ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНО! ПОЖАЛУЙСТА, УВАЖАЙТЕ ЧУЖОЙ ТРУД!

Данная книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предназначена только для предварительного ознакомления! Просьба удалить файл с жёсткого диска после прочтения. Спасибо.

Переведено для группы: The House of Fantasy Love

Переводчики: inventia, Craid

Редактор: inventia

Русифицированная обложка: inventia

Просыпаться с похмельем от текилы — отстой.

Райли Портер застонала. Она умирала… вероятнее всего. Всё тело ныло, в голове стучало, живот свело, а глаза болели так, словно кто-то воткнул в них тупое лезвие. Возникало ощущение, что всю ночь Райли познавала чудо под названием текила, а теперь оказалась в яме боли.

Жужжание потолочного вентилятора напоминало скрип гвоздя по школьной доске, но лёгкий ветерок приятно обдувал разгорячённую кожу. Райли сглотнула, поморщившись от того, как пересохло в горле. Горький привкус во рту был отвратительным. Вода. Ей нужна вода. Нет, ей нужно проблеваться.

Поскольку она не чувствовала своих ног, ни то, ни другое сделать не могла. Хреново, потому что все чувства были приглушены едким запахом текилы, и она больше не могла этого выносить.

Она расплывчато начала вспоминать. Музыка. Танцы. Смех. Хлопушки. Мохито. Рюмки. Стая Феникс устроила вечеринку по случаю дня рождения одного из своих волков.

Когда полгода назад она присоединилась к стае Феникс в поиске убежища с двумя маленькими одиночками, Райли и подумать не могла, что альфа может ей предложить остаться здесь навсегда. То, что они приютили Саванну и Декстера — неудивительно, ведь дети чрезвычайно милые. Но Райли — одиночка, ворон-перевёртыш, которая отказалась объяснить, почему не жила в стае. Несмотря на это, и то, что ни приняла и ни отвергла предложение остаться в стае, они всё равно относились к ней, как к своей… ну, большинство из них.

Судя по обрывкам воспоминаний, которые всплывали в голове, вечеринка была весёлой, но большая часть была как в тумане. Боже, она ненавидела текилу.

Пока каждая часть тела болела, и Райли казалось, что смерть всё ближе, она ненавидела всё. Кроме анальгина. От жизни сейчас ей нужен только анальгин. Или может заползти куда-то и там сдохнуть.

Подняв тяжёлые веки, Райли поморщилась, когда солнечный свет ударил в глаза. Он проникал сквозь стеклянные балконные двери, отбрасывая тени на гладкие стены из светло-кремового песчаника.

Было чертовски неожиданно обнаружить, что стая Феникс обитает в модернизированном пещерном доме. Это место напомнило Райли гигантскую колонию муравьёв со всеми туннелями и этажами. В пещере сделали множество спален, и именно эта была похожа на роскошный отельный номер с бархатным ковром, современной мебелью, кроватью с балдахином и роскошным постельным бельём.

Кстати о постельном белье… она поняла, что чёрное пятно на подушке — тушь. А значит, что та размазана у неё по всему лицу… чудесно. Райли неуклюже потянулась за телефоном на прикроватном столе, намереваясь посмотреть который час. Где, чёрт возьми, её телефон? Наверно, в канаве, рядом с её достоинством.

Вот, именно поэтому она была одна.

Зато, благодаря тому, что напилась, она проспала всю ночь. А это случалось крайне редко, благодаря близкой подруге бессоннице.

Райли медленно приподнялась и застонала, когда острая боль пронзила голову. Она собиралась как-то сделать невозможное и встать, чтобы найти болеутоляющее. Она сделала глубокий вдох, сморщив нос, когда уловила что-то ещё под ошеломляющим запахом текилы… Что-то, что не должно тут быть. Какого?..

Она застыла. Боже, нет. Нет. Даже напившись, она не могла так ступить. Поджав губы, чтобы сдержать рвоту, Райли неуклюже перекатилась на другой бок. Волны тошноты накрывали всё сильнее, но она была больше зациклена на факте, что… Да, она ступила. Доказательство спало рядом с ней на животе, пахло сексом и фирменным ароматом — пряностями, тёплым яблоком и древесным дымом. Бог мой, она осмотрела шесть с половиной футов упругих мышц, оливковую кожу и обнажённый торчащий член.

Тао Лукас — глава стражей стаи.

Райли закрыла глаза, молча проклиная себя, когда на неё нахлынули воспоминания. О да, теперь она всё вспомнила — и как его член растягивал её, как зубами Тао впивался ей в шею, а языком сплетался с её. Вспомнила, как она яростно кончила и расцарапала его шею и плечи, пока он в неё вбивался. Она открыла один глаз и поморщилась при виде своих меток на его гладкой коже и царапины на татуировке, выбитой на лопатках

Чёрт, это плохо. Хотя Райли не возражала против отношений на одну ночь — перевёртышам нужны прикосновения, в том числе и сексуальные — у неё были стандарты, верьте или нет, но она, по крайней мере, требовала, чтобы парень, с которым спала, ей нравился. Тао хотел её, мог даже вести себя по-собственнически, но она ему не нравилась. И да, это раздражало. Его поведение, возможно, не беспокоило бы, не застрянь она в тисках порочной, чувственной потребности с тех пор, как они впервые встретились. Её ворон хотел Тао с первобытной силой, совсем не зацикливаясь на том, что она ему не нравится. Птица была слишком заинтригована им, чтобы обращать на это внимание, что вполне объяснимо. У Тао очень воинственный менталитет; он бесстрашен, груб, готов к действию, и решителен и у него не было времени или терпения для дипломатии. Многие, казалось, находили его откровенность отталкивающей, но Райли восхищалась отказом приспосабливать суждения к умиротворению других. Ей нравились честные люди, которые не колебались.

Несмотря на всё, ей нравилось, что она проснулась с ним в постели после бурной ночи.

Ну, поскольку они были пьяны, это не считается.

Теперь надо… Лучшим решением будет разбудить его и выставить. Но ведь не было ничего плохого в том, чтобы ещё пару минут насладиться его великолепием. Невероятно сексуальный вид — ровный подбородок, выступающие скулы и широкие плечи. И вся эта упругая, загорелая кожа… Раньше она не замечала карамельные прядки, струящиеся по взъерошенным каштановым волосам, которые навевали мысли о растопленном молочном шоколаде. Спящим, Тао выглядел умиротворённым. Бодрствуя, он был постоянно настороже и внимателен. Он, как опасные сторожевые собаки, которые с подозрением смотрели на незнакомцев и рычали, говоря: «Вот только, чёрт возьми, рискни».

В первый приезд, он посмотрел на Райли с тем же отвращением. Но спустя месяц или около того, их общение изменилось. Отвращение в его взгляде сменилось чем-то другим. Что-то столь же сильное, вызывающее покалывание там, где не должно. Эта напряжённость заставила Райли немного насторожиться, потому что она очень плохо разбиралась в парнях и не всегда принимала правильные решения.

И теперь придётся разбираться с этим глупым решением. Она медленно и осторожно выбралась из постели. Комната закружилась, и боль пронзила голову, заставив Райли тихо застонать.

Веки Тао дрогнули, открывая золотисто-коричневые глаза, которые шелковистостью и блеском напоминали камень тигриный глаз. Он посмотрел ей в глаза и замер от удивления. Затем скользнул взглядом по ней, и напряжение — сильное, электрическое и обжигающе сексуальное — наполнило воздух.

Райли, наверно, стоило схватить платье с пола и прикрыть наготу, но теперь уже, казалось, не было смысла спасать честь. Этот корабль отплыл несколько часов назад.

Райли сглотнула.

— Тебе пора? — выговорила она. Нет, нехорошо так говорить, но на самом деле, существовал ли вообще способ выгнать кого-то из своей комнаты? Он медленно выгнул одну бровь, но ничего не сказал. — Давай забудем о том, что произошло, — предложила она.

— Забудем? — повторил он грубым и хриплым ото сна голосом, который немного её взволновал.

— Никому не нужно знать. Мы взрослые. У нас может быть интрижка на одну ночь, и не стоит всё преувеличивать.

Даже если ей придётся смотреть на него каждый день и вспоминать, каково это, когда он в ней. Всё нормально. Райли с этим справится. Правда.

Он с прищуром взглянул на неё.

— Хорошо, — наконец, сказал он. — Мы забудем об этом.

Его быстрое согласие разочаровало, хотя она этого и ожидала. Её ворону это тоже не понравилось.

— Хорошо, — обрубила она.

— Хорошо.

Райли провела рукой по волосам.

— Саванна и Декстер скоро придут. Тебя здесь быть не должно к моменту, как я выйду из душа.

Прежде чем он успел сказать ещё хоть слово, Райли повернулась и направилась в ванную, закрыв за собой дверь. Она, шатаясь и спотыкаясь, добралась до раковины. Очевидно ходьба сегодня не сильная её сторона. Боже, ей нужно прилечь. Навсегда.

Райли испугалась своего отражения в зеркале — тушь была везде, глаза воспалились и покраснели, а волосы напоминали птичье гнездо.

Она больше никогда не будет пить. Никогда. И на этот раз говорила серьёзно.

Порывшись в шкафчике, Райли достала обезболивающие таблетки и проглотила две, запив водой из-под крана. Снова уставившись на своё отражение, Райли нахмурилась. Откуда взялись синяки? И стоп, Тао, на самом деле, поставил ей метку? Чёрт, он, должно быть, напился в стельку.

Понимая, что только водой не смоет всю эту тушь, если только не хочет натереть кожу до красноты, Райли вытащила из пачки салфетку для снятия макияжа. Смывая тушь, Райли проклинала себя за глупость…

Дверь ударилась о стену с глухим стуком, от которого Райли подпрыгнула. Затем развернулась, отчего комната расплылась, а колени подкосились. В дверном проёме стоял Тао, одетый в джинсы с расстёгнутой пуговицей. Какое-то мгновение они просто смотрели друг на друга. Тао обладал пугающей хищной неподвижностью, излучая непоколебимую уверенность и слишком много тлеющей задиристости, чтобы Райли могла переварить… да, она знала, что «задиристость» не то слово, но оно точно подходило.

Райли махнула ему, уйти, и сухо сказала.

— Тут не на что смотреть.

Стиснув зубы, Тао пинком захлопнул за собой дверь и направился прямо к Райли, заставляя мускулы на плечах и груди восхитительно перекатываться и сжиматься.

— А теперь, если закончила нести чушь, давай поговорим по-настоящему, — прогрохотал он, положив руки по обе стороны от Райли на раковину. — Ты не хочешь забыть прошлую ночь, Райли. А хочешь её повторить. А потом ещё и ещё. Что хорошо, потому что и я этого хочу.

Хм, она может и поверила в это, если бы парень не испытывал к ней такую сильную неприязнь. У неё была гордость. Даже у ворона были возражения, несмотря на то, как сильно Райли хотела Тао.

— Послушай, было весело и…

— Было более чем весело. — Он прикусил её чувственную нижнюю губу. — Клянусь, я всё ещё чувствую твой вкус и, как ты сжимаешь мой член. Если думаешь, что я просто уйду и забуду, каково быть в тебе, вкушать и кончать в тебя, сошла с ума.

Ну, учитывая то, что это последнее, что она ожидала от него услышать, может и впрямь сошла с ума.

— Ты должен жалеть об этом.

Он скептически нахмурился.

— Жалеть?

— Ну, да

— Ошибаешься. Я не жалею и не собираюсь забывать. — Он вплотную прижался к ней. — И не дам тебе об этом забыть.

Тао сильно стиснул мрамор, сопротивляясь желанию прикоснуться, попробовать и взять Райли. Его член был такой твёрдый, что было некомфортно ходить. Что само собой разумелось. Объект его фантазий стоял перед ним, восхитительно обнажённый. Воздух шипел и потрескивал от сексуальной энергии, которая сотрясала контроль. Тао сопротивлялся желанию опустить взгляд на её прекрасную грудь.

Он хотел Райли Портер с момента, как увидел. Хотел вкусить её великолепный рот, взять в руку тёмные переливающиеся волосы и увидеть, как фиалковые глаза стекленеют, когда она кончает с криком. Хотел исследовать её сладкие, пышные изгибы и высокие груди, которые заставляли его жаждать укусить. И её фантастические губы — полные и страстные — он тоже хотел укусить. И прошлой ночью, напившись, именно это он и сделал.

Он не понимал, как случилось, что они оба оказались в её спальне, но помнил, как срывал с неё платье и бросал Райли на постель. Вспомнил ощущение её горячего и тугого лона вокруг члена, то, как она тянула его за волосы, как когтями, практически, рвала его кожу, и как пятками била по пояснице.

Лучший подарок на день рождения.

Его член болезненно запульсировал от воспоминаний.

Даже сейчас, когда желудок выворачивало, на языке появился резкий привкус, а голова болела так, будто кто-то ударил его о бетонную плиту, он больше всего хотел войти в Райли и жёстко трахнуть. Чёрт, один только её запах заводил. Смесь тёмно-красных фруктов, кокосового молока и чёрного кружева притягивала его и волка как магнит.

Вначале волку она не нравилась совсем, поскольку она всё время испытывала его терпение и отказывалась признавать чей-либо авторитет, кроме своего. Но со временем она очаровала Тао и волка и заслужила их уважение, благодаря остроумию, бесстрашию и желанию защитить детей.

— Это всего лишь грудь, Тао.

Он даже не понял, что пялился на неё всё это время. Тао посмотрел в глаза Райли.

— У тебя затвердели соски.

— А у тебя член встал.

Проклятье, он угодил прямо в ловушку.

Она потёрла висок.

— Мы можем поговорить позже? Не уверена, что сейчас в состоянии говорить.

Хорошо. Это даст ему небольшое преимущество.

— Нет, мы поговорим сейчас. Прошлая ночь не ошибка, Райли. Это всё равно бы произошло. Ты это знаешь. И я знаю. — Он провёл большим пальцем по следу от укуса, который оставил на изгибе её плеча, и волк издал мягкое, удовлетворённое рычание, наслаждаясь видом клейма. — Проклятье, ты даже не в моём вкусе.

Рассердившись, Райли выгнула бровь.

— Потому что я не надувная?

— Потому что ты — проблемная. Ты может и выглядишь невинно, но я вижу безумцев, когда на них смотрю. — Он погладил её по носу. — Ты, маленькая ворон, далеко не святая.

Она улыбнулась.

— Похоже, это самое милое, из всего, что ты мне говорил.

Тао заскрежетал зубами. Обидеть её невозможно. Наверное, это и к лучшему, потому что неразумно расстраивать ворона. Они свирепые и мстительные существа с дурным характером, и всегда рвались в бой.

Райли, казалось, трудно разгневать, но Тао знал, что, если она когда-нибудь выйдет из себя это будет ещё то зрелище. Какая-то извращённая часть Тао хотела увидеть это.

— Прошу заметить, — начала она, — ты уже говорил, что я проблемная. И не раз, кстати. Поэтому с самого первого дня ты так плохо ко мне относился.

— Да, я плохо переношу перемены и естественная моя реакция на чужаков — непринятие. Мне сложно доверять одиночкам, что, в общем-то, свойственно всем. — Большинство одиночек альфы изгнали из стай за серьёзные преступления. И одиночки обычно идут в наёмники, чтобы заработать денег и найти защиту, отсюда в частности и идёт дурная слава. — Ты не сказала, почему стала одиночкой, и это тоже не помогает. Поэтому, да, я плохо к тебе относился. Но как только убедился, что ты не причинишь вреда нашей стае, изменил отношение.

— Но так и не доверяешь мне?

— Я не могу сказать, что полностью тебе доверяю, для этого я не достаточно хорошо тебя знаю. — Тао не был уверен, знал ли вообще Райли. Она неуловима, как ртуть, и держала большинство людей на эмоциональной дистанции. — Но скажи честно, детка, кто в этом виноват? Ты неприступнее, чем Форт Нокс. — Его волка раздражало то, как мало он знал об этой женщине, которую так жаждал.

— Не всё так плохо. Я открыла, что солгала, когда сказала, что мне нужно убежище, — заметила она.

— Вообще-то, нет, — возразил он. — Ты просто согласилась, когда я сказал, что ты не из тех, кто станет прятаться. Думаю, ты так сказала только, чтобы иметь возможность поехать с детьми сюда и убедиться, что они в безопасности.

Это очевидно, учитывая, как она защищала Саванну и Декстера, и держалась бы от них подальше, если бы считала, что может подвергнуть их опасности.

— Прекрати сердито смотреть на меня, это грубо. — Она надменно фыркнула. — Похоже, не стоило беспокоиться о подарке на твой день рождения.

— Может, и не стоило. Кстати, что мне теперь делать с набором для домашнего приготовления острого соуса?

— Приготовь острый соус.

Тао успокаивающе вдохнул.

— Слишком рано, Портер. Слишком рано. — Он провёл рукой по лицу. — Клянусь, тебя послали на эту землю, чтобы испытать меня.

— Ах, бедняжка. Может, тебе стоит найти бабулю Гретхен, — сказала она, называя прозвищем стервозную бабушку альфа-самца, Грету. — Уверена, она уже погрела тебе бутылочку.

— Аккуратнее, Райли, — опасно прошептал он. — Не стоит продолжать. И не думай, что я не заметил твою попытку сменить тему. Мы не забудем о том, что случилось прошлой ночью, и это не станет интрижкой-на-одну-ночь. — Чтобы подчеркнуть это, он развернулся и зашагал в спальню.

Райли пошла за ним, схватив халат с крючка на тыльной стороне двери. Надев его, она посмотрела на Тао.

— Я имею право голоса?

— Нет, если опять будешь нести чушь. — Он застегнул пуговицу на джинсах и сел на кровать, где начал натягивать носки и обувь. — Я не позволю тебе лгать мне или себе об этом, и не позволю сказать, что ты об этом сожалеешь. Так лишь оскорбишь нас обоих.

— Я не говорила, что жалею об этом.

— Если не жалеешь, зачем тогда отступаешь?

Рассердившись, она спросила:

— Тебе какая разница? Я тебе даже не нравлюсь.

— Нет, я притворился, что ты мне не нравишься. Когда к тебе кто-то подбирается, ты закрываешься. — А Тао хотел, чтобы она поверила, что он не представляет для неё угрозы. — Я не хотел, чтобы ты отгородилась от меня.

У Райли отвисла челюсть, а ворон оказался слишком очарован.

— Ты меня обманул. Это гениальное коварство. — Райли, на самом деле, восхищалась и уважала хитрость. Её ворон символично склонился.

— Мне бы не пришлось тебя обманывать, впусти ты меня за стену, которой отгородилась от большинства людей. — «С одной стороны, Райли незамысловатая», — подумал он. Она не надевала светской маски, казалось, легко справлялась со своими недостатками и могла быть вполне спокойной… даже перед лицом конфликта. Но ей не нравилось говорить о себе, и она придерживалась поверхностных тем в разговорах. Поначалу, он думал, что она что-то скрывает, возможно, то, что может навлечь опасность на стаю. Но вскоре понял, что всё гораздо проще. — Ты подпускаешь к себе только «избранных» — сейчас это Макенна, Саванна и Декстер.

— Тогда зачем приставать ко мне?

— Потому что мне нравится эта стена, Райли. Она стоит на пути к тому, чего я хочу.

Её сердце заколотилось о рёбра.

— Я не понимаю, зачем тебе это. Как ты настойчиво заметил, я свожу тебя с ума.

— Ты умышленно выводишь меня из себя и держишь на расстоянии, — поправил он. Она бросала ему вызов. Спорила с ним. Фыркала. Высмеивала. И всё же Тао желал её больше, чем сделать следующий вдох. Она заставляла его кровь кипеть в венах. — Но больше нет, Райли.

Тао понимал, что поступает неправильно. Парень должен подходить к Райли так же, как к ворону. Вдумчиво и медленно. Без резких движений. Пытаясь выглядеть безобидно насколько это вообще возможно, как будто не собирался её ловить. В противном случае птица кинется в бой, и парень упустит свой шанс. Но у Тао просто не хватало выдержки или деликатности для такого выверенного приёма. Кроме того, дать Райли время и свободу, чтобы она сама к нему пришла, не вариант. Она потратит это время на выстраивание новой стены между ними, раздражая при любой возможности. Он этого не допустит.

Они оба замерли, когда раздался телефонный звонок. Идя на звук, он присел на корточки и достал её телефон из-под кровати, и увидел имя, которое высветилось на экране.

— Люси, — проговорил он. Райли протянула руку, стиснув зубы, и он передал ей телефон. — Хочешь рассказать, почему кто-то из твоей старой стаи тебе звонит?

— В таком случае мне не нужен был бы телефон… эй, минутку, откуда, чёрт подери, ты знаешь, что Люси из моей старой стаи?

Он надел футболку и улыбнулся.

— Малыш, ты всерьёз считаешь, что я пустил бы в свою стаю совершенно незнакомого перевёртыша, не проверив его прошлое?

Узнать, откуда Райли и информацию о прежней стае было непросто. Тао пришлось глубоко копнуть и воспользоваться связями. На это ушли месяцы, но он так и не знал всей правды.

Райли настороженно напряглась.

— И как много ты знаешь о моём прошлом?

Его улыбка стала загадочной.

— Достаточно. — И что это значит? У Райли, конечно, нет каких-то страшных тайн, но грязного бельишка хватало. Понимание, что Тао мог кое-что знать… делало её уязвимой. Открытой. — Я узнавал это не из любопытства Райли, и не для того, чтобы тебя обидеть. Хотел убедиться, что члены моей стаи и ты, в том числе, в безопасности. Конечно, мне бы не пришлось этого делать, не держи ты детали своего прошлого в секрете. — Он положил руки ей на плечи. — Я не нашёл ничего, что ты бы считала личным, только общая информация о стае. Не хочу узнавать о твоей жизни от других, а услышать это от тебя. Согласна?

Нет, не согласна, потому что Райли не понимала, о чём именно он хотел узнать. О любовниках? Интрижках? Об отношениях? Райли сглотнула.

— Что конкретно ты хочешь знать?

Тао нежно погладил её по щеке.

— Ничего серьёзного, малыш. Отношения не для меня, у меня они никогда не складывались. — Его прошлые отношения были трудными и запутанными — в большей степени потому, что он вёл себя, как кретин, и не понимал, как осчастливить другого человека. — Но мы оба знаем, что если решим закончить всё здесь и сейчас, обманем друг друга, поэтому думаю, нам стоит позволить событиям течь своим чередом. И я хочу, чтобы ты меня впустила, хоть и немного, потому что я не заинтересован в чём-то холодном и безэмоциональном. — Он внимательно за ней наблюдал, пока она, обдумывая его слова, смотрела на него.

Бесспорно, она будет спорить, но…

— Хорошо.

Он моргнул, неуверенный, что услышал верно.

— Хорошо?

Она пожала плечами.

— Мне нравится секс, и из того малого, что я помню о прошлой ночи, ты в нём неплох.

Он ожидал сопротивления, хотя бы потому, что Райли могла быть занозой в заднице, когда захочет. Реакции Райли не всегда имели для него смысл, заставляя гадать, что происходит в её хорошенькой маленькой головке. Удовлетворённый ответом, его волк расслабился. Тао же был немного оскорблён её заявлением.

— Я лучше чем «неплох».

— Серьёзно? Не заметила.

Он прищурился.

— В следующий раз, когда будешь подо мной, я тебе это докажу и ты…

Дверь в спальню открылась и двое маленьких детей ворвались внутрь, но замерли, переводя взгляды с Райли на Тао. Райли весело им улыбнулась.

— Доброе утро, ребята. — Нагнувшись, она обоих поцеловала в щёки. — Вижу, вы умылись и оделись, хорошо.

Саванна выгнула брови.

— Ты забавно пахнешь. И у тебя на лице что-то чёрное.

Хм, очевидно Райли стёрла не всю тушь.

— Знаю, и мне нужно в душ. — Её телефон опять зазвонил. — Увидимся с вами на кухне, хорошо?

Декстер неохотно кивнул, и она взъерошила копну его светлых кудрей, прежде чем отвернуться.

Тао наблюдал за тем, как быстро Райли скрылась в ванной, желая быть рядом и подслушать её телефонный разговор. Но повернулся к детям и осмотрел их. Саванна, не моргая, смотрела на него золотистыми глазами. Может, озорной гадюке-перевёртышу и четыре года, но бесстрашия ей не занимать. И она считала его врагом, что весьма понятно. Он не был дружелюбным, когда они впервые встретились. Хотя не потому, что ему не нравились дети. Тао переживал, что они могут навредить сыну альфа-пары Каю — особенно потому что Декстер не только гепард, но уже мог частично перекидываться. Правда, дети быстро очаровали Тао и, по правде говоря, он чувствовал себя кретином за то, что сначала так к ним относился.

Прочистив горло, Тао поздоровался:

— Доброе утро.

Детёныш вытянул из кармана половину раскрошенного печенья и протянул ему. Декстер барахольщик, потому одному Богу известно как долго это печенье лежало у него в кармане, но Тао всё же взял его из вежливости.

— Спасибо, малыш.

Декстер просто кивнул; он не особо разговорчив. В отличие от Саванны — двухлетняя девчушка напала на Тао.

— Почему ты в комнате Райли? — подозрительно спросила Саванна, склонив голову, отчего косички карамельного цвета закачались.

— Кое о чём с ней разговаривал. Почему бы вам не пойти и подождать её на кухне? Могу поспорить, Грейс уже приготовила завтрак. — Но Саванна продолжила на него таращиться, не моргая. — Я не причиню вреда Райли.

— Ты рычишь на неё. Постоянно. — Она сморщила маленький носик. — Это невежливо.

— Только потому, что она специально сводит меня… А знаешь что? Неважно. Пойдёмте-ка, позавтракаем. Райли скоро придёт.

Тао вытолкнул их из комнаты, закрывая за собой дверь. Посмотрев на него подозрительно ещё раз, Саванна взяла Декстера за руку и пошла впереди к лестнице в конце тоннеля. Невероятно проворные, ребята легко вскарабкались по чёрной металлической лестнице. Оказавшись на первом этаже, дети свернули в тоннель, который вёл на кухню, а Тао пошёл по отдельному тоннелю к своей спальне. По дороге, он не встретил никого из своей стаи, а значит, все уже на кухне.

Приняв быстрый, освежающий душ и необходимое обезболивающее, Тао оделся и направился завтракать. Когда он вошёл в кухню, желудок заурчал от вида и запаха восхитительных блюд на столе — яичница, бекон, тосты, фрукты, хлопья, печенье и соус. Грейс, повар и домохозяйка стаи, стояла у плиты, в то время как остальные члены стаи сидели за столом. Опустившись на стул, Тао положил еду себе на тарелку и осмотрел комнату. Райли ещё не спустилась, от чего он нахмурил брови. Он видел, что у большинства из стаи похмелье, особенно у двоюродного брата Райана — подростка Зака; ему разрешили выпить всего одно пиво, и всё же парнишка выглядел разбитым. В том числе и Макенна, которая накладывала еду в тарелки Саванны и Декстера, казалось, страдала от похмелья, судя по отёкшему лицу и синякам под глазами. Она хорошо знала детей, поскольку работала в приюте для одиночек, где те жили прежде, чем прийти сюда вместе с Райли в поисках убежища. Только спустя какое-то время Тао понял, что Райли вовсе не нуждалась в убежище.

Лила, ребёнок Грейс и Ретта, громко захихикала и захлопала в ладоши в ответ на что-то сказанное Каем. Почти все за столом вздрогнули от этих звуков. Джейми зажала уши ладонями, чуть не плача.

— Звук — это боль.

Данте начал массировать её виски. Бета пара чрезвычайно крепка, скорее всего, потому, что знали друг друга с детства.

— Тебе понравился день рожденья? — спросил он Тао.

Тао кивнул.

— Спасибо всем за вечеринку и подарки.

Его товарищи по стае натянуто улыбнулись, за исключением брата Джейми, Гейба. Положив голову на стол, парень лениво поднял руку, подтверждая слова Тао. Скорее всего, он хотел показать большой палец или что-то в этом роде, Тао не был уверен.

Хоуп, пара Гейба сказала.

— Надеюсь, тебе понравился торт, который мы с Грейс испекли.

— Ещё осталась пара кусков, — заметила Грета.

Маркус приподнял голову.

— Ещё остался торт? — Страж ел, что слон, как и его пара, и они оба обожали торты.

— Ты итак съел большую его часть, — пожаловалась Лидия.

Маркус кивнул подбородком в сторону Кэма.

— Он там в порядке? — Её спящая пара так глубоко осел на стуле, что, казалось, вот-вот соскользнёт с него. Лидия только пожала плечами, будто слишком устала, чтобы помочь ему.

Пока Тао разговаривал с альфами, Тарин и Треем, ожидал Райли. Она появилась только через двадцать минут, и он следил за каждым её движением. Ему на самом деле нравилось наблюдать за её походкой. От Райли исходили флюиды уверенности, достоинства и того, что к ней лучше не лезть.

Под пристальным взглядом Тао, она села рядом с Макенной. Он достаточно часто — слишком часто, на самом деле — за ней наблюдал и уже мог определить настроение, но ничего во внешности не давало и намёка на тему телефонного разговора. Рассказали ли ей плохие новости? Кого-то обидели? Попросили ли вернуться в стаю? Всё больше и больше вопросов всплывало в голове, но Тао не мог задать их прямо сейчас на глазах у всей стаи. Это её новости, и только ей решать, рассказывать их или нет. И если Тао знал Райли как считал, то она не скажет ни слова.

Райли налила себе кофе и встретилась с взглядом Тао, чувствуя, как он, буквально, прожигал её кожу с момента, как только вошла в кухню.

Взглядом она предупредила его не спрашивать сейчас о звонке Люси — но он спросит об этом рано или поздно — вот только никто и ни в коем случае не заставит Тао Лукаса делать то, чего он не хочет.

— Я больше никогда не буду пить, — заявила Тарин с закрытыми глазами. Блондинка может и миниатюрная, но альфа. У неё аура авторитета и доминантности, которую ворон Райли очень уважал.

— Я пообещала себе то же самое двадцать минут назад, — сказала Райли, покачав головой, когда Макенна предложила ей тост — желудок выворачивало от одной мысли о еде. Повернувшись к единственной женщине-стражу, она заворчала: — Нечестно, что ты так свежо выглядишь.

Рони мазала маслом свой тост.

— Я пила гораздо меньше.

— Тебя больше интересовал торт, — заметила Джейми.

Рони нахмурилась на Джейми.

— Я — пара Маркуса. Если не добраться до торта первой, ты его просто не получишь. — Маркус улыбнулся с весельем в глазах.

Джейми подняла руку.

— Девочки, думаю, стоит прямо сейчас договориться, больше никогда не прикасаться к текиле.

Макенна кивнула.

— Это для нашего же блага. — Райан заворчал, поддерживая свою пару… а может, и нет, Райли не была уверена. Большую часть времени Райан молчал, часто изъясняясь бурчанием, которое, казалось, могла понять только Макенна.

— Не обманывайте себя, полагая, что вы не нарушите это обещание, — заметил Трей. В отличие от своей пары он был чрезвычайно мощного телосложения. Хотя альфы и отличались внешне, они оба были одинаково сумасшедшими, по мнению Райли.

— Декстер, ты не можешь! — сказал Кай.

Райли перевела взгляд на детёныша-гепарда, который опять запихивал еду в карманы и рычал.

— Декстер, прошу, не делай так.

Она улыбнулась в знак одобрения, когда он положил бекон назад на тарелку.

— Спасибо. — Конечно, она знала, что он положит его в карман, как только она отвернётся.

Зак оттолкнулся от стола.

— Запах еды убивает. Мне нужна тёмная, тихая комната, где я смогу умереть. — Выходя из комнаты, он столкнулся с Триком — ещё одним стражем, который оказался более назойливым, чем даже Райли — и стукнулся с ним кулаками.

Усевшись за стол, Трик огляделся, и съязвил:

— Вы все выглядите, как актёры массовки фильма «Рассвет Мертвецов».

Тарин взглянула на него.

— Почему ты не страдаешь от похмелья?

Трик пожал плечами.

— У меня оно бывает крайне редко.

— Счастливый засранец, — сказала Райли, проведя рукой по волосам. — Хотелось бы сказать, что выгляжу лучше, чем чувствую себя, но это не так.

— Ты неплохо выглядишь, — возразил Доминик с порочной улыбкой. — Ты просто прекрасна и навеваешь мысли о фаст-фуде — я хочу взять тебя в машину и съесть.

Джейми захихикала, Тао зарычал и остальные застонали. У Доминика присутствовала идиотская черта — он чертовски глупо пытался подкатить к женщинам, которые либо в паре, либо встречались; это раздражало их мужчин, тем более что перевёртыши огромные собственники. Не считая этого, Райли считала симпатичного стража-блондина забавным.

Когда Доминик открыл рот, чтобы снова заговорить, Тао отрезал:

— Дом, не надо.

Удивлённая резкостью тона, Райли посмотрела на Тао.

— Расслабься, Фенрир[1], - сказала она, зная, что раздражает его кличкой в честь волка из мифологии.

В его глазах сверкнуло раздражение, что свирепо кольнуло ворона.

— Ты моя заноза в заднице, Портер, — прорычал он.

Райли просто улыбнулась.

— Не терпи такое поведение, Тао, — сказала Грета. Женщине не нравилась Райли не только потому, что она ворон. А ещё потому, что у Райли не было пары. Грете не нравились свободные женщины рядом с её «мальчиками» — Треем, Данте, Тао и ещё четырьмя мужчинами-стражами — и делала всё возможное, чтобы их спровадить. Тао, Трик и Доминик были без пары, поэтому Грета хотела, чтобы Райли покинула стаю. — Она ворон, ей тут не место, — пожаловалась Грета. — Она груба и неуважительна, как и те три потаскушки, — добавила она, указывая на Тарин, Джейми и Макенну.

Грета сейчас, как и прежде, когда те были свободны, им грубила. Лишь Рони как-то умудрилась обхитрить Грету и та ей импонировала и приняла, что большинство стаи находило весьма забавным.

Райли сделала ещё глоток кофе.

— Мне казалось, что раз у тебя теперь появился парень, твоё настроение улучшится.

Грета ахнула.

— Аллен не мой… мой… парень, — настаивала она, заикаясь на каждом слове. — Мы с ним просто наслаждаемся обществом друг друга.

— Верно, — протянула Райли, подмигивая. Аллен — дядя Кэма и по какой-то неизвестной причине думал, что солнце встаёт и садится вместе с Гретой. Райли изо всех сил пыталась понять, как парня может тянуть к Грете, но каждому своё.

Сжав губы, Грета прищурилась.

— Уверена, именно ты первая подумала, что он просто мною воспользуется.

Райли улыбнулась.

— Как я уже говорила, просто хочу, чтобы ты была счастлива. — Но на самом деле, хотела, чтобы Грета почувствовала себя неловко в отместку за то, что так ужасно вела себя по отношению к Саванне. Малышка лишь раз её укусила — один раз — и так, что даже не прокусила кожу, но Грета постоянно об этом вспоминала, чтобы Саванна чувствовала себя виноватой. Из-за флирта Аллена и попыток подкатить Грета, как сумасшедшая краснела… вероятно, потому, что ужасная ханжа.

— Ты могла одурачить его, но я-то вижу тебя насквозь, — прошипела Грета. — Снова и снова ты за своё.

Райли поставила чашку.

— Послушай, Гретхен…

— Я Грета.

— Плевать.

Когда Грета начала раздражаться, Макенна наклонилась к Райли и спросила.

— Ты хоть когда-то назовёшь её по имени?

— Вряд ли, — ответила Райли. Особенно учитывая, что это лёгкий способ вывести старую каргу из себя.

Саванна зашипела на Грету, на что остальные дети лишь рассмеялись. Грета театрально прикрыла руками горло и повернулась к Райли.

— Ты не можешь контролировать этого ребёнка? Она ужасно злая.

Райли вздохнула.

— Ты опять за своё?

— Полагаю, не стоит удивляться такому поведению, поскольку она берёт пример с тебя, — съязвила Грета. — Вот посмотри — ты должна о них заботиться, но пила всю ночь и не несёшь никакой ответственности ни за кого кроме себя.

Райли фыркнула.

— Дамочка, у тебя из ноздрей волосы торчат — не тебе меня судить.

Тарин чуть не подавилась едой, и Грета мгновенно обратила всю свою стервозность на альфа-самку, обзывая её одним матерным словом за другим.

— Неплохо, — Макенна улыбнулась Райли. — Но она всё же ненавидит меня больше, чем тебя.

— Правда? Блин. — Заметив, что Тао ушёл, Райли наклонилась к Макенне и спросила. — Ты могла бы присмотреть за детьми пару часов? Мне нужно кое-что уладить. — Она не стала добавлять, что собиралась покинуть территорию стаи; Макенна бы настояла, чтобы та взяла с собой кого-то для защиты, а Райли хотела, чтобы встреча была тет-а-тет.

— Конечно, — с лёгкостью согласилась Макенна. — Мне нравиться проводить с ними время. А им — забираться на Райана, будто он столб. — Да, им определённо нравилось, и он не жаловался. Не-а, бедный парень просто стоял, молчал и всё выдерживал… что было практически его обычным поведением.

Закончив завтрак, Райли сказала детям слушаться Макенну и Райана, и затем пошла по туннелям. Спустившись с горы, она побежала вниз по ступенькам, высеченным в скале, на скрытую стоянку. Где стояло несколько машин, которыми каждый мог пользоваться. Райли направилась к ближайшему внедорожнику… только чтобы найти Тао, прислонившегося к нему. Он открыл пассажирскую дверь и спросил.

— И куда мы едем?

Она вздохнула.

— Тебе ехать не за чем.

— Ты не можешь поехать одна, Райли. Никто не может. Экстремисты всё опаснее. Пару месяцев назад они были тут и требовали смерти Декстера, помнишь.

А как она могла забыть? Двухлетний малыш какое-то время жил один на улице и изо всех сил старался выжить. Никто не знал, сколько он был бездомным. Но привлёк внимание социальных служб, когда видеозапись его частичного обращения была загружена на YouTube. А ещё эти кадры привлекли внимание экстремистов — людей, выступающих против перевёртышей, которые призывали «усыпить» его, как бешеную собаку. Вместо этого социальные службы отвели его в приют для одиноких перевёртышей.

— Не смей говорить, чтобы я отвали, — сказал Тао. — Ты знаешь, я так не поступлю.

— Послушай, это не упрямство. Люси не объяснила, о чём хочет поговорить. Если это личное, при тебе она ничего не скажет.

— Скорее всего, но её чувства не важнее твоей безопасности. — Тао не сдвинулся с места, решимость читалась в выражении его лица.

Райли снова вздохнула.

— Ты можешь поехать только, если останешься в машине. Так она сможет поговорить со мной наедине, а ты убедишься, что я в безопасности. Все в выигрыше.

Он поджал губы, обдумывая.

— Хорошо, я останусь в машине.

С любопытством глядя на него, она подошла ближе.

— Ты ведёшь себя нехарактерно сговорчиво.

— Я могу сотрудничать… когда получаю то, что хочу. — И прямо сейчас Тао больше всего хотелось скользнуть на пассажирское сиденье. Жизнь хороша.

Сидя в кафе у окна, Райли барабанила ногтями по поцарапанной столешнице и смотрела наружу. Оттуда хорошо видно улицу и парковку закусочной. До сих пор не было ни малейшего намёка на того человека, с кем она договорилась встретиться. Может им стоило выбрать другое место, думала она, потирая ноющие виски. Звуки музыки в стиле кантри, шипение бифштексов и звон столовых приборов усугубляли головную боль. И винить она могла только себя.

Верный своему слову, Тао остался во внедорожнике. Гордая, как любая доминирующая женщина, она не могла не ощетиниться, когда он настоял на том, чтобы сопровождать её ради защиты, но знала, что это мудрый шаг. Группы, борющиеся против перевёртышей, вроде и не ошивались поблизости, но не все радикалы несли знамёна и скандировали чушь.

Некоторые держались в тени. Большинство, всё же, были открыто жестоки и грубы. Они требовали, чтобы перевёртышей заперли на их территории, чиппировали, запретили спариваться с людьми, ограничить только одним ребёнком на пару и поместить в реестр, как долбаных сексуальных преступников. Многие зашли так далеко, что закидывали бомбами стаи, прайды и гнёзда в попытке «сократить» численность перевёртышей.

Перевёртыши отплатили тем же — создали Движение. И те охотились на экстремистов, отвечая той же жестокостью. Они устранили множество радикальных групп и заставили оставшиеся скрываться. Люди не без причины их побаивались, но предвзятые ублюдки, похоже, не настолько умны, чтобы отступить. Это была непрерывная борьба.

Услышав звук телефона, Райли достала его из кармана — пришло сообщение от Джейми, но она его не открыла, прочтёт позже, когда…

Она вскинула голову на звон колокольчика, висевшего над дверью, когда вошли три знакомых ворона, впустив на краткий миг шум дорожного движения. Ворон, шедшая впереди, быстро осмотрела закусочную. Заметив Райли, она улыбнулась и направилась прямиком к ней. Не успела Райли подняться на ноги, как её крепко обняли.

— Ты чертовски сильная для такой маленькой женщины, — заметила Райли.

Рассмеявшись Люси отстранилась.

— Рада тебя видеть. Видеосвязь совсем не то. — У Люси миндалевидные глаза, высокие скулы и тёмные, прямые волосы — черты, которые она унаследовала от своих Истинных Американских предков. Люси жестом указала на двух мужчин позади. Как у Люси и Райли, в их волосах был лёгкий синий отблеск характерный для воронов-перевёртышей. — Хью и Дункан мои телохранители на сегодня, — сказала Люси. Будучи дочерью Альфы Стаи Экседэс она никуда не ходила без защиты.

Райли улыбнулась Бете и его сыну, а те ей кивнули. Отступив она спросила.

— Как вы?

Хью похлопал её по плечу.

— Хорошо, спасибо. Хотя сержусь на тебя за четырёхлетнее отсутствие.

Дункан скривился.

— Дома лучше. — Ему никогда не нравилось покидать территорию. — Но рад тебя видеть, Райли.

— Я тоже рада вас видеть. — Её ворон была так же им рада; она скучала по стае, особенно по Люси, близкой подруге с самого детства. Райли села за стол и жестом указала Люси на место напротив.

— Нам нужно уединиться, — сказала Люси Хью и Дункану. Мужчины сели за стол, находящийся за пределами слышимости, но им это не нравилось.

Прежде чем Райли смогла что-то сказать, появилась официантка и спросила.

— Что будете заказывать?

— Только кофе, спасибо, — ответила Райли. В любой другой раз она бы заинтересовалась меренговым пирогом под стеклянным колпаком. Но благодаря текиле, от запахов жареного мяса и лука у неё крутило желудок и совсем не от аппетита.

— И мне, — добавила Люси.

Кивнув официантка ушла, скрипя подошвой кед по неровному полу.

— Итак… каково жить с волками? — спросила Люси.

— Хорошо, наверно. Тебе бы они понравились. Они хорошие ребята.

— Но в своё время ты вернёшься домой, да? Чёрт, я обещала маме с папой не давить на тебя. По правде говоря, я тут не для того, чтобы уговорить тебя вернуться — хотя, не буду лгать, если бы сработало, я бы настояла — постоянное давление на тебя не работает. — Люси облокотилась локтями о стол. — Думаю, ты в курсе, приближается годовщина свадьбы твоих дядь. — Райли кивнула. Она уже купила им подарок и открытку, и собиралась всё это отправить. — В последний момент мои родители организовали для них сюрприз-вечеринку, — продолжила Люси. — Было бы здорово, если бы ты приехала. Дяди очень обрадуются.

Райли напряглась, мысленно чувствуя себя загнанной в угол. Как будто ощутив это, Люси отклонилась назад и дала ей больше места.

— Они скучают по тебе, Райли.

— И я по ним скучаю. — Райли обожала Итана и Макса Портер. Итан брат её матери и женился на Максе ещё до рождения Райли. После смерти её родителей, когда ей было всего четыре, дядя удочерил её и вырастил. Она поддерживала связь с ними после того, как ушла из стаи. Они очень много говорили по видеосвязи и даже иногда встречались, но она не видела их уже больше десяти месяцев. Её ворон скучала по ним так же, как и Райли.

— Вечеринка-сюрприз хорошая идея, и уверена они будут очень ей рады. — Люси улыбнулась, думая, что Райли обдумывала её предложение. — Но не думаю, что моё нахождение там это хорошая идея.

Улыбка Люси померкла.

— Почему?

— Вечеринка должна быть весёлой и захватывающей. Если я на неё заявлюсь, пробужу старые воспоминания.

— Да, но не испортишь вечеринку. Все скучают по тебе и будут рады встрече.

Райли скептически на неё посмотрела.

— Серьёзно?

— Слушай, четыре года назад, под воздействием эмоций, несколько человек винили тебя в произошедшем… на самом деле, они не хотели. Им просто нужно было найти виновного. Но они быстро поняли, что ошибались. Ширли, скорее всего, всегда будет тебя винить, но лишь из-за нежелания верить, что её сын совершил что-то дурное. Правда, я не думаю, что она на самом деле верит в твою виновность. Не полностью.

Райли не была в этом так уверена.

— Ну, ещё Синтия не очень обрадуется. Вы никогда не встречались, и она может переживать, что ты вернулась за Сойером.

Люси фыркнула и возразила:

— Если бы. Дело не в них, а в тебе и в дядях.

Пришла официантка с кофе, и, благо, от его аромата, Райли не тошнило.

Как только они снова оказались наедине, Люси подняла чашку.

— Приезжай на вечеринку, Райли, нормально погостишь выходные. Будь честной с собой и признайся, что тоже скучаешь по нас и дому. — Вытряхивая сахар из бумажной упаковки, Райли вздохнула. Так же как и её ворон, она скучала по стае, и Седоне; территория стаи — её убежище и безопасное место… до самого конца. — Только на выходные. А потом опять вернёшься сюда и будешь с волками, если захочешь.

Райли высыпала сахар в кофе и помешала.

— Не знаю, Люси.

— Я говорила с Сойером. И рассказала, что сегодня с тобой увижусь.

— И?

— Он сказал, что кто-то должен же тебя пригласить, а ещё добавил, что я не должна принять отрицательный ответ.

Ну, это неожиданно.

— Ты сказала, что его девушке это не понравится?

— Я бы не называла Синтию его девушкой. Вы с Сойером были вместе ещё и потому, что оба самые доминантные свободные вороны в стае. Без тебя Синтия самая доминирующая, и лишь этим она его привлекает. Но Синтия вцепилась в него, ибо знает, что он следующий на пост Беты. Она всегда хотела быть Бета-самкой.

Райли подула на свою чашку.

— Она знает, что ты тут?

— Чёрта с два. Если бы знала, рассказала твоим дядям только, чтобы испортить сюрприз, потому что она — сука. Я немногим сказала, переживала, что твои дяди узнают, и будут надеяться, что ты приедешь. Сойер поклялся молчать — и не нарушит обещание. — Люси поставила чашку. — Ты планировала никогда не возвращаться в Седону?

— Конечно, нет.

— Ну, если планируешь возвращаться, разве вечеринка не лучший момент? Они безумно обрадуются. Райли, тебя уже четыре года не было дома. Это долгий срок. — Диванчик из искусственной кожи заскрипел, когда Люси подалась вперёд и схватила Райли за запястье. — Пожалуйста, приезжай.

Дверной колокольчик снова звякнул. Райли посмотрела на вход и замерла, когда увидела Тао, зашедшего внутрь. Ублюдок. Он оценивающе посмотрел на Хью и Дункана, а затем сукин сын направился прямиком к ней и, не сказав ни слова, наклонился, взял её за подбородок… и поцеловал!

Шокированная этим, Райли даже не сопротивлялась и не шевелилась. Затем шок сменился гневом, и она отстранилась, готовая отругать Тао. Но когда он с предупреждением посмотрел на неё, инстинкты взяли верх. Тао без проблем устроит сцену. Хью и Дункан бесспорно вмешаются, что может привести к потасовке.

— Привет малышка. — Тао уселся рядом. — Я проезжал мимо и увидел тебя в окне. — Сделав глоток из чашки Райли, он взглянул на Люси. — У тебя всё хорошо?

Райли потребовался весь самоконтроль, чтобы не вылить ему горячий кофе прямо на голову.

— Всё отлично.

Тао почувствовал её раздражение и захотел улыбнуться. Но, вместо этого, изучал женщину, сидящую напротив. Он наблюдал за их разговором через окно, видел внимательное выражение лица Райли и умоляющее выражение Люси, и беспокоился, что она пыталась убедить Райли вернуться в стаю. Тао это не нравилось. А ещё ему не понравилось, как два самца-ворона прикасались к Райли, так что постарался проявить собственничество.

Райли, может, и не его, но Тао не желал, чтобы кто-то другой думал, будто она может принадлежать им.

— Представь нас, Райли.

Стиснув зубы, Райли попыталась отстраниться, но Тао крепко держал её за бедро. И именно от реакции тела Райли замерла. Первобытное желание свело низ живота.

— Тао, это моя подруга Люси. Люси, а это Тао — главный страж стаи Феникс.

— О, ты дочь Альф, — сказал Тао. — Райли мне рассказывала о тебе. — Он с лёгкостью лгал, и это злило. — Она говорила, что вы уже давно дружите.

Вытаращив глаза Люси ответила:

— Да. Печально и очень обидно, что она не рассказала мне о тебе. — Она перевела взгляд на Райли. — Полагаю, ты и своим дядям о нём не говорила, потому что такая мелочь уж точно не ускользнула бы от их внимания.

— И как поживают Итан и Макс? — спросил Тао. — Скучают на пенсии?

— Думаю, немного да, — ответила Люси улыбаясь. — Не считая этого, всё хорошо. Хотя они очень по ней скучают.

— Ну, учитывая, что они её вырастили, ничего удивительного.

Райли откровенно выпучила глаза. Он сказал, что узнал только «основные моменты», но откуда такие детали?

Он поставил чашку.

— Ты далеко забралась от Седоны.

— Я приехала, пригласить Райли на вечеринку-сюрприз в честь годовщины свадьбы её дядь. Ты тоже должен приехать.

— Спасибо, буду рад. — Тао сжал бедро Райли, когда она открыла рот, чтобы, скорее всего, запротестовать. Она закрыла его; поэтому он погладил её бедро в знак поощрения.

— Супер. — Она погладила Райли по руке. — Твои дяди будут в восторге, услышав, что ты встретила кого-то, даже если он и не ворон.

— Люси, — протянула Райли.

— Ты хочешь сама им сказать, понимаю. — Она сделала большой глоток кофе и встала. — Постараюсь запомнить, и не намекать им об этом; но могу забыть, если не приедешь на вечеринку.

— Это подло.

— Ага. — Выходя из-за стола, Люси добавила: — Вечеринка пройдёт в пятницу; у тебя ещё есть время подумать Можешь приехать в пятницу, и сделаешь сюрприз в сюрпризе. Затем можешь остаться на выходные. Серьёзно, Райли, они будут очень рады тебе, и будут вспоминать это целый год. — Она перевела взгляд на Тао. — Рада была с тобой познакомиться. Заботься о ней вместо меня.

Хью и Дункан попрощались с Райли, и вышли за Люси из закусочной, одарив Тао любопытным, недружелюбным взглядом. Со вздохом Райли запрокинула голову и потёрла ноющий лоб.

— Учитывая, что тебя с лёгкостью пригласили на вечеринку, которая будет проходить на территории твоей стаи, полагаю, тебя не изгоняли. — Тао это подозревал, но не мог убедиться. — Ты официально ушла из стаи? Одно дело уйти из стаи ненадолго и совсем другое стать одиночкой.

— Тао, проверь, где твой нос, а то мне кажется, что ты сунул его в мои дела.

Он улыбнулся.

— Я задал простой вопрос.

— Ты вообще много чего знаешь, и я удивлена, что ты об этом спрашиваешь.

— Не буду извиняться за то, что копошился в твоём прошлом — я сделал это, убеждаясь, что ты и остальные в стае в безопасности.

— Ты говоришь о своей стае.

Тао фыркнул, ни на секунду не веря, что она уйдёт. В стае она нашла своё место, и слишком привязалась к Саванне и Декстеру.

— Не принижай мой интеллект, Райли. Даже до того как тебе предложили место в стае, ты не собиралась возвращаться к себе. Иначе не пошла бы в приют для одиночек. Ты бы не просила Макенну помочь тебе с работой или найти квартиру. Прекращай щетиниться, я лишь спросил, ушла ли ты официально из стаи.

Зная, что он будет доставать, Райли вздохнула.

— Нет, не ушла.

Как можно более деликатным тоном он спросил:

— Что случилось с твоими родителями? — Он не смог выяснить причину их смерти. — Не мешало бы узнать подробности, раз уж я собираюсь на эту вечеринку…

Она резко вскинула голову и посмотрела не него.

— Ты не едешь на вечеринку.

— Меня пригласили. Неплохо, если я познакомлюсь с твоей семьёй.

— Ты ненавидишь чужаков.

— Нет. Зачем тратить на это время? Мне нет до них дела. В отличие от тебя. Да ладно, неужели ты заставишь ехать меня одного?

Она зарычала.

— Ты не поедешь. И я больше не буду об этом говорить.

— Я так просто не сдамся.

— А следовало бы. Моё прошлое не настолько интересное, как тебе кажется. Как и я.

Тао намотал на палец прядь её роскошных волос. Ему чертовски нравились её волосы.

— А я думаю иначе, и не узнаю наверняка, если ты не опустишь барьер. — Он наклонился и прижался губами к её уху. — Я обойду его, Райли. Просто предупреждаю, чтобы ты не удивлялась, когда я окажусь внутри

— Фенрир, иди и поковыряй между зубами своим крошечным членом.

Тао склонил голову набок.

— Знаешь… я только что понял, что впервые ты не на меня злишься. Это очень забавно.

— Ты такой засранец.

— Да, знаю. — Он достал пару купюр из кармана, положил их на стол и встал. — Пойдём отсюда, пока у тебя голова не взорвалась.

Райли встала, желая поскорее убраться от запахов и звуков закусочной, и даже не стала возражать, когда Тао взял её за руку, выходя наружу. Это бессмысленно, потому что он бы всё равно не отпустил её.

Он повёл Райли через стоянку. Как только они приблизились к внедорожнику, двери чёрного «Лексуса», припаркованного рядом с ним, распахнулись. Из машины вышли четыре человека — крупные и хорошо одетые, с суровыми выражениями лиц. От мужчин исходили мрачные флюиды, отчего её ворон издал низкий гортанный хрип.

Тао остановился, внезапно излучая угрозу.

— Какие-то проблемы? — протянул он, а его волк показался на поверхности, настороженный и готовый.

Самый высокий и худой из мужчин удивительно мило улыбнулся.

— Никаких. Меня зовут Рамон Велоз. А ты Тао Лукас, глава стражей стаи Феникс. — Взгляд глаз цвета тёмного свинца пронзил Райли. — А ты — Райли Портер. Недавно я решил узнать как можно больше о твоей стае. — Он опять посмотрел на Тао. — Я хотел бы встретиться с твоим Альфой.

Ожидание повиновения в его тоне для волка Тао стало равносильно тому, что его погладили против шерсти. От тёмного костюма в тонкую полоску до блестящих кожаных ботинок, на этом человеке написано «мафия».

— Не знаю, почему ты думаешь, что это заинтересует меня.

Выражение лица Рамона ожесточилось.

— А должно. Эта встреча необходима.

— Мой Альфа не согласится без веской причины. — И захотели бы проверить его личность и прошлое до того как даже обдумывать возможность встречи.

— Я не экстремист, если ты этого опасаешься. — Рамон пригладил рукой галстук. — На самом деле, у меня предложение твоей Альфа самке. Я думаю, она с радостью примет его.

Тао должен был признать, что заинтриговался. Хотя скрыл это.

— И что же за предложение?

— Мой брат, Дион, очень болен. Доктора никак не могут ему помочь. Мне нужна помощь целителя. Я слышал, что ваша Альфа самка сильна. Конечно же, ей хорошо заплатят.

— Что значит, очень болен?

— У него неоперабельная опухоль мозга, — спокойно ответил Рамон. — Ему осталось жить четыре месяца.

— Я сожалею о твоём брате, — сказал Тао. — Но моя Альфа самка не сможет ему помочь. Она исцеляет раны, а не смертельные болезни.

— Я слышал иное.

Тао понятия не имел, о чём говорил парень. Насколько ему известно, Тарин никогда не лечила болезни.

Рамон достал блестящую визитку из кармана и протянул Тао.

— Вот моя визитка. Передай её своим Альфам и объясни ситуацию. — Выражение его лица стало мрачным. — Не забудь передать им, насколько серьёзна ситуация, мистер Лукас. Я полагаюсь на тебя. Могу ли?

Тао взял визитку.

— Ты не член моей стаи, поэтому нет.

Рамон улыбнулся.

— Думаю, ты бы мне понравился. — Повернувшись, он сел на заднее сиденье своей машины. — Я жду с нетерпением вестей от твоей Альфа самки.

— Она не может помочь твоему брату, — сказал ему Тао.

— Посмотрим.

После этого один из людей Рамона закрыл дверь, и все трое запрыгнули в машину. Наблюдая за тем, как они отъезжали, Райли сказала.

— Ну, это неожиданно. Ты заметил, что они вооружены?

— Заметил, — ответил Тао.

— Мне не понравилось его высокомерие и уверенность в том, что всё будет, как он хочет. Он ждёт, что Тарин поступит, как он пожелает без вопросов. Думаешь так и будет? — Лично Райли так не думала.

— Очень в этом сомневаюсь. Поехали, узнаем.

Стоило Тарин лишь бросить на них взгляд, поняла, что-то не так. Нахмурившись, она выпрямилась на диване.

— В чём дело?

Другие из стаи сидели в гостиной; некоторые на огромном, громоздком диване, другие — в креслах. Как и их Альфа самка, они за одну секунду переключились с расслабленного состояния на настороженное.

Тао остановился в центре комнаты, радуясь, что Райли стояла рядом, а не села где-то.

— Когда мы выходили из закусочной «Мо», к нам подошёл человек по имени Рамон Велоз.

Выключив звук в телевизоре, Трей переспросил:

— Кто?

— Рамон Велоз, — повторил Тао.

Тарин скривилась.

— Никогда о нём не слышала.

— А он слышал о тебе, — сказал ей Тао.

Она выгнула брови.

— Обо мне?

— Его брат умирает от опухоли мозга, — объяснил Тао. — Рамон хочет, чтобы ты его исцелила. Говорит, он тебе заплатит.

Джейми, сидевшая у Данте на руках, взглянула на Тарин.

— А ты вообще такое умеешь?

— Нет. Сама в процессе могу умереть, — ответила Тарин.

— Даже если бы могла, разумнее этого не делать, — сказал Ретт, подключаясь к системе в своём ноутбуке.

— Я слышала о целительнице, которая помогала людям за деньги. Люди выстроились в очередь, что для неё стало очень прибыльным, но настолько ослабило, что она сама серьёзно заболела. Но люди не остановились, мучая её просьбами помочь.

— Что ты ему сказал? — спросил Трей Тао.

— Что она не может помочь, — ответил Тао. — Он мне не поверил. Кто-то сказал ему, что Тарин в состоянии помочь, и их словам он, похоже, верит больше. Он ждёт твоего звонка. — Он передал визитку Рамона Данте, а тот Трею.

— Я позвоню, — начал Трей. — И скажу, что мы ничем не можем помочь.

— Чёрт, — выругался Ретт.

Трей нахмурился.

— Что?

— Рамон Велоз, — сказал Ретт, не отрывая глаз от экрана ноутбука. — Парень якобы наркобарон. А ещё подозревается в причастности к контрабанде оружия, торговле людьми и проституции. Хотя полиция не смогла ничего ему предъявить. — Он замолчал что-то печатая. — У него есть брат, Дион; работает на Рамона и подозревается в совершении нескольких убийств.

Тарин выгнула бровь.

— Ну, теперь я не чувствую вину от того что не могу помочь.

Данте, барабаня пальцами по бедру Джейми, сказал:

— Этот Рамон может стать проблемой, если проявит настойчивость. Такие, как он, не любят отказы.

— Мне плевать, чего он хочет, — сказал Трей с суровым выражением лица. — Тарин не может ему помочь. Всё просто.

Джейми перевела взгляд с Тао на Райли.

— А что вы, ребята, делали в закусочной «Мо»? Это что свидание? Скажите, что это было свидание.

Райли закатила глаза на маленькую сваху.

— Я встречалась кое с кем из моей стаи.

Народ молча обменялся взглядами.

— Ты не сказала из прежней стаи, — отметил Трей.

— По правде говоря, я никогда её официально не покидала. И никогда не говорила, что покинула, — напомнила она Трею.

Мгновение спустя Трей сказал.

— Верно. Что за стая?

— Стая Экседэс из Аризоны.

— Я слышал о ней, — сказал Трей. — Ты возвращаешься?

— Только на выходные. Альфа устраивает вечеринку-сюрприз для моих дядь, и я хочу быть там.

— Ты говоришь о них с любовью в голосе, — сказал Данте. — И всё же не живёшь в стае. Почему?

Не желая вспоминать прошлое, Райли колебалась. Но эти люди добры к ней, напомнила она себе. А ещё терпеливы, когда все эти месяцы она отказывалась говорить. А что важнее всего, они хорошо относились к Саванне и Декстеру. Она могла рассказать им правду. Кроме того, намного легче говорить об этом, пока Греты, Зака и малышей не было в комнате. Грета отпускала ехидные замечания, и эта история только расстраивала молодых членов стаи.

— Я хорошо ладила с большинством детей в стае, но моими близкими друзьями были Люси и Уэйд. — Райли облизнула губы. — К сожалению, Уэйд один из тех, которым суждено было всю жизнь снова и снова испытывать эмоциональные травмы. Он был чрезвычайно чувствителен, поэтому все переживания для него стали чересчур глубокими. А ещё он был тонкокожим и интровертом, что делало его социально нуждающимся. Вдобавок ко всему, он был самым покорным вороном в стае… особенно покорным для самцов. Так он стал мишенью для подтруниваний. Взрослея, я большую часть времени защищала его от других, в основном от его кузена Алека.

— В моей прежней стае тоже был такой парень, — вставила Тарин. — Остальные волки превратили его жизнь в ад.

— Многие дети в стае поступали так же, — сказала Райли. — Взрослея, Уэйд не набирал силы, а становился всё более замкнутым, пока вообще не прекратил говорить со мной или Люси. Почти постоянно он сидел в своей комнате, играя в видеоигры. Мы подозревали, что он находился в депрессии, и рассказали его маме об этом, но она это проигнорировала. Однажды на вечеринке — это был двадцать первый день рождения Алека — почти все подростки нашего возраста были там — ни родителей, ни Бет, ни Альф, ни стражей; только группа подростков, отмечающих то, что теперь они официально могли пить. Я должна была встретиться с Люси там, но не могла её найти. Музыка звучала очень громко, поэтому я пошла на кухню, чтобы позвонить. Я даже не успела набрать номер, когда услышала кое-что.

— Что именно? — спросила Джейми.

— Выстрел. — Райли тяжело сглотнула. — Я не знаю, где Уэйд взял пистолет, но он пришёл с ним на вечеринку и убил там всех. Всё случилось так быстро. Следовало бы перекинуться и улететь, но я услышала, как кто-то выкрикивал имя Уэйда, и подумала, что он явился на вечеринку — поэтому замерла, гадая, что могу сделать и чем помочь. Мне и в голову не пришло, что именно он стрелок. До тех пор, пока он не зашёл на кухню. Его глаза… были пусты. Ни гнева, ни жажды мести. Клянусь, у меня кровь застыла в венах. — Райли замолчала, удивлённая тем, что Тао сжал её руку. — Я пыталась убедить Уэйда опустить пистолет, просила не стрелять. Он нахмурился и посмотрел на меня, будто я псих. Затем просто сказал, что никогда не причинит мне вреда и вышел через заднюю дверь. Вскоре подоспела помощь, но к тому моменту Уэйд уже перекинулся и улетел в горы.

— Они выследили его? — спросил Трик, подаваясь вперёд.

— Бета, Хью, нашёл его труп через пару дней, — ответила Райли. — Скорее всего, он умер от обезвоживания. Так считал Хью. Он мог бы выжить, оставаясь в облике птицы, но, мне кажется, он хотел умереть.

Макенна обняла себя руками.

— Боже, это ужасно.

— Есть кое-что ещё. — Тао чувствовал это. — Я мог бы понять, если бы ты ушла из стаи сразу после этого, но не четыре года назад. Случилось что-то ещё.

Она почесала затылок.

— Многие горевали. Они потеряли сыновей и дочерей. И хотя радовались, что я осталась жива…

— Возненавидели тебя за это, — закончила Макенна.

Райли пожала плечом и спросила:

— И не нам их винить. Они же хотели, чтобы именно их ребёнок выжил, это понятно. Но мать Уэйда, Ширли… ну, не хотела принять то, что сделал её сын. И знаете что? И это мне понятно. Но она зашла слишком далеко — обвинила меня в том, что я подвела Уэйда к этому. Будто я воспользовалась его депрессивным состоянием и заставила поступить против природы.

Джейми ахнула.

— Это безумие.

— Она говорила очень убедительно. Я же единственная выжившая. Почему он застрелил всех, кроме меня? С её слов я привела туда Уэйда и наблюдала за тем, как он всех убивал, а потом помогла ему сбежать. Скорбящие родители — большинство из них — обозлились, и захотели поверить в это. Им нужен был человек из плоти и крови, которого можно во всём винить. Вороны чрезвычайно заботятся о своих детёнышах… это у них в крови. Гибель детей подкосила многих, заставив родителей считать, что те подвели ребят. Им нужен был козёл отпущения, кто-то на кого можно всё свалить. Я опасалась, что дойдёт до того, что кто-то, наконец, решит поверить ей, поэтому ушла до того, как будут произнесены слова, которые не должны быть произнесены. — А ещё потому, что ей нужно было время и покой, чтобы справиться со своим горем. — Я всегда мечтала немного попутешествовать. Большинство пернатых так делает.

Доминик склонил голову и спросил.

— Почему ты не вернулась? — Было непривычно видеть его без его обычной озорной улыбки.

— Каждый раз, стоило об этом подумать, мысль казалась неправильной, — ответила Райли.

— Естественно, — вставила Тарин. — Поскольку территория стаи — убежище. А то событие всё испортило. И ты, бесспорно, чувствовала себя преданной теми, кто должен был всегда тебя защищать. Я бы тоже не хотела возвращаться. — Она вздохнула. — Ты уверена, что хочешь вернуться, пусть даже на выходные?

Райли кивнула.

— Пора.

После минутного молчания Тарин спросила.

— Когда уезжаешь?

— В пятницу.

Макенна скривилась.

— А ты не можешь поехать в субботу?

Райли нахмурилась и обеспокоенно посмотрела на Макенну.

— А в чём дело?

— Путешествия в пятницу к неудаче, — проницательно сказала Макенна.

Райан закрыл глаза, вздыхая. Макенна чрезвычайно суеверная и видела знаки везде. Райан напротив, очень практичный и верил, что суеверия нелогичны.

— Жаль, — сказала Райли, подавляя улыбку. — Вечеринка в пятницу.

— Я напишу Шайе и спрошу можно ли взять частный самолёт у приятеля Ника, — сказала Тарин, говоря про Альфу стаи Меркурий. Стаи очень близки, учитывая, что Рони была изначально волчицей стаи Меркурий, и поэтому они с Маркусом жили на две стаи. — Мы так уже делали пару раз, — добавила Тарин. — Где в Аризоне живёт стая?

— Седона.

Трей потёр подбородок.

— Вопрос… кого возьмёшь с собой?

Райли нахмурилась.

— Мне не нужно сопровождение.

— Мы не ходим поодиночке, — сказал Трей. — Ты это прекрасно знаешь.

— Меня пригласили, — объявил Тао. — Люси сказала, чтобы и я приехал.

— Ах, ну, тогда ты поедешь, — сказала ему Тарин.

Качая головой. Райли повторила.

— Мне, правда, не нужна защита.

— Как Трей и сказал, мы никуда не ходим поодиночке, — произнёс Данте. — Воронам не понравится, что на их территории будет чужой волк. Тао — глава стражей, и на это положение обращают внимание, заставляя любого очень неохотно связываться с ним.

— Как насчёт Кая? — спросила Райли. — Тао его телохранитель.

— И я отношусь к этой должности очень серьёзно, — заметил Тао. — Но кто-то другой может подменить меня на несколько дней. Ты не можешь поехать без защиты, и прекрасно знаешь, что я не стану сидеть, сложа руки, пока ты уедешь с нашей территории на выходные. Вообще непонятно, почему мы тратим время на обсуждения.

Повернувшись к нему полностью, Райли сложила руки на груди.

— Люси, может, и пригласила тебя, а я нет.

Тао беззаботно пожал плечами.

— Это не меняет факта, что я еду.

— Скажи честно, как много из этой истории ты уже знал?

— Большую часть, — признался он. — Я не знал, что ты была там во время стрельбы, и что хоть кто-то мог подумать повесить всю вину на тебя, но знал про то, что он стрелял.

Трик нахмурился на Тао.

— Ты знал… и не сказала нам?

Тао снова пожал плечами.

— Райли должна решать, когда рассказать.

Доминик выгнул бровь.

— Значит, для тебя нормально знать правду и молчать?

— Я узнал её прошлое из-за необходимости убедиться, что все — включая Райли — в безопасности от него. И не собирался превращать историю в повод для сплетен; Райли этого не заслужила. — Тао повернулся к ней. — Кто-то должен поехать с тобой. Я хочу, чтобы ехал я. Если ты этого не хочешь, я останусь.

— Правда? — спросила Райли.

— Нет, подумал, что будет мило сказать это.

Она изо всех сил старалась сдержать улыбку, но понимала, что губы дёрнулись.

— Мы закончили. — Райли могла спорить сколько угодно, но это ничего не поменяло бы. Упёртый волк не сдастся. — Где дети?

— Пекут печенье с Грейс и Лидией, — ответила Макенна. — Со мной им стало скучно. — Она надула губы, что рассмешило Райли. Всем членам стаи нравилось проводить время с детьми, но Макенна всегда хотела этого больше всех.

Райли вышла из гостиной и пошла по тоннелям, пока не пришла в просторную и современную кухню.

Саванна, чьи руки были в тесте, подняла голову и улыбнулась.

— Райли, смотри, мы делаем печенье.

— Круто, хочу помочь. — Райли провела остаток дня с ними, готовя печенье, рисуя картинки и бегая у реки.

Позже тем же вечером она проводила детей в их маленькую спальню, улыбаясь, вдыхая ароматы детской присыпки, свежего белья и цветных карандашей. То, что однажды было простой комнатой для гостей, сейчас стало детской. На стенах висели красочные плакаты с мультяшными героями, книги сложены в нише в стене пещеры, а бумага, цветные карандаши и книжки-раскраски разбросаны на маленьком столе.

Как обычно, она помогла детям переодеться в пижамы, а затем включила лампу в шкафу и оставила дверь приоткрытой. Саванна схватила плюшевого волка из забитой игрушками коробки, а Декстер выбрал маленькую красную машину, прежде чем забраться в кровати. Райли накрыла детей одеялами, а затем опустилась на колени на ковёр между кроватями.

— В пятницу мне нужно уехать на несколько дней.

Лучше сказать им сейчас, чем они услышат об этом от кого-то другого. Они впервые разлучатся с момента как встретились в приюте, и Райли подозревала, что будет сложно.

Саванна сильнее прижала к себе плюшевого волка.

— Уезжаешь?

— Всего на выходные. Это недолго.

— Зачем? — спросил Декстер, тихим и обеспокоенным голосом.

— Я еду повидаться с моими дядями, — ответила Райли. — В честь них пройдёт вечеринка, и я хотела бы там быть.

— Мне нравятся вечеринки, — заявила Саванна. — Я могу поехать?

Райли печально ей улыбнулась.

— Не в этот раз, милая.

Саванна надулась.

— Ты же не поедешь туда одна? Тарин говорит, что нам нельзя ходить одним.

— Тао поедет со мной.

Саванна свела брови.

— Но он плохо к тебе относится.

— А я к нему.

Саванна захихикала.

— Я тоже.

— Ты вернёшься? — спросил Декстер, играя машинкой.

Райли кивнула и уверенно ответила:

— Да.

Ребёнок продолжал на неё смотреть.

— Обещаешь?

В груди заныло от его мольбы.

— Обещаю, — поклялась она. Вот и ответ на вопрос о том, насколько тяжело будет им и Райли, если она навсегда покинет Стаю Феникса. Это было бы мучительно.

Она любила детей с того момента, как Декстер предложил ей чёрствое печенье, а Саванна коснулась её волос, казалось, загипнотизированная цветом. Обычно люди опасались воронов, но дети не проявляли такой насторожённости. Только любопытство и одиночество, с которыми она могла справиться. У Райли была с ними такая связь, которой не было ни с кем кроме дядюшек.

Уложив детей, Райли тихо закрыла дверь их спальни и направилась к себе. Боже, она так устала. Зверски устала. Но для Райли существовала большая разница между устать и хотеть спать. Она могла быть абсолютно вымотана и очень нуждаться в отдыхе, но это не означало, что уснёт. Часто она лежала часами, смотря в потолок и надеясь уснуть, но сон так и не приходил. С самого детства она страдала спонтанной бессонницей, и Райли вроде как привыкла к этому. Но бесило всё так же.

И раз сейчас Райли спать не хотела, решила не отправляться в кровать. Вместо этого она разделась и вышла на балкон. Широко раскинув руки, она перекинулась. Кости затрещали и ломались, пока тело сжималось, и ворон вырвался на свободу. Птица встряхнула телом, укладывая перья, затем широко раскинула крылья и взмыла вверх.

В пятницу днём Тао с сумкой на плече вышел из своей комнаты, к ждущему его Данте. Заперев дверь, Тао поздоровался:

— Привет!

— Отвезу вас в аэропорт, — сказал Данте.

Тао кивнул в знак благодарности. Друг Ника как раз улетел на частном самолёте, а значит, Тао с Райли полетят простым рейсом.

— Заберу Райли, и встретимся внизу.

— Знаешь… может, за эти выходные разрушишь её барьер? И не пытайся говорить, что не хочешь её. Не надо лгать. Можешь спорить о чём угодно, но между вами такая химия. Как в момент предварительных ласк. Так забавно наблюдать, как вы кружите друг вокруг друга, словно осторожные хищники. Если хочешь знать правду, думаю, что она тебе подходит, как и ты ей.

Учитывая, что Бета силён в контроле и требовал уважения, Тао удивило, что Данте проникся к Райли теплотой. Та жила по собственным правилам и сопротивлялась всем попыткам контроля.

— Не ожидал, что она тебе понравится.

— Почему?

— Она импульсивна, её не заботят авторитеты, и её ворон продолжает плевать на Грету.

Во взгляде Данте плескалось веселье.

— Вороны очень мстительны, а Грете нравится донимать Райли. Думаю, её ворон просто платит тем же.

Тао фыркнул.

— Без разницы. Встретимся на парковке. — Перекинув сумку с вещами в руку, Тао пошёл по туннелям.

За последнюю пару дней он не часто видел Райли — работал допоздна и охранял территорию по периметру. Так что они виделись только вечером за ужином. Он намеренно садился с ней рядом, прижимаясь бёдрами к её бёдрам, и при возможности играл с её волосами — едва различимый собственнический жест, который заметили все.

Подойдя к её комнате, он постучал в дверь. Она открыла, выглядя уставшей. Он не удивлён, потому что однажды услышал, как она рассказывала Макенне, что страдает от бессонницы.

— Собралась?

— Да, — ответила она. — Возьму сумку и… что ты делаешь? — Она нахмурилась, когда он вошёл в комнату, и захлопнул за собой дверь.

— Нам нужно прояснить кое-что. Первое, я знаю, что ты предпочла бы поехать одна, но знаешь, что это плохая идея. Ты бы не захотела, чтобы я находился за пределами нашей территории, как и я не хочу, чтобы ты была там.

— Не будь так уверен.

— Поэтому давай отложим разногласия в сторону, и попытаемся сделать так, чтобы этот визит прошёл спокойно для тебя и твоих дядей.

Она провела языком по внутренней стороне щеки.

— Хорошо.

— Окей. И ещё одно — где мои часы, Райли? Они были на мне вчера утром.

Она надменно выгнула бровь.

— О, ясно. То есть, раз вороны любят собирать всё блестящее, ты решил, что я их взяла?

— Нет, я думаю, ты взяла их, потому что взяла. Ты всегда крадёшь мои вещи. — Он указал на айпад на столике, доказывая свою правоту.

— Одолжила! Я одалживаю твои вещи.

— Без моего разрешения, а значит крадёшь.

— Ты придираешься к деталям.

Приблизившись к ней, он прорычал.

— Тебе всегда нужно быть такой занозой в заднице?

— Тебе нужно научиться контролировать гнев. Восемьдесят восемь процентов мужчин с тяжёлым характером страдают высоким давлением и рано умирают.

— Это не так.

— Но могло бы быть.

Он на минуту закрыл глаза, чтобы успокоиться. Райли постоянно приводила статистические данные. Он не знал почему, как и не знал, почему она украла его рубашку. Райли просто это делала.

— Я больше не могу. Разговор окончен. — Открыв глаза, он посмотрел на метку, которую оставил на её шее. — Как быстро она сошла. — Его волку это не нравилось. По правде говоря, Тао тоже.

— Я быстро исцеляюсь.

Намёк на самодовольство в её тоне заставил волка зарычать.

— Ох, правда? — Тао прижал Райли к стене. — Тогда придётся с этим разобраться.

Чётко понимая, что он намеревался сделать, Райли схватила его за руки.

— Даже не… — Он провёл языком по её сжатым губам. Райли сопротивлялась. Всего лишь три секунды. Затем похоть пробудилась глубоко в её естестве, поражая силой, и тело взяло верх.

Тао скользнул в её рот языком, застонав, когда экзотический вкус проник в систему. Он вызывал привыкание как любой наркотик; Тао не мог им насытиться. Не мог остановиться. Он жёстко целовал Райли, упиваясь и поглощая её. Он запутал пальцы в её восхитительных, шелковистых волосах и потянул. Она застонала, так сильно хватая его за предплечья, что он почувствовал проколы от когтей. Он хотел облизнуть и укусить её за шею, хотел попробовать на вкус, но никак не мог перестать её целовать. Его член затвердел, желая большего. Нуждаясь в Райли. И когда она потёрлась о его член и застонала, он подумал, что мог просто взорваться.

Где-то на задворках разума Райли запаниковала. Он сейчас делал то, что и в ночь, когда они напились — то, что она подозревала, сделает Тао, если они когда-либо поддадутся сексуальному напряжению, которое витало между ними — брал контроль в свои руки, будто это его право. В каждом движении языка, в каждом прикосновении к волосам, в каждом вздохе чувствовалось собственничество. Это пугало, но страх был заглушен похотью, которая кипятила кровь и игнорировала рациональные мысли.

Его рот чистая проклятая магия, пока Тао поглощал и доминировал. Райли выгнулась к нему, тёрлась об него, как кошка во время течки. С рычанием он расстегнул её ширинку, засунул руку в трусики и проник пальцем в лоно, отчего застонал.

— Ах, детка, ты вся влажная. Стой смирно.

Он жёстко и быстро начал толкаться в неё пальцем, прижимаясь ртом к её рту, чтобы ощутить вкус каждого стона. Когда её сердцевина начала трепетать и напрягаться, он погрузил в неё второй палец и впился зубами в место, где под кожей бился пульс. Райли сильно кончила. Его член дёрнулся от зависти, и Тао стоило больших усилий не поднять её и не погрузиться в тело.

Немного смущённая тем, как легко и бесстыдно она ответила на его ласки, Райли всё ещё не открывала глаз.

— Теперь можешь убрать руку.

Он мог, но ощущение, как внутренние стенки сдавливают пальцы в послеоргазмическом наслаждении, было слишком хорошо, чтобы отказываться. Вместо этого Тао лизнул свою метку.

Мужское удовлетворение пронзило его, усиливая потребность, которая опалила так же, как горячее лоно пальцы. Чувство собственничества, которое он уже ощущал, казалось, нарастало внутри, пока не заполнило каждую его частичку. Тао подумал, что должен переживать из-за этого, но ему было сложно думать, когда запах её желания щекотал чувства. Он неохотно убрал руку, почти застонав, когда её тело сжало его пальцы, пытаясь удержать внутри.

— Посмотри на меня, Райли. Открой глаза. — Она посмотрела на него затуманенными глазами, и он почти опять ввёл в неё пальцы. — В следующий раз, я на этом не остановлюсь. — Это предупреждение и обещание. — Я трахну тебя любым доступным способом. А затем повторю.

Её не радовал трепет в животе от его слов.

— О, правда?

— Правда. Я отпускаю тебя только потому, что нужно ехать. Но после сегодня, это тело моё. — Райли опасно прищурилась. Странно, но от её гнева его член стал ещё твёрже.

— Оно так-то моё. Я вот насчёт того, позволю ли я тебе им воспользоваться… — Она пожала плечами. — Тебе везёт, что в джинсах ты прячешь отличный член.

Он с улыбкой смотрел, как она пошла, взять свои вещи.

— Я вытрахаю из тебя это высокомерие Райли, поверь. — Она одарила его тяжёлым взглядом.

— Ох, Тао, тебе надо надеяться, что никогда не окажешься в огне, потому что я расслаблюсь и достану маршмеллоу, а не помогу тебе.

Он со смехом забрал сумку с вещами из её руки и зашагал к двери.

Ожидая в терминале у выхода, Райли прислонилась к окну, наблюдая за траками с багажом, наземной командой и самолётами, мчащимися по взлётно-посадочным полосам. Рядом с ней Тао лениво листал газету, и она сомневалась, что он вообще её читал. Остальные сидели, откинувшись в креслах, читая и болтая, коротая время.

Некоторые, однако, проводили время, глазея на Тао — один человек, в частности, даже не скрывала этого. Разъярённая ворона Райли агрессивно замахала крыльями на маленькую сучку. Она весьма собственническое существо и чувствовала ревность к мужчине, который отметил её. В этом ничего особенного.

Райли повела плечом, которое затекло от того, что она несла сумку. Тао неоднократно выхватывал багаж, но Райли продолжала возвращать сумку только для того, чтобы задеть его. По правде говоря, быть в аэропорту с Тао было не так уже и плохо. Она привыкла, что её толкали, наступали на ноги, или же брызгали парфюмом прямо в лицо, как только она входила в дёти-фри.

Никто не встал у Тао на пути, наоборот, расступались перед ним, следовательно, и перед ней. Единственный минус того, что он рядом — её либидо никак не могло успокоиться. Чёртов укус, казалось, зудел так же, как и её естество.

Воспоминание того, что случилось в комнате, повторялось снова и снова. Райли не могла поверить, что так сильно кончила только от его пальцев; это было почти унизительно.

Уловив движение боковым зрением, она заметила, что блонди-гляделка повернулась к Тао. Низкий гортанный звук вырвался из горла Райли прежде, чем она смогла его остановить — предупреждение исходило от ворона и заставило Тао вскинуть голову. Он огляделся в поисках угрозы, одарив блондинку всего лишь быстрым незаинтересованным взглядом. От этого Райли стало немногую лучше.

— В чём дело? — спросил он. Его мятное дыхание обдувало лицо, смывая множество духов, одеколонов и выпечки, которые казались нападением на чувства.

— Моя ворона на пределе, — тихо сказала она.

Тао расправил плечи.

— Понимаю.

Райли почти улыбнулась; Тао всегда, казалось, было неуютно в окружении людей. Это почти мило.

— Что тебя так сильно раздражает в людях? Не только предубеждения.

— Мне не нравится то, что я не понимаю, и сейчас я не понимаю людей. Они делают чертовски глупые и странные вещи. Одевают своих питомцев в наряды. Лгут, что гуляли на луне. Голосуют за Дональда Трампа. Ничего из этого мне непонятно.

Она улыбнулась.

— Могу поспорить, что и мы для них такие же странные, как и они для нас.

Тао заворчал. Он не ненавидел людей и не хотел их стереть с лица земли, у него на них просто не было времени.

— Расскажи мне об Альфах стаи Экседэс. Я знаю о стае, но ничего о них.

— Что ты уже знаешь?

Он вытянул ноги и скрестил их в лодыжках.

— Альфы Сейдж и Руби Эверетт. Они в паре почти тридцать лет и почти столько же возглавляют стаю. У них дочери близнецы, Синтия и Люси.

Райли кивнула.

— Да. Сейдж хороший Альфа. Справедливый. Мудрый. Строгий в меру. Руби тоже хороша в своей должности — готова поддержать, сострадательна, и ярый борец.

— Они тебе очень нравятся, — заметил он.

— Да. И я восхищаюсь тем, как она сплочены. Среди всех пар в стае — они самая крепкая.

Перевёртыши, не истинные пары, могли иметь брачную связь в процессе запечатления. Многие пары пошли по этому пути, так как не существовало гарантии найти истинную пару.

— В стае много запечатлённых пар? — спросил Тао.

Они кивнула.

— Вороны в стае верят в судьбу и предназначение, но не уверены, что их судьба быть рядом с истинными парами. Они верят, что если находят кого-то, кто им дорог или просто подходит, то возможно их судьба — быть с этим человеком.

Тао подумал, что в этом есть доля правды. В отличие от большинства перевёртышей, он не был полностью за союз истинных пар. Его брат потратил годы на поиски такой. Учитывая то, кого нашёл Хоакин, Тао часто думал, хотел ли тот перемотать всё назад и не искать её. Это отчётливо показало, не только то, что истинные пары могут быть несчастны, но и то, что иногда человек может днями и ночами мечтать о предполагаемой паре — создать в своей голове идеального человека — а в итоге будет разочарован действительностью. Пара Хоакина ждала рыцаря на белом коне, а он оказался почти таким же засранцем как и Тао. И она постоянно напоминала, как он далёк от совершенства.

Многие из запечатлённых пар в стае Тао были безумно счастливы и преданы друг другу — прекрасные примеры того, как пары дополняли друг друга. Но Гейб и Хоуп так же близки и подходили друг другу, а они запечатлённая пара.

— Вернёмся к семье Альф, — продолжил он. — Я встречал Люси; она показалась достаточно милой. Как насчёт другой дочери, Синтии? — Он улыбнулся, когда Райли скривила губы. — Она тебе не нравится.

— Мы очень разные. По скале доминирования она немного слабее и всегда это ненавидела — наверно, так же сильно, как и меня.

У Райли защемило сердце, когда двое детей пробежали мимо, заставив вспомнить о Саванне и Декстере. Чёрт, она будет скучать по малышам.

— То есть она тебе не обрадуется.

— Да. Но опять же, она может наслаждаться демонстрацией того, что встречается с моим бывшим парнем. Она всегда хотела Сойера и уверена, что он полностью её.

— Ревнуешь? — прорычал Тао, почти выпустив когти. Райли разразилась лающим смехом, и напряжение покинуло тело.

— Нет. Я его бросила. Но Синтия думает, что он мне всё ещё нужен. Да и пусть, если ей так легче.

— Я думаю, что она не захочет видеть его рядом с тобой.

— Он не только со мной в стае встречался.

— Остальных она ненавидит так же, как и тебя?

Райли покачала головой.

— Значит ей неприятно, что ты спала с её мужчиной. — Тао тоже не хотел, чтобы Райли была рядом с Сойером. Его волк зарычал при этой мысли. — Какой твой любимый день недели?

Она удивлённо на него посмотрела.

— Что?

— Твой любимый день. Какой?

— Это важно? — озадаченно спросила она.

— Да. Я же сказал, что хочу…

— Да, хочешь, чтобы я впустила тебя, знаю. Я только что рассказала тебе всё о своей стае.

— Да, о твоей стае, — нежно указал он. — Не о себе. А я хочу услышать о тебе. Я не прошу обнажить передо мной душу, Райли. Просто, как викторина.

Она на минуту задумалась.

— Пятница. Начало выходных. Я люблю выходные.

Тао удовлетворённо кивнул.

— Итак, как думаешь, Синтия закатит сцену в выходные?

Моргнув от того как резко он переключился на предыдущую тему, она ответила:

— Не знаю.

— Я не удивлюсь этому.

— Она может успокоиться, потому ты со мной.

— Не будь в этом так уверена.

— Ну, у меня на шее твой укус, и его легко заметить. Это убедит её, что у меня нет никаких планов на Сойера, разве нет?

Он опустил взгляд на укус. Его член, налитый и тяжёлый, пульсировал при одном только виде.

— Будь ты моей бывшей, то, увидев на тебе метку другого парня, я бы разозлился до чёртиков… но это не помешало бы мне хотеть тебя. И если она переживает, что он всё ещё может тебя хотеть, мой укус не успокоит. — Тао нежно провёл пальцем по её шее, спрашивая. — Кофе или чай?

— А?

— Что тебе больше нравится, кофе или чай?

Она не знала, что хотела сильнее — рассмеяться или удавить Тао. Похоже, проще было просто ответить.

— Чай, но запах кофе мне нравится больше.

Он нахмурился.

— Чай — девчачий напиток.

— А я девушка.

— Но ты не женственная девушка, поэтому я удивлён.

Когда объявили, что им пора подниматься на борт, Райли схватила свою сумку и поднялась. Тао забрал у неё сумку, легко неся и её, и свою, когда они присоединились к очереди на посадку.

Наконец ступив в самолёт, она шла позади Тао по узкому проходу мимо рядов тканевых сидений и, останавливаясь, когда пассажиры засовывали багаж в верхние отсеки. Когда они подошли к своему ряду, она обрадовалась, увидев, что там всего два сиденья. Ей не нравилось сидеть рядом с незнакомцами, особенно потому что она всегда сидела с особо разговорчивыми, которым нравилось снимать обувь.

Положив вещи на багажную полку, Тао повернулся к ней.

— Можешь сесть у окна.

— Всё в порядке. Садись ты. — Она бы предпочла не быть заключённой между ним и стеной.

Пожав плечами, Тао сел. Когда он пристегнулся, то заметил её покрасневшие щеки и напряжённые мышцы.

— Тебе не нравятся самолёты?

— Мне не нравится быть взаперти.

Тао повозился с кнопками над головой, пока на них не подул кондиционер.

— Лучше?

Райли кивнула.

— Спасибо. — Она наблюдала, как он изучал складной поднос, перебирал журналы, и руководства по технике безопасности в полёте, постукивал по экрану телевизора на спинке сиденья и нажимал кнопки на подлокотниках, которые регулировали каналы и громкость телевизора. Она знала, что он не нервничал, а всё изучал. Овладевал своим окружением. Оставляя свой запах на всём… такова доминирующая мужская черта.

Нахмурившись от звука скрипящего кресла, когда Тао в нём усаживался, она огляделась и увидела, что пассажиры уже сидели на своих местах; большинство читало, другие играли на планшетах, или слушали музыку. Досадно, но благодаря чувствительному слуху она улавливала все звуки так же легко, как и болтовню, смех и шуршание сумок. В таком маленьком замкнутом пространстве слишком много звуков.

— Поскольку ты потеряла биологических родителей, — заговорил Тао, — мне нужно знать, есть ли что-то, что я должен или наоборот не должен говорить перед твоей стаей. Не хочу ранить твою семью или учить. Но если есть что-то, что мне было бы полезно знать, лучше скажи сейчас.

С этим она согласна.

— Они умерли, когда мне было четыре. Мою маму убил белоголовый орёл, когда она была в облике птицы. Отец умер пару дней спустя. — Не многие пары переживали разрыв связи пар, и её отец просто не мог с этим справиться.

Несколько вопросов вертелось у Тао на языке. Как Райли помнила родителей? Хорошие ли они были? Считала ли, что их смерть стала причиной её бессонницы или же такое случилось раньше? Она была напряжена, словно тетива лука, готовясь к допросу. Он закрыл рот, сдерживая слова. Нагромождение на неё допроса только заставило бы защищаться. Она ему открывалась, и он не хотел облажаться. Поэтому спросил:

— Какие твои дяди? — Он знал, что принял верное решение, когда она расслабилась.

— Итан — брат моей мамы — сдержанный и молчаливый, с мягким характером. Его пара, Макс, более эмоциональный и любит веселье, но так же серьёзно всё воспринимает, как и Итан. Они оба замечательные и надёжные. Ты им понравишься. В некотором смысле.

— В некотором смысле?

— Ты волк — не забывай. Но идёшь со мной на территорию воронов только ради меня. Им это понравится.

Тао вытянул ноги, насколько это было возможно, но места всё же было мало.

— Есть ли ещё кто-то из твоей семьи в стае?

Она покачала головой.

— Мои бабушки и дедушки умерли ещё до моего рождения; и больше родственников нет.

— Если бы тебе пришлось выживать только с одним продуктом, чтобы это было?

— Прекрати! — выпалила она.

— Что?

— Задавать глупые вопросы. — Постоянные смены темы выводили из себя.

— Ну же Райли, не отказывай.

Она вздохнула.

— Орешки. — Долгое молчание. — А у тебя?

Тао был чрезвычайно рад, что она так же поинтересовалась его предпочтениями. Это словно игра. Ему нравилось играть.

— Пицца.

— Замечательно, — сухо сказала она. — Может, уже закончим с этим?

— Я просто пытаюсь тебя узнать.

— Ты не можешь честно сказать, что ничего обо мне не знаешь.

— Да. Я знаю, что ты умная, уверенная, упёртая и независимая. — Комбинация, которая привлечёт любого доминантного самца. — Ещё знаю, что ты не переживаешь из-за мелочей и не относишься к себе слишком серьёзно. Несмотря на то, что довольно спокойна, ты не терпишь ерунды… Это мне нравится и вызывает уважение. Иногда ты кажешься отчуждённой, потому что тебя не волнует, что люди думают о тебе, но тебе глубоко не всё равно.

Судя по тому, что Райли пришла туда, где ей не доверяли, только для того, чтобы защитить детей, которым даже не была дальней родственницей.

Райли сглотнула, ошеломлённая блестящей оценкой.

— Но я хочу знать больше.

Ещё сильнее рассердившись, она быстро сказала.

— Мне нравятся пазлы, Хэллоуин, орешки, рок-музыка и стрекозы. Ненавижу летучих мышей и осложнения, к тому же думаю, что парики должны быть объявлены вне закона… они просто странные.

— Ну вот, — улыбаясь, сказал он. — Разве так сложно?

Нет, не особо. Откинувшись на спинку, она закрыла глаза.

— Время вопросов окончено. — Она, правда, надеялась, что сможет заснуть, хотя очень хотела в туалет. Но не могла сходить, потому что ненавидела пользоваться маленькой кабинкой в самолёте.

Когда Тао взял её за руку и подтянул ближе, чтобы она могла положить голову ему на плечо, она нахмурилась.

— Я могу спать сидя.

— Это глупо. У тебя шея затечёт.

— Ладно. — Вопреки здравому смыслу, она расслабилась. Пока он пальцами играл с её волосами, она заснула.

И перелёт в Аризону, и поездка из аэропорта в Седону прошли быстро.

Однако, учитывая, что Седона место с интенсивным и тяжёлым движением, потребовалось время, чтобы добраться до окраин, где жила Стая Экседэс.

Терпение Тао уже давно бы лопнуло, если бы не живописные виды. Он не входил в число тех, кого трогают пейзажи, но Седона действительно прекрасна. Окружённая красными скальными образованиями, она располагалась в устье каньона Оук-Крик.

Осматривая деревенскую долину с кактусами, соснами, кустарниками и камнями разных цветов, он чувствовал себя так, словно попал в старый фильм о диком западе или что-то в этом роде. Его волку нравилось.

— Город не очень хорошо освещён, — заметил он. Не было уличных фонарей. Если бы не улучшенное зрение перевёртыша, он, возможно, не смог бы по-настоящему оценить окружающий пейзаж.

Райли повернула лицо к приоткрытому окну, наслаждаясь лёгким ветерком.

— Так вид на ландшафт красных скал ещё лучше во время захода солнца. Мы опоздали.

— Здесь много туристов, — отметил Тао. Как и коммерческих предприятий.

— Седона довольно популярна, и считается, что здесь много духов; многие люди верят, что энергетические поля могут, как бы, усилить экстрасенсорные способности и даже повысить самосознание. Люди часто приезжают, чтобы «найти» себя. Каньон Бойнтон, который находится недалеко от того места, куда едем мы, считается самым священным в деревне Красных скал. Сейдж говорил, что многие американские индейцы считают Седону настолько священной, что не будут здесь жить. Однако Стадо Экседэс считается стражами.

Тао посмотрел на Райли.

— Ты мне сказала, что у вас с Синтией разногласия. Как думаешь, есть ли вероятность, что вы подерётесь?

— Если и так, то не впервые, — ответила Райли. — Мы частенько дрались за господство. Наше обоюдное отвращение берёт начало в детстве. Мы просто очень разные.

— Насколько разные?

— Она умная и всегда очень усердно училась — отличница. Я никогда не хотела учиться; просто желала лежать на солнышке, поэтому она думала, что в этом у неё есть превосходство. А ещё она ужасная стукачка, которая плакала всякий раз, когда не добивалась своего, даже, когда её не выбирали первой прыгать через козла. Но даже тогда, она не была проблемой… Всё началось, когда у неё выросли сиськи, и мальчики стали на неё засматриваться. Тогда она и превратилась в сущий кошмар. Дерзкая, стервозная, следящая за модой и одержимая мужчинами. Серьёзно, она сама большая давалка в мире.

— У тебя шикарные словечки. — Тао хохотнул.

— По правде говоря, не существует того, чего бы она ни сделала, чтобы привлечь внимание мужчины. Я бы пожалела её, будь дело в неуверенности в себе или попытке компенсировать что-то, но однажды я услышала, как она говорила подруге, что собирается переспать со всеми парнями в стае, чтобы кто бы ни создал с ними пару, знал, что она была с ним первой.

Тао покачал головой.

— Переспав со всеми, она пыталась показать свою доминантность.

— Да. Она не просто их использовала; а помечала каждого своим странным способом. Я думаю, Сойер это знал; потому что никогда к ней не прикасался. До тех пор, пока я от него не ушла.

— Правда?

— Думаю, что это было частью его влечения ко мне. Но хватит о них. — Райли выпрямилась. — Мы недалеко от территории Экседэс.

В двух минутах езды. Это хорошо, потому что согласно сообщению, которое ей прислала Люси, вечеринка в полном разгаре.

— Нервничаешь?

— Немного, — призналась она. — Прошло много времени с момента, когда я была тут в последний раз. Не знаю чего ожидать, и мне это не нравится.

— Твои дяди буду тебе рады. Это единственное, что важно, разве нет?

Она кивнула.

— Да. — Довольно скоро они достигли границы территории стаи. Райли улыбнулась. — А вот и Люси. — Дункан тоже был там, очевидно, в курсе тайны.

По указанию Люси, Тао припарковал арендованную машину на почти полностью забитой парковке.

Люси тут же открыла пассажирскую дверь, улыбаясь как сумасшедшая.

— Я так рада, что ты здесь! Дункан отнесёт ваши сумки в гостевую хижину… я отвела вам ту, что рядом с водопадом. Там лучше всего.

Пока девушки обнимались, Тао достал вещи из машины и передал их мужчине ворону. Его волку он сразу же не понравился, потому что он его не знал; Тао почувствовал, что неприязнь была обоюдной. Но всё же, мужчинам удалось не рычать друг на друга.

Когда Райли схватила маленькую коробку с подарком и розовую открытку, и прижала их к груди как щит, Тао сжал её плечо и одарил подбадривающим взглядом.

Люси открыла багажник другой машины и сказала.

— Тао может понести открытку и подарок. А ты понесёшь вот это.

Она достала большую белую коробку из багажника и сняла крышку, показывая огромный, прямоугольный торт, покрытый белой глазурью и, вроде, фотопечатью — Тао не мог разобрать точно. Он вежливо взял открытку и подарок у Райли, которая аккуратно взяла торт.

Провожая Тао и Райли прямиком с лесистую зону, Люси сказала.

— Вечеринка проходит на опушке.

Тао не нужны были её пояснения; он слышал, как гремела музыка.

Люси остановилась.

— Не думала, что спрошу такое, но может тебе нужно освежиться?

— Можно было бы, — ответила Райли, — но если я буду тут расхаживать, есть вероятность, что меня заметят.

— Верно, — согласилась Люси. — Тогда наши усилия будут напрасны. — Люси остановилась на полпути. Отсюда Тао мог видеть мерцающие впереди огни. Воздушные шары и ленты, привязанные к деревьям, покачивались на ветру.

— Сколько людей знают, что приедет Райли? — спросил он.

— Я, мои родители, Сойер, наш Бета и Дункан. Я не могла рассказать другим, потому что не была уверена, что они не раскроют тайну. Если бы Синтия узнала, тут же рассказала дядям Райли. — Поворачиваясь к Райли, она схватила её за руки. — Готова?

Райли глубоко вдохнула.

— Да.

— Хорошо. Жди криков. Это твой сигнал, чтобы зажечь свечу и выйти. К тому времени как мы начнём петь «С годовщиной», ты уже должна входить в круг.

Люси передала Тао зажигалку и кивнула Райли.

— Ты поступила правильно. — Затем ушла подпрыгивая.

Тао моргнул.

— Они будут петь «С Годовщиной»?

— На мотив «С днём рождения», — подтвердила она. — Слащаво, знаю.

Посмотрев на семейное фото на торте, он сказал.

— Это мило.

— Это моё фото с дядями.

— Ты была милым ребёнком. Что с тобой случилось?

— Я бы врезала тебе локтем в рёбра, если бы не боялась выронить торт.

— У тебя сердце бешено бьётся. Успокойся, всё будет хорошо. — Тао не допустит ничего плохого.

Услышав возгласы, она напряглась.

— Была, не была.

— С годовщиной вас…

Тао зажёг свечу и пошёл за Райли сквозь деревья, подпевая.

— С годовщиной вас…

Выйдя на поляну, он увидел счастливую пару, улыбающуюся под огромным поздравительным баннером. Их взгляды остановились на Райли. И они разинули рты.

— С годовщиной вас Макс и Итан…

Когда остальные, наконец, заметили Райли, пение, смех и аплодисменты прекратились. У неё свело желудок, но она проигнорировала ощущение.

Люси, Альфы и Хью пели с ней, затягивая.

— С годовщиной вас!

Райли застенчиво добавила.

— Сюрприз!

В тишине слышны были лишь перезвоны гирлянд и шорох развевающихся лент. Тао ощутил беспокойство Райли и собирался вмешаться, но тут вперёд вышли её дяди. С блестящими от слёз глазами более высокий мужчина задул свечу, передал торт своей паре и обнял Райли. И тут люди закричали и зааплодировали, стали подходить к Райли, чтобы поздороваться и обнять. Тао стоял позади и наблюдал за реакцией окружающих. Все так сконцентрировались на Райли, что его даже не замечали.

Казалось, все рады видеть Райли, тронуты приветственным отношением её дядюшек… кроме двух женщин. Одна из них — рыжеволосая средних лет, которую Тао принял за мать Уэйда. В её взгляде читалась смесь боли и презрения. Вторая же была немного похожа на Люси. Она хмурилась и впивалась ноготками в руку высокого темноволосого парня, который с любопытством рассматривал Райли. Тао предложил, что это Синтия и Сойер.

По выражениям лиц он мог сразу сказать, какие вороны в перестрелке потеряли своих детей. Они смотрели на Райли либо с грустью в глазах, говорившей о памяти погибших, либо с сожалением и неловкой улыбкой.

Тао наблюдал, как возле Райли суетятся Итан и Макс Портер. Они явно боготворили землю, по которой та ходила и точно прикрыли бы её собой, если бы возникла такая необходимость.

Райли резко развернулась и притянула Тао за руку к себе.

— Макс, Итан, хочу вам представить Тао — главу стражей стаи Феникс. Тао, это мои дяди — Итан и Макс.

Тао не привык к каким-то социальным коммуникациям за пределами своей стаи, поэтому просто сказал:

— Райли очень хорошо о вас отзывается.

Ни в одном мужчине он не заметил ничего женственного. Оба оказались высокими и мускулистыми, и явно могли за себя постоять. Макс в стильных брюках и рубашке выглядел как хищник в официальном костюме. А вот Итан, с другой стороны, щеголял ковбойским стилем — клетчатая рубашка, джинсы и сапоги.

Макс посмотрел на Тао взглядом, полным удивления и любопытства.

— Райли, милая, ты нам кое о чём не договаривала.

Итан подозрительно прищурился, потёр подбородок и хрипло спросил:

— Говоришь, глава стражей? Ты привёз сюда мою девочку?

— Да.

— Тогда тебе здесь рады. — Итан протянул руку, и Тао её пожал.

Райли прочистила горло и возразила:

— Эй, Райли привезла себя сюда сама.

Итан насмешливо нахмурился.

— Не дерзи мне тут.

— Но я ведь в этом так хороша. — Райли взяла у Тао открытку и подарок, и вручила дядям. — Мы вам тут кое-что привезли.

Макс заключил в ладони её щёчки.

— Глупышка, ты и есть наш подарок. Люси, положишь коробку на стол к остальным?

Люси услужливо добавила коробку и открытку к горке аккуратно завёрнутых подарков и конвертов на соседнем столе.

Райли указала на подкравшуюся к дядям пару.

— Тао, познакомься, это Сейдж и Руби — альфы стаи Эксэдэс. А это Тао — глава стражей стаи Феникс.

Руби тут же обняла Райли и, как и Макс, и с любопытством осмотрела Тао.

— Ну, разве он не милашка?

Сейдж озорно улыбнулся своей паре.

— Надеюсь, ты не собираешься уйти от меня к молодому красавчику.

Он повернулся к Райли и улыбнулся.

— Рад, что ты приехала. Прошло много времени с тех пор, как ты здесь была в последний раз, и не думай, что я не расстроен из-за того, что ты не вернулась гораздо раньше. Но я в хорошем настроении, поэтому не стану читать тебе нотации о том, как ты заставила нас так долго тебя ждать. — Он перевёл взгляд на Тао. — Я слышал о твоей стае и, как уже сказал Итан, раз ты привёз к нам Райли, то мы тебе рады. И неважно волк ты или нет, — с улыбкой добавил он.

Тао понравилось, что альфа-самец не стал никак по-дурацки проявлять доминантность, и кивнул:

— Рад с вами познакомиться.

Парой оказались довольно пожилые представители стаи, которые могли оказаться бабушкой и дедушкой Райли, но от них исходили волны силы и доминантности, присущие чистокровным альфам.

— И теперь, когда все со всеми познакомились, мне бы хотелось поесть, — воодушевлённо напомнила о себе Райли.

— Вам обоим нужно поесть. Пойдёмте. — Макс повёл Райли и Тао к банкетному столу, сервированному мисками и тарелками с закусками, включающими курицу, чипсы, крекеры и торт. Они положили на тарелки еду, а затем Итан представил Тао другим присутствующим членам стаи. Он всегда оставался на расстоянии вытянутой руки от Райли, находясь или же рядом или за её спиной, защищая и доминируя.

Когда Макс и Итан наконец-то оставили Райли, Тао аккуратно, чтобы не перевернуть тарелку, притянул её к себе.

— Я заметил, что Синтия, Сойер и мать Уэйда не подошли с тобой поздороваться.

Райли уловила едва заметный запах Ширли, поэтому знала, что та где-то рядом.

— На самом деле, я от них другого и не ждала. Ширли — так зовут мать Уэйда — чуть ранее очень сильно пялилась на меня.

— Вероятно, вопрос времени, когда она к тебе подойдёт.

Райли поняла, что ей трудно сосредоточиться на словах Тао, когда он так шепчет ей на ухо, от чего волоски на затылке встают дыбом.

— Исчезни на несколько минут.

Тао нахмурился.

— В смысле?

— Дай ей возможность вылить на меня всё накопившееся дерьмо, и покончить со всей ситуацией. Тао, я в безопасности, здесь повсюду люди.

Тао это понимал, но отойти от Райли значит пойти против своих защитных инстинктов. Его волк напрягся, ему не нравилось находиться среди незнакомцев. Знать, что рядом мужчина, который когда-то прикоснулся к их женщине… Да, волк не мог нормально это перенести.

Райли впилась ноготками ему в грудь.

— Тао, я большая девочка.

— Но это не значит, что мне по нраву оставить тебя одну, особенно среди людей, которых я не знаю. — И Тао это раздражало.

— Со мной ничего не случится за эти несколько минут, что тебя не будет рядом. Послушай, будет лучше, если мы с Ширли выясним всё сейчас. Чем дольше она ждёт, тем больше вероятность, что она закатит сцену.

Тао вздохнул.

— Пойду, принесу нам ещё по коле. — Они оба решили не пить алкоголь на случай возникновения какой-нибудь неприятной ситуации. — Мне нужно, чтобы ты оставалась здесь. Сможешь так сделать?

— Смогу. — Райли легонько толкнула его в грудь, но мужчина не сдвинулся с места. — Иди. Никто не причинит мне вреда.

— Конечно же, не причинит. Я не позволю. — Тао легонько шлёпнул её по заднице и, игнорируя защитные инстинкты, ушёл.

Когда вокруг Райли появился запах свежих цитрусов и сосновой коры, она выкинула полупустую бумажную тарелку в мусорное ведро.

— Привет, Райли, — послышался знакомый голос.

Райли повернулась и увидела облокотившегося на дерево Сойера, который стоял и улыбался.

— Привет, Сойер, — безразлично поздоровалась она.

— Хорошо выглядишь. — Он слегка склонил голову и пристальней всмотрелся в Райли. — Уставшая, но красивая. Всё ещё проблемы со сном?

— Иногда. Как поживаешь?

— Хорошо. Даже очень. — Его улыбка стала тёплой и знакомой. — Прошло четыре года. Не думал, что ты так надолго нас покинешь.

— Подумать не могла, что ты даже во сне прикоснёшься к Синтии. Люди могут удивлять.

— Думаю, могут, — съязвил Сойер и переключил внимание на кого-то позади Райли. Его улыбка померкла.

Райли окутал запах Тао, развеявший запах мужчины ворона, а через несколько секунд сам мужчина притянул её к себе, и перед глазами оказалась открытая бутылка с колой.

— Вот, детка.

— Спасибо. — Она сделала большой глоток, наслаждаясь холодным и шипучим напитком.

Сойер оттолкнулся от дерева и сделал шаг вперёд.

— Кто твой друг, Райли?

Она быстро представила их друг другу, не упустив холодный отблеск в глазах Сойера. Он, как и Тао, не доверял незнакомцам и не терпел их на своей территории.

— Всегда приятно познакомиться с друзьями Райли, — заявил Сойер с ложной вежливостью.

— Где Синтия? — спросила Райли.

— Где-то тут, — туманно ответил Сойер.

Волк Тао выпустил когти и замахнулся на парня. Ему не нравилось, как ублюдок смотрел на Райли. Нет, без желания, но пристально. Со знанием. У Тао сложилось впечатление, что ворон пытается его спровоцировать.

— Мы ценим, что ваша стая присмотрела за Райли.

Смысл понятен. Сойер считал, что Райли не член стаи Феникс.

— Мы заботимся о членах нашей стаи, — ответил Тао, а волку понравилось, как Сойер поджал губы.

— Вот ты где, — проговорила торопящаяся к ним женщина, которую Тао принял за Синтию. Она остановилась рядом с Сойером и с фальшивой улыбкой добавила: — Я удивлена видеть тебя здесь.

— Даже не сомневаюсь.

С такой же фальшивой улыбкой женщина повернулась к Тао.

— Меня зовут Синтия и, если слухи правдивы, ты глава стражей стаи Феникс.

— Всё верно.

Тон ответа не предполагал дальнейших расспросов. Тао практически осязал беспокойство Синтии, которая явно пыталась хоть немного расслабиться. Она бросила обеспокоенный взгляд на Сойера, который неотрывно смотрел на Райли. Синтия либо что-то подозревала, либо знала, что чувствовал Сойер — намёк на чувство собственничества, касающееся Райли.

— Райли, ты сделала этот день самым лучшим для Макса и Итона.

— Я рада, — улыбнулась Райли. На случай, если женщина вдруг доведёт её настолько, что захочется ударить по лицу теперь уже пустой бутылкой колы, Райли выкинула её в мусорное ведро.

— Как долго ты тут пробудешь?

— Пару дней.

Во взгляде Синтии появилось разочарование. Она слабо улыбнулась Райли.

— Так жаль, что ты не сможешь остаться подольше.

Райли удивилась, как той удалось не подавиться словами.

— Я приехала всего лишь на выходные.

— Что ж, оставлю вас наслаждаться вечером. — Синтия повернулась к Сойеру. — Руби тебя ищет.

Прошло несколько секунд, прежде чем он оторвал взгляд от Райли и посмотрел на Синтию:

— Плохо искала.

Синтия неловко улыбнулась и обхватила Сойера за локоть.

— Думаю, она у шведского стола.

Сойер посмотрел на Райли.

— Рад, что ты вернулась домой. Даже если всего на пару дней. — И они с Синтией ушли.

Тао повернул Райли к себе и обнял за талию, положив одну руку ей на попку.

— Думаю, мы с уверенностью можем сказать, что он ещё на тебе зациклен. — От этого у волка появилось желание вырвать Сойеру глотку. — Синтия себя очень хорошо вела.

— Может немного повзрослела.

— Может. — Тао не удивило раздавшееся за спиной покашливание, ведь он уже учуял дядю Райли, и обернулся, приподняв бровь.

— Я надеялся, что смогу пригласить мою девочку на танец, пока не закончилась вечеринка, — произнёс Макс.

Хватка Тао на её заднице непроизвольно усилилась, но всё же неохотно он отпустил Райли. Наблюдая за Максом и Райли на искусственной танцплощадке, Тао мог сказать, что они танцевали вот так много раз раньше. Она смеялась, когда Макс кружил её то в одну, то в другую сторону. Несмотря на то, что Тао ненавидел находиться в окружении незнакомцев, радовался, что привёз Райли повидаться с дядями.

— Я заметил, что ты поставил Райли метку, — сообщил подошедший Итан. — Должно быть, ты очень смелый парень, раз связал себя с ней.

Губы Тао дрогнули.

— Ей нравится строить из себя испытание.

— Согласен. Видел, вы разговаривали с Сойером. Они с Райли встречались совсем недолго, тебе не о чем беспокоиться. Он не угроза. Райли его забыла.

— Я-то это знаю, а вот знает ли он?

— Этого я не знаю. Сойер сложный. Он никогда не умел делиться. Поэтому не хочет пару; он хочет стать бетой и не хочет делиться той властью, которая идёт с этой должностью. Думаю, одной из причин, почему он встречался с Райли, стало то, что её никогда не интересовала власть. Серьёзными их отношения назвать нельзя, и их всё устраивало. И, похоже, Сойера всё устраивало гораздо больше, чем Райли, и он явно не обрадовался, что она всё закончила. Точно не обрадовался.

— Хочешь сказать, что ему плевать на Райли, но…

— Я этого не говорил. В конце концов, Сойер всю жизнь знает Райли. Думаю, он заботится о ней, как ты бы заботился о своей паре в стае. Для него важна её безопасность, и он очень хочет, чтобы Райли вернулась. Но даже если он её больше не хочет, ему не нравится видеть её с тобой. Как я уже сказал, Сойер не любит делиться. И если есть хоть какой-то шанс вас рассорить, чтобы просто вернуть её домой, он им воспользуется.

— Если у него есть здравый смысл, он не станет даже пытаться, — заметил Тао. Время покажет, какой Сойер.

Прошло ещё около получаса, и вечеринка закончилась. Вся стая помогала наводить порядок, так что уборка прошла очень быстро.

Пожелав доброй ночи Максу с Итаном, и Люси, Райли потянула Тао в сторону парковки, чтобы доехать до выделенной им гостевой хижины. Они почти добрались до машины, когда услышали быстро приближающиеся шаги. Развернувшись, они увидели, что целенаправленно к ним направляются Синтия и Ширли. Очевидно, они объединили силы против Райли. Тао стало интересно, а не подговорила ли к этому одна другую.

— Ты и я… — начала Ширли, глядя на Райли, но замолчала, услышав рычание Тао, и настороженно глянула на него. — Мы бы хотели с ней поговорить.

Тао встал в стойку.

— Я вам не мешаю.

— Наедине, — добавила Ширли.

— Видишь ли, будь этот разговор приятным, я бы не имел ничего против вашего уединения. Но сдаётся мне, ни одна из вас ничего приятного Райли сказать не хочет, и это уже проблема.

Щёки Синтии вспыхнули.

— Ты позволишь ему диктовать, что тебе делать? — обратилась она к Райли.

— Он диктует не мне, а вам.

— Это дело тебя не касается, — выпалила Ширли Тао, её ноздри трепетали.

Волк обнажил клыки.

— Всё, что касается Райли — моё дело. Если не хотите посмотреть, как далеко я могу зайти, чтобы её защитить, отойдите и успокойтесь.

Синтия сделала глубокий вдох и отступила. Ширли последовала за ней, вот только отошла недалеко.

Райли скрестила руки на груди.

— Давайте начистоту. Чего вы хотите?

— Хорошо, что ты приехала на вечеринку к своим дядям, — начала Ширли. — Может, у нас и есть разногласия, но Итан с Максом мне всегда нравились. — Райли знала, что это правда. — Ты сказала, что приехала на выходные, — продолжила Ширли, — но, похоже, в стае многие посчитали, что ты вернулась навсегда. Это правда?

Райли вздохнула.

— Нет. Может, кто-то думает, что сможет убедить меня остаться, но это не так. — Услышав, как Синтия облегчённо выдохнула, Райли повернулась к ней. — Синтия, мне не нужен Сойер. Я приехала сюда не для того, чтобы его вернуть.

Глаза Синтии ярко вспыхнули.

— Говоришь так, будто у тебя был бы шанс. Нет. Ты — никто. Просто глупая маленькая сиротка. — Вот такую Синтию и помнила Райли. Синтию, которая угрожала ей всё детство; Синтию, которая вырвала ей клок волос в схватке; Синтию, которая однажды, смеясь, столкнула её в озеро. И Райли не была ангелом. Она каждый раз отвечала тем же. — До сих пор понять не могу, что тогда Сойер в тебе нашёл, — продолжила Синтия. — К счастью, теперь-то он всё понял.

Райли посмотрела на неё снизу вверх.

— Синтия, не веди себя так, словно ты лучше меня. Что ты хорошего сделала за всё это время? Всего лишь переспала с каждым парнем в стае. Знаешь, для таких женщин есть особое название.

Синтии остолбенела.

— Хочешь сказать, что я шлюха?

— Да, тебе за услуги никто не платит, — фыркнула Райли. — Я знаю, что ни одной из вас не хочется, чтобы я здесь осталась, но ваши слова не заставят меня тут же уехать. Поэтому в этом разговоре нет смысла.

— У тебя нет права здесь находиться, — вмешалась Ширли. — Ты его потеряла, когда начала манипулировать моим бедным мальчиком…

Тао вышел вперёд.

— Даже не думай начинать это дерьмо, — рявкнул он. — Стрельба оказалась трагедией, которая, уверен, потрясла всю стаю. Естественно, тебе тяжело смириться с тем, что сделал твой сын. Ты можешь опять обвинять во всём Райли, но это не изменит правды.

Ширли скривилась.

— Ты ничего не знаешь.

— Я знаю то, что не позволю тебе сделать из Райли козла отпущения, — отрезал Тао. — Справься со своими проблемами и перестань пытаться переложить их на неё.

— Я знаю своего мальчика, — срывающимся голосом произнесла Ширли. — То, что он сделал той ночью, он бы никогда не совершил, если бы им никто не манипулировал. Он находился в депрессии…

— Значит, теперь ты это признаешь, — заметила Райли. — Жаль только, что ты не признала этого, когда мы с Люси пришли к тебе за помощью. Послушай, мне жаль, что ты потеряла сына…

— Мне не нужна твоя жалость, — выпалила Ширли.

Райли вздохнула.

— Тебе не важно, что я скажу. Ты и дальше намерена меня ненавидеть и во всём винить.

— Тебя легко ненавидеть, так же как и кое-кого ещё.

И тут Райли потеряла самообладание и последнюю каплю сострадания к женщине.

— Ширли, даже не вздумай. Тебе это сойдёт с рук в последний раз, но больше никогда не провоцируй меня и не упоминай мою маму.

Райли повернулась к женщинам спиной, демонстрируя отсутствие страха, и направилась с Тао к арендованной машине. Запрыгнув внутрь и пристегнув ремень безопасности, она наблюдала за тем, как обе женщины направились с парковки прямиком в лес.

— Ты в порядке? — спросил Тао.

— Я просто хотела побыть немного с дядями, вот и всё. Это не должно было стать проблемой.

— Нет, не должно. — Тао запустил руку ей в волосы и начал массировать затылок. — Что Ширли имела в виду, говоря о твоей матери?

— Ширли её ненавидела. Нет, «ненавидела» не достаточно сильное слово, чтобы описать её чувства. Она испытывала глубокое отвращение. Казалось, никому не известна причина. Подозреваю, что между Ширли и мамой однажды что-то произошло, но понятия не имею, что именно.

Тао продолжил успокаивающе массировать её затылок.

— Ладно, уже поздно, давай доберёмся до хижины. — Тао устремился в указанном Райли направлении, углубляясь всё дальше на территорию стаи Эксэдэс.

Когда они, наконец, добрались до домика, обнаружили, что их сумки ждут на качелях на крыльце. Маленькую бревенчатую хижину окружали кривые деревья и заросли.

Под стрёкот сверчков и шелест листьев Тао слышал успокаивающее журчание ручья где-то неподалёку.

— Во всём этом есть какой-то шарм, правда? — спросила Райли.

— Ага, — согласился Тао. — Особенно, вид. — Фоном для хижины служила местность Ред-Рок.

Тао последовал за Райли по пожухлым листьям, упавшим под ноги, по небольшой лестнице на круглое крыльцо.

Райли схватила их сумки прежде, чем это удалось сделать Тао, от чего он нахмурился. Она лишь озорно улыбнулась и повела его в хижину.

В нос тут же ударили запахи дерева, полироли для мебели, свежевыстиранных простыней и цитрусовой ароматической смеси. Волк нашёл цитрус немного успокаивающим.

Тао оглядел внутреннее убранство, отметив настенный телевизор, книжные полки и каменный камин в комплекте с кучей поленьев, лопаткой и кочергой. Половицы скрипели под ногами, когда Тао прошёл дальше в жилище, разглядывая предметы явно антикварной мебели. На территории стаи Феникс полно антиквариата, так что в этой теме Тао знал толк. В гостевой хижине такие предметы должны выглядеть неуместно, вот только здесь добавляли шарма, как бирки к подушкам ручной работы.

— Когда-то в мои обязанности входило содержание в чистоте гостевых домиков, — сообщила Райли, проводя рукой по спинке кожаного дивана, через подлокотник которого было перекинуто одеяло.

— Не часто увидишь антиквариат в гостевом домике, — заметил Тао, держа в руках бронзовый антикварный подсвечник, который удивил весом.

Поставив его обратно на полку, он повернулся и увидел, что Райли выносит из хижины какое-то чёрное крылатое украшение.

— Что это?

Райли открыла входную дверь, выкинула это нечто с крыльца, отряхнула руки от пыли и закрыла дверь.

— Скульптура крылана. И, скорее всего, шутка. Люси сучка.

Тао улыбнулся и последовал за Райли на кухню.

— Да, в самолёте ты упоминала, что не любишь летучих мышей. И не лукавила, да?

— Абсолютно. — Она считала их устрашающими. Райли открыла холодильник: — Нам кто-то оставил немного еды. Скорее всего, Люси.

К её радости, внутри оказались несколько банок с напитком «Маунтин Дью» и кофе. Райли открыла скрипучие дверцы шкафчика, достала две кружки и включила кофеварку.

— Ну, и как тебе стая?

Тао прислонился к дверному косяку.

— Думаю, твои дяди безумно тебя любят. И большинство воронов явно обрадовались твоему приезду. Думаю, Синтия с удовольствием вырвала бы тебе почки и избила тебя ими под аплодисменты Ширли. Родители тех, кто погиб в перестрелке, больше тебя не винят и сожалеют, что делали это раньше.

Райли склонила голову набок.

— А ты очень наблюдательный, да? Мой ворон впечатлён.

— Да? А как насчёт тебя?

— Может, и я под впечатлением.

Тао улыбнулся.

— Подожди здесь. Я быстро.

Она нахмурилась.

— Куда ты?

— Волк с ума сходит от осознания, что его территория не помечена, поэтому собираюсь пойти это исправить. — Тао прошёл через кухню к дверям патио и вышел на заднюю террасу.

Волк рвался из тела, желая освободиться. Но сперва Тао хотел сделать звонок. Он вытащил мобильный и набрал Трея.

Альфа ответил быстро.

— Как всё прошло?

— Вечеринка прошла гладко. Стая довольно хорошо приняла Райли. А вот после вечеринки мать Уэйда вместе с заклятым врагом Райли, которая, оказалось, встречается с её бывшим, вступили с нами в конфликт. Обе женщины хотят, чтобы мы уехали.

— А что насчёт самого бывшего?

— Кажется, он ошибочно полагает, что всё ещё имеет на неё какие-то права. — Это бесконечно раздражало его волчью собственническую натуру.

— Как Райли?

— В порядке. Стычка с женщинами её вывела, но она сильная.

— Да, — согласился Трей. — Держи меня в курсе новостей.

— Хорошо. — Тао засунул телефон в карман джинсов, сбросил одежду и перекинулся.

Волк потянулся, царапая половицы и отмечая их. Это предупреждение любому, кто посмеет приблизиться. Он бродил по окрестностям, царапая деревья и камни и оставляя свой запах, отмечая свою временную территорию. Только когда убедился, что место занято, волк вернулся в хижину. И там его ждала женщина. Волк потёрся об неё, облизывая руку.

Улыбаясь, Райли села на корточки и запустила руку в чёрный, как смоль, мех волка. Он был толще, чем казался, но не грубым. Райли сталкивалась с волком Тао много раз, наблюдая, как он бегал со своей стаей, но никогда прежде не находилась к нему так близко. В основном волк был игривым и жизнерадостным. Но видела, как волк сражался и как злобно и жестоко разрывал врагов. Он был крепко сложен, гордый и высокий.

— Признаю, ты и твоя человеческая сторона, довольно впечатляющие во многих отношениях.

Она знала, что волк не поймёт слова, но человеческая сторона — да. И может, поэтому Тао стал тут же перекидываться.

Райли встала и попятилась, когда кости Тао затрещали и захрустели. Но даже когда перед ней стоял человек, она продолжала отступать, удерживая взгляд золотистых глаз, в которых светилась мужская сила. Она сбегала и дразнила. Он это чувствовал и медленно пошёл к ней спокойной походкой хищника.

Райли так захватило зрелище этих перекатывающихся и сокращающихся мышц, что забыла об окружении. И упёрлась спиной в кухонную стойку, прервавшую отступление. В два шага Тао оказался рядом с ней.

— Собираешься со мной бороться, Райли? — Он запустил руку ей в волосы и потянул так сильно, что натянулась кожа головы.

— Не думаю, что в этом есть хоть какой-то смысл.

Он улыбнулся.

— Ты права. Это бессмысленно. — Сходя с ума от желания, Тао прижался к её губам своими и скользнул в её рот языком. Райли впилась ногтями в его плечи и с жаром поцеловала в ответ. Но инициативой владел Тао, поворачивающий её голову так, как ему нужно. Он брал всё, что она ему давала, и может именно поэтому в её аромат проникли нотки паники. Спустившись губами к её шее, Тао втянул кожу, под которой дико колотился пульс. Райли растворилась в этом ощущении.

— Хорошая девочка.

Вжимаясь в неё бёдрами, Тао сорвал с неё рубашку и лифчик.

По груди Райли разлился румянец. Она так и манила оставить на ней метки. Тао втянул в рот напряжённый сосок, а второе полушарие обхватил ладонью. Грудь Райли идеально ложилась в ладони, словно создана для Тао.

— Тао, — запротестовала Райли, но понятия не имела против чего. Хотела ли она, чтобы он остановился? Нет. Определённо. Но парень опять доминировал и ей это даже немного нравилось. И всё же, отчасти, Райли ощущала себя бессильно. Ей требовалась минутка перевести дух и вернуть хоть немного самоконтроля. Она попыталась оттолкнуть Тао, но тот прижался ещё сильнее и продолжил ласкать её сосок, втянув так, что даже причинил небольшую боль.

А затем укусил.

— Райли, не говори мне, что ты этого не хочешь. Это будет чёртова ложь.

Она даже не стала отрицать. А какой смысл, учитывая, что он мог ощущать, как сильно она его хотела?

— Но если всё же хочешь, чтобы я остановился, просто скажи, и я тут же это сделаю.

Райли ему верила. Скажи она отпустить, он бы тут же послушался. Ему бы это не понравилось, но Тао бы отступил. И это придало ей сил и заставило почувствовать себя менее беспомощно.

— Заставь меня кончить.

Тао довольно зарычал, стянул с Райли джинсы и трусики, и уложил на пол.

— В этот раз я не остановлюсь, — предупредил он, нависая над ней. — Он вошёл в неё двумя пальцами. — Чёрт, какая же ты узкая.

Двигая пальцами вперёд и назад, он наслаждался её тугостью и влажностью, но для него этого было недостаточно. Он хотел попробовать её возбуждение на вкус.

Райли жалобно застонала в знак протеста, когда почувствовала, что Тао убрал пальцы, но на их смену тут же пришёл язык, скользнувший по лону, и успокоилась.

Он полностью уничтожил её контроль, облизывая, покусывая и посасывая. Её лоно пульсировало. Райли выгибалась, подставляясь под ласки, требуя большего, поэтому Тао скользнул в неё языком, и она едва не зарыдала от облегчения.

Райли знала, что не протянет долго, особенно, когда…

Тао отстранился.

— Эй! — снова запротестовала Райли, но он уже навис над ней, раздвинув ноги, поглаживая клитор головкой члена.

— Хочу оказаться в тебе. — Тао хотел жёсткого секса, погрузиться в Райли настолько глубоко, чтобы она никогда не смогла выдворить его из себя. — Сейчас.

С этим Райли вполне была согласна, а вот с тем, что Тао властно впился зубами в её плечо — нет, поэтому с яростным шипением начала вырываться и брыкаться.

Тао просто скользнул рукой под её тело, приподнял бёдра и вошёл на полную длину. Райли распахнула рот в немом крике. Его член был толстым и длинным и, боже, у Райли всё горело от растяжения и наполненности. Но боль очень быстро прошла, потому что Тао двигался внутрь и наружу, удерживая её за бёдра там, где ему было нужно. Райли не могла шевелиться, казалось, и дышать не могла.

— Райли, ты хоть знаешь, как долго я хотел оказаться в тебе? — прорычал он ей в губы. — С самой первой чёртовой минуты.

Он стал двигаться жёстче, быстрее. Тао не мог насытиться Райли, не мог насытиться её тихими стонами.

— Давай же, я хочу тебя слышать.

Она схватила его за волосы.

— Прекращай болтать и заставь меня кончить.

Её ворон хотел отметить его, расцарапать спину и плечи, оставить метки по всему телу.

Райли закрыла глаза, сопротивляясь этому искушению. Нет. Нет же, она не усугубит чувство собственничества ворона ещё сильнее. Но это сложно, ведь не только птица хотела пометить Тао, но и сама Райли жаждала кусать и царапать, оставить свой знак принадлежности.

Держать себя под контролем было бы гораздо легче, если бы Тао не вёл себя так дико. В одно мгновение он прижимал её к полу и вколачивался в лоно, а в другое — уже перевернул их, и уже сама Райли насаживалась на него. И только Райли подумала, что сейчас кончит, как Тао снова их перевернул, закинул её ноги себе на плечи и начал вколачиваться с ещё большей силой и скоростью. И это оказалось для неё слишком.

— Тао, я сейчас… — Райли застонала, когда он потёрся клыками о её шею, её лоно сжалось.

Тао застонал.

— Да, детка, сожми мой член.

Райли не нужно было говорить, что она на грани оргазма, Тао сам ощущал, как она становилась ещё более влажной, и как её лоно крепко сжималось вокруг его члена.

И Тао не стал и дальше сдерживаться.

— Кончи, Райли.

Он впился зубами в метку, и её лоно так сильно сжало член, что стало почти больно.

Райли вскрикнула, дёрнулась и стиснула его. Тао толкнулся ещё глубже и, выругавшись, тоже кончил.

Райли страдала бессонницей, поэтому не часто просыпалась, ощущая на себе лучи солнечного света. Жёлтые солнечные пятнышки играли на стенах безумно милой спальни, которая занимала большую часть пространства хижины.

Прошлой ночью, после секса на полу, Тао отнёс её на кровать, где они оба сразу же уснули. Она проснулась около трёх часов ночи, попыталась выбраться из постели, но Тао притянул её обратно и буквально опустил на свой член. Райли скакала на нём до потери чувствительности в костях, а потом просто рухнула на постель и снова погрузилась в сон.

Сейчас же Тао развалился на животе, его дыхание было глубоким и размеренным. Он стянул одеяло вниз, обнажив голую спину. От вида твёрдых мускулов и гладкой кожи в Райли проснулся голод.

На родовом тату на верхней части спины и плечах добавились метки от ногтей Райли, которые её ворону чертовски сильно нравились. А ещё та была довольна тому, что Тао не остался в долгу. Райли ощущала слабое пощипывание из-за ранок от ногтей на бёдрах и вспомнила, как Тао крепко держал её, когда она скакала на его члене.

Понимая, что больше уже точно не уснёт, Райли откинула покрывало, на котором, как и на красном коврике, как и на подушках домика, красовался символ рода. Она медленно начала выбираться из громадной кровати, осторожно, чтобы не сильно шевелить матрас и тут…

— Детка, решила улизнуть? — пробубнил Тао, даже не открывая глаза.

Райли вздрогнула от неожиданности.

— Нет, просто не хотела тебя будить.

— Иди сюда.

— Зачем?

Тао открыл глаза и пронзил её взглядом золотистых глаз.

— Просто иди сюда.

Молча подчинившись, Райли поползла на коленях к нему.

— В чём дело?

Тао нежно запустил руку ей в волосы, притянул к себе и поцеловал.

— Вот теперь можешь идти.

— Что ж, спасибо, — огрызнулась Райли.

— Пожалуйста.

Райли вытащила из сумки футболку и штаны, и направилась в ванную комнату. Тао одобрительно зарычал. Райли резко остановилась и оглянулась. Тао лежал неподвижно, но в его глазах горело возбуждение.

— Что?

— Нравится наблюдать за твоей походкой.

Райли моргнула.

— Эм, почему?

— У тебя очень женственная и уверенная походка. Когда смотрю тебе вслед, у меня каждый раз встаёт.

— Ладно, — протянула Райли, не зная, как ещё ответить на его заявление. Она зашла в ванную комнату и закрыла дверь.

Внутри находились ванна и душевая кабинка, и всем этим Райли планировала воспользоваться. Рядом с раковиной на хромовых крючках висели мягкие полотенца, на столешнице стоял поднос с гигиеническими средствами и стаканами для воды в пластиковой упаковке. Больше походило на номер в отеле.

Райли приняла душ и оделась, а когда вернулась в спальню, Тао по-прежнему лежал в кровати с закрытыми глазами. Её немного удивило, что, работая всю неделю в поздние смены, он настолько устал.

— Я буду внизу.

— Я скоро к тебе присоединюсь, — сонно пробормотал он.

Райли догадывалась, что он снова уснёт, но ничего не сказала. Просто взяла мобильный с прикроватного столика и спустилась вниз.

На кухне она вытащила из холодильника баночку Маунтин Дью. В доме было слишком жарко для кофе. Выйдя на улицу через двери патио, Райли прищурилась из-за яркого солнца. Воздух ощущался сухим, ветерок был лёгким, но Райли нравилась жаркая погода. Счастливо устроившись на одном из шезлонгов, она позвонила Макенне.

— Доброе утро, — ответила на звонок девушка.

— Ты подозрительно бодра.

— Мы с Джейми сегодня едем по магазинам, поэтому всё хорошо. — В трубке послышалось ворчание, и Макенна вздохнула. — Райан, прекрати жаловаться. Никто тебя не заставляет ехать с нами. — Райли улыбнулась, зная, как Райан ненавидел походы по магазинам. Вот только оставлять Макенну одну он ненавидел ещё больше, поэтому часто её сопровождал. — Райли, тебе точно стоит как-нибудь съездить с нами.

— Ты же знаешь, что я предпочитаю делать покупки онлайн.

— Да, но я очень надеюсь, что смогу заставить тебя ощутить эту абсолютную радость от покупок вживую.

— Этому не бывать. Они сейчас с тобой?

— Конечно. — Повисла пауза. — Саванна, это Райли.

— Привет, Райли, — взяла трубку Саванна с полным ртом еды.

В груди у Райли всё сжалось, и она улыбнулась.

— Привет, милая. Как вы?

— Хорошо, но Декстер продолжает воровать мой бекон и класть себе в карман. Он положил цветной мелок мне в кашу.

Райли изо всех сил старалась не рассмеяться в голос.

— Что ж, это плохо. — Хотя она и подозревала, что Декстер отдал Саванне мелок в обмен на бекон, считая это хорошим обменом.

— Когда ты вернёшься домой?

— Завтра. Надеюсь, не слишком поздно.

— Декстер, прекрати пытаться выхватить телефон! — прошипела Саванна.

— Саванна, дай ему поговорить с Райли, — попросила Макенна.

— Ладно, — обиженно пропыхтела Саванна.

Спустя мгновение в трубке послышался другой голос — тихий и ангельский.

— Райли?

— Привет, здоровяк, ты же не прячешь еду в кармане?

— Нет.

— Точно?

— Точно.

— Что ж, рада это слышать. — Осушив баночку Маунтин Дью, Райли поставила её на столик рядом с шезлонгом. — Я вернусь завтра, хорошо?

— Лады.

Райли услышала, как на заднем фоне Макенна просит у Декстера телефон. Послышалось шуршание, а затем её голос:

— Болтлив как всегда, да?

Райли усмехнулась, но улыбка тут же пропала с лица, когда она уловила торопливые шаги в лесу поблизости. Кто бы ни приближался сейчас к хижине, он не скрывался — создавал достаточно много шума, чтобы не застать Райли врасплох. И вскоре она уже могла рассмотреть высокую, худощавую фигуру. Честно говоря, Райли всё ещё не была готова к разговору, и её интересовало, а не пришёл ли он, чтобы сделать ей выговор за стычку с Синтией. Поэтому Райли приняла сидячее положение, подложив под себя ногу.

— Я позвоню завтра, — сказала она Макенне.

— Ладно, повеселись там с дядями.

— Обязательно. — Завершив звонок, Райли посмотрела на нарушителя её покоя. — Доброе утро, Сойер.

Он остановился прямо перед ней и натянуто улыбнулся.

— Мы можем поговорить?

— Конечно, почему нет?

Сойер сел на край другого шезлонга и наклонился вперёд, сцепив руки перед собой.

— Райли, волк. Серьёзно?

Она потёрла виски.

— Прошу, скажи, что ты не пришёл сюда, жаловаться на присутствие Тао. Волки не так плохи. — Но Сойеру они никогда не нравились. — Стая Феникс хорошо меня приняла.

— Знаю. И я им за это благодарен. Слышал о приюте, и о другом ублюдке волке, который пытался его захватить. Я рад, что волки стаи Феникс предоставили тебе убежище, и что всё это дерьмо тебя не коснулось.

— Откуда ты обо всём узнал?

— Макс держит меня в курсе твоих дел.

Ворон внутри встрепенулся. Её жизнь — её личное дело. Макс не должен в неё вмешиваться.

— Как уже сказал, я им благодарен, но тебе там не место. Твоё место здесь. И мне не нравится твой парень, Райли. И не только потому, что он волк. — Сойер пожал плечом. — Что-то в этом парне меня настораживает.

— Ты о том, что Тао не выказывает притворное уважение, если его не испытывает? Поумерь чувство собственного достоинства, ведь ты, Сойер, не заслуживаешь уважения только из-за того, что являешься стражем. Тао плевать какую должность ты занимаешь. Если ты ему не нравишься или он тебя не уважает, то не станет в этом притворяться.

— И тебе это нравится, — догадался Сойер.

— Мне нравится, что с ним не нужно гадать, что и как.

Сойер молчал несколько минут и не сводил с Райли глаз, как будто пытался прочесть её мысли.

— Райли, ты же знаешь, что ничего у вас с этим волком не выйдет. Здесь твой дом. И я сомневаюсь, что он захочет переехать в эту стаю. Ты отсутствовала достаточно долго. Пора возвращаться домой.

Райли любила Седону, правда любила. Ей нравилось проводить время с дядями и любоваться видами. Но жить здесь… она не была уверена, что сможет. И явно не сможет оставить Саванну и Декстера. И есть ещё кое-что.

— Синтии и Ширли это не понравится, и ты это знаешь, Сойер.

Он пожал плечами.

— Они привыкнут. — Он поднял голову. — Синтия рассказала о небольшом конфликте, который произошёл между вами прошлой ночью.

— Хм. Интересно сколько правды в её истории.

— Забудь о них. — Сойер положил руку ей на колено. — Райли, ты не можешь позволить Синтии, Ширли или воспоминаниям о перестрелке удерживать тебя вдали от дома.

Райли услышала скрип двери патио, оглянулась и увидела, что к ним медленно идёт Тао и сердито смотрит на Сойера. Нет, он сердито смотрел на руку Сойера, которая лежала на её колене. Райли подвинула ногу и рука Сойера упала, но сердитый взгляд Тао не смягчился.

Райли с широко распахнутыми глазами посмотрела на Тао, взглядом умоляя не совершать глупости. Если он сцепится с Сойером, это даст Синтии и Ширли повод настоять, чтобы Тао покинул стаю воронов — а этого они и пытаются добиться, зная, что Райли уедет с ним.

Сердитость Тао сменилась просто хмуростью, и Райли посчитала, что это лучше, чем ничего. Он наклонился к ней и впился в губы поцелуем. Поцелуй оказался быстрым, но всё же настойчивым, властным и опьяняющим. И когда пронзительный голод проснулся в Райли, она подумала, что будет хорошей идеей заняться сексом на этом лежаке. И Тао подумал о том же самом.

Тао неохотно оторвался от её губ и улыбнулся.

— Доброе утро, малышка. Итан позвонил на стационарный телефон, я попросил его подождать. — Тао помог Райли подняться на ноги и уткнулся носом в основание шеи, смотря на мужчину перед собой. — Сойер, — сухо поздоровался он.

Тао был так близко к тому, чтобы надрать задницу этому придурку. Когда он увидел его руку на коленке Райли, на глаза упала красная пелена. Тао по большей части был горяч и легко заводился, но сейчас всё ухудшилось, ведь он находился на чужой территории, где какой-то парень хотел его женщину. Это сделало Тао раздражительнее и мрачнее обычного.

Сойер опустил уголки губ и едва различимо наклонил голову. Выражение лица не выказывало зависти, но мышцы напряглись, будто он готовился к броску.

— Я вернусь через минуту, — сказала Райли Тао, закатив глаза от того, как собственнически он укусил её за губу. Мужская демонстрация силы так утомляла. — Веди себя хорошо.

Тао, не отрываясь, смотрел ей вслед, пока она не оказалась в безопасности дома, а затем, выгнув бровь, посмотрел на поднявшегося Сойера.

— И что за дело привело тебя сюда?

— Нет никакого дела. — Слова вышли твёрдыми как камень. — Мы с Райли просто разговаривали.

— О, а я-то подумал, что ты тут от лица Синтии. Только не говори, что она не помчалась прямиком к тебе после их небольшой стычки.

— Да, она мне об этом рассказала.

— Может, если бы ты убедил Синтию, что не собираешься пытаться забрать у меня Райли, она бы чувствовала себя немного лучше.

Сойер скривил губы.

— Забрать у тебя Райли? — усмехнувшись, уточнил он. — Райли принадлежит только самой себе. Волк, да ты совсем её не знаешь, если считаешь иначе. Она не потерпит ограничения свободы.

— Может она к такому не привыкла или же не потерпит этого от парней, которые, в свою очередь, не станут принадлежать ей, как она принадлежит им.

— И ты думаешь, что она хочет тебя?

— У меня вся спина в её метках, как думаешь?

— А если она вернётся в свою стаю? — парировал Сойер. — Ты не можешь обещать, что последуешь за ней.

— Вернётся сюда? Этого не случится. Она уже член нашей стаи.

Сойер презрительно фыркнул.

— Враньё.

— Если бы я не знал, то подумал, что у Синтии есть все основания параноить, что ты всё ещё хочешь Райли, — заметил Тао. — Но Райли из тех женщин, которые могут залезть парню в голову и остаться там, правда? — Он сделал шаг к Сойеру. — Я бы хотел поделиться забавной историей. Прошлой ночью я вышел на пробежку в волчьем обличье. А когда вернулся, то немного… отвлёкся на Райли, и только потом вспомнил, что оставил вещи на полу. Пошёл забрать, но их там, за исключением обуви, не оказалось. А потом я увидел это. — Тао указал на дерево, где на ветвях висели обрывки его одежды.

Сойер вздохнул.

— Я не рвал твою чёртову одежду.

— Я тебе верю. Поначалу я подумал, что это мог быть ты, но теперь вижу, как тебя раздражает сама мысль обо мне и Райли. Если бы прошлой ночью ты был снаружи, пока была открыта задняя дверь, и видел, как я трахал Райли на полу в кухне, ты бы сделал куда больше, чем разорвал мою одежду. Ну, или хотя бы попытался.

Сойер зарычал, глаза вспыхнули, когда ворон на мгновение перехватил контроль. Птица явно также была немного одержима Райли.

— О, гнев, гнев, — прорычал Тао. — Бьюсь об заклад, если бы прошлой ночью не было дождя, на этих лохмотьях остался бы запах твоей девушки. — Конечно, это могла сделать и Ширли, но чутье Тао говорило об обратном. — Тебе нужно с ней разобраться.

— Синтия прошлой ночью была со мной.

Тао приподнял бровь.

— Всю ночь? — Сойер не ответил, и Тао усмехнулся. — Я так не думаю.

Сойер шагнул вперёд.

— Ты взял Райли на полу в кухне? Позволь у тебя кое-что спросить. А ты брал её в душе? В ванне? У стены? Скажи, что ты хотя бы нагнул её…

Тао жёстко врезал кулаком ублюдку в челюсть.

— Что здесь, чёрт возьми, происходит? — подбежала к Тао Райли. Её так шокировало, что Тао ударил Сойера, что она едва не выронила неоткрытую банку Маунтин Дью.

Сойер улыбнулся, облизнув разбитую губу.

— Вот он гнев, правда, Лукас? — самоуверенно подначивал он. И тогда Тао понял, что ублюдок хотел вывести его из себя.

— Что ты, чёрт возьми, ему сказал? Он был в порядке, когда я уходила, — потребовала Райли объяснений у Сойера. Тот, по-прежнему улыбаясь, невинно пожал плечами.

— Знаешь, Райли, смотри, чтобы он никогда не сорвал на тебе свой гнев.

Тао ринулся на него.

— Ах, ты сукин…

Райли быстро вклинилась между, упёрлась руками в грудь Тао, оглянулась на Сойера и прорычала:

— Придурок, убирайся отсюда к чёртовой матери!

Довольный вызванной реакцией, Сойер начал пятиться.

— Раньше ты мне говорила куда более приятные слова.

Тао зарычал, выхватил банку газировки у Райли и швырнул в Сойера, но тот увернулся и исчез в лесу.

Райли посмотрела на Тао.

— Ну и что это, блин, было?

— Он провёл меня по своим воспоминаниям, — процедил Тао сквозь зубы. — Рассказал, как брал тебя в душе, в ванне, у стены…

— Нет, не было такого, — нахмурилась Райли. — Он почувствовал, что тебя легко вывести из себя, поэтому и спровоцировал. К сожалению, это сработало. Сойер, наверное, хочет, чтобы я не чувствовала себя с тобой в безопасности.

Внезапно Тао оказался рядом с ней.

— Давай кое-что проясним, — пробубнил он. — Я могу быть подлым ублюдком, у меня дерьмовый характер и мне наплевать на чувства людей вокруг. Это означает, что я буду огрызаться, бесить тебя и даже орать, но я никогда и пальцем тебя не трону. Никогда.

— Я это уже знаю, — заверила его Райли. — А теперь ты можешь успокоиться?

— Чертовски тяжело это сделать, когда я в своей голове вижу тебя с ним.

Бросив печальный взгляд на банку на траве, которая распрыскивала драгоценную жидкость, Райли вздохнула.

— Ты действительно её кинул?

— Что ж, некоторые люди так и просят банкой в голову. Банкой размером с лодку. Или просто лодкой. А лучше круизным лайнером.

— Трудновато поднять круизный лайнер. Вообще-то, невозможно. Если только ты не супермен. А ты не супермен. Ты не летаешь, и у тебя нет плаща. А ещё у тебя нет рентгеновского зрения и умения стрелять лазерными лучами из глаз, а обе эти способности довольно крутые.

Он бросил на неё раздражённый взгляд.

— Почему мы вообще говорим о супермене? — закричал Тао.

— Потому что это тебя отвлекает!

Тао сделал глубокий вдох. Очень-очень глубокий.

— Мне нужен кофе. Потом еда.

— Макс и Итан только что пригласили нас на черничные блинчики. Их домик всего в нескольких минутах ходьбы. Я уже готова идти, если ты готов. — Райли что-то заметила и нахмурилась. — А что это на дереве?

Под ярким солнцем Тао последовал за Райли по извилистой, неровной грунтовой тропинке, любуясь захватывающими дух видами красных скал, высоких пиков, каньонов и гор. Над головой кружили хищные птицы. По кустам прятались мелкие животные. Тао слышал журчание ручейка и белый шум водопада.

Как и волк, Тао находил виды и запахи природы расслабляющими, но тяжело расслабиться, когда рядом витал знойный запах Райли, который затмевал запахи диких цветов и сухой земли.

Теперь, когда они приближались к домику её дядь, Тао мог видеть, как пара расставляет тарелки на столе на улице. Тао сжал руку Райли.

— Похоже, мы завтракаем снаружи.

— Им нравится завтракать на улице, — ответила она.

Тао внутренне вздохнул от её ровного тона. Он надеялся, что она к этому времени успокоилась. От выкидонов Синтии она разозлилась больше него. Тао потребовалось добрых двадцать минут, чтобы убедить Райли, что не стоит врываться в дом Синтии и требовать от неё объяснений. Волк тёрся о кожу Тао изнутри, желая успокоить свою женщину.

— О чём думаешь? — спросил Тао, обходя ягодный куст.

— Думаю о том, что не стоило поддаваться на твои уговоры, а просто пойти к этой стерве и разорвать в клочья её шмотки. — Райли прихлопнула комара. — А ещё мне не нравится, что она видела, как мы трахались.

— Она любит распускать сплетни?

— Зависит от ситуации. А что?

— Если она начнёт распускать слухи о том, какой у меня большой член, у тебя может появиться конкуренция, даже несмотря на то, что я засранец. — Как Тао и надеялся, Райли рассмеялась — хриплый смех из самого сердца, который заставил его улыбнуться.

— Твоя самоуверенность меня беспокоит.

— Не стоит. Я с ней справлюсь.

Пара подошла к столу на террасе. Итан встал и поцеловал Райли в щёку.

— Доброе утро, милая. Доброе утро, Тао.

— Доброе, — с улыбкой ответила Райли. Тао лишь кивнул в знак приветствия.

Макс сидел, развалившись в кресле.

— Я бы встал тебя поцеловать, но не доверяю своему равновесию.

По унылому выражению лица и взъерошенному внешнему виду было очевидно, что он страдает последствиями вечеринки. Райли наклонилась и поцеловала его в щеку. Увидев, что её ожидает стакан с Маунтин Дью, она широко улыбнулась.

— Ребята, вы лучшие.

Тао и Райли устроились напротив Итана и Макса, который заметил:

— А вы не выглядите как с похмелья.

— Мы пили только колу, — Райли сразу накинулась на блинчики, что стояли в центре стола. — Как твоя голова?

Макс пожал одним плечом.

— Бывало и хуже. Как бывало и лучше.

Итан поставил перед ним стакан воды.

— Больше пей.

Макс послушно сделал глоток, а затем повернулся к Тао.

— Что ж, Тао, расскажи мне о себе. Я знаю, что ты глава Стражей, что ты поставил метку Райли, и на этом всё.

Тао разрезал блинчик.

— Особо нечего рассказывать.

— Ты вырос в стае Феникс? — спросил Макс.

— Нет, до четырнадцати лет я жил в другой стае, но та распалась и некоторые её члены образовали новую стаю — стаю Феникс.

— Я кое-что слышал о твоём Альфе, Трее, — продолжил Макс. — Слышал, что его волк становится диким во время сражений, и что Альфа-самка стаи в своё время была латентной, пока не образовала пару с Треем.

Тао кивнул в знак согласия.

— Я также слышал, что они оба немного сумасшедшие, — добавил Макс.

— Верно, это правда, — прожевав блинчик, ответил Тао.

Макс поставил свой стакан.

— Как долго ты уже глава Стражей?

Райли громко выдохнула.

— Макс, может, хватит? Тао, он тебя не допрашивает, он просто очень любопытный.

— А что ещё ожидать от ворона? — улыбнулся Макс. — Думаю, мы можем, милая, тогда поговорить о тебе. У меня есть кое-какие фото, которые могут его заинтересовать.

— Макс… — прорычала Райли. Но было уже поздно. Её дядя достал кошелёк и показал Тао коллекцию детских фото, некоторые из которых оказались слишком постыдными. Изучая фото, на котором Райли исполнилось пять лет, Тао заметил:

— Ты выглядишь… мило. Представить не могу тебя милой.

Итан захихикал.

— Она вела себя мило, когда ей было что-то нужно.

— Такой чертовски милой и весёлой, — добавил Макс. — Итан, помнишь её второе рождество с нами? — Макс проигнорировал рычание Райли и повернулся к Тао. — Мы попросили её написать список желаний для Санты. Позже она пришла к нам и его зачитала: нового медвежонка, велосипед, платье Мини Маус и буфера.

Тао взорвался от смеха.

— Оказалось, она пыталась написать «болеро», но всё равно было смешно.

Райли покачала головой.

— Поверить не могу, что ты вытащил такое.

Макс улыбнулся, не выказывая ни грамма раскаяния.

Услышав звонок телефона, Тао вытянул его из кармана и нахмурился, увидев на экране надпись «скрытый номер».

— Я вернусь через секунду. — Встав, он отошёл немного в сторону и ответил.

— Ты меня подвёл, мистер Лукас.

Тао замер. Ублюдок. Как, чёрт возьми, Рамон Велоз узнал его номер?

— Что?

— Я сказал убедить Альф в серьёзности моей ситуации. Ты меня в этом подвёл. — Выговор прозвучал резко и содержал нотку предательства, как будто Тао являлся одним из его приспешников.

— Нет, это ты меня подвёл, с первого раза не поняв, что моя Альфа не может лечить смертельно больных. Возможно, есть другие целители, способные…

— В твоей жизни есть важные для тебя люди, мистер Лукас? — В его жизни было много важных людей, но он не понимал какое Рамону до этого дело. — Как ни досадно, мой брат — единственно важный человек в моей жизни. — Забавно, потому что по голосу Рамона этого было не понять. В его голосе совсем никаких эмоций. — Однажды он спас мою жизнь. И до этого момента я не мог ему оплатить.

— Я понимаю, ты не хочешь его смерти, но это не меняет того факта, что моя Альфа-самка никак не может ему помочь. Ты должен это принять.

— А ты бы принял? Если бы кто-то важный для тебя умирал, ты бы смирился? Как насчёт маленькой вороны, с которой я тебя видел? — Он провёл расследование, раз знал, что Райли не волк. — Если бы она умирала, если бы смерть пыталась её у тебя отнять, ты бы с этим смирился? Или бы сделал всё ради спасения? — Тао машинально повернулся к Райли, наблюдая, как она смеётся со своими дядями. — Полагаю, мы узнаем.

— Что это, чёрт возьми, означает? — зарычал Тао, но Рамон повесил трубку. Выругавшись, Тао сунул телефон в карман и…

В воздухе прогремел гром, заставивший Тао замереть на месте. Нет, не гром, осознал он секунду спустя.

Выстрел.

С дико колотящимся сердцем, Тао бросился к Райли, которая перевернула стол, чтобы защитить себя и Макса с Итаном. От запаха её крови внутренности скрутило узлом, а волк едва не сорвался с цепи.

— Райли, посмотри на меня!

— Всё в порядке, меня едва зацепило, — с широко распахнутыми глазами ответила она. Пуля скользнула по предплечью, разорвав одежду и царапнув кожу. Райли втянула воздух и перевела взгляд на дядю. — Итан?

— Чёрт, — выругался Тао, заметив, что из плеча Итана течёт кровь. — Нужно занести его в дом. — Макс закинул руку Итана себе на шею, поднял его и понёс к строению. Тао прикрывал Райли, которая спешила за Максом и, когда все оказались в доме, захлопнул дверь. — Держитесь подальше от окон, — приказал он, выводя Райли в маленькую столовую рядом с кухней. Намочив тряпку, он протёр ею рану. Райли даже не дёрнулась, сосредоточив всё внимание на Итане и Максе.

Макс помог Итану сесть в кресло и сорвал с него окровавленную футболку. Райли вздрогнула от вида раны. Она оказалась не настолько большой, но распухла и кровоточила, как мини вулкан. Райли подумала, что слишком близко к сердцу. Чертовски близко. Внутрь начал просачиваться страх, густой и липкий. Райли неосознанно потёрла грудь. Сердце билось так сильно, что, казалось, сейчас взорвётся. Каждый вдох причинял боль, как будто лёгкие охватило огнём.

С Итаном ничего не может произойти. Ничего. Только не с этим мужчиной, который, как и его партнёр, любил её и поддерживал, был якорем, когда она в нём нуждалась.

Но кровотечение не останавливалось. Страх сковал горло, во рту появился металлический привкус. Ворон просто сходил с ума.

— Райли, он в порядке, — успокаивал её Макс. — Пуля прошла навылет, жизненно важные органы не задеты.

— Милая, Макс меня подлатает, — выдавил сквозь зубы Итан, над верхней губой которого выступил пот.

Закончив промывать царапину Райли, Тао начал массировать её затылок, наблюдая, как Макс положил на рану Итана руки, каждая черта лица ворона отражала концентрацию.

— Ты целитель?

— Мой дар слишком слаб, чтобы называть меня целителем, — ответил Макс. — Но я могу ускорить процесс заживления, остановив кровь, и помочь ране зарубцеваться. Хотя и этого вполне достаточно, если рана не слишком серьёзная.

А рана Итана оказалась серьёзной. Райли принялась расхаживать вперёд и назад. Запустила руку в волосы. Казалось, в комнате не хватало кислорода, и Райли задыхалась. Оцепенение сковало мысли, оставив разум в одиночестве пытаться разобраться в ситуации. Всё случилось так быстро, что Райли не могла правильно сориентироваться. Она запаниковала, потеряла контроль.

— Что… что… чёрт… кто, чёрт возьми, стрелял в Итана? И зачем кому-то это делать?

Что ж, есть только один способ это узнать.

Когда Райли попыталась выбраться наружу, путь ей преградил Тао

— Эй-эй-эй, полегче. — Он аккуратно, чтобы не зацепить рану, обхватил её за плечи. — Мы останемся здесь.

— Стрелок ещё может быть снаружи, — прошипела Райли. — Я могу перекинуться и улететь…

— И поймать пулю. Этого не будет.

— Райли, милая, останься с нами, — попросил Итан дрожащим голосом.

Она оглянулась на него, в груди всё сжалось. Макс влажной тряпкой обтирал кровь вокруг уже закрытой раны, которая по-прежнему выглядела ужасно, вызывая ком в горле Райли.

— Я не думаю, что эта пуля предназначалась Итану.

Услышав слова Тао, Райли повернулась к нему.

— Что?

— Думаю, пуля предназначалась тебе.

Райли нахмурилась.

— Нет, я не думаю…

— Она была для тебя, — твёрдо заявил Тао.

— Ты ошибаешься, я… — И тут она вспомнила, как прямо перед выстрелом наклонилась за ножом, который нечаянно уронила со стола. Неужели кто-то целился в неё? И почему? Кто мог это сделать? Кто мог пытаться застрелить её и…

— Ширли, — выпалила Райли.

— Нет, — возразил Тао.

Райли упёрла руки в бока.

— Либо она, либо Синтия.

— Не думаю, что стрелял кто-то из них, — сказал Тао. — Мне звонил Рамон. Он всё ещё не принял, что Тарин не может помочь его брату, и зол на меня, считая, что я не объяснил ей насколько всё серьёзно.

— Но это не означает…

— И потом он спросил, что бы я сделал, если бы ты умирала у меня на глазах, и вот в тебя стреляют. Думаешь, совпадение?

У Райли отпала челюсть.

— Вот ублюдок.

— Подождите, кто такой Рамон? — спросил Итан.

— Тебе кто-то угрожает? — прорычал Макс.

Тао подтянул Райли к себе и всё объяснил её дядям.

— Рамон Велоз — человек, наркобарон, который предположительно вовлечён во все виды незаконного дерьма. Его брат умирает от опухоли мозга, и Рамон хочет, чтобы Альфа-самка моей стаи его вылечила.

Макс нахмурил брови.

— Даже если бы она и могла это сделать, это её убьёт.

— Именно, — согласился Тао. — Не то чтобы она исцеляла кого-то, кто подозревается в нескольких убийствах. В общем, можно сказать, что он сам выкопал себе могилу.

Тао нужно поговорить с Треем, поэтому набрал номер Альфы.

Трей ответил после двух гудков:

— Алло?

— Ты звонил Рамону?

Трей мгновение колебался, как будто вопрос застал его врасплох.

— Да. Я объяснил ему, что Тарин не сможет помочь, и пожелал удачи в поисках того, кто сможет. Не думаю, что он меня послушал. После этого Рамон звонил ещё несколько раз. Мы не отвечали, и его переключали на голосовую почту. Каждое следующее сообщение — это обещание ещё больше денег. Последнее предложение превысило четверть миллиона.

— Чёрт. — Тао провёл рукой по лицу. — Ну, он чертовски недоволен тем, что вы не приняли его предложение, и зол на меня за то, что не объяснил вам насколько всё серьёзно. Сукин сын не только как-то достал мой номер и позвонил, но и послал кого-то сюда за нами.

— За вами?

— Да. И этот кто-то только что стрелял в Райли.

— Что?

— Пуля зацепила её руку и попала в плечо её дяди. К счастью, с ним всё будет хорошо.

— Что? Что происходит? — спросила Тарин на заднем фоне.

— Малышка, только не теряй контроль, — сказал Трей, — но Райли подстрелили.

— Ты издеваешься? — завопила Тарин. Тао и Райли оба вздрогнули.

— Её дядя схватил пулю, не она, — объяснил Трей своей паре. — Подожди, я включу громкую связь. Тао, расскажи нам, что конкретно произошло.

Тао пересказал свой разговор с Рамоном, а затем кратко описал то, что случилось после звонка.

Трей выругался.

— Уверен, что за этим стоит Рамон?

— Слишком большое совпадение, что стрельба началась сразу после звонка.

Ублюдок за это заплатит. Волк Тао сердито метался, рыча в знак одобрения. Он хотел попробовать на вкус кровь Рамона, хотел отрывать от него кусок за чёртовым куском.

— Тао, я не думаю, что он хотел убить Райли. Кажется, это предупреждение. Ребята, которые работают на таких, как Рамон Велоз, не промахиваются.

Точно подмечено, но от этого Тао лучше не стало.

— Мы вернёмся завтра утром…

— Может, будет лучше, если вы останетесь немного дольше. Если кто-то из его людей сидит в засаде на территории Стаи Экседэс, может попытаться вас схватить, когда вы будете уезжать. Тогда мы точно окажемся в западне, потому что парень, бесспорно, будет угрожать убить вас, если Тарин не исцелит его брата, а это явно её убьёт. Никто не хочет оказаться в такой ситуации.

Райли скрестила руки на груди.

— Тао, я не уеду, пока Итан полностью не поправится.

— К завтрашнему дню его рана почти исцелится, — ответил он ей.

— Да, перевёртыши быстро исцеляются, но вороны, когда ранены, глубоко засыпают, — заметила Райли. — И несколько дней после могут испытывать слабость. Я не уеду, пока Итан на сто процентов не будет в порядке.

Заметив, как она упрямо вздёрнула подбородок, Тао сказал Трею:

— Мы ненадолго останемся. Что собираешься предпринять в отношении Рамона?

— Опять позвоню ему, — ответил Трей. — Дам понять насколько я зол и заставлю услышать и понять, что Тарин не сможет помочь его брату. Мы также усилим охрану на случай, если вдруг настойчивый ублюдок попытается подстрелить кого-то на нашей территории. Я буду держать тебя в курсе. Прикрывай спину и береги Райли.

Трей повесил трубку и Тао сунул телефон обратно в карман.

— Тао, — окликнул его Макс, — помоги мне отнести Итана наверх.

Тао кивнул, подошёл к Итану с другой стороны и, распределив его вес на двоих, они помогли подняться раненому наверх.

— Почему никто не отреагировал на звук выстрела?

— В этих местах охотится много людей, — ответил Макс. — Звуки выстрелов не вызывают тревогу у членов стаи. Я сейчас позвоню Сейджу. Если этот человек ещё на территории, его найдут.

Последовав за ними в спальню, Райли наблюдала, как Тао и Макс положили Итана на кровать. Она никогда не видела дядю раненым или слабым. Её пугал его бледный и… уязвимый вид. Рана, может, и закрылась, вот только внутренне Райли не стала чувствовать себя лучше. С ним всё будет хорошо. Всё будет хорошо.

Её настигло внезапное воспоминание о том, как то же самое она говорила себе, когда увидела слабого и бледного отца в кровати. Она уверяла себя, что с ним всё будет хорошо, что он просто устал, что мама скоро вернётся. Только он был не в порядке, а мама так и не вернулась.

И вот уже она не смотрит на своего дядю, а видит отца. Ей четыре года, она стоит у его кровати и своей маленькой ладошкой держит его большую руку. Итан и Сейдж спорят. Итан говорит, что Райли не стоит смотреть, как увядает отец, а Сейдж твердит, что, возможно, если отец будет держаться за её руку, то останется.

Но Райли оказалось недостаточно. Отец всё равно ушёл. Она думала, что, быть может, он вернётся вместе с мамой, но нет. Он оставил Райли. За это она его возненавидела.

Охваченная всепоглощающим отчаянием, которого давно не испытывала, Райли хотела развернуться и убежать, но почувствовала, что приросла к месту. Её мышцы одеревенели и затекли от неподвижного стояния, но Райли действительно не могла пошевелиться. И по мере того, как воспоминания одно за другим обрушивались на голову, на Райли наваливался тяжёлый груз. Как и давным-давно, её утянуло в пропасть, пока Райли не ощутила онемение и полное отсутствие связи с тем, что происходило прямо сейчас. Казалось, в комнате стало тихо, и она ощутила одиночество. Пустоту. Холод. Райли уже была в этом тёмном месте раньше, там, где никто не мог её достать. Может, так лучше, потому что кто ненавидел своего отца за смерть?

Когда Макс вышел из комнаты, чтобы позвонить Сейджу, Тао посмотрел на Райли. Она была неестественно неподвижной, плечи напряжены, взгляд пустой. От чего-то в её глазах у него волосы дыбом встали на затылке и руках. Тао подошёл к ней и повернул лицом к себе. Она смотрела на него пустым взглядом. Тао видел, как она замыкается в себе, закрывается ото всех. Тао точно знал, что видит перед собой. Он вспомнил, как его осиротевший двоюродный брат делал то же самое прямо посреди улицы, когда мимо проезжала машина скорой помощи.

Видеть раненого Итана стало для неё триггером горя.

Ругая себя за то, что не подумал о том, как ситуация может повлиять на Райли, Тао обхватил ладонями её щеки.

— Райли? Райли, посмотри на меня.

Она не отвечала. Проклятье, она, казалось, даже не видела его. Волк расхаживал, он хотел, чтобы Тао что-то сделал.

— Итан в порядке, малышка, он просто спит. — Она не реагировала.

Теперь немного паникуя, Тао легонько ударил её по щеке.

— Райли, вернись ко мне. — Он шептал, но это был приказ. — С ним всё будет хорошо, клянусь. — Когда она так и не отреагировала, волк почти потерял контроль.

Задаваясь вопросом, сработает ли вспыльчивость, Тао сжал её горло — движение было одновременно доминирующим и собственническим и заставило бы любую доминирующую женщину ощетиниться.

Во взгляде Райли появился гнев, и Тао почти облегчённо выдохнул.

— Вот так; умница. — Она облизнула губы, вернувшись к нему. Но дыхание было медленным и едва уловимым. Тао положил её руку себе на грудь. — Мне нужно, чтобы ты дышала со мной. Глубокие вдохи и выдохи. Вдох-выдох, давай же. — Она дышала с ним снова и снова, ни разу не оторвав взгляда. — Ты теперь в порядке?

— Ага. — Её голос сорвался, поэтому она прокашлялась. — Да, я в порядке.

Слава Богу. Обняв Райли, Тао прижал её к себе и зарылся лицом ей в волосы.

— Больше никогда так не уходи. Ты меня чертовски напугала. — Она обняла его и спрятала лицо в изгибе шеи. Тао просто обнимал её пока напряжение не ушло.

Через минуту Райли отстранилась и откинула волосы от лица.

— Мне нужна минута.

Ощущая, что ей, на самом деле, нужно время побыть наедине и собраться, Тао кивнул и отпустил её.

— Не уходи далеко. — Он думал, что она спуститься вниз. Но она пошла в комнату напротив, которая, как он подумал, была её.

Макс, наблюдавший сверху лестницы, подошёл к Тао.

— С ней всё будет хорошо.

— Такое часто происходит?

— Да, когда она была ребёнком. Отец у неё на глазах угасал. Ни я, ни Итан не хотели, чтобы она находилась в той комнате, но Сейдж верил, что она сможет пробиться сквозь боль отца и пробудить желание жить.

— Он боролся?

Макс поджал губы.

— Нет, даже не пробовал. Я был так зол на него. Я был бы разбит, случись, что с Итаном, и думал, что мне незачем жить. Но у Даниэля было ради чего жить — у него был тот, кто очень в нём нуждался, но он едва на неё смотрел. Он так глубоко скорбел, был настолько поглощён своей болью, что даже не удосужился попробовать продержаться ради Райли. Я никогда его за это не прощу. И не уверен, простит ли она.

Будь на её месте, Тао тоже сомневался смог бы он простить.

— Я позвонил Сейджу. Не буду врать, он в бешенстве, что наркобарон прислал наёмника сюда. Он хочет, чтобы ты ему позвонил. — Макс набрал номер, передал Тао свой блэкбери и подошёл к Итану.

Сейдж ответил:

— Дай трубку волку.

Тао заскрежетал зубами.

— Это волк.

— Будь добр, объясни что, чёрт возьми, происходит?

У Тао вертелось на языке сказать, что это дела стаи, но он неосознанно перенёс это дело на территорию другой стаи, которая имела полное право точно знать, что происходит. Тао рассказал всё и в конце добавил:

— Мы не ожидали, что человек последует за нами сюда, и уж, тем более что будет стрелять в Райли.

Сейдж минуту молчал.

— Хью и стражи прочёсывают периметр в поисках стрелка. Они должны его найти. — Тао на это рассчитывал. — Но даже если найдут, вы с Райли всё равно остаётесь под угрозой. Стрелок всего лишь исполнитель и мог прийти не один. Как только вы с Райли уйдёте с нашей территории, будете лёгкой добычей. Может для вас обоих будет лучше остаться немного подольше.

Тао был искренне удивлён предложением. Он бы лично хотел, чтобы люди, которые навлекли проблемы на стаю, ушли ещё вчера. Но опять же, Тао подлец.

— Мы благодарны и примем приглашение.

— Хорошо. Ты можешь считать Райли частью вашей стаи, но я всегда буду считать её одной из нас.

Когда Тао повесил трубку, передал телефон Максу.

— Он посоветовал нам с Райли остаться… что хорошо, потому что я не думаю, что она уедет пока Итан не поправится. — Тао пристально смотрел на ворона, неподвижно лежащего на кровати. — Я не думал, что он сразу же так уснёт.

— Это исцеляющий сон, — сказал Макс.

— Что?

— Когда кто-то нашего вида получает ранения, впадает в глубокий сон. Словно тело отключается, чтобы использовать всю энергию для исцеления. Это раздражает, потому что невозможно сопротивляться притяжению.

Услышав скрип позади, Тао оглянулся через плечо и увидел, как дверь в то, что, как он предположил, было старой спальней Райли, распахнулась. Райли, само воплощение самообладания, неторопливо вышла. Шок и страдание исчезли с лица, и на их месте была чистая неподдельная ярость.

О, его маленькая ворон вернула гнев. Хорошо. Это куда лучше отчаяния.

— Тебе лучше?

Она холодно кивнула.

— Я в порядке.

Домашний телефон начал звонить, и Макс вздохнул.

— Думаю, новости распространились по стае. Чёртов телефон будет напоминать горячую линию.

— Я отвечу, — вставила Райли, спускаясь вниз.

Макс тихо обратился к Тао:

— Тебе нужно присматривать за ней. Райли очень защищает тех, кого любит. И будет мстить за них до последнего вздоха. Если она сможет добраться до того, кто — пусть и непреднамеренно — подстрелил Итана, она на это пойдёт… даже если придётся самостоятельно отправиться на охоту.

Уже позже Райли распахнула входную дверь хижины, кипя от ярости, которая, казалось, никуда не денется. Райли чувствовала жар и раздражение во всём теле. Её челюсть болела от того, как сильно она стискивала зубы. Ей хотелось ударить кого-нибудь кулаком. Бить, царапать, калечить, терзать, рвать на части зубами и когтями. Если она не выпустит пар, то взорвётся.

Она до сих пор не могла поверить в случившееся. Ворон был до сих пор в шоке, нет, не в оцепенении, но злой, как чёрт.

Райли собиралась добраться до этого ублюдка Рамона, собиралась наблюдать, как он будет корчиться в агонии. Он будет молить о смерти к моменту как она…

— Малышка, тебе нужно успокоиться, — сказал Тао.

Да, нужно, но тяжело было думать сквозь шум в ушах и затуманенное зрение.

— Если вдруг ты забыл, кто-то подстрелил моего дядю.

— Не забыл. И я хочу вырвать их чёртовы лёгкие, потому что ты была мишенью, Райли. Ты.

— Знаю, — отрезала она, и в голосе слышался гнев. — Итан важнее.

— Не для меня, малыш. И ты едва ли не уязвима там, где есть твои злопыхатели. И учитывая происходящее, у тебя есть полное право быть в ярости, но нужно держать себя в руках. Я не хочу, чтобы ты сама отправилась мстить. Пообещай, что не станешь.

— Я могла бы просто облететь и…

— И потенциально быть подстреленной в небе, — закончил Тао. — Это не поможет Итану поправиться и не принесёт тебе возмездие. Теперь, иди сюда.

Положив руку ей на затылок, он притянул Райли к себе и обнял. Он почти чувствовал, как ярость вибрирует в Райли.

— Я не часто теряю контроль, но мне сложно успокоиться, если это происходит.

Он поцеловал её в лоб, сожалея о том, что не знает, как успокоить и поддержать её, в этом он не силён. Он попытался унять её гнев, потёрся подбородком о её висок и ещё раз поцеловал в лоб. Всё это время волк прижимался к нему, предлагая то же утешение.

— Сейдж сказал, что Хью и стражи прочёсывают периметр, — сказал Тао, когда Райли немного успокоилась. — Скорее всего, они его найдут.

— Лучше им его не убивать, — сказала она, отстраняясь чтобы взглянуть на Тао. — Это моя работа.

Хью и стражи не убили стрелка, по одной простой причине — они его не нашли. Новость о том, что ублюдку удалось улизнуть, не устраивала Райли, и Тао быстро понял, что Райли Портер имела обыкновение уходить в себя, когда о чём-то переживала. Бесспорно, она обдумывала, что сделает со стрелком, как только до него доберётся. Зная, насколько безжалостны вороны, Тао мог бы даже посочувствовать мудаку, не пытайся тот застрелить Райли.

Надеясь, что это отвлечёт её от искушения пуститься за отмщением, Тао следующим утром сразу же повёл её в домик к дядям. Ещё до того, как подошёл к двери, Тао почувствовал запах бекона и жареных яиц. И он даже не успел поднять руку, чтобы постучать, когда Макс открыл дверь и пригласил их войти.

— Доброе утро, — сказал Макс и поцеловал Райли в щеку. — Вы уже ели?

Райли кивнула.

— Как?..

— С Итаном всё хорошо, милая. Он слаб после пробуждения, но в остальном всё хорошо. Иди в спальню. После твоего визита ему станет лучше. — Она бросилась наверх по ступенькам, а Макс посмотрел на Тао и сказал: — Он даст ей поухаживать за собой, потому что от этого ей будет легче, и он по ней соскучился.

Тао пошёл за Максом на кухню.

— Как его рана?

Макс положил на тарелку яичницу.

— Не так хорошо, как я надеялся. Хотя, может, так лучше, иначе он бы уже рвал и метал. Иди наверх.

Тао поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и вошёл в спальню в момент, когда Райли фыркала на то, как Итан неуклюже подходил к кровати

— Не понимаю, почему ты не позволяешь мне помогать, — сетовала Райли. — Признать, что ты слаб, далеко не слабость.

Скользнув в постель, Итан кинул на неё хмурый взгляд.

— Я и сам могу сходить в чёртову ванную и вернуться. И я не слаб.

— Поэтому ты и выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание, да? — Она взбила его подушку и натянула одеяло на ноги.

Тао подошёл к ней и заговорил с Итаном.

— Как ты?

— Лучше, — сказал Итан. — Ей не стоит так обо мне беспокоиться.

Тао подозревал, что он наслаждался уходом, но конечно, гордость диктовала это скрывать.

— О, и я тебя люблю, — пробубнила она, присаживаясь в кресло рядом с кроватью.

Запах яиц, бекона и кетчупа сопровождался появлением Макса. Ворон протянул Итану поднос, на котором стояла полная тарелка еды и бутылка воды.

— Ешь.

— Он не перестаёт меня кормить, — проворчал Итан.

— Хорошо, — сказала она. — Тебе нужны силы на восстановление.

Оглядев спальню, Тао заметил множество открыток с надписью «Поправляйся», которые были разложены на комодах и деревянном компьютерном столе.

— Я вижу, тебя много кто навестил.

— Макс не пустил их дальше входной двери, — ответил Итан, но не жаловался.

Тао нахмурился.

— Серьёзно?

Райли подняла на него взгляд.

— Нашему виду не нравится, когда нас окружают, пока мы слабы.

Макс сел на обеденный стул, который притащил в комнату.

— Райли, будь добра, приготовь кофе. Я забыл.

А Итан добавил:

— Ты варишь кофе лучше него.

Она посмотрела на дядь с абсолютным недовольством.

— Вы просто хотите поговорить с Тао без меня, а значит, хотите поговорить обо мне.

Словно уязвлённый, Макс приложил руку к сердцу.

— Разве мы могли бы так тебя обмануть?

— Да.

Итан захихикал.

— Иди, мы недолго.

Она фыркнула на его утешительную улыбку.

— Почему вы всё не скажите при мне?

— Потому что ты ответишь за него, и мы услышим только то, что ты захочешь, — ответил Итан.

— Со мной всё нормально! — прорычала она.

— Значит, именно это он нам и скажет, так? — сказал Макс. — Значит, тебе не нужно оставаться тут.

Она встала, вскинула руки, заворчала и вышла из комнаты. Как только она оказалась за пределами слышимости, Макс повернулся к Тао.

— Как она? Выглядит лучше.

Тао сел на место Райли и закинул руки за голову.

— Она возмущалась всю дорогу до дома. Мысли о мести затмили всё. В конечном итоге, она успокоилась, но едва прикоснулась к ужину.

Итан вздохнул.

— У неё всегда нет аппетита, когда расстроена. Она хоть немного поспала?

Тао покачал головой.

— Она проснулась раньше обычного и разнервничалась так, что больше не смогла уснуть. Я тоже не спал, боясь, что она в одиночку отправиться выслеживать ублюдка, который в тебя стрелял.

— Правильно, — сказал Макс. — Ты молодец, что смог вывести её вчера из той зоны. Мы так называли это состояние. В детстве у неё было несколько триггеров горя.

— Я впервые видел её такой, — сказал Тао. — Поэтому думаю, что давно у неё ничего не было. Увидев раненого Итана она, должно быть, вернулась в прошлое.

Итан кивнул.

— Тебе очень нравиться наша Райли, да?

Тао фыркнул.

— Большую часть времени она — заноза в заднице.

Понимающе улыбаясь, Макс сказал:

— У Райли плохая привычка раздражать людей, чтобы держать их на расстоянии.

— Да, ушло много времени, пока я не понял, что именно она делала. — Но в последнее время она так не поступала, а сдержала слово и впустила его. И Тао, и его волк были этим очень довольны.

— Это не личная неприязнь к тебе. — Итан замолчал, чтобы выпить воды. — Я не знаю, знаком ли ты хоть с одним ребёнком, который потерял родителей, но сама такая ситуация разбивает сердце. Райли была очень близка с Анабель и Дэниелем. Ей было всего четыре года, когда они умерли, и она до конца даже не поняла, что произошло. Хотя видела, как умер Дэниел, искала их, звала, и ждала их возвращения у окна. Мы пытались ей всё объяснить, и она кивала, будто понимала, но затем всё равно уходила и искала их. В конечном итоге она перестала искать. И с тех пор мы видели в её взгляде только страх. Страх быть без родителей, остаться одной, страх того, что может случиться что-то плохое. Она больше не доверяла миру; изменилась и вместо весёлой и открытой стала беспокойной и осторожной. Райли с трудом впускала в свою жизнь новых людей, и если могла вывести их из себя, чтобы они отстали, так и поступала. — Итан замолчал. — Видишь ли, глубоко внутри Райли всё та же маленькая девочка, которая не верит, что сможет удержать кого-то рядом с собой.

— Потому что её отец не продержался ради неё, — догадался Тао.

— Должно быть, я не справедливо осуждаю его, но она — моя племянница, и я её люблю, так что вправе осуждать любого кто её обидит.

— Сейдж не должен был заставлять её пытаться спасти отца, — заметил Тао.

— Нет, не должен, — согласился Итан. — Он — мой Альфа и я его уважаю, но в этом он её подвёл.

Макс откинулся на спинку стула.

— Ей потребуется время, чтобы полностью впустить тебя, но лишь потому, что на подсознательном уровне проверяет тебя, и если будешь настойчив, увидит, что ты действительно заинтересован и стоишь риска. Думаю, это защитный механизм, и почти уверен, что Райли даже не осознаёт, что он существует. Но как только она впускает человека, уже не отпустит.

Тао поднял голову.

— Хочешь сказать, что нужно быть с ней терпеливым?

— Терпеливым? — повторил Итан. — Нет. По мне ты не такой. Мы говорим тебе продолжать разбивать её стену. Если дашь Райли даже минутную передышку, она опять поднимет барьер, даже этого не осознав. Райли сводит с ума, но будет защищать тебя ценой собственной жизни и останется верна до конца своих дней… если будешь этого достоин. Так будь же достоин. Она заслуживает этого в своей паре.

«В паре?»

Тао фыркнул.

— У нас с Райли не настолько всё серьёзно.

Макс улыбнулся.

— Я так же говорил об Итане, когда мама о нём спрашивала.

Итан рассмеялся.

— А я говорил своей маме, что встречаюсь с тобой только ради секса.

— Так и было, — сказал Макс.

— По началу.

Тао вскинул руки и тихо заметил.

— Я, правда, не думаю, что она — моя истинная пара.

Макс ещё шире улыбнулся.

— И это я тоже говорил об Итане.

— Если хотите правду, — начал Тао, — я плохо к ней относился в начале. Если бы решение было за мной, ноги бы её не было на нашей территории. Почему вы смеётесь?

Тао рассчитывал, что дяди разозлятся на него, но они просто смеялись.

Итан сделал ещё глоток воды.

— Когда я встретил Макса, хотел его убить, и не знаю почему. Он просто меня раздражал. Сейчас уже я думаю, что какой-то частью чувствовал, что он — моя истинная пара, и это казалось угрозой. Принятие партнёра, принятие окончательного обязательства может быть пугающим. От этого нельзя отказаться и вернуть всё, как было. Это может полностью изменить жизнь.

Внезапно чувствуя неловкость, Тао отвёл назад плечо.

— Я понимаю, к чему вы клоните, но не думаю, что она — моя истинная пара.

Макс покачал головой.

— И тебя это не особо беспокоит.

— Нет. Но между нами и впрямь всё несерьёзно. И поверьте, для неё так лучше. — Как и для него.

Для Тао мимолётный роман безопасен. Не надо «дополнять» кого-то, не было зависимости, никакого давления чувствовать то, что он ещё не готов чувствовать ни к одной женщине. Не то чтоб он не способен кого-то любить — просто не мог любить кого-то другого и не члена своей стаи.

Макс пожал плечами.

— Ну, раз ты так говоришь.

Да говорил, но ни один ворон ему не поверил.

На следующее утро, Райли проснулась без двадцати минут четыре. Поскольку она долго засыпала, проспала лишь три часа. Это не очень хорошо, но она научилась не жаловаться на то, что не выспалась, а быть благодарной за то, что хоть немного поспала.

Чувствуя себя до смешного бодрой, она даже не потрудилась снова заснуть. Как бы ни устала, этого не случиться, поэтому Райли просто лежала на спине, уставившись в потолок.

У неё не получиться выбраться из постели, не разбудив Тао, потому что он спит чутко, и ему бы не понравилось, попытайся Райли лишить его своей груди.

Тао не «любитель обнимашек» — что ей нравилось, потому что она не любила, когда её душили объятьями, — но часто собственнически клал руку ей на грудь, живот или задницу, пока они спали. Её ворону это нравилось. Проклятье, её ворону нравилось в нём практически всё. По правде говоря, по мнению Райли, ворон слишком им восхищался. Если бы Тао узнал, как собственнически относится к нему птица, наложил бы в штаны и дал дёру.

Он впечатлил Райли и ворона вчера, когда выдернул из того состояния, которое её дяди называли «зоной». В одно мгновение она была в тёмной, безэмоциональной яме, пытаясь почувствовать хоть что-то кроме горя. А через минуту оказалась вне себя от властной хватки на горле, и мир опять обрёл краски. И этот мир она выкрасит в красный кровью того ублюдка, который…

— В чём дело? — пробурчал Тао.

— Всё хорошо. — Только она немного возбудилась от того каким глубоким и грубым был его голос в полудрёме. — Засыпай.

— Прекрати планировать и дай мозгу отдохнуть.

— Что?

— Ты — стратег, и точно планируешь, как отомстить. — Он поцеловал её в плечо. — Забудь это на время и ложись спать.

— Не получиться.

— Как давно у тебя бессонница?

— Сколько себя помню.

— Тебе тяжело уснуть или именно спать?

— Иногда мозг быстро отключается, иногда — долго. Но я всегда просыпаюсь спустя пару часов. — Она беззаботно пожала плечами. — Я к этому привыкла.

— Не знаю, как ты так живёшь. После того, как я ушёл из прежней стаи, у меня была… ну, я не назвал бы это бессонницей, но где-то около месяца просыпался среди ночи и не мог опять уснуть. К концу четвертой недели, я не мог концентрироваться, выглядел как кусок дерьма, и был настолько раздражённым, что мог оторвать любому голову.

— Почему ты и другие ушли за Треем, когда его выгнал отец? — Райли редко задавала личные вопросы, но поскольку Тао заваливал её ими, посчитала, что он будет не против.

— Ушёл, потому что не был согласен с решением. Когда ты подросток, думаешь что старше и умнее чем есть на самом деле. Тогда уход для меня не был таким уж большим делом и казался самым очевидным решением. Я предан Трею и не мог следовать за Альфой, которому не доверял и не уважал. Отец Трея был злым ублюдком.

— А твои родители не попытались тебя остановить?

— Нет. Они меня поняли, и знали, что я должен уйти за Треем, уважая это. — Что он очень ценил. — Потом они перешли в стаю пары моего брата.

— У тебя есть братья?

— Один. Хоакин. Он старше меня, у него есть пара и куча детей. Хотя, он несчастлив в браке. По правде говоря, я редко вижусь с ним или моими родителями. — Затем Тао тихо спросил: — Ты что-то помнишь о своих родителях? — Она так долго молчала, и он начал думать, что она вовсе не ответит.

— Немногое, — наконец, ответила она. Говорить о них в темноте было как-то проще. — Помню мамин смех. У неё был такой заразительный смех, что хотелось смеяться вместе с ней. Она очень-очень много меня фотографировала, будто собирала воспоминания. Отец… ну, ему нравился скетчинг, рисование и лепка. Он закрывался в большой комнате и работал там днями. И иногда он оставлял у меня на подушке животных из оригами.

Её самым последними воспоминаниями об отце были те, где он умирал в кровати, отказываясь говорить с ней или даже просто взглянуть, чтобы она ни делала.

Почувствовав, что её настроение начинает портиться, Тао сказал:

— Я однажды видел, как мой отец, одетый в платье, ел низкокалорийный йогурт.

Она моргнула.

— Что?

— Нелепо, да? Мне казалось, что это моя фантазия, но в голове отложился образ, как я смотрю в окно спальни, вижу его в таком образе и думаю: «Папа же ненавидит йогурт, и почему он в платье?» Я рассказал об этом маме, и она так сильно смеялась, что мне показалось, вот-вот описается. Потом выяснилось, что в канун Нового Года все напиваются в хлам и спорят с другими на странные желания.

Райли улыбнулась.

— Похоже у тебя весёлые родители.

— Да.

— Итан рассказывал, что и моя мама была весёлой, общительной, позитивной и озорной. Все её любили. Мой отец был художником и выдающейся личностью, правда, очень эмоциональным. В моменты счастья, он был в экстазе. Но когда грустил… можно было подумать, что наступил Армагеддон. По крайней мере, так рассказывали другие.

— Они были истинной парой?

— Нет. Дэниел приехал в стаю навестить друга, увидел мою маму… и больше не уезжал. Они были неразлучны с самого первого дня и очень скоро запечатлелись. Они хорошо ко мне относились, судя по моим воспоминаниям, но я говорю о них не как о родителях… — Она закусила губу. — Но на самом деле, я считаю дядь своими родителями. Думаешь это плохо?

— Совсем нет. — Он поцеловал её в плечо. — Боже, малышка, твои дяди воспитывали тебя с четырёх лет, и были тебе родителями. В том, что ты их таковыми считаешь, нет ничего плохого. Уверен, если ты их спросишь, они скажут, что считают тебя своей дочерью. Они мне нравятся, как и их хорошее к тебе отношение. — Тао запустил пальцы ей в волосы, наслаждаясь шёлком прядей. — Как ты провела годы вдали от стаи?

— Я путешествовала, видела много крутых мест. Нью-Йорк. Шанхай. Лондон. Я жила везде не дольше пары месяцев. Итан и Макс приезжали пару раз меня навестить, и мы всегда отлично отдыхали. Они даже приезжали в приют.

— Правда?

— Им не нравилась сама мысль о том, что я жила в приюте, и хотели убедиться, что там хорошо и безопасно, как я и рассказывала. Они обожают Макенну и Мэдисон. — Мэдисон кошка-перевёртыш и работала в приюте вместе с Макенной.

— Я удивлён, что они не приехали проверить тебя на нашу территорию, когда ты переехала.

— Они собирались, но Макенна убедила их, что там замечательно, и я в безопасности

— И ты пыталась скрыть своё прошлое от нашей стаи. — Он ущипнул её за плечо в знак наказания. Она вздрогнула и нахмурилась смеясь.

— Это не секрет. А некоторые из вас не доверяли мне — ты лично настаивал на том, что я — проблемная и хитрая. Если бы тогда ты знал, что меня обвиняют в манипулировании человеком, который убил девятерых, мог бы поверить в меня? Особенно когда был бы не уверен, что меня изгнали. Грета бы использовала это против, и не только для того, чтобы Трей с Тарин меня выгнали, а чтобы сделать мне больно.

Этого отрицать он не мог.

— А потом? Почему не рассказала?

— Потому что довериться людям в таком деликатном вопросе, это как…

— Как связь, — закончил он. — А ты боялась к нам привязываться. Хотела сохранять дистанцию между собой и стаей… только всё пошло не так, — добавил он, забавно улыбаясь. — Может, ты и не пришла в стаю в поисках места, но нашла его. Ты, на самом деле, смогла бы оставить Саванну и Декстера?

При одной только мысли её грудь пронзила острая боль.

— Тарин и Трей позволили бы мне их навещать.

— Зачем навещать, если можешь остаться с ними? Разве ты не скучаешь по ним. Разве не сложно быть вдали от них? Ты фактически их мама.

— Больше как тётя.

— Итан и Макс твои дяди. Это умаляет то, как сильно ты их любишь? Почему, как думаешь, никто из пар в стае не удочерил Саванну и Декстера? Они твои. Ты защищаешь их так же, как твои дяди тебя. Они всегда будут любить тебя. И не важно где бы в мире ты не находилась, они будут думать о тебе, как о своём защитнике и будут хотеть, чтобы ты была с ними. Но зачем любить их издалека, если в этом нет необходимости? — Он проложил дорожку поцелуев от её плеча к шее. — Ты будешь несчастна среди людей, Райли.

Она нахмурилась на его замечание.

— И почему ты в этом так уверен?

— Жить там, где тебе придётся скрывать, кто ты, пробудит чувство, что ты ненастоящая. Ты себя возненавидишь. И, кроме того, будешь по мне скучать.

Она внезапно рассмеялась.

— Скучать по тебе?

— Признай, без меня всё будет не так.

— Нет, всё будет куда лучше. — Она вздрогнула, когда он сильно прикусил ей мочку уха. — Ой, больно, засранец.

— Я пытался не быть засранцем, но очень утомительно притворяться тем, кто не ты. Я хочу быть настоящим.

— Ты бы предпочёл, чтобы люди ненавидели тебя за то, кто ты, — это достойно восхищения.

Он тихо засмеялся.

— Правда? — Снова запустив пальцы ей в волосы, он поднял всю копну. — Раньше мне нравились блондинки, и не знаю почему. Но твои волосы, — то, как на них падает свет, и они переливаются от синего до чёрного и фиолетового, — идеальны. — Его волк был полностью согласен, и хотел зарыться в них. Дальше Тао заговорил ей на ухо: — Знаешь, где ещё я хочу их увидеть? Раскиданными по моим бёдрам, пока ты делаешь мне минет.

— Я обеспокоена тем, как тебе сложно выражать свои мысли.

Он снова хохотнул и откинул одеяло. Затем опёрся на локоть и окинул взглядом её восхитительное обнажённое тело. Член, уже налитый и тяжёлый, пульсировал почти болезненно.

— Ты чертовски великолепна. Но и сама это знаешь, да?

— Ты сказал, что я не в твоём вкусе, — напомнила она ему.

Он навис над ней.

— Ты во вкусе любого парня, малышка. Не слушай меня, я несу ерунду.

— И сейчас несёшь ерунду?

— Не-а. — Он втянул её верхнюю губу в рот и укусил. Тао хотел кусать и оставлять свои метки на каждом сантиметре её тела. Хотел, чтобы другие мужчины знали — она уже занята. Он обхватил её грудь и подразнил большим пальцем сосок, наслаждаясь тем, как Райли выгибается навстречу ему.

— Я трахну тебя, погружусь так глубоко в тело, что наполню до боли. — После обхватил губами вершинку её груди и грубо втянул в рот. — Через некоторое время.

Она нахмурилась, когда он обвёл языком другой сосок.

— Что ты хотел сказать этим «через некоторое время»? — Она говорила с лёгкой дрожью в голосе. — Почему не сейчас? Сейчас звучит лучше.

— Я хочу, ощущать на языке твой вкус, пока тебя трахаю.

О. Ну, тогда ладно.

— Думаю тебе лучше приступать — время идёт.

Тао лизал и покусывал её тело, оставляя маленькие следы обладания. Устроившись между её бёдер, он раздвинул влажные складки большими пальцами. Запах возбуждения ударил прямо в пах, и Тао зарычал.

— Такая влажная. — Он скользнул языком между её складок, слизывая соки. Её вкус был его личным афродизиаком, будто естество создано только для него. Тао не должна нравиться эта идея, но так и было. — С тобой я становлюсь жадным.

— До чего?

— До всего, что могу получить от тебя. — Он смочил палец в её мёде и, встретившись с Райли взглядом, провёл влажным пальцем по краю её задницы. — Я хочу её.

— Нет.

Он ожидал такого ответа. Женщины обычно готовы были заниматься анальным сексом только со своими парами. Он понимал и уважал это, как и волк. Но всё же…

— Я хочу.

— Что ж, спасибо, что поделился своими желаниями, а теперь, если можешь приступить к работе, было бы здорово. — Она ахнула, когда он языком дразняще обвёл вход в её тело.

Райли взбрыкнула, желая ощутить большего. Он вошёл в её лоно языком, а в попку пальцем.

— Ну-ка, остановись…

— Я не стану трахать тебя в попку, малышка, не буду брать то, что ты не готова дать, и не важно, как сильно я этого хочу. — Он ударил языком по клитору. — Но я хочу почувствовать, какая узкая и горячая у тебя попка. Позволишь?

Она фыркнула, когда он глубже ввёл палец; жжение оказалось удивительно приятным.

— Только, если быстро заставишь меня кончить.

— Если хочешь…

Райли застонала, когда он обхватил её клитор губами. Он лизал её так, будто от этого зависела жизнь, входя и выходя из её попки пальцем. Двойное нападение на чувства сводило с ума, и внутри Райли нарастало и увеличивалось удовольствие. Затем Тао втянул в рот её клитор, и тогда, она кончила. Райли сжала в кулаке его волосы, пока волна за волной удовольствия пронзали тело, оставляя внутри дрожащий беспорядок.

Тао навис над ней, облизывая губы.

— Ничто в жизни не может быть настолько вкусным.

Она смотрела в золотистые глаза, в которых светилось желание, которое взывало к ней. На его лице отразилось собственничество и хищный голод, отчего внутренние стенки сжались.

— Трахни меня.

— Сначала я хочу твой рот. — Схватив Райли за волосы, Тао крепко поцеловал её, скользя языком внутрь. Она изо всех сил впилась ногтями ему в спину и выгнулась, чтобы потереться о его член. Тао застонал, настолько жаждущий быть в ней. Конечно, нехорошо так сильно в чём-то нуждаться, но так и было. Изменить это невозможно.

— Скажи, чего хочешь, Райли.

— Ты слишком много болтаешь. Начинай двигаться.

— Я бы с удовольствием, малышка, правда. Но ты не делаешь то, о чём я просил. — Он покачал головой. — Теперь скажи, чего ты хочешь.

Она закатила глаза.

— Ради Бога, Фенрир, тебе обязательно столько болтать в постели? — Он замер, во взгляде читалась угроза, и она поняла, что совершила ошибку. — Э…

— Ты только что назвала меня Фенрир? Ты ведь знаешь, мне это не нравится.

Она скривила губы.

— Ну…

Он перевернул её, поставил на колени и шлёпнул по заднице.

— Эй!

Тао схватил её за волосы и дёрнул голову назад.

— Как меня зовут?

— Не могу поверить, что ты только что меня шлёпнул! — Ублюдок сделал это снова. Она подалась назад и царапнула его грудь — это инстинкт, животная реакция. У неё желудок сжался, когда выступила кровь. Райли поняла, что поцарапала его когтями… и рана оказалась глубокой, чтобы навсегда оставить на нём метку. То же понимание мелькнуло и в его взгляде — и в глазах на минуту отразился волк. — О Боже, — прошептала она. — Прости.

Тао вонзил член в её лоно. После оргазма тело было набухшим, но Тао толкнулся глубже. Её тело, такое горячее и скользкое, сжалось и запульсировало. Чертовски хорошо. Он должен быть зол из-за метки, но прямо сейчас готов был взорваться. Склонившись над ней, он вдавил Райли в матрас.

— Хочешь ещё?

— Но я…

Он ещё раз толкнулся в неё.

— Хочешь ещё?

Удивлённая тем, что ему, похоже, было плевать на метку — или, по крайней мере, оказался слишком возбуждён, чтобы беспокоиться об этом — она просто сказала:

— Да.

— Как меня зовут, чёрт возьми?

Он предупреждающе прикусил ей плечо. Райли отрезала:

— Тао.

— Умничка.

Он принялся жёстко трахать её. Может, даже чересчур, но она встречала каждый жестокий толчок, и стонала, требуя большего. Её хриплые тихие стоны лишали его самообладания — будто прежде у него было это самое самообладание.

Он вдавил Райли глубже в матрас, так что она не могла пошевелиться, нисколько не удивившись низкому гортанному стону, и начал вонзаться в неё ещё сильнее, быстрее, давая понять, что Райли не одержит верх. Она сжала внутренними стенками его ствол, показывая, что какой-то её части понравилось доминирующее движение.

Он прикусил мочку её уха.

— Я кончу в тебя, Райли. Кончай, пока не пропитаешься мной насквозь. Но сначала я хочу услышать твой крик и почувствовать, как ты сжимаешь меня. — Войдя в неё по самые яйца, он скользнул рукой под Райли и надавил на клитор. — Кончай.

Это слово, которое Тао прорычал, вибрировало с чистой мужской силой, отчего Райли сильно кончила. И порочный оргазм вырвал крик из её горла, заставив Тао перешагнуть через край. Мучительное наслаждение затопило каждую клеточку её тела и лишило каждой частички сил, оставив тело слабым и дрожащим. Она бы вжалась в матрас, как безвольная тряпичная кукла, если бы могла пошевелиться, но Тао всё ещё удерживал её на месте.

Через несколько минут он запечатлел поцелуй между её лопаток и вышел из её тела.

— Не шевелись.

Она бы… ладно, она могла бы подчиниться этому приказу, будь у неё силы контролировать тело. Так что Райли лежала на животе, тяжело дыша. Она почувствовала, как Тао вышел из комнаты, но не могла открыть глаза и посмотреть, что он делал. Через минуту он вернулся, и она почувствовала прикосновение влажного полотенца к спине и нахмурилась. Зачем, чёрт возьми, он вытирал её?.. Ах, да. Очевидно, кровь из раны попала ей на спину. Райли так и не могла поверить, что оставила на нём метку. Зардевшись, она сказала.

— Я, правда, очень сожалею.

— Не стоит.

Она открыла глаза на этот беззаботный ответ.

— Не стоит? Метки глубокие, Тао, и не сойдут.

— Знаю. — Он лёг на бок и подтянул Райли спиной к себе.

— Ты должен быть в ярости.

— Ну, это не так. — Он поцеловал её в плечо. — Теперь спи.

— Спать? — Он серьёзно?

— Ты устала, поэтому спи.

Она бы и дальше с ним пререкалась, но и вправду устала. И что важнее, Райли хотела спать. Поэтому расслабилась и закрыла глаза. Завтра, они разберутся с этим завтра.

Ещё до того, как открыть глаза, Тао понял, что лежит один. Он прислушался к движению в ванной. Было тихо, но запах Райли был ещё сильным, так что ушла она не так давно. Он глубоко вдохнул, вбирая в себя аромат, который пронёсся по всей системе до члена, и Тао почти застонал. Искренне жаль, что Райли не было рядом — он мог бы перевернуть её на спину и глубоко вонзиться в тело.

Он слез с кровати, умылся и, прежде чем спуститься вниз, оделся в чёрную футболку и тёмно-синие джинсы.

В доме было тихо, и он понял, что она или на крыльце или же на лежаке. Но когда через несколько минут Тао выскользнул через дверь патио с чашкой кофе в руке, не обнаружил никаких признаков присутствия Райли.

Услышав отчётливое карканье, он поднял глаза и увидел очень знакомого ворона, парящего над деревьями. Перья переливались на солнце металлическим блеском, отчего они казались попеременно синими и фиолетовыми. Его волк прижался к коже, желая вырваться и поиграть с вороном. Но Тао прислонился к столбу крыльца и наблюдал, как она беззаботно выполняет серию акробатических манёвров. Во время полёта крылья издавали звук, очень похожий на шелест шёлка. Она так чрезвычайно быстра и прекрасна, как и сама Райли. Удивительно успокаивающе наблюдать за тем как ворон порхала.

Примерно через минуту Райли спустилась вниз и взгромоздилась на деревянные перила крыльца. Склонив голову набок, она моргнула, глядя на него. В этих тёмно-карих глазах было на удивление много ума и любопытства. Ворон и раньше подходила к нему близко, но никогда настолько — казалось, она предпочитала сбрасывать червей ему на голову.

— Только не клюй меня. — Он медленно протянул руку и слегка провёл пальцем по длинным крыльям. Перья оказались мягче, чем он ожидал.

Райли низко присела, отчего большой, слегка изогнутый клюв приподнялся. Это навело Тао на мысль о волке, готовящемся к прыжку. Она застрекотала.

— Не понимаю, что это означает.

Она двинулась вдоль перил ближе к нему, со скоростью молнии вытащила клювом сотовый телефон, торчащий из кармана, и исчезла, шелестя крыльями.

— Эй, отдай!

Но, нет, она кружила над ним так низко, что Тао мог почти её коснуться, снова и снова подначивая.

Он подпрыгнул, чтобы схватить её за хвост, и почти поймал, но Райли села на ветку дерева, свесив телефон… Тао увидел, что в основании дерева лежал огромный камень.

— Не смей! — Но она осмелилась бы. Временами ворон могла быть маленьким дьяволом. Тао поставил чашку на поручень и подошёл к дереву. — Отдай. — Он протянул руку, повторяя. — Отдай. — Но она, конечно же, этого не сделала. — Райли, скажи своему чёртовому ворону отдать мне телефон.

Ворона взлетела и приземлилась на деревянные подвесные качели на крыльце дома, куда бросила телефон. На горле вороны перья встали дыбом, и птица издала хриплые звуки. Вроде как жалобы, — возможно на то, что с ним не весело, — но Тао не был уверен.

— По фиг, — пробубнил он, хватая телефон, когда она улетела. Вместо того чтобы вернуться на деревья, она полетела в дом. Через несколько минут вышла Райли в одной из его фланелевых рубашек.

— Мне кажется, я не нравлюсь твоему ворону, — сказал он.

— Вообще-то она считает, что ты чертовски забавный.

Прислонившись спиной к столбу крыльца, он обнял Райли и притянул к себе.

— Забавный?

— Ей нравиться играть, и она думает, что когда ты причитаешь и ноешь — весело.

Он обиженно нахмурился.

— Доминантные волки не ноют.

— Ты ноешь.

— Ну тебя.

— Если хочешь правду, увы, ворон начинает привязываться к тебе. Наверное, тебе стоит бежать, пока ещё можешь. — Её ворон нелегко привязывалась к людям, но когда это случалось, держалась крепко. Ей сложно отпустить.

Он фыркнул, скользнув под рубашку, чтобы прикоснуться к восхитительно голой попке Райли.

— Думаешь, мой волк меньше к ней привязан? Он не дал мне ни минуты покоя с момента как учуял твой запах. Даже в начале, до того как ты смогла его очаровать, он хотел тебя. — Тао облизнул метку на её шее. — Он настаивал давить, пока я тебя не взял. Сложно быть не в ладах с внутренним зверем. Сейчас намного легче, хотя ты в опасности и его это бесит.

Раздумывая над всем этим Райли сказала:

— Наши животные странные.

— И не поспоришь. — Он провёл пальцами по её волосам, слишком собственнически смотря на лицо. На ней не было ни грамма косметики, и всё же не существовало слов, чтобы описать красоту Райли. — Понятия не имею, зачем ты пользуешься косметикой, она тебе вообще не нужна.

Губы Райли дрогнули. От кого-то другого, такие слова можно было посчитать комплиментом, но это прямолинейный и откровенный Тао жалуется на то, что она пользуется косметикой.

— Приму к сведению.

— Хорошо. — Обхватив её сердцевину, он скользнул пальцем между складками, радуясь обнаружить, что она влажная. — Мне не понравилось проснуться в одиночестве. Мне нравится, когда ты рядом.

— Тебе нравится утренний секс, — поправила она и скользнула руками по его груди. Он едва заметно вздрогнул, но она заметила, и улыбка померкла. — Правда, извини за метки.

Он потёрся носом о её.

— Я уже сказал, что не стоит.

— Ты же несерьёзно.

— Я слишком сильно надавил, и ты отреагировала.

— Царапать тебя — одно дело, но оставлять рубцы — другое. — Его пара возненавидит её за это. Да, ну Райли будет ненавидеть её в ответ только потому, что у неё будет Тао. Боже, как она ненавидела ревность.

— О чём думаешь, что так нахмурилась?

— Что твоя пара возненавидит меня за метки. — Не это её волновало, а то… — А потому и ты возненавидишь меня за то, что расстроила её.

Расстегнув ширинку, он сказал.

— Я никогда не смогу тебя возненавидеть. — Тао поднял Райли и усадил на свой член, застонав, когда она глубоко его в себя вобрала. — Никогда.

Он повернул их так, что она оказалась прижатой спиной к столбу, и брал её короткими, яростными толчками, пока не кончил так сильно, что головка чуть не взорвалась. И он знал, что не один волк начинал привязываться к Райли, но и сам Тао.

Позднее, после завтрака Тао позвонил Сейдж узнать новости. Они ещё не нашли стрелка, что бесило Тао и заставило Райли ходить туда-сюда по дому, как тигр в клетке. Альфа заверил, что Бета и его стражи продолжат поиски до тех пор, пока не найдут человека.

Весь день прошёл безрезультатно. И ещё один. И следующий. Казалось, стрелок буквально испарился. Что совсем не устраивало Райли. С каждым днём она становилась все беспокойнее. Тао пристально за ней присматривал, боясь, что ей надоест ждать, и она отправиться выслеживать стрелка в одиночку.

Поэтому когда их пригласили на совместный ужин стаи, Тао принял приглашение, надеясь, что это хоть как-то её развлечёт. В отличие от его стаи, эта ужинала не каждый день, а раз в две недели.

Конечно, его натура противилась идее проводить время с кучей людей, которые, по большей части, незнакомцы. Но если это могло отвлечь Райли от забот, оно того стоило. Поэтому они с Райли пошли в основной дом на вечерний ужин. Очень скоро стало понятно, что ужин будет на улице — в замечательном саду. Стиль, в котором были расставлены длинные деревянные столы, образующие U-образную форму, наводил на мысль о средневековом банкете. Круглые подставки с едой стояли так же в форме буквы U.

Заметив Синтию за главным столом с Люси и Альфами, Тао, прищурившись, посмотрел на сучку, тем самым давая понять, что знает, кто изрезал его одежду. Она в замешательстве нахмурилась, но он не купился. От него не ускользнуло, что Райли бросила на Синтию враждебный взгляд, и совсем не удивился.

За ужином, Тао осматривал столы. Хотя вороны улыбались и смеялись, за столом ощущалось напряжение, которого не было на вечеринке. Одного из них ранили, и никто за это не ответил, поэтому естественно все немного взвинчены.

Как только убрали последние тарелки и вынесли бутылки текилы — атмосфера изменилась.

— Вороны любят текилу, — сказала ему Райли. Конечно, она на дух её не переносила, когда с похмелья.

Люси, которая присоединилась к ним, как только доела десерт, сказала:

— Райли обычно перепивает нас всех. Хотя не сегодня. Нет, сегодня я буду самой стойкой.

Райли мило улыбнулась.

— Ты всегда так говоришь. И всегда отключаешься за час до Макса.

— Я не отключаюсь, — настаивал Макс, краснея, но Итан фыркнул.

— Сегодня я выдержу. — Люси ткнула в Райли. — Сегодня твоему волку придётся нести тебя домой, а я буду полна сил и в боевой готовности.

Тао не был удивлён, что всё оказалось не совсем так. Текила лилась рекой, хотя казалось, что у воронов к ней иммунитет, но большинство из стаи вернулись домой уже спустя пару часов. К полуночи остались лишь он, Райли, её дяди, Люси, Альфы и Хью. Все были пьяны, кроме Тао, который не выпил ни капли текилы.

Люси ударила рюмкой по столу и вскинула руки.

— Я всё, — невнятно пробормотала она. — Ты победила, Рай.

— А разве бывает иначе? — пробурчал Макс, руками подперев подбородок.

— Люси, потанцуй со мной, милая, — позвала Руби, которая уже какое-то время танцевала между столами.

Люси нахмурилась.

— Но ведь музыки нет.

— Такая мелочь нас не остановит. — Руби подняла свою дочь со стула. — Я спою.

— О Боже, нет, не надо петь, — начал умолять Сейдж свою пару.

Руби упёрла руки в бока.

— Хочешь сказать, что я плохо пою?

Сейдж поднял рюмку.

— Женщина, у тебя нет слуха, и ты это знаешь.

Хью рассмеялся, чем заслужил рычание от Руби.

— Это подло, папа, — сказала ему Люси. — Я не говорю, что это неправда, но это было полностью и бесповоротно… — Её тело дёрнулось в тот момент, когда в воздухе раздался оглушительный звук.

Тао повалил Райли на землю, накрыв её своим телом и закричал:

— На землю! — Вороны кинулись вниз, разбивая посуду. Сейдж и Макс поползли к Люси. Руби была уже рядом, давя на грудь Люси, её руки были в крови. Чёрт. Чувствуя, как Райли извивалась под ним, он шикнул.

— Нет, лежи смирно.

— Но Люси…

— С ней всё будет хорошо, — заверил Итан. — Макс сейчас с ней; он поможет.

Если бы Тао был на своей территории, возможно, рискнул бы добраться до Люси, зная, что Тарин сможет его исцелить при необходимости. До этого момента он и не понимал насколько полагался на дар Тарин исцелять.

— Не двигайся, Райли, пожалуйста, — прорычал он.

Она ударила землю.

— Мне нужно проверить, как там Люси!

— Нужно лишь занести её внутрь. — К счастью вороны уже это делали. Сейдж, Руби и Хью делали всё возможное, чтобы закрыть собою Макса, который нёс Люси в дом.

Тао кивнул Итану, который помог ему прикрыть Райли, когда они последовали в дом за остальными. Внутри Итан направился прямо к Максу, который склонился над диваном и ограниченными способностями исцеления работал над полуобморочной Люси. Руби в бешенстве расхаживала рядом, а Сейдж выкрикивал приказы в мобильный телефон «найти этого ублюдка». Всего несколько мгновений назад они все шатались и невнятно говорили. Ничто так не отрезвит всех, как стрельба.

Макс, наконец-то, выпрямился, его лоб блестел от пота.

— Кровотечение остановилось. Пуля не задела жизненно-важные органы. Люси, скорее всего, немного поспит.

— Спасибо, Макс. — Поглаживая волосы дочери, Руби с обвинением посмотрела на свою пару. — Ты заверил, что стрелок давно ушёл. — Её голос был полон подавленного гнева.

— Все мы так думали, — сказал Сейдж. — Хью и стражи были уверены, что его нет и рядом с нашей территорией.

— Очевидно, они ошиблись, — отрезала Руби.

— Мы всё обыскали, — сказал ей Хью. — Каждый участок, каждую пещеру, любое место, где можно было бы укрыться. Не было и следа.

Руби повернулась и взглянула на Тао.

— Мне нужно имя того, кто нанял стрелка, подстрелившего мою дочь!

Тао вздёрнул подбородок.

— Не думаю, что это он.

Все повернулись и взглянули на Тао с широко распахнутыми глазами.

— Извини? — спросила Руби.

— Бессмысленно ему просить кого-то подстрелить твою дочь, — сказал Тао.

Хью обменялись взглядами с Сейджом.

— Может, он сделал это, чтобы добраться до Райли.

Тао покачал головой на Бету.

— Он стрелял в Райли, чтобы добраться до меня. Или мне так казалось. А в Люси или в любого другого члена этой стаи, чтобы добраться до меня стрелять бессмысленно. Брат парня умирает, и он уверен, что моя Альфа-самка может ему помочь. Он зол на меня и считает, что я не отнёсся к этому, как к должному. Есть ли смысл, стрелять в Райли, чтобы послать предупреждение моей стае? Да. Есть ли смысл стрелять в Люси? Нет.

Руби сжала рукав своего свитера.

— Он мог ошибочно подумать, что Люси что-то для тебя значит.

— С чего вдруг? — спросил Тао. — Я почти не проводил времени с Люси. Что важнее, она ничего не значит для моих Альф — ему нужно их внимание, не ваше.

Хью почесал затылок.

— Кто ещё мог бы стрелять в Райли и Люси?

Тао выгнул бровь.

— Вам не кажется странным, что из всевозможных способов навредить, человек, нацелившийся на них, стрелял? Насколько я понял, всего раз против вашей стаи использовали пистолет.

Райли закрыла глаза, ей не понравилось, куда он клонил. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоить ворона.

— Уэйд мёртв, — прошептала Руби.

— Но, может, кто-то думает, что не закончил начатое, — добавил Тао. — Люси должна была присутствовать на той вечеринке, разве нет?

Сейдж кивнул, нахмурившись.

— Она как раз туда шла, когда началась стрельба.

Руби вздёрнула подбородок.

— Нет, всё это не связано

— Где Уэйд взял пистолет? — спросил Тао Сейджа.

— Мы думали, он украл его у одного из людей, которые тут охотятся, — ответил Сейдж. — Но человек, который стрелял в Люси и Райли использовал винтовку, а Уэйд стрелял из пистолета. Он бросил его возле дома Алека, прежде чем перекинулся и улетел в горы. Мы уничтожили оружие.

— Из винтовки легче стрелять издали. — Тао сложил руки на груди. — Различие в видах оружия не означает, что я не прав.

Руби переводила взгляд с Сейджа на Тао.

— Вы не можете всерьёз думать, что это сделал кто-то из стаи.

— Почему нет? — спросил Тао. Хотя понимал, почему она не хотела в это верить, но не станет её успокаивать — им всем нужно принять факты, чтобы соответствующе действовать. До тех пор, пока они обвиняли не того человека, все в опасности.

Руби открыла рот, но не проронила ни слова и снова покачала головой.

— Я в это не верю.

— С какой стороны не посмотри, — начал Тао, — зачем человеку стрелять в твою дочь, когда Райли сидела за этим же за столом. Он с лёгкостью мог выстрелить в неё, — от этой мысли у него свело желудок, — но решил этого не делать. Люси находилась не рядом с Райли, поэтому он не мог промахнуться. Мне не кажется совпадением то, что два человека, которые технически должны были погибнуть при стрельбе, теперь стали мишенью для оружия, схожего с тем, что убило бы их той ночью. — Он повернулся к Райли, которая выглядела немного шокировано. — Кто ещё там должен был быть?

— Эм, Синтия. Но ей было нечего надеть или что-то подобное. — Райли посмотрела на Сейджа для подтверждения, и Альфа кивнул.

— Дункан тоже должен был прийти, — сказал Хью. — И Сойер.

— Почему их не было? — спросил Тао.

Хью пожал плечами.

— Насчёт Дункана не знаю; лучше спроси у него.

— Сойер был у нас, искал Райли, — сказал Макс, садясь в кресло. — Они только что расстались, но он хотел проводить Райли на вечеринку. Я сказал, что она уже ушла.

Итан кивнул.

— Затем мы услышали выстрелы. Обычно звуки выстрелов нас не беспокоят, — сглотнул он, — но мы услышали крики и поняли, что что-то не так.

Хью испустил долгий выдох.

— Не хочу верить в то, что кто-то из нас мог это сделать.

— Уэйд был одним из вас, и он это сделал, — заметил Тао. Хоть не хотел быть бесчувственным, но не позволит стае прятать головы в песок.

Сейдж глубоко вдохнул.

— Завтра мы с Хью опросим каждого члена стаи. Нужно узнать, где все были сегодня и в то утро, когда подстрелили Итана. Единственные, в чьей непричастности мы можем быть уверены, сейчас находятся в этой комнате.

Руби ещё раз покачала головой, всё отрицая.

— Не понимаю, как это может быть кто-то из стаи. — Она подняла руку, когда её пара попытался заговорить. — Я больше не хочу об этом думать, хочу лишь уложить Люси в постель.

Сейдж обнял свою пару.

— Пошли. — Он что-то прошептал ей на ухо, и после этого она немного успокоилась.

Тао взял Райли за руку.

— Пойдём.

— Я отвезу вас домой. — Хью достал ключи от машины. — Сомневаюсь, что стрелок ещё тут — он попал в цель, и, должно быть, скрывается от стражей, — но лучше перестраховаться.

Итан схватил Макса под руку и поднял на ноги.

— Домой.

Макс кивнул.

— Домой.

Хью сначала завёз Итана и Макса, которые попросили Тао «присматривать» за Райли. Тао понял двойственность их просьбы: «береги её» и «убедись, что она не пойдёт выслеживать стрелка одна». Казалось, она тоже поняла двойной смысл слов, потому что, прищурившись, взглянула на своих дядь.

Когда Хью подъехал к гостевому домику, Тао поблагодарил его, прежде чем буквально втолкнуть Райли внутрь. Заперев дверь, он объявил:

— Мы должны уехать.

Она повернулась к Тао.

— Что?

— Уезжаем. Сегодня же.

Она отступила и покачала головой.

— Я никуда не поеду.

Его волк зарычал.

— Поедешь, — возразил Тао тоном, не подлежащим обсуждению. Он знал, что ему нужно решить это мирно, но Тао не учтив. — Ситуация изменилась. В тебя стреляли не из-за предупреждения; стрелок не промахнулся. Здесь бродит сумасшедший сукин сын и стреляет в гостей, которые не пришли на вечеринку Алека. Пуля ничего не сделает, и этого может быть недостаточно. Вероятно, они будут пробовать вновь и вновь. Нам нужно уходить.

— Сбежать, ты хотел сказать? Ни за что.

— Это не побег, а разумная предусмотрительность.

— Я хочу узнать, кто стрелял в Итана и Люси, и хочу их крови. Я не уеду отсюда, пока этого не получу.

Тао начал бы заверять её в никчёмности этого и ругал до тех пор, пока не добился бы своего, но вид её — бледной, растерянной, с трясущимися от сдерживаемого гнева руками — заставил сердце смягчиться.

Хотя это редкость, потому что он жестокий ублюдок.

— Итан и Люси согласились бы, что сейчас тебе здесь быть не стоит.

— А тебе не приходило в голову, что ты ошибаешься и стрельба дело рук человека? Что он подстрелил Люси, чтобы нас напугать, и мы уехали, став лёгкой добычей? — Вообще-то об этом он не подумал. Его раздражало то, что он не мог отрицать вероятность этого. — В любом случае, Тао, я не уеду.

— Почему? Что тебе тут делать? Ты не страж. Позволь людям, ответственным за безопасность этой стаи, уладить всё и сделать свою работу.

— О, и они с ней хорошо справляются, да? — поддразнивала она.

— Ты не сможешь найти этого ублюдка одна…

— Так помоги мне. — Её голос надломился. Она никогда никого ни о чём не просила, вот почему Тао был так ошеломлён просьбой. Райли не слишком гордая, чтобы попросить о помощи, просто любила полагаться только на себя.

Но это… это совсем другое.

— После перестрелки я была разбита, Тао. Я плохо справляюсь с горем, и слаба, когда с ним сталкиваюсь.

Самоосуждение в её голосе вывело Тао из себя.

— Это не слабость, Райли. Да, тебе трудно справиться со смертью — она, должно быть, пробуждает воспоминания и боль, которую ты испытывала, когда потеряла родителей.

— Думаешь, мне было плохо в тот день, когда я провалилась в «мою зону»? — Райли покачала головой. — Это ничто по сравнению с тем, какой я была после вечеринки.

— Думаешь, я буду тебя осуждать? Чёрта с два, может ты и не видела, как всех расстреливали на вечеринке, но ты там была и всё слышала. Это кого угодно выбьет из колеи.

— Однако я скорбела не только о жертвах, Тао. Я оплакивала друга, которого потеряла, и меня даже никто не видел за этим занятием, потому что все умерли. Было сложно видеть, как люди ненавидели Уэйда. Все забыли о том, что он был жертвой их же детей всю жизнь. Я не говорю, что дети заслужили смерти. Нет, ни при каких условиях. Но разве справедливо, что они забыли, сколько боли перенёс Уэйд, перед тем, как оказаться в таком состоянии? А хуже то, что я даже не могла оплакать его, потому что Ширли винила его. Но Итан, Макс и Люси меня поддерживали. Они говорили со мной о том, каким Уэйд был раньше, смотрели со мной фото и помогали оплакивать того, кого я когда-то знала. Они не осуждали меня и не заставляли чувствовать себя плохо от того, что я оплакивала убийцу. Без них я бы не справилась. Я бы не выжила. Они были рядом, когда я в них нуждалась, так что пропади я пропадом если уйду сейчас и…

Тао положил ладонь ей на затылок и притянул к себе, обняв одной рукой.

— Ш-ш-ш-ш, — успокаивал он, поглаживая Райли по спине. Он хотел поспорить, уговорить передумать, но боль в её глазах и голосе поразили. Он поцеловал её в висок. — Предлагаю тебе сделку. Мы останемся и попытаемся найти того, кто это сделал, но если кто-то опять попытается тебя ранить, Райли, мы уедем. Это сделка.

— А если я не соглашусь уехать до тех пор, пока ублюдок не заплатит?

— Я пристрелю тебя сам и притащу твой зад туда, где ты будешь в безопасности.

Хм, нет, он не станет, подумала Райли. Она никуда не поедет, пока не закончит со стрелком, но решила об этом ему не говорить. Ей нужна его помощь. У Тао острый ум и зоркий глаз; он неутомим, когда чего-то добивался.

— Договорились.

Оставалось лишь надеяться, что ей не придётся разрывать сделку.

Проснувшись, Тао наткнулся на прекрасный вид: Райли растянулась на нём в постели, её великолепные волосы веером рассыпались по груди. Он мгновенно вспомнил прошлую ночь. Как успокаивал Райли; как отнёс её в постель и просто обнимал; как проснулся в два часа ночи и обнаружил, что она пытается встать с кровати. Тао уговорил её вернуться, часами обсуждая с ней Люси, о том, как они были близки с детства. Затем нежно и медленно занялся с ней сексом, растягивая удовольствие настолько долго, как мог. После этого перевернулся на спину, всё ещё находясь в Райли, и они уснули.

Он не хотел будить её, видит бог, она и так не выспалась, — но ему нужно сделать важный звонок. Он осторожно перекатил Райли на кровати и выскользнул из-под одеяла. Она что-то пробормотала в подушку и очаровательно сморщилась. В его груди словно что-то… сдавило. Он нахмурился, не уверенный, что ему понравилось это ощущение.

Схватив телефон с прикроватной тумбы, он ушёл в ванную и позвонил Трею. Как и ожидал, Альфа не слишком хорошо воспринял последние новости.

Когда Тарин разродилась громкими тирадами на заднем фоне, Трей сказал Тао:

— Рамон отрицает своё причастие к нападению на Райли, но я ему не верю.

— А с чего тебе ему верить? Он урод и проворачивает кучу незаконного дерьма, чтобы заработать — слово этого человека ничего не значит.

— Я отправлю несколько волков к вам. Тебе нужны люди, которым можешь доверять, и которые могут тебе помочь разобраться, что, чёрт возьми, там происходит.

Тао был более чем согласен.

— Они приедут завтра. А пока будь всегда рядом с Райли.

— Не волнуйся; так и сделаю. — Несмотря на то, что её инстинкты будут противиться, особенно учитывая, что она — доминантная женщина.

— Будь на чеку. Подозревай любого.

Тао улыбнулся.

— Последнее у меня вошло в привычку.

Закончив звонок, он сделал свои дела и вернулся в спальню, но Райли там уже не было. Натянув джинсы, он пошёл на звуки, доносящиеся из кухни, и застал Райли в одной его футболке за приготовлением кофе. Он подошёл к ней сзади и обнял за талию.

— Доброе утро, — поздоровался Тао и поцеловал её в шею.

Она склонила голову, предоставляя ему лучший доступ.

— Доброе. Ты звонил Трею, — догадалась она.

— Да. — Тао повернул Райли к себе и поцеловал в губы. — Он выслал подкрепление. Нам нужны те, кому можно доверять, и кто поможет разобраться в происходящем.

— Звучит не плохо.

Он взял кофе и сделал глоток.

— Мне нужно сообщить Сейджу, что завтра появятся ещё волки. Прежде чем начнёшь уверять меня, что будешь тут в порядке, знай, пойдёшь со мной. Я ни за что не оставлю тебя тут одну. Обижайся и топай ногами если хочешь — я не против понаблюдать, как подпрыгивает твоя грудь.

Она сложила руки на груди.

— Вообще-то я не собиралась возражать. Я же не дура, Тао. Кто-то намерен меня убить. А если умру, то никак не отомщу.

Он вздохнул.

— Только ворон может ценить месть больше своей жизни.

— Я пойду и поговорю с Руби — узнаю, как там Люси, пока ты будешь разговаривать с Сейджем.

Тао прищурился.

— Мне не нравиться мысль, что ты будешь вне поля моего зрения.

Она закатила глаза.

— Я буду в том же доме, что и ты.

Этого недостаточно. Тао положил руку Райли на затылок.

— Я знаю, что ты можешь позаботиться о себе, и моё постоянное присутствие рядом может тебя удручать. Я не хочу, чтобы ты так себя чувствовала, но мне нужно знать, что ты в безопасности. Просто позволь это.

Обдумывая его слова, она провела языком по внутренней стороне щеки.

— Ладно. Я подожду у офиса, откуда позвоню Руби. Она всё равно не пустит меня в комнату, пока Люси уязвима.

Тао снова её поцеловал.

— С этим я могу смириться.

Час спустя Хью привёл Тао в просторный кабинет Сейджа. Комната из красного дерева была очень старомодной, с антикварными книжными шкафами, письменным столом на двойной подставке и винтажным кожаным офисным креслом.

Вместо того, чтобы уйти, Бета прислонился к окну справа от стола Сейджа — жест поддержки. Тао, твёрдо и наготове, остановился в центре комнаты. Альфа сидел на стуле перед ним, выглядя усталым

— Тао, я знаю почему ты тут, — произнёс Сейдж, обеспокоено выдохнув. — Могу заверить, что я полностью сосредоточен на том, чтобы найти того, кто стрелял в Райли и в мою дочь. Мы с Хью сегодня опросим каждого члена стаи — не обвиняя ни в чём, просто зададим вопросы. Всех без исключения.

— Хорошо, но я пришёл не спрашивать о том, как ты собираешься со всем разбираться.

— Правда?

— Я пришёл уведомить, что мои Альфа высылают сюда нескольких волков. Они прибудут завтра. — Тао боковым зрением заметил, как напрягся Хью.

Стиснув подлокотники кресла, Сейдж поднялся на ноги.

— Погоди-ка минутку. Если хочешь привести сюда чужаков, ты спрашиваешь разрешения.

— Я буду спрашивать разрешение лишь у своих Альф и лишь перед ними буду отвечать.

По правде говоря, они бы фыркнули на этот комментарий и заявили, что Тао слишком упёртый, чтобы отвечать перед кем-то, кроме себя. По словам Трея, это одна из причин, по которой он назначил Тао главным стражем. Альфа не хотел слепого повиновения, ему нужны решительные люди, которые не сдадутся под тяжестью доминирования Трея.

Раскрасневшись от гнева, Сейдж процедил:

— Это моя территория и моя стая.

— Позволь задать вопрос — есть подозреваемые?

Сейдж отвёл глаза.

— Нет.

— Это ложь, — возразил Тао. — Ты знаешь, кто это мог быть, но не хочешь верить в то, что кто-то из твоей стаи способен на такое. Оно и понятно. Но тогда возникает слишком много пробелов. У чужаков не будет таких проблем. Они могут взглянуть на проблему объективно. Ты только выиграешь.

Хью оттолкнулся от окна.

— Он может быть прав, Сейдж.

— Мне не нужна помощь чужаков, — наставил Сейдж, от которого начала исходить энергия Альфы. Тао спокойно стоял против доминирующих флюидов. Он не уступал Трею и не стал бы уступать Сейджу, так что Альфа-ворону не стоит думать, будто заставит Тао подчиниться его желаниям.

— Ты можешь гарантировать безопасность Райли? Серьёзно? — В каждой букве слышалось сомнение.

— Я знаю ты беспокоишься о ней, — сказал Сейдж, — но это не оправдание для неуважения.

Очевидно Альфа ошибочно перепутал Тао с тем, кому небезразличны чувства кого-то за пределами его стаи.

— Вопрос не в уважении, так что хоть на минуту задвинь своё эго. Мне без разницы, насколько большой у тебя длинный член. Мне важна Райли. Её безопасность для меня в приоритете, учитывая, что ты считаешь её одной из вас, то и у тебя должна быть.

— Она — часть моей стаи. Не только ты о ней беспокоишься. Я тоже хочу, чтоб этого человека поймали. Они стреляли в мою дочь. Если бы не Макс, она могла умереть. Знать, что кто-то из стаи стрелок… тяжело.

— Тогда впусти завтра на свою территорию членов моей стаи без напыщенной игры в доминантность, — сказал Тао. — Они помогут. Кто-то считает, что у него есть веские причины причинять вред Райли и твоей дочери. Я хочу знать кто это. А ты не хочешь?

— Конечно хочу. — Сейдж поднял стакан и выпил то, что напоминало виски. — Хорошо, члены твоей стаи могут приехать сюда. Но проясним одну вещь: они могут поговорить с моей стаей и допросить их, но никого не задержат — это они на себя не возьмут.

— Они этого не хотят; им нужно, чтобы Райли была в безопасности. Буду благодарен, если ты попросишь своих воронов сотрудничать, когда мы будем задавать им вопросы.

— Я скажу.

Удовлетворённый, Тао повернулся и вышел из кабинета. Райли ждала на бордовом кожаном диване, нетерпеливо подёргивая ногой. Она тут же встала, улыбаясь.

— Всё хорошо?

— Замечательно. Пойдём. — Взявшись за руки, он прошли по зданию мимо множества воронов, которые казалось тряслись. Тао подумал, раз они узнали, что один из товарищей по стае стреляет в других воронов, такое вполне оправдано.

— Как дела у Люси?

— Слава Богу, лучше. Она пришла в себя, но ещё слабая.

— Почему птицы-перевёртыши не любят посетителей, когда ранены?

Она пожала плечами.

— Я никогда об этом не задумывалась. Инстинкт, наверное. Мы допускаем к себе только тех, кому полностью доверяем, когда уязвлены. Итан терпел твоё присутствие, желая, чтобы меня охраняли.

— Волкам нравиться, когда вокруг них члены стаи, находясь в таком состоянии.

— Да, но ваш вид более тактильный, в отличии от воронов.

Он склонил голову.

— Думаю, да. — Снаружи, на окраине леса, Тао увидел Сойера, который оживлённо разговаривал с Дунканом, чьё лицо раскраснелось. Язык тела Дункана был оборонительным, в то время как Сойер был совершенно спокоен.

— Я хотел тебя спросить. Почему ты порвала с Сойером?

— Дело не в нём, — ответила Райли. — Все думали, что из меня выйдет хорошая Бета, поэтому им нравилось, что мы вместе, и надеялись, что между нами всё куда серьёзнее, чем на самом деле. Сойеру не нужна пара, потому что он не хочет делить власть, а Хью сказал, что тому сложно передавать бразды правления. Хью считает, что более эффективен как Бета, потому что у него есть пара, Дана, поэтому ему бы хотелось, чтобы и Сойер был в паре.

— И Хью надеялся, что ты могла бы стать парой Сойера, — волк Тао зарычал при одной только мысли об этом.

— Да, поэтому я обрубила всё на корню.

— Стае следовало бы понять, что ты никогда не станешь Бета-самкой — тебе не понравилось бы это положение.

Он прав, но Райли спросила.

— Почему ты думаешь, что я была бы несчастна в роли Беты?

Он фыркнул.

— Ты бунтарка, Райли; обеспечивать исполнение законов и предписаний шло бы в разрез с твоей природой. Кроме того, должностная власть тебя не впечатляет, поэтому ты бы не смогла отдаться этой роли. Быть Бетой требует больших затрат сил и энергии. Если это тебе не по душе, не сможешь быть продуктивным. Тебе бы больше подошла роль стража. Страж присматривал за младшими в стае. Я так и сказал Тарин, и она согласилась. Она, скорее всего, предложит тебе такую должность, как только ты официально примешь предложение и станешь членом стаи. — Он нахмурился при виде её странного выражения лица. — Что?

— Мне не нравиться, что ты видишь меня насквозь.

— Знаю, детка. Но разве это плохо? — Он улыбнулся на её взгляд «нет» и потёрся носом о её нос. — Не волнуйся об этом.

— Мне просто не верится.

Услышав новый голос, Райли резко обернулась и увидела Синтию, шагающую к ней, и Ширли рядом с ней.

— Проблемы?

— В мою сестру стреляли потому, что ты привезла сюда безумного стрелка и вместо того, чтобы взять на себя ответственность, пытаешь повесить вину на кого-то из стаи? — отрезала Синтия.

— Неправда, но понимаю, почему ты хочешь в это верить, — возразила Райли. — Ведь если кто-то на самом деле заканчивает то, что начал Уэйд, то ты тоже в списке.

Райли не рассматривала Синтию как подозреваемую, но решила это оставить при себе.

Заламывая руки, Синтия сказала:

— Нет никакого списка. Это никак не относится к Уэйду или тому, что случилось четыре года назад.

Райли склонила на бок голову.

— Не думаю, что ты в это веришь. И мне вообще плевать на твою точку зрения, так почему бы нам не разойтись?

— Решай я, ты бы уже ушла с нашей территории. Ты привезла с собой проблемы; и их нужно забрать туда, откуда они пришли.

— Всё было хорошо, пока не появилась ты, — добавила Ширли. — Теперь все смотрят друг на друга с подозрением. — Она уставилась на Тао. — Если хочешь знать моё мнение, твоим Альфам нужно дважды подумать прежде, чем предлагать Райли место в стае. Некоторые люди просто яд.

Тао окинул её взглядом.

— Мне не нужно твоё мнение. Не пойму, с чего ты решила, что я думаю иначе.

Синтия, будто защищая, затолкала Ширли за себя.

— Не переживай, Ширли. Пусть он сам узнает, какие неприятности привёл в стаю. — Глядя на Райли свысока, Синтия презрительно покачала головой. — Меня удивило, что ты посчитала, будто тебе сойдёт с рук манипулирование стаей, заставив всех верить, что один из них убийца. Но тебе же сошло с рук манипулирование Уэйдом…

Райли схватила Синтию за горло и притянула сучку к себе.

— Только попробуй закончить это предложение, чёрт возьми. — Широко раскрыв глаза и раздув ноздри, Синтия просто уставилась на неё. Ворон Райли хотел выклевать ей грёбаный глаз. — Знаешь, Синтия, я не вижу тут парней со спущенными штанами, поэтому не могу понять, какого хрена ты продолжаешь открывать рот?

Сойер, протолкнувшись через толпу, которая уже начала собираться. спросил:

— Что, чёрт возьми, тут происходит?

— Она схватила Синтию за горло, — ответила Ширли, чуть ли не воя. — Ты же страж, разве ничего не сделаешь?

Райли напряглась. Не потому, что боялась Сойера, а потому, что смех Тао был мрачным, угрожающим, и от него волоски на руках и затылке встали дыбом.

— Только прикоснись к ней, — предостерёг Тао Сойера, — и я тебя убью.

Сойер провёл рукой по волосам.

— Райли, отступись.

Игнорируя его, Райли продолжала смотреть на Синтию.

— Ты можешь подчиниться или можешь сразиться со мной прямо здесь и сейчас — мне подходит и то и другое. Хотя честно, я бы предпочла сразиться. Мне нужно выпустить кучу гнева. — В глазах Синтии буквально горела ненависть, поэтому для Райли стало искренним потрясением, когда женщина опустила глаза в жесте покорности. Райли её оттолкнула. — Думаю, не могу винить тебя за то, что спасовала. Я бы тоже не хотела, чтобы мне надрали задницу перед моим мужчиной.

Погладив себя по горлу, Синтия обнажила зубы.

— Разве у тебя нет кнопки выключения или чего-то в этом роде? Кстати, только что звонил какой-то парень из деревни; очевидно, их ослица пропала.

— О, держу пари, ты придумала это оскорбление, пока Сойер по карте искал твою точку G. Я права?

Сойер встал между ними и рявкнул:

— Довольно. — Затем вздохнул. — Райли, почему бы тебе с волком не пойти повидаться с дядями? Синтия, мне казалось, ты хотела навестить отца.

Ширли посмотрела на него.

— Она уверяет стаю, что один из нас стрелок, а ты ничего не делаешь?

— Прекрати подливать масло в огонь, Ширли, — сказал Сойер. — Ты взрослая женщина, вот и веди себя соответственно. — Он повернулся к ней спиной и, последний раз взглянув на Райли, зашагал прочь. Затем толпа постепенно разошлась, шепчась между собой.

С высоко поднятой головой Райли подошла к взятой напрокат машине и запрыгнула на пассажирское сиденье. Они с Тао договорились, что, раз путь к главному домику не обеспечивал прикрытия, они доберутся туда на машине. Сейчас она рада этому, потому что ей нужно быстрее убраться от Синтии и Ширли, иначе серьёзно наваляет этими сукам. Что тревожило больше — вся эта драма развивалась на глазах у стаи, от которой не было поддержки. Никто не сказал Сойеру ни слова в её защиту. Хоть ей и не нужна чья-то защита, но чёрт, они должны быть её стаей. Волки Феникса никогда бы не стояли в стороне, пока в Райли кидали обвинения. Во всяком случае, они бы стояли рядом с ней, выражая негласную поддержку. И она должна признать, что стая Феникс для неё больше дом, чем Стая Экседэс.

Ни она, ни Тао не проронили ни слова по дороге к домику. А когда оказались внутри, Тао удивил Райли, отодвинув к стене кофейный стол и диван, чтобы освободить место. Затем повернулся к ней лицом и сказал.

— Ударь меня.

Она моргнула.

— Что?

— Ударь меня, — повторил Тао, чувствуя, как она взвинчена. — Ты взорвёшься, если не выпустишь пар. Не переживай; я выдержу удар такой малюсенькой птички… Мать твою. — Он почесал подбородок, унимая боль, которая пульсировала после удара. — Ты не должна быть этим так воодушевлена.

Она пожала плечами, мило улыбаясь.

— Прости.

Правда? Её тон говорил об обратном. Дав ей немного места, он расставил ноги на ширине плеч.

— Ещё раз.

Тао не ожидал, что она набросится на него, как уличный боец на крэке, но Райли буквально не сдерживалась. И действовала быстро. На самом деле, чертовски быстро. И её действия были плавными. Даже сражаясь, она двигалась с грацией. Райли знала каждую чувствительную зону в теле и нацеливала на неё удары руками, ногами и острыми как бритва когтями. Тао изо всех сил блокировал каждый удар, но она хитра, и у неё не было проблем с нечестной борьбой, поэтому ударила его несколько раз. Однако не пустила кровь — даже когда царапала когтями. Тем не менее, у него появятся несколько синяков. И он и волк отчасти гордились Райли.

Улыбаясь, Тао спросил:

— Кто учил тебя драться?

— Итан.

Он хрюкнул, когда она снова ударила его в челюсть.

— Чёрт. Почему вороны всегда целятся в лицо? — Отразив ещё один удар, он притянул Райли к себе и обхватил руками. — Чувствуешь себя лучше, детка?

Она глубоко вздохнула.

— Больше не чувствую, что взорвусь.

— Хорошо. — Он потёр челюсть. — Ты бьёшь, как парень. Давай больше не будем так делать.

— Хорошо.

Он уткнулся в неё носом.

— Как бы не бесило меня то, что Синтия нападала, не могу отрицать, что то, как ты схватила её за горло было очень сексуальным. Часть меня хотела нагнуть тебя там же и жёстко оттрахать.

Райли улыбнулась, обнимая его.

— Ты можешь это сделать после душа… или же во время него.

— Точно. — Обняв Райли за плечи, Тао повёл её вверх по лестнице.

— Ты меня не слушаешь, да?

Моргнув, Райли, сидя за обеденным столом, посмотрела на него.

— Слушаю, — солгала она.

— Ох, правда? — спросил Тао с сомнением в голосе. — Что я только что сказал?

Она скривила губы.

— Я перевариваю твои слова.

— И что конкретно перевариваешь?

— Давай не будем ворошить прошлое, Тао.

Он закрыл глаза и стукнул пустой чашкой по столу.

— Слишком рано для дерьма, Портер. Слишком рано. — Наливая ещё кофе, он продолжил: — Я говорил, что сегодня нашёл свои часы. Они были в моей сумке с вещами. Интересно, как они туда попали?

Райли подавила улыбку.

— Так странно. — Потягивая кофе, она наблюдала, как он суетится на кухне — проверяет шкафы, возится с магнитами на холодильник и с соковыжималкой.

Райли всё же не смогла сдержать улыбки. Он привык, что всё его время занимал Кай, и просто не знал, куда деть руки.

— Ты находишь странным, что тебе не нужно присматривать за кем-то.

Тао нахмурил брови.

— Я наслаждаюсь перерывом.

Райли фыркнула.

— Ты чертовски скучаешь по Каю.

— Ага, а ты скучаешь по Саванне и Декстеру. — Ранее он слышал, как она говорила по телефону, и по мягкому тону понял, что говорила она с детьми. Тао не был уверен, понимала ли она, но таким тоном она говорила только с ними. — Ты обещала звонить им каждое утро? — Она была абсолютной нежной с детьми, и он находил это милым. — Как они?

— Доставляют хлопоты. Запасаются едой. Бесят Грету. Они расстроены, что я не возвращаюсь, как обещала. — И из-за этого Райли чувствовала себя дерьмово.

— Я собираюсь, как можно скорее узнать, кто в тебя стрелял, чтобы мы могли убраться отсюда. — Желудок Тао свело, когда он увидел, как она слизнула каплю кофе с верхней губы. Не прошло и часа с тех пор, как он целовал её, а уже хотел опять. А ещё он хотел увидеть, как эти губы смыкаются вокруг его члена. Это он часто воображал. Возможно, слишком часто, но решил, что можно зацикливаться на чём-то и похуже, поэтому не стал сильно напрягаться.

— Ты о сексе думаешь? — Райли всегда знала, когда это происходит, потому что его лицо было абсолютно невозмутимым, но в глазах сильная энергия, которая пронзала насквозь.

— Если точнее, я думаю, как отыметь твой рот.

— Ну конечно, — сухо сказала она. — Ты парень. Парни всегда бредят.

Он улыбнулся.

— Ты не покажешь мне, каково скользить членом у тебя во рту? Это несправедливо. Я постоянно ласкаю тебя там.

— Ох, я не отрицаю, что ты чемпион в таких ласках.

Он рассмеялся.

— Чемпион?

— Абсолютный. Но, ты знал, что более семидесяти процентов случаев эректильной дисфункции вызваны слишком большим количеством минетов.

— Нет.

— Такое возможно, — возразила она. — Кроме того, не нужно отдавать, чтобы получать.

Тао подошёл к Райли и поднял её со стула, положив руки на попку.

— Я делаю это не для того, чтобы что-то получить, а потому что мне нравится твой вкус. — Он его обожал. Даже жаждал. — Твой вкус вызывает привыкание.

— Серьёзно? И какой у меня вкус?

Он коснулся её губ своими и сказал:

— Мой.

Райли на самом деле не знала, что делать с этим комментарием, и как на него реагировать. Словно это почувствовав, он весело улыбнулся. Она прищурилась.

— Тебе нравится выбивать меня из равновесия, да? — Это больше было похоже на обвинение, чем на вопрос.

— Это справедливо. Ты всё время выводишь меня из себя.

Услышав, как две машины припарковались снаружи, она нахмурилась.

— Если это волки Феникса, они рано.

— Конечно, рано, — сказал он, следуя за ней к входной двери. — Они беспокоятся о тебе.

Широко открыв двери, Райли увидела, как Хью вёл четверых знакомых волков по ступенькам к порогу, и тут же улыбнулась Бете.

— Привет, Хью.

Его улыбка была немного натянутой.

— Твои друзья приехали. Они будут жить в домах по соседству. Думаю, можешь сама им всё показать.

— Конечно.

Кивнув, Хью вернулся в Шевроле, который припарковал рядом с внедорожником, арендованным волками. Бета уехал, оставив за собой облако пыли. Один за другим волки Феникса вошли в хижину. Данте сжал её плечо и хлопнул Тао по спине.

— Как вы тут?

— Бывало и лучше, — сказал Тао. — Как все?

— Кроме того, что беспокоятся, как вы тут с Райли, хорошо.

Джейми обняла Райли.

— Должна признать, я хочу выбить всё дерьмо из того, кто в тебя стрелял. — Отстранившись, она взглянула Райли в глаза. — Ты в порядке?

— Да, — ответила Райли. — Я очень благодарна вам за то, что приехали.

Макенна её обняла.

— Конечно, приехали. Чем скорее заберём тебя домой, тем лучше.

— Что, полагаю, означает выяснить, кто стреляет без разбора, а затем разобраться в ситуации, — сказал Данте, опускаясь на диван.

Макенна подняла палец.

— Сначала кофе.

— Я уже пила, — заметила Райли. — Хотя половину оставила на кухонном столе.

— Я принесу. — Макенна направилась на кухню и, — после того как слегка кивнул Райли и Тао в знак приветствия, — Райан последовал за своей парой.

Осмотревшись, Джейми сказала:

— А тут мило. Другие дома такие же?

Райли пожала плечами.

— Да, почти.

Данте усадил Джейми себе на колени.

— Как твоя подруга, Райли?

— Слаба, но идёт на поправку, — ответила она, присаживаясь на диван.

Джейми нахмурилась.

— В стае нет целителя?

— Нет. У дяди Макса есть слабая способность, благодаря которой ускоряется процесс.

— К счастью для Люси, Макс оказался рядом, — сказал Тао, присаживаясь на подлокотник дивана, чтобы быть ближе к ней. Через минуту Райан принёс два стула для себя и своей пары, а Макенна несла поднос с кофе.

Как только все уселись с чашками в руках, Макенна сказала:

— А теперь расскажите, что именно произошло — не упускайте ни одной детали.

Райли и Тао всё им рассказали, о недавней стрельбе и о стычке, которая произошла с Синтией и Ширли, и даже о том, что кто-то порезал одежду Тао.

— Возможно, кто-то заканчивает то, что начал Уэйд, перестреляв всех людей, которые должны были быть в тот вечер на вечеринке, — сказал Тао. — Но для меня очевидно и то, что кто-то пытается ранить дорогих Райли людей, чтобы сделать ей больно. Пуля, которая попала в Итана, на самом деле могла ему и предназначаться.

— Ещё одна теория — кто-то считает, что Райли и Люси подвели Уэйда и не смогли вытянуть его из депрессии, и теперь наказывают их, — сказал Данте.

Райли задумалась об этом на минуту.

— Может быть. Мы были его близкими друзьями. Что сделает Ширли самой подходящей подозреваемой, но стоит признать, что моя злость на неё может немного ослеплять. И я не могу представить её припавшей где-то к земле в лесу с винтовкой в руках. Плюс кто бы это ни сделал, провёл отличную работу и ускользнул от Беты и его стражей. Ширли не ассоциируется с тем, кто знает, как замести следы.

Макенна склонила голову на бок.

— Кто-то ещё может думать, что вы с Люси подвели Уэйда?

— Только его отец, — ответила Райли. — Но он давно умер. У Уэйда друзей кроме меня и Люси не было.

— Как насчёт родителей, чьих детей убил Уэйд? — спросила Джейми. — Думаешь, стрелок может быть одним из них, желая тебе смерти, так как возмущён, что ты выжила?

— Похоже, никто больше так не думает, — ответил Тао.

— Хорошо, тогда вернёмся к теории о том, что кто-то заканчивает начатое Уэйдом, — сказал Данте. — Кто ещё должен был быть там той ночью?

— Я, Люси, Синтия, Сойер и Дункан.

Райан посмотрел на Райли.

— У тебя есть с ними какие-то разногласия?

— Можно и так сказать. — Райли рассказала о своей истории с Синтией. — Она сейчас в отношениях — хотя, по правде говоря, «отношения» довольно сильное слово — с моим бывшим. Сойер — следующий на пост Беты, а Синтия всегда хотела быть Бетой.

— Значит, она может видеть в тебе угрозу, — сказала Джейми.

— Если бы Райли ещё хотела Сойера, была бы угрозой, — Тао в этом уверен. — Парень хочет её — даже его ворон её хочет. Думаю, Синтия сделает всё необходимое, дабы убедиться, что её не отстранят от власти.

— Но не думаю, что она будет стрелять в свою сестру, — заметила Райли. — У неё, может, и нет времени на Люси или она ей может даже не нравится, но она всё же её сестра.

Данте почесал подбородок.

— Не знаю… То, что вы родственники не означает, что кто-то заботится о тебе. Некоторые просто на это не способны.

Зная, что Данте думал о своём брате, Тао кивнул.

— Верно.

— Расскажи о Сойере и Дункане, — сказал Данте.

Райли сделала глоток кофе.

— Сойер очень амбициозен, очень властен, и немногословен. Дункан доминантен, но держит это в себе, и ему не нравится покидать свою территорию. О, и у него личная история с Синтией. С ним она встречалась дольше всех. Думаю, что он ей даже немного небезразличен. Просто власть важнее.

Джейми потеребила серьгу.

— У тебя когда-нибудь были проблемы с Дунканом?

Райли покачала головой.

— Нет.

— Этот Сойер, — начала Макенна, — как долго вы с ним были вместе?

Вспоминая, Райли сказала.

— Недолго. Пару месяцев.

— Кто кого бросил? — спросила Джейми.

— Я его, — ответила Райли. — Но по нормальному.

Данте похлопывал пальцами по бедру Джейми.

— И как он отреагировал?

— Как и любой другой доминантный мужчина, которого бросили — это удар по его эго. Но мы с ним не ругались. — По правде говоря, у Райли сложилось впечатление, что ему было всё равно.

— Но это не значит, что он не был взбешён, — заметил Райан, почёсывая руку.

Макенна улыбнулась и прикоснулась к его ладони.

— О, скоро получишь деньги.

Райан хмуро посмотрел на свою пару.

— Что?

— Если чешется ладонь правой руки — значит, ты скоро получишь деньги.

Райан уставился на неё.

— Скажи, что ты на самом деле в это не веришь.

Она махнула.

— Хорошо, будь пессимистом.

— Я не пессимист, а реалист. Попробуй как-нибудь.

Макенна фыркнула.

— Я не знаю, почему ты настаиваешь, что в суевериях нет ничего существенного.

— Я сказала Райли не ехать в пятницу, потому что это приносит несчастье, но она не послушала, и смотри что случилось.

— Ты серьёзно думаешь, что всё случилось только потому, что она приехала сюда в пятницу?

Макенна вздёрнула подбородок.

— Мне не нравится твой тон.

— Какой тон?

Улыбаясь, Райли допила кофе и встала.

— Мне нужна добавка.

Тао не удивился, когда Макенна и Джейми последовали за ней на кухню. Или когда за звуком возни быстро последовал шорох открывающейся и закрывающейся двери во внутренний дворик. Девочки потянули Райли на улицу, чтобы поговорить о том, что происходило между ней с Тао. В доме везде пахло сексом, и на них с Райли были запахи друг друга, поэтому утаить это невозможно.

Данте повалился на диван.

— Уже давно пора вам обоим прекратить плясать друг около друга. Ты будешь притворяться и говорить, что это просто секс?

— Нет.

— Хорошо. — Данте указал на него. — Не облажайся, Тао.

— Не уверен, что смогу, как бы не пытался. Она в основном просто закатывает глаза, когда я её бешу.

— Считай, тебе повезло. Джейми кладёт все мои диски не в те ящики, когда я её раздражаю. — А поскольку у Данте ОКР, для него это сродни ночному кошмару.

— Кенна заставляет меня ходить с ней на шоппинг, — пробубнил Райан. — Ты когда-нибудь ходил за покупками с фанатичным завсегдатаем распродаж? Это мука.

— На днях она взяла с собой Джейми, так что я пошёл с ними, — сказал Данте. — Они ходили весь день. Обыскали все полки и стеллажи, а продавщицам приказали обыскать склады. Как только они находили то, что хотели, сравнивали цены с указанными на сайте, выясняли, есть ли дешевле, и сваливали туда.

Тао самоуверенно улыбнулся.

— Райли не любит торговые центры, она покупает всё онлайн.

Данте ахнул.

— Чувак, не упусти её. Никогда. Серьёзно, женщина, которая не любит торговые центры — подарок Бога — прими этот дар с благодарностью и милосердием.

Райан проворчал:

— Будем надеяться, что Райли повлияет на Кенну.

Вспоминая те несколько раз, когда видел, как Макенна возвращалась из магазинов с дюжиной пакетов и довольной улыбкой на лице, Тао скривился.

— Ага, не думаю, что это когда-нибудь произойдёт.

Райан вздохнул.

— Да, я тоже.

Макенна тихо закрыла дверь патио.

— Ну? Тао хорош в постели? Я должна знать. — Она вскинула руку. — И не говори, что ничего не было. Вы оба пахнете друг другом.

— Я не собралась ничего отрицать, — сказала Райли, — и да, он в постели знает толк.

Джейми сложила руки.

— Между вами только секс или?..

По правде, для Райли это становилось больше, чем секс, но она просто ответила:

— Мы договорились, что это мимолётный роман.

Джейми опустила руки.

— Нет, это должно быть что-то большее. Если станешь парой Тао, не уйдёшь из стаи. Мне нравится эта идея.

Райли закатила глаза.

— Я не собираюсь уходить из стаи, и все мы это знаем.

— Да, но пара с Тао даст мне больше гарантий.

— Как считаешь, возможно ли что вы истинная пара? — спросила Макенна.

Она что шутила?

— Мы с Тао не подходим друг другу.

Джейми покачала рукой.

— Конечно, подходите. У Тао никогда не было нормальных отношений. Он напористый и упёртый, и не может сдерживать эмоции или мнение. Это сбивает с толку многих доминирующих самок и приводит к спорам. Но ты закатываешь глаза на перепады его настроения, игнорируешь его истерики. Ты улыбаешься его оскорблениям, говоришь то, что думаешь, и не оставляешь ему иного выбора, кроме как принять это. Ему и нужен кто-то, кому он не станет угрожать и кто не бросает вызов его потребности выплеснуть эмоции наружу. Во всяком случае, ты находишь это забавным.

Верно.

— Я никогда не встречала того, кто мог бы так легко раздражаться.

— Хотя вы и не очевидно подходите друг другу, но это работает.

Макенна кивнула в знак согласия.

— Давай признаем, Райли, тебе не нравится подпускать людей близко. Ему это дерьмо не подходит, и только кто-то настолько решительный и твердолобый, как Тао может справиться с этим и достучаться до тебя. Тебе нужен тот, кто не контролирует. Тао может быть занозой в заднице, которая сует свой нос в твои дела, но не контролирует, что редко встречается у доминирующего мужчины. А ещё он достаточно сложный и привлекает внимание. Будь честна; тебя сложно привлечь и тебе быстро становится скучно. А он подпитывает твой интерес.

Выдохнув, Райли села на качели.

Джейми посмотрела на неё.

— Ты никогда об этом не думала, да?

— Нет. Как ты и сказала, мы не совсем очевидная пара.

— Как и мы с Райаном, — заметила Макенна. — Он не верит в судьбу, а я очень суеверная. Мне нравится работать с людьми и помогать им. Райану не нравятся люди. Но нам хорошо вместе.

— Данте нравится всё контролировать, — сказала Джейми. — А мне нравится делать то, что хочу. Он помешан на чистоте, а я нахожу порядок в хаосе. Но мы счастливы.

Райли откинулась.

— Но если бы Тао был моей истинной парой, разве бы я как-то это не почувствовала?

— Не обязательно, — сказала Джейми. — Я понятия не имела, что Данте — моя истинная пара, хотя знала его много лет, но не чувствовала этого. Нам слишком много всего мешало почувствовать связь. Если хотите чтобы между вами что-то вышло, просто решите свои проблемы. Может, брачная связь встанет на место, а может, и нет. Возможно, вам придётся запечатлеться… — Она замолчала, когда дверь патио открылась и мужчины вышли.

— Вы уже закончили сплетничать? — спросил Данте.

Джейми вздёрнула подбородок, выглядя оскорблённой.

— Мы не сплетничали.

Её пара хохотнул.

— Конечно, нет.

— И что теперь? — спросила Райли.

— Вы с Тао остаётесь тут, пока мы будем опрашивать остальных, кто должен был прийти тогда на вечеринку, — ответил Данте.

— Нужно узнать, почему их не было. Возможно, кто-то не пошёл, потому что знал, что должно было произойти.

— Думаешь, кто-то мог надоумить Уэйда это сделать, и теперь заканчивает начатое? — поинтересовалась Райли.

— Возможно, — сказал Данте. — У нас несколько версий, и мы должны их проверить.

— То, что сделал Уэйд совсем на него не похоже, но он тогда не был собой, — сказала Райли. — Люди делают странные, а иногда и ужасные вещи, когда подавлены. Лично я не думаю, что за этим кто-то стоит.

Данте прислонился к столбу крыльца.

— Возможно, ты права, но я всё равно хотел бы поговорить с ними. Существует вероятность, что один из них несёт ответственность за недавнюю стрельбу.

— Они могут и не разговаривать с нами, — сказала Макенна.

— Сейдж заверил, что скажет стае с нами сотрудничать, — сказал Тао. — Будем надеяться, что этого хватит.

— Не вешай на них обвинение, иначе они начнут защищаться, — сказала Райли Данте.

Бета одарил её акульей ухмылкой.

— Не волнуйся, я не впервые кого-то допрашиваю.

— О да, наслышана, как ты проводишь допросы. — Он был безжалостен. — Это меня и тревожит.

— Предлагаю разделиться и опросить всех, — сказал Данте. — Мы с Джейми поговорим с Сойером, потому что, думаю, он охотнее поговорит с Бетой, раз сам таким хочет стать. И поболтаем с Ширли. — Данте повернулся к Макенне. — У тебя хорошо получается располагать людей к себе, поэтому вы с Райаном поговорите с Синтией и Дунканом. — Когда Макенна кивнула, Данте выпрямился. — Тогда за дело.

Домик Ширли был ближе, поэтому Данте решил сначала поговорить с ней. Взявшись за руки с Джейми, они пошли к маленькому домику, который выглядел также как и их гостевой дом. Ширли не торопилась открывать входную дверь. Затем встала в дверном проёме, скрестив руки на груди и таращась на них, как принцесса смотрит на крестьян. Его волк зарычал. Но Данте любезно ей улыбнулся.

— Меня зовут Данте, а это…

— Вам не стоило сюда приходить.

— Уверен, твой Альфа предупредил, что мы придём, — сказал Данте.

Ширли немного подалась вперёд.

— Я скажу то же самое, что сказала ему — я не верю, что стрелок один из нас. Первоначальная версия члена твоей стаи имеет хоть какой-то смысл.

— Судя по тому, что я слышал, — начал Данте, — ты всегда считала, что кто-то манипулировал твоим сыном и заставил застрелить воронов четыре года назад.

Ширли выпрямилась, немного смягчив выражение лица.

— Мой Уэйд был нежным мальчиком. Заботливым. И никогда не был агрессивен. Даже если находился в депрессии, я не верю, что он добыл пистолет и застрелил тех людей. Ни за что. — Она покачала головой. — Если это и был кто-то из стаи, то только Райли.

Данте сдержал рычание. Райли его товарищ по стае, независимо от того, готова она принять это или нет, и ему не нравилось слышать, как кто-то выдвигает обвинения в её адрес. Очевидно, как и Джейми, потому что она сильно сжала его руку.

— Почему?

— Потому что он оставил её в живых.

Она сказала это так, будто это доказанный факт. Данте заставил себя говорить спокойно.

— Может, он оставил её в живых, потому что та заботливая часть Уэйда проснулась и поняла, что в отличие от других, Райли его друг. — Ширли отвела взгляд. — Если ты права, и кто-то дал твоему сыну пистолет, сейчас они намереваются закончить начатое. Ты не хочешь узнать, кто это был? Не хочешь узнать, кто мог такое сделать с Уэйдом? — Ширли ничего не сказала, но враждебность, казалось, уходила. — Кто-то проводил с Уэйдом много времени перед его смертью? — спросил Данте.

Ширли вздохнула, потирая виски.

— Я не знаю.

— Я понимаю, что это сложно, — начал Данте, — но мне нужно, чтобы ты хорошенько подумала. Его кто-то часто навещал?

— Райли и Люси.

— Кто-то ещё?

Ширли собиралась сказать «нет», но потом нахмурилась.

— Сойер заходил сюда несколько раз. Я удивилась, потому что они не были друзьями. Он не испытывал неприязнь к Уэйду, но в лучшем случае всегда относился к нему отчуждённо.

— Ты знаешь, о чём они говорили? — спросил Данте.

Ширли покачала головой.

— Думая об этом, Уэйду тогда приходило много текстовых сообщений.

— От кого?

— Не знаю. Я спрашивала у него, думая, что возможно это его девушка, но он всегда бубнил «неважно» и уходил.

Через мгновение Данте кивнул.

— Спасибо, что поговорила с нами. — Он потянул Джейми за собой по тропинке

— Очаровательная женщина, — пробормотала Джейми, когда услышала звук закрывшейся двери. — Я согласна с Райли. Ширли в ярости и злится на Райли, но у неё нет черты убийцы. Итак, где будем искать Сойера?

Данте поцеловал её.

— Райли позвонила Хью перед тем, как мы ушли; он сказал, что Сойер патрулирует южную часть периметра.

— Тогда пошли туда.

Чтобы найти Сойера, много времени не потребовалось, и он, казалось, совсем не удивился и не испугался, увидев, что они целеустремлённо направляются к нему.

Данте остановился в нескольких шагах.

— Я Данте, это моя пара Джейми. Мы хотели спросить, есть ли у тебя пару минут, поговорить. Нравится тебе или нет, но ты можешь быть целью того, кто охотится на Райли и Люси. Нам нужна твоя помощь, чтобы понять, кто стоит за всем этим.

Сойер пристально изучал их пару минут.

— Вы Беты.

Данте кивнул. Этого факта оказалось достаточно, чтобы Сойер закончил обход.

— Что вы хотите знать?

— Ты знаешь кого-то вашего возраста у кого зуб на воронов?

— Только Уэйд. Уверен, Райли рассказала, как он рос.

— Да, — подтвердил Данте. — Если кто-то преследует тех, кто не был на вечеринке, то считает, что действия Уэйда оправданы, и что он не закончил начатое. Возможно, кто-то немного подтолкнул к этому Уэйда четыре года назад.

Сойер смотрел на них с сомнением.

— В это верит Ширли, но только потому, что ей сложно смириться с действиями Уэйда. Но хотя у Уэйда было много пороков, слабым он не был. Давление сверстников на него не действовало. И он был умным ребёнком. Если кто-то пытался промыть ему мозг и заставить делать что-то противоречащее природе, он бы это заметил.

— Кто-нибудь, казалось, особенно хотел, чтобы ты был на вечеринке?

Сойер скривил губы.

— Нет.

— Кто-то пытался уговорить не ходить туда?

Этот вопрос удивил Сойера.

— Синтия пыталась затянуть меня той ночью к себе. Она услышала, что мы с Райли расстались.

Данте выгнул бровь.

— Ты пошёл к Синтии?

— Нет, отправился искать Райли. Но она уже ушла.

Данте на минуту замолчал.

— Ты вроде проводил много времени с Уэйдом до стрельбы. Ширли говорит, что удивлена этому, потому что вы не были друзьями.

— Райли переживала за него.

— Ты подумал, что помогая ему, произведёшь на неё впечатление? — спросила Джейми. — Что так она передумает и вернётся к тебе?

— Может, но потом увидел, что она права в своих переживаниях, — сказал Сойер. — Он очень похудел, не мылся, и у него не было желания даже встать с кровати. По всей комнате были развешаны эти рисунки.

Данте наклонил голову.

— Какие рисунки?

— Мрачные и жестокие, — ответил Сойер. — Изображения монстров демонического типа, как что-то из ночного кошмара. И рисовал он только черными и красными цветами. Я расспросил его о них. Уэйд сказал, что с ним разговаривали демоны; и они хотели крови. Я подумал, что он имел в виду свою кровь — что у него свой внутренний демон, которому он не мог противостоять и хотел причинить себе вред.

— Ты кому-то об этом сказал? — спросила Джейми.

— Ширли. Она не поняла, как его мрачные картины могли означать что-то плохое. Она сказала, что он с самого детства страдал от кошмаров и рисовал то, что видел во снах, а я делаю из мухи слона.

Сойер вздохнул.

— Я послушал её, а теперь он мёртв, как и куча людей. Мне придётся с этим жить.

После минутного молчания, Джейми заговорила:

— Ширли сказала, что ему кто-то очень много писал сообщений. Ты?

— Да, — ответил Сойер. — Проверял, как он. Признаюсь, сначала я хотел впечатлить Райли. Но когда понял, в каком плохом состоянии Уэйд, осознал, как мало за эти годы сделал, чтобы защитить его. Я чувствовал себя паршиво и хотел помочь. — Он пожал плечами. — Но не смог, — сухо добавил он.

— Никто не смог.

Когда они с Райаном добрались до хижины Синтии, Макенна вздохнула. Она действительно не горела желанием разговаривать с этой сукой, но это необходимо сделать. Её молчаливая пара, конечно, не собирался разговаривать, и это к лучшему, поскольку он не самый общительный.

— Прошу, попытайся сдержаться и не рычать на неё. Не хочу дать ей оправдание захлопнуть дверь перед нашими лицами. — Райан, конечно же, зарычал. — Я не хочу разговаривать с ней, так что давай покончим с этим. — Ступая на порог, Макенна постучала в дверь. Синтия открыла её и посмотрела на них с прищуром.

— Не буду отвечать на ваши вопросы. Мне нечего сказать.

— Райли сказала, что ты будешь избегать разговора, — солгала Макенна, — но я сказала, что ты не сделаешь ничего такого, что бы заставило тебя выглядеть виноватой. Если только тебе есть что скрывать. А тебе есть?

У неё загорелись глаза.

— Нет, мне нечего скрывать.

— Но не хочешь с нами разговаривать, — заметила Макенна.

Она поджала губы.

— Я не обязана.

— На твоём месте я бы хотела знать, кто стрелял в мою сестру и увидеть, как они за это поплатятся. И приняла бы любую помощь.

Синтия колебалась.

— У нас всего пара вопросов. — Тон Макенны был уверенным и дружелюбным. — Это не займёт много времени.

Синтия нетерпеливо открыла дверь немного шире.

— Я считаю, что тот, кто стрелял в мою сестру не член нашей стаи. Все любят Люси. — Последнее было сказано с завистью. — Все мы были напуганы тем, что случилось четыре года назад. И никто не хочет вновь столкнуться с этим.

— Тебя пригласили на вечеринку Алека, но ты не пошла. Почему?

Синтия моргнула.

— Я собиралась. Просто задержалась.

— Кто-то просил тебя туда не ходить?

Она упёрла руки в бёдра.

— Не понимаю, при чём тут это.

— И всё же.

— Дункан попросил встретиться с ним в месте для поцелуев возле горячих источников. Мы тогда встречались. Но я сказала, что буду на вечеринке и чтобы он встретился со мной там. Я не хотела пропускать вечеринку.

Макенна услышала ложь.

— Серьёзно? А мы слышали совсем иное, — блефовала она, надеясь, что Синтия поверит в то, что сначала они поговорили с остальными и знают, чем могут возразить.

Взгляд Синтии ожесточился.

— Сойер вам сказал. — Она фыркнула. — Ладно, хорошо, я пригласила его к себе. Не думала, что он захочет пойти на вечеринку, после всего дерьма, которое случилось между ним и Алеком.

— Можешь уточнить? — спросил Райан.

Синтия ответила:

— Он приказал Алеку и друзьям оставить Уэйда в покое, хотя я не понимала, какое ему до этого дело. Они согласились. На следующий день они выбили дерьмо из Уэйда — Алек послал сообщение Сойеру о том, что не будет принимать приказы от него. Они подрались, и Алек подчинился, когда стало ясно, что не победит. Затем он извинился, как и остальные. Через несколько дней, они вместе пошли в бар, напоили Сойера, раздели догола, привязали к дереву, и оставили там… но сначала сделали фотографии. Можете представить, как сильно это разозлило Сойера. — Да, Макенна могла. У доминирующих мужчин гордыня — полоса длиной в сотню миль. — Конечно, когда Сойер добрался домой практически стёр Алека в порошок, — продолжала Синтия. — Это не впервые, когда они так сталкивались, и скорее всего, был бы не последний.

— Когда это случилось?

— Приблизительно за месяц до вечеринки. Но потом они всё решили, и я удивилась, когда Сойер сказал, что пойдёт. Будь я на его месте, уж точно бы не стала рисковать и напиваться в их компании.

— Ясно. Ещё одно… У кого-то твоего возраста может быть зуб на остальных?

— Да. У Райли. О, вижу ваши сомнения. Спроси, сколько лет она провела, защищая бедного Уэйда. Сколько лет потратила, ругаясь и нападая на людей, которые его задевали, несмотря на её старания. Может, она винит их всех в его депрессии. — Сука.

Макенна одарила её благодарной улыбкой, которая, как подозревала, демонстрировала слишком много зубов.

— Спасибо, что уделила нам время.

— Пожалуйста. — Затем она захлопнула дверь перед их носами.

Ворча, Райан подтолкнул Макенну к концу тропинки дома Синтии.

— Такая милашка, — заметила Макенна. — По крайней мере, она с нами поговорила. Надеюсь, и Дункан поговорит.

Макенна с Райаном направились прямиком к восточной границе, где могут найти Дункана. Он сидел на большом камне. Видя, как они приближаются, он медленно встал… словно змея разматывалась. Он смотрел на них с явным недоверием. Пытаясь успокоить его, Макенна улыбнулась и представила себя и Райана.

— Мы бы хотели поговорить, если можешь уделить нам несколько минут. У нас простые вопросы.

После долгого молчания, Дункан сказал:

— Хорошо, спрашивайте.

— Почему ты не пошёл на вечеринку к Алеку?

— Меня не приглашали.

Она моргнула.

— Твой отец думает, что ты должен был быть там.

— Я говорил, что пойду, — сказал Дункан. — На самом же деле, хотел встретиться с Синтией возле источников.

Макенна кивнула.

— Почему тебя не пригласили?

Дункан пожал плечами.

— Наверно, потому, что я никогда особо не нравился Алеку. Синтия бросила его ради меня, и он это не очень хорошо это воспринял.

— Синтия согласилась встретиться с тобой тем вечером?

— Нет.

— Сойер говорит, что Синтия пригласила его в тот вечер к себе, — сказала Макенна так осторожно, как только могла.

— Вероятно, — сказал Дункан на удивление ровным тоном. — Синтия вечно пыталась усидеть на двух стульях. Тогда она не хотела расставаться со мной, но хотела Сойера и уже давно. — И это явно причинило ему боль, подумал Макенна, судя по вспышке, на мгновение мелькнувшей в его глазах. Макенна чувствовала себя немного виноватой.

— Есть идеи, кто, кроме Уэйда, мог иметь зуб на вас?

Дункан покачал головой.

— Нет.

Макенна почувствовала, как рядом напрягся Райан, и знала почему; она тоже почувствовала ложь.

— Дункан, сейчас не стоит утаивать информацию.

Он отвёл взгляд.

— Я рассказал всё, что знаю.

— Дело в Синтии?

Он тяжело выдохнул.

— Да, хорошо. И если я это расскажу, вы обвините её.

— Уже и без того много кто её винит, Дункан, — заметила Макенна. — Знаю, ты хочешь защитить её, и понимаю. Но кто-то стрелял в Райли и Люси. Их нужно остановить.

— Синтия никогда не навредит Люси.

Макенне показалось, что он искренне в это верил. Она же, с другой стороны, так не думала. Кровная связь не всегда что-то значит для людей.

— Тогда, что плохого в том, чтобы рассказать нам, почему она могла ненавидеть всех остальных?

— Дело не в том, что она затаила обиду. — Он потёр глаза. — Слушайте, кто-то причинил ей боль, ясно? Сильно обидел.

У Макенны внутри всё перевернулось, потому что по муке в его глазах ясно, что он имел в виду под «болью». Ей не нравилась Синтия, но она могла испытывать к ней симпатию.

— Кто это сделал? — Дункан не ответил; а просто смотрел поверх её плеча. — Ответь, по крайней мере, на это: они были на вечеринке в ту ночь?

— Не знаю.

— Дункан.

— Я не знаю. Синтия сама не знает, кто это сделал. Она проснулась возле водопада, вся мокрая, будто её искупали. Одежда была разорвана, в голове туман, будто её накачали наркотиками, и ей было… ей было больно. Она поняла, что её изнасиловали. Но она не знала, кто и ничего не помнила.

Чёрт.

— Когда это случилось? — Он мешкал с ответом, поэтому она нежно надавила. — Когда?

— За полгода до вечеринки.

— Она рассказала родителям?

— Нет. Ей было стыдно. Контроль для Синтии важен. Кто бы ни напал на неё, отнял его той ночью. Я знаю об этом лишь потому, что она пришла ко мне после того, как проснулась рядом с водопадом. На ней не было запахов — вода всё смыла. Я помог ей принять душ, дал одежду мамы… и потом она просто ушла. С тех пор она об этом не говорила. И отказывается даже признать, что это случилось.

Работая в приюте для перевёртышей, Макенна встречала многих, над кем надругались, и многие отрицали это только потому, что лишь так могли с этим справиться.

— Думаешь, это даёт ей повод желать смерти всем тем людям и считала лучшим способом узнать, что ответила тому, кто её обидел — убрать каждого?

Дункан покачала головой.

— Нельзя с уверенностью сказать, что это сделал не кто-то из взрослых в стае. Кроме того, она заблокировала воспоминания. Не желает разобраться в этом, не говоря уже о том, чтобы пережить и отомстить.

Он прав, подумала Макенна.

— У тебя есть хоть какие-то догадки кто это мог быть?

— Будь таковые, виновные были бы уже мертвы. — В его глазах появился насмешливый блеск. — Теперь считаешь, что у меня есть мотив, да? Кто сказал, что я не приказал их убить в надежде, что мог бы отомстить за неё?

— А у тебя был мотив? — спросил Райан.

— Нет, — ответил Дункан. — Но если бы я знал, кто это сделал, отомстил бы за неё. Она может и стерва, и обижает людей — из-за чего у него уйма врагов, — но этого она не заслужила.

Макенна с этим согласна.

— Спасибо, что ответил на наши вопросы. Твоей стае я не скажу ни слова о нападении на Синтию.

Как только они с Райаном оказались за пределами слышимости Дункана, он сказал:

— Не жалей её. Она первоклассная сука, которая сделала всё возможное, чтобы Райли чувствовала себя ужасно.

Макенна вздохнула.

— Знаю. Понимаю, некоторые просто полны ненависти и злости. Можно подумать, что любой, кто проснулся в таком виде, был бы счастливым человеком. Я имею в виду, посмотрите на эти кактусы, скалы и горы. Держу пари, ты видишь здесь какую-нибудь красивую дикую природу. — Она резко остановилась и вскинула руку, не давая Райану сделать ни одного шага. — Смотри, у твоей ноги пенни. Разве я не говорила, что ты скоро получишь деньги? — Она наклонилась, чтобы поднять монету, но затем отдёрнула руку. — Лежит решкой вверх. Не прикасайся к ней.

Ворча, Райан покачал головой и пошёл дальше.

Макенна вперила в его спину взгляд.

— Не надо так выражаться, Белый Клык.

Когда волки Феникса вернулись в дом Райли и Тао, уселись в гостиной и обсудили допросы.

После Тао сказал:

— Итак, если кратко, у каждого были причины — как минимум — злиться на тех детей.

Данте накрутил на кулак длинный хвост Джейми.

— Я хотел спросить, Райли, кто-то пытался надавить на тебя, чтобы ты не пошла на вечеринку?

— Им и не нужно было, — ответила Райли. — Я не собралась идти.

Макенна выгнула бровь.

— И почему пошла?

— Люси хотела пойти, но не желала идти одна. — Райли подняла руку до того как кто-то попытался сказать, что Люси как-то причастна к тому, что случилось. — Это не может быть Люси — её подстрелили.

— У неё мог быть сообщник, хотя немного притянуто, — сказал Райан.

Тао обнял Райли.

— Ты сказала, что не пошла бы, не попроси тебя Люси.

— Да, и что?

— А то, что, возможно, тебя там не ждали. Уэйд мог удивиться, увидев тебя.

Райли сглотнула, вспоминая пустой взгляд Уэйда.

— Не думаю, что он чувствовал хоть что-то в тот вечер, и уж тем более удивление.

Данте повернулся к Тао.

— Что говорит чутьё? Я ему доверяю.

— Не могу доверять чутью, — признался Тао. — Я слишком зол, чтобы быть беспристрастным.

У Райли такая же проблема. Хотя она не знала что думать, улыбалась волкам.

— Я, правда, рада, что вы приехали.

Джейми улыбнулась в ответ.

— А как иначе? Ты член нашей стаи.

— Я подумал, мы могли бы завтра поехать домой.

Райли выронила игровой контроллер. Ему обязательно портить день? До сих пор всё шло отлично, они играли на Xbox, который она позаимствовала у Макса, и было довольно весело надрать задницу Тао. А сейчас он ляпнул чушь.

— Слушай… — Сидя на полу со скрещёнными ногами Тао повернулся к ней. — Прошло четыре дня, Райли. Четыре. Ничего не произошло. Ни единого нападения. Думаю, мы ошибались насчёт стрелка, который хочет закончить начатое Уэйдом. Думаю, они хотели причинить тебе вред через Итана и Люси. Вчера мы проверяли теорию Сейджа и Руби, и ты была там. Они согласны.

— Ты, скорее всего, прав, но я хочу увидеть, как накажут виновного.

Тао посадил её к себе на колени, чтобы она оседлала его.

— А ты действительно хочешь остаться здесь, когда можешь быть дома, где тебе самое место. — Он заправил её волосы за ухо. — Не думаю, что понимаешь. И не думаю, что твой ворон тоже.

Тут он прав. Её ворон больше не считал территорию стаи Эксэдес своим домом. Она находила тут определённый уровень комфорта, и ей нравилось, но она тосковала по территории стаи Феникс, хотела туда. И да, ладно, Райли тоже хотела.

Поглаживая рукой её по спине, он спросил:

— Разве не хочешь вернуться домой к детям?

У Райли сжалось в груди.

— Конечно, хочу. — Она очень по ним скучала, и было больно каждый раз говорить им по телефону, что её не будет ещё какое-то время.

— Разве они для тебя не важнее мести?

— Ты знаешь, что важнее.

— Значит, давай просто уберёмся отсюда. — Он обхватил её лицо ладонями. — Я вчера разговаривал с Треем по телефону. Рамон окончательно отступил. Он ни разу не звонил после того, как Трей поговорил с ним. Ехать домой безопасно. Уже пора. Сейдж продолжит поиски стрелка — он хочет знать, кто стрелял в Люси так же, как и ты.

Разрываясь, она закрыла глаза. Какое-то время её тут удерживал гнев. Но сейчас, когда жажда крови немного утихла, она хотела скорее вернуться к детям, а не позволить стрелку удерживать её вдали от них. Ублюдок не заслуживал такой власти.

Выдохнув, она открыла глаза.

— Хорошо, мы можем ехать.

Тао улыбнулся и поцеловал её.

— Умничка. — Его волк успокоился от облегчения.

— Но я хотела бы повидаться с Люси перед отъездом. Хочу проверить, как она.

Тао кивнул.

— Я позвоню Сейджу, скажу, что мы уезжаем и спрошу, пустит ли он тебя к Люси, чтобы попрощаться. Как тебе?

— Было бы отлично.

Тао достал телефон.

— Какой у него номер?

— Не помню. Позвони с моего. — Она протянула ему мобильник.

Он нашёл номер Сейджа в списке контактов и набрал его, прижимая Райли к себе, чтобы она могла слышать разговор. Альфе ответил через пару гудков.

— Алло, — протянул он, и его голос был непривычно груб.

— Сейдж, это Тао.

— Думаю, ты слышал.

Тао замер.

— Что слышал?

— О Сойере.

— А что с ним?

— Двадцать минут назад его ранили. — Чёрт. В глазах Райли вспыхнул гнев. Тао спросил Альфу. — Что конкретно произошло?

— Он, как обычно, патрулировал периметр, — ответил Сейдж. — Хью услышал выстрел и, учитывая то, что происходило в последнее время, не стал думать, что это охотник. Он первым оказался на месте происшествия и сумел остановить кровь. Пуля пробила бок Сойера, но, к счастью, не задела важных органов. — Он сделал паузу. — Я удивлён, что ты ещё об этом не знаешь. Нам пришлось позвонить Максу — они с Итаном знают, что произошло. — На заднем фоне послышались другие голоса, и затем Сейдж сказал. — Мне нужно идти, Тао. Поговорим об этом позже.

Тао бросил её телефон на столик.

— Ты всё слышала?

Райли встала.

— Что, чёрт возьми, происходит, Тао?

— Не знаю. — Вставая, он ещё раз достал свой телефон. — Мне нужно позвонить Данте.

Она схватила свой телефон.

— Я позвоню Итану. Хочу знать, почему он не рассказал мне о произошедшем.

Оказалось, что Итан не рассказал всё сразу? потому что кто-то начал говорить о том, что Райли как-то к этому причастна, и Итан не хотел, чтобы она была рядом со сборищем людей, чьи эмоции зашкаливали. Когда она передала эту информацию Тао, его лицо приобрело тревожный оттенок красного.

— Ты издеваешься надо мной, — прогремел Тао.

— Если бы. — Обиженная, злая и озадаченная, Райли начала ходить по комнате. — Итан увиливал от ответа, когда я спросила, кто именно меня обвинил. Я не знаю почему.

— Как кто-то может подозревать тебя? — Его волк обнажил клыки, это просто немыслимо. — Все знают, что ты была рядом, когда Итана и Люси подстрелили! Как, чёрт возьми, ты могла их подстрелить?

— Они думают, что один из волков Феникса прячется в горах и стреляет оттуда.

Тао выругался.

— Нам нужно убираться отсюда, Райли.

Она застыла.

— Тао…

— Нет, это не обсуждается.

Она собиралась огрызнуться, но затем услышала знакомые голоса снаружи. Райли стояла на месте, а Тао открыл дверь волкам Феникса.

Данте зашёл внутрь, излучая гнев.

— Не могу поверить в этот бред. Что именно сказал Сейдж, слово в слово?

Тао быстро пересказал разговор членам своей стаи.

— Они всерьёз обвиняют Райли? Предлагаю убираться отсюда, — заявила Макенна.

Тао кивнул.

— Я согласен.

— Вы ребята уезжайте, если хотите, — возразила Райли. — Я остаюсь.

— Понимаю, почему хочешь остаться, Райли, — сказал Данте. — На твоём месте я бы тоже жаждал крови. Но мы опросили каждого члена этой стаи и не можем точно сказать, кто это был.

— Будь я Альфой, — начал Райан, — задержал бы всех подозреваемых и изолировал потенциальных жертв для их же защиты. Сейдж ничего из этого не сделал. Если бы его дочь не подстрелили, я бы подумал, что он причастен не только к этому, но и к тому, что случилось четыре года назад.

Райли моргнула.

— Сейдж? Серьёзно?

— Не считаешь, очень удобно, что обе его дочери не были на вечеринке у Алека? — спросил Райан. — Именно он организовал вечеринку в честь годовщины твоих дядь — он знал, что Люси тебя пригласит. Может, хотел, чтобы ты приехала, и спрятать концы в воду.

Райли об этом даже не подумала.

— Но… он любит Люси, и был там, когда Люси подстрелили прямо у нас на глазах.

— Из-за чего я его и не подозреваю, — сказал Райан. — Но я ему не доверяю. Мне не нравится его бездействие.

Тао повернулся к Райли.

— Мы сделали всё, что могли, чтобы выяснить, кто за этим стоит, и уверены только в трёх пунктах: первый, они не стреляют без разбора, иначе ты, Люси и Сойер были бы мертвы. Второй — если речь идёт о том, чтобы закончить работу Уэйда, у них зуб на вас пятерых. Третий — если они связаны с прошлыми перестрелками, хитры и умеют манипулировать, раз сделали то, что сделали с Уэйдом, и все эти годы дурачили всю стаю. Как бы мне ни было неприятно это говорить, сейчас мы ничуть не ближе к выяснению того, кто это. Пора возвращаться домой.

— Я не могу уехать. — Райли покачала головой. — Не сейчас.

— Чёрт тебя дери, Райли! — Тао вскинул руки. — Что ты можешь тут сделать?

Ничего. Она это знала. Но уйти от Итана, Люси и Сойера больно… казалось предательством, будто она оставляла их самих разбираться во всём этом дерьме. Умом Райли понимала, что не виновата в происходящем, но её приезд всё равно каким-то образом спровоцировал это. Она не знала как или почему, только то, что этого могло не случиться, если бы она не приехала. Убежать на территорию Стаи Феникс и оставить всё на попечение судьбы казалось не правильным. Может, в этом и не было смысла, но именно так чувствовалось.

— Это не обсуждается, — рявкнул Тао. — Мы уезжаем. Собирай вещи.

Она вздёрнула подбородок на его диктаторский тон. Её ворон издал раздражённое карканье.

— Никогда не думай, что сможешь запугать меня и заставить делать то, что хочешь, — отрезала она. — Тыкай своим членом и доминированием куда хочешь, но у меня есть голова на плечах, и я, чёрт возьми, пользуюсь ей. — Она посмотрела на остальных. — Я благодарна, что вы приехали помочь. Вы сделали более чем достаточно, и я не виню, что вы уезжаете, но с вами поехать не могу. — Она подскочила и зашагала вверх по лестнице.

— Райли, мы ещё не закончили! — Тао сжал кулаки от желания ударить стену и повернулся к своей стае, в глазах мелькнул волк. — Она не может всерьёз думать, остаться.

— Я понимаю, почему Райли разрывается, Тао, — сказала Джейми. — Она потеряла родителей. И эта ситуация возвращает ей чувство потери, боли, страха. Особенно учитывая то, что один из пострадавших, который едва не умер, тот, кто её вырастил. Я бы тоже хотела крови ублюдка.

Тао поджал губы.

— Её жизнь важнее мести.

— Бьюсь о заклад, если ты её спросишь, — начала Макенна, — узнаешь, что это куда больше, чем месть. Она выросла с этими людьми, Тао. Они были рядом, когда она в них нуждалась, как и члены твоей стаи были с тобой. Некоторые, возможно и засранцы, но остальные были к ней добры и любили. Для Райли, скорее всего, уехать означает бросить их справляться с опасностью.

Он закрыл глаза.

— Чёрт, я об этом не подумал.

Макенна слегка ему улыбнулась.

— Поговори с ней, Тао. Сейчас она слышит лишь то, что ты пытаешься заставить её сделать то, чего хочешь ты. Это не уймёт гнев или хаос в голове, а только заставит её обороняться.

Он ущипнул себя за переносицу.

— Я не силён в разговорах.

— Знаю, но у тебя больше шансов достучаться до неё, чем у любого из нас, — сказала Макенна. — Она — почти как ты — упряма. Если кто и может уговорить её уехать, так ты. Твоё участие ей будет важнее нашего.

Данте взял Джейми за руку.

— Мы поедем в гостевые дома и соберём вещи. Убеди Райли сделать то же самое, чтобы мы все могли убраться к чертям отсюда.

После того, как входная дверь закрылась за его товарищами по стае, Тао глубоко вздохнул и направился наверх. Ему нужно успокоиться. Спокойный. Терпеливый. Не конфронтационный. То есть ему нужно не быть собой.

Он нашёл Райли сидящей на стуле у окна, уткнувшись лицом в книгу. Это поступок пренебрежения, от которого у него волосы встали дыбом. Спокойствие.

Райли не обратила на Тао ни малейшего внимания, когда он пересекал комнату, даже когда остановился перед ней. Она просто не отрывала взгляда от чёртовой книги, которую, как он прекрасно знал, она даже не читала.

— Райли, нам нужно поговорить.

— Я не хочу ничего слышать.

Его волк зарычал.

— Ну, тебе придётся.

— Нет. — С высокомерным выражением лица она перевернула страницу. — Я итак знаю, что ты собираешься сказать. Не трать время. Я остаюсь. Чёрта с два.

— Сойера ранили, Райли.

— Да, я помню.

— Хорошо, значит, ты помнишь, что мы возвращаемся домой потому, что не имеем ни малейшего понятия, что тут происходит. — Она не ответила. Просто продолжила притворяться, что читает. — Посмотри на меня. — Конечно, она этого не сделала. Он схватил книгу и отбросил её.

Скрестив руки, она взглянула на него.

— Проблемы, Фенрир?

— Стервозность не оттолкнёт меня, Райли. Раздражай меня, провоцируй, выводи из себя… что угодно, я никуда не уйду. Мы обсудим это. Скажи, почему тебе так важно остаться. Ты не бросаешь стаю, если тебя это беспокоит. И можешь поспорить на свою милую задницу, что они исчезли бы в мгновение ока.

— Не Итан и Макс.

— Нет, не они, — согласился он. — И они последние, кто будет тебя обвинять в том, что ты уехала в безопасность. Чёрт, они могут поехать с нами, если хочешь. — Но он знал, что они не поедут. Как и Райли, они хотели увидеть, как виновный заплатит.

— Ты попусту тратишь время, Тао. Я не передумаю.

Стиснув зубы, Тао зарычал и вновь напомнил себе сохранять спокойствие. Он попытался придумать что-нибудь деликатное и дипломатичное, что могло бы заставить её передумать и посмотреть на всё его глазами, но не был силён в словах. Не помогало и то, что он не мог прекратить рычать.

— Не забывай, кто-то утверждает, что один из наших волков вытворяет это дерьмо, и что именно ты манипулировала Уэйдом и сейчас заканчиваешь то, что он начал. Если остальные на это поведутся, начнётся восстание. Хочешь, чтобы твои дяди через это прошли?

Она прищурилась.

— Этот аргумент никуда тебя не приведёт. Ублюдку, который стоит за всем этим, не сойдёт с рук содеянное. Ни за что. Как я только что сказала остальным, я ценю всё, что вы сделали. Если хочешь уйти, я пойму и…

— Как ты и сказала остальным? — повторил он. Он для неё просто член стаи, как и они? Гнев взорвался в Тао, как жар в крови.

Вставая, она упёрла руки в бока.

— Если хочешь, уезжай, но я остаюсь. И не защищай ты так свою стаю, увидел бы, что так правильно.

Терпение закончилось, он подался к ней, на шее налились вены.

— Мне не интересно, что правильно, а что нет, меня заботишь только ты. И ты тут не в безопасности.

— Мы продолжаем говорить об этом? Уже скучно.

Они встали нос к носу.

— Не испытывай меня сейчас, Райли. Ты уедешь.

— Я. Не. Уеду. И ты не можешь указывать мне, что делать только потому, что мы трахались. — Райли замерла, когда что-то далеко не ангельское мелькнуло в его глазах.

— Трахались? — прошептал он. — Мы трахались? И всё?

— Да.

— Брехня, — фыркнул он.

— Извини?

— Между нами что-то есть, Райли. Оно очень хрупкое, и его легко разбить, но оно есть. И нет смысла притворяться иначе, так что даже не пытайся.

Глядя на упрямо вздёрнутый подбородок, она с удивлением произнесла.

— Серьёзно?

— Да. И даже не думай притворяться дурочкой. Ты не такая. Как и я. То, что между нами возникло надо признать.

Она опустила руки.

— Ты говорил, что не хочешь отношений.

— Потому что я в них не силён. Делать людей счастливыми — не совсем моё, и большинство людей просто меня раздражают. Но ты… тебя я хочу больше всего остального в жизни. Ты забралась мне прямо под кожу, что должно бесить, но мне это нравится.

— Тао…

— Мы не будем игнорировать то, что есть между нами. Ни за что. Это бессмысленно и утомительно, как и тогда, когда я сопротивлялся сильному влечению к тебе. Всё это только привело к сексуальному неудовлетворению и разозлило волка. Я усвоил урок. — Да, Тао понимал, что уничтожить её бульдозером не самый умный ход, но отказался действовать мягко. Его в этом не переубедить. Ни для кого из них пути назад не было. Он хотел того же, о чём думал, когда не так давно умирал на поле боя, обеспечивая прикрытие волкам Меркурия: он хотел Райли Портер. На меньшее он не согласен.

Закрыв глаза, она замахала руками.

— Я не могу сейчас говорить об этом.

— Можешь и будешь. — Он не даст ей возможность «подумать». — Посмотри на меня. — Он взял её за подбородок и повторил. — Посмотри на меня. — Наконец, она открыла глаза, и в них было много смятения. — Между нами что-то есть. Что-то что я намереваюсь сохранить. От этого я счастлив, а я никогда не бываю счастливым. — Раньше он был вполне доволен, но не счастлив. То, как она унизила это, назвав это не более чем секс, разозлило на слишком многих уровнях. — Солги мне вновь, и скажи, что между нами просто секс. — Он бросал вызов, и в каждом слове слышался гнев. — Солги мне, малышка, давай.

Райли сглотнула. Снаружи она спокойна. Внутри растерялась. Она не ожидала услышать подобное от Тао.

Он слишком… ну, Тао. Не доверял остальным. Циник в отношениях. Парень, который даже среди членов своей стаи, казалось, был сам по себе.

Она ждала, что рано или поздно ему надоест и, несмотря на то, как сильно это ранит, была к этому готова. Но это… к этому она никак не была готова.

Райли не умела справляться с тем, что её застали врасплох, и не знала, что делать. У неё не было правильных слов — она даже не могла извиниться за то, что солгала о том, что для неё это всего лишь секс. Поэтому сделала то, что считала подходящим и опустила взгляд.

Чувствуя, что гнев стих, Тао закрыл глаза. Подчинившись, она полностью обезоружила его и волка. Для доминирующей женщины это сложно, и последнее, чего он ожидал. Запустив руки ей в волосы, Тао потёрся щекой о её щеку, принимая молчаливое извинение.

— Посмотри мне в глаза, — сказал он. Она подняла на него мягкий и смущённый взгляд. — Я вижу, что ты лихорадочно думаешь, и не совсем уверена, серьёзен ли я. Смертельно серьёзен. Это не мимолётный роман, Райли. И не уверен, что он когда-то был таковым. Ситуация очень простая. Ты — моя. А я — твой. Вот так. Навсегда. И разве не этого мы оба хотим?

Она колебалась.

— А если я скажу, нет?

— Солжёшь, и я не обращу на это никакого внимания, потому что такой ответ меня не устраивает. Ты хочешь того же, что и я? — Спустя минуту она кивнула, но этого мало. Тао сильнее сжал её волосы. — Скажи.

Райли облизала губы.

— Да, хочу.

— Хорошо, потому что ты моя, Райли. А я защищаю то, что принадлежит мне. Мы уезжаем. Услышь меня. Люси и Сойера подстрелили, наказали. Тебя нет. Ты буквально увернулась от пули. Если останешься тут, тот, кто это сделал, попытается вновь в тебя выстрелить. Они хотят наказать тебя за преступление, которое ты, по их мнению, совершила. И поэтому я считаю, что если уедешь, они последуют за тобой.

Она нахмурила брови.

— Последуют за мной?

— Последуют на нашу территорию. Как бы мне не ненавистна эта идея, знаю, что там ты будешь в большей безопасности. Тут они знают каждый сантиметр, и у них преимущество. На нашей территории такого не будет. У нас стоят датчики движения и ловушки, особенно у границ территории. Друг Альфы Стаи Меркурий установил хай-тэк оборудование.

— Они — вороны, Тао, и могут запросто перелететь через забор и ловушки.

— Я всегда знаю, когда ты перекидываешься и выпускаешь ворона. Знаешь почему?

— Простые птицы каждый раз сходят с ума. — По какой-то причине простые птицы испытывали серьёзное отвращение к птицам-перевёртышам. Её ворон находил истинное наслаждение в том, чтобы пугать их.

Он кивнул.

— Если ворон появиться на нашей территории, мы узнаем.

— Хорошо, тогда подумай вот о чём; им не нужно пробираться сквозь ограждения, если у них есть винтовка. Они могут просто пристрелить меня издалека.

— Нет, если мы все будем находиться возле горы, подальше от границ. Им придётся подобраться ближе.

— Ты говоришь, заманить их в ловушку?

— У тебя есть идея лучше, малышка? Я весь во внимании. Хочешь крови? Увести их отсюда твой лучший шанс.

Увезти их означало, что дяди будут в безопасности, подумала она. Она их не бросает, а защищает. Но это ещё значило, что придётся подвергнуть опасности остальных, кто ей дорог.

— Не проси меня привести этого человека к детям, Тао, я не могу.

Он обнял её за шею.

— Дети будут всё время под защитой, как и ты. Они бы хотели, чтобы ты вернулась и привела с собой опасность, чем вернулась домой с пулей в голове.

Она вздрогнула.

— Ауч.

— Я не пытаюсь тебя обидеть, малышка, а просто говорю то, что есть на самом деле. Тут нет простого решения. Наверняка мы знаем, что твоё нахождение тут никак не поможет стае, особенно если большинство ополчиться против. Здесь у тебя нет ни настоящей помощи, ни поддержки, ни даже защиты. Дома у тебя всё это будет, и ты успокоишь своих дядь тем, что уедешь. Ты должна признать, это лучшее и безопасное решение в данной ситуации.

Да, подумала она и внутренне выдохнула.

— Хорошо. Когда уезжаем?

По нему прошла волна облегчения.

— Прямо сейчас, пока никто не узнал новости и не попытался в тебя выстрелить.

— Тогда давай собирать вещи.

Когда Трик провозил их через ворота территории Стаи Феникс, Тао помахал Гейбу, который дежурил в будке охраны. Волк выдохнул, немного расслабляясь по возвращению на свою землю.

Автомобиль слегка трясло, пока они поднимались по каменистой тропе к горе. Трик и Доминик забрали их из аэропорта на девятиместном Шевроле Тахо стаи. Выслушав последовательность событий, произошедших на территории Стаи Эксэдес, они были в высшей степени разозлены.

Хотя и хотела как следует попрощаться со стаей, Райли согласилась рассказать об отъезде только своим дядям и Альфам. Сейдж и Руби казались разочарованные тем, что она уезжала, но облегчение было очевидным. Хотя они были добры и разрешили быстро попрощаться с уже почти полностью исцелившейся Люси. Её дяди были очень огорчены, но согласились, что Райли должна быть, как можно дальше от происходящего. Тао был этому рад, потому что лишь дяди могли её переубедить. Благо они даже не пытались. Хотя и пригрозили Тао четвертовать его, если он её не убережёт.

Тао повернулся к Райли, которая смотрела в окно, любуясь видом горящих окон, арочных балконов и гладких лестниц, вырезанных в горе.

— Ты в порядке?

— Конечно, — ответила она, даже не взглянув на него.

— Такая врушка. — Кто был бы в порядке после случившегося? Взяв Райли за руку, он поглаживал пальцем её ладонь. — Ты уже далеко от того дерьма.

Она слегка ему улыбнулась.

— Нет, если оно последует за мной сюда.

Тао обхватил ладонями её затылок.

— Если что-то произойдёт, мы будем готовы. — Когда Трик въехал на скрытую парковку у подножия скалы, Тао отстегнул ремень безопасности Райли.

— Ты иди и повидайся с детьми, а я расскажу Альфам и остальным в стае о последних новостях. Хорошо?

— Договорились.

Он поцеловал её.

— Вперёд.

Они все вытащили сумки из багажника и побежали вверх по ступеням утёса. Внутри горных туннелей Джейми и Данте направились в свою комнату, в то время как Макенна и Райан пошли к себе. Достигнув перекрёстка, Тао запечатлел ещё один поцелуй на губах Райли.

— Я скоро приду.

Забирая у него свои вещи, она сказала:

— Хорошо, передай всем от меня привет и скажи, что я поговорю с ними позже. — После этого она исчезла в туннелях. Как только она скрылась из виду, Тао, Трик и Доминик направились в гостиную.

— Я даже представить себе не могу, насколько она сейчас растеряна, — заметил Трик. — Ты должен полностью доверять своим Альфам и стае. Бьюсь о заклад, она доверят только нескольким в стае.

— Большинство из них неплохие, особенно её дяди, — сказал Тао. — Но всегда найдутся гнилые яблоки. А яблоки Эксэдес чертовски гнилые.

Доминик улыбнулся.

— Хоть что-то хорошее вышло из этой поездки. Вы двое…

— Это не твоего ума дела, поэтому даже не начинай. — Входя в гостиную, Тао заметил большую часть стаи вальяжно отдыхающими. Тарин выключила звук в телевизоре, и все обернулись к нему.

— Данте мне вкратце описал всё по телефону, — сказал Трей. — Расскажи всё целиком.

Так Тао и сделал. Как и он, стая готова была сжечь всё дотла; но не понимала, что происходит.

— Нам нужно усилить охрану.

— Мы уже сделали это, когда Рамон начал лезть к нам. — Трей положил руку на спинку дивана. — Мы не ослабляли её, и не станем, пока не найдём стрелка.

Доминик сложил руки на груди.

— Ты уверен, что они последуют за вами сюда?

— Думаю, что да, — ответил Тао.

— Возможно ли, что они намеренно стреляли не на поражение? — спросила Тарин. — Может, у стрелков кишка тонка, отнять жизнь, поэтому они довольствовались просто ранениями.

Тао кивнул.

— В этом есть смысл. В конце концов, если этот человек использовал Уэйда много лет назад, скорее всего, сам не может никого убить. В любом случае, они не смогли наказать Райли, если только их не устраивает рана на руке. Моё чутьё говорит, что они последуют за нами. Я попросил Сейджа сообщить, если вдруг кто-то из стаи решит ненадолго куда-то уехать.

— Но можем ли мы доверять, что он нам об этом расскажет? — спросил Трей.

Учитывая то, что Райан так чётко подметил о Сейдже и его бездействии…

— Нет. Нам просто остаётся надеяться, что он поступит правильно ради Райли. А дяди точно сообщат нам, если кто-то уедет. Им точно можно доверять.

— Кто начал говорить, что Райли направила одного из нас в горы, чтобы он убивал членов стаи? — спросила Рони.

— Я ждал, что это Синтия, — ответил Тао. — Но Итан сказал, что это была Бета-самка, Дана. Лично я считаю, она просто напугана тем, что, в отличие от Синтии, лишь её сына не подстрелили, и он должен был быть на вечеринке у Алека. Ей нужно кого-то обвинить, и думать, что Дункан в безопасности. Чего Дана и её пара не знали, что Дункана туда даже не приглашали. По какой-то причине, он им не сказал.

— Какой ребёнок захочет рассказать родителям, что лишь его не позвали на вечеринку? — спросил Доминик.

— Так как его родители Беты, скорее всего, сделали бы выговор Алеку за это. И это было бы чертовски стыдно для Дункана.

Тао наклонил голову.

— При такой постановке вопроса, верно, что он им не сказал. В любом случае… если кто-то согласился с Даной, не высказывались об этом во всеуслышание. Я ждал, что Синтия и Ширли поддержат её хотя бы, чтобы разозлить Райли, но Итан сказал, что они этого не сделали. — Может, не хотели рисковать тем, что Райли может остаться назло им.

— Должен сказать, — начал Маркус, — мне не нравится стая. Райли лучше без них.

Тао согласен.

— Как я уже сказал Трику и Доминику, большинство из них — особенно её дяди — хорошие.

— Ну, Итан и Макс могут приехать когда им угодно, — сказала Тарин, — но, надеюсь, что Райли согласится больше туда никогда не возвращаться.

Как и Тао.

— Насчёт другого вопроса… Ты сказал, что Рамон отстал. Думаешь, он исчез навсегда?

Трей поджал губы.

— Я думаю, что он не из тех, кто станет тратить время на нас, в то время как у его брата времени всё меньше. Он наверно ищет помощь где-то в другом месте. Ему не понравилось то, что мы отказали, и пришлось отступить, но у него не было выбора.

Кивнув, Тао сказал:

— Хорошо. Я скоро вернусь; нужно кое-что сделать.

— Прежде чем ты уйдёшь, — начала Тарин, — я хотела спросить о вас с Райли — это просто мимолётный роман? — Он увидел во взгляде Тарин надежду на то, что скажет, нет.

— Это нечто большее, — сказал он ей.

Она просияла, прежде чем рассмеяться Доминику.

— Я же говорила, что у него получится.

Доминик нахмурился.

— Это я тебе говорил.

— Нет, насколько я помню, — возразила Тарин.

Джейми улыбнулась, радостно потирая руки.

— Я рада, что вы, наконец-то, вместе.

Да, как и Тао.

Если что-то и могло заставить Райли улыбнуться, так это звук детского смеха. Поскольку в настоящее время четверо детей прыгали по её кровати, хихикали и визжали, она широко улыбалась. Её ворон был расслаблен и рад быть дома с ними, и очень хотел перекинуться и поиграть.

— Вы перевернули мою кровать, — игриво заворчала Райли. Дети снова захихикали.

Когда она зашла в их спальню, Саванна и Декстер запрыгнули на неё и расцеловали в щеки. Лила помахала и протянула картинку с закорючками, которую затем забрала и засунула в свой маленький карман.

Кай нахмурился и сказал:

— Ты мне больше не нравишься; ты не вернулась домой, как обещала. — Затем обнял её за ногу и добавил: — Ладно, я тебя прощаю. — Малыш не мог долго обижаться.

Пока они шли за ней в спальню, задавали кучу вопросов.

Почему её не было так долго?

Понравилась ли ей вечеринка?

Могут ли они поехать с ней в следующий раз?

И личный вопрос Саванны — нельзя ли ей кусать Грету?

Закончив распаковывать вещи, Райли скомкала грязную одежду и положила в холщовый мешок для белья. Как только она повернулась, Саванна прыгнула на неё. Привыкшая к этому, Райли легко поймала малышку.

— Ты пахнешь Тао, — сказала ей Саванна, сморщив носик.

Райли улыбнулась.

— Правда?

— Ты его целовала? Я никогда не поцелую парня. Они глупые.

— Парни не глупые, — захихикала Райли. Ну, не все. — Хорошо, что ты это сказала, я рада, что ты не собираешься целовать парней. Будешь делать это, когда исполнится двадцать один год. — Её ворон полностью с этим согласен.

Саванна наклонилась и прошептала:

— Лила пытается поцеловать Декстера, но он убегает.

Услышав игривое шипение, Райли оглянулась и увидела, что детёныш выпустил когти.

— Декстер, не рви простыни.

Декстер схватил шоколадку Кая и выбежал из комнаты быстро, как… ну, гепард.

Смеясь, Кай закричал.

— Эй, это моё! Отдай, отдай сейчас же! — Голос стал тише, по мере того, как Кай удалялся по туннелям вместе с Саванной и Лилой.

Улыбаясь про себя, Райли закрыла дверь, намереваясь принять душ. И только сняла футболку, когда в дверь постучали. Вздохнув, она вновь надела футболку и открыла дверь, ожидая увидеть там детей. Но это был Тао, держащий несколько сумок с вещами. Он зашёл внутрь и кинул сумки на пол.

— Не жалуйся и не стони. Мы согласились, что мы вместе, и я не намерен жить отдельно от своей женщины.

Тао затаил дыхание, ожидая спора, который, без сомнения, последует. Всем не нравилось, когда вторгались в их личное пространство, и меньше всего доминирующая женщина-перевёртыш. Будь Райли другой, он мог бы посоветоваться с ней по этому поводу. Но Райли иногда слишком много думала, и переживала по пустякам, а он не был готов ждать. Как он и сказал, отказывается жить отдельно от своей женщины. Он не уйдёт, и неважно, как сильно она…

— Хорошо.

Он потерял дар речи от шока.

— Хорошо?

Она пожала плечами.

— Думаю, если ты готов всё время спать в одной комнате с тем, у кого бессонница, должно быть действительно хочешь тут быть.

— Хочу.

— Хорошо.

— Ты сводишь меня с ума, Портер, — прорычал он.

— Почему? Я даю то, что ты хочешь.

— Именно. — Она не вела себя так, как он ожидал, и ему не нравилось, что она могла застать его врасплох.

Райли вскинула руки.

— Я, правда, не могу выиграть в этих отношениях. — Она замолчала. — Почему ты улыбаешься?

— Ты сказала отношения. — Он гадал, приуменьшила ли она значение, учитывая как сложно ей впускать людей в свою жизнь. Но её дядя сказал, что как только она впускает кого-то, он уже в её жизни. А значит, Тао в её жизни.

Озадаченная, она спросила:

— А разве это не отношения?

Тао притянул её к себе и поцеловал.

— Именно они и есть.

Райли быстро заморгала. В одну минуту он кричал на неё; в следующую — целовал.

— Если пытаешься вывести меня из равновесия, у тебя выходит.

— Хорошо.

Выдохнув, она спросила:

— Что стая думает о ситуации с загадочным стрелком?

Он провёл рукой по её конскому хвосту.

— У них нет теорий лучше нашей.

— И они взбешены, что я привела опасность сюда? Когда я пришла сюда, сказала, что такое никогда не случится.

— Они так не думают, — заверил он. — Они видят это как то, что ты вернулась домой, где ты в безопасности. Если кто-то придёт за тобой сюда, то только потому, что сам так решил, и всё что случится — их вина. Стая расстроена не из-за тебя, они беспокоятся за тебя. А ещё чертовски злы на стрелка. Ты член стаи Феникс, детка. Когда кто-то задевает одного, задевает всех.

Почувствовав облегчение, она спросила:

— Ты спросил о ситуации с Рамоном?

— Да, он прекратил их донимать.

— Может, нашёл другого целителя, который может помочь?

— Мы тоже так думаем. — Тао положил руки ей на бёдра. — Я хотел спросить, что случилось с отцом Уэйда?

— Он погиб на дуэли. По какой-то странной причине Дин решил бросить вызов Сейджу на должность Альфы. На самом деле, это было самоубийство. У парня не было ни малейшего шанса на победу.

— Будь Ширли моей парой, у меня могли бы быть мысли о суициде.

— У них не было нормальных отношений. Они запечатлелись, когда она была слишком молода и они как бы… жили отдельно, думаю, можно так сказать. Он был намного старше Ширли. Хотя их отношения и были напряжёнными, она тяжело переносила разрыв связи. Уэйд помог ей это преодолеть. Несмотря на все недостатки, она его любила и выжила ради него.

— Думаю, это единственное, что может заставить кого-то бороться за жизнь после потери пары — им нужен любимый человек, чтобы не сдаться. — Райли вздрогнула, и он серьёзно хотел сам себе врезать. — Чёрт, я такой мудак.

— Всё нормально…

— Нет. — Раскаиваясь, он коснулся своим лбом её. — Мне так жаль, детка. Я не имел в виду, что твой отец тебя не любил, раз не боролся за жизнь.

— Знаю.

— Никогда не думай, что тебя было мало. Я часто видел, как люди горевали и как легко им становится эгоистами. Человек может так сильно укутаться в собственную боль, и чувствовать себя одиноко, будто никто не мог понять этого уровня боли, что забывает о других. Может, твой отец просто не смог найти путь из боли.

— Да, наверно так.

Тао почувствовал, что она просто пыталась его успокоить.

— Твоя злость на него — нормально. Я сержусь. Тебя для него было достаточно, Райли. Ему не было достаточно самого себя.

«Возможно», — подумала Райли. Но Тао не знал её отца, и не мог знать, правда ли это, как не могла и она.

Райли обняла его за шею.

— Поцелуй меня. — Ей нужно почувствовать что-то, что прогнало бы ощущение стеснения в груди. Ей нужно, чтобы в голове не было мыслей, кроме той, как сильно она хотела кончить. И может он это почувствовал, потому что поцеловал её так, будто она его последний ужин. Облизывал, кусал, пожирал её. Райли схватила его за волосы и просто держала, пока он опустошал её рот. Кровь загустела и закипела. Её тело почти растворилось в его, и Тао зарычал в мужском одобрении.

Тао потянул за резинку для её волос, застонав, когда тёмные локоны рассыпались по плечам.

— Чертовски великолепно.

Каждое нервное окончание, казалось, натягивалось от одного только её запаха, и потребность с рёвом пробудилась к жизни внутри Тао. Он старался держать это в узде и пытался быть нежным, пока ей было больно, но мог читать по телу, чувствовать, что она не хотела нежности. Вцепившись руками в волосы, Тао запрокинул её голову и впился зубами в горло.

— Я не знаю, смогу ли когда-нибудь насытиться тобой. — Это правда. Он был зависим от всего, что касалось маленького ворона — от её вкуса, юмора, запаха, ощущения от неё, от всего. Сорвав с неё футболку и лифчик, он накрыл ладонью её грудь и сжал. — Проклятье, детка, как тебе удаётся сделать свою кожу такой мягкой? — Потянув её за волосы, он заставил Райли выгнуться назад, наклонился и втянул её сосок в рот, посасывая и лаская языком.

Райли застонала, когда он прикусил сосок, живот скрутило, а внутри начала нарастать острая и дикая боль. Рука, сжимавшая её грудь, скользнула вверх, к горлу. Вопиющее проявление доминирования должно заставить её ощетиниться, но лишь сделало её ещё более дикой. Она разорвала его рубашку и джинсы как раз в тот момент, когда он стянул с неё штаны.

Она укусила его за грудь просто так. Рычание завибрировало в его груди, и она почувствовала его сосками. Тао скользнул рукой по её плоскому животу, чувствуя, как напряглись мышцы. Ему это понравилось. Грубо сдёрнув с неё трусики, он обхватил ладонями сердцевину.

— Вот тут я скоро буду. В тебе. Брать. — Он нуждался в этом и чертовски хотел Райли днём и ночью. Этот голод не проходил и не становился меньше — тёмный, дикий, порочный голод, который царапал и бил Тао постоянно.

— Не затягивай. — Райли обхватила пальцами его член — горячий, гладкий и пульсирующий в её руке. Крепко сжимая, она начала двигаться, именно так, как ему нравилось.

Он облизнул её нижнюю губу.

— Обожаю твой рот. Ты знаешь, где я хочу его видеть.

— Знаю.

— Дай мне это. — Это прозвучало как жёсткое требование, но чёрт, член почти взрывался, отчего было почти больно.

— Ты переехал в мою комнату, просишь тебе отсосать… Ты полон требований.

— Я говорил тебе ранее, что хочу всё, что могу от тебя получить. Хочешь сказать нет, Райли? Хочешь сказать мне, что я не могу получить то, что принадлежит мне?

Он всосал её губу и подтолкнул в плечо.

— Давай, малыш. Это мой рот. Дай мне его. — Его член дёрнулся, когда она медленно опустилась на колени. От одного лишь её вида Тао едва не кончил. Всё ещё удерживая её волосы в руке, он сказал: — Открой.

И приказного тона не было, что удивило Райли. Тао говорил спокойно и убедительно, но не оставлял возможности для пререканий. Она подумала о том, чтобы бросить ему вызов, но знала, что он ждал его. Ей нравилось застигать Тао врасплох, так, как он часто делал это с ней.

Тао резко вдохнул, когда она глубоко втянула его в свой горячий рот. Без предисловий, без дразнящих облизываний, без вызывающих взглядов. И, чёрт возьми, именно этого он хотел. Она принимала его глубже с каждым движением, постанывая и водя языком вокруг ствола.

— Чёрт, вот так. — Она промурлыкала — звук завибрировал от основания члена к головке… и контроль покинул Тао.

Райли держала его за бёдра, а он трахал её в рот, смотря в глаза. И в его глубинах светились голод, обладание и… что-то ещё. Что-то мягкое, заставившее её сердце трепетать. Она почувствовала, как его член налился, и знала, что он близок к оргазму. Райли начала сосать сильнее и…

Тао вышел.

— Однажды я кончу тебе в рот, но не сегодня. Я хочу быть внутри тебя. — Подняв Райли, он прижал её к стене и погрузил два пальца в лоно. — Чёрт возьми, детка, ты такая влажная, будто никогда раньше не брала в себя член. — Больше не было ожидания. Он должен заполучить её. Тао заставил Райли обнять себя ногами за талию. — Как сильно ты меня хочешь? — В ответ она впилась зубами в его плечо. — Чёрт, да. — Он врезался в неё, погружаясь по самые яйца одним плавным толчком, отчего Райли запрокинула голову. Её лоно — тугое, горячее и совершенное — сдавило его ствол.

Обхватив её задницу, он жёстко входил в неё, темп был жестоким, неумолимым. В её глазах была дикость и голод.

— Моя. Да? Только я могу трахать это тело. Только я.

Райли вонзила ногти в мышцы его спины.

— Ты, правда, слишком много говоришь.

Зарычав, Тао снова завладел её ртом. Необузданное желание выплеснулось из него и полилось в неё. Он безжалостно вонзался в её тело, глотая каждый тихий стон и желая большего. Он почувствовал красноречивое покалывание в основании позвоночника, понимая, что долго не продержится, но хотел, чтобы она кончила первой. Всё ещё входя в Райли, он скользнул большим пальцем между её складок и потёр клитор.

Она покачала головой.

— Я ещё не хочу кончать. — Она не хотела, чтобы это закончилось, но он начал потирать её клитор сильнее. И когда его большой палец надавил, она содрогнулась и, раскалённое добела, удовольствие захлестнуло разум.

Райли могла бы закричать, но Тао с рычанием накрыл её рот своим, глубоко засунул член и взорвался. Опустошённый тем, как сильно кончил, Тао запечатлел лёгкий поцелуй на её губах. Томные, одурманенные сексом глаза встретились с его, и у Тао внутри всё сжалось. Он прижался своим лбом к её. Несколько эмоций боролись внутри него за превосходство… и Тао не представлял, как их выразить.

— Ты разрушаешь меня.

Она моргнула.

— Это хорошо?

Он улыбнулся.

— О да, это хорошо. — От этого он приходил в ужас, но плевать.

Влажной салфеткой, Райли убрала остатки стирального порошка с пола прачечной, и не подняла глаза, хотя почувствовала, что кто-то вошёл. Она слышала шаркающие шаги по туннелю, и знала, что кто-то идёт. Теперь же видела, как одна пушистая туфелька нетерпеливо постукивает. Ха.

— Думаешь, самая умная? — послышался стервозный голос.

Райли широко улыбнулась Грете.

— Вообще-то, не думаю, а знаю.

— Так не будет продолжаться вечно.

— Предполагаю, это из-за Тао. — Закончив вытирать пол, Райли выбросила салфетку в мусорное ведро, а затем другой тряпкой стёрла излишки порошка с пальцев.

— Я слышала, что на прошлой неделе он переехал в твою комнату.

Она сказала это так, будто ей в руки попала секретная информация.

— Ну, это не тайна, — заметила Райли, бросая вторую салфетку в мусорное ведро.

Грета прошла дальше и сложила руки на груди.

— А ещё слышала, как кое-кто из твоей стаи говорит, что ты манипулировала мальчиком, чтобы он стрелял в своих друзей. Я бы нисколько не удивилась, окажись это правдой.

— О, подожди секунду, я возьму ручку и добавлю это в список того, на что мне плевать.

Грета поджала губы.

— Тао уже просил тебя о запечатлении?

Сидя на пластиковом стуле напротив рядов стиральных машин и сушилок, Райли подняла лицо к потолочному вентилятору.

— Наши отношения — не твоё дело, Гретхен.

— Я Грета. И это моё дело, я практически его мать!

— Может, он был бы лучше приспособлен к жизни, не будь ты такой.

— На твоём месте, я не была бы так рада, что он с тобой.

О, если бы только гул стиральных машин заглушили старую ведьму. Она вскользь подумала кондиционер по полу, чтобы посмотреть, как Грета исполняет интерпретацию «Лебединого озера».

— Как бы мне ни нравилась наша беседа…

— Если он спросит тебя о запечатлении, запомни одно. — Грета подалась вперёд улыбаясь. — Ты не первая, кого он об этом просит. — Казалось, ледяной кулак ударил Райли в грудь. Её ворон настороженно замер. — Это правда. Первой была Тарин, — добавила Грета с абсолютным восхищением.

Тарин? Старуха, должно быть, шутила. Трей свернул бы Тао шею, за то, что тот посмотрел на его пару. Альфа-самец поднял собственничество на совершенно новый уровень.

— Это было до того, как Трей узнал, что эта потаскушка его истинная пара — для нас всех было бы лучше не узнай он этого. Понимаешь, когда она впервые сюда приехала и прикидывалась парой Трея, по плану должна была уехать через пару месяцев… и Тао собирался уйти из стаи вместе с ней. — Райли, молча, пыталась обдумать услышанное. Она хотела, чтобы это была ложь, но видела в глазах Греты, что это правда… в глазах, которые её ворон хотел выклевать. — Поэтому, можешь радоваться, сколько хочешь, но знай, ты вторая после Тарин. Именно её он хочет себе в пару.

Отказываясь показать хоть немного боли, Райли пожала плечами.

— Не могу его винить. Тарин потрясающая. — Карга отошла, нахмурившись. — И что, по-твоему, я должна сделать? Устроить сцену и послать его к чёрту? О, моя дорогая Гретхен, тебе нужно сделать что-то похлеще этого.

Услышав таймер, Райли направилась к стиральной машине и открыла дверцу. Лавандовый запах моющего средства ударил в лицо. Она вдохнула его, желая успокоить себя и своего ворона. Не обращая внимания на Грету, она тихо напевала себе под нос и начала перекладывать мокрое белье в сушилку. Зарычав на этот пренебрежительный поступок, ведьма, наконец, ушла. Только тогда у Райли поникли плечи. Мокрая рубашка выпала из дрожащих пальцев. У неё было такое чувство, словно из неё вышибло весь воздух. Шок. Боль. Унижение. Неверие. Каждая эмоция сворачивалась в груди, стискивая её. Райли надавила на грудину, переваривая информацию. Ей было тяжело слышать, что однажды Тао уже хотел с кем-то запечатлеться. И самое ужасное, Райли с ней знакома. С этой женщиной она проводила время, смеялась и напивалась в стельку. И всё это время Тарин знала, — чёрт, наверно вся стая знала, — что Тао раньше хотел её в пару. То, что Райли не была в курсе унизительно.

Хочет ли он ещё Тарин? Она так не думала. Райли много раз видела, как они общаются, но никогда не чувствовала, что он всё ещё её хотел. Но может, просто не замечала этого. Или может у неё паранойя, потому что она смотрела на всё это сквозь ревность. Она ненавидела эту эмоцию, но ничего не могла поделать. Тао хоть когда-то целовал Тарин? Прикасался к ней, как к Райли? Она как-то очень в этом сомневалась. Иначе Трей уже убил бы его. И это немного унимало ревность.

Чёрт, кто-то должен был ей сказать, должен её был предупредить, чтобы Грета не смогла ошарашить её. И чёрт, Райли была зла на каждого волка в стае за то, что не рассказали об этом. Но они бы ей и так и эдак не рассказали. Они знали, что от этого ей стало бы неловко, и были слишком сосредоточены на том, чтобы свести её и его вместе. Хотя она и могла понять причины, всё равно не была согласна. По правде, она чувствовала себя немного преданной людьми, которым медленно начинала доверять. И не знала, что с этим делать.

Поедая сэндвич, Тао напряжённо прислушивался к приближающимся шагам. Не похоже на Райли опаздывать на обед, тем более что ей нравилось рассаживать детей и наполнять им тарелки. Его волку не понравилось, что её не было; он по ней скучал. С каждым дуновением ветра, когда Тао улавливал её запах на своей коже или одежде, заставляло его и волка скучать по ней сильнее.

— Я вижу ворона нет, — сказала Грета с довольной улыбкой, и странный тон её голоса привлёк внимание волка. — Интересно почему?

Нахмурив брови, Макенна замерла, держа хот-дог на полпути ко рту.

— Я знаю, она сегодня занималась стиркой, и с тех пор я не слышала и не видела её. Она уже должна была закончить.

Тао слушал Макенну, но его глаза были прикованы к Грете, к хитрому изгибу её губ, высокомерному выступу подбородка и преувеличенно небрежному виду. Шерсть его волка встала дыбом.

— Что ты сделала?

Она положила руку себе на грудь с улыбкой в глазах.

— Я ничего не делала.

Он подался вперёд, излучая агрессию.

— Что ты сделала? — Воцарилась напряжённая тишина, и всеобщее внимание оказалось приковано к нему и Грете.

— Ну, Тао…

— Я знаю тебя всю жизнь, и эта улыбка означает, что ты что-то сделала, причинив боль кому-то и этим гордишься. — Прямо сейчас его инстинкты кричали ему бежать к Райли. — Поэтому я спрошу опять, что ты сделала?

Саванна согнулась на стуле и начала шипеть на Грету.

— Кто-нибудь, держите этого ребёнка, пока она… — Грета замолчала, когда Саванна снова зашипела. — Видите, она агрессивная.

— Отстань от неё, — отрезал Тао, заставив Грету замолчать. Его волк показался на поверхности и глаза вспыхнули. Пожилая женщина тяжело сглотнула.

— Грета, — рявкнул Трей, — отвечай на его вопрос.

Тао замер, услышав прибирающиеся шаги, но не отвёл взгляда от Греты.

Она пригладила волосы.

— У нас с вороном были противоречия.

Как туманно.

— Какие? — Грета отвела взгляд. — Какие? — повторил он. По воздуху разнёсся аромат тёмно-красных фруктов, кокосового молока и чёрного кружева.

Тао посмотрел на Райли, вошедшую, будто ей наплевать на весь мир. Затем она увидела, как Саванна рычит на Грету, и взгляд ожесточился.

— Что происходит? — Райли погладила Саванну по волосам. — Она тебя расстроила милая?

Подняв голову, маленькая гадюка сказала:

— Я думала, она расстроила тебя.

— Расстроила меня? — Райли поджала губы. — Ну, меня, конечно, расстраивает, что она не бреет пушок на выступающем подбородке, но это, пожалуй, всё.

Саванна засмеялась и расслабилась, и остальные за столом, казалось, выдохнули. Тао ещё был напряжён. Райли могла выглядеть весёлой, но не обманет его или волка — они слишком хорошо её знали. Когда она уселась на стул рядом с ним, он сказал:

— Ты опоздала. — Это не выговор, а просто констатация факта.

Она пожала плечами

— Разговаривала с Итаном.

Он почувствовал, что это правда, но ещё почувствовал, что она что-то не договаривала.

— Что случилось?

— Ничего, — сказала Райли, не готовая обсуждать это при всех. Она оставит боль себе. И точно не станет говорить при детях о том, что должно быть сугубо взрослыми разговорами, особенно перед Каем, которому, скорее всего, будет не по себе, если узнает, что его телохранитель раньше хотел создать пару с его мамой.

Бросив на Грету вызывающий взгляд, Райли зачерпнула макарон и положила себе на тарелку. Ворон захлопал крыльями перед старой сукой. Честно говоря, на краткий момент Райли подумала о том, чтобы остаться в комнате — она не в настроении проводить время с кучей людей, на которых была зла. Но ни за что не будет из-за Греты прятаться в своей комнате. Не-а. И она злилась на себя даже за то, что просто думала об этом.

Пока Тао доедал остаток сэндвича, внимательно наблюдал за Райли. В перерывах между поеданием пасты и болтовнёй с Заком она поддразнивала детей и пополняла их тарелки. И, словно, намеренно избегала зрительного контакта со всеми.

Зная Грету, она, должно быть, обвинила Райли в том же преступлении, что и Ширли, только чтобы обидеть. Он сердито посмотрел на пожилую женщину. Теперь она уже не чувствовала своё превосходство. По правде говоря, она смотрела на Райли с замешательством и… нет, это не может быть, с уважением. Если она думала, что обидев Райли, заставит маленького ворона спрятаться от всех, сильно недооценила её.

Тао положил ладонь на изгиб шеи Райли и большим пальцем погладил её затылок. Она замерла. Это была малозаметная, но неприятная реакция. Рычание зародилось у него в груди — звук, который исходил, как от человека, так и от волка. Он тихо спросил ей на ухо:

— Что случилось?

— Я сказала тебе, ничего.

Он ущипнул её за ухо за враньё и тихо проговорил:

— В нашу комнату, живо.

— Я пытаюсь поесть. — Проблема Райли в том, что каждый кусочек еды, который она совала в рот, был по вкусу, как резина. Её эмоции были запутаны, и ворон в кислом настроении. Но она не была уверена, что готова говорить о том, что узнала, не готова услышать, что возможно в словах Греты есть доля правды, и что Тарин первый выбор Тао. — Возьми себе добавки.

— Малышка, тебе плохо, и я это ненавижу. Это меня убивает. Мы пойдём в комнату, и ты мне скажешь, что случилось, чтобы я мог это исправить.

Он взял её под локоть и поднял. Тао знал, что она хочет возразить, но так же знал, что она не устроит сцену перед детьми. Никто не проронил ни слова пока они шли по туннелям. Как только они оказались в спальне, он сложил руки на груди.

— Что тебе сказала Грета? Я знаю, она как-то тебя расстроила. Расскажи.

Райли вздохнула.

— Она приплела Уэйда. Сказала, что не удивится, если обвинения Ширли окажутся правдой. Хотя я такое ожидала.

— Что ещё? Не прикидывайся дурочкой, Райли. Ты напряглась, когда я к тебе прикоснулся, будто я чем-то тебя обидел. Если так, хочу знать, что именно.

— Ты меня не обижал. Ладно, хорошо, обидел. Лучше бы ты мне об этом сказал, а не злобная Грета смогла ошарашить.

Он мысленно обдумал возможные варианты, о чём она говорила, но ничего не вспомнил.

— Ошарашила чем?

Райли сложила руки на груди.

— Тем не-особо-важным фактом, что ты просил Тарин о запечатлении.

Он закрыл глаза.

— Чёрт.

— Я не наивная и знаю, что у тебя есть прошлое и принимаю его. Я могу принять и это, только… почему ты сам мне об этом не рассказал? А знаешь, нам не нужно об этом говорить. Дело твоё. Я просто предпочла бы услышать это от тебя, вот и всё.

Он подошёл к ней вплотную.

— Ты моя. Я твой, а значит, что мои дела — твои дела. Хочешь об этом знать, я расскажу. Но давай проясним, Тарин не моя бывшая. Будь это так, я бы рассказал. Но я никогда её не целовал, даже не прикасался к ней.

Услышав это, Райли стало чуть лучше.

— Ладно.

— Я действительно хотел с ней запечатлеться. Уйти из стаи было бы чертовски сложно, но стало бы сложнее, не сделай я этого. Когда я был ребёнком, моей матери пришлось разбираться с бывшими женщинами отца, которые доставляли ей неприятности. Было тяжело для всех. Вот почему я себя сдерживал по отношению к тебе. Я не хотел, чтобы было неловко тебе, мне, твоей паре или — я думал, если случится такое чудо, и я создам пару — моей. — Прежде чем она спросила, почему он думал, что это будет невероятное чудо, он опять заговорил. — Но даже тогда, я знал, что не буду выбором Тарин, и всё равно её хотел. Это не потому, что она сильно мне неравнодушна, а потому, что она была сильной, и никогда бы во мне не нуждалась. Я мог бы уйти от неё, и не было бы никакого давления, я бы не «дополнял» её так, как должны дополнять друг друга настоящие пары.

Не будучи готовой к его ответу, она спросила:

— Ты боишься глубины обязательств, которые идут с созданием пары?

— Два человека, которые дополняют друг друга, не всегда хорошо уживаются. У пары моего брата были такие ожидания, которым он никогда не сможет соответствовать, что бы ни делал… как кто-то мог? Она всё время его критикует, но всё равно полагается на него, нуждается в нём, и давит, пока не начинает тяготеть. — И это бесспорно одна из причин, почему он был таким циником в отношениях.

— Не вся любовь неравна и со зависима.

— Нет, не вся. Но мысль о том, что где-то там есть моя пара, которая надеется, что я — её принц, пугает до чёртиков. Как я могу кого-то дополнить, Райли? Я законченный кретин. Жёсткий, эгоистичный, бестактный. Этот список можно продолжать.

— Ты не кретин, Тао. Ты можешь производить впечатление кретина, но это не так.

— Конечно, кретин. Я хотел Тарин совсем по другим причинам. И быстро всё понял, так что прекратил её хотеть ещё до того, как они с Треем образовали связь. — И это истинная правда. Он обнял её за шею. — Я, правда, не держал это от тебя в секрете. Понимаю, что это не мелочь для тебя, но для меня да, потому что это не было ключевым моментом моей жизни. Сейчас это уже давно в прошлом, и я об этом забыл, поэтому и не подумал рассказать. — Он притянул её к себе и уткнулся носом в шею. — Прости меня, детка. Уже второй раз за прошедшую неделю я тебя обидел. Нечестно, что я делаю тебя несчастной, а ты делаешь меня счастливым.

— Как это я делаю тебя счастливым?

— Тебе не нужно делать что-то, чтобы я был счастлив. Так происходит когда ты просто рядом.

Она немного улыбнулась. Он это сказал, не чтобы польстить, а констатировал свои чувства, как факт. Вся эта история с его желанием запечатлеться с Тарин ещё жалила, но теперь Райли была менее расстроена, зная, что он не принял сознательного решения не говорить ей. Её ворон немного расслабился, хотя и оставался встревоженным.

— Ты не делаешь меня несчастной.

Тао опустил руки ей на плечи.

— Я повторю ещё раз, потому что, будь я на твоём месте, прокручивал это снова и снова в голове. Я не хочу Тарин. Я люблю её, как и остальных членов моей стаи, но это всё. Ни больше, ни меньше. И не сожалею о том, что мы с ней не запечатлелись. Ни в коем случае.

Теперь, когда ревность немного ослабла, Райли могла взглянуть на всё рациональнее. Она была уверена, что ни разу не видела, чтобы Тао смотрел на Тарин с вожделением.

— Грета сказала, что я на втором месте.

— Чёртова Грета. Она знает, что это враньё. Ты никому не уступаешь. Ты для меня на первом месте. Поняла?

Она кивнула.

— Хорошо.

— Хорошо. — Он нежно её поцеловал и успокаивающе погладил по волосам, ощущая облегчение от того, что она больше не напряжена. Его волк, ещё немного беспокойный, потёрся об неё.

— Мне нужно хорошенько поговорить с Гретой.

Райли вздрогнула от смертельной ноты в рычании, которое покалывало, когда Тао проявлял чрезмерную заботу, но не показала ему этого.

— Она того не стоит.

— Она специально сделала тебе больно.

— Эй, я большая девочка, знаешь.

— Но ты — моя девочка. И я не хочу, чтобы кто-то обижал мою девочку. — Он потёрся своим носом об её. — И особенно не хочу быть причиной её страданий.

— Я в порядке, правда.

Он погладил след от укуса, который оставил на её пульсе.

— Я никогда никого раньше не отмечал. Даже случайно. — Ему нравился грубый секс, и некоторые могли так увлечься, что оставляли след. Но сам он никогда этого не делал.

— Ты нечаянно оставил на мне метку, когда мы впервые переспали, — заметила она. — Но ты был пьян.

— Да, но оставил на тебе метку не случайно. Я чётко понимал, что делал. — Даже будучи пьяным, он полностью осознавал, что оставляет на ней метку. Это он хотел сделать уже очень давно.

Он резко вскинул голову при стуке в дверь. Такой лёгкий стук, что мог исходить только от одного из детей.

— Я открою. — Райли сильно ущипнула его за губу, когда он не хотел её отпускать. Игриво рыча, он отступил, чтобы она могла открыть дверь. Она не удивилась, когда увидела Саванну. — Привет, милая.

Маленькая гадюка вошла в комнату, внимательно осматривая Райли, будто проверяла, не обидел ли её Тао, когда поволок из столовой.

— А теперь я могу укусить злую старуху?

Райли захихикала. Ей так хотелось сказать «Да».

— Боюсь, что нет. Декстер закончил кушать? — Саванна кивнула. — Тогда пойди и спроси его и остальных, хотят ли они немного поиграть снаружи.

Малышка лучезарно улыбнулась.

— Хорошо! — Она начала уходить, но затем странно посмотрела на Тао и указала ему сесть на корточки. Тао улыбнулся. Казалось, защищая её и Райли от Греты, он заслужил немного доверия. Прогресс. Он присел. — Ближе, — прошептала она.

Он придвинулся и так же тихо спросил:

— Что?

Она улыбнулась.

— Если обидишь мою Райли, я откушу твой нос и дам Декстеру его съесть.

Ладно, он пока не совсем заслужил её доверие.

— Буду знать.

Она счастливая ускакала, и это было немного странно.

Нахмурившись, Райли спросила.

— Что она сказала?

Вставая, он повторил.

— Ну, если я тебя обижу, лишусь носа.

В её глазах плясали искорки веселья, когда она ахнула.

— Нет!

— И ещё она отдаст Декстеру его съесть.

Райли фыркнула.

— Зная этого ребёнка, он, как минимум, будет носить его у себя в кармане.

Тао думал так же.

Райли быстро поцеловала Тао.

— Надо бежать.

Он схватил её за руку, чтобы остановить.

— Мне не должно быть больно, наблюдать, когда ты уходишь из комнаты, так? — Ему не нравилось быть вдали от Райли. Ни на секунду. Её улыбка ударила его в самое сердце.

— Парень, ты иногда говоришь очень приятные вещи.

Он ухмыльнулся.

— Я хочу ещё один поцелуй.

Закатив глаза, она поцеловала его вновь.

— Увидимся позже.

— Держись поближе к основанию горы, — предупредил он. Никаких следов, что кто-то ошивался рядом с периметром, но Тао не хотел рисковать. Не её безопасностью.

— Как будто мне нужно об этом напоминать.

Он наблюдал за тем, как она вышла, затем достал телефон и набрал знакомый номер.

— Тарин, ты должна кое-что знать.

Райли развалилась на одном из стульев во внутреннем дворике, пока Кай гонялся за другими детьми вокруг старой берёзы. Их смех и визг почти заглушали крики птиц, жужжание насекомых и стрекотание белок. Её ворон, который ещё был раздражительным, хотел выйти наружу и поиграть с ними. Райли заверила его, что скоро так и будет. Сейчас она просто присматривала за детьми… один из которых только что вскарабкался на дерево так же умело, как любой перевёртыш-гадюка.

Кай нахмурился на гадюку.

— Саванна, спускайся!

Повиснув вниз головой на ветке, Саванна бросила в него жёлудь.

Наслаждаясь теплом, покалывающим кожу, Райли глубже уселась в кресло. Успокаивающие ароматы сосны, полевых цветов, нагретой солнцем земли и сладкого кедра помогли успокоить нервы ворона. Птица так до конца и не успокоилась. Она злилась не на Тао, а на Грету. Старый дракон специально пыталась сделать ей больно. Это не первый и точно не последний раз, но единственный, когда слова Греты, по-настоящему, произвели на неё впечатление. Тот факт, что Грета смогла обидеть её, раздражал ворона так же сильно, как и то, что она сказала.

Услышав шаги на траве, Райли обернулась и увидела Тарин, Джейми, Рони и Макенну, которые вышли из-за деревьев и направились к столику во внутреннем дворике.

Робко улыбаясь, Тарин спросила.

— Мы можем поговорить?

— Конечно, — ответила Райли. — Полагаю, Тао рассказал тебе.

— Он собирался, но Грета уже рассказала всё сама. Я зла на неё, но и на себя тоже. Стоило догадаться, что она так поступит.

— Могу представить, как ты разозлилась на нас за то, что не рассказали, — сказала Джейми. — Справедливо. Но прошу, не сердись на Макенну — она об этом не знала.

Рони жестом показала на них с Джейми.

— На тот момент, мы не были членами стаи, но знали немного об этом. Надо было тебе рассказать.

— Да, — согласилась Тарин. — Я не рассказала потому, что это ничего не значит. Звучит так, будто между нами была большая безответная любовь, но нет. Спроси любого из парней или даже Грейс, Лидию или Хоуп — они все скажут то же самое. Тао никогда не любил меня так, как парень любит свою пару. Я хотела, чтобы ты сама в этом убедилась до того, как расскажу. Надо было догадаться, что Грета сделает это первая, стерва. Она на самом деле, кажется, чувствует себя пристыженной.

Макенна кивнула в сторону озера.

— Она там, хандрит.

Райли почти рассмеялась.

— Хандрит?

Тарин кивнула.

— Тао с ней не разговаривает. Она разбита.

— Он не разговаривает с ней? — повторила Райли.

— Нет, с тех пор, как пару минут назад задал ей трёпку, — сказала Рони. — Она тебя обидела. Для него это неприемлемо. Как ни для кого из нас.

Джейми сложила руки, словно в молитве.

— Итак, можешь ли ты простить нас всех за то, что мы слишком увлеклись в сватовстве, и не подумали о том, что старая карга через прошлое вонзит в тебя свои ядовитые когти?

По правде говоря, Райли уже их простила. Она понимала, почему они не рассказали, и понимала, будь она на их месте, скорее всего, поступила бы так же. Важно то, что Грета ошибалась, и Тао хотел Райли, а не кого-то ещё. И всё же, она притворилась, что обдумывает это.

— Наверно.

Улыбнувшись их облегчённым выражениям, она встала.

— Полагаю, вы все не откажетесь присмотреть за детьми минутку? Мне нужно выпустить ворона.

Стоя у входа в пещеру, Тао наблюдал за разговором Райли и других женщин. Он не проверял её, потому что подозревал, как она пренебрежительно отнесётся к ним или откажется принять их извинения — он знал, что Райли лучший человек, чем кажется. Но он хотел посмотреть на выражение её лица, когда Тарин будет с ней говорить, хотел быть уверенным, что она искренне поверит в услышанное. Для Тао было важно, чтобы у неё не осталось сомнений относительно него и того, кого он хотел.

Трик встал рядом, наблюдая за женщинами.

— Похоже, кровь-таки не прольётся.

— Я уже всё объяснил Райли, — сказал ему Тао. — Она знает, что я не хочу Тарин, и что никто не хотел её ранить.

— Надеюсь, ты не собираешься попросить Райли о запечатлении.

Тао нахмурился и напрягся.

— Почему?

— Потому что потом тебе будет стыдно, когда поймёшь, что она твоя истинна пара.

Тао тяжело выдохнул.

— Трик…

— Райли — твоя истинная пара, Тао. Просто сделай нам всем услугу и прими этот факт. — Трик раздражённо покачал головой. — Я не понимаю, почему ты этого не видишь.

— Судя по тем парам, которые я видел за эти годы, понять, кто твоя истинная не так просто, как это может показаться.

— Может и так. Люди позволяют личным проблемам стоять на пути. У Маркуса были те же проблемы с Рони. Я говорил довериться волку, но он продолжал твердить о том, что сказала ему Провидица. Они бы с Рони почувствовали парную связь, прислушайся к своим волкам.

— Моему волку сначала Райли не понравилась.

Это удивило Трика.

— Серьёзно?

— Да. Волку нравятся те, кто его уважает. Её не впечатляет власть и ей нравиться испытывать моё терпение. Ему это совсем не понравилось. Сейчас он от неё без ума, но ушло время, чтобы проникнуться к ней. И если следовать твоей теории, если нам лишь и нужно довериться зверям, то, скорее всего, Райли не моя истинная пара, иначе бы волк восхищался ею с самой первой минуты. — Трик молчал какое-то время. — Нет смысла в том, что она ему вначале не понравилась. Я уверен, она — твоя истинная пара.

— Думаешь, ты с лёгкостью узнаешь свою истинную пару, когда он или она появятся на горизонте? — спросил Тао. Трик был бисексуален.

— Я пойму, — утвердительно заметил он. — Мой волк узнает.

— Ты видел, что она со мной сделала!

Крик заставил их обернуться. И вытаращиться.

— О, Боже, — пробормотал Трик, чьи плечи тряслись.

Поднявшись по ступеням утёса, Грета встала перед Тао, птичье дерьмо капало с её головы и плеча.

— Посмотри, что она сделала!

— Технически, это была не Райли, — заметил Трик, — а её ворон.

Игнорируя это, Грета сердито посмотрела на Тао.

— Хочешь быть с ней? Хочешь быть с той, кто вытворяет такое и считает это приемлемым?

Тао улыбнулся.

— Да.

— Безнадёжно, — отрезала она, уходя. — Вы все безнадёжны.

Две недели спустя Тао и Райли сидели, прижавшись друг к другу, на плюшевом диване в игровой комнате, пили кофе и ели печенье, которое она взяла из кухни. Комната была милой и просторной, с мягкими игрушками, книгами, и всевозможными видами игр. На стенах фотообои с изображением леса. Бумажные бабочки и птицы свисали с потолка, на котором были изображены звёзды и планеты. Игровая комната особенно хороша в плохую погоду. Ранее Райли и Тао провели час в обликах зверей, гоняясь за детьми по лесу. Дети были крайне разочарованы, когда начался дождь, и пришлось идти внутрь, но наличие игровой комнаты смягчило удар.

Большая часть внимания Тао была прикована к баскетбольному матчу, который транслировался по телевизору, висевшему напротив дивана, но Райли предпочитала смотреть, как играют дети. Сейчас Саванна пыталась помешать Каю раздеть куклу, пока Лила вела односторонний разговор с Декстером, который рылся в одной из пластиковых коробок с игрушками.

— Я подумал, что мы завтра могли бы взять детей куда-нибудь на целый день, — произнёс Тао.

Райли нахмурила брови.

— Уверен, что это хорошая идея? Я знаю, что пока было тихо, но это не означает, что там безопасно.

— Мы все время на связи с твоими дядями. Они помогают Хью и Сейджу записывать местонахождение каждого из стаи. Как только кто-то не сможет сказать, где находится, они тут же нам позвонят. Пока у них всё так же тихо, как и у нас.

— И это ещё больше указывает на то, что за нападениями стою я.

— Не думаю, что именно поэтому стрелок притаился. Они не могут действовать, пока все под пристальным вниманием. — Он уткнулся в неё носом. — Знаю, ты не хочешь рисковать, но они сойдут с ума, если мы долго будем держать их взаперти.

Она вздохнула

— Ты прав. Для них это плохо. — Ей стоило об этом подумать. Райли злилась на себя за то, что не подумала. — Утром позвоню дядям. Если они скажут, что знают местоположение всех в стае, вывезем детей на день. Не хочу, чтобы им было скучно или они чувствовали себя притеснёнными.

— Им не скучно. Сегодня утром было весело играть с нашими животными. Но точно станет скучно, если мы будем держать их только на территории.

— Им же было весело? Мне нравится твой волк.

Тао улыбнулся.

— Ты ему тоже нравишься. — На самом деле, это преуменьшение. Волк её обожал. Будь такое возможно, он постоянно был бы с ней. — Ему нравится играть с твоим вороном.

— Он терпеливее тебя, поэтому не так весело его изводить, но птице нравится, что он с ней играет. — Райли откусила ещё один кусок торта. — Саванна смягчается по отношению к тебе.

Да, он заметил.

— По её мнению, я перешёл на другую сторону. — Тао погладил её по бедру. — Мне кажется Грете, на самом деле, нравятся дети.

Сомневаясь, Райли спросила.

— Тогда почему она так плохо относится к Саванне?

— Скорее всего, потому, что Саванна часто ей перечит. Грета пытается поубавить её пыл.

Ну, это бесполезно.

— Саванна бесстрашна.

— Это у неё от тебя.

Нахмурившись на Тао за то, что он откусил большой кусок от её торта, она сказала.

— Она была такой ещё задолго до того, как мы познакомились.

— Нет, если верить Макенне. Она говорила, что Саванна была очень замкнутой и неуверенной, и не доверяла людям — ни к кому не привязывалась, кроме Декстера. Макенна сказала, что они оба к тебе тянутся, будто как-то почувствовали, что ты прирождённая защитница.

— Может, они слышали, что вороны рьяно защищают детей.

— Или, может, видят в тебе то же, что и мы — кого-то жёсткого, сильного, и крепкого, кто сможет встать между ними и опасностью.

— Ты не видел этого, когда мы впервые встретились, — возразила она.

— Мои суждения были затуманены тем, как плохо я справляюсь с переменами и чужаками.

Райли вздохнула улыбаясь.

— Я люблю детей.

Он изогнул губы.

— Знаю. — Если она думала, что обманула кого-то на этот счёт, совершенно не правда. Это написано неоновыми красками.

Покончив с тортом, она вытерла крошки с рук.

— Думаешь, они нас любят?

— Конечно. Тебя точно любят. Ты их герой.

— Герой? — повторила она.

— Ты наблюдаешь за ними, как караульный. Они знают, что ты всегда их защитишь и убережёшь. Не потому, что поклялась это делать — дети чувствуют ложь. Они знают это потому, что видят, как ты им верна до мозга костей. Они тебе доверяют. — Он заправил прядь волос ей за ухо. — Я тебе доверяю.

Она нахмурилась.

— Прекрати превращать меня в желе.

Он шире улыбнулся.

— В желе?

— Ты делаешь это каждый раз, когда говоришь что-то милое. — Она доминантная женщина, и не должна быть нежной. Но для Тао, чрезмерно подозрительному от природы, сказать, что он ей доверял, было очень важно. Её ворон очень доволен.

— Это правда. — Он закрыл глаза, когда она начала запускать пальцы ему в волосы. Он знал, что она пыталась отвлечь его от разговоров, но было действительно трудно сосредоточиться, когда она массировала его голову.

Райли провела пальцем по шраму под его ухом.

— Я помню, когда ты получил его. — У перевёртышей оставались шрамы, только если рана была очень серьёзной. Тао чуть не умер той ночью. Лёгкие обожгло от воспоминания.

— Ты переживала, — почувствовал он.

— Да. Ты когда-то прежде получал такие серьёзные ранения?

— Часто ломал кости, даже внутренние кровотечении были, но раньше никогда не был так близок к смерти.

— Когда Уэйд появился передо мной с пистолетом, я подумала что умру. Жизнь не пронеслась у меня перед глазами, но я поняла, как сильно хотела жить, по кому буду скучать и всё такое.

Тао прикоснулся к её пальцам.

— Я думал о тебе. Серьёзно. Лежал там несколько минут, пока меня кто-то не заметил. У меня не было сил позвать кого-то. Я знал и чувствовал, что умирал. Я буквально думал, что это всё. Это конец. Конец всему. Посмотрел на свою жизнь, и на всё то, что никогда не делал. А потом в голове появилась ты. Я думал, всё ли с тобой хорошо, убежала ли ты или осталась со стаей. Мне не нравилась мысль о том, что ты запомнишь меня как парня, который плохо с тобой обходился.

— Ты снова превращаешь меня в желе.

Он хохотнул.

— И тогда я принял решение, что хочу тебя и, что если выживу, сделаю для этого всё, но понимал, что всё будет непросто. Я знал, что не мог позволить тебе увидеть, как сильно я тебя хотел или даже то, что ты мне нравилась. Нужно, чтобы ты не видела во мне угрозы.

— Ты меня обманул. — И всё же она восхитилась хитростью его плана.

— Мне пришлось сделать всё необходимое, чтобы получить желаемое. И теперь у меня это есть. — Он поцеловал её, сплетая их языки и побуждая поиграть.

— Поцелуйчики.

Тао отстранился, чтобы нахмуриться на Кая, который теперь издавал звуки поцелуя, а Лила пыталась повторить.

Саванна скривилась, когда взглянула на Райли с Тао.

— Фу.

Декстер сморщил маленький носик, схватил Райли за ногу, смотря на Тао, и в его глазах светились одновременно собственничество и вызов.

Тао взъерошил его волосы.

— Я не хочу отбирать Райли у вас с Саванной, малыш. Просто хочу, чтобы и для меня у неё было время. Справимся?

После долгого молчания, Декстер кивнул. Саванна, какое-то время пристально смотрела на Тао. Наконец-то, маленькая гадюка кивнула.

— Но я по-прежнему откушу тебе нос, если ты её обидишь.

Тао сдержал улыбку.

— Справедливо. — Посмотрев на часы, он сказал. — Мне пора. Моя очередь патрулировать южную границу периметра, чтобы Трик смог отдохнуть. А вы ребята слушайтесь Райли. — Он ещё раз поцеловал её, прежде чем уйти.

Райли глубоко вздохнула.

— Итак… кто хочет испечь печенье? — Четыре руки поднялись вверх. — Но сначала давайте приберёмся в комнате.

Макенна, Грейс и Лидия помогли испечь печенье. Конечно, дети изрядно испачкались. Позже Грейс и Лидия увели их помыться, пока Райли и Макенна убирались на кухне. Райли счищала муку и тесто с кухонной столешницы, когда Данте вошёл со странным выражением на лице. Райан, Зак, Грета и Альфы подняли головы от стола.

Бета переводил взгляд с Райли на Тарин, а затем сказал.

— Родители Тао только что проехали через ворота.

— Чёрт. — Тарин оттолкнулась от обеденного стола и обменялась обеспокоенным взглядом со своей парой. — Где Тао?

— Патрулирует в облике волка, — ответил Данте. — Я оставил ему сообщение на телефоне о том, что они тут. К счастью он скоро перекинется и увидит его.

Зак нахмурил брови.

— Почему плохо, что они тут? Я думал, они вам нравятся. — По тону подростка стало понятно, что они и ему нравились. Альфы обменялись странными взглядами.

Бросив тряпку на столешницу, Райли спросила:

— Я что-то пропустила? — Потому что они казались серьёзно обеспокоенными. Макенна пожала плечами, ничего не понимая.

Тарин повернулась к Райли, почёсывая затылок.

— Родители Тао замечательные. Леннон милый, а Эйвери немного похожа на хиппи. Тао перенял прямоту от неё, поэтому она не промолчит, если что-то не нравится. — Это прозвучало как, своего рода, предупреждение.

Райли пыталась прочесть между строк, но не смогла понять, что имела в виду Альфа.

— Что ты пытаешься сказать?

Трей подошёл к своей паре.

— Одна из причин, почему я так уважаю эту пару — они противостояли всем, кто пытался встать между ними. Когда Эйвери создала пару с Ленноном и перешла в его стаю, для неё это было сложным решением. Некоторые из женщин, у которых были интрижки с Ленноном, вели себя, как настоящие стервы с Эйвери, а одна особенно. Они настраивали всех против неё.

Райли кивнула.

— Тао немного мне об этом рассказывал.

Положив руку на плечи Тарин, Трей продолжил:

— Я всегда подозревал, что главной причиной, почему Тао сторонился — он следовал совету отца о том, что не стоит заводить романы в своей стае. Леннон дал Данте и мне такой совет. Я не послушал, и Тарин заплатила ту цену, прежде чем сука, о которой идёт речь, перешла в другую стаю.

— Думаешь, Леннон будет зол на Тао за то, что он не послушал его совета, — догадалась Райли.

— Нет, Леннон весьма понимающий и признает то, что Тао всегда будет поступать по-своему, — ответил Трей. — Но Эйвери будет расстроена тем, что её сын сделал то, что в будущем может навредить ему и его паре.

— О, — Райли почесала затылок. — Послушайте, не стану лгать и говорить, что мне будет легко, когда Тао создаст пару, но я не буду пытаться ему навредить.

— Мы это знаем, — заверила Тарин. — Честно говоря, думаю, тебе не стоит волноваться о том, что Тао оставит тебя ради кого-то, но не об этом сейчас нам стоит говорить. Я просто предупреждаю, что с Эйвери может быть сложно.

— Я могу просто посидеть с детьми, пока они не уедут, — предложила Райли.

— Это не поможет, — сказала Макенна. — Она почувствует твой запах на Тао, как только он придёт, так что потеряет самообладание, независимо от того, будешь ты в комнате или нет.

— И никто не может заставить тебя прятаться в твоём же доме, — заявил Данте.

Он прав, и всё внутри Райли воспротивилось. Её ворон возненавидел такое.

— Я закончу уборку, пока мы их ждём. — Все волки присоединились. К тому времени, как в туннелях послышался незнакомый смех, вся кухня сияла. Трик вошёл первым, так как сопровождал пару к горе. Мужчина, который зашёл за ним внутрь, был намного темнее Тао, но одинаковое крепкое телосложение и грубые черты лица. Однако именно уверенная походка Леннона и то, как его взгляд охватывал всё окружение, действительно напомнили Тао.

У женщины, стоявшей рядом с Ленноном, такой же оттенок волос и золотистые глаза, как у Тао, но в ней была теплота и радушие, что очень не похоже на её сына.

Пока Леннон разговаривал с Треем, Эйвери облокотилась на плечо Зака, дразнила и смеялась с подростком. Затем, нежно погладив Зака по щеке, начала идти по комнате, улыбаясь и болтая с каждым из волков. Она шла медленно и легко, словно… плыла по комнате. Длинная цыганская юбка кружилась вокруг ног. Наконец, она подошла к Райли. Подняв голову, Эйвери улыбнулась.

— Не верю, что мы встретились.

Райли втайне надеялась, что не встретится с этой женщиной, но улыбнулась в ответ.

— Я Райли.

— Она недавно вступила в стаю, — добавила Тарин.

— Понятно. — Эйвери пристально рассматривала Райли. — Ворон, да?

Райли кивнула.

— Точно.

Эйвери приблизилась.

— Волосы, они всегда… — Её ноздри раздулись, и она резко замерла, а приветливая улыбка исчезла.

Эйвери повернулась к Тарин.

— Где он? Где Тао? — Её тон привлёк внимание Леннона, который, нахмурившись, подошёл к своей паре.

— Скоро придёт, — ответила Тарин.

Повернувшись к Райли, Эйвери сложила руки на груди.

— И как давно ты спишь с моим сыном?

Райли моргнула.

— Ну, это не ваше дело.

— Не моё дело? Я его мать.

Райли устало улыбнулась.

— Грета может с этим не согласиться.

Эйвери посмотрела на Грету, которая вернулась на своё место за столом и вздёрнула подбородок.

— Я растила его все эти годы, пока ты жила в стае своей невестки.

— Растила его? — спросила Эйвери. — Он в пятнадцать лет ушёл.

— Пятнадцатилетнему мальчику всё равно нужна мать, — настаивала Грета. — Тебя не было рядом. А я была. Она может и ворон с большим ртом, но могло быть и хуже.

Райли от удивления выгнула брови. Из уст Греты это был комплимент.

Макенна подошла к Райли и прошептала.

— Натравить их друг на друга — гениальная идея.

— Дело не в том, насколько хорошо Тао может постоять за себя, — сказал Эйвери. — Он прекрасно знает, что не стоит спать с женщинами из его стаи.

Грета надменно выдохнула.

— Ты не спала ни с одним мужчиной из своей стаи, прежде чем перейти в стаю Леннона?

Эйвери резко выпрямилась и сверкнула глазами.

— Конечно, нет.

Грета фыркнула.

— Ты никогда не умела врать, Эйвери.

— Как ты смеешь!

— Как смеешь ты заявляться сюда, внося раздор, когда у тебя нет на это никакого права — ты потеряла его, когда бросила Тао, и ему пришлось самому заботиться о себе.

— Я не выгоняла его на улицу, Грета. А позволила ему жить с Треем и всеми вами, потому что уважала его решение.

— Но ты не пошла с нами. О нет. Не Эйвери свободная духом, которая принимает решения, основываясь на картах таро, — насмехалась Грета.

— Грета, ты когда-нибудь можешь не быть подлой? — Эйвери резко развернулась, чтобы взглянуть на Райли и начала идти на неё. — Ты и я нам нужно… — Она замерла, и Райли не могла её винить в этом. Поглощённая пререканиями с Гретой, Эйвери не заметила детей, которые прокрались в комнату и сейчас стояли по бокам Райли — до тех пор, пока они предупреждающе не зашипели, когда Эйвери угрожающе пошла на Райли.

— Змея? — спросил Леннон, с любопытством смотря на Саванну. В отличие от своей пары, он, казалось, был совсем не расстроен. У Райли возникло ощущение, что для Эйвери обычное дело проявлять гнев, и он давным-давно решил, что не будет вмешиваться и позволит ей успокоиться самой.

— Гадюка, — ответила Райли.

Глаза Леннона заблестели, когда он посмотрел на Декстера.

— Он может частично перекидываться?

— Да, — ответила Райли. Маленький гепард сейчас уже касался когтями пола. Она перевела взгляд назад на Эйвери. — Поэтому я бы не провоцировала их.

Дети очень быстрые, и бросились бы на женщину, даже Райли не успела бы их остановить. По правде говоря, она не была уверена, стоило ли останавливать.

— Давайте мы все просто успокоимся? — предложила Тарин успокаивающим тоном.

У Эйвери блеснули глаза.

— Успокоиться?

Трик склонил голову.

— Похоже, Тао идёт. Думаю, будет лучше, если ты не будешь ругаться с его женщиной.

Леннон посмотрел на свою пару взглядом «он прав». Эйвери поправила цветной топ, и вздёрнула подбородок. Похоже, она не закончила.

Тарин обменялась с Треем сердитыми взглядами.

— Эйвери, как Альфа Тао, прошу тебя оставить это. Отчитывать его по этому поводу не стоит, это ни к чему не приведёт.

— Я уважаю тебя, как его Альфу; но это не дела стаи, а между матерью и сыном.

Как только Тао вошёл на кухню, напряжение витавшее в воздухе ударило. Он на секунду остановился, оценивая ситуацию. Райли выглядела спокойной, но дети, стоявшие по бокам от неё и рычащие на его мать, далеки от спокойствия. Не нужно быть грёбаным гением, чтобы понять, Эйвери отыгралась на Райли, и это серьёзно разозлило его. Зная свою мать, он мог догадаться, в чём проблема.

Подходя к Райли, он повернулся к родителям.

— Мам, пап.

Леннон кивнул, скривившись.

— Рад тебя видеть, сын. Почему бы тебе не представить меня ворону?

Эйвери нахмурилась на свою пару.

— Тебе всё равно, что он пренебрёг твоим советом? — Леннон просто пожал плечами, и Эйвери вздохнула. — Мне казалось, ты научился на ошибках своего отца.

Тао тяжело выдохнул.

— Мам…

— Ты видел, каково мне было с теми женщинами, — перебила его Эйвери. — Это повлияло не только на меня, но и на тебя, и на твоего отца.

— Мам…

— Она красивая, понимаю, но с каких пор ты начал думать своим?..

— Мам. Хватит. Ты высказала своё грёбаное мнение.

— Не сквернословь при мне! И я не закончила. — Эйвери сморщила нос. — Боже, её запах на тебе повсюду.

— Хорошо. Так и должно быть.

— Ты умный волк, Тао, и знаешь, что лучше не заводить интрижек с женщинами из своей же стаи.

— Это не интрижка.

Эйвери свела брови.

— Извини?

— Это не интрижка. Да, начиналось как она, не буду лгать. Но сейчас это далеко не так. И это всё, что я готов сказать. Я не обязан тебе ничего объяснять. Я чертовски взрослый мужик.

Поджав губы, Эйвери перевела взгляд на Райли.

— Ты ничего не хочешь сказать?

Райли выдохнула.

— Например?

— Мам, не надо, — посоветовал Тао, потому что Райли будет играть с ней, как кот с мышью.

Эйвери вскинула голову.

— Я хочу её послушать.

— Мам, правда, не надо.

— Что, она не может сказать за себя? — Озабоченно посмотрев на детей, которые вились у ног Райли, Эйвери продолжила: — Ты очень доминантная. Я это чувствую. Но ни разу ничего не сказала в своё оправдание и не попыталась заявить права на моего сына. И это говорит о том, что ты не хочешь его так, как похоже он хочет тебя.

Райли скривила рот.

— Хм.

— Хм? И это всё, что ты скажешь? Ты его не заслуживаешь. Только его истинная пара — вторая половина его души — будет его достойна. И это очевидно не ты, вопреки тому, что думает Грета, у него может быть кто-то лучше тебя.

— Хм.

— Хм? Ты в состоянии сказать что-то ещё?

— Кх-кхм.

Эйвери повернулась к Тао, который закрыл лицо рукой.

— Что, в неё вселился умственно отсталый дух?

Райли нахмурилась.

— Не думаю, что он умственно отсталый.

Эйвери уставилась на Райли, поджав губы.

— В самом деле? Ну, тогда, может, дух сможет поговорить со мной, раз всё, что ты можешь сказать лишь «хм».

— Хм-м.

Она сердито посмотрела на Грету.

— Полагаю, это твоё влияние сделало её такой стервозной.

Райли ещё сильнее нахмурилась.

— Нельзя кого-то научить быть стервой. В тебе это либо есть, либо нет.

Грета кивнула.

— Точно. В Эйвери есть.

— Теперь, когда я встретила тебя, — сказала Райли, — лучше понимаю Тао. Исследования показывают, что девяносто два процента мужчин, рождённых от очень нервных матерей, вырастают и становятся…

— Нервная мать?

— Так, все замолчали, — приказал Тао. — Мам, поверь, это может длиться всю ночь. Забудь. Как я и сказал, я взрослый. И принимаю собственные решения, а не действую на твоё усмотрение.

Эйвери фыркнула.

— Я не вмешиваюсь в твои дела, но это другое. Плохо, когда я думала, что это всего лишь интрижка. Но если это что-то большее, и вы друг другу не безразличны, вам будет ещё сложнее видеть, как каждый из вас создаёт свою пару. Многим людям будет больно. — Она взглянула на Райли. — Включая тебя. Уверена, твоя мать тоже об этом переживает.

Тао зарычал и рявкнул.

— Больше ни слова.

Эйвери, казалось, была удивлена резкостью в его голосе, но с вызовом спросила:

— Я ошибаюсь?

— Думаю, мы никогда не узнаем, — сказала Райли. — Она умерла.

Эйвери мгновенно успокоилась.

— Извини.

Тао подошёл и встал перед Райли, строго смотря на свою мать.

— У тебя два выхода — можешь успокоиться и сесть или уйти. Один или другой. Если останешься, больше не произнесёшь ничего из того, что уже наговорила. Ты чётко дала всё понять. Мы тебя услышали. И проигнорировали. Итак, что выберешь?

Леннон сжал плечо своей пары.

— Давай присядем, Эйвери. Понимаю, почему для тебя это больная тема. Хорошо, что ты хочешь уберечь нашего сына от того, через что прошли мы, но не можешь встать между Тао и вороном. Я это вижу. Уверен, что и ты тоже.

— Тут он прав, — сказал Трик, подвинул стул и жестом указал Эйвери присесть.

Через минуту, она тихо сказала:

— Спасибо, Трик. — Они с Ленноном сели за стол. Все кроме Тао и Райли также сели.

— Я отведу детей в игровую, — сказала Райли Тао.

Он взял её за подбородок, ненавидя, что ей больно от упоминания матери.

— Детка…

— Они сейчас немного на взводе, и не могу гарантировать, что Саванна не укусит твою маму — или что я решу её остановить.

Тао не хотел, чтобы она уходила, но знал, Райли не захочет показывать боль.

— Хорошо. Я приду к тебе, когда они уедут. — Он сел на корточки и сказал Саванне с Декстером: — Спасибо, что защищаете Райли. Мне нужно, чтобы вы за ней приглядывали. Сможете? — Они оба мрачно кивнули, и он улыбнулся. — Хорошо. — Вставая, он поцеловал Райли.

Дети враждебно взглянули на Эйвери прежде, чем взять Райли за руки и позволить вывести себя из комнаты.

Как только они ушли, Тао сел напротив Эйвери.

— Итак, зачем приехали?

— Я не могу навести своего сына без причины? — отрезала она.

— Прекрати защищаться только потому, что чувствуешь себя ужасно.

Эйвери осунулась.

— Я не знала, что её мать умерла. Как это произошло?

— Райли сама расскажет, если захочет.

— Я увидела, что моё замечание очень её ранило. Я чувствую себя ужасно.

— Так и должно быть. — У Тао не было ни малейшего сострадания к матери. — Ты не могла знать, что её мама умерла, но знала, что у тебя нет ни малейшего права вымещать свой гнев касательно прошлого на Райли.

Эйвери фыркнула, но не стала отрицать.

— Она упряма, да? Я стояла там и обвиняла её, а она просто смотрела на меня так, словно я самое скучное существо, с которым ей довелось сталкиваться в жизни.

Леннон улыбнулся.

— Заставила тебя чувствовать себя дурой?

Тао пожал плечами.

— Я пытался тебя предупредить.

— Я думала, ты её защищаешь, — сказала Эйвери. — Это не смешно, Леннон.

Хихикая, Леннон взял её за руку.

— Может не с твоей стороны, но с моей весьма.

— Дети её очень защищают, — заметила Эйвери.

Тао кивнул.

— Они бы впились тебе в горло, обидь ты её сильнее.

— Маленькая гадюка однажды укусила меня, — сказала Грета. — Сильно. Но она милый ребёнок.

Макенна вздохнула от слов Греты.

— Тогда, может, ты прекратишь плакаться об этом.

Грета отмахнулась.

— Вы все её балуете. Ей нужен тот, на ком можно время от времени проявлять свою злобную жилку. Если у неё есть враг, она не будет отрабатывать злость ни на ком другом.

Тарин ошеломлённо посмотрела на Грету.

— Либо ты действительно желаешь добра извращённым образом, либо так оправдываешь все свои поступки.

Грета усмехнулась.

— Думаю, ты никогда не узнаешь, что именно.

Эйвери фыркнула.

— На мой взгляд, и то, и то. — Повернувшись к Тао, она улыбнулась. — Итак, расскажи мне о твоём вороне.

Тао понравилось, как прозвучало «твой ворон», улыбнулся в ответ и рассказал родителям всё о Райли. К концу рассказа его мать смягчилась и извинилась за то, что вела себя, как сука. Как и ему, ей было трудно извиняться, поэтому он знал, что это искренне.

Через два часа, когда его родители уехали, он пошёл искать Райли. В игровой её не было. Грейс забрала детей, чтобы Райли смогла принять душ — Кай пролил молочный коктейль ей на волосы. Тао пошёл в их комнату и, конечно же, она мылась, но, похоже, решила принять ванну вместо душа.

Он нахмурился.

— Почему вода лиловая?

— Я положила черничную бомбу для ванны.

— Приятно пахнет. — Он присел на корточки рядом с ванной. — Твой запах мне нравится больше. Родители уехали. Моя мама, правда, очень сожалеет, что обидела тебя.

— Она не первая, кто упоминает мою маму, думая, что она жива. Я не сломаюсь.

По правде говоря, её ранило не упоминание о маме, а то, что Райли никогда не узнает, как бы мать реагировала на её решения. Никогда не узнает, гордилась бы мама ею, понравился бы ей Тао или нет, обожала бы она Саванну и Декстера, как предполагала Райли.

Чувствуя, как Тао опустил руку в воду и погладил её по ноге, она взглянула на него.

— Я в порядке, правда.

— Дай мне тебя поцеловать. — Как только она села, он положил руку ей на затылок и завладел ртом. Медленно. Лениво. Просто наслаждаясь вкусом. — Спасибо, что не сорвала скальп с моей мамы. — Она рассмеялась. — Мне нравится заставлять тебя смеяться. У тебя глаза загораются, на щёках появляются маленькие ямочки, и этот хриплый звук… клянусь, от этого мои яйца покалывает каждый раз.

Она поняла, что краснеет.

— Ну, мне нравится, когда ты заставляешь меня смеяться.

— Прошлой ночью мне приснился сон.

— О? Рассказывай.

Он усмехнулся.

— Мы были на маленькой поляне у реки. Я лежал спиной на траве. Ты прижималась ко мне, положив голову на грудь, и твои волосы веером разметались по телу. Это всё, что я могу вспомнить. Но это было так… мирно. В последнее время у нас было не много моментов покоя. Я был разочарован, когда проснулся и понял, что это был сон.

— Может, мы сможем воспроизвести его, когда это дерьмо закончится.

Он улыбнулся.

— Да. Верно. — Он снова поцеловал её. На этот раз крепче и глубже. И сказал то, что хотел сказать весь день. — Я хочу заявить на тебя права, Райли.

Её сердце забилось со скоростью миля в минуту.

— Что?

— Ты меня слышала.

Она облизнула губы.

— Если это связано с тем, что сказала твоя мама…

— Это не имеет к ней никакого отношения. Я этого хочу. — Тао не думал, что она будет так удивлена. — Что, по-твоему, должно случиться, Райли? Я же говорил, между нами кое-что есть. Это хорошо, и оно реально, и это делает меня чертовски счастливым. Я хочу сохранить всё это.

Она прижала тыльную сторону ладоней к глазам.

— Надо было догадаться, что ты так поступишь.

— Как?

Она посмотрела на него.

— Слишком быстро начнёшь двигаться.

— Это не быстро, а требует действий. Я не из тех, кто сдерживается, когда мне чего-то хочется, — ты это знаешь. Я не вижу смысла связывать себя обязательствами с кем-то, если это не происходит на всех уровнях.

— Это, конечно, здорово, но разве ты не хочешь быть на сто процентов уверенным, что я та самая, о ком ты мог бы заботиться настолько, чтобы однажды запечатлеться?

Он обхватил её лицо руками.

— Райли, я безумно влюблён в тебя. Не знаю, когда это произошло и шло ли это постепенно, но именно это я чувствую. — И раньше были люди, небезразличные ему, но то, что он чувствовал к Райли, заставляло те чувства казаться дешёвой имитацией того, что значит заботиться о ком-то. — Мне нравится, что ты умная, сильная и бесстрашная. То, какая ты хитрая, воинственная и не переживаешь из-за мелочей. Мне нравится, что ты понимаешь меня, принимаешь, и легко справляешься с моим дерьмом, просто продолжая свой день.

У Райли защипало глаза. Он снова превратил её в желе.

— Думаешь, если мы уступим, брачные узы встанут на свои места?

— Я не знаю. Спроси меня, не плевать ли мне на это. Спроси.

Она сглотнула.

— Наплевать ли тебе?

— Да. Вся эта история с истинной парой переоценивается. У твоей старой стаи всё правильно. Судьба не всегда должна включать в себя истинную пару. Если скажешь, что предпочла бы найти истинную пару, я приму это. Ладно, это ложь, но звучала хорошо. Серьёзно, Райли, бессмысленно идти по жизни в поисках этого, когда легко пройти мимо своей пары и даже не узнать её.

— Всё не так просто. — Её не беспокоило, что он не её истинная пара. Многие из её стаи запечатлелись, включая её родителей, так что для Райли это норма. Её беспокоило то…

— Если мы заявим права друг на друга, и всё пойдёт наперекосяк, нам придётся видеться каждый день. Мне пришлось бы наблюдать за тобой с другой…

— Райли, такого не будет. Я не хочу никого другого. Только тебя. Знаю, что никогда не смогу быть счастливым ни с кем, кроме тебя. — Он был совершенно уверен в этом. — Я хочу, чтобы ты была так же счастлива. Нет, неправильно. Я хочу сделать тебя счастливой. У меня получается, Райли? Скажи.

— Да. Ты делаешь меня счастливой и… я чувствую себя в безопасности. — Она сердито посмотрела на него. — Мне не нужен тот, кто заставляет меня чувствовать себя в безопасности.

Он улыбнулся.

— Ну, конечно. Но я рад таким обстоятельствам.

— Что, если брачные узы не установятся? Знаю, ты думаешь, что так будет, но что, если нет?

— Послушай: для меня не имеет значения, другая ли ты половина моей души или нет. Ты уже в моей душе. Не знаю, как ты туда попала, правда, не знаю, но это так.

Что ж, дело не только в Тао.

— А твой волк?

— Он сходит по тебе с ума. Он хочет отметить тебя и заявить права так же сильно, как и я. — Тао провёл большим пальцем по её скуле. — Как насчёт твоего ворона?

— Он уже думает о тебе как о своём, — сказала Райли. — Ну, какое-то время.

Почувствовав облегчение, Тао произнёс:

— Итак, я хочу этого, мой волк хочет этого, твой ворон хочет этого. А ты? — Он затаил дыхание, не уверенный, что сделает, если она откажет.

— Я не стану лёгкой парой, Тао. И у меня, вроде как, есть багаж.

Он улыбнулся.

— Самое время признать, что эти дети твои. Думаешь, это меня отпугнёт? Я в восторге от того, как безумно ты любишь этих детей. Мне нравится, как ты их защищаешь. — Он совсем не был удивлён страхом в её глазах. Дяди Райли предупреждали Тао, что Райли трудно поверить, что ей кто-то будет очень дорог. Вполне естественно, что они ей небезразличны. — Послушай, мы не обязательно должны делать это прямо сейчас. Я дам тебе время подумать.

Она с сомнением посмотрела на Тао. С каких это пор он стал обладать терпением?

— Ты так поступишь?

— Я даю тебе время до завтрашнего вечера. Лишь столько времени, я могу дать и не сойти с ума. Потом мы всё обсудим, и я заявлю на тебя права.

— Ты уверен, что я соглашусь?

Он улыбнулся.

— Ах, детка, ты действительно думаешь, что я соглашусь на что-то меньшее, чем то, чего хочу? Больше всего я хочу тебя. И я тебя заполучу.

Наблюдая за миниатюрным пиратским кораблём, раскачивающимся взад-вперёд, Тарин покачала головой.

— Не знаю, как они полезли на эту штуку после мороженого и не блеванули.

Райли улыбнулась.

— Он медленно двигается. — Молодые наездники кричали, подбадривали и смеялись. Кай даже дерзко поднял руки.

Тарин указала на небольшую площадку для игры в мяч.

— Лиле бы это понравилось. Жаль, что ей нездоровиться.

Райли почти отменила поездку, чувствуя себя дерьмово из-за того, что Лила пропустит её, но Грейс настояла, что будет лучше, если других детей не будет тут, иначе Лиле не дадут поспать. Дети-перевёртыши, как правило, быстро выздоравливали и часто им нужно отоспаться после приступов тошноты. Но всё же Райли колебалась. Альфы, однако, практически приказали им ехать и даже пошли с ними. Они несколько часов провели в парке развлечений, и дети покатались на всём, от карусели до надувных лодок. Они должны быть уставшими и чувствовать себя объевшимися после всех прогулок и нездоровой пищи, но всё ещё были полны энергии.

— Смотри! — Декстер, который сделал перерыв, чтобы поесть, бросил одну из своих картошек фри на землю и рассмеялся, когда птица спикировала вниз и схватила её.

Райли усмехнулась.

— Не забудь себе оставить. — Пристально наблюдая за детёнышем, она заговорила с Тао, который собственнически обнял её. — Им нравится, да?

Тао заправил её волосы за ухо.

— Да.

Когда она проснулась утром, ожидала, что будет иметь дело с очень настойчивым и нетерпеливым Тао. Но он был спокоен и небрежен. Ни разу не приставал к ней с вопросом о создании пары. Ни разу даже не упомянул об их разговоре. Можно подумать, что он забыл об этом… вот только он время от времени бросал на неё взгляд, полный вызова получить то, чего, как они оба знали, она хотела. Райли каждый раз краснела.

— Парк хороший, — заметил Тао.

— Да, не считая пещеры с летучими мышами.

Тао улыбнулся.

— Почему тебе не нравятся летучие мыши?

Вопрос с подвохом.

— Они переносчики бешенства, пьют кровь и издают ужасные звуки, а крылья у них странные. У каких крыльев нет перьев?

— То есть, ты их боишься.

— Нет, но признаю, что я, возможно, испугалась бы их, будь слабой женщиной. В любом случае, пещера летучих мышей или не пещера летучих мышей, я рада, что мы привели сюда детей. Им это было нужно.

— Должно быть, им тяжело всё время сидеть взаперти, — сказала Тарин, слизывая тающее мороженое.

— Наша территория огромна, — начал Тао, — но, будучи ограниченным ею, можно почувствовать, что тяжело дышать.

Трей рассеянно кивнул в знак согласия, поглощая гигантскую ножку индейки, которую купил в одном из ларьков.

Пока Райли быстро, исподтишка оглядывалась по сторонам, Тао потянул её за хвост.

— Не переживай. — Она не выглядела обеспокоенной, но он чувствовал. Массируя напряжённую шею, он поцеловал Райли. — Итан сказал, что все вороны на территории Эксэдес. Он узнает, как только кто-то уедет, и немедленно свяжется с нами.

— Знаю, — сказал Райли. — Но пока дело со стаей не закончено, не могу расслабиться. Я всё же попробую. — Заметив, что пиратский корабль замедляет ход и останавливается, она осталась ждать у выхода. Человек, управлявший аттракционом, открыл дверцу, и Саванна с Каем выбежали наружу, ничуть не выглядя так, будто у них кружится голова.

— Можем теперь пойти кататься в чашках? — спросила Саванна самым милым голоском.

— Серьёзно, очень похоже, что они хотят заблевать всё вокруг, — сказала Тарин.

Почувствовав удары по ноге, Тао посмотрел вниз и увидел, что Декстер указывал картошкой фри в небо. Какой-то красный воздушный шарик летел вверх.

— Мы обязательно купим тебе воздушный шарик, — сказал Тао. Ответная улыбка Декстера тронула сердце. Парень становился всё более расслабленным рядом с ним, и Тао признавал, что это приятно. Он хотел, чтобы Саванна и Декстер видели в нём и Райли единое целое, а для этого, нужно, чтобы они доверяли ему так же, как Райли.

Тао знал, что завоевать Саванну будет сложнее. Но она понемногу проникалась к нему симпатией. От этой мысли он улыбнулся… до тех пор, пока кетчуп не капнул с картошки фри ему на джинсы.

— Ой, — протянул ребёнок, — извини.

Тао попытался промокнуть кетчуп салфеткой, которую ему протянула Райли.

— Всё в порядке, малыш. — К сожалению, пятно стало выглядеть хуже. Пожав плечами, Тао скомкал салфетку и выбросил её в ближайший мусорный бак.

— На аттракцион чашечки! Чашечки! — потребовал Кай, бешено кружась на месте.

Трей фыркнул на своего сына.

— Больше никакого сахара.

Ставя взятую напрокат коляску на тормоз, Райли сказала:

— Время ехать домой, дети. — Саванна и Декстер забрались в двухместную коляску, а Кай взобрался на спину отца. Как только Трей удобнее поместил ребёнка на широких плечах, Тао мягко отодвинул Райли в сторону и сам повёз коляску.

Место было довольно оживлённым, полно других семей, групп подростков и даже пар. Когда мимо проходила женщина с двумя плачущими малышами, Тарин заметила:

— Я считаю, дети действительно хорошо себя вели, особенно учитывая жару.

Райли кивнула.

— Они меня впечатлили.

Саванна высунулась из коляски, когда заметила ряд мягких игрушек, висящих на одном ларьке.

— О, можно мне одну?

Тао остановил коляску и принялся изучать игру в баскетбол. Ну, он уже в такое играл.

— Какую хочешь?

— Змейку, — ответила гадюка, выпрыгивая из коляски с широко раскрытыми от волнения глазами.

— И почему я не удивлён? — протянул Тао. Он вручил пять долларов аниматору, который затем дал Тао три мяча и объяснил правила игры. Как только Кай спрыгнул с плеч Трея и забрался на стеллаж, Декстер бросил картошку фри и вскарабкался Трею на спину… без сомнения, чтобы позлить Кая.

Крепко держа коляску, Райли наблюдала, как Тао встал, расставив ноги почти на ширину плеч, согнул колени и забросил все три мяча в обручи, будто постоянно этим занимался. Звякнул колокольчик, и Саванна отпустила ногу Райли, взвизгнув:

— Ты выиграл! — Когда Тао протянул ей плюшевую змею, она обняла его за ногу и одарила самой ангельской улыбкой. — Спасибо!

Он дёрнул её за косичку.

— Всегда пожалуйста.

— Блин, — тихо выругалась Тарин, когда кусочек мороженого упал ей на рубашку.

— У меня есть влажные салфетки в кармашке коляски, — сказала Райли. — Пора возвращаться в коляску, дети.

Кай спрыгнул с барьера и повернулся к Трею, в то время как Саванна скользнула в коляску со своей змеёй. Декстер… Декстер не полез за ней и не висел на спине Трея.

Он исчез.

Райли похолодела и принялась крутиться вокруг своей оси.

— Где Декстер? — Слова прозвучали тихо, неуверенно, но каждый волк услышал.

— Декстер! Декстер! — Нигде нахрен не было признаков ребёнка. Паника душила Райли, и она схватила Тао за руку, будто он мог сдержать истерику. — Где он?

Борясь с охватившим его страхом, Тао сделал глубокий вдох, просеивая запахи. Поймав аромат Декстера, Тао повернул направо.

— Он пошёл туда.

— Я повезу коляску, идите, — сказал Трей.

Райли, Тао и Тарин побежали по тропинке, следуя за запахом Декстера. Что бы ни было на их лицах, люди ахали и расступались.

— К его запаху примешался ещё один, — произнесла Райли. И оба запаха вели к выходу. Без раздумий Райли перекинулась. Ворон стряхнул одежду и сильно захлопал крыльями, отрываясь от земли. Он проплыл по воздуху и пролетел над выходом из парка. Паря над рядами машин, ворон искал детёныша. И заметил его. Декстер был вялым. Взрослый мужчина тащил его к машине, где ждал другой парень. Ворон спикировала вниз и вцепился когтями в волосы мужика, разъярённый тем, что тот попытался украсть ребёнка. Птица вцепилась ему в скальп, до крови. С громким криком боли он выпустил Декстера и ударил ворона. Но тот не отпустил его, а сильнее вонзил когти. Укусил его за пальцы. Закричал.

— Отвали от меня на хрен!

Жгучая боль пронзила ногу ворона и уколола в живот. Птица отпустила человека и отпрянула. Мужчина повернулся к детёнышу с ножом в руке, с которого капала кровь. Ворон преградил ему путь, агрессивно хлопая крыльями.

— Оставь ребёнка, Мазерс! Возвращайся в машину!

Самец, пристально смотревший на ворона, замер, переводя взгляд с неё на детёныша.

— Остальные приближаются, шевелись!

Мужчина выругался и поспешил к машине. Ворон хотел броситься в погоню за машиной, когда та уносилась прочь, но человеческая половина убеждала остаться с детёнышем и охранять его… это, по мнению человеческой половины, она не смогла сделать сама.

Тао упал на колени рядом с Декстером и вороном, его лёгкие горели. Он видел, как плавно поднимается и опускается грудь детёныша, чувствовал запах наркотика.

— Он без сознания, но жив. — Правда, это не успокоило Тао, потому что в его голове был образ человека, замахивающегося ножом на Райли. Резкий запах её крови витал в воздухе. Волк рычал, озлобленный запахом и желающий поохотиться на человека, который посмел причинить ей вред. Запаниковав, что её ранили, Тао потянулась к ворону, который стоял на траве. — Иди сюда. — Но птица попятилась. Он стиснул зубы. — Мне нужно осмотреть тебя. — Она щёлкнула на него клювом. — Райли, перекинься.

— Я не уверен, что ворон в ближайшее время отступит, — сказал Трей. — Давай просто сядем во внедорожник и уберёмся отсюда. Тарин подлечит её, когда вернёмся.

Кай коснулся плеча Тао.

— Я хочу домой.

— Мы едем домой, — сказал Тао, осторожно подхватывая Декстера, зная, что ворон последует за ним. Все быстро направились к внедорожнику.

Трей открыл боковую дверь и усадил Саванну и Кая. Ворон последовал за ним и уселся на подголовник. Вместо того чтобы запрыгнуть внутрь, Тарин обратилась к Тао:

— Они оба в порядке, Тао. Пожалуйста, не сваливай это на меня.

— Я не буду, — выдавил Тао, цепляясь за контроль, держащийся на самой тонкой, хрупкой нити.

— Из лапы ворона идёт кровь, и на животе немного, но не думаю, что он ударил её ножом, иначе крови было бы намного больше. Декстер накачан наркотиками и без сознания, но в остальном с ним всё хорошо. Не изводи себя сильно. Детям нужно, чтобы ты был спокоен, так как Райли не может быть такой.

После того, как Тао кивнул, Тарин скользнула на третий ряд пассажирских сидений, где её уже ждал Кай. Затем Тао сел во втором ряду, расположившись рядом с Саванной.

Прошло всего несколько мгновений, прежде чем Трей оказался на водительском сиденье, и они направлялись домой.

— Запах от Декстера — человеческий, — сказал Альфа.

— Парень, который пытался его похитить, один из головорезов Рамона, и был в тот день возле закусочной, — сказал Тао, молча проклиная себя. Он должен был подумать о том, что Рамон всё ещё может представлять угрозу. Ему даже в голову не приходило, что Рамон просто выжидал удобного момента. Он был так уверен, что с ними всё хорошо, а теперь пострадали и Райли, и Декстер. Саванна отстегнула ремень безопасности и приблизилась к Тао, покусывая большой палец и переводя взгляд с ворона на Декстера

— С ними все будет в порядке?

Дрожь в её голосе вызвала у Тао боль в груди.

— Да. Декстер просто спит; и скоро проснётся. Ворон слабо ранен, но Тарин сможет исцелить его, как только Райли перекинется.

— Почему она не перекинется сейчас? — спросила Саванна.

— Она злится и обеспокоена, поэтому хочет оставаться в таком облике и присматривать за вами.

— Но тогда Тарин не сможет исцелить её, ведь нужно, чтобы их рты соприкасались. — Саванна забралась к нему на колени и погладила Декстера по волосам. — Ты должен перекинуться, — сказала она ворону, но птица не послушалась.

Тарин перегнулась через сиденье и протянула Тао футболку. У них всегда в машинах было много запасной одежды.

— Перевяжи ей лапу, — сказала она.

Тао покачал головой.

— Она ни за что не позволит. — Ворон слишком взвинчен, так что Тао оставалось лишь надеяться, что она не потеряет слишком много крови и не отключиться. Дорога до территории Феникса казалась самым долгим путешествием в жизни. Ужас. Ярость. Тревога. Все эти чувства бурлили внутри. Запах крови Райли заставил волка расхаживать и рычать, но ворон отказался отступить.

Загнав машину на свободное место на стоянке, Трей открыл боковую дверь.

— Давай, я возьму Декстера, — сказал он Тао.

— Попробуешь и ворон… — Альфа отскочил, когда ворон щёлкнул клювом.

Неудивительно.

— Она слишком взвинчена, потому что не понимает, что не так с Декстером. Я сам отнесу его; она, очевидно, доверяет мне.

В момент, когда Трей отступил, ворон вылетел из внедорожника. Подголовник пропитался кровью, при виде чего Тао скрипнул зубами. Если чёртова птица в ближайшее время не перекинется в человека, чтобы Тарин смогла вылечить раны, он взорвётся.

Оказавшись внутри горы, они бросились в жилую зону. Данте вскочил, чуть не уронив свою пару с колен на пол.

— Какого хрена?

— Рамон, — выпалил Тао.

— В общем, — начал Трей, — один из его людей пытался похитить Декстера — кажется, сначала они дали ему снотворное, чтобы вывести из парка, не поднимая шума. Райли остановила человека в облике ворона, но ублюдок вытащил нож и порезал ей лапу и, возможно, живот. Раны, кажется, не очень серьёзные, но мы не можем подойти близко, чтобы сказать наверняка.

— Отведите их обоих в лазарет, — деловито сказала Грейс.

Тао усилил хватку на Декстере.

— В этом нет необходимости. Он просто без сознания. — И, по правде говоря, он не хотел отпускать детёныша. Он был таким маленьким и неподвижным…

Грейс вздёрнула подбородок.

— Это мне судить, Тао Лукас.

Трей покачал головой и указал на ворона, который сидел на подлокотнике дивана.

— Ты не сможешь забрать его, пока ворон не вернётся, Грейс. Прямо сейчас она доверяет только Тао.

Макенна осторожно приблизился к ворону.

— Райли, тебе нужно вернуться. Я знаю, это тяжело, милая. Да, она абсолютная развалина, но Декстера нужно проверить. А значит, Тао должен его отпустить.

Ворон распушил перья, не выглядя довольной Макенной. В этот момент Трик и Доминик вошли в комнату и ошеломлённо остановились.

— Какого хрена? — произнёс Доминик. — Что случилось?

Пока Трей рассказывал, Тао присел на корточки возле дивана и прошептал ворону:

— Давай, вернись ради меня. У тебя кровь, тебе нужна помощь. — Птица только моргнула на него. — Райли, борись с ней, если придётся, но перекинься. Если ты в ближайшее время не исцелишься, я сойду с ума. Сжалься надо мной.

Ворон издал цок-цок, который звучал как суровый выговор, но затем перья съёжились, а кости хрустнули. Он передал Декстера Грейс, отстранённо отметив, что другие дети последовали за ней. Затем Тао схватил плед со спинки дивана и завернул в него дрожащую Райли.

— Умница.

— Я

чертовски ненавижу ножи, — выдавила она.

— Как и я, — прорычал Тао. — Ты дрожишь. — Шок, подумал он. — Не проваливайся в исцеляющий сон.

— Не собираюсь, раны не так уж плохи. Нож задел ногу и живот, но это всё. Я много двигалась, чтобы этот ублюдок мог нанести ущерб. Где Декстер?

— Грейс отнесла его в лазарет. Ему лучше там отдохнуть.

Райли встала, собираясь последовать за ним, но Тао схватил её за талию.

— О нет, — сказала Тарин, — сначала тебе нужно исцелиться. — Альфа потащила Райли за диван и заставила лечь на пол. Тао, зная правила, открыл окно, а затем наблюдал, как Тарин положила ладонь на лоб Райли. Светящиеся пятна мерцали сквозь кожу Райли, показывая, где нанесён ущерб. Не то чтобы Тао нужно было видеть огни

— Раны не так уж плохи, — сказала она. На ноге был глубокий порез, а на животе — колотая рана. Тарин наклонилась, прижалась губами к губам Райли и глубоко вдохнула. Затем подняла голову, повернула её к окну и тяжело выдохнула. Чёрные частицы со свистом вылетели изо рта в окно. Пока альфа-самка повторяла процесс, её пара подошёл к Тао и похлопал его по спине. — Ты в порядке?

— Нет, я ни хрена не в порядке, — отрезал Тао. — Если бы этот нож задел артерию или…

— Этого не произошло.

— С ней ничего не случилось, Трей.

— Ничего не произошло. Послушай, теперь с ней всё хорошо.

Слегка пошатываясь, Тарин поднялась на ноги.

— Мне нужна вода и шоколад.

— Любой повод для шоколада, — поддразнил Трей, поддерживая Тарин.

— Я принесу! — вызвалась Лидия, прежде чем исчезнуть из комнаты.

Тао поднял Райли и прижал к себе. Она ещё дрожала, но уже не от шока, а от ярости. Он крепче обнял её, раскачивая из стороны в сторону.

Доминик скрестил руки на груди.

— И как кто-то пытался похитить Декстера?

— Только он сидел у Трея на шее, а в следующую минуту его уже не было, — ответил Тао.

— Сидел на шее у Трея? — Доминик потёр подбородок. — Как думаешь, может, они приняли его за Кая? Ну, они могли подумать, что Тарин с большей вероятностью будет сотрудничать, если у них её ребёнок.

Тарин покачала головой.

— Все знают, что перевёртыши защищают всех членов своей стаи. Рамон должен знать, что я не позволил бы ни одному ребёнку умереть за меня.

— Я не понимаю лишь, почему он просто не обратится к другому целителю, — сказал Трик.

Трей прищурился.

— Может, он так и сделал. Ретт, проверь, не умер ли в последнее время кто-нибудь из известных, могущественных целителей.

Их хакер достал iPhone для поиска последних новостных статей. Тао с благодарностью взял одну из бутылок воды, которые Лидия принесла с кухни, и отвинтил крышку.

— Вот, выпей.

Райли сделала глоток, тихо негодуя, поэтому он нежно погладил её по спине.

— Я убью его, — пророкотал Тао.

— Не ходи охотиться на Рамона, — приказал Трей. — Я серьёзно, Тао. Пока мы здесь, он не может до нас добраться. Как бы я ни ненавидел бездействие, отказываюсь ставить Тарин в ситуацию, когда ей придётся выбирать между своей жизнью и жизнью кого-то из стаи.

— Мы предполагаем, что Рамон отступил, чтобы мы ослабили безопасность? — спросил Гейб.

— Я думаю, вполне возможно, что он действительно отступил на какое-то время, — сказал Ретт. — Недавно в Калифорнии умерли три целителя — пума, медведь и лиса. У всех произошло кровоизлияние в мозг.

Тао повернулся к Тарин.

— Может ли такое случиться с целителем, если он выжжет свой дар?

Альфа-самка пожала плечами.

— Возможно, я не знаю. Но мне кажется странным, что трое умерли таким образом.

Макенна наклонилась к Райану.

— Парень, очевидно, убеждён, что ты можешь помочь его брату.

— Но я не могу, — сказала Тарин.

— Такие люди не понимают «я не могу», — бросил Райан. — Они привыкли, чтобы всё было по их, и чтобы люди беспрекословно выполняли их приказы.

Тарин всплеснула руками.

— Но ведь смерть трёх целителей заставила бы его подумать, что, в конце концов, перевёртыши не могут лечить такие болезни.

— Может, он просто не готов отказаться от своего брата и готов исчерпать все возможные варианты, — заметил Ретт. — В некотором смысле, я думаю, ты для Рамона как экспериментальный наркотик. С его точки зрения, ему нечего терять.

Трей сжал плечо своей пары.

— Он попробует ещё раз.

Потирая лоб, Тарин вздохнула.

— Проблемы, кажется, надвигаются на нас со всех сторон, и это выводит меня из себя.

Взяв у Райли пустую бутылку, Тао сказал:

— Пошли, детка, тебе нужно отдохнуть.

Райли нахмурилась.

— Мне нужно увидеть Декстера.

— Он, наверное, ещё спит, — указал Тао.

— Мне нужно увидеть Декстера.

Он поднял руки, чувствуя, что эту битву он не выиграет, и что она очень близка к тому, чтобы сойти с ума.

— Я отведу тебя.

Положив руку ей на спину, он повёл её в лазарет. Декстер лежал на раскладушке, а Грейс, Хоуп и другие дети наблюдали за происходящим. Веки детёныша затрепетали, и он издал мяукающий звук.

Грейс улыбнулась Райли.

— Я как раз собиралась позвать тебя. Когда он проснулся, сразу позвал тебя. Он не очень бодр, но с ним всё в порядке.

Райли поцеловала его в макушку.

— Привет, чемпион. — Её ворон хотел взять его под своё крыло. — Ты в порядке?

— Устал, — прошептал он, будто у него не было сил говорить. — Воздушный шар.

Тао удивлённо моргнул.

— Ты прав, мы забыли воздушный шарик.

Райли убрала волосы с его лба.

— Мы купим тебе его в следующий раз.

Детёныш негромко замурлыкал и закрыл глаза. Через несколько секунд он снова заснул.

— Я не думаю, что он что-то помнит, — сказал Тао.

Грейс поправила покрывало.

— Такое часто случается с некоторыми транквилизаторами. Я присмотрю за ним, Райли. А ты иди и отдохни.

— Но…

— На тебе плед и кровь, — указала Грейс. — Иди, с ним всё в порядке.

После того, как она быстро поцеловала других детей в щёку, Тао вывел её из лазарета в их спальню, заперев дверь. Расхаживая по комнате, Тао запустил руку в волосы и крепко зажмурился.

— Когда я увидел, как этот ублюдок утаскивает Декстера, клянусь, сердце остановилось. А потом он вытащил нож… Мне никогда в жизни не было так страшно. — Открыв глаза, он замер. Взгляд Райли был пустым, подбородок прижат к груди, а поза — полностью замкнутой. — О, чёрт возьми, нет. — Надвигаясь на неё, он зарычал. — Ты не должна корить себя за это. Это не твоя вина.

Она сглотнула, её гнев и стыд были осязаемы.

— Я должна была следить за ним.

— Ты следила. Мы все.

— Они не смогли бы похитить его, если бы я следила. — Райли глубоко вдохнула, зная, что близка к срыву. Она не хотела, чтобы Тао почувствовал жестокость её гнева, ведь он ничем не заслужил это, иначе, она бы выместила злость на нём. — Мне нужно немного побыть одной. — Это не просьба.

Он снова зарычал.

— Не смей, чёрт возьми. Не отстраняйся от меня.

— А я и не стану.

— Я вижу, как ты это делаешь. Когда тебе больно, ты отключаешься, отступаешь и отстраняешься. — Тао этого не допустит. — Поговори со мной.

Она согнула пальцы.

— Я просто хочу немного побыть одна. Что в этом плохого?

— Ты бы оставила меня, когда мне было больно?

— Дело не во мне! Речь идёт о двухлетнем детёныше, который уже достаточно натерпелся!

— И тебе больно за него, но ты винишь себя. Это не твоя ошибка, слышишь?

— Мне нужно подышать свежим воздухом. — Она развернулась к балкону, но Тао схватил её за руку и развернул к себе. Гнев пронёсся по её венам, заставляя конечности покалывать. — Не смей так грубо со мной обращаться!

— Я не сделал и никогда не сделаю тебе больно, но я тебя не отпущу. Не позволю тебе наказывать себя, Райли. А именно это ты и сделаешь, если я отпущу тебя. Ты перекинешься, и будешь летать, пока не перенапряжёшься.

Он прав, она так и сделает.

— Отпусти меня.

— Заставь, — насмехался он. — Давай, Райли. Выбей из меня дерьмо, иначе сведёшь себя с ума.

— Я не стану вымещать дерьмо на других. Это твоя фишка.

Он улыбнулся на это едкое замечание.

— Вот именно, детка, продолжай. Что ещё я делаю такого, что тебя бесит?

— Ты хочешь слишком многого!

— Чертовски верно. Я не буду удовлетворён, пока не завладею каждой частичкой тебя, внутри и снаружи. Не останавливайтесь. Что ещё?

— Ты пытаешься заставить меня делать то, что ты хочешь!

— Да. На самом деле, я делаю это прямо сейчас. Давайте послушаем остальное.

Боже, она хотела стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Или, может, просто вырвать её когтями. Он считал себя таким чертовски умным.

— Были времена, когда я принимала похоть за любовь, но глубокое отвращение к тебе, определённо настоящее.

Он просто мягко улыбнулся.

— Ты не ненавидишь меня, детка. А любишь и знаешь это, но боишься.

Она покраснела.

— Ни хрена я не боюсь!

— Да, боишься, что я оставлю тебя, боишься, что тебя будет недостаточно на всю жизнь, и это самый нелепый страх. Я бы никогда не предложил заявить на тебя права, думай иначе.

Она хохотнула.

— Если думаешь, что я когда-нибудь позволю тебе заявить на меня права, можешь поцеловать меня в задницу!

— Помоги мне Бог, Райли, если ты ещё раз заговоришь о своей заднице, я трахну её.

Она резко втянула воздух.

— Укуси меня, Фенрир.

В его смешке не было иронии.

— Не стоило тебе этого говорить. — Он толкнул её к стене, накрыл губы своим ртом и проник языком внутрь. Она боролась с ним, цепляясь за руки. Но быстро перестала сопротивляться, и погрузилась в него. Поцелуй был страстным. Голодным. Жадным.

Он наслаждался ею, исследуя рот и посасывая язык. Сбросив плед, Тао втиснул своё бедро между её ног, прижимая к стене.

— Расстегни мои джинсы. — Вместо этого она сорвала с него рубашку и укусила за плечо — доминирующее движение, которое подсказало, что не он контролирует ситуацию. Слишком плохо, что Тао не станет подчиняться. Схватив Райли за волосы, он дёрнул её голову в сторону и зарычал на ухо:

— Борись со мной, если хочешь, но никогда не будешь доминировать в постели. — Она действительно боролась и сопротивлялась. Немного царапалась. Рычала. Даже пнула его. Тао сковал её запястья одной рукой и прижал их к стене над головой. Свободной рукой он схватил её за горло и сжал. — Веди себя хорошо.

— Пошёл на хер, — прошипела она.

— Это ты на нём окажешься.

Райли была готова поклясться вырвать ему горло, но он схватил её за бедро и прижал клитор к своему бедру. От трения Райли ахнула. Снова и снова он делал это, лишая способности думать, пока в голове не осталась лишь одна мысль — как хорошо. Нуждаясь в большем, она начала сильнее тереться об него, содрогаясь от ощущения джинсовой ткани.

В награду он поцеловал её в шею и начал сжимать её грудь. Затем провёл языком по соску.

— Ты моя, Райли?

Его глаза сверкнули предупреждением. Она знала, он хотел, чтобы она перестала сопротивляться. Но Райли не так-то легко контролировать.

— Вроде того. Он выгнул бровь и неожиданно изогнул губы в усмешке.

— Вроде того?

— Вроде того.

— Ну, судя по тому, как ты трёшься о моё бедро, и то, что я чувствую, какая ты влажная через джинсы, твоё тело знает, что оно моё. — Он прикусил её губу. — И давай будем честными, детка… Ты тоже знаешь.

Тао поднял её и бросил на матрас. От сладкого запаха её желания у него закружилась голова. Он должен попробовать её на вкус. Тао упал и прижал рот к её лону. Райли сжала его волосы в кулаке, пока он лизал, потягивал и пил, утопая в её вкусе и аромате. Желая большего, он жёстко и быстро довёл её до оргазма, отчего она простонала стонать его имя и почти вырвала клок волос из его головы. Облизнув губы, он сбросил с себя одежду. Видеть раскрасневшуюся Райли, с набухшим губами и раздвинутыми ногами… Его член охренительно пульсировал.

— Идеальна. И вся моя. — Накинувшись на неё, он прорычал: — Не спорь, Райли. — Она дала ему то, о чём он просил, тихо постанывая. — Готова к тому, чтобы я заявил на тебя права? Потому что именно это и произойдёт

При этих словах Райли замерла.

— Если оставишь на мне метку, никогда не сможешь стереть её. Она не исчезнет, даже если изменишь мнение обо мне, она всегда будет там.

— Хорошо, именно там ей самое место. — Он заставил Райли обнять себя ногой. — Я знаю, что ты напугана. Но обещаю, детка, тебе не нужно беспокоиться о том, что я передумаю. На Земле не существует силы, чтобы заставить меня отпустить тебя. — Это чистейшая правда. — Я хочу заявить на тебя права, потому что выбрал тебя, потому что люблю тебя. И ты любишь меня, так? — Она кивнула. — Несмотря ни на что, я твой. Теперь ты… скажи это. Скажи, Райли.

Она сглотнула.

— Несмотря ни на что, я твоя.

— Никаких стен, никаких сомнений.

— Никаких стен, никаких сомнений.

Он врезался в неё, скрипнув челюстью, когда она сдавила его внутренними стенками. Понимание, что он собирался заявить на неё права, что после этой ночи она будет безвозвратно принадлежать ему… заставило её голод бушевать, а его волка заставило потерять контроль.

Райли впилась ногтями в спину Тао, пока он глубоко входил в неё. Он всегда был груб, но сейчас всё иначе. Почти по-звериному, будто его волк питал потребность заявить на неё права. Толчки были жестокими, темп безжалостным, а черты лица Тао превратились в дикую маску неприкрытого голода и чистого собственничества. И Райли наслаждалась каждой минутой. Чувствуя, как близится оргазм, Тао провёл зубами по горлу Райли, прямо там, где хотел оставить метку. Она застонала, выгибаясь навстречу, показывая, что хочет этого. Лишь это ему было нужно. Тао сильно вонзил зубы, облизывая и посасывая, чтобы оставить постоянный след, который сказал бы миру, что Райли принадлежит ему. Её лоно стало горячим, напряглось и стало сжиматься.

Райли закричала, стискивая волосы Тао и упираясь пятками в основание его позвоночника. Затем встала на дыбы и укусила его за шею, ставя и ему метку. Тао глубоко вошёл в неё и излился в тело Райли. Вот тогда-то это и случилось.

У Тао перехватило дыхание, боль пронзила голову и грудь. Ему показалось, что мир накренился и поблёк, зрение затуманилось и расплылось. Единственное, что было твёрдым — женщина под ним… И брачные узы, сильные, яркие и полные, которые внезапно связали их. Используя то немногое, что осталось, Тао перекатился на бок, прижимая Райли к себе. Его волк прижался к его коже, желая быть рядом со своей парой. Тао не лгал, когда сказал, что не уверен, была ли она его парой; но ему было всё равно. Если бы потребовалось запечатление, чтобы навсегда привязать её к нему, так и будет.

Одним из больших преимуществ того, что они истинная пара — им не нужно ждать, пока сформируется связь. Ему нравилось чувствовать Райли через связь. Ему особенно нравилось, что их ароматы смешались в один уникальный запах, который говорил миру, что она принадлежала ему.

Содрогаясь, Райли облизала губы.

— Это было… напряжённо.

«За неимением лучшего слова», — подумала она.

Тао провёл большим пальцем по укусу на её горле.

— Связь полностью сформирована, поэтому так.

Райли моргнула, всё ещё немного шокированная, обнаружив, что они — истинная пара. Её ворон был под кайфом от счастья.

— Разве обычно не требуются определённые шаги, чтобы связь было полной?

— Иногда, но не для нас. Может, это потому, что мы дали клятвы перед тем, как заявить права друг на друга — ничто не могло бы повлиять на частоту связи.

Он всегда беспокоился, что связь заставит его чувствовать себя пойманным в ловушку, но это совсем не так. Он чувствовал себя цельным, спокойным и счастливым, немного как во сне, но лучше. И подумать только, что он, возможно, никогда бы этого не узнал, потому что вёл себя, как дерьмо.

— Не могу поверить, что я пытался вышвырнуть тебя с нашей территории.

Она скривила рот.

— Я никогда не позволю тебе забыть об этом.

Тао был уверен, что Трик тоже никогда не позволит ему смириться с этим.

— Нашим детям понравится эта история.

— Детям?

— Ты ведь хочешь детей, верно? Я знаю, что технически у нас уже есть двое…

— Я хочу детей. — Она просто была немного удивлена энтузиазмом в его голосе.

— Хорошо. — Запустив пальцы ей в волосы, он поцеловал Райли. — Было бы лучше, если бы наша маленькая девочка не была вороном. Она заставила бы всех мальчиков бегать за ней только для того, чтобы поиграть с её волосами. — Он находил их завораживающими и подозревал, что другие мужчины тоже.

Райли только закатила глаза.

— Думаешь, стая будет удивлена, что мы истинная пара?

— Сомневаюсь. Сомневаюсь, что и твои дяди тоже. — Может, Итан и Макс были правы, и Тао на каком-то уровне почувствовал, что Райли принадлежит ему. Он так долго боялся найти свою пару, что предположил, будто естественно ему чувствовать угрозу с её стороны. И снова он вёл себя тупо. — Думаю, узнаем это утром. Я хочу провести эту ночь с тобой.

— Звучит неплохо… — Она нахмурилась, когда он перевернул её на живот. — Ну, это было немного неожиданно. — Он погрузил в неё палец, покрутил, а затем поднял к отверстию сзади. Она замерла. — Tao…

— Мне это нужно. Я не могу объяснить, почему мне это так нужно, просто хочу. — Так будто претендовал на каждую её частичку. — Тебе понравится, детка, обещаю. Доверься мне.

Райли прижалась лбом к кровати, пока он медленно и нежно готовил её, лаская сначала одним палец, затем двумя. Было больно, хотя и не очень сильно. Но когда она, наконец, почувствовала, как головка его члена начала давить на неё, задумалась, будет ли это, в конце концов, приятно.

— Тао, я не думаю, что у нас получится.

Он погладил её по спине.

— Твоё тело создано для того, чтобы принимать меня, Райли. Ты это знаешь. Просто расслабься.

Расслабиться? Она фыркнула.

— Я бы хотела посмотреть, как ты расслабишься, пока чувствуешь, как долбаный ствол толкается в твою прямую кишку.

Он усмехнулся.

— Выталкивай меня, когда я буду проникать внутрь; так будет легче. Хорошая девочка. — Когда его член медленно погрузился в задницу, Райли затаила дыхание. Давление размера и толщины обжигало, но Тао задевал все виды нервов, заставляя её клитор покалывать. Погрузившись по самую рукоять, он шлёпнул её по заднице. — Дыши.

Когда она сжала член, Тао понял, что это не самая лучшая идея.

— Извини, детка, но я не могу ждать. — Он начал двигаться, заявляя права и на задницу Райли. Он мог чувствовать её удовольствие через брачные узы — удовольствие, которое усиливало его и заставляло член набухать. Когда она начала встречать его толчки, Тао понял, что долго не продержится. Он протянул руку и потёр её клитор большим и указательным пальцами так, как ей это нравилось. Мгновение спустя Райли запрокинула голову и открыла рот в беззвучном крике. Тао врезался в неё раз, другой, а затем снова взорвался.

Она опустилась на матрас.

— Теперь доволен?

— Чертовски, — невнятно пробормотал Тао. — И опустошён. Душ, потом сон, потом снова трах.

— Согласна.

Редкость для Тао проснуться раньше Райли, держа в ладони её грудь. И эта поза заставила его улыбнуться. Теперь она принадлежала ему. Целиком и полностью. И он знал, что убьёт, солжёт, украдёт — всё, что угодно, — чтобы так и оставалось. Чувствуя удивление и вибрацию брачных уз, Тао мог оценить, насколько трудно перевёртышу пережить их потерю. Райли не просто связана с ним; а будто была частью его, чем-то, что он мог чувствовать внутри себя и вокруг себя. Что-то, что согревало, укрепляло и дополняло его. Если что-то отнимет у него Райли, это уничтожит его на всех уровнях.

Он поцеловал её в плечо, но она не пошевелилась. Он не был удивлён. Он будил её несколько раз за ночь, и каждый раз жёстко брал. Она ни разу не отвернулась от него и не потребовала, дать поспать, что было для него настоящим чудом. Но Райли итак стала для него настоящим чудом. Он н стал бы её будить, но, посмотрев на часы, понял, что у них около часа до окончания завтрака. Он нежно сжал грудь Райли и прошептал ей на ухо:

— Пора просыпаться. — Она что-то пробормотала в подушку. — Иначе, мы пропустим завтрак.

— Я чувствую твой голод через узы, — проворчала она. — Это может раздражать. — Райли не хотела испытывать голод, когда на самом деле это он голоден. Она и представить себе не могла, что связь будет такой… наполненной эмоциями. Это немного ошеломляло. — Думаешь, мы всегда будем так сильно чувствовать чувства друг друга?

— Связь моих родителей полностью установилась, — сказал Тао. — Я помню, они говорили, что каждое отдельное чувство и эмоция сначала казались усиленными, но они привыкли.

Райли нахмурилась, когда кое-что пришло ей в голову.

— Это может быть плохо. Если я буду лежать в постели без сна, могу тебя разбудить.

Он пожал плечами.

— Я всё равно обычно просыпаюсь, когда и ты. Я чутко сплю, а ты ёрзаешь, когда не можешь заснуть.

— Ты будто жалуешься. — Но по его голосу было совсем не похоже, что он жаловался.

— С чего бы мне жаловаться? Ты не виновата. Ты же не просила страдать от бессонницы.

«Для парня со слабым терпением он иногда может быть очень понимающим», — подумала она. Такое редкость. Потянув за руку, которой он сжимал её грудь, она сказала:

— Отпусти, и я соберусь.

Вместо этого Тао поднял её ногу и вошёл в тело.

— Не часто мне удаётся заниматься с тобой утренним сексом. — Он трахал её жёстко и быстро, утопая в чувствах и ощущениях, которые вибрировали по связи. Потом поцеловал место укуса. — Душ, потом завтрак.

— Ты иди, а я догоню. — Примерно через час или около того.

— Давай, я голоден, ты голодна. — И он хотел поделиться новостью со стаей, что он и Райли связаны. Она издала многострадальный вздох.

— Ладно.

Быстро приняв душ, они начали натягивать одежду. Схватив носки, Тао с тяжёлым вздохом отвернулся от комода.

— Ладно, что ты с ним сделала?

Подняв взгляд от туфель, Райли моргнула.

— С чем?

— Не надо. Просто скажи мне, где оно.

— Тебе очень нужно конкретизировать.

Он стиснул зубы.

— Моё кольцо с ониксом. Ты взяла его. Верни.

Она склонила голову набок.

— Я никогда не видела, чтобы ты носил кольца.

— Я его не ношу, но сохранил, потому что мама подарила мне его на восемнадцатилетие. — Оно имело сентиментальную ценность для его волка, но зверь не был так раздражён, потому что его забавляли выходки Райли.

— О, это очень мило с её стороны.

— И где оно?

— А где оно обычно лежало?

Натягивая носки, он сказал:

— Я положил его в верхний ящик комода.

— Тогда всё ещё лежит там. Не вини меня, если потеряешь кольцо.

Он закрыл глаза.

— Слишком рано, Портер, рано. Просто отдай его мне.

— Я хотела бы помочь, и хочу.

Тао выругался, засовывая ноги в ботинки.

— Ты заноза в моей заднице.

— Что ж, прошлой ночью ты был занозой, так что, думаю, мы квиты.

Вспомнив, каково это было, он улыбнулся.

— Я заявлял права на то, что уже принадлежит мне. Тебе понравилось.

Он обернулся на стук в дверь. Он привык к тому, что дети приходят по утрам, но стук был слишком сильным. Открыв дверь, он обнаружил там Альф. Его волк насторожился.

— Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке, — сказал Трей. — Мы можем поговорить?

Тао отступил, чтобы пустить их, а затем подошёл к Райли и переплёл их пальцы.

— Доброе утро, — сказала Тарин, втянула воздух и улыбнулась, очевидно, понимая, что их запахи смешались. — Ну, черт возьми, не могу сказать, что удивлена. Поздравляю!

— Спасибо, — сказала Райли.

— Истинная пара? — спросила Тарин.

— Да, — подтвердила Райли.

Тарин развернулась к своей паре.

— Ты должен мне пятьдесят долларов, Флинстоун.

Тяжело вздохнув, Трей вытащил бумажник, передал деньги и объяснил Тао и Райли:

— Я поставил на то, что вам потребуется запечатление. Тарин настаивала, что вы истинная пара.

— Тебе не стоит ставить против меня. — Тарин пролистала долларовые купюры, пересчитывая их. — Я знаю своих товарищей по стае вдоль и поперёк. И теперь, когда ты стала парой Тао, официально одна из нас, Райли.

Тао выгнул бровь.

— Ты знаешь нас вдоль и поперёк? Тогда, пожалуйста, скажи, где она прячет то, что крадёт…

— Заимствует, — поправила Райли.

— …потому что я хотел бы получить обратно своё кольцо.

Тарин похлопала себя по щеке.

— Эм, я не знаю. — Она похлопала его по руке. — Райли вернёт его. Когда-нибудь. — Повернувшись к Райли, она сказала: — Мы надеялись застать вас перед завтраком, чтобы немного поболтать.

Райли замерла, увидев их серьёзные выражения.

— Поболтать?

— Новости не плохие, — быстро добавила Тарин, уверенно подняв руки.

Трей расставил ноги.

— Мы хотим предложить вам должность Опекуна.

Райли дважды моргнула.

— Я прошу прощения, что?

— Ты и без того действуешь, как опекун, — сказал Трей. — Просто теперь всё будет официально.

Опекун наблюдал и контролировал детей в стае. Альфы предложили ей такую должность, только если бы верили не только в её способность защитить детей, но и в то, что она не причинит им вреда. Хотя Тао сказал, что Тарин, вероятно, предложит ей эту должность, Райли не была убеждена, поскольку не ожидала от них такого уровня доверия. Теперь это стало для неё настоящим шоком, поскольку…

— Декстера чуть не похитили из-за меня.

Тарин фыркнула.

— Его чуть не похитили, потому что у Рамона поехала крыша. Ты заметила, что он исчез, нашла его и спасла. Если бы ты не добралась до него так быстро… — Тарин замолчала и покачала головой. — Давай не будем думать об этом. Ты не виновата в том, что произошло. Ты герой часа, и мы хотим, чтобы ты стала Опекуном.

Когда Райли пришла в голову одна мысль, она спросила:

— Будет ли это означать, что Тао потеряет свою должность телохранителя?

— Нет, — ответила Тарин. — Это означает, что вы сможете проводить вместе достаточно много времени.

Тао улыбнулся, ему чертовски понравилась эта идея.

— Эта должность тебе подойдёт, — сказал он Райли, но она прикусила губу, колеблясь.

Трей нахмурился.

— Могу я спросить, почему ты так неохотно присоединилась к нашей стае?

Райли почесала затылок.

— Это означало бы официальный уход из стаи — шаг, который очень похож на отказ от дядей.

Но если и было что-то, чему научило её недавнее пребывание там — для неё в стае Эксэдес нет места. Более того, она больше не чувствовала там как дома. Территория стаи Феникса стала домом.

Тарин понимающе кивнула.

— Ну, теперь, раз ты в паре с Тао, ты официально член стаи — не потому, что ты кого-то бросаешь, а потому, что ты влилась в стаю. — Тарин потёрла руки. — Итак, хочешь получить эту должность? Это не означало, что только ты будешь с ними — всем нравится проводить с ними время, и у тебя есть своя жизнь. Это просто означает, что ты их голова. Вполне логично, что это будешь ты. Во-первых, Саванна и Декстер признают авторитет только в тебе. Хорошо ведут себя с тобой, но только потому, что не хотят тебя разочаровывать. Во-вторых, не думаю, что ты захочешь, чтобы кто-то ещё присматривал за ними.

Что ж, это, безусловно, правда. Райли нравилось заботиться о детях, нравилось знать, где они. Её ворон, гордый и польщённый, горел желанием принять мантию Опекуна.

— Я благодарю за ваше предложение… И я принимаю его.

Тарин просияла.

— Потрясающе!

Трей одобрительно кивнул.

— Увидимся с вами за завтраком. Не волнуйтесь, не скажем остальным, что вы теперь пара. Сами скажите.

Как только Альфы ушли, Тао притянул Райли к себе.

— Принятие должности Опекуна правильный поступок. — Стае он не был нужен до появления Райли, потому что у них были только Кай и Лила. Тао подозревал, что Грейс назначат Опекуном, если бы Райли не присоединилась к стае. Как бы Грейс ни была великолепна, не подходила на эту должность, как Райли. — Утро стало бы ещё лучше, отдай ты мне чёртово кольцо.

— Ты лаешь не на того ворона, Фенрир.

Тао зарычал.

— Хорошо, блин, что ты стоишь этих хлопот, Портер. Мне нужен кофе и еда. — Одним быстрым движением он перекинул её через плечо, не обращая внимания на испуганные писки, и вышел из комнаты. Он опустил её на пол только перед тем, как они добрались до кухни. Пресекая оскорбления, которые она могла бы бросить в его адрес, он поцеловал её так, что перехватило дыхание.

— Ты прекрасно знаешь, что не стоит называть меня Фенриром.

— Но это весело.

Он вздохнул.

— Как скажешь. — Переплетя их пальцы, Тао потащил Райли на кухню. Стая подняла глаза и либо кивнула, либо одарила их отсутствующей улыбкой. Только когда они приблизились к столу, головы поднялись. Широко раскрыв глаза, стая мгновенно вскочила на ноги, поздравляя. Ну, кроме Греты и Доминика. Откинувшись на спинку стула, Доминик смотрел на них с озадаченным выражением лица.

— Вы создали пару? Серьёзно? Странно. Я всегда считал тебя призраком, — сказал он Райли, и на его лице расплылась ухмылка. — Ты преследуешь меня во снах каждую ночь.

Тао зарычал, сжимая кулаки, борясь с желанием ударить стража.

— Доминик, почему ты ненавидишь себя?

— Ты действительно должен быть самоубийцей, чтобы упорствовать в этом, Дом, — добавил Маркус. Остальные кивнули или пробормотали что-то в знак согласия.

— Да ладно! — сказал Доминик. — Ты же не можешь винить меня за то, что я нахожу её сексуальной? Иногда я хочу, чтобы у меня было косоглазие, и увидеть её дважды.

Потеряв терпение, Тао дал стражнику подзатыльник. Доминик только рассмеялся, очень довольный собой.

Лидия вздохнула, глядя на Доминика.

— Милый, тебя так часто били по твоей сумасшедшей голове, я удивлена, что ты ещё не писаешься в штаны

Доминик перестал жевать сэндвич.

— На самом деле, я тоже.

Закатив глаза на его выходки, Райли повернулась к Саванне и Декстеру. Ни один из них не произнёс поздравлений. Они сидели на своих стульях, настороженно поглядывая на неё и Тао.

— Вы теперь пара? — спросила Саванна.

Тао присел на корточки.

— Райли всё ещё ваша, — сказал он им. — Просто теперь мы делим её. А значит, что всегда есть кто-то, кто позаботится о ней. Верно?

Саванна на мгновение задумалась, а затем улыбнулась.

— Мы как команда Райли.

Тао кивнул.

— Именно. — Он взъерошил копну кудрей Декстера. Ребёнок протянул ему жёлудь из кармана, что Тао решил истолковать как знак согласия, поэтому с благодарностью принял дар.

Грета одарила Райли одним из своих снисходительных взглядов.

— Судьба сильно подвела тебя, мой мальчик, — сказала она Тао.

— Началось, — пробормотала Тарин.

Райли взглянула на Макенну и скосила глаза. Старуха могла сказать Эйвери, что Тао могла бы достаться кто похуже, но маловероятно, что когда-нибудь действительно полюбит Райли. И в противном случае, всё равно мерзко бы относилась к Райли только потому, что была сумасшедшей.

— Она же ворон, ради бога, — пожаловалась Грета.

Райли фыркнула.

— По крайней мере, я не талисман калифорнийского отделения психотических сук. — Не обращая внимания на испуганный вздох женщины, Райли повернулась к Тао. — Хочу позвонить дядям.

— Ладно. — Тао поцеловал её, а затем нежно хлопнул по заднице. — Не задерживайся. — Выдвинув стул рядом с Триком, он сел.

— Я же говорил, — поддразнил Трик с ухмылкой.

Тао бросил на него взгляд, полный отвращения.

— Сколько тебе, двенадцать?

Ничуть не обидевшись, Трик впился зубами в тост.

— Всё ещё странно, что твоему волку она сначала не понравилась.

— Может, наши звери не всегда знают, когда встречают истинную пару? — Или, может, волк Тао так же остерегался спаривания, как и он, хотя Тао сомневался. Их звери приземлённые в образе мышления. На самом деле у них не было проблем. Тао не знал. Но знал, что единственной проблемой волка было то, что его пара, стоящая в углу кухни, слишком далеко. Прилипчивый ублюдок.

Телефон прозвонил всего два раза, прежде чем Итан взял трубку.

— Доброе утро, милая, — поприветствовал он её.

— Привет, — сказала Райли. — Позови Макса, и включи громкую связь, чтобы я могла поговорить с вами обоими.

Итан присвистнул.

— Райли хочет поговорить с нами!

— Хорошо, — объявил Макс несколько мгновений спустя.

Райли улыбнулась и сделала глубокий вдох.

— У меня есть новости.

— Ты и Тао — пара, — сказал Итан. — Ой! Зачем ты так сделал?

— Ты мог бы позволить ей рассказать нам, — упрекнул его Макс.

— Зачем, когда мы уже знали? — Итан казался искренне смущённым.

— Чтобы она могла сообщить нам хорошие новости.

Райли вздохнула.

— Поскольку никто из вас не жалуется, всё хорошо?

— Нам нравится Тао, — ответил Макс.

— Из-за тебя, — добавил Итан. — Обещай, что у не проведёшь брачную церемонию без нас.

— Я не собираюсь устраивать церемонию, пока всё дерьмо не закончится, — заверила она. Райли подумала о том, чтобы рассказать им о произошедшем в парке развлечений, но не увидела необходимости беспокоить их. Им было бы больно от того, что не могли защитить её, потому что вынуждены следить за другими воронами. — Вся стая на месте?

— Да, — ответил Итан. — Мы в постоянном контакте с Хью и стражами — все бдительны, но пока никаких проблем не было.

— Предполагаю, что всё больше и больше людей думают, что Дана права, и что тогда за стрельбой стояла я. — Это был скорее вопрос, чем утверждение.

— Я бы сказал, что наш друг притих, чтобы бросить на тебя подозрение и заставить нас перестать пристально следить за всеми. Итан оказался на этот счёт прав.

— Вы не отрицаете, что люди подозревают меня, — начала она, — так что предполагаю, я права.

— В основном говорят лишь Дана, Ширли и Синтия. — Насмешка Макса явно слышалась в его голосе. — Не расстраивайся из-за этого, милая. Они того не стоят.

— Не трать на них свои мысли. Ты только что создала пару, наслаждайся, — убеждал её Итан.

Она улыбнулась.

— Будет сделано. Люблю вас.

— И мы тебя, милая, — сказал Итан.

— Люблю тебя, Рай… — Макс издал звук поцелуя как раз перед тем, как повесить трубку.

Убрав мобильник в карман, она подошла к столу и села рядом с Тао. Он уже налил ей кофе и положил на тарелку блинчики, политые сиропом.

— О, спасибо. — Она не пропустила, как Гейб одними губами произнёс:

«Подкаблучник».

Но Тао только хихикнул.

— Как поживают дяди? — спросил Тао.

— На слух хорошо для тех, кто больше не доверяет большинству своих товарищей по стае.

— Ты сказала им, что мы пара?

Она наколола вилкой маленький кусочек блинчика.

— Ага.

— Они рады за тебя?

Она улыбнулась, услышав нотку: «Лучше бы так и было» в голосе Тао.

— За нас, да.

— Хорошо.

— Думаю, они немного разочарованы тем, что я больше не часть стаи, но скрыли это от меня. — Она просто знала их слишком хорошо.

— Ты рассказала им о Рамоне?

— Нет. Иначе расстроила бы их из-за того, что они не могли быть здесь и помочь, не говоря уже о том, что начали бы беспокоиться обо мне ещё больше. — Она отхлебнула кофе. — Ты планируешь позвонить родителям и рассказать, что мы пара?

— Да. После завтрака… Как насчёт того, чтобы выпустить зверей поиграть? — Его волк жаждал этого. — Будем держаться поближе к горе.

Её ворон оживился.

— Давай.

Как только они закончили с завтраком, Тао пошёл звонить родителям, а Райли разместила детей в игровой комнате с Грейс и Реттом. К крайнему удивлению Райли, и Эйвери, и Леннон настояли на том, чтобы поговорить с Райли, и поздравить её, а затем пообещали, что скоро навестят их. Что ж, приятно знать, что она не будет вечно враждовать со свекровью. Покончив со всем этим, она и Тао выбрались из пещер. На поляне у озера он начал снимать одежду. Райли была настолько отвлечена игрой мышц, плавно перекатывающихся под кожей, что просто стояла, практически пуская слюни.

Обнажённый, Тао усмехнулся, увидев голод в её глазах.

— Мы вернёмся к этому позже. Сначала волк хочет побыть с тобой. — Он отступил и отдал поводья волку. Райли присела на корточки, чтобы погладить волка. Ей нравился его густой, тёмно-чёрный мех. Любила перебирать его пальцами и слышать, как волк удовлетворённо урчит.

Она засмеялась, когда он описал полный круг вокруг неё.

— Кто-то собственник, — поддразнила она. Он игриво оскалился, и она сделала то же самое. Затем разделась и освободила ворона. Волк пробирался через лес, перепрыгивая через бревна и толстые корни деревьев. Запахи сосновых иголок, мха и нагретой солнцем земли говорили с ним. Но запах его пары — их совместный запах — выделялся для него превыше всего. Её тень двигалась над его тенью, пока она летела в небе. Она была проворной. Грациозной. Звала его играть. С игривым рычанием он бросился в погоню. Она спикировала. Волк подскочил, чтобы ударить её, но промахнулся. Она быстрая и хитрая.

Ворон летал кругами, дразня волка. Затем они помчались по лесу бок о бок друг с другом. Уставший ворон взгромоздился волку на спину, когда он поплёлся обратно на поляну. По пути они миновали двух стражей. Доминик моргнул при виде их.

— Такое не каждый день увидишь

Трик выгнул бровь.

— Если вообще сможешь когда-то увидеть.

Глубоко внутри ворона Райли улыбнулась.

На следующий день Трей и Тарин созвали совещание в кабинете Трея. Беты, стражи, Тао, Райли и Макенна — пригласили всех, а с Ником и Шайей — Альфами стаи Меркурий связались по видеосвязи. Прислонившись к столу, Трей обвёл всех взглядом и сказал:

— Тарин и я говорили о лучшем способе справиться с Рамоном. Мы согласны с тем, что он не сдастся, и не обращать внимания на его действия, создаст впечатление, что мы напуганы. Нужно нанести ответный удар, но должны сделать это разумно. Он будет ожидать нападения. Кроме того, его резиденция надёжно заперта и хорошо охраняется, а значит, что попытаться проникнуть в неё будет непросто. И я не знаю, как остальные, но, честно говоря, я сыт по горло сражениями.

Заговорил Ник:

— В этом, я с тобой согласен. Все продолжают сражаться с нами. — Его рыжеволосая подруга, Шайя, кивнула с мрачным выражением эльфоподобного лица.

Маркус перевёл взгляд с Трея на Тарин.

— Какое возмездие ты подразумеваешь?

Тарин, которая сидела на столе и болтала ногами, ответила:

— Мы думали о том, чтобы притвориться, будто отступаем, подберёмся к нему ближе, чтобы схватить, но он на это не купится. Не после того, как мы так долго и упорно сопротивлялись, и особенно не тогда, когда он знает, что мы будем злиться за попытку похитить Декстера.

Шайя подалась вперёд, озабоченно нахмурив брови, и посмотрела на Райли.

— Как ребёнок?

— Похоже, ничего не помнит, и мы думаем, что в этом виноват наркотик, который ему дали. Он хочет вернуться в парк, чтобы купить красный воздушный шарик.

Райли гадала, вернутся ли к нему воспоминания, но этого не произошло. На самом деле, это благословение, потому что какой ребёнок не испугался бы после того, как его чуть не похитили? Саванна наблюдала за ним, как ястреб, будто боялась, что он исчезнет. Это немного разбивало сердце Райли.

Тао, лениво рисуя круги на её затылке большим пальцем, заговорил:

— Нам нужно напугать Рамона до усрачки, как он напугал нас, когда его люди пытались похитить Декстера и выпотрошить ворона Райли.

— Напугать Рамона — именно то, что нам нужно сделать, — сказал Трей. — Но такого, как он, нелегко напугать.

Ник наклонил голову.

— Может, нам стоит попросить кого-нибудь проникнуть в его дом и оставить сообщение, показать, как легко мы можем добраться до него, несмотря на всю охрану. — Неплохая идея, подумала Райли. — Я могла бы.

Переплетя свои пальцы с её, Тао покачал головой.

— Он будет знать, что нужно остерегаться ворона и прикажет своим людям стрелять в любую птицу, которую увидит.

— Райан может входить и выходить из любого места, оставаясь незамеченным, — сказала Тарин.

— Я не думал о Райане, — сказал Ник.

Взгляд Шайи заострился на паре.

— Ты думаешь о родственниках Харли.

Ник пожал плечами.

— Разве они не проникают в дома врагов и не убивают их во сне?

— Да, потому что маргалы не верят в войну, — сказала Шайя. — Но ты говоришь о том, чтобы оставить Рамону сообщение. Серьёзно, Ник, нет никакой гарантии, что маргалы просто не убьют ублюдка. Они презирают его за попытку похитить Декстера.

Макенна вскинула руки.

— Я не против, чтобы они убили Рамона. Просто выкладываю это на всеобщее обсуждение. — Райан согласно хмыкнул.

— Я сомневаюсь, что его убийство поможет, — сказал Ник. — Всегда найдётся тот, кто сделает шаг навстречу такому образу жизни. Кто-то другой встанет у власти, и они, скорее всего, будут стремиться отомстить. Лучший способ полностью избежать любой войны — напугать Рамона и заставить отступить.

Тарин подняла бровь

— А если нет?

— Тогда мы сразимся с ним, — ответил Ник.

Поджав губы, Данте заговорил:

— Мне нравится эта идея. Если он поймёт, что перевёртыш проник в его дом, шокирует его. Такой поступок говорит: «Мы можем убить тебя в любое время, когда захотим, высокомерный ублюдок; ты для нас никто». Это напомнит, с кем он связался. Мы не люди, а перевёртыши — настоящие хищники.

Тарин изогнула губы. Ясно, что она прониклась идеей

— Шайя, как думаешь, родственники Харли согласятся?

Рыжая ухмыльнулась.

— О, да. Им понравится этот вызов.

— Поговорите с ними, — сказал Трей Альфам Меркурия. — Если они будут рады это сделать, будем признательны.

Ник склонил голову.

— Мы попросим Харли позвонить им, и скоро дадим ответ.

Когда Трей выключил монитор, Райли повернулась к Тао и сказала:

— Привлечение родни Харли может сработать. — Ей искренне нравилась Харли — дикая кошка маргай. Они вроде как связаны… Может, потому, что оба знали, каково жить в стае, состоящей в основном из волков. Райли ненадолго познакомилась с её родственниками на церемонии бракосочетания Харли и Джесси. Все они были разными и причудливыми по-своему. А ещё невероятно смертоносны — хотя на первый взгляд так не выглядели. И никто не казался на сто процентов вменяемым.

— Будем надеяться, — сказал Тао, — потому что нам нужно… — Он нахмурился, услышав звонок её телефона. — Это Итан?

Глядя на экран, Райли покачала головой.

— Нет, Люси. — Они разговаривали несколько раз с тех пор, как Райли уехала из Седоны. — Я на минутку. — Она вышла из кабинета и провела большим пальцем по экрану. — Привет, Люси.

— Я только что говорила с Итаном и Максом, — сказала Люси. — Не могу поверить, что ты не позвонила мне, и не сказала, что обрела пару.

Райли поморщилась.

— Извини, просто слишком много всего происходит.

— Хм, ну, я прощу тебя, потому что люблю, — сказала Люси с улыбкой в голосе. — Я хотела поздравить тебя. Стоит заметить, для меня стало шоком, что Тао твоя истинная пара. Вы оба очень разные, но думаю, что так часто бывает с предопределёнными парами. Я действительно рада за тебя.

— Спасибо, Люси. — Райли прислонилась спиной к стене из песчаника. — Ты полностью выздоровела?

— Да, благодаря Максу. Он настоящая жемчужина.

Райли улыбнулась.

— Да.

— Оба дяди просто потрясающие. Они как сторожевые псы с тех пор, как ты уехала.

— Помимо твоей раны, как поживаешь?

— Хорошо. Просто… нервничаю, понимаешь? — Её голос слегка дрогнул. — Мне всё ещё трудно поверить в тот факт, что кто-то здесь стрелял в меня. Я ненавижу не знать, кто это, ненавижу, что я могла улыбаться тому, кто это сделал. И я совершенно взбешена тем, что некоторые из стаи пытаются свалить вину на тебя.

— Добро пожаловать в клуб.

— Не думаю, что они верят в то, что говорят. Просто хотят кого-то обвинить, чтобы убедить себя, что угроза миновала. Но это не значит, что всё в порядке.

Нет, чёрт возьми.

— Как Сойер?

— Тоже выздоровел. Кстати, он тоже не верит, что это была ты.

— Полагаю, у тебя нет предположений о том, кто на самом деле стрелял?

Люси помолчала.

— Если честно, я бы заподозрила Синтию, не стреляй они в меня. Я имею в виду, она могла намеренно не стрелять в тебя, потому что хотела разозлить.

Райли моргнула. На самом деле о таком она не думала.

— Верно, — согласилась она.

— Я не думаю, что Синтия когда-нибудь попыталась бы убить меня. Даже за то, что я сделала, — тихо добавила она.

Райли нахмурилась:

— Что ты сделала?

Люси опять помолчала.

— Ронда Линкольн… она подала петицию. — Ронда была одной из ворон, убитых на вечеринке Алека.

— Какую петицию?

— Она хотела, чтобы Синтия ушла из стаи, — объяснила Люси. — Ронда устала от того, что Синтия дразнила её из-за пары, Ричи. Ты же знаешь, что Синтии доставляло особое удовольствие мучить женщин, которые были в паре с одним из парней, с которыми она спала.

Да, Синтии нравилось, что она могла таким образом причинять боль другим. Её не волновало, что из-за этого у неё осталось всего несколько друзей или что она потеряла уважение многих. У доминирующей женщины есть гордость, но гордость Синтии либо было нелегко сломить, либо она каким-то образом полностью отсутствовала.

— Она каким-то образом раздобыла номер Ронды и неоднократно отправляла ей жестокие сообщения со всевозможными откровенными подробностями о своём времени с Ричи.

— Да, я слышал об этом. Ронда достигла критической точки и рассказала твоим родителям.

— Да, — подтвердила Люси. — Они сказали, что заставят Синтию остановиться, но не сделали. Или, может, пытались, а Синтия просто не слушала. Ронда обращалась к ним за помощью ещё два раза, но ничего не изменилось. Именно тогда она подала петицию. Другие женщины были счастливы подписать её. Большинство парней тоже подписали, потому что не хотели, чтобы их будущим парам приходилось иметь дело с Синтией. Даже Сойер подписал петицию, хотя думаю, что это больше из-за того, что Ричи его друг, так как Сойер не собирается брать пару.

— Я даже не слышала о петиции. — Учитывая, что Райли презирала Синтию, полагала, что другие женщины сочли бы её лучшим вариантом, к кому можно обратиться за поддержкой.

— Ронда знала, что ты предана мне и боялась, что расскажешь мне, потому что ты считала, что я имею право знать, что происходит, ведь я сестра Синтии. Конечно, я бы тогда разозлилась до чёртиков и рассказала родителям. Поэтому Ронда сначала пришла ко мне и попыталась уговорить подписать петицию… Она высказала несколько хороших замечаний — таких, о которых я бы сама не подумала.

Другими словами, Ронда сделала всё возможное, чтобы настроить Люси против её же сестры. Это звучало так, будто всё сработало.

— Какие замечания?

— Представь себя на моём месте, Райли. Представь, что твоя сестра переспала с каждым парнем в стае. Было бы немного странно общаться с любым из них, да? Представь, что ты преодолеваешь неловкость и рискуешь, но затем эти ребята сравнивают тебя с ней. Представь, какой самодовольной была бы твоя сестра, узнав, что ты взяла её обноски. Такова моя реальность. Ты понимаешь, насколько это плохо.

Райли прикусила нижнюю губу, ненавидя боль в голосе Люси. Несколько парней дразнили Люси, говоря, что её сестра лучше в постели. Это было жестоко, и Синтия была в восторге.

— Ронда оказалась права: если бы я нашла пару из стаи, Синтия обязательно постоянно напоминала бы мне, что она первая с ним спала. И он бы сравнил нас. И она бы флиртовала с моим мужчиной, пытаясь соблазнить его, и, может, он бы изменил, будь она действительно потрясающей девушкой, о которой говорили все парни. Даже если бы моя пара была из другой стаи и с ним Синтия не спала, она всё равно была бы с ним.

Райли не могла это отрицать.

— Значит, ты её подписала.

Люси колебалась.

— Да. Я хотела рассказать тебе о петиции и попросить тоже подписать её, хотя и сомневался, что ты это сделаешь — ты очень прямолинейная, и не действуешь за спиной людей. Но потом случилась стрельба, и петиция просто вылетела у меня из головы. В любом случае, на тот момент это была спорная тема. Проклятье, я совсем забыла об этом, пока примерно через полгода ко мне не пришла Синтия. Она узнала — предполагаю, что Дункан рассказал ей. Лицемерный ублюдок. Он тоже её подписал.

— Дункан? Он точно не хочет, чтобы она ушла.

— Теперь ты понимаешь его реальность. Женщина, которую он хочет, берёт за правило трахать каждого парня в стае. Она снова и снова говорит ему, что с этим покончено, что она хочет только его. Но она не держит слова, и слишком одержима идеей затащить в постель единственного мужчину, который не прикоснётся к ней. Синтия была небезразлична Дункану, но думаю, с него было достаточно.

— Думаю, понимаю. — Райли было бы невыносимо, поступи так Тао с ней.

— Синтия думала, что ты стоишь за петицией, что ты подала идею Ронде. Я сказал, что это не так, но она не поверила. Когда в тебя стреляли, я подумала, может, она просто пыталась отомстить тебе или что-то в этом роде. Я даже сказала об этом отцу, но он не хотел обвинять её без доказательств.

Как бы сильно ни злил Райли отказ Сейджа отреагировать на опасения Люси, должна признать, что он действительно не мог никого обвинить без доказательств. В конце концов, несколько человек обвиняли Райли в том, что происходило, но он ни разу ни в чем её не обвинил.

— Но ты больше не думаешь, что это Синтия?

— Нет. Она не стала бы в меня стрелять. Даже для того, чтобы переложить вину на кого-то. — Люси сделала паузу. — Верно?

— Я бы сказал, что Уэйд никогда бы не вошёл в дом и не застрелил девять человек. Думаю, что любой способен на всё.

Закончив разговор, Райли долго стояла, размышляя, что делать с тем, что узнала. В конце концов, Тао пришёл за ней. Его лицо потемнело от выражения её лица.

— Что она такого сказала, что расстроило тебя? — потребовал он, сверкнув волчьими глазами.

— Ничего. — Райли оттолкнулась от стены. — Я не расстроена, просто удивлена и сбита с толку. — Она рассказала о петиции.

Тао придвинулся, обдумывая сказанное.

— Думаешь, возможно, что Синтия узнала об этом до стрельбы? Что, может быть, она заставила Уэйда сделать за неё грязную работу?

— Нет. Убивать кучу людей за то, что они подписали петицию, — немного чересчур.

— Зависит от того, как далеко зайдёт человек, чтобы получить желаемое.

Тао сделал бы всё возможное, чтобы заполучить Райли, точно так же, как сделал бы всё возможное, чтобы удержать её.

— Судя по твоему рассказу, Синтия больше всего желает быть Бетой.

— Да, только об этом она твердила. Пока другие девушки представляли, какими будут их пары, она воображала, каково быть Бетой. — И всё же Райли не удивилась бы, если Синтия зашла бы так далеко.

— Она когда-нибудь была стражем?

— Нет. Даже никогда не подавала заявку.

— И если она не станет парой Беты стаи, у неё не было ни малейшего шанса получить эту должность. — Тао обнял Райли и притянул ближе. — Кто-нибудь из женщин, погибших в перестрелке, был стражем?

— Некоторые готовились стать ими.

— И они гораздо лучше подошли бы на должность Беты. Синтия должна это знать. И поскольку Сойер не поддавался её чарам, предпочёл бы их… Если только она не останется единственной оставшейся доминирующей женщиной. Может, она просто убедилась, что останется единственной.

— Мне это кажется немного перебором. Но не невозможно. — Райли скользнула руками по его груди. — Я думаю, что возможно именно она стреляла в меня, Люси и Сойера. Она могла бы наказать нас за то, какую роль мы сыграли в петиции. Я её не подписывала, но она думает, что за этим стою я.

— Если Дункан её подписал, он, вероятно, будет следующим.

— Не уверена, что она станет причинять ему боль. Она по-своему заботится о нём.

— Уверен, что она по-своему заботится и о Люси. Но женщина всё равно получила пулю. — Он провёл рукой по спине Райли. — Ты не хочешь, чтобы это была Синтия? Почему?

— В ту ночь погибло девять человек, Тао. И Уэйда мы потеряли. Так много смертей, так много боли и страданий… Мне просто не хотелось бы думать, что всё это только из-за власти.

Конечно, Синтия, какой бы стервой ни была, на самом деле не была такой холодной.

— Что такого замечательного в позиции Беты?

— Вероятно, дело не в том, чтобы быть Бетой. Вероятно, речь идёт о том, чтобы иметь контроль над всеми. Не забывай, спать со всеми мужчинами было для неё формой доминирования. Будучи бета-самкой, она получила бы господство над самками.

Райли склонила голову, понимая его точку зрения.

Тао прикусил нижнюю губу Райли, а затем провёл по ней языком, чтобы унять жжение.

— Кто-то должен сказать ей, что быть Бетой не так здорово, как она представляет.

— Разве ты не хотел стать Бетой?

— Нет. Можно потерять себя на этом положении. Так было и с Данте, пока не появилась Джейми и не изменила всё для него.

— Ты тоже живёшь ради своей стаи, — отметила Райли.

Тао притянул её ещё ближе и втянул её запах в лёгкие.

— Да. Теперь же живу ради тебя, ради нас.

Улыбаясь, Райли обняла его за шею и слегка сжала в кулак его волосы на затылке.

— Знаешь, ты можешь говорить самые милые вещи — и да, я знаю, что ты не хвалишь, а просто говоришь прямо, но это всё равно мило. А в других случаях выходишь с полной чушью и заставляешь меня пожалеть, что у меня мало средних пальцев.

Тао пожал плечами, скривив рот.

— Я мог бы сказать, что это изменится, но этого не произойдёт. — Он потёрся своим носом о её нос. — Я никогда не был тактичным. Но ты всё равно любишь меня.

— Да, люблю.

— Так что всё хорошо.

— Я думаю, да.

Её пара лежал рядом на боку, Райли же лежала на спине, уставившись в потолок. Два тридцать ночи, и её мозг работал со скоростью мили в минуту. Калейдоскоп образов и мыслей, казалось, кружился в голове.

Перестрелки, прошлые и настоящие.

Декстера чуть не похитили.

Раненный Итан в постели.

В Люси стреляют прямо у Райли на глазах.

Так много всего произошло, а Райли так мало могла что-то сделать. Она чувствовала себя беспомощной. Даже бесполезной. Эти чувства задели за живое и укололи гордость ворона. Прошло три дня с тех пор, как стая провела видеоконференцию с Альфами Меркурия. Маргаи с радостью взялись за работу по запугиванию Рамона, и не теряли времени даром. Только вчера они ворвались в его дом и разгромили спальню, создав беспорядок, который могли устроить только животные или перевёртыши.

Рамон не знал, что маргаи разорвали всё клыками и когтями, но понял, что волки Феникса нанесли ответный удар. Он не звонил, чтобы жаловаться или угрожать стае, но было слишком рано говорить, окупится ли их план или Рамон продолжит искать…

Тао легонько постучала её по виску.

— Что здесь происходит? — Его глаза закрыты, а голос был глубоким и хриплым ото сна. Как всегда, от этого во многих интересных местах пробудился трепет

— Ничего. — Она поцеловала его, чувствуя неловко из-за того, что потревожила Тао. — Засыпай обратно. — Она начала выскальзывать из постели, но он положил руку ей на живот.

— Останься, — уговаривал он.

— Это бессмысленно. Я проснулась.

— Просто полежи со мной. — Он прикусил зубами мочку её уха и повернул Райли на бок лицом к себе. — Мне нравится, когда ты рядом.

— Но тогда мне будет скучно, я буду ёрзать и мне давать спать. — Что, казалось, никогда не беспокоило его, но, в конце концов, будет беспокоить, чем дольше они были связаны.

— Если ты не выспишься, не будешь в полной силе и быстро устанешь днём.

— Просто останься.

— Боже, какой же ты упрямый.

— Ты только сейчас это поняла?

Она фыркнула.

— Нет, поняла это, когда впервые пришла на территорию стаи, и ты спорил с Альфами, чтобы меня выгнали, независимо от того, сколько раз они говорили «нет».

Тао улыбнулся.

— Ты просто обязана была поднять этот вопрос, да? — Он провёл пальцем по её позвоночнику. — Если тебе от этого станет легче, то всё время, пока я работал над тем, чтобы заставить Тарин и Трея передумать, безумно хотел погрузиться по самые яйца в тебя.

— Даже несмотря на то, что ты не доверял мне?

— Даже несмотря на это. — Он лизнул брачную метку. — Мне нравится смотреть на неё. Нравится, что наши ароматы смешались. — Он скользнул зубами по укусу, обхватывая ладонями грудь Райли. — Мне нравится, что ты вся моя.

— Не думаю, что сейчас секс поможет мне уснуть, — предупредила она. Райли слишком взвинчена.

— Мне очень нравится вызов. — Он как раз собирался перевернуть её на спину, когда запищал его телефон. Схватив его с тумбочки, он провёл пальцем по экрану. Когда прочитал сообщение от Гейба, каждый мускул в его теле напрягся.

Почувствовав в нем перемену, Райли нахмурилась.

— Что случилось?

— Кто-то стоит у ворот. — Он вскочил с кровати и начал натягивать на себя одежду.

— Кто?

— Это я и собираюсь выяснить. Я недолго, просто проверю… Почему ты одеваешься?

Натянув футболку, Райли вытащила из-под неё волосы.

— Ты идёшь в комнату охраны, чтобы проверить камеры, верно? Я хочу знать, кто здесь.

Да, ну, Тао не хотел втягивать её в это дело на случай, если это будет что-то опасное.

— Тебе лучше остаться здесь.

— Напомнить ли тебе, что я Опекун? Мне нужно знать, есть ли опасность для детей, чтобы отвести их в безопасное место.

Тао выругался, не в силах отрицать факт.

— Ладно, пошли.

Минуту спустя они входили в комнату охраны, расположенную рядом с кабинетом Трея. Ретт сидел там, бешено стуча пальцами по клавиатуре компьютера. Трей, Джейми, Данте, Макенна и другие стражи тоже присутствовали. Несомненно, все получили одно и то же предупреждение от Гейба, который охранял ворота.

Райли огляделась.

— Тарин нет?

— Каю приснился кошмар, и он оказался в нашей постели, — ответил Трей. — Она останется с ним, пока я выясню, что происходит.

Тао направился прямо к стене, где расположены мониторы, и сосредоточился на экране, на котором отображались кадры с воротами. Гейб стоял перед будкой охраны, приковав взгляд к посетителям, стоящим за запертыми воротами. — Это что?.. Полицейская машина.

Ретт кивнул.

— Ага. Они приехали несколько минут назад.

Тао посмотрел на Трея.

— Чего они хотят? — У него свело желудок, когда Альфа повернулся к Райли.

— Они просили поговорить с тобой, — сказал ей Трей.

Райли указала на себя.

— Со мной? Ты уверен?

— Камеры пишут звук, — сказал Ретт. — Мы слышали, как они спрашивали о тебе.

Его волк зарычал, и Тао взмахнул рукой.

— Ни за что, чёрт возьми, она туда не пойдёт.

— Определённо, — согласилась Джейми. — Возможно, кто-то пытается вывести Райли из пещер, чтобы она стала лёгкой мишенью.

Трей расправил плечи.

— Я поговорю с людьми и скажу им, чтобы отвалили. — Он пробежал глазами по Тао, Данте, Райану и Трику. — Вы со мной.

Пока Макенна и другие стражи спорили, стоит ли идти вместе, Тао быстро поцеловал Райли и сказал:

— Не трудись настаивать на том, чтобы пойти с нами. Я думаю, что полиция — просто приманка, чтобы выманить тебя.

— Я не собиралась просить пойти с тобой, — честно призналась Райли. — Мне нужно позвонить дядям и выяснить, кто ушёл из стаи. Кто-то послал сюда полицию. Я хочу знать, кто. — И она хотела придушить ублюдка за то, что он посмел навлечь опасность на её дом.

— Напиши, когда узнаешь.

— Ладно. Будь осторожен.

— Всегда. — Тао поцеловал её в последний раз, а затем последовал за Треем и остальными из комнаты.

Не отрывая глаз от монитора, Райли достала сотовый и позвонила Итану.

— Привет, я знаю, что сейчас не самое подходящее время для звонка, но мы думаем, что есть большая вероятность, что кто-то из стаи пропал.

— Кто-то на твоей территории? — спросил Итан, в его тоне звучали беспокойство и гнев.

— Пока нет, но близки к этому, и мы думаем, что они пытаются выманить меня.

— Я перезвоню тебе через минуту.

Райли прикусила большой палец, ожидая появления волков Феникса у ворот. Макенна, Джейми, Рони, Маркус и Доминик собрались вокруг неё, полностью сосредоточившись на мониторе.

— Я злюсь, что мне пришлось остаться здесь, — проворчал Маркус.

Доминик скрестил руки на груди.

— Трей прав. Если он возьмёт с собой слишком много волков, это будет выглядеть как конфронтация. Лучше просто избавиться от людей, чем враждовать с ними.

Рони кивнула, на мгновение наклонившись к Маркусу.

— Они всё равно всего лишь пешки.

Райли переступила с ноги на ногу. Вполне возможно, что кто-то слонялся вокруг ворот с долбаной винтовкой, поджидая её. Она сомневалась, что они станут стрелять в одного из волков. Если бы вред кому-то другому, чтобы причинить ей боль, для них достаточно, они бы нацелились на Макса или Итана, и не приехали бы сюда только для того, чтобы выстрелить в кого-то другого. Тем не менее, с каждой минутой она нервничала всё больше и больше. Ворон так же беспокоился; хотел вырваться, чтобы исследовать территорию на предмет угрозы.

Тарин вошла в комнату.

— Что, черт возьми, происходит?.. Где Флинстоун?

— Пошёл поговорить с полицией и избавиться от них. — Ретт указал на монитор. — Они хотят поговорить с Райли.

Тарин выругалась.

— Этот засранец должен был взять меня с собой. Мы Альфы, и всегда должны выступать единым фронтом.

— Полагаю, он подумал, что не стоит забирать тебя от Кая только для того, чтобы отослать людей, — сказала Макенна. — Где Кай?

— Спит в моей постели. А я должна знать, что происходит.

Когда на мониторе показались Трей, Тао и остальные, наконец, приближающиеся к будке охраны, Райли выдохнула. Она никак не могла избавиться от дурных предчувствий. Вспышка уверенности пронеслась по брачным узам, и полуулыбка изогнула её рот. С ними всё будет в порядке, сказала себе Райли. И если с кем-нибудь что-то случится, Райли обрушит грёбаный ад на голову ублюдка.

Тао и стражи окружили Трея. Несмотря на темноту, Тао мог ясно видеть двух людей за железными воротами, стоящих рядом с полицейской машиной. Один был высоким и худощавым, другой быстро лысел и носил густые старомодные усы.

Трей заговорил с Гейбом так, чтобы люди не слышали.

— Они говорили что-нибудь ещё с тех пор, как мы покинули пещеры?

— Не мне, — ответил Гейб. — Но продолжают говорить по рации. Они, очевидно, знают, насколько острым может быть слух перевёртыша, потому что говорили тихо.

Трей кивнул.

— Жди здесь, Гейб.

И снова Тао и стражи окружили Альфу с флангов, подходя к закрытым воротам. Оба офицера направились к ним, их походка была непринуждённой и лёгкой, а проницательные глаза изучали каждого волка.

Волк Тао раздражённо фыркнул, когда ветер донёс до него запахи фаст-фуда и сигаретного дыма.

Тот, что повыше, внимательно изучал Трея.

— Ты Альфа?

— Да — ответил Трей.

— Я офицер Браун. Это офицер Тейлор. — Его тон был таким же небрежным, как и поза. Очевидно, парень пытался успокоить их и притвориться другом или кем-то в этом роде. Тейлор, жуя резинку, просто склонил голову. Браун смотрел на Трея, как будто ожидая, что он представит каждого из волков. Он этого не сделал.

— Что привело вас на мою территорию? — спросил Трей.

Браун посмотрел мимо него туда, где стоял Гейб.

— Как я сказал твоему товарищу по стае, мы хотели бы поговорить с вороном, который гостит на твоей территории.

— Райли Портер не гостит. Она часть моей стаи. Это совсем другое дело.

Офицеры обменялись короткими взглядами, и у Тао возникло ощущение, что на самом деле они этого не знали. Может, они предполагали, что каждая порода перевёртышей держалась своего вида.

— В любом случае, мы хотели бы поговорить с ней, — сказал Браун.

Трей выгнул бровь.

— По какому поводу?

— Рамон Велос подал на неё заявление. Он считает, что мисс Портер ворвалась в его дом и разгромила его.

Ублюдок.

Тао должен был предвидеть, что этот ублюдок сделает что-то подобное. Рамон много кого подкупил. Он, вероятно, подумал, что Райли залетела в его дом и впустила волков внутрь, поскольку, будучи птицей, у неё больше шансов проникнуть незамеченной. У него не было причин полагать, что стая имеет какое-то отношение к группе сумасшедших маргаев.

— Серьёзно? — Тон Трея был скучающим.

Браун шире расставил ноги.

— Мы просто хотели бы поговорить с ней, чтобы всё уладить. — Как будто он на их стороне и верил, что это одно большое, ужасное недоразумение.

— Вам не нужно разговаривать с Райли, — сказал Трей. — Я и сам могу сказать, что Рамон ошибается.

— Вы можете подтвердить местонахождение мисс Портер? — спросил Браун.

— Она была здесь, — ответил Трей.

Тейлор вздёрнул подбородок.

— Мистер Велос твёрдо убеждён, что виновата мисс Портер.

— И многие верят, что Снежный человек ходит по земле. Но это не обязательно правда, это просто убеждение.

Тейлор облизал передние зубы.

— Тем не менее, мы хотели бы поговорить с мисс Портер и услышать историю от неё.

Тао медленно покачал головой.

— Нет.

Тейлор прищурился на Тао.

— Она не против, что вы все говорите за неё?

Тао проигнорировал насмешку, хотя это заставило волка оскалиться.

— Вы не пройдёте через эти ворота, зря тратите здесь время.

Выпрямившись во весь рост, Браун со вздохом посмотрел на Трея.

— Мистер Коулмен, моя работа заключается в том, чтобы…

— Я знаю, в чём заключается ваша работа, — перебил его Трей. — И знаю о ваших законах. И мы оба знаем, что перевёртыши не подчиняются вашим законам. У нас есть собственные. А значит, что у вас здесь нет никакой власти.

Мелькнувшее движение привлекло внимание Тао. Чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами подкрадывался к воротам. Волосы у него на затылке и руках поднялись дыбом. Вдалеке пронзительно закричала стая птиц, словно чем-то напуганных. Тревога пронзила Тао и его волка. Он не был до конца уверен, что именно происходит или откуда исходит реальная угроза, но знал, что она есть.

— Это ловушка, Трей. Уходим.

Как только все волки нырнули в сторону, офицеры открыли огонь. Пули свистели, отскакивая от будки охраны. За визгом шин последовал грохот, когда два чёрных внедорожника прорвались через ворота и помчались по каменистой тропинке к горе.

Желудок Тао скрутило узлом. Люди пойдут по тропе, которая приведёт их прямо к остальной части стаи… к его паре. Его волк рвался на свободу.

Тао перед превращением успел понадеется, что стая помнит действия в случае вторжения.

Слушая, как Трей разговаривает с полицией, Райли положила руку на живот. Что-то во всем этом сценарии казалось неправильным. На самом деле, это казалось… странным. Она сказала себе, что у неё паранойя, что вполне понятно, учитывая, как часто она становилась мишенью в последнее время. Тем не менее, беспокойство ползло по позвоночнику — и у неё, и у Тао, быстро поняла она. Ворон был так же на взводе, хотя Райли гадала, не передались ли птице её чувства. Она услышала, как зазвонил сотовый телефон, и достала его из кармана. Итан.

— Алло.

— Синтия ушла.

— Чёрт. — Не то чтобы Райли была так уж удивлена. — Я не могу сейчас говорить, перезвоню позже.

Она закончила разговор и наклонилась к экрану, заметив, что внимание Тао переключилось на что-то, не относящееся к полиции. На что-то, отчего она напряглась и…

Крики и хлопанье крыльев за пределами горы заставили её сердце подпрыгнуть, а ворона вскинуть голову. Проклятье. Буквально мгновение спустя волки начали разбегаться, и два внедорожника пронеслись, снося ворота, в то время как полиция открыла огонь.

— Твою мать! — Тарин нажала кнопку на стене, и по пещерам разнёсся сигнал тревоги. — Ретт, бери Кая и идите в тревожную комнату.

Как только мужчина вышел, Тарин выхватила телефон и провела большим пальцем по экрану.

— Шайя, нам нужно подкрепление. Нет, похоже, Рамон и его люди на нашей территории. Приезжай сюда как можно скорее.

Маркус повернулся к Тарин, стиснув зубы.

— Всё это было подстроено. Рамон решил, что ты пойдёшь к воротам с Треем, и тебя будет легко схватить. Только ты не пошла, так что теперь они идут сюда, а самого сильного из волков в стае нет рядом.

— Два волка только что расправились с полицией, — сказала Рони, глядя на экран. — Остальные бегут за внедорожниками.

Райли посмотрела на другие камеры, время от времени мельком замечая проносящиеся мимо внедорожники с волками на хвосте.

— Нам нужно выйти и задержать людей, — сказал Доминик.

— Именно это мы и сделаем, — сказала Тарин, немного кровожадным тоном. — Райли, возьми Саванну и Декстера и отведи их в тревожную комнату.

Райли кивнула.

— Не дайте этим ублюдкам проникнуть внутрь. — С колотящимся сердцем она выбежала из комнаты и помчалась по туннелям.

«Сейчас не время паниковать», — сказала она себе, необходимо сохранять спокойствие, иначе напугает Саванну и Декстера.

Добравшись до их спальни, она распахнула дверь. Зрелище, которое она увидела, заставило её резко остановиться. Декстер лежал на полу, и красная лужа растекалась вокруг его головы.

Саванна шипела на ухмыляющуюся женщину, которая намотала одну из косичек гадюки на кулак, а острый, как бритва, коготь направлен на шею Саванны.

Ярость. Ужас. Неверие. Паника. Каждая эмоция ударяла Райли, как камень в солнечное сплетение, и приводила ворона в ярость. Её грудь до боли сжалась. Сделав глубокий вдох, она согнула пальцы, которые внезапно покалывало. Она так крепко сжимала телефон, что удивительно, как он не треснул. Только две вещи удержали Райли от срыва: у Саванны не шла кровь, и она слышала сердцебиение Декстера.

— Я не хотел так сильно бить его головой о стену, но его когти представляют опасность. — Взгляд Ширли был лихорадочным, немигающим. И в её глазах был намёк на что-то не совсем нормальное, от чего у Райли скрутило живот. — Ждала Синтию?

— Ну, всё больше и больше было намёков на то, что она могла стоять за всем, — сказала Райли.

В открытую балконную дверь за спиной Ширли ворвался порыв ветра. Очевидно, замок не выдержал силу перевёртыша.

— Я летала по периметру территории, думая, как я пересечь её незамеченной, когда заметила людей у ворот. Они отвлекли вас.

Райли сохраняла голос ровным и монотонным, не показывая Ширли эмоций.

— Ты наказываешь людей за то, что они не помогли Уэйду?

— Ему не нужна была помощь. Нужно было, чтобы люди перестали морочить ему голову и манипулировать им. Это был один из вас.

— Значит, ты просто решила перестрелять нас всех, чтобы быть уверенной, что виновный понесёт наказание.

— Вы с Люси разговаривали с ним чаще всего. Однако Сойер проводил с ним время. Уэйд сказал, что Сойер просто хотел помочь ему произвести на тебя впечатление. Синтия все время звонила ему, говорила, что вы с Люси смеётесь над ним за его спиной. Я могу в это поверить.

— Но не веришь, — сказал Райли. — Не совсем. Это не первый раз, когда Синтия пыталась встать между мной и друзьями, и был бы не последний.

— Она клянётся, что не давала Уэйду пистолет и не просила его делать это… Думаю, что она на самом деле говорила правду.

— Но ты всё равно причинил ей боль, да? — Поэтому Синтия пропала.

— Я не собиралась рисковать тем, что она солжёт. Один из вас сделал это.

— Уэйд сделал это, Ширли.

— Уэйд был…

— Подавлен. Обеспокоен. Полон гнева, и не мог вырваться, потому что его натура была слишком милой. Это накапливалось в нём до тех пор, пока он не взорвался, как вулкан. Я думаю, он хотел умереть. Думаю, он просто хотел забрать с собой тех, кто заставил его чувствовать себя так. — Это печальная правда, но всё равно правда.

— Нет. — Голос Ширли дрогнул. — Нет. — Её хватка, должно быть, усилилась, потому что маленькая девочка заскулила и попыталась высвободить косичку. От этого звука у Райли сжалось сердце. Ворон захлопал крыльями и издал гортанный хрип.

— Отпусти её. — Было трудно скрыть мольбу. — Не ради неё ты проделала весь этот путь.

Ширли постучала когтями по хрупкой шее Саванны

— Ну, не знаю… Я думаю, что через неё я сделаю тебе больнее, так что, может, просто следует это сделать.

Райли потребовались все силы, чтобы не наброситься на сучку — мышцы буквально болели от напряжения, но она боялась сделать какое-то движение, которое могло бы спровоцировать Ширли.

— Для тебя этого было бы недостаточно. Я тебе нужна. Зачем так долго ждать? Почему бы не убить меня много лет назад?

— Это ты виновата, — выплюнула Ширли. — Видеть твоё лицо, То, что ты вернулась… Всё вновь ожило — Сойер хотел тебя, Синтия ругалась с тобой, твои дяди обожали тебя. Но нет Уэйда. Нет. Пока вы все живете, он мёртв.

— Но ты не убила нас. — Райли сделала паузу, услышав визг шин и рычание волков снаружи. Желудок скрутило узлом от звука выстрелов, но она утешалась фактом, что ни одна не попала в её пару — она бы почувствовала.

— Не думаю, что ты хочешь, чтобы кто-то умер, Ширли. Ты хотела, чтобы люди помнили Уэйда, помнили, через что он прошёл, и почувствовали твою боль.

— Не обманывай себя. Я хотела, чтобы вы все умерли. Особенно ты. Ты должна была быть его лучшим другом, но ничем не помогла ему, так же, как и не помогла Дэниелу. — Ширли усмехнулась и быстро фыркнула от отвращения. — Твоя мать никогда не заслуживала его.

Ревность в последних словах заставила Райли нахмуриться.

— Почему?

— Он всё равно не принадлежал ей. Как только я увидела Дэниела, поняла, что он мой. — Лицо Ширли немного просветлело. — Мне не нужно было чувствовать притяжение брачных уз — я просто знала. Мой ворон знал. — Свет на её лице внезапно погас. — Но не он. Я могла бы сказать, что он что-то почувствовал, но смотрел только на Анабель. — Её рот презрительно скривился. — Все смотрели на Анабель.

Потрясённая, Райли изо всех сил старалась понимать нить разговора.

— Думаешь, мой отец был твоей истинной парой?

— Я знаю, что так оно и было. — Голос Ширли был подобен удару хлыста. — Он был моим, и она украла его у меня. Я вынуждена была смотреть на то, как они были вместе. Я сказала ему, что он моя пара. Он не поверил мне, и она тоже. Она сказала, что я просто пытаюсь разлучить их. Я действительно пыталась разлучить их, но — как он — любил говорить — она была его миром. Они запечатлелись, а потом у них появилась ты, и вы стали его миром. Я? Он избегал меня, как чумы.

Теперь, когда создала пару, Райли не могла не оценить, насколько мучительным это было. Глаза Ширли были такими влажными и тусклыми, что Райли могла бы пожалеть её, если бы не когти, нацеленные на Саванну, и тот факт, что она причинила боль Декстеру.

Ширли поджала дрожащие губы.

— Когда Анабель умерла, я подумала: «Теперь он может стать моим». Её смерть была делом рук судьбы, Райли. Судьба наказывает её за то, что она взяла то, что ей не принадлежало. — Она раскраснелась. — Я могла бы спасти его. Если бы мне позволили его увидеть, позволили поговорить с ним, я могла бы вывести его из того состояния. Он бы жил ради меня. Я была его парой. Но именно на тебя стая возложила надежды. Они не стали меня слушать. Не пустил меня к нему. «Райли вернёт его», — сказали они. Но ты не вернула. И он умер. Может, судьба и его наказывала за то, что он отвернулся от того, что она ему предлагала.

— Ты забыла, что была в паре, когда он пришёл в стаю?

Ширли издала пренебрежительный звук.

— Я бы избавилась от Дина ради него. Дин всё равно никогда не любил меня. Ему нравились молодые девушки. Как только я стала для него взрослой, он потерял ко мне интерес.

Тогда Райли всё поняла. Мало того, что Ширли отверг истинная пара, но и мужчина, которого она считала своей парой, отдалился от неё. Уэйд был якорем для Ширли, смыслом её жизни. А потом она потеряла и его. Похоже, её хватка на здравомыслии немного ослабла. А потом хватка всё больше ослабевала с течением времени, потому что женщина перед Райли — женщина, причиняющая боль детям способом, который противоречит природе ворона — определённо нестабильная… и именно поэтому абсолютно необходимо, чтобы Райли убрала эту суку от детей.

Ширли прищурилась, и в её глазах сверкнуло отвращение.

— Я ненавидела видеть тебя рядом с Уэйдом. Не хотела, чтобы твоя мать прикасалась к моему сыну, но он и слушать не хотел. Он всегда находил способ улизнуть и побыть с тобой и Люси. Он никогда не бросал мне вызов ни в чём другом.

Райли краем глаза заметила, как Декстер слегка шевельнулся, и сердце заколотилось о рёбра. Она испытала облегчение от того, что он в сознании, но в то же время боялась, что он может привлечь внимание Ширли.

— Я не виню Уэйда за то, что он сделал той ночью, — продолжила Ширли. — Им всем было наплевать на него, и заслуживали смерти, а ты должна была умереть вместе с ними. Теперь, пришла твоя очередь.

— Ты любила Дэниела. Я — часть его.

Её глаза сверкнули презрением.

— Ты не имела права рождаться, и никогда не должна была являться на свет. Они не имели права запечатлеваться.

Райли швырнула телефон в Ширли. Инстинктивно женщина потянулась, чтобы поймать его. Саванна упала на пол, а Райли набросилась на Ширли, повалив их обоих с балкона.

Райли в воздухе перекинулась и стряхнула с себя одежду. Ширли сделала то же самое, и вороны сцепились в ярости когтей.

Чёрный волк проносился сквозь деревья, оскалив зубы. Его товарищи по стае бежали рядом, не отставая от машин, которые мчались к горе. Мышцы горели. В лёгких чувствовалась боль. А сердце билось слишком быстро. Но волк не замедлил шага. Он бежал дальше, пока в венах гудел адреналин.

Два человека высунулись из окон машины с пистолетами в руках. Волки не отступили. Они продолжали бежать, используя деревья в качестве укрытия. Пули врезались в землю. Другие ударялись о стволы деревьев, отлетали куски коры. Обжигающий жар задел плечо волка, но он проигнорировал боль. Просто вынужден. Отголоски страха и гнева его пары резали душу. Ему нужно добраться до неё.

Ещё больше пуль полетело в них. Сзади послышался визг, и сердце волка замерла, но он не мог остановиться, чтобы помочь товарищу. Он должен добраться до тех, кто беззащитен, должен помочь своей паре. Он прибавил скорость, когда машины подъехали к горе. Несколько волков выскочили со стоянки и бросились на первую машину. Они сбили внедорожник с тропинки. Другой с визгом остановился.

Люди целились из окон обеих машин, но стая атаковала как единое целое. Быстро. Резко. Жестоко. Безжалостно.

Со злобным рычанием чёрный волк бросился на вторую машину, и вонзил зубы в руку, чувствуя вкус крови, наслаждаясь криком агонии. К ногам волка упало ружье, но он продолжал держать человека. Мужчина ударил его, выплёвывая грубые слова. Зарычав, волк укусил сильнее и дёрнул. Человек выскользнул из машины, ударившись головой о землю. Волк, не теряя времени, разорвал ему горло, но не почувствовал триумфа. Волк хотел голову лидера.

Машину тряхнуло, когда Альфа вытащил из неё ещё одного человека. Белая волчица помогала своему самцу кромсать и терзать добычу. Его крики разрывали воздух, присоединяясь к рычанию, визгу, крикам и звукам выстрелов. Некоторые пули попали в землю или в стену пещеры. Другие погружались в мех и плоть его товарищей по стае. Но волки не отступали и не замирали. Запах крови, пота и ярости витал в воздухе, подпитывая ярость.

Волк попытался забраться внутрь машины, чтобы добраться до прячущегося там человека, но мужчина, спотыкаясь, выбрался с другой стороны и попытался убежать.

Беты быстро уложили его, полоснув по спине и безжалостно разорвав плечо. Другой человек высунулся с другой стороны и направил пистолет на пару Бета. С учащённо бьющимся сердцем чёрный волк обогнул машину и бросился вперёд. Человек услышал его рык и обернулся. Широко раскрыв глаза, он выстрелил. Обжигающий жар коснулся уха, но волк укусил человека за руку. Мужчина вскрикнул, но пистолет не выронил. Он переложил его в другую руку и…

Машину снова тряхнуло, отчего человек потерял равновесие и вывалился наружу. Появилась волчица и снова и снова рвала горло их врагу, пока он не захлебнулся собственной кровью.

Женский крик заставил чёрного волка вскинуть голову. Его пара и другая самка падали с балкона. Они перекинулись в воздухе в воронов и атаковали друг друга. Их крылья бешено хлопали, и перья, казалось, срывались с тел. Волк наблюдал, как они кусали и кололи друг друга клювами, как неоднократно сталкивались, царапая друг друга когтями. Он чувствовал боль своей пары. Несмотря на это, она не ослабела и не отступала. Она боролась сильнее и жёстче. Ещё больше…

Дыхание волка покинуло лёгкие, когда что-то твёрдое и горячее врезалось в плечо. Несмотря на ослепляющую боль, он развернулся, чтобы найти нападавшего. Человек свисал с крыши машины, пистолет был направлен на него. Затем он исчез… волк втащил его внутрь, сомкнув челюсть вокруг его лодыжки в сокрушительной хватке.

Воспользовавшись моментом, чтобы осмотреться, волк зарычал. Большинство людей мертвы, но многие из его стаи ранены. Некоторые прихрамывали. Другие ослабели от потери крови. Один волк пал, и его охраняли товарищи по стае.

Вой расколол воздух. Но не вой триумфа и не горя. Вой разочарования. Следуя на звук, чёрный волк, не обращая внимания на жгучую боль в плече, побежал к своему Альфе. Волк остановился, уловив ещё один запах. Знакомый ему запах, от которого он зарычал в холодной ярости. Это запах человека, который ранил его пару и пытался похитить детёныша гепарда. С рычанием волк изменил курс, следуя за запахом мимо машины к…

За громким хлопком последовал пронзительный крик. Волк остановился и, тяжело дыша, поднял голову. Его сердце подпрыгнуло, когда перепутанные вороны упали с неба. Он почувствовал, как голова его пары ударилась обо что-то твёрдое не один раз, а дважды; он вздрогнул от эха её боли. Мышцы ног напряглись, когда желание бежать к паре взяло верх. Он бросился в лес, огибая деревья и поднимая грязь. Воздух сотрясали выстрелы. Какая-то сила врезалась в бедро волка, заставив его ногу чуть не подломиться. Снова стрельба. Боль за болью взрывались в его боку. Его мир накренился, посерел, стал диагональным. И когда он приземлился на раненое плечо, его пронзила невыносимая агония. Его зрение затуманилось и померкло, пока не стало почти чёрным. Волк лежал, его бока вздымались, дыхание вырывалось с хрипом. Если не считать звона в ушах, все казалось тихим. Слишком тихо. Казалось, он не мог пошевелиться, даже когда услышал шорох шагов в траве.

— Не двигайся.

Голос звучал искажённо и издалека, но волк знал, что это вожак, тот, кого они называли Рамоном. Человек, которого волк больше всего хотел разорвать на части когтями и зубами.

— И кто же ты из стаи?

Волк не понял слов, но зарычал. Он хотел подняться, атаковать. Но нога, плечо и бок пульсировали раскалённой добела болью. Тёплая кровь продолжала сочиться из ран, пропитывая мех и землю под ним. Другой человек шёл между деревьями, держа в руках безвольного ворона. Это тот же мужчина, который пытался схватить детёныша.

— Сэр, вы застрелили её прямо в небе. Маленькая сучка заслужила это после того, что сделала со мной.

Рамон улыбнулся чёрному волку.

— Так вот почему ты прибежал сюда? Искал ворона? Как жаль, что не смог спасти её.

Волк не запаниковал при виде мёртвого ворона. Он знал, его пара жива. Ей было очень больно, и она едва держалась в сознании, но жива. Волк хотел подойти к ней, помочь, но едва мог пошевелиться. Страх пробежал по нему. Волку и раньше много раз причиняли боль, но сейчас всё иначе. Кровь не останавливалась. Он чувствовал влагу, холод, и устал больше, чем когда-то прежде.

— Положи птицу на землю. Давай посадим его в машину.

Волк зарычал, но люди схватили его за ноги. Волк оскалил зубы, но его пронзила невыносимая боль. Все начало исчезать. Темнеть. А потом он провалился в небытие.

Что-то зажужжало у уха Тао, заставляя его проснуться.

«Не насекомое», — подумал он, собирая в кучу беспорядочные мысли. Ни единого звука. Но что это было? Звук повторился. Всплеск силы пробежал по брачным узам. Это было похоже на укол адреналина.

Чёрт, ему было холодно. Тяжело. Тао чувствовал себя вялым. Собирая энергию, он попытался пошевелиться, и боль накатила на него волнами. Нескончаемыми волнами, от которых у него сводило живот, и кружилась голова. Тао глубоко вдохнул запахи крови, масла, кожи и… Рамона.

Тао заставил себя открыть глаза, и увидел ублюдка, сидевшего на скамейке внутри фургона, наставив на него пистолет. Тао действительно чертовски устал от оружия.

Этот высокомерный кусок дерьма даже не связал Тао, настолько уверенный, что всё у него под контролем. И, будь всё проклято, если это не так.

В организме Тао практически не было энергии, и, честно говоря, он был почти уверен, что снова потеряет сознание, если пошевелится. Только один раз в жизни он чувствовал такую слабость — в ту ночь, когда чуть не умер.

— Ты проснулся. Хорошо. Я не знал, что ваш вид может перекидываться, находясь без сознания. — Такое случалось время от времени. Рамон улыбнулся. — Я должен сказать, ты и твои товарищи по стае гораздо более жестокие бойцы, чем я думал.

На самом деле в этих словах сквозило уважение.

— Я почти уверен, что я и мой водитель — единственные выжившие. — И, казалось, ему было плевать.

Верхняя губа Тао скривилась.

— Может, не приди вы позже всех и не прячься в деревьях, как парочка слабаков, так же были бы мертвы.

Гнев Рамона скользнул в его запах.

— Я оставлю это замечание без внимания, поскольку совершенно уверен, что у тебя выдалась тяжёлая ночь. — Он нахмурился. — Как и у меня. На самом деле всё пошло не по плану.

— Ты имеешь в виду, что Тарин не пошла к воротам, поэтому ты не мог похитить её, а затем оставить своих друзей разбираться с нами, в то время как ты уехал с ней в фургоне.

— Да, именно это я и имею в виду. Но я легко приспосабливаюсь. Когда стало ясно, что не смогу добраться до вашей Альфа-самки, решил, что мне просто нужно схватить одного из вас, чтобы она образумилась. И по чистой случайности, я схватил тебя. Это невероятное совпадение. — Он бросил на Тао укоризненный взгляд. — Ты подвёл меня, мистер Лукас. Все должно было быть не так. — На ухабе фургон тряхнуло, и Тао заскрежетал зубами от боли, пронзившей его. — Они знают, что я забрал тебя, — продолжал Рамон. — Один волк видел, как мы уходим, и попытался броситься в погоню. Наверное, догнал бы нас, если бы не хромал. Полагаю, сейчас мы выясним, насколько ты ценен для своей стаи — или, по крайней мере, для того, что от неё осталось. — Его улыбка была фальшиво сочувственной. — О, я действительно сожалею о твоём вороне.

Тао не стал его поправлять. Лучше позволить парню думать, что ему не нужно быть настороже. Но это необходимо, потому что в тот момент Тао многое чувствовал от своей пары — ярость, боль, страх, но не панику. Райли знала, где он, он готов был поставить на это деньги.

— Ты не переживёшь эту ночь.

Рамон ухмыльнулся

— О, уверяю, переживу. К сожалению, я не могу сказать того же о тебе. Ты выглядишь немного потрёпанным. Может, твои Альфы успеют спасти тебя. Я в хорошем настроении, и позволю исцелить тебя, прежде чем обменять тебя.

— Тарин не может помочь твоему брату. Она не может лечить болезни, это не… — Пуля вошла в бок, и Тао дёрнулся всем телом, вырывая дыхание из лёгких. На несколько секунд мир погрузился во тьму.

— Она может исцелить моего брата, и сделает это. А если умрёт он, то и ты. Это тот…

Громкий удар потряс фургон. Шины завизжали, и машина вильнула, дёрнулась и резко остановилась, отчего Рамон откинулся на борт и ухватиться за скамейку, чтобы не упасть. Пистолет с грохотом упал на пол, приземлившись недалеко от Тао. Адреналин полился в кровь. Тао бросился к пистолету. Но промахнулся. Перед его глазами полетели звёзды, а желудок скрутило, но адреналин приглушил боль. Он услышал мужской крик и подумал, не водитель ли это.

Рамон нырнул, чтобы схватить пистолет. Тао встал и ударил локтём в лицо ублюдка, заставив того отшатнуться.

Рамона с неловким стуком ударился задницей о пол фургона и пнул Тао в лицо, но тот схватил его за лодыжку и резко вывернул. Раздался хруст кости, и Рамон вскрикнул сквозь зубы, заставив волка Тао обнажить зубы в дикой ухмылке. Рамон попытался выдернуть ногу, но Тао крепко держал. Человек подался вперёд и попытался схватить Тао за волосы, промахнувшись всего на несколько дюймов. Тао впился зубами в его руку, и Рамон отдёрнул её с возмущённым рычанием. Запах крови ублюдка был едва ли не лучше, чем выражение боли на его лице.

Выругавшись, Рамон вильнул, отбиваясь здоровой ногой. Его ботинок сильно ударил Тао по голове.

— Мудак, — прорычал Тао и усилил хватку на сломанной лодыжке Рамона, пока человек не закричал. Рамон снова нанёс удар другой ногой, но Тао был готов и блокировал движение, а затем ударил Рамона кулаком в челюсть.

Мужчина хрюкнул и нырнул за пистолетом, повалив Тао на спину, чем вызвал ещё больше ослепляющей боли. Рамона коснулся пальцами рукоятки пистолета…

Металл заскрежетал, когда двери распахнулись, и в фургон ворвался свет, заставив Тао дважды моргнуть. Там стояла его пара. Голая. Перепачканная кровью. И в абсолютной ярости.

Рамон обернулся как раз в тот момент, когда она запрыгнула в фургон, и напрягся, готовый броситься на неё, но она слишком быстро врезалась в него и заставила растянуться на спине.

Кипя от злости, Райли схватила человека за горло. Ей хотелось свернуть ему шею, но просто удерживала его на месте, позволяя сопротивляться, чтобы попытаться освободиться. Она хоть и женщина, и ей могло быть больно, но она сильнее человека. Райли дала ему это понять. Она заметила, когда до мозга этого высокомерного ублюдка дошло, что его держит женщина. Рамон потянулся назад, обхватив пальцами рукоятку пистолета. Райли выпустила когти, вонзив их ему прямо в горло — разрезая кожу, мышцы и артерии. Она не отвела взгляда, наблюдая, как жизнь вытекает из его глаз. Честно говоря, она была немного раздражена тем, что всё закончилось так быстро. Она бы с удовольствием доставила этому мудаку ещё больше боли.

Убедившись, что Рамон мёртв, Райли вытерла окровавленные когти о его рубашку и убрала их. Затем подошла к Тао, тяжело дыша. Вся ярость и бравада вмиг покинули её, при виде окровавленной пары, и остался только ужас в глубине души.

— О Боже, ты в таком дерьме.

Когда Тао смотрел на избитое тело своей пары, забыл о собственной боли.

— Господи, детка, ты тоже. — Она вся была в царапинах, укусах и колотых ранах… все они были глубокими и сильно кровоточили. Сгусток крови слепил волосы сбоку, где, как он подозревал, была огромная шишка с раной. Но больше его беспокоила кровь из уха и носа.

— Тао… — Её голос дрогнул. Никогда — ни когда умерли родители, ни когда подстрелили Итана, ни даже когда Декстера чуть не похитили — она не испытывала такого парализующего страха, которое казалось живым, дышащим существом внутри. Его лицо было измождённым и бледным, сердцебиение чертовски медленным, и каждый вздох вырывался с хрипом. На нём так много ран, столько крови, и она понятия не имела, что делать.

— Чёрт, чёрт, чёрт.

— Не паникуй, хорошо, со мной всё будет в порядке. Проклятье, детка, что она с тобой сделала? — Он чувствовал исходящий от неё запах Ширли.

— Когда её подстрелили, сука вцепилась когтями в моё крыло, чтобы утащить за собой на землю. Я ударилась головой о ветку. Было чертовски больно. И до сих пор больно.

Тао попытался сесть, но боль нахлынула на тело. Он стиснул зубы, ожидая, когда перестанет кружиться голова. Такое ощущение будто внутри раскалённый воздушный шар, который продолжал надуваться. Тао схватил Райли за руку, будто она могла отогнать тьму, туманящую зрение.

— Тао, ты должен держаться ради меня.

Её страх пронзил его сильнее любой боли.

— Я держусь. Не беспокойся. Я никуда не собираюсь уходить. — Он отказывался признавать, насколько глубоки его раны, или что на него наваливалось оцепенение; он будет думать о ней — только о ней. Она потеряла слишком много людей; он не позволит ей потерять ещё одного, так же как не позволит смерти забрать её у него.

— Всё хорошо, — сказала она дрожащим голосом, ложась рядом с ним. — Тарин придёт. Остальные будут здесь с минуты на минуту. Они шли за мной. — Она упала с неба только для того, чтобы схватить мёртвого енота с дороги и, в момент вдохновения, бросила его в фургон, чтобы напугать водителя.

— Что не так с твоими глазами? — спросил он. Мало того, что один налит кровью, так ещё и зрачки были неодинакового размера.

Райли моргнула, глядя на него затуманенным зрением.

— Ничего. Не беспокойся. Я в порядке.

— Ты лжёшь.

Да. Боль пронзила голову, будто кто-то ударил по ней кувалдой. Райли готова была поставить на то, что у неё проломлен череп. Желудок сводило от тошноты, раны жгло, и она начала чувствовать лёгкое головокружение. Но ему не нужно это всё знать.

— Тарин придёт. — Райли должна просто заставить его продержаться, пока она не придёт. Глядя ему в глаза, Райли направила энергию по брачным узам, укрепляя их и его. Перед глазами вспыхнули звёзды, и головокружение терзало голову, но она послала ещё больше энергии. Она не могла позволить ему умереть, если могла помешать. Он должен жить. Тао чертовски важен для неё. Чёрт возьми, он для неё всё.

Энергия пульсировала по связи обратно к ней, резкая, как пощёчина. Райли нахмурилась.

— Забери её.

— Нет. Ты так же слаба, и вся дрожишь. — Это чертовски беспокоило Тао.

— Я в порядке. Тебе нужна сила. — Она направила импульс энергии по связи — импульс настолько сильный, что Тао не смог отвергнуть его. Волна тошноты накатила на неё с новой силой. У Райли так чертовски кружилась голова, и она была дезориентирована… Чему способствовала травма головы и то, насколько Райли была измотана.

Он зарычал.

— Я не хочу, чтобы ты умерла из-за меня. — Но именно это и должно было произойти. Пытаясь сохранить ему жизнь, она, по сути, отдавала свою жизнь за его жизнь.

— Теперь я понимаю, — прошептала она. — Понимаю, почему отец не смог удержаться, когда она умерла. Дело не в том, что меня было недостаточно — дело совсем не во мне. Он просто не мог жить без неё. На самом деле всё так прост. — Её голос дрогнул. — Я не хочу быть без тебя.

Она разбивала его сердце.

— Ты ошибаешься насчёт отца. Всё не так просто. Да, он не хотел жить без неё. Но всё равно должен был сражаться. Но не стал, потому что был эгоистом. Я — не он, и никуда не уйду. Послушай меня. Тебе не нужно поддерживать меня. Я сам продержусь.

— Нет, я должна поддерживать тебя.

— А я — тебя, так что давай делать всё вместе.

Кивнув, она направила энергию по связи, посылая краткую волну силы по его организму. Он послал ей прилив энергии, придавая телу тот же импульс. Они повторяли это снова и снова, будто дышали друг за друга. Это работало; хотя ослабляло, потому что последствия травмы головы затуманивали мысли и оставляли ощущение опустошённости. Более того, её естественное желание уснуть, чтобы восстановить силы после ранения, пыталось взять верх.

— Продолжай бороться. — Тао чувствовал, как тьма тянет её, угрожая утащить, и это охренительно пугало. Волчий слух уловил звук шаркающих шагов по дороге. Фургон затрясся, будто что-то или кто-то навалился на него всем весом. Мгновение спустя Мазерс, спотыкаясь, появился в их поле зрения, окровавленный и исцарапанный до чёртиков.

Райли зашипела на человека.

— Ты должен быть мёртв.

Он усмехнулся.

— Как и ты. — Он поднял пистолет и прицелился.

Для Тао всё прошло спокойно. Медленно. Точно так же, как в прошлый раз, когда смерть пришла за ним. Он хотел оттолкнуть Райли, напасть и растерзать сукиного сына, прежде чем застрелить его из его же пистолета. Но уровень энергии был слишком низок.

— Это за Рамона. — Мазерс крепче сжал пистолет и…

Большой серый волк врезался в бок Мазерса, отбросив в сторону. Тао узнал волка. Данте.

Облегчение нахлынуло на Тао.

— Просто держись, детка. Тарин здесь. — Но в фургон забралась не Тарин, а Алли, Бета-самка стаи Меркурия. А ещё она Провидица и обладала даром исцеления. Брюнетка побледнела, переводя взгляд с Тао на Райли.

— О, Боже мой!

Райли невнятно произнесла:

— Сначала исцели его.

— Нет, сначала её, — выдавил Тао.

Райли покачала головой.

— В него стреляли, по меньшей мере, три раза, и он потерял много крови; ты нужна ему больше.

— Нет, исцели… — Но Алли положила руки на Тао, игнорируя его протесты. Он чувствовал, как целительная энергия гудит в нём, и попытался протолкнуть её по брачной связи, и не сработало. Энергия принадлежала не ему, и он не мог направлять её.

Райли перекатилась на спину, издав болезненное шипение.

— А я собираюсь поспать.

Он сжал её руку.

— Пока нет. Я знаю, это тяжело, но ты должна держаться ради меня.

— Ладно. — Но хотя Райли сказала это, почувствовала, что начинает терять сознание. Она чувствовала, что может просто уплыть… И это пугало. Она не хотела уходить; желала быть с Тао.

— Открой глаза, Райли.

Она заставила их открыться.

— Извини. — Ей просто казалось, что с век свисают гири.

— Алли, иди к ней! С меня хватит, теперь помоги ей! Живо, Алли!

Мягкие руки коснулись её головы, но Райли слишком устала, чтобы даже вздрогнуть. Странная энергия потекла в тело, как тёплый мёд. Это одновременно успокаивало и исцеляло.

Когда Алли откинулась, Райли невнятно пробормотала:

— Спасибо. Теперь мне действительно нужно поспать.

Чувствуя себя тяжёлым и неспособным двигаться плавно, Тао сел прямо и прижал Райли к себе.

— Все в порядке, детка. — Он поцеловал её в висок. — Теперь можешь спать.

— Потрясающе, — выдохнула она. А потом всё потемнело.

— Я слышу её дыхание, — прошептала Саванна, стоя рядом с кроватью, на которой растянулась Райли, волосы разметались по подушке.

Присев на корточки рядом с Саванной и Декстером, Тао кивнул.

— Видишь, она просто спит. — Но он понимал, почему это не прогнало ужас. Ему нужно посмотреть ей в глаза, услышать голос, чтобы по-настоящему поверить, что с ней всё в порядке. — Но мы не можем её разбудить. Ей нужен отдых. Чем больше она будет спать, тем быстрее ей станет лучше.

Закусив губу, Саванна спросила:

— Мы можем навестить её, когда она проснётся?

— Конечно. Вы будете первыми, кого она захочет увидеть. Однако сейчас ей больше всего нужно, чтобы вы присматривали друг за другом, пока она спит. Справитесь? — Когда они кивнули, он улыбнулся. — Хорошо. — Тао нежно коснулся волос Декстера. — Как твоя голова, малыш?

— Лучше, — ответил Декстер, посасывая большой палец.

Тао ожидал, что будет иметь дело с травмированным ребёнком, учитывая, что Ширли ворвалась в их спальню и швырнула на грёбаную стену, но либо Декстер был хорош в блокировании стрессовых событий, либо просто стал чрезвычайно устойчивым после выживания на улицах. С другой стороны, все гепарды сильны физически и морально.

— Плохая леди уже ушла, — сказала Саванна. — Райли её прогнала.

— Да, — подтвердил Тао и поднял глаза, когда Макенна просунула голову в приоткрытую дверь.

— Вот вы где, — сказала она. — Грейс спрашивает, хотите испечь печенье с Каем и Лилой.

Оба ребёнка посмотрели на Райли, не желая оставлять её. Но Тао положил руки им на плечи.

— Я приду за вами, когда она проснётся, — пообещал он. — Хорошо?

— Хорошо, — сказала Саванна и, взяв Декстера за руку, потянула его к двери.

Когда они неохотно покинули комнату, Макенна вошла и взглянула на Райли.

— Она уже довольно давно спит.

По крайней мере, двенадцать часов, прикинул Тао. Он бы запаниковал, но…

— Это целительный сон.

Макенна наморщил лоб.

— Что?

— Когда вороны ранены, погружаются в глубокий сон, чтобы помочь себе восстановиться. Макс подтвердил, что с ней всё будет в порядке.

Дяди перепугались, когда она не перезвонила им прошлой ночью, поэтому оба поспешили на территорию Стаи Феникса. Первое, что сделали, проверили Райли. Второе, — накричали на Тао, обвинив его в её травмах. Затем рассыпались в извинениях за то, что накричали на него, и поздравили с созданием пары.

— Её раны затянулись, — отметила Макенна. — Как и твои, хорошо.

— Да, очень хорошо. — Алли не полностью исцелила Райли или Тао, потому что необходимо было сохранить энергию для остальных раненых. Так что у них обоих остались несколько поверхностных порезов и ушибов.

— Так много было раненых, Тао. Почти всех, как минимум, пронзила пуля. Я, честно говоря, думала, что мы потеряем Трика. Тарин едва успела исцелить его.

Тао уже слышал эту историю от Тарин, которая была переполнена чувством вины за то, что была слишком слаба после исцеления Трика, чтобы пойти к нему и Райли. Она плакала, извиняясь за то, что не смогла добраться до них. Потребовалось добрых полчаса, чтобы убедить её, что не за что извиняться и что он не сердится.

Она послала к ним Алли, и это спасло их.

— Слава Богу, у нас есть Алли.

— Чёрт возьми, да, — согласился Макенна. — Она исцелила и меня. Я бы умерла, если бы не она. Она спасла много жизней, в том числе и Шайю. — Макенна обняла себя. — Знаешь что? Мне и в голову не приходило, что Рамон попытается вторгнуться на нашу территорию. Я знала, что он опасен, но не верила, что у него столько силы.

— Мы думаем, что люди слабее нас… физически, так оно и есть. Но иногда мы забываем, что они могут быть гораздо опаснее.

Она кивнула.

— Как думаешь, Рамон рассчитывал выбраться живым?

— Да. Он был горд и высокомерен и, вероятно, считал себя не только неприкасаемым, но и непобедимым. В конце концов, это его и погубило.

— Я бы хотела сама его убить, так что ты можешь сказать Райли, что я очень завидую ей.

После того, как Макенна ушла, Тао скользнул под одеяло и притянул Райли в свои объятия. Она не пошевелилась, что тревожило, если бы он не знал наверняка, что это нормально для воронов. Он лежал там, возможно, часами, наблюдая за тем, как она спит, и, убеждая себя, что с ней всё в порядке. Однако было тяжело, потому что он продолжал видеть её в фургоне, раненую, истекающую кровью и слабую. Продолжал вспоминать, как часто их брачная связь мерцала, когда темнота затягивала её. Когда страх сдавил ему горло, он крепче её обнял. Её веки затрепетали, наполовину открылись, и фиолетовые глаза уставились на него.

— Привет, детка. — Он поцеловал её, нуждаясь во вкусе, в подтверждении того, что с ней всё хорошо и она с ним. Он прижался своим лбом к её лбу. — Выдалась та ещё ночка, да?

— Ты в порядке, — сказала она с облегчением. Затем нахмурилась. — Ты не должен был снова чуть не умереть.

Он потёрся своим носом о её.

— Я слишком упрям, чтобы умереть.

Она осмотрела себя. Нет ни боли, ни…

— Ты меня помыл.

— Я помыл нас обоих. Мы были в засохшей крови.

Она полностью открыла глаза, когда к ней пришло воспоминание.

— Декстер…

— С ним всё в порядке, — заверил её Тао. — У него была тяжёлая рана на голове, но Алли вылечила его. Он не травмирован, хотя думаю, что всё это определённо потрясло Саванну. Но она хорошо это скрывает.

Она втянула носом воздух.

— Я чувствую их запах.

— Они беспокоились о тебе, поэтому я позволил им прийти, чтобы убедиться, что ты просто спишь.

Она скривила рот.

— Ты хорошо с ними справляешься.

— Но ты лучше.

Она наморщила лоб.

— Я чувствую запах Макса и Итана.

— Они запаниковали, когда ты не перезвонил им, и притащили сюда свои задницы.

— Чёрт, у меня не было возможности позвонить им. — Всё произошло так быстро. Казалось, всё вышло из-под контроля. — Как они восприняли новость о Ширли?

— Не слишком хорошо. Они злятся на себя за то, что не поняли. Они ставили на Синтию. Я прав, думая, что Ширли просто хотела наказать вас всех за то, что вы подвели Уэйда?

— Там всё гораздо сложнее. — Райли рассказала ему всё, что сказала Ширли, и о том, какой неуравновешенной она казалась. — Уэйд был единственным хорошим, что у неё было. Полагаю, он был её якорем.

Тао убрал ей волосы за ухо и провёл пальцами по шее.

— Для Уэйда это всё было тяжело.

— Да. — Она нахмурилась. — Я ещё немного в шоке, что отец был её парой.

— Она могла ошибаться, Райли.

— По крайней мере, она в это верила. И обвинила меня в его смерти. Сложив всё это вместе, думаю, Ширли была вынуждена сделать то, что сделала, потому что была зла по многим причинам. Она не могла избавиться от гнева и исцелиться. Раны просто гноились и становились всё хуже и хуже. Не думаю, что её действительно что-то волновало.

Тао успокаивающе провёл рукой вверх и вниз по её спине.

— Теперь её нет. Она больше никогда не сможет выместить на тебе гнев. — Он снова поцеловал её.

— Мой волк попытался добраться до тебя, когда увидел, что ты падаешь с неба, но Рамон добрался первым. — Тао просто должен поблагодарить грёбаную вселенную за то, что пуля Рамона попала в Ширли, а не в Райли.

— Я знаю. Ворон видел, как он посадил тебя в фургон, и довольно сильно каркал перед лицом Трея, чтобы привлечь его внимание. К тому времени он вернулся в облик человека, чтобы обнять Тарин после того, как она исцелила Трика. Трей приказал стае волков следовать за фургоном, и Тарин попросила Алли пойти с ними. Другой волк уже пытался последовать за ним — я думаю, это был Доминик, — но его нога была повреждена.

— Значит, волки последовали за тобой.

— Фургон ехал слишком быстро, чтобы его догнать, поэтому я держалась высоко, где волки могли меня увидеть. — И где водитель не заметил бы её.

Тао провёл большим пальцем по её скуле.

— Спасибо, что пришла за мной. Но я не могу отблагодарить тебя за то, что ты чуть не умерла за меня. Никогда больше так не делай.

— Я не пыталась умереть за тебя — моя смерть всё равно убила бы тебя. Я просто пыталась сохранить тебе жизнь, пока кто-нибудь не придёт.

— Да, но ты паниковала, что тебе не хватит сил, и вела себя безрассудно.

Вспомнив прошлую ночь, она нахмурилась.

— Думаю, да.

— Ты несёшь не большую ответственность за мою жизнь, чем за жизнь своего отца. Клянусь, я мог бы надрать задницу Сейджу за то, что он заставила тебя думать по-другому.

— Я его простила. Не Сейджа, а отца. Я действительно не понимала, насколько тяжело потерять пару. Я имею в виду, умом я понимала, что разрыв связи трудно пережить. Но никогда не чувствовала, насколько сильна связь, никогда не знала, что из-за этого ты чувствуешь пару частью себя. — Она провела пальцем по его уху.

— Я бы уже чувствовал себя полумёртвым, если бы потерял тебя. Было бы так легко просто ускользнуть. — Тао схватил её за руку и поцеловал ладонь. — Он всё же был эгоистичен, погрязнув в горе, и даже не пытался бороться с желанием ускользнуть.

— Может, но я всё равно прощаю его.

— И теперь понимаешь, что это не имело к тебе никакого отношения — дело не в том, что тебя было недостаточно, чтобы удержать его, а в том, что он предпочёл уйти.

— Да, теперь понимаю.

— Ну, наконец-то.

Райли прикусила губу.

— Я боюсь спросить, всё ли в порядке… Ну, как бы я спрашиваю.

— Много пострадало, но все живы, — заверил он. — За исключением Рамона и его людей.

— Что будем делать с телами?

— Алли знает кое-кого, кто может с ними разобраться. — Её сводный брат, Кейн, был частью Движения — банды перевёртышей, которые сражаются с экстремистами. Они привыкли избавляться от тел. — Они соберут тела людей. Но мы передали тела офицеров Брауна и Тейлора полиции.

— Принесут ли их смерти нам неприятности?

— У нас есть записи с камер видеонаблюдения, подтверждающие нашу версию о том, что они открыли неспровоцированный огонь, а затем ушли в сторону, чтобы пропустить людей Рамона.

— Разве полиция не спрашивала тела людей Рамона?

— Конечно. Мы сказали, что прогнали людей со своей территории. Конечно, они нам не верят — тем более что Рамона и его людей нигде нет, — но также рады убрать с улиц наркобарона и его приспешников. Они, похоже, не были расстроены смертью Брауна и Тейлора. — Тао предположил, что они знали про «кротов» в участке, и, возможно, даже подозревали, что Браун и Тейлор были этими «кротами».

— Так что, по сути, стая ни к чему не причастна.

— Мы не обязаны подчиняться человеческим законам. Но в ту минуту, когда начинаем объясняться и оправдывать свои действия, эффективно отвечаем. Кроме того, как мы это сделали, это, на самом деле, ничем не отличается от ответа на то, когда человек стреляет в незваного гостя за незаконное проникновение.

— Верно. — Она глубоко вздохнула. — Я рада, что последствий не будет, и что всё закончилось.

— Я тоже. — Он взял её за подбородок. — Мне нужен твой рот. — Поцелуй был мягким, медленным, ленивым. Тао запустил пальцы в её волосы, касаясь того места, где прошлой ночью была ужасная шишка. Теперь она исчезла — ни рубца, ни воспаления, как будто раны никогда и не было. Но он чуть не потерял Райли, чуть не умер вместе с ней. При этой мысли у него заныло в груди. Тао перевернул её на спину. — Мне нужно быть в тебе. Затем примем душ, поедим и встречаемся с детьми, прежде чем они придут и снесут дверь, чтобы проверить, что с тобой всё в порядке.

В этот момент раздался лёгкий стук в дверь.

— Я сглазил, — выдавил он.

Выскользнув из кровати, он открыл дверь и увидел двух маленьких перевёртышей, ожидающих его. Увидев, что Райли проснулась, они ворвались внутрь и буквально запрыгнули на кровать. Тао улыбнулся, сердце сжалось, когда они обняли Райли, выбивая из неё дух, и осыпали её щеки поцелуями. Декстер даже дал ей ломтик яблока, который, на удивление, выглядел свежим.

Саванна бросила на Тао суровый хмурый взгляд.

— Ты сказал, что придёшь за нами, когда она проснётся.

— Я как раз собирался это сделать. Ты экстрасенс или что-то в этом роде?

Саванна хихикнула, а затем повернулась к Райли.

— Тао говорит, что плохие люди ушли.

— Ушли, — подтвердил Райли.

— Я хотела помочь, когда плохая леди пришла в нашу комнату.

Райли убрала волосы девочки с её лица.

— Ты не могла помочь, милая. Она была намного крупнее и сильнее тебя. Но теперь и её нет… она больше никогда не причинит тебе вреда, обещаю.

Декстер склонил голову набок, глядя на её обнажённые плечи.

— Голая?

Райли усмехнулась.

— Да. Не могли бы вы дать мне несколько минут, одеться?

Саванна вздохнула.

— Поторопись. — И нахмурилась на Тао. — И никаких поцелуев.

Он поднял руку.

— Есть, мэм. — Закрывая дверь за детьми, он улыбнулся. — Нам никогда не будет скучно.

— Никогда, — согласилась она.

Месяц спустя

— Ты это слышишь?

Прижавшись к Тао, положив голову ему на грудь, когда они лежали на траве на поляне, Райли открыла глаза.

— Что?

— Вот именно, — сказал Тао. — Ничего, кроме звуков природы. Никаких визжащих детей. Никакой болтовни. Никакой Греты, которая была бы занозой в заднице. Только мы.

С улыбкой Райли закрыла глаза и вдохнула свежий воздух, позволяя ему наполнить лёгкие.

— Значит, всё, как в твоём сне?

Запустив пальцы ей в волосы, Тао сказал:

— Нет, лучше.

Когда она несколько месяцев назад предложила воплотить в реальность мирный сон, который он видел о том, как они вот так лежат здесь, она не ожидала, что будет чувствовать себя так… безмятежно. Быть в лоне природы всегда расслабляло, но когда она прижалась к своей паре, наслаждаясь тёплым поцелуем солнца на коже и удивительно расслабляющим звуком воды в реке, текущей по камням и валунам, была уверена, что может легко погрузиться в сон без сновидений.

Макенна и Райан забрали детей на некоторое время, так как сегодня ровно неделя после церемонии пар Райли и Тао. Стая обещала дать им время побыть наедине — то, что у них было не часто, учитывая, что у них ответственные должности. Они часто виделись друг с другом; просто их часто окружали другие люди, в основном дети.

Тао взял руку своей пары и провёл пальцем по татуировке волка на внутренней стороне руки. Она сделала это на следующий день после церемонии, а у него на груди, чуть выше сердца, была татуировка в виде ворона.

— Ты делали её на внутренней стороне руки, чтобы скрыть шрам? — Он не думал, что шрам — плохо, но это было напоминание о том, что Ширли сделала с ней. Тао тоже хотел бы это скрыть.

Сейдж и Руби были разочарованы, услышав, что Ширли мертва. Поскольку она напала на обеих их дочерей, Альфы хотели убить её сами. Синтия получила пулю в живот от Ширли, но с ней всё в порядке, хотя предположительно она потрясена. Как будто Тао не всё равно.

— Нет, я думала о том, чтобы сделать татуировку на груди, как ты, — сказала Райли, — но хочу, чтобы она была там, где я могу смотреть на неё, когда захочу.

Тао улыбнулся.

— Тогда, думаю, ты выбрала хорошее место. — Он помнил церемонию так, будто она прошла вчера, помнил фиолетовое платье, которое подходило к её глазам, нежность в чертах лица, когда она произносила церемониальные слова, и помнил грандиозное празднование, которое последовало за этим. В дополнение к стае, присутствовало много других людей, включая его родителей, его брата, Макса, Итана, Люси, Мэдисон и Стаю Меркурий. Макс и Итан уже были на их территории, так как превратили свой краткий визит в длительное пребывание. Они уехали только через несколько дней после брачной церемонии, забрав Люси. Его матери понравились Итан и Макс. Она буквально обожала их. И приглашала на ужин пять раз за время их пребывания в стае. Она полностью извинилась за своё поведение перед Райли, в которую быстро влюбилась. Райли, казалось, простила Эйвери за грубость, и было несколько случаев, когда они объединялись против Греты просто ради удовольствия. Он подозревал, что Грета, будучи немного извращённой, наслаждалась спорами так же, как и они. Однако Грета не делала много пренебрежительных комментариев на церемонии… вероятно, потому, что там был её парень, Аллен. Похоже, ей не нравилось тренировать стервозные мускулы, когда парень был рядом, а значит, все женщины надеялись, что Грета и Аллен запечатлятся; может быть, тогда все отдохнут от дерьма Греты.

Тао нахмурился, услышав хруст веток и сосновых иголок. Кто бы ни бродил по этим местам, ему лучше было идти в другую сторону; он хотел побыть наедине со своей парой.

— Ты кое-что заметила?

Она положила подбородок ему на грудь.

— Что?

— Три раза на этой неделе, — лист слетел с ветки и приземлился ей в волосы, поэтому он убрал его и положил на траву, — ты проспала всю ночь.

— Что-то вроде того.

Он нахмурился.

— Что-то вроде того?

— Ну, я просыпалась, но удавалось снова заснуть, используя брачные узы.

Он моргнул.

— Не понимаю.

— В первый раз, когда я проснулась, была на взводе и решила встать, но боялась разбудить тебя. Поэтому подключилась к тебе, чтобы проверить, насколько глубоко ты спишь. Я почувствовал, как ты устал, каким спокойным был твой разум, и каким расслабленным тело. Следующее, что я осознала — мои веки отяжелели, а разум немного успокоился. Должно быть, прошло меньше минуты, прежде чем я снова заснула.

В нём затеплилась надежда.

— И это сработало трижды?

— Да. Я думала, что первый раз — случайность, но, видимо, нет.

— Это чертовски отличная новость; почему ты мне не сказала?

Она коснулась его лица.

— Пойми, у меня уже давно бессонница. Я перепробовала почти все «лекарства», которые только могла, и ни одно не сработало. Мысль о том, что я, возможно, нашла способ заснуть, не нарушая твой сон… Я не хотела сглазить.

— Понятно. — Он поцеловал её. — Будем надеяться, что это сработает… Хотя у меня действительно нет проблем с тем, чтобы трахнуть тебя, если тебе не спится.

Она улыбнулась ему в губы.

— Ну, а мне не очень нравится, что так ты спишь урывками, поэтому я искренне надеюсь, что это продолжит работать.

Он снова поцеловал её, на этот раз глубже. Райли застонала, когда Тао погрузил пальцы в её волосы, прижимая к себе, пока брал и пробовал. Её внутренности растаяли, а тело вспыхнуло к жизни.

Рядом хрустнула ветка, а затем раздалось громкое покашливание.

— Я тут, значит, гуляю, занимаясь своими делами, и натыкаюсь на это. Обязательно ли заниматься этим у всех на виду?

Со вздохом Райли оглянулась и прищурилась, когда солнечный свет заплясали на реке, обрамляя старую ведьму, стоящую над ней.

— Ты говоришь так, будто застукал нас за сексом.

— Посмотри на себя — облепила его со всех сторон. В моё время такого не было. Не-е-е-е-ет. Люди были более сдержанны и верили в то, что кое-что нужно хранить в тайне собственного дома. У тебя совсем нет самоуважения.

Райли потёрла лоб.

— Я не говорю, что у тебя нет данного Богом права быть невротиком, но ты же такая.

— На твоём месте, Тао, я бы ругала судьбу за то, что она так драматично подвела тебя.

Райли закрыла глаза.

— У меня такое чувство дежа вю.

— Дежа вю? — повторил Тао.

— Такое чувство, что я уже слышала всю эту чушь.

Грета ахнула.

— Как ты смеешь!

— Слушай, Гретхен…

— Грета.

— Да, плевать.

В этот момент Доминик и Трик вышли из леса. Тао стиснул зубы. Почему, чёрт возьми, нельзя побыть наедине со своей парой? Он нахмурился.

— Что вы здесь делаете?

Ухмыляясь, Доминик пинком отправил сосновую шишку в куст.

— Ищем сокровища. Можно осмотреть твою грудь, Райли?

Подавив улыбку, Райли вздохнула и погладила свою рычащую пару.

— Доминик, пожалуйста, найди в себе волю к жизни.

Трик бросил на них извиняющийся взгляд.

— Мы не хотели мешать, просто искали Зака — он где-то здесь в волчьем обличье.

— Мы его не видели, — сказала Райли.

Доминик одарил её ещё одной усмешкой.

— Знаешь… у тебя очень сексуальный голос. А если бы он исходил в момент, когда у тебя во рту мой чл…

— Доминик. — Тао посмотрел на Трика. — Если ты не убьёшь его, это сделаю я.

Трик толкнул смеющегося Доминика.

— Пошли, пока тебя не убили. Грета, идём.

Как только волки скрылись за деревьями, Райли почувствовала, как Тао расслабился.

— Снова покой.

Тао глубоко вздохнул.

— Да. Покой. — Райли снова положила голову ему на грудь, и он закрыл глаза.

Прохладный ветерок овевал кожу, смягчая покалывающий жар солнца и принося ароматы сосны, нагретых солнцем камней и диких трав. Заскрипели ветки, зашуршали листья… И где-то совсем близко кто-то засмеялся. Тао зашипел сквозь зубы. Он хотел лишь немного побыть наедине со своей парой. И не думал, что это такая уж большая просьба к вселенной. Но всего несколько мгновений спустя Макенна, спотыкаясь, вышла на поляну и округлила глаза.

— Извините, я не знала, что вы будете здесь. Мы уходим.

Райан вышел на поляну, держа Кая на плечах, Лилу у груди, Декстер обнимал его левую ногу, и Саванна — правую. Он что-то проворчал Тао, что могло быть приветствием или мольбой о помощи.

Заметив Райли и Тао, Декстер спрыгнул и проревел:

— Бомбочка! — Ребёнок бросился к Тао, который схватил его за талию и поднял высоко над собой, щекоча бока.

Зная, что за этим последует, Райли села, чтобы поймать прыгнувшую Саванну.

— Привет, солнышко!

Маленькая гадюка ухмыльнулась.

— Вы снова целовались?

Райли улыбнулась.

— Ага.

— Фу. — Саванна игриво зашипела на Тао, а затем вскарабкалась на дерево.

Тао вздохнул.

— Пошли внутрь, здесь не будет покоя.

Он поднялся, схватил Декстера за лодыжку и перевернул его вверх ногами, заставив детёныша истерически смеяться. Неудивительно, что из карманов Декстера выпало много кусочков еды. Макенна схватила мальчика и поставил на ноги.

— Вы идите и побудьте одни. Детям с нами хорошо.

Райли послала детям воздушный поцелуй и помахала рукой. Они с Тао ушли в лес, оставив Саванну висеть вниз головой на дереве, в то время как другие дети лазили по Райану, как по дереву.

Райли провела рукой по выветрившемуся дубу, ощущая шероховатые края коры. Лес действительно был прекрасен и… И Тао больше не было рядом.

Оглянувшись, она подняла на него бровь. На его лице была улыбка типа — я думаю о сексе.

— Что?

— Ты знаешь, когда я смотрю, как ты идёшь, хочется бросить тебя на ближайшую поверхность и жёстко взять тебя.

— Что тебя останавливает?

Тао собирался ничего не говорить, но затем услышал, как к ним приближается волк. Он остановился, выругавшись.

— Я больше не могу этого выносить. Я просто не могу.

Она поджала губы, борясь с желанием рассмеяться. Затем Тао внезапно развернул её и потащил глубже в лес.

— Куда мы идём?

— Туда, где будет хоть какое-то уединение.

Деревья становились всё гуще, затем Райли наткнулась на пещеру. Сухие листья хрустели под ногами, когда Тао вёл её внутрь.

— Я прежде не видела её, — сказала она.

— Ты мало пробыла на нашей территории, чтобы исследовать каждую щель.

Она напряглась.

— Здесь ведь нет летучих мышей? — Иначе она сойдёт с ума. От одной мысли об их жутких, клыкастых мордах её бросило в дрожь. Райли не чувствовала запаха гуано, но всё же…

— Никаких летучих мышей, — заверил он, притягивая её ближе. Слава богу. Она оглядела пещеру, пытаясь понять, как далеко та уходила. Повсюду были следы когтей, без сомнения, оставленные стаей.

— Она неглубокая, — сказал Тао. — И никуда не ведёт.

— И там нет летучих мышей?

Он усмехнулся.

— Никаких летучих мышей. Он прижал её к холодной, неровной каменной стене. — Только ты. И я. — Именно этого хотел Тао.

Он накрыл её рот своим, наслаждаясь с жадным, первобытным голодом, который никогда не исчезал. Он всегда был внутри, всегда искушал Тао попробовать и взять то, что принадлежало ему. Райли скользнула под его рубашку, касаясь гладкой, горячей кожи. Необузданное желание лизало её плоть, заставляя гореть нервные окончания. Она обняла его ногу своей и прижалась к его члену. Он был твёрдым и готовым, и она нуждалась в нём. Райли впилась ногтями в его грудь — женское требование большего, отчего Тао зарычал. Райли проглотила стон, задыхаясь, когда он засунул руку ей под рубашку и собственнически сжал грудь.

— Я должен был догадаться, что ты моя, по тому, как хорошо твоя грудь лежит в моей руке. — Он прижался своими бёдрами к её. — И по тому, насколько хорошо твоё тело принимает мой член. — Тао стянул с неё рубашку и вцепился в сосок, посасывая и покусывая. — У тебя феноменальная грудь. И самая нежная кожа. Идеально подходит для облизывания и укусов.

— Тао, в комплиментах нет необходимости… мы и так переспим.

Он мрачно усмехнулся.

— О, я знаю это. — Расстегнув ширинку, он засунул руку в трусики Райли и погрузил в неё два пальца. А затем застонал от того, какой горячей и скользкой она была, наслаждаясь тем, как лоно сжимало пальцы. — Ты кончишь мне на пальцы. А потом я тебя трахну.

Я не возражаю, просто на случай, если у тебя возникнут какие-то сомнения.

Тао изогнул губы.

— Никаких сомнений, детка. — Он трахал её пальцами, крепко целуя. Её рот был мягким и горячим и имел вкус всего, чего он хотел, всего, что принадлежало ему. Тао повернул пальцы, найдя то место, от которого она застонала. Райли попыталась оседлать его руку, безумно желая большего, поэтому он дал ей больше, толкая пальцы быстрее и сильнее. Её сердцевина затрепетала и сжалась, когда Райли достигла пика, постанывая ему в рот. Сдерживаться больше было нельзя. Он должен обладать ею. — Джинсы. Сними их.

Тяжело дыша, Райли моргнула, приходя в себя после ласк этих умелых, уверенных пальцев. Он полностью подавил и опустошил её чувства, немного выбив её из равновесия. Райли сбросила туфли и расстегнула пуговицу. Тао помог ей стянуть джинсы, а затем отбросил их в сторону. После развернул её, и Райли упёрлась руками в каменную стену.

— Да, вот так. — Он сильно толкнулся, входя по самые яйца, а внутренние стенки сжали его ствол. — Да, чёрт возьми.

Райли запрокинула голову, когда он жёстко трахал её, впиваясь пальцами в бёдра. Каждый толчок был глубоким, смелым, собственническим. Райли прикусила губу, чтобы сдержать стоны, зная, что они будут отдаваться эхом, но боялась, что долго ей это не удастся. Не тогда, когда он безжалостно входил в неё в таком бешеном темпе.

Тао провёл зубами по её пульсу.

— Ты готова кончить? — Чёрт возьми, да. — Я не продержусь долго. — Он взял её за руку и опустил пальцы к сердцевине, чтобы своим пальцем она поиграла с клитором. Тао зарычал ей в ухо. — Кончай для меня, детка.

Через их связь он почувствовал, как на Райли обрушился оргазм, почувствовал, как волна за волной мучительного блаженства сокрушают тело. От этого связь завибрировала и врезалась в него, а он закрыл ей рот рукой, заглушая крик. Уткнувшись лицом ей в шею, Тао взорвался, рыча, пока её тело сжимало его член. Когда Тао, наконец, снова смог двигаться, обнял Райли и поцеловал в шею.

— Спаривание с тобой было лучшей и самой умной идеей, которая приходила мне в голову.

Райли улыбнулась, тяжело дыша.

— Я думала, ты не любишь неприятностей.

— Мне нравится твоя разновидность неприятностей. — Он уткнулся в неё носом. — На самом деле, нет, я её обожаю, так же, как обожаю тебя. Я бы ничего не стал в тебе менять.

— Даже то, что я продолжаю носить твои рубашки?

— Нет.

— Даже то, что внутри меня сидит ворон, который продолжает тебя мучить?

— Нет.

— Даже то, что я беру взаймы…

— Крадёшь.

— …твои вещи?

— Нет. — В конце концов, она вернула ему кольцо с ониксом. Кроме того… — То, что принадлежит мне, принадлежит и тебе.

Она растворилась в нём, счастливая, нежная. Но должна была спросить:

— Ты уверен, что здесь нет летучих мышей? Мне кажется, что я что-то слышала. Зловещий скрипучий звук.

Он вздохнул.

— Женщина, здесь нет летучих мышей.

— Женщина?

— Разве ты не женщина?

— А тебе не хватает ума уловить тон? И это вполне обоснованный вопрос. Это пещера. Летучие мыши обитают в пещерах. Хочешь заработать бешенство?

Честно говоря, Тао хотелось биться головой о стену.

— Не все летучие мыши переносят бешенство.

— Девяносто восемь процентов случаев бешенства вызваны летучими мышами.

— Это не так.

— Но могло быть.

Он зарычал.

— Ты заноза в моей заднице, Портер.

— Если ты когда-нибудь снова захочешь быть моей занозой, вытащишь меня из этой чёртовой пещеры до того, как проснутся летучие мыши.

— Безумие. Грёбаное безумие.

Фенрир — в германо-скандинавской мифологии огромный волк, сын Локи и великанши Ангрбоды. Враг богов Фенрир (Ужасный Волк) был вторым из детей Локи.