Даже если вам немного за тридцать, есть надежда… Помните такую песню? У меня не совсем так. Мне двадцать пять, и я не замужем. Да и принцев на горизонте не было. В общем-то, и я далеко не принцесса и не модель. Бывший ушел к любовнице, заделав ей продолжение себя. А я много чего натворила на их свадьбе… и между делом, случайно познакомилась с Никитой Соминским. Идеальный во всем, красивый, богатый, обходительный. Вот только знакомство наше случилось в ЗАГСе. На его свадьбе.

Да… он почти женился… если бы не я на его голову.

Так вот. Может ли в двадцать пять жизнь круто измениться? Может, если вы этого очень захотите. Я очень захотела. Да так, что успевай от судьбы подарки принимать.

Вот, например, сегодня утром оказалось, что Никита стал папой. Нет, не так. Он стал папой уже давно, но я узнала об этом только утром. В детском саду, в котором работаю нянечкой. И мой любимый воспитанник Кирюша, оказывается, его сын. Все сложно? Нет, все просто шикарно! Вот только про маму Кирилла никто слово не сказал. Но я разберусь. А пока меня на свидания приглашают… И я отказать не могу двум красивым мужчинам — сыну с отцом.

— Отлично погуляли… — говорит Ник. Смотрю на Кирюшу, глазки трет, устал. Ему спать пора, а мне как приличной девушке домой.

— Вам спасибо. Я закажу такси, а вы поезжайте.

— А пицца? Хочу пиццу! — зевая, напоминает Кирилл.

Никита смотрит на меня и вдруг предлагает:

— Поедем домой. Пиццу закажем, чай попьем,— тихо говорит, словно меня уговаривает.

— Да, Эль, поедем? — ребенок за отцом повторяет. Сердце у меня плавится от этих двоих.

Я на них смотрю и киваю. Быстро я согласилась? Нет. Двадцать пять лет ждала этого предложения.

Будет горячо!  Подарок для моих дорогих читателей, мини история про Элю и Никиту. Внимание 18+ . Пожалуйста подарите лайк, я старалась!

Полностью историю Эли и Никиты можно прочитать в романе "Размер не имеет значения"

Едем по вечернему городу. Из динамиков льется тихая музыка.

Кирилл сидит в детском кресле и медленно моргает. Двигаюсь к нему, глажу по волосикам. Спит почти, умаялся. Кир расслабляется, голову мне на плечо кладет. Сопит.

Никита приглушает музыку, поглядывает на нас. У меня на руках ребенок, а за рулем его папа… Как так получилось, что в короткий срок они стали самыми важными мужчинами в моей жизни? Чувствую себя такой счастливой сейчас! А внутри странное предвкушение, тягучее чувство… что-то новое во мне зарождается. То, что терять не хочется, ни за что на свете.

— Спит? — ловит мои глаза в зеркало заднего вида. Осторожно киваю, чтобы не разбудить. Улыбается. Наверное, он специально так едет, чтобы мальчишку укачать. И со мной наедине остаться. Хитрый папаша…

Подъезжаем к современной многоэтажке, заруливаем на подземную парковку. Примерно так и представляла его дом.

Тормозит на личном парковочном месте. Мотор не глушит, чтобы не будить Кира. Тихо вылезает из авто и берет мальчика на руки. Хочется на них любоваться. Красивые.

— Идем, — шепчет.

— Уверен? Может, я к себе все-таки поеду?.. — начинаю сомневаться. Вдруг у них дома мама Кирюши? Что будет тогда?

Хотя у нас с ним все непонятно и вопросов много, он он уверял, что так и не женился. Но ведь у Кира есть родная мама… которая, может быть, любит Никиту и надеется, что все у них еще будет хорошо.

Так и стою, а Никита уже к двери подходит.

— Эля! — шепотом зовет. Ему моя нерешительность не нравится. — Давай быстро, пока не проснулся.

Командир какой… думать некогда. Ладно, я решение приняла еще на прогулке в парке. Иду.

Поднимаемся на лифте. Я даже рада немного, что у него руки заняты. Как-то смущаюсь я. Вроде не девочка давно. А все как в первый раз.

— У меня в кармане ключ. Достань, — просит, указывая вниз. Сумки у него нет, пиджака тоже. Где же ключи?

Мы уже приехали на этаж, стоим у входа. А я глазами хлопаю, туго доходит.

— Это мне туда лезть?.. рукой?.. — заливаюсь румянцем, когда понимаю, что единственные карманы в штанах.

— Можешь зубами, только побыстрее! Давай уже, достань его. — хмыкает. Издевается?!

Запускаю руку в обтягивающие брюки. Убеждаю себя мысленно: «Эля, это всего лишь карман»! Рука никак не нащупывает связку и скользит глубже. Мамочки, я что, правда, сейчас это делаю?.. Ник издает странный звук похожий на рык. У него рядом там что-то твердое. Наверное, во внутреннем потайном. Такие ведь есть на брюках?..

— Эль, ты, пожалуйста, открой дверь… — хрипит, пока я его карман ощупываю.

— Тут нет…

— Поищи в другом!

Смотрю на брюки, они топорщатся, интересно, когда он успел в карманы напихать столько всего? И зачем. Быстро меняю стороны. Вот и связка, хвала небесам! Не люблю по чужим карманам шарить. Да и ему не очень нравится, он с ноги на ногу перетаптывается, ждет, пока я справлюсь с дверью.

— Нижний замок, — шепчет. — Давай резче!

Отчего-то у меня руки трясутся. Но все-таки дверь поддается. Открываю.

Никита вбегает и несет малыша в детскую. Раздумываю, надо ли помочь. Решаю, что сами справятся. Все-таки я не настолько ему близка.

Пока хозяин возится с ребенком, оглядываюсь.

Квартира новая, видно, недавно ремонт сделан. Мебель в прихожей деревом, только что обработанным пахнет. Наверное, на днях переехали.

Думаю, чем себя занять. У меня жуткое волнение, как перед экзаменом. Слышу, как закрывается дверь… и вижу Никиту. Он идет прямо ко мне.

Смотрит в глаза, не разрывает зрительный контакт.

Думаю, пошутить что-то про пиццу, но язык не поворачивается. Он вообще какой-то чугунный. Как и все тело.

Как глупо я, наверное, выгляжу: школьницы и то опытнее в этих вопросах.

— Переехали недавно? — нарушаю тишину. Голос какой-то хриплый, но надо что-то говорить, чтобы так не волноваться.

— Да. Показать тебе спальню?

Никита делает последний шаг вперед и ловит в объятья. Прижимает меня к себе очень близко.

Ох… чувствую, как его ладони скользят по моей спине все ниже. Он что это? Платье расстегивает?! Вжимаюсь в него сильнее, непроизвольно.

— Что у тебя в кармане? — зачем-то спрашиваю. Мне в бедро активно упирается то, что там у него спрятано.

Никита, кажется, удивляется моему вопросу. Секунду размышляет, но потом начинает смеяться:

— То, что там лежит, нужно срочно достать.

От его тона и жара между нами становится ясно: Эля дурочка. У Эли давно не было романтики, раз у здорового мужика в карманах только ключи мерещатся.

Чувствую ладони на своих ягодицах. Платье едва держится на моих плечах, вот-вот соскользнет. Судорожно вспоминаю, что за белье под ним. А Никита уже исследует его на ощупь.

Пальцы проходят по мягкому кружеву и добираются до кожи. Я замираю. Как все быстро происходит. Но ни за что не стану его останавливать.

— Ник… — срывается что-то подобное стону, когда замочек на лифе щелкает и я уже безоружна перед ним.

Он не дает договорить, захватывает мои губы в плен. Проталкивает язык. Взрослый поцелуй, почти французский. Понимаю, что было до — невинный детский лепет. И сейчас рядом со мной настоящий Никита. Обжигающий. От него веет искушением. Он манит меня, заставляет поддаться.

Срываюсь. Начинаю отвечать. Дергаю за рубашку, хочу быстрее справиться с пуговицами. Никита тоже торопится. Прикусывает мои губы и блуждает ладонью под платьем. Ласкает плечи, живот, бедра… Нужно больше.

— Раздень меня быстрее, — сама прошу, едва справляясь с его рубашкой. Он издает приглушенный стон, когда мои ногти проходят по его груди. А потом, словно вспоминая, что мы все еще в прихожей, подхватывает меня на руки. А ведь я не Дюймовочка!

Какой сильный… окончательно пропадаю. Меня еще никто никогда на руках не носил! Ну кроме мамы в детстве. Но это совсем другая история.

Придерживаюсь за его шею, чтобы не упасть. А он меня тащит в спальню, как охотник добычу. Да еще и не прерывает наш дикий поцелуй.

Едва добираемся до комнаты. Кажется, что-то опрокидываем по ходу. Стол или стул. Хорошо, что звуки глушит мягкое ковровое покрытие.

— Взял бы тебя прямо там, но ребенок у нас дома, — эти слова сводят с ума. Никита прикрывает дверь, чтобы никто не мешал, Кирилл спит, но мало ли… Мужчина делает шаг в сторону постели и путается в моем платье, которое волочится по полу. Не удерживает равновесие, летим на матрас.

Придавливает меня своим весом. Я кажусь маленькой по сравнению с ним. Как же давно я его ждала! Такого сильного, волевого… чтобы в берлогу унес и отлюбил как следует.

— Элечка… вкусная девочка, — проводит носом по моей шее, заставляя низ живота ответить приятным волнением.

— Хочешь меня съесть? — улыбаюсь ему в губы.

— Хочу тебя. Точка.

Широко распахиваю глаза, ловлю его обжигающий взгляд. Как приятно быть желанной, с ума сойти! Кажется, я сейчас ему готова отдать все. И не только тело.

Внизу живота уже непросто жар, там кипяток. Наверное, он чувствует, потому что ладони скользят вниз по талии, добираются до бедер. Мои руки тоже не скучают. Стаскиваю с него рубашку и хватаю за спину. Когтями впиваюсь в его кожу, себе руку царапаю заодно. Хочу знать, что это происходит не во сне. Только бы не проснуться. Ник рычит от моих ногтей.

— Эля… — трется об меня своим внушительным размером. Сомнений не остается, что на самом деле у него там… топорщится. Нас разделяют только тонкие трусики-бразильяно. И его брюки. Берет мою руку и кладет себе на ширинку. — Чувствуешь, что больше не могу ждать?

Краснею, но начинаю его гладить. Знакомиться заочно.

— Да что же ты какая… Невероятная! — опускается мне на грудь. Зубами сдвигает бюстгальтер, освобождая мою гордость.

Грудь уже налилась, соски каменные. Никита проводит языком по горошинкам и втягивает по очереди. Сжимаю его инструмент в порыве удовольствия. Он тихо ругается.

— Расстегни брюки, не могу больше. Я тебя так хочу, что сейчас ширинка лопнет, — шепчет, едва отрываясь от соска. Второй зажат в его пальцах. Мне дышать сложно, я сама себе уже не хозяйка.

Широко раскрываюсь перед ним, сама оттягиваю в сторону трусики. Никита подхватывает мою инициативу. Вырисовывает узоры языком от груди вниз, обводит пупок, опускаясь ниже. Он что? Правда это будет делать?! Привстаю, нужно срочно избавить его от брюк. А то несправедливо: я почти голая, а он все еще в одежде.

Дергаю за пряжку, расстегиваю молнию. Никита помогает мне, вместе быстрее получается.

Окончательно перестаю стесняться. Разглядываю его бессовестным взглядом. Хочу рассмотреть, потрогать каждую родинку. Ощутить полностью в себе.

Пользуется маленькой паузой, стягивает боксеры. Чувствую себя девственницей. Наверное, они также смотрят на мужчину во всеоружии. Никита такой идеальный весь, что начинаю сомневаться: настоящий ли? Или может быть придуманный моей бурной фантазией.

— Конфетка моя, о чем ты так сосредоточенно думаешь, пока я отвлекся? — возвращается на меня, впиваясь губами в шею. Млею от его ласки.

— Мы с тобой не во сне? — шепчу, подтягивая ногами его бедра. Никите нравится моя инициатива.

— Сомневаешься еще? — кусает за плечо, рукой еще шире мои ноги разводит. Ответить не усеваю: Ник приподнимается и заполняет меня. Я полностью готова, он знает. Мы очень долго ждали. Чувствую, как идеально подходим друг другу, половики целого? Или просто два влюбленных человека, изголодавшиеся по настоящему чувству.

— Эля… как же я мечтал, — признается. Находит мои руки, я хватаюсь за него, переплетаю, сжимаю пальцы. Мне так хорошо еще никогда не было. Единственный мужчина, от которого голова кругом. Даже говорить не могу, губы кусаю, чтобы не издать громких звуков.

— Никита… — понимаю, что он ускорился. Мы слишком шумим, надо потише, пока малыша не разбудили.

Но безумие мое не хочет останавливаться: держит меня за руки и вгоняет так, что в глазах темнеет. Я уже все губы искусала в кровь.

— Не могу сдерживаться… ох, — выпускаю коготки. Он выдыхает.

— Хочу, чтобы ты кричала, Эль. Каждую ночь, — хрипит. Ник едва сдерживается, чувствую. Еще чувствую, что сейчас и правда перестану себя контролировать. Кровать от наших движений скрипит, хотя новая. И это не потому, что я слишком много вешу. Сейчас вообще неважно насколько идеальна моя фигура. Главное, нужна ему. Такая, какая есть. Понимаю, что комплексы были необоснованными. Любят не за размер одежды, любят за другое… а меня ведь есть за что любить?..

— Красавица, девочка моя… — целует, глуша наши стоны. Крепче обнимаю его, полностью доверяю. Он на мгновение замирает, смотрит в глаза, и мы без слов понимаем друг друга. Перерождаюсь в его руках, а он медленно двигается, загоняя на максимум. Я уже не в силах даже смотреть, глаза прикрываю, отдаюсь блаженству.

Такого оргазма со мной не случалось. От кончиков пальцев пронизывает все тело, бешеной энергией, адреналином и нежностью. Хочу выкрикнуть его имя, сказать, что-то очень важное… но просто прижимаюсь губами к его шее, чтобы не закричать. Теряю связь со временем, пространством… я здесь с ним, и меня нет, умираю, таю… Внутри пульсирует поток его удовольствия. Мы вместе подошли к концу. Никите хорошо, я уверена.

Открывать глаза не собираюсь. Ловлю момент. Никита все еще меня обнимает, поглаживает пальцами по щеке.

— Устала?

— Нет…

— Еще хочешь?

— Я всегда буду хотеть больше, — честно отвечаю. Никита находит мои губы и соглашается со мной. Он разделяет мое желание, а у нас еще вся ночь впереди. Мы голодные, но пиццей пусть кто-нибудь другой насыщается. У нас есть лакомство повкуснее. И я только Никитой готова завтракать, обедать и ужинать.

Не забудьте добавить в библиотеку! Возможно продолжение горяченького, в виде подарочка к основному роману.

Спасибо за комменты и лайки! Обнимаю и люблю))

Ваша Стелла К.

Утро начинается не с кофе. Меня ласкают сильные мужские руки. Похоже, что этой ночью мы не сомкнули глаз…

Никита, кажется, совершенно не иссекаемый источник сексуальной энергии. Столько раз и до сих пор не потух! Даже не думала, что можно так часто… обычно один раз, по-быстрому и спать. Но только не с ним.

Прищуриваясь, из-под ресниц наблюдаю за ним. В глазах пляшут лукавые чертики, улыбается. Снова ловлю себя на мысли, что он очень красивый. Хочется спросить: Эля, это что, все тебе досталось?! За какие такие заслуги?.. Ой…

Чувствую, как прихватывает зубами сосок, отвлекая от мыслей.

— Нравится? — шепчет.

— Да…

— А мне нравится твоя грудь. Шикарная, — накрывает ладонями, а у меня по телу дрожь. Выгибаюсь ему навстречу, пусть наслаждается. Кажется, на мне нет места, которое он бы не поцеловал. Чувствую себя такой сладкой, что просто сахарная вата по сравнению со мной — лимон.

— Никит, — запускаю руки ему в волосы, приподнимаю от себя, чтобы в глаза заглянуть.

— М?

— Мне с тобой очень хорошо, знаешь?

— Мне тоже хорошо, — на руках подтягивается к моим губам. Целует, долго. По-взрослому.

Может быть, мы с ним сможем как-нибудь? Может, получится у нас что-то большее?

— Перестань думать, — касается кончиком носа моей щеки.

— Все-то ты знаешь! — хихикаю. Хочется его удивить, пусть не думает, что знает обо мне все.

Обхватываю его ногами, Ник уже готов: чувствую его твердость животом. Нужно показать ему, какая я могу быть. Во мне столько всего внутри… аж руки чешутся. Вот и решаю их не сдерживать. Ладонью нахожу достоинство Никиты и начинаю мягко поглаживать. Он уже настроился на проникновение, но мои смелые ласки ему приятны. Вижу, как замер у мочки уха, шумно дышит.

Выбираю момент и отталкиваясь, переворачиваю нас, теперь я сверху. Амазонка на коне. Никита меня за талию берет и к себе притягивает, усаживая поудобнее. Дарю ему нежный поцелуй, растягиваю и прерываю. У меня есть план. План по захвату мужского сердца… но начнем снизу. Медленно отступаю от его губ и прикладываю к ним палец. Он удивлен немного, ждет продолжения. Хочет что-то сказать, но я запрещаю.

— Тсс… будет приятно, — облизываюсь, как в фильмах для взрослых. Никита смотрит на меня во все глаза, предвкушает то, о чем фантазировать стыдно.

На мгновение сосредотачиваю взгляд в его карих. Зрачки расширены, дыхание сбито. Так и нужно, будет еще горячее.

Заправляю прядь волос за ухо и скольжу пальчиком по его груди. Обвожу напряженные мышцы, соски. У мужчин они такие же эрогенные, понимаю, когда он тихо стонет от прикосновений. Сползаю в сторону, нужно освободить «фронт работ».

Ник поднимает голову, наблюдая, как я играю с его телом. Специально массирую низ живота, опускаюсь по бедрам, к пальцам ног… избегаю того самого, что налился и жаждет внимания.

— Ты меня решила помучить? — хрипит Никита, ловит мою руку. — Возбуждаешь еще сильнее… а даже не дотронешься…

— А чего бы тебе хотелось? — снова облизываюсь. Я от этих гляделок и слов сильнее него распаляюсь. Но жду, пока попросит сам.

— Эля… — провожу ноготком по низу живота, следя за реакцией. Он подрагивает, капелька смазки выступила на нежно-розовой головке. Как же хочется попробовать на вкус. Сама не замечаю, как губы тянутся к большому леденцу.

Никита в простыню впивается руками, комкает ее. И сейчас у него взгляд дикий, совсем не такой, как раньше. И от этого осознания мурашки по коже. Я не могу больше ждать. Принимаю глубоко. С желанием, какого еще никогда не возникало. Чувствую вкус мужчины, который любим. Выдерживать его взгляд не могу, прикрываю глаза и сосредотачиваюсь над лаской. Посасываю, работаю языком. Двигаюсь, задавая темп.

Никита

Эля конфета. Так и буду ее называть. Я ее с первого дня хотел, а сейчас дорвался не могу насытиться. Голова думает только в одном направлении, как бы ее обласкать со всех сторон. Такая девочка невероятная, спрашивает постоянно, не снится ли нам все это. Я и сам боюсь, что придется проснуться. Но сон слишком приятный, чтобы тратить время на анализ происходящего. Просто до последней капли этой ночью насладимся.

А она все думает, лобик хмурит. Надо ее отвлечь как-нибудь. Но отвлекаюсь сам: залипаю на ее грудь. Она просто шедевр! Натуральная, аппетитная… руки распускаю, Эле нравится, значит, все можно. И кто сказал, что грудь должна в ладони умещаться? У меня руки большие. Хватит, чтобы ей удовольствие доставить…

— Перестань думать, — на всякий случай шепчу.

Мурлыкает что-то, такая нежная девочка, облизать ее как конфетку, слопать. Ни с кем не делиться.

Трется об меня, ускоряет процесс. Я и так уже кончил столько раз, что со счета сбился. Она моя зажигалочка. Ночи не хватит нам и дня. И недели с месяцем. Я ее постоянно хочу. Весь день на работе только и думал о свидании, даже мечтал, как она в мою постель ложится. Но реальность гораздо лучше фантазий оказалась. Эля внутри настоящий вулкан! Ох и горячая… чувствую, как гладит член. Дорвалась. А мне от этих игр невмоготу, хочу в нее. Влажная девочка, готовая ко мне… сейчас я тебе засажу, по самое не хочу.

Но Элечка свою игру затеяла. Даже не понял, как она сверху оказалась. Доминирующая, решительная. Какой соблазн ей поддаться, подыграть! А потом взять как следует, чтобы помнила, кто главный.

А она даже слова не тает мне вставить, рот пальцем заткнула. Остается его облизывать, целовать.

— Тсс. Будет приятно.

Теряю голову от ее вида. Глаза горят, мысли на лице написаны. Искусанные губы облизывает, они от влаги блестят. Сейчас не дождусь и кончу на нее. Крепись, Никита… терпи.

Гладит меня, издевается. Я уже дышать не могу, член как мина замедленного действия. Тронешь и взорвется. А она не трогает.

— Ну, пожалуйста, возьми его в рот, — почти срывается с губ. Но вслух говорю другое: — Ты меня решила помучить? Возбуждаешь еще сильнее… а даже не дотронешься… — уже шепотом продолжаю, потому что она наконец берет его и растирает смазку. Рр… Эля…

Наклоняется, губами обхватывает… и начинается апокалипсис. Я не могу держаться, веду бедрами вверх, врываюсь в нее, толкаюсь. Она терпеливо принимает, не отталкивает. А я вообще уже не соображаю. Есть только сладкие губы и язык, который имеет надо мной власть.

Старается, я не припомню такого удовольствия. Да и прошлые не хочу вспоминать. Мне теперь ротик ее будет сниться. Смотрю на конфетку и крышу подрывает, нельзя быть такой… приподнимаюсь на локтях, чтобы лучше видеть, как скользит мой прибор в ее губах.

Она глаза открывает, и мы смотрим друг на друга. Не понимаю, что со мной происходит, внутри все переворачивается. Хочу ее предупредить, но не могу… мое тело уже за меня решило. Она обхватывает сильнее и широко раскрывает глаза. Вижу, как по губам стекает сперма. И от этого еще сильнее кончаю. Как бы ни захлебнулась. Мне стыдно, что не сдержался. Ей, наверное, неприятно.

Тяжело дышит, вижу, как колышется ее грудь. Собираю волосы в руку.

— Элечка, солнышко, прости… я..

Снова прислоняет палец к губам. Осторожно освобождает рот и сглатывает. У меня челюсть отпадает окончательно.

Облизывается, ладошкой губы вытирает и улыбается. Больше не могу на нее смотреть издалека. Наваливаюсь сверху и целую так, чтобы передать все то, что испытал. У меня чертова горячка от этой девочки. Не выпущу, пока не будет знать, как сильно нужна. Как я влюблен.

— Скоро вставать, — шепчет, не сдаваясь моей настойчивости.

— Я тебя сегодня из постели не выпущу. Не рассчитывай.

— А Кирилл?

— Пока спит, — придавливаю к матрасу, болтливый рот затыкаю языком. Чувствую собственный вкус, перемешанный со сладостью Эли. Отвал башки. Кир скоро проснется, но время терять не будем. У меня есть еще чуть-чуть времени и много идей, как ее заставить мое имя раз за разом выдыхать.

Спасибо за чтение Бонусных глав романа.

Продолжение истории в основном романе "Размер не имеет значения?!"

Приятного чтения