей всего это просто игра. Мы стояли, опустив головы, словно нашкодившие дети.
— Вам не за что извиняться, адептка. Но есть над чем задуматься. О своём будущем например, — не дожидаясь ответа, ушёл.
Первая неделя пролетела как мгновение. Занятия сменялись практикой и физической подготовкой. Хранитель был прав, когда говорил, что эта подготовка мне не поможет в будущей битве с Шарухом. Она направлена на здоровье и умение концентрироваться, но не на защиту и уж тем более не на нападение.
На его уговоры открыться хотя бы директору я отвечаю категоричным отказом. Директор Дамир хоть и добр ко всем, но предсказать его реакцию не могу.
— А что ты будешь делать, если Шарух объявит тебя в розыск? — вот и сейчас хранитель всеми правдами и неправдами пытался вразумить меня.
— Не объявит. Вы сами говорили, что многие недовольны правлением Шаруха и мечтают его сместить. И, судя по всему, я единственная кто имеет на это право. Дело же не в том, что нет сильней его, а в том, что право на поединок принадлежит мне. Верно?
— Умна. Это хорошо, — довольно крякнув погладил белую бороду. — Да. Ты единственная кто имеет право. Пока имеет. Не станет тебя и этим правом сможет воспользоваться кто угодно.
— А почему меня не станет?
— А кто тебя защитит, дитя? Я стар и немощен. А вот директор…
— Ни директор, ни кто-либо ещё не должны об этом узнать! Поэтому отец и надел мне этот браслет. Поэтому он же и создал для меня маскирующий артефакт. И поэтому мы всю жизнь скрывались, — последнее я шептала.
Мне до сих пор больно и пусто без него. Из всего своего рода я знала только отца. Без магии родители мамы быстро ушли в чертоги Соледар. А мама успела встретить отца и родить меня. И всё. Моё рождение и смерть жены. Я не знаю, как отец с этим справился и смог любить меня, оберегая и спасая от Шаруха.
— Девочка, прости, — хранитель неуклюже обнял меня за плечи. — Ты пойми, если Дамир узнает о тебе, то поможет и даже обучит всему необходимому. Он тоже менталист, правда четвёртого уровня. А ещё мужчина и знает много разных приёмов. Мне жаль время убегающее сквозь пальцы. И тебя, маленькую, тоже жаль.
— А меня-то почему? — пытливо заглянула в глаза старика.
— А потому, что ноша твоя тяжела, а разделить не с кем. В любом важном деле нужны помощники. А кто у тебя? Старик?
— Вы самый лучший помощник! — обняла этого ворчуна. — Но мы отвлеклись. Я думаю, что если использовать заклинание сокрытия, то вот здесь, — показала на длинную цепочку символов. — оно сможет обойти условие.
— Сможет, так же как и здесь, и здесь, — крючковатый палец поочерёдно показал на слабые места. — Значит, мы ещё не нашли правильную формулу. Давай новый свиток.
И вновь наша работа закипела. Новые условия и критерии. Новые варианты обхода. Но написать формулу — это только начало. И не самое сложное. Самое сложное — это подобрать правильный камень и поместить его в правильный сплав металлов.
Вышла от хранителя опустошённая и уставшая. Неделя прошла, пора кошку на природу выпустить. В последние дни она беспокойная, что отражается и на мне.
Как обычно, ушла подальше в лес. И отпустила нетерпеливо перебирающую лапками проказницу на волю.
Набегавшись и накатавшись во всех травах, что есть в этом лесу, вместо того чтобы вернуться к нашему месту она помчала в сторону школы. Как я ни пыталась её остановить и вернуть себе человеческий облик — не получилось. Я потеряла контроль.
Выскочив на узкую тропинку медленно сделала три шага, мягко качая хвостом из стороны в сторону. Небольшое пятнышко света, пробивавшегося сквозь густые кроны деревьев, показалось как нельзя лучше для демонстрации себя во всей красе. Грациозно села и обвила хвостом передние лапы, слегка наклонила голову набок и заинтересовано посмотрела на стоящего в двух метрах мужчину.
Нас забавляла его реакция — шок и неверие. Он даже пару раз моргнул и тряхнул головой.
— Не может быть…
Гордо задрав голову, повертела ею, показывая пятнышки и просто красуясь. Богиня, моя вторая ипостась показушница! Как такое может быть?
— Откуда ты тут? Почему раньше тебя не видел? — замерший мужчина не то чего хотелось кошке. Она медленно легла и грустно вздохнув положила морду на лапы.
— Ты чего-то хочешь? — она отвернула голову. — Обиделась? Ну, конечно, ты обиделась! Ты девочка!
Дёрнула ухом от слишком громкого возгласа, но позу не сменила.
— Прости, сразу не разобрался, — директор говорил мягко, вкрадчиво, словно боялся вспугнуть неосторожным словом. Наивный, он же не знает, что стал для этой предательницы желаннее свежатины. — А не о тебе ли говорил хранитель?
Громко вздохнула и почесала за ухом.
— Ну что ты вздыхаешь? Может в человеческой форме поговорим? — кошка громко фыркнула и вновь села, глядя на мужчину исподлобья.
— То есть нет? Ладно. Хочу, чтобы ты знала, я тебе не враг. Если нужна помощь готов её дать, — мне хотелось ему поверить, но не могу. Кошка дёрнула головой. — Не доверяешь. Понимаю.
Он начал медленно отходить, а это совсем не входило в планы моей строптивицы. Несмотря на то что рычать не умеем всё же удалось извлечь низкий предупреждающий звук.
— Что? Ты общаться не хочешь. Я пойду, — но от предупреждающего звука вновь замер. — Если говорить не хочешь, тогда покажи, что от меня надо.
Если бы могла, то закрыла б глаза руками. Стыд-то какой. Эта... кошка мягко растянулась во всю длину не спуская глаз с директора и покатавшись с боку на бок замерла в ожидании.
— Тебе живот почесать? — кажется, он не так удивился наличию здесь лилового ирбиса, как этой недвусмысленной просьбе. — Ну хорошо.
Медленно подошёл и присев осторожно запустил руку в густую и длинную шерсть. Да рычать не умеем, зато мурчим как кошки. Предательница растеклась от нежных и немного ленивых движений. Сильные пальцы задумчиво перебирали шерсть.
— Ты красивая. Очень, — эти слова взорвали чувства кошки и она ещё сильнее начала урчать. — Но в школе нет никого с лиловыми глазами. А это значит, либо ты не из школы, либо кто-то использует... зелье или артефакт?
Кошка головой ударила руку требуя погладить и почесать ещё и за ушком. Я сгорала со стыда от всего этого действа. Сильный барс. Гордость гор и надежда всех оборотней, как котёнок ластится к сильной руке требуя ещё и ещё.
— Это не может быть артефактом, потому что на экзамене его бы обнаружили, так же как и использование зелья, — кошка слегка прикусила руку директора возвращая внимание себе. — Что? Ты же не хочешь говорить как тут оказалась, а я как директор этой школы должен заботиться о безопасности всех в ней находящихся.
Кошка вновь издала низкий недовольный звук. В этом я с ней согласилась. Не надо пытаться меня найти. Ни к чему это. Пока он не знает, что я его ученица — в относительной безопасности. Раскрыв мою тайну он не сможет уйти или отвернуться. Не знаю почему, но я была в этом уверена, как и в том, что меня зовут Алитея.
— Ну ладно, — директор поднялся, а кошка резко села, внимательно глядя на человека. — Твоё появление изменило мои планы. Если хочешь, пойдём со мной.
Тяжело вздохнув мы пошли следом за мужчиной. Интересно же зачем он позвал. Шли недолго буквально минут десять, очередной поворот и перед нами небольшая поляна с маленьким деревянным домиком.
Невысокое крылечко, грубо сколоченная дверь, маленькие окошки и печная труба. Мило. Неужели он здесь живёт? Или это тайное место отдыха от шумных учеников?
Открыв дверь, директор сделал приглашающий жест и мы гордо прошли в просторное помещение без перегородок или комнат. Есть зона кухни с большой печью и деревянным столом и стульями, мне почему-то захотелось увидеть здесь скамьи. Есть зона отдыха с диваном и тумбочкой, заваленной книгами. Рабочая зона состояла из грубого письменного стола книжных полок и такого же стула как на кухне. Этажерка также заваленная книгами, свитками и записями.
А вот и маленькая дверь ведущая... ну понятно куда. Значит, директор здесь бывает часто и надолго. Даже не знаю радоваться этому или нет. Оказывается, наша первая встреча не была случайной. Мне надо быть ещё осторожнее, чтобы не попадаться ему на глаза. Хотя бы в человеческой форме.
— Прости, за холостяцкий беспорядок. Руки до уборки не доходят. Располагайся, где тебе удобно.
Мы и расположились на диване, накрытом мягким покрывалом. Директор улыбнулся и пошёл к печке ставить чайник.
— Вообще я здесь не живу. Это так, чтобы побыть в тишине и спокойно поработать. Но случается и ночевать. Ты если что заходи, дверь всегда открыта. Буду рад такой гостье.
И вот как понять он рад потому что рад, или потому что я последняя из правящего рода? Человеком быть проще. Там я сирота, и если кто-то проявляет ко мне интерес, то значит это я, а не мои предки заинтересовали. Странно обычно все гордятся своим родом, а я хочу чтобы о нём как можно дольше никто б не узнал. Я не смогу отличить искренность ото лжи.
— Я не знаю пьёшь ли ты чай... — немного растерянный мужчина держал в руках две глубокие глиняные миски. Подумав поставил их на стол. Нам это понравилось — он признал в нас равную, а не животное. — Прошу за стол гостья дорогая.
Кошка подошла к столу и посмотрела на мужчину.
— Ах да, прости, — он убрал стул, взял из угла маленькую скамеечку и поставил возле стола. — Но я по-прежнему считаю, что в человеческом облике тебе было бы удобнее.
Кошка дёрнула ушами и осторожно села на крайне неудобной скамейке. Понюхала чай, фыркнула и лизнула воду. Директор сидел во главе стола и пил чай хитро улыбаясь.
— Я всё равно тебя найду. Скажи-ка, тебя кто-то обучал ментальной магии? — кошка дёрнула ухом и отвернулась. — Значит нет. Превосходно у меня в школе ходит необученный менталист. Ты представляешь, что можешь натворить? И зачем ты пришла к артефакторам? Если хочешь изменить дар — это невозможно, наоборот, таким образом сможешь его потерять. А ты сама знаешь к чему проводит потеря магии.
Кошка ощетинилась и вздыбила шерсть.
— Ладно-ладно, — выставив перед собой руки директор даже не дрогнул, а вот я испугалась. Если она решит напасть я ничего не сделаю. Она не слушается меня. — Прости. Понимаю, что тебе больно и неприятно. Но. Ты пришла сюда и представляешь своей не обученностью опасность. Это безответственно для принцессы.
Наш директор велик, он смог утихомирить кошку и если бы она могла, то покраснела бы. Удивительно. Это он своими ментальными штучками подействовал или слова правильные нашёл?
— В общем, я не могу тебе позволить просто так ходить по школе. Понимаю, что ко мне сама в человеческом облике не придёшь, поэтому будешь во второй ипостаси приходить через день. Сюда. Я буду рассказывать о ментальной магии, — он встал и рукой показала на диван. — Прошу устраивайся поудобнее наши занятия начинаются прямо сейчас.
Глава 5
— Как вы помните стихия воздуха и огня объединяясь могут устроить взрыв, — в классе послышались смешки. Конечно, все вспомнили мой «бум». Ну и ладно. Ошибиться может каждый, а исправить ошибку — нет. — Тихо! Поверьте моему опыту каждый из вас побывает на месте адептки. Всему своё время. Сегодня мы будем объединять стихию воздуха со стихией воды и создадим защитный амулет во время шторма.
— Слышь, сиротка, сегодня не затопи нас, — Мирко противно захихикал и переключил внимание не учителя.
Он постоянно меня задирает. Чем я пробудила в нём такое желание — не знаю. Но сейчас отличный момент, чтобы щёлкнуть его по носу.
Для амулета выбрала аквамарин, и сосредоточившись вплела воздух и воду. Благодаря занятиям у эры Лайзы моё умение концентрироваться стало значительно лучше. И теперь моё запястье чистое от знака отработки.
Руки делали работу, а одним глазом следила за учителем, который медленно проходил мимо нас. Смотрел что получается и поправлял, если возникала необходимость.
— Очень хорошо, адепкта, — он остановился сзади меня. — Рад, что отработка пошла вам на пользу. Но почему вы выбрали аквамарин, а не, например, бирюзу?
— Потому что само название камня говорит о его природе. Это надо использовать. Бирюза также прекрасно выполнит защитные функции. Но в данном случае аквамарин будет иметь большую силу.
— Чудесно. Вот многоуважаемые коллеги, — учитель обратился к классу. — Запомните, чтобы вы не дали всегда учитывайте как можно больше характеристик. Природа камня также может добавить силу вашему амулету. Сегодня у вас высший балл, адептка Алитея.
Учитель пошёл дальше, а я дождалась, когда он уйдёт на соседний ряд послала в пинцет Мирко установку повтора. Парень закончил соединять стихии и взял в руки пинцет, и, вместо того чтобы достать камень из чаши, ещё раз влил стихии. На этот раз «бум» не было. Мирко окатило водой.
— Адепт Мирко, — учитель быстро оказался возле нас. — Сильным амулет делает правильно подобранный камень, металл и формула, а не бездумное вливание стихий. Сегодня у вас низший балл. На следующее занятие подготовите реферат на тему «Безопасность во время работы артефактора». А сейчас можете уйти, чтобы переодеться.
Прозвенел звонок и мы быстро засобирались на следующую пару.
— Адептка Алитея подойдите ко мне, — учитель сидел за своим столом и строго смотрел на меня. Дождавшись, когда за последним закроется дверь продолжил. — Вам не стыдно, Алитея?
— За что? — я уже догадывалась за что, но...
— Я понимаю, что слушать насмешки и пренебрежение — это неприятно, но и то, что сделали вы низко. Не надо смотреть таким честным взглядом. Признаю, что идея с пинцетом — великолепна. В правилах школы нет такого пункта. Я даже готов признать ювелирную красоту вашего плетения установки. Но Алитея, я не могу закрыть глаза на недостойное поведение.
— А закрывать глаза, когда меня задирают вы можете? — слова вырвались раньше, чем я подумала кому это говорю. Возмущение внутри клокотало и требовало выход.
— Мне это также неприятно, но вы могли ответить словами. Дайте Мирко достойный ответ и, возможно, он найдёт себе другое развлечение. Пора взрослеть, адептка. Можете идти, а после занятий зайдите к директору. Пусть он решает, что с вами делать.
— Хорошо, эр Инур, — мне хотелось ещё многое сказать, но смысл? Уверена ещё и директор расскажет о низости поступка. И ведь никто не скажет, что Мирко поступил недостойно и низко. Никто. Это потому что он мужчина или потому что я сирота?
— Алитея, что хотел от тебя учитель? — обеспокоенная Яруш взяла меня под руку и повела в сторону класса.
— Да ничего особенного. А какой камень ты взяла? — иногда её любопытство приводит меня в отчаянье. Я привыкла всё скрывать и прятаться, а тут совсем другая жизнь.
— Я выбрала жемчуг. Но он оказался недостаточно сильным. Но это ерунда. Слушай, тебя хоть не намочило от Мирко? Как вы так неудачно оказались рядом на практических занятиях.
— Сама задаюсь этим вопросом. Он же всегда на последней парте сидел. Ну да что теперь.
— Слушай, а может ты ему нравишься?
— Вот уж нет.
— Вот уж да, — она хитро улыбнулась и забежав вперёд заглянула мне в глаза. — Поэтому тебя и задирает всё время — привлекает внимание.
— Вот уж нет! — остановилась и ткнула пальцем в её грудь. — Если парню нравится девушка, он будет ухаживать за ней, помогать, защищать. А это издевательство над слабой и уверенность в собственной безнаказанности.
— Ого. А ты, оказывается, и злой можешь быть.
— Дело не в злости, а в том, что уважать надо каждого. Ладно, давай поспешим, а то звонок скоро.
— Итак, одним из важнейших качеств артефактора является..., — учитель приподнял одну бровь и обвёл нас взглядом ожидая наши варианты, которые не заставили долго ждать
— Аккуратность...
— Внимательность...
— Точность...
— И это, конечно же, тоже, — поджав губы, эр Наур отвернулся к окну. Его военная выправка и гордый профиль покоряли девичьи сердца, даже гетерохромия не отпугивала. Стоило его глазам одному жёлтому, а второму чёрному остановиться на тебе и сердце замирало в ожидании. Обаятельная улыбка и кажется будто выполнишь любую просьбу. Тяжело вздохнув его взгляд обратился на нас. — Адепты я вам об этом рассказываю с первого занятия, а вы никак то ли не запомните, то ли не поверите в истинность. Главное качество артефактора быстро входить в контакт с клиентом. Наша работа заключается не в изготовлении амулетов, а в правильно выстроенных отношениях. Мы для клиента должны стать отдушиной, тем, кому он поведает всё и даже больше. Именно поэтому изучаем этику артефактора. Записываем: артефактор должен использовать при изготовлении заказа только те материалы и заклинания, которые не принесут вреда клиенту…
Перья заскрипели по бумаге, мы старательно всё записывали. Ведь в конце каждого месяца итоговые письменные работы и по их результатам нам будет начисляться стипендия. А на балу назовут лучших и даже чем-то наградят.
Звонок с урока прозвучал музыкой освобождения — рука от длительного и быстрого письма болела. Быстро собравшись мы покинули класс.
— Ох, какой же эр Наур впечатляющий, — Яруш томно вздохнула, прижавшись к моему плечу. — Так бы и слушала его.
— А как же эр Инур? Мне кажется он интереснее.
— Ох, вот можешь ты всё удовольствие испортить, — девушка отлепилась от меня и недовольно поморщилась. — С ним, конечно, никто не сравнится. Но он как ты, только наука на уме. А я молодая, красивая и…
— И хватит мечтать о несбыточном. Ты же не на свидание ходишь, а на работу.
— Воот, я же говорю, что книги и формулы в голове, — фыркнув, взяла меня под локоть. — А ведь молодость уйдёт и не воротишь.
— Главное, чтобы обед не ушёл, а то кушать очень хочется.
— Это точно, — звонко рассмеявшись мы поспешили в столовую. Взяв подносы, устроились за освободившимся столиком возле окна. Сделав глоток ягодного напитка Яруш хитро посмотрела на меня. — Слушай, тут девчонки предлагают в выходные сходить в город погулять. Говорят есть приличное кафе рядом со школой, и вроде приедет цирк. Давай сходим?
— Эм, — цирк я любила всей душой, но он за воротами, а значит большая опасность быть обнаруженной Шарухом. — Я не могу. У меня…
— Очередные книги. Алитея, отработка уже закончилась, сколько ты будешь затворницей сидеть?!
— Яруш, я не затворница. Просто не люблю скопление людей и шум.
— А здесь нет толпы и тишина, — обвела рукой столовую.
— Здесь школа и деваться некуда.
— Знаешь, у меня чувство будто ты боишься выходить за ворота. Но преступница не смогла бы поступить сюда. Тебе ктото угрожает? Ищет?
— Яруш, — заставила себя легко рассмеяться, но сердце дрогнуло. Ещё немного и она до всего догадается. И что мне тогда делать? — Тебе не артефактором, а ищейкой быть надо. Столько гипотез и предположений на ровном месте.
— Я оборотень и наши чувства сильнее и лучше, чем у людей. Ты что-то скрываешь. И я узнаю что.
— Яруш…
— О, нет, я не буду ни до чего докапываться, ты сама себя выдашь, — подмигнув, забрала свой поднос с уже съеденным обедом. — А сейчас я опаздываю к Инуру. До вечера.
Я кивнула и немного поковырявшись в тарелке пошла к директору. Моя кошка нетерпеливо перебирала лапками, конечно, с ней он ласков и обходителен. А вот я сейчас выслушаю много интересного. Надеюсь, что меня не заставят вновь отрабатывать. Времени и так ни на что нет.
Уроков задают с каждым днём всё больше. Хранитель тоже спуску не даёт ни в работе, ни в поиске идеальной формулы для артефакта. Как оказалось, в мире существует столько вариантов, чтобы не сказать правду, что не перестаю удивляться этому. Иногда кажется, что я не смогу создать этот артефакт. И всю жизнь проведу за стенами школы.
Чем ближе подходила к кабинету директора, тем медленней становился мой шаг. А может надо было сначала к хранителю, а потом уже сюда? Остановилась на развилке коридоров. Сердце рвалось в библиотеку, а разум тянул к директору.
И в самом деле чего я испугалась? Ну отругает, ну назначит отработку и что? А то, что рядом с ним сердце бешено стучит и моя кошка сходит с ума. Каждый раз боюсь, что обращусь перед ним и... и не знаю, чем это всё закончится.
Тихонько постучала в дверь приёмной.
— Алитея? — эра Валрит приподняла брови оторвавшись от бумаг.
— Я.. Да, мне эр Инур сказал зайти к директору после занятий, — хоть бы директор был свободен и я не попала в цепкие лапки «тётушки» вон как у неё глаза в предвкушении загорелись.
— Девочка, что же ты... — в этот момент дверь открылась и улыбающийся директор вместе с каким-то преподавателем вышли в приёмную.
— Адептка Алитея? Вы ко мне? — директор удивлён не меньше. Ну да кто бы мог подумать, что сиротка столько хлопот принесёт.
— Д-да. Меня…
— Заходите, — приглашающим жестом пропустил меня вперёд.
— Д-добрый день, директор Дамир, — кошка сходила с ума, а я с трудом сдерживалась от оборота.
— Сейчас узнаем насколько он добрый. Садись, — мужчина сел в своё кресло и внимательным взглядом уставился на меня. — Вам плохо?
— Нет! — быстро села на стул возле стола и сжав кулаки заставила губы растянуться в улыбке. — Меня эр Инур прислал к вам. Я... я...
— Ну же смелее, адептка. Мне можете рассказать всё и так как думаете на самом деле.
— Я не считаю себя виноватой, но готова к любому наказанию.
— Это похвально, Алитея. А случилось что?
— Я наложила на пинцет Мирко установку повтора и он получил низший балл за практику.
— То есть у вас натянутые отношения с этим адептом.
— Да нет никаких отношений! Он всё время меня задирает! Самовлюблённый индюк!
— Интересно, что о вас скажет адепт?
— То же самое, наверное, — злость помогла вернуть контроль себе и даже присутствие директора не воспринималось так остро.
— Ну что ж спасибо, что показали как можно обойти школьное правило. Сегодня же внесём поправку. Можете идти.
— Всё? И вы даже не накажете меня?
— Нет. Мирко вас спровоцировал, вы как смогли так и защитились. Ничего, кроме гордости, не пострадало.
— Но…
— Но вы не расслабляйтесь, адептка, мужская гордость вам этого не простит. Мирко об этом скоро узнает и тогда уже держитесь вы, — я громко сглотнула. О том, что он может узнать как-то не подумала. — Можете идти. Хранитель не любит, когда опаздывают.
Сделала книксен и поспешила к старику. Что правда, то правда, для него пунктуальность превыше всего.
Глава 6
— И где тебя носит? Время не терпит небрежности, — он бурчал и одновременно заполнял формуляры.
— Простите, хранитель. Я была у директора.
— Вот как? — он оторвался от бланка и прищурившись посмотрел на меня. — Ты решила ему всё рассказать?
— Нет. Я с Мирко…
— Зря. Ладно давай-ка сначала за работу, а потом всё остальное, — он тяжело поднялся, и мы пошли в лабораторию. — Итак, я думаю, что если вплести стихию земли, то она уравновесит воздух.
— Нет. Земля «утяжелит» всю формулу и поможет заклинаниям на её основе обойти ограничения.
— Да? — старик погладил бороду пальцем, провёл от начала до конца длинной формулы. Ненадолго задумался. — Ты права. Отец хорошо тебя подготовил. Жаль не к тому. Твои предложения?
— Я думаю, что в одном артефакте мы не сможем это сделать. Надо разбить формулу на несколько. На камень пустить воздух и воду, а на оправу землю и огонь. И...
— Так-так-так, — схватив перо и новый свиток старик быстро начал записывать разделённую формулу.
Я молча ждала, когда он закончит. Говорить что-либо бессмысленно он уже не слышит. Слегка наклонившись над столом внимательно следила за записью, чтобы ничего не упустить.
— Ну что ж это может сработать, — довольно улыбаясь он ещё раз прошёлся взглядом по записям. — Жаль, что мы этого не узнаем.
— Почему?
— А как? Нужен подходящий камень. У тебя есть?
— Нет.
— И у меня. За ворота ты не пойдёшь, потому что опасно. И я не пойду, потому что стар, — выцветшие голубые глаза хитро на меня смотрели.
— Нет, — я знала, что он хотел сказать этим взглядом. Но не поддамся. — Я найду способ, как найти подходящий камень. Обязательно найду.
— Удачи, девочка. А сейчас порядок в библиотеке навести. Что-то зачастили ко мне адепты. Видать проверочные скоро.
— Скоро. Спасибо вам, — обняла старика и поспешила выполнить поручение. Он не любит все эти обнимания и благодарности, как и я. Но как его не обнять, если чувства переполняют?
Весь вечер и следующий день я ходила задумчивая, даже колкости Мирко проходили мимо. Я не знала где взять подходящий камень. Вернее, где понятно: в городе в ювелирной лавке. Но я не выйду за ворота и никого не попрошу, потому что велика вероятность, что принесённый камень не «отзовётся». Тупик.
— Алитея, ты чего такая задумчивая сегодня? — Яруш уронила голову на тетрадку и застонала. Мы сидели за столом в своей комнате и готовились к завтрашним занятиям. — Не могу, я устала. С каждым днём нам задают всё больше и времени на что-нибудь ещё остаётся всё меньше.
— Не ной. Это школа нас готовят к жизни и не думаю, что работать будет легче.
— Ууу зануда, — девушка резко встала, отбросила рыжую косу за спину. — Я пойду к девчонкам на посиделки. А ты готовься к жизни.
— Удачи! — мне осталось совсем чуть-чуть и надо бежать к директору. Сегодня у нас занятие. Я и рада им и в то же время хочется, как Яруш махнуть на всё рукой и пойти к девчонкам.
Это всё из-за Шаруха. Это он лишил меня всего. Тряхнула головой прогоняя ненужные мысли и быстро дописала два абзаца в реферате. Сожаления о прошлом не помогут, а время заберут.
Пора к директору.
Моя кошка, получив долгожданную свободу, не побежала сразу к своему любимому гладильщику живота, а побегала по лесу и лишь выполнив задуманное гордым шагом шла к домику, в котором уже горел свет и из трубы шёл дым. Нас ждут.
Как директор и обещал дверь была открыта. Мы увидели его сразу: он сидел за столом сложив на нём руки и смотрел в окно. Услышав приход кошки повернул голову и настолько тепло улыбнулся, что сердце замерло и застучало так быстро словно после пробежки.
Кошка же замерла возле двери и громко мурчала ожидая, когда же он подойдёт.
— Рад, что ты пришла, — директор встал, подошёл к столу и достал большую миску и уже с ней подошёл к нам. — Охотница. Спасибо за гостинцы.
От похвалы кошка ещё громче заурчала и подставив голову ждала, когда сильная рука запутается в её шерсти. Директор тихо рассмеялся и погладил по голове, а после почесал за ушком. Чувствую себя лишней в этой идиллии.
Мне почему-то стало тоскливо и захотелось, завернувшись в плед, спрятаться в укромном месте.
— Ну что ж присаживайся, а я буду кроликами заниматься и тебе дальше рассказывать, — сегодня перед столом стояла удобная широкая лавка, на которой можно лечь, что кошка и сделала. Положила голову на лапы и слушая глубокий голос мужчины изредка наблюдала за уверенными движениями сильных рук.
В комнату я вернулась глубоко за полночь. Тихонько, чтобы не разбудить Яруш разделась и выпив капли забралась под одеяло, спрятав сумасшедшую улыбку, закрыла глаза. Всё-таки наш директор потрясающий мужчина. Не удивительно, что все влюбляются в него. Такой мужчина.
Повернулась к стенке и закусила уголок одеяла. Он великолепен. А как готовит! От сырого кролика кошка отказалась, и директор приготовил жаркое на двоих. Не знаю, что он в него добавил, но настолько вкусного я никогда не ела.
Пока кошка кокетничала я во все уши слушала его рассказ о ментальной магии, о том что делать, чтобы контроль над обращением был у меня. После сытного ужина директор хотел было проводить нас, но кошка издала недовольный звук, и он остался стоять в дверях своего домика.
Со мной такое впервые. Волнение и страх смешались. Конечно, директор не тот мужчина, в которого стоит влюбляться, но когда этот процесс можно было контролировать? С мыслями о директоре и улыбкой на губах незаметно уснула.
— Алитея! — Яруш дёргала меня за ногу. — Как ты можешь не слышать этого чудовищного звона?! Вставай немедленно! У нас первая пара у эры Лайзы.
Услышав имя преподавателя подскочила и с закрытыми глазами поспешила спрятаться в ванной.
Я тоже хотела бы знать почему от низкого, пробирающего звука продолжаю спать, а не как все учащиеся и учителя просыпаться. Быстро приняла душ, закапала глаза и, переодевшись в форму: широкие штаны и свободную рубашку, вместе с Яруш побежала на построение.
— ... И если вы думаете: «Зачем артефактору физическая подготовка?» то сообщаю, чтобы сохранить хрупкое здоровье, — эра Лайза ходила между нами и следила, чтобы все работали. — Ваша будущая профессия не отличается подвижностью. А значит будет способствовать ухудшению вашего же здоровья. Да, мои дорогие, чем большего успеха вы будете добиваться в профессии, тем больший вред будете наносить своему здоровью. Моя задача научить вас заботиться о здоровье, знать, как снять напряжение и правильно растянуть мышцы.
— Эра Лайза, но среди нас большинство оборотней. Во второй ипостаси мы сильные, гибкие и не нуждаемся в этом, — раскрасневшаяся Аша сдула упавшую на лицо пепельную прядь.
— Адептка Аша, это ваш зверь силён и быстр, но вы — нет. Десять дополнительных приседаний за несдержанность, — закусив губу, девушка продолжила выполнять упражнение.
Если первую часть занятий мы не любили, то вторую, когда наконец-то можно было сесть, ждали с нетерпением.
— Закрыли глаза и почувствовали свой источник энергии. Позвольте ему наполнить вас и обновить..., — признаться, у меня не очень получалось его почувствовать. Он не был какой—то точкой или шаром. Энергия текла по венам, заполняя собой каждую клеточку моего тела. — … Молодцы. Открываем глазки и бежим в душ, а потом на следующие пары.
Нас уговаривать не надо буквально за минуту поляна, на которой мы сидели оказалась пуста. Лишь лёгкий смех женщины наполнял её.
— Артефакторика — это точная наука и не терпит небрежности, — эр Тамир стоял у доски с написанными на ней формулами. — Одна ошибка в формуле и вся ваша работа превращается в пыль. Как ювелир ограняет камень и заставляет его сиять, так и артефактор составляя формулу «вдыхает» жизнь в камень. Адептка Алитея расскажите нам о последствиях ошибки в формуле.
— Допуская ошибку в формуле, в лучшем случае, мы ничего не получим. Артефакт просто не сработает, так и останется камнем в оправе. Но мы можем получить и обратный эффект, например, вместо здоровья болезнь. Но и это не всё, допустив ошибку в формуле мы получим «откат» от его использования. Только правильная формула может нас защитить от подобной неприятности.
— Отлично. Надеюсь, что это запомнили и усвоили все, — его чёрные глаза пронзали насквозь и хотелось спрятаться от этого тяжёлого взгляда. — Записываем…
Перья заскрипели, и мы погрузились в мир формул, сочетаний и исключений. Каждый нюанс должен быть учтён. Лучше несколько раз перепроверить, чем один раз ошибиться.
— Слушай, Алитея, займи мне место в столовой, а я быстро в библиотеку книжку возьму по этим чудовищным формулам и прибегу. Хорошо? — я кивнула, и девушка убежала махая рыжей косой.
Поправив ремешок сумки, пошла в столовую, но не успела выйти из класса и завернуть за угол как:
— О, сиротка, а что это ты одна и без охраны?
Глава 7
— Мирко, отстань, — я хотела его обойти, но он преградил дорогу. Оглянувшись, поняла, что ребята убежали в столовую и мы остались одни в этом тупике. И Яруш убежала, в её присутствии Мирко сдерживался.
— Так я пока не трогаю, — ехидно ухмыльнулся.
— Слушай, лучше свою симпатию выражай кому-то другому, — коленки дрожали, ведь я не сильна в защите, но голос оставался спокойным и уверенным.
— Симпатию? — слегка нахмурив брови парень широко улыбнулся, а потом запрокинув голову расхохотался. — Нет. Нет никакой симпатии. Есть бедная сиротка, которая слишком хорошо устроилась.
— Я… я не понимаю, — медленно обходила его по широкой дуге. Мне бы за угол выскочить, а там другие адепты он не посмеет при всех ничего сделать.
— Всё ты понимаешь, — он понял мой манёвр и в один прыжок преградил мне путь. — Не думай, что ты умнее всех. Ты жалкая человечка.
— Но я так не думаю, — кошка внутри начала злится и хотела перехватить контроль, но спасибо директору я уже знала, как не допустить этого. — Я пришла получить профессию.
— Ты всё врёшь! И что-то скрываешь. Я это чувствую и обязательно доберусь до истины.
— С чего ты взял, что я что-то скрываю? Я простой человек мечтающий о простой жизни.
— Правильней сказать жалкий человек. Но ты непроста. Нет. Зачем ты напросилась работать здесь в библиотеке?
— Но это же очевидно, — пожала плечами и позволила себе немного расслабиться. Он не знает, что мокрым стал по моей вине. — Мне нужны деньги. Я сирота, а обучение не вечно. Мне придётся выйти в мир, где смогу рассчитывать только на себя.
— Хорошо врёшь. Складно, — зло сузив глаза, он резко выбросил руку вперёд и схватил меня за шею. — Но ты могла работать в городе, как это делают все. А ты…
— Адепт Мирко! — от ярости в голосе мурашки по коже побежали. Парень отскочил от меня и развернулся к директору. — Что вы себе позволяете?!
— Простите директор Дамир, — но раскаяния не было ни в голосе, ни на лице. Он уверен в своей правоте.
— Адептка Алитея, если хотите мы всё оформим и отчислим адепта из школы, — и вот теперь парень побледнел.
— Я... — задумалась, как поступить правильно. С одной стороны, надо Мирко наказать, а с другой — исключение из школы это слишком жестоко. Мало какие школы возьму отчисленного к себе. — А если я откажусь, то что тогда?
— Тогда я назначу ему наказание в стенах нашей школы.
— Хорошо. Назначьте ему наказание.
— Вы уверены, Алитея? — мой ответ ошеломил обоих.
— Да. Уверена.
— Ну что ж, ваше право. Адепт Мирко я назначаю вам отработку по уборке территории без применения магии в течение месяца.
— Что? — парень широко распахнул глаза. — Но директор — это же жалкая человечка!
— Как интересно. Я тоже просто человек и, как видите, мне это не помешало стать директором школы. И чтобы вы прониклись жизнью простых людей через месяц сдадите лично мне работу о преимуществах человеческой формы жизни на ста страницах.
— Но…
— Можете идти, адпет, — парень сжал кулаки чуть ли не бегом покинул нас. — Алитея как вы?
— Спасибо, всё в порядке, — поверить не могу, что директор встал на мою защиту.
— Позвольте, — сильные пальцы слегка коснулись шеи и её окутало теплом. — Вы зря его пожалели. Он бы так не поступил.
— Возможно, — мне хотелось отойти от него, но сзади стена. — Но отец всегда говорил, что великодушие — это высшая добродетель.
— Ваш отец был мудрым человеком. Сейчас он бы гордился вами, — директор мягко заправил выбившуюся прядь мне за ухо и кошка в блаженстве прикрыла глаза. Я сама еле сдержалась, чтобы этого не сделать.
— С-спасибо, директор Дамир, — он словно очнулся и резко опустил руку и сделал два шага назад. Да, так легче на него смотреть не надо задирать голову да и вообще.. спокойнее на расстоянии.
— Бегите на обед, у вас сегодня ещё пара есть, адептка, — сделав книксен и подобрав юбку побежала в столовую.
Богиня избавь меня от влюблённости в директора. Он взрослый мужчина и мы не будем вместе. Да и не надо мне это. У меня есть цель. Она должна быть на первом месте. Но почему же так сладко замирает в груди от его защиты и мимолётных прикосновений?
— Алитея! — Яруш махала рукой сидя за столиком в углу подальше от всех. Взяв обед, поспешила к ней.
— Прости я задержалась.
— Что случилось? Ты где была?
— Мирко случился.
— О богиня, он тебя не обидел или в симпатии признался?
— Не успел. Директор появился очень вовремя.
— Ооо, — она многозначительно посмотрела на меня.
— Нет, Яруш, всё совсем не так, как ты себе нафантазировала. Мирко меня ненавидит за то, что сирота и человек.
— А что же директор делал в той части школы?
— Эм. Не знаю. Может к учителю пришёл, — пожала плечами и прикрыла глаза от вкуса хорошо прожаренного мяса.
— Алитея, какой учитель, если они первыми покидают класс?
— Ну не знаю я, Яруш. Мало ли какие у него дела могут быть. Просто гулял, — я говорила одно, а нехорошая мысль закралась. А вдруг директор догадался кто скрывается за лиловым ирбисом?
— Слушай, так может ты роковая красотка?
— Что? — закашлялась от её предположения. — Яруш, тебе не артефатктором...
— Да ищейкой быть я помню.
— Нет. Сказочницей. Как только такие фантазии приходят в твою голову?
— А почему фантазии?
— Да потому! Ты меня вообще слушаешь?! Мирко меня ненавидит. А директор просто мимо проходил. Всё. Нет ничего другого.
— Это ты зря. Ты просто не романтик. Вот если бы тебе кто-то формулу написал или как изготовить амулет вечной удачи тогда это привело бы тебя в восторг. Вооот! Я ж говорю — зануда! — я широко улыбнулась, от формулы амулета вечной удачи я бы не отказалась. Жаль, что никто не смог его до сих пор изготовить.
— Просто такой амулет очень полезен в хозяйстве.
— Ты невыносима. Ладно, пойдём скорее, а то эр Инур отрабатывать заставит.
— Так ты всё равно у него работаешь.
— Он такой дотошный. Ужас.
— Итак, сегодня у вас будет необычное задание. Вам предстоит создать свой амулет из предложенного набора. Предупреждаю сразу это творческое задание, а значит ваш амулет должен быть уникальным. Работать будете в паре с соседом или соседкой. Начали.
Мысленно ругнулась, потому что моей парой оказался Мирко. Богиня чем я тебя так прогневила, что сталкиваешь меня с ним?
— Эр Инур, а почему это парное задание? — Мирко тоже не рад что мы вместе.
— А потому, адепт, что артефактор должен уметь слушать, слышать и находить необычные решения. Не понимаю чем вы недовольны, адептка Алитея прекрасный партнёр, — вот же ж, слов нет на этого учителя. Он же знает, что мы друг друга терпеть не можем и… Сжала кулаки, и вышла из-за своего стола, потому что шкатулка появилась на столе Мирко.
Парень сидел за своим столом и даже не повернулся в мою сторону. Ну что ж надо быть гибче.
— И что у нас есть? — я попыталась заглянуть в шкатулку, но Мирко её забрал и зло посмотрел на меня.
— Тебе здесь делать нечего. Я сам всё сделаю.
— Но это парная работа.
— Я. Сам. Всё. Сделаю.
— Мирко, мы можем не нравиться друг другу, но задание дали на двоих, поэтому и делать его должны вдвоём.
— Я не буду ничего с тобой делать.
— Да? Ладно. Оценка-то одна на двоих будет. Работай не отвлекайся, — отошла от него на два шага и принялась раскладывать камни, всегда лежащие на столе вместе с другими расходными материалами, по ячейкам. Люблю, когда всё на своих местах.
— Ты что делаешь? Это мой стол и не смей ничего трогать.
— Но мне же надо создать видимость работы, пока ты для меня зарабатываешь высший балл.
— А знаешь что, вот тебе шкатулка и сама думай, что из этого можно сделать, — он впихнул её мне в руки и вернул все камни из ячеек обратно на стол. Чудной какой-то.
А в шкатулке лежали: прозрачный циркон, два белых пера, проволока из серебра, жемчуг, голубые ленты и длинный чёрный волос.
— Хм. Интересно. Слушай, а зачем столько белых предметов? — я посмотрела на парня, но он скривился и придвинув ближе тетрадь начал что-то писать. — Спасибо. Ты очень помог. Ну допустим, что жемчуг — это стихия воды. Все металлы — это стихия земли. Циркон и перья — воздух. Но лента и волос… Эр Инур!
— Да адептка.
— Скажите, пожалуйста, в амулете надо весь набор использовать?
— Нет это необязательно. Проявите свою фантазию и оригинальность.
И как его понять? То учит, что артефакторика это точная наука, то проявите фантазию. Покачала головой и повернулась к Мирко:
— Слушай, а что если мы сделаем амулет удачи для брюнеток.
— А почему брюнеток?
— Ну так у нас длинный чёрный волос. У мужчин не бывает таких.
— И как ты представляешь привязать волос?
— Мы сделаем оплётку из серебряной проволоки. Но тебе такое доверять нельзя всё равно не справишься.
— Ха! Ты слишком много о себе возомнила. Дай сюда, — он вытащил из шкатулки волос и проволоку и увлечённо начал создавать непросто оплётку, а нечто красивое и ажурное. У него есть талант создавать красивые вещи.
И пока парень занят своей работой я занялась наложением нужного заклинания на довольно крупный циркон.
— А давай я камень оплету со свободными петлями?
— Отличная идея, это придаст амулету воздушность и изящность, — передала камень и затаив дыхание смотрела за тонкой работой ловких рук.
— Итак, коллеги, кто готов показать свою работу? — Мирко поднял руку и учитель подошёл к нам. Внимательно рассмотрел амулет и содержимое шкатулки. — Хм. Ну что ж классическое исполнение, но, где волос?
— Он здесь, — Мирко показала на оплётку.
— О, адепты, это интересное решение. Молодцы. Ставлю высший балл. Обычно волос всегда остаётся, так как мало кто догадывается до такого решения, — мы с парнем одновременно выдохнули, чем вызвали улыбку учителя. Ну да, мы волновались, ведь непонятно примут нашу работу или нет. — Можете быть свободны.
И если Мирко покинул класс, то я не спешила, думаю хватит на сегодня нам общаться. Неуверена, что директор сможет ещё раз так удачно оказаться поблизости.
С прозвеневшим звонком поспешила в библиотеку. К сожалению, сегодня нам не удалось поработать в лаборатории — много адептов из—за предстоящих на днях итоговых работ. А после работы встретилась с Яруш за ужином в столовой.
— Яруш что-то случилось? О чём опять мечтаешь? — девушка загадочно улыбалась и словно была не здесь. Даже отменный аппетит как-то уменьшился, и она лениво ковырялась в гуляше.
— Да ни о чём. Просто... Ой ладно, тебе можно рассказать, — она придвинулась ближе и наклонившись к уху зашептала. — Представляешь убираю всё на столах, как обычно, и тут правда совершенно случайно посмотрела на эра Инура. А он... Он на меня так смотрел. Ну ты понимаешь. В общем мне кажется, я ему нравлюсь. Здорово, правда?
— Наверное, — я опешила от такого заявления. — Яруш, а ты уверена, что он смотрел на тебя?
— Конечно! А на кого ему ещё смотреть в пустом классе?
— Может он задумался?
— Алитея, как ты можешь быть такой! — она вскочила с места и подхватив поднос понесла на мойку. А я взяла свой и поспешила догнать девушку.
— Яруш, прости, я ничего не понимаю в этих чувствах. Может ты и права, — почему-то стало неловко от своей эмоциональной неуклюжести. Моя кошка и то опытней меня в этом вопросе.
— Ладно, забыли, — она лучезарно улыбнулась и, взяв меня под руку, мы пошли в комнату. Я заметила, что с каждым днём я спокойнее отношусь к прикосновениям. — Тем более что завтра и послезавтра у нас итоговые работы, будем вместе готовиться.
— Хорошо, — всё же эта рысь неподражаема в своей искренности.
Следующие два дня прошли как сон: итоговые работы, работа в библиотеке, подготовка на завтра и после обессиленная проваливалась в сон. Я настолько выматывалась за день, что даже кошмары не мучили, а ведь каждый вечер забывала выпить капли. Да и к директору на занятия не ходила — некогда.
Зато сегодня нам сообщат результаты и завтра у нас бал. Девушки с утра только и говорят что о нём, и кто в чём пойдёт.
— Алитея, сколько ты будешь отмалчиваться? — мы стояли возле окна в ожидании, когда придёт учитель и начнётся последняя на сегодня пара. Мне хотелось спрятаться в тишине и ни о чём не думать.
— Ты про что?
— Как про что? О том же что и все вокруг — ты в чём на бал пойдёшь?
— Эм. Не знаю, думаю, что-то в одном из двух платьев, — и что тут скажешь, если отец собрал мне вещи как мужчина — только первая необходимость и учёба. О таком событии, как бал он не подумал, зато есть два домашних платья.
— Что? Ты серьёзно? — к счастью, в класс зашёл учитель, и эта тема откладывается до вечера.
Да-да после занятия я честно сбегу в библиотеку, а оттуда к директору.
Моя кошка в предвкушении радостно перебирала лапками и ждала, когда же мы дойдём до нашего дерева. И вновь она носится по лесу, катается в траве, как сумасшедшая. Наслаждается свободой и сумерками.
— О, ты пришла! — директор так светло улыбнулся, что сердце сжалось. — Очень рад. И спасибо за гостинец, но, право слово, в этом нет необходимости.
Он подставил большую миску, и кошка гордо положила свою добычу: двух фазанов. И всё повторилось: кошка лежала, наблюдая за ловкими руками мужчины, а он готовил нам ужин. И вроде тишина, а приятная. Домашняя.
— Ну что ж, милая гостья, сегодня я утвердился в том, что ты моя ученица. Ты пропустила нашу встречу, потому что готовилась к итоговым, — кошка дёрнула ухом, но глаз не отвела. Мы уже поужинали, и мужчина пересел ближе к печке, и даже лавку придвинул, чтобы и мы могли греться у огня. Осень становится всё холоднее, иногда бывают и заморозки. — Признаваться кто ты по-прежнему не хочешь? Ну хорошо, тогда продолжим нашу беседу…
Сегодня он рассказывал о том, как делать внушение, как менталист «просматривает» другого. Слушала затаив дыхание. И было очень жаль, что из-за браслета не могу ничего попробовать — мне не хватит силы. Но и снять его пока не могу. Отец говорил, что оборотни сразу же почувствуют во мне последнюю из рода, а Шарух узнает где я.
Так что слушала я увлекательный рассказ директора и вздыхала про себя. Но я верю, что однажды смогу всё это попробовать и не становиться «заложницей» своего дара.
В комнату вернулась привычно глубоко за полночь. И каково же было моё удивление, когда увидела злую Яруш сидевшую, скрестив ноги на своей кровати.
— Где ты пропадаешь?!
— Да так по лесу гуляла. А ты почему не спишь?
— А как я могу спать, когда моя подруга и соседка на бал собралась идти в домашнем платье?!
— Яруш, ложись спать, ничего страшного не произошло, — и в жизни не признаюсь, что обида душит и только гордость не позволяет дать волю чувствам. — Это всего лишь школьное собрание.
— Алитея. Как ты можешь так говорить?! — девушка соскочила с кровати и взяв моё лицо в ладони подняла, заглядывая в глаза. — Это же бал!
— Яруш, — дёрнула головой и отошла на два шага назад. — Ничего страшного нет в том, чтобы прийти в скромном платье. Если помнишь у меня нет титула, поэтому ни о какой роскоши и речи быть не может. Так что домашнее платье вполне себе ничего вариант.
— Нет. Это не так, Алитея. Даже скромное платье может быть бальным. У меня есть два платья, которые я ни разу не надевала — примерь!
— Нет.
— Ну, пожалуйста, — она умоляюще на меня посмотрела, сложила перед грудью руки и я сдалась. Почти. — Яруш, милая, спасибо за заботу и желание помочь, но я почти на две головы ниже тебя. Мне не подойдёт ни одно из твоих платьев.
Понимание мелькнуло в глазах девушки и, грустно опустив голову, села на кровать, чтобы через мгновение сияющей подскочить и крепко сжать мои плечи:
— Алитея, так мы можем укоротить платье!
— Нет, Яруш, мы ничего укорачивать не будем. Ты не настолько богата, чтобы раскидываться красивыми платьями.
— Но тебя же наверняка похвалят при всех. У тебя высший средний балл. Алитея соглашайся.
— Нет, Яруш. Всё нормально. Правда. Ложись спать.
Я прошла к своей тумбочке, кинула на неё сумку. Неудачно. Она упала и из неё выкатился синий флакончик. Яруш в мгновение ока оказалась рядом и подняла его нюхая.
Глава 8
— Ммм, какая прелесть. Что это?
— Да так, капли.
— А зачем тебе они? Это же не сонные капли.
— Отдай, — я протянула руку раскрытой ладонью вверх.
— Нет. Ты сначала скажи зачем тебе они.
— У меня устают глаза, — почти не соврала, но говорить что-либо иное не имеет смысла. Вот недоговорить другое дело.
— Ууу, жаль никакой тайны, — я забрала флакончик и спрятала в сумку. — Вы, люди, такие слабые.
— Уж какие есть, — и, чтобы прекратить этот разговор, взяла вещи и пошла в душ ополоснуться перед сном. Уже у дверей ванны она опомнилась:
— А как же платье?!
— У меня есть платье. Всё ложись спать, — не дожидаясь ответа, спряталась за дверью.
Я не строю иллюзий завтра она начнёт всё сначала. Но это будет завтра. А сейчас душ и спать.
— Алитея, — требовательный голос и бесцеремонная рука дёргающая меня за ногу не давали ни единого шанса уснуть вновь. И это после двух дней напряжённой работы. — Алитея, вставай!
— Яруш, у тебя совесть есть? Я хочу выспаться, — дёрнула ногой и спрятала её под одеялом.
— Алитея, какая совесть, когда у тебя платья нет. Вставай!
— Яруш, ты чудовище, — нехотя села, не открывая глаз. В голове шумело, и отчаянно хотелось спать.
— Я же забочусь о тебе. Иди прими холодный душ и я расскажу, что мы сделаем, чтобы у тебя появилось платье, — я покачала головой и слегка шатаясь ушла в душ.
Прохладная вода, капли и вот я почти в норме. Признаюсь, к Яруш выходила с опаской — не известно, что пришло в её рыжую голову.
— Наконец-то, — девушка вскочила. От её горящего взгляда стало не по себе. — Пойдём скорее!
Она взяла меня за руку и, всунув в другую руку мою сумку, потянула в коридор. Я за ней еле успевала.
— Куда мы бежим?
— В город за платьем. Будем первыми клиентами. Пока все девчонки проснутся мы уже и вернёмся.
— Нет, Яруш, — резко остановилась. — Я не пойду в город.
— Алитея, у нас в мешочках звенят монеты. Почему нет?
— Потому что эти монеты мне нужны для другого. Спасибо за твоё желание помочь, но не надо, — развернулась и побежала в сад, а там в лес.
Я бы могла многое сказать, но никто не должен знать обо мне. Я не готова и артефакта ещё нет.
— Адептка? — вздрогнула и выронила жёлтый лист. — Что вы здесь делаете?
— Гуляю, — сделала книксен.
— В такую рань?
— Да вот не спалось.
— Понимаю. Мне тоже не спится, — кошка наслаждалась его голосом и радовалась его медленному приближению. А вот меня это, наоборот, напрягало.
— Я могу идти? — а ещё лучше убежать.
— Нет. Я хотел с вами поговорить, — между нами остался всего шаг, поэтому я подняла голову, чтобы видеть янтарные глаза директора. Чем дольше я в них смотрела, тем чаще билось моё сердечко. Мысли начинали путаться. Хотелось сделать последний шаг, чтобы вдохнуть, до головокружения, запах морозного утра. Его запах.
Несколько раз зажмурила глаза, чтобы хоть немного прийти в себя.
— Что вы хотели мне сказать?
— Да, — директор тоже тряхнул головой и виновато улыбнулся. — Признаюсь, сам не знаю, как и начать этот разговор.
— Вы меня пугаете, — несколько нервно оглянулась по сторонам. Кого хотела увидеть не знаю. Видимо привычка.
— Простите, мне и самому несколько неловко об этом говорить…
— Неужели Яруш успела вам нажаловаться, что у меня нет платья для бала?
— У вас нет платья? Но… вы же девушка…
— А вы разве не об этом хотели со мной поговорить?
— И это тоже, — он как-то обречённо выдохнул, словно вся тяжесть мира опустилась на его плечи. Моё внутреннее чутьё говорило о том, что директор многое недоговаривает. Словно услышав мои мысли, мужчина прогнал тени с лица и мягко улыбнулся. — Ну что ж пойдёмте к школе по дороге расскажите почему у вас нет платья. Вы же вчера получили и оплату за работу в библиотеке и пособие.
— Вы знаете, я бы не хотела об этом говорить, — я не сдвинулась с места.
— А придётся, адептка. Вы несовершеннолетняя (прим.автора в этом мире оно наступает в 35 лет). Сирота, у которой нет опекуна, а значит на время вашего обучения ваш опекун я, как директор школы. Итак, я слушаю, — и он неспешно пошёл по дорожке к школе, уверенный, что я пойду за ним.
Тяжело вздохнула и пошла. А что делать? Если начну упрямиться, то моё дело пойдёт дальше и мне принудительно назначат опекуна. А он мне не нужен.
— А что рассказывать? У меня есть два платья: вот это и синее. Пойду в синем оно из более качественной ткани.
— Алитея, а вы точно девушка?
— Что?
— Обычно девушки сами рвутся купить обновку, ленты и что там ещё? — он неопределённо махнул рукой. — Вы же словно отгорожены от мира и всех его радостей. Поверьте, новое платье — это не так страшно и расточительно в вашей ситуации, как может показаться.
— Я вам верю, директор, но позвольте мне самостоятельно решать в каком платье идти на бал.
— А если не позволю? — он внезапно остановился и поднял моё лицо, заглядывая в глаза. — Скажите, что вам всё равно какое платье будет надето на вас, возможно, на первый в жизни бал.
Я молчала не в силах соврать. Конечно, мне не всё равно. И да это мой первый бал. А какие могут быть балы, когда мы с отцом скрывались? Предательская влага начала медленно подступать к глазам. Вырвав голову,, пошла вперёд ничего не ответив.
— Молчите? Ну что ж это лучше, чем врать. Спасибо, — удивлённо посмотрела на уже идущего рядом мужчину. — Я не люблю ложь, Алитея. Но с уважением отношусь к молчанию. Поэтому мы идём в город за платьем и туфлями. И это не обсуждается, адептка.
— Но я… — посмотрела по сторонам, не зная, что делать.
— Что вы? Я должен о чём-то узнать? — тёмная бровь немного приподнялась.
— Эм… Нет… Всё в порядке… — как же отделаться от него не вызывая подозрений? — Просто вы мужчина, а я девушка. Неловко как-то.
— Понимаю, поэтому, так и быть платье выберете сама и ко мне можете из примерочной не выходить.
— Спасибо, директор Дамир.
— Ну что вы, Алитея, это моя обязанность, — тонкий сарказм не укрылся от меня. А может он и не пытался его скрыть. Ему нет нужды играть передо мной какие-то роли.
— Простите.
— Я понимаю, что вам это неприятно, но если вы не смогли пойти с подружками по магазинам, значит их либо нет, либо вы им не доверяете. Нет. Не отвечайте и не объясняйте. Это сейчас не так важно.
— А есть рядом со школой подходящий магазин? Мне бы не хотелось вас долго задерживать, — мой голос оставался спокойным, в то время как каждая клеточка тела дрожала от ужаса. Отец не просто так запрещал мне выходить за ворота школы. А вдруг там люди Шаруха?
Впрочем, это вряд ли. Надеюсь, он решил, что я побежала дальше, а не осталась в первом же городе.
— Такой магазин есть, но там цены несколько завышены…
— Отлично! Пойдёмте туда.
— А вы не знаете, почему у меня такое чувство, будто вы чего-то боитесь?
— Нет. А почему?
— Вот и я не знаю. Вы же впервые в этом городе, неужели неинтересно на него посмотреть? Я знаю, что за всё время обучения вы ни разу не вышли за ворота. Почему?
— Потому что мне неинтересно. Все города одинаковы.
— Вы необычная девушка, адептка, — при нашем приближении ворота распахнулись и, отчаянно молясь про себя богине, я ступила на широкую площадь.
Города на самом деле одинаковы. На землях оборотней суровый климат, резкие перепады температур. Это отразилось и на нашем быте, городах, одежде. Серые и коричневые дома с рыжей черепичной крышей. Такие же оттенки в одежде.
Нужный нам магазин я увидела сразу — он был напротив ворот. Ажурная вывеска «Модная одежда» слегка поскрипывала на ветру, привлекая внимание. Директор открыл передо мной дверь, пропуская вперёд.
— Доброго утра, — улыбчивая продавщица расправила складки на белом переднике, не отводя глаз от директора. — Чем могу помочь?
— Этой эре надо помочь с выбором простого платья для школьного бала, — и прикрылся мной как щитом.
— Конечно, — её улыбка немного померкла, но всё равно оставалась радушной. Пробежала по мне оценивающим взглядом и, кивнув своим мыслям, показала рукой в другой конец зала. — Прошу, эра, подходящие вам платья с той стороны.
Чувствуя спиной пристальный взгляд директора, я особо и не выбирала, взяла первое насыщенно-синее платье и, скрывшись в примерочной перевела дух. Это сложно каждую минуту бояться появления Шаруха или его приспешников; сдерживать свою кошку от глупостей; а ещё и моё влечение к директору просто наваждение какое-то.
Простое платье с небольшим круглым вырезом на талии подхватывалось узким ремешком в тон ткани, вниз спускалось свободными складками. Правда, оно оказалось без рукавов, но это ничего мы же в зале будем — не замёрзну. Искать другое не хочу. Хочу под защиту школы скорее вернуться.
— Эра, вот туфельки примерьте, думаю, они вам подойдут, — не выходя взяла коробку и, всунув ногу, поняла, что эта женщина профессионал, настолько точно определила размер. Синие туфли на низком каблуке сели на ногу идеально.
Буквально полминутки посмотрела на себя в зеркало. Хороша. Сняла вещи пошла, оплачивать покупки мысленно благодаря Яруш за всунутую в руку сумку с деньгами. Мне бы не хотелось, чтобы директор оплачивал мои покупки.
До школы мы дошли молча и за воротами распрощавшись, пошли в разные стороны.
— Алитея, глазам своим не верю! — Яруш громко и часто дышала. — Как ты могла?! Ты поэтому не хотела со мной идти? Потому что собралась с директором выбирать платье.
— Яруш, это не то о чём ты подумала, — окна нашей комнаты выходят как раз на сторону ворот. Богиня, кто ещё нас увидел вместе? И что теперь обо мне будут говорить? Стыд-то какой.
— А что я должна подумать, если ты уходишь с директором и возвращаешься с ним же, да ещё и с покупками?
— Ты же знаешь, что я сирота. Вот он и исполняет роль моего опекуна. Пока.
— А почему он других сироток с собой не взял?
— Может, у них уже есть опекун?
— Что между вами происходит?
— Яруш, — я застонала и, бросив покупки на кровать, закрыла пылающее лицо. — Нет между нами ничего и быть не может.
— Почему это не может? Вы люди, а значит совместимы.
— Он намного старше меня.
— То есть ты всё-таки рассматриваешь его в качестве мужа?
— Нет! Конечно же, нет. Как это приходит в твою голову?
— Но он же почему-то повёл тебя в магазин, хотя мог просто приказать туда самой сходить. И если он выполняет обязанности опекуна, то так бы и поступил. Но он сопровождал тебя. Почему?
— Потому что я глупая имела неосторожность сказать, что у меня нет платья.
— А теперь поподробнее, — довольно улыбнувшись, девушка села на своей кровати и обняв подушку внимательно на меня посмотрела. Я закатила глаза и сдалась. Она же не отстанет, пока всё не разведает.
— Вот так всё и было. Как видишь, ничего особенного или тайного.
— Ну не знаю. Мне кажется, что тут всё не так просто, как ты думаешь.
— Ладно, Яруш, время не ждёт, давай к балу готовится?
— Точно! Слушай, мне из дома прислали чудо-крем наносишь на влажную кожу и через тридцать минут она начинает едва мерцать. Здорово, правда?
— Наверное. А долго эффект продержится?
— Нет. Пару часов. Тот, что с долгим эффектом нам не по карману. Удивительно, что матушка мне его прислала.
— У вас настолько плохие отношения? — я начала сомневаться стоит ли им пользоваться.
— Нет. Просто я же на самообеспечении... а тут подарок. Неожиданно, — она на самом деле выглядела немного удивлённой.
— Тогда иди первая в душ. До бала час остался.
Глава 9
Чем ближе мы подходили к залу, тем громче становилось: звучала музыка, слышны голоса и смех. Волнение становилось сильнее. Мне отец рассказывал что да как, даже вальсировать научил, но это было давно.
Зал заполнен светом и людьми. В воздухе над головами в такт музыке кружат цветы, наполняя воздух нежным ароматом. Высокие колонны также украшены цветами. Счастливые лица, ещё вчера серьёзных адептов, заражали желанием расслабиться и насладиться вечером.
Яруш, в отличие от меня, не растерялась и по сторонам не глазела, а сразу направилась к нашим девчонкам. Видимо, в её жизни это не первый бал.
— … А вы видели Мирко? Красавец, — от этого имени меня передёрнуло, но глаза быстро нашли того от кого надо держаться подальше.
— Да что ты на наших смотришь, лучше посмотри какие учителя невероятные, — они стояли на сцене о чём-то между собой переговариваясь и периодически пробегали взглядом по залу. Взрослые мужчины от молодых парней разительно отличаются не только выправкой, но и внешним лоском. Есть в них что-то притягательное, что не даёт отвести глаза.
— Добрый вечер, адепты, — зал затих все посмотрели в центр на директора. Он почему-то не вышел на сцену, где его ждали преподаватели. — Поздравляю вас с успешно сданными первыми итоговыми работами. Мы гордимся вашими результатами. Чуть позже мы назовём лучших, а сейчас музыка.
Над залом полилась медленная мелодия вальса. Ребята быстро «разобрали» моих подруг, закружив в танце. А я медленно пятилась к колонне. Оглядывалась по сторонам и понимала, что идут ко мне. И это плохо. Очень плохо.
— Ну что же вы, Алитея? — насмешка в голосе и тёплый мёд в глазах. — Потанцуйте со мной.
— А может не надо? — где-то в глубине души теплилась надежда, что он уйдёт.
Но этот мужчина пропустил всё мимо, протянул руку и слегка склонился. Тяжело вздохнула и вложила свою дрожащую руку в его горячую и уверенную. Не думаю, что отказ сейчас будет хорошей идеей.
— Не бойтесь, адептка, в танце главное позволить мужчине вести и ваши несовершенства никто не заметит.
— Конечно, директор Дамир, — постаралась мило улыбнуться и приструнить разбуянившуюся кошку. Та хотела ласки и свободы.
Директор легко влился в круг танцующих. Смотреть по сторонам или на него было страшно, поэтому я рассматривала перламутровую пуговицу на его светлом камзоле. Он всегда красив, словно принц, но сегодня привычный чёрный камзол сменился на светло-бежевый и такого же цвета узкие брюки были заправлены в высокие чёрные сапоги. Белоснежный кружевной платок украшал редчайший янтарного цвета сапфир. Интересно это просто камень или артефакт? Но проверять не буду, директор сразу почувствует вмешательство.
— Вам идёт это платье, Алитея, — от неожиданности я подняла голову. — Знаете, я хотел с вами поговорить с утра, но так и решился.
— А сейчас набрались смелости? — что я несу? Это всё кошка. Борьба с ней забирает все силы и голова не думает, что говорит язык.
— Можно и так сказать. Вы удивительная девушка, совсем непохожи на своих подружек.
— Я помню "словно отгорожена от мира".
— Дело не в этом. Вы другая. И вы мне нравитесь. Как девушка.
Остановится у меня не получилось, в этот момент директор легко приподнял меня над полом покружил и повёл дальше в танце. Как у него получается следить за тем, что происходит вокруг, разговаривать и ещё контролировать меня?
— Что же вы молчите?
— А что вам сказать? Вы директор, а я ваша ученица.
— То есть я вам не нравлюсь? — он прищурился и сжал губы.
— Вы привлекательны, — на самом деле он красив, но зачем ему об этом знать? — Но это неправильно.
— Неправильно делать вид, что вам всё равно, адептка. Я вас услышал, — в этот момент танец закончился, не сказав больше ни слова, директор отвёл меня на место и слегка поклонившись ушёл.
Моё сердце стучало в горле, щёки, наверное, красные. Но что я могу сделать? Мне нельзя ни к кому привязываться и заводить отношения тоже нельзя. Шарух. Я должна отомстить за весь свой род, иначе для чего богиня дала мне дар?
— Ох, подруга, — Яруш ворвалась в мои мысли. — Ну ты даёшь! С самим директором танцевать! Это же невероятно!
— Ничего особенного, — пожала плечами и отвернулась к окну. — Он пригласил, я — согласилась.
— Э нет, — она меня развернула к себе. — Признавайся он на тебя запал?
— Что? — в этот момент я покраснела ещё больше. — Яруш, не начинай, а? Нет между нами ничего.
— Неправда, когда ничего нет, то не приглашают на танец. Ты ему точно понравилась! А он тебе?
— Яруш, он директор. Как он может нравиться?
— Он в первую очередь мужчина, глупая, а потом может быть и директор.
— Нет, — упрямо мотнула головой. — Я не хочу никаких отношений. Я сюда пришла учиться.
— То есть ты ему отказала?
— То есть я не вижу смысла продолжать этот разговор, — я хотела уйти хоть куда-нибудь, но подруга оказалась проворнее и преградила мне путь.
— Алитея, милая, признайся что тебе говорил директор?
— Ничего не говорил. Обычный комплимент о том, что мне идёт это платье. А ты с кем танцевала?
— Ты что-то недоговариваешь, — она прищурилась, но быстро сменила гнев на милость. Наклонилась, чтобы прошептать мне на ухо. — Я буду танцевать с эром Инуром.
Девушка звонко рассмеялась увидев моё удивление. Расправила невидимые складки на платье и кокетливо улыбнулась кому-то за моей спиной.
— Эра Яруш, позвольте вас пригласить?
— С удовольствием, — эта кокетка стрельнула глазками и вложила тонкие пальчики в большую ладонь учителя.
Такого я не ожидала. Яруш говорила, что нравится преподавателю, но я была уверена, что это плод её фантазии. Но тут… Но ведь у них такая разница в возрасте, да и вообще учитель и ученица разве это правильно?
Меня никто не приглашал танцевать, и это огорчало. Ещё с детских лет я представляла первый бал как волшебство, а в реальности... Грустно вздохнула и пошла к столу с напитками. Выпью сока может легче станет.
Иногда мне казалось, что кто-то пристально смотрит на меня, но оглядываясь никого не видела. Тяжёлый осадок после разговора с директором отдавался горечью потери. Что за наваждение? Я всё правильно сделала. Мне нельзя. Но почему же моя кошка хмурится и отворачивается?
— Ты чего грустишь? — Яруш обняла меня сзади. — И что бы ты ни говорила, а я нравлюсь эру Инуру.
— Наверное, — не смогла сдержать грустный вздох.
— Ты чего, подруга? — девушка меня развернула заглядывая в глаза. — Ты влюбилась?
— Что? Нет! Просто тут скучно и я хочу в комнату и спать.
— Только не говори, что влюбилась в директора.
— Не говорю. Я устала, Яруш. Весь этот шум…
— Значит он тебе всё-таки что-то сказал. Ой, погоди, неужели это ты призналась ему в своих чувствах?
— Это уже слишком, даже для тебя, Яруш, — сбросила её руки со своих плеч и пошла прочь из зала. Не хочу никакого награждения и вообще ничего.
— Алитея! — хвала богине, девушка не побежала за мной, а лишь окликнула. Я махнула рукой, и обходя танцующие пары, спешила к спасительной двери.
— Решили сбежать, адептка? Так ещё рано. Церемония награждения через десять минут нехорошо, если лучшей ученицы не будет.
— Я... — растерялась не ожидая, что меня поймают и кто... директор Дамир. Оглянулась в поисках идей или поддержки, но ничего не нашла.
— Решили подышать свежим воздухом и через минутку вернётесь? — судя по его взгляду он всё прекрасно знал. Но это помощь или ирония?
— Да, тут душно, — решила принять за помощь и тихонько сбежать.
— Какое милое совпадение мне тоже захотелось свежим воздухом подышать, — мужчина предложил мне локоть и ничего другого не оставалось, как принять его.
Прохлада коридора нежно обняла за плечи и медленно возвращала ясность моим мыслям. В самом деле чего я так расстроилась? Зато директор больше ни с кем из учениц не танцевал. А ровесники... если директор считает меня «отгороженной от мира», то что уже о них говорить.
— Вы весь вечер грустите, адептка. Вам не нравится бал?
— Тут шумно и многолюдно, — я подбирала слова, чтобы опять не задеть мужчину. — Я быстро от этого устаю.
— Это же бал... это ваш первый бал?
— Да. Очень надеюсь, что следующий будет нескоро.
— До зимнего бала несколько месяцев осталось.
— Я заболею.
— Вы лучшая ученица и вас наградит представитель королевской семьи.
— Что? — сердце замерло, а руки вмиг стали ледяными.
— Это обычная практика к нам на зимний бал приезжает кто-то от королевской семьи и награждает лучших учеников по итогам осени и зимы. Вы не знали?
— Нет. А можно отказаться от награждения? Я не люблю всю это официальность, да и награды мне не нужны.
— Королевская награда десять золотых, адептка, это немаленькая сумма, особенно для нашего небольшого городка.
— Я же могу заболеть и что тогда, меня больной приведут на награждение?
— Конечно нет, никто не будет над вами издеваться. После выздоровления заберёте деньги у эры хозяйки Субат. Алитея, вы скрываетесь?
— Что?
— Просто мысль пришла... Вы не любите шум и большое скопление людей, в город не выходите. Ведёте уединённый образ жизни, словно скрываетесь от кого-то.
— Я сирота. У меня недавно погиб отец. И, возможно, я стала несколько нелюдимой, но…
— Простите, я не должен был поднимать эту тему. Конечно, потеря близких всегда болезненна. Простите, — мы немного помолчали каждый о своём. — Пора возвращаться и начинать церемонию.
Лучших учеников оказалось пятеро трое из нашей группы: Я, Мирко и Оник и двое из параллельной — Виретта и Леим. Нас наградили не по-королевски, но тоже приятно, один золотой и плюс повышенная стипендия. До следующих итоговых работ.
Бал продолжался дальше, а я ушла в нашу с Яруш комнату. Делать мне там нечего, все танцуют и веселятся, а мне так тоскливо на душе, хоть плачь.
В ванной ещё раз посмотрелась на себя в зеркало — хороша. Синий цвет платья подчёркивает искусственную синеву моих глаз. Да и сам наряд ладно сидит на моей фигурке. И почему же меня никто не пригласил?
Тряхнула головой и смыла грустные мысли прохладной водой. Что толку гадать, если всё равно не узнаю ответ?
А вот подумать над приездом представителя королевской семьи стоит. Первой мыслью была снизить средний балл успеваемости, но вспомнила слова директора и её отмела. Не поможет. А вот болезнь — это выход. Но как заболеть по расписанию?
Я знаю только одно человека, который сможет мне помочь и завтра мы с ним увидимся.
Глава 10
— Дитя, что это ты удумала? — хранитель хмурил брови, слушая, мой пересказ вчерашних событий.
— Эр Даурен, но мне правда нельзя на зимний бал. Там же представитель королевской семьи будет, а вдруг он меня узнает?
— Девочка, но когда всё случилось тебя даже в планах не было. Кто тебя узнает?
— Отец говорил, что я очень похожа на маму.
— Нуу..., — старик погладил бороду и пристально всматривался в меня. — Да. Похожа. Но ведь столько лет прошло, мало ли кто на кого похож. Ты человек и это все чувствуют.
— Эр Даурен, пожалуйста, — я состроила самое жалостное выражение лица и сложила руки перед грудью. Мне нужна его помощь, потому что мы не изучали такого на занятиях, да и отец не обучил. Кто бы мог подумать, что понадобится амулет болезни.
— Дитя, даже если я помогу толку не будет, — он погладил меня по голове как маленькую.
— Почему?
— Потому что наш многоуважаемый целитель первым делом находит амулеты и артефакты. Тебе нужен этот позор?
— Но ведь амулет можно замаскировать так, что никто не почувствует.
— Можно. Но ты этого не умеешь.
— Я теорию знаю, — да отец несколько раз мне рассказывал.
— Послушай старика, дитя, не морочь голову, а займись учёбой, — он горестно вздохнул и покачал головой. — Мы слишком маленький городок, чтобы кто-то большой к нам приехал. Обычно это чей-нибудь секретарь. Когда-то давно королевская семья приглашала на зимний бал во дворец всех одарённых, но после того что случилось... Это просто дань традиции. И как видишь во дворец уже никого не зовут всё делается на местах. Так что не переживай почём зря.
— Может вы и правы, — мне очень хотелось верить, что всё обойдётся, но почему же так тревожно на сердце?
— Конечно прав, а теперь давай-ка твоим амулетом займёмся. Я тут немного повспоминал и знаешь, как бы ты ни упрямилась, а нам нужен более знающий в заклинаниях.
— Почему?
— Да потому что мы не всё знаем, девочка, не всё. Нам директор с его менталистикой нужен ну или кто другой.
— Я не понимаю.
— Да что ж тут непонятного? Шарух менталист и чтобы обойти действие артефакта, будет использовать заклинания воздуха, а мы их не все знаем.
— Но должны же быть книги.
— Дитя, вот пряталась бы ты в Академии, тогда да. А здесь школа для артефакторов у нас ведущая магия бытовая, поэтому и книги для вас с общими знаниями.
— Что же делать?
— Признаваться директору.
— Нет. Я не могу, — я помню что он говорил о помощи, но говорить и делать это разное. — А вдруг он, узнав обо мне — отдаст Шаруху?
— Глупенькая. Наш директор человек с большим сердцем и чувством справедливости. Он никогда не сделает этого.
— Нет. Эр Даурен, вы же хранитель и должны знать какая книга поможет нам. Давайте я попрошу Яруш её купить в городе? У меня есть монеты.
— И как ты объяснишь подружке это?
— Хочу глубже изучить предмет? — прищурившись, он ненадолго задумался и кивнул своим мыслям.
— Тогда пойдём, — мы вышли в зал, и хранитель нагружал меня книгами по заклятиям. Успокоился, когда я придерживала подбородком стопку книг. — Ну вот теперь думаю, что подружка ничего лишнего не заподозрит. Всё иди отдыхай и видимость создай, что тебе это очень интересно.
— Спасибо, эр Даурен.
Глухое эхо моих каблуков разносилось по пустому коридору. Я мало что видела перед собой, поэтому шла осторожно, но едва не рассыпала книги услышав:
— О сиротка, что это ты набрала?
Мирко появился словно из ниоткуда. Сердце застучало, захотелось убежать и не слушать очередные гадости обо мне.
— Мирко, отстань, — но разве он когда-нибудь слушал?
— Ну-ка, «Менталистика», «Основы менталистики». Сиротка, зачем тебе это? Ты же бытовой маг, а не менталист.
— Я хочу стать великим артефактором, поэтому надо изучать все направления магии глубже, чем нам рассказывают на уроках. Что непонятного?
— Ааа, сиротка великий артефактор. Слушай, сама придумала или кто подсказал?
— Слушай, что ты ко мне пристал? Ты куда-то шёл? Вот и иди дальше, — я начала злится и малодушно жалеть, что не настояла на его исключении из школы. Я не ждала от него благодарности, но надеялась, что хотя бы отстанет от меня.
Помощь пришла откуда не ждала.
— Алитея! Давай помогу, — парень ловко перехватил мою стопку и оттеснив Мирко спросил. — Это ты всё в комнату несёшь или в библиотеку?
— В комнату.
— Мирко, ты поможешь?
— Вот ещё делать мне больше нечего как убогим помогать, — задрав подбородок, он ушёл.
— Не обращай на него внимание. Зависть никого не красит.
— А чему у меня можно завидовать?
— Красоте? — переглянувшись мы дружно рассмеялись.
— Оник, он же парень, вряд ли ему длинные волосы нужны.
— Зато ты улыбнулась. А зачем тебе столько книг? Итоговые только закончились.
— Это так... дополнительная литература.
— У тебя остаётся свободное время? — он искренне удивился.
— Не то чтобы очень много, но если каждый день по чуть-чуть, то всё возможно.
— Жаль, что Яруш не такая серьёзная, как ты, — что-то в его интонации заставило меня вновь посмотреть на парня, но уже внимательнее.
— Зато она искренняя и красивая.
— И красивая... — тяжело вздохнул и словно очнулся, потряс головой. — Ты тоже красивая.
— Всё хорошо, не оправдывайся, — легонько погладила его по плечу. — Яруш на самом деле уникальна.
— А как ты думаешь, если я... ну... она...
— Оник, я честно не знаю, — его откровенность меня озадачила. Обычно же девушки откровенничают, а тут парень… — Яруш такая непредсказуемая и переменчивая…
— И эр Инур с ней танцевал, — желваки заиграли на его скулах. Парень недоволен и не может этого скрыть.
— А со мной директор, — мне хотелось как-то подбодрить парня, но не могла найти подходящие слова. — Это ни о чём не говорит.
— Половина девчонок тебя за это ненавидят, — он криво ухмыльнулся.
— За танец?
— За директора. Он же красавчик, — не могу сказать, что Оник некрасив, он молод в отличие от директора. А так высокий, темноволосый, синие глаза в обрамлении густых ресниц. Слегка полные губы, волевой подбородок и острые скулы. — Все мечтают обратить его внимание на себя.
— Уверена, что в твоём возрасте он выглядел, так же как и ты.
— Думаешь? — парень с сомнением посмотрел на меня и вновь отвернулся. Мы поднимались по ступенькам на второй этаж.
Пробегающие мимо девчонки бросали заинтересованные взгляды на парня, а потом на меня и приподняв брови молча бежали дальше. Ну вот, теперь ещё и слух пустят, что у нас что-то есть. И никому в голову не придёт, что он просто помогает по-дружески.
Мы остановились возле нужной двери и я, наконец, вспомнила слова отца:
— Мне отец говорил, что мужчина красоту с возрастом набирает. Так что у тебя всё впереди. Спасибо, что помог донести книги, — забрала свою стопку и быстро попрощалась с влюблённым.
Яруш сидела за столом и делала уроки, но стоило мне войти, как ветром прибежала помочь. На губах счастливая улыбка, глаза сияют как звёзды. Что-то случилось.
— Алитея, ты не представляешь, что произошло, — голос звенел от предвкушения.
— Что? — поставила книги на стол и села, чтобы удобнее было слушать.
— Он такой мииилый, — её улыбка стала ещё шире. Она как бы невзначай поправила вазочку на столе и только сейчас я увидела красную розу в ней.
— Ооо. Это…
— Это Инур, — лёгкий румянец заиграл на её щёчках.
— А…
— Я ему нравлюсь, представляешь? Он говорит, что таких ярких эр никогда не встречал. Что я как пламя и… В общем, красивая я.
— А как же Оник? — парня стало жалко. А ведь вначале у него были неплохие шансы добиться расположения Яруш.
— А что Оник? Он молод и непонятно кто из него получится, — она пожала плечами и нежно погладила лепестки розы.
— Яруш, — я не знала, что и сказать от такой искренности.
— Что? Он мне ни одного знака внимания не оказал! — она обиженно надула губы и отвернулась к окну.
— А эр Инур слишком много оказывает. Тебя это не настораживает?
— Алитея, твоя подозрительность ни к чему, — лёгкая улыбка расцвела на её губах, и глаза заблестели.
— Инур невероятен. А ещё умеет ухаживать за юными эрами.
— Вот именно. Он взрослый мужчина и знает, как покорить сердце наивной девочки. Сколько в его копилке разбитых сердец?
— О чём ты?
— Ты же не думаешь, что одна у него? Он в школе давно преподаёт и, наверное, каждый год меняет фаворитку.
— Алитея, он не такой. Он… Он особенный.
— Ты чувствуешь в нём свою пару? — если эта рысь что-то надумала, то переубедить её очень сложно.
— Нет.
— Вот тебе и ответ.
— Необязательно. На наших землях давно не появляются истинные пары. Говорят, что если долго молиться, то богиня помогает с ребёночком тем, кто прошёл обряд...
— Ты уже о детях думаешь? Яруш, это же неразумно. Ты его совсем не знаешь.
— Он умён, красив и так смотрит, что сердце в груди замирает, — она положила руку на грудь и мечтательно вздохнула.
— И всё же мне кажется, что ты слишком спешишь.
— Это ты просто завидуешь.
— Пусть так, — она влюбилась и уже никого слышать не будет. Надеюсь, что я ошибаюсь, и учитель на самом деле хочет серьёзных отношений. — Яруш, я тебя попросить хочу об одной услуге.
— Что-то случилось?
— Да не то чтобы… Купи, пожалуйста, мне в городе книгу. В библиотеке такой завал, а хранитель меня не отпускает. А мне очень-очень надо.
— Ууу. Наверняка это будет огромная и тяжёлая книга. К тому же скучная.
— Я тебе свою сумку дам и ты веса совсем не почувствуешь, — мне, конечно, этого делать не хотелось, но…
— Правда? — мой расчёт оказался верным, и её глаза загорелись предвкушением. Моя сумка давно манит девушку, а тут такая возможность пройтись с ней.
— Ну хорошо, а какую книгу? — я написала на листочке название. Девушка прочитала, посмотрела на меня, приподняв одну бровь, а потом обратила внимание на название принесённых книг. — А зачем тебе ментальная магия?
— Я хочу стать великим артефактором, а для этого надо повышать уровень, — и это чистая, правда. Я на самом деле хочу им быть. Богиня подарила мне дар ментальной магии, но я не хочу такой жизни. Жизни наполненной страданиями других или преступлениями. В какой-то степени я благодарна Шаруху, он не даёт мне отказаться от мечты.
— Алитея, но зачем тебе это? — Яруш смотрела на меня огромными глазами полные непонимания.
— Хочу другую жизнь и другой, лучший мир.
— Ну, ладно. Куплю тебе твою книгу. Но почему только менталистика?
— Начну с неё, стихия воздуха легче идёт на контакт и не такая опасная, как огонь, — достала из кошелька монеты и положила перед Яруш. — Это на книгу, а если что-то останется, то купи нам сладенького.
Девушка спрятала монетки в свой мешочек, вернулась к учебнику, как вдруг резко посмотрела на меня, прищурив глаза:
— А почему ты об Онике спросила?
— Да так просто. Мне казалось он тебе нравится.
— Ну, он милый, конечно, но Инур красивее, и ухаживать умеет.
— Яруш, но ведь ухаживания это не всё. У вас такая разница в возрасте.
— Да что тот возраст? Мы живём восемьсот лет и для нас пятьдесят не разница. Это вы люди мало живёте, вам и год много.
— А если Оник признается, что ты сделаешь?
— Ничего. Он опоздал, — ответить на это мне было нечего, поэтому мы занялись уроками.
Для вида полистала книги из библиотеки. Я их уже давно изучила, и в них нет ничего нужного. Так информация для общего развития.
Дождалась, когда Яруш уйдёт к девчонкам на посиделки быстро переоделась и поспешила в лес. У меня сегодня занятие с директором.
Глава 11
— Пришла, охотница, — тёплая улыбка мужчины согревала, и кошка заурчала, выражая нашу радость.
Хотя лучше бы мне не радоваться. У нас нет будущего, пока я не свергну Шаруха, как он сделал с моей семьёй. И всё равно сердечко замирает, глядя на эти сильные пальцы, мягкую улыбку и манящий янтарь его глаз. Когда смотрю в них, забываю обо всём на свете. Есть только он и я.
— Да ты меня совсем не слушаешь, — директор мягко коснулся мокрого носа, и кошка тут же его облизала. — Тебе настолько неинтересно?
Почему же очень интересно. Кошка подлезла под руку, требуя ласки и, видимо, признавая нашу неправоту.
— Ладно, я не сержусь, — он легко рассмеялся и потрепал за ухом. — Но постарайся слушать внимательно менталист должен не только уметь «видеть» картинки, но и сохранять независимость. Хотя, чем сильнее дар, тем меньше шансов на неё. Я понимаю твоё нежелание погружаться в мир чужой боли и страхов. Но и богиня не даёт дар просто так. Значит, есть в тебе силы его принять и использовать на пользу миру.
И как он не понимает, что, даже оставаясь в стороне от увиденного, оно останется в памяти и будет мучить, изводить по ночам и заставлять вздрагивать на улицах. Нет. Я не хочу такую жизнь. Я имею право на выбор. Свой выбор, а не богини.
Удивительно, но сегодня мы с кошкой солидарны в желаниях. Ни я, ни она не хотели менталистики, видимо, её слишком много в последнее время в нашей жизни, зато хотели слушать директора.
Спрыгнув с лавки, кошка пошла к полке с книгами и взяв толстую в кожаной обложке положила на колени мужчины.
— Что это? История мира. Ты хочешь, чтобы я тебе её почитал? — кошка села у ног и положила голову ему на колени и преданно посмотрела в глаза. — Ну ладно, давай отдохнём от учёбы.
И он читал, а мы слушали, наслаждаясь вибрацией его голоса, ароматом морозного утра и тихо урчали, прикрыв глаза.
Эти несколько часов создали иллюзию тихого семейного вечера у огня с книгой и мягким пледом. Словно нет никаких тревог, а за окном не начало зимы, а шумная весна. Мы напитывались друг другом, это и пугало, и волновало одновременно.
Я не смогу от него отказаться, но и быть с ним пока тоже не могу.
В комнату вернулась в растрёпанных чувствах. Потерянной и одинокой. Быстро ополоснулась и, свернувшись, укрылась с головой, чтобы тут же провалиться в беспокойный сон.
Дни слились в один бесконечный, всё так однообразно и предсказуемо: учёба-работа-учёба-сон. Даже моя тоска стала привычной и лишь в дни, когда у меня занятия или когда посчастливилось, издали увидеть директора солнечными зайчиками оставались в памяти.
— Сиротка, давай быстрее, — вздрогнула от резкого окрика и быстро набрала мяса, пюре и тарелку супа не забыла.
И если я надеялась, что Мирко так легко оставит меня в покое, то зря.
— Куда тебе столько еды, ты же человечка?
— А ты не завидуй, — быстро глянула на его поднос и открыла рот от удивления, он был заставлен тарелками и пиалочками.
— Как видишь, нечему у тебя завидовать. Даже в еде ты убога, — я развернулась, чтобы ответить, но не успела меня опередили.
— Адепт Мирко, в нашей школе все расы равны. Жаль, что вы это забыли. Две недели отработки на кухне, надеюсь, вернут вам твёрдость памяти, — директор стоял, словно скала посреди океана.
— Конечно, директор Дамир, — парень сжался и поспешил за свой столик.
— Спасибо, директор Дамир, — с трудом удавалось сохранить спокойное выражение лица, хотя внутри всё ликовало оттого, что он здесь, он защитил, и он смотрит. Смотрит так, что кошка внутри меня катается с боку на бок, приглашая погладить живот.
— Адептка после обеда зайдите ко мне, — сдвинутые брови и крепко сжатые зубы, но почему? Я же ничего не сделала, веду себя как мышка.
— Хорошо, директор Дамир, — кивнув, он ушёл, оставив за собой шепотки и домыслы.
— Алитея, что ты натворила? — Яруш с тревогой смотрела на меня.
— Самой интересно, — обед прошёл в тяжёлом молчании. Аппетит пропал, но я заставила себя съесть всё до последнего кусочка. Что бы там ни было, а о желудке надо заботиться.
Всю дорогу до кабинета я гадала, что же могло произойти. А ещё хранитель будет ругаться за опоздание. Даже узнав, что я от директора будет долго ворчать о безответственности и современных нравах. А потом пригласит пить чай и расскажет о временах своей молодости и шалостях. И окажется, что между нами не так много различий, как он показывает.
В приёмную вошла без стука. Эра Валрит с мокрыми глазами махнула рукой, чтобы я проходила к директору. Да что тут случилось? Осторожно приоткрыла дверь заглядывая.
— Проходите, адептка, — глухой голос директора отозвался тревогой в сердце.
Маленькими шагами приблизилась к столу и замерла в двух шагах от него. Директор сидел отрешённый, даже глаза потускнели и не манили янтарными омутами. Грусть пролегла между бровями и осела на уголках губ.
— Ваша работа… Алитея, присядьте, — я осторожно опустилась на край стула понимая, что ничего хорошего не услышу. — Я не должен вас об этом просить, но... Алитея, вы сможете взять временно работу библиотеки на себя? Это не на весь день, а только вторую его половину, когда вы там и так работали?
— А что случилось с хранителем?
— Хранитель заболел, — я резко вскочила на ноги готовая сейчас же бежать к целителю.
— Что с ним? Он у нашего целителя?
— Хранитель у целителя? — директор горько рассмеялся. — Нет, Алитея, этот упрямец лежит у себя и отказывается покидать библиотеку. Может, вы сможете его убедить перебраться под присмотр целителя? В его возрасте опасно так рисковать, но он меня не слышит.
— Конечно, директор Дамир. Я сделаю всё, что могу.
— Спасибо. И ваша оплата на время замены увеличивается вдвое, — мне сейчас оплата безразлична, но слегка кивнула.
— Я могу идти?
— Да. И спасибо, Алитея, — сделала книксен и поспешила к хранителю. А сердце рвалось к директору, хотелось его обнять и сказать, что всё будет хорошо, что хранитель поправится и будет напускать страх на несчастных адептов.
В библиотеке стояла привычная для первых учебных дней тишина. Запах книг кружил голову и лёгкая улыбка робко тронула губы. Всё будет хорошо. Обязательно. Богиня не может быть такой жестокой и забрать единственного родного, пусть и не по крови, человека. Только не сейчас. Но где же здесь может быть хранитель?
Осторожно постучала в дверь. Здесь я никогда не была и эта дверь всегда стояла закрытой. Но если хранитель и мог где-то быть, то только здесь.
— Заходи, Алитея, — толкнула дверь и улыбнулась старику.
Он лежал на узкой кровати в окружении книг, тетрадей, длинных свитков и баночек с лекарством. Слегка всколоченный, но не потерявший интерес в глазах. Видно, что он устал, хотя не так давно проснулся.
— Здравствуйте, эр Даурен. Что это вы удумали?
— Я давно немолод и, видимо, пора потихоньку подводить итоги.
— Вот ещё! Вам ещё жить и жить, — не выдержала и упала на колени перед ним, обняла и малодушно спрятала мокрое лицо.
— Ну что ты, маленькая, — твёрдые пальцы слегка подрагивали, осторожно проводили по моим волосам. — Мы же амулет не сделали, я не смогу тебя оставить совсем не подготовленной.
— Обещаете? — голову так и не подняла. Не могу.
— Обещаю. Но время не на нашей стороне, Алитея, — последнюю фразу он закончил строго, и я поняла, что время для нежностей закончилось. Не любит он их. Стесняется.
— Поэтому вам нужно перебраться к целителю.
— Нет. Мне тут лучше.
— Эр Даурен, здесь может и лучше, но вы обещали, что не оставите меня, а без присмотра профессионалов это сложно сделать.
— Упрямица, — я подняла голову и кивнула. — Дамир, сказал, что ты пока займёшься моими обязанностями?
— Да. Но вы уж постарайтесь поскорей вернуться.
— Ладно. Зови Шаса, — он ворчал, а глаза наполнены благодарностью. Что за старик?
Я бежала подобрав юбки не заботясь о том прилично это или нет. И пусть лекарства, которые стояли на тумбочке не вызывали больших опасений, всё-таки старость берёт своё, но и попустительствовать этому нельзя.
Наш главный целитель эр Шас был маленьким круглым человеком. Он смешно перекатывался во время ходьбы и, казалось, что поднимись ветер — его унесёт, как шарик. Услышав зачем я ворвалась в целительское крыло открыл рот, но быстро взял себя в руки и прихватив помощников поспешил за больным, всю дорогу приговаривая: «Невероятно. Уму непостижимо».
К нашему приходу хранитель подготовился: переоделся, причесался и с гордым видом сидел на кровати ожидая нас. Для порядка поворчал, что долго ходим и чертоги богини он увидит раньше, но милостиво разрешил взять себя под руки и помочь дойти до палаты. От носилок категорически отказался:
— Я ещё слишком молод, чтобы кататься на таком, — и это в его почти триста. Он повернулся ко мне и строго добавил. — Все ключи в первом ящике за стойкой. Чтобы здесь тишина была. И проверь каталог, и в секции «История» наведи порядок.
— Хорошо, эр Даурен, — шаги смолкли в коридоре, и я вдруг почувствовала себя одинокой. Захотелось тепла и объятий. Но там старику будет лучше, чем здесь в одиночестве.
Быстро проверила записи, разнесла книги по местам и протёрла книги и полку, где сказал хранитель. И больше терпеть не смогла.
Я чувствовала его боль, как свою. Его тоска ныла и не давала вдохнуть полной грудью. Вместо ужина, пользуясь тем, что все в столовой я, как вор, прокралась в парк, а потом в лес, чтобы уже со всех лап бежать к тому, кого бы лучше не было в моей жизни.
Я знала, что он там, хоть свет и не зажёг, его запах смешался с горечью тревоги. Кошка ввалилась в домик и мгновенно нашла мужчину. Он сидел на полу, опершись о стену.
— Ты? — сегодня я не должна была приходить. Осторожно подошла, лизнула его в щёку и положила голову на его согнутую ногу с грустью глядя в глаза. — Уже знаешь. Спасибо.
Директор какое-то время просто сидел глядя мимо меня, а потом притянул к себе как котёнка и зарылся лицом и руками в густую шерсть. Так и сидели в тепле понимания и принятия. Пока эту идиллию не разрушил его вопрос.
— Почему ты скрываешься от меня? — он отстранился и так посмотрел в глаза, что стало стыдно и захотелось во всём признаться. Кошка прижала уши выражая наше сожаление. — Я знаю, что ты гораздо ближе, чем кажется. Почему ты не хочешь мне довериться?
Что я могла на это ответить? Кошка мягко «боднула» и положила голову ему на грудь. Давно не стоит вопрос доверия, во всяком случае с моей стороны. Богиня жестоко пошутила сведя нас вместе в такое неподходящее время.
— Опять молчишь? — сильные пальцы лениво перебирали шерсть на холке. — Ладно я подожду. Скоро сама ко мне придёшь. Только я прошу тебя не убегай, доверься мне. Хорошо?
Кошка кивнула и это плохо. Если она что-то решила мне будет сложно противостоять ей. Почему она не хочет понять, что скрываясь мы защищаем директора?
Глава 12
Наши кошки-мышки с директором, наверное, могли продолжаться ещё очень долго, если бы не приближающийся зимний бал. И вновь под ручку мужчина отводит меня в ближайший магазин, где я выбираю серебряное платье и туфли в тон.
В этот раз было два отличия: первое, на улице зима и второе, за мной следят. Я чувствовала злой взгляд от ворот школы до магазина и обратно. Страх заставлял бросить всё и бежать, а глупая надежда успокаивала — рядом с директором не страшно.
Только оказавшись на территории школы я смогла расслабиться и слишком громко выдохнула. Директор посмотрел на меня приподняв одну бровь, но я покачала головой и убежала к себе в комнату.
Дурное предчувствие не давало спать и спокойно работать, только перед палатой хранителя мне удалось взять себя в руки.
— Алитея, рад что ты наконец-то пришла. Как моя библиотека? — старик полулежал читая какой-то свиток.
— Всё хорошо, хранитель. А как вы? Как ваше самочувствие?
— Я знал, что мне не следовало сюда приходить, — он опять принялся ворчать. Отложил свиток в сторону, и сложил руки на груди. — Сегодня бал, а я здесь
— Эр Даурен, но вы никогда не ходили на бал. Только в молодости два раза, — я мягко улыбнулась и села на стул возле кровати. — А здесь за ваши ухаживают и целитель сказал, что скоро вас отпустит.
— Он это уже два месяца говорит. Дорвался до меня старый хрыч.
— Вам давно следовало отдохнуть. Вы же целыми сутками в библиотеке.
— А теперь целыми сутками у лекарей.
— Это ненадолго, — погладила его сухую руку. — Вы намного лучше выглядите, даже взгляд стал спокойнее.
— Ладно. Ты чего прибежала-то сегодня? Почему к балу не готовишься? — но есть и минус пребывания библиотекаря здесь — настроение у него здесь меняется ещё быстрее.
— Так ведь времени много. Успею.
— Ты сегодня должна быть красивее всех, приедет представитель королевской семьи и тебя наградят.
— У меня плохое предчувствие.
— Это всё девичьи нервы. Не волнуйся, говорил же, что приедет кто-то незначительный, мешочки с золотом раздаст и всё. Зря тревожишься. Лучше беги прихорашиваться.
— Конечно, — заставила себя улыбнуться и пошла в цепкие лапки Яруш.
Соседка уже была собрана и её кожа слегка мерцала. Этот чудо-крем она берегла как самое дорогое сокровище.
— Наконец-то, Алитея, сколько можно тебя ждать? — что-то сегодня меня все ждут, а я не спешу. — Давай быстро в душ, а потом я тебе тонкую косичку вокруг головы заплету. Будет красиво.
Я покачала головой и ушла в душ. Долго стояла под тёплыми струями уговаривая себя успокоиться, что эта тревога беспочвенна, что страх не лучшее решение. Но буквально каждая клеточка меня кричала об опасности, о том, что надо бежать. И только моя кошка флегматично лежала лениво поигрывая хвостом.
Да что же это со мной такое? В стенах школы я в полной безопасности. Прежде чем выйти замерла перед дверью успокаивая сердце, бьющееся словно птица в клетке и поспешила к уже несколько раз стучащей в дверь Яруш.
— Алитея, сколько можно? Времени мало, а ты, — она всплеснула руками и показала на стул перед собой. — Садись.
Причёска, платье, туфли и по капле духов на запястья и за ушами. Судя по тишине в коридоре мы вышли последними. Яруш сделала тот же вывод и зло на меня посмотрела.
— Прости. Но у нас ещё много времени, чтобы спокойно дойти до зала и выпить по бокалу сока.
— Алитея, — девушка нервно передёрнула плечами. — Если кто-то уведёт моего Инура я с тобой разговаривать не буду.
— Яруш, если его могут увести, так может, это и не твой…, — запнулась столкнувшись с испепеляющим взглядом подружки. — Прости.
Дальше мы шли молча, но шаг ускорили. Мне не понять их отношений. Если между вами всё хорошо, тогда почему Яруш так боится? И почему они официально не сообщат о том, что пара?
Додумать мысль не успела, мы подошли к залу. В честь праздника зимы зал украшали яркие ленты, над головами танцующих мягко кружился снег, а колонны блестели разными гранями ледяных кристаллов.
Яруш послала мне воздушный поцелуй и поспешила к учителю, а я немного постояла в дверях впитывая красоту и холодную торжественность праздника. Чтобы немного успокоиться решила выпить прохладный сок, по дороге улыбалась подружкам, нескольким парням отказала в танце. Ну надо же сегодня меня заметили, а я по-прежнему не умею танцевать. С этим надо что-то делать.
Взяв со стола бокал с яблочным соком подошла к колонне, чтобы из-за неё наблюдать за танцующими парами. Яруш с учителем смеясь кружились в центре зала. Как ни странно сцена пустовала, хотя я помню в прошлый раз там стояли учителя в ожидании директора.
Как ни пыталась, но даже директора нигде не увидела. Странно. Сердце снова стало ныть и просить сбежать. Но почему? Сквозь шум музыки, голосов и смеха я услышала шаги. Твёрдые. Они отсчитывали мои последние мгновения.
Бокал упал, но я не обратила на него внимания, медленно отходила назад, туда, где есть запасная дверь ведущая за сцену, а там можно пробежать и выйти с другой стороны коридора, практически рядом с лестницей ведущей в общежитие.
Когда я вжалась спиной в спасительную дверь, в дверях зала появился Он. Шарух.
С появлением правителя зал затих и склонился. Молясь богине, чтобы дверь не скрипнула, дрожащей рукой открыла её и просочившись в щель тихонько закрыла. Он здесь. Это конец. Он заберёт меня, чтобы… Противно. Даже думать об этом не хочу.
— Адептка, что вы тут делаете? — подскочила на месте, схватилась за сердце. — Богиня, Алитея, что случилось? Вы белая...
— Д-директор Дамир я... я не могу, — слёзы потекли горячими потоками.
— Вас кто-то обидел? — рычанье в его голосе подарило надежду на защиту, быстро вытерла мокрые щёки и оглянулась — вокруг никого. Отлично.
— Мы можем поговорить, где нас никто не услышит?
— Алитея, там правитель и... — я сложила руки перед грудью. Если он уйдёт, то… то даже представить не могу что произойдёт. Это конец. — Только быстро, хорошо?
Я торопливо закивала и поспешила за широкими шагами мужчины. Мы вышли в коридор и зашли в первый кабинет. Директор заложил руки за спину выжидательно на меня посмотрел, а я поняла, что не знаю что сказать, с чего начать, наверное, лучше показать.
Закрыла дверь на замок и с сожалением посмотрела в его глаза и отпустила свою кошку.
Честно я ожидала удивления, а он словно окаменел. Только желваки играли на скулах. Почему-то стало стыдно за то, что столько времени скрывалась. Словно вор, бегала к нему и молчала.
Молчание затягивалось, а он всё так же стоял. Кошка медленно опустив голову и прижав уши подошла и подлезла под сильную руку. Пальцы привычно скользнули за ухо, потрепали по холке.
— Вернитесь в человеческий облик, адептка, — его глухой голос ранил в самое сердце. Обернулась и, наверное, красная до кончиков волос, опустила голову.
— Вы нарушили закон?
— Нет, — от неожиданности подняла голову.
— Вы участвуете в чём-либо незаконном?
— Нет, — откуда такие вопросы? Кем он меня считает?
— Тогда почему правитель ищет вас?
— Он…
— Адептка время, если хотите моей помощи, говорите быстрее.
— Он хочет возродить род лиловых ирбисов, — зажмурилась и спряталась за волосами.
Напряжённая тишина била по нервам. Что он скажет? О чём думает? Поможет или нет?
Глупая, Алитея, он всего лишь директор школы, чем он может помочь? Зря я открылась, надо было со всех лап бежать. Не знаю куда, но бежать. Далеко-далеко.
— Сидите здесь и даже нос не высовывайте. Я приду за вами позже, — холодный, отстранённый. Даже его запах морозного утра больно колол.
Минуты тянулись часами. Я сидела в красивом платье в темноте, потому что боялась, что меня увидят в окно и придут сюда. Отец говорил, что магия школы не даст меня забрать насильно пока я ученица. Но ведь время идёт и всё меняется. Возможно, и это ограничение Шарух знает, как обойти. Не зря же он сам приехал.
И злые взгляды мне не зря казались и чутьё вопило весь день. Всё не зря. Почему же я осталась глуха ко всем предупреждениям? Устала. Да, я устала жить в бегах. Устала бояться и оглядываться. Жизнь в школе разнежила, подарила покой и стабильность.
А ещё здесь тот от кого нет сил отказаться. Тот за кем готова идти и кого хочу защитить от себя самой.
— Богиня, ну почему он встретился сейчас? — застонала от бессилия и закрыла лицо руками.
— А когда? — я резко подняла голову и столкнулась с мудрыми синими глазами в обрамлении тёмных ресниц. Пшеничного цвета волосы мягкими волнами спускались до талии. Мягкая улыбка располагала открыть все тайны. Впрочем, Соледар и так всё знает.
— Богиня, — я припала на одно колено склонила голову.
— Встать дитя. Мне не нравится, когда коленями пол протирают. И почему ты сомневаешься в уместности твоей с Дамиром встречи?
— Ну я же нужна Шаруху, — при упоминании правителя богиня поморщилась. — Он меня опять нашёл и… И он убьёт тех, кто рядом со мной или попытается хоть как-то защитить. Он всегда так делал. Я приношу боль.
— Ты несёшь оборотням надежду, дитя, — видимо мой ошеломлённый вид оказался красноречивее слов и она продолжила. — Благодаря тебе оборотни вновь смогут находить свою истинную пару. Да. Они все наказаны мной за то, что поверили в виновность своих правителей. За то, что предали их, когда те нуждались в своём народе.
— Но…
— Нет никаких «но», Алитея. Есть преступление и наказание. Каждый несёт ответственность в той степени, в которой виновен.
— Но почему я? Почему ты этого не сделаешь?
— Потому что я хоть и создала этот мир и вас не могу напрямую вмешиваться. А вот ты можешь принести своему народу освобождение.
— Но как? Я не могу создать артефакт! У меня ничего не получается. Кажется, что вот она идеальная формула, а через время оказывается, что есть заклинание, которое «встроится» в неё и сделает бесполезной. А ещё директор, к которому тянет с каждым днём сильнее! Это всё так сложно!
— А если ты сбежишь станет ещё хуже. Вы истинная пара, дитя, и вам нельзя разлучаться надолго. Но станет легче, если перестанешь этому сопротивляться. А что касается артефакта… Иногда чем-то приходится жертвовать, — она обернулась на дверь и подарив мягкую улыбку исчезла.
Быстрые шаги. Дверь резко открывается и входит злой директор. Несколько мгновений мы смотрим в глаза друг другу, постепенно напряжение и злость сходят с лица мужчины.
— Почему вы в темноте сидите? — он включает свет и закрывает дверь.
— Чтобы с улицы меня не видели.
— Думаете это вас спасёт?
Глава 13
— Не знаю, но не хочу рисковать.
— Можете не бояться, адептка. Пока вы ученица и за стенами школы — вы в безопасности.
— Простите, директор Дамир. Мне так жаль… — нужные слова не находились.
— Не стоит. Я понимаю и не понимаю одновременно. Но это сейчас неважно. Меня интересуют ваши планы на ближайшее будущее.
Мне не нравился этот официальный тон и холодность янтарных глаз. Рядом с ним вдруг становится холодно, словно оказалась в летнем платье высоко в горах зимой. Кошка требует отдать ей контроль, но директор ясно дал понять, что это не сработает. Я его обидела, задела что-то глубоко внутри и как это исправить ума не приложу. И вряд ли моя откровенность хоть на градус уменьшит этот холод.
— Я хочу создать артефакт правды. Но у меня ничего не получается. Застряла на формуле.
Там много нюансов и как их преодолеть пока не вижу.
— Допустим, вы его создали и что дальше? — он закрывается от меня, скрестив руки на груди.
— Я выведу Шаруха на чистую воду, потому что мама ни в чём не виновата. Её подставили! И бабушка с дедушкой не участвовали в том ужасе. И…
— Я вам верю, адептка, продолжайте.
— После этого я брошу вызов Шаруху. Он кровью искупит свою вину перед моим родом.
— Хм. В целом неплохо, но это ужасно. Опустим вашу идею с артефактом. Но как вы планируете победить в битве Шаруха? Вы в курсе что он сильнейший оборотень? И ваш барс просто котёнок по сравнению с его медведем.
— У наших животных есть инстинкты, — я не только в курсе, но даже видела его медведя. Он на самом деле устрашающий.
— Адептка, вы же умная девушка, но сейчас рассуждаете как ребёнок! Какие инстинкты, когда ваш противник опытный зверь?
— Но что я могу сделать?!
— Тренироваться! И вы должны были это начать делать с начала учебного года. А ещё лучше с того дня как мысль о мести поселилась в вашей хорошенькой головке. Почему вы этого не сделали?
— Потому что отец был против. Он считал, что месть — это тупик. Что мёртвых не вернуть, но свою душу можно потерять.
— Понятно. Я так понимаю, что хранитель в курсе вашей тайны.
— В курсе.
— Отлично. И артефакт вы вместе делаете, — он не спрашивал. Впрочем, чему удивляться, если наш хранитель гений артефакторики.
— Пока только формулу. И нам очень нужна помощь менталиста, — я посмотрела на него с надеждой. — Директор Дамир, может вы согласитесь помочь нам в этом?
— Может и соглашусь, адептка. Но на своих условиях.
— Каких? — сердце замерло в ожидании какой-то гадости. Было бы что-то хорошее, то сразу бы согласился или сказал, а раз условия, то хорошего можно не ждать.
— Вы с сегодняшнего дня начинаете серьёзно изучать менталистику и учиться бою.
Если первая часть меня не удивила, то вторая… Она тоже вполне ожидаема, но... страшно. Это зверь шею сворачивает жертве и не морщится, а я не могу. Мне жалко.
— Что же вы молчите, адептка?
Как оказалось, слова отца пустили корни и я человек так же, как и он не хочет мести. Только, если отец был великодушным, то я трусиха. Но кошка требовала мести, крови и попрыгать на бездыханном теле обидчика. Потому что кровь за кровь и не меньше.
— Нечто подобное я ожидал, — директор скучающе посмотрел на меня. — Ну что ж не смею вас задерживать, адептка. Живите в мире своих грёз дальше.
Слегка склонил голову и развернулся, чтобы выйти. Вот так просто? Мало того, что я потеряла его доверие, так ещё и разочаровала. Он уже взялся за ручку двери.
— Стойте! Директор Дамир, я… Вы правы я совершенно не готова и не понимаю что собираюсь сделать. Я привыкла жить как простой человек и мне страшно. Это моя кошка хочет свершить месть. Я думала, что её инстинктов хватит для этого, — разговаривать со спиной не очень приятно, но это лучше, чем остаться в пустой аудитории. — Что смогу остаться в стороне.
— Алитея, — только что директор стоял спиной и раз — уже возле меня держит за плечи, заглядывает в глаза. — Никто не может больше оставаться в стороне. Уйти от проблемы — это нерешение. Спрятаться — это нерешение. Месть — это нерешение.
Сейчас стоя в его крепких руках вдруг почувствовала себя бесконечно одинокой и никому не нужной. Встреча с Богиней кажется сном. А может и вправду я всё это выдумала, пока дрожала от страха? Но если и правда, то я даже своей создательнице не нужна. Жертва она говорила о жертве.
— А что тогда решение? Моя смерть? — зло сузила глаза.
— Что? — директор отшатнулся от меня, словно я заразна.
— Я же ни на что не годна, — понимаю что меня несёт, а остановиться не могу. — Бегаю, прячусь. Да простой артефакт создать не могу. Я…
— Замолчи! — твёрдые руки крепко меня сжали, прижали голову к широкой груди. — Не смей даже думать о таком, поняла? Мы будем готовиться к бою, и ты победишь. Но не потому, что хочешь отомстить, а для восстановления справедливости. Уверен, что твой отец говорил именно об этом.
Длинные пальцы осторожно гладили меня по голове, словно я маленький ребёнок. Но сейчас это неважно, в его руках мне становится спокойнее и тугой узел страха медленно отпускает. Поднимаю руки и робко обнимаю его за талию. Запах морозного утра вновь стал мягким и свежим.
— Алитея, просто доверься мне. Не делай поспешных выводов и создать твой артефакт совсем непросто, иначе хранитель уже сделал бы его.
— Но Шарух он ведь нашёл меня, так? — подняла голову в надежде.
— Он не сказал об этом открыто.
— Значит нашёл, — как-то разом опустились плечи и лбом уткнулась в мужскую грудь. — Он всегда находит.
— Это не имеет значения. Ты — адептка и до окончания обучения он ничего не сможет сделать.
— Но оно скоро закончится.
— Значит нам стоит поторопиться с амулетом и тренировками. Согласна?
— Согласна.
— В таком случае пойдём в кабинет продолжим занятия по менталистике, а завтра… Пожалуй, хватит тебе работать. С трёх часов будешь тренироваться часов до шести. А после ужина менталистика.
— Но хранитель…
— Уверен, что хранитель первым выгонит тебя из библиотеки, когда обо всём узнает и найдёт кого-то другого на свою замену.
— В библиотеке формула, — получилось как-то обречённо, кто бы мог подумать, что я так привыкну и к старику и к нашим поискам идеальной формулы.
— Пойдём забирать и в кабинет. Время не ждёт.
Оказывается, директор умеет быть непреклонным. Свитков с разными вариантами формул оказалось слишком много, чтобы забрать с собой. Но и тут мужчина удивил умением подстраиваться под обстоятельства. Наше занятие мы провели здесь разбирая ошибки в формуле и как ментальная магия «вплетается» во всё с чем соприкасается.
Признаю зря так долго отказывалась раскрыть себя директору. Зря. За час я от него узнала больше, чем за последние месяцы из книг.
В комнату вернулась ближе к полуночи, зато раньше Яруш и быстро ополоснувшись уснула. Не хочу сегодня с ней встречаться.
— Алитея, — кто мне объяснит почему у Яруш такие ледяные пальцы? Она же рысь. — Вставай!
— Яруш, что тебе неймётся? — обречённо вздыхаю и сажусь с закрытыми глазами.
— Где ты пропала вчера? И почему тебя не награждали на балу? Сам правитель приехал!
— Ууу, — взлохматила и без того растрёпанные волосы и поплелась в ванную. — Это надолго. Сначала душ, а потом всё остальное.
— Но потом занятия! — она осталась за дверью, но не теряла надежды. — Алитея, ну ты хоть намекни.
Я включила воду и стоя под тёплыми струями воды придумывала правдоподобную ложь. О том, что Яруш будет задавать вопросы я не подумала и не подготовилась. Теперь придётся на ходу что-то сочинять, а ещё лучше перевести разговор на неё и слушать о прекрасном Инуре.
— Наконец-то! Ну…
— Я была у целителя. Разнервничалась, — подхватила сумку и пошла в столовую на завтрак.
— Алитея!
— Яруш, лучше расскажи тебе вчера признались в любви?
Она уже давно мечтает об этом, но учитель почему-то тянет. С каждым днём я всё больше склоняюсь к тому, что была права — таких влюблённых дурочек у него много. Иначе чего он ждёт?
— Нет, — она горестно вздохнула и взяв меня под локоть продолжила: — Он много красивых слов говорит, а как он смотрит. У меня сердце замирает от его долгого взгляда.
— Может позже, когда не будет много людей вокруг, — вновь говорить о своих подозрениях не буду. В конце концов, кто я такая, чтобы вмешиваться в её жизнь?
— Может, — она легко соглашается. — Зато мы так танцевали. Ты не представляешь как это здорово с ним танцевать. Он такой… такой.
— Самый лучший, — я готова сказать практически что угодно лишь бы она забыла о моей пропаже вчера. Не люблю врать.
— Точно. А ещё злится, когда меня приглашают другие на танцы. Алитея, ты бы видела, как загораются его глаза в этот момент.
Весь завтрак я вовремя угукаю и агакаю, конечно же, поддакиваю слушая подробный отчёт о вчерашнем вечере. Всё, как всегда, даже присутствие правителя не изменило ровным счётом ничего в проведении бала.
На практическом занятии я внимательно следила за учителем почему-то мне важно было понять его намерения в отношении Яруш. Он никак не выделял её, не смотрел долгим взглядом и вообще словно и нет между ними ничего.
А вот Оник, наоборот, постоянно оглядывался на девушку, что-то спрашивал или помогал. Жаль, что этот парень такой нерешительный. А ведь мог даже сейчас отбить красавицу из цепких лап учителя. Мог бы.
В середине пары Яруш вызвали к директору и она больше не вернулась. И на оставшихся парах также не была. Я волновалась. После обеда сбегала в комнату, но и там её не было. И что я должна думать? Где её искать?
С директором мы договорились пока заниматься в малом зале, а там видно будет. К моему приходу он уже был там и разминался. Увидев меня мягко улыбнулся, но сказать ничего не успел, потому что я опередила:
— Директор Дамир, что с Яруш? Она не вернулась на занятия и в комнате её нет.
— Я думаю, что лучше она сама всё расскажет.
— Но с ней всё в порядке?
— Она цела и невредима. Но я не знаю где она. Хватит отвлекаться. Два круга по залу — это для начала.
Спорить не стала, медленно побежала. Но на два круга меня не хватило. Полтора.
— Мда, вы ещё слабее, чем я думал. Но ничего это дело наживное.
— И всё же директор Дамир, зачем мне эти тренировки?
— А затем, Алитея, что воспитание сильного зверя начинается с тренировки сильного человека. Ваша вторая ипостась является вашим отражением.
— Но моя кошка может убить кролика, а я нет.
— Это инстинкт. Вы же не ждёте, что она возьмёт в руки вилку и нож, — я покачала головой. — Она хищник и ловить добычу для неё так же естественно, как для вас дышать. Бег вас разогрел, а теперь десять отжиманий.
После занятия я еле плелась в комнату, а ведь после ужина мне предстоит занятие по менталистике. Богиня, дай сил это выдержать. В комнату ввалилась и замерла на пороге.
Яруш бледная сидела на кровати и пустым взглядом смотрела перед собой.
— Яруш, что случилось? — она разжала руку и письмо смятым комком выпало на кровать.
Глава 14
Только что я еле переставляла ноги, а сейчас стремительно оказалась возле подруги и схватив письмо развернула. Местами текст «поплыл» от её слёз, но суть я смогла уловить — её семья должна двадцать золотых. Огромные деньги.
— Мы что-нибудь придумаем, — крепко обняла дрожащую девушку.
— Тут ничего не придумаешь. Отца посадят, дом отнимут и мама с сестрой и братом окажутся на улице. А у нас никого нет, Алитея, а на улице зима, — она прижалась ко мне сильно-сильно и заплакала.
— Можно попробовать отсрочить выплату, разбить её на части, — я неловко гладила её, пытаясь, утешить.
— Алитея, отец давно это тянет банки больше ждать не хотят. Я ходила, узнавала, — она отстранилась и вытерла мокрые щёки.
— Давно? Но почему ты молчала?
— Потому что он нам сказал, что всё уладил. Соврал, — она горько улыбнулась. Я даже представить не могу, что они все сейчас чувствуют. Обман больно бьёт в сердце и сжигает доверие.
— Яруш, не отчаивайся выход всегда есть.
— Выход… — в её глазах зажглась идея, к щекам прилил румянец. — Ты права. Всегда есть те, кто могут помочь.
Яруш резко подскочила с кровати и побежала прочь. Куда она так быстро помчалась не секрет — к Инуру. Зря. Стоп. Я не буду делать преждевременные выводы о нём. То, что мне не нравится его поведение ещё ни о чём не говорит.
Оставила письмо на столе Яруш, а сама взяла свою чудо-сумку и достала из тайника двадцать золотых монет. Надо было сразу ей их дать, но как объяснить наличие таких деньжищ у меня — простой сиротки простолюдинки? Пока спрятала мешочек в ящике стола и поспешила в душ, а потом на ужин.
В столовую Яруш так и не пришла. Вот и что мне опять думать? Это значит, что всё хорошо и они с учителем сейчас милуются или всё плохо и она плачет в комнате? К сожалению, об этом я узнаю нескоро, после занятий с директором.
К его кабинету шла с колотящимся в предвкушении сердцем. Мелкие мурашки щекотали кожу. С одной стороны, хотелось как можно скорее оказаться рядом с ним, а с другой — сохранить в тайне то, что мы пара.
Пара для оборотня — это как воздух, это самое ценное сокровище, которое он готов беречь, холить и лелеять. Потерять пару — значит умереть. После слов богини о жертве я не строю иллюзий о нашем «долго и счастливо» она же наверняка говорила о моей смерти. Готова ли я? Нет. Только мысль о том, что избавлю мир от Шаруха хоть немного греет и примеряет с будущим.
В приёмной ожидаемо пусто. Дверь в кабинет директора приоткрыта, поэтому я вхожу без стука.
— Ты пришла, — усталость пряталась в уголках янтарных глаз, но улыбка согревала теплом. Я кивнула, призывая к порядку свою кошку — она хотела получить свободу, и чтобы сильные руки запутались в густой шерсти. — Проходи. Садись. Прежде чем мы продолжим ответь на мой вопрос: почему ты выбрала артефакторику, а не менталистику? Дело же не только в Шарухе.
— Я не хочу видеть преступления или страдания других. Я не хочу быть бесправной и просто плыть по течению. Те у кого сильный дар становятся заложниками правителей, они копаются в убийствах и заговорах. Те у кого чуть слабее работают с жертвами насилия. Я. НЕ. ХОЧУ. ТАК. ЖИТЬ, — холодное дерево столешницы под руками немного отрезвило. Надо же не заметила, как встала и упёрлась руками в край стола. Откашлялась и вновь села на стул, чтобы спокойно продолжить. — Я хочу свободу для себя и для всех у кого нет выбора.
— Благородный порыв. Но вряд ли твой артефакт поможет всем.
— Почему?
— Я очень хочу ошибаться, но маловероятно что его можно будет делать массово. А если и получится, то это только ухудшит ситуацию. Сама подумай, кто-то захочет найти способ его обойти — и найдёт. Вопрос лишь времени.
— Но ведь нельзя же всё так оставлять, — с этой стороны я не смотрела. Директор в чём-то прав.
— Нельзя тебя научить менталистике, если она у тебя на девяносто восемь процентов заблокирована. Я смог увидеть твой потенциал, но не могу понять, как ты его скрываешь.
— Это мой отец, — я показала на простой браслет на руке. — Он был гениальным артефактором.
— Мне жаль, — мы немного помолчали. — Алитея, его надо снять.
— Нет. Если я его сниму, тогда все оборотни меня почувствуют и Шарух точно будет знать где я. Хотя он и так знает.
— Но как мне обучить тебя?
— Директор Дамир, не надо меня обучать менталистике. Помогите в создании артефакта.
— Но… — мой ответ его огорчил, даже складка между бровей молча упрекала меня.
— Я не буду менталистом. Лучше потерять дар, чем «окунаться» в те ужасы, — мужчина тяжело вздохнул, давая мне понять, что крайне недоволен моим решением, но пока принимает его. Уверена он не единожды попробует меня переманить к своему дару.
— Ну хорошо, — он достал из стола наш последний свиток с формулой. Развернул. Ещё раз внимательно посмотрел и начал объяснять: — Сложность в «обуздании» воздуха заключается в его лёгкости. Он легко проникает во всё, смешивается и также легко покидает. Но есть две стихии, которые смогут его ограничить: огонь и земля.
— Земля? Но как?
— Земля она плотная и тяжёлая, создай вот здесь и здесь, — он показал пальцем в нужных местах. — Цикличность до тех пор, пока воздух не сожмётся и не станет плотным и тяжёлым. А вот здесь подстрахуй огнём, он заберёт лишнюю энергию.
Я всегда восхищалась директором, но сегодня он покорил меня своим умом и знаниями. Удивительный мужчина. Просто ожившая мечта. Жаль, что с этой мечтой нам не создать общего будущего.
— О, сиротка, а что это ты в такое время от директора идёшь? Решила не мелочиться как твоя подружка и сразу директора окрутить?
— Мирко, отстань, а? — голова пухнет от информации, тело болит после занятий. На парня сил нет. Но просто так уйти он не даёт.
— Да мне то что, это же вы будете сидеть на пару с Яруш и лить слёзки утешая друг дружку: «Ах, какие мы несчастные, наш план по соблазнению учителя и директора провалился» — от кривляния я отмахнулась, а вот от содержания не смогла.
— Яруш плачет?
— Она тонет в своём страдании.
— Мирко, ты такой противный. Неужели тебе на самом деле нравится задирать и смеяться над другими? Это же низко! Оглянись здесь простая школа и основная часть учащихся простолюдины. Только треть титулованные. Мне жаль, что твоей силы не хватило на Академию, но это не значит, что ты имеешь право унижать других. Посмотри на Оника он виконт, но не кичится этим. А ты… — махнула рукой и поспешила в комнату к Яруш.
Не знаю понял он что-то из моей речи, но надеюсь, что оставит меня в покое. В комнату вбежала и тихо прикрыв дверь медленно подошла к подруге. Она свернувшись калачиком лежала на кровати, обняв подушку.
— Яруш, — положила руку на её плечо. — Что случилось?
— Всё пропало, — безжизненный голос меня напугал, даже рыжие косы потускнели.
— Что именно? Тебе денег не дали?
— Меня выкинули как котёнка. Словно я… — она расплакалась и уткнулась в подушку.
Что тут скажешь? Для меня это было ожидаемо, а вот она, судя по всему, влюбилась. Оно и не удивительно, эр Инур красив и знает, как произвести впечатление. Но пара учитель — ученица, так же как и директор — ученица этого в жизни не бывает. Слишком мы разные. И богиня соединившая меня в пару с директором жестоко пошутила.
— Яруш, ну не плачь, — я гладила её, пытаясь, успокоить.
— Ещё скажи, что ты говорила, а я не слушала, — она села, зло вытерла слёзы и с вызовом посмотрела на меня.
— Зачем?
— Ты же была права, — ничего не стала отвечать ей, а обняла крепко-крепко.
И тут её прорвало, она говорила и говорила, что-то повторяла дважды. Но это неважно. Я просто молча слушала.
— Как и говорила старшая сестра: «Все мужчины врут. У них только одно на уме».
— Это неправда.
— Правда. Мне так стыдно, — она закрыла пылающее лицо руками. — Надо мной все смеются.
— Глупости, — отняла её руки от лица и строго посмотрела. — Стыдно должно быть учителю, который решил тобой поиграть. А ты была искренна и честна.
— Но в это никто не поверит, — тяжело вздохнула и тихо продолжила. — Мирко и до меня добрался.
— Он дурак. Не обращай внимание. Его бесит, что не смог поступить в Академию и вынужден прозябать здесь среди простолюдинов.
— Но его многие слушают.
— Его слушают такие же недалёкие, как и он сам.
— Он барон.
— Ну и что? Оник вообще виконт, но ни разу не позволил себе сказать о ком-то гадость. Так что всё зависит от самого человека.
— Да, Оник замечательный. Всегда защищает.
— Вот видишь всё не так плохо.
— Плохо. Денег нет.
— Есть, — встала, подошла к столу и достала мешочек с отложенными монетами. Яруш смотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Вот держи. Надеюсь твоему отцу больше не захочется пытаться открыть свой Дом (прим.автора имеется в виду стать предпринимателем) самостоятельно.
— Алитея, но откуда? — я вложила мешочек в дрожащие руки подруги.
— Неважно откуда. Главное, что твоя семья будет вместе и под крышей дома.
— Спасибо, — я и глазам моргнуть не успела, как она оказалась на полу на коленях передо мной. — Алитея, я не знаю, как и благодарить.
— Встань немедленно. Ты что? Мы же подруги, — но она вновь залилась слезами и крепко обняла мои ноги, спрятала лицо. — Яруш, ну нельзя же так. Вставай. Всё же хорошо.
Я не знала что делать: и отцепить не могу, и смотреть на это то же не могу. Это же неправильно. Достаточно было сказать: «Спасибо». Зачем вот это всё?
— Ты самая лучшая, Алитея, — она подняла заплаканное лицо. — Ты как принцесса: рассудительная и добрая.
— Вот ещё скажешь, — хвала богине мне удалось сохранить безмятежную интонацию, но внутри всё замерло в страхе разоблачения. — Я самая обычная.
— Ты какая угодно, но не обычная. Есть в тебе что-то… Благородное.
— Ладно как скажешь, только встань, пожалуйста. Мне неловко.
— Прости. Ты просто не представляешь, что для меня сделала, — она встала сама, подняла меня и так обняла, что стало трудно дышать.
— Раздавишь, — легонько похлопала девушку по спине. И не давая ей сказать, перевела тему. — Давай лучше за уроки садиться. Последняя неделя перед каникулами.
— А поехали ко мне? У нас городок хоть и маленький, но красивый. Да и люди доброжелательные.
— Спасибо за приглашение. Я подумаю, — да я подумаю только над тем, как этого избежать и не обидеть подругу.
Яруш отошла к столу и спрятала мешочек в ящик. Тяжело вздохнула и села за уроки. Я сидела напротив неё и видела, что даже радость от монет не облегчила её сердце. Она словно «потухла» пропал задорный блеск из её глаз.
— Яруш, а что же теперь с твоей работой? — может и не надо было об этом сейчас, но и смысл тянуть до завтра тоже не вижу.
— Я с ним больше работать не буду. Не смогу. А ты поняла, как поставить цикл в формуле?
Дальше мы погрузились в домашние задания. А с работой что-то решим. Не бывает безвыходных ситуаций.
Глава 15
Как назло у нас сегодня занятие по практической артефакторике. Но в отличие от предыдущих дней учитель кривился и недовольно поджимал губы, когда смотрел на Яруш. А девушка «потухшая» сидела опустив голову и тихонько сжимала кулаки под партой, кусала губы.
Меня злит такое отношение. И как результат половину его речи пропустила:
- Адептка Алитея, я так понимаю, что вы всё знаете и умеете, поэтому слушаете не внимательно?
- Простите эр Инур, задумалась, - стыдно совершенно не было.
- Конечно, после занятий подойдёте на кухню для восстановления концентрации, - елейно улыбнулся и продолжил: - Итак, сегодня мы перейдём к созданию простейшего исцеляющего амулета. Для этого достаточно вашего первого уровня силы. Да, адепт?
- Эр Инур, а как нам увеличить свой уровень? - кто бы сомневался, что он спит и видит себя могущим магом.
- Тренировками, адепт Мирко. Тренировками. Артефакты первого уровня отличаются малой ёмкостью и недолговечным эффектом. Неужели я заинтересовал вас адептка? - если раньше я такое воспринимала как способ немного разрядить напряженную учебную атмосферу, то сегодня неприятно. - Говорите.
- Эр Инур, а разве нельзя увеличить срок действия за счет цикла?
- М, хороший вопрос. Рад, что вы с нами. У кого какие предположения? - все молчали и прятали глаза, поэтому ему пришлось самому отвечать: - Адептка права, иногда, постановка цикла может продлить действие. Но это относится к артефактам более высокого уровня начиная с третьего. И пока мы наше практическое занятие не превратили в теоретическое прошу вас ознакомиться с материалами и согласно записанного алгоритма создать артефакт исцеляющий царапины.
В нашей рабочей шкатулочке лежали: камень, металлические заготовки и кожаный шнурок. На доске было записано название Алунит — это светло-серый камень с вкраплениями темно-зелёного цвета и множеством светлых желто-зелёных прожилок. Я подумала и решила, что сделаю кольцо, хотя могла сделать серьги или кулон, заготовки для этого были. Но кулоны и так часто делают, а вот кольца почему-то нет.
За работой не заметила как пролетело время. Получив свой высший балл не спешила покинуть кабинет. Может это и неправильно, но я не могу молчать в такой ситуации.
- Вы что-то хотели, адептка? - эр Инур приподнял бровь, когда за последним учеником закрылась дверь, а я всё также сижу за своим столом.
- Да, - встала и подошла к учителю. - Вы поступили непорядочно. Не по-мужски.
- О, как. Да вы решили меня жизни поучить? - он сложил руки на груди.
- Нет. Не жизни. Знаете, пользоваться своей красотой, чтобы дурачить головы юным девушкам это низко.
- А не низко юным девушкам использовать мужчину в своих интересах? - он прищурился и зло смотрел на меня.
- А как Яруш вас использовала?
- Она хотела, чтобы я заплатил долг её отца! Вы считаете, что это в порядке вещей?
- Ей нужна помощь, а вы отказали.
- Двадцать золотых?! Адептка, вы правда считаете, что это незначительная сумма?
- Нет, но…
- Вот и не надо строить из себя благородную! На меня эти деньги с неба не упали! И отец Яруш не мальчик, чтобы не понимать что он делает! В конце концов как только понял, что не справляется надо было бросать это. Да потерять деньги, но это были бы меньшие деньги. А он трижды! адептка, перезанимал ещё большую сумму, чтобы покрыть долг, и сохранить Дом! Простите, но это высшая степень глупости. И платить за это я не намерен!
- Вы могли занять их, но предпочли остаться в стороне и разбить сердце девушки, - здесь не с кем разговаривать. Тяжело вздохнула и поправив сумку пошла на выход. Разочарование имеет горький вкус. Окрик учителя догнал меня у двери:
- А что же вы не поможете своей подруге, адептка?
- Уже, - и тихо прикрыла за собой дверь оставив опешившего учителя в тишине кабинета.
- Что ты там делала? - Яруш со смесью тревоги и надежды заглядывала в глаза.
- Уточняла какие условия для постановки цикла в артефактах третьего уровня.
Не люблю врать, но что делать, если правда причинит ей ещё большую боль?
- Ой, смотри, наши во дворе! Побежали с горки съедем! - схватила её за руку и буквально потащила на улицу. Вот так без тёплых вещей, но для оборотней пара минут на морозе не страшна.
Надо её растормошить, чтобы рыжие косички «засияли», как и жёлтые глаза Яруш.
- Алитея, ты с ума сошла! Ты же заболеешь!
- Так давай быстрее! Оник, помоги, - протянула руку парню, который был выше по склону, чтобы не съехать раньше времени. Горячая рука крепко сжала мою кисть и одним рывком парень поставил нас рядом с собой.
- Что тоже решились после практики голову проветрить?
- Ага! - поверить не могу, что делаю это. Обычно Яруш меня на всё такое тянет, а я отказываюсь всеми силами. Потому что съезжать с горки на ногах это безумие.
- Давайте вместе? - он словно почувствовал мой страх. Мы с Яруш одновременно кивнули и стали с двух сторон Оника. Краткий миг полета и мы хохоча быстро бежим в тёплые стены школы. Мороз кусает щеки и уши, но это ерунда, ведь Яруш улыбается. Значит есть надежда на исцеление.
- Теперь есть шанс, что мы не заснем на истории, - Оник подмигнул Яруш, от чего её лицо вытянулось и улыбаясь пошёл в класс.
- Это что было? - подруга удивлённо посмотрела на меня ища поддержку.
- Да кто ж его знает, - пожала плечами и пряча улыбку поспешила в класс. Все же любопытство рыси вечно, как и наш мир.
Каждый урок истории жду со страхом, а вдруг именно сегодня всё расскажут. Впрочем, о том что произошло двадцать лет назад, итак, все знают, но лишний раз слушать ложь не хочу.
Сегодня мне вновь повезло. Но чувствую, что с каждым днём мы всё ближе и ближе к этой теме. В учебнике упоминания о том дне, как ни странно, нет, но об этом обязательно рассказывают на уроке.
- Эра Лайха, - я окликнула главную повариху и остановилась на пороге кухни.
- Ой, деточка, случилось чего? - раскрасневшаяся от жара плит дородная женщина скоро вытирая руки о висящее на поясе полотенце подошла ко мне.
- Меня к вам на отработку отправили.
- Ох, что ж ты натворила-то? Ты же тихая как мышка всегда, да приветливая, - я пожала плечами и опустила голову. Ну не буду же я рассказывать о причинах. Это слишком личное. - Ну ладно, протри все столы, да чашки помой и хватит с тебя.
Наверное моя улыбка была слишком красноречивой, что женщина рассмеялась.
- Ну что ты, котёнок, я маленьких не обижаю. Хоть и не знаю за что тебя сюда сослали, но чувствую, что твоей вины нет. Поэтому и работа легкая.
- Спасибо, эра Лайха, - сделала книксен и взяв поднос с тряпкой пошла наводить красоту в зале.
Я-то боялась, что она меня загрузит, как ребят наших. Как они ныли после отработки на кухне, что всё болит и под ногтями въевшаяся грязь. Наверное, эр Инур на что-то подобное и сейчас рассчитывал, а не вышло. Тут всё чистенько и дел на час.
В тренировочный зал я прибежала немного запыхавшаяся. И только перед дверью поняла, что не предупредила директора о своей задержке. Поэтому заходила с некоторой опаской.
- Не стесняйтесь, адептка, - игривый тон мужчины немного расслабил — значит не сердится.
- Простите, директор Дамир, я как-то не подумала, что надо…
- Да, вообще надо, но не меня. Я сразу узнаю обо всех назначенных отработках. Может поделитесь, что не поделили с эром Инуром?
- Эм, наверное, нет.
- А что так? Опять не доверяете?
- Просто это личное.
- У вас? Личное? С Инуром? - злой огонек во взгляде мне не понравился. Это что же получается, что каким-то непонятным мне образом он тоже чувствует притяжение пары? Или это просто так совпало?
- Ну не совсем у меня, - сделала два шага назад, пусть и слабая, но все же иллюзия безопасности.
- Яруш значит, - мужчина не скрывал облегченный вздох. Взлохматил темные волосы и прищурившись с какой-то запредельно счастливой улыбкой продолжил: - Вы высказали свое отношение к происходящему!
У меня открылся рот. Как он это понял? И что его так радует в этом?
- Между прочим не смешно, - я надула щеки и сложила руки на груди.
- Нет. Алитея, а что вами в этот момент руководило?
- В смысле? - нахмурилась вспоминая свои чувства в тот момент. - Меня бесило его недовольство и поджатые губы и хотелось… Богиня, - закрыв рот рукой прошептала: - Я хотела его порвать.
- Это же отлично! Значит ваша кошка взрослеет и начинает понимать, где её территория.
- Ну знаете, может я не так давно научилась оборачиваться, но моя кошка вполне себе взрослая особь!
- Да, особенно, когда разваливается пузом к верху, - от возмущения у меня перехватило дыхание, а он глядя на меня открывающую рот рассмеялся. - Давно я так не смеялся, может, почаще проводить занятия с адептами. Но вы зря обижаетесь. Я бы сказал, что сегодня повод отпраздновать маленький шаг вперёд. К сожалению, ваш артефакт блокирует не только животную ипостась, но и мешает ей полноценно развиваться. Я бы рекомендовал вам почаще бывать в стрессовых ситуациях, чтобы таким образом пробуждать хищницу. Пока она такая добрая и игривая — она не боец. А значит вы не победите в схватке с Шарухом. Мне жаль, что говорю это так, но я не знаю как убедить вас снять этот браслет.
Шокирована ли я? Ещё как. Знал ли о такой особенности браслета отец? Впрочем, какая уже разница. Браслет я не сниму. Не сейчас. Мне страшно представить, что на меня «выльют» окружающие и как брезгливо будут поджимать губы. Мне и Мирко с головой хватает. Кстати о нём, это получается я «спасибо» сказать должна за помощь? Представляю как вытянется его лицо от этого.
- Ну что ж рад, что вы вновь улыбаетесь. Раз вы не хотите ничего рассказывать, тогда три круга по залу.
- Эм, директор Дамир, после случившегося у Яруш нет работы. Может… вы… - почему-то стало неловко просить за подругу. Но деньги ей теперь нужны ещё сильнее, чем раньше.
- Алитея, не хочу показаться грубым, но поймите правильно, если вашей подруге так нужна работа, тогда почему она сама не пришла ко мне?
- Ну… она…
- Нет. Ваша подруга не пришла не из-за скромности, поверьте у двухиспостасных её практически нет. Она не пришла, потому что не нуждается в помощи.
- Но это не так! Вы же знаете, что у них в семье произошло. Она просто расстроена и…
- И хватит искать ей оправдания. Если она придёт ко мне, то мы решим этот вопрос, а если нет, то… - он развёл руки в стороны. - А теперь три круга, адептка.
Я и бегала, и отжималась и даже пыталась подтянуться. Почему пыталась? А потому что висела как колбаска не в силах поднять себя хоть на сантиметр. Директор злился, но держал себя в руках.
Глава 16
— Алитея, вы слишком слабы. Если вы снимете свой браслет, то прибавите силу и выносливость своей кошки. Наши тренировки станут более результативными. Подумайте об этом.
— Конечно, директор Дамир, — я тяжело дышала после двадцати отжиманий. Всё-таки я и спорт несовместимы. — А когда мы перейдём к чему-то более существенному, чем это?
— А вот когда у вас сила появится так и перейдём, — он подошёл так близко, что я видела слегка расширенные зрачки янтарных глаз.
Аромат луговых трав и морозного утра заставил меня жадно его втянуть, чтобы памяти хватило до следующей встречи. Тёмный взгляд скользил по моим губам и мне хотелось их облизать, чтобы хоть немного охладить поднимающийся внутри жар.
Сама не поняла как это произошло, как вместо меня появилась кошка. Она довольно облизнулась и наклонив голову набок ждала свою порцию ласки.
— Это то о чём я говорил, Алитея, — сильные руки зарылись в шерсть, мягко массируя шею. — Ваша кошка, конечно, красавица, но по сути, сущий котёнок.
К счастью, я не могла ничего ответить, иначе слова о том, что всё из-за того, что мы истинная пара сорвались бы с предательских губ. Он же не знает, что она только на него так реагирует. Что этот янтарный блеск глаз как маяк в ночи манит и не даёт сбиться с пути. А его аромат морозного утра впечатался в каждую клеточку тела.
— Но ей надо взрослеть, становится полноценной хищницей и главой будущего рода. Вы же понимаете, что однажды пройдёте с кем-то обряд и возглавите род по праву сильнейшей. Не только вы, но и ваш зверь должны быть к этому готовы как морально, так и физически. Котёнка легко под себя подомнут и вы превратитесь в марионетку.
Мне так хотелось спросить: «И вы тоже превратите меня в марионетку?», что кошка откликнулась и издала низкий недовольный звук.
— Я понимаю, что это неприятно слышать, но кто-то же должен рассказать о ваших перспективах. И да, Алитея, ваши походы в лес стоит прекратить. Если Шарух в самом деле знает, что вы здесь, то там наверняка есть его люди. К сожалению, лес не является территорией школы, а значит и защиты там нет.
Вот это было плохо. Очень плохо. Почему-то я думала, что прилегающая территория леса принадлежит школе. И что же мне теперь делать? Кошка хочет гулять, бегать и зарываться в снег.
— Если бы вы открыли себя всем, Алитея, то мы бы и хищницу на полосу препятствий вывели б. А так… Даже не знаю, что для вас придумать. Пока не знаю. Ну хорошо, — он похлопал по животу лежащей на спине кошки и встал. — Немного расслабились, а теперь возвращайтесь и продолжим нашу тренировку.
В комнату я еле ползла. Ноги совершенно не хотели меня слушаться.
— Алитея, ты чего? Это тебя так эра Лайза замучила? — глаза Яруш округлились.
— Нет. Это я так… просто, — вот так просто я не придумала объяснений подруге, но раньше они были не нужны. Чтобы такого придумать?
— А где ты была?
— Да так… Тренировалась, — ничего придумываться не хотело, поэтому сказала правду. Почти.
— Зачем?
— Помнишь нам на уроке рассказывали, что уровень поднимается благодаря тренировкам. Вот я подумала, что сильный маг должен быть и физически выносливым.
— А ты хочешь стать сильной?
— А разве великий артефактор не сильный?
— Возможно… А как ты собираешься в артефакторике тренироваться?
— Вот это самый сложный вопрос. Эр Инур вряд ли разрешит. Но выход обязательно должен быть. Ты прости, я в душ, а то вся мокрая.
— А как же твоя работа? — но я уже захлопнула дверь и спряталась за шумом включённой воды.
Вот теперь я точно попала. Что сказать? Признаться? Нет. Слишком рискованно. Яруш, конечно, чудесная девушка, но болтунья. И в ванной не посидишь, скоро ужин, а после занятие по менталистике.
— Так что с твоей работой? — не успела выйти как, столкнулась с подругой. Вот это сила любопытства.
— Да всё в порядке. Просто буду два раза бегать после обеда и ужина.
— Странная ты. Зачем так сложно?
— После тренировки сложнее уснуть.
— Значит плохо тренировалась.
— Как скажешь. А что ты будешь делать с работой?
— Не знаю. Девчонки говорят, что в таверну подавальщицы нужны, — она пожала плечами и перекинула косу за спину. — Ладно давай быстрее, а то кушать очень хочется.
Не стала говорить, что я её совершенно не задерживала, лишь пожала плечами и поспешила за Яруш. И не пожалела: к нам присоединился Оник. Если подруга была удивлена, то я только порадовалась решительности парня. Правильно, пока она залечивает сердце надо брать её, а то возьмёт и опять к другому убежит.
— Девочки, а что вы делаете вечером? — хоть парень обращался к нам обеим, но смотрел только на Яруш. За всё время ужина он ни разу не отвёл от неё взгляда.
— Я занята, а Яруш свободна, — подарила удивлённой подруге самую невинную улыбку.
— Яруш, может погуляешь со мной после ужина? Говорят перед сном полезно дышать свежим воздухом, — подруга едва ли понимала, что это происходит с обычно тихим парнем, поэтому заторможено кивнула.
Я же не стала долго задерживаться: быстро выпила компот и убежала на занятие с директором. С каждым разом мне всё сложнее сдерживаться. Хочется во всём признаться и прижаться к его широкой груди, спрятаться от всего мира. Но если я могу рисковать собой, то им — нет. Пока наша связь не установилась есть шанс, что в случае моей гибели в поединке с Шарухом, он останется жить.
Сегодняшнее утро безрадостное — урок по физической подготовке. У меня и так тело после занятий с директором ломит нещадно, словно меня всю ночь били.
— Адептка Алитея, бодрее! — эра Лайза подгоняет, а я еле в хвосте плетусь за всеми. Не могу. Сил нет. Готова упасть и расплакаться от обиды на свою слабость.
Учитель быстро подбежала, когда я подвернув ногу упала и всё-таки слёзы брызнули из глаз. Совсем не от боли.
— Сильно болит? — она осторожно ощупывала лодыжку.
— Не очень. Скоро пройдёт.
— Теперь я понимаю, почему директор Дамир просил меня с вами позаниматься.
— Что? Директор?
— Да. Его срочно вызвали в столицу. Вы действительно слабы, — она грациозно поднялась довольно улыбаясь и протянула мне руку. — Но ничего мы это исправим. Приходите в малый зал после занятий.
— С-спасибо, эра Лайза, — немного припадая на ушибленную ногу, вернулась в строй к ребятам.
Что случилось? Почему директор мне ничего не сказал? Не успел или не посчитал нужным? Непонятная обида царапала и хотелось объяснений.
— Наша сиротка ещё и на ноги слабая, — противный Мирко и тут не смог смолчать.
— Уж лучше на ноги, чем на язык, — кошка внутри занервничала, ощетинилась. Еле призвала её к порядку, не хватало тут обернуться. Вот все обрадуются. Интересно, что тогда начнёт говорить Мирко? Хотя о чём это я? Это же Мирко, конечно, очередные гадости и домыслы. А за двадцать лет история таким обросла, что и сказок не надо.
Весь день я не находила себе места. Тревога сдавливала сердце. Уверена, что это Шарух что-то задумал. Иначе и быть не может. Даже любопытство, о том как прошла прогулка Яруш с Оником, отошло на второй план.
— Что-то ты сегодня сама не своя. Случилось чего? — хранитель привычно полулежал на кровати, сдвинув очки на самый кончик носа.
— Директора в столицу вызвали и теперь меня тренировать будет эра Лайза, — грустно вздохнула и села на стул рядом с кроватью.
— Как уехал, так и вернётся. Чего грустить-то? — грущу, потому что пара далеко и это сильнее меня. Словно какую-то часть из меня вытащили и там теперь пустота.
— Это всё Шарух.
— Не накручивай себя раньше времени. Дамир вернётся и всё расскажет. Ты лучше доставай тетрадь будем с тобой заниматься.
— Здесь?
— А какая разница где? Эр Шас не спешит меня отпускать. А мы с Дамиром поговорили и решили, что тебе понадобятся боевые артефакты и защиты. На уроках вам такого не расскажут. Большинство из вас покинут стены с первым уровнем, какая-то часть со вторым и лишь единицы с третьим.
— И я буду среди тех, кто со вторым уровнем. Природный дар не обойти.
— Рад, что ты это понимаешь. А теперь пиши: при создании боевых артефактов…
Голова гудит от полученной информации. Хранитель знатно меня загрузил. И признаться мне обидно, что из-за врождённой ментальной магии мне не быть великим артефактором. Вот так, несмотря на то, что бытовая магия считается чем-то низшим и простым, и, мягко говоря, не приветствуется на землях оборотней, мне многое из неё недоступно. Ребята черпают энергию из пространства, а я из своих внутренних запасов и это истощает.
А впереди занятие с эрой Лайзой. Осторожно заглянула в зал в надежде, что может она забыла и не пришла.
— Смелее, адептка, — солнечная улыбка играла на её губах. — Покажите, что вы делали с директором, а я подумаю, как улучшить ваши тренировки. Я правильно поняла, что вы хотите увеличить свой уровень?
— Д-да, очень хочу, — директор так сказал? Неожиданно. Он же не рад моей тяги к артефакторике и, по сути, спору с богиней.
Я сделала всё что мы делали и тяжело дыша подошла к хмурой учительнице.
— Я не хочу вас обидеть, адептка, но вы безнадёжно слабы. Это плохо. Я понимаю, что вы человек и во многом ограничены. В общем. Ваш путь будет небыстрым. Неуверена, что получится дорасти до третьего уровня, но второй возьмём.
— Эра Лайза, я буду рада даже второму.
— Отлично, тогда сейчас составим ваш режим питания и тренировок, — она быстро начала что—то писать в блокноте. — И об отдыхе не забывать. Отдых важная часть любой тренировки, адептка. Ваша любовь к знаниям похвальна, но один день в неделю будьте добры оставлять всё и гулять, общаться и вести себя, как и положено восемнадцатилетней девушке.
— Но…
— Адептка о вас говорят все учителя. Такая страсть к знаниям не проходит незамеченной. А нахваливания хранителя, поверьте, дорогого стоят. Так что вот, — она протянула мне лист исписанный аккуратным мелким почерком с рекомендациями. — Надеюсь на ваше благоразумие, Алитея. Поверьте знания — это не всё. Есть в мире и более важное.
— Конечно, эра Лайза, — я прижала листок к груди и склонила голову в знак благодарности.
— Спасибо.
Вечер прошёл в тумане. Вымотанная после хранителя и занятий с эрой Лайзой я поковыряла свой ужин в основном состоящий из мяса. Сделала уроки и лишь махнула рукой вслед убегающей Яруш: у них с Оником очередная прогулка.
— Алитея, ты не представляешь какой Оник, — восторженная Яруш теребила косу и загадочно улыбалась, пока я собирала сумку. — Он такой…
— Яруш, вот опять ты «он такой… он этакий». Почему ты рисуешь прекрасный образ забывая о человеке?
— Чем тебе Оник не угодил? Между прочим, лучший ученик школы.
— Я не говорю, что он плохой. Скажи, что он любит?
— …
— А какие у него планы на жизнь? На каникулы?
— Ну знаешь, — девушка настолько была возмущена, что даже ленты в её косичках гневно качались.
— Я знаю, что ты прекрасная девушка, и что Оник прекрасный человек. А ещё знаю, что всё время прогулки ты говоришь без умолку, а парень кивает головой и улыбается.
— Тоже мне провидица!
— Не злись. Просто я очень хочу, чтобы ты узнала Оника лучше, прежде чем влюбишься по уши, а потом будешь страдать.
— Если ты о нашем неравенстве, то ему всё равно что я простолюдинка.
— Верю. Оник он такой. А что скажет его семья, род?
— Просто ты мне завидуешь! У меня уже второй ухажёр, а в твою сторону никто не смотрит! — девушка фыркнула и, схватив сумку, махнула косичками, скрываясь за дверью. Я пожала плечами и поспешила на завтрак и занятия.
— Сегодня мы поговорим о страшном дне в истории Дестаса (прим.автора Дестас — земли оборотней), — эр Крихам стоял заложив руки за спину. Лицо приобрело скорбный вид. Вот он тот день, которого я так боялась. Сейчас он расскажет гнусную ложь, все поверят и осудят ничего не зная. А я…Я должна молчать и не выдать себя ни единым звуком.
Но каждый из них обязательно пожалеет об осуждении и несправедливых словах. Скоро. Каждый день меня приближает к этому. Виновный понесёт наказание.
Глава 17
— Как вы все знаете, со времён создания нашего мира землями оборотней правили лиловые ирбисы. Их род был сильнейшими менталистами. Мы всегда считали их добрыми, отзывчивыми и справедливыми. Наши земли процветали, никто не испытывал нужду в чём-либо. Они были близки к своим подданным и не делали различий между простолюдинами и аристократами. И много тысячелетий так и было. Но испытание властью самое сложное.
Мужчина сделал театральную паузу. А я вонзила ногти в ладони и приготовилась.
— Вы будущие артефакторы, кто-то из вас обладает большей силой и возможностями, кто-то меньшей. Но это не значит, что на первых ответственности больше, чем на вторых. Ответственность всегда равна. Я допускаю, что среди вас есть те, кто недоволен своим даром или возможностями. Это нормально. Каждый из нас всегда должен стремиться к большему и лучшему. И в то же время мы должны помнить о цене нашего стремления. Не всегда цель оправдывает средства. И этот урок, я надеюсь, каждый из вас запомнит.
Мне хотелось сбежать отсюда, чтобы не слышать всего этого. Но эр Крихам отличался ещё и тем, что никто не выходил во время занятия. Единственное оправдание обморок.
— Вы должны понимать, что у лиловых ирбисов всегда, без исключений, проявлена ментальная магия. Но юная принцесса Афира решила развить в себе бытовую магию, став артефактором.
Это неправда, мама никогда не хотела быть артефактором. Она видела свою жизнь в помощи и заботе о своих подданных. Собственно за что и поплатилась.
— Мы не знаем как, но она создала ужасный артефакт, который уничтожил целый город. Теперь мы знаем это место как Пустошь Давитии. От города остался лишь чёрный пепел. Правящий род лишили магии и они все ушли в чертоги богини.
Класс зашумел как лес: ребята выкрикивали жалящие слова, возмущались вседозволенностью аристократов, сокрушались лёгкостью наказания. Глупцы. Что они знают об этом? Ничего. Когда забирают магию насильно, то человек медленно погибает. В мучениях и боли. Отец рассказывал, что встретил маму уже на грани и лишь беременность смогла продлить её жизнь, наполнить красками.
— Поэтому, адепты, всегда помните об ответственности. Артефакторика — это серьёзная наука. И если богиня дала такой дар, то несите его во благо миру.
К счастью, прозвенел звонок и мои мучения закончились. Впрочем, это я так наивно думала. Ребята гудели словно растревоженный улей каждый делился услышанными когда-либо слухами. Интересно сколько мне понадобится времени, чтобы стереть из памяти людей эту ложь?
— Алитея, ты чего? — горячая рука легла на лоб. — Простудилась?
— Нет. Просто… голова болит. Ты прости меня за утреннее, — я уже так привыкла к ней, что простое недоразумение расстраивает так же, как и громкая ссора.
— Вы человечки такие слабые. Ладно, забыли. В чём-то ты даже была права. Но Оник на самом деле милый.
Мир между нами восстановлен и стало чуточку светлее на сердце. Призраки прошлого уходили в тень. А тревога за директора набирала силу. Он так и не приехал, хотя у нас есть портал.
Моя кошка апатично смотрела на всё происходящее. Даже рассказанная ложь не пробудила в ней желание защитить своё. И это плохо. Ещё два дня и начнётся бунт: её будет тянуть к своей паре, а мне нельзя покидать территорию школы. В лес, чтобы побегать тоже нельзя. Занятия с эрой Лайзой лишь немного снижают потребность хищницы в движении. И что со всем этим делать ума не приложу.
Прозвенел звонок и вновь надо слушать и записывать. Но в голове уже ничего не откладывалось, я просто писала буквы, не улавливая смысла. А ведь ещё идти к хранителю за новой порцией особенностей создания боевых артефактов. Мне бы к нему в лабораторию попасть, чтобы потренироваться в их изготовлении, но там чужие и он не хочет, чтобы о ней знали посторонние.
Приятно, когда тебя считают своей и доверяют что-то важное и ценное.
С обедом сегодня тоже как-то не очень сложилось — не было аппетита и я еле вталкивала в себя каждый кусочек под пристальным взглядом эры Лайзы. Эта оборотница не поленилась подойти к нашему столику и проконтролировать, чтобы я всё взяла из рекомендаций.
— Надеюсь она не будет так делать каждый день, — прошептала Яруш заметив мой быстрый взгляд в сторону преподавательского стола.
— Я тоже. Но есть совершенно не хочется, — моя кошка грустно вздохнула соглашаясь и спрятала морду под лапой, мол справляйся с этим без меня.
— Ты подумала над моим предложением?
— Подумала, и мне очень жаль, но я не смогу с тобой поехать, — внутри молилась, чтобы она не начала меня расспрашивать, но видимо от любопытства Яруш ничто не может защитить.
— Так каникулы же. Что ты собралась делать в полупустой школе?
— Я буду тренироваться. Да, мне хранитель обещал книг дать по теме, — врать не умею и поэтому краснею и прячу глаза. Кажется, что в них огромными буквами написано «Ложь».
— Алитея, если ты думаешь, что стеснишь нас, то это не так. У нас просторный дом. Да и родители будут тебе рады, ведь ты нам так помогла.
— Яруш, я правда не могу. А тебе хорошо отдохнуть, — натянула на губы беззаботную улыбку. И извинившись поспешила на занятия к хранителю, а потом эре Лайзе.
Скорей бы вернулся директор. Мы очень скучаем. Но он не вернулся ни на следующий день, ни через. Я с трудом контролировала себя. Каждая клеточка стремилась оказаться рядом с парой, но это невозможно. Кошка требовала свободу, а мне её даже выпустить негде.
— Алитея, а ты уверена, что хочешь остаться? — Яруш всматривалась в моё лицо. — Ты мне не нравишься. Эта учёба убьёт тебя.
— Всё будет хорошо, я просто не привыкла, — да и как можно привыкнуть видеть чёрные тени под глазами на осунувшимся лице. Да я начала худеть и почему-то это в первую очередь отразилось на лице.
— А может…
— Нет. Никаких "может". Поспеши, чтобы не стоять долго в очереди у портала.
Мы стояли у ворот школы и прощались на две недели. Я бы с удовольствием поехала с ней, но…
Это "но" уже стояло через дорогу и пристально смотрело на меня. Шарух нашёл меня и теперь точно знает, что я здесь. Уверена информация уже пошла к нему. Но ближайшие полгода я для него недоступна.
Мы ещё раз обнялись с подругой и она, наконец, поспешила к порталу. А я стояла и смотрела, но не ей вослед, а на двух мужчин, неспешно приближающихся к нам. Директора я узнала сразу, и словно жизнь потекла по венам. А вот второй… Но этого же не может быть.
Пару раз зажмурила глаза, но второй всё ещё был собой. Не думала, что когда-нибудь смогу его так увидеть. Он казался мне образцом справедливости. Может потому, что однажды помог моему отцу или потому, что был сильнейшим менталистом среди драконов?
Мне о нём рассказывал отец. Он тогда был ребёнком и подрабатывал в порту, единственное место куда его, человека, взяли. Хозяин не захотел платить за месяц работы и обвинил отца в воровстве. И у него всё бы получилось, если бы не этот дракон. По какому-то странному стечению обстоятельств проходивший мимо. Он быстро разобрался в ситуации и заставил хозяина заплатить отцу ещё столько же за моральный ущерб. После он привёл папу в таверну, где его взяли на работу помощником.
— Алитея? — пока я погрузилась в воспоминания они подошли ко мне. Директор встревоженно осматривал меня.
— Ой, простите, я задумалась. Добрый день, директор Дамир, милорд Вилиан, — я сделала книксен.
— Ого! Не ожидал, что столь юные создания знают обо мне, — он вежливо улыбнулся.
— Друг мой, кто ж не знает королевского воспитанника и лучшего ищейку на землях драконов? — я видела, что они забавляются, но не смогла промолчать.
— Дело не только в этом. Эр Вилиан помог моему отцу, человеческому мальчику, его звали Мелхол, ваша милость.
— Ну надо же! Я его помню, толковый малый. Как он?
— Отца больше нет. Он вас тоже всю жизнь помнил.
— Прости.
— Алитея, вы здоровы? — тревога в голосе директора отозвалась музыкой в моём сердце.
— Д-да, — хоть бы он не догадался. Директор недоверчиво смотрел мне в глаза и я добавила уверенней: — Всё хорошо.
— Ну если так, тогда мы возобновляем наши занятия, — я кивнула, и они пошли в сторону преподавательского корпуса. Кажется, мне повезло и он ни о чём не догадался. Но о моём «цветущем» виде обязательно расспросит.
Я немного побродила по заснеженному двору и парку. Моя кошка так и рвалась на свободу, но нам нельзя. К сожалению, мне не удалось что-то придумать с этим, но, возможно, директор найдёт ответ.
А ещё я размышляла над причиной появления здесь Вилиана. Мне очень хочется верить, что это не я. Не хочу оказаться с ним во враждующих лагерях. Отец привил мне чувство благодарности к этому мужчине.
Я спешила на занятие. Хочу надышаться морозным утром, утонуть в янтарных глазах и понежиться в бархате его голоса. Дни без него были пыткой. Я будто в огне металась и не могла найти прохлады. И наконец-то всё закончилось. Так я думала пока не подошла к залу и в приоткрытую дверь не услышала:
— Друг, у меня есть все основания предполагать, что беглянка у тебя.
— Вил, ну ты же понимаешь, что твои подозрения беспочвенны.
— Эта девица нужна Шаруху, а скрывая её ты наживаешь себе врага, — я не смогла понять чего больше в голосе Вилиана тревоги за друга или чувства долга.
— Мне некого скрывать. Пройдись по школе и найди её.
— Пройдусь. Обязательно пройдусь. Я же на ваших землях надолго. Дамиан, ты пойми, её род лишили магии не просто так.
— Вил…
— Они преступники! Из-за них уничтожен целый город! Теперь там лишь выжженная земля и это посреди зимы! Снег до сих пор не ложится на то место. Дамиан…
Слышать такое от этого мужчины было неприятно. Он же… Ну да. Он знает, но неправду. И всё-таки он пришёл за мной.
— Напомни-ка мне, друг, почему ты здесь?
— Ну знаешь.
— Я-то знаю, а вот ты — нет. Это у вас там всё хорошо и привольно, а здесь разруха медленно входит в каждый дом, в каждую семью. Это у вас чуткие правители радеющие о благополучии народа. У нас всё иначе. За двадцать лет нет ни одной истинной пары! Количество детей резко сократилось, даже от человеческой женщины.
— Дамир, я сожалею, что у вас всё так, но наследницу надо вернуть.
— Нет. Она ни в чём не виновата, — я догадывалась, что директор верит мне, но услышать подтверждение приятно вдвойне.
— Она потенциально опасна.
— Ты её не знаешь!
— Она на тебя как-то воздействовала? Ты что-то пил из её рук?
— Вил, что за вздор ты несёшь?! Она ребёнок, — а вот это неприятно слышать. Мне уже восемнадцать, какой из меня ребёнок?
— Шарух сказал, что в ней дар проявлен в полном объёме. Прости, но это уже не ребёнок, а ходячая опасность для всех! Почему она здесь? Она же менталист. Почему не пошла в Академию?
— Чтобы её сразу раскрыли?
— То есть она скрывается. Разве надо это делать честному человеку?
— Вил, ты не туда смотришь. И мне очень жаль, что ты веришь Шаруху.
— Я понимаю, что с ним непросто, но…
В этот момент дверь предательски скрипнула под моей рукой и мне ничего другого не оставалось, как сделать вид, что только что пришла и сожалею о прерванной беседе.
Глава 18
— Алитея, проходи, — директор мягко улыбнулся и повернув голову к другу сказал: — Прости, Вил, но у нас занятие.
— Да, конечно, ты меня знатно утомил сегодня, — притворно вздохнул и потёр шею, покидая нас.
Я смотрела на директора и сдерживалась изо всех сил. В глазах темнело, а Вилиан шёл слишком медленно. Хотелось рычать и ругаться, чтобы он как можно скорее закрыл дверь с обратной стороны.
— Я надеюсь, что эра Лайза хорошо с вами занималась и сейчас вы меня порадуете лучшей выносливостью, адептка, — очертания директора размывались и только по голосу я понимала, что он видит, что со мной происходит и волнуется не меньше. — Думаю, что сегодня мы начнём с небольшой разминки.
Его голос звучал сзади и глухо — значит, провожает друга. Вонзила ногти в ладони до дрожи в руках. Не смей! Не сейчас, пожалуйста. Нас же отдадут Шаруху на потеху.
Звук закрывающейся двери совпал с моим обращением. Кошка получив долгожданную свободу тут же кинулась к директору и завалив его на пол начала вылизывать лицо. Я спрятала лицо в ладонях, чтобы не видеть этого. Она скучала, он наша пара, но как гордый хищник может опускаться до… до уровня щенка? Не понимаю.
К моему удивлению, директор радостно смеялся и трепал кошку по шее:
— Я тоже по тебе скучал, — от этого признания кошка заурчала так громко, что казалось нас слышно на всю школу. — Красавица.
Какое-то время мужчина позволял кошке вылизывать себя словно котёнка, а потом, обхватив кошку, притянул к своей груди. Хищница согласно мяукнула и уложив морду на плечо директора спокойно урчала, наслаждаясь близостью пары.
Контроль она не отдавала, я оказалась заложницей своего зверя. Понимание пронзило резко, что я похолодела. Моя кошка стала сильнее, а я не могу её контролировать. Тренировки приносят свои плоды, но не мне, а зверю.
— Если ты закончила выражать свою радость, то будь добра верни мне адептку. У нас занятие.
Кошка недовольно заворочалась, но просьбу пары выполнила.
— Спасибо, — я пригладила юбку платья не зная куда деть глаза. — Она меня совершенно не слушается.
— Она ещё котёнок, — директор мягко улыбался и было что-то необычное в его янтарных глазах.
— Почему она стала сильнее, а я нет?
— Мы же говорили об этом или нет? — он потёр лоб. — Чтобы вы, Алитея, стали сильнее нужно много времени, а вот вашему зверю — только толчок. Собственно, мы и занимаемся с вами, чтобы ваша вторая ипостась стала сильнее и повзрослела.
— А мне что делать? Она же может в любой момент перекинуться?
— Ну что вы, Алитея, она не так глупа, как вы думаете. Ваш неожиданный оборот связан в большей степени не с её силой, а с нетерпением ребёнка. Слабый всегда будет тянуться к сильному. Но это пока, — директор искренне улыбнулся и сделал приглашающий жест. — А сейчас прошу три круга по залу.
Заниматься с директором намного легче и приятнее. Эра Лайза, конечно, тоже ничего, но она более жёсткая и требовательная. Тренировки с ней всегда на пределе.
Мужчина мягко улыбался, а в глазах светилось что-то такое, что заставляло моё сердце томиться. Хотелось подойти и обнять его также крепко, как он обнимал мою кошку. Только все ласки достаются ей, а я словно третий лишний.
Иногда, мне кажется, что лучше признаться директору и тогда я смогу получать свою долю ласки. А потом вспоминаю отца, прожившего столько лет без пары… Я не хочу такого для директора. У отца была я, поэтому он и жил, а директор уйдёт следом за мной. Может, и не в тот же день, но за пару месяцев точно.
— Алитея, где ваши мысли? — я в очередной раз безуспешно пыталась подтянуться.
— Здесь, директор Дамир.
— Определённые успехи у вас есть, но не в подтягиваниях. Ладно. Со временем. Идите отдыхать, адептка. После ужина занятие по менталистике.
— Хорошо. Директор Дамир, а можно вопрос? — он кивнул, и я продолжила: — А зачем приехал эр Вилиан?
— Его сослали в наши земли на время. Не спрашивайте о причинах, к вам они не относятся. А вот в школе он в поисках вас. Шарух успел рассказать всё со своей стороны, но вы и сами знаете официальную версию случившегося.
— А вы в неё не верите?
— Нет. Я знал вашу мать. Много лет назад я преподавал в Академии, в которой она училась. Афира мечтала помогать своему народу, участвовала в благотворительности, часами пропадала в столичной больнице, облегчая страдания пациентов. У неё было доброе и искреннее сердце. Я не знаю, что произошло на самом деле, но уверен, что она ни в чём не виновата. А теперь идите, Алитея, скоро ужин начнётся.
Несколько ошеломлённой я пришла в комнату, привела себя в порядок и спустилась на ужин. Столовая встретила тишиной и пустотой. Все разъехались на каникулы, лишь такие сироты, как я остались, да тройка преподавателей. Неужели им некуда поехать или работа не отпускает?
А ещё за преподавательским столом сидел Вилиан и внимательно следил за мной. Сохранить спокойствие удалось с трудом. Так и подмывало сказать: «Я не виновата», но вместо этого сильнее сжимала зубы. Кушать под цепким взглядом было неприятно, но я успокаивала себя тем, что не одна подвергаюсь такому вниманию. Нас десять сирот из них шесть девушек — не так и просто найти меня. Я на это надеюсь.
Гулкий звук каблуков отбивался от стен пустого коридора. Почему он выбрал меня? Его взгляд жёг между лопаток. И, в конце концов, я не выдержала: остановилась и развернувшись к мужчине приподняла одну бровь.
— Простите, не хотел быть навязчивым, — мягкие шаги опасного хищника заставили мою кошку поджать хвост и спрятаться. — Но удовлетворите моё любопытство. Алитея, я же правильно помню? — я кивнула. — Почему вы не уехали на каникулы? Неужели не хочется увидеть маму?
— Я сирота, эр Вилиан.
— Простите. Ваш отец поэтому так рано ушёл в чертоги богини?
— Да. Мамы не стало год назад, а они были истинной парой. Просто чудом и милостью богини он дожил до моего восемнадцатилетия и поступления в школу.
Да, врать нехорошо, но что мне делать? Он не должен догадаться. Во всяком случае не так быстро. Может, если мы с ним пообщаемся, то он изменит отношение ко мне и своему заданию?
— Да это редкость среди истинных пар. Алитея, вам выплачивают дополнительные деньги, как сироте?
— Да, конечно. Директор Дамир очень добр и следит, чтобы у сирот всё было и мы ни в чём не нуждались, — а перед глазами всплыли картинки наших походов в магазин.
— Да, Дамир, удивительный человек. Отзывчивый. Он не может не привлекать, верно?
— Я не понимаю о чём вы, — врать, глядя в зелёные глаза, становилось всё труднее и я сжала кулаки.
— То есть он вам не нравится? Как мужчина.
Я покраснела и опустила глаза. Богиня, за что ты так жестока ко мне? Мало того, что истинную пару подсунула, так теперь и этот дракон невесть что подумает.
— Что же вы молчите?
— Потому что ты смущаешь девушку, мой друг, — директор вышел из-за угла, и я облегчённо выдохнула. — Нехорошо опаздывать на занятия, адептка.
— Простите, директор Дамир.
— Это я виноват. Не сердись. Работа, — он развёл руки в стороны, мол что поделать.
— Вил, я буду тебе очень признателен, если ты перестанешь пугать мою адептку, да и вообще моих учениц. Мне сказали, что они сегодня очень плохо ели под твоим пристальным взглядом.
— Прости, ты же понимаешь, что я не просто так…
— Ты, просто так, оставишь девушек в покое. И будешь выполнять свою работу тихо и незаметно. У детей каникулы и они должны отдыхать, а не дёргаться от каждого шороха.
— Хорошо, — зло сверкнув глазами, дракон развернулся и широким шагом ушёл в обратную сторону.
— Сильно испугалась? — мы сидели в кабинете директора, и я нервно теребила юбку.
— Он же узнает кто я. И что будет? — подняла на него испуганные глаза. Вилиан он непросто дракон, менталист, ищейка. Он очень сильный и, судя по всему, долг ставит превыше всего. А это не всегда хорошо.
— Ничего не будет. Подействовать на тебя он не сможет — ты же принцесса, а значит свободна от какого-либо внушения.
— Но маму заставили.
— Значит Шарух нашёл способ как. Алитея, миру нужен твой артефакт. Он поможет найти ответы на многие вопросы. Как у тебя с ним?
— Да не очень. Формулу прописала, но теперь нужен камень, чтобы его создать. Я хочу попробовать на изумруде. Крупном. Но выйти за ворота не могу.
— Зато это могу я сделать, — директор ободряюще улыбнулся. — Завтра схожу.
— Спасибо. Я вам деньги… — я было полезла в сумку за мешочком с монетами, но от окрика одёрнула руку, словно обожглась.
— Стоп! О деньгах ни слова, — только что улыбался, а теперь брови хмурит.
— Но…
— Лучше показывай свою формулу посмотрим, что там, — перечить строгому голосу не стала. Мне непонятно, почему он отказался от денег: они же есть у меня.
Я разложила свиток на столе, и мы склонились над ним, выискивая слабые места. Попробовали разные варианты отмены или обхода и ничего не нашли.
— Ну что ж думаю, что формула вполне себе рабочая, можно переносить на носитель. Как будет выглядеть твой артефакт?
— Я решила, что это будет кулон.
— Почему? Это же не практично.
— Наоборот, я смогу всегда его носить с собой и никто не догадается что это.
— Даже так? Поделишься секретом?
— Простите, директор Дамир, но пока нет, — хоть мы и истинная пара, но есть вещи, которые лучше не знать. Для безопасности.
— Понимаю. Это опасное знание. И, судя по всему, оно перешло тебе от отца.
— Да, он многому меня научил.
— Эскиз кулона есть?
— Конечно, — я нашла в сумке альбом с наброском. — Вот.
— Мило. Ну что ж на сегодня всё, — он чему-то улыбнулся, но решил не комментировать, а я не спрашивала. Просто попрощалась и ушла к себе.
И только в комнате вспомнила, что не спросила совета: где же мне выгуливать свою кошку?
У меня каникулы по календарю, а по факту учёба набирает обороты. С утра к хранителю, после обеда к директору и после ужина к нему же. Не успела порадоваться отсутствию Мирко, как его заменил ищейка. Я поёжилась вспомнив его пронзительный взгляд.
Глава 19
— Рад, что ты помнишь о наших занятиях несмотря на каникулы, — счастливый хранитель проверял правильно ли стоят книги на полках.
— Я рада вашему возвращению, хранитель. Вижу, вы проверяете свои владения.
— Да, девочка, пока меня не было тут знатно всё перепутали, — старик недовольно поджал губы, но стоило погладить корешки книг, как улыбка расцвела на его лице.
— Эр Даурен, а как вы стали хранителем? — я села за стол, подпёрла щёки руками и приготовилась слушать. Ему нужно время, чтобы побыть с книгами, наполниться тишиной библиотеки и забыть ужасный запах целительского крыла.
— Да как? Я вообще всегда тянулся к знаниям. Мне интересно постигать новое, да и эксперименты тоже люблю, — тут он хитро улыбнулся и погладил бороду. — Я же тоже окончил эту школу, многие преподаватели практически росли на моих глазах. Как, например, директор наш. Хороший он. Всегда таким был.
— После окончания школы вы решили здесь остаться? — разговор о директоре меня смущал.
— Хранителем я стал ещё во время обучения. Старый ушёл в чертоги богини, а меня назначил своим преемником. Я радовался этому, до сих пор благодарен ему за этот щедрый дар.
— Но как вы здесь дошли до пятого уровня?
— Не сразу конечно. Но почти триста лет и не такое сделают. Ты ещё юная, совсем ребёнок, вот и кажется, что всё сразу должно быть. До третьего уровня дорасти легко. Можно и за год управиться. А вот дальше нужны годы и много практики.
— И новые знания.
— Конечно! Каждый день узнавать что-то новое, пробовать что-то создать. Сделать по-другому не так, как нас учили. Но! соблюдать базовые правила и технику безопасности.
— Мой отец был уверен, что артефактора пятого уровня на наших землях нет. Почему о вас никто не знает?
— Так я не раскрываю свои секреты. Вот ты же не хочешь быть менталистом, хотя богиня щедро одарила.
— Потому что не хочу видеть, слышать и чувствовать боль других. Да и… — махнула рукой — не желаю об этом говорить.
— Вот и я не хочу, чтобы правители мной заинтересовались и приказали создавать то, что не желаю. Ты же не думаешь, что уничтоженный город мог сделать Шарух?
— Эм. Честно говоря, я не задумывалась об этом… Погодите, это что же получается, что на наших землях есть ещё как минимум один артефактор пятого уровня?
— Дитя, ты внимательно слушаешь своих учителей? Конечно! Больше и некому. У Шаруха ментальная магия. Он не может в принципе создать его. Даже тебе в изготовлении нужна будет моя помощь как артефактора. Тебе ресурса не хватит. Так что у Шаруха есть кто-то кто владеет такой силой. Ну или был.
— Ох, хранитель, но почему же тогда все поверили в ложь Шаруха?
— Он второй, после твоего рода, в ментальной магии. Как он это сделал мы узнаем после того, как ты создашь свой артефакт. Кстати, как у тебя с ним?
— Не так хорошо, как хотелось бы, — о том, что богиня говорила о жертве, решила промолчать — незачем тревожить старое сердце. — Сегодня директор должен купить изумруд и будем проводить опыт.
— Вы же ко мне придёте? — я кивнула. А старик довольно улыбнувшись покивал себе и поставив книгу на полку сел ко мне за стол. — А теперь давай займёмся нашими делами.
И мы погрузились в основы и принципы создания боевых артефактов. Но даже здесь мне не сильно повезло со своей ментальной магией — она не боевая. А значит вновь накопители и артефакты огня.
В столовую шла с опаской. Но голод после возвращения директора гнал меня вперёд несмотря на опасность разоблачения.
— Алитея, а что это эр Вилиан с тебя глаз не сводит? — Маргла лукаво улыбнулась и бросила быстрый взгляд в сторону преподавательского стола. — И вчера следом за тобой ушёл. Между вами что-то есть?
Я бы и хотела сказать, что он на всех смотрит, но дракон каждый свой взгляд бросал на меня. По остальным девушкам просто пробегал не задерживаясь. Я тяжело вздохнула:
— Между нами ничего нет и быть не может, — с силой воткнула вилку в кусок мяса представляя, что это дракон.
— Потому что у тебя другой? — девушка игриво подмигнула.
— Нет, Маргла! Потому что… Он старый.
— Он дракон и если вы пройдёте обряд, то и ты будешь жить десять тысяч лет. Чем плохо?
— Я вижу, что тебе он нужнее бери, дарю, — девушка фыркнула и вернулась к еде.
Ну вот что он на меня смотрит? Чувствую, что опять что-то задумал. И слова директора для него незакон, он же Шаруху верит. Судорожно вздохнула и пошла на выход. Хочу на свежий воздух, чтобы почувствовать иголочки мороза на коже. Этого дракона слишком много для меня одной.
Морозный запах близкого леса наполнил лёгкие, и я улыбнулась. Солнечный день и тишина. Хрустящий под ногами снег, длинные тени и сверлящий взгляд в спину. Я резко развернулась:
— Эр Вилиан, это уже просто неприлично. На ваш нездоровый интерес ко мне все обратили внимание.
— Простите, эра Алитея, но долг превыше всего, — в голосе совершенно не было сожаления.
— А вы мне кажетесь той, кого ищу.
— Вам есть что мне сказать? — я старалась говорить спокойно и уверенно, словно мы обсуждаем погоду.
— Пока нет, — он внимательно следил за моей реакцией и судя по прищуренным глазам не находил, что ожидал. — Но Дамир мой давний друг, и я беспокоюсь о нём.
— Если вы не хотите меня в чём-либо обвинить, то прошу оставить меня в покое, — упоминание директора решила проигнорировать. Боюсь выдать себя. — Я не хочу, чтобы обо мне ходили грязные слухи в школе. Да и вообще в городе.
— Эра Алитея, вы так и не ответили на мой вопрос, — мужчина быстро вернул себе безмятежность и доброжелательно улыбнулся.
— Какой?
— Вам нравится Дамир, как мужчина? — вроде на губах улыбка, а в глазах сталь.
— Я не буду отвечать на такие вопросы! — я смерила его взглядом. Возмущение боролось со смущением. Хоть бы он ничего не понял. — Мы не настолько с вами близки, чтобы говорить о таком.
Круто развернулась и пошла по дорожке резко выдыхая злость и негодование. К счастью, ищейка не пошёл за мной и даже не окликнул.
Неужели так заметно, что директор мне нравится? Богиня, я же даже мысленно его по имени не зову, чтобы ненароком не выдать себя. Кошка вздыбила шерсть и недовольно перебирала лапами, желая защитить свою территорию. Ну вот Мирко нет, зато теперь дракон заставляет мою кошку защищаться.
Сделала большой круг по территории, но даже красота зимнего леса не смогла заглушить страх и панику после разговора с ищейкой. А если он об этом расскажет директору, что тогда?
К залу шла максимально тихо в надежде, если они вновь там, то я смогу ещё что-нибудь услышать. Удача оказалась на моей стороне. Звон мечей резко стих и противный дракон нарушил тишину:
— Она что-то скрывает. Это я тебе как менталист и ищейка говорю.
— О ком ты? — слышно, что оба устали, их речь прерывается. А у меня перед глазами широкий разворот плеч обтянутых мокрой рубашкой и мягкий свет янтарных глаз директора.
— Об Алитее. Кстати, что у тебя с ней?
— Вил, какие бредни лезут в твою голову? Она же ребёнок! — прикусила губу, чтобы не фыркнуть от досады.
— Не такой и ребёнок, как ты хочешь думать. Она красива, воспитанна и ямочки на щеках придают ей дополнительное очарование.
— Вил, друг, прогуляйся по лесу и приди в себя, между нами тридцать лет разницы. О чём твои подозрения? Не понимаю почему ты так к ней прикипел? Неужели она так понравилась, что тысячелетний дракон решил остепениться?
— Что за вздор?! Я ищу беглянку и твоя ученица очень под неё подходит.
— Интересно чем?
— Если внимательно присмотреться и поднять портрет принцессы Афиры, то, друг мой, ты сам увидишь насколько они похожи.
— Вил, да мало ли похожих людей? Сам подумай, если хочешь хорошо спрятаться будь на виду. А у нас тут глушь от столицы очень далеко. Нет, ты ошибаешься. Тем более что твоя беглянка должна быть оборотнем.
— Вот это-то меня и смущает во всём этом. Я не чувствую в ней зверя. Совсем. Но она так похожа!
— Так бывает. Оставь девочку в покое, я тебя очень прошу, — мне показалось, что и директор понимает, то этого упрямца с дороги не свернуть.
— Но она что-то скрывает.
— Конечно скрывает, она же девушка, а у них вечно какие—то тайны и секретики. И вообще у меня скоро урок с ней.
— Вот, ещё одна странность! Почему ты с ней так носишься? Я знаю, что ты её дважды лично отводил в магазин одежды. Почему она сама не пошла? Откуда столько заботы о простой сиротке?
Как за день он смог об этом узнать? А главное у кого? Директор точно не стал бы говорить об этом. Яруш уехала. Выходит, нас не только Яруш видела… Щёки обожгло огнём.
— О, богиня, Вил да если её за руку не отвести в модный магазин, то она придёт на бал в домашнем платье и с большим удовольствием уткнётся в книгу, чем потанцует.
А вот это обидно. Мне нравится танцевать и восхищение в глазах мужчин. Но я же не могла покинуть школу. И плакать, заламывая руки, тоже не стала бы. Зачем? Только дать повод другим позлорадствовать.
— Ты не находишь это странным? — вкрадчивые нотки в голосе дракона напрягли. А вдруг он воздействует на друга?
— Нет, — директор жёстко осадил ищейку, и я облегчённо выдохнула. — Вот влюбится и всё встанет на свои места. Всё иди, не хоч,у чтобы ты опять её испугал чем-то.
Я быстро отошла на несколько шагов и уже не таясь зашла в зал. Дракон на меня посмотрел, но молча кивнул и быстро ушёл. Мне всё равно на его поджатые губы, ведь директор меня защищает и это греет сердце.
— Добрый день, директор Дамир, — слегка склонила голову, потому что делать книксен в штанах, пусть и широких, как-то не очень.
— Добрый, — тёплая улыбка и радость в глазах.
Я же не придумываю? Он же в самом деле мне рад? Стоп. Нельзя даже думать об этом. Ради его же блага.
Согнула руки и побежала привычные три круга. Хотя как привычные? Мне по-прежнему они даются с трудом. Но если занять тело, то глупым мыслям нет места в голове. Там только одна мысль: «Ещё чуть-чуть».
Не знаю то ли я себя накрутила, то ли директор сегодня по-особенному на меня смотрит. Словно хочет что-то найти и... находит.
— Я думаю на сегодня хватит, — директор прервал меня на середине привычной программы. — Идите отдохните как следует и после ужина встречаемся в библиотеке. Камень хранителю я уже отнёс.
— Спасибо, директор Дамир, — волнение поднялось в груди. Шутка ли, если всё получится, тогда я смогу больше не скрываться и снять браслет — пусть Шарух сам сюда придёт. Сам всем расскажет, как подставил и использовал мою маму и очернил весь род. А после, пусть я и не готова, вызову его на битву. И если умру, то только вместе с ним.
— Алитея, у вас сейчас такое выражение лица, что мне страшно. О чём вы думаете?
— Простите, я просто очень волнуюсь. Этот артефакт дело моей жизни.
— Я понимаю его важность для вас. И всё же, Алитея, даже если и не получится у нас создать этот артефакт, мы найдём способ, как заставить Шаруха во всём признаться.
— Спасибо, директор Дамир, — сама не поняла, как побежала к нему и сильно обняла.
— Ну что вы, — он неловко погладил меня по спине. — Я рад вам помочь, принцесса.
От его слов на меня словно ведро ледяной воды вылили. Отстранилась и скомкано извинившись убежала к себе.
Глава 20
Глупая! Глупая! Глупая! Я для него всего лишь ребёнок. Он добр со мной, потому что это его долг помочь принцессе. Как же больно.
Забежала в комнату и хлопнув дверью упала на кровать и спрятав лицо в подушке расплакалась. Я понимаю, что такие чувства директора намного лучше, чем симпатия к молодой девушке. Во всяком случае для него это безопаснее. Но притяжение пары становится сильнее и я ничего с этим не могу сделать.
Кошка внутри меня недовольно заворочалась. Ей хорошо, он её гладит, говорит какая она красивая. А я?
Долго лежала, страдала и смотрела в потолок, а потом пошла в ванную успокаиваться, приводить себя в порядок, чтобы даже намёка на моё состояние не было.
На ужине девчонки тихонько подшучивали над интересом дракона ко мне, а я вяло отмахивалась. В голове прокручивала очерёдность наложения формулы, её закрепление и соединение деталей в артефакт.
Странно, но сейчас дракон за мной не пошёл. И это хорошо, потому что не знаю как бы от него отделалась. Ещё раз оглянулась и подобрав юбки побежала в библиотеку. Мне хотелось поскорее создать артефакт.
Библиотека встретила тишиной и приятным ароматом книг. Хранитель привычно сидел, заполняя формуляры. Услышав мои шаги поднял голову и улыбнулся.
— Волнуешься? — я кивнула. — Всё будет хорошо, даже если и не получится.
— Почему? — я подошла ближе и облокотилась на высокую стойку.
— Потому что неудачный опыт тоже опыт. Мы будем точно знать, что не сработало.
— Мне бы ваш энтузиазм, — тяжело вздохнула. Обернулась на приближающиеся шаги и улыбнулась.
— Добрый вечер, — директор, как всегда, мягко улыбался. — Готовы?
Мы прошли в лабораторию хранителя. На столе в чаше лежал крупный изумруд, поблёскивал острыми гранями. Я положила на стол заготовку, развернула свиток с формулой и начала напитывать камень стихиями, закручивая циклы и выставляя блоки.
Тут важно сохранить последовательность и постепенно увеличивать силу. Сердце стучало в висках. Закусив губу, я старательно плела каждый отрезок плетения. Хранитель стоял рядом и подстраховывал меня.
В конце концов, с камнем всё было закончено. Невероятно довольная собой я принялась за металлическую заготовку.
— Умница, девочка, а теперь медленно приподними камень и положи под него свою заготовку.
Мы дружно сделали два шага назад. Артефакторика такое занятие интересное: никогда не знаешь всё пройдёт спокойно или случится громкий «Бам!».
Начала медленно опускать камень на заготовку и… Тишина. Всё получилось! Они «приняли» друг друга.
— Отлично! Теперь мой черёд, — хранитель начал постепенно вливать силу, увеличивая её со второго до пятого уровня.
Я так и не поняла, в какой момент это произошло, а ведь смотрела очень внимательно, но камень треснул и «Бам!» произошёл. Лабораторию наполнил густой серый туман.
Я устало опустилась на пол, сдерживая слёзы обиды. Богиня, ну почему? У меня же должно было всё получиться!
— Ну что вы, Алитея, — директор сел передо мной на корточки. — Это же только первая попытка. В следующий раз выйдет лучше.
— Конечно, — выдавить из себя улыбку не смогла.
— Дитя, ну что ты в самом деле? — хранитель развеял дым, лаборатория наполнилась ароматом лугов. — Не бывает, чтобы с первого раза такое сложное получилось. Не бывает.
— Совсем никогда? — спрашивала механически, не вдумываясь в слова. Просто чтобы заполнить пустоту внутри.
— Ну не то чтобы совсем. Но, если получилось с первого раза — значит будет какой-то сюрприз. Не всегда приятный.
— Спасибо, — приняла предложенную руку директора. — Просто мы столько с формулой возились, что… Впрочем, неважно. Хранитель, почему камень треснул?
— Видимо маловат для такой задумки. Он просто не смог принять в себя всю необходимую силу.
— Алитея, а может вместо кулона сделаете что-то большое, например, посох?
Я представила себя повсюду ходящей с посохом и приуныла. Нет. Не вариант.
— Посох не подойдёт. Я хочу, чтобы артефакт всегда был при мне. Я же не знаю, когда встречусь с Шарухом. Да и вообще с ним будет спокойнее, — а ещё вдруг мне удастся поймать Мирко и узнать правду о его поведении.
— Значит надо придумать, как при малом размере камня увеличить его ёмкость.
— И в следующий раз возьмём аметист, — мужчины удивлённо на меня посмотрели. — Он связан со стихией воздуха и должен лучше её принимать.
— Пусть будет аметист, — хранитель легко согласился. — А сегодня отдыхать, чтобы завтра со свежей головой и идеями искать лучший вариант.
Мы с директором вышли и неспешно пошли по пустому коридору. Его близость и радует, и причиняет боль одновременно. Я видела, что мужчина хочет что-то сказать и терпеливо ждала.
— Алитея, мне показалось, что я вас невольно обидел в нашу последнюю встречу. Простите.
— Вам показалось, директор Дамир. Всё хорошо.
Врать нехорошо, а что делать? Не буду же я признаваться в чувствах мужчине первой? Да и смысл, если он видит во мне ребёнка и принцессу? Надо держать себя в руках. И в лапах.
— Рад, если это так, — я кивнула и убежала в общежитие.
Хорошо, когда живёшь одна в комнате можно не таиться, а спокойно разложить свиток с формулой, открыть книгу и искать способ увеличить ёмкость камня без увеличения его размера. И никто не будет совать свой любопытный нос в то, что я делаю. Никто не говорит, что я зануда, потому что сижу все вечера над учебниками, вместо того чтобы развлекаться и ходить по гостям или на свидания.
Многие девчонки уже нашли себе пару и окунулись в мир любви. В чём-то я им завидую, наверное, это прекрасно: бегать на свидания, шептать нежности и целоваться.
У меня есть истинная пара — это радость и невероятное событие на наших землях. Но я не могу об этом сказать и неясное томление в груди измучило меня. Сегодняшнее неожиданное объятие словно сотни маленьких искр взорвало внутри меня. Хочу ещё. И очень-очень много. Боюсь представить, какие чувства вызовет наш поцелуй.
Тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли. Подпёрла щёки кулачками и вернулась к тексту в книге. Слова складывались в предложения, но смысл ускользал. Через час топтания на месте я пошла спать. Видимо, хранитель прав, сегодня надо отдохнуть. Слишком много всего на одну меня.
Два дня пролетели в поисках и учёбе. С хранителем мы, втайне от директора, проникли в закрытую часть библиотеки, где такие книги, ммм я бы многое отдала, чтобы там спокойно пару лет пожить изучая невероятные возможности магии. Но хранитель, верный себе и тайне, повесил на меня амулет стирающий память.
— Это для твоего же блага, дитя, — длинная цепочка с тяжёлым камнем надавила на шею. — Я понимаю твой интерес, но есть вещи, которые должны остаться здесь. Навсегда.
— Но почему? Может с помощью этих знаний я смогла бы создать что-то невероятное…
— Такое же невероятное, что уничтожило целый город? Прости, но нам надо найти, если это здесь есть, как увеличить ёмкость камня с сохранением размера.
— А что может не быть? — я смотрела на два высоких стеллажа забитые книгами и не могла поверить в то, что здесь может не оказаться нужного нам.
— Может. Эти книги лишь крупица. Основная часть хранится в столице. В королевской библиотеке.
Спорить не стала, а принялась за поиск. Как я ни старалась хоть что-то запомнить — не получалось, слова рассеивались словно туман поутру.
Вот и сегодня иду в надежде, что информация найдётся.
— Эра Алитея!
Остановилась и развернулась к неугомонному дракону. Его внимание раздражает, даже девчонки устали об этом говорить.
— Если я задам вам вопрос — ответите? — дракон склонил голову набок слегка прищурившись.
— Не знаю, эр Вилиан, у вас бывают неприличные вопросы, — неосознанно сделала шаг назад, внутренне напрягаясь.
— И всё же. Дамир ваша истинная пара?
— С чего такие выводы? — внутри меня всё похолодело, надеюсь, он ничего не заметил. Неужели это так видно? А директор в курсе его догадок?
— Когда мы с вами познакомились, то, простите, вы выглядели плачевно. Настолько, что я заподозрил у вас тяжёлое заболевание. Но вот прошло несколько дней и вы цветёте. Я такое наблюдал у истинных пар при долгой разлуке.
И это правда, когда истинные в долгой разлуке они чахнут как цветы. Особенно ярко это выражено у тех, кто недавно её обрёл и не прошёл обряд. Поэтому, когда пара соединяется, то уединяется на сотню лет, чтобы насытиться друг другом. У драконов, насколько я знаю, это длится тысячу лет. Правда, у них и срок жизни дольше.
— На землях оборотней истинных пар нет двадцать лет, эр Вилиан.
— Когда-то же они должны появиться, — он внимательно вглядывался в меня подмечая всё.
— Мы все очень на это надеемся. Но пока богиня отказывает нам в своей милости, — я старалась говорить обтекаемо и так, чтобы не вызвать у него новые вопросы.
— Дамир достойный мужчина.
— Не сомневаюсь в этом. Иначе он не занимал бы пост директора школы.
— Алитея, и всё же ответьте на мой вопрос.
— А что за вопрос? — директор, как всегда, вовремя появился. Потому что я не смогла найти достойный ответ ищейке.
— Да вот, интересуюсь у твоей адептки всё ли её устраивает в школе, может нуждаются дети в чём-то.
Ага, значит он скрывает это от директора. Интересно он это пока скрывает или вообще?
— Неужели наш правитель озаботился проблемами сирот? — директор не скрывал колючую иронию.
— Это моё любопытство. Так сказать, обмен опытом.
— Для обмена опытом, — последнее слово директор особенно выделил. — Приходи ко мне. Предоставлю исчерпывающую информацию.
— Мне интересна информация из первых рук. Ты заинтересован рассказать, как здесь всё хорошо и дружелюбно, а твои адепты — нет.
Несколько минут мужчины стояли молча испепеляя друг друга взглядами. Дракон был явно выше и мощнее, но внутренняя сила директора делала их равными. Оба злились и сжимали кулаки. В конце концов, ищейка первым отвёл взгляд, словно стало стыдно.
— Вил, надеюсь мы поняли друг друга, — и вроде спокойно говорит, а мороз по коже пробегает.
Ищейка ничего не ответил, резко развернулся и ушёл.
— Директор Дамир, а вы что мысленно общались?
— Да, адептка. Мы же менталисты и, если захотим, то можем это делать, — я открыла рот представляя как это здорово. Усмехнувшись, мужчина наклонился ко мне и на ухо прошептал: — А если бы вы сняли браслет и занялись обучением всерьёз, то же смогли это делать.
Я насупилась, а директор рассмеялся.
— Алитея, у каждого дара есть свои плюсы и минусы. Бегите к хранителю у вас же сейчас занятие? — я кивнула и продолжила свой путь.
Глава 21
Он издевается надо мной! Специально дразнит и соблазняет возможностями ментальной магии. Ууу, нехороший. Кошка внутри меня фыркнула и отвернула голову, мол что с ребёнка возьмёшь? Отмахнулась от этой предательницы и настроилась на новый виток поисков.
Хранитель меня уже ждал, нахмурив брови.
— Это не я. Это дракон, — старик благосклонно кивнул и пошёл в закрытую секцию.
Прежде чем войти надела с грустным вздохом, амулет и пошла к полке, на которой вчера остановилась. Хранитель же прошёл к столу с раскрытой книгой. Так в тишине мы и работали.
— Нашла! Нашла! Нашла! Вот, хранитель, смотрите! — только вес фолианта не давал мне запрыгать от радости. Бережно положила его на стол. — Но тут всё сложно: Родания нужна в определённом положении в седьмой день, сильный маг и, о богиня, и стакан росы с лепестков белого лотоса. Хранитель, это невозможно!
Ну почему всё так сложно? Стоило найти способ, как увеличить ёмкость и он вновь ускользает словно песок сквозь пальцы.
— Надо у директора спросить, может у него есть кто-то с земель демонов?
— Тогда придётся во всём сознаваться.
— Определённо придётся, адептка, — вздрогнула, услышав строгий голос за спиной.
— Дамир, мальчик мой, — а вот хранитель совсем не растерялся. Улыбнулся, словно давно ждал его прихода (или всё-таки ждал?) и ничуть не смущаясь показал на страницу. — Что скажешь, есть знакомые у демонов?
— Хранитель, демоны… Вы же знаете у них всё сложно, — он потёр подбородок, немного помолчал. — Впрочем, у меня в Академии было несколько учеников, можно им написать. Но вряд ли получится. Вы же помните, что для них белый лотос священный цветок. И встречается крайне редко.
— То есть это невозможно, — я поджала губы и скользила взглядом по полкам раздумывая есть ли ещё какие-то варианты.
Земли демонов, как и они сами, отличаются не только скверным климатом: жаркий и влажный, но и недружелюбностью. Должна признаться, это у нас взаимно. Почему—то наши звери не переносят вторую ипостась демонов. А те нас не любят за холодный климат и соблюдение строгой иерархии. У них же как: если гадость кому-то не сделал, то день пропал. А устранить соперника — дело чести. Хитрость и подлость правят там. Их земли единственные куда без острой надобности не поедет ни один представитель драконов или оборотней. Да у них даже людей, по сравнению с нами, очень мало.
— Вот если бы Вилиан нам помог, у него есть связи с правителем демонов.
— Да он мечтает меня отдать Шаруху! Нет, он не поможет.
— Алитея, у него работа такая. Он многого не знает.
— Пусть и остаётся в этом неведении. Может, можно у целителей купить эту росу? Они же капли делают.
— Можно попробовать, но сомневаюсь, что даже наш эр Шас добровольно расстанется с этим сокровищем. Целители ждут поставки росы минимум год.
— А почему так долго?
— Потому что надо непросто собрать росу с лепестков, а сделать это в определённый день. И не всегда удаётся успеть собрать достаточное количество. Вот и приходится многим долго ждать либо перекупать у более удачливых за большие деньги.
— Значит это всё-таки возможно?
— У нас в городе три целителя может и удастся насобирать нужный объём.
— Спасибо, директор Дамир, — порыв обнять мужчину сдержала.
— Пока не за что. И раз мы закончили с поиском решения, то объясните мне, пожалуйста, хранитель, что здесь делает адептка?
— Дамир, мальчик мой, разве не видно — помогает мне.
— Хранитель, прежде чем пускать сюда адептку вы должны были спросить у меня.
— А ты бы отказал?
— Нет, но…
— Вот поэтому я подумал, что не стоит тебя тревожить по пустякам. Работы много, ещё и Вилиан приехал.
Директор резко выдохнул и развернувшись на пятках порывисто вышел.
— Злится. Ну да ладно, остынет. Дамир никогда не любил терять контроль над ситуацией, — хранителя забавляла эта ситуация. Он тихо посмеивался и поглаживал бороду. А потом словно вспомнил обо мне и став серьёзным, повернувшись сказал. — Ты ничего не слышала и не видела.
— А разве что-то было?
— Умница. Ладно беги отдыхать. А завтра продолжим наше обучение.
Тишина в библиотеке привычна и ожидаема, а вот тишина коридоров — никак не привыкну к ней. Зато к одиночеству в комнате обрадовалась сразу же, стоило Яруш собрать вещи.
Звонкий смех с улицы привлёк моё внимание и я подошла к окну. Во дворе ребята катались с горки, падали, смеялись. Одна парочка быстро поцеловалась и воровато оглянулись, чтобы вновь рассмеяться и взявшись за руки побежать наверх горки.
— Они забавные, неправда ли? — дёрнулась, словно в меня молния попала. Но дракон не посчитал нужным извиниться. Вышел из-за спины и прислонившись плечом к откосу некоторое время молча наблюдал за забавами ребят.
Мне бы уйти, но понимаю, что он не отстанет. У этого ищейки отменный нюх и интуиция. По-другому я не могу объяснить его безошибочное узнавание меня.
— Я за вами давно наблюдаю, Алитея, и вы очень странная девушка. Вам всего восемнадцать, но вместо привычных для юных эр занятий, вы ведёте довольно уединённый образ жизни.
— Мы все разные. У каждого свой характер и свои предпочтения, эр Вилиан, — я всё так же смотрела в окно, но уже не видела ничего. Напряжение скручивало каждую мышцу, заставляло сжиматься кулаки.
— Да, разные. Но вот что интересно, при всей нашей разности все, кроме вас, сейчас во дворе веселятся. А вы вместо того, чтобы поскорее присоединиться к другим стоите и наблюдаете. Почему, Алитея? Вас здесь обижают?
— Не думала, что нежелание кататься с горки может вызвать столько подозрений. И даже предположить не могла, что это из-за каких-то обид.
— То есть у вас со всеми дружеские отношения? — я вспомнила Мирко и скривилась.
— А разве так бывает? Неужели у вас со всеми дружеские отношения, эр Вилиан?
— С моей работой это невозможно. Но у вас же нет такой работы.
— И я этому очень рада. А с горки не катаюсь, потому что боюсь. Так бывает. Простите, но мне надо идти, — развернулась и излишне быстро пошла в сторону общежития.
— Вы что-то скрываете, Алитея! — оклик нагнал меня возле спасительного поворота.
Я развернулась и пожала плечами:
— Конечно. Мы все что-то скрываем. Бывает, что и от самих себя прячем глубоко внутри. Хорошего дня эр.
Я злилась на Мирко? Признаю свою неправоту. Мирко ребёнок по сравнению с этим драконом, он просто нашёл на кого можно выплеснуть своё негодование и обиду. А ищейка копает всё глубже и глубже. Не удивлюсь, если скоро он придёт ко мне с обвинениями.
В комнате ходила из угла в угол заламывая пальцы и кусая губы. Что же делать? Бежать некуда, да и Шарух сразу же схватит меня и буду ему рожать пока не умру. «Фу, мерзость какая!» передёрнула плечами и, чтобы хоть как-то вернуть себе спокойствие села изучать свойства аметиста. Надеюсь, что благодаря стихии воздуха, которая в нём течёт, моя вторая попытка будет удачной.
С этой надеждой «погрузилась» в книгу и едва не пропустила обед. Спасибо кошке, что нервно заворочалась.
В столовой дракона не оказалась, впрочем, тут сидело два парня с параллели, остальные уже поели и разошлись. А я и рада этому, можно поесть в тишине и покое. Диета эры Лайзы делала своё дело — моё тело наполнялось силой. Кто бы мог подумать, что от еды так много зависит.
Довольная и слегка разомлевшая немного погуляла по школьному двору, с грустью посмотрела на лес. Вспоминала как было здорово прибегать к директору в домик и слушать его рассказы, смотреть за уверенными движениями сильных рук, разделывающих тушки добытые моей кошкой, и вдыхать аромат лугов и морозного утра. Грустно вздохнула и побрела обратно на тренировку.
К залу привычно подкрадывалась, потому что ещё издали услышала голоса мужчин.
— Вил, просто скажи прямо да и всё!
— Говорю, раз ты так просишь. Ты не думаешь, что Алитея твоя пара?
— Что за вздор!
— Я за вами наблюдаю и вижу, как вы меняетесь, стоит оказаться рядом. В первый день она выглядела словно болеет, а сейчас цветёт. Ты улыбаешься, когда о ней говорят или она где—то поблизости.
— Вил, между людьми истинной пары не бывает.
— Правильно, но твоя адептка не человек.
— Ты сам говорил, что не чувствуешь в ней зверя. Кто же она?
— Это для меня загадка. Но не может она быть просто человеком!
— Или ты не хочешь.
— Моя работа находить виновных и наказывать. Я настолько привык это делать, что практически сразу определяю виновного.
— Но в чём виновата эта девочка?
— Она потенциально опасна.
— Вил, опасность и вина — это разное, понимаешь?
— Дамир, на вашей земле случилось такое горе, а ты её защищаешь. Тебя к ней тянет? Может думаешь о ней постоянно? Снится?
Это я не смогла стерпеть и толкнула дверь. Мужчины смолки, надеюсь, что директор не будет дальше развивать мысль ищейки и забудет об этом разговоре.
— Добрый день, — слегка склонила голову, приветствуя мужчин.
— Добрый, — директор тепло улыбнулся, а дракон поджал губы. Мне тоже многое не нравится, а что делать?
Я почти начала бежать, как Вилиан, прищурившись, спросил:
— Алитея, а что вы можете сказать о трагедии в городе Давитии?
— Вил…
— Дамир, это простой вопрос, — дракон поднял руку, останавливая друга. — И твоя адептка, конечно же, знает о том, что там произошло, верно?
— Вы правы, эр Вилиан, знаю, — я изо всех сил старалась, чтобы голос не дрожал. — Город был уничтожен.
— Верно. И вы знаете, кто виновен в этом? — вновь он жестом останавливает директора.
— Конечно, мне отец рассказывал, — и это правда, он не может не почувствовать этого.
— Назовёте имя? — он приподнял одну бровь и слегка наклонил голову набок.
— Мой отец не верил, что в этом виноваты прошлые правители. А я верю ему.
— Весь мир знает о том, что это принцесса Афира уничтожила город, — он не пропускал ни одной эмоции, смотрел настолько внимательно, что казалось, читает мои мысли. Но я бы смогла выдержать и это, но не пренебрежительную улыбку с оттенком брезгливости и отвращения. Только не к маме.
— Вил! — директор хотел меня заслонить, но дракон оказался быстрее и буквально навис надо мной.
— Это неправда!
— Чистейшая. Она сама в этом призналась, — захотелось стереть эту довольную улыбку с его красивого лица.
— Её заставили!
— Ну что вы, она принцесса, а значит ментально воздействовать на неё никто не смог бы. Это она сделала, — он подавлял своей силой и, возможно, как-то пытался на меня действовать. — А потом, чтобы обелить себя в глазах народа, она всё придумала. Я уверен, что нашлось много доверчивых, кто поверил в ложь красивой принцессы. А между тем, она хладнокровно вынашивала свой план, хотела бросить вызов богине. В результате Афира уничтожила целый город со всеми кто в нём был! Пепел той земли даже ветер не трогает. Она убийца!
Напряжение между нами зазвенело и взорвалось моим криком:
— Неправда! Мама не могла! Её Шарух заставил! Это он убийца! — слёзы катились из глаз, и захотелось спрятаться. Я обернулась.
— Что и требовалось доказать. Собирайтесь, адептка, мы едем к правителю оборотней.
Глава 22
Моя кошка ощетинилась и показала зубы.
— Вы же не думаете, что сможете навредить дракону? — он довольно улыбался, и это злило невероятно.
— Вил, остановись, — директор положил руку на плечо ищейки.
— Это мой долг, Дамиан, — он сбросил руку директора и начал разворачивать сеть. — Если эра не желает идти как человек, тогда я понесу её как зверя.
— Ну хватит! — гневный окрик отскочил от стен и рассыпался у ног женщины.
— Богиня, — мужчины поклонились, а моя кошка припала на лапы.
— Вилиан, это уже слишком! Неужели ты думаешь, что будь виновными предки Алитеи я бы возродила в ней дар в полном объёме?
— Нет, но… — мужчина растерянно смотрел то на богиню, то на кошку. Кажется, с этой стороны он не смотрел на ситуацию и сейчас медленно проникался глубиной проблемы.
— Твоя задача помочь ей, а не как преступницу отдать в лапы Шаруха.
Заступничество богини неожиданно и приятно. Так может она специально прислала сюда ищейку? Мне хотелось вернуться в человеческий облик, но кошка не давала. Богиня идёт ко мне, а я даже сказать ничего не могу.
— Дитя моё, — богиня нежно погладила кошку и почесала за ухом и наклонившись сказала, чтобы слышала только я: — Ты, конечно, можешь бегать и отказываться, но это не поможет.
Кошка согласно фыркнула и кивнула, а я вновь почувствовала себя лишней. Соледар загадочно улыбнулась и исчезла, оставив после себя золотистый блеск.
— Может мне кто-нибудь расскажет, что случилось на самом деле? — Вилиан растерянно пригладил тёмные волосы.
— Это пусть Алитея сама расскажет, — нежно погладил кошку. — Ну, красавица, отпускай девушку на волю. Ты умница, защитила её.
— Спасибо, директор Дамир. Она совсем меня не слушается.
— А когда вы в последний раз давали ей свободу?
— Перед зимним балом. Вокруг люди Шаруха, я не могу…
— Ладно это решим, — директор задумался, ища варианты.
— Алитея, рассказывайте, что произошло на самом деле?
Мне особо и рассказывать нечего, ведь я не была участницей тех событий. Знаю о них со слов отца. Я ему верю. А сегодня богиня подтвердила его слова, пусть и не рассказывая историю. Спасибо ей, что умолчала о жертве.
Слова складывались в предложения. Мужчины внимательно слушали, периодически хмурились, но не перебивали. Сама не заметила как, рассказала о подозрениях хранителя. Надеюсь, он простит меня.
— Вот и всё.
— Но почему Афира не потребовала пересмотра? — Вилиан искренне негодовал.
— А кто бы ей поверил? Даже вы были уверены, что она специально придумала слезливую историю. Все в это верят.
— Потому что ваш род защищён от ментального воздействия. Был.
— Поэтому надо, чтобы Шарух сам во всём признался.
— И кошку выгулять надо. Это не годится, Алитея, скоро закончатся каникулы, а если оборот произойдёт во время урока, или в столовой?
— А где? В лес я не могу…
— Вил, — директор лукаво посмотрел на дракона, а тот аж побледнел.
— Нет!
— Да. Тебе же богиня сказала всячески помогать Алитее.
— Нет! Я дракон!
— Вот именно! Тебя-то нам и не хватало!
— Ну знаешь! Ищи другой способ.
— Вил, а другого нет, — директор довольно улыбался, словно мальчишка у которого получилась пакость.
— Почему? Алитея открывает себя и свободно гуляет в парке, а не в лесу.
— Нет! Я не могу. Вы представляете, что будет, когда узнают, что я из правящей семьи?
— Алитея, но не съедят же они вас!
— Может и не съедят, но…
— Вил, несмотря на плохое правление Шаруха, мало кто с теплом отнесётся к девушке. Во всяком случае в первое время.
— Ну вот, видишь, есть же выход.
— Вил. Только ты можешь это сделать.
Сыщик с видом оскорблённой невинности отвернулся к окну.
— А сделать что?
— Перевести тебя в безопасное место, где можно отпустить кошку на волю.
— О! А вы можете, да? — дракон дёрнул плечом и промолчал. Я обошла его, чтобы смотреть в глаза. — Эр Вилиан, вы же сами дракон и можете представить, что значит заточить в теле зверя.
— Не знаю. Мне не надо скрываться и выдавать себя за кого-то.
— Ну да. Вам повезло оказаться воспитанником королевы. Уверена, что любое ваше желание исполнялось в туже секунду.
— Это сказки. Я честно заработал своё имя, своим трудом, умом и настойчивостью. А вы хотите всё сделать тайком. Как же вы вернёте доброе имя рода, если скрытничаете?
— Нет ничего плохого в том, чтобы быть осторожной. Это вы большой и сильный можете открыто выступать, хоть против всего мира. А я — нет, — переупрямить этого… дракона невозможно. Тяжело вздохнула и спросила о другом важном деле: — А с артефактом поможете?
— С ним помогу. Мне и самому интересно посмотреть, что вы такое задумали.
— В таком случае пойдёмте к хранителю, — директор рукой показал нам на дверь. — Сегодня с тренировкой что-то не получается.
***
— Алитея у меня отличные новости, — я облегчённо выдохнула.
Директор сегодня утром вызвал меня к себе. И первые мои мысли были, что я что-то натворила. Но ведь такого не было. Да и не с кем. Все начнут возвращаться с каникул только вечером.
— Что за новости?
— Во-первых, вот, — на столе возник аптекарский пузырь.
— Это роса? — довольный собой мужчина кивнул, а я вскочила, а потом обратно села. Мне очень хотелось его обнять, но лучше не надо. Хватит и того, что этот противный дракон дал ему слишком много пищи для размышлений. — А во-вторых?
— Сегодня выгуляем вашу кошку.
— Но как? — сердце в предвкушении забилось чаще.
— Нам поможет Вилиан.
— Не верю. Что вы с ним сделали?
— Пусть это будет нашей тайной, — мужчина загадочно улыбнулся и продолжил: — Приходите через час на дальнюю тренировочную арену. Хранителя я предупредил, что ваше занятие отменяется. Всё идите.
Сделала книксен и пошла к себе. Жаль, что наш урок отменяется мы такие интересные артефакты изучаем. В боевой магии столько интересных нюансов и возможностей. Я даже немного позавидовала обладателям стихии огня. Пусть она и опасная, и ожоги оставляет, но там такая мощь. Воздух такой не обладает.
Час спустя я медленно, с опаской, подходила к прищурившемуся ищейке. Он злится, но почему-то согласился помочь.
— Добрый день, — сделала книксен, ведь мы с ним теперь редко встречаемся. Я наконец-то стала ему неинтересна.
— Алитея, оборачивайтесь, а я вас спрячу от любопытных глаз, — директор развернул широкий чёрный плащ. — Мы немного полетаем и найдём место, где нас никто не потревожит.
— Я знаю одно плато в горах. Высокое, одинокое и неприступное. Разве что если с воздуха. К нему надо лететь на запад.
— Так и сделаем, — мы с драконом обернулись. Директор закутал меня в плащ и на руках занёс на спину дракона. Сидеть на руках в крепких объятиях своей пары это блаженство, которое невозможно описать словами. Хотелось, чтобы время остановилось.
Но полностью отдаться своим чувствам не могла. Взлетающий с территории школы дракон наверняка привлёк внимание и людей Шаруха. Надеюсь, у Вилиана, хоть он и вредный, не будет проблем.
— Ну что ж, красавица, у тебя есть час, чтобы набегаться, — директор бережно поставил кошку на снег. — Прости, что это не лес.
Дракон полыхнул огнём и устроился на краю, так и не вернув человеческий облик. А вот кошка сошла с ума, иначе зачем она полезла к нему?
Сначала получила порцию ласки от директора, с обязательным наглаживанием живота, а потом крадучись пошла в сторону дракона. Он лениво посмотрел на неё и прикрыл глаза.
Но когда это останавливало эту разбойницу? Она с каким-то нездоровым азартом, подползала, вскакивала и вновь пыталась слиться со снегом. В нетерпении била хвостом и ждала. Дракон не реагировал.
Потеряв терпение, кошка длинным прыжком оказалась на боку дракона, словно заяц пропрыгала по нему и помчалась со всех лап к директору под злой рёв дракона. Её это веселило! А я тряслась от страха. Шутка ли, злой дракон, не думаю, что директор сможет его остановить.
Земля дрожала под лапами, а вокруг вились клубы пара, что подстёгивало бежать ещё быстрее. Достигнув цели, мы спрятались за директором, выглядывая из-за его ног. Директор хохотал, вытирая слёзы. А дракон поняв, что у него нет союзника издал злой рёв и улетел. От неожиданности кошка села на попу. Как так? Просто улетел?
— Ох, Алитея, — директор еле успокоился. — Вы неподражаемая пара. Прыгать на драконе. Уму непостижимо.
Честно признаться, я не разделяла его веселья. Мы на плато. И с него сами не спустимся. А дракон может обидеться и оставить нас тут для проветривания. Надолго. Видимо, кошка поняла, что с игрой несколько погорячилась и опустила морду.
— Да ладно, не грусти. Вил вернётся, — в этом я не сомневаюсь. Но вот когда он это сделает?
Как оказалось, очень скоро. Мы даже не успели загрустить, как на горизонте появился синий дракон. Он летел настолько целеустремлённо, что кошка сильнее прижалась к мужчине.
Дракон завис над нами и к тому, что он сделал мы оказались не готовы. На нас посыпались шишки. Директор, как мужчина накрыл меня собой, и только потом вспомнил, о щите.
— Вил, ну что ты в самом деле? Она ещё котёнок и хочет играть. Здесь леса нет и ей не с кем побегать. А ты шишками кидаться. И это тысячелетний дракон.
Дракон фыркнул и вновь пошёл к краю плато, гордо подняв голову. Месть свершилась.
Кошка грустно вздохнула, и немного побегав вокруг директора, сама попросилась домой. В школу мы вернулись так же. Только я ушла первой, а мужчины остались на арене. Боюсь это был первый и последний раз, когда Вилиан нас выгуливал.
— Алитея! — я не успела войти в комнату, как Яруш буквально смела меня и сдавила в крепких объятиях. — Как же я соскучилась! Где ты пропадала? Опять книги? Вот сколько можно? Во время учёбы в них сидишь, так ещё и на каникулах в них закопалась.
— Я тоже тебе рада, — и это на самом деле так. Сама не заметила как, она поселилась в моём сердце.
— Тебе мама подарок передала, — девушка достала из сумки объёмный свёрток и протянула мне.
— Спасибо, — мне никто ничего не дарил, ну кроме отца разумеется. — Это так неожиданно.
Осторожно развернула и ахнула, внутри лежала белоснежная шаль, с длинными кистями и настолько мягкая, словно облако в руках держишь.
— Спасибо, милая, — обняла подругу, сдерживая слёзы. — Это самый прекрасный подарок. Передай маме большое спасибо.
Глава 23
Первая неделя занятий прошла относительно спокойно. Всё по расписанию: занятия, обед, один час у хранителя, два часа тренировка с директором, ужин и занятие у директора. Всё хорошо, но задумчивый взгляд дракона напрягал.
— Алитея, я заметила, что дракон на тебя часто смотрит, — Яруш отодвинула тарелку и наклонилась ко мне. Я это тоже заметила. Между лопаток скоро дырка будет. — Девочки говорят, что у вас давно так. Что происходит?
— А что-то должно происходить?
— Аля, — я поморщилась, терпеть не могу, когда сокращают имя. — Ой, прости. Говорят он за тобой ходит. Чего он хочет?
— Я бы с этим вопросом пошла к нему, — саму девушку люблю, а вот её любопытство — нет.
— Правда, Яруш, откуда мне знать об этом?
— Он же не может молча за тобой ходить?
— А может нам просто в одну сторону?
— Не знаю. Мне кажется, что ты что-то скрываешь. Но дело твоё, — она пыталась показаться равнодушной, но не вышло, голос дрогнул и губы поджались. Взяв поднос с посудой, ушла, бросив через плечо: — Я думала мы подруги.
А разве подругам всё рассказывают? Грустно посмотрела вслед девушке и вернулась к своему ужину. Аппетит пропал, но диету надо соблюдать. Не понимаю, что опять неймётся этому дракону? Он уже всё знает. Зачем опять привлекать ненужное внимание?
Выйдя из столовой немного растерялась: куда пойти к Яруш или к директору? Мне не нравится ссориться, не нравится что-то скрывать, но и открыться пока тоже не могу. Сжав кулаки, пошла к директору. У него отвлекусь и потом придумаю, как наладить мир в нашей комнате. Далеко уйти не успела, как опять:
— Эр Вилиан, это даже не смешно, — устало выдохнула и развернулась. — Вы уже всё знаете, зачем преследуете?
— Есть кое-что, — он посмотрел по сторонам и показал рукой на дверь в класс. — Пойдёмте поговорим. Время до занятий с Дамиром у вас есть.
Зайдя в класс чуть было не пошла на своё привычное место. Вовремя остановила себя и развернулась к улыбающемуся дракону. Да, привычки определяют нас.
— Я слушаю, — сложила руки под грудью.
— Вы с Дамиром пара, — зелень его глаз стала колючей, он не отпускал меня, пытаясь, проникнуть внутрь и самому найти ответ, в общем-то, очевидный. Я открыла рот, чтобы возразить, но он поднял руку останавливая. — Лучше не врите, принцесса. От ментального воздействия вы защищены, но вашу ложь отлично слышно. Я бы пошёл к Дамиру с этим вопросом, но он человек. По моим ощущениям вы тоже человек, но это не так. Предполагаю, что на вас есть что-то, что мешает ему почувствовать вас парой. Но я думаю, что вам это что-то не мешает. Верно?
— Эр Вилиан, что вы от меня хотите? Правду? А зачем? Что вы с ней будете делать? Почему я вообще должна разговаривать с вами на эту тему?
— Потому что я вам помогаю?
— Помогаете. Но я вам не доверяю настолько, чтобы обсуждать этот вопрос.
— А кому доверяете, Яруш? Она знает?
— Нет! Я вообще никому не доверяю. У меня не было возможности научиться этому.
— И всё же, Алитея, я попрошу вас сказать правду. Дамир мой друг. Неужели вы хотите его подставить под удар?
— Нет! Конечно же, нет! Как вам такое только в голову пришло? Директор прекрасный человек и я… я не хочу…
— Но своим молчанием вы именно это и делаете. Он имеет право знать.
— Да нет же! Как вы не понимаете, что пока связи между нами нет у него есть шанс остаться в живых! Потому что я вряд ли выживу, — не хотела, но слёзы побежали горячими дорожками по моим щекам.
С каждым днём я всё больше убеждаюсь в этом. Я безнадёжно слаба. Моя кошка на самом деле ещё котёнок. У нас нет шанса. И только мысль об удачном артефакте греет сердце. Ведь все узнают правду о Шарухе, а значит его казнят, как бы ни закончился наш поединок. Жаль, что не я буду причиной его последнего вздоха.
— Я понимаю, — мужчина меня обнял бережно, сохраняя внутреннюю дистанцию. — Простите, что заставляю вас. Вы же понимаете, что его могут использовать, чтобы добраться до вас?
— Понимаю, — громко шмыгнула носом и отстранилась. Благодарно кивнула принимая платок. — Поэтому и не хочу, чтобы он об этом узнал. Чем дольше директор остаётся в неведении, тем лучше. И вы, пожалуйста, не говорите ему.
— Я не скажу. Но на вашем месте сильно не рассчитывал сохранить всё в тайне. Ведь истинная пара, она соединена не только на уровне тела, но и на уровне души. Дамир сердцем чувствует вас, вспомните сколько раз он появлялся в неприятные для вас моменты?
— Но… я думала, что это случайность, — поверить не могу, что это всё влияние нашей связи. — Неужели директор знает?
— Нет. Человеку сложнее это всё понять и почувствовать. Уверен, что спроси его об этом он ответит так же как и вы, что это случайность. Но ваша связь уже начала формироваться. Это нельзя остановить или отказаться. Впрочем, если вы пройдёте обряд с другим, то это закроет вашу пару. Вы планируете обряд с кем-то?
— Нет.
— Значит, дело времени, когда ваша связь станет очевидной. И что вы потом будете делать?
— Не знаю, — зябко обняла себя за плечи. — Я надеюсь, что это произойдёт нескоро. Не раньше моего боя с Шарухом.
— Кстати, о последнем, он знает, что вы здесь. Уверен я не единственный, кто пришёл либо придёт сюда за вами. А ещё предполагаю, что он ищет способ, как обойти магию и вас отсюда забрать.
— Надеюсь, он его не найдёт. И директор Дамир не догадается.
— Дамира уже тянет к вам, хоть он этого не осознаёт. Алитея, почему я не чувствую в вас оборотня? Что на вас?
Скрывать дальше я не видела смысла и показала свой браслет.
— Интересно, — мужчина осторожно прокручивал его. — И как я понимаю, эту вещицу вы не снимете?
— Совершенно верно, — дракон недовольно поджал губы и покинул меня.
Медленно дошла до стола и села устало опёрлась на стену. Могу ли я верить слову этого ищейки? Что он поставит выше дружбу или слово? Прокручивала его слова и убеждалась в правоте. Меня тянет с каждым днём всё сильнее к директору и, судя по всему, это взаимно. Иначе с чего бы его взгляд становился мягче? А как он меня накрыл от шишек и ведь это была первая реакция, которая никогда не врёт. Что же делать? Как остановить нашу связь?
Так и не найдя ответы поспешила к директору. Он сидел в своём большом кресле, устало прикрыв глаза. Сразу и не поймёшь спит или нет. Немного постояла на пороге и только решила тихонько уйти как:
— Что же вы замерли, адептка? — низкий с лёгкой хрипотцой голос нежно обнял. Всё-таки он спал. — Проходите.
Несмело прошла, села напротив и сложила руки на столе приготовилась слушать.
— Завтра Вилиан отвезёт вас на плато. К сожалению, я не смогу полететь с вами, но он обещал вести себя прилично и шишками не кидаться, — он слегка улыбнулся. — Поэтому после обеда, вместо нашей тренировки, вы идёте на арену. Вопросы? — я помотала головой. Мне очень хотелось узнать, что случилось? Почему он не может? Но у меня нет права задавать такие вопросы мужчине. — Тогда продолжим нашу тему…
Я старалась слушать директора, но смысл слов ускользал. Я тонула в янтаре его глаз, в мягкой улыбке. Скользила взглядом по прямому гордому носу. Прошлась по упрямому подбородку и задержалась на его губах.
— Алитея, с вами всё в порядке? — пару раз моргнула и покраснела понимая, что мужчина всё видел и понял.
— Д-да, простите директор Дамир. Я сегодня рассеяна, — опустила голову, чтобы хоть немного спрятаться от него.
— С красивыми девушками такое случается, — резко посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Он правда считает меня красивой? Меня, а не кошку? — Я что-то не так сказал?
— Н-нет. Просто…
— Вам никто не говорил комплименты. Простите, не хотел вас смутить. И думаю, что на сегодня мы закончим, — я кивнула, быстро попрощалась и убежала.
Богиня, он мне сказал, что я красивая. Широкая улыбка ни в какую не хотела становиться скромнее. И чему я радуюсь? Это же притяжение пары, которому лучше бы спать сладко. А всё равно сердце поёт от простых слов и тёплого взгляда.
Только перед дверью в комнату я вспомнила об обиде Яруш. А нужные слова я так и не нашла. Тихонько открыла дверь. Девушка сидела за столом и делала уроки, на мой приход даже головы не повернула.
Я села напротив и вздохнув решилась рассказать часть правды:
— Яруш, у меня никогда не было подруг.
— А в детстве? — девушка недоверчиво подняла на меня глаза.
— Мы всю жизнь переезжали с места на место, — я пожала плечами. — Как-то не складывалось у меня с ними. Моей подружкой был отец.
— Мне сложно тебя понять, Алитея. Ты как шкатулка с двойным дном, вроде вот всё на виду, и в то же время чувство пустоты и недосказанности. И я не знаю, чего ожидать.
— Яруш, скажешь тоже. Двойное дно, — я улыбалась, а внутри замерла. Её интуиция иногда пугает. Вот я тоже оборотень, но у меня такой нет. — Я не умею доверять. Прости.
— Забыли. Но между вами точно ничего нет? — я рассмеялась этому неуёмному любопытству.
— Точно. Дракон не герой моего романа.
— А кто?
— Яруш, — я застонала и уронила голову на стол. — Ты самая невозможная из рысей.
— Любопытство одна из отличительных черт всех кошачьих, — подруга гордо перекинула рыжую косу за спину, вздёрнула нос и бросив на меня взгляд рассмеялась.
Ну что ж мир вновь царит в нашей комнате. Надолго ли?
К учебной арене я шла нервно оглядываясь. И почему об этом никто не подумал? Во время каникул можно было открыто ходить, ведь никто в этой части не гулял. А сейчас все вернулись и больше нет тихих дорожек.
Вилиан меня уже ждал и так же, как и я, он хмурился и поджимал губы. Молча протянул чёрный плащ. Взлетающий с арены дракон, конечно же, привлёк внимание. И как теперь возвращаться?
На плато всё повторилось: дракон улёгся на краю прикрыв глаза, а кошка всячески пыталась его спровоцировать на игру. Я ничего не могла с ней сделать. Она просто не слушается. И кажется с инстинктом самосохранения у неё тоже проблемы.
Ну кто будет дразнить дракона? Их все боятся, потому что они полыхнут огнём, а потом спокойно улягутся на пепле размышляя о вечном.
Кошка пошла на очередной круг внутри дрожа от предвкушения. Мягкий снег раскрывал свои объятья для сильных лап, дарил свежесть. Не понимаю, почему дракон позволяет ей подкрадываться?
Длинный прыжок. Азарт бурлит в крови. Сейчас три прыжка побоку дракона и стремительный побег. Дракон большой и ленивый следом не побежит. Но вместо упругого бока грудь встречается с тяжёлым хвостом. Кошка издав удивлённый «мяв» отлетает на другой край плато.
— Алитея, я так понимаю, что вы не можете призвать к порядку своего зверя. Поэтому предупреждаю в последний раз: ещё одно движение в мою сторону и вы обе полетите за пределы плато. И я вас ловить не буду, — мужчина гневно указывал пальцем в кошку и нависал над ней. Закончив говорить резко развернулся и обернувшись лёг на место.
Кошка обиделась. Отвернула морду и я вновь стала человеком. Ну что тут скажешь? Душа у нас нежная, а делать на плато нечего.
— Простите, эр Вилиан, вы правы наше поведение недопустимо. Но тут совершенно нечего делать и она пытается поиграть с вами.
Дракон ничего не ответил, распластал крыло и отнёс меня обратно. И с арены он ушёл первым. Ну что тут скажешь? С директором лучше. Жаль, что сегодня его не было с нами. Вздохнула и пошла к себе.
— Так вот кто с драконом летает, — довольный голос разозлил до общежития осталось каких-то пятьдесят метров. — Наша святая сиротка, оказывается, не так уж и чиста.
— Мирко, тебе заняться нечем, что ты следишь за мной?
— Зачем следить за тем, кто в открытую улетает на долгое время с драконом. Нашла покровителя? Впрочем, что ещё, таким как ты остаётся делать?
— Да. Таким как я только и остаётся, что выслушивать таких, как ты. Которые судят по себе. Но так уж и быть, Мирко, я никому не расскажу, что тебе нужен покровитель.
— Да ты…, — договорить парень не успел, так как нам навстречу шёл директор. Мирко зло на меня посмотрел и быстро ушёл в другую сторону.
Вилиан прав, как только я оказываюсь в неприятной ситуации тут же появляется директор. Притяжение пары срабатывает, даже если о ней не знаешь.
Глава 24
Зима пробежала, уступив место весне. Теперь нет шумной кучи учеников во дворе, большая часть чинно гуляет парочками, прячутся в тени деревьев. Весна обострила мои чувства к директору. Мне даже удалось уговорить хранителя пустить в закрытую секцию в надежде найти что-то, чтобы уменьшить эту тягу, желание видеть, слышать, прикасаться, вдыхать пьянящий аромат лугов и морозного утра. Пусто. Видимо я единственная кто этому не рад и хочу отгородиться от своей пары.
— Алитея, ну что ты такая бука? — Яруш потрясла меня за плечи. — Ты посмотри какая красота: весна, деревья в зелени, цветы. А ты?
— Да, красиво, — с тоской провожаю глядя в окно фигуру директора за угол школы. Кто бы знал, как я хочу почувствовать нежное прикосновение сильной руки. Пусть и в форме кошки. Я завидую своему зверю. Она получает море нежности и ласки, в то время как я — только учёбу.
— Ты бы видела своё лицо. Молоко прокиснет от одного взгляда. Ну что с тобой такое? Как весна пришла, так ты и загрустила. А может ты влюбилась? — она двумя руками подняла моё лицо, всматриваясь в глаза. — Быть не может. И кто же он?
— Яруш, — высвободила своё лицо и пошла в класс.
Весь день чувствовала пристальный взгляд рыси. Теперь она не отстанет пока не узнает кто это. И как быть? Что делать? Надеюсь, что её неуёмное любопытство не приведёт к директору. Может выбрать кого-то из параллели?
Но сколько бы я ни оттягивала этот разговор в столовой его избежать не удалось.
— Итак, кто же этот таинственный похитивший твоё сердце? — Яруш подалась вперёд.
— Яруш, никто. Не заставляй меня врать, — опустила глаза и с силой отрезала кусочек мяса.
— О, то есть он старше, — азартный блеск в глазах меня откровенно испугал. Мой ответ разжёг огонь её любопытства. — Кто-то из учителей?
— Яруш, я не хочу говорить на эту тему.
— Да ладно, Алитея, влюблённость — это прекрасно. А то, что он старше даже хорошо.
— Почему это?
— Понимаешь, наши ровесники они хороши, но ссоры возникают на пустом месте. Нет примирения, конечно, прекрасны после них, но… А когда мужчина старше, он спокойнее, сдержаннее. С ним проще. Правда, и таких эмоций, как с ровесником, не испытаешь. Вот если бы можно было совместить мудрость и эмоциональность.
— И что бы было?
— Это была бы мечта. А теперь говори кто он?
— Нет. Правда, это ни к чему. У нас всё равно ничего не получится.
— Слушай, если он тебе так нравится, тогда подойди первая. В этом нет ничего плохого.
— Э нет, мужчина должен быть мужчиной, поэтому и первый шаг должен идти от него.
— Алитея, ты неправа. Возможно, когда-то давно это и было нормой, но сейчас всё по-другому.
— Возможно, кого-то и устраивает такое, но не меня. Ты же не подошла к Онику, хотя он тебя привлёк ещё в первый день. Первый шаг сделал он, а ты приняла его ухаживания.
— Ну скажешь тоже. Мне тогда было плохо…
— Яруш, ты сама не веришь в то, что говоришь. И как каждая из нас хочешь, чтобы мужчина был мужчиной вне зависимости от его возраста. Почему же я не могу дождаться первого шага от мужчины?
Интересно, а если бы директор узнал правду, он бы сделал первый шаг или так же, как и я искал способы отгородиться?
— Может потому, что между вами разница в возрасте? Мужчины постарше часто думают, что не пара юной эре.
— Если мужчина так думает, значит она ему не нравится.
— Ты категорична.
— Возможно, но это то как я вижу и понимаю. Я именно такая: старомодная мечтательница, — не хочу продолжать этот разговор, поэтому встала, собрала посуду на поднос. — Прости мне надо в библиотеку.
— Ты книжный червь. Надеюсь твой предмет воздыхания не хранитель, — я рассмеялась и покачав головой ушла.
***
— Дитя, у меня прекрасная новость, — хранитель поправил очки лукаво улыбаясь.
— И какая?
— Через три недели Родания будет в нужном положении, — я захлопала в ладоши.
Наконец-то этот день настанет. Мне не терпится завершить свой артефакт и выполнить задуманное.
Сегодня мы говорили только о моём артефакте: как всё будет проходить, что будет делать хранитель и что должна сделать я.
— Я думаю, что надо бы ещё один камушек раздобыть. Родания нечасто бывает в нужном положении. Есть идеи какой ещё может подойти?
— Пока нет, но я подумаю. Спасибо, — крепко обняла старика и поспешила на занятие к директору.
Но и тут меня ожидал сюрприз. Рядом с директором игриво улыбаясь стояла изящная блондинка с идеальной причёской и платьем. Мне захотелось выпустить когти и гнать её от моей пары как можно дальше. Но хуже всего, то, что директор ей мягко улыбался. А ведь я думала, что он только мне так улыбается.
— Знакомьтесь это эра Алитея о которой я вам говорил. Эра Монье любезно согласилась помочь вам, адептка, с пошивом бального платья.
— Спасибо. Но…
— Никаких "но", до бала неделя, а у вас, как обычно, нет платья.
— Почему у меня с осеннего и зимнего бала остались.
— Ну что вы, деточка, платье для весеннего бала должно быть в других цветах. Я думаю, что цвет нежной зелени украсит вас, заставит кожу светиться изнутри.
— Эры, я вас оставлю ненадолго, — директор откланялся и скрылся за дверью.
Женщина провела вдоль моего тела папкой, и мы погрузились в выбор подходящего платья. Модели сменяли друг друга от обилия зелёного цвета болели глаза. Я была готова согласиться на любое лишь бы прекратить эту пытку и как можно скорее убрать этот идеал из школы.
— О, эра забудьте про цвет нежной зелени. Вот ваш. Шартрез. Вы посмотрите насколько нежно и свежо выглядите, — я лишь кивнула. — Никаких пышных юбок, они совершенно не подходят к этому цвету. Лёгкость и простота — вот что вам нужно.
Женщина расписывала прелести платья и тканей, как мне хорошо в этом цвете. В конце концов портниха выдохлась и наказав мне не переживать, мол её платья всегда идеально сидят на фигуре, ушла.
После постоянного потока слов и восторгов тишина неприятно ударила в уши.
— Что всё так плохо? — директор стоял на пороге зала облокотившись на косяк.
— Это ужасно. Зачем столько суеты ради какого-то платья?
— Алитея, неужели вам не хочется блистать и быть красивой?
— А разве красота не должна идти изнутри?
— Да она идёт изнутри и находит продолжение снаружи: в красивой одежде, причёске. Мы невидим, что находится внутри сразу, зато видим то, что снаружи. О внешнем тоже стоит позаботиться.
— Как скажете, директор Дамир, — то есть она ему понравилась и я теперь просто серая мышка. Обидно.
— Надеюсь вы поймёте, что ваши мучения были не зря, когда через неделю наденете платье.
Я лишь покивала головой и неспешно пошла на ужин. Платья, красота и причёски — это для меня сложно. Всю жизнь мы с отцом вели неприметный образ жизни. Нельзя выделяться. Я настолько привыкла скрываться и быть серой, что яркие цвета вводят в ступор. А директору нравятся именно яркие.
***
— Алитея, ты красотка, — Яруш восхищённо замерла, когда я вышла из ванной. — Уверена сегодня от тебя все потеряют голову.
— Не стоит. Я бы хотела хоть разочек потанцевать, — девушка была так увлечена собой, что не заметила моей деревянной улыбки и дрожащих пальцев.
— Тогда поспешим? — Яруш взяла меня за руку и мы едва не побежали в зал.
Конечно, она же спешит к Онику. Ей не терпится показать себя и увидеть восхищение в его глазах. А я совсем не спешу. Да если бы могла, то осталась в комнате.
Это всё платье. Оно на самом деле село идеально: жёсткий корсет грудь увеличил, а талию уменьшил, юбка легко струилась по бёдрам и при каждом шаге казалось, что ветер играет с ней. Но я чувствовала себя голой. Мне хотелось прикрыть обнажённые плечи и надеть пару нижних юбок. Почему я согласилась на него? Понятно почему, чтобы от слишком идеальной женщины избавиться.
— Алитея, ты красотка, — подруга сжала мою руку.
— Ты уже говорила, — до дверей в зал оставалось совсем чуть-чуть.
— Повторяю. Помни это хотя бы сегодня. И повеселись от души, — при нашем приближении двери открылись и звуки музыки и смеха наполнили тишину коридора.
Яруш быстро нашла взглядом Оника и они поспешили друг другу навстречу. Оба в тёмно-зелёных одеждах. Оба высокие. Рыжее золото волос подруги оттеняло тёмные волосы парня. От их взглядов стало жарко и я решила пойти выпить что-нибудь прохладное.
— Алитея? Вы ослепительны сегодня. Разрешите пригласить на танец?
— Конечно, — мы поклонились друг другу и влились в круг танцующих пар.
Какое-то время мы молча танцевали. Не знаю о чём думал мужчина, а я считала шаги и усмиряла обиженную кошку. Столько времени прошло, а она не забывает.
— Дамир потрудился на славу, — я слегка вздрогнула и подняла голову, чтобы посмотреть в глаза. Он говорил тихо, и тем не менее я посмотрела по сторонам — никто не слышит?
— Вообще-то эра Монье, — я отвечала также тихо.
— Так и я о том же. Впрочем, откуда вам знать? И вряд ли вы знаете, что она только для вас сшила платье. А остальные сиротки справлялись своими силами.
— Эр Вилиан, что вы от меня хотите? Я не просила об этом директора. Он сам её привёл.
— Верю, Алитея, верю. И это исключительная забота о вас привлекает к нему нежелательное внимание.
— Вот и скажите ему об этом сами! — шёпотом ругаться задирая голову, то ещё удовольствие, но смолчать нет сил.
— Но он же ваша пара, поэтому и говорить должны вы, — дракон очаровательно улыбнулся, а мне захотелось наступить ему ногу, чтобы стереть её. К счастью танец закончился и поблагодарив друг друга я поспешила от него уйти.
Мало того, что чувствую себя неловко в таком открытом платье, так ещё и дракон обвиняет в том, чего я не делала. Прохладный сок немного сбил внутренний жар. Поставила бокал на стол и развернувшись утонула в тёплом янтаре.
Директор шёл ко мне не отводя глаз. По пальцам побежали иголочки в нестерпимом желании прикоснуться к мужчине.
— Алитея, вы потанцуете со мной? — я присела в реверансе и вложила свою ладонь в протянутую руку. — Вы сегодня самая красивая эра на этом вечере.
— Спасибо, — слова застревали, а мысли разбежались по углам. Глаза выше губ отказывались подниматься. Понимаю, что это неприлично и всё равно смотрю. А ведь хочется не смотреть, а прикасаться. И не только к губам.
— Алитея, с вами всё в порядке?
Ответить я не успела с грохотом распахнулись двери в зал, оборвав музыку. Мы так и замерли в центре напротив дверей и моего кошмара.
— Я знал, что ты здесь! — мужчина направил на меня палец и все словно по команде расступились недоумённо переводя взгляд с меня на правителя и обратно.
Я хотела сбежать, но директор крепко меня обнял заставляя стоять на месте.
— Правитель, мы рады вас приветствовать в школе, — директор говорил спокойно и уверенно, словно это просто дружеский визит.
— Оставим эти ненужные приветствия, — Шарух медленно приближался, внимательно следил за моей реакцией, готовый в любой момент кинуться на свою добычу. Но магия остановила его в трёх метрах от меня. — Мне нужна эта девчонка.
— Простите, но эра адептка нашей школы и покинуть её территорию может только по собственной воле, — директор развернулся ко мне: — Вы хотите уйти с правителем?
— Нет, — я попятилась и покачала головой. Оглянулась на ребят, но они ничем не могли мне помочь.
— Простите, правитель, но девушка остаётся здесь.
— Ммм, Дамир, вы решили пойти против своего правителя? — он забавлялся. Шарух точно знал, что директор знает кто я. Холодная чернота его глаз недовольно бурлила, но пока была надёжно спрятана за рамками его игры.
— Я как директор школы несу ответственность за соблюдение правил и законов этого места. И согласно закону…
— Хватит! — Шарух поднял руку останавливая директора. — Вы, видимо, не знаете, что эта эра опасна для всего нашего общества.
Зал ахнул и все дружно сделали шаг назад в испуге переглядываясь. А во мне стала подниматься злость. Не моя.
— Она последняя из проклятого рода уничтожившего целый город, — он показал на меня рукой, чтобы никто не сомневался о ком речь. — Она, как и её мать, решила бросить вызов богине!
— Неправда! — я дрожала от напряжения и внутренней борьбы. — Это ты всё подстроил! Ты оклеветал весь мой род!
— Правда? — довольная улыбка растянула его губы. — Но кажется ты забыла, что когда творится беззаконие — приходит Соледар. Но в тот день и после она молчала. Почему богиня проигнорировала это? Да потому, что твоя мать виновна, так же как и её родители!
— Ты врёшь! — сжала кулаки готовая бросится на него. Стоит улыбается, а в глазах холод и липкая грязь.
— Это ты хочешь верить в сказку. Но её нет. Реальность уродлива, прости. Ты должна пойти со мной, чтобы…
— Нет! Я докажу, что моя мама не виновата! Что это всё ты! И сейчас хочешь…
— Всё, что я хочу — это обезопасить свой народ, доверивший свои жизни мне. Ты хочешь повторить судьбу матери став артефактором! Ты же всех обманула, чтобы получить желаемое.
— Неправда! Я сюда пришла, чтобы найти способ вывести тебя на чистую воду.
— И как нашла? — и столько участия в голосе, что на миг я усомнилась в себе и своей правоте.
— Нет.
— И не найдёшь, ведь правда на моей стороне, — удовлетворённо улыбнулся и развёл руки в стороны.
— В таком случае, правитель, — директор не дал мне сказать. — Дадим девочке шанс успокоить свою душу, и понять в чём она ошибалась. Вы ведь не откажетесь проверить её изобретение, если оно, конечно, будет?
— Обязательно. Мне скрывать нечего, — Шарух зло прищурился. Игра пошла не по его правилам. — А после твоего провала я тебя заберу и буду держать под контролем.
Правитель резко развернулся и стремительно покинул зал, напоследок громко хлопнув дверями.
Глава 25
— Я всегда знал, что с тобой что-то не так, сиротка, — брезгливый голос Мирко взорвал тишину в зале. — Дурная кровь. А строишь из себя принцессу.
— Моя кровь чиста, а чтобы вы все это поняли.., — дрожащими пальцами сорвала с руки браслет.
Шок на лицах и в глазах смягчил горечь пренебрежения. Меня почувствовал каждый оборотень наших земель, так же как и я почувствовала свою связь с ними. Как и говорил отец, те, что слабее сразу признают мою силу и опускаются на колено, склоняя голову. Это сильнее их желания и доводов разума. Это инстинкт.
А те, что сильнее зло прищуривают глаза и сжимают кулаки. Они выросли на лжи и не верят мне. Да и кто бы поверил? Шарух привёл сильнейший аргумент: «... когда творится беззаконие — приходит Соледар». Это может опровергнуть или сама богиня, или признание Шаруха. Я бессильна.
— Я не признаю тебя своей правительницей, — гордо стоящий Мирко сплюнул под ноги и резко махая руками вышел из зала.
Оставшиеся переглянулись и молча выражая свой протест уходили из зала. Даже Яруш и та ушла, не посмотрев на меня, словно я чужая. Признаться, я ждала, что будет намного хуже. А это… Пусть так, время нас рассудит. В конце концов, в зале осталась я с директором, драконом и учителями.
— Что же вы не уходите? — я не пыталась спрятать горечь. Устала.
— Потому что верим вам.
— Даже вы, эр Крихам? Вы же сами нам рассказывали какой ужасный поступок совершила моя мать.
— Видите ли, Алитея, — мужчина откашлялся и продолжил: — Я учитель истории — это моя работа. Факты основа моего предмета.
Злость внутри меня бурлила и поднималась всё выше. В глазах темнело. Голос учителя раздражал так же, как и сочувствие в глазах остальных. Повернуться и заглянуть в глаза директора было откровенно страшно.
— Все эти годы я был уверен в виновности вашей матери, но сегодня моя вера пошатнулась. У меня появились вопросы, например, почему богиня позволила лишить магии правящий род и отдать всю его силу и власть вам? Мы все прекрасно знаем, что несмотря на ваше происхождение королевой вам не стать. По нашим законам только мужчина может занять трон.
Зачем я только начала этот разговор? Что он изменит? Надо было сразу бежать. Я проигрываю. В конце концов, я сдалась и отпустила своего зверя.
Вздыбив шерсть и оскалившись кошка издала низкий рык и, царапнув каменный пол в два прыжка, оказалась у двери.
— Алитея! — крик директора подстегнул внутреннюю злость и отчаянье. Не оглядываясь помчалась из школы.
По дороге мне попадались ученики, они открыв рот прижимались к стене и замирали. Глупые. Зачем они мне? Как же хочется окунуться в сугроб, почувствовать пробирающую прохладу под шерстью. Но на улице весна и молодые, зелёные листья обнимают ветви деревьев.
Нас разрывали противоречивые чувства, от которых не удавалось отмахнуться. Но хуже было то, что к нам шёл поток злости и ненависти. Он буквально сбивал с лап и бил наотмашь.
Несправедливость душила и хотелось кричать, что кошка и делала. Ветки хлестали по морде, но боли не было. Что такое физическая боль по сравнению с душевной? Я знала о том, что будет и оказалась не готова к этому. Я не могу скрыться от негатива и пропустить сквозь себя то же не могу.
Лес стал гуще и труднее стало бежать сквозь него. Куда я бегу и сама не знаю. Просто вперёд. Хоть куда-нибудь лишь бы избавиться от чужих чувств. Отец, как же ты был прав создавая свой артефакт и запрещая мне его снимать. Если бы я знала что будет именно так, то сняла бы его?
Страх заполнял каждую клеточку тела. Он чужой. Пытался сковать меня, заставлял спотыкаться и путаться. Лес превратился в смазанное пятно, но легче не становилось.
В конце концов, обессилев я упала в траву и расплакалась. Может быть, глупо и по—детски, но это нечестно. Я не заслужила всего этого. Даже если бы мама была виновна, то почему на меня переносят её проступок?
— Ну что же ты? — сильные руки подняли меня и словно ребёнка прижав к груди баюкали. — Ты же столько боролась и вдруг слёзы.
— Это нечестно. Они же ничего не знают, — рыдания сдавливали горло, мешали дышать.
— Не знают. Зато знаешь ты и вокруг тебя есть те, кто верит и готов помочь.
— Отнеси меня на плато. Хочу снег и холод до синих губ.
— Ну до синих я тебе не дам. Всё-таки у тебя есть миссия, а болезнь может помешать, — Вилиан осторожно поставил меня на землю и медленно отошёл. Убедившись, что я стою и падать не собираюсь обернулся драконом. Сломал во время оборота несколько деревьев, недовольно зарычал и полыхнул огнём, расчищая себе место для взлёта.
На плато лежал снег. Сколько бы раз мы сюда ни прилетали он всегда лежит не тронутый, словно не я его вытаптывала и испещряла ходами. Сегодня он вновь свеж и нетронут. Мягкий и холодный он окутал мои ноги, присыпал платье. Но мне стало легче. Холод снаружи проникал под кожу и замораживал чувства.
Я подошла к краю. Внизу раскинулась горная гряда. До самого горизонта заснеженные шапки гор. Холодные и молчаливые. Величественные и неприступные. Я пропитывалась их отрешённостью. Если я хочу победить, то должна стать как они: невозмутимой и несокрушимой. В конце концов на моей стороне правда и сама богиня. А то, что нужна жертва? Ну что ж я готова. Уж лучше смерть, чем всю жизнь провести чувствуя ненависть окружающих.
— Алитея, пора возвращаться. Оборотни выносливей людей, но даже они могут болеть, — я лишь кивнула, говорить не хотелось.
Школа встретила темнотой в окнах и тишиной. Уже глубокая ночь, осталось несколько часов до рассвета. Наверное, впервые я боюсь наступающего дня.
— Спасибо, эр Вилиан, — мужчина довёл меня до крыльца в общежитие. Сегодня он открылся мне с другой стороны, как внимательный и заботливый мужчина.
— Приятных снов, принцесса, — он слегка поклонился и не дожидаясь ответа ушёл.
В комнате оказалось пусто. Яруш ушла. Собрала вещи и даже не оставила записки. Одна комната и два разных состояния, как «До» и «После». Может обманывать не так и плохо? У меня была иллюзия подруги и близких отношений. А что сейчас?
Услышав тихий стук в дверь вздрогнула, а открыв замерла.
— Я понимаю, что уже поздно, но… — мужчина быстро посмотрел мне за плечо и нахмурился. — Как ты?
— Бывало и лучше, — я отошла в сторону, впуская директора в комнату.
— Яруш импульсивная девушка, эмоции улягутся, и она вернётся, — я кивнула обсуждать то, что произошло не было сил. — Алитея, ты знала?
Мне очень хотелось сделать вид, что не понимаю о чём говорит директор. Он человек и можно на этом сыграть. Но стоит ли? Я отвернулась и подошла к окну в отражение смотрела на мужчину.
Сложись всё по-другому я бы прыгала от радости и каждый день благодарила бы богиню за самого лучшего мужчину. В директоре всё было прекрасно и внутреннее, и внешнее содержание. О такой паре можно только мечтать. Но...
Молчание затягивалось. Я не знала как сказать, а он уже всё понял.
— И что же тебя смутило во мне?
— Почему в вас?
Мы смотрели друг на друга в отраженье и, не знаю как директор, а я боялась пошевелиться. Сейчас многое решится и в какую сторону повернётся не знаю. Я даже неуверена, что знаю чего хочу.
— Ты молчала.
— А должна была кинуться вам на шею?
— Неплохой вариант, — он усмехнулся и тут же стал серьёзным. — Признаться, я не знаю, что и сказать.
— Я тоже.
— Начни с причины молчания.
— Я неуверена, что хочу об этом говорить.
— А я очень жалею, что твой зверь не умеет говорить. Кошка оказалась честнее тебя. Жаль, что я сразу не понял причин её поведения.
— Она всегда нравилась вам больше.
— Она не может не нравиться. Впрочем, так же как и ты.
— Неправда, — я резко развернулась, чтобы видеть его глаза. — Вы никогда меня не замечали. Я всегда была пустым местом.
— С чего бы это? Ты знаешь мои мысли?
— Нет, но… — он в три шага преодолел между нами расстояние.
— Почему ты решаешь за меня? Почему думаешь, что знаешь лучше?
— Просто…, — я опустила голову смотреть в потемневший янтарь его глаз было больно.
— Смелее, мне и самому любопытно узнать. Что ты себе напридумывала.
— Я напридумывала? Да это вы всем улыбаетесь! И даже этой… Вы специально её пригласили, чтобы показать моё несовершенство?
— Я даже не…
— Я об эре Монье! Об этой белокурой богине! Признайтесь, что она вам нравится!
— Было бы странным, если бы не нравилась.
— Вот! Вы сами признались! Так почему же тогда упрекаете меня в молчании?
— Алитея…
— Мне не нужна ваша жалость и притяжение пары тоже не нужно! — слёзы вырвались на свободу. Да что со мной сегодня такое?! Я же не была такой.
— Ну что же ты, — сильные руки крепко обняли, не давая вырваться. — Вот видишь к чему твоё молчание привело? Оборотень не может долго без пары быть. Вам просто необходимы прикосновения и признания. Кошку не выпускаешь, сама молчишь и вот закономерный результат — истощение.
Он прав. Во всём. Но я надеялась, что это произойдёт намного позже. И Вилиан предупреждал меня. Что же делать?
— Я знаю, что делать. Начну с последнего: Монье моя племянница, — открыв рот подняла голову. Директор увидел сомнение в моих глазах объяснил: — Она в мать пошла. А вот её младший брат такой же брюнет, как и отец.
— Я не знала, — не люблю чувствовать себя глупой, но слов обратно не вернёшь. — Простите.
— Прощаю, если и ты простишь.
— За что?
— За это, — он обнял моё лицо ладонями, наклонился и накрыл мои губы.
Первый поцелуй. Я не знала, что делать и просто замерла. Зато моя кошка довольно урчала и развалившись на спине закрыла глаза. Мягкие прикосновения увлекали в свой танец, просили довериться и заставляли сердце стучать ещё быстрее. Руки медленно поднялись по сильной груди, скользнули по напряжённой шее и пальцы запутались в неожиданно жёстких волосах мужчины. Директор вдавил меня в себя, словно боялся потерять.
Мне казалось, что время тихонько ушло, оставив нас одних. И этот поцелуй не прекратится. Всё осталось там, а здесь есть мы, наша пара. Мы созданы друг для друга и это не изменить, не скрыть и не уничтожить. Последняя мысль словно молнией пронзила меня и я в ужасе отшатнулась.
— Зачем? — отчаянье разрывало моё сердце. Я рванула рубашку открывая грудь: золотой барс мягко светился возле сердца.
— Потому что это мой выбор и моё решение, — мужчина нежно погладил меня по щеке. — После нашей встречи в лесу я не находил себе места. Мне хотелось видеть и слышать тебя. Я не понимал, что происходит и почему меня к тебе тянет, но и остановится не мог. Каждую нашу встречу с ужасом ждал, что ты обвинишь меня в преследовании. Алитея, ты не представляешь как меня это выматывало. Вилиан намекал, но я не верил, что это возможно. И только, когда ты сняла браслет я понял как ошибался и как был прав одновременно. Мы истинная пара и я не хочу скрываться.
— Это просто притяжение пары, — я прикусила щёку изнутри. Все мои усилия оказались тщетными.
— Нет. Это мой выбор. Просто то, что мы пара развязало руки. Ты мне всегда нравилась, но разница в возрасте… Я боялся, что ты мне откажешь.
— Вы не понимаете…
— Никаких «вы», только «ты» и по имени, даже если мы не одни. Я тебя очень прошу.
— Не надо было этого делать, — ведь окончательное решение в паре принимает слабый. Он мог отказаться соединяться сейчас, просто отгородиться. Тем более, что он менталист и знает как это делать.
— Алитея, это надо было сделать ещё осенью. Столько времени потеряно зря. Я не откажусь от тебя.
— Но вы…
— Могу погибнуть, если твой бой окончится поражением? А зачем мне всё это, если нет тебя? И почему ты должна проиграть? Богиня просто так дары не даёт, значит у тебя есть шанс выжить.
Мне так хотелось ему рассказать слова богини о жертве, но не смогла. Что это уже изменит? Пока мы были на расстоянии всё могло получиться. А теперь мы пара, у него на груди есть мой рисунок и завтра об этом все будут говорить.
Глава 26
Две недели молчания и отчуждения. Я уже привыкла к тишине, злым взглядам и молчаливому обвинению. Всё началось на следующий день, когда я появилась в столовой. Все разом смолкли и посмотрели на меня: кто-то презрительно, девчонки завистливо, но все сошлись на том, что я недостойна. Даже Мирко, вот уж кто не упускал случая сказать мне гадость, и тот молча поджал губы и отвернулся.
Впрочем, что тут скажешь? Да я обрела пару. Да это произошло на рассвете. И да это директор. Лучший из мужчин достался худшей в мире. Несправедливо. Но, что они знают о справедливости? Уверена, что ничего. Это я как на ладони у всех оборотней: они знают, что я последняя из лиловых ирбисов; они знают, что я могу занять трон и даже богиня примет это. А теперь они знают, что у меня есть истинная пара. Первая истинная пара за двадцать лет и это я с директором. Что может быть хуже?
Для них ничего, а для меня — Шарух. Он тоже всё узнал, а значит будет пытаться добраться до меня через Дамира и не дать нам пройти обряд.
Видимо, этого богине показалось мало и она решила усугубить моё шаткое положение — родители массово начали забирать своих детей из школы. И кто в этом виноват? Конечно же, я. Если моя мать такое сотворила, то что ожидать от дочери? Наверняка готовлю что-то более страшное. Вот и прячут деток.
Оника забрали в первый день и Яруш возненавидела меня. Я даже не обижаюсь на неё за это. Сама в какой-то момент поверила, что между виконтом и простолюдинкой может быть союз. Вот только за ним стоит целый род, который определяет, что для него хорошо, а что плохо.
Вокруг меня зона отчуждения, никто не садится в этой части столовой. Сейчас она условно разделена на три части: для сильных, слабых и меня. Мне искренне жаль тех, кто оказался слабым и вынужден был признать меня — они стали изгоями. С ними также не разговаривают и всячески избегают.
Аппетита нет, но заставляю себя всё съесть. В конце концов я верю, что однажды они поймут…
— Оник! — Яруш сорвалась с места и повисла на шее у парня.
А я решила задержаться, чтобы узнать, почему он вернулся. Парень поцеловал Яруш в нос и отстранившись пошёл ко мне. Я ждала чего угодно, только не этого.
— Принцесса, — парень опустился на колено склонив голову. — Простите меня.
— Оник, ты что? Она же…
— Она отмечена богиней, — парень встал и окинул всех взглядом. — У меня было много времени, чтобы подумать о том, что произошло и что происходит в нашем обществе. Вы все знаете, что я люблю Яруш. Она простолюдинка и мой род решил, что мы не пара. Виновна ли Яруш в том, что родилась в простой семье?
Оник замолчал ожидая ответа, но все молчали и избегали смотреть в глаза парню.
— Её вины в том нет. Так стоит ли оценивать человека по его рождению? Я уверен, что нет. Алитея тоже невиновата в своём рождении. Но её отметила богиня подарив ей магию всего рода. Я знаю Алитею как отзывчивого и чуткого человека, для которого слова честь и достоинство непустой звук. Если Соледар решила, что она достойна магии правителей, то я принимаю это. И, если Алитея взойдёт на престол, то я готов первым принести клятву верности, потому что она та, кто принесёт нашим землям процветание. Богиня подарила ей истинную пару, таким образом показывая нам достойную.
Мы стояли ошеломлённые речью парня. Не знаю о чём думали остальные, а мне было интересно узнать это его подтолкнуло несогласие рода с Яруш или богиня посодействовала?
— Ну наконец-то, — Вилиан встал и пару раз хлопнул в ладоши. — Браво. Рад, что среди оборотней есть достойные и думающие.
Мы как-то забыли, что здесь учителя и они внимательно нас слушают. А ещё все работники кухни застыли за прилавком наблюдая за нами.
— А теперь юные эры прошу всех на занятие, — эр Крихам ворчал и махал руками выгоняя нас из столовой. — История очень полезный предмет.
— А когда началось деление на подходящих по статусу невест? — девушка из параллели стрельнула глазками в нашего Мирко и покраснела.
— Признаться, я затрудняюсь ответить на этот вопрос, адептка, — мужчина почесал кончик носа. — Мне кажется, что так было всегда. Просто раньше образовывались истинные пары и это было выше статуса и расы.
— Да это всё жадность! — Аша сжала кулаки. — Мне уже рассказали из кого я могу выбрать себе мужа. И все как на подбор титулованные и при деньгах. А то, что ни один не нравится так это неважно. Стерпится — слюбится. Истинных пар уже нет.
— Я понимаю вашу боль и негодование, но прошу всех расходиться по классам, — учитель хлопнул в ладоши и рукой показал на дверь. Все нехотя пошли на выход обсуждая странные устои.
Чего мне ожидать после речи Оника: ещё больше холода или тепла? Занятия закружили в своём хороводе.
В столовой Оник сел рядом со мной, а Яруш держалась в стороне. В рядах сильных и слабых также появилось небольшое смешение.
— Им нужно время, — я кивнула соглашаясь, и парень легонько сжал мою руку.
Не буду врать, я ждала, что Яруш захочет со мной поговорить, но она поджимает губы и держит между нами дистанцию. Каково же было моё удивление, когда вернувшись в комнату после занятия с директором увидела её.
— Я всё ещё зла на тебя, — от девушки едва пар не шёл, даже её косички хмурились.
— Но ты пришла, — осторожно закрыла дверь и осталась стоять на месте. Не знаю чего от неё ожидать, но пусть дверь будет рядом.
— Да. Оник мне многое объяснил, но я одного понять не могу: почему ты молчала? Я же сразу поняла, что с тобой что-то не так, но ты молчала! Неужели ты настолько мне не доверяла? Ты думала, что я побегу всем рассказывать о тебе?
— А разве нет? Яруш, ты же всем обо всём рассказываешь. Как я могу довериться тебе? Да вообще хоть кому-то? Я же из проклятого рода! Грязная кровь! Ты бы бежала от меня как от огня.
— Пусть так, но ты же скрыла, что в директора влюблена! Алитея, я же тебя как сестру любила!
— А теперь нет?
— А теперь я не знаю кто ты. Вдруг у тебя ещё какие—то тайны есть.
— Привет, я — Алитея последняя из рода лиловых ирбисов, — я подошла, протягивая руку. — Шарух всех обманул и я докажу это. А ещё моя истинная пара директор этой школы. Давай дружить?
Несколько долгих мгновений Яруш смотрела на меня с обидой и недоверием, а потом обняла настолько крепко, что дышать не могла. Мы плакали и улыбались, рассказывали как прошли две недели молчания и говорили какой Оник молодец, что вернулся несмотря на протест рода.
Но стоило Яруш уснуть, как я тихонько выскользнула из комнаты. Пустые коридоры, приглушённый свет и внизу лестницы самый лучший мужчина.
— Привет, — нежный поцелуй и мы, обнявшись, идём на улицу.
Это странно, я открылась всем, но по-прежнему скрываюсь ото всех. Может потому, что это Дамир? Будь на его месте обычный адепт, то я, как и все, гуляла бы с ним вечерами в тени аллей не стесняясь и не скрываясь.
— Почему грустишь? — ничего не ответила, только головой покачала. Мужчина взял мою руку и легонько поцеловал.
Мне просто хорошо с ним. Он мой дом. Каждый его взгляд ласкает нежностью весенних трав. Каждое прикосновение яркими искрами взрываются в каждой клеточке тела.
Я посмотрела на взошедшую Роданию. Совсем скоро она будет в нужном положении.
— Не волнуйся, всё будет хорошо, — Дамир стал передо мной загораживая Роданию. — Я тебе подарок приготовил.
Он достал из кармана длинную коробочку. Что внутри я почти догадывалась, всё же в бархатные коробочки шоколад не кладут. Медленно открыла крышку и замерла.
— Я заметил, что ты теребишь запястье, где был браслет и подумал, что это может стать заменой.
— Спасибо, — нежно поцеловала самого лучшего мужчину. Я даже не заметила, что трогаю запястье, а он увидел. Браслет мягко обнял запястье, маленькие пластинки создали иллюзию целостности металла. — Он очень красивый. Но тебе опасно выходить за ворота. Из-за меня ты стал таким же пленником школы.
— Я прошу тебя, не превращайся в наседку как Вил.
— А что с ним?
— Он ходит за мной по пятам, словно я ребёнок. Я знаю, что Шарух оставил в городе своих людей. Но я мужчина и могу с ними справится. С Шарухом не смог бы, потому что человек слабее оборотня.
— Прости, — он меня обнял и отпустил. Мне сложно привыкнуть к его самостоятельности. У нас с отцом были равные отношения. Да, я его дочь, но при этом могла выразить свои тревоги и опасения и быть услышанной. Дамир другой. Он всё хочет решать сам, опекает меня так, словно дракон своё сокровище.
Я отошла на несколько шагов и обернулась. После снятия браслета кошка стала сильнее и требовательнее. Зато её ритуал не изменился: сначала Дамир наглаживает её живот, а потом чешет за ухом и только после этого она довольная идёт гулять.
Так и в этот раз мы бежали по парку пружиня по мягкой траве, как из кустов выскочила рысь. Она припала на передние лапы и ждала нашей реакции. Кошка удивилась, но обрадовалась подруге и теперь уже вдвоём мы резвились. Мы так увлеклись игрой, что не заметила, когда все появились в парке.
Оборотни постепенно вливались в нашу игру, а люди стояли в стороне и наблюдали за нами. Значит ли это, что меня приняли? Хотелось бы. Мне неприятно осознавать, что внесла раздор в школу.
Постепенно оборотни стали исчезать и мы вновь остались вдвоём с Дамиром.
— Звери тебя приняли и это хорошо, — я грелась в тёплых объятьях, слушала стук сильного сердца мужчины.
— Пришли и те, кто не имеют зверей. Я так рада, что всё вновь будет как прежде.
— Как прежде не будет. Но мир среди учеников меня тоже радует. А ещё больше меня радует счастье в твоих глазах.
Мы целовались до самого рассвета. Первые лучи солнца прогнали нас из беседки, напомнили об обязанностях и цели.
Два часа сна и я вновь свежа, бодра и сегодня весела. Яруш вновь командует и выражает восхищение моей кошкой. Рассказала о том, что наши прогулки с директором ни для кого не секрет. Многие хотели посмотреть поближе на барса, но боялись или стеснялись. Но появление и слова Оника помогли сделать первый шаг. Увижу сегодня Оника, обниму крепко.
Яруш моего порыва не оценила, рыкнула и спряталась в руках любимого. Я её понимаю, сама готова порвать любую, кто слишком близко подойдёт к Дамиру. Сегодня почти всё вернулось на свои места. Кроме четвёрки: Мирко, влюблённая в него девушка и двое парней с параллели. Они держались от всех особняком. Ну да ладно это их выбор.
***
— Начнём? — глаза хранителя блестели в предвкушении.
Да я и сама волновалась: получится или нет? Родания в нужном положении и в следующий раз такая удача будет через три месяца. Долго.
Вновь я начинаю накладывать плетение, а хранитель повышает до пятого уровня. Мы замерли напряжённо смотря на аметист — выдержит или нет. Прошла минута. Вторая.
— Я думаю нас можно поздравить, — хранитель устало сел на подставленный стул.
— Да! Спасибо, эр Даурен! — обняла старика и расцеловала в обе щеки. — Я знала, что аметист выдержит! Хранитель?
Старик стремительно бледнел, я прикрыла рот рукой, чтобы не закричать.
— Алитея, беги пусть эр Шас готовит всё необходимое, — Дамир подхватил старика на руки, словно он ничего не весил. А я побежала, подобрав юбки.
«Богиня, хоть бы с хранителем всё обошлось. Ты же можешь ему помочь, пожалуйста». Стоило целителю меня увидеть, сразу начал отдавать приказы и звать всех нужных людей. Сбиваясь пыталась объяснить, что произошло, но он отмахнулся от меня, мол и сам знает. Через несколько минут пришли мужчины. Целители скрылись в команте, а для нас началось долгое ожидание.
Неизвестность пугает. Отчаянные молитвы и слабая надежда на то, что целитель и в этот раз вытащит хранителя. На улицу опустились сумерки, когда целитель вышел к нам.
— Директор Дамир, он хочет с вами поговорить, — мужчина кивнул и быстро скрылся за дверью.
— Целитель Шас, что с хранителем?
— Он практически высушил себя. Я не знаю, что он делал и зачем, но…
— Говорите как есть, — дракон нервно взъерошил волосы.
— Я сам не знаю как есть. Эта ночь…, — целитель снял очки и протёр стёкла платком. — Если он её переживёт, то я смогу его вытащить.
— Нет, — ничего не видящим взглядом смотрела вокруг, но мир расплывался.
— Алитея, — родные руки прижали меня к широкой груди. — Вытри слёзы, хранитель хочет с тобой поговорить.
Я кивнула и пошла к тому, кто заменил мне отца. Кто научил меня многому и на многое открыл глаза.
Старик лежал на узкой кровати прикрыв глаза. Тяжёлое дыхание и белая кожа.
— Хранитель, зачем вы так? — медленно опустилась на стул рядом с кроватью.
— Я привык свою работу делать хорошо. И не слушай Шаса, ему лишь бы панику создать. Опять хочет меня здесь закрыть. Посмотрел бы я на него запертого в моей библиотеке, — опять ворчит, недовольно поджимает губы. Этот старик не меняется.
— Лучше бы вы отказались. Я бы нашла другой способ…
— Дитя, ты так и не поняла… Что такое артефакты и амулеты? Просто камни с металлом. Сила не в них. Сила внутри тебя: честь, достоинство, справедливость, честность. Именно наши внутренние качества определяют силу созданного. Храни их и не позволяй темноте затмить свет твоей души.
— Но…
— Книги много пишут, но ещё больше скрывают. Поверь мне, старику прожившему жизнь, — он взял мою руку и крепко сжав пристально смотрел в мои глаза и продолжил: — Все ответы внутри тебя. Сила внутри тебя. Знание внутри тебя. Только достойный видит суть. Неси свет, разгоняя тьму.
Я хотела спросить о чём он говорит, но он покачал головой, отпустил мою руку и сказал:
— Всё иди. Устал я, — слабо улыбнулся и махнул рукой прогоняя.
Глава 27
На рассвете хранитель ушёл. Мир потерял краски. Казалось бы, вокруг меня смерть и потери, одной больше ничего страшного. Старик давно отжил своё и это закономерный итог. Но именно его уход поднял наверх всё то, что я прятала глубоко внутри, утрамбовав и накидав сверху глыб.
Школа окрасилась в чёрный цвет и такой пробудет неделю. Прощание во дворе и погребальный костёр. С последней погасшей искрой ветер подхватил пепел и унёс его в небо — богиня приняла хранителя в свои объятия, не захотев его спасти.
Ненавижу! Она могла сохранить ему жизнь и не сделала этого! Она могла защитить мою мать и не сделала этого! Она могла сделать так, чтобы Шарух не нашёл меня и не сделала этого! Она вообще ничего не делает! Просто играет нами как с живыми куклами!
Тонкий, пронзительный звон наполнял двор. Ребята и учителя закрывали уши руками, корчились от боли. Медленно, словно оказалась в застывающем янтаре переводила взгляд не понимая, что происходит, пока не посмотрела на себя.
От меня во все стороны шли едва заметные волны, словно я камень брошенный в воду. Это настолько необычно и завораживающе. Хотелось погладить их, ощутить колебания под рукой.
— Ты что творишь?! — голубой щит лопнул мои волны, словно мыльный пузырь, и погрузил меня в звенящую тишину. — С ума сошла?!
Хороший вопрос, видимо, да. Я схожу с ума от боли и тоски. Меня разъедает чувство несправедливости и обида. А ещё хочу крови всех тех, кто виновен, а это практически каждый второй житель Дестаса. Темнота вошла в моё сердце.
— Я понимаю твою боль, но остановись. Хранитель не хотел бы такого.
— Да что ты можешь понять? В твоей жизни всё прекрасно: ты воспитанник королевы, сильнейший менталист среди драконов, красивый мужчина и твоя жизнь непростительно долгая!
— А ещё я занимаю высокий пост, меня боятся и сейчас я нахожусь на чужих землях! Ты посмотри, что ты натворила! Сила — это не игрушка, это ответственность и контроль! А ты ведёшь себя как гусыня!
— Да много ты понимаешь!
— В отличие от тебя — да. Много. Ты чуть не убила их всех! Как думаешь, чтобы с тобой сделали после такого?
— Но…
— Погладили по головке и дали пирожное? Нет! И магию бы не забирали, а медленно и с наслаждением разобрали бы тебя на мелкие кусочки! Правда это смогли бы сделать только люди, ведь именно они остались бы в живых за пределами школы. Оборотни корчатся от твоей боли и ненависти. Светлые чертоги, о чём ты только думаешь?! Почему ты до сих пор не закрылась от подданных? Чем с тобой занимается Дамир?
В этот момент я покраснела и опустила голову. Воспоминания горячим ветром пробежались под кожей.
— Нет. Молчи. Мне неинтересно знать об этом. Алитея, тебя только приняли, а ты…
— А я оказалась неожиданно живой, — голос хрипел словно я три дня кричала. Каждое слово больно царапало горло.
— Девочка, да все могут понять боль. Все видели насколько вы, прикипели друг к другу. Два одиночества: ты и хранитель. Но у всего есть предел. Даже у горя.
— Ты не понимаешь… Вокруг меня только смерть и потери. Я не хочу так. Вот что ей стоило сохранить его жизнь? Но нет, она же великая! Занимается непонятно чем, а я теперь должна расхлёбывать её ошибки! И что мне взамен: ненависть окружающих, подколки, унижения и вдобавок ко всему уход тех, кого я любила!
— У Соледар своё виденье на происходящее у нас. И мы часто не понимаем друг друга, но… Неважно, что делает она, важно, что делаешь ты. А ты едва не убила тех, кто тебе поверил.
Я посмотрела на тех, кто остался за щитом и увидела ужас в их глазах. Но даже он не смог пробить закаменевшее сердце. Равнодушие. Мне всё равно.
— Унеси меня на плато, пожалуйста.
— Я сейчас сниму щит ты сможешь сдержать свои эмоции? — я кивнула.
Стоило щиту исчезнуть и все дружно сделали шаг назад от меня. Правильно, я же опасное чудовище.
— Алитея… — я подняла руку останавливая Дамира. Не хочу ничего слушать. И жалость мне не нужна. Мне уже ничего не нужно.
Синий дракон разложил крыло, чтобы я могла на него взобраться. И в тишине мы покинули школу. Возможно, от меня ждали извинений, но их нет у меня. Да и меня сейчас тоже нет. Даже кошку не чувствую. Мне всё равно.
Плато встретило нетронутым снегом. Холод мягко обнял голые ноги, и я поверила, что здесь найду понимание.
— Вилиан, поставь щит и улетай. Я не вернусь, — дракон долго смотрел мне в глаза прежде, чем выполнил просьбу и улетел.
Вот так правильно: холод и тишина. Вкус одиночества и бескрайние уснувшие горы. Сейчас я исполнила желание всех жителей — изолировала себя от мира.
Взмах руки и часть снега сброшена. Немного согрела голый камень и села. Мыслей нет. Прошлого нет. Настоящее осыпалось пеплом. Будущее уже неинтересно. Пустота вокруг и пустота внутри. Гармония.
Закат сменялся рассветом, а я всё сидела в своей пустоте среди холодного молчания.
Кажется дракон прилетал, но я неуверена. Три дня без еды и воды могли сыграть со мной злую шутку. Впрочем, какая разница? Я не собираюсь возвращаться. Если Соледар что-то надо, то пусть это делает сама. Я была готова пожертвовать собой ради цели, но жертвовать теми, кто дорог — нет.
Очередной закат. Тени становятся длиннее, а игра света завораживает, если долго смотреть, то можно увидеть их незамысловатый танец. Лиловые полосы облаков готовят постель для уставшего солнца.
— Милая, — вздрогнула от неожиданно горячих рук и глубокого обволакивающего голоса.
Я хотела спросить, что он тут делает, но не смогла произнести ни звука.
— Совсем замёрзла, — Дамир накрыл меня тёплым одеялом и пересадил себе на колени. Успела забыть, что такое тепло. — Любимая, я понимаю твою боль и печаль. Но пора возвращаться.
Я покачала головой и натянула одеяло до носа. Не хочу. Здесь хорошо. Я никому не мешаю и мне никто не нужен.
— Я знал, что ты меня поймёшь, — он довольно улыбнулся и крепче обнял меня. — Всё остаёмся здесь: вид чудесный, тёплые одеяла есть, ты рядом. Чего больше желать?
Я развернулась, вглядывалась в серьёзные глаза. Он не шутит?
— Вот так просто всё кинешь? — каркающие звуки вместо слов в пересохшем горле. Я закашлялась и Дамир словно из воздуха достал флягу и протянул мне.
— Ты моя пара и я с тобой до конца. Любого. Тебя не было четыре дня. За это время успел о многом подумать и решил, что зачем оно мне надо? Здесь красота и простор. Свобода.
— Но ты не можешь. На тебе школа, ребята верят тебе. Опять же сироты, кто о них позаботится? Ты же знаешь, как к нам относятся.
— А кто позаботиться о Дестасе, о наших землях? Кто восстановит справедливость и вернёт веру в сильного правителя?
— Я им не нужна. Они меня боятся, я же чуть не убила всех!
И слова понеслись стремительным потоком, словно их подхватила бурная горная река. Я говорила и говорила. Кричала и плакала. Обо всём. Даже вспомнила соседского мальчишку сломавшего моего журавлика и рассмеявшегося моим слезам.
Я и не знала, что во мне столько боли и обиды. Что эта темнота пришла не извне, а она пряталась внутри меня по углам и под камушками обид. Это я её взращивала годами, кормила и раскладывала еду впрок. И сейчас я вытряхивала все эти закрома, выкидывала сгнивший хлам и прохудившиеся мысли.
Природа словно поддерживала меня, вместе с последними словами исповеди взошло солнце, сжигая в своих лучах всё, что под светом Родании вываливала не жалея.
Какое-то время мы сидели молча. Внутри меня была пустота, но не та гнетущая и обездвиживающая, а другая — лёгкая.
— Да все испугались, — удивилась тому, что он, выслушав, помнил о моих словах. — Но мощь правителя и должна пугать, иначе зверь не признает своим альфой. А вечером мне пришлось собрать всех во дворе и объяснить, что я не знаю, где ты и когда вернёшься. А знаешь почему? Потому что в обед чуть ли не каждую минуту ко мне кто-то заходил и спрашивал о тебе. Даже Мирко и тот переживает.
— Не верю. Он меня ненавидит.
— Он зверь и прочувствовав твою силу, принял тебя. Все на твоей стороне и ждут, что ты изменишь этот мир к лучшему.
— Я неуверена, что у меня получится.
— Артефакт готов, осталось его испытать.
— И я даже согласен стать вашим подопытным, — мы обернулись и увидели стоящего Вилиана. Сколько он здесь и что слышал? — Только предлагаю вернуться в школу. Дела сами не решаются.
Дамир посмотрел на меня, и получив мой кивок встал сам и взял меня на руки. Так мы и прилетели в школу всё ещё в чёрном цвете. Но сейчас это вызывало лёгкую грусть и чувство глубокой благодарности хранителю, что был в моей жизни.
К тому моменту, как дракон приземлился, во дворе собрались все. На меня смотрели с радостью и ожиданием. Будто это не их я чуть не убила. Мы смотрели друг на друга не решаясь что-то сказать или сделать. Дамир меня обнял и, он прав, я должна первая сделать шаг к ним.
— Я прошу прощения за свою несдержанность. Хранитель был дорогим для меня человеком…, и… я оказалась не готова к его уходу. Простите, что заставила вас разделить мою боль.
— Алитея, ты вернулась, — Яруш со слезами бросилась ко мне, сдавливая в объятиях. — Надо же у тебя оказывается глаза не синие, а лиловые.
— Синими они от капель были.
Это словно послужило толчком для всех: меня тискали, целовали, обнимали, говорили слова поддержки и просто улыбались. Когда ко мне подошёл Мирко ребята расступились.
— Алитея, прости меня за всё, что сделал, — я улыбнулась и взяв его за руку сказала:
— Я даже благодарна тебе, ведь твоё поведение заставляло моего зверя взрослеть и чувствовать свои границы, — мы рассмеялись, увидев недоумённое выражение лица парня.
— А теперь, дорогие адепты, я попрошу всех вернуться к учебному процессу, — Дамир еле сдерживал улыбку, но обязанности директора всё ещё на нём.
Мы весело гомонящей толпой разошлись по классам и погрузились в мир знаний и открытий. И всё было хорошо, пока после занятий мы не пошли в библиотеку, ведь артефакт так и остался лежать в лаборатории хранителя.
— Любимая, ты же знаешь, где ключ от лаборатории? — я немного удивилась, ведь все знают, что он лежит в верхнем ящике конторки.
Взяла ключ, и пошла открывать дверь. Мужчины внимательно следили за моими действиями, а когда щёлкнул замок шумно выдохнули.
— Эм… что-то не так? — дверь открылась и воспоминания нахлынули вызывая улыбку на лице. Тут столько всего было хорошего, весёлого, интересного. Столько открытий и откровений.
— А скажи, что хранитель тебе говорил, когда позвал?
— Признаться, я не очень помню… что-то про силу и свет внутри нас. А что случилось-то?
— Он сделал тебя библиотекарем, — я открыла рот не веря в услышанное.
— Поздравляю, друг, вопрос с кадрами у тебя решён, — дракон забавлялся и не пытался это как-то скрыть. — Теперь не надо сидеть в библиотеке и выдавать детям книжки.
— Но я не могу… я же адептка.
— Хранитель тоже учился, когда ему доверили знания.
— И что теперь?
— Да ничего. Просто ты теперь имеешь доступ в закрытую часть. И я даже не знаю радоваться этому или печалиться.
Глава 28
Я обрадовалась, ведь там столько всего. А вот мужчины как-то скисли от моего энтузиазма.
— Ну ладно, давайте об этом потом, — Дамир бодро улыбнулся и прошёл к столу. — Нас артефакт заждался. Вил, готов?
Дракон поставил стул в центре комнаты и сел с серьёзным выражением лица.
— Хорошо. Алитея, начинай.
По моей задумке артефакт действует на расстоянии нескольких шагов и только на того, кто меня интересует. Боюсь представить что будет, если все начнут говорить правду в радиусе действия артефакта.
Взяла кулон в руку, и послав слабый импульс, активировала его.
— Вилиан, расскажи о последней любви, — я не смогла ничего толковее придумать.
— А что ещё? — он хитро улыбнулся.
Ага, значит далеко. Вроде всё идёт неплохо. Я сделала ещё шаг вперёд и повторила вопрос. И вновь расстояние слишком большое. В конце концов, я приблизилась к нему на расстояние двух шагов и повторила вопрос.
— Да, что рассказывать? — по широко открывшимся глазам дракона стало ясно, что он не хочет говорить, но молчать не может.
— Всё, — я коварно улыбнулась и приготовилась узнать его тайну.
— Я бы хотел забрать её в свой замок на юге, на пару тысяч лет. И чтобы никого. И детишек много. А ведь для нас это реально: Лена же человек.
— Стоп. Какая Лена? — Дамир с тревогой смотрел на нас.
— О, друг, это удивительная девушка. Неповторимая.
— Алитея, что-то пошло не так.
Это я и сама поняла. Грустно опустила голову, деактивировала амулет и отошла от дракона.
— Не огорчайся. Вил, о чём ты нам рассказал?
— О той, которую люблю всем сердцем, вернее о своих мечтах с ней.
— Мечты… — Дамир задумался, а я смотрела на формулу не понимая, где здесь ошибка. — Алитея, у нас получился перекос с воздухом, вот Вил и выдал нам вроде и правду, но не ту.
— Всё зря, — смахнула со стола свиток с формулой и сжала кулаки.
— Ну что ты, маленькая, — дракон потрепал меня по голове. — Не зря, надо чуть изменить формулу.
— Ага. Изменить формулу и переделать артефакт! А у нас нет артефактора пятого уровня! И Родания будет в нужном положении через три месяца! И… вообще всё зря! Я ни на что не способна!
— Значит есть ещё варианты, которые мы либо не знаем, либо не рассматриваем.
— Есть. Жертва.
— Ты о чём? — Дамир оттеснил друга и крепко меня обнял.
— Соледар говорила мне о жертве. Я была уверена, что хранитель принёс эту жертву. Но… всё—таки это я должна стать жертвой.
— А что именно она сказала? — Вилиан напряжённо смотрел на меня.
— «Иногда чем-то приходится жертвовать»
— И всё?
— Да, ты возвращался, и она исчезла.
— Алитея, не спеши делать такие выводы… Не всегда надо буквально понимать её слова.
— А какие есть ещё предположения?
— Я думаю, что ответ есть в тайной секции, — Дамир недовольно потёр лоб и продолжил: — Хранитель не зря сделал тебя преемницей. Этот старый лис всегда знал больше, чем говорил. Ответ надо искать там.
— Так чего же мы ждём? — дракон довольно улыбнулся и потёр ладони. — Вперёд на поиски ответов!
Мы покачали головой, но пошли в закрытую секцию. Маленькая комната два стеллажа, и я с огромным удовольствием надела на дракона амулет стирающий память. Его недовольное и обиженное лицо бальзамом пролилось на моё сердце. Не всё ему над нами потешаться.
До самого утра мы искали ответ и всё, что нам удалось найти ритуал принесения жертвы. Кровавой жертвы.
— Ну, а что тебя удивляет? Мы же во второй ипостаси звери и к крови нам не привыкать.
— Да, но не приносить же в жертву человека! Вил, ну как ты можешь шутить в такой ситуации?
— А что ещё делать? Нет тут ответа. Дамир, вы с хранителем ошиблись. Надо искать другие пути заставить Шаруха сказать правду.
— Как правитель он находится под защитой, — Дамир покачал головой. — Её не обойти. Только Соледар может её снять, но судя со слов Алитеи, она не вмешается.
— Она хочет крови. Вот откуда в ней эта кровожадность, а? Неужели она рассчитывает, что я пойду на убийство?
— А если человек сам захочет?
— Вил!
— Ладно-ладно, — он поднял руки, признавая неправоту. — В любом случае тут делать нечего. Пойдёмте спать. Потом подумаем и поищем варианты.
Не знаю, удалось ли мужчинам уснуть, а я проводила Яруш на занятия, а сама долго ворочалась — не верю, что хранитель ошибся. Дамир прав, старик знал больше, чем говорил. И часто загадки загадывал, чтобы сами поняли, нашли ответ. Вот и сейчас наверняка есть что-то общее между жертвой от богини и тайной секцией с её кровавыми ритуалами. Что-то их объединяет.
Не заметила как, провалилась в сон. Дурной сон наполненный кровью, трупами и магией. Еле выбралась из него. В какой-то момент поверила, что именно то реальность.
— Гадость какая, — взлохматила волосы и пошла к графину с водой. — Приснится же такое.
Прохладная вода смывала неприятное послевкусие сна, оставляя мерцающую магией кровь.
— Точно! — быстро накинула на себя халат и побежала пока не забыла.
Ну как, как можно было сразу не понять? Это же так просто! До обидного просто! Зачем надо было столько времени мучить себя ужасами, если решение лежало на поверхности. Уверена, что и хранитель понимал, что я должна сделать, поэтому и соглашался со мной легко. Потому что знал, что это всё не поможет. Нужна жертва, а не формула, камень и сила.
Все удивлённо провожали меня бегущую по коридорам в халате, растрёпанную. Но это неважно. Мне нужен Он. Вбежала в приёмную и быстро кивнув эре Валрит, ворвалась в кабинет директора.
— Я всё поняла!
Дамир с Вилианом сидели изучая какую-то книгу. Рядом стояли чашки с кофе и блюдо с бутербродами. Они застыли глядя на меня.
— Я знаю какая нужна жертва! — выдохнула и поправив полы халата села за стол напротив мужчин.
— И что же это? — Дамир отложил книгу в сторону и сосредоточился на мне.
— Я должна отдать всю магию!
— Нет! — любимый сжал кулаки и прищурил глаза.
— Алитея, хорошая попытка, но это самоубийство, — дракон откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.
— Да нет же! Вы не понимаете. Что для нас магия? Это всё: воздух, еда, жизнь, кровь. И в ритуале говорится о кровавой жертве.
— Человека, — дракон откусил бутерброд.
— Да, потому что он слабее оборотня. Но если бы нужна была просто кровь, то почему не взять животное или птицу? Да потому что в них нет магии! Всё дело в ней! И хранитель говорил, что всё находится внутри нас. И это так. Магия внутри, течёт по венам, питает каждую клеточку тела.
— В твоих словах есть смысл, любимая. Но Вил прав, отдать магию то же самое, что убить себя.
— Дамир, любимый, но если Шарух доберётся до меня, то лучше самой уйти за грань.
— А ты подумала кто будет править? — Вилиан хмурился.
— Богиня не говорила, что это буду я. Моя задача восстановить справедливость, и вернуть возможность обрести истинную пару. Всё, — голос звучал легко, но на душе было тревожно. Они думают, что я не понимаю. Сама не хочу умирать и тянуть за собой Дамира, но… Шарух не должен жить.
— Ты хорошо подумала? — Дамиру было тяжело, но он, как и обещал, со мной до конца. Любого.
— Да.
— В таком случае мы тут посоветовались и решили, что нужен другой камень. В котором изначально много силы. По чистой случайности в моих запасах есть камушек пригодный на эту роль.
— Да? И что же это?
— Вот он, — Вил положил на стол розовый сапфир.
Невероятно редкий и безумно дорогой камень. Слегка подрагивающей рукой, притянула его ближе к себе, чтобы рассмотреть это чудо внимательней.
— Не жалко? — вот я неуверена, что смогла бы так легко кому-то отдать такую редкость.
— Нет. Спокойствие и процветание земель стоят намного дороже. Тем более что он ко мне попал совершенно случайно. Странствующий служитель богини попросил сохранить до срока, мол сам пойму, когда и кому его отдать.
— Невероятно, — прижала тёплый камень к груди. — Пойдёмте делать артефакт!
— Я думаю, что для начала тебе стоит привести себя в более подобающий вид, — Дамир встал, помог мне и накинул на плечи плащ. — Мы подождём тебя в библиотеке.
Запоздало пришёл стыд и понимание, насколько неподобающе я одета. Но мне важно было успеть всё рассказать, пока не забыла и не испугалась. Надвинула капюшон пониже и поспешила в комнату. К счастью, меня никто не останавливал, поэтому в библиотеке я была спустя тридцать минут.
Всё повторилось вновь: формула, наполнение, а передача всей магии оказалась не такой простой, как думалось. Под конец Дамир крепко держал меня за талию, не давая упасть.
— Вроде всё, — я облокотилась на Дамира. По венам текла холодная пустота. Чувство потери и нехватки, словно отрезали от меня половину. Он осторожно посадил меня на стул, а сам взял артефакт, чтобы проверить на Виле.
— За что тебе стыдно? — желваки заиграли на скулах дракона, но промолчать не смог.
— Эр Ррампорт, уважаемый в нашей среде дракон, подозревался в мошенничестве. Я знал, что он виновен, но не мог найти доказательств, тогда я использовал ментальную магию, чтобы заставить его признаться. А спустя три дня после суда я в числе тех, кто опечатывал и описывал его имущество, нашёл расписку на столе, буквально под ежедневником, который я изучил в первую очередь. Но почему-то на ту бумажку не обратил внимания. Мне стыдно за свою тогдашнюю горячность и невнимательность.
— Ну что ж всё работает, — счастливая улыбка Дамира вдруг размазалась и поплыла. — Алитея!
В себя пришла в целительском крыле. На узкой кровати.
— Я так испугался, — Дамир поднял мою холодную руку и поцеловал пальцы. — Как ты?
— Не очень. Слабость…
— И это не восстановится, — в палату зашёл эр Шас. — Не знаю, что вы сделали, но, к сожалению, вам Алитея я ничем не смогу помочь. Вы выжгли свою магию полностью. Всё, что могу сделать это дать согревающую мазь. С каждым днём вам будет всё холоднее. Мне жаль.
Мужчина поставил на тумбочку баночку с мазью, и скрывая слёзы, вышел. Бедный, он от смерти хранителя не восстановился, а тут глупая адептка натворила дел.
— Ужин? — я повернула голову и увидела подпирающего стену дракона. Неожиданно.
— Нет. У меня мало времени. Вил, ты сможешь организовать присутствие правителей драконов и демонов?
— Уже. Они прибудут завтра в обед, — я кивнула и повернулась к Дамиру.
— Шарух тоже будет завтра в обед. Завтра досрочно ты защищаешь диплом с темой «Артефакт правды».
— Он точно будет?
— У него нет выбора, если он не придёт значит есть что скрывать, а два правителя смогут насильно «прочесть» всю его память. Правда вряд ли он после этого останется жив.
— Неважно. Главное, что завтра, — глаза слипались, а я не стала сопротивляться. Слишком устала.
Глава 29
Все собрались во дворе школы. Яркое солнце согревало мою почти застывшую кровь, казалось, что от меня пар идёт. Правители сидели во главе стола: все черноволосые, темноглазые, а правитель демонов ещё и смуглый. На их лицах не было никаких эмоций, так же как и в глазах.
Я вдохнула-выдохнула и начала:
— Я благодарю правителей за уделённое мне время. Я — Алитея Верпушт, последняя из рода лиловых ирбисов, обвиняю правителя оборотней Шаруха в подчинении моей матери принцессы Афиры, уничтожении города Давитии и всего моего рода, а также в убийстве моего отца Мелхола.
— Какие у вас доказательства? — у демона был низкий и грубый голос.
— Пусть Шарух сам нам всё расскажет, — я подошла к столу и глядя в глаза предателя дала знак Дамиру для активации артефакта. — Расскажи нам кто виноват в уничтожении города Давития? Как это произошло и что предшествовало?
Вены вздулись на его висках, он сжимал зубы, сопротивляясь магии. Все затаили дыхание, глядя на его борьбу. В какой-то момент мне показалось, что он сейчас победит и рассмеётся мне в лицо, а после, за клевету и наговор, заберёт себе для утех.
— Говори! — в отчаянии сжала кулаки.
— Я не понимаю, почему твой род должен сидеть на троне. Что в вас такого? Чем медведи хуже? Я всю жизнь верой и правдой служил твоему деду, а он держал меня на расстоянии, не давая власти! Я не просил много хотя бы город под мою опеку, но всегда получал отказ. А потом я подумал, зачем мне город, если можно взять все земли? Нашёл толкового артефактора и помог ему развиться до пятого уровня.
— Как ты заставил его помогать тебе?
— А зачем заставлять того, кто и сам этого хочет? Вакун был безумен в своей жажде доказать силу артефакторики. Я лишь подталкивал его в нужном направлении.
— Как ты заставил маму помочь тебе?
— Артефакт подчинения. Полного подчинения. Если бы я приказал ей не дышать — она бы это выполнила. Сначала я хотел всё решить мирно — через обряд, но двери храма не открывались перед нами. Так что это Соледар виновата в том, что я пошёл на крайние меры.
— Что ты сделал?
— Я подкинул идею об уничтожающем всё в пепел артефакте и Вакун с радостью подхвати её и реализовал. Всё. Что требовалось от меня — привести туда Афиру. А чтобы все поверили мне, я выманил двух жителей города в свидетели страшной трагедии. Всё сработало, как я и предполагал: Афира убийца, её родители сообщники, а я восхожу на трон.
— Но ты не был настолько приближённым. Как ты это сделал?
— Артефакты. Их сила не имеет границ. В день голосования все съели обед, щедро приправленный настойкой послушания, конечно, она не могла сделать всех сговорчивей, но сопротивляемость притупила, а артефакт завершил начатое. Все выбрали меня. А после того как я получил защиту самой богини, они ничего сделать не могли. Только Соледар может её снять, но ей нет никакого дела до нас.
— Почему же нет? — богиня предстала перед нами во всём великолепии. — Хоть меня и не приглашали, вы вообще редко это стали делать, то ли раньше было. Не суть. Я здесь и чтобы ни у кого не осталось сомнений, забираю свою защиту. Прости, она всегда ставилась по умолчанию. Признаюсь недоработка. Больше такое не повторится. Отныне я лично буду присутствовать на коронации. Ну вы продолжайте.
Признаться, я бы предпочла на этом остановиться. Не хочу вытряхивать всю грязь.
— И что же дальше было? — правитель демонов решил узнать всё до конца.
— Я стал правителем земель оборотней. И всё было хорошо, пока не узнал о рождении наследницы. За день я прибыл в тот захудалый городишко, но там никого уже не было. Открыто искать я не мог, слишком много вокруг недовольных. Пришлось тихо прочёсывать город за городом. И однажды удача улыбнулась мне, а после я просто преследовал их. Ждал, когда Алитея вырастет, и я смогу её сделать своей. Это мигом закроет всем недовольным рот и моё правление продолжится.
С последними словами артефакт в моих руках рассыпался пеплом.
— Не грусти, дитя, так надо для спокойствия мира, — богиня тепло мне улыбнулась.
Я никак не отреагировала, настойка начала терять свою силу и это плохо. У меня впереди бой, а сил нет. Нашла глазами целителя, и он всё понял. Через минуту Дамир подавал мне стакан с водой. Я удивилась, но взяла, а когда начала пить поняла, что он иллюзией скрыл настойку.
Открывшаяся правда тяжестью легла на всех. В какой-то момент стало жаль правителей, узнать, что двадцать лет назад совершил чудовищную ошибку этого и врагу не пожелаю. Ведь уже ничего не изменишь и не вернёшь. С этим придётся жить до конца.
Шарух же, напротив, был зол, и ненависть расходилась от него как круги по воде. Он не верил, что это возможно. Что я смогу создать артефакт, не имея к этому дара. В этот момент я гордилась собой. Я молодец. Осталось выполнить заключительную часть, и я смогу уйти в чертоги богини со спокойной душой.
— Я — Алитея Верпушт использую своё право, последней из рода лиловых ирбисов, на бой с убийцей. Пусть выживет достойный.
Правители открыли рты, но не оспорили и не остановили. Это бой истины, бой чести и в него никто не имеет прав вмешиваться. Вот был бы жив мой отец, тогда да. Он старший.
— Я принимаю бой, — криво ухмыляясь, он, вышел в центр двора. — Но перед боем, чтобы всё было по-честному мы снимем все амулеты и артефакты.
Вот и мой конец. Я понимала, что вряд ли выйду из боя живой, но наличие амулетов и артефактов дарило пусть и слабенькую, но надежду. Медленно сняла всё, что успела за это время для себя подготовить. В животном обличье я бы не смогла пользоваться магией, но получала бы подпитку своих сил. А теперь…
— Глупый котёнок, — Шарух провёл костяшкой пальца по моей щеке. — Я уложу тебя на лопатки и сделаю своей королевой. И ты родишь мне много маленьких котят.
— Ты болен. Мы не истинная пара у нас не может быть детей.
— Алитея, ты же артефактор и должна понимать, что нет ничего не возможного.
— Даже если и так, ты уже признался во всём. Тебя казнят.
— Милая, ты вступишься, и меня помилуют.
— Никогда!
Обернулась и, вздыбив шерсть, выгнулась дугой. В то же мгновение Шарух стал медведем. Вокруг нас поднялся голубой щит.
Время замерло. Шарух занёс лапу для удара, Алитея явно не успеет уклониться. Кошка прижала уши, но глаза горят упрямством. Я оглянулся и понял, что все на самом деле замерли, кроме меня и богини.
— Ты можешь это остановить?
— Нет. Я не могу напрямую вмешиваться в ваши дела. Прости, — она не спеша подошла к щиту, улыбнулась и вновь обратилась ко мне: — Она милый котёнок. Такая преданная и упрямая. Из неё могла бы получиться великолепная королева. Лучшая во всём роде.
— Могла бы?
— Да. По закону нужен наследник, а она девочка. Её не примут без мужа равного ей. Но этот бой… Мы все понимаем, что девочке нечего противопоставить медведю. За ним опыт и годы. А у неё только упрямство.
— И ты остановила время, чтобы полюбоваться последним моментом её жизни?
— Не совсем. Вы доказали свою решимость и любовь… Я бы могла сделать тебя равным ей, даже сильнее.
— Но?
— Но цена высока. Сможешь ли ты заплатить её?
— Что надо делать? – хотелось ругаться, но я просто сжал кулаки.
— Сущий пустяк, я дарю тебе зверя, а ты должен слиться с ним и выжить.
— Выжить?
— В том месте время течёт иначе, там пройдут годы, а здесь мгновение. Ты вернёшься сильнейшим оборотнем, либо погибнешь там. А здесь погибнет Алитея.
— У тебя всегда такие заманчивые предложения?
— Я делаю всё, что могу!
— Для богини мира как-то не очень много.
— Ну, знаешь! Время пускать или ты примешь дар?
— Я принимаю дар.
Я понимала, что это последний удар. Кошка прижала уши, но готова его принять. что бы ни говорил Шарух, но зверь хочет крови, а не котят. Не знаю, возможно, я должна быть ему благодарна. Огромные когти приближаются и… недоумённо мяукнула оглядываясь чтобы понять, что происходит. Меня тянуло за пределы щита.
— В мире появился новый барс, — голос богини разнёсся по двору школы. — Алитея не может продолжать бой.
БАРС?!
С другой стороны щита величественно переставляя лапы, шёл лиловый ирбис. Дед? Присмотрелась, но это не он. Это…
— Нет! — я кинулась обратно к щиту, но меня откинуло от него. Закон суров и беспощаден — в круг может войти старший. — Соледар, останови его!
— Дитя, не могу это его выбор.
— Это мой бой! Я родилась ирбисом, а он — нет!
— И что? Твоё рождение в бою не сильно помогло.
— Ты это специально, да?
— Отчасти. В то время как ты оплакиваешь ушедших. Я думаю об оставшихся и их благополучии.
— Благополучие отдать Дамира на растерзание Шаруху?
— Я понимаю, погибнуть самой легче, чем смотреть на бой любимого. Но может, всё-таки посмотришь?
Я повернула голову и замерла. Дамир великолепен: чёткие выверенные удары, словно он всю жизнь провёл в боях. Медведь Шаруха начал отходить, зло скалясь. Барс наступал. Короткий стремительный бросок и медведь падает.
Щит исчезает и двор наполняется радостным криком. А я бегу к зверю, падаю перед ним на колени и крепко обнимаю. Низкое урчанье мягко вибрирует под моими пальцами.
— Я так за тебя испугалась, — не успела вскрикнуть, как оказалась в крепких объятиях самого лучшего мужчины. — Люблю тебя.
— Я рада, что вы смогли восстановить справедливость, — богиня стояла в шаге от нас и тепло улыбалась. — За это я исполню твоё первое желание, Алитея.
Перед нами из тумана вышли все мои предки. Отца я узнала сразу, рядом с ним стояла мама (мы и вправду очень похожи). За ними бабушка с дедушкой и все те, благодаря кому я сейчас живу, стою рядом с любимым.
К нам подошли правители и извинились перед родом, пообещали всячески мне помогать и беречь всех, кто придёт после меня.
Было жаль, что я не могу к ним прикоснуться и услышать. Но увидеть их счастливыми, уже немало. Они все там вместе. С туманом они исчезли, оставив на сердце лёгкую грусть.
— Алитея, я хочу исполнить и твоё второе желание, — с кончиков пальцев ко мне сорвались тысячи золотистых искр и окутали меня, впитались в тело. Магия потекла по венам, наполняя светом и силой.
— Пустой сосуд возможно наполнить. Теперь ты артефактор. Пятого уровня. Я надеюсь, что ты принесёшь много хорошего в этот мир. А сейчас…
Она взмахнула рукой, и мы все оказались на дворцовой площади. Точнее богиня, я с Дамиром, Вилианом и правителями на балконе дворца, а все остальные на площади внизу. Жители, не ожидавшие такого появления, вскрикнули и выронили ношу. Увидев богиню, падали на колено, склоняя голову.
— Жители Ахора, столицы плодородных земель Дестаса, приветствуйте ваших новых правителей, истинную пару: Дамира и Алитею. Род лиловых ирбисов вернулся в ваш мир. Храните их и идите за ними. Я прощаю вашу слабость сердца, и дарую возможность обрести истинную пару. А пустошь Давитии с этого момента вновь станет плодородной.
Секундная звенящая тишина взрывается криками и хлопками. Богиня довольно улыбнулась и повернулась к нам:
— И третье желание я исполню твоё, Дамир. Пусть так и будет, — и с этими словами она исчезла, а на наших руках (у меня левой, а у Дамира правой) появилась золотая брачная вязь.
— А что ты загадал?
— Что я, влюблённый мужчина, обретший истинную пару, и получивший в дар вторую ипостась могу хотеть? — я пожала плечами, теряясь в догадках.
— Шестерых детей, конечно, — он меня поцеловал, и народ ещё громче закричал нам. Но смех правителей и вредного дракона я услышала.
— Шесть?!
— А что? Три мальчика и три девочки — всё по-честному, — и мой испуг тонет в нежности поцелуя.
Конец