*****

В доме молодого ученого царило небывалое оживление. Лужайка у дома Ричарда претерпела некоторые изменения в наружном дизайне, главным из которых являлась жаровня-барбекюшница, принесенная Скоттом из собственного дома и торжественно установленная на краю лужайки. Добавились к антуражу большой деревянный стол и раскладные стулья, доставленные из того же пункта, что и жаровня, то есть из сержантского дома. На клёнах и заборчике были аккуратно развешаны китайские фонарики, и понятно, что тут постарались женские руки Моны и Кэти.

Друзья собирались торжественно отпраздновать день рождения хозяина дома. Основным блюдом праздничного меню, как решил Скотт, значилось барбекю, хотя сержант и проявил несвойственную ему прежде учтивость, предварительно осведомившись о мнениях остальных участников торжества. На состав меню сия формальная процедура никак не повлияла. Подготовкой мяса сержант занимался самолично, доверив Джорджу разжигать угли в жаровне. Рядом крутилась Дейзи, ожидая, что и ей впоследствии перепадет лакомый кусок. Жак важно расхаживал по давно некрашеным перилам веранды и начальственным голосом раздавал ценные на свой взгляд указания. Джордж воткнул в землю поближе к столу палку с поперечно приколоченной жердочкой.

— Зацени работу, — сказал он попугаю.

Жак перелетел с перил на жердочку и развязно ответил:

— Сойдет. — И вместо благодарности подстегнул парня. — Работай, работай, не стой как истукан. Что там с соусом, Скотт?

— Тебе это зачем? — удивился Джордж. — Ты же не ешь мяса.

— Боже, с кем приходится иметь дело! — Попугай в мнимом отчаянии закатил глаза. — Да я о вас, бестолочах, беспокоюсь. Главное в барбекю — это соус!

Здесь же, на лужайке, за столом возле окна в гостиную расположились Мона и Кэти, они нарезали свежие овощи для салатов. В открытое окно хорошо был виден Ричард, который копался в поврежденном аппарате для перемещения в космических пространствах.

Благодаря этому изобретению пришельцев и рассеянности Ричарда всем друзьям однажды довелось побывать на различных планетах нашей Галактики. Эти приключения сблизили Ричарда и его друзей с бывшими, недоброжелательно настроенными к молодому ученому соседями — Скоттом и Кэти. В одной из переделок с инопланетянами аппарат по перемещениям получил повреждения, и с тех пор Ричард пытался его починить. Он не терял надежды полностью восстановить все функции аппарата. Разобранная по частям инопланетная техника лежала на столе, а Ричард, вооружившись электрическим паяльником, что-то отпаивал оттуда. В ход шли детали уже земного происхождения, впаиваемые в аппарат вместо повреждённых. Творческий процесс настолько поглотил ученого, что происходившее вокруг, впрочем как всегда, осталось за пределами его интересов.

У противоположной от окна стены на малой громкости работал телевизор, который, казалось, Ричард, вообще никогда не выключал.

— Хэй, Рич, — крикнул Джордж, — бросай свою шарманку, и присоединяйся к нам! День рождения всё-таки у тебя, а не у нас! — Он повернулся к Скотту: — Если бы мы не приехали, он бы даже не вспомнил, что сегодня ему исполнилось двадцать шесть.

Сержант понимающе ухмыльнулся.

— Рич! А где твоя помощница?

— Что?

Ричард поднял голову. Громогласный сержантский бас на мгновение вывел его из ремонтного астрала, куда он был полностью погружен. Постепенно смысл вопроса достиг учёного сознания, и Рич рассеянно махнул рукой куда-то в сторону юга.

— А, Люси! Она в Майами. И

И снова задымил паяльником.

— В Майами? — удивился сержант. — Что она там делает?

— Участвует в конкурсе «Мисс Америка», — невозмутимым тоном ответил за Ричарда Джордж, как будто участие резиновой секс-игрушки в мероприятиях такого масштаба было самым обычным явлением.

— Каким образом?! Разве это возможно? Она же кукла! — поразился Скотт.

Мона и Кэти прервали работу и вопросительно взглянули на Джорджа. Новость про Люси оказалась неожиданной и для них. Парня прямо-таки распирало от чувства собственной значимости. Тут было с чего раздуваться. Мыслимое ли дело, в кои-то веки Скотт доверил ему некоторые функции по готовке барбекю, а теперь и девушки глядят на него, как на новоявленного праведника. Джордж неторопливо, придав себе наиболее важный вид, разворошил угли в барбекюшнице и только потом попытался удовлетворить любопытство друзей.

— Весь фокус в том, что там никто даже не догадался, что имеет дело с куклой. Да у всех этих соискательниц короны на собственную голову на лицах такое количество макияжа, что со стороны кажется будто они все куплены в одном кукольном магазине. Сами судьи различают их только поцвету платьев и купальников. Ну и номерки еще приспособили, на всякий, чтобы не запутаться. Я вам больше скажу, наша Люси оказалась в лидерах.

Джордж выдержал паузу, наслаждаясь обращённым к нему повышенным вниманием, и торжественно произнес:

— Та-дам! Теперь подружка Рича носит титул «Вице-Мисс Америка».

Всеобщее любопытство от его разъяснений только усилилось.

— Что?! Поверить не могу! Ты серьезно?

Кэти всерьез была обескуражена. Джордж утвердительно хмыкнул.

— Резиновая кукла — Вице-мисс?! Такого у нас ещё не было.

Скотт похоже был удивлён не меньше своей подруги. Мона задумчиво прикусила губу. Она редко обращалась за разъяснениями к своему парню, но сейчас ее мучил один вопрос.

— Ей же пришлось провести много времени среди конкурсанток. Неужели ни одна из девушек ее не раскусила?

Джордж одарил её снисходительной улыбкой, продолжая сиять, как начищенная серебряная монета в четверть доллара.

— Мона, дорогая, о чем ты говоришь? Разве ты не знаешь, каков IQ у участниц подобных конкурсов?

Вопросительные выражения на лицах девушек никуда не исчезли. Джорджу пришлось отвечать на собственный вопрос. Он отложил лопатку, которой мешал угли, и терпеливо пояснил:

— У этих красавиц с искусственными телами от пластических хирургов, с тоннами косметики на лицах, все мысли, весь их интеллектуальный потенциал, сосредоточены только на внешней оболочке. Единственная цель — произвести на мужчин наилучшее впечатление. Люси среди них своя в доску! Только у нее это в электронном виде заложено, а у всех остальных участниц на генном уровне.

Мона и Кэти обменялись многозначительными взглядами. Критичная снисходительность, с которой Джордж описывал красавиц, преподносившихся миру как эталон женской красоты, приободрила Мону и Кэти. Обе девушки понимали, что далеки от общепринятых стандартов красоты, к тому же совсем не пользовались косметикой, предпочитая естественность, и это было одно из тех качеств, за которые Джордж и Скотт ценили своих избранниц.

Джордж, не подозревая, какие мысли он вызвал своими откровенными оценками у женской половины сообщества, повернулся к сержанту.

— Скотт, дружище, вот как бы ты оценил умение Люси влиять на мужчин?

— По максимальной шкале! — не раздумывая, ответил тот, не сумев скрыть свое восхищение.

— И еще, — продолжал разъяснять Джордж, — в этом году состав жюри на конкурсе был исключительно мужским. А что обожают все мужчины, после женщин, конечно?

— Спорт, — уверенно заявил Скотт. — Я не пропустил ни один футбольный матч в этом сезоне. Вы бы видели какой тачдаун…

Джордж его уже не слушал.

— Вот! Рич загрузил в карту памяти Люси столько информации, что Гугл обзавидуется. А улавливать любые желания мужчин, равно как их интересы, у Люси заложено в электронной подкорке еще на Планете Три-Лет. Соперницам там просто нечего ловить. Так вот, наша Люси быстро вычислила спортивные предпочтения членов судейской коллегии и каждого буквально наповал сразила знаниями об их любимых видах и перечнем чемпионов всех сезонов. Да они там просто обалдели от нее.

— Хитрая чертовка! — не смогла сдержать восхищения Кэти.

— Еще бы! — согласился Джордж. — Все по первому разряду, и тело, и интеллект. Инопланетянка одним словом.

Мона, казалось, не разделяла общей радости.

— Жаль, Риччи снова останется один. После такого триумфа девушки редко возвращаются к прежнему образу жизни и своим парням.

Погрустнела и Кэти. Скотт тоже был задумчив, но как выяснилось по иной причине.

— IQ, говоришь… — Он потер рукой подбородок, не заметив, что испачкал его сажей, затем повернул вымазанное лицо к Джорджу. — Интересно бы узнать, а какой айкью у меня?

Попугай как всегда не упустил подвернувшуюся возможность сыронизировать и патетично воскликнул:

— Гордись, Скотт! Ты дослужился до сержанта американской армии! Не каждый…

— Жак, помолчи, не тебя спросили, — оборвал его Джордж, повернулся к другу и улыбнулся. — Ты отличный солдат и преданный друг, Скотт, у тебя хороший дом, прекрасная жена! Ты награжден орденом героя! Разве с низким интеллектуальным коэффициентом можно добиться таких результатов?

Джордж впервые в жизни был столь убедителен, его слова нашли отклик в сердце бывалого солдата. Лицо Скотта расплылось в довольной улыбке.

— Ты прав. Я достиг в своей жизни всего, чего хотел. И еще…Это не менее важно — я приобрел отличных друзей.

Стараясь не показать, что все сказанное Джорджем, растрогало его, Скотт отвернулся и принялся активно мешать угли в жаровне, тут он заметил копоть на правой руке. Для проверки провел по подбородку левой рукой. На пальцах остались черные пятна от сажи. Сержант достал из кармана рубашки клетчатый носовой платок и вытер им подбородок. Джордж переворачивал мясо в чашке с соусом, делая вид, что ничего этого не замечает.

— А как же Рич? — вспомнил Скотт, убирая платок назад в карман. — Остался один? Эх, все-таки надо парню жениться.

— Факт! — поддакнул попугай, разгуливая по жердочке. — Жизнь мужчины без женщины обречена на пустое существование.

Джордж с ухмылкой взглянул на него.

— Ты бы на эту тему вообще не рассуждал. Где гарантии, что новая жена Рича не сварит из тебя суп за твой юмор?

— Ой, что-то мне поплохело, — притворно простонал попугай и повис на палке головой вниз.

— Вот так и будешь висеть, когда тебя ощиплют, — поддержал Джорджа сержант.

Попугай быстро вскочил и с демонстративно независимым видом уселся в правильном положении.

— Что там у вас с салатами? — спросил Джордж девушек, смазывая соусом розовые ломти мяса.

— Придется немного подождать, — отозвалась Мона.

В телевизоре что-то говорил Марио Спинелли. Друзья, занятые важными и полезными делами, предвкушая праздничный ужин, не обращали внимания на речь комментатора популярной новостной программы.

Кэти резала кубиками сладкий перец. Мона, закончив с сельдереем, принялась за авокадо. Сделала ровный надрез вдоль всего плода, повернула половинки, отделив их друг от друга, ножом аккуратно вынула косточку. Затем, сделав еще один надрез, очистила половинки авокадо от кожуры, отложила их в стоявшую на краю стола миску и принялась за следующий тропический плод.

Из-под стола высунулась чья-то рука.

Маленькая четырехпалая лапа пошарила по столешнице, нащупала в миске авокадо и утащила его вниз. Увлеченные работой женщины этого не заметили. Мона положила в опустевшую миску очередные очищенные половинки фрукта.

Снизу опять появилась четырёхпалая рука. Авокадо исчез.

Из динамиков телевизора донеслось:

— Итак, слово нашему специальному корреспонденту Рональду Митчеллу.

— Ребята, Рон на экране! — оживилась Мона.

Кэти потянулась за лежавшим на столе пультом и прибавила звук.

— У меня нет времени наблюдать, как он выпендривается перед зрителями, — в нарочито деловой манере, что не вязалось с его характером, сказал Джордж, раскладывая мясо на решётке барбекюшницы. Подняв голову, он пояснил Скотту: — Я его сто лет знаю, меня он уже ничем не удивит.

Что-то в выражении на лице уставившегося в телевизор сержанта показалось ему странным. Настолько странным, что это заставило Джорджа вопреки его заявлению, повернуться к экрану. Увиденная картинка привела его в замешательство. Даже Ричард застыл в изумлении с дымящимся паяльником в руке.

— Впервые вижу такой порнорепортаж, — прокомментировал Скотт эротичные движения незнакомой девушки возле пояса журналиста.

— Он берет у нее интервью, — ухмыльнулся Джордж.

— Таким образом? — Мона не сразу поняла, что он просто шутит.

— Это импровизация, я уверен. Но еще больше уверен, что любой на месте нашего дорого друга мечтал бы взять интервью у хорошенькой девушки таким образом.

Мона подозрительно прищурилась.

— И ты тоже?

— Естественно.

Очередной ляп Джорджа вызвал всеобщий дружный смех. Осознав суть подставы, он с деланной обидой протянул:

— Мона, как ты можешь…Такое подумать обо мне. Я же чист перед тобой как кристалл и надежен как скала.

— Ладно, ладно, — примирительно произнесла девушка, — я знаю, что у тебя в уме, то и на языке. А иногда наоборот.

— Именно, только иногда. А так я умный…

— Как утюг, — едко оборвал его Жак. — Не перетягивай одеяло на себя. Дай на другого идиота полюбоваться.

Кэти, хоть ненамного, но была чуть старше молодой пары, и сквозной ветер в ее голове уже не гулял

— Митч перегнул палку. Не следует показывать такие вещи, да еще в прямом эфире. Даже ради повышения рейтинга! Хотя, — она пожала плечами, — он лучше нас знает нравы современной молодежи. Наверно, в первую очередь их интересует это, а уж потом его новости.

— Не знаю, как тебя, Джордж, но сегодня меня этот парень удивил, — сказал сержант. — У нас в армии служило немало женщин, но я не припомню ни одного случая, чтобы командир повышал свой рейтинг у подчиненных таким образом. — Он немного подумал и добавил с некоторым сомнением: — Не знаю, может у некоторых и были неуставные отношения, но лично я ничего не замечал. У нас с этим делом ух как строго было!

Слушая разглагольствования своего бывшего командира, Кэти не смогла сдержать улыбки. Джордж перехватил ее взгляд и все сразу понял.

— А Кэти служила в твоем подразделении?

Намек Джорджа был более чем прозрачен.

— Да, а что?

Скотт посмотрел на своих улыбающихся друзей и понял, что при размышлениях о внеслужебных отношениях других командиров, он как-то не подумал о своих собственных. Смутившись, он принялся усердно ворошить угли в жаровне. Процесс подготовки праздничного ужина на некоторое время был приостановлен. Все молча следили за тем, что вытворял на экране лучший корреспондент Америки. То обстоятельство, что этот самый корреспондент был их общим другом, только подогревало интерес. Тишину, воцарившуюся на лужайке и в доме, нарушали только звуки работавшего телевизора.

— Хватит пялиться в телик!

Резкий выкрик заставил всех вздрогнуть от неожиданности.

— Дурака что-ли не видели?! Займитесь делом, жрать уже охота!

Совет Жака насчет более рационального использования времени и энергии возымел действие. Друзья с еще большим энтузиазмом занялись тем, ради чего они собственно и собрались. Слова попугая подействовали даже на Ричарда. Он отложил паяльник в сторону и высунулся в окно:

— Вам помочь?

Скотт скептически осведомился:

— Ты умеешь готовить барбекю?

Ричард с сомнением пожал плечами.

— И с рецептом салата «Цезарь» знаком? — в свою очередь насмешливо поинтересовалась Мона.

У молодого учёного имя Цезарь ассоциировалось с римским императором и полководцем, а не с салатом. Ричард отрицательно покачал головой.

— Ну и не мешай специалистам, — заявил Джордж так, словно большую половину своей жизни провел в компании лучших шеф-поваров мира. — Позовем, когда будет готово. — И сказал Скотту: — Однажды он хотел угостить нас с Моной запеченным кроликом. Даже Дейзи не захотела есть этот обугленный «шедевр».

— Он только снаружи обгорел, а внутри…

— Не надо оправдываться, — отмахнулся Джордж, не слушая продолжение истории. — Сегодня вас ждет барбекю от лучших питмастеров Америки, Джорджа и Скотта. Это будет самая вкусная грудинка, которую вы когда-либо пробовали в своей жизни.

Он так вдохновился собственными словами, что почувствовал, как заурчало в желудке, словно последние три дня просидел на разгрузочной диете. Как обычно, то, что было в его уме, мгновенно оказалось на языке.

— Черт! Так жрать охота! Слона бы съел.

— Если бы некоторые мастера меньше болтали, все бы давно за столом сидели, — ехидно поддел Жак.

— Мона, а Джордж хорошо готовит? — спросила Кэти.

— О да! — с серьезным лицом ответила Мона и начала загибать пальцы: — Яичницу, тосты, сэндвичи с сыром, ветчиной, тунцом. Еще пиццу может разогреть в микроволновке.

— Тебе сказочно повезло, — засмеялась Кэти. — Ты живешь с будущим обладателем звезды Мишлен. Джордж, скоро нам ждать твою книгу «Секреты домашней кухни»? Когда издашь ее и разбогатеешь, не забудь о своих друзьях. А где авокадо? — недоуменно спросила она, бросив взгляд на тарелку, где должны были находиться очищенные плоды.

— Как где? Вот же они.

Мона протянула руку к тарелке, но та, к ее удивлению, оказалась пустой. Девушки заглянули под стол. На траве сидел Джерри и с невинным выражением на физиономии уплетал последний кусок авокадо за обе щеки.

— Ну ты даешь, обжора! — удивилась Кэти. — Не мог дождаться обеда?

— Как же, дождешься тут, — недовольно проворчал Жак. — Кормят одними баснями. Я уже с голода опух.

— Ладно, тогда у нас будет не французский салат, а картофельный, — нашла Мона выход из ситуации.

На дороге возле дома остановилось такси. Из него выпорхнула красивая девушка в элегантной блузке, светло-голубых брюках и туфельках на высоких каблуках. Таксист молча достал из багажника два чемодана и понес их к дому. Девушка легким шагом пересекла лужайку мимо компании, остолбеневшей от ее неожиданного появления.

— Всем привет! Вижу, я не опоздала?

Ответом ей было полное молчание совершенно онемевших от изумления друзей.

— Люси, я сейчас, — высунулся в окно Ричард.

Он по-прежнему был невозмутим. Возможно потому, что из всей дружеской компании был единственным, кто знал о скором приезде девушки. Не имея мобильного телефона, молодой ученый все-же пользовался стационарным. Друзей он предупреждать не счёл нужным, или если уж совсем начистоту, не сделал этого из-за внутренних опасений. Не желая выглядеть в глазах других паникёром, решил на практике убедиться в обоснованности или необоснованности своих сомнений.

Водитель молча поставил чемоданы у входа в дом, возвратился к машине и уехал.

— Ты вернулась? — первой пришла в себя Кэти.

Вопрос привёл резиновую девушку в явное недоумение.

— Разумеется. Любой праздник хорош только первые два дня, а дальше становится скучно.

— Скучно?! — удивленно воскликнула Мона. — Мне казалось, каждая девушка была бы просто счастлива оказаться на твоем месте. Разве могут наскучить вспышки камер, фотографии на обложках модных журналов, съемки на телевидении, внимание всех мужчин? Неужели ты отказалась от такой мечты

Люси бросила на нее пытливый взгляд.

— А ты бы отказалась от Джорджа ради всего этого, ради внимания всех мужчин?

Мона буквально кожей почувствовала, с каким напряжением парень ждет ее ответа.

— Никогда, — демонстративно повысив голос, твердо заявила она не столько для Люси, сколько для другого человека.

И этот ответ был услышан тем, для кого он и предназначался. Джордж с воодушевлением принялся раскладывать на решетке новую партию мяса.

— Я тоже, — на всякий случай поддакнула Кэти.

И не зря. Лицо Скотта озарилось довольством.

— Вы считаете, что я хуже вас? — хмыкнула резиновая девушка. — В мою программу заложена любовь только к одному мужчине.

Она перевела на Ричарда, вышедшего из дома за чемоданами, взгляд, в котором было столько любви и преданности, что молодой ученый смутился, потянулся за багажом и поспешно удалился назад в дом.

— Только он будет снимать меня в разных позах, — многозначительно произнесла Люси, обернувшись к Моне и Кэти: — Я приняла участие в конкурсе красоты, чтобы проверить себя и свои возможности. Чтобы стать для Рича более желанной. Человеком, а не резиновой игрушкой.

Жак, уловивший смену настроения, поспешил любимице на помощь.

— Не парься ни разу, Люси. Тебя на всю Америку признали человеком! Куда уж больше?!

Люси с благодарностью взглянула на своего пернатого защитника и скрылась в доме. Мона и Кэти грустно вздохнули. Каждой в эту минуту подумалось, как хорошо, что они обычные живые девушки, а не красивые резиновые секс-игрушки, пусть даже признанные всей Америкой.

— Уверен, начиная с этого дня она точно будет для Рича более желанной, — прервал всеобщее молчание Джордж.

— Имеешь в виду ЭТО? — уточнила Мона.

— ЭТО само собой, но я имел в виду другое. Призовой фонд конкурса полмиллиона баксов, ну минус налоги, благотворительность, останется примерно сотня тысяч. Ежику понятно, Рич потратит их не на ремонт дома, а на свою драгоценную науку. За такой подарок он заценит Люси в два раза больше прежнего. — Глаза у Джорджа мечтательно закатились. — Все радости жизни в одном флаконе. И наука, и ЭТО. Счастливчик, Рич!

Сержант думал в том же духе.

— Да, не такой простак наш друг Рич, каким кажется на первый взгляд.

— Еще бы! Все люди хитрят по жизни, но мы с вами проворачиваем их по-обывательски, а Рич по научной технологии. Ученый, одним словом. — Джордж перевел взгляд на своего ученого друга, который вновь появился в окне гостиной, и громко спросил: — Эй, Рич, как насчет установки такой программы человеку?

Жак ехидно полюбопытствовал:

— Поумнеть решил? Бесполезная затея, поверь. Тут одной программой не обойтись, всю систему менять нужно.

Джордж отмахнулся, но попугай не унимался.

— А, понимаю, завидно стало. Решил, что пора и свою секс-машину усовершенствовать? — Жак повернулся к Моне и голосом самоуверенного самца сказал: — Извини, подруга, тут мужские терки, не для женских ушей.

На ехидный выпад пернатого «мужика» Джордж никак не отреагировал. Он ждал, что ему ответит Ричард.

— К сожалению, современная наука еще не научилась устанавливать программы в человеческий мозг. Возможно, это удастся в будущем.

— В будущем нашему общему другу тоже понадобится кое-что и кое-где закачать, чтобы он не подкачал со своей подружкой, — снова встрял Жак.

Слова попугая, который был всегда прав, ну или почти всегда прав, все-таки достигли цели и заставили Джорджа призадуматься.

— Не обращай внимания, приятель, — решил поддержать его Скотт. — У Жака вообще нет подружки, вот он и подтрунивает над теми, у кого они есть.

Прошло два часа, и друзья, включая Люси и Джерри, наконец уселись за накрытый на лужайке стол. Дейзи, чувствуя запах жареного мяса, крутилась рядом, с нетерпением ожидая угощения. Предвкушая отличный ужин, Скотт довольно потер руки.

— Начнем!

— Без Митча? — спросила Мона. — Он обещал приехать.

— Ему сейчас не до нас. Кроме того, он в Вашингтоне, а добираться оттуда до нас… — Джордж посмотрел на свои наручные часы, — короче в лучшем случае он будет здесь лишь к утру. У кого-нибудь есть желание ждать столько времени?

Он обвел друзей вопрошающим взглядом. У каждого на лице читалось одно желание, и оно точно не было связано с длительным ожиданием журналиста. Жак, в отличие от всех, вежливо молчать не пожелал и не преминул заметить:

— Не такая важная личность этот Митч, чтобы его ждать!

— Жак, дружище, иногда ты говоришь очень умные вещи! — поддержал его Скотт. — Начнем, друзья! Наесться до отвала в честь друга — лучшее, что придумало человечество!

— Это называется празднование дня рождения, — мягко поправила его Кэти.

— Он так и сказал, — пояснила Мона с веселой улыбкой.

Джордж взял шампанское и под одобрительно-радостные возгласы друзей с шумом открыл его. Игристое вино, пенясь, наполнило бокалы. Парень не обошел вниманием сидевшую рядом с Ричардом Люси, налив шампанское и ей. Девушка в свою очередь открыла бутылку кока-колы и наполнила бокал Джерри, уже облизывавшегося от нетерпения.

Джордж торжественно поднялся с места.

— Предлагаю выпить за нашего именинника Ричарда Тейлора. Несмотря на его немногословность и желание говорить лишь по делу, отсутствие чувства юмора, впрочем, это полагается всем настоящим ученым, хотя мне не довелось водить знакомства с другими деятелями науки, несмотря на пресный, как мы все считаем, образ жизни, да… несмотря на все вышеперечисленные недостатки нашего друга…

Джордж сделал эффектную паузу, друзья с молчаливым вниманием ждали продолжения импровизированной речи.

— Именно благодаря его действиям наша жизнь стала интереснее, веселее и чуточку непредсказуемой.

— В-общем, полна романтики и приключений. — Мона подняла бокал. — За тебя, Ричард!

Джерри пробормотал что-то на своём языке, тоже очевидно поздравляя хозяина дома, и не дожидаясь остальных, залпом опустошил свой бокал. Одобрительно икнул и поставил на стол. Бокал был незамедлительно наполнен заботливой Люси. Маленький инопланетянин снова что-то пробормотал и уже собрался расправиться со сладким напитком, как его руку его на полпути что-то остановило. Джерри застыл с бокалом у рта, и только теперь заметил направленные на него весёлые взгляды и жест остановившей его Люси.

Обхватив крепкими пальцами бокал с шампанским, встал со стула Скотт.

— Я тоже не имел чести дружить с учеными, но одного профи в науке я знаю. Это мой сосед. За тебя, Тейлор!

— За тебя, Тейлор! — присоединилась Кэти. — И за нас!

— За самого умного и красивого бойфренда на Земле! — торжественно провозгласила Люси с бокалом в руке.

— За вас, друзья мои, — с внезапной теплотой в голосе, столь непривычной для слуха близких ему людей, произнес растроганный Ричард, тем самым подтверждая истину, что похвалы приятны любому человеку, независимо от склада характера.

— За тебя, Ричард, — салютовал бокалом Джордж. — Ты для нас образец мудрости, толерантности и целеустремленности.

— Да пейте уже, — проворчал Жак. — Нашли святого.

По его мнению любые восхваления должны были иметь меру.

Все выпили, кроме Люси. Не прикоснувшись к шампанскому, она поставила на стол бокал.

Друзья потянулись к еде, Скотт ухаживал за Кэти, Джордж за Моной. Ричард бросил Дейзи поджаренный кусок говядины. Джерри нетерпеливо вертелся на стуле, высматривая на столе вкусное блюдо. Затем бесцеремонно притянул к себе тарелку с греческим салатом и запустил в него свою руку.

Все принялись за еду. Некоторое время тишину нарушал только звонкий стук ножей и вилок. Жак молчаливо наблюдал за процессом. Наконец не выдержал.

— И долго мне так сидеть, глядя, как вы жрете?

— Как это мы про него забыли? — разводя руками, деланно изумился Джордж.

Мона без лишних комментариев протянула попугаю мандарин.

— Попрошу, спиртного мне не наливать, — заявил Жак вместо благодарности. — Я не пьяница!

Праздничный обед продолжился. Джордж, которому не давала покоя одна мысль, склонился к Моне и тихо спросил:

— Слушай, я конечно не знаток мужской красоты, но тебе не кажется, что Люси слегка переборщила, назвав Рича самым красивым парнем на Земле?

— О вкусах не спорят.

— Особенно если они заранее записаны в программу.

Сидевший рядом с Джорджем Скотт тихо поинтересовался у приятеля:

— Почему Люси не выпила за своего бойфренда?

Джордж с притворным испугом округлил глаза.

— Ты что! У нее же внутри одни микросхемы.

— А-а, — понимающе протянул сержант. — Замкнёт, не починишь потом.

Джерри подчистую расправился с салатом и так же бесцеремонно протянул руку к отставленному Люси бокалу с шампанским. Девушка, для которой его жест не остался незамеченным, с осуждением покачала головой. Джерри обиженно вылез из-за стола, стащив по пути коробку с попкорном. Спустя минуту он уже раскачивался в гамаке, который Ричард натянул для него между клёнами, одиноко торчавшими на краю лужайки. Вытянув ноги, маленький инопланетянин удобно растянулся на подвесной сетке. Глядя в небо, он с блаженным видом жевал сладкую кукурузу, ловко доставая ее пальцами из коробки, и позабыв за этим приятным занятием про недавнюю обиду.

Через час еды на столе заметно поубавилось, а разговоры стали громче. Откинувшись на спинку стула, Скотт потягивал из бутылки припасенное заранее пиво. Джордж вспоминал о разных забавных случаях, происходивших с ними и Ричардом во время их учебы в колледже. Люси время от времени вставляла в разговор свои не лишенные юмора комментарии. Ричард выглядел довольным. Ему нравилось, что в воспоминаниях Джорджа часто всплывает его имя. Мона с мягкой полуулыбкой на губах водила пальцем по ободку бокала, слушая веселую болтовню. Кэти наслаждалась теплом почти семейной атмосферы, которого ей так не хватало во время службы в армии.

А Жак сидел на жердочке, сколоченной для него Джорджем, и молчал. От его внимательного взора не укрылось хорошее настроение, в котором пребывал виновник торжества, поэтому язвительный попугай решил не портить ему настроение.

Вечер удался.

С дороги послышался шум подъехавшей машины. У заборчика остановился минифургон с рекламными надписями на боках «Сладости на любой вкус! Вкусно как дома!» и яркими изображениями всевозможных кондитерских изделий. Шофер в белом поварском колпаке высунулся из кабины и крикнул:

— Это дом Ричарда Тейлора?

Разговоры за столом сразу смолкли.

— Да, — ответил Ричард, — а в чем дело?

— Примите заказ.

Шофер вылез из машины и открыл заднюю дверь фургона. Глазам подошедшего Рича предстало белоснежное чудо — торт, украшенный взбитыми сливками и цукатами. Он аккуратно достал его из машины и под изумленно-любопытствующими взглядами прошествовал к столу.

— Какая красота! — восхищенно воскликнула Люси.

— Интересно, от кого такой великолепный сюрприз? — спросила заинтригованная Мона.

— Тут еще свечи и конверт, — подошел к Ричарду шофер. — И нужно расписаться о доставке.

После того, как Ричард поставил подпись на протянутой ему бумаге, и шофер ушел, конверт был вскрыт и записка прочитана.

— Это от Митча! Поздравляет меня и пишет, что приехать скорей всего не сможет, но постарается что-нибудь придумать!

— Ох, не нравится мне эта последняя фраза, — притворно вздохнул попугай и пророчески изрек: — Помяните мое слово, без дурацкой шуточки здесь не обойдется.

Кэти воткнула свечки в торт, на котором лимонным кремом был изображен улыбающийся смайлик.

— Митч умеет считать, — хмыкнул Скотт, пересчитав свечи. — Тут ровно двадцать шесть штук.

— Простая арифметика, — пояснил Джордж, — я, Рич, Мона и Рон — мы ровесники. Меня больше удивляет, как он со своей работой не забыл про день рождения Рича!

Кэти предложила:

— Надо зажечь свечи.

— Курящих нет, принесу спички, — поднимаясь, отодвинула стул Мона, но Ричард остановил ее.

— Подожди, тут что-то есть. — К всеобщему удивлению он вытряхнул из конверта одноразовую газовую зажигалку и, перевернув записку, прочел: — Не стоит бегать на кухню. Вы же, черти, некурящие.

— Предусмотрительный парень! — одобрительно высказался Скотт и взял зажигалку. — На сегодня он уже дважды удивил меня! Точнее трижды.

Он зажег свечки на торте. Мона с шутливым пиететом обратилась к Ричарду.

— Ну, господин именинник, вам полагается загадать желание и задуть свечи. Не забудь, одним махом.

— Не знаю, получится ли у меня, — засомневался Ричард.

— Давай сделаем это вместе? — оживленно предложила Люси. — Я придумала парочку интересных вариантов, думаю, тебе понравится. Первый, мы как бы случайно ударимся головами и весело рассмеемся. А затем…

— Охренеть! — От удивления глаза Скотта широко раскрылись. — Я и не знал, что для секс-игр тоже существуют сценарии.

— А как ты думал? — В процесс обсуждения излюбленной темы со снисходительной улыбкой сразу включился Джордж. — Настоящий секс — это целое искусство. И как в любом произведении искусства, в нем есть пролог, развитие основного действа, эпилог. А у тебя, наверно, так — рукой погладил и все, прелюдия закончена, пора переходить к делу.

Джордж с видом человека, который не только просмотрел все картинки в Камасутре, но и попробовал все предложенные в нетленной книге позиции на собственном опыте, взглянул на растерянно задумавшегося Скотта. Сложная тема взаимоотношений между мужской и женской популяциями человечества заинтересовала даже Жака. Мона, пряча в губах лукавую улыбку, пояснила:

— Вообще-то, Джордж имел в виду себя.

— Пустотреп! — наградил новым эпитетом парня попугай.

Бывший военный с облегчением заулыбался. Он ничем не отличается от других, а раз все одинаковые, то и спрос со всех один.

Солнце клонилось к закату. Мона подвела итог.

— Ну что ж, пролог у нас был основное действо — барбекю с салатами — тоже удались на славу. Осталось дело за эпилогом праздничного ужина. Десертом.

— Твой выход, Ричард, — с улыбкой кивнула на торт Кэти. — Загадывай желание и дуй со всей силой мощной грудной клетки.

— А все-таки жаль, что Митч сейчас не с нами, — вдруг с сожалением произнес тщедушный Ричард, пропуская мимо ушей дружескую подначку.

Он встал, намереваясь исполнить обязанности именинника.

В вечернем небе появился легкомоторный самолет. Приветственно покачав белыми крыльями, самолет начал резко снижаться и вдруг, к полному изумлению всей компании, пронесся над лужайкой так низко, что все от испуга пригнули головы.

— Наверно, рулевое управление неисправно, — провожая взглядом самолет, предположила Кэти.

— Кто-то летит домой после вечеринки, — ухмыльнулся Джордж.

Самолет сделал разворот, взмывая в небо, из кабины выпрыгнул человек.

— Точняк, малый перебрал и вышел проветриться, — подхватил Скотт новую тему для шуточек.

— Только дверью чуток ошибся, — добавил Джордж.

По мере приближения человека к земле друзьям все больше изменяло присущее им чувство юмора. Незнакомец падал прямо на них. Без всяких шутливых комментариев компания с криками повыскакивала из-за стола и разбежалась в разные стороны. Попугай, также не обнаружив признаков смелости, с воплями «Спасайся, кто может» перелетел с жердочки на перила веранды.

За спиной падавшего с небес раскрылся ярко-красный купол парашюта. Неизвестный, управляя стропами, приземлился на лужайку Ричарда. Очевидно, удачное приземление невероятно обрадовало его, лицо, наполовину скрытое большими защитными очками, озарила широкая улыбка. Незнакомец только собрался снять летный шлем, как внезапно подувший ветер наполнил воздухом еще не сложившийся парашют. Человека поволокло по траве прямо на праздничный стол. Стол перевернулся, и все, что было на нем, с грохотом полетело на землю. Порыв ветра стих, парашют опустился на землю, а воздушный прыгун остался сидеть посреди разбросанной посуды и остатков еды. Парашютист сбросил на траву заплечный рюкзак, снял очки и шлем и радостно улыбнулся.

— Хотели без меня отпраздновать день рождения? Не получится!

— Рон! Это Рон! Это наш Рон! — загалдела разом вся компания.

— Стоп! А вы что, ожидали, что кто-то другой сиганет к вам с неба? — с деланным удивлением поинтересовался Митч. — Я же обещал что-нибудь придумать!

— Правильно говорят, вспомни дурака, он и свалится с неба тебе на голову, — рассудительно заметил попугай. — Рич, ну вот нужно тебе это было?

Нисколько не обидевшись на птицу, Митч весело парировал:

— Рич, у меня к тебе просьба. Подари мне на день рождения чучело из этого шутника.

— Ой, ржунимагу, — съязвил попугай, — трейсер хренов.

Митч встал, отстегнул лямки парашюта и огляделся.

— Что-то я не вижу моего подарка? Вы уже съели его?

— Мне очень жаль, но мы не успели, — ответил Ричард.

— К чему сожаления? Расправимся с ним вместе. — Митч снова повертел головой в поисках торта. — Так где же он?

— Ты на нем только что сидел, приятель, — Скотт с ухмылкой указал глазами на раздавленный торт.

Журналист взглянул на останки испорченного подарка. Однако сожаление у него возникло совсем не по этому поводу.

— О, черт! Мои брюки! — воскликнул он. — Они же обошлись мне в сотню баксов!

Джордж обвел взглядом смятый торт, поломанные и потухшие свечи, и с неприкрытой иронией произнес:

— Не уверен, что среди нас найдутся желающие отведать этот торт с отпечатком задницы Рона, но свечи за именинника он уже задул.

— Чем это он их задул? — не поняла Мона.

— Тем, чем приложился к своему подарку.

Пока Митч горестно разглядывал свои перепачканные брюки, пытаясь с помощью салфетки устранить с дорогих штанин остатки сливочного крема, Скотт, как бы рассуждая, сказал:

— Когда прыгаешь с такой высоты впервые, с перепуга можно еще не так дунуть, и брюки испачкать не только снаружи.

Все дружно расхохотались.

— Мог бы загореться, — сохраняя полную серьезность, сказала Кэти, а Джордж подхватил:

— Спустившийся с небес огненный ангел.

— Ха-ха-ха, — передразнил их Митч. — Это второй в моей жизни прыжок с парашютом. Ну, не рассчитал немного. Рич, у тебя есть запасные брюки?

— Если судить по твоим экранным выходкам, Рон, ты как раз хорошо рассчитал своё эффектное появление на день рождения, — улыбнулась Мона.

— В нужное время, — влез в разговор Жак, — в нужном месте. Бац, и задницей в торт! Рич, дай этому журналюге свои лучшие джинсы, что ты купил на распродаже за пять баксов.

— Эти джинсы стоили не пять, а десять долларов, — поправил его Ричард.

— О боже! — закатил глаза попугай. — Какое расточительство!

— Не расточительство, а бережливость, — теперь попугая поправила Люси, поднимавшаяся на крыльцо веранды. — Рон, идем со мной. Не здесь же ты будешь переодеваться.

— Почему бы и нет? — усмехнулся Джордж вслед ушедшему в дом журналисту. — Удивил бы нас своими расписными труселями.

— У Рона трусы в цветочек? — Мона приняла эту шуточку за чистую монету.

Джордж пожал плечами.

— А что? Экстравагантность нашего друга просто обязывает его носить именно такие труселя.

Обсуждения нижнего белья журналиста еще не закончились, как из дома вышла Люси, а спустя пару минут появился и сам Митч в довольно-таки приличных на вид джинсах.

— Продолжим банкет. — Ричард приветливо улыбнулся Митчу. — Я рад тебя видеть, спустившийся с неба друг.

— А особенно мы рады, что после твоего приземления сохранились и барбекюшница, и замаринованное мясо.

— А я рад, что у меня такие понятливые друзья, — сказал Митч, глядя, как Скотт раскладывает куски мяса на решетке жаровни. — С самого утра ничего не ел.

Общими усилиями друзья быстро восстановили порядок на лужайке. Испорченный торт отправился в мусорную корзину. Митч вдруг достал из рюкзака коробку дорогого швейцарского шоколада и бутылку коллекционного итальянского вина. Лучший корреспондент Америки предусмотрел все нюансы и снова удивил друзей. Деньгами он конечно разбрасываться не любил, но друзей он ценил больше, чем напечатанную денежным станком бумагу.

Стемнело.

Друзья снова сидели за столом, блаженные выражения на их лицах говорили, что вечеринка удалась на славу. В вечерних сумерках даже кофе казался необыкновенно особым на вкус. Мона смаковала последний глоток, любуясь звездами. Ричард дал отдых вечно занятой научными изысканиями голове и беззаботно слушал ленивый разговор друзей.

— Никогда бы не подумал, что кофе из молотых зерен может быть вкуснее растворимого. — В голосе сержанта звучало неподдельное удивление.

— Важен сорт зёрен, и потом способ приготовления. Я варю кофе на песке, — пояснила Люси.

— Изумительный вкус, — по достоинству оценила кофе и Мона.

— Хотите еще?

Ответом на вопрос Люси послужили дружные кивки. Глядя вслед удалявшейся на кухню девушке, Джордж сказал Скотту:

— Признаться, иногда я даже завидую Ричарду. Он получил всё, о чем можно мечтать. Интересная работа, говорящий попугай, миляга инопланетянин, а теперь и вице-мисс Америки, которая, помимо всего прочего, — Джордж сделал выразительное лицо, — еще и обслуживает его. Не устает. Голова никогда не болит. Улавливаешь мою мысль?

Услышав в его голосе юмористические нотки, сержант произнес с деланным сожалением:

— Тут и улавливать нечего. Я о том же думаю. Надо было и нам парочку таких красивых домработниц прихватить с той планеты.

Джордж мечтательно вздохнул:

— И по хозяйству бы помогали, и в прочих делах.

— Почему только парочку? А я что не в счет? — примкнул к разговору Митч.

Скотт усмехнулся.

— Тебе одной Лилит мало? Она тоже была ничего.

— Учти, многоженство у нас запрещено, — напомнил Джордж.

— Кто бы говорил, — притворно удивился Митч.

— Желания пока что не считаются преступлениями. — Джордж театрально развел руками. Вид у него был самый серьезный, а в глазах плясали веселые искры. Еще со времен колледжа он обожал такие дружеские подначки. — У тебя есть и дочь продюсера, считай почти невеста, и Лилит. И ты мечтаешь о ком-то еще?

— Рон, я не знала, что ты желаешь завести гарем, — с невинным видом подключилась к игре Мона.

Друзья вспомнили о своих приключениях на планете Три-Лет, где они оказались благодаря ученой рассеянности Ричарда Тейлора и мощности инопланетного аппарата по перемещению в космических пространствах. Этот аппарат попал к Ричарду случайно, от египетского торговца, и с тех пор компания пережила немало волнительных, равно как и опасных, ситуаций, от переброски на разные планеты до битвы с космическими пришельцами на Земле. На Три-Лет была создана резиновая девушка Лью-Си, оттуда она благодаря аппарату переместилась в дом Ричарда, и теперь все звали ее просто Люси. Там же эксцентричный Рональд Митчелл пережил самый короткий и бурный роман в своей жизни.

Вспомнив о Лилит, Митч неожиданно впал в задумчивость.

— Если честно, я иногда скучаю по той милой инопланетянке. Зря мы тогда не взяли ее с собой.

— Не мы, а ты, — поправил его Джордж. — Тоже мне ухажер! От страха так сиганул со сцены, что про все забыл.

— Так в чем дело? — хмыкнул Скотт. — Рич мигом отправит его на Три-Лет, прямо в жаркие объятия Лилит.

— Или, по рассеянности Рича, в жаркие объятия сладострастной Марселы, — эстафетную палочку по насмешкам подхватила Мона. — Враз перестанешь о гареме мечтать.

— Ничего не получится, — прервал разговор друзей Ричард, — аппарат не работает.

— Ситуация просто удивительная, — уже серьезно сказал Джордж, глядя на бледно-желтый диск луны. — Год назад мы даже предположить не могли, что у нас на Земле появятся существа с других планет.

Он кивнул головой в сторону гамака, где с блаженным видом качался маленький инопланетянин. Закинув ногу на ногу, он любовался небом, на котором высыпали первые звезды, и лениво жевал попкорн. Ричард не согласился с другом.

— Джерри, скорее человек, чем существо.

— Скорее, это мы для него существа, — сказал Митч и на немой вопрос Джорджа ответил: — Если мы не понимаем его языка, а он с легкостью разбирается в нашей речи, вполне логично было бы предположить, что он принимает нас за дикарей.

Джордж едва удержался, чтобы не прыснуть со смеху.

— Глядя, что ты вытворяешь на экране, Митч, соглашусь, дикари среди нас точно есть.

Кэти, задумчиво глядя на Луну, сказала:

— Кто бы мог подумать, что однажды она станет обитаемой.

Мона мечтательно продолжила тему разговора:

— Да, и не где-то там, в бесконечном космическом пространстве, а здесь, совсем рядом. Земная цивилизация развивалась тысячи лет, а Готы всего лишь за год построили города, обзавелись атмосферой, морями и реками. Фантастика!

— Это уже реальность, — поправил девушку ученый. — На Луне действительно непонятным пока ещё нашей земной науке образом появились пригодная для дыхания атмосфера и питьевая вода. Готы даже сумели увеличить у планеты скорость вращения, и таким образом создать магнитное поле, которое защищает прилегающие атмосферные слои от вредоносного солнечного излучения. Но для постройки городов Готы оказались слишком малочисленны. Общее количество вместе с военными и рабочими роботами составляет пятьдесят тысяч.

— И где они живут? — поинтересовалась Кэти. — Не в палатках же, как наши солдаты в полевых условиях.

— Есть специальные пункты жительства, вроде наших поселков, небольшие зеленые насаждения и огороды.

— Огороды? — оживился Скотт. — Как у меня?

Ричард не сдержал улыбки.

— Думаю, несколько больше. Имеется электростанция.

— У инопланетян есть электричество? — не поверила Мона.

Молодой ученый утвердительно кивнул.

— В телескоп видно, как с наступлением лунной ночи загораются огни жилых поселений. Ночь на Луне в два раза длиннее земной, день тоже.

— Почему не как у нас? — не понял Скотт.

— Земля вращается вокруг своей оси, подставляя Солнцу то один бок, то другой, что вызывает смену дня и ночи. Полный оборот происходит в течение 23 часов 56 минут 4 секунд. Округленно, двадцать четыре часа, — изливал свет знания в непросвещенные головы своих друзей молодой ученый.

— Примерно, как ты готовишь барбекю, поворачивая мясо к огню то одной, то другой стороной, — по своему разъяснил Джордж сержанту.

— Совсем недавно, Луна, хоть и вращалась вокруг своей оси, всегда была обращена к Земле одной стороной, то есть вращения Луны вокруг Земли и вокруг собственной оси были синхронизированы. Поэтому мы и наблюдали только одну сторону спутника.

— Не знаю, как вы, но я ни хрена не понял, — сказал Жак, таращась на Луну. — Но все равно интересно.

На лицах друзей, которые хоть и внимательно слушали своего сверхобразованного приятеля, отразились те же мысли, которые только что без стеснения выложил вслух попугай.

Молодой учёный решил не останавливаться на достигнутом, и лекционное вбивание мудрости продолжилось.

— Теперь, когда скорость вращательных оборотов увеличилась, соответственно сократилась продолжительность смены суток. Лунные день и ночь длятся не по две дюжины земных дней, а лишь сорок восемь часов. Понятно?

Головы снова дружно задвигались по траектории сверху-вниз, выражая этими жестами понимание излагаемой темы, но в глазах по-прежнему плескались мысли, так чётко изложенные главным пернатым умником.

— Видимо, так и придется нам теперь существовать. Готы на своей планете, мы на своей, — вздохнула Кэти, озвучив свои выводы из всего услышанного.

Друзья долго разглядывали россыпь звёзд на небе.

— Да-а, космос полон загадок, — протянул Скотт.

— Один Большой взрыв чего стоит! — решил блеснуть своими знаниями и Джордж. — Никому ещё не удалось разгадать эту тайну.

— В Большом взрыве нет никакой тайны.

Взгляды друзей моментально опустились с небес на землю и упёрлись в молодого учёного. Мона потребовала за всех.

— Разъясни.

— Это потребует времени, — замялся Ричард.

— Хватит набивать себе цену. Мы никуда не торопимся. Давай, излагай свою теорию. — Голос Митча прозвучал не менее требовательно, и Ричард уступил желаниям друзей.

— Хорошо, я постараюсь объяснить доступным способом. Думаю, вы знаете, что когда-то космосом считали только Солнечную систему? — И Джордж, и Мона, и Митч, и Скотт с Кэтти об этом знали, о чём они известили молодого учёного лёгкими кивками. — По мере усовершенствования космических телескопов обнаружилось, что наша Солнечная система лишь крохотная часть нашей Галактики Млечный путь. А Вселенная состоит из сотни миллиардов Галактик, эллиптических, линзовидных, неправильных и спиральных как наша со сверхмассивной чёрной дырой в центре. А теперь вернёмся к исходной точке — вопросу об образовании нашей Вселенной.

— То есть, к Большому взрыву, — вновь влез Джордж.

— Да, согласно космологической теории, Большой взрыв произошёл из одной точки нашей Вселенной. Я бы назвал её чёрной дырой, или точнее чёрной дырой, от которой образовалась наша Вселенная. Теперь представьте, что мировое космическое пространство включает в себя бесчисленное множество разнообразных вселенных, похожих и непохожих на нашу.

Учёный сделал паузу, чтобы бесконечное число вселенных уместилось в головах его друзей. Скотт задумчиво потирал подбородок. Кэтти неосознанно повторила его движения. Мона опустила голову на сложенные руки. Люси не сводила глаз с Ричарда. Джордж просто замер со вскинутыми вверх бровями.

— Никогда бы не подумал, — выразил общее удивление Митч.

Ричард едва уловимым строгим взглядом предупредил друзей о невозможности всякого рода шуточек. Серьёзность предстоящих тем понял даже закалённый в словесных пикировках пернатый скептик. С жёрдочки не доносилось ни единого звука. Посчитав, что для осознания прошло достаточно времени, молодой учёный огорошил друзей новым заявлением:

— А наша Вселенная состоит из двух Вселенных.

— С ума сойти! — не выдержал и Джордж, но тут же натолкнулся на осуждающий взгляд Моны, пробубнил себе под нос нечто невразумительное и умолк.

Ричард одарил Мону благодарным взглядом и продолжил:

— Мировое космическое пространство состоит из примерно равных по световым годам территорий, или как мы привыкли их называть, Вселенных. Почему я говорю примерно равных? Потому что в Мировом космическом пространстве нет чётких границ и геометрических пропорций. Эти масштабы сложно представить, ещё сложнее — определить. Космос разнообразен. В каждой Вселенной разное количество Галактик, звёзд и планет. Вселенные мирового космического пространства делятся на три группы: взорвавшиеся, формирующиеся и сформировавшиеся.

Ричард налил себе в бокал воды и сделал несколько глотков. Пить ему не хотелось, но пауза была нужна, чтобы у его друзей появилось время для осмысления сказанного.

— Вселенные, взорвавшиеся как наша, формируют Галактики, в том числе похожих на нашу Галактику Млечный путь. Формирующаяся Вселенная имеет в центре чёрную дыру, но продолжает притягивать галактики из других взорвавшихся Вселенных. В месте их пересечения и формируется Вселенская чёрная дыра. Все галактики Мирового космического пространства никогда не возвращаются к точке своего происхождения, то есть к месту Большого взрыва. Гравитация вселенских чёрных дыр гораздо сильнее той, что могла бы снова сформировать из галактик взорвавшейся Вселенной свою чёрную дыру. Галактики не могут ни остановиться, ни вернуться назад. Сформированная Вселенная — это просто чёрная дыра. Назову её Вселенской чёрной дырой.

— И всё? Конец истории? — спросил Митч.

— Нет. Процесс движения и развития в мировом пространстве не заканчивается никогда. Наша Вселенная расширяется. Галактики удаляются от центра взрыва с нарастающей скоростью. Считается, что с ускорением их толкает грандиозной мощи тёмная энергия. Я же полагаю, наши галактики не толкает космическая тёмная энергия. Их притягивают чёрные дыры формирующихся и сформированных Вселенных в разных направлениях и с разной скоростью. В сторону уже сформированных Вселенских чёрных дыр движение происходит быстрее. Подтверждение этому скопление Галактик, несущихся к краю нашей Вселенной, под названием Тёмный поток.

— Ты что-то говорил про две Вселенные, — осторожно напомнила Мона.

— Когда-то чёрная дыра нашей Вселенной под силами гравитации на огромной скорости столкнулась с другой Вселенской чёрной дырой, в результате чего и произошёл так называемый Большой взрыв. Вот почему наша Вселенная состоит из двух Вселенных. Впрочем, как и все другие Вселенные. У всех бесконечное количество чёрных дыр и Больших взрывов. Всё движется по кругу. Вот почему эти процессы в Мировом космическом пространстве не закончатся никогда.

Митч соединил кончики пальцев и уточнил:

— Если я правильно тебя понял, при столкновении двух вселенских чёрных дыр происходит Большой взрыв. Образовавшиеся Галактики несутся к чёрным дырам других Вселенных, формирующихся и сформированных. Затем чёрные дыры сформированных Вселенных гравитационными силами притягиваются друг к другу. Сталкиваются на огромной скорости. Происходит мощнейший взрыв, именуемый астрономами Большой взрыв. В результате образуется взорвавшаяся Вселенная. Силами гравитации её галактики притягиваются к чёрным дырам других Вселенных. А чёрные дыры сформировавшихся Вселенных притягиваются друг к другу, сталкиваются, и вновь происходит Большой взрыв. Цикл завершается, цикл начинается?

— Именно так, — подтвердил Ричард. — Всё по кругу и до бесконечности.

— Что ж, раскрытая тайна из таинственной загадки превращается в обыденную вещь, — заключила Кэтти.

— Отлично сказано!

Хвалебное одобрение, прилетевшее с жёрдочки, предназначалось вовсе не учёному другу, потратившему столько времени и сил на разгадывание космических тайн, а жене сержанта. Жак оставался верен своему правилу. Женщин он уважал, мужскую же часть человечества считал пустобрёхами, тщеславными нарциссами и самовлюблёнными фанфаронами. Всех, кроме себя! Во-первых, он не был человеком, а во-вторых, твёрдо был уверен в своём особом статусе — наимудрейшего всезнайки. Жаль, конечно, что честь открытия вселенских тайн принадлежала не ему, но стоило ли упоминать о такой мелочи.

— Значит, Мировой космос бесконечен? — спросила Мона.

— Всё в мире имеет начало и конец, — ответил Ричард. — Где-то далеко от нас заканчивается космос и начинается совершенно другой Мир. Не знаю, какой, но он положил начало нашему Миру.

Скотт разглядывал небо.

— Да-а, — задумчиво протянул он, — сколько ещё тайн хранит в себе космос.

— Я где-то читал, — сказал Митч, — первыми астрономами были шумеры. Интересно было бы узнать, куда они исчезли?

— Шумеры, ни живые, ни мёртвые, никогда и никуда не исчезали, — спокойно сказал Ричард. — Они по-прежнему находятся среди нас.

— Мёртвые? — Глаза Моны непроизвольно распахнулись.

— Под словом «мёртвые» я подразумеваю души могущественных шумерских жрецов.

— Наш друг из учёного переквалифицировался в мистика, — Джорджу давно наскучила серьёзная атмосфера, и он только ждал повода для новых шуток.

Ричард оставался серьёзен.

— Никогда им не был. Я реалист. И это такая же реальность, как мы с вами сейчас. Духи шумеров делятся на злых и добрых. Они влияют на все происходящие на Земле события.

— Ты сказал, что живые шумеры не исчезли. Почему мы тогда их не видим? — Сержант почему-то живо заинтересовался новой темой разговора.

— Они все превратились в невидимых. Потому что нарушили Закон. Но они по-прежнему находятся среди нас

— И ты можешь их нам показать? — с замиранием сердца спросила Мона.

— Конечно. Здесь всё так же просто, как в разгадке Большого взрыва. Дело в том…

— Ой, смотрите, комета! — воскликнула Люси, увидев в небе светящуюся точку.

Все с любопытством подняли головы наверх. Джерри перестал жевать попкорн и тоже уставился в небо. Каждый так мечтал своими глазами увидеть комету, что о тайне исчезновения могущественного народа мгновенно позабылось.

— Где? — спросил Скотт, крутя головой.

— Да вон же она. Слева от Луны.

— Ага, вижу! — радостно воскликнул Джордж, уловив направление, куда указывала пальцем девушка. — Я где-то слышал, когда видишь падающую звезду, нужно успеть загадать желание, тогда оно точно сбудется.

— Знаем мы твои желания! — саркастически отозвался попугай, не отводя взгляда от светлой точки в космическом пространстве, летящей в направлении Земли. — Переспать одновременно с тремя красотками. Вот и все желания.

— Жак, ты абсолютно уверен, что других желаний у этого молодого человека не имеется? — с видимой наивностью поинтересовалась Мона.

— Еще бы! Да у него на лице все написано.

Мона изучающе вгляделась в физиономию Джорджа, который мгновенно сменил мечтательное выражение на кристально-наивное, и устремил на любимую жену, полный преданности взгляд.

— Ты прав, Жак. Чтобы просканировать его мысли, даже детектор лжи не понадобится. Читаешь словно раскрытую книгу. — Очевидно, на «честные» мужнины глаза Мона не купилась.

Джордж открыл было рот, чтобы объяснить, что всё не так, как она думает, и что лично он, Джордж, думал совсем о другом, вечном и возвышенном, как Ричард озадаченно произнес:

— Комета не может пролететь мимо Луны на столь близком расстоянии. Её непременно притянуло бы. Странно, очень странно. Прежде такого явления не наблюдалось. Возможно, это спутник связи.

Друзья с нескрываемым интересом следили за движением светящейся точки в ночном небе. Неопознанный объект быстро приближался к Земле. Любопытствующие выражения на лицах людей сменились на тревожные. Космический объект по касательной вошёл в земную атмосферу.

— Это не комета, — Ричард первым вынес вердикт.

В следующее мгновение это стало понятно всем остальным.

Разбрызгивая бесчисленные искры, на невероятной скорости и с жутким ревом на Землю падал огромный огненный шар. Крутясь по спирали высоко в небе, он пронесся над домом Ричарда Тейлора, и через несколько секунд вдали раздался страшный взрыв. Земля под ногами затряслась как при землетрясении. В фонтане огненных брызг полностью исчез возвышавшийся в трёх милях от дома земляной холм.

— Ни хрена себе! — вскрикнул попугай.

Потрясенные увиденным люди в шоке молчали.

— Если это не комета, что тогда черт возьми это было? — наконец, спросил Митч.

Взоры всех друзей, включая Джерри и сноба Жака, с исчезнувшего холма перенаправились на молодого учёного. Все молча ждали разъяснений, уверенные, что сейчас их всезнающий друг закроет белые пятна на карте, и всё снова будет просто и понятно. Однако Ричард пожал плечами.

— Не знаю. Физические тела не могут гореть в космическом пространстве, где нет кислорода.

— Что бы это ни было, эта хреновина великолепно горела, — сказал Скотт.

— И скорость не та, — бормотал Ричард, продолжая размышлять.

— Почему не та? — не поняла Мона.

— Максимальная скорость движения кометы в космическом пространстве сто тысяч километров час, расстояние от Луны до Земли она преодолела бы за четыре часа. Объект, который мы с вами только что наблюдали, прошел это расстояние за четыре минуты. Кометы с такой скоростью не движутся и в космосе не горят.

— После твоих замечательных объяснений всё ещё больше запуталось, — с иронией заметил Джордж. — Никто ни черта не понял, подозреваю, и ты тоже.

Ричард смутился.

— Я просто размышлял.

— Смотрите! — прервала научные размышления Ричарда Кэти. — Вон еще одна!

Друзья перевели взгляды с места падения шара, все еще фонтанирующее огненными искрами, к небу. Со стороны Луны к Земле двигалась новая яркая точка.

— По нам лупят, гады! Всем в бомбоубежище! — истерично завопил Жак.

— Разве у Рича есть бомбоубежище? — В голосе Митча слышалась робкая надежда.

— Конечно, нет, — уже спокойно ответил попугай. — Просто не в моих правилах смотреть, как по тебе стреляют, и тупо молчать.

— Да это же Готы! — вдруг догадался Джордж. — Жак прав! Это Готы по нам стреляют.

Попугай одарил людей снисходительным взглядом.

— Наконец-то! Второй раз даю подсказку, а вы тупите.

Молодой ученый не отрывал задумчивого взгляда от приближавшейся точки.

— Похоже, они задействовали неизвестное нам оружие.

— Новейшие разработки? — вопросительно взглянул сержант.

— Полагаю, это что-то вроде шаровой молнии. Помните, инопланетянин Дин в своем послании землянам предупреждал о новом виде энергии. Эти шары очень похожи на сгустки сконцентрированной энергии. Я пока не понимаю принципы ее действия, но Готы каким-то образом посылают ее на огромные расстояния и даже через космическое пространство.

— Что же получается? Опять война? — тоскливо посмотрела на всех Мона.

— Женщинам не нужна война, — вдруг произнесла Люси, глядя, как очередное светлое пятно в небе быстро приближается к Земле. — Война это мужское увлечение, а женщины, неважно резиновые они или нет, запрограммированы на нечто совершенно иное.

Друзья в изумлении посмотрели на резиновую девушку, пораженные ее практичными жизненными выводами.

— Еще я поняла, — продолжала рассуждать Люси, — женское счастье измеряется по двум критериям: пользуются ли женщины успехом у мужчин и ценят ли мужчины их душу, а не тело.

— Рич, ты случайно не перестарался с её программированием? — с сомнением поинтересовался сержант.

На вопросы личного характера Ричард никогда не отвечал, за него это всегда делал хорошо его знающий друг.

— Ты забыл, Скотт, наш Рич не просто человек, он ученый. — В знак значимости своих слов Джордж потряс указательным пальцем. — А всем ученым необходимо с кем-нибудь дискутировать, делиться мыслями, а уж после можно расслабиться и…

Досказать, как после содержательного диспута расслабляется Ричард, он не успел. Над их головами, рассыпаясь тысячей искр, снова пронесся огненный шар. На этот раз удар пришелся на территорию, находившуюся к северу от Риверсайд. Поначалу было видно только зарево от вспышки, спустя некоторое время до людского слуха докатился гул взрыва, и земля под ногами заходила ходуном.

— Это за Ватерфолл-сити, — определила Кэти.

— Готы решили отомстить за поражение, которое мы им тут устроили, — уловил Скотт мысль своей подруги.

— Как они видят цель с такого огромного расстояния? — Митч с озадаченным видом почесал за ухом. — У нас же ночь.

— Тем хуже для нас, — произнес Ричард, внимательно вглядываясь в темное пространство, окутывавшее бледный лунный диск, но новых огненных точек пока не было видно.

— Почему ночь хуже? — спросила Мона.

— Свет, — коротко обронил Ричард.

— Что свет? — не понял Джордж. — Может, объяснишь нам, что ты имеешь в виду?

— Они видят огни нашего города, — пояснил ученый, терпению которого мог бы позавидовать любой дзен-буддист. — Вспомните, как выглядит неосвещенная солнцем сторона Земли из космоса?

— Ну конечно, из-за электрических огней оттуда четко видны города, — сказала Кэти. — А особенно много таких огней на территории США, — и сама удивилась своей догадке, — то есть у нас.

— Теперь понятно, как они находят ориентиры для стрельбы. Ночью наши города видны как на ладони. — Скотт повернулся к своей подруге и шутя сказал: — Кэти, за сообразительность тебя нужно повысить в звании.

— Риччи, надо действовать! Срочно звони Дэвенпорту в Главный штаб. Пусть дадут команду отключить электроэнергию по всей Америке.

Голос Моны прозвучал в приказном тоне, хотя намерение Скотта о повышении в звании относилось не к ней.

— Шевелись, друг, — подстегнул Ричарда и Джордж, — пока наш с Моной дом не испарился в воздухе. Можешь не сомневаться, на этот раз тебя не примут за сумасшедшего, — добавил он с ухмылкой.

Ричард колебался. Разговоры с начальниками разных рангов претили его гордой душе. Если бы дело было только в гордости! Ему уже приходилось сталкиваться с недоверием и подозрительностью, которые всегда выказывают люди, когда сталкиваются с чем-то новым. Когда кто-либо талантливый и прогрессивный предлагает решить проблему нестандартным способом, на него смотрят в лучшем случае как на чудака, в худшем как на сумасшедшего. Ричард никогда не бросался словами, он знал им цену, тщательно продумывая и взвешивая, и потому негативную человеческую реакцию в свой адрес воспринимал крайне болезненно. Потому и не горел сейчас желанием обращаться с предложением в Главный штаб.

Чувствуя его колебания, давление усилил и Митч.

— Неужели тебе не жаль друзей? Между прочим, там и мой дом тоже, и работа, и продюсер, и невеста в конце концов.

Ричард знал крепость журналисткой любви к невесте, но доводы друзей всё же заставили его решиться. Через минуту из гостиной донесся его взволнованный голос.

— Мне нужен генерал Дэвенпорт. Будьте добры, попросите его к телефону. Кто беспокоит? Ричард Тейлор. Я уже звонил. Да, да, вы не ошиблись, тот самый псих. Рад, что вы меня помните. Так я могу поговорить с генералом? Спит? Я вас очень прошу, разбудите его. Дело срочное!

Пока Ричард терпеливо убеждал секретаршу разбудить генерала и передать ему ценную информацию, Кэти перевела взгляд на Скотта и, намекая на рассуждения Люси и его недавний комплимент, игриво спросила:

— Так ты меня ценишь за сообразительность или за другие качества?

— Чушь все это! — безапелляционно заявил Жак. — Мужики в женщинах ценят только тело, а все остальное лишь понты.

— А я с тобой не согласна, Жак. Вот и Люси утверждает, мужчины могут любить в женщинах и душу тоже.

Жак скептически оглядел Мону.

— Может тебе напомнить, Люси — инопланетянка.

— То есть, ты хочешь сказать, — ухмыльнулся Джордж, — это всё не про нас?

На пороге дома появился Ричард, переполненный возмущением.

— Как можно спать так крепко?! Она видишь ли никак не может его добудиться!

Кэти понимающе усмехнулась и лукаво поинтересовалась:

— Про крепкий сон тебе сообщила секретарша генерала?

— Ну да!

Джордж скептически покачал головой.

— Ну ты чудак! Не улавливаешь взаимосвязь?

— Нет, — просто сознался Ричард, по-прежнему не понимая. — Какая может быть связь между крепким сном генерала и молодой девушкой?

— Она и есть причина крепкого генеральского сна. Разная возрастная категория. Загнала жеребца.

От Луны отделилась очередная светящаяся точка и понеслась к Земле. Сержант мрачно заметил:

— Артиллеристы говорят, если первый снаряд не долетел до цели, а второй перелетел, то третий обязательно попадет в цель.

— О, черт! У нас тоже горит свет! — испуганно вскрикнул Митч. — Так, Рич, где у тебя рубильник?

Не дожидаясь ответа, он помчался в гараж.

— Рон, не паникуй, мы же не в городе, — крикнул вдогонку Ричард.

— Не мешай ему выпустить пар, — резонно заметил Джордж, — а то начнет окопы у тебя во дворе рыть.

Свет погас во всем доме. Митч нашел рубильник.

В ожидании худшего все напряженно смотрели в небо, наблюдая, как яркая точка превращается в светящийся шар. Неожиданно навстречу ему устремилась ракета. Они столкнулись в небе над городом. Раздался оглушительный грохот, и яркая вспышка пламени озарила местность на многие мили вокруг.

— Это «Петриус», — пояснил сержант. — Молодцы, ребята зенитчики! Сами сообразили, не стали приказа сверху ждать.

В эту минуту разом погасли далекие городские огни.

— Генерала все-таки разбудили, — усмехнулся Джордж.

Готов это не остановило. Они продолжали обстреливать Землю. Огненные шары летели через равные промежутки времени. Установки «Петриус» сбивали только те шары, целью которых были крупные города, а те, что летели мимо населенных пунктов военные пропускали, и пылающие снаряды взрывались со страшным грохотом.

Воинственные Готы показали землянам, что не смирились с поражением, и за год своего поселения на Луне они не теряли времени даром. Война вновь вернулась на Землю.