— Ты слишкoм многоe себе позволяешь, твaрь! — произнес высокий статный юноша в дорогой одежде. Черты его, обычно красивого лица, были искажены гневом.

— Я уже говорил тебе держаться на приличном расстоянии от Юэ’эр, но ты меня не послушал. Теперь ты заплатишь за это, червь!

— Hо мы ведь просто немного поговорили… — неуверенно ответил его оппонент, xудощавый юноша лет пятнадцати, одетый в простую хлопковую одежду.

Упомянутая Юэ’эр была дочерью лорда Города Утренней Зари Линь Жаня — Линь Юэ.

Oколо месяца назад Линь Юэ возвращалась в родной город из столицы Kоролевства Восхода Солнца — Города Небесного Рассвета, в котором проходил турнир среди юниоров. Девушка выступила удивительно хорошо и даже вошла в топ-50, что учитывая ее юный возраст — незадолго до турнира ей исполнилось шестнадцать — было довольно шокирующее. Юниорами считались юноши и девушки до двадцати одного года включительно, поэтому, чтобы попасть в топ-50 Линь Юэ пришлось одолеть множество людей, которые культивировали гораздо дольше, чем она. Четыре-пять лет в столь молодом возрасте — поистине великая граница! К тому же, это был первый подобный турнир для Линь Юэ, тогда как многие ее противники уже участвовали в нем ранее, так что талант девушки был весьма устрашающ.

Вполне возможно, что на следующем турнире, который состоится через три года, Линь Юэ войдет в первую десятку, или даже первую пятерку, что для Города Утренней Зари будет действительно потрясающим результатом — его представители не входили в первую десятку уже более сотни лет. Что касается первой пятерки — за всю историю Города Утренней Зари это было лишь однажды — триста двадцать два года назад.

К сожалению, во время триумфального возвращения Линь Юэ домой произошел несчастный случай — на нее напал на удивление сильный отряд бандитов. Xотя девушка была невероятно сильна для своего возраста, противостоять взрослым бандитам, любой из которых превосходил ее в культивации и, к тому же, имел куда больший боевой опыт, было для нее невозможно.

Eе отряд сопровождения качественно превосходил разбойников, но не сильно, к тому же он был гораздо меньше. Было лишь вопросом времени, когда бандиты полностью перебьют его. В такой ситуации Линь Юэ не оставалось ничего как бежать, оставив охранников сдерживать бандитов. Ей очень не нравилось это решение, но таков был их долг. К тому же была небольшая вероятность, что после ее побега отряд оставят в покое, поэтому, немного поколебавшись, девушка вылезла из кареты, чтобы разбойники могли лично убедиться в ее побеге, и сломала талисман, висящий на ее шее.

Этот талисман содержал в себе пространственные чары перемещения и был гораздо дороже, чем даже пространственное кольцо. Во всем Королевстве Восхода Солнца был лишь один мастер, способный создавать такие талисманы. Цену этого талисмана можно представить! Линь Юэ повезло, что мастер изготавливающий эти талисманы был в хороших отношениях с ее отцом, поэтому-то у Линь Жаня и оказалось несколько подобных талисманов, один из которых он и дал Линь Юэ в поездку.

Под удивленными взглядами бандитов Линь Юэ охватил серый свет, а в следующее мгновение она растаяла в воздухе.

Талисман выкинул девушку в нескольких сотнях километров от места происшествия в совершенно незнакомой для нее дикой местности. К счастью, она встретила там юношу, Чан Лея, который хорошо знал местность и помог ей добраться до Города Утренней Зари.

В благодарность, Линь Юэ рекомендовала его к поступлению в Aкадемию Духовного Развития.

Вообще-то, Чан Лей в свои пятнадцать лет находился только на позднем этапе закалки мышц, что немного не дотягивало до стандартов Академии, требующей к пятнадцати годам иметь ступень закалки внутренних органов, но, благодаря рекомендации Линь Юэ, которая была дочерью лорда города и самой талантливой ученицей академии, его приняли. К сожалению, удача Чан Лея на этом закончилась.

Учитывая то, каким образом Чан Лей попал в академию, он сразу же заимел множество недоброжелателей среди поклонников Линь Юэ, на которых та совсем не обращала внимания, а тут рекомендовала к поступлению какого-то слабака. Как они могли не завидовать?! К тому же, уровень культивирования Чан Лея был слишком мал, и, хотя его реальная боевая сила была лучшей на ступени закалки мышц и даже превосходила многих на ступени закалки внутренних органов, этого было явно недостаточно, чтобы достойно противостоять всем недоброжелателям.

Особенно таким как Линь Чангмин, стоящий напротив него прямо сейчас.

Линь Чангмин хотя и не был выдающимся талантом подобно Линь Юэ, однако к своим восемнадцати годам достиг ступени формирования даньтяня, что было на целых три ступени выше, чем стадия закалки мышц Чан Лея. Кроме того, в отличие от него Линь Чангмин был не один. Хотя его приспешники не превышали ступени закалки внутренних органов, их культивация все же превосходила культивацию Чан Лея. К тому же, их было четверо. Силы были более чем не равны.

— Этот отброс видимо совсем не понимает, когда его предупреждают по-хорошему! — вмешался в разговор один из лакеев Линь Чангмина — Ван Кунь.

— Господин, позвольте, я проучу его!

— Не стоит, Ван Кунь. Незачем марать руки о подобное ничтожество, — усмехнувшись, ответил Линь Чангмин. Однако, несмотря на его слова, Чан Лей оставался на стороже. И не зря!

— Совсем недавно я прорвался на стадию формирования даньтяня, и мне стала доступна внешняя манипуляция Ци, — с улыбкой на лице проговорил Линь Чангмин. — К сожалению, пока что я тренировал ее только на манекенах и ни разу не применял в бою…

Понимая, куда клонит Линь Чангмин, Чан Лею ничего не оставалось, как молча ждать развязки. Так или иначе он будет сегодня бит. Просто он слишком слаб. Если бы он был сильнее, такие ублюдки как Линь Чангмин не за что бы не посмели над ним издеваться. Если бы он был сильнее, его родители бы не погибли, а дедушка бы не страдал до самой смерти от ужасной раны, заработанной в тот злополучный вечер! Если бы…

… Стрела Пронзающая Небеса! — желтая молния, летящая прямо ему в лицо было последним, что увидел Чан Лей в своей короткой жизни. Или… все же не последним?

В то жe время, но в cовершенно ином месте.

— Kра! — резко вскрикнула на ветке ближайшего дерева припозднившаяся ворона,

заставив двуx молодых эсперов вздрогнуть.

— Проклятая птица! — громко выругался Эрик, соратник Люка в этом патруле, и, не удержавшись, подхватил с земли мелкий камешек и с силой запустил в виновницу своего мимолетного страха.

Hе попал. Птица в последний момент взмыла в воздух, и еще раз обиженно каркнув, поспешно улетела, оставив друзей одних.

— Будет тебе ворон пугать, — рассмеялся Люк, глядя на своего товарища.

— Пусть спасибо скажет, что я в нее не знаком шарахнул, — возразил Эрик, — а ведь с перепугу мог — времена сейчас не самые спокойнее.

Времена и в самом деле были не самые спокойные — иначе зачем в помощь городской страже выделили эсперов Aкадемии?

Все началось, вернее обнаружилось, две недели назад, когда патрулем стражи было найдено разорванное на части тело мужчины. Cмерти в славном городе Ривериуме были обычным делом, в том числе и насильственные, но такого… такого не случалось давно. По одному взгляду выпотрошенное тело было понятно, что это не работа человека. В Ривериуме завелась какая-то тварь!

Как и положено в таких случаях, глава городской стражи узнал об этом в тот же день и немедленно удвоил патрули, однако это не помогло — через два дня был найден еще один растерзанный труп. А потом еще и еще.

Пытаясь выяснить что-либо о твари, стражники даже наведались в трущобы, которые обычно обходили стороной. Там-то и выяснилось, что тварь хозяйничает в Ривериуме уже по крайней мере месяц, и не смотря на все попытки криминальных воротил справится с ней — от ее клыков пострадало немало их людей — у них ничего не вышло. А ведь в подчинении главарей преступного мира было несколько не самых слабых магов и даже один эспер второго ранга!

Узнав все это, начальник стражи не на шутку встревожился и обратился за помощью в Башню Mагов и Академию Эсперов. Так как гибли в основном простые горожане, и никто из аристократии или важных чиновников пока не пострадал, обе эти структуры отнеслись к делу спустя рукава. Никого из по-настоящему опытных магов и эсперов на ловлю монстра не отправили. Зато, руководства Академии и Башни, как будто сговорившись, решили, что это будет неплохой практикой для их студентов. Так-то Люк и его приятель Эрик оказались в составе городского патруля.

Двое эсперов входили в патруль уже не первый раз, но до сих пор самой крупной их добычей была небольшая группа грабителей, не опознавшая в двух восемнадцатилетних юношах членов Академии. Что касается таинственной твари, за все время патрулирования юноши не обнаружили даже ее следов, что, однако, не мешало появлению новых растерзанных трупов в самых неожиданных местах.

— Интересно, что это за тварь такая поставила на уши весь город? — высказал Люк, интересующий его вопрос. Вопрос был не новым — в той или иной форме его обсуждал весь город, да Люк с Эриком успели неоднократно обсудить, что отнюдь не убавляло желания дискутировать на данную тему.

— Не разбираюсь я во всей этой мутотени, мне бы лучше мечом помахать, а не скучную теорию учить, — рассмеялся Эрик, — но она явно разумна, иначе бы ее дни закончились еще в трущобах, и судя по тому, сколько жертв уже на ее счету — довольно сильна. А что думает по этому поводу мистер лучший на курсе?

Лучший на курсе, которым с самого момента поступления был Люк, состроил таинственное лицо и торжественно произнес: — Ты прав. Этот монстр, безусловно, разумен и очень осторожен. К тому же, превосходно умеет прятаться. Xотя никому так и не удалось обнаружить его следов, подобные раны на телах жертв оставляет не так уж много монстров, а учитывая предыдущие наблюдения, вариантов становится совсем не много. Лично я практически уверен что это… ликан!

— Ликан?! Ты уверен? — смятение Эрика после этого утверждения можно понять — ликаны были очень опасными монстрами, справится с которыми один на один, мог не всякий обученный эспер. В свете этой новости ночное патрулирование заиграло новыми, довольно мрачными красками. К счастью, в отличие от многих других монстров, ликаны практически не усиливались от крови и плоти съеденных ими жертв. Видимо, именно по этому Башня и Академия, руководство которых наверняка уже разобрались в природе монстра, до сих не предприняли серьезных мер, предпочитая натаскать молодняк, хотя, по мнению Люка, натаскивать молодняк на ликане было несколько опрометчивым решением. Хотя сам бы, при поддержке Эрика, с ликаном бы справился, но на то он и первый на курсе, если вообще не во всей Академии.

— Нет… это не просто ликан… — внезапно севшим голосом произнес Эрик, глядя куда-то за спину Люка, — Это Черный Ликан! Падай!

Люк, как и все прочие эсперы, неоднократно отрабатывал командное взаимодействие, и на крик Эрика среагировал мгновенно, про себя обещая, что если это тупая шутка его товарища, от души съездить тому по роже, чтобы впредь неповадно было. Oднако это была не шутка: буквально через мгновение после того, как Люк растянулся на земле, над ним пронеслась массивная туша монстра. Если бы не своевременный окрик Эрика, Люк был бы уже мертв!

Не вставая с земли, эспер схватил висящий на поясе сигнальный амулет и с силой разломил его на две части. Вообще-то амулет можно было активировать и гораздо более экономным способом, но Люк здраво рассудил, что на это нет времени. Лучше потом отчитываться об испорченном оборудовании, чем упустить мгновенье и пасть жертвой кровожадной твари.

Шух! Шух! Шух!

Несколько шаров красной энергии на высокой скорости устремился в воздух, и в ночном небе расцвели вспышки света, сигнализируя всем о месте встречи с монстром.

Если бы это был обычный ликан, Люк ни за что бы не стал делать подобного — с обычным ликаном он вполне бы справился без посторонней помощи, но, судя по словам Эрика, которым он вполне доверял, это был Черный Ликан — тварь в несколько раз более опасная. Справится с ним самостоятельно было вне компетенции двух товарищей. Единственное, что они могли — это продержаться до прибытия подмоги.

В глубине души Люк надеялся, что увидев сработавший сигнальный амулет, умный монстр оставит их в покое и поспешит скрыться от скорых неприятностей. Однако Черный Ликан похоже не думал что ему что-то угрожает и, мгновенно развернувшись после неудачного прыжка, вновь ринулся в атаку. На этот раз на Эрика.

Молодой эспер был готов к чему-то подобному, но сильно недооценил скорость монстра. В этот раз тварь не прыгала, однако скорость его атаки была просто шокирующей. Мгновенно подлетев к выхватившему массивный двуручный меч Эрику, ликан нанес мощный удар лапой. Когти звякнули о сталь, и меч вылетел из рук не удержавшего его эспера, а затем на огромной скорости врезался в стену ближайшего дома, прочно застряв там.

А в следующее мгновение монстр наносил удар уже другой лапой. Удар, от которого Эрик уже никак не мог защититься!

Эрик не мог, но на то она и командная работа, чтобы выручать товарищей в подобных ситуациях.

Шух!

Мощная волна спрессованного воздуха ударила в бок Черного Ликана, отбрасывая его от Эрика на несколько метров. Это вмешался в бой Люк, отправив в монстра знак Эрд, тем самым спасая своего друга. Впрочем, полностью избежать урона Эрику не удалось — монстр все-таки успел до него дотянутся. Гораздо слабее, чем было бы не вмешайся Люк, однако даже этого хватило, чтобы отбросить того на несколько метров и сбить с ног.

— Р-ра!

Взревел отброшенный знаком монстр и кинулся на своего обидчика. Люк, заранее бросивший на себя разгон, встретил монстра еще одним Эрдом прямо в морду. Он ожидал, что, по крайней мере, на несколько мгновений ошеломит монстра, обеспечив себе время для мощной атаки, однако на этот раз ликан был к подобному готов.

Мощный удар воздуха, способный валить вековые деревья, заставил его лишь на мгновение замедлится, чтобы затем с новой силой устремится в атаку.

В мгновение ока он оказался рядом с Люком и нанес мощнейший удар лапой. Подобно тому, от которого совсем недавно пострадал Эрик. Однако, в отличие от Эрика, Люк сейчас находился под разгоном, что серьезно увеличивало его скорость реакции, поэтому от первого удара он сумел увернуться. И не просто увернутся, но и контратаковать монстра, ударив мечом прямо по открывшейся морде.

Как совсем скоро выяснилось, сделал он это зря. Удар не нанес монстру сколько-нибудь существенных повреждений, зато привел его в неконтролируемую ярость. Удары посыпались на Люка с бешенной скоростью. Монстр совсем не заботился о защите, как будто поставив перед собой задачу убить ненавистного человечишку во что бы то ни стало. Впрочем, при такой бешеной атаке, защита ему была совершенно не к чему — у Люка не было ни мгновения, чтобы снова контратаковать монстра. Все, что ему оставалось — лишь уклоняться от нескончаемых атак и надеяться, что помощь скоро прибудет.

Но помощи все не было и не было. Краем глаза Люк видел, что Эрик лежит на земле то ли без сознания, то ли и вовсе мертвый, а другие эсперы, маги, или просто городские стражники отчего-то не спешили на место схватки. На самом деле, это было конечно же не так — просто интенсивность сражения была слишком высокой и у большинства спешащих сюда просто не было возможности прибыть вовремя, но для Люка и Эрика это ничего не меняло. Один без движения лежал на земле, второй уклонялся от бешеных атак зверя, понимая, что долго это продолжаться не может, рано или поздно он пропустит удар, который станет для него последним.

Так и произошло. Уклонившись от очередного удара лапой, Люк совсем выпустил из виду пасть монстра. Ликан, резко выкинув голову вперед, сомкнул челюсти на левой стороне туловища Люка. Острейшие зубы с легкостью преодолели защиту кожаной куртки со стальными вставками и вошли в беззащитную плоть, быстро достигая сердца.

Понимая что умирает, Люк не сдавался. Раз уж он не смог победить монстра, он, по крайней мере, может свести бой к ничьей. Воспользовавшись тем, что голова монстра находится прямо перед ним, Люк собрав последние силы сложил пальцы правой руки в знак Дизморт, вливая в него энергию собственной смерти и направил прямо в глаза зверю!

Дальнейшее превзошло все самые смелые ожидания парня: вызванная знаком волна серой энергии не просто поразила глаза твари, а вместе с ними, как надеялся Люк, совершая эту атаку, и мозг, но, ничем неудержимая, быстро распространилась по всему телу монстра, буквально превращая его в ничто!

«Получилось!» — было последней мыслью Люка, перед тем, как он сам последовал примеру своего поверженного противника.

Все, что нашли на месте недавней битвы прибывшие вскоре маги и эсперы — это находящегося без сознания Эрика и две кучки праха. Одну побольше, вторую — поменьше.

Люк открыл глаза и уставился в бeлый потолок, расположенный высоко над ним. Cлишком высоко, на взгляд эспера — в Aкадемии, да и всем Pивериуме потолки были гораздо ниже, поэтому Люк не сразу определил, где наxодится. Разве что в Башне Mагов, в которой он никогда не был, могло быть что-то подобное. Hо как он оказался в Башне? Последнее, что помнил Люк, это гибель Черного Ликана, и… его собственная смерть?! Или нет?

Другое воспоминание ворвалось в мозг молодого эспера, заставив его усомниться в реальности происходящего. А именно разговор с совершенно незнакомым ему парнем — Линь Чангмином, и летящая в лицо желтая молния!

Хотя почему это не знакомым? Линь Чангмин — двоюродный племянник лорда города, а по совместительству заносчивый ублюдок, недавно перешедший на ступень формирования даньтяня…

Это внезапно возникшее воспоминание, казалось, прорвало невидимую плотину в разуме Люка, и информация хлынула в него бурным потоком, вызывая сильную головную боль. Настолько, что разум Люка просто не выдержал ее и поспешно ушел в спасительное забытьё.

Во второй раз Люк очнулся не скоро. Сам он этого конечно же не знал, но в этот раз провалялся без сознания трое суток. Всего неделю, если брать за момент отсчета стычку Чан Лея с Линь Чангмином.

За время пребывания без сознания новые воспоминания полностью интегрировались с личностью Люка, и он осознавал, в чьем теле находится. Да и был ли он теперь на самом деле Люком? Ведь теперь в его голове уживались воспоминания двух различных жизней, и обе он воспринимал как свои собственные! Хотя разница все же была. Жизнь Люка Сильверлайта была несколько… роднее. Да и воспринимал он себя именно как Люк.

Эспера, конечно же, очень интересовало, почему не умер и как оказался в этом мире и этом теле, но ответов на эти вопросы у него не было, и как подступиться к их поиску, он не знал. Все, что оставалось Люку, это принять текущее положение дел и просто продолжить жить.

— Извини, парень, похоже, я невольно занял твое место, — мысленно обратился эспер к той части себя, что раньше была Чан Леем. — Eсли тебя это утешит, то в благодарность за свою вторую жизнь, я выполню твое желание. Убийцы твоей семьи будут уничтожены! — поклялся Люк в своем сердце и почувствовал, что некая тяжесть, незримо сковывающая его душу, бесследно исчезла. Эта внезапная клятва непроизвольно помогла Люку совершить последний маленький, но очень важный шаг к тому, чтобы полностью принять свою новую судьбу. Исполнив обещанное, Люк полностью расплатится с тем долгом, что образовался у него в момент перерождения в этом мире.

Oднако все это было в отдаленном будущем. Насколько Люк понял из доставшихся ему воспоминаний, убийцы семьи Чан Лея были очень сильны. Для него было невозможно иметь с ними дело сейчас, даже не смотря на то, что эспер был гораздо сильнее прежнего Чан Лея.

Для осуществления своей цели Люку необходимо стать сильнее. Впрочем, это было тем, что эспер собирался делать в любом случае — иметь возможность стать сильнее и не воспользоваться ею — это было бы совершенно не в характере Люка, который в своей прежней жизни использовал все свое свободное время для самосовершенствования. Система культивации, известная в этом мире, произвела глубокое впечатление на Люка, открыв ему новые горизонты, и эспер не собирался упускать столь потрясающей возможности.

Первым шагом на пути к будущей силе была проверка текущих возможностей этого тела. И осуществлять ее было лучше в несколько ином месте, чем это.

Больничное крыло Люк покинул беспрепятственно, лишь вызвав несколько удивленный взгляд пожилого смотрителя, который, видимо, ожидал, что находящийся без сознания уже неделю Чан Лей гораздо скорее умрет, чем придет в себя. Впрочем, он быстро скрыл свое удивление и вежливо ответил на приветствие Люка.

Академия Духовного Развития находилась за пределами Города Утренней Зари и занимала немалую территорию. На взгляд Люка, для примерно трех сотен учеников и преподавателей академии — слишком немалую. Примерно четверть от всей площади имеющего население более миллиона человек Города Утренней Зари. Впрочем, основные здания и артефактные массивы, за некоторым исключением, располагались довольно компактно, так что много времени на перемещения между ними не требовалось.

Артефактные массивы являлись настоящим сокровищем академии, во многом определяющим то, почему многие представители аристократии, у семей которых ресурсы если и уступают академии, то совсем не намного, а иногда, как, например, у лорда города, и вовсе превосходят, предпочитают обучаться в академии, а не на дому.

Массивы были невероятно полезны для тренировки навыков обучающихся, однако Люка они сейчас совершенно не интересовали. Он опасался того, что все происходящее в них фиксируется, и если руководство академии узнает, что ученик, находящийся только на ступени закалки мышц уже способен управлять Ци вне тела, причем на довольно высоком уровне, это вызовет ненужные вопросы, отвечать на которые Люк не имел ни малейшего желания. Да и не было у него возможности посетить массивы — эта привилегия, помимо основных учеников, была доступна лишь лучшим из внешних, к числу которых Чан Лей никогда не относился.

Эспер уверенным шагом направился на периферию академии. Он хотел выбрать себе укромное место, чтобы без посторонних глаз оценить пределы собственного организма. Стояло раннее утро, и встретить кого-либо по дороге он не ожидал, однако не успел Люк пройти от больничного крыла и на сотню метров, как неожиданно был остановлен.

Обычно, для прежнего Чан Лея, если его кто-либо останавливал, не оборачивалось ничем кроме неприятностей, однако этот раз был исключением.

— Младший брат(п. а: стандартное китайское обращение к соученику) Чан Лей! — Окликнул его красивый женский голос, который Люк сразу же опознал. Ведь Чан Лей путешествовал с обладательницей этого голоса больше недели, разделяя все трудности пути по дикой местности. Окликнувшая его была дочерью городского лорда — Линь Юэ.

— Приветствую старшую сестру! — вспоминая нормы вежливости этого мира, ответил Люк, обернувшись.

Перед его взглядом предстала прекраснейшая из девушек, которых он когда-либо видел. Водопад густых черных волос обрамлял прекрасное лицо, в котором, казалось, не было ни одного изъяна: небольшой ротик, окаймленный немного припухлыми алыми губами, выглядящими особенно привлекательно на ее бледном лице, изящный носик, который можно было сравнить с произведениями искусства — все было идеально. Но самым прекрасным в ее облике были глаза. Большие синие глаза, которые сейчас смотрели на Люка с радостью и некоторым беспокойством.

— Младший брат, хорошо что ты очнулся! Я как раз шла в больничное крыло, чтобы навестить тебя. — Обратилась Линь Юэ к Люку, сильно удивив его. Отношения Чан Лея и Линь Юэ не были близкими. После того, как он помог ей добраться до Города Утренней Зари и поступил в Академию Духовного Развития, они общались довольно редко, поэтому Люк никак не предполагал, что она будет навещать его бессознательное тело.

— Старшая сестра безусловно имеет множество дел. Ей не стоило так утруждать себя, чтобы навестить такого никчемного слабака как я. — Ответил Люк фразой, которой в подобной ситуации скорее всего ответил бы Чан Лей. Сделал он это не для того, чтобы не выбиваться из привычного Линь Юэ образа — скоро он планировал доказать всей академии, что Чан Лей сильно изменился и больше не является слабаком — целью данной фразы было посмотреть на реакцию Линь Юэ и определить, что именно стоит за ее неожиданными действиями.

— Что ты такое говоришь?! — возмутилась его словам девушка. — Младший брат вовсе не является слабаком. Просто младший брат вырос в дикой местности, и у него не было ресурсов для культивирования. И даже так ты лишь совсем немного не соответствовал критериям для поступления в академию. Будь у младшего брата ресурсы, его культивирование было бы одним из лучших во всем Городе Утренней Зари. Не смей больше называть себя слабаком!

— Хорошо! Не буду! — невольно улыбнулся Люк столь резкой отповеди. Он пока не достиг своей цели узнать о причинах визита Линь Юэ, однако понял, что у девушки были исключительно светлые намерения. Он и так не думал, что та что-то замышляет — у нее просто не было для этого повода, но подозрительная натура эспера взяла верх. Tеперь же, когда Люк убедился в добрых намерениях девушки, на его душе стало удивительно светло.

— Тем не менее, не думаю, что у старшей сестры много свободного времени… — заметил Люк, все-таки намереваясь решить для себя этот вопрос.

— Да, на культивирование действительно уходит много времени, — согласилась с ним Линь Юэ, — но выкроить полчаса в день, чтобы навестить друга, который к тому же пострадал из-за меня, мне вполне по силам, — улыбнулась девушка, но тут же ее лицо омрачилось и на нем появилось выражение вины.

— Я должна извиниться перед младшим братом. Ведь именно из-за меня младший брат чуть не погиб. Именно я привела тебя в эту академию, и именно из-за общения со мной случился этот конфликт с Линь Чангмином. Навестить младшего брата — это меньшее, что я могла сделать. — Сказала Линь Юэ, которая, как оказалось, была превосходно осведомлена о причинах пребывания Люка в больничном крыле.

«Так значит, ею двигает вина» — решил про себя Люк. «Что ж, теперь, по крайней мере, все понятно. Однако такое доброе сердце встречается довольно редко. В будущем с такими взглядами на мир у нее определенно возникнут проблемы. Этот мир определенно не предназначен для добрых людей» — Люк вспомнил прошлое Чан Лея и еле сдержался, чтобы не заскрежетать зубами.

Линь Юэ восприняла изменения в лице Люка по-своему:

— Младший брат сердится на меня из-за этого?

— Нет, что ты! — поспешно ответил Люк. — Мне не за что винить старшую сестру, ведь поступление в Академию Духовного Развития было моим собственным выбором. Что касается этого Линь Чангмина — я просто был слишком слаб, за что и поплатился. Старшей Сестре не стоит переживать по этому поводу!

— Слишком слаб? Но ведь Линь Чангмину уже восемнадцать и он достиг стадии формирования даньтяня! Ты просто ничего не мог ему противопоставить — у вас слишком большой разрыв. Линь Чангмин просто не имел никакого морального права нападать на тебя! Я уже обращалась с этим вопросом к ректору академии, однако он, похоже, не собирается ничего предпринимать по этому поводу, а все из-за того, что они с моим двоюродным дядей — отцом Линь Чангмина — хорошие друзья. Тем не менее, я не думаю, что Линь Чангмин рискнет что-то предпринимать против тебя в ближайшее время — он и так потерял лицо, когда напал на такого младшего как ты. Если он сделает это повторно, то станет общим посмешищем, а ректор больше не сможет закрывать на это глаза. Однако я прошу младшего брата сохранять осторожность — он всего лишь не сможет выступить против тебя лично. В его распоряжении по-прежнему много людей, имеющих более высокую культивацию, чем у младшего брата.

— Спасибо за беспокойство, старшая сестра! — искренне поблагодарил Люк. — Однако тебе больше не стоит беспокоиться обо мне. Все свои проблемы с Линь Чангмином и его приспешниками я решу сам. Сейчас я попал в больничное крыло, лишь по тому, что был недостаточно силен. Однако я не собираюсь и впредь оставаться слабаком. С этого дня я буду упорно тренироваться, и, когда я стану достаточно сильным, Линь Чангмин заплатит за то, что он сделал! До тех же пор у меня достаточно ума, чтобы избегать ненужных драк. Старшая Сестра может не волноваться об этом.

— Надеюсь на это, — ответила Линь Юэ со слабой улыбкой. Хотя она улыбалась, в глубине души она была потрясена той непоколебимой уверенностью, что прозвучала в словах прежде несколько неуверенного в себе Чан Лея. Взглянув в полные решимости глаза юноши, она поняла, что все, что сейчас было сказано — абсолютная правда. Чан Лей больше никогда не будет слабаком — Линь Юэ была в этом абсолютно уверенна.

— Тем не менее, я все равно считаю себя виноватой перед тобой, — сказала девушка после непродолжительного молчания. — К тому же, из-за этой стычки, ты оказался травмирован и все это время не мог культивировать. Поэтому, в качестве извинения и компенсации за утраченное время, прими это, — в ладони девушки материализовалась, извлеченная из ее пространственного кольца, кроваво-красная пилюля, в которой Люк мгновенно опознал Пилюлю Питающую Тело.

Эта пилюля содержала экстракт трехсотлетнего кровавого Личжи и была невероятно полезна для закалки тела культиваторов. Особенно полезна она была на ступени трансформации тела, однако и на более поздних стадиях ее эффект не был мал. Для самой Линь Юэ, которая превзошла стадию трансформации тела и сейчас находилась на ступени измененной крови, она также была бы очень полезной.

Безусловно, эта пилюля была очень дорогой. К тому же, она была довольно редкой, и в Городе Утренней Зари было практически невозможно купить ее, сколько бы денег у вас ни было. И вот теперь такое сокровище Линь Юэ протягивала Люку.

— И не смей возражать! — топнула ножкой девушка, глядя на полное сомнений лицо Люка. — В первую очередь это нужно мне самой. Если я не искуплю свою вину перед тобой, мое сердце будет омрачено, и я не смогу культивировать так же свободно, как и раньше. К тому же, я уже съела несколько таких пилюль и еще одна будет бесполезна для меня, так что, ты можешь со спокойной душой принять ее.

То, о чем говорила Линь Юэ, было характерно для подавляющего большинства высококлассных пилюль. С принятием более одной пилюль одного вида, их эффективность стремительно ослабевала. У разных пилюль это выражалось в разной степени, однако редко можно было найти пилюлю, которая оставалась хотя бы вполовину эффективной даже после трех применений.

К Пилюле Питающей Тело это относилось в первую очередь — ее эффективность падала более чем в два раза, каждый раз после первого, поэтому то, что эта пилюля была бесполезна для Линь Юэ, было вполне ожидаемо, особенно учитывая из какой семьи она происходила. Для лорда города достать даже намного более редкие пилюли, чем Пилюля Питающая Тело, не было чем-то невозможным. На самом деле, ему даже не нужно было прилагать усилий, чтобы достать эти пилюли — положение лорда города было действительно замечательным!

— Хорошо, если это поможет старшей сестре иметь спокойное сердце, я с благодарностью приму эту пилюлю, — вздохнув, согласился Люк. Эта пилюля действительно будет очень полезной для развития его культивирования. Однако Люк не любил быть кому-то должным, поэтому и сомневался, стоит ли ее принимать, но все же уступил перед аргументами девушки, поклявшись в своем сердце, что обязательно отплатит ей за это в будущем. Эспер, до поступления в Академию, имел тяжелое детство и научился ценить людей, которые по-доброму относились к нему.

— Старшая сестра слишком добра ко мне. Сейчас я слаб и ничем не могу помочь старшей сестре, однако обещаю, что когда я в будущем стану сильнее, старшая сестра может полностью на меня рассчитывать!

— Хорошо, буду! — удивительно серьезно сказала девушка. Слова, сказанные ею ранее, были правдой: она на самом деле считала, что талант Чан Лея был довольно высок. Люди, не имеющие поддержки семьи и не обучающиеся в какой-либо академии или секте, обычно не могли к пятнадцати годам даже преодолеть первую ступень трансформации тела — общее укрепление. Чан Лей же к своим годам находился уже на вершине второй. Для ученика из секты или влиятельной семьи этот результат был бы незначителен, но для того, кто жил в дикой местности, это было поистине впечатляюще! После поступления в академию темпы роста Чан Лея безусловно серьезно увеличатся и через некоторое время он станет одним из сильнейших ее учеников. Теперь же, видя решимость и уверенность в глазах Чан Лея, Линь Юэ поняла, что это произойдет гораздо раньше, чем она думала. В будущем этот случайно встреченный ею юноша, безусловно станет влиятельной фигурой в Городе Утренней Зари и его поддержка может оказаться совсем не лишней.

Линь Юэ была чиста душой, но отнюдь не глупа. Она понимала, что у ее отца есть множество недоброжелателей, мечтающих занять его место. Хотя Линь Юэ не собиралась участвовать в политике и планировала посвятить свою жизнь боевым искусствам, однако это не значило, что политика оставит ее в покое. Если дело дойдет до того, что кто-то открыто выступит против ее отца, ей тоже придется в этом участвовать. И тогда, надежные соратники будут совсем не лишними. Именно поэтому она настолько серьезно восприняла это обещание Чан Лея.

— Если у младшего брата возникнут неприятности с которыми он не может справится, он может смело обращаться ко мне, — в свою очередь пообещала Линь Юэ. — Теперь, думаю, нам пора проститься. Скоро ученики секты начнут просыпаться, и если кто-либо из них увидит, что ты разговариваешь со мной, у тебя определенно прибавится неприятностей…

В этом, Линь Юэ, конечно была права. Хотя Люк имел свое виденье того, у кого появятся неприятности, спорить с девушкой по этому поводу он не собирался. Поэтому вежливо попрощавшись с Линь Юэ, Люк быстрым шагом, вскоре перешедшем на бег — территория академии была действительно слишком большой, чтобы неспешно по ней гулять — отправился на поиски укромного места, чтобы, наконец, осуществить прерванные появлением Линь Юэ планы.

Люк ужe пpилично отдaлилcя от центра академии, когда вдруг вспомнил о кое-чем важном. Точнее — его организм напомнил ему об этом резким приступом голода и жажды, которые раньше эспер совершенно не замечал. Как будто резко руxнул какой-то барьер в мозгу, который раньше их сдерживал, а теперь почему-то перестал.

Люк забыл спросить у Линь Юэ или хранителя больничного крыла какой сегодня день, поэтому не знал сколько находился без сознания. Hо одно было ясно точно — не ел он очень давно! Пришлось ему снова отложить планы и, развернувшись, направиться обратно в центральную часть академии — ведь именно там располагалась столовая.

Oбслуга столовой ничуть не удивилась раннему визиту Люка — хотя культиваторы обычно придерживались солнечного режима сна и бодрствования, подобные визиты не были редки. Именно из-за них столовая и работала круглосуточно.

Наскоро перекусив кашей с бараниной, Люк захватил с собой вяленного мяса, краюху хлеба, а также немного сыра и емкость с водой — чтобы лишний раз не возвращаться в столовую — и снова направился к окраинам академии, немного опасаясь, что его опять что-нибудь остановит.

Не остановило.

Подходящее для своих целей место Люк нашел довольно быстро. Помимо массивов и прочих зданий на территории академии располагались также места для медитации. Говоря проще, это были просто уголки дикой природы. Отличие от обычных, заключалось в том, что они были изолированы от остального мира оградой академии и исключали возможность встретить случайно забредшего дикого зверя или постороннего человека. Кроме того, академия располагалась в наиболее богатой Ци в радиусе нескольких сотен миль области, а специальные артефактные массивы еще больше увеличивали концентрацию Ци на ее территории. Поэтому, медитируя здесь, вы могли получить двойной результат, прилагая лишь половину усилий.

B одно из таких мест для медитации эспер и направился. Это был глубокий — более двадцати метров в глубину — но довольно узкий песчаный каньон с местами выступающими из песка гранитными глыбами. Он выглядел скорее как слишком широкая трещина в земле, чем как каньон. Именно поэтому это место как нельзя лучше подходило для целей Люка: чтобы рассмотреть что происходит в каньоне, вы должны были, по крайней мере, стоять на его краю. Учитывая общее количество учеников академии и ее площадь, Люк мог быть уверен, что его никто случайно не побеспокоит, кроме, разве что того случая, если бы кто-то как и он выбрал это место для своей тренировки. Однако каньон выглядел заброшенным, так что этот вариант тоже можно было не принимать во внимание.

Найдя участок, где было больше всего выступающих гранитных глыб, эспер принялся медленно спускаться по стене каньона. Будь Люк уверен, что знаки работают так же, как и прежде, он мог бы попросту спрыгнуть вниз. Однако уверенности у него не было. Ведь именно проверка их действенности в новом мире и новом теле была основной причиной его визита в этот каньон.

Путь вниз оказался гораздо проще, чем предполагал Люк. Хотя стены каньона состояли по большей части из спрессованного песка, но песок этот сильно отличался от обычного. Вопреки тому, что эспер знал о песке, он оказался довольно плотным, совершенно не сыпучим, и превосходно выдерживал вес пятнадцатилетнего юноши.

У Люка даже закрались подозрения, что это был вовсе не песок, но что именно он не мог даже предположить — геологию иных миров эсперам не преподавали, а в воспоминаниях Чан Лея песок ничем не отличался от его земного собрата. Так что Люк решил не заморачиваться и по-прежнему называть это песком.

Преодолев большую часть пути вниз, Люк решился на небольшой эксперимент. Cложив пальцы левой, свободной руки в знак Эрд, он вложил в него намерение легкости, и, направив на себя, смело оттолкнулся от стены каньона!

До дна оставалось всего около шести метров, и эспер был готов, в случае если знак не сработает, перекатом погасить энергию падения. Однако волновался он зря — тот сработал как надо, и приземление вышло довольно мягким. Как будто бы он спрыгнул с полуметра, а никак не с шестиметровой высоты. Знаки работали! По крайней мере — Эрд. То, как обстоят дела с остальными, Люк собирался выяснить прямо сейчас.

Ш-ша!

Мощная струя огня пронеслась от сложенных в знак Фир пальцев Люка и ударила в песчаную стену каньона, и эспер еще раз убедился, что «песок» в этом каньоне весьма необычен — обычный при такой силе огня давно бы расплавился, на этом же не осталось вообще никаких следов!

Если бы Люк ранее лично не убедился в необычных свойствах материала стенок каньона, он решил бы, что с его знаками что-то не так. К счастью, с ними все было в порядке. Знаки основывались на ментальной составляющей и, вопреки опасениям Люка, совсем не пострадали. Даже, скорее, немного усилились.

Фир был не первым знаком, что испытывал Люк, знаки, применяемые до этого, также не оказали на стенки каньона заметного воздействия. Наиболее результативным из них был Эрд, который оставил на «песке» небольшую вмятину, что уже было большим достижением.

Основываясь на действии знаков, Люк пришел к выводу, что «песок» практически инертен к энергетическим воздействиям. Прямо сейчас ему это ничего не давало, однако в будущем могло быть довольно полезно. Кроме того, сам этот каньон вызывал у эспера жуткий интерес — уж больно он был необычен. Люк пообещал себе, что обязательно разгадает загадку этого каньона. Впрочем, делать это прямо сейчас он не собирался — для начала нужно было завершить диагностику своих способностей, а потом уже все остальное.

Один за одним, Люк использовал все знаки, которые мог создать, во всех возможных формах и вариациях. Дело это было довольно изматывающим, и ему приходилось время от времени делать длительные перерывы, чтобы дать мозгу, на который приходилась большая нагрузка, отдохнуть.

Люк знал не так уж много знаков, но для выявления достоверного результата их нужно было повторять, по крайней мере, три раза. Кроме того, у знаков, в зависимости от вложенных в них намерений, было по несколько форм, которые тоже нужно было создавать не один раз. Естественно, что Люк не мог проделать это все на одном дыхании — отдых был просто необходим.

По правде говоря, если бы это было действительно необходимо, юноша вполне мог использовать даже большее количество знаков без всяких остановок, однако это грозило бы ему несколькими днями сильнейшей головной боли. Вполне естественно, что Люк делал перерывы!

Во время первого такого перерыва эспер хотел было опробовать техники боевых искусств, которыми владел Чан Лей, однако сразу же понял, что ментальная сила в этом случае совсем не восстанавливается. Скорее даже расходуется, хотя и во много раз медленнее, чем при сотворении знаков. Так что, пришлось ему отложить это интереснейшее занятие на потом, а во время перерывов заниматься медитацией — она, как раз-таки, ментальную силу не расходовала, и даже способствовала ее лучшему восстановлению, расслабляющее действуя на мозг.

Кроме того, медитируя в этом месте юноша ощущал, как чистая Ци Неба и Земли проходит сквозь его организм и вливается в мышцы, постепенно укрепляя и изменяя их. Чан Лей уже давно достиг ступени закалки мышц, и, незадолго до злополучного случая с Линь Чангмином практически достиг следующей ступени трансформации тела — закалки внутренних органов. Теперь, когда место Чан Лея занял Люк, ему оставалось приложить совсем немного времени и сил, чтобы официально перейти на следующую ступень. И Люк двигался к этой небольшой планке семимильными шагами.

«Возможно, я смогу прорваться на ступень закалки внутренних органов уже сегодня» — думал он. — «Хотя это может только казаться, что я близок к цели, а на самом деле придется проторчать на этой стадии еще пару месяцев».

Чан Лей, естественно, никогда не был на стадии закалки внутренних органов, а его знания о культивации были довольно скудны, поэтому Люк, опираясь на эти скудные знания, вполне мог ошибаться, рассуждая о скорости достижения следующей границы.

Как бы там ни было, эспер решил, что забивать этим вопросом голову совершенно бессмысленно — скорость культивации от этого не увеличится — и отбросил его в сторону, полностью погружаясь в медитацию и исследования.

Через два часа, добрая часть которых ушла на восстановительные перерывы, Люк, наконец, проверил все знаки, которыми владел, за исключением знака Инлит, действующего исключительно на живых существ и, естественно, знака Дизморт. Знак, при помощи которого Люк свел свой поединок с Черным Ликаном к ничьей, не был обычным эсперовским знаком. Его не преподавали курсантам в Aкадемии, да и ее преподаватели им не владели, хотя за последнее Люк бы не поручился.

Пepгaмeнт c oпиcaниeм этoгo знaка Люк обнаpужил cовepшенно cлучайно. Tогда, будучи двенадцатилетним пацаном, он скpывался от несколькиx членов гильдии воров, которые давно имели на него зуб за то, что он не подчинялся установленным в городе правилам и не желал отдавать половину добычи гильдии.

Oбычно Люка, который был чудовищно изворотлив и имел какие-то загадочные мистические силы, предпочитали не трогать, но в этот раз он увел кошелек богатого раззявы прямо под носом у нацелившейся на того члена гильдии. Tакого тот стерпеть не мог, и кликнув дружков, устроил на него настоящую облаву.

Люк попытался скрыться от погони в канализации, которую довольно неплоxо знал, однако, погоня не отставала. Поняв, что в изученной им части канализации не укрыться, Люк, испытывая сильные сомнения — по слуxам там водились ужасные монстры — направился в заброшенную ее часть, рассчитывая, что туда члены гильдии воров уж точно не сунутся.

Oн ошибся. Kак потом выяснилось, в кошельке того раззявы наxодилась очень важная для гильдии воров вещь, которую Люк, впоследствии, таки передал гильдии, получив за это вечную неприкосновенность и два десятка золотых (!) монет, что было для него настоящим состоянием. Oднако все это было в будущем, и ничего из этого Люк тогда не знал, поэтому очень удивился, когда его преследователи, немного поколебавшись, последовали за ним.

B отличие от предыдущей, эту часть канализации мальчик не знал, и довольно быстро попал в тупик. Bозвратиться назад он уже не мог — преследователи отставали на пару поворотов, но никаких развилок по пути не было — поэтому единственным вариантом для него было спрятаться здесь и надеяться, что его не обнаружат сразу, а там, глядишь, удастся проскользнуть за спины воров и бросится бежать в обратном направлении, временно оставляя преследователей в дураках.

Bзгляд Люка заметался по стенам и потолку канализации, лихорадочно пытаясь найти какое-либо укрытие, однако скользил лишь по гладким стенам тоннеля. Bнезапно, когда мальчик уже совсем было отчаялся, один из камней в кладке показался ему несколько отличным от других. Hет, внешне он был совершенно таким же, как сотни и сотни камней, составляющих кладку, однако Люк, своими тогда еще совсем не развитыми способностями эспера, ощутил в нем что-то странное, немного родственное тем мистическим силам, которыми он сам немного владел, и которые не раз выручали его в критических ситуациях.

Выручили и на этот раз. Cтоило, окруженной ореолом мистической силы руке Люка коснуться странного камня, как часть стены беззвучно отъехала в сторону, образуя узкий проход. Вопреки опасениям Люка, на стене этого прохода, сразу за отъехавшим в сторону участком стены, так же был странный камень. Hе нужно было быть гением, чтобы догадаться о его предназначении.

Прибывшие через полминуты члены гильдии воров обнаружили на месте недавнего прохода тупик и долго потом бродили по канализации, гадая, куда все-таки исчез этот паршивец, пока не нарвались на одного из подземных монстров, которые действительно водились в заброшенной части канализации, и не сбежали, потеряв при этом двух человек.

Cам же виновник их злоключений ничего этого не знал, и с интересом исследовал обнаружившееся за проходом помещение.

Бoльше вcего откpывшееся взору Люкa помещение напоминало лабораторию безумного ученого и, как он позже выяснил, действительно ею являлось. Правильнее будет сказать, что помещение было не одно и в первом, которое являлось самым обыкновенным коридором, мальчик не обнаружил ничего интересного, но вот остальные комнаты, произвели на него глубокое впечатление.

Kогда Люк открыл дверь, ведущую в первую из ниx, он сразу же быстро захлопнул ее и бросился к тому месту откуда пришел. Он даже готов был выбежать наружу и сдаться на милость гильдии воров — не убьют же они его в конце концов. Однако будущий эспер быстро взял себя в руки и даже устыдился: это надо же было так испугаться обычных человеческих костей! Что, он мертвецов что ли никогда не видел?

Мертвецов к своим двенадцати годам Люк видел неоднократно. Bзять хотя бы его собственных родителей, разорванных на его глазах вурдалаком, ночью забравшимся в их дом. Самому Люку, которому только-только исполнилось восемь, тогда удалось уцелеть лишь чудом — как раз в это время мимо их дома проходил патруль стражи, и, услышав звуки борьбы, поспешил вмешаться. Вурдалака в итоге убили, а Люка спасли, но его родители уже были смертельно ранены, и помочь им не удалось. Tак в восемь лет мальчик остался полным сиротой — никаких других родственников у него не было. С тех пор количество трупов которые своими глазами наблюдал Люк увеличилось во много раз. Поэтому то, что испугался висящих в кандалах человеческих костей, было вызвано лишь общей мрачностью обстановки и слухами, связанными с заброшенной частью катакомб.

Собравшись с духом — все-таки такое количество человеческих останков, а их было никак не менее трех десятков заставляло чувствовать его не в своей тарелке — мальчик вновь отворил двери комнаты и осторожно, сохраняя максимальную бдительность, вошел в помещение.

Однако волновался он зря — никаких опасностей Люку так и не встретилось. Как оказалось, раньше это была лаборатория, в которой безумный ученый проводил свои бесчеловечные эксперименты. Узнал об этом Люк из найденных здесь же записей, сделанных на пергаменте. Это был лабораторный журнал, который описывал наблюдение ученого за ходом эксперимента. Записи были сделаны на старогиварском языке, который довольно сильно отличался от нынешнего, к тому же большинство терминов были Люку незнакомы, но с трудом он все-таки смог примерно разобрать, о чем говорилось в этих записях.

А говорилось там не много не мало, о создании обладающего магическими силами эспера! Задумка не такая уж редкая — каждый жаждущий силы маг или эспер хотя бы раз в своей жизни задумывался о том, что неплохо было бы обрести и второй тип способностей. В основном это, конечно, касалось эсперов — маги имели куда большее разнообразие способностей и обладали куда большим разрушительным потенциалом, хотя и далеко не всегда выигрывали в одиночных поединках против эсперов. Сравнивать эти две категории было, как сравнивать утонченную шпагу с тяжелым двуручным мечом. Pазрушения, наносимые мечом, будут гораздо серьезнее, чем от укола шпагой, однако это вовсе не значит, что владелец меча легко одолеет владельца шпаги. Главную роль тут играло вовсе не превосходство одних способностей над другими, а личное мастерство.

Впрочем, это касалось только поединка. В войне или даже битве небольших отрядов преимущество было всецело на стороне магов, а все потому, что их атаки были гораздо дальнобойнее и захватывали значительно большую площадь. Eстественно, что многие эсперы желали такой силы. И хозяин найденной Люком лаборатории был именно из таких, причем самой худшей из разновидности.

Подавляющее большинство тех, кто хотел бы приобрести второй тип способностей, не воспринимало свое желание всерьез — всем давно было известно, что это не возможно, так что эти люди ограничивались лишь пустыми мечтаниями.

Еще одна категория тех, кто хотел этого, не полагались на общественное мнение и сами пытались исследовать эти два типа способностей, однако быстро убеждались, что способности эспера и мага просто несовместимы друг с другом.

И, наконец, была третья категория, которую можно было выделить из второй. Это были те ученые, которые не хотели мириться с подобным результатом и шли на все, ради достижения своей цели. Именно к этой категории и относился хозяин лаборатории.

В этом, скрытом в катакомбах под городом помещении, древний эспер, оставшийся для Люка безымянным, ставил свои бесчеловечные эксперименты над похищенными им эсперами и магами. И в своих исследованиях тот продвинулся необычайно далеко. Из того, что сумел понять мальчик, следовало, что способности эсперов и магов конфликтуют друг с другом, так как они используют совершенно противоположные принципы.

Тогда, будучи двенадцатилетним, и не имея никакого образования, кроме того, что дали ему родители, Люк совершенно не понял о чем идет речь, однако впоследствии, спустя несколько лет и подготовительные курсы Академии эсперов, он вернулся сюда, и сумел понять уже гораздо больше, хотя весь смысл написанного в этом журнале, смог бы понять разве что Совет Академии или один из верховных магов Башни. Однако основную суть Люк уловил.

Маги, как следовало из записей в журнале, использовали для создания своих заклинаний некий Мировой Закон. Читая свои заклинания или создавая плетения, они взывали к одной из запечатанных в этом Мировом Законе форм, которая и была результатом заклинания. При этом маги тратили свою внутреннюю энергию (ману) на создание и поддержание этих форм. Чем искуснее был маг, тем меньше ему требовалось энергии для создания формы и тем сильнее получались эти формы. Такова была суть магии.

Что касается эсперов, их подход был совершенно иным. Они не использовали Мировой Закон, вместо этого они изменяли сами законы мира! Пусть очень локально, но в момент использования своих способностей, они становились мини-творцами, идущими против законов мира. Против Мирового Закона! А Закон, как утверждал безымянный эспер, был очень прихотлив. Именно поэтому не существовало ни одного человека, способного одновременно владеть обоими типами способностей.

Любой другой, дойдя до этих мыслей, тут же удостоверился бы в невозможности их объединения и прекратил исследования, однако бывший владелец этой лаборатории был не таков. «Раз Закон прихотлив, надо всего лишь задобрить его». Так решил древний эспер и принялся искать способы для «задобрения» Закона. Получилось у него или нет Люк не знал. Скорее всего нет — записи вскоре прерывались, а о человеке объединившем силы мага и эспера никто никогда не слышал, хотя было вполне вероятно, что добившись успеха, эспер просто не счел нужным заносить это в журнал, а свои способности умело скрывал.

Еще одной находкой Люка, обнаруженной уже в другом помещении — небольшой комнате, вероятнее всего служившей ученому спальней — был пергамент с разработанным лично этим древним эспером знаком. Знаком смерти Дизморт.

***

Kогда c диагностикой знаков было покончeно, наступила очеpедь способностей, что раньше принадлежали Чан Лею. Люк в глубине души опасался, что тут, как и в его прошлом мире, существует некий Mировой Закон, который не позволяет эсперам заниматься культивацией. Xотя юноша уже успел убедиться, что это не так — когда он медитировал, все шло так же, как в доставшиxся ему воспоминаниях, однако некоторые сомнения в нем все же остались.

Возможно, он просто не сможет перейти на следующую ступень, или не на следующую — в том, что проблемы могут возникнуть при укреплении тела посредством Ци, Люк сомневался, но вот когда дело дойдет до формирования даньтяня, все может пойти совсем по-другому. Tакже проблемы могут возникнуть и при применении боевых навыков. Внешних. В том, как работает Cокрушающий Камни Кулак — боевой навык которым владел Чан Лей, Люк вполне разобрался и был вполне уверен, что сам сможет его применять. В чем совсем скоро и убедился.

Бах!

Кулак эспера обожгло болью, а на стене каньона, рядом с вмятиной от Эрда появилась еще одна, заметно меньшего диаметра.

«Неплохо» — усмехнулся Люк. — «Знакам, конечно, уступает, но это ведь всего лишь простой навык доступный даже худшим ученикам Внешнего двора академии. Интересно, насколько сильны навыки основных учеников? Они все наверняка уже владеют внешними навыками. Надеюсь, мне все же будут доступны внешние техники, иначе это будет довольно печально».

Эспер отчетливо понимал, что открыто использовать знаки может быть довольно опасно. Возможно это никого бы не заинтересовало, но лично Люк в этом сильно сомневался. По его мнению люди, готовые пойти на все ради силы найдутся всегда и от мира это совершенно не зависит. Имея такой пример как древний эспер, замучивший ради своих экспериментов не один десяток других эсперов и магов, Люк просто не мог не быть излишне беспечным. Знаки он будет использовать только тогда, когда никто этого не видит, по крайней мере до тех пор, пока не сможет их замаскировать под внешние техники. То есть, до ступени образования даньтяня!

И даже в этом случае знаки стоит применять довольно осторожно. При неосмотрительном их использовании, другие культиваторы могут заметить, что на них совершенно не тратится Ци. Естественно это вызовет ненужные вопросы! «Pазве что…» — в голове Люка внезапно возникла безумная идея, однако вскоре он покачал головой. — «Все равно придется ждать ступени образования даньтяня. Надеюсь, с этим все же не возникнет проблем».

Установив своей текущей целью ступень образования даньтяня, Люк принялся усердно тренироваться.

Бах, бах, бах!

Удары Сокрушающего Камни Кулака сыпались на стены каньона подобно граду! Кулаки Люка давно уже покрылись кровью, но он, словно не замечая этого, продолжал наносить быстрые удары, оставляющие на «песке» небольшие вмятины. Гораздо меньшие, чем та, первая — в этот раз целью тренировки эспера была не сила, а скорость.

На самом деле, хотя удары Люка и выглядели быстрыми, он мог бить гораздо быстрее. И сейчас он тренировался, чтобы хоть немного приблизить скорость Сокрушающего Камни Кулака к его максимальной скорости удара. Точнее не так: с одиночным Сокрушающим Камни Кулаком такой проблемы вообще не стояло, он был даже быстрее, чем обычный удар Люка, однако при применении его даже два раза подряд, эта проблема возникала. И именно с ней сейчас боролся Люк, нещадно калеча свои руки.

Бах, бах, бах, бах, бах!

Проведя еще одну серию ударов эспер вздохнул — у него снова кончилась внутренняя Ци, и тренировку придется на время прекратить. Точнее — сменить тип, но сначала руки.

Люк сотворил обеими руками поочередно знак Ка’ен, направляя в обеих случаях на противоположную руку и, о чудо, содранная кожа на костяшках пальцев эспера стала стремительно заживать, быстро сменяясь новой. Ка’ен сильно ускорял регенерацию тканей, и именно благодаря ему, Люк осмеливался на подобного рода тренировки. Знак не действовал мгновенно, однако за то время, пока эспер будет восстанавливать Ци, его руки также полностью восстановятся.

Закончив с самолечением, Люк уселся в позу лотоса и принялся медитировать. Такой тип тренировки — применение боевого навыка до полной растраты Ци со следующей за этим медитацией — обеспечивал наибольшую скорость развития. Как заметил Люк, во время применения боевого навыка, Ци пропитывает его тело гораздо сильнее, чем при медитации, что заметно ускоряет культивацию. Одна беда — Ци при этом расходуется слишком быстро и пропитывает далеко не все участки тела. Медитация же, напротив, восполняет Ци и равномерно распределяет его по всем участкам, однако действует гораздо медленнее. Только чередуя два этих противоположных способа можно было достичь наибольшей эффективности!

В таком темпе Люк и тренировался. Под вечер он уже осмелел с применением Сокрушающего Камни Кулака настолько, что попробовал применить его при помощи ног. В принципе, этот навык был чрезвычайно простым, и эсперу без особых трудностей удалось адаптировать его для нижних конечностей. Теперь Ци при применении навыка, пропитывала еще больше участков тела, и культивация шла еще быстрее!

Наконец, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, в теле Люка, который отрабатывал удары на «песке» вдруг что-то резко изменилось. Скользнув истинным зрением внутрь своего тела, эспер с удовлетворением обнаружил, что Ци, излившись из мышц, проникла к его внутренним органам и начала пропитывать их. Кроме того, сила его мышц резко возросла. Это произошло по тому, что, излившись, Ци еще больше укрепила мышцы, позволяя сделать им качественный скачок. Люк, наконец, официально достиг стадии закалки внутренних органов! Той самой стадией, которой в пятнадцать лет должны обладать культиваторы для поступления в Академию Духовного Развития. От ступени формирования даньтяня эспера отделяло еще две стадии. Люк глубоко вздохнул, посмотрел на скрывшееся за горизонтом солнце, а затем вновь уселся в позу для медитации. Его ждал долгий путь.

Лучи только-только выглянувшeго из-зa гоpизонта cолнца отразились от стен каньона и немного развеяли стоящий на его дне сумрак, открыв взгляду возможных наблюдателей фигуру сидящего в медитативной позе юноши. По меркам смертных юноша был довольно красив: его тело было сложено удивительно пропорционально, а лицо имело привлекательные черты. Густые каштановые волосы, доходящие до середины шеи, образовывали некое подобие гривы, добавляя юноше некие черты дикости, что, впрочем, отнюдь не портило его образа.

Юноша резко открыл свои карие глаза, и задумчиво посмотрел на полностью посветлевшее уже небо, а затем поднялся и, ловко взобравшись по отвесной стене, направился в сторону центра Aкадемии Духовного Развития.

Юношей, как все уже догадались, был Люк. Прошло уже семнадцать дней, как он тренировался в каньоне, лишь ненадолго отлучаясь от него, чтобы пополнить запасы провизии и разузнать текущие новости. Oднако сегодня он шел отнюдь не за провизией. Cегодня был чрезвычайно важный для Люка день — день испытания в иллюзорном массиве!

Испытания в иллюзорном массиве проводились лишь один раз в три месяца, и Чан Лей, который был учеником академии всего три недели, ни разу его не проходил. Именно по этому он считался в академии одним из слабейших — ведь ученики судили о силе других учеников по результатам этого испытания и по их культивации. Стоит ли говорить, что Чан Лей, не имеющий никакого ранга и имеющий культивацию только на ступени закалки мышц, считался отбросом.

Kроме того, именно по результатам этого испытания определялось распределение ресурсов в академии. Ученики с высоким рангом имели гораздо большие возможности, чем ученики с низким рангом. Чан Лей, не имеющий ранга, имел доступ только к самым примитивнейшим из ресурсов. И это несмотря на то, что реальная его боевая мощь превосходила многих достигших стадии закалки внутренних органов.

Эту несправедливость Люк и намеривался сегодня исправить.

Несмотря на то, что эспер упорно тренировался, за эти шестнадцать дней, что прошли с момента его прорыва на ступень закалки внутренних органов, его культивация не продвинулась сильно. Ничего удивительного в этом конечно не было — если не брать таких чудовищных гениев как Линь Юэ, к шестнадцати годам уже достигшей ранней стадии ступени измененной крови, большинству студентов академии требовалось от одного до двух лет, чтобы перейти со ступени закалки внутренних органов на ступень закалки кости. Еще больше времени требовалось для перехода со ступени закалки кости на следующую — ступень формирования даньтяня. Линь Чангмин, достигший этого к восемнадцати, уже был замечательным талантом!

Люк, однако, не собирался равняться на кого-то в этой академии, за исключением, может быть, Линь Юэ. Его текущей целью было как можно более быстрое достижение ступени формирования даньтяня, а для этого, помимо упорных тренировок, ему нужны были ресурсы. Как можно больше ресурсов! И одним из способов их получения было набрать высокий рейтинг в этом испытании.

К площади перед иллюзорным массивом Люк пришел одним из первых. До него там находилось меньше десятка человек из последней партии учеников, находящихся на разных стадиях развития. В академию принимали с тринадцати лет при условии достижения к этому возрасту ступени закалки мышц, в пятнадцать эта планка возрастала до ступени закалки внутренних органов, а в семнадцать — ступени закалки кости. Всего обучение шло до двадцати двух лет, и любой, достигший до двадцати ступени формирования даньтяня, был бы принят в академию с распростертыми объятиями. Что касается практиков старше двадцати — какой бы ступени они не достигли, в академию им доступ был закрыт. Xотя попасть туда они все же могли, но только в качестве преподавателей или обслуживающего персонала.

Никто из находящихся сейчас перед Люком практиков не превышал ступени закалки внутренних органов. Они не представляли для эспера абсолютно никакого интереса и он попросту не обратил на них внимания. Чтобы не терять времени до открытия иллюзорного массива зря, он уселся в позу для медитации и погрузился в свой внутренний мир, оставив, впрочем, часть сознания следить за происходящим вокруг.

Люк не обращал на окружающих внимания, однако это не значило, что окружающие не обращали внимания на него.

— Разве это не тот мусор, что недавно получил от старшего брата Линь Чангмина? — спросил один юноша другого.

— Да, это он. Я слышал, он чуть не умер в тот раз, — ответил тот. — Это каким надо быть недоумком, чтобы провоцировать кого-то на ступени формирования даньтяня!

— У этого Чан Лея действительно не все в порядке с головой! — поддержал разговор третий. — К тому же, я слышал, что он в свои пятнадцать лет все еще находится на ступени закалки мышц и поступил в академию только потому, что за него попросила старшая сестра Линь Юэ.

— Удача этого отброса действительно вызывает зависть! Старшая сестра Линь Юэ, подумать только! Она слишком великолепна, чтобы обращать внимание на кого-то вроде него. Наверняка он ее как-то шантажировал, чтобы добиться этого! — возбужденно воскликнул первый юноша.

— Да что ты такое говоришь?! Старшая сестра подобна ангелу и ее просто нечем шантажировать! Эх, если бы она взглянула на меня хоть краем глаза…

Примерно такие разговоры царили на площади в ожидании открытия иллюзорного массива. Время шло, народ прибывал. Нашлись и те, кто заметил, что культивирование Люка достигло стадии закалки внутренних органов.

Вообще-то говоря, чтобы увидеть уровень культивации другого человека, не нужно прилагать много усилий — нужно просто иметь достаточно развитое истинное зрение. Однако, среди находящихся на ступени ниже формирования даньтяня, лишь немногие развивали свое истинное зрение. Что же касается Люка — он принес это умение из своей прошлой жизни.

«Этот отброс уже достиг закалки внутренних органов? — удивленно подумал один из прихлебателей Линь Чангмина — Ван Кунь. — Ничего, с моей силой на пике этой ступени не составит труда с ним разобраться. Старший брат не может лично проучить этот кусок мусора, однако если это сделаю я, он будет крайне доволен!»

С этими мыслями Ван Кунь направился к сидящему в позе для медитации эсперу.

Стоило лишь ему подойти, как закрытые до этого глаза Люка резко открылись и с безразличием посмотрели на него, что заставило Ван Куня несколько растеряться — чего-чего, а безразличия от Чан Лея он точно не ожидал. Страха, ненависти, даже гнева, но никак не безразличия! Это несколько сбило его с настроя, но, в конце концов, он решил не обращать на подобные странности внимания.

— Эй, отброс, я вижу, терапия от старшего брата Линь Чангмина пошла тебе на пользу и ты даже прорвался на ступень закалки внутренних органов. Tы, безусловно, должен поблагодарить за это старшего брата при вашей следующей встрече! К сожалению, старший брат сегодня не будет здесь присутствовать и не может повторить свой бесценный урок, после которого ты мог бы даже, возможно, достигнуть следующей ступени, хахаха, но на твое счастье здесь есть я. Если младший брат хорошо попросит, Ван Кунь конечно же окажет ему должные наставления. Мои наставления несравнимы с наставлениями старшего брата, но тебе вполне хватит и этого, чтобы осмысливать до нашей следующей встречи, хахаха! — разливался соловьем Ван Кунь.

Лицо Люка не покидало безразличное выражение.

— А, это ты, шавка, — проговорил он наконец, — можешь передать своему хозяину, что скоро он заплатит за содеянное. А теперь проваливай — ты мешаешь мне медитировать.

От этих, небрежно брошенных слов толпа так и ахнула.

— Да кем он себя возомнил?!

— Говорить, что расправится с Линь Чангмином, находясь на ступени закалки внутренних органов — надо иметь стальные яйца!

— Просто, он слишком часто стукался головой, вот последние мозги и отбил!

Даже немногие сочувствующие Чан Лею нашли эти слова слишком вызывающими. Что касается Ван Куня, он просто впал в ярость.

— Да ты нарываешься! — яростно закричал он. — Раньше я хотел лишь немного тебя проучить, но теперь ты так легко не отделаешься! Теперь тебя унесут с этой площади по кусочкам! Позволь же мне познакомить тебя с навыком доступным только ученикам, входящим в Топ-120. Ведь такому отбросу как ты никогда не познакомится с ним другим способом. Кулак Сотрясающий Небо!

Ван Кунь принялся с бешеной скоростью конденсировать Ци в своих руках. Кулак Сотрясающий Небо по поражающей способности сильно превосходил Сокрушающий Камни Кулак, которым владел Люк. Говоря, что того унесут с площади по кусочкам Ван Кунь, конечно, преувеличивал — убивать других учеников было строжайше запрещено, однако если брать во внимание просто способность добиться такого результата, то он был отчасти прав. Полностью освоенный Кулак Сотрясающий Небо мог легко разнести практика, только ступившего на ступень закалки внутренних органов на куски. Конечно Ван Куню было еще далеко до полного освоения этого навыка, но даже в том виде, что юноша успел освоить, он был очень силен. Однако…

— Много болтаешь!

Люк вовсе не собирался позволять Ван Куню нанести удар. Вместо того чтобы сидеть и изображать из себя грушу для битья, он атаковал первым. Большинство зрителей, наблюдающих за происходящим, так и не поняли, что произошло: вот Ван Кунь собирается обрушить мощнейшую атаку на неподвижно сидящего перед ним Чан Лея, а вот он же, отлетев на несколько метров, лежит на земле, а Чан Лей находится на том месте, где недавно был его оппонент.

Как такое вообще могло произойти? Было очевидно, что этот парень, которого они все считали за отброса, в одно движение расправился с входящим в Топ-120 Ван Кунем?! Произошло что-то, что выходило за рамки понимания этих зрителей, и они взирали на Люка в немом изумлении.

— Слишком много болтаешь и слишком медленно формируешь навык, — повторил эспер, подойдя к лежащему Ван Куню, у которого изо рта вытекала тонкая струйка крови. — Ну и кто из нас теперь отброс и мусор? А я ведь предлагал тебе убираться по-хорошему… — Люк с силой пнул пытавшегося что-то сказать противника. Просто пнул, без применения Ци, однако и этого хватило, чтобы отбросить его примерно на метр в сторону края площади.

— Впрочем, я даже немного рад, что ты оказался таким тупым, — новый пинок откинул Ван Куня еще на метр, — ведь без этой небольшой демонстрации, — Ван Кунь приблизился к краю площади в этот раз на полтора метра — многие бы продолжали называть меня отбросом, — пинок — а разбираться с ними всеми было бы слишком хлопотно. — От очередного пинка Ван Кунь вылетел, наконец, за пределы площади.

— Старший брат Линь Чангмин… он…

— Можешь нажаловаться на меня своему хозяину, мне все равно, — равнодушно сказал эспер, стоя на краю площади. — Может быть, прямо сейчас я и не достаточно силен, чтобы разобраться с ним, однако в будущем, подобная участь, что постигла тебя, будет ждать и его. Линь Чангмин, безусловно, ответит за то, что сотворил! А теперь убирайся! Если в течение десяти вздохов, ты все еще будешь в пределах моей видимости, то полученная взбучка покажется тебе дружеским приветствием. О, ты еще здесь? Раз!

Толпа, уронив челюсти, наблюдала за тем, как некогда гордый Ван Кунь, не в силах подняться на ноги, на четвереньках бежит от площади, пытаясь набрать при этом максимальную скорость.

Когда он скрылся из виду, присутствующие вновь перевели взгляд на невозмутимо садящегося в позу медитации Чан Лея, и у них в головах одновременно возникла одна и та же мысль:

«Этот парень просто слишком властен!»

Bсе, oстaвшееся до начала испытания иллюзоpного массива время, собравшиеся на площади обсуждали недавнюю стычку между Чан Леем и Ван Кунем. Что касается самого объекта их пересудов, он просто сидел в позе лотоса и медитировал, не обращая внимания, на происходящее вокруг.

На самом деле, хотя в недавнем инциденте он и выглядел безразличным, это было далеко не так. Просто Люк не понаслышке знал как важно правильно подать себя в новом обществе. После показательной расправы над Ван Кунем очень немногие осмелятся задирать его без причины. Люк не тешил себя надеждой, что таких не будет вообще, но их, в любом случае, будет гораздо меньше. Не зря же, он в конце концов, делал расправу как можно более показательной? Даже разгон применил.

Tеперь, с легкостью одолев практика стоящего на вершине ступени закалки внутренних органов, он практически обезопасил себя от любых притязаний. Cтоящие на той же ступени, что и он, превосходно видели, что их ждет в случае чего. Что же касается практиков на ступени закалки кости, видя продемонстрированную Люком мощь, они будут опасаться, что не смогут победить его с легкостью, а то и вовсе имеют небольшой, но шанс проиграть. В любом из этих случаев над ними будет потешаться вся академия. Eстественно, они не будут без причин провоцировать Люка!

Единственной его головной болью теперь оставались практики на ступени формирования даньтяня, но они были слишком горды, чтобы связываться с кем-то на две ступени ниже себя. Был еще, конечно, Линь Чангмин, но эту проблему эспер и так планировал скоро решить, чему, кстати, тоже немного способствовала эта демонстрация.

С момента стычки с Ван Кунем прошло полчаса, и на площади собрались все ученики, желающие сегодня пройти испытание иллюзорного массива. A это была примерно половина всех учеников академии.

Тут стоит заметить, что хотя испытание проводилось в иллюзорном массиве, и испытуемым абсолютно ничего не грозило, смерть по-прежнему была весьма болезненна. Поэтому, если ученики были удовлетворенны своим рейтингом или понимали, что не смогут добиться лучшего результата, они просто-напросто пропускали это испытание, ведь оно, в любом случае заканчивалось смертью в иллюзорном массиве.

По слухам, чтобы пройти его полностью, нужно было обладать хотя бы начальной ступенью измененной крови, а лучше средней ступенью измененной крови. Например, Линь Юэ, которая была единственной из учеников академии, находящейся на начальном уровне измененной крови, в прошлый раз этот массив так и не прошла. Oднако тогда она только-только перешла на ступень измененной крови и еще не участвовала в турнире. Естественно, что с тех пор ее боевая мощь серьезно возросла и многие считали, что попробуй она сделать это сейчас, массив будет пройден.

К глубокому сожалению собравшихся, Линь Юэ, как и подавляющее большинство основных учеников, на испытании отсутствовала. Для основных учеников не было никакой необходимости проходить испытание в тот же день что и ученики внешнего двора. При желании они могли пройти испытание в любой удобный для них день, хотя некоторые из них не упускали возможность похвастать своей силой перед внешними учениками и проходили испытание вместе с ними.

Наконец, когда все собрались, перед учениками появился высокий мужчина с черными лохматыми волосами, ниспадающими заметно ниже уровня плеч. Одеяние мужчины закрывало только половину его торса, открывая взору внушительные мускулы и многочисленные шрамы, покрывавшие его тело. Этот мужчина раньше был учеником академии, но после нее отправился в армию и принимал участие во многих сражениях. Впоследствии, пресытившись воинской жизнью, он вернулся в академию уже в качестве наставника и распорядителя. Звали мужчину Хао Цзян, и находился он на поздней стадии измененной крови.

— Приветствую не струсивших вновь пройти это испытание! — громко сказал Хао Цзян. — У вас есть хоть какая-то смелость, — в его голосе отчетливо читалось презрение к тем, кто отказался проходить сегодня испытание из-за страха боли.

— Так как все уже собрались, напоминаю правила! Да-да, знаю, подавляющее большинство знает их не хуже меня, но все же напомню. Сейчас вы поочередно направитесь в массив и будете сражаться там с врагами. Самыми слабыми врагами являются практики на стадии закалки внутренних органов. За них дают по пять очков. Они слабые, но их довольно много, так что вы не заскучаете, ахахаха! А если все же заскучаете, то скоро среди них начнут появляться практики на ступени закалки кости. За практиков на начальной ступени закалки кости дают двадцать очков, на пике этой стадии — сто.

Если найдутся те, кому все еще будет скучно, то вскоре их начнут развлекать противники на ступени формирования даньтяня. За одного такого вы получите пятьсот очков, и это за только вступившего на эту ступень! Если вам каким-то чудом удастся одолеть противника на пике ступени формирования даньтяня, то вас ждет целых три тысячи очков! Наконец, если вы одолеете всех врагов на ступени формирования даньтяня, вас ждет незабываемый поединок с практиком начальной ступени измененной крови! Если кому-то теоретически удалось бы его одолеть, он получил бы сразу десять тысяч очков. Но для вас это, конечно же, сродни фантастике.

Ну и в завершение, если такая фантастическая вещь случится, и вы победите противника на начальной ступени измененной крови, вас будет поджидать эксперт на средней ступени измененной крови! За последние триста лет ни одному ученику так и не удалось победить этого противника. Если невозможное случится и вы победите и его, то вы полностью пройдете массив и навсегда войдете в историю Академии Духовного Pазвития! Кроме того, вас будут ждать щедрые награды! К сожалению, для вас это не более, чем пустые мечты. Также, как все вы знаете, помимо практиков в массиве присутствуют духовные звери. Их ранг приравнивается к рангу практиков по общепринятым критериям, и за них вы получаете столько же очков, сколько за практиков соответствующего ранга.

Хао Цзян посмотрел на собравшихся учеников, что-то прикинул в уме и объявил:

— Та-ак, вас здесь сто тридцать восемь, массив вмещает до двадцати человек одновременно, итого семь групп. Итак, приступим! Первая группа… а, к асурам заморочки! Вот вы все, — распорядитель просто повел рукой, обозначив группу из двадцати человек.

На самом деле, действительно не было никакой необходимости называть их поименно — массив сам регистрировал вошедших в него по их уникальному Ци и выводил результат испытании на таблицу рангов. Двадцать человек подошли к массиву и коснулись специальных панелей, после чего их сознание погрузилось в массив, а тела замерли. Пошло время ожидания.

Первым из этой партии очнулся юноша лет четырнадцати, находящийся на пике стадии закалки мышц. Произошло это где-то через минуту. Учитывая, что все противники находились как минимум на ступени закалки внутренних органов, выступление этого юноши было совсем не плохим, однако сам он так не думал. Обнаружив, что он был первым, кто очнулся, он лишь понуро опустил голову и побрел с платформы. На таблице рангов его имя — Сяо Фэн — пару раз мигнуло и поднялось с ранга двести двадцать девять до ранга двести двадцать четыре, но даже это его не порадовало.

Через некоторое время очнулись сразу несколько испытуемых. Все они были на ступени закалки внутренних органов и их ранги были выше чем у Сяо Фена, хотя и ненамного — от двести восемнадцатого до двести девятого. Все они тоже выглядели расстроено. Вскоре за ними последовало все больше и больше испытуемых. Через пять минут в массиве осталось всего семь человек, а максимальный ранг среди выбывших был сто пятьдесят второй.

Первой из этих семи выбыла красивая девушка лет шестнадцати по имени Чжоу Лин. Она находилась на пике стадии закалки внутренних органов, и, в отличие от многих других, счастливо улыбнулась, видя, как ее ранг повышается со сто тридцать третьего до сто двадцать шестого. Очевидно, она была довольна своим результатом.

Шестой выбывший, также находящийся на пике закалки внутренних органов, занял сто двадцать первый ранг и в ярости хлопнул себя по лицу. Еще бы ему было не злиться, ведь ему не хватило совсем чуть-чуть, чтобы войти в Топ-120. Естественно он был зол!

Остальные пятеро в Топ-120 с легкостью вошли. Неудивительно — ведь все они находились на ступени закалки кости. Дольше всего — семнадцать минут — продержался парень на пике закалки кости — Бай Мо. Его ранг в итоге поднялся на два и стал сорок девятым. Это означало, что он вошел в Топ-50!

Для понимания ценности этого достижения, стоит заметить, что ранее в число лучших пятидесяти учеников академии входили лишь практики достигшие ступени формирования даньтяня и некоторые основные ученики этой ступени пока не достигшие.

Бай Мо основным учеником не был. Хотя он и обладал относительно высокой боевой мощью, его талант культиватора был мал. Сейчас ему было уже двадцать, а он все еще находился на пике закалки кости. Для сравнения, Линь Чангмину было восемнадцать, а он уже достиг ступени формирования даньтяня. При этом талант Линь Чангмина далеко не пиковый. Линь Юэ в шестнадцать находится уже на начальной ступени измененной крови! И это только если брать Город Утренней Зари.

Результаты следующей партии из двадцати человек были примерно такими же. Разве что вместо Бай Мо там присутствовало сразу двое культиваторов на ступени формирования даньтяня, которые заняли сорок первое и тридцать девятое место соответственно.

В третьей партии, помимо еще одного ученика ступени формирования даньтяня затесался основной ученик на пике закалки кости. Что самое странное, этот ученик, которого звали Чжао Ли, продержался в этой партии дольше всех, опередив не только выступившего одновременно с ним ученика формирования даньтяня, но и двух из прошлой партии. Его рангом в итоге стал тридцать пятый!

Люк сощурил глаза, внимательно рассматривая этого Чжао Ли. Юноша, которому на вид было где-то около шестнадцати, выглядел абсолютно безразличным. Он лишь кинул беглый взгляд на свой ранг и молча удалился с площади. Было сложно понять доволен он своим результатом или нет.

Эспер лишь покачал головой. Неудивительно, что этот юноша вошел в число основных учеников. Мало того, что его боевая мощь не уступала многим на ступени формирования даньтяня, кроме того его талант культиватора тоже был на высоте. Достигнуть к шестнадцати годам пика закалки кости — этот талант в Городе Утренней Зари уступал лишь Линь Юэ и, может быть, еще парочке человек.

Люк на миг задумался, что войди он сам в число основных учеников, и получаемые им ресурсы серьезно увеличатся, однако, на сколько он знал, учеников, ниже области закалки кости в основные не принимали. Даже Линь Юэ вошла в их число только после достижения этой стадии. Было абсолютно ясно, что для достижения этой цели нужно сначала пробиться на ступень закалки кости, причем сделать это не слишком поздно — как максимум в возрасте шестнадцати лет.

Впрочем, это недостижимое для многих условие совершенно не волновало Люка. Его телу три месяца назад исполнилось пятнадцать, а в шестнадцать он искренне надеялся достичь ступени формирования даньтяня! Однако для этого ему были необходимы ресурсы, и одним из источников ресурсов был как раз таки статус основного ученика.

Люк вновь покачал головой. Думать о статусе основного ученика было слишком рано. Немного поколебавшись, эспер отбросил мысли впечатлить всех своим выступлением на столько, чтобы его тут же приняли в основные ученики. Кроме того, без использования знаков он был вовсе не уверен, что ему это удастся. Хотя Чжоу Ли был лишь на пике закалки кости, даже его физические данные сильно превосходили текущее состояние Люка. Единственное, в чем эспер его все же превосходил, была скорость, но только лишь при использовании разгона. Помимо этого, будучи основным учеником Чжоу Ли имел доступ к гораздо более мощным навыкам чем Люк, единственным навыком которого до сих пор оставался Сокрушающий Камни Кулак.

Используй эспер знаки, и он был уверен, что сможет превзойти Чжоу Ли, однако знаки он использовать не собирался. Овчинка, на взгляд Люка, явно не стоила выделки. Единственное, что он решил использовать, это разгон, засечь который у возможных наблюдателей просто не будет никакой возможности.

Пока Люк рассуждал, испытание шло.

Четвертая партия учеников оказалась довольно слабой — там не было никого, кто преодолел бы Топ-70. В пятой было сразу четверо практиков формирования даньтяня, один из которых был основным учеником. Этот основной ученик продержался в массиве целых полчаса и занял семнадцатое место, чем вызвал бурную реакцию зрителей. Что же касается шестой — именно в эту партию попал Люк.

Группa номер шесть, в отличие от предыдущиx групп, почти полностью состояла из экспертов. Они далеко не в первый раз проходили испытание и знали принципы по которым Xао Цзянь составляет группы, поэтому собрались вместе, чтобы подстегнуть в себе соревновательный дух. Большую часть этой группы составляли практики ступени закалки кости. Кроме них было три эксперта формирования даньтяня и несколько случайно затесавшихся в эту группу культиваторов закалки внутренних органов, в число которых входил и Люк.

Для присутствующих было очевидно, что практики закалки внутренних органов вылетят из массива самыми первыми. Даже не смотря на только что продемонстрированную силу Люка, никто не думал, что он сможет продержаться в массиве дольше чем кто-либо на стадии закалки кости. B конце концов, зрители пришли к выводу что удар, которым тот поверг Ван Куня, был самым сильным его ударом, и что он не может применять его более одного раза на определенный промежуток времени. Eсли бы это действительно было так, Люк бы не смог продержаться в массиве слишком долго, возможно даже меньше чем поверженный им Ван Кунь, хотя большинство все же считало, что он продержится немного дольше чем тот.

Что касается Люка, ему не было никакого дела до мнения толпы. Он спокойно подошел к панели массива и коснулся ее. В то же мгновение странная сила попыталась вторгнутся в разум эспера, но разбилась о машинально возведенный эспером барьер! «Черт, а я чего ожидал! — выругался тот про себя, — раз массив иллюзорный, очевидно, что он будет воздействовать на разум, это ведь в основе большинства подобных техник. Hичего не поделаешь, придется ему это позволить, но сначала, все же, стоит убедиться в его безопасности».

Люк еще раз оглядел, пытающуюся вторгнутся в его разум силу. В основе всех техник эсперов лежал ментал, поэтому было не удивительно, что юноша с легкостью разобрался в принципах, лежащих в основе этого воздействия. Как он и предполагал, помимо основного содержания в массиве также был контур, передающий изображение происходящего сторонним наблюдателям, однако, вопреки некоторым его опасениям, информацию из мозгов испытуемых никто выудить не пытался. Tо ли создатели массива обладали высокими моральными принципами, то ли просто не умели этого делать.

Как бы то ни было, массив был относительно безопасен, и Люк поспешил убрать защищающий разум щит — он и так задержался перед панелью непозволительно долго. Как только он это сделал, его сознание тут же погрузилось в создаваемый массивом мир. Перед эспером внезапно возникло огромное количество плавающего в воздухе оружия всех типов и размеров. Было очевидно, что массив предлагает испытуемому выбрать оружие. После непродолжительного осмотра всего этого великолепия, глаза эспера вдруг зацепились за простой полуторный меч с прямым лезвием. Mеч был смертным артефактом низкого качества и этим ничем не отличался от всего присутствовавшего здесь оружия. То, почему взгляд Люка задержался именно на этом мече — мечи именно такого типа он использовал до того как попал в этот мир!

Ни капли не сомневаясь, эспер сомкнул пальцы на рукояти этого меча, и все остальное оружие тут же исчезло, а перед Люком появилась призрачная человекообразная фигура, культивация которой находилась на ступени закалки внутренних органов. В руках фигура держала длинное копье, которое и направляла на Люка явно не с добрыми намерениями.

Эспер не стал мешкать, он резко сократил расстояние до фигуры, и его меч с легкостью отклонил копье, а затем устремился к беззащитному горлу жертвы. Движение получилось далеко не столь отточенным, что привык Люк — у этого тела были совершенно иные физические возможности, чем у его старого — но противнику хватило и этого. Разве что вместо разрезанного горла его шея была перерублена чуть меньше чем наполовину.

Кровь фонтаном брызнула из шеи противника, и Люк невольно поморщился. Ему и раньше доводилось убивать, к тому же это была лишь иллюзорная фигура, но зрелище бьющей фонтаном крови было далеко не самым аппетитным. Впрочем, долго «наслаждаться» этим зрелищем эсперу не дали. На месте поверженной фигуры возникло сразу две на той же ступени культивации. Одна вооруженная одноручным боевым топором, а вторая коротким мечом.

Люк не мешкая устремился к ним. Обманный финт, и противник с топором уже зажимает распоротый бок, а полуторный меч сталкивается с другим — коротким семидесятисантиметровым лезвием! Разворот, и попытавшийся подкрасться сзади раненый обладатель топора незамедлительно лишился головы, после чего часы мечника были сочтены.

Cтоило его телу опуститься на песок, как невдалеке возникло трое духовных зверей первого ранга, которые соответствовали пику закалки внутренних органов. Внешне звери напоминали волков, но были гораздо крупнее. Взвыв «волки» устремились к эсперу.

Люк не мешкал. С кем с кем, а с волками, пусть и переростками, он дело вести умел. Очень скоро на земле лежало три бездыханных трупа, некогда бывшие гордыми хищниками.

На смену им пришло уже пять фигур на той же ступени закалки внутренних органов. Глаза Люка тут же заблестели странным светом, а его сердце чаще забилось в груди. Настало время адаптировать для этого мира то, чему его учили в Aкадемии Эсперов, и речь, в данном случае, шла вовсе не о знаках.

Помимо управления ментальной энергией, кадетов Академии также учили и различным видам боевых искусств. Метание ножей, стрельба из лука и арбалета, рукопашный бой, даже использование казалось бы сугубо мирных предметов в бою — все это входило в программу Академии. И конечно же не обошлось без обучения искусству меча!

Меч был одним из символов Академии. Подавляющее большинство эсперов выбирало его в качестве основного оружия. Естественно, что обучению ему отводилось особое внимание! В Академии существовало семь основных стилей владения мечом, три из которых был обязан знать любой эспер. Один — для людей и человекоподобных монстров. Второй — для монстров с человеком не схожих. И третий — на случай если эсперу придется в одиночку сражаться с большим количеством противников.

Из семи стилей Академии по три было предназначено против людей и монстров, и лишь один на противостояние группе. Этим стилем — Стилем Махаона — эспер и собирался сейчас воспользоваться. В той, прошлой жизни, Люку не так уж и часто доводилось использовать этот стиль на практике. В реальном бою — не более пяти раз, однако это вовсе не значило, что он плохо им владел. Что-то вроде этого иллюзорного массива было и в распоряжении Академии, так что техника эспера была на очень высоком уровне. Ранее, даже без использования знаков и разгона, пятеро противников, которые настолько плохо владели оружием, не представляли бы для него абсолютно никакой опасности, однако сейчас у Люка было новое тело, которое серьезно отличалось от старого по физическим параметрам и, вдобавок, не имело соответствующей мышечной памяти. Впрочем, как успел заметить Люк за время пребывания в этом мире, его навыки усваивались этим телом удивительно быстро, поэтому неожиданно заимев возможность немного адаптировать Стиль Махаона до того, как его придется применять в реальной битве, эспер был крайне доволен. Радостно рассмеявшись, он устремился в самую гущу врагов.

Пока Люк и другие участники истребляли врагов в массиве, снаружи шло оживленное обсуждение.

— Как вы думаете, кто в этой партии продержится дольше всех? — спросил красиво выглядящий юноша своих соседей. Сам юноша уже прошел испытание и занял не очень высокий ранг, а сейчас, как и группа стоящих рядом с ним людей, просто наблюдал за происходящим.

— Да что тут думать, конечно же это будет Бай Ци, ведь его ранг наибольший из всех участников!

— Ну не скажи! Может его ранг и наибольший, но это лишь по тому, что старшая сестра Чжоу Лифэн давно не участвовала в испытании. Сегодня она несомненно поднимется на много рангов. Я думаю, дольше всех продержится именно она!

— Вы оба не правы, — высокомерно заметил еще один юноша. — Старший брат Сун Йи серьезно продвинулся в своей культивации. Дольше всех продержится именно он! О, смотрите, первый из этой партии уже очнулся!

Действительно, прошло еще даже менее пяти минут, а молодой парнишка на стадии закалки внутренних органов, вскрикнув отскочил от панели. Он был далеко не первым, кто так реагировал — смерть в массиве была болезненна, поэтому его реакция даже не вызвала у зрителей смеха — все они были на его месте совсем недавно.

Следом за первым выбывшим вскоре последовал второй, точнее вторая, а за ней третий и четвертый. Никто из них не продержался и пяти минут. Из практиков на ступени закалки внутренних органов внутри остались лишь Люк и брат выбывшего первым в первой партии парнишки Сяо Фена — Сяо Лей.

Время шло. Истекло уже пять минут, а эти двое по-прежнему были в массиве.

— Кто такой этот Сяо Лей? На прошлом испытании он явно не блистал, а сейчас того и гляди может войти в Топ-120. Продержись он еще минуту и место там ему гарантировано!

— Ха, это ты загнул, брат. Если бы он действительно продержался, то да, но ты же знаешь, что с каждой минутой проведенной в массиве сложность все более и более увеличивается. Вряд ли Сяо Лей сможет продержаться, а вот что ты думаешь насчет Чан Лея? Я считаю, что вот ему это вполне по силам!

— Пожалуй, тут я с тобой соглашусь, но не думаю, что он сильно превзойдет Ван Куня. Максимум, которого он может добиться, это Топ-115.

— Ты мыслишь точно так же как я, брат!

Прошла еще минута. Сяо Лей перед панелью массива вдруг вздрогнул и открыл глаза. Все зрители с интересом уставились на таблицу рангов. Юноша продержался в массиве чуть более шести минут и было не понятно, вошел ли он в Топ-120. Наконец, под всеобщими взглядами, имя Сяо Лея мигнуло и исчезло, чтобы тут же возникнуть на сто девятнадцатой позиции, оттеснив ранее находящегося там Ван Куня на сто двадцатую! Сяо Лей радостно улыбнулся кинувшемуся поздравлять его брату и собирался-было покинуть площадь, но его взгляд зацепился на все еще находящегося в массиве Люка.

Сяо Лей знал насколько трудно продержаться в массиве дольше шести минут, поэтому то, что Чан Лей все еще был там, сильно поразил юношу. Кроме того, в отличие от самого Сяо Лей, находящегося на пике закалки внутренних органов, Чан Лей был только на начальном этапе этой ступени! Естественно Сяо Лей был потрясен. Так же, как и все остальные зрители.

Прошло семь минут. Люк по-прежнему находился перед массивом. Восемь, девять. На десятой минуте выбыл первый участник на ступени закалки кости, заняв сто тринадцатое место. Толпа пораженно молчала. То, что Люк держался до сих пор, скорее всего, означало, что он превзошел этого эксперта закалки кости и его ранг как минимум будет сто двенадцатым. Было вполне возможно, что он войдет в Топ-110!

Прошла еще минута, и перед массивом очнулся очередной эксперт закалки кости. Его ранг был сто десятым! Люк продолжал держаться.

— Возможно, у него просто очень хорошая техника движения и он просто убегает от противников, — заметил один эксперт, не верящий в то, что кто-то на стадии закалки внутренних органов может продержаться настолько долго.

— Скорее всего ты прав. Кому-то вроде него просто невозможно продержаться настолько долго, сражаясь!

Мнение, что Люк не сражается с противниками, а просто убегает от них быстро набрало кучу сторонников, однако были и те, кто понимал, что это невозможно.

— Что вы такое говорите? Разве вы не знаете, что если не сражаться с противниками, их очень быстро накопится просто слишком много и убегать от них уже не получится?

Это было правдой — противники в иллюзорном массиве появлялись партиями через некоторые промежутки времени. Если бы кто-то решил убегать, быстро скопившиеся враги легко бы поймали его и убили.

Пока зрители обсуждали происходящее в массиве, Люку приходилось совсем не просто. Его скорость убийства врагов была не меньше, как предполагали многие зрители, а, благодаря Стилю Махаона, гораздо больше, чем у других. Сейчас он противостоял уже группе из восьми экспертов закалки кости, один из которых находился на пике этой ступени!

Изначально, против врагов ступени закалки внутренних органов и духовных зверей первого ранга Люк не использовал разгон, а обходился лишь Стилем Махаона, постепенно адаптируя его к новому телу. Не использовал он разгон и когда среди противников стадии закалки внутренних органов начали появляться эксперты закалки кости. Однако постепенно этих экспертов становилось все больше и больше, и ситуация для эспера стала довольно напряженной. Он уже получил несколько ран и недавно был вынужден все же его использовать. Это ненадолго стабилизировало ситуацию, однако сейчас, окруженный сразу восьмью такими экспертами, он чувствовал, что и разгона может быть недостаточно.

Сила и жизнеспособность этих экспертов закалки кости намного превосходила соответствующие параметры Люка. Причина по которой он еще держался, была дарованная разгоном скорость и почти полное отсутствие владения мечом у противника, а так же то, что иллюзорные фигуры отчего-то совершенно не использовали никаких техник, обходясь лишь голой мощью.

Кача!

Меч эспера совершил пируэт, и противник, чуть ранее лишившийся руки, не успел защититься, обзаведясь глубоким разрезом в районе живота, откуда принялись вываливаться кишки. Продолжая движение, Люк слегка достал еще одного противника, оставляя ему царапину на груди, а затем, уклоняясь от ответного выпада сразу нескольких врагов, ушел кувырком в сторону, оказавшись рядом с одним из них.

Шух!

Восходящий удар полуторного меча поставил резкую точку в существовании этой иллюзорной проекции, и противников осталось только шестеро, пятеро — если не считать фигуру с распоротым животом.

Дзанг!

Люк отклонил удар очередного противника, от чего меч чуть не вылетел из рук эспера. И это только «мягкий» блок! Прими юноша атаку прямо, меч в его руках мог и не выдержать. Как минимум, его бы просто вырвало из рук эспера. Такова была устрашающая сила практика на ступени закалки кости!

Люку понадобилась пара мгновений, чтобы стабилизировать вибрирующий от удара меч. К счастью, его противник не сумел воспользоваться этой заминкой, борясь с инерцией собственного удара. За что и поплатился. Люк резко толкнул не ожидавшего такого противника, и меч его же соратника пронзил тело мужчины прямо в районе сердца! Эспер не преминул использовать эту возможность — вытащить оружие из тела мужчина уже не успел. Противников осталось четверо.

Разобраться с оставшимися врагами для эспера труда не составило. Единственное затруднение вызвал лишь оставшийся в одиночестве эксперт закалки кости. Он, как и его павшие союзники, по меркам эспера владел оружием просто катастрофически плохо, однако его защитная Ци не была чем-то, что меч Люка мог пробить с легкостью. В конце концов, под градом ударов она все же истончилась и эспер победил, но это заняло у него много времени. Настолько, что новые враги начали появляться еще до того, как тот окончательно умер.

Окинув взглядом группу, состоящую из трех духовных зверей второго ранга, которые по силе соответствовали экспертам на пике закалки кости, эспер вымученно улыбнулся. Что-то подсказывало ему, что прочность шкур этих зверей намного превосходит защитную Ци его предыдущего противника.

«Эта группа будет последней», — решил про себя Люк. По его расчетам, он продвинулся уже достаточно далеко, а продвигаться дальше, не используя знаки, будет попросту невозможно. «Однако стоит выжать из этого тела максимум!» — рассмеявшись, эспер бросился в новую схватку.

Ha площади пeред иллюзорным массивом все зрители находились в недоумении. Прошло уже четырнадцать минут, и выбыло уже подавляющее большинство экспертов закалки кости, однако Чан Лей, находящийся только на начальной стадии закалки внутренних органов, все еще находился в массиве. Большинство присутствующих уже не думало, что Чан Лей имеет какую-то потрясающую технику для побега. Нет, все решили, что в массиве явно что-то пошло не так! Mногие из зрителей даже вспомнили, что перед его погружением в массив произошла заминка. Это еще больше подлило масло в огонь их подозрений! Некоторые даже высказали свои подозрения ответственному за мероприятие Xао Цзяню, однако тот лишь невозмутимо возразил, что в происходящем нет никакой ошибки, что, впрочем, ничуть не развеяло скепсиса зрителей.

Наконец, когда прошла примерно половина пятнадцатой минуты, глаза Люка резко распахнулись. B них не было боли и рассеянности, обычно сопровождающих погибших в массиве практиков, а лишь ярко сияющий боевой дух! Это испытание стало отличной проверкой для способностей эспера, и даже не смотря на болезненную смерть, он был очень доволен. Kонечно, присутствовала и некоторая неудовлетворенность, все-таки в этом бою он не использовал значительную часть своих возможностей, однако полностью испытать потенциал тела без использования знаков тоже было неплохим результатом.

Oчнувшись, Люк, как и все присутствующие на площади, с интересом уставились на таблицу рангов. В прошедшем испытании он, используя различные уловки и свое превосходство в скорости, все-таки сумел одолеть ту группу зверей второго ранга, однако появившемуся следом за ними практику формирования даньтяня противопоставить ничего уже не смог. Желтая молния, по иронии судьбы почти такая же как та, от которой погиб Чан Лей, поставила жирную точку в прохождении эспером этого испытания, и теперь он с волнением ждал результата своего выступления. Ведь от занятого ранга будет зависеть какие именно ресурсы станут ему доступны!

Результат не заставил себя ждать. Имя Чан Лея, ранее полностью отсутствовавшие на таблице рангов, под пораженные и неверящие взгляды присутствующих, замигало в конце шестого десятка! Tаким образом, ранг Чан Лея, находящегося только в начале закалки органов, превзошел подавляющее большинство практиков закалки кости! Все пораженно смотрели на число пятьдесят девять и располагающиеся напротив него имя. Заняв пятьдесят девятый ранг, Люк вошел в число шестидесяти лучших учеников Академии, уступая только некоторым практикам на пике закалки кости и экспертам формирования даньтяня!

Видя подобный шокирующий результат, толпа возмущенно загудела. Большинство было абсолютно уверенно, что здесь произошла какая-то ошибка. Многие из практиков закалки кости, занявших меньший ранг, не могли смириться с подобным и требовали, чтобы Люк прошел испытание заново. Однако Хао Цзянь оставался невозмутим.

— Тихо! — рявкнул он, и толпа моментально утихла. — В произошедшем нет никакой ошибки. Ранг этого юноши полностью соответствует его достижениям! Или вы не верите мне, Хао Цзяню?

Возразить на это никто из присутствующих не решился, однако Люк видел, что слова распорядителя так никого и не переубедили. Эсперу оставалось лишь тяжело вздохнуть — теперь, вопреки его предыдущему плану, он станет желанной мишенью для практиков закалки кости. Впрочем, были в этом и положительные стороны — боевое мастерство эспера благодаря этому будет стремительно увеличиваться.

Мысли о грядущем противостоянии с множеством практиков закалки кости ненадолго задержались в голове эспера. Их быстро вытеснили намного более приятные — о ждущих его за вхождение Топ-60 наградах!

Ученики академии ниже двухсотого ранга имели доступ лишь к самым примитивным техникам, наподобие Cокрушающего Камни Кулака и не получали никаких пилюль и духовных камней. С двухсотого и до сто пятидесятого — получали доступ к чуть более продвинутым техникам, а также один духовный камень в месяц. Со сто пятидесятого и до сто двадцатого — два камня, доступ к еще более лучшим навыкам, и возможность использовать артефактные массивы десять часов в месяц. Со сто двадцатого до сотого — три камня, пятнадцать часов использования массивов.

Начиная с сотого ранга все ученики получали возможность один раз посетить Палату Клинка, где могли выбрать себе артефактное оружие и раз в три месяца получали по одной пилюле Укрепления. Эти пилюли Укрепления сильно уступали Пилюле Питающей Тело, которую Люк получил от Линь Юэ, но все равно были очень полезны. Что касается рангов с шестидесятого по пятидесятый, то есть того диапазона к которому теперь принадлежал Люк, ежемесячно они получали по девять духовных камней, шестьдесят часов использования массивов, а кроме того целых три пилюли Укрепления раз в три месяца и доступ к гораздо более сильным навыкам! Именно за этими навыками, получив причитающиеся ему пилюли и духовные камни у одобрительно смотрящего Хао Цзяня, Люк и отправился.

Он уже почти ступил на порог библиотеки, когда вдруг резко развернулся и направился в совершенно противоположную сторону. Путь эспера теперь лежал в Палату Клинка. Изначально Люк планировал выбрать себе навык под полуторный меч, однако предположил, что среди артефактов академии подобного оружия может и не быть, поэтому-то он и решил для начала посетить Палату Клинка. Если бы полуторных мечей там не оказалось, он… стал бы искать бастард в другом месте! Ведь именно полуторным мечом он владел лучше всего. Однако какое-нибудь оружие Люк бы взял. В конце концов, его можно было просто продать или обменять на требуемое эсперу. Было неизвестно, когда бы ему удалось найти полуторник, а так как на его пятьдесят девятом ранге навыки можно было довольно часто менять, Люк вполне мог бы освоить навык для его текущего оружия.

К счастью, подходящий меч нашелся. Он был чуть короче, чем привык эспер — всего метр, вместо привычных ста десяти сантиметров, однако за неимением лучшего вполне годился. Как и все доступное ученикам Внешнего Двора оружие, это был обычный артефакт низкого уровня. Как бы то ни было, эспер остался этим мечом вполне доволен — по многим своим характеристикам он намного превосходил его старый меч, который был у него в родном мире. А ведь это был всего лишь простой артефакт низкого ранга! Вежливо распрощавшись с распорядителем Палаты Клинка — сухоньким старичком среднего этапа измененной крови — эспер вновь направился в библиотеку. Пришло время приобрести навыки.

Тем временем, пока Люк наслаждался приобретенными от получения ранга преимуществами, во многих местах академии шли бурные обсуждения по его поводу. Все таки получение кем-то, находящемся всего лишь на начальной стадии закалки внутренних органов пятьдесят девятого ранга было событием выдающимся. В истории академии такого не было ни разу с момента ее основания! Естественно, что это событие вызвало столь бурную реакцию! Помимо учеников даже распорядители вовсю обсуждали случившееся.

Одной из таких групп была компания из пяти мужчин и одной женщины, которые собрались в одном из залов академии. Все они с интересом смотрели на развернувшуюся перед ними проекцию в которой молодой юноша с полуторным мечом успешно противостоял группе врагов. Естественно это была проекция недавнего боя Люка!

— А парнишка-то очень неплох! Интересно, где он научился так искусно обращаться с мечом? Лично я не знаю никого, кто был бы в этом аспекте хотя бы отдаленно равен ему, — проговорил высокий подтянутый мужчина с коротким ежиком черных волос. Это был один из заместителей ректора академии — Фан Имин.

— Не важно где, подобные техники владения мечом важны только до достижения ступени формирования даньтяня, хотя должен признать, выглядит это действительно впечатляюще. Раз этот парень сумел настолько хорошо освоить эту бесполезную технику, значит и с изучением чего-то стоящего проблем у него не возникнет. В любом случае, парнишка заслуживает внимания, — высказался несколько полноватый мужчина лет пятидесяти на вид. Этот мужчина тоже был заместителем ректора. Кроме того, он также являлся дальним родственником лорда города. Имя этого человека было Линь Зэншен.

— К сожалению, ты прав. Подобные техники становятся практически бесполезны после получения возможности использования внешних, однако, если брать ступень формирования даньтяня — они все еще будут эффективны. До полноценного сформированного даньтяня, то есть до стадии измененной крови подобные приемы вполне действенны. В некоторых случаях они действенны даже на стадии измененной крови, — возразил ему Фан Имин. — К тому же скорость парня тоже сверхъестественно высока для его ступени. Думаю, это либо какая-то незнакомая мне техника, либо его врожденная способность.

— А по-моему этот Чан Лей всего лишь выскочка, и его трюки недолго будут ему помогать. Как только он достигнет ступени формирования даньтяня, все его видимое преимущество улетучится без следа, и он не будет ничем отличаться от всех остальных. Он просто недостоин, чтобы мы обращали на него внимания!

Со столь резкой критикой Люка выступил ни кто иной, как третий заместитель ректора — Ван Цифен. Ван Кунь, над которым недавно расправился Люк, приходился ему дальним родственником, и Ван Цифен обычно не обращал на него никакого внимания. Однако сейчас пострадал не просто Ван Кунь, а сам престиж семьи Ван, ведь один из ее сыновей был бит кем-то, обладающим гораздо меньшей культивацией. Конечно же Ван Цифен невзлюбил Люка!

Таким образом, трое из шести присутствующих выразили свое мнение относительно Люка. Четвертым был Хао Цзянь, и он просто не имел в этом собрании права голоса, а пятой — поразительной красоты женщина лет двадцати пяти, которая предпочитала хранить молчание. Шестым же был сам ректор Академии Духовного Развития — Ли Вэймин! Выглядел он как пожилой ученый, однако аура, исходящая от него, кардинально меняла это первое впечатление.

— А ты что думаешь, Сюэ'эр? — обратился он к молчавшей до сих пор женщине. Эта женщина — Ли Сюйшань, была его родной дочерью и также одной из четырех заместителей. Среди всех заместителей, ввиду кровного родства, она имела наибольшие статус и влияние.

— Еще слишком рано о чем-то судить, но он довольно интересный, — сказав эту фразу, Ли Сюйшань продолжила с безразличным видом смотреть в окно, как будто все происходящие ее абсолютно не трогало.

— Хе-хе, редко Сюэ’ер называет кого-то любопытным, — рассмеялся ректор. — Будь этот малец постарше, я бы решил, что моя девочка…

— Отец!

— Хорошо-хорошо, молчу. Вернемся к теме нашего сегодняшнего собрания.

Ректор обвел всех присутствующих взглядом, после чего продолжил:

— Мое мнение по этому вопросу совпадает с большинством из вас. Этот юноша очень интересен. Однако он пока находится лишь на ступени закалки внутренних органов и судить о его будущих свершениях еще слишком рано. Сейчас, получив причитающиеся рангу шестьдесят ресурсы, он серьезно ускорит свое развитие и не позднее чем через год достигнет ступени закалки кости. Тогда-то можно будет поднять вопрос о его принятии в основные ученики. Если же за этот год он так и не прорвется к ступени закалки кости… что ж, тогда на сегодняшнем собрании мы просто потратили время впустую.

На этом собрание руководства академии практически и завершилось. Хотя обсуждение шло еще некоторое время, это никак не повлияло на итоговое решение. Воля ректора была здесь законом.

А пока ректорат академии обсуждал перспективы Люка, красиво выглядящий молодой человек слушал доклад Ван Куня и еще нескольких своих подручных о нем же. Молодым человеком, как нетрудно догадаться, был Линь Чангмин.

— То есть, ты утверждаешь, что это ничтожество уделало тебя одним ударом? — с холодным выражением на лице спросил Линь Чангмин.

— Э-э, да, господин, так оно и было, — немного запинаясь, ответил Ван Кунь.

— Отброс! — от холода, содержащегося в голосе Линь Чангмина, казалось, вот-вот замерзнут стены. — Что ты можешь сказать в свое оправдание?

— Я, э-э… я даже не рассмотрел его движения! — выпалил Ван Кунь, испугавшийся гораздо больше, чем когда его избивал Люк.

— Не увидел движения говоришь… — от интонаций в голосе своего господина Ван Кунь буквально примерз к месту.

— Господин, у Ван Куня и вправду не было шансов, — осмелился вмешаться в разговор еще один лакей Линь Чангмина — Сюй Чэнь. — Этот Чан Лей занял пятьдесят девятый ранг по итогам испытания в иллюзорном массиве…

— Что?! — Линь Чангмин пораженно застыл, — как это ничтожество могло подняться так высоко? Наверняка здесь какая-то ошибка!

— Я тоже так думаю, господин, — поспешил уверить его Сюй Чэнь, — однако распорядитель Хао Цзянь утверждает, что все верно. Не мог же Чан Лей с ним сговорится?

— Пожалуй, не мог, — вынужден был согласиться Линь Чангмин. — Этот старый вояка Хао, пожалуй излишне прям и честен. Раз он говорит, что все верно, значит все верно. Но когда это ничтожество успело стать таким сильным?! Он что, продал душу асурам, пока лежал в коме?

Сам того не подозревая, Линь Чангмин почти попал в точку. Разве что вместо мифических асур был вполне реальный Люк, пусть и абсолютно чужой для этого мира.

— В любом случае это неважно. Он посмел избить Ван Куня, а значит пошел против меня. Сюй Чэнь, возьми несколько людей и установи за этим Чан Леем слежку. Как только он будет в безлюдной местности, тут же сообщи мне!

— Господин, но ведь ректор…

— Если не будет свидетелей, Сюй Чэнь, ректор просто-напросто не сможет ничего доказать. Ведь после столь успешного выступления, у этого отброса появилось просто слишком много завистников и недоброжелателей. Это именно тот случай, когда он сам выкопал себе могилу, а я, Линь Чангмин, всего лишь немного ему в этом помогу…

Библиoтeка встретила Люка тишиной, покоем и немолодым распорядителем, культивацию которого он разглядеть так и не смог. Учитывая то, что уровень Xао Цзяня, находящегося на позднем этапе измененной крови эспер рассмотрел без труда, то этот обычно выглядящий старичок, по всей видимости, превзошел даже ступень измененной крови! Люк невольно проникся к нему уважением — насколько знал эспер, в Городе Утренней Зари лишь немногим более десятка человек превзошли эту ступень, и все они имели огромный статус и влияние!

— Mладший приветствует старшего! — вежливо поздоровался эспер.

— Чан Лей, пятнадцать лет, начальная ступень закалки внутренних органов, пятьдесят девятый ранг среди учеников академии. Oчень неплохо, молодой человек! — одного взгляда на ученический амулет Люка старику хватило, чтобы узнать о нем всю информацию. Амулет, к слову, был весьма простой, настолько, что даже обладающий повышенной осторожностью Люк не подозревал в нем следящего устройства — в амулет просто вносилось имя и основные данные его обладателя, которые старик-библиотекарь сейчас и перечислил.

— Та-ак, значит ты можешь выбрать одну технику медитации, одну технику перемещения и один боевой навык до ранга С включительно, то есть, любой навык на первых трех этажах. Выбирай внимательно молодой человек, если техника тебе не подойдет, сменить ее ты сможешь только через месяц.

Выслушав инструкцию библиотекаря, Люк незамедлительно погрузился в изучение доступных ему навыков. Hемного рассмотрев техники доступные на первом этаже библиотеки, он не стал здесь задерживаться и отправился на второй. Действительно, с его рангом на первом этаже, доступ к которому, хотя и в разной степени, был у абсолютно всех учеников академии, делать было нечего. На втором этаже эспер тоже надолго не задержался — лишь бегло просмотрел названия навыков. Все самое интересное, безусловно, ждало его на этаже третьем.

В отличие от заполненных стеллажей первого этажа и полупустых второго, здесь было совсем немного нефритовых свитков — чуть больше сотни, значительную часть из которых составляли копии. Eсли брать количество оригинальных навыков, их было всего около четырех десятков. Люк незамедлительно погрузился в их изучение.

Больше всего здесь было именно боевых навыков. Неудивительно, ведь навыки для различного оружия зачастую тоже были различными. Встречались, конечно, и универсальные, но они обычно были гораздо слабее специализированных. Если бы Люк не обнаружил в Палате Kлинка подходящего ему меча, он, скорее всего, взял бы именно такой навык. Честно говоря, ему и так хотелось его взять, но навык чисто для полуторного меча был все же предпочтительнее.

Также здесь были навыки и для безоружного боя. Именно к таким относился Кулак Сокрушающий Камни, которым владел Люк до этого. Конечно же, он не шел ни в какое сравнение с техниками собранными на третьем этаже! Некоторые из этих техник эспера тоже очень заинтересовали, но, к сожалению, пока что он мог выбрать только один боевой навык. Немного поколебавшись, среди пяти подходящих для двуручного и полуторного меча навыков, Люк остановил свой выбор на технике носящей название «Клинок Небесного Наказания». Судя по описанию, этот навык позволял напитывать меч Ци Молнии, который хоть и уступала некоторым другим типам Ци в поражающей мощи, зато имел дополнительное преимущество в преодолении защитного Ци. Кроме того, молния также оказывала парализующее действие на пораженных ею врагов, что очень понравилось Люку. В сочетании с его мастерством владения мечом, это была убойная комбинация!

Следом за боевым навыком пришла очередь техники движения. Подобных техник для практиков, не достигших ступени формирования даньтяня, было считанное количество. На третьем этаже она была лишь одна и называлась «Поступь ветра». Внимательно прочитав описание, Люк отложил технику в сторону, а затем спустился на второй этаж, а следом и на первый. На обоих этих этажах эспер внимательно просматривал присутствующие там техники движения. Техник было довольно мало, и это не заняло у Люка много времени. Ознакомившись со всеми доступными вариантами, он вновь поднялся на третий этаж и присоединил «Поступь Ветра» к «Клинку Небесного Наказания».

Изначально Люк и не сомневался, что это лучшая из доступных для него техник перемещения — не зря же ее поместили на третий этаж, просто его заинтересовал сам принцип подобных техник. Ведь сам Люк раньше ничего подобного не изучал. Подобные Поступи Ветра техники в его мире были доступны лишь магам, специализировавшимся на стихии воздуха. Эсперы, пожалуй, при желании тоже могли изобразить нечто подобное, но это требовало бы от них недюжинной концентрации, что сводило на нет пользу от подобной техники.

После техники движения пришел черед для техник медитации. Вот тут-то эспера и ждало разочарование. На третьем этаже присутствовало семь различных нефритовых табличек с описанием подобных техник, однако… ни одна из них не была даже вполовину столь хороша, как та, которой он владел сейчас!

Эта техника, название которой ни Люк, ни Чан Лей не знали, досталась прежнему владельцу этого тела еще в детстве. В возрасте шести лет его обучил ей дедушка. Тогда, сразу после того как семью Чан Лея уничтожили, они вдвоем были вынуждены скрываться в безлюдной глуши. Дед мальчика — Чан Фа — в ходе того ужасного вечера был тяжело ранен и с трудом мог ходить. Более того, на клинке врага, ранившего его, видимо был какой-то яд. С каждым днем состояние Чан Фа все более и более ухудшалось, а примерно через месяц он полностью ослеп. Понимая, что долго ему не протянуть, старик принялся обучать семилетнего Чан Лея боевым искусствам. К сожалению, шестилетнего ребенка можно было обучить только технике медитации, для чего-то другого его каналы просто слишком слабы. Через год, когда мальчику только-только исполнилось семь, Чан Фа умер. Чан Лей остался в дикой местности совсем один.

К счастью или сожалению эта местность была очень бедна Ци, что существенно уменьшало скорость культивации, однако, благодаря этому, духовных зверей в ней тоже не встречалось, да и обычные крупные хищники были редкостью. Чан Лею удавалось худо-бедно выживать, ставя силки на некрупных зверьков и птиц, ловя рыбу и собирая различные ягоды и коренья. Что касается боевых искусств, мальчик все свободное время посвящал культивированию техники медитации или укреплению тела. К сожалению, при побеге его дед не додумался захватить с собой пилюли или техники, которые могут быть полезны для кого-то на стадии трансформации тела. Записать те навыки, которые помнил, он не мог уже из-за своей слепоты. Передать же их устно было просто невозможно — навыки включали в себя схемы циркуляции энергии. Нет, при должном старании это можно было описать словами, но учтите, что слушателем являлся ребенок шести-семи лет отроду. В общем, помимо техники медитации, Чан Лею так ничего и не досталось.

Чего Люк не ожидал, так это того, что эта техника будет наголову превосходить все присутствующие на третьем этаже медитативные техники! Это одновременно и обрадовало и опечалило эспера. Обрадовало по тому, что он владеет эксклюзивной техникой, превосходящей остальные. Опечалило — потому что скорость культивации не удалось поднять еще выше.

Видя бесполезность для себя медитативных техник ранга С, эспер ненадолго задумался, а затем уверенно спустился на первый этаж. В этот раз его целью был не какой-либо навык, нет — он искал библиотекаря!

— Извините, старший, у меня возникло затруднение, не могли бы вы мне помочь?

Старик удивился: все студенты крайне почтительно относились к нему из-за его глубокой культивации, и обычно не осмеливались лишний раз его беспокоить. Он с интересом посмотрел на Люка и сказал:

— Что беспокоит младшего? Старший с радостью поможет решить его затруднение.

— Недавно старший разрешил мне выбрать три навыка: боевой, навык движения и навык медитации. Что касается первых двух, никаких проблем не возникло, однако навык медитации…

— И что не так с навыком медитации? — удивленно спросил старик. — В этой библиотеке есть уйма полезных для людей на твоей ступени развития методик. Неужели ни одна из них тебе не подходит?

— Дело не в этом, — несколько замялся Люк. — Просто… ни одна из них не будет для меня полезной… — видя изменившееся лицо библиотекаря, он поспешил пояснить: — Нет-нет, я нисколечко не сомневаюсь в эффективности данных методик, просто по счастливому стечению обстоятельств, этот младший владеет еще более продвинутой техникой медитации.

— Хм, более продвинутой, говоришь… Не мог бы ты ее продемонстрировать?

Люку после этого не оставалось ничего, кроме как сесть в позу лотоса и завращать свою культивацию в соответствии с его медитативной техникой.

— И правда, более продвинутой… — сказал старик спустя примерно минуту. — Теперь понятно, почему тебя не устраивают медитативные техники С ранга, но почему ты вообще решил об этом спросить, ведь тебе было бы просто достаточно взять два подходящих тебе навыка, техника медитации у тебя и так превосходная!

После этих слов сердце Люка учащенно забилось. Пришла пора выложить то, зачем он вообще подошел к библиотекарю и эспер очень надеялся, что у него все получится:

— Но ведь старший сказал, что я могу выбрать три навыка…

Услышав слова Люка, старик вдруг неожиданно рассмеялся:

— А ты отважный молодой человек! — проговорил он отсмеявшись. — Обычно под тремя навыками подразумевается три навыка различной направленности, но ладно. Сегодня ты от души повеселил этого старшего, и старший пойдет тебе на встречу. Вместо навыка медитации можешь выбрать себе любой другой навык с первых трех этажей, но только на этот раз. В следующее свое посещение ты либо берешь технику медитации, либо обходишься двумя навыками, — строго закончил старик.

— Спасибо, старший!

В следующее мгновение Люк уже взбирался по лестнице, ведущей на второй этаж. Старик-библиотекарь задумчиво посмотрел ему вслед. Техника медитации этого парнишки показалась ему удивительно знакомой, но где же он ее видел, пожилой практик вспомнить так и не смог. Впрочем, вполне возможно это ему просто показалось…

Слежку Люк заметил сразу. Двоих старательно пытающихся изобразить, что они тут просто гуляют, подручных Линь Чангмина, вычислить никакого труда не составило. Пожалуй, будь тот умней и приставь к наблюдению за эспером людей тому незнакомых… Люк бы все равно их быстро вычислил, но вот на кого они работают, полной уверенности бы не имел. Bсе таки, помимо Линь Чангмина у него были и другие недоброжелатели, а после его триумфального выступления на испытании их число только увеличилось. Эти же двое не оставляли никаких сомнений в своей фракционной принадлежности.

Pешив до поры до времени просто не обращать на внезапно образовавшийся «хвост» совершенно никакого внимания, эспер направился к выделенной ему для проживания комнате, хотя комнатой ЭTО на взгляд Люка назвать было сложно.

Площадью эта с позволения сказать комната была тридцать на пятьдесят метров, а высотой не менее десяти. У Люка, когда он глядел на подобное расточительство пространства, возникало стойкое ощущение, что проектировщик этой комнаты, да и остальных зданий академии, явно страдал клаустрофобией, иначе подобный максимализм ему объяснить было сложно.

Kак бы то ни было, сейчас большие размеры этой комнаты были как нельзя кстати. Ведь именно там он собирался осваивать новоприобретенные навыки! Hачал Люк, как и при выборе в библиотеке, с боевого навыка для меча. Погрузив сознание в нефритовый свиток с описанием навыка, эспер принялся за тщательное его изучение.

Спустя примерно час он отложил свиток и приступил к практике. Пока еще без меча — первым и самым сложным этапом этой техники было превратить нейтральное Ци в Ци Mолнии. Большинству практиков даже на этапе закалки кости было крайне сложно это сделать.

Обычно нужно было иметь сродство со стихией молнии, чтобы добиться подобного результата не достигнув ступени формирования даньтяня. Однако Люк, который был только на ступени закалки внутренних органов, был полностью уверен, что у него все получится. И оказался прав! Не прошло и двадцати минут, как сидящий в позе лотоса юноша, вдруг резко вскинул правый кулак, вокруг которого затрещали желтые дуги электрических разрядов!

Со второй частью навыка, который собственно и был уже самим навыком, эспер провозился гораздо дольше — где-то около часа. Узнай кто сколько времени ему потребовалось на это, он был бы потрясен до глубины души: у обычного ученика даже на ступени формирования даньтяня ушли бы как минимум сутки, если бы вообще что-то вышло. Eсли же брать подобных учеников, имеющих сродство с молнией, то даже этим людям понадобилась хотя бы пара часов, чтобы суметь освоить навык наподобие Клинка Небесного Наказания. Люк же потратил на это хоть и не намного, но меньше времени. К тому же, он был только на начальной ступени закалки внутренних органов!

На самом деле Люк не был каким-то сверхъестественным гением, просто… он был эспером! А основным оружием эсперов был разум во всех смыслах этого слова. То, что в этом мире называют духовным восприятием, было развито у него никак не хуже, чем у адепта формирования даньтяня. Скорее гораздо лучше. Кроме того, эсперы обладали даром изменять мир силой своего разума. Для мощных воздействий ими использовались специальные концентраторы — знаки, однако для малых изменений достаточно было простого желания! А Люк очень желал быстрее изучить навыки, и продвинуться в своей культивации! Сам он этого не знал, но благодаря этому желанию, скорость его культивации намного превосходила отмерянное ему природным талантом этого тела.

Дзанг!

Удар наполненного электрической силой меча не оставил специально укрепленному манекену никаких шансов. Деревянная чурка, очертаниями отдаленно напоминающая человека, медленно, как будто отказываясь принять такую судьбу, развалилась на две неровные половинки, а Люк, этот удар и произведший, недоверчиво посмотрел на меч в своих руках. Чтобы оценить поражающую способность Клинка Небесного Наказания, он для начала атаковал манекен чисто грубой силой, без навыка, и меч вошел в дерево не более чем на пять сантиметров — настолько оно было крепким! Теперь же он без особых усилий разрубил манекен надвое. Поражающая мощь навыка была невообразима! А ведь молния еще не самый топовый элемент относительно силы удара!

Лично удостоверившись в мощи местных навыков, юноша серьезно задумался. Похоже, он серьезно недооценил здешних практиков и для того, чтобы справится с кем-то на ступени формирования даньтяня, ему даже знаков может не быть достаточно. С этими мыслями эспер с удвоенными силами принялся за изучение навыков. Хотя он и освоил элементарную форму Клинка Небесного Наказания, тот был еще очень далек от идеала. Кроме того, в сумке эспера своей очереди на изучение ожидали еще два навыка. Ему предстояло много работы…

В очередной раз истратив Ци, Люк уселся в позу для медитации и извлек из сумки духовный камень. Как эксперту Топ-60, ему было положено девять духовных камней в месяц, и сейчас он задействовал первый из них. Стоило камню коснуться точки между бровями эспера, как мощная духовная энергия хлынула в него, распространяясь по каналам и пропитывая буквально каждую частичку тела, однако Люк быстро заметил, что значительная часть энергии при этом уходит за пределы его тела и теряется.

Пытаясь как-то бороться с этим, он быстро завращал свою формулу культивации. Потери энергии тут же существенно снизились. Полностью предотвратить их все же не удалось, но текущие потери были жалкими крошками по сравнению с тем, что было ранее.

Теперь, когда духовная энергия камня практически полностью вливалась в него, Люк ощутил как его культивация стремительно растет. Когда, спустя около двух часов, духовный камень полностью растаял, она все еще оставалась на начальной ступени закалки внутренних органов, однако теперь была гораздо ближе к средней ступени. Люк вздохнул. Имей он должное количество духовных камней и процесс прорыва на следующую ступень не занял бы много времени.

Немного поколебавшись, он извлек из сумки следующий духовный камень и принялся поглощать его. В результате этого, культивация Люка еще немного приблизилась к средней стадии закалки внутренних органов. По расчетам юноши такими темпами ему понадобится еще один, максимум два камня, чтобы достигнуть этой стадии. Искушение использовать еще камни, и незамедлительно повысить культивацию было высоко, но Люк лишь покачал головой, решив, что пока хватит.

Он не собирался откладывать эти камни на потом. Нет. Просто юноша решил, что постепенное поглощение энергии камней, чередующиеся с изучением навыков, будет гораздо эффективнее, чем, если бы он сделал это сразу. Эспер достал семь оставшихся духовных камней из сумки, что сразу же наполнило воздух помещения богатым ароматом Ци, и принялся за изучение навыка. На этот раз это была Поступь Ветра.

А пока Люк повышал свою культивацию и изучал навыки, в мире происходили странные вещи. Далеко за пределами Королевства Восхода Солнца примерно в сотне тысяч километров к западу располагалось довольно большое, но бедное государство, носящие название Королевства Вечной Степи. Название было говорящим — большую часть этого государства и правда занимала степь, вот только в отличие от других степей, хорошо пригодных для земледелия и балующих своих жителей обильными урожаями, эта была почти бесплодна.

На первый взгляд, ее почва ничем не отличалась от обычной, но почему-то почти не давала урожая. Более того, местные реки и леса практически не содержали промысловых видов, вместо этого там водились жуткие твари, которых, однако, местные жители наловчились добывать и употреблять в пищу. Делали они это естественно не из-за редких вкусовых качеств монстров, а лишь чтобы хоть как-то сводить концы с концами.

Из-за столь суровых условий, мирные профессии в Королевстве не процветали. Однако это совсем не относилось к профессиям военным! В соседних с Королевством Вечной Степи странах высоким спросом пользовались наемные отряды из него. Что же касается регулярной армии, у Королевства Вечной Степи она была совсем небольшой. Ведь ничего ценного на территории Королевства не было и соседей оно совсем не интересовало. Однако на самом деле это было не совсем так. Кое-что очень ценное там все-таки было.

В самом центре Королевства, со всех сторон окруженный степью, располагался небольшой горный массив. Среди местного населения он был известен своей дурной славой, и встретить здесь человека обычно было невероятно сложно, но только не сегодня. Сейчас на одной из гор хребта, очертаниями отдаленно напоминающей пирамиду, находилось аж несколько тысяч человек! Впрочем, большая часть из них собралась здесь не по своей воле — это были собранные со всех каторг страны преступники и некоторые захваченные наемными отрядами военнопленные. Глаза всех этих людей были пустыми — они находились под одурманивающим заклинанием.

Второй группой людей, собравшихся на безымянной горе, были облаченные в черное практики. Несколько сотен практиков, культивация самого слабого из которых намного превосходила культивацию даже лорда Города Утренней Зари! Что самое странное, о таком количестве высокоуровневых экспертов не знал ни один из соседей Королевства Вечной Степи. Эти эксперты, собранные за сотни и даже тысячи лет были скрытым резервом Королевства. Резервом, который настала пора применить.

— Ваше Величество, все приготовления завершены! — доложил худой, иссохший старик высокому мужчине лет тридцати, на голове которого находилась диадема из странного серого металла, резко контрастирующая с его черными как ночь волосами.

— Хорошо, можете приступать! — сверкнув своими льдисто-голубыми глазами скомандовал мужчина. Повинуясь этой команде, три сотни практиков разом затянули странно-заунывно звучащую арию, от которой даже у них самих по коже пополз мороз. Сначала, помимо потусторонней жути, никакого видимого результата от этих песнопений не было, но спустя примерно минуту землю под ногами стало ощутимо трясти.

Как только это произошло, все три сотни практиков взмахнули ритуальными ножами, обрывая три сотни жизней пленников, и кровь из разрезанных горл потоком хлынула на землю! В тот же миг дрожь земли существенно усилилась, а все присутствующие внезапно ощутили, что гора под их ногами начала медленно подниматься! Видя это, проводящие ритуал практики лишь усилили свои песнопения, а спустя короткий промежуток времени снова взмахнули ножами. Гора затряслась еще сильнее и с нее стали слетать целые пласты земли. Практики в этот момент взмыли в воздух, подхватив также и бессознательных жертв. Вися в воздухе, и удерживая своей волей тела пленных, они все так же продолжали петь свою заунывную арию.

Мужчина, к которому совсем недавно обращались «Ваше Величество» стоял несколько в стороне от горы, с предвкушением и нет-нет, да проскальзывающем на его лице волнением, наблюдая за происходящим. Еще бы ему было не волноваться, ведь сегодня был поистине судьбоносный для всего Королевства Вечной Степи — нет, не так — для прошлой и будущей (!) Великой Империи Праха, готовой вот-вот из этого праха возродиться — день! И произойдет это или нет, встанет ли некогда могучая империя, а ныне никому не нужное бесплодное королевство с колен, зависело именно от успеха протекающего сейчас ритуала!

Практики на горе очередной раз взмахнули ножами, и медленно растущая гора сделала последний резкий рывок, после чего полностью прекратила свой рост. Только вот больше это была не гора — избавившись от прикрывающего ее слоя земли, она явила присутствующим свою истинную сущность — это была гигантская ступенчатая пирамида, выполненная из странного, имеющего багровый окрас камня. При взгляде на нее создавалось ощущение, что камни пирамиды полностью пропитаны кровью! Кто знает, возможно это действительно было так, по крайней мере кровь жертв этого ритуала камни охотно впитывали. Некоторым практикам в черном даже показалось, что они слышат исходящие от пирамиды урчащие звуки! От такого, даже им, привыкшим к крови и смерти, стало очень не по себе.

К счастью, их участие в ритуале практически завершилось. Настал черед действовать мужчине в диадеме. Под заунывную арию своих подчиненных, которая набрала, невиданную высоту и силу, повелитель Королевства Вечной Степи взлетел на самую вершину пирамиды. Туда, где располагалась запечатанная пока дверь, ведущая в самые глубины этого странного здания. Остановившись перед дверью, мужчина повернулся и посмотрел вниз на оставшихся пока в живых пленников, а затем произнес короткую фразу на странно-шипящем языке. Последствия этой небрежно брошенной фразы были ужасающими: тела всех, за исключением только одного, пленников, мгновенно разорвало даже не на куски, а просто в кровавый туман, который, повинуясь жестам мужчины в диадеме, стал быстро стекаться к нему, образуя огромную причудливую печать.

Как только печать полностью сформировалась, мужчина тут же направил ее на запертые двери, и те, помедлив лишь несколько мгновений, широко распахнулись, открывая доступ в глубины пирамиды.

Король Вечной Степи не стал медлить: подхватив последнего выжившего пленника, он смело ступил в открывшийся перед ним проход. Длинный ведущий вниз коридор был усеян смертельно опасными ловушками, которые мужчина преодолевал лишь благодаря оставшимся от предков инструкциям. Не будь этих инструкций, даже необычайно высокая культивация его бы не спасла — у тех, кто создал эту пирамиду и установил ловушки, культивация была гораздо выше. Они по праву носили титул Император! Мужчина в диадеме таким похвастать не мог. Пока не мог. Однако сокровище, хранящееся в этой пирамиде, мгновенно исправит это досадное недоразумение!

Преодолев несколько тысяч метров вглубь, мужчина наконец достиг своей цели. Коридор привел его к большому ярко освещенному помещению, в центре которого стоял постамент, на котором лежал длинный костяной посох.

Король с замиранием сердца подошел к постаменту и внимательно всмотрелся в этот посох. Длиной около метра восьмидесяти, он весь был покрыт тончайшими костяными шипами, а к низу вообще превращался в нечто вроде глефы, образуя широкое костяное лезвие. Вершину посоха венчал небольшой череп. Сбоку череп венчали своеобразные «ушки» из костяных лезвий, выполненные в форме крыльев летучей мыши, но самыми примечательными в нем были ярко сияющие красным светом глаза.

Неизвестно почему, но мужчина в диадеме так ни разу и не рискнул встретиться с ними взглядом. А еще от посоха исходила дикая и ничем не сдерживаемая МОЩЬ! Король Вечной Степи довольно ухмыльнулся — это точно был Посох Терний! Больше не мешкая, мужчина начал скороговоркой читать текст длинного заклинания и от посоха стало подниматься едва различимое сияние. Одновременно с этим, король сделал короткий пасс рукой, и пленник, которого он притащил с собой, очнулся.

Стоит отдать пленному мужчине должное, он очень быстро понял что происходит. Не совсем — откуда ему знать про Посох Терний и великие планы Короля Вечной Степи, однако то, что его собираются принести в жертву для какого-то ритуала, он понял сразу. Достаточно скоро он разобрался и кто это собирается сделать, все-таки стоящий перед ним мужчина был королем, пусть и настолько незначительного государства как Королевство Вечной Степи.

— Как это понимать, Ваше Величество? — как можно более холодным тоном спросил он, однако визави не обратил на его слова никакого внимания, продолжая произносить текст заклинания. Мужчина в диадеме пробудил своего пленника только потому, что для ритуала он должен был находиться в сознании, и разговаривать с тем совсем не собирался. Видя, что его игнорируют, пленник все более и более тревожился:

— Еще раз спрашиваю, Хелл, что здесь происходит?! Я, Томас Гальтон, принадлежу к древнему роду Гальтонов и являюсь близким родственником текущего Короля Великой Горы! Королевство Великой Горы самое сильное в этом регионе. Для него полностью разрушить Королевство Вечной Степи, что раз плюнуть! Если со мной что-то случится, от твоего жалкого королевства даже камня на камне не останется! — перешел пленник к угрозам.

На его беду в этот момент мужчина в диадеме, которого как оказалось, звали Хелл, а если точнее Хелл Пятый Хеллиард, закончил читать заклинание. С последним произнесенным им словом посох внезапно вспыхнул серым светом, после чего сияние вокруг него развеялось. В тот же миг Хелл незамедлительно схватил его, позволяя острым шипам войти в свою плоть, а затем резким движением вонзил лезвие посоха прямо в сердце замершего в ужасе Томаса Гальтона, тем самым обрывая его жизнь.

Мгновение, и тело практика, уровень культивации которого лишь чуть-чуть уступал культивации Хелла превратилось лишь в небольшую груду серого праха, а Король Вечной Степи облегченно вздохнул. Промедли он хотя бы мгновение или не удовлетворись посох предлагаемой ему жизнью, и горкой пепла вместо Гальтона был бы он сам! Однако все получилось.

Посох Терний принял жертву и признал Хелла своим владельцем! Король, нет теперь уже Император, но пока еще Вечной Степи, в торжествующем жесте вскинул руку с зажатым в ней Посохом Терней, и в то же мгновение из верхней части пирамиды в небеса ударил толстый столб черной с проблеском зелени энергии, который без сомнения увидели практики всех соседних государств.

Пусть! Время прятаться для Королевства Вечной Степи миновало. Настала пора вновь становится Великой Империей Праха!

Связанный с прoбуждением Великого Aртефакта столб энергии видели только жители ближайшиx к Королевству Вечной Степи стран, однако энергетическая буря, вызванная этим явлением, в той или иной степени затронула весь, простирающийся на многие сотни тысяч километров, континент Небесного Падения. Tо тут, то там, стали пробуждаться спавшие доселе древние могильники, а мирные кладбища начали превращаться в весьма опасные для жизни места.

Больше всего от этого явления досталось прилежащим к Королевству Вечной Степи странам, но даже в удаленном Королевстве Восхода Солнца оно имело свои последствия. Свежие кладбища оно почти не затронуло, но вот несколько древних могильников, которые для своего пробуждения ждали лишь небольшого толчка, толчок этот получили.

Люк всего этого конечно же не знал. Он сидел на полу своей комнаты в позе лотоса и медленно поглощал целебную энергию пилюли Укрепления. Вот уже трое суток эспер беспрерывно культивировал в своей комнате. За это время он успел в той или иной степени освоить все три свои боевые навыка и полностью поглотить энергию духовных камней, что существенно увеличило его культивацию. Теперь же настал черед целебных пилюль.

В отличие от мягкой духовной силы Неба и Земли или духовных камней, энергия пилюли была намного более груба и агрессивна. Стоило лишь Люку закинуть пилюлю в рот, как по его каналам тут же потекла грубая неподатливая сила, чуть ли не разрывающая их. Несмотря на болезненные ощущения, эспер был доволен — благодаря этому экстремальному воздействию прочность и проводимость его каналов резко увеличилась. Теперь он сможет одномоментно оперировать большим объемом Ци, а значит быстрее создавать мощные техники!

Пройдя через каналы, целебная энергия пилюли устремилась к мышцам, костям и внутренним органам, пропитывая и очищая их. На теле Люка неожиданно для него стала появляться черная жидкость — это выходили наружу очищенные воздействием пилюли нечистоты. Организм Люка становился чище и сильнее. Eго культивация тоже потихоньку росла.

По истечении трех часов эспер резко открыл глаза. Целебная сила пилюли полностью усвоилась, и он ощущал себя как никогда сильным и полным энергии. Его культивация, которая после поглощения духовных камней и так прорвалась на среднюю стадию, увеличилась еще больше. Xотя она еще и не достигла поздней стадии, до нее было не так уж и далеко.

Эспер с сожалением посмотрел на две оставшиеся пилюли Укрепления у себя в руках. После приема первой, их целебная сила уже не окажет на него столь значимого эффекта, если только… не принять их разом! Вот только пока проводить столь рискованный эксперимент Люк не собирался. Он только-только принял первую пилюлю, и его каналы после этого еще не полностью восстановились. Если объединенная целебная сила двух пилюль окажется слишком большой, они могут просто не выдержать, и тогда культивации Люка придет конец. Это при условии, что он вообще останется жив! Что касается Пилюли Питающей Тело, полученной им от Линь Юэ, эспер и вовсе не вспоминал о ней. Ее целебная сила была просто слишком большой, и каналы Люка этого бы просто не выдержали. Чтобы воспользоваться этой могущественной пилюлей ему придется подождать по крайней мере достижения стадии закалки кости!

Помывшись под душем, который находился в небольшом, отделенном от основной территории комнаты, помещении, Люк сменил испорченную черной жижей одежду и уверенным шагом направился к выходу из комнаты. Его короткое уединение завершилось. Настала пора опробовать новоприобретенные силы на практике!

Все три дня, что Люк провел в уединении, прихвостни Линь Чангмина непрестанно следили за входом в жилище эспера. Пялиться на закрытую дверь было донельзя скучно, и если бы не страх перед своим господином и желание выслужиться, они давно оставили бы это неблагодарное дело. Когда, спустя три с половиной дня, дверь, наконец, открылась, незадачливые наблюдатели были вне себя от радости — следить за перемещающейся целью казалось им куда более интересным занятием! И они оказались правы: не успел Люк отойти от своего жилища и на сотню шагов, как путь ему преградил высокий мускулистый парень на пике закалки кости!

— Наконец-то я тебя нашел! — воскликнул парень, злобно смотря на эспера. Звали этого парня Лю Ливей, и совсем недавно он занимал шестидесятый ранг среди учеников академии! К его глубокому сожалению, блистательное выступление Люка сместило его на шестьдесят первое место, вышвырнув таким образом из Топ-60. Лю Ливей был искренне уверен, что в произошла какая-то ошибка и не собирался с этим мирится. Однако когда он обратился с этим вопросом к Хао Цзяню, тот лишь обидно рассмеялся, посоветовав больше тренироваться, поэтому эти три месяца Лю Ливею придется считаться учеником лишь Топ-70, что несколько сокращало получаемые им ресурсы. Впрочем, он быстро нашел выход. Хотя некоторые возможности, такие как лишние часы доступа к массивам или выбор навыков в библиотеке он компенсировать не мог, однако это совсем не касалось пилюль и духовных камней! К тому же, получая их, он получит также и моральное удовлетворение! С этими мыслями юноша и направился на поиски Чан Лея.

— И зачем же ты меня искал? Говори быстрее, ты отнимаешь мое время. — Люк, видя враждебный настрой парня, и не думал проявлять вежливость. Лю Ливей, видя такое пренебрежение, зло заскрежетал зубами!

— Я слышал, что младший брат Чан на прошедшем испытании занял довольно высокое место, — холодно проговорил он. — Так вот, я уверен, что в испытании произошла ошибка! И из-за этой ошибки ты занял место по праву принадлежащее мне! Поэтому, я считаю, что будет справедливо, если ты передашь мне все полученные тобой духовные камни и пилюли…

Видя такую наглость, Люк не удержался и громко рассмеялся.

— По праву принадлежащее? Отдать? Насколько я знаю, места зависят от твоих достижений в массиве, или я не прав? А может, ты думаешь, что это наставник Хао Цзянь ошибается? Так пойди и скажи ему об этом! Посмотрим, что он тебе скажет. Держу пари, что больше тренироваться.

— Ах ты так! Ну тебе же хуже! — яростно воскликнул Лю Ливей. — Я хотел забрать камни и пилюли по-хорошему, но раз ты так настаиваешь, то позволь этому старшему преподать тебе урок! — с этими словами аура Лю Ливея наполнилась убийственным намерением, а его руки засветились серебристым светом от собирающегося в них Ци.

Лю Ливей присутствовал на площади в момент избиения Ван Куня и видел насколько Люк может быть быстр. Тем не менее, он как и многие другие, считал что этот навык нельзя применять часто. Именно поэтому он и считал себя гораздо сильнее. Знай Лю Ливей о том, как обстоят дела на самом деле, он ни за что не решился бы атаковать Люка. Тем не менее, даже так Лю Ливэй решил начать со своей самой быстрой атаки, рассчитывая если не поразить противника, то заставить его использовать то странное умение, а после этого спокойно с ним расправится.

— Птица Пэн Pазрывает Небеса!

В мгновение ока он оказался рядом с Люком и нанес мощнейший удар правой рукой. Попади удар по эсперу, и вопрос с победителем тут же бы был решен! Однако на месте где ранее стоял Люк, сейчас была лишь пустота.

— Неплохая скорость, давай еще раз! — донеслось откуда-то сбоку. Развернувшись, Лю Ливей обнаружил целого и невредимого эспера, стоящего в пяти метрах от него. Не раздумывая как тот там очутился, парень вновь бросился в атаку. В этот раз он был гораздо аккуратнее, внимательно следя за действиями противника. Однако все равно еле успел среагировать, когда нога Люка ударила его прямо под колено!

— А-аа, сука! — Лю Ливей успел немного сместить ногу, но удар все равно был очень болезненным.

— Кулак Сокрушающий Камни, — насмешливо прокомментировал Люк свое недавнее движение.

Наблюдающие за поединком несколько человек недоуменно переглянулись. Они искренне не понимали, почему удар ноги был назван кулаком. К тому же как они знали Сокрушающий Камни Кулак действительно существовал и был навыком для кулака. Так почему же Чан Лей назвал свой навык именно так. Кого он пытается одурачить.

— Это действительно Сокрушающий Камни Кулак! — негромко заметил один из присутствующих, юноша на пике закалки кости. — Просто… он изменил его для ног!

Услышав эти слова, остальные так и ахнули. Им и в голову не приходило попытаться изменить навык. Все они посмотрели на Чан Лея с возросшим уважением.

Бой между тем продолжался. Немного отойдя от болезненного удара, Лю Ливей вновь бросился к эсперу. Его руки сияли знакомым уже серебристым сиянием, но он вновь ударил лишь пустоту.

— Поступь Ветра, — донеслось из-за спины перед тем, как ее сотряс мощный удар!

Лю Ливей не понял что произошло, однако зрители могли видеть, как Люк сначала легко ушел от удара на несколько метров в сторону, а потом резко переместился за спину своего противника. Естественно так быстро он сделал это не только потому что находился под разгоном — без него практик на пике закалки кости был бы для него слишком быстрым — но еще и из-за применения недавно выученной техники движения. С ней скорость перемещения Люка достигла новых невиданных доселе высот!

Тем не менее, сила удара Сокрушающего Камни Кулака против Лю Ливея была слишком слаба. Удар, в который он вложил всю свою силу, нанес противнику лишь незначительные повреждения. Люк расстроено покачал головой — сам по себе этот навык для него уже сейчас практически бесполезен. Победить при его помощи того же Лю Ливея было возможно, но… на это ушло бы слишком много времени! Что ж, видимо настал черед еще одного его навыка! К сожалению этот, третий взятый в библиотеке навык, был довольно медленным в создании. Практик закалки кости десять раз мог бы прервать его формирование, так что, в таком виде как сейчас, он был просто неприменим в бою. Однако Люк все же нашел способ его применить!

Увернувшись от очередного удара противника, эспер в свою очередь вновь атаковал того Сокрушающим Камни Кулаком. Вот только это был не обычный Сокрушающий Камни Кулак — вместо обычного Ци Люк вложил в него недавно освоенный Ци Молнии!

Молнии, как известно, помимо способности разрушать иной Ци, обладают еще одним полезным свойством — парализацией! Именно на нее Люк и рассчитывал сейчас. И не прогадал: пораженный ударом противник неожиданно для зрителей застыл на месте!

Парализация продлилась недолго, всего несколько секунд, но в бою даже несколько секунд — просто уйма времени. Этих трех или четырех секунд вполне хватило Люку, чтобы завершить свой убойный навык! Под пораженными взглядами зрителей его аура резко возросла, а вокруг тела стали проскакивать желтые разряды молнии! Постепенно вся мощь молний стала накапливаться в кулаках Люка. Вскоре они буквально стали светится от переполняющей их энергии. В момент, когда он уже не мог выдерживать подобную мощь, эспер, наконец, нанес удар.

— Ошеломляющая Казнь!

К моменту, когда навык был завершен, Лю Ливей только-только освободился от сковывающей его парализации. Он просто ничего не успел сделать для того, чтобы защититься — лишь слегка дернулся в попытке уклониться, но это его совершенно не спасло. Обе руки Люка, содержащие по порции мощнейшего молниего Ци, с силой врезались в грудь парня, и в этот момент… между ними возник разряд, умножающий и без того мощную атаку десятикратно!

Такого Лю Ливэй выдержать уже не мог. С хрипом он рухнул на камни площади, а из его рта потекла струйка крови. Глядя на него Люк даже засомневался, а не переборщил ли он силой атаки? Если Лю Ливей умрет, эсперу будет грозить отчисление из академии, чего в его планах уж точно не было. Да и не сделал этот парень ничего такого, за что его нужно убивать. Другое дело Линь Чангмин!

Однако опасался Люк зря. Спустя где-то десяток секунд неподвижности, его противник слабо пошевелился и сплюнул еще порцию крови, а затем даже попытался подняться. Эспер медленно подошел к нему.

Видя приближающегося Люка, Лю Ливей резко изменился в лице. Он уже понял, что сильно ошибался, нападая на этого юношу. Тот по праву занимал свое место. Более того, учитывая то, с какой легкостью он поверг самого Ливея, было странно, что его ранг был всего пятьдесят девятый. Парень, однако, не знал, что до посещения библиотеки, атакующий потенциал Люка был заметно ниже. Если бы Лю Ливей узнал, что тот прошел испытание с одним лишь Кулаком Сокрушающим Камни, он бы ни за что не поверил бы в подобную глупость!

— Прошу меня извинить… — хрипло произнес юноша и сплюнул еще немного крови, — Я был не прав, младший по праву занимает свой ранг… — Видя скептическое выражение на лице Люка, он поспешил добавить:

— Так как я хотел камни и пилюли младшего, будет разумно, если я в свою очередь отдам свои.

С этими словами он потянулся к висящей на поясе сумке и извлек из нее десяток духовных камней и две пилюли Укрепления — практически все, что у него было.

— А ты не так уж и плох, — бросил Люк принимая их. Этот неожиданный улов его сильно порадовал. Настолько, что он на мгновение задумался, не стоит ли ему впредь добывать камни подобным способом. Зрители, видя задумчивый взгляд эспера пробегающий по ним невольно попятились. Они поняли о чем думает Люк и надеялись, что он не выберет их следующей жертвой для добычи камней.

Среди этих зрителей было, кстати, и несколько экспертов пика закалки кости. Совсем недавно они жалели, что не опередили Лю Ливея и сами не вытрясли из Люка духовные камни. Теперь же, они были счастливы, что тот опередил их.

Пробежавшись взглядом по зрителям, Люк с сожалением покачал головой. Духовные камни были необходимы ему для быстрейшего развития, но отнимать их у других противоречило его принципам. Вот если бы они, подобно Лю Ливею, сами на него напали, было бы совсем другое дело! К сожалению, теперь, после победы над последним, вероятность такого была крайне низка. Еще раз покачав головой, эспер развернулся и неспешно направился туда, куда шел изначально — к тренировочным артефактным массивам Академии Духовного Развития.

Весть о том, что Чан Лей победил в противостоянии с Лю Ливеем, который наxодился на пике стадии закалки кости, мгновенно облетела всю академию. Через час только находящиеся в уединении или по какой-либо причине отсутствующие на ее территории ученики не знали об этом.

Реакцию данное известие событие вызвало неоднозначную. Ученики на ступени закалки мышц и закалки внутренних органов были искренне им восхищены и хотели во всем походить на него. Что касается учениц, их восторг был еще более выражен:

— Ах, старший брат Чан так великолепен! Вот бы он обратил на меня внимание… — сказала молоденькая девушка на начальной ступени закалки внутренних органов.

— Мечтай! Eсли кто и достоин его, то только я! — возразившая ей девушка, не смотря на примерно тот же возраст, находилась на пике этой ступени. Kроме того, хотя и первая девушка была красавицей, она полностью затмевала ее в этом вопросе.

— Хе-хе, вам обеим ничего не светит, — прикрыв рот веером заметила третья. — Я слышала, старший брат Чан как-то связан со старшей сестрой Линь Юэ. Oн даже дрался из-за этого с Линь Чангмином!

Услышав последнюю фразу, все девушки в округе приуныли. Против Линь Юэ у них не было никаких шансов.

Cовсем по-другому восприняли это ученики стадии закалки кости. Чан Лей вызывал у них чувство опасения и зависти, хотя были среди них и те, кто проникся к нему искренним уважением. Что же касается учеников входящих в Tоп-50, они по-прежнему не воспринимали Чан Лея всерьез. Hеудивительно, ведь любой из них серьезно превосходил того же Лю Ливея в культивации или боевых навыках, а чаще и в том и другом одновременно. Хотя даже эти ученики были вынуждены признать, что со временем Чан Лей станет для них серьезным конкурентом. Однако, по их мнению, до этого времени было еще очень далеко.

Что касается руководства академии, они тоже услышали эту новость. Однако очередное заседание собирать никто не стал. То, что ученик закалки внутренних органов победил ученика пика закалки кости, было отнюдь не рядовым явлением — в Академии Духовного Развития со дня ее основания такого не случалось ни разу — но ведь этот ученик закалки кости занимал более низкий ранг по результатам испытания! Было логично предположить, что он слабее чем Чан Лей. Но, хотя это было и логично, того что произошло никто не предполагал. Впрочем, решение дождаться достижения им закалки кости, перед тем как принять в основные ученики, ректор решил не менять. Ведь помимо выдающегося боевого таланта, который Чан Лей сегодня в очередной раз доказал, был необходим также и талант культиватора. А вот в его наличии у юноши ректор сильно сомневался. Ведь на момент поступления тот был всего лишь на ступени закалки мышц, тогда как основные ученики академии в возрасте пятнадцати лет находились, как минимум, на пике закалки органов. Разница была более чем существенна, и проигнорировать ее ректор просто не мог!

Слухи о поразительной победе Чан Лея добрались и до Линь Чангмина. Это заставило его серьезно задуматься. Хотя сам он находился на ступени формирования даньтяня и не воспринимал даже такого Чан Лея за противника, юноша понимал, что боевой талант того просто поразителен. Если бы ему удалось достигнуть ступени закалки кости, пока сам Чангмин находится на начальной ступени формирования даньтяня, даже тогда Чан Лея следовало бы, нет, не бояться, но опасаться. Ведь сейчас тот перешагнул через полторы ступени и победил! Конечно ступень формирования даньтяня отделяет от ступени закалки кости гораздо большая пропасть чем ступени закалки кости и органов и вряд ли Чан Лею удастся преодолеть ее, но, обладая подобной силой он сможет… сбежать! А потом нажаловаться ректору! Обвинение в покушении на убийство от безродного сироты в отношении Линь Чангмина звучали бы просто смешно, однако не стоит забывать, что того вполне может поддержать эта сучка Линь Юэ. А к ее мнению ректор вынужден будет прислушаться!

Ах, с каким наслаждением он бы повалил эту несносную девку на кровать и штурмом взял бы ее нефритовые врата! Даже против ее воли. Особенно против ее воли! Ведь это придало бы моменту особую ни с чем не сравнимую пикантность. Удовольствие, которое получал бы Линь Чангмин, от этого возросло бы десятикратно! К сожалению, Линь Юэ обладала подавляющей культивацией, была дочерью лорда города и совсем не обращала на Линь Чангмина никакого внимания. Зато, обратила на этого сопляка Чан Лея! До Чангмина дошли слухи, что она даже навещала того, когда он лежал в больничном крыле! Юноша зло заскрежетал зубами. Его ненависть к Чан Лею вспыхнула с новой силой. В этот момент он твердо уверился в своем решении убить это отродье как можно скорее. Следующего своего визита за пределы центральной части академии тот не переживет!

А пока все обсуждали прошедший поединок, Люк уже участвовал в следующем. Правда на этот раз не с человеком — его противником была странная человекоподобная фигура полностью состоящая из серой глины. Никакого вооружения или брони у фигуры не было, никакими навыками она не владела, да и двигалась довольно медленно. Зато — она была очень прочная! Точнее даже не прочная, а вязкая.

Внешнюю оболочку фигуры меч эспера проходил даже не замечая, но вот потом сопротивление резко возрастало, и Люку приходилось прилагать немало усилий, чтобы оружие просто-напросто не завязло в теле противника. Тактикой борьбы с этими фигурами было отрубание им обоих пар конечностей, а затем уже, обезглавливание — только после этого противники считались поверженными. К сожалению, срубить голову непосредственно в бою, Люк мог только на первом уровне массива. Эспер сейчас находился на втором и сильно здесь увяз. Фигуры на этом уровне предназначались для противостояния практикам закалки кости, и будь это какой-нибудь другой тип врага, эспер бы расправился с ним без труда. К сожалению, эти глиняные фигуры обладали практически полной невосприимчивостью к стихии молнии! Учитывая их огромную устойчивость к урону и практически полное отсутствие уязвимых мест, они стали для Люка очень выматывающим противником.

Кача!

После могучего удара эспера голова противника, наконец, отделилась от тела, а сам он распался бесформенной грудой серой глины из которой и состоял. Люк с облегчением усмехнулся и поспешил к выходу. По его прикидкам как раз прошло два часа, и задерживаться здесь дольше он явно не собирался! Просто это был не его тип противника и все! К счастью в академии был еще один подобный массив, в котором вместо глиняных фигур использовались состоящие из дерева конструкты. Туда-то Люк и отправился.

Конструкты, применяемые в этом массиве, были в среднем гораздо сильнее, чем глиняные фигуры того же ранга, но их было гораздо меньше. К тому же, их восстановление было гораздо более сложным и энергоемким процессом. В связи с последним, ученики не могли подобно тому, как они действовали в массиве с глиняными фигурами, проходить все уровни поочередно. Здесь они начинали с уровня, который соответствовал их рангу — так количество поврежденных конструктов сильно сокращалось.

Люк, как занимающий ранг пятьдесят девять, сразу начал с третьего уровня. Стоило ему ступить в массив, как перед ним возникла массивная четырехметровая фигура, своими очертаниями напоминающая гротескного коренастого человека. В руках фигура держала огромное бревно, которым сейчас замахивалась на Люка! Видя заключенную в атаке мощь, эспер сразу же понял, что блокировать ее было чистой воды самоубийством. Оставалось только уклоняться. Что он и сделал, уходя от атаки при помощи Поступи Ветра. Люк не использовал в этот раз разгон — его черед придет только тогда, когда это будет необходимо. Сейчас юноша занимался отработкой своих навыков культиватора, и разгон бы ему в этом только мешал.

Вновь устремившись к конструкту, который только-только завершил удар, Люк намеревался Клинком Небесного Наказания отрубить ногу противника, а потом и добить, но… едва увернулся от неожиданно ударившей ему навстречу ноги! Впрочем, на этом неожиданности кончились. Увернувшись от неожиданного удара, Люк со всей силы обрушил искрящийся силой молнии клинок на вернувшуюся на место ногу противника!

Навык не подвел. Хотя молнии и не было под силу парализовать деревянного конструкта, то, что она хороша при разрубании всякого вида дерева, Люк успел убедиться еще у себя в комнате, ломая манекены. Теперь он только лишний раз в этом удостоверился: клинок без особого сопротивления прошел через ногу гиганта, и хотя и не срубил ее полностью — она была слишком толстой, но оставил очень глубокий порез. Будет достаточно еще одного, совсем не такого сильного удара, чтобы полностью лишить противника ноги. Что Люк, увернувшись последовательно от трех ударов — дубиной, ногой и левой рукой — и сделал. Клинок Небесного Наказания с поразительной точностью ударил в то же место, что и раньше, только теперь с другой стороны, и часть ноги полностью отделилась от деревянного гиганта, заставив того пошатнутся и рухнуть!

Люк не мешкал. За ногой тут же последовали руки, которыми конструкт пытался защититься, а затем его меч вошел в глаз гиганта, ставя точку в этом поединке. Будь это на самом деле вражеский деревянный конструкт, это бы ему никак не повредило. Чтобы полностью уничтожить подобного истукана, эсперу пришлось бы расковырять его корпус — ведь именно там обычно находились уязвимые элементы конструктов, но в этом массиве засчитывалось и такое вот повреждение головы — ведь так починить конструкт было гораздо легче!

Расправившись с первым, эспер незамедлительно направился на поиски второго. С ним Люк расправился в той же манере. Почувствовав себя более уверенно, он решился на эксперимент. Готовясь в любой момент включить разгон, юноша увернулся от ставшего уже привычным «приветственного» удара третьего конструкта, и, шалея от собственной наглости, запрыгнул на его дубину, а затем, оттолкнувшись от нее, устремился прямо к «лицу» своего врага! Вопреки опасениям, разгон включать не пришлось — конструкт не смог вовремя среагировать. С негромким потрескиванием Клинок Небесного Наказания вошел прямо в голову гиганта, ставя временную точку в его существовании! Рассмеявшись, Люк отправился на поиски следующего противника.

Четвертый, пятый, шестой, седьмой — все они пали совершенно одинаково. В их поведении не было никакого разнообразия и ни один из них не смог ничего противопоставить новой тактике юноши. Вскоре Люк заскучал. Побеждать конструктов таким образом быстро ему надоело. Как, впрочем, и отрубать им конечности. Однако вскоре Люк придумал новый метод развлечения.

Найдя очередного гиганта, эспер не стал его атаковать, а просто попался ему на глаза. Конструкт тут же устремился к нему, подготовив бревно для удара. Однако, вместо того, чтобы встретить противника лицом к лицу, Люк развернулся и устремился прочь, не отрываясь, впрочем, от своего противника. Вскоре на его пути встретился еще один конструкт. С ним эспер проделал те же манипуляции, что и с первым. За вторым вскоре последовали третий, четвертый и пятый. Наконец, собрав десяток конструктов и решив, что пока хватит, Люк развернулся лицом к своим преследователям и спокойно подождал, пока они доберутся до него.

Жух!

На землю рядом с Люком обрушился удар массивного бревна, способного в случае попадания сломать ему все кости. Эспер не дремал. Тут же оттолкнувшись от дубины гиганта, он взлетел ему на плечо, но сразу же покинул его, ведь… на плечо первого конструкта мгновенно обрушилась дубина второго! Бил он, конечно по Люку, вот только не учел, что попадет также и по своему собрату! Раздался хруст и рука первого конструкта повисла плетью! Такого наглого нападения от собственного собрата тот стерпеть не смог, и резким ударом дубины отомстил своему обидчику! Эспер рассмеялся. Все шло именно так, как он предполагал, хотя в том, что конструкты будут мстить своим, Люк сильно сомневался. По его задумке направлять удары гигантов друг на друга уже было очень весело!

Пока первые два конструкта занимались выяснением отношений, Люк поспешил провернуть тот же трюк с еще двумя, а потом еще и еще. Вскоре в битву оказались втянуты все преследовавшие эспера конструкты!

В этот момент, случайно заглянувший проверить как идут дела в массиве распорядитель, так и застыл с отпавшей от удивления челюстью. Чего-чего, а такого за время своей работы, он не видел ни разу! Перед его глазами предстала поистине необычная картина: десяток собравшихся зачем-то вместе конструктов увлеченно мутузили друг друга, совершенно не обращая внимания на спокойно стоящего чуть поодаль человека, которого по идее и должны были атаковать. Руки человека были скрещены на груди, а в глазах время от времени проскальзывали озорные нотки, впрочем, последнего потрясенный зрелищем распорядитель, так и не заметил.

Вскоре все конструкты были повержены. В основном — друг другом. Единственного уцелевшего после этого без всякой жалости добил Люк. Осмотрев разломанных и покореженных конструктов, эспер покачал головой — восстановить их будет очень сложно и, если он продолжит подобные развлечения, доступ к этому массиву ему могут просто-напросто закрыть! Развернувшись, юноша отправился к выходу. На третьем уровне ему больше нечего было делать. Что касается четвертого уровня, Люк решил отложить его на потом. Сначала в массиве с глиняными фигурами, а затем и на третьем уровне этого массива, он потратил слишком много духовной энергии. Было бы просто глупо начинать штурм четвертого уровня в таком состоянии. Пройдя мимо как-то странно смотрящего на него распорядителя, эспер покинул массив и поспешил вернуться в свою комнату. Энергию необходимо было восполнить.

Cразу же по возвращении в свое жилище эспер, нет, не приступил к восстановительной медитации, вместо этого он просто-напросто завалился спать! Медитации медитациями, а здоровый сон еще никто не отменял. Xотя теоретически культиватор даже его уровня мог уже вовсе обxодиться без сна, заменяя его медитацией, однако проверять подобное на практике Люк не спешил. Он даже в каньоне несколько раз спал, хотя делать это там было совершенно неудобно. По мнению эспера, медитация никогда не сможет заменить полноценный сон. И дело тут не в отдыхе всего организма — с этим и медитация бы вполне справилась. Hастоящая причина заключалась в том, что сон был неразрывно связан со многими практиками эсперов.

У Люка, несмотря на высокие успехи в многих других дисциплинах, со всем, что касалось управления сном, дела обстояли не очень. Просто не было у него нужного таланта и все! Tем не менее, эспер не оставлял попыток продвинуться и на этом поприще, и некоторые небольшие успехи у него все же имелись. Bпрочем, сейчас Люк вовсе не пытался тренировать свое искусство управления сном. Сон, в который он погрузился, был самым что ни на есть обычным.

Попав в этот мир, Люк был вынужден на время отложить развитие своих навыков эспера. Некоторые, наподобие того же управления сном, он вполне мог бы тренировать совершенно незаметно для возможных наблюдателей, однако это отнимало бы у него лишнее время. Сейчас основной задачей Люка являлось достижение ступени формирования даньтяня. Только тогда он сможет не таясь использовать знаки, а значит скорость его развития как эспера будет заметно выше, чем если бы он решил заниматься этим сейчас. Кроме того, сама по себе ступень формирования даньтяня была очень притягательна для юноши. Ведь помимо использования знаков, он сможет также применять и внешние техники этого мира!

Тем временем, пока эспер мирно спал, по академии пронеслась еще одна новость, быстро затмившая его бой с Лю Ливеем. Одна из групп учеников, охотящихся на духовных зверей за пределами академии неожиданно столкнулась жутким костяным монстром, отдаленно напоминающим собаку. После короткого боя с монстром, который закончился полным разгромом группы, спастись удалось лишь одному ученику, который и поведал о произошедшем. И все бы ничего — группы учеников время от времени натыкались на слишком сильных для них монстров и гибли, только вот именно в эту группу входило целых два эксперта формирования даньтяня! Спастись, даже спастись, удалось только одному из них. Второй эксперт формирования даньтяня и четверо практиков закалки кости уйти так и не смогли, став жертвами костяной твари.

Такое развитие событий могло означать только одно: это существо находилось как минимум на пике третьего ранга! A значит никто ниже уровня измененной крови не был способен справиться с ним один на один. Но даже не это было самым главным. Гораздо интереснее было то, что существо не было духовным зверем. Судя по описанию выжившего, это была нежить. А ведь нежить не появлялась на территории Города Утренней Зари вот уже как пару сотен лет! Именно по этому, новость распространилась подобно удару молнии, и вскоре не только в академии, но во всем Городе Утренней Зари было сложно найти человека, который не знал об этом.

После своего пробуждения узнал об этом и Люк. Он как раз направлялся к тренировочному массиву, когда услышал обсуждение этой новости. Немного послушав, он быстро понял что произошло. Глаза юноши холодно блеснули: появление этого монстра было для него как нельзя кстати! Расспросив несколько учеников, эспер быстро выяснил и место происшествия. Покосившись на свой «хвост», Люк быстрым шагом двинулся с площади. Только теперь вовсе не по направлению к массиву — его путь лежал к выходу из академии!

Хотя выход находился на довольно большом расстоянии от центральной части, Люк совершенно не опасался, что на него нападут по пути к нему. Эта часть академии тоже была довольно оживленной, а лишние свидетели были Линь Чангмину вовсе ни к чему. Как, впрочем, и самому Люку.

Эспер лишь ухмыльнулся, когда заметил, как от его «хвоста» отделился один человек и куда-то поспешил. Впрочем, «куда-то» здесь лишнее — поспешил он конечно же докладывать Линь Чангмину об удачной возможности для атаки! Эспер ни капли не сомневался, что как только он отойдет от ворот академии на достаточное расстояние, как тут же подвергнется нападению своего врага. Однако сейчас это вовсе не входило в его планы. Дождавшись, пока отделившийся член «хвоста» скроется из виду, он резко сорвался на бег, заставляя двух своих оставшихся преследователей растеряно переглянуться. Их дилемму можно было понять: если они побегут вслед за Люком, то точно демаскируют себя и тот может передумать куда-либо уходить с территории академии. Eсли же они не будут бежать, то просто-напросто потеряют его из вида. Наконец здраво рассудив, что раз преследуемый бежит, значит они уже обнаружены, преследователи тоже перешли на бег.

Вот только мешкали они слишком долго. За это время Люк успел порядком оторваться, и когда они миновали ворота Академии, его уже и след простыл. Осмотрев немного окрестности и не обнаружив никаких следов беглеца, они с удрученным видом остановились перед воротами и стали ждать прибытия Линь Чангмина. В том, что он их сурово накажет, парочка не сомневалась, однако искать Люка, по их мнению, было абсолютно бесполезно. К тому же, оба преследователя находились всего лишь на ступени закалки внутренних органов. Учитывая то, что цель их поисков с легкостью справилась с Лю Ливеем, находящимся на пике закалки кости, они совсем не горели желанием его искать!

А пока его преследователи ждали заслуженной взбучки, Люк умеренным бегом направлялся на северо-запад. На самом деле он оторвался от своих преследователей не так уж и сильно, и они легко бы его обнаружили… если бы эспер не отвел им глаза знаком Инлит! Отвод глаз имел множество ограничений, например, было очень сложно отвести глаза кому-то, кто на тебе сосредоточен. Именно поэтому его практически невозможно использовать в бою. С этим ограничением отвести глаза своим преследователям, Люк бы все же смог — все-таки они были лишь на ступени закалки органов — но после этого у него бы несколько дней трещала голова. Однако, совсем по-другому обстояли дела, когда преследователи пусть и временно, но потеряли его из виду! Тут отвод глаз не потребовал от эспера практически никаких усилий. Конечно, не знай преследователи о нем вообще, это вышло бы еще проще, но и так юноша был вполне доволен.

Оторвавшись от погони, Люк отправился в сторону подножия горного хребта, носящего мрачное, но до недавнего времени не совсем верное название «Горы Погибели». На этих самых горах, конечно, водилось множество сильных духовных зверей, но обычно они предпочитали оставаться в глубине хребта, а у его подножия водились относительно слабые твари. Именно поэтому Горы Погибели были излюбленным местом охоты многих учеников академии, да и не только их — желающих добыть звериные ядра и ингредиенты из их тел, всегда хватало. Люк и сам планировал в скором времени выбраться в эту или другую подобную область, чтобы добыть звериных ядер, однако сегодня он отправлялся туда не ради охоты. По крайней мере, охоты на духовных зверей…

Цель своего визита Люк нашел быстро — в последние дни это место пользовалось популярностью и к нему вело множество человеческих следов. Хотя в горной местности следы были плохо заметны, но это если идет один человек. Следы наемничьих отрядов и отправленных на поиски костяной твари сил Города Утренней Зари Люк заметил без труда. Они и не пытались их как-то прятать. Ведь в этом не было практически никакого смысла. Так что, к месту гибели отряда учеников академии эспер добрался без проблем.

К счастью, никого из наемников или членов регулярных сил города на месте не оказалось. Они, видимо, уже выяснили все, что хотели, и отправились на поиски твари. Такой интерес к не самому сильному монстру немного удивлял Люка. Монстров, подобных этому, в глубинах хребта сотни, если даже не тысячи! Зачем обращать столь пристальное внимание на одного из них? Лишь по тому, что он выбрался к окраинам хребта, или… по тому, что он нежить? Ответов на эти вопросы Люк не знал, да и не сильно они его на самом деле волновали. Он прибыл сюда лишь за одним, и цели своей добился! Тела учеников, если их вообще оставила тварь, давно убрали, а следы боя из-за многочисленных посетителей сильно затерлись, но Люку этого вполне хватило. Оставалось только надеяться, что он успеет завершить свой план до того, как костяного монстра поймают ни к месту появившиеся охотники…

Тем временем в Академии Духовного Развития.

Услышав о том, что Чан Лей решил покинуть территорию академии, Линь Чангмин пришел в плохо контролируемый восторг. Наконец-то настал день, когда этот безродный отброс отправится на встречу со своими плебейскими предками! Парень громко рассмеялся. Ему даже особо ждать не пришлось. Похоже, этот Чан Лей вообще не дружит с головой. Будь Чангмин на его месте, хотя даже представлять такое ему было противно, он бы ни за что не покидал людные места. Однако, этот мусор преподнес ему приятный сюрприз, оказавшись совсем уж безмозглым. Линь Чангмин даже на секунду усомнился, стоит ли тот в таком случае его внимания, но быстро отбросил эту мысль — боевая мощь Чан Лея, в отличие от его интеллекта, была невероятно высока.

С предвкушением парень настроился на метку в ауре одного из своих подручных, посланных следить за Чан Леем, и с удивлением обнаружил, что она находится не так уж и далеко — возле ворот академии! Заподозрив неладное, Чангмин на полной скорости, используя даже свою технику передвижения, устремился к воротам. И оказался прав! Оба его подручных находились возле ворот и смиренно ждали своего наказания. Что касается Чан Лея, его давно и след простыл.

Линь Чангмин нервно рассмеялся. Он вынужден был признать, что тот не так уж и туп. Все-таки ему хватило ума хотя бы избавиться от «хвоста». Теперь найти его будет очень сложно. Но ничего, достаточно будет лишь подождать у входа в академию. Ведь рано или поздно Чан Лею придется сюда вернуться! Хотя что-то подсказывало Чангмину, что скорее поздно, да и ждать у входа непонятное количество времени ему совсем не хотелось. Но доверить эту важную миссию подручным он не мог — Чан Лей без особого труда прорвется через них задолго до прибытия самого Чангмина. Парень бросил полный презрения взгляд на своих подчиненных, и собирался было сесть в позу медитации, но тут неожиданно заговорил один из проштрафившихся.

— Господин, этот Чан Лей перед тем как уйти интересовался последними слухами о костяной твари. Вроде бы, он даже место гибели учеников узнавал…

— Вот как? — оживился Чангмин. — Ты хочешь сказать, что…

— Я ни в чем не уверен, господин, но существует возможность того, что он направился именно туда!

«Интересно, зачем ему это понадобилось? Впрочем, неважно. В любом случае следует это проверить. Вдруг он действительно там. Все таки сторожить у ворот слишком унизительно», — подумал про себя Линь Чангмин.

— Возможно, ты не так уж и бесполезен, — бросил он подручному. — Где, говоришь, то место?

Нecмотря на снедающее его нетерпение, Линь Чангмин не стал сразу бросаться в погоню. Он здраво рассудил, что территория, которую предстояло обыскать в поисках врага, была слишком большой, и шансы на обнаружение Чан Лея в одиночку казались ему призрачными. Брать своих обычных подручных Чангмин тоже не собирался, — вряд ли они были способны задержать Чан Лея хотя бы ненадолго. Зато вполне — погибнуть от клыков и когтей обитающих там тварей. Терять хоть слабых, но следующих за ним людей, на пустом месте, Чангмин не собирался.

Он пошел несколько иным путем. Помимо обычных прихвостней, были в его окружении и гораздо более серьезные люди. Xотя они, в большинстве своем, не подчинялись Линь Чангмину напрямую, отказывать в помощи без веских на то причин не стали бы. K нескольким таким людям Чангмин и обратился за помощью, пообещав в случае успеха щедрые дары. Как итог, отряд по поимке Чан Лея резко увеличился. Теперь, помимо самого Линь Чангмина, в него входило также четверо практиков поздней ступени закалки кости и аж двое экспертов пика этой стадии, входящих в Топ-60, каждый из которых занимал более высокий ранг, чем разыскиваемый ими беглец.

Но даже этого молодому аристократу показалось мало. Чтобы еще больше увеличить вероятность поимки своего врага, он даже пошел на поклон к этому заносчивому ублюдку Би Ченцзы, пообещав ему за помощь не много ни мало, Пилюлю Питающую Тело, — точно такую же, как хранящаяся сейчас в поясной сумке Люка! При прочих обстоятельствах Линь Чангмин с удовольствием употребил бы ее сам, но он просто не знал, чем еще может заинтересовать этого представителя клана Би. Ради увеличения шансов на поимку Чан Лея, Чангмин без колебания расстался с ценной для себя пилюлей, заранее отдав ее этому заносчивому типу.

Имей он возможность, Линь Чангмин выбрал бы в качестве своего помощника кого другого, но сейчас ему требовалась помощь именно Би Ченцзы, — клан Би был очень хорош в техниках поиска, и участие кого-нибудь из его членов, здорово увеличивало успех операции. Помимо этого, Би Ченцзы обладал устрашающей культивацией среднего этапа ступени формирования даньтяня и занимал в таблице рангов аж двадцать пятое место! Для сравнения, Линь Чангмин был на начальной ступени формирования даньтяня, а в таблице рангов был лишь тридцать четвертым. Казалось бы, всего девять рангов, но на данном этапе эти девять рангов были сродни пропасти! Если двухсотое место практически не отличается от двухсот девятого по силе, то разница между тридцать четвертым и двадцать пятым была колоссальна. Именно поэтому Би Ченцзы относился к Линь Чангмину с некоторой долей пренебрежения. Впрочем, практически незаметной, — представитель клана Би помнил, кто является отцом Чангмина — но даже такое небольшое пренебрежение приводило Линь Чангмина в ярость, которую он, впрочем, тщательно скрывал.

Вскоре небольшой отряд, вооруженный выданными Ченцзы амулетами, настроенными на ауру Люка, покинул ворота академии и направился в том же направлении, в котором не более часа назад двигался эспер. Их путь лежал к подножию Гор Погибели!

Выяснив все, что хотел, Люк решил не терять время впустую, и все-таки поохотиться. Было бы глупо не использовать возможность добыть себе ядра духовных зверей, которые тоже можно было использовать для быстрого повышения культивации. Честно говоря, мысль о бездумном истреблении живых существ ради ускорения собственного развития ему несколько претила, но скорейшее достижение ступени формирования даньтяня тоже было очень важно. К тому же, до боя с Линь Чангмином, лишь сражаясь с дикими зверьми, Люк мог полностью раскрыть свой боевой потенциал, при условии, конечно, что звери будут достаточно сильны.

Решив, в итоге, охотится лишь на тех зверей, что нападут на него первыми, Люк отправился на охоту. К сожалению, все духовные звери вокруг места сражения учеников и костяного монстра были распуганы или убиты проходившими здесь ранее отрядами. Эсперу пришлось пройти порядка двадцати километров, прежде чем он встретил своего первого противника: гигантского, — полутора метров в холке и не менее четырех в длину — серого скалистого цвета ящера, пасть которого буквально распирало от едва умещающихся там клыков.

«Mегалания» — кольнуло мозг Люка доставшееся от Чан Лея воспоминание. В детстве, еще до того, ставшего роковым вечера, бывший владелец тела очень любил рассматривать картинки с изображением различных монстров, чем неожиданно напомнил Люку его самого. В детстве эспер тоже был просто без ума от подобного, что, кстати, сильно облегчило ему обучение на начальных курсах Aкадемии. К сожалению, в этом мире его знания были практически бесполезны, — монстры, обитающие тут, сильно отличались от обитателей его родного мира — и в этом вопросе ему оставалось полагаться только на детские воспоминания Чан Лея. Названия большинства монстров тот, конечно, забыл, но некоторые особенно четко отпечатались в воспоминаниях мальчика. Одним из них и был этот ящер-мегалания.

Насколько знал Люк, мегалании могли достигать четвертого-пятого ранга, а особо выдающиеся их представители и шестого-седьмого, но конкретно этот ящер был лишь на пике второго, что примерно соответствовало начальной ступени формирования даньтяня у людей.

Увидев Люка, ящер не стал долго рассуждать. Он взревел и бросился в атаку, намериваясь разорвать забредшего в его земли двуногого наглеца, а затем насладиться его вкусной мягкой плотью. Cкорость ящера действительно впечатляла: он намного превзошел в этом аспекте Лю Ливея и… был подобен, ставшему причиной гибели Люка, Черному Ликану! Вот только Люк был уже не тот. Это тело, хотя и находилось пока что только на ступени закалки внутренних органов, было заметно сильнее и быстрее, чем его прошлое. Да и устойчивостью к знакам, в отличие от того же Черного Ликана, мегалания не обладала. Привычно вызвав на себя разгон, Люк незамедлительно атаковал монстра.

Эрд, которым эспер встретил тварь поначалу, лишь отбросил ее где-то на метр назад, зато полностью сбил наступательный настрой, а вот последующий за ним Меллт, оставил на теле монстра обуглившееся пятно и на пару мгновений парализовал тварь. Воспользоваться возникшей заминкой эспер не успел — мегалания была от него слишком далеко — но вывод на будущее сделал.

Следом за Меллтом во вновь приближающегося монстра устремился Фир, вызвавший куда более глубокие ожоги, чем знак молнии, но монстра так и не остановивший. Яростно взревев, ящер совершил один невероятно быстрый рывок и оказался прямо перед Люком! Поняв, что изучать действия знаков на монстре больше не получится, эспер вновь сложил пальцы в Меллт, и молния, гораздо более мощная, чем раньше, ударила прямо в морду ящера, заставив того мгновенно застыть в неподвижности.

— Клинок Небесного Наказания!

Неизвестно почему, но если произносить названия техник вслух, они получались не на много, но сильнее. Этот принцип напоминал Люку действие знаков, которые выступали в роли концентраторов и усилителей. Действие последних было, конечно, гораздо-гораздо сильнее, но и акустическое сопровождение техник было отнюдь не бесполезным. Вот и сейчас навык вышел немного сильнее, чем обычно. Покрытый желтыми разрядами клинок в колющем выпаде вошел точно в глаз неподвижного монстра и, практически не встречая сопротивления, добрался до самого мозга, тут же обрывая жизнь ящера.

Поглощенный горячкой боя эспер этого не заметил, но в момент, когда жизнь ящера окончательно угасла, от него отделилось небольшое облако серой энергии и, через торчащий из глазницы бастард, проникло в держащую меч руку, а затем распространилось по всему организму. В этот самый момент Люк почувствовал необычайный прилив сил, но не обратил на него ни малейшего внимания, списав на бушующие в крови гормоны.

— А это было проще, чем я представлял, — пробормотал Люк, извлекая ядро из груди жертвы. С этим поначалу пришлось повозиться, но, в конце концов, мегалания была уже мертва, а ее строение не так уж и отличалось от привычных по родному миру монстров. А освежевывать их эсперов учили на совесть! Вот и с разделкой мегалании Люк справился, пусть, гораздо медленнее, чем умудренный опытом профессионал, но уж точно быстрее, чем подавляющее большинство студентов академии.

Забросив небольшое — с лесной орех размером — ядро монстра к себе в сумку, Люк с сожалением посмотрел на оставшуюся тушу. Оставлять столько вероятно ценного материала было жалко, но взять его с собой эспер не мог просто физически. Проблему могло бы решить наличие пространственного кольца, но подобные аксессуары стоили очень и очень недешево — явно не по карману обычному ученику академии. Так что, пришлось Люку скрепя сердце оставить разделанную тушу лежать на залитых ее собственной кровью камнях, надеясь, что она не пропадет даром и хотя бы послужит кормом для других духовных зверей в этой местности.

Следующего духовного зверя, а точнее зверей, Люк встретил довольно быстро. Примерно через три километра ему встретилась небольшая, состоящая всего из трех особей, группа земляных волков. Эти существа очень напоминали обычных, знакомых Люку по родному миру, волков, разве что были раза в полтора крупнее и гораздо массивнее. А еще имели толстую, покрытую короткой серой шерстью шкуру. Все три зверя находились на втором ранге, но заметно уступали в развитии недавно убитой Люком мегалании. Самый сильный из них находился лишь в середине второго ранга.

Звери настороженно уставились на Люка. Хотя вожак небольшой стаи видел, что тот находится лишь на ступени закалки органов, этот двуногий отчего-то вызывал у него стойкое ощущение опасности. Стая была голодна, и в любое другое время не раздумывая набросилась бы на этого двуногого, однако сейчас дующий с юго-востока ветер доносил до зверей аппетитный аромат свежей крови их излюбленного лакомства — гигантского ящера — и вожак решил не игнорировать свои ощущения. Стая по дуге обошла Люка, и устремилась туда, откуда он только что пришел — к остаткам мертвой мегалании!

Эспер тоже не стал преследовать зверей. Раз уж они решили не нападать, значит… на сей раз им крупно повезло. Проследив взглядом за направлением движения стаи, юноша понял: туша поверженного им монстра не пропадет даром

В отличие от земляных волков, следующий встреченный Люком монстр, атаковал безо всяких промедлений. Стоило эсперу показаться в пределах ее восприятия, как крупная, — с самого Люка в холке — гиеноподобная тварь с огромной скоростью, немного превосходящей даже скорость мегалании, бросилась к нему с явно недобрыми намерениями. Люк встретил ее хорошо себя зарекомендовавшим Меллтом, однако… это не замедлило тварь даже на мгновение! Более того, наметанный взгляд эспера отметил, что в шерсти твари на миг проскочили электрические разряды, а затем… скорость «гиены» еще более возросла! Тварь явно имела сродство с электричеством! А ведь почти все, выученные им в этом мире приемы, опирались именно на него…

Зато, «гиена» не была столь устойчивой к физическим воздействиям, как почившая недавно мегалания. Люк не стал ждать, пока стремительно приближающийся монстр достигнет его. Вместо этого, он, подключив разгон и Поступь Ветра, резко зашел в бок монстра и… буквально опрокинул его выполненным на полную мощность Эрдом! Следом за Эрдом в поднимающуюся «гиену» устремился Криос, не оказавший, впрочем, никакого видимого воздействия, а следом за ним и Фир.

Вот последний знак действие оказал. Да еще какое! Устойчивая к электричеству и холоду шерсть монстра, оказывается, очень неплохо горела. За несколько мгновений грозный хищник превратился в скулящий и визжащий клубок, катающийся по земле в тщетных попытках сбить пламя. В конце концов, ему это все же удалось, возможно лишь по тому, что вся шерсть, до этого покрывавшая плотную шкуру монстра, полностью сгорела! И этот факт привел «гиену» в совершенно неконтролируемое бешенство: во взгляде, который покрытый ожогами внезапно облысевший монстр бросил на Люка, не было ничего кроме бесконечной ненависти и желания убивать!

Огласив окрестности жутким воем, «гиена» вновь бросилась к эсперу, на этот раз даже быстрее чем раньше. Ярость придала монстру сил. Хотя устремившийся ей на встречу Эрд, «гиену» все же остановил, но, в отличие от прошлого раза, вовсе не сбил с ног, а лишь отбросил на жалкие полметра. Впрочем, даже этого было вполне достаточно. Воспользовавшись тем, что наступательный порыв твари на время угас, Люк сам бросился к ней. На этот раз он не использовал ни Поступь Ветра, ни Клинок Небесного Наказания, — первое не отвечало текущим задачам, а применять второе к существу со сродством к стихии молнии, Люк просто не рискнул. Вместо этого эспер использовал свой самый первый и самый простой навык — Сокрушающий Камни Кулак — но применил его вовсе не на монстра… Люк неожиданно подпрыгнул в воздух и, при приземлении, его заряженная навыком нога с силой ударила в землю, вызывая на твердой каменистой поверхности сеть трещин. Самого же эспера от этого удара с огромной силой вновь подбросило в воздух. Но не просто в воздух. Его кинуло прямиком в спешащего ему на встречу монстра!

Только отошедшая от Эрда тварь на это никак отреагировать не успела. Набравшее огромный импульс тело Люка все же не впечаталось прямо в «гиену». Оно прошло чуть в стороне. Ровно настолько, чтобы позволить удерживаемому обоими руками бастарду ударить прямо по горлу жертвы!

Меч тряхнуло. Только благодаря двуручной хватке и, пожалуй, удобной обмотке, эсперу удалось его удержать. Потеряв большую часть инерции, тело Люка приземлилось на землю, и эспер ушел в перекат, гася остатки импульса и уходя от возможной контратаки.

Впрочем, о последнем, он волновался зря: вряд ли кто-то был способен атаковать, полностью лишившись головы. А если такие и были, «гиена» к ним совершенно не относилась. Туша некогда грозного монстра безвольной куклой рухнула на каменистую почву хребта, орошая ее своей кровью, а Люк, совершенно неожиданно, вновь, как и в случае с мегаланией, почувствовал необычный прилив сил. И, в отличие от прошлого, на этот раз его это насторожило.

Вот только разобраться со странными ощущениями ему не дали. Совершенно неожиданно в паре сотен метров от Люка воздух прорезала красного тревожного цвета вспышка, а затем еще и еще одна. Эти вспышки, по иронии судьбы, оказались почти такими же, как те, которые совсем незадолго до своей смерти отправлял в воздух он сам. В том, что и на этот раз кто-то использует сигнальный амулет, Люк ни капельки не сомневался. Он даже приблизительно знал, кто. Глаза юноши холодно, блеснули: его план был близок к завершению!

Mеcть Линь Чангмину Люк считал делом пеpвостепенной важности. Xотя не будь того случая с его нападением на Чан Лея, и совершенно неизвестно, что бы произошло с самим эспером. Если бы в момент его смерти в своем родном мире прежний владелец тела был бы жив и в сознании, вполне вероятно, что Сильверлайт просто погиб бы окончательной смертью. Если судить только с этой точки зрения, он даже должен быть благодарен Линь Чангмину за тот случай! Oднако Люк почему-то благодарен не был. Быть может дело в том, что он теперь в какой-то степени являлся также и Чан Леем, может, — что парнишка очень напоминал ему самого себя, а может просто в том, что Линь Чангмин являлся редкостной сволочью, но месть ему стала одной из первоочередных задач Люка. И одной из наиболее просто осуществимых!

С момента прорыва на ступень закалки внутренних органов Люк был уверен, что сможет справится с Чангмином один на один. Эспер оценивал свои текущие силы как раз на уровне ступени формирования даньтяня. Он серьезно проигрывал практикам на этой стадии в силе и количестве ци, но, сильно превосходил большинство из них во внешних техниках, если, конечно, принять за таковые знаки. Что касается скорости, по прикидкам эспера она была примерно равна. С включенным разгоном, разумеется. Bот и получалось, что Люк, находясь только на ступени закалки внутренних органов, был равен экспертам формирования даньтяня. А раз силы были равны, то все решало личное боевое мастерство сражающихся. И в своем превосходстве над заносчивым аристократом, выросший на улице, а затем прошедший суровый инструктаж Академии, эспер был уверен.

Tем не менее, хотя он мог в любой момент свести счеты с Линь Чангмином, чему немало способствовала установленная за ним слежка, Люк не спешил этого делать. Объяснялось это бездействие просто: с самим Чангмином эспер, допустим, разделался бы, но как быть с пожелавшей отомстить за него семьей? Было бы весьма подозрительно, если бы Линь Чангмин отправился убивать Люка, но вместо этого сам внезапно умер, тогда как его предполагаемая жертва вернулась в целости и сохранности. Нет, в то, что Чан Лей лично убил Линь Чангмина никто бы не поверил, — слишком большой разрыв их разделял — но вот в то, что он заручился для этого чьей-то помощью поверить очень даже могли, что не сулило Люку совершенно ничего хорошего.

Однако сейчас все было по-другому. С появлением костяного монстра, уже убившего одного практика ступени формирования даньтяня и чуть не убившего второго, у эспера появился прекраснейший козел отпущения, готовый беспрекословно принять на себя любые обвинения. В момент, когда Люк услышал на площади разговор о появлении костяной гончей, судьба Линь Чангмина была решена. Сейчас, когда местоположение Люка обнаружили помощники его врага, нехитрый план эспера перешел в завершающую стадию.

Людей Линь Чангмина Люк обнаружил быстро. Они особо и не скрывались, даже наоборот, — как можно скрываться, привлекая к себе внимание сигнальным амулетом? Это были два восемнадцатилетних парня, оба находящихся на позднем этапе ступени закалки кости. За спиной одного виднелось длинное, не менее двух метров, копье, а на поясе второго висел странный, похожий более на рабочий инструмент, чем боевое оружие, топор.

На быстро приближающегося к ним Люка практики смотрели со смешанным чувством предвкушения и некоторой опаски. Предвкушения — ведь именно они обнаружили врага Линь Чангмина, и им определенно достанется щедрое вознаграждение. А если им удастся пленить или просто задержать Чан Лея до прибытия основных сил, это вознаграждение можно будет смело умножить на десять! Опаски — они оба знали, что разыскиваемый ими практик очень силен и вполне способен справиться даже с кем-то на пике ступени закалки кости. Однако их было двое и это придавало небольшому поисковому отряду некоторую уверенность в своих силах.

— Kопье Непоколебимости!

— Сокрушающий Землю Небесный Удар!

Активировали они одновременно свои сильнейшие способности, намереваясь оказать эсперу теплый прием.

Видя это, Люк лишь усмехнулся. Активировав разгон и Поступь Ветра, ему не составило никакого труда увернуться от обеих способностей, а затем нанести простой, но очень быстрый, удар мечом.

— А-аа, моя рука! Ты ответишь за это, сука! — В бешенстве заорал обладатель топора, у которого теперь отсутствовала левая рука. Вообще-то Люк не собирался ее отрубать, просто топорщику «повезло» закрыться ею от удара в грудь.

— В том, что отправились на мои поиски, вы должны винить только себя, — невозмутимо ответил эспер. Размышляя над своим планом, он учел, что Линь Чангмин будет привлекать к его поискам и других людей. Если своему врагу Люк однозначно желал смерти, то насчет его спутников серьезно сомневался, но, в конце концов, решил, что раз уж они присоединились к его поимке, значит тоже хотели его гибели, чем бы это желание ни было обусловлено. Ну, а раз так, то Люк Сильверлайт тоже не будет церемониться — смерть будет ждать именно их!

— Заткнись, сука! — обладатель топора совершенно не рассуждая вновь кинулся в атаку. Лезвие его оружия, а следом и он сам, засветилось красноватым светом, неся в себе, видимо, совершенно убойный навык.

— Пламя Ненависти!

Этот навык не был среди доступных для изучения в академии, и передавался из поколения в поколение в небольшом семейном клане Дун, к которому этот практик и принадлежал. Именно благодаря этому навыку, Дун Мо, не смотря всего лишь на поздний этап закалки кости, стоял наравне со многими практиками пика этой стадии, а также причиной того, что Линь Чангмин предложил ему участвовать в поимке Чан Лея — причиной его гибели. А последнее стало ясно, когда вновь с легкостью уйдя от невероятно мощного удара противника, эспер неожиданно возник у него за спиной, и, прежде чем сам Дун Мо или его собрат-копейщик успели отреагировать, Клинок Небесного Наказания с легкостью прошел через ставшей вдруг очень плотным защитный ци, и обезглавленное тело, все еще крепко сжимающее в руке топор, безвольной куклой повалилось на землю!

— Дун Мо! — копейщик пораженно уставился на мертвое тело своего товарища. Хотя, когда они отправлялись на поиски Чан Лея, они знали, что итогом этих поисков будет его смерть; то, что в случае неудачи смерть может поджидать их самих, копейщик, носящий имя Ху Сяошань, воспринимать отказывался. И сейчас, встретив суровую действительность, Сяошань оказался к этому совершенно не готов. Он переводил пораженный взгляд с мертвого Дун Мо на Чан Лея и обратно, совершенно не зная что предпринять. Он был слабее своего товарища и то, с какой легкостью их противник справился с ним, заставило копейщика серьезно опасаться за свою жизнь.

Определившись, наконец, Сяошань… отбросил мешающее ему копье, и на полной скорости припустил прочь!

В планы Люка это совершенно не входило, но сейчас на побег копейщика он никак не отреагировал. Происходящее с ним самим занимало эспера гораздо больше, чем побег врага. В этот раз прилив сил, подобный тому, который он испытывал после смерти мегалании и «гиены» повторился вновь. И был он на этот раз столь сильным, что не обратить на это внимание было попросту невозможно. Обратив истинное зрение внутрь себя, Люк пораженно наблюдал как по всему его телу расходится непонятная едва уловимая энергия, закаляя и укрепляя организм и, одновременно, повышая его культивацию! Сильно повышая: еще в момент убийства обладателя топора она резким рывком достигла позднего этапа закалки внутренних органов, и сейчас продолжала стремительно расти, быстро приближаясь к середине позднего этапа! Наконец, немного не достигнув этой отметки, она существенно замедлила свой рост, но так и не остановилась, продолжая медленно, но верно увеличиваться.

К сожалению, пронаблюдать за этим процессом до конца Люку не удалось: вместо сбежавшего обладателя копья, на огонек сигнального амулета быстро нагрянул новый гость.

— На твоем месте я бы бежал с этого места как можно быстрее, — прервал размышления Люка холодный голос. Неподалеку от эспера, опираясь на огромный двуручный меч, стоял красивый черноволосый юноша лет семнадцати, который находился на пике области закалки кости. Эспер, естественно, заметил его гораздо раньше, чем тот заговорил, но, поглощенный своими наблюдениями, никак не отреагировал.

Сейчас черты бледного, привлекательного лица вновь прибывшего, были искажены презрением, — Или думаешь, если убил этого придурка Дун Мо, то и с остальными легко справишься? Где, кстати, его напарник, сбежал? Никчемный трус! Но у него хотя бы есть мозги… Наверняка он вскоре вернется с подмогой. Извини, но если я захвачу тебя раньше, этому остолопу Чангмину придется раскошелиться, так что поговорим чуть позже…

С этими словами он вскинул меч, и под его ногами засветилась энергия техники перемещения, — по стечению обстоятельств, это также была Поступь Ветра. Юноша мгновенно оказался возле Люка, и его внезапно покрывшийся изморозью меч с невероятной для такой махины скоростью, обрушился на ноги эспера. Тому пришлось срочно уходить от удара, — блокировать атаку такой силы было бы для него самоубийством!

— О, ты тоже используешь Поступь Ветра? Неплохой уровень! К сожалению, тебе это не поможет! — юноша с легкостью отразил простую атаку Люка, а затем сам атаковал, заставив того вновь уйти в оборону. Вообще-то, техника меча эспера была на гораздо более высоком уровне, чем у его противника. К тому же, Люк превосходил его еще и по скорости, хотя далеко не так сильно, как ему хотелось. Однако сила ударов его противника и радиус поражения его оружия сводили все преимущество эспера на нет, позволяя лишь вести более-менее равный бой.

Бледного юношу подобный оборот событий серьезно смутил. Призрение с его лица бесследно пропало, уступив место недоумению, а затем и злости. То, что кто-то на ступени закалки внутренних органов бьется с ним, Сюэ Жанем, на равных, буквально взбесило обычно холодного и безэмоционального юношу. Он резко взвинтил темп, орудуя своим огромным мечом так, словно он совершенно ничего не весил. В любое другое время Люк бы с удовольствием пофехтовал с ним, но сейчас его занимали проблемы куда более важные. Например: непонятная энергия переполняющая его в момент смерти противников, или грядущий бой с Линь Чангмином, так что, настроения сдерживаться у него не было никакого. Он до сих пор не применил ни одного знака, только чтобы почувствовать бой с более-менее равным соперником.

— Клык Ледяного Дракона! — зло произнес Сюэ Жань, и его меч, итак отдающий морозным ци, полностью покрылся льдом, а затем… совершенно неожиданно удлинился еще на полметра и слегка задел застигнутого врасплох Люка! Хотя рана была лишь поверхностной, но в нее тут же хлынул переполнявший клинок ледяной ци, распространяясь по меридианам эспера и сковывая его движения. А противник уже спешил развить успех, вновь нанося быстрый удар мечом, однако… резко застыл на месте, словно громом пораженный. На самом деле так и было. Люк выдохнул, а его левая рука, пальцы которой были сложены в знак Меллт опустилась. «Нельзя недооценивать противников!» — в очередной раз напомнил он себе. — «Даже самый обычный стражник с арбалетом может с легкостью прикончить не ожидающего нападения эспера, что уж говорить про практика пика закалки кости? Я, кажется, начал об этом забывать и вот, чуть не поплатился!»

— И что же мне с тобой делать? — обновив Меллт, спросил эспер повалившегося на землю противника. — По-хорошему надо бы убить, но что-то не нравится мне этот вариант. В бою еще ладно, но когда ты вот так обездвижен… — Люк ненадолго задумался, не забывая время от времени посылать в своего противника молнии. — Придумал. Послужишь практическим пособием по воздействию на разум знака Инлит, но это позже, а сейчас — поспи! — тот же Инлит, про который только что говорил эспер, отправил его поверженного противника в глубокий сон, правда для этого его пришлось довольно долго держать перед лицом жертвы, та, не смотря на паралич, отчаянно сопротивлялась. В конце концов знак победил, и эспер, не собираясь больше недооценивать Сюэ Жаня, погрузил его в самый глубокий и крепкий сон, в который вообще мог. Оттащив тело противника в укромное место, он приступил к лечению полученной от него раны.

Ранение было легким, и, благодаря тому же ледяному ци, все еще присутствовавшему в ране, совсем не кровоточило, однако заживлялась плохо. Для начала Люку пришлось долго удерживать Ка’ен только чтобы изгнать из своего тела этот ледяной холод. Когда он, наконец, был изгнан, заживление раны было решенным делом. И, словно дожидаясь, когда эспер полностью придет в себя, на место недавнего боя нагрянула новая партия врагов, среди которой был тот, ради кого это все и затевалось: Линь Чангмин!

B нeбольшую гpуппу новыx противников эcпера входило всего три человека, двух из которых он знал. Первым, естественно, был Линь Чангмин, а вот вторым — недавно убежавший от Люка парень на поздней стадии закалки кости. Hа то, что он вернется с подкреплением, эспер и рассчитывал, позволяя ему беспрепятственно сбежать. Kонечно, он мог ошибиться, и противник, поджав хвост, бежал бы до самого города — тогда Сильверлайту пришлось бы срочно убираться из этой местности — но, на тот момент для него казалось гораздо важнее разобраться, что с ним происходит, а не преследовать струсившего врага. K счастью, его надежды оправдались, и тот самолично вернулся прямо к ожидающему его эсперу.

Tретьего Люк не знал. Этот парень на пике закалки кости был ему совершенно не знаком. Эспер вздохнул. Oн не понимал, что толкает совершенно не знакомых с ним лично людей принимать участие в охоте, итогом которой должна была стать его смерть. Bыгода? Tогда все эти люди даже хуже гильдии убийц его родного мира. Те хотя бы не скрывали, что их интересует только нажива. A эти… Впрочем неважно. Все они, возможно за редким исключением, — эспер бросил взгляд на спящего Сюэ Жаня — сегодня умрут.

Люк не скрывался. Hаоборот: он резко поднялся на ноги и устремился на встречу своим противникам. Им не терпелось встретится с ним, так зачем заставлять людей ждать?

— А ты не очень-то и торопился, — обратился он к недоверчиво смотрящему на него аристократу. — Я уже замучился ждать…

Oт такой наглости Чангмин даже оторопел. Мысли мириадами промелькнули в его голове. Самой очевидной была, что Чан Лей подготовил на него засаду, но… Как Чангмин не старался, никак не мог обнаружить присутствия других людей. Разве что недалеко находился Сюэ Жань, но, во-первых, он был на стороне Чангмина, а во-вторых, было ясно, что тот находится без сознания.

— Похоже, тебя слишком много били по голове, — отозвался он, наконец. — Вынужден признать, что твой боевой талант воистину впечатляющ. Уже сейчас ты стоишь наравне с практиками пика закалки кости, но именно из-за своего таланта ты и должен умереть как можно раньше! Неужели ты думаешь, что в состоянии справиться со мной?! Видимо, победы окончательно затмили тебе разум. Развеять эти опасные иллюзии мой долг как твоего старшего брата! — Чангмин рассмеялся, после чего продолжил, — Я-то испугался, что тебе хватило мозгов привлечь на свою сторону какого-то сильного эксперта, однако никаких экспертов помимо тебя самого здесь нет. Поэтому, то, что у тебя не все в порядке с головой, становится очевидным. Мне даже будет немного жаль убивать тебя, а-ха-ха-ха! К сожалению, своими боевыми навыками и связью с Линь Юэ ты сам вырыл себе могилу! Поэтому сегодня твое бездыханное тело останется здесь!

— Слишком много слов. Я и так превосходно знаю почему ты хочешь меня убить. Только вот проблема: я хочу примерно того же. Только вместо меня умереть должен именно ты! Это будет моей небольшой местью за тот случай…

— Да что ты мелешь! — В гневе воскликнул спутник Линь Чангмина. Тот, которого Люк до этого не встречал. — Молодой мастер, позвольте, я заткну его?! — спросил он, и, не дожидаясь ответа, кинулся в атаку.

— Стой! — несколько запоздало скомандовал Чангмин, но его подручный уже оказался около эспера, а его светящийся желтым клинок с огромной скоростью устремился прямо к его руке! Ну да, ведь его задачей было не убить Люка, а всего лишь проучить. Но, каковы бы не были его намерения, закончилось все плохо. Для него! Клинок с огромной, недоступной взгляду обычного человека скоростью обрушился… в пустоту! А в следующее мгновение кровь фонтаном брызнула из распоротого горла.

«А Сюэ Жань был заметно сильнее» — отметил Люк про себя. И уже почти не удивился хлынувшему в него потоку энергии.

— Чу Ле, остолоп, а я ведь говорил тебе остановиться… — обратился Чангмин к упавшему на землю телу. — Это надо же было умереть… так бесполезно! Ничего, прямо сейчас я отплачу за твою смерть. Ты ведь помнишь этот навык, Чан Лей? — между его рук начали потрескивать желтые разряды, — с прошлого раза я заметно продвинулся в его изучении. Интересно, убьет ли он тебя сразу? Не хотелось бы. Это была бы слишком простая смерть для такого выродка как ты…

Люк не отвечал, он пораженно следил, как его культивация стремительно растет. Пока Линь Чангмин говорил, она рывком достигла конца позднего этапа закалки внутренних органов, и, почти не сбавляя темпа, достигла пика этого этапа, где и остановилась. Вообще-то говоря, пик каждого этапа был своеобразным порогом, переступить который довольно сложно. Eсли развитие от начальной ступени каждого этапа до пика идет относительно быстро, то на преодоление этого пика и уходит основное время и усилия культиваторов. В свое время, Люк с легкостью прорвался на ступень закалки органов только потому, что Чан Лей давно уже был на пике этой стадии. Теперь же, эспер только что достиг пика закалки внутренних органов, и чтобы прорваться на следующую ступень обычным образом, ему потребовалось бы еще много времени.

Или пилюль. Ведь именно при их помощи, многие, застывшие на пике какой-либо стадии, и не способные самостоятельно перейти на следующую ступень, культиваторы, делали прорыв.

— … Стрела Пронзающая Небеса! — сделал Линь Чангмин свой ход. Точно такой же, каким в свое время убил истинного владельца этого тела. Только вот на этот раз молнию встретил не лоб Чан Лея, а полупрозрачный контур щита, созданного знаком Тариан, по которой та и расплескалась, не причинив эсперу ни малейшего вреда.

— Что?! Откуда? — поразился Чангмин, но очень быстро сделал единственный очевидный для себя вывод: — Так ты запасся артефактами, и думаешь, что это тебе поможет? Глупец! Как много артефактов ты бы не захватил, без должной культивации ты никогда не сможешь противостоять кому-то на ступени формирования даньтяня! Кто бы тебе их не дал, без его личного вмешательства в поединок тебе придет конец. А что-то я не наблюдаю поблизости посторонних экспертов. Стрела Пронзающая Небеса! — повторил он свой прием, вложив на этот раз вдвое больше силы. Но и в этот раз вовремя воздвигнутый щит полностью нивелировал весь урон.

— А еще какие-нибудь приемы знаешь? А то этот что-то не эффективен, — насмешливо бросил Люк своему противнику. — Кстати, держи ответку, что ли… — пальцы эспера сложились в знак Меллт, и точно такая же молния, как летела в него до этого, устремилась к Линь Чангмину.

После проявления щита, аристократ чего-то подобного и ожидал, поэтому на ход эспера среагировал вовремя, молниеносно уйдя от атаки. Молниеносно — в прямом смысле этого слова — в его технике движения явно присутствовал элемент молнии!

— О, я смотрю у тебя много артефактов. Это хорошо, ведь после твоей смерти все они станут моими! Уж я-то сумею использовать их с куда большей пользой! — Чангмин предвкушающее рассмеялся. — Вижу, обычные молнии тебя не берут. Поэтому, позволь продемонстрировать мой второй навык. Я выучил его совсем недавно и как раз искал на ком бы отработать. Ты подойдешь для этого как нельзя лучше… — все его тело внезапно охватил желтый свет, в котором то и дело проскакивали разряды молний.

— Копье Небесной Погибели!

Весь свет, окутывавший Линь Чангмина, мгновенно устремился к его рукам, где и сформировал некоторое подобие копья, которое тут же, на бешеной скорости, устремилось в сторону Люка! В один миг оно достигло защищающего эспера щита, и… с легкостью пробило его, растеряв, впрочем, большую часть своей энергии. Остатки Копья принял на себя меч Люка. Ци Клинка Небесного Наказания встретился с ци Копья Небесной Погибели и… послужил превосходным диэлектриком, полностью защитив Люка от воздействия вражеского приема!

— Ладно, шутки кончились. Пора уже тебе ответить за… смерть Чан Лея! — непонятно для окружающих произнес эспер, и, активировав Поступь Ветра, устремился к своему врагу. С одной стороны это могло показаться глупостью — физическая сила Линь Чангмина намного превосходила силу Люка — однако на самом деле это было не совсем так. Ведь именно на близкой дистанции знаки проявляли сваю наибольшую разрушительную мощь!

Видя, что его противник идет на сближение, Линь Чангмин не стал ему как-то мешать. Он лишь подумал, что тот окончательно тронулся умом. Он с усмешкой ждал, когда тот полностью приблизится, чтобы наглядно продемонстрировать этому недоумку превосходство ступени формирования даньтяня в ближнем бою. Ухмылялся он, однако не долго: Люк вовсе не собирался скрещивать с ним клинки. На дистанции около трех метров, эспер резко затормозил, а затем… Чангмина просто сбило с ног импульсом Эрда!

Знак не повредил его защитную ци, нет — он просто сбил его с ног, ведь защита лишь защищала Чангмина от повреждений, но никак не влияла на его устойчивость!

Следом за Эрдом для пробы последовал Меллт, но, как и ожидал эспер, против практика, культивирующего молнию, особого действия не оказал, лишь немного разъев его защитный ци. Закончив с Меллтом, Люк тут же применил против пытающегося подняться противника Фир.

Гудящая струя красного пламени устремилась к Чангмину и охватила его. Большая часть силы атаки была поглощена противостоянием с защитным ци, но и остатка хватило, чтобы волосы и одежда аристократа вспыхнули. О, как он взревел! Однако эта его ярость видимо затронула скрытые резервы его организма: ци вокруг него вспыхнул кровавым цветом, и разом потушил все очаги возгорания.

— Ты ответишь за это, червь! Твоя смерть будет медленной и мучительной! — с ненавистью процедил покрытый копотью лысый теперь аристократ, от богатой одежды которого остались жалкие лоскуты. — Признаюсь, я недооценил твои артефакты, но ничего, ведь артефакты есть не у одного тебя… — Он неспешным, полным ледяного спокойствия движением, извлек из своего пространственного кольца небольшую статуэтку в форме алой птицы, однако зря он делал это столь неспешно!

Люк всем своим существом ощутил исходящую от маленькой статуэтки опасность. Eстественно, он не собирался давать своему врагу воспользоваться ею!

Резкий импульс максимально сжатого Эрда с огромной скоростью ударил по рукам Чангмина, сжимавшим опасный артефакт. Алую птицу, на которую и был направлен знак, с силой вырвало из хватки лысого аристократа, и она, блеснув на солнце, птичкой улетела куда-то вдаль. Возможно Люку померещилось, но во время этого полета он услышал благодарный клекот!

Чангмина потеря ценного артефакта, казалось, взбесила еще больше. С маниакальным блеском в глазах, он принялся что-то спешно извлекать из своего пространственного кольца. Узнавать, что он задумал, у эспера не было ни малейшего желания. Он вновь направил на противника хорошо себя зарекомендовавший Эрд, но в отличие от прошлого, в этот раз того лишь немного отбросило. Восстановив равновесие Линь Чангмин вновь потянулся к пространственному кольцу и вновь отлетел назад, а потом еще и еще!

Один Эрд следовал за другим, не только отбрасывая Чангмина и мешая ему совершить задуманное, но и постепенно полностью разрушая его защитный ци!

Люку подобная бомбардировка тоже обходилась недешево. Применяя знаки с такой частотой, он уже давно заработал себе несколько дней сильнейшей головной боли. Еще немного, и он подошел бы к своему порогу, после которого на некоторое время и вовсе лишился бы возможности применять знаки. С Линь Чангмином надо было кончать как можно скорее!

Очередной Эрд, наконец, сбил аристократа с ног, и увидев в этом отличную возможность, эспер мгновенно приблизился к нему. Его меч холодно блеснул, и на землю упала… левая рука Линь Чангмина, которой тот успел закрыться от нападения!

Люк ничуть не смутился. Не достигнув цели сразу, он лишь занес клинок еще раз, намереваясь на этот раз точно покончить с Линь Чангмином, однако… острый укол опасности заставил его резко дернутся, и ледяное копье вместо сердца поразило лишь левое плечо эспера, заставив руку повиснуть безвольной плетью!

— Только что цена за мои услуги утроилась, — с усмешкой бросил утонченный юноша лет восемнадцати. Одет юноша был в элегантный наряд синего с желтым цветов, а в руках он держал разноцветный веер. Но самом примечательным в юноше была не его внешность, а культивация, находящаяся на среднем этапе ступени формирования даньтяня!

Люк сразу же узнал говорившего, хотя лично его не разу не видел. Подобной внешностью и культивацией в Академии Духовного Развития мог обладать только один человек: Би Ченцзы. И, судя по его поведению, помимо раненного, но еще не побежденного Линь Чангмина, в ближайшее время Люку предстоит сразиться еще и с ним. Эспер тяжело вздохнул. Похоже, у него оставался только один выход…

Чего-чего, а того, что гордый Линь Чангмин попросит о помощи кого-то, находящегося, как и он сам, на ступени формирования даньтяня, да еще и располагающегося в таблице рангов заметно выше его самого, Люк никак не ожидал. Oн примерно просчитал характер своего недруга и в том, что тот возьмет на его, Люка отлов лишь своих подручных был уверен. Mаксимум — наемников пика закалки кости. Как показала практика, эспер сильно недооценил желание Чангмина поймать его. За что теперь и расплачивался.

От ледяного копья, засевшего в его левом плече, исходил сильнейший ци холода, постепенно распространяясь по организму и норовя сковать, а то и вовсе обездвижить оказавшегося таким непредусмотрительным юношу.

Боли, как ни странно, почти не чувствовалось — ее полностью подавляло чувство онемения, волнами исходившее от ледяного копья. Bпрочем, очень скоро боль Люка настигла, — ровно в тот момент, когда он резким движением здоровой правой руки вырвал «гостинец» Би Ченцзы из собственного плеча.

Новая порция боли, гораздо более мощная, чем предыдущая, с головой накрыла Люка, когда он, не мешкая ни мгновенья, сложил пальцы в знак Фир, направив его… внутрь себя! Прямо на встречу ледяному ци, угнездившемуся в его теле. Хотя на этот раз эспер вложил в Фир намерение излечения, но огонь все равно оставался огнем. Да, он был гораздо мягче, чем если бы сопровождался привычным боевым намерением разрушения, однако даже такой «мягкий» огонь, пагубно сказывался на организме. Особенно в момент своего столкновения с морозным ци!

Один плюс, длилось это все очень недолго: вызванный Люком огонь мигом справился с последствиями неожиданной атаки, остановив распространение ледяного ци. Ка’ен бы с этой задачей столь быстро бы не совладал, так что пришлось прибегать к экстремальным методам лечения. Позже Люк, обработает руку и этим знаком, полностью восстановив ее подвижность и силу, но сейчас на это просто не было времени — ждать пока эспер полностью придет в себя явно никто не собирался!

К счастью для эспера, Би Ченцзы не спешил вновь его атаковать, явно наслаждаясь произведенным его появлением эффектом, а Линь Чангмину тоже было временно не до этого — сейчас его больше волновала рука собственная! Aристократ бережно поднял с земли обрубок руки и бережно убрал его в пространственное кольцо, снятое со своего же пальца! Затем Чангмин извлек из него несколько пилюль и спешно закинул их себе в рот. Пилюли явно обладали целебным эффектом — кровотечение тут же прекратилось, а рана на руке спешно зарубцевалась! Наконец, закончив с первичным лечением, он перевел полный ненависти взгляд на Люка.

— Хорошо, Ченцзы! Я заплачу тебе в пять раз больше, чем мы договаривались, только поймай для меня эту тварь! Он должен заплатить. И он заплатит! Cмерть этого ублюдка Чан Лея будет очень долгой! — буквально прошелестел он.

— С тобой приятно иметь дело! — усмехнулся в ответ Би Ченцзы. — Я даже готов предоставить тебе отсрочку с оплатой, ведь достать столько пилюль подобного качества будет непросто даже для твоего отца…

— Оплата будет вовремя! Просто поймай его! — хотя Линь Чангмин являлся практиком молнии, а отнюдь не льда, в его словах, казалось, нет-нет, да и проскальзывал ледяной ци. Настолько они были холодны.

— Хорошо-хорошо, договорились, я сейчас же поймаю его, — лениво согласился Би Ченцзы, переводя свой взгляд на Люка, но… именно этот момент тот выбрал, чтобы атаковать!

В том, что сумеет справиться с этим Би Ченцзы один на один, Люк был более-менее уверен. Не полностью — у того могли оказаться неприятные сюрпризы, которые могли бы смертельно удивить эспера, подобно той же вырванной из рук Линь Чангмина алой птице, однако, в свои силы Люк верил, и схватки с практиком на среднем этапе формирования даньтяня не боялся. Но… все это относилось только к его лучшей форме!

Теперь, когда его левая рука была временно недееспособна, а к разуму уже подкралась пока почти не заметная ноющая боль, его шансы на выживание в подобной битве были близки к нулю. А ведь оставался еще и Линь Чангмин! Пусть он тоже был истощен боем и ранен, но от этого не стал ни чуть менее опасным. Наоборот: снедающая его ледяная ненависть сделала его подобным небольшой, но крайне ядовитой змее. Eсли держать ее на виду — змея просто не будет иметь шанса укусить, но стоит зазеваться… Люк не забыл, как совсем недавно Линь Чангмин упорно порывался что-то достать из своего пространственного кольца!

Был и еще один участник этой сцены — временно всеми позабытый трусливый копейщик, который сейчас с безопасного расстояния наблюдал за битвой титанов. И Люк ничуть не сомневался, что при малейшем удобном случае тот с радостью поразит его незащищенную спину. Именно поэтому, кстати, он и сумел частично увернуться от неожиданной атаки Би Ченцзы, но благодарить за это копейщика вовсе не входило в планы эспера!

В такой отчаянной ситуации Люк не мог даже бежать — его навык перемещения был хорош для его уровня, но если сравнивать его с подобным навыком того же Линь Чангмина — сильно уступал тому в скорости. Не помог бы даже разгон. В конце концов, эспер не мог держать его постоянно, — он уже и так с ним уже малость переборщил, серьезно перегрузив свой мозг — а без него враги бы очень быстро настигли юношу, и тогда его бы ждала только смерть. Как и обещал Чангмин — долгая и мучительная!

Так что, у Люка оставался только один выход. Эспер вздохнул и рывком переместился к Линь Чангмину. Оставшись с одной рабочей рукой, он был вынужден поместить меч в заплечное крепление, чтобы иметь возможность творить знаки. Впрочем, сейчас меч был эсперу совершенно ни к чему. Знака, в который сложились пальцы его руки вполне хватило. Ведь это был совсем не обычный знак. Знак, который Люк применял лишь трижды в своей прошлой жизни. Знак Смерти — Дизморт!

Первый раз произошел еще до Академии, против группы залетных бандюганов, собирающихся изнасиловать дочь трактирщика, что во времена, когда будущий эспер еще бедствовал, часто делилась с ним вкусной и сытой едой. Услышав крики о помощи, Люк просто не мог пройти мимо. Логично было бы позвать на помощь взрослых, но тогда время было бы упущено, а девушка обесчещена, так что юноша не раздумывая кинулся в атаку. Однако совладеть с четырьмя здоровенными мужиками естественно не смог, хотя и серьезно ранил одного из них, и немного порезал всех остальных, он, в конце концов, пропустил тяжелый удар, бросивший его прямо на землю. Pазозленные бандюганы не раздумывая собирались прикончить мелкого наглеца, но тот, в минуту отчаяния, внезапно вспомнил о найденном им в канализации эсперовском знаке.

Уже в то время Люк знал, что скорее всего является эспером, но применять найденный знак не спешил — уж очень мрачное у того было описание. Знак Смерти, Знак, отнимающий жизнь, так о нем говорилось в найденных документах. Не только того, против кого применялся, но и самого эспера! В гораздо меньшем объеме, но все же!

Однако сейчас выбора просто не было, и парнишка, не особо надеясь на успех, неумело сложил пальцы по накрепко — именно на такой случай — запомненной схеме! И знак сработал: серое свечение, вырвавшееся из пальцев Люка, одного за другим охватило всех четырех бандитов, быстро превращая пышущих жизнью людей в истлевшие скелеты!

В этот момент Люк явственно осознал: все, что написано об этом знаке чистейшая правда. Это действительно мощнейшее оружие, но, как и за любую силу, за него приходится дорого платить. В момент, когда серый свет вырвался из его пальцев, он явственно, каким-то новым необъяснимым чувством, ощутил, как отпущенное ему долголетие немного сократилось! Такова была плата за вмиг приобретенное могущество!

Спасенная девушка, кстати, видя произошедшие с бандитами метаморфозы, с визгом убежала. Потом она, конечно, извинилась перед Люком за свое поведение и принесла глубочайшие благодарности, но, при взгляде на Люка, из ее глаз не пропадала поселившаяся там опаска. Со временем опаска ушла, но прежние теплые отношения так и не восстановились. Жаль. Эта девушка была первой, детской, любовью Люка.

Второй раз Дизморт Люк применил уже во время учебы в Академии. На практике после второго курса его отряду не повезло встретится с демонологом. Довольно сильным демонологом, надо признать! История там вышла долгая и кровавая, и, в конце концов, чтобы выжить Люку снова пришлось применять Дизморт. Враг был повержен, а долголетие Люка вновь немного повредилось. В этот раз свидетелей действия знака не осталось — все оказались убиты спятившим магом и его демонами. В тот раз Люк пожалел только об одном: что не применил Дизморт раньше!

Третий и заключительный раз произошел при встрече с Черным Ликаном, и закончился смертью как Люка, так и его противника. И вот теперь, загнанный в угол эспер, применяет Дизморт в четвертый раз.

«Было бы забавно, если бы Черный Ликан переродился в этом мире вместе со мной» — мелькнула в голове эспера непрошенная мысль, когда с его пальцев, в четвертый раз всего и первый раз в этом теле, сорвалось серое сияние.

Линь Чангмин успел среагировать. Его защитный ци резко уплотнился, а навстречу серому свету мгновенно устремилось алое сияние, исходящее из небольшого костяного жезла у него в руке. Однако встречать Дизморт защитой было совершенно неверным решением! Серый свет с легкостью, казалось даже не заметив, поглотил алое сияние, а затем, ничуть не замедлившись, прошел защитный ци и охватил Линь Чангмина, ставя окончательную точку в его войне с Люком. Вскоре на каменистую почву хребта опала лишь горстка серого праха — все, что осталось от некогда грозного аристократа. Даже его пространственное кольцо не уцелело.

Вот и завершилась история этого противостояния. Линь Чангмин, хотя сам он этого так и не узнал, убил Чан Лея, а занявший место Чан Лея Люк, убил его самого. Месть была свершена! Теперь осталось только самому выжить в заваренной им каше.

— Ты-ы, ты действительно убил его! — пораженно и несколько напуганно воскликнул Би Ченцзы. — Что это за способность такая?

Люк не ответил. Он боролся с резко накатившей на него слабостью. Дизморт оказался слишком требователен в плане ментальной энергии. Эспер был уверен: еще пара знаков, и ближайшие пару недель он может о них полностью забыть. Даже один, учитывая, что без разгона ему бою с Би Ченцзы делать нечего. И этот единственный знак тоже без сомнения будет Дизморт!

Сейчас, применив знак Смерти, он, к своему глубокому удивлению, не почувствовал убывания жизненной силы или долголетия. Не было и ставшего уже привычным прилива энергии после смерти противника. И Люк вполне логично предположил, что в этот раз Дизморт использовал в качестве платы… эту самую энергию! Это открывало перед эспером поистине широкие перспективы, однако, до перспектив этих надо было еще дожить — он направил свой слегка затуманенный от чрезмерного использования знаков взгляд на Би Ченцзы.

— Черт, вот зачем ты убил Чангмина! — тем временем негодовал тот. — Кто мне теперь заплатит за твою голову? — он на несколько мгновений замолчал, а затем рассмеялся пришедшей на ум мысли: — О, отец Чангмина будет очень рад убийце его сына! И чего ты так на меня смотришь? — заметил он взгляд Люка, — думаешь применить на мне эту ужасающую способность? Вынужден тебя огорчить, у тебя ничего не выйдет. Видишь ли, перед своим появлением я некоторое время наблюдал за твоим боем с Чангмином, и сделал один очень интересный вывод: твои способности, чем бы они ни были, хорошо работают только вблизи. На расстоянии они теряют большую часть своей мощи. Думаю, этого твоего убойного умения это тоже касается. А раз так, то… Мне просто не нужно давать тебе приближаться! Ледяной Град!

В следующее мгновение к Люку устремилось множество возникших прямо из воздуха сосулек. От части он уклонился, часть отбил выхваченным из-за спины мечом, но некоторое количество ледяных снарядов успешно преодолели оборону эспера и на его теле появилось несколько новых, зараженных морозным ци, ран.

— Даже так? — рассмеялся Ченцзы, — я-то думал ты сейчас закроешься своим щитом, но, похоже, я тебя переоценил, и твои силы уже на исходе. Но не думай, что я опрометчиво буду приближаться вплотную. Ледяной Град!

Люк в бессилии смотрел на быстро приближающиеся к нему ледяные снаряды. К сожалению, его противник был совершенно прав — знаки сильно теряли в поражающей способности на расстоянии. Как обстоят дела со знаком Дизморт эспер не знал — он всегда применял его вблизи, но рисковать, когда у него есть всего одна попытка, он не собирался. Хотя, похоже, у него просто не осталось выбора.

От очередного Ледяного Града Люк, при помощи Поступи Ветра и разгона ушел почти без повреждений. Он попытался под прикрытием атаки подобраться ближе к самому Би Ченцзы, но тот легко разгадал этот маневр, и быстро удалился на безопасное расстояние, вновь и вновь посылая в эспера Ледяной Град. Он явно хотел не убить его, а всего лишь сильно изранить и полностью обессилить. И обездвижить! Люк отчетливо ощущал, как распространяется по его организму ледяной ци. Похоже, как и совсем недавно, у эспера оставался только один выход: полностью растратить весь ци и, притворившись обездвиженным, подпустить Ченцзы близко к себе. Ведь ему как-то надо будет доставить его к отцу Линь Чангмина. План рискованный, особенно учитывая наблюдательность его противника, но Люку в этой ситуации ничего другого просто не оставалось!

Не мешкая, Эспер приступил к его осуществлению. Он максимально уплотнил свой защитный ци, принимая на него все больше и больше сосулек противника, благо он был уже слишком замедлен, чтобы это выглядело подозрительно, и ци послушно истончался. Совсем скоро его практически не осталось. Эспер мог бы поздравить себя с успешным завершением плана, если бы не одно но… Он с ужасом обнаружил, что ледяные объятья, сковывающие его, стали невероятно цепкими. Настолько, что даже пальцем пошевелить сложно! А ведь именно пальцами эсперу и нужно было шевелить для успешного применения любого знака!

Еще немного ледяного ци, и он действительно проиграет! В этом случае ему останется только надеяться на возможность сбежать по дороге, или непосредственно в особняке отца Линь Чангмина. Но до чего же обидно он попался! «Никогда не стоит недооценивать врагов! — в который раз за день повторил он себе. — Но не стоит сдаваться, не использовав все средства для победы!»

Люк яростно сверкнул глазами, и его культивация вспыхнула, на миг освобождая от ледяного плена, — еще чуть-чуть и это стало бы просто невозможно — но, за мгновение до того, как он отправил Дизморт в безнадежной попытке достать Би Ченцзы, со стороны, в которой тот находился, донесся болезненный вскрик. И, как тут же убедился Люк, кричал именно его враг!

Не долго, кстати, кричал: ведь очень сложно кричать, находясь в мертвом состоянии. А то, что ледяной практик был мертв, было совершенно ясно — с перекушенным напополам туловищем не живут даже практики формирования даньтяня. Совсем недалеко, казалось больше не обращая внимания на убитого ей человека, стояла и виновница происходящего: довольно крупная, около метра двадцати в холке, костяная тварь, внешне напоминающая собаку!

Hе известнo было ли стоящее перед Люком существо собакой при жизни, или являлось костяной химерой, заимевшей такие черты только после смерти, но встретиться с такой «собачкой» эспер не пожелал бы никому.

Тварь достигала примерно метра двадцати в холке, то есть была размером с тигра из его родного мира — Люк как-то видел их в цирке — хотя и была гораздо менее массивной — кожа да кости. Точнее — только кости! Хотя кости и не совсем обычные — помимо основного скелета, все тело существа было покрыто крайне прочными на вид костяными пластинами, прикрывающими дыры в скелете твари. У нее даже уши как у обычной собаки были! Только вот состояли они, подобно «шкуре» из тонких костяных пластинок. Издалека ее можно даже было принять за обычную собаку-переростка с необычным окрасом шкуры. Mожно было бы, если бы не горящие зеленым потусторонним светом глаза, которых просто не бывает у обычных собак, огромные, выпирающие из пасти, оказавшейся с легкостью способной перекусить практика среднего этапа формирования даньтяня, клыки, и впечатляющие, подходящие больше представителям семейства кошачьих, нежели собачьих, причем самым грозным его представителям, изогнутые когти.

Oпределить силу существа Люк толком не мог. Eго аура была иной, не свойственной живому существу. Kостяная гончая, как про себя окрестил ее Люк, могла обладать культивацией соответствующей как начальному этапу закалки кости, так и позднему этапу измененной крови! Хотя первое, конечно, было невозможно — иначе она ни за что не справилась бы с Би Ченцзы, с такой легкостью!

Гончая чуть повела головой, и… взгляд ее горящих зеленым глаз встретился со взглядом эспера! И Люк был готов поклясться, что во взгляде, направленном на него, присутствовала искра разума! Вряд ли полноценного, человеческого, но стоящее перед ним существо явно руководствовалось не только примитивными, присущими подавляющему числу нежити, по крайней мере, его родного мира, инстинктами!

Гончая смотрела на Люка, Люк смотрел на нее. На самом деле это не длилось долго, но для эспера эти несколько мгновений тянулись подобно вечности. Ведь сейчас решалась его судьба! Временно разогнанный, ледяной ци вновь полностью сковал юношу так, что тот не мог пошевелить и пальцем. Вздумай гончая напасть на него, Люку бы не осталось ничего, кроме как бесславно умереть!

Наконец гончая отвела свой взгляд от эспера, а затем… стремительно кинулась в атаку! Только не на Люка, а на замершего на месте и боящегося пошевелиться обладателя копья.

Миг, и немертвая тварь оказалась прямо возле него. Другой, и вскинутое в защитном жесте копье было буквально сметено мощным ударом лапы. Третий, и челюсти монстра смыкаются на горле жертвы, мигом прерывая ее жизнь.

Как и в прошлый раз, тварь почему-то не стала есть поверженную добычу, однако Люку удалось разглядеть, что после смерти жертвы в нее втянулась неуловимая серая энергия, подобная той, что совсем недавно переполняла его самого! Получается, он отнюдь не единственный, кто может вбирать подобную энергию. Эсперу на миг стало интересно, способны ли к этому вообще все здешние существа, или только «особенные» подобно ему самому и костяной гончей. Однако любопытство быстро исчезло, сменившись обоснованным беспокойством за свою жизнь. Ведь то, что гончая первым атаковала не его, а копейщика, вовсе не означает, что он избежит этого в дальнейшем.

Покончив со своей жертвой, «собачка» вновь перевела взгляд на Люка. Странный, задумчивый взгляд, которого не может быть не то что у обычной безмозглой нежити, но и обычных не совсем безмозглых собак. Наконец, что-то для себя решив, гончая неспешно, явно понимая, что тот никуда от нее не денется, направилась прямиком к Люку!

Эспер все еще был полностью скован ледяным ци, и никак не мог ничего предпринять. Ему оставалось только молча наблюдать за приближающейся смертью.

«Похоже, мне на роду написано умирать от зубов собакоподобных тварей, — мелькнула в мозгу непрошенная мысль. — Но в тот раз я хотя бы забрал его с собой. Интересно, что будет после очередной смерти, я вновь займу чье-то тело, попаду в загробный мир, или на этот раз умру окончательно? Хорошо хоть за смерть Чан Лея успел отомстить…»

Люк широко открытыми глазами смотрел на приблизившуюся почти вплотную костяную гончую. Как ни странно, от нее совершенно не исходило трупной вони, характерной для встреченных им в родном мире мертвяков. Хотя, если подумать, странно это не было — ведь в этой «милой собачке» не было ни грамма плоти, да и трупы, как успел заметить Люк, она не ела. Впрочем, эспера последнее совершенно не утешало. Что будет с его телом после смерти, его совершенно не волновало!

Когда между ней и тщетно пытающимся сбросить ледяные оковы Люком, осталось всего около полуметра, гончая остановилась. Смело смотрящий на нее юноша ожидал виденного уже удара лапой, или стремительного укуса мощнейших челюстей, однако ничего из этого не произошло. Вместо этого глаза гончей внезапно вспыхнули особенно сильно, и горящий в них зеленый свет неожиданно вырвался наружу, стремительно проникая в тело эспера. И Люк, совершенно для себя неожиданно, ощутил — сковывающий его ледяной ци внезапно развеялся! Не полностью, но вполне достаточно, чтобы эспер мог свободно двигаться!

После этого странного действа, собака резко развернулась, словно потеряв к Люку всякий интерес, и в мгновение ока оказалась… прямо возле мирно спящего Сюэ Жаня!

Усеянная клыками пасть метнулась прямо к горлу не подозревающего о грозящей ему опасности парня, но, когда до шеи оставались считанные сантиметры, внезапно остановилась. Гончая втянула носом воздух, словно принюхиваясь, а затем вновь перевела взгляд на Люка. И тот был совершенно уверен, что увидел в этом взгляде легкое недовольство вперемешку с… покровительственным отношением!

Взгляд костяного монстра как будто говорил: «Ладно уж, раз это твоя добыча, оставлю ее тебе. Все равно она слишком плоха для меня…»

Пока потрясенный и ничего не понимающий эспер переваривал увиденное, гончая развернулась и, практически мгновенно, скрылась из виду. О том, что только что здесь присутствовал страшный костяной монстр, теперь напоминали только растерзанные тела двух его жертв.

***

Очнувшись, Сюэ Жань не сразу понял, где очутился. Он лежал на каменистой земле горного хребта и никак не мог понять, что он здесь делает. Последнее, что юноша помнил, это то, что поддавшись на посулы Линь Чангмина, он вместе с его отрядом отправился на поимку чем-то обидевшего того Чан Лея. Идиот, как он вообще умудрился настолько разозлить кого-то уровня Чангмина? Сюэ Жань заранее проникся к этому недалекому типу искренним презрением.

Вообще, принятие участия в подобного рода делах, он стремился избегать, но сейчас ему как никогда нужны были деньги и, что гораздо важнее, связи отца Линь Чангмина. У его маленькой сестренки, Юнь’эр вновь случилось обострение болезни, и для того, чтобы даже не вылечить, а просто временно облегчить болезнь, ей требовались редкие и дорогостоящие лекарства. Именно помощь в их получении ему и пообещал Линь Чангмин, а за свою сестренку Сюэ Жань был готов на все: даже грабить и убивать.

Конечно, будь у него выбор, он бы предпочел более мирные способы добычи лекарств, но его семья поселилась в этом городе совсем недавно и просто не имела нужных связей. Именно поэтому Сюэ Жаню пришлось участвовать в этом дурно пахнущем мероприятии. Он помнил, как получив амулеты Би Ченцзы, они направились к месту, где в последний раз видели костяную гончую, а затем разделились, чтобы поиски охватили как можно большую территорию. A потом… память парня резко кольнуло, и в мозг потоком хлынули новые воспоминания: он неожиданно для себя вспомнил, как примчавшись на свет сигнального амулета вместо разыскиваемого им Чан Лея, повстречал страшную костяную тварь!

Он лично видел как эта самая собакоподобная тварь с легкостью перекусила Би Ченцзы, который был самым сильным в их отряде, пополам, а затем развернулась и бросилась прямо к нему. Дальнейшее парень не помнил, однако то, что он до сих пор жив, его порядком удивляло. Особенно учитывая, что больше вокруг не было ни одного живого человека — а в этом, немного осмотрев окрестности, Сюэ Жань быстро убедился. Из всего их поискового отряда он не обнаружил тел лишь Линь Чангмина, да двух практиков позднего этапа закалки кости. Юноше ничего не оставалось, кроме как списать все на невероятную удачу.

О том, чтобы продолжить поиски Чан Лея, после всего им увиденного не могло быть и речи. Собрав уцелевшие личные вещи погибших, среди которых — вместе с его рукой — отсутствовало только пространственное кольцо Би Ченцзы, юноша отправился обратно в академию, чтобы скорее сообщить всем о новом нападении костяной гончей. То, насколько ему повезло на самом деле, он понял только через несколько дней, когда вернулся возглавляемый лично проректором Линь Зэншенем поисковый отряд, нашедший в горах лишь трупы своих недавних учеников. Все, за исключением тел Линь Чангмина и Дун Мо. В том, что послужило причиной смерти, тоже не возникало никаких сомнений — на всех телах были явственно видны следы от когтей и зубов костяной гончей.

Единственным, помимо Сюэ Жаня, выжившим, оказался тот, на кого его отряд и охотился — Чан Лей! Когда Сюэ Жань услышал об этом, в его голове сами собой возникли странные, ничем не обоснованные подозрения, которыми он, впрочем, не стал ни с кем делиться. Сам Чан Лей на вопросы вернувшегося поискового отряда отвечал, что даже близко не подходил к Горам Погибели, и охотился на монстров в совершенно другом месте, а о костяном монстре расспрашивал просто из любопытства!

Неизвестно, поверили ли допрашивающие в эту историю, но обратного доказать никак не могли, и вскоре оставили Чан Лея в покое, переключив внимание на поиск костяной гончей. Спустя несколько дней Линь Зэншен вновь повел отряд на ее поиски, а всем студентам академии настоятельно не рекомендовали в ближайшее время приближаться к Горам Погибели.

В очередной раз задумавшись о произошедшем, юноша тяжело вздохнул. Поход, не предвещавший никаких сложностей, закончился полным разгромом. Все его сопартийцы погибли, а сам Сюэ Жань выжил лишь каким-то непостижимым чудом. Однако даже так называть завершение похода удачным для себя он бы не стал. Ведь лекарств, способных помочь Юнь’эр, Сюэ Жань так и не получил…

«…тварь сия злобная костяной гончей именуемая, образуется из остатков собак преданных, хозяином брошенных или псов злых, бродячих, злобой пышущих. Бытует мнение, что гончие сии костяные образуются и из трупов людей, грехами при жизни полных, на что мы авторитетно заявляем — все это вздор и ересь есть» — дочитав предложение, Люк вздохнул и временно отложил книгу. Сильно болела голова, что весьма осложняло и так не простое занятие по нахождению в груде того, что здесь называлось справочной литературой, крупиц полезной информации.

С момента смерти Линь Чангмина прошло уже три дня, а головная боль и не думала утихать. Такова была расплата за слишком частое использование способностей эспера, и, как бы странно это ни звучало, это была далеко не главная головная боль Люка. Гораздо больше его занимало странное поведение костяной гончей, и, явно как-то с этим связанное, поглощение ими обоими — им самим и гончей — той странной энергии.

Именно поэтому Люк, несмотря на сильнейшую головную боль, сделал то, что сделать следовало уже давно: пошел в библиотеку!

Помимо библиотеки, содержащей различные умения и навыки, в Aкадемии Духовного Развития была еще одна — самая обычная. Располагалась она в том же здании, но вход у нее был с другой стороны, и с библиотекой навыков она никак не пересекалась. Доступ к ней для всех студентов академии был совершенно свободен, однако лишь немногие спешили им воспользоваться. Hе спешил и Люк — до этого ему вполне хватало тех знаний о мире, которые достались ему вместе с воспоминаниями Чан Лея. Kак оказалось — зря. В библиотеке хранилось множество любопытнейшей информации об устройстве этого мира, хотя стиль изложения и оставлял желать лучшего.

В другое время эспер с удовольствием приступил бы к изучению новой для себя информации, но только не сейчас. Однако любопытство и желание разобраться в произошедшем толкали его на изучение все новых и новых книг невзирая ни на какую головную боль. В основном он просматривал книги о различных типах нежити. Конечно, больше его интересовала та странная энергия, но как приступить к поискам информации о ней, Люк не знал. В конце концов он решил: раз костяная гончая — с названием твари он угадал — может поглощать эту энергию, значит в описании нежити должно быть об этом сказано.

Немного отдохнув, эспер снова принялся за поиски интересующей его информации. Вот только даже после просмотра всех книг по данной теме, так и не нашел об этой энергии ни одного упоминания. Xотя кое-что эспер все же узнал: нежить этого, как, впрочем, и его родного, мира развивается, убивая других живых существ. Только, судя по всему, здесь это развитие гораздо более выражено!

Очень напоминает его собственное повышение культивации при убийстве. Особенно — убийстве разумных.

Вот только, как недвусмысленно следовало из текста книги, развиваться таким образом могла только и исключительно нежить! Ну, может еще демоны, или какие-либо неизвестные автору трактата существа, но никак не смертные культиваторы! За исключением, возможно, высших практиков Пути Смерти. Насчет них ничего доподлинно известно не было — последний такой практик канул в небытие вместе с сокрушенной союзными войсками Великой Империей Праха.

Но Люк-то подобным практиком не был! Впрочем, не нужно было быть гением, чтобы понять, почему он способен воспринимать эту неуловимую энергию смерти, — один раз он уже умер, и сейчас лишь убедился, что смерть оставила на нем свой пугающий отпечаток.

Эспер даже засомневался, а не является ли он сам всего лишь некой формой высшей нежити? В пользу этого также говорил и тот факт, что костяная гончая не стала на него нападать, а, как бы странно это ни звучало, даже помогла. Звучало довольно убедительно. И… пугающе!

Но ведь ощущал-то он себя человеком, и никаких противоестественных желаний наподобие неумеренной жажды убийства или поглощения плоти и крови себе подобных, не испытывал. Так что, Люк решил просто отбросить этот вопрос, продолжая считать себя пусть несколько необычным, но человеком.

Возможно также было, что эта его новая способность к поглощению энергии смерти обусловлена не только самой его смертью, но и тем, как он умер. В момент своей гибели Люк использовал как раз таки Знак Смерти, по наитию усилив его своей собственной жизнью! Знак Смерти, Смерть, Энергия Смерти — все это образовало в голове Люка тугой комок, от которого голова разболелась еще больше. Эспер решительно отложил очередную книгу и направился к выходу из библиотеки: вряд ли он найдет здесь еще что-нибудь важное по этой теме. Нет, потом он обязательно сюда вернется и просмотрит и остальные книги, как-то способные пролить свет на его новые способности, но не сейчас. Сейчас его голове настоятельно требуется отдых. А лучшим отдыхом для эсперов с древнейших времен являлся сон!

Эспер быстро добрался до выделенного ему жилища и практически мгновенно погрузился в страну сновидений. Впрочем, самих сновидений на этот раз не было — их заменил здоровый и крепкий десятичасовой сон, после которого он встал бодрый и отдохнувший. Даже его голова почти не болела! Только знаки, несмотря на это, все равно лучше пока не использовать. Mалейшее перенапряжение, и боль вернется с удвоенной силой, так что серьезные бои Люку были крайне противопоказаны.

Биться в ближайшее время эспер ни с кем и не собирался. Все его конфликты решены и, он был уверен, новые на этой почве не возникнут. Уж очень удачно повстречалась ему костяная гончая!

Изначально, как только Люк услышал о появившемся монстре, в его голове возник нехитрый план: он расправляется с Линь Чангмином, а сваливает все на гончую. Чтобы это сваливание выглядело достоверно, ему и необходимо было изучить место прошлого боя и, желательно, трупы ее жертв. Но с трупами возникла понятная проблема — их забрали родственники — так что пришлось Люку ограничиться лишь следами боя. Не беда — он примерно знал, как выглядят раны от подобного рода монстров, и сумел бы их повторить, но конечно, такие фальсифицированные раны в достоверности не могли идти ни в какое сравнение с ранами, оставленными самой гончей. Так что прикрытие у Люка теперь было наикрепчайшее. Правда от тела обладателя топора пришлось избавиться: его раны замаскировать бы не получилось, поэтому, немного восстановив силы, Люк самолично испепелил его знаком Фир.

Та же участь постигла и руку Би Ченцзы, но тут эспером двигало уже желание наживы. Было бы странно, если бы пространственное кольцо с его пальца внезапно пропало. Исчезновение руки вызвало бы гораздо меньше подозрений — мало ли кто мог ее отгрызть. Та же костяная гончая в первую очередь. Однако провести подобный номер со всеми телами было нельзя. Да и пространственных колец больше ни у кого не было, все-таки они были довольно дорогими. Так что Люк даже не стал просматривать вещи погибших, чтобы лишний раз себя не искушать. Лишние подозрения были ему совершенно ни к чему.

Что касается единственного выжившего свидетеля — Сюэ Жаня — эспер тоже не переживал. Eму пришлось серьезно потрудиться, вновь перенапрягая немного отошедший разум, но стереть часть воспоминаний, а затем подменить их образами костяной гончей из воспоминаний собственных, Люку удалось. Этим он сделал собственное алиби только еще более крепким.

Честно говоря, после того, как ледяной ци полностью рассеялся, а способности Люка немного восстановились, он крепко задумался, что делать с пленным. В момент захвата того, эспер решил, что подкорректирует ему память, но сейчас был слишком утомлен для этого. Так что… преобладающей мыслью стало просто убить Сюэ Жаня! Но, в конце концов, эспер решил, что раз даже костяная гончая его пощадила, убивать парня будет несколько несправедливо, и, собравшись с силами, все-таки осуществил свой изначальный план.

Из-за усталости работал он крайне грубо и вполне мог сделать из своего пациента идиота, но тому повезло и на этот раз. Несмотря на грубость работы, в том, что его бывший противник не вспомнит о произошедшем на самом деле, Люк был уверен. Применить стирание воспоминаний против спящего было довольно просто. Вот с добавлением новых эсперу пришлось помучиться.

Закончив с внушением, Люк подкорректировал сон парня так, чтобы он проснулся минут через пятнадцать после его отбытия и с чистой совестью, которую к тому же грела свершившаяся месть, отправился в академию, старательно обходя возможных противников.

Вот так и завершилась эта история с местью. Плата за смерть Чан Лея нашла своего адресата, а Люк почувствовал себя еще немного более свободно. Хотя, отдав один долг, он тут же немедленно приобрел другой, но вряд ли ему представится возможность когда-нибудь его отдать…

Было и еще кое-что, невольно взволновавшее эспера. Не долг, но некоторое странное его подобие, до которого, по идее, Сильверлайту не должно было быть ни малейшего дела. Не должно. Но было!

«Как же странно устроен человеческий мозг! — подивился про себя эспер. — Или это только я такой?.. Но сейчас я точно не форме для этого… Пока лучше заняться культивацией, а не страдать всякой херней!» — обругал себя Люк, но в глубине души знал, что никуда ему от этого не деться. Впрочем, отложить он вполне мог. До того самого полного восстановления.

Так, рассуждая о делах минувших и будущих, эспер добрался до ворот академии, а затем миновал их. Пройдя десяток километров по направлению к Горам Погибели, он остановился, и, подойдя к небольшому неприметному валуну, перевернул его.

Под камнем находился тайник, который Люк сделал, когда покидал Горы Погибели. Предмет в тайнике лежал всего один, зато включал в себя многие и многие другие — ведь это было пространственное кольцо Би Ченцзы!

В свое время Люк не решился брать его с собой в академию, опасаясь обыска. Как оказалось, опасался он зря, но лишней свою предосторожность совсем не считал. Гораздо лучше было перестраховаться, чем по глупости спалиться с приметным кольцом. Вот и сейчас Люк не стал забирать из тайника само кольцо, а взял лишь одну из хранящихся там пилюль. Вообще пилюль в нем было довольно много, но большую их часть — девять штук — составляли пилюли Укрепления, которые Би Ченцзы зачем-то хранил в собственном кольце. Для практика формирования даньтяня они были абсолютно бесполезны, так что причины этого так и остались для Люка загадкой. В сумме с двумя оставшимися у него пилюлям и еще двумя, которые он забрал с трупа обладателя топора, их теперь было тринадцать.

Помимо пилюль Укрепления была в кольце и еще одна знакомая Люку пилюля — Пилюля Питающая Тело! Вот ее происхождение было эсперу известно. Когда он стирал память Сюэ Жаню, он так же просмотрел его недавние воспоминания и узнал, что она досталась Би Ченцзы как задаток за участие в его, Люка поимке. Забавно: именно Би Ченцзы теперь был мертв, а пилюля оказалась в руках его предполагаемой жертвы.

Был в пространственном кольце и третий тип пилюль. Их было три штуки, и названия и действия их эспер не знал. Но быстро выяснил в библиотеке. Это оказались пилюли Свирепой Мощи, тоже предназначенные для стадии трансформации тела. Они заметно уступали Пилюле Питающей Тело, но также заметно превосходили пилюлю Укрепления. Именно за этими пилюлями Люк сейчас и пришел. Сейчас его культивация застыла на пике стадии закалки внутренних органов, и чтобы преодолеть рубеж и пробиться на ступень закалки кости ей не хватало лишь небольшого толчка. И пилюля Свирепой Мощи этот толчок ему обеспечит!

Лучи cтoящeго в зените солнца pазогнали вечный полумрак, стоящий на дне глубокого и необычайно узкого каньона и осветили сидящую в позе лотоса фигуру юноши. Этим юношей, как не трудно догадаться, был Люк.

Прошла всего неделя с теx пор, как он покинул каньон, но за это время юноша успел сильно измениться. Он многое испытал за эту неделю: от испытания в иллюзорном массиве и битвы с истуканами в массиве тренировочном, до сражения не на жизнь, а на смерть, с Линь Чангмином и Би Ченцзы, закончившейся появлением костяной гончей. Прошедшие события сказались и на внешности юноши. Hемного, все-таки эспер и раньше переживал нечто подобное, но она изменилась. Черты лица Люка стали чуть резче и острее, а в ауре прибавилось чуть больше намека на опасность. A еще, в волосах Люка появилась тоненькая, пока им не замеченная, одинокая прядь цвета пепла.

Однако самое большое изменение за прошедшую неделю понес не характер эспера и не его внешность. Сильнее всего изменилась культивация! Eще только семь дней назад он только-только прорвался на стадию закалки внутренних органов и вот, спустя неделю, он уже готовится к переходу на следующую ступень! Если все пройдет удачно, то он за неделю сделает то, на что у обычных учеников уходит около года, а у такой элиты как Линь Юэ и подобные ей, по крайней мере месяц.

Tакая высокая скорость культивации не могла быть достигнута даже при помощи пилюль. Bедь после каждой пилюли требовалось некоторое время ждать, пока ее целебная сила полностью усвоится, а организм придет в порядок. Нет, можно было глотать пилюли и подряд, но тогда значительная часть их целебной силы терялась, да и смешивание различных целебных сил на организме принимающего сказывалось не лучшим образом. Культивация «прокачавшихся» подобным образом практиков была крайне неустойчивой, они обладали худшей боевой силой на своем уровне, а в преодолении узких мест, наподобие пиков стадий, у них намечались серьезные проблемы.

Именно поэтому излишне налегать на пилюли не стоило. Следовало полностью усвоить предыдущую пилюлю, прежде чем принимать следующую. Нет, однотипные пилюли можно было принимать подряд безо всякого вреда, но ведь их целебная сила быстро ослабевала. Принимать более пяти однотипных пилюль не имело абсолютно никакого смысла.

Помимо пилюль, существовали еще, конечно, и духовные камни, но, даже если бы у кого-то было их неограниченное количество, скорость поглощения из них духовной энергии в некоторой мере была ограничена природным талантом практика, и сильно уступала по скорости действию пилюль. А вот странная способность Люка поглощать энергию, выделяемую после смерти живых существ — энергию смерти, ци смерти — даже превосходила! Именно поэтому он так быстро прошел целую стадию, и сейчас намеревался прорваться на следующую.

Такой быстрый рост, безусловно, мог вызвать ненужные вопросы и подозрения, поэтому, в случае успеха, Люк решил временно покинуть академию, благо ее руководство относилось к этому с пониманием. Ведь зачастую чтобы прорваться на новую ступень в культивации, практикующим было необходимо пускаться в подобные путешествия, чтобы получить новые впечатления, что могло благотворно сказаться на духовном развитии практика и его культивации. Единственное, что требовалось от подобных искателей приключений — отсутствовать не более полугода, а в случае, если путешествие продлится дольше, заранее сообщить руководству академии.

Люк более полугода отсутствовать не собирался. Ведь, ресурсы академии были ему по-прежнему необходимы. Не духовные камни и пилюли, которые вполне способна заменить энергия смерти, хотя и они бы не помешали, а доступ к массивам и, в первую очередь, техники культивации.

Однако доступ к массивам на данной ступени культивации и даже на следующей — закалки кости — его интересовал не слишком сильно. Тренировочные массивы при всей своей полезности сильно уступали реальному бою, а другие типы массивов интересовали его только после достижения ступени формирования даньтяня. Что касается техник — в ближайшие три месяца, если только он не станет основным учеником, они ему не светили. Люк, наверное, мог им стать. Если бы прорвался на ступень закалки кости и сразу же сообщил об этом руководству. Да даже и не сразу. Эспер был уверен, что если кто-либо из верхушки академии в ближайшие три месяца узнает, что он уже прорвался на ступень закалки кости, его незамедлительно примут в основные ученики. И Люк действительно планировал вскоре им стать. Вскоре, но не сейчас. Опять-таки, все эти рассуждения имели смысл, только если он сейчас успешно прорвется на следующую ступень.

Больше не мешкая, юноша достал из сумки пилюлю Свирепой Мощи и закинул ее в рот. В первое мгновение он ощутил во рту сильнейшую горечь, но она тут же прошла, смытая шквалом других ощущений. Сильнейшая, во много раз превосходящая пилюлю Укрепления, целебная сила заструилась по меридианам Люка, вызывая сильнейшую боль. Миг, и они оказались на грани разрушения! Только твердая воля юноши и, возможно, его способности эспера, предотвратили полный разрыв каналов и потерю Люком текущего прогресса в культивации. Не выдержи его каналы сейчас, и это отбросило бы его далеко назад. Он бы так и остался на ступени закалки внутренних органов, но при этом в плане культивации был бы слабее даже тех, кто находился на ступени закалки мышц, и чтобы восстановить утраченное, ему потребовалось бы долгое время. Применяя пилюлю Свирепой Мощи лишь на ступени закалки внутренних органов, Люк сильно рисковал, но это был самый простой и быстрый способ прорваться на следующую ступень. За исключением, возможно, очередного убийства разумного!

К счастью, каналы выдержали. Целебная мощь поток за потоком проходила через них, каждый раз норовя разорвать на мелкие кусочки, но они держались. И не просто держались! Каждую новую порцию силы пилюли они выдерживали все легче и легче, постепенно расширяясь и укрепляясь!

Пройдя через каналы, целебная сила устремлялась в мышцы и внутренние органы, все сильнее пропитывая их. И, в один прекрасный момент, они достигли предела своего насыщения. Целебная сила, не находя выхода, все сильнее и сильнее давила на них. Значительная часть ее стала просачиваться наружу, и Люку стоило немалых усилий, чтобы предотвратить ее потери.

Наконец, под нескончаемым потоком целебной силы, произошло то, ради чего эспер и ушел в это уединение: огромное количество собравшейся целебной силы просто не могло больше накапливаться. Некоторая часть ее просачивалась наружу, но для основной этот путь был перекрыт. И она нашла выход: прорвав некий невидимый барьер, масса целебной силы водопадом хлынула прямиком в кости, закаляя и укрепляя уже их!

Более того, выдержав огромную нагрузку и пропитавшись до предела целебной силой, внутренние органы и мышцы Люка стали заметно крепче, сильнее и выносливее, чем были до этого. Люк, наконец, официально вступил на стадию закалки кости!

Но, даже прорвав барьер, энергия пилюли погасла не до конца, хотя большая часть уже и израсходовалось. Остатки целебной силы без промедления устремились в кости, пропитывая и укрепляя их еще больше.

Так прошел час. За этот час культивация Люка так и осталась на начальном этапе ступени закалки кости, но была уже не в самом начале этой стадии, а чуть-чуть дальше. По прикидкам эспера, того количества энергии, что ушло на это небольшое повышение, на ступени закалки внутренних органов хватило бы на гораздо большее. Как минимум, в три раза. И это только по самым скромным прикидкам! Похоже, на достижение новой ступени — долгожданной ступени формирования даньтяня — у него уйдет гораздо-гораздо больше времени, чем на достижение этой. Но даже так эспер был доволен: ступень формирования даньтяня, на которой он получит заметно большую свободу в применении знаков, была не за горами!

Спустя неделю Люк все еще находился в каньоне. За это время его культивация возросла незначительно, лишь немного продвинувшись к среднему этапу ступени закалки кости, зато организм полностью восстановился. Теперь эспер мог вновь применять знаки без риска тут же заплатить за это острым приступом головной боли.

Более того, неизвестно, что послужило тому причиной: то ли изматывающий бой на пределе возможностей, то ли повышение культивации эспера, а может и то и другое сразу — но знаки стали выходить у Люка заметно более мощными, а его психическая выносливость существенно возросла. По его прикидкам и то и другое увеличились примерно на одну четвертую часть. Не так уж и много, но обычно подобного прогресса ему приходилось добиваться месяцами! И лишь после серьезных боев прогресс был сравним с теперешним.

Сравним, но все же существенно уступал. После памятного боя с демонологом он составил всего пятнадцать процентов, что на добрых сорок процентов отличалось от текущего показателя. Поэтому-то Люк и считал, что переход на новую ступень также повысил и его способности эспера. Он и при переходе на ступень закалки внутренних органов что-то такое замечал, но тогда изменения были гораздо менее значительны, и эспер просто списал это на адаптацию к новому телу и миру.

Почему это произошло было совершенно непонятно, но факт оставался фактом, и не сказать, что этот факт Люка огорчал. В прошедшем недавно бою он заметил, что его знакам не хватает мощности уже против практиков ступени формирования даньтяня. Единственным знаком (помимо Дизморта, разумеется), который хорошо зарекомендовал себя в бою, был Эрд, но эспер подозревал, что уже против практика на начальной ступени измененной крови даже он будет абсолютно бесполезен. При таких раскладах то, что мощь его способностей эспера немного растет при повышении культивации, стало для Люка приятным сюрпризом. В этом, конечно, еще предстояло убедиться, что было возможно только при переходе на следующую ступень, но в том, что это действительно так, юноша был практически уверен.

Кроме усиления способностей эспера, способности, характерные для этого мира — мира культиваторов — тоже существенно усилились. Действительно, было бы странно, если бы это было не так. Ведь именно в этом и заключалась суть культивации. И усилились они не на жалких двадцать пять процентов, а гораздо, гораздо сильнее.

Люк на несколько долгих секунд застыл, а вокруг него сгустилась мощнейшая аура, в которой то и дело потрескивали молнии. Вот напряженность ауры достигла своего апогея, и вся ее мощь сконденсировалась в руках эспера. Миг, и сильнейший удар, превосходящий прошлую Ошеломляющую Казнь как минимум втрое, обрушился на стену каньона.

Впрочем, даже настолько мощный удар не оставил на ней практически никакого следа. Да и завершения удара не вышло. При завершении этого удара два фокуса Ошеломляющей Казни соединяются наимощнейшим разрядом, который и является основной поражающей силой этого навыка, но сейчас, из-за того, что стенки каньона обладали свойством диэлектрика, этого не произошло. Что совсем не помешало оценить резко возросшую мощь навыка!

Хотя стоит заметить, что настолько сильно возросла мощь лишь Ошеломляющей Казни, но и остальные, связанные с культивацией способности Люка усилились в полтора-два раза.

Местные навыки определенно стоили того, чтобы их изучать. Люк даже на миг пожалел, что не обобрал тела охотившихся на него практиков по максимуму. Что-что, а духовные камни и новые техники культивации ему бы не помешали. Но, лишь на миг — он и так вызвал слишком много вопросов тем, что его культивация стремительно возросла и лишние подозрения были эсперу совершенно ни к чему.

Будь его воля, Люк предпочел бы покинуть академию сразу после смерти Линь Чангмина. Только тогда можно было скрыть, что его культивация непонятным образом достигла пика закалки внутренних органов так быстро. Но если бы он ушел тогда, это выглядело бы как побег или… гибель, но в любом случае вернуться в академию потом было бы для него очень затруднительно.

От лишних вопросов он тогда с трудом, но отбрехался. Пришлось впутывать Линь Юэ, сообщив, что она любезно одолжила ему некоторые редкие пилюли, при помощи которых он и смог столь быстро достигнуть пика ступени закалки внутренних органов. Люку было очень не по себе от того, что он впутывает в это девушку, но придумать какое-нибудь иное разумное объяснение, которое не имело бы за собой далеко идущие последствия, он просто не сумел.

Ему поверили, но на душе отчего-то было не спокойно. Люк даже хотел найти Линь Юэ и извиниться, но, как оказалось, девушка пребывала в уединении и беспокоить ее крайне не рекомендовалось. Эсперу ничего не оставалось, кроме как пообещать себе, что в будущем он обязательно искупит эту небольшую вину перед Линь Юэ. Если не словом, то делом.

Несмотря на излишнюю осторожность, некоторые новые техники культивации Люк все же приобрел. Как не трудно догадаться, ранее они принадлежали Би Ченцзы и Дун Мо. И, если техники первого Люку совершенно не подходили, так как были рассчитаны на ступень формирования даньтяня, то единственная техника, которую носил с собой Дун Мо — то самое Пламя Ненависти, что порядком впечатлило эспера — очень даже подходила! Вот только изучать ее сейчас Люк не стал, пока оставив в тайнике. Ведь если пилюли Свирепой Мощи при неожиданном обыске объяснить было можно, то семейную технику клана Дун — практически нереально! Вот эспер и решил немного обождать с ее изучением. До тех пор, пока не покинет пределы академии.

И эта пора уже пришла! Накинув на себя намерение легкости знака Эрд, эспер легко поднялся по отвесной стене и, не мешкая, отправился к воротам академии. Отвести глаза не подозревающим о его присутствии, да и вообще занятым чем угодно, кроме наблюдения за пустынной дорогой, стражам начала измененной крови эсперу труда не составило. Вот если бы они ожидали его визита, или хотя бы добросовестно выполняли свои обязанности, было бы совсем другое дело.

Проскользнув в вечно открытые ворота академии, эспер, не особо торопясь, отправился прочь. Туда, где, вне всяких сомнений, его ждали новые приключения… 

Hа северной окраине Города Утренней Зари находились в основном сады и парки. Kаждый, желающий отдохнуть от каждодневной рутины и насладиться видом цветущей природы, мог найти здесь покой и расслабленность, которых, зачастую, так не хватает усталому разуму. Находили здесь свой приют и влюбленные парочки, и пожилые матроны, и просто одинокие и усталые люди. Богатая коллекция местных и заморских цветов и прочих растений неплохо помогала собраться с мыслями и привести свое душевное состояние в порядок. A, чтобы это и впредь оставалось так, сам городской лорд пообещал суровое наказание тому, кто будет там мусорить или, упаси Небеса, как-то вредить местной растительности.

Лорда в городе любили и уважали — сады по-прежнему продолжали удивлять всех своей свежестью и красотой, привлекая толпы посетителей. Cейчас, однако, посетителей тут почти не было. Оно и неудивительно — стояло раннее утро, и солнце только-только показалось из-за горизонта.

Почти не было.

По дорожке, в середине которой находился неширокий но длинный канал с чистейшей родниковой водой, в которой росли редкие виды водных растений, неспешно перемещались две девушки. Именно перемещались, а не шли — одна из них была прикована к инвалидной коляске, а вторая коляску эту катила.

Первой, прикованной к коляске девушке, на вид было лет пятнадцать-шестнадцать. Она была одета в белую блузку с повязанным наверху черным бантиком и черные короткие брюки, доходящие ей до середины голени. На ее ногах находились так же черные легкие босоножки, позволяющие ногам свободно дышать. Густые светло-каштановые волосы девушки, ниспадали до середины спины. Они явно находились в состоянии вечной непримиримой войны с расческой, но это даже придавало образу девушки некой трогательной милоты. Eе большие бирюзовые глаза с интересом и некой, тщательно скрытой в их глубине, грустью, смотрели вокруг.

— Посмотри, Жу’эр, эта водная южная лилия наконец распустилась! Я читала, что она цветет лишь раз в пять лет, в наших краях и того реже. Это большая удача, что нам удалось увидеть ее цветение, — обратилась девушка к своей спутнице.

Та, по всей видимости, была ее служанкой и телохранителем одновременно. Одета она была в легкое светло-голубое платье и бежевого цвета босоножки. Ее волосы, чуть более темные, чем у ее госпожи, были увиты несколькими красными лентами и были гораздо более упорядочены, чем у последней. Впрочем, некий, едва уловимый, намек на хаос присутствовал и в ее прическе.

Жу’эр была примерно на два года старше своей госпожи и обладала ни много ни мало пиком ступени закалки кости. Неплохое достижение даже по меркам Академии Духовного Развития! Но в академии эта девушка не училась, предпочитая опекать и оберегать свою госпожу, которая с детства страдала странным заболеванием.

Болезнь Сюэ Юньшань, как звали прикованную к инвалидному креслу, не была врожденной. Она подхватила ее в возрасте пяти лет, после того, как вместе с матерью и несколькими слугами попала в сильнейший снежный буран, явно неестественного происхождения — любой естественный буран не представлял для практика уровня матери Сюэ Юньшань ни малейшей опасности. Впрочем, этот ей тоже не навредил, зато унес жизни нескольких слуг, в течение нескольких дней погибших от обморожения и оставил свой глубокий след на девочке, которая, благодаря усилиям матери по ее защите, выжила, но с тех пор страдала от постоянного, пробирающего до костей холода.

После обнаружения этого недуга, Юньшань осматривали многие доктора, но причину так и не выявили. Они смогли только найти способ временно противодействовать этому холоду, назначив девочке множество дорогих пилюль, которые, после принятия снижали губительное воздействие холода на организм. К счастью, в отличие от пилюль, употребляемых культиваторами, лечебные пилюли не прекращали свое действие даже после сотни приемов, однако эффективность их все же постепенно снижалась. Девушка была вынуждена проходить новые и новые обследования, чтобы доктора могли назначить новый курс пилюль, взамен утратившим свою эффективность.

Естественно, стоило это все очень и очень недешево.

В своем родном городе — Падающего Снега — клан Сюэ имела статус и влияние. Такие траты были для него несущественны. Однако в один совсем не прекрасный момент три года назад, случилось страшное: на город не напали враги или орды злобных монстров, конкурирующие кланы не вырезали весь клан Сюэ, не произошло и переворота внутри клана — вместо этого на расположенный в предгорьях город всего-навсего сошла лавина. И такая, что даже практикам уцелеть в ней было очень и очень сложно.

Тогда мало кто выжил. От всего клана Сюэ осталось меньше десятка людей — лавина как будто специально охотилась на них — и чуть больше слуг клана. Погиб даже отец Юньшань, защищая ее и брата от лавины. Его могучая фигура, вставшая на пути очередного валуна, последнее — что Юньшань помнит о нем.

После тех трагических событий Юньшань вместе с братом и матерью, а также несколькими уцелевшими слугами, в число которых входила и Жу’эр, переехали в Город Утренней Зари — место, где никогда не бывает ставшего ненавистным для нее снега.

Почему они не присоединились к остальным выжившим клана Сюэ, Юньшань не знала. Она помнит только, что после схода лавины ее мать и дядя — родной брат отца — сильно поссорились, и в их речи часто проскальзывало слово «проклятие», но ничего больше потрясенная девочка тогда не запомнила. Мать же, на все ее и брата, который находился в тот момент без сознания, вопросы, лишь становилась необычайно печальной и ничего не отвечала, поэтому дети быстро перестали ее этим донимать.

Как бы то ни было, после тех злополучных событий и переезда в Город Утренней Зари, семья Сюэ больше не обладала властью и влиянием. Да и денег у них стало заметно меньше. Лишь благодаря тому, что мать девушки — Сюэ Юйлань — была неплохим мастером массивов, денег вполне хватало и на жизнь и на дорогостоящие лекарства.

Вот только достать последние даже при наличии денег было совсем непросто. Для этого нужны были еще и связи, а почти все старые были разрушены вместе с городом. Заводить же новые было совсем непростым делом. Кое-какие связи семьи Сюэ все же остались, и до недавнего времени Юньшань получала свои пилюли, но совсем недавно случилось резкое обострение ее на время притихшей болезни, и старые пилюли резко стали бесполезны. А новые, которые по предположению осмотревшего Юньшань доктора, могли ей помочь, были особенно дорогими и редкими. Достать их поставщикам пилюль, с которыми работала семья Сюэ, не удалось.

Сюэ Юйлань даже хотела пойти на поклон к лорду города, чтобы попросить о помощи его, но, к вечно занятому — делам города или культивацией — лорду ее просто не пустили. Чтобы хоть как-то общаться с народом лорд все-таки выделял один день в пару-тройку месяцев, когда официально принимал прошения и посетителей, но последний такой раз был совсем недавно, и на еще один в ближайшее время рассчитывать не приходилось.

Кто еще может помочь в поставке редких пилюль ни Юньшань ни ее мать просто не знали. Чуть более недели назад Жань, ее брат, сказал, что нашел решение, но через пару дней вернулся угрюмый и задумчивый. Ни о каком решении он больше не вспоминал. В то же самое время по городу разошлись вести о гибели Линь Чангмина, и Юньшань даже заподозрила, что ее брат как-то к этому причастен, но расспрашивать его не стала. Что бы там не произошло, Линь Чангмин был мертв или пропал без вести, Жаня никто не подозревал, а цель, ради которой все это затевалось, оказалась не достигнута.

Несмотря на усиливающиеся с каждым днем приступы болезни, Юньшань не винила брата в том, что у него ничего не вышло. Ей подобная мысль даже не забредала в голову. Девушка была рада, что он хотя бы вернулся живым и здоровым.

Сегодня терзающая девушку болезнь неожиданно отступила. Так уже бывало: отступив на пару-тройку дней, она возвращалась с удвоенной силой. И, учитывая силу последнего приступа, уже следующий может оказаться для Юньшань последним! Но девушка не думала об этом: чему быть, того не миновать. Вместо этого она наслаждалась отведенными ей часами спокойствия.

Сюэ Юньшань очень любила цветы. Но также очень не любила излишнее к себе внимание. Под сочувственными взглядами прохожих, прикованная к коляске девушка чувствовала себя очень неловко. Именно поэтому она старалась посещать обычно многолюдный парк в такие часы, когда в нем было минимальное количество людей. Рассветный час был одним из таких.

Вот и сейчас, почувствовав себя лучше, Юньшань поспешила выбраться на природу, благо особняк семьи Сюэ находился недалеко от парка.

— Да, действительно красиво, — без особого, впрочем, энтузиазма поддержала свою госпожу заспанная Жу’эр, бросив на водяную южную лилию лишь мимолетный взгляд. Похоже, цветок ее совершенно не интересовал.

— О, эта тигровая орхидея тоже! — вдоволь налюбовавшись водной лилией, девушка перевела взгляд на крупный оранжевый с небольшими черными вкраплениями цветок, растущий прямо из покрытого мхом ствола ближайшего дерева.

Юньшань, отказавшись от помощи своей служанки, с трудом поднялась на ноги и медленно подошла к орхидее. Склонив голову над цветком, она полной грудью вдохнула ее аромат. Затем девушка перевела взгляд ниже по стволу дерева. Там находились точно такие же побеги, только пока без цветов.

— А вот эти еще только готовятся распуститься… А этот карликовый калахортус! Жу’эр, посмотри какая прелесть! Жу’эр? — заметив, что ее служанка не отвечает, Юньшань обернулась. И пораженно застыла: Жу’эр без сознания лежала прямо в ее коляске, а рядом с ней находилась закутанная в плащ с капюшоном фигура!

— Не волнуйтесь, с ней все в порядке, — пока девушка решала, что ей предпринять, фигура заговорила. — Просто ваша служанка очень хотела спать, а я ей просто немного помог.

— Кто вы, и что делаете здесь? — строго спросила девушка. Несмотря на то, что они были тут одни, а сама она ровно ничего не могла противопоставить этому человеку, Юньшань ни капельки не боялась. Она уже смирилась, что скоро умрет, и если это произойдет немного раньше, сильно ничего не изменится. Единственное из-за чего она переживала, это то, что пострадает еще и Жу’эр, но старательно не показывала этого.

— Думаю, мое имя значения не имеет, — ответил незнакомец, — а вот цель моего визита сюда очень важна. И в первую очередь именно для вас.

— И в чем же заключается эта важность? — несколько заинтересованно спросила девушка. На самом деле заинтригована она была гораздо сильнее, чем показывала. Все-таки появление незнакомца было довольно впечатляющим. — И не могли бы вы снять свой капюшон? Как я могу верить вашим словам, если вы даже лица не показываете?

— Xорошо, — неожиданно рассмеялся ее собеседник и резким движением скинул капюшон. Юньшань с удивлением уставилась на молодое — не старше ее самой — лицо юноши. Девушка даже на миг подумала, что это какой-то розыгрыш, но лишь на миг. Несмотря на видимую молодость, было в лице ее собеседника что-то неуловимое — хищное и смертельно опасное — что не позволяло усомниться в серьезности его намерений. Карие, чуть раскосые глаза юноши чуть насмешливо, но в то же время задумчиво смотрели на девушку.

— Довольны?

— Да, так гораздо лучше. Так в чем же цель вашего визита?

— О, тут все довольно просто, — не стал тянуть Люк, а это был именно он. — Как я слышал, вы больны некой странной болезнью, с которую местные лекари никак не могут справиться. Меня очень заинтересовала эта болезнь, и, с вашего позволения, я бы с удовольствием занялся ее изучением. Если в процессе этого я случайно сумею вас излечить, думаю, все будут только счастливы…

— Вы хотите сказать, что можете мне помочь? — недоверчиво посмотрела на него девушка. — И, даже излечить ее? Боюсь, вы заблуждаетесь. Не один десяток врачей пытались справиться с моей болезнью и, максимум чего они добились — лишь замедлить ее развитие. А вы, к тому же, слишком молоды для врача…

— И, тем не менее, я хотел бы попробовать, — ничуть не обиделся юноша ее словам. — Если у меня ничего не выйдет, вы ничего не потеряете, зато если получится…

Юньшань вздохнула. Вот опять перед ней появился смутный призрак исцеления. Сколько раз такое уже было за ее не такую уж и длинную жизнь? Никак не меньше пары десятков! Но всякий раз надежда для нее оборачивалась крахом. И теперь, выслушав слова незнакомца, Юньшань боялась еще раз поддаться надежде и еще раз потерпеть поражение. Возможно, даже больше, чем умереть. Нет, все же меньше — ведь смерть стала бы для нее самым большим, окончательным поражением! Девушка перевела взгляд с застывшего в ожидании лица юноши на мирно спящую в ее кресле Жу’эр. Она не могла определить культивацию собеседника — вообще не могла определять культивацию — но то, как легко он отправил ее служанку в сон, само по себе говорило о его немалых навыках. Да и было в нем что-то, невольно вызывающее доверие. По крайней мере, Юньшань не чувствовала в незнакомце никакого злого умысла по отношению к себе. Да и задумай он что плохое, что мешало осуществить это прямо сейчас? Ведь единственная ее защитница спит, а рядом совершенно никого нет…

Девушка еще раз перевела взгляд на лицо своего собеседника, который спокойно ожидал ее ответа, и, наконец, решилась. Что ж, на этот раз она все же поддастся надежде. Возможно, в последний раз в своей жизни. Ведь, в случае неудачи, следующий приступ вполне вероятно будет для нее смертелен…

— Я согласна! — чуть дрогнувшим от волнения голосом ответила она.

В том, что знаки заметно усилились, Люк в очередной раз убедился, когда отправлял служанку Cюэ Юньшань в сон. Оставайся Инлит на прежнем уровне, и ему пришлось бы сильно постараться, чтобы усыпить кого-то на пике закалки кости. Даже не смотря на то, что этот кто-то сам сильно хотел спать. Что, кстати, было довольно странно — практики на этом уровне развития могли неделями обходиться без сна. Да что там на этом, пока Люк был на стадии закалки внутренних органов, он сам мог не спать неделями, заменяя сон восстановительной медитацией.

Однако Жу’эр сном не пренебрегала. Более того, она была невыспавшаяся, что здорово упростило работу по ее усыплению. С этим определенно что-то было не так, и это очень заинтересовало эспера. Ведь любой нормальный эспер находился со сном в особых отношениях! Самого Люка это пока касалось мало, но в будущем он планировал избавиться от столь досадного упущения.

Hо, гораздо больше, чем странная сонливость Жу’эр Люка заботила не менее странная болезнь ее госпожи. Даже с первого взгляда было заметно, что все ее тело буквально пропитано ледяным ци! И это было совсем не так, как недавно с самим Люком. Этот ци распространялся по телу Юньшань гораздо более равномерно. И… гораздо менее губительно. По крайней мере — в этот момент. Что было в момент обострения болезни, юноше еще предстояло выяснить. Ледяной ци, казалось, вовсе не хотел навредить девушке и старался быть как можно менее разрушительным — именно такое впечатление возникло у Люка после первичного ее осмотра истинным зрением.

Юньшань этого не заметила. Несмотря на то, что все ее тело пропитывал ци, делая подобной практикам, по крайней мере закалки кости, это все еще был ледяной, губительный для всего живого, ци! Девушка ни чем не отличалась от простой смертной, даже… была гораздо слабее. Видя, каких усилий ей стоит просто ходить, Люк невольно проникся к Юньшань глубоким сочувствием и… уважением.

Чтобы каждодневно сражаться с болезнью, которую, как тебе сказали, невозможно победить, а лишь отсрочить; чтобы, когда все имеющиеся пилюли перестали действовать, а достать новые не получается; чтобы, когда тебе остается просто смиренно ждать следующего приступа и возможной смерти — быть способной любоваться цветами… Для этого нужно быть очень сильным человеком!

Люк больше не клял свою глупость и сострадание, толкнувшие его, после просмотра воспоминаний Сюэ Жаня, кинуться помогать его сестре. Сюэ Юньшань была достойна того, чтобы ей помочь! И Люк поможет ей, даже если сама она будет против!

Однако помогать против воли не пришлось. Обернувшаяся в поисках вдруг заснувшей служанки девушка очень удивилась появлению закутанного в плащ незнакомца, но быстро взяла себя в руки, чем только подтвердила высокое мнение эспера о ней, и после некоторых, вполне разумных колебаний, согласилась на помощь Люка. Видя на миг промелькнувшую в глазах девушки отчаянную надежду, эспер поклялся себе, что сделает все от себя зависящее, чтобы ее исцелить.

— Ой, простите, госпожа! Я, кажется, снова нечаянно уснула… — были первые слова Жу’эр после пробуждения. Похоже, девушка и без посторонней помощи частенько засыпала в самых непредвиденных местах.

— А это еще кто? Что за подозрительный тип? И когда только успел подобраться, здесь же никого нет в это время. Не верьте ему, госпожа, он явно задумал что-то нехорошее! — она с нескрываемым подозрением уставилась на Люка, и тот лишний раз убедился, что усыпить ее на время знакомства с Юньшань было верной идеей. А вот будить — неверной! Но, так как сейчас они отправлялись в особняк семьи Сюэ — лечение требовало много времени, и заниматься им на улице было просто невозможно — было бы немного странно, если бы она продолжала спать. Нести ее опять-таки…

Учитывая, что Люк скрывал свой текущий уровень культивации, соваться в особняк Сюэ, да и вообще оставаться в городе было не самой лучшей идеей, однако и не такой безрассудной, как могло показаться на первый взгляд. В городе было полно культиваторов закалки кости, среди которых было легко затеряться. Правда, большинство из них было гораздо старше Люка, но для этого он и нарядился в скрывающий внешность плащ с капюшоном — излюбленную одежду темных личностей. Их, кстати, было немного, но редкостью они не являлись, поэтому быть случайно обнаруженным эспер почти не рисковал.

Что же касается особняка — ситуация была несколько иной. Tам лицо придется раскрыть. Впрочем, Люк сильно сомневался, что кто-то, помимо находящегося сейчас в академии Сюэ Жаня, сможет его узнать. А даже если и сможет — после того, как он излечит Юньшань, им не останется ничего, кроме как искренне благодарить его, и, конечно же, не задавать лишних вопросов или, упаси Небеса, сообщать открывшуюся информацию кому-либо еще. Покопавшись в памяти Жаня и побеседовав с его сестрой, эспер был в этом уверен — несмотря ни на что, эта семья не утратила некое подобие на благородство и закладывать спасителя дочери главы рода было вне их понятия о допустимом.

— Успокойся, Жу’эр! Этот молодой человек просто хочет помочь мне в излечении болезни…

— Говорю же — что-то задумал! На вашем месте я бы не стала ему доверять. Какой из него лекарь — он даже младше меня! — насупилась служанка.

— И, тем не менее, я уже согласилась на его услуги, так что будь с ним чуточку повежливее, — строгим, не терпящим возражения голосом, сказала Юньшань.

— Да-да, хорошо. Pаз уж вы так решили…

Тем не менее, недовольно коситься на Люка Жу’эр не перестала. Эспер не обращал на это внимания — было видно, что служанка просто заботится о своей госпоже, стремясь уберечь ее от лишних разочарований, которые, по ее мнению, будут неизбежны, после того, как попытка лечения провалится. А то, что она провалится, Жу’эр, кажется, ни капли не сомневалась. Люк не винил ее в этом — для лекаря, способного победить столь странный недуг, он действительно выглядел слишком молодо. Более того, он и сам был не совсем уверен в результате лечения — все-таки это был его первый раз в качестве лекаря.

Впрочем, идея о том, как излечить Юньшань, у него была. Опиралась она на то, как он изгонял ледяной ци из собственного организма, но была исправлена и доработана. Xотя, сначала он просто попробует воздействовать Ка’еном…

— Раз уж вы будете меня лечить, могу я узнать ваше имя? — неожиданно поинтересовалась Юньшань, после нескольких минут пути в сторону особняка.

Люк на миг задумался. Выдавать свое здешнее имя — Чан Лей — все-таки было крайне глупо, но и настоящим именем он представиться не мог — оно было слишком странным для местного жителя.

— Mожете звать меня Лю Ци, — взял он первые два слога своего полного имени. Получившийся псевдоним вполне себе соответствовал местным реалиям. Кстати, первые слоги имени и фамилии тоже подходили, но Лю Си было в родном мире Люка девчачьим именем. Естественно, что он не стал бы так себя обзывать!

— Очень приятно! Меня, как вы наверняка знаете, зовут Сюэ Юньшань, а мою недовольную спутницу Жу’эр.

— Вы правы, знаю, и мне тоже очень приятно, — искренне улыбнулся Люк.

— А вот мне совсем нет, — едва слышно пробормотала себе под нос служанка, катящая кресло. Эспер ее прекрасно услышал, однако реагировать никак не стал. Ну не нравится он ей, и что с того? Ему с этой Жу’эр детей не растить. Пускай себе злится вволю.

— Жу’эр, ну не будь такой букой! — Юньшань похоже тоже услышала свою служанку.

— Не стоит. Если хочет — пускай злится. Мне от этого ни жарко, ни холодно, — равнодушно отозвался Люк. Жу’эр на это лишь злобно зыркнула, но ничего больше не сказала.

— Зря вы так с ней. Жу’эр хорошая. Просто она сильно переживает, что так не вовремя уснула и пропустила ваше появление, — примирительно сказала Юньшань. О том, что это именно Люк усыпил служанку, она похоже решила не говорить. Эспер не возражал — узнай Жу’эр об этом, ее недовольство и подозрительность в отношении его, возросли бы в несколько раз.

— Да, я вижу, что она о вас очень заботится. И ни капли не обижаюсь. Только это я и хотел сказать.

— И не нужно разговаривать, как будто меня здесь нет, — снова едва слышно пробормотала служанка, но и Люк и Юньшань ее прекрасно услышали, и… дружно рассмеялись — смешанные в ее голосе эмоции смущения и недовольства, звучали очень забавно.

Жу’эр на это лишь обиженно фыркнула и отвернулась. Учитывая, что она при этом не прекращала катить кресло с Юньшань, выглядело это тоже очень забавно. Однако в этот раз Люк сдержался, а Юньшань и вовсе этого не видела.

Так за разговором, сопровождаемым сердитым сопением Жу’эр, они незаметно добрались до особняка. Это было красивое двухэтажное здание, находящиеся внутри огороженной территории, на которой располагался небольшой ухоженный садик. Растения в нем явно уступали по редкости и разнообразию тем, что были в городском парке, но также были очень красивы и ухоженны. Люк небезосновательно подозревал, что это была работа Юньшань. А может и не только. Возможно у нее в семье все такие.

Возле дверей особняка их уже ожидал, явно заранее заметивший прибытие своей госпожи, пожилой дворецкий. По крайней мере, выглядел он как дворецкий, хотя со своей культивацией средней ступени измененной крови вполне мог быть и охранником.

— Приветствую, госпожа Юньшань, — чопорно произнес он. — Как прошло ваше посещение парка? И кто этот молодой человек рядом с вами?

— Спасибо, Миншенг, все хорошо. Сегодняшнее посещение парка было очень удачным. Я увидела цветение сразу трех редких цветков! Представляешь? Даже водная южная лилия расцвела!

— Поздравляю, госпожа…

— А этого молодого человека зовут Лю Ци, и он является моим гостем! — вряд ли бы дворецкий поверил, что настолько молодой человек является хорошим лекарем, поэтому Юньшань решила представить Люка просто как гостя. Вот если все получится… — при одной мысли об этом сердце девушки часто забилось, — тогда скрывать то, что он лекарь будет просто преступно!

— Но… ваша мать сейчас в другом городе пытается найти для вас нужные пилюли или лекаря. Приводить гостей, к тому же мужского пола, сейчас… Вам не кажется, что это несколько неприлично?

— Оставь, Миншенг, — в голосе Юньшань вдруг появилась необычайная твердость. — Ты думаешь, что для меня сейчас что-то значат все эти нормы приличия? К тому же, уверяю тебя, мы не собираемся заниматься ничем таким…

— Я и не думал вас в подобном обвинять, — немного, совсем чуть-чуть смутился дворецкий, — просто…

— Лю Ци — мой гость! И оставим эту тему.

— Хорошо, как скажете, госпожа.

Распрощавшись с дворецким, они втроем направились в покои Юньшань — именно там было решено проводить лечение. По дороге им встретилось еще несколько слуг, и, в отличие от Жу’эр и дворецкого, они, если и обладали культивацией, то лишь самыми ее началами.

— Вам что-то нужно для моего лечения? — поинтересовалась Юньшань, когда они вошли в ее комнату. — Я сейчас пошлю Жу’эр за всем необходимым…

— Нет, ничего. Все, что нужно, я имею при себе, — он с легкой улыбкой указал на свои руки. — Хотя… если первый метод лечения не удастся, второй будет крайне болезнен. И обезболивающее, в связи с рядом причин, тут не поможет, так что, возможно, вам понадобится зубовой зажим. Вы еще не передумали?

— Нет, — решительно ответила девушка. — Сомневаюсь, что эта боль хотя бы сравнима с той, которую я испытываю во время приступов болезни. Ее ведь тоже обезболивающими не приглушить. Так что можете смело использовать этот свой метод. А зубовой зажим… — Юньшань извлекла из ящика стола деревяшку с явно прослеживаемыми на ней следами зубов, — он всегда хранится у меня под рукой…

Сердце Люка в очередной раз кольнуло от сочувствия к девушке. Но он не стал это как-то выражать. Поступки иногда говорят гораздо красноречивее слов.

— Хорошо, больше ничего не нужно, можем приступать к лечению, — только и сказал он.

— Жу’эр может присутствовать при лечении, или ей лучше подождать за дверью? — неожиданно поинтересовалась Юньшань.

Люк ненадолго задумался. С одной стороны, чем меньше людей знает о его способностях, тем лучше, а с другой… его пациентке будет гораздо спокойнее в присутствии знакомого человека.

— Если вы уверенны, что она не будет болтать лишнего, пускай остается, — решил он, наконец. — По крайней мере, так ваш дворецкий уж точно не решит, что мы занимаемся тут чем-то постыдным…

— Уверенна. Жу’эр будет держать язык за зубами, — чуть покраснев, ответила Юньшань.

— Ну, тогда приступим, — Люк сложил пальцы правой руки в знак Ка’ен, и поток целебной энергии устремился к не ожидавшей ничего подобного девушке…

Xoтя Юньшань и не ожидала столь резкого начала лечения, сориентировалась она быстро. Она полностью расслабилась и, откинувшись на спинку своего инвалидного кресла, позволила целебной энергии беспрепятственно проникнуть в ее организм. Это, к ее удивлению, оказалась довольно приятно. В теx местах, куда проникла энергия, она ощущала легкое приятное тепло и столь же легкую щекотку. Очень похоже на то, как если смотреть на теплое весеннее солнце через опущенные веки, только… приятнее. И, стоит признать, это ощущение ей очень понравилось. Hастолько, что Юньшань даже невольно смутилась. Впрочем, быстро взяла себя в руки — это лишь лечение, не более! И уж точно не то самое неподобающее приличной девушке поведение, которого наверняка опасался Миншенг! Лю Ци ведь ее даже не касается, так что в этом нет ничего такого… правда?

Люку, тем временем, совсем не было дела до эмоций и переживаний девушки по поводу действия его знака. Он с головой ушел в ее лечение, а о подобном действии Kа’ена даже не подозревал. Этот знак у каждого вызывал собственные ощущения, иногда даже неприятные и то, что он столь смущающе подействует на Юньшань, предположить было сложно. Сам Люк, кстати, при его применении на себя почти ничего не ощущал — лишь небольшое, почти незаметное, приятное тепло. Но именно, что почти незаметное.

Tем временем, с лечением дела продвигались не лучшим образом. Проникнув в организм Юньшань, преобразованная знаком Ка’ен ментальная энергия столкнулась с морозным ци, полностью пропитавшим организм девушки и… ничего не произошло!

На самом деле эффект от этого взаимодействия был, но был он столь слабым, что его можно было не принимать в расчет. Чтобы вылечить девушку таким способом, эсперу понадобился бы не один год. Естественно, Люка это не устраивало.

Продержав для порядка знак еще с десяток минут, юноша полностью в нем разочаровался.

— Похоже, «мягкий» способ лечения не работает, — сказал он, наконец. — Придется применять второй. Тот, который болезненный. И, наверное… вам будет лучше перебраться на кровать…

— Хорошо, — девушка с трудом поднялась с кресла и перебралась на широкую кровать с балдахином, который сейчас был откинут. — Я готова, — сжав, пока еще в руках, деревяшку, выступающую в роли зубного зажима, сообщила она.

Люк подошел к краю кровати и с сомнением посмотрел на него. Сейчас ему совсем не помешал бы стул — лечение обещало затянуться, и стоять было просто неудобно — но единственный, помимо инвалидного кресла, стул в комнате, сейчас был занят Жу’эр. Можно было, конечно, послать ее за еще одним, но Люк решил, что и так сойдет.

— Подвиньтесь.

Дождавшись, когда Юньшань выполнит его инструкцию, эспер скинул обувь и, скрестив ноги так, чтобы образовывалась пресловутая поза лотоса, уселся прямо на кровать, благо ее ширина это превосходно позволяла. Ни Юньшань, ни, что странно, Жу’эр на такую наглость никак не отреагировали. Похоже, они обе удостоверились в том, что он действительно является лекарем и теперь внимательно прислушивались к каждому его слову.

— A теперь — внимание, будет больно!

Пальцы правой руки эспера сложились все в тот же Ка’ен, тогда как пальцы его левой руки образовали знак Фир!

Раньше, до последнего резкого усиления, Люку крайне плохо удавалось даже просто применять одновременно два знака, не говоря уж о том, чтобы совместить их действие. Однако именно это он планировал сейчас сделать — совместить изгоняющее холод тепло Фира и нейтрализующую его пагубное действие, энергию Ка’ена.

Оранжево-алая и бледно-желтая, почти белая, энергии одновременно устремились к девушке, но, на полпути к ней неожиданно объединились, образуя новую, солнечно-желтую энергию! А уже эта энергия продолжила свой путь к Юньшань.

На самом деле, Люк смешивал эти энергии не в первый раз. Перед визитом к Юньшань, он опробовал свою разработку на бродячих кошках и собаках, где она показала свою безвредность, хотя и болезненность. К сожалению (для бедных животных — к счастью!), Люк не владел никакими ледяными техниками, а использовать для подобных проверок Криос было несколько антинаучно, так что взаимодействие смешанной энергии на ледяной ци еще предстояло выяснить, но эспер искренне надеялся, что его разработка оказалась действенной. Нет, не так — он был в этом практически уверен, иначе просто не стал бы сюда приходить, но вот насколько это болезненно, был вопрос совершенно иной.

К счастью, все оказалось не так плохо, как можно было предположить. Объединенная энергия двух знаков достигла Юньшань и беспрепятственно вошла в ее тело в районе правой руки. Начинать эспер решил именно оттуда — так возможный риск был бы минимизирован. Девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Боль от воздействия этой странной энергии была гораздо слабее, чем приступ ее болезни.

Эта новая энергия, словно компенсируя свою болезненность, сразу проявила себя с лучшей стороны. Она мгновенно вступила во взаимодействие с морозным ци в теле Юньшань и… начало стремительно изгонять его! Всего через пять минут воздействия рука девушки была почти полностью свободна от пропитавшего ее ци. Почти, потому что до конца Люк решил его изгнать только после первичной очистки всего организма. Холод настолько глубоко пропитал тело Юньшань, что мгновенное избавление от него было просто опасно. Девушка и так испытывала сильную боль при взаимодействии энергии огня, хоть и разбавленной энергией исцеления, с ци льда. Если бы он попытался одномоментно изгнать весь ледяной ци из ее руки, она могла даже разрушится! Это было, конечно, крайним и очень маловероятным вариантом, но в том, что ничего хорошего не произошло бы, Люк был уверен.

Закончив с первичной обработкой руки, эспер перенаправил энергию к туловищу девушки. Делал он это крайне аккуратно. Если в руке не было никаких важных органов, поражение которых могло привести к скорой смерти, с туловищем дело обстояло совсем по-другому. Поэтому Люк пошел несколько иным путем. Он осторожно направил слабые струйки энергии к каждому из основных органов, и лишь убедившись, что ничего непоправимого происходить не собирается, позволил ей тонким слоем распространиться по всему организму девушки, равномерно пропитывая каждую клеточку ее тела, и медленно, но верно, изгонять засевший там ледяной ци.

Ощущения при этом Юньшань испытывала болезненные, но вполне терпимые, даже не будь она закалена собственным недугом. Учитывая последнее, она практически не обращала на это никакого внимания. В то же время она ощущала, что холод, сковывающий и ослабляющий ее все это время, постепенно исчезает! Несмотря на боль, на лице девушки проступила слабая улыбка.

— Пока все, — решил закончить Люк сеанс лечения. Все необходимое он сделал, оставалось только ждать.

Вообще-то говоря, энергия огня, которой оперировал Фир, как и большинство других энергий, доступных эсперу через знаки, не обладали свойством устойчивости и существовали совсем недолго. Однако целительная энергия знака Ка’ен была иной. Этот знак не был быстрым, и если бы он не обладал длительным действием, то есть той самой устойчивостью, от него не было бы абсолютно никакого толка. Новая, полученная от смешения двух типов, энергия, на счастье, тоже обладала этой устойчивостью! Это позволяло эсперу не поддерживать знаки постоянно, чего он, кстати, и не смог бы, а просто оставить ее в организме девушки, чтобы она сама растворяла и изгоняла ледяной ци!

Конечно, долго бы энергия не продержалась, но несколько часов отдыха у него были.

— Оставленная мною энергия будет потихоньку изгонять недуг из вашего организма. Но через несколько часов процедуру придется повторить. А потом еще несколько раз. Изгонять хворь сразу было бы слишком опасно для вашего организма, — пояснил он вопросительно смотрящей на него Юньшань.

— Спасибо, мастер Лю! — с искренней благодарностью произнесла она, — даже не знаю, как вас за это благодарить. Самой мне ввиду болезни доступ к ресурсам закрыт. Ну, знаете, я не обладаю культивацией, и мама считает, что мной будет слишком легко манипулировать. Но, когда она вернется, можете рассчитывать на щедрое вознаграждение…

— Рано еще благодарить. Вот когда ваш недуг будет полностью исцелен, тогда — пожалуйста! И я делаю это не ради вознаграждения, просто меня заинтересовала ваша болезнь…

Сказанное Люком чисто ради отмазки фраза, неожиданно для него самого оказалась на удивление правдивой. Его на самом деле очень заинтересовала болезнь девушки.

Во-первых, были очень интересны ее причины. В воспоминаниях Сюэ Жаня все, что касалось болезни его сестры, лежало на поверхности, поэтому Люк примерно знал о событиях, приведших к ней.

Не самый обычный способ заболеть. Точнее — самый обычный, вот только болезни такие если не убивают человека сразу, то довольно быстро проходят, чтобы больше никогда не возвращаться. С Юньшань же все было по-другому. Болезнь годами «теплилась» в ней, иногда надолго затихая, но периодически напоминая о себе усиливающимися с каждым разом приступами.

Вторая странность заключалась в том, что местные врачи так и не смогли справиться с этой болезнью. В то, что все они были косорукими идиотами, эспер не верил… А значит, просто… они лечили не то!

Для того, чтобы убедиться в своих предположениях, Люк попросил Юньшань рассказать подробности о своей болезни и истории ее лечения. Основные моменты он знал от Сюэ Жаня, но сейчас его интересовали подробности.

Выслушав довольно длинный рассказ девушки, он выяснил для себя мало нового. То, что большинство лекарей не могли изгнать ледяной ци даже чуть-чуть, он знал и так. При помощи различных пилюль и микстур им это удавалось, но лишь на время. Ледяной ци каждый раз возвращался снова. Причину этого никому выяснить так и не удалось. Все попытки обнаружить первоисточник проблемы ничего не дали, что заинтересовало Люка только еще больше. Если бы врачи все же оказались косорукими идиотами, даже не подумавшими о его поисках, все было бы гораздо проще и… скучнее.

Ну, а третьей странностью было то, что распространяя изгоняющую холод энергию по телу девушки, Люк кое-что заметил. В районе чуть ниже пупка, там, где у культиваторов, достигших нужной стадии, располагается даньтянь, его энергия как будто наткнулась на некую невидимую преграду. Совсем небольшую и почти необнаружимую — Люк обратил на это внимание только по тому, что подсознательно ожидал чего-то подобного — но, тем не менее, она была. И эспер был практически уверен, что именно в этом месте скрывается корень странной болезни Юньшань! Однако предпринимать ничего не стал. Для начала следовало избавиться от уже присутствующего в организме ледяного ци.

Кроме того, Люк был вовсе не уверен, что даже в этом случае у него хватит сил и умений совладать с корнем проблем Юньшань. Но он, по крайней мере, должен попытаться. А, чтобы попытка с большей вероятностью увенчалась успехом, ему бы очень не помешал один из сильнейших во всех мирах видов оружия — информация!

Информацию Люк нашeл совсем недалеко. B особняке Сюэ, помимо всего прочего, наxодилась еще и шикарнейшая библиотека. Часть книг была внесена в нее нынешними хозяевами, однако большинство досталось в наследство от прошлого владельца этого здания. Библиотеку собирал еще его дядя, но после его смерти и передачи прав на особняк племяннику, она находилась в запустении. Когда особняк вновь сменил владельца, прежний не стал заморачиваться с вывозом библиотеки, которая была ему просто неинтересна, а просто оставил книги в нем. Eстественно, только обычные — ценность свитков с техниками культивации понимал даже он.

Впрочем, сейчас Люка интересовали отнюдь не подобные свитки, а самые обычные книги с информацией. Oбследование Юньшань и ее история навели его на несколько интересных мыслей, и сейчас он всего лишь хотел их подтвердить. А заодно узнать о предполагаемой проблеме побольше.

Одного Люка в библиотеку естественно не отпустили, однако сама Юньшань сейчас испытывала не самые приятные ощущения от противоборства ледяного ци и оставленной эспером энергии, и сопровождать его желанием не горела. Жу’эр оставалась рядом со своей госпожой на случай чего, так что Люка сопровождала незнакомая ему черноволосая служанка по имени Яню. Библиотекаря в семье Сюэ не было, однако Юньшань, помимо любования цветами, очень любила читать, а заодно и присматривала за библиотекой, поддерживая в ней идеальный порядок. В силу своей болезненной слабости, справиться со всем сама она не могла, и использовала для этих целей слуг. К числу подобных «библиотечных» слуг и относилась Яню, сейчас объясняющая эсперу где что находится.

В первую очередь эспера интересовала история клана Сюэ — уж очень происходящее напоминало действие проклятья. Сначала необычайно сильный буран, в котором погибает несколько слуг, а Юньшань подхватывает свой странный недуг, а затем и вовсе схождение на город лавины. Добавьте к происходящему имя клана «Сюэ», что означает снег, и все становится очень-очень странно. Вот Люк и решил поискать сведения о его возможной причине.

Услышав, что именно требуется гостю, Яню категорически отказалась выдавать ему эту информацию. Она не была столь уж секретной, но доверять ее постороннему… Пришлось Люку спускаться к Юньшань за разрешением, которое та дала даже не задумываясь — чего-то действительно секретного в архивах не было, а эспер успел показать, что действительно способен по крайней мере прогнать ледяной ци из ее тела. Если это поможет ему полностью исцелить ее болезнь… Юньшань бы ему и секретные сведенья рассказала. Взяв клятву о неразглашении, разумеется.

Получив, наконец, доступ, Люк углубился в изучение истории клана.

Основан клан Сюэ был около двух тысяч лет назад великим героем Сюэ Цзянем, известным по всему Королевству Восхода Солнца и даже далеко за его пределами. Было известно, что Сюэ Цзянь не его настоящее имя, а лишь прозвище, но о его истинном происхождении доподлинно никому не известно. Составитель архива подозревал, что он был из некой благородной семьи, но по какой-то причине с семьей этой порвал. Возможно также, что она была уничтожена, но это казалось ему, да и Люку тоже, маловероятным — Сюэ Цзянь был известным героем и не в его характере было бы скрываться от кого-то. Люк на его месте просто бы уничтожил обидчиков, а затем раскрыл истинное имя. По крайней мере, своим потомкам.

По легенде, которую составитель архива был склонен считать правдивой, однажды, путешествуя далеко на севере, Сюэ Цзянь спас от стаи волков красивую белую лисичку. Лисичка, после спасения, обернулась израненной девушкой невиданной красоты. Как объяснила она своему спасителю, она была принцессой немногочисленного племени духов Снежной Лисицы, а преследовали ее члены племени духов Волка Стужи, намереваясь захватить в качестве наложницы для собственного принца. Эти его подручные сейчас были уничтожены, но он непременно пошлет новых, или даже явится сам, поэтому девушка попросила героя помочь ей еще раз.

Легенда была еще длинная, но в итоге Сюэ Цзянь победил всех врагов и женился на этой принцессе, основав, тем самым, род Сюэ, члены которого пребывали с холодом и снегом в особых отношениях. Легенда, в общем-то самая обыкновенная, но кое-что в ней зацепило эспера. А именно то, что в отличие от множества других подобных легенд, различных меж собой лишь именами главных героев и злодеев, здесь Зло не было уничтожено до конца. Tяжело раненый Сюэ Цзянем принц Волков Стужи, полностью утратил свое могущество, но все же сумел сбежать, поклявшись перед этим страшно отомстить потомкам предпочетшей ему какого-то смертного, принцессы Снежной Лисицы.

И правда, не смотря на то, что род, а затем и клан Сюэ, находился с холодом в особых отношениях, крупнейшие неудачи их тоже были связаны со снегом или льдом.

Около полутора тысяч лет назад, спустя примерно сотню лет, после того как Сюэ Цзянь вместе с женой отправились в путешествие за пределы материка, из которого до сих пор и не вернулись, клан Сюэ постигло величайшее бедствие. В одну из зим на город обрушился сильнейший буран, несущий ци, который, хоть и был ледяным, но нес смертельную опасность даже для клана Сюэ. В тот день погибла большая часть клана, а выжившая перебралась в более теплые места. И это помогло: до недавнего времени больше таких масштабных катастроф не случалось, однако с членами клана, особенно по женской линии, нередко происходили всякие неприятности, когда они отправлялись в снежную местность. Нередки даже были случаи гибели. А ведь, из-за специфики их родового дара им это было просто необходимо! Вот по этим причинам клан Сюэ хоть и был достаточно древним, особым влиянием так и не обзавелся, а сейчас, когда клан настигла катастрофа даже более страшная, чем полуторатысячелетней давности, они растеряли последние его остатки. Да и клан развалился. По крайней мере, на две ветви. Было очень похоже на то, что принц Волков Стужи все-таки держит данное им когда-то обещание!

Но как это связано с болезнью Юньшань? Насколько разобрал Люк, никого с подобными симптомами в клане Сюэ раньше не было. Единственное, что с трудом можно было считать зацепкой, было упоминание о том, что одна из сильнейших практиков клана — Сюэ Мейфен — страдала в детстве каким-то серьезным заболеванием, но в итоге ей удалось его победить, однако что это за заболевание история не сохранила. По крайней мере — этот архив.

Больше никаких зацепок по этому поводу архив не содержал, поэтому Люк уцепился за единственную возможную ниточку и принялся ее раскручивать. Однако и это ничего не дало — сведения о Мейфен были, но носили они сугубо исторический окрас: в этом году сделала то-то, а в том — то-то. Никаких подробностей. Единственное, что было ясно, что она достигла в культивации небывалых высот, и очень искусно управлялась с холодом. Больше ни-че-го. А еще Люк внезапно обнаружил, что дата рождения Сюэ Мейфен и дата крупнейшей до недавнего времени катастрофы, различаются всего на пять лет! Совпадение? Очень и очень вряд ли!

Других книг, где бы упоминалась Мейфен, в библиотеке не было, по крайней мере, Яню о них не знала. В расстроенных чувствах эспер вновь спустился к Юньшань, которая, кстати, не только отошла от лечения, но и успела поспать — так долго Люк просидел с архивом — и тут-то его и поджидал приятный сюрприз.

— Предок Мейфен? Конечно, я все о ней знаю! — обрадовалась вопросу Юньшань. — Я очень люблю истории о ней. Вот, — она достала из-под подушки явно не новый уже томик с изображенной на обложке беловолосой женщиной, рядом с которой находилась белая лисица, почему-то с двумя хвостами. Поразительно, но в чертах лица женщины явно читалось ее родство с Юньшань! — Я давно выучила его наизусть, но иногда перечитываю перед сном.

— Очень хорошо! Это сэкономит нам уйму времени. Можно я посмотрю?

Девушка вдруг смутилась, но потом все же протянула томик эсперу.

— Вы наверное будете смеяться, но это сказки. Однако информация там довольно достоверная — этот сборник составил один из внуков предка Мейфен, когда она еще была жива.

— Нет, не буду. Сказки тоже вполне сгодятся. Особенно, если в них говорится о болезни твоего предка…

— Вы тоже об этом подумали? К сожалению, никаких сведений об этом тут нет. Я, когда узнала, сразу подумала, что наши с ней болезни могли быть схожи, но никаких упоминаний о недуге предка не сохранилось. Но это только вторая часть сборника. Они должно быть содержались в первой, ведь болезнь поразила ее, когда она была еще маленькая.

— И где эта первая часть? — сердце Люка возбужденно забилось, но Юньшань лишь с сожалением покачала головой.

— Она утеряна. Уже много лет. Даже ни одной копии не осталось. Так что, какой именно болезнью страдала предок и как смогла от нее избавится, узнать не удастся.

— Печально, — не стал скрывать разочарования Люк. — Кстати, как ваше самочувствие?

— Очень хорошо! Спасибо вам огромное! Давно я не чувствовала себя такой бодрой, — в подтверждение своих слов Юньшань легко поднялась на кровати и несколько раз подпрыгнула. — Ой, наверное юным леди следует вести себя более воспитанно… — Юньшань вновь смутилась, но на этот раз явно притворно, о чем говорили ее поблескивающие озорством глаза.

— Да-да, госпожа, вы совершенно правы. К тому же, вы еще не настолько отошли от болезни для этого, — несколько недовольно заметила Жу’эр, но по ее голосу было слышно, что она рада за свою госпожу.

— Ну, раз все хорошо, тогда настал черед повторного сеанса лечения…

— Да, хорошо, — девушка послушно улеглась обратно на кровать, и Люк, приступил к ее лечению.

На этот раз все прошло гораздо проще и безболезненней, поскольку большая часть морозного ци была уже выведена. А, пока девушка находилась под лечебным воздействием, он решил прямо тут почитать предоставленный ему томик сказок.

И не разочаровался! Ведь эта книжка натолкнула его на мысль об истинной природе «болезни» Юньшань. И в том, что его догадка правильная, Люк был практически уверен. Но вот как это знание применить для лечения… Эспер вздохнул и направился в библиотеку. Ему вновь не хватало знаний.

На этот раз объектом интереса Люка была вовсе не история. Сейчас его интересовали… снежные дуxи! Да-да, те самые Ледяные Лисицы, Волки Стужи и прочие подобные им существа. Дело тут было в том, что симптомы, характерные для болезни девушки, вызвали у него совершенно необычные ассоциации. Aссоциации, родом из его родного мира.

В свою бытность эспером, Люк, хотя и был всего лишь студентом, успел повидать немало всяких тварей. И одной из таких тварей были… одержимые! Эти, захваченные злыми духами тела, ранее обычно были обычными животными или людьми, но после подселения нового «квартиранта», обзаводились кучей необычных свойств. Например, совершенно обычный в прошлом человек мог вдруг начать колдовать на уровне какого-нибудь магистра. Tеоретически. На практике сильные духи захватывали сильные тела — тела магов, но никогда — эсперов, способности последних зависели от их разума, и захват тела, кроме более сильной в физическом плане оболочки, ничего бы духу не дал. Да и захватить тела собратьев Люка, было не в пример сложнее, чем даже тела магов. И все дело тут опять-таки в ментальной энергии. Маги ее тоже развивали, но основа у них была другая, и они сильно проигрывали в этом эсперам.

Честно говоря, одержимых Люк встречал лишь однажды. Зато — в большом количестве. Во время все той же памятной встречи с демонологом. И твари эти, некогда бывшие обычными собаками и людьми, заставили эспера выложится на полную. Впечатленный их способностями, Люк в последствии подробно изучил всю доступную информацию об одержимых и узнал много нового. Например: стадии захвата тела жертвы. И сейчас, поработав с болезнью Сюэ Юньшань, он внезапно понял: ее симптомы очень напоминают одержимость каким-либо ледяным духом!

Одержимость Юньшань объяснила бы все: и способ заражения этой странной болезнью, и необычайно мирный и упорядоченный морозный ци — духу было совершенно ни к чему разрушать тело-носитель — и даже странную преграду, необнаружимую, как выяснилось, посредством ци — это было убежище духа. Однако было ли это действительно полноценной одержимостью, вернее подготовкой к ней? Если бы все действительно обстояло так, у эспера не было бы другого выхода, кроме как уничтожить убежище духа с немалым риском серьезно повредить при этом Юньшань, вплоть даже до смерти девушки. Вероятность этого была довольно мала, но ведь она была! Однако в том, что это действительно одержимость, Люк сильно сомневался. А усомниться его заставил тот самый сборник сказок, повествующий о похождениях Сюэ Мейфен.

Закончив с изучением информации о снежных и морозных духах, а заодно и зацепив немалый пласт знаний о духах вообще, эспер перешел в другой отдел библиотеки. Туда, где говорилось о стадиях культивации! Секция не была большой. В ней не было каких-либо сведений о техниках культивации — они содержались в закрытом разделе библиотеки, куда Люку, естественно, хода не было — лишь описание самих стадий. Но эсперу сейчас нужно было как раз именно это.

В том, что сведения известные ему из памяти Чан Лея правдивы, он подтвердил быстро. А подтвердив, не сумел сдержать радостной улыбки — все его допущения и гипотезы объединились вместе, образуя стройное древо теории. Kажется, теперь он знал, как излечить «болезнь» Юньшань. По крайней мере — теоретически. Впрочем, радоваться было рано. Вряд ли организм девушки мог перерабатывать обычный ци, уж слишком сильно он был заточен именно под лед. То есть, для того, чтобы осуществить задуманное, Люку понадобился бы мощный источник ледяного ци! Интересно, есть ли такой в семье Сюэ? Это было довольно вероятно, ведь их практики были связаны со льдом, снегом и холодом, однако доверят ли его чужаку? Нет, не так — имеет ли Сюэ Юньшань право им распоряжаться?

Вряд ли. Она говорила, что ее доступ к ресурсам семьи ограничен. Следовательно, для того, чтобы завершить лечение, ему придется ждать прибытия матери Юньшань или… Сюэ Жаня! Впрочем, на последнего надежды было мало — он-то Люка знал, и в то, что тот гениальный доктор, ему поверить было бы крайне сложно. Даже несмотря на уверения Юньшань.

Для проформы решив все же поинтересоваться у Юньшань наличием подобного источника ци и ее возможностью им распоряжаться, эспер отложил книги в сторону и направился на выход. И… столкнулся в дверях библиотеки со взмыленной, испуганной служанкой, имени которой он не знал.

— Мастер Лю! — когда служанка увидела эспера, на ее лице появилось что-то вроде облегчения. — Мастер Лю, скорее! — взволнованно воскликнула она. — У госпожи Юньшань начинается приступ!

***

Несколькими днями ранее. Город Осеннего Дождя.

Эта поездка с самого начала не задалась. Сначала ни с того ни с сего поломалась казавшаяся надежной повозка, и Юйлань пришлось потратить немало времени на ее починку прямо в дорожных условиях, благо она сама была неплохим мастером массивов и в конструкциях наподобие самодвижущейся повозки разбиралась.

Затем, резко испортилась погода и прямо на пути следования Юйлань разразилась гроза. Не сказать, что она была опасна для практика ее уровня, но из-за плохой видимости скорость пришлось сбросить. А ведь чем быстрее она договорится с нужным человеком, тем меньше вероятность, что ее дочь — Юньшань — погибнет от очередного приступа. При таких условиях нельзя было терять ни минуты, но, казалось, сами небеса препятствуют замыслу Юйлань.

То, что они препятствовали не зря, она поняла, лишь пообщавшись с человеком, на встречу с которым спешила, лично.

— Слухи о вашей красоте ничуть не преувеличены, госпожа Сюэ, — сально улыбнулся ей невысокий полноватый мужчина средних лет.

Юйлань поморщилась. Комплимент из уст этого человека был ей ни капли не приятен. Скорее уж наоборот. Но этот человек — один из высших аристократов Города Осеннего Дождя — Ли Xуаюй — был единственным из знакомых Юйлань, кто взялся предоставить ей требуемые для лечения Юньшань пилюли. Более того, как он прозрачно намекал в письме, в его распоряжении находился некий чудодейственный препарат, способный раз и навсегда избавить ее дочь от болезни. Однако условия передачи пилюль и, возможно, этого препарата, он пожелал обсудить лично.

— Благодарю, господин Ли, — сухо ответила женщина. Она понимала, что сейчас находилась в роли просящего, и ей следовало бы быть как можно более любезной, но ничего не могла с собой поделать — Хуаюй вызывал у нее некое подсознательное отвращение. — Вы писали, что можете помочь с моей проблемой…

— Сразу к делу? — неприятно улыбнулся «господин Ли». — И даже не обсудим как прошла ваша дорога и какая политическая ситуация в двух наших городах?

— Я бы с удовольствием обсудила с вами эти темы и множество других, если бы была уверена, что моей дочери, хотя бы некоторое время ничего не угрожает, — несколько грубее, чем следовало бы, ответила Юйлань. — Вы пригласили меня, чтобы обсудить условия передачи пилюль, так давайте обсуждать их, а не беседовать о погоде и ценах на рожь!

— Хорошо-хорошо, — вновь улыбнулся Хуаюй, и улыбка эта Юйлань совершенно не понравилась. — Хотите обсудить условия, что ж, условие у меня всего одно. Но не спешите отказываться, когда услышите его, ведь, насколько я понял, без моей помощи бедняжке Юньшань жить осталось совсем немного. Молчите-молчите! — прервал он готовую разразиться возмущенной тирадой, женщину, — и вы и я знаем, что это так. Кроме того, я практически уверен, что смогу раз и навсегда излечить Юньшань от ее недуга! К тому же, мое предложение несет выгоду вам, даже гораздо больше, чем мне. Ведь клан Сюэ практически уничтожен. Не так ли?

— И что же это за предложение? — Юйлань уже догадалась, о чем пойдет речь, но гораздо лучше, если это озвучит сам Хуаюй.

— О, все просто! Видите ли, мой сын и наследник Ли Энлэй, культивирует законы огненной стихии. Ваша дочь, Юньшань, хотя пока и не обладает культивацией, но после излечения болезни она будет наиболее подходящим кандидатом для парной культивации. Иначе говоря, я хочу, чтобы вы отдали Юньшань в жены моему сыну. Как видите, предложение не такое уж и плохое. В том положении, что вы находитесь, я вполне мог бы потребовать, чтобы Юньшань стала его наложницей! — забил гвоздь в крышку гроба Хуаюй.

— Нет! — резко возразила женщина. — Я не могу принимать такие решения без согласия самой Юньшань. — Назначьте другую цену. Я неплохой мастер массивов, и у меня есть даже парочка уникальных. Это будет вполне справедливой ценой за пилюли!

— Прошу меня извинить, но цену здесь определяю я. И она уже прозвучала, — отрезал аристократ. — Впрочем, я не настаиваю на немедленном ответе. Pаз вы говорите, что решать должна Юньшань, пусть решает Юньшань. Энлэй вместе с необходимыми пилюлями отправится с вами в Город Утренней Зари. А там уже сами решайте, насколько дорога вам жизнь вашей дочери!

Юйлань не оставалось ничего, кроме как согласиться. Ведь это была для них с дочерью единственная возможность, и отказаться она просто не имела права. А там… Юньшань самой предстоит решить, что для нее важнее: свобода или жизнь… В конце концов, возможно этот Ли Энлей не так уж и плох…

Спустя некоторое время после того, как за расстроенной Юйлань закрылась дверь, в нее вошел другой посетитель. Это был среднего роста юноша лет двадцати двух. В отличие от отца — довольно стройный. Более того, в отличие от того же отца, которым, естественно, был Ли Хуаюй, его можно было даже назвать красавцем. Однако сейчас его красивое изнеженное лицо было искаженно гримасой недовольства.

— И зачем мне эта больная провинциалка, отец? Согласен, выглядит она довольно миленько, но ты же знаешь, что у меня и так нет недостатка в женщинах. Если уж вздумал меня женить, пускай это будет хотя бы дочь городского лорда, хотя, гораздо лучше подошла бы какая-нибудь столичная аристократка из древнего влиятельного рода. С твоим влиянием, отец, ты бы легко этого добился!

— Ты прав и не прав одновременно, сын, — загадочно улыбнулся Ли Хуаюй. — Род Сюэ очень древний, хотя влиянием никогда не отличался. Кроме того, эта малышка Юньшань, действительно идеально подходит для парной культивации твоих законов огня.

— Как? Она ведь даже не практик!

— Пока не практик. И, поверь мне, лучшего кандидата для этих целей тебе не найти…

— Да? И почему же?

Вместо ответа Хуаюй просто извлек из пространственного кольца какую-то книгу, на обложке которой была изображена беловолосая девочка и небольшой белый лисенок, и протянул ее сыну.

— Ознакомься!

Энлэй сильно сомневался, что какой-то там сборник сказок что-то ему скажет, однако вскоре понял, что сильно ошибался.

— Ты думаешь, что с Юньшань…

— Именно это я и думаю, сын. Более того, я практически уверен в этом!

— Похоже ты прав. Мне действительно не найти лучшей кандидатуры для парной культивации, — на лице юноши проступила предвкушающая улыбка, — когда мне отправляться?

Как бы cтpанно это ни звучало, приступ был как нельзя более кстати. Люк даже не рассчитывал на него в ближайшее время, однако реальность преподнесла ему сюрприз. Главное теперь было с этим сюрпризом совладать, и от него тут зависело довольно мало — вся тяжесть собственного излечения свалится на плечи Юньшань, а он лишь немного ей в этом поможет. Xотя, пожалуй, в случае чего он сможет предотвратить нежелательные последствия и приступ точно не станет для девушки последним, но вот исцелится она или нет, зависело сейчас только от нее.

Юньшань, неоднократно страдавшая от подобных приступов ранее, заранее поняла, что приступ сейчас начнется, поэтому вовремя послала служанку, и когда Люк вломился в ее комнату, он только-только начинался. Bолна плотного ледяного ци возникла именно в том месте, где располагалось странное образование, и начала стремительно распространяться по организму.

— Направляйте ее в меридианы! — прямо с порога заявил эспер, видя это.

— Как? Я их не вижу!

— Cейчас, — на секунду задумавшись, эспер сложил обе руки в знаки Ка’ен и Фир соответственно, и уже привычно получив смешанную энергию направил ее точно вдоль меридианов девушки. Энергия, столкнувшись с ци холода, вызывала болезненные ощущения, и таким образом Юньшань теперь могла чувствовать, где именно располагаются ее меридианы. Что касается ледяного ци — его она чувствовала безо всяких дополнительных ухищрений.

— Просто пожелайте, чтобы ци вошел в каналы. Eсли я прав, то у вас все получится!

Юньшань послушно выполнила его распоряжение и — о чудо! — у нее это действительно вышло. Правда энергия Люка при этом рассеялась, но в ней уже не было нужды — в момент, когда ледяной ци вошел в меридианы, Юньшань отчетливо ощутила их! O чем тут же сообщила Люку.

— Замечательно! Направляйте в них весь ци, до тех пор, пока сможете его в них удержать! A лучше — даже после. От этого зависит не только исход этого приступа, но и всей болезни.

Да, кстати приступ был именно поэтому. Люку для излечения Юньшань требовался источник ледяного ци. А приступ болезни как раз таким источником и являлся! Причем, как успел убедиться Люк, очень послушным. Чтобы заставить нейтральный ци льда повиноваться воле Юньшань, с той пришлось бы проводить длительную работу, но, к счастью, предположения эспера оказались верны, и этот ледяной ци чуть ли не с удовольствием выполнил пожелание девушки! Недаром ему при первом осмотре показалось, что этот ци очень структурирован и совсем не хочет навредить Юньшань.

Выслушав инструкции Люка, девушка кивнула — говорить что-то было просто слишком больно — и продолжила направлять ледяной ци в меридианы. Они были уже порядочно закалены холодом и ци держали превосходно. Только ледяной, к сожалению. Обычного нейтрального ци они бы не выдержали. Даже одной двадцатой от того объема, напору которого подвергались сейчас — слишком уж они были заточены именно под холод.

А напор все возрастал. Поначалу Юньшань было просто удерживать ци в меридианах, но постепенно это становилось все сложнее и сложнее. Казалось, еще чуть-чуть и меридианы просто лопнут, разом выпуская весь сдерживаемый ци, что неминуемо приведет к смерти девушки, однако ци уже сам собой, абсолютно независимо от желания направлялся в них, и Юньшань не оставалось ничего, кроме как удерживать этот дикий напор.

— Сконцентрируйте его в этих точках! — энергия Люка указала на две точки в меридианах Юньшань, находящиеся в самом низу живота и в промежности сответственно. В другой ситуации сам этот факт жутко смутил бы и самого юношу и девушку, но сейчас было точно не до этого. Юньшань лишь послушно увеличила концентрацию ци в этих точках.

Несколько мгновений после этого ничего не происходило, а затем… меридианы, которые в этих местах уже не могли выдерживать такого давления… резко сомкнулись! До этого не замкнутая система циркуляции ци стала замкнутой! А замкнутая система циркуляции ци была только у тех, кто достиг ступени формирования даньтяня! Даже Люк ей пока не обладал.

Однако на этом ничего не закончилось. Ледяной ци, излучаемый областью чуть ниже пупка, словно раздосадованный тем, что разорвать меридианы не удалось, буквально взбесился. Внизу живота Юньшань мгновенно возникла мощнейшая волна ледяного ци, который… почему-то не спешил распространяться по организму, а кольцом сгустился вокруг невидимой области, которая извергала все новые и новые порции холода, который также сгущался вокруг него. Наконец, спустя некоторое время, когда плотность ледяного ци стала максимальной и грозила просто выморозить Юньшань, ци вдруг… взорвался! Волна холода пронеслась по всему организму девушки, сковывая и замораживая, но, на самом деле, это была лишь небольшая часть собранного ци. Основная его масса, устремилась в обратную взрыву сторону — вовнутрь! И без того крайне плотный ци внезапно уплотнился в несколько раз, сжимаясь до радиуса чуть меньшего, чем пупок Юньшань в том самом месте, где была невидимая преграда. Том же, где у культиваторов, достигших нужной стадии, находится даньтянь…

Да это и был даньтянь!

Странный — в нем изначально клубился ледяной ци, вместо ци обычного, но даньтянь! Девушка мгновенно достигла пика стадии формирования даньтяня, и, чтобы перейти на следующую ступень, ей оставался всего один шаг. Который она и совершила, попросту потеряв сознание.

— Госпожа! — испугалась Жу’эр, увидев это.

— Не волнуйся, с ней все в порядке, — устало успокоил девушку Люк. Даже странно, лично он прилагал сейчас минимум усилий, а вымотался почти как во время битвы с Би Ченцзы, только усталость была несколько иная. — Если я прав, а я прав, когда твоя хозяйка очнется, она будет полностью здорова. И даже более чем здорова…

— Что вы имеете в виду? — осторожно поинтересовалась служанка.

— Ничего. Когда она очнется, тогда ты все и узнаешь, — больше не обращая на Жу’эр внимания, Люк открыл прихваченную из библиотеки книгу о нежити и принялся читать. Сейчас ему оставалось лишь ждать пробуждения Юньшань, чтобы полностью подтвердить свои догадки. Хотя в том, что это действительно так, эспер был практически уверен.

В то время, когда Люк был занят лечением Юньшань, ее брат прервал свою уединенную медитацию. Уходя в нее, он хотел как можно быстрее стать более сильным — достигнуть ступени формирования даньтяня — ведь тогда у него будет и больше возможностей, но неспокойные мысли о сестре мешали его культивации. Пилюля, которую он принял чтобы обеспечить себе прорыв, так и не возымела эффекта. У него имелись еще подобные пилюли, но Сюэ Жань понял, что пока он находится в таком душевном состоянии, даже куда более мощные пилюли не возымеют эффекта. Так что, решив не переводить ценный ресурс понапрасну, он направился домой. Быть может, разговор с сестрой временно восстановит его душевное равновесие. Куда вероятнее, что все будет наоборот, но он, по крайней мере, проведает сестренку.

До дома парень добрался без приключений. На пороге его привычно встретил дворецкий — Mиншенг. Поприветствовав его, Жань поинтересовался как дела у его сестры и где она сейчас находится. И если то, что ее болезнь временно отступила и Юньшань даже выходила на прогулку, его порадовал, то тот факт, что она привела в гости какого-то незнакомого парня, неожиданно вызвал раздражение.

— И где они сейчас?

— Насколько мне известно, госпожа вместе с гостем и Жу’эр находятся в ее покоях…

— Что? — поразился Жань, услышав это, — а если они занимаются там всякими непотребствами? — не сказать, что парень так действительно думал — свою сестру он ни в чем подобном не подозревал — скорее слова сами сорвались с его губ.

— Но ведь с ними еще и Жу’эр… — с сомнением покачал головой Миншенг.

— Эх, Миншенг, Миншенг… Когда ты уже станешь чуточку современнее? А вдруг они занимаются этим втроем… — не слишком удачно пошутил парень, и, оставив дворецкого в одиночестве рассуждать над своими словами, поспешил к комнате сестры. В том, что все там благопристойно он сам ни капли не сомневался, но вот что это за странный парень? Не в характере его сестры было приглашать в дом незнакомцев…

Быстро добравшись до нужной комнаты, он резко без стука отворил дверь и сначала даже не поверил своим глазам. Парня, сидящего сейчас с какой-то книгой в руках на краю кровати, он узнал сразу. Ведь именно за ним некоторое время назад он отправлялся на ту злополучную охоту. Охоту, после которой выжил лишь он один. А заодно потерял всякую надежду помочь сестре и осознал собственную ничтожность.

— Что ты здесь делаешь? — вместе с удивлением в словах Сюэ Жаня сквозила неприкрытая агрессия.

— О, привет, я знал, что ты рано или поздно появишься, — бросил Чан Лей, переводя взгляд с книги на парня. — Читаю, как видишь.

— Ах ты… — вокруг Сюэ Жаня сгустился ледяной ци, и в комнате заметно похолодало. — Поведение Чан Лея буквально взбесило парня. Он до сих пор не атаковал лишь из-за опасения случайно зацепить сестру или Жу’эр.

— Мастер Лю Ци любезно согласился заняться лечением госпожи Юньшань от ее болезни, — поспешила вмешаться в зарождающийся конфликт молчавшая до этого служанка.

— Мастер Лю Ци говоришь? — удивленно вскинул брови парень. — А мне он известен несколько под иным именем. Так как мне тебя называть, а, Чан Лей?

— Как хочешь, так и называй, — невозмутимо бросил его оппонент. — Здесь. В академии я все же предпочел бы Чан Лея…

Нет, это было просто слишком нагло. Проникнуть каким-то образом в его дом, да не просто в дом, а в комнату его сестры, и, сидя на ее кровати вести себя так, как будто он, а вовсе не Жань является тут хозяином… Этого нельзя было стерпеть!

— Да ты! Да я тебя! — вокруг кулаков Сюэ Жаня появилось морозное свечение активируемого навыка — он все-таки не совсем слетел с катушек, чтобы размахивать тут мечом — и парень сделал шаг по направлению к Чан Лею, пока еще не атакуя, но давая тому понять, что шутки кончились, и пора бы ему оставить свое вызывающее поведение и все нормально объяснить. Иначе…

— Хватит, Жань! — неожиданно раздался тихий, но наполненный силы голос, в котором Сюэ Жань не сразу опознал голос своей сестры. Но, что удивило парня гораздо больше, одновременно с этим в комнате разлилась мощная аура культивации. Аура, которая превосходила даже пик ступени формирования даньтяня…

Безо всяких сомнений, это была аура начальной ступени измененной крови!

Из треx людей, которые помимо Юньшань находились в комнате, удивленным не выглядел только Люк. У Cюэ Жаня, у которого из головы мгновенно вылетело то, что он только что собирался разобраться с эспером, и Жу’эр на лицах застыли схожие пораженно-недоверчиво-радостные выражения. Что же касается эспера — он выглядел довольным.

Eще бы! Ведь его предположения полностью оправдали себя и Юньшань выздоровела. Да не просто выздоровела! Она мгновенно преодолела путь от не способного к культивации инвалида до практика стадии измененной крови! Люк был очень рад за девушку. Kроме того, он был уверен: только что он приобрел надежнейшего будущего соратника и, возможно, друга. А в том, что соратники ему понадобятся, эспер был практически уверен. Как он успел убедиться, этот мир был гораздо более жестоким к людям, чем его родной. Дело тут не в количестве или качестве монстров — в этом плане достоверных отличий эспер как раз не углядел, а в самом отношении людей друг к другу. Фраза: «Человек человеку волк» — подходила к этому миру уж слишком хорошо. Даже скорее не волк, а шакал. И в таких условиях заиметь того, кому можно смело доверить собственную спину, дорого стоит.

Люк помогал Юньшань совсем не ради этого — в тот момент, когда он принял решение о помощи девушке, он и не подозревал об истинной природе ее болезни — но этот факт служил приятным дополнением к успокоившейся совести.

— Поздравляю с успешным излечением! — обратился он к Юньшань. — Вижу, со своим соседом или соседкой вы поладили…

— С соседкой, — улыбнулась девушка. — И мы с ней очень благодарны вам за помощь!

— Пожалуйста, — просто ответил эспер. — Расскажите, что с вами на самом деле происходило? В своих выводах я почти не сомневаюсь, но было бы неплохо подтвердить их. Да и просто интересно.

— Да, конечно, — Юньшань и не планировала что-то скрывать. — Она выбрала меня своей хозяйкой, так как я единственная подходила по всем параметрам. Но, к сожалению, когда я ее встретила, она была совсем маленькая и спасалась от какой-то опасности, которую толком не запомнила. И она не нашла ничего лучшего, чем укрыться в моем теле, одновременно связав себя контрактом. К сожалению, она не учла, что я еще не обладала культивацией и не готова принять ее. А контракт, который мы с ней против воли заключили, уже действовал, то есть покинуть меня она не могла. Кроме того, этот контракт подразумевал непричинение вреда контрактору, но моя соседка против своей воли вредила мне. Просто своей ледяной сущностью. Она старалась ее сдерживать, но иногда это становилось просто невозможно и тогда наступали мои приступы. А связаться она со мной не могла тоже из-за контракта. Потому, что она причиняла мне вред, он подавлял ее, и к тому же причинял боль уже ей. Так что мы обе очень-очень благодарны вам! Когда мама вернется, вы сможете рассчитывать на любую награду. Но как вы догадались о природе моей болезни?

— Довольно печальная судьба у вас обеих, — покачал головой Люк, выслушав рассказ девушки. Он полностью заполнил все недостающие детали и пазл произошедшего полностью сложился в голове эспера. — Насчет награды — не стоит. Я делал это не ради нее. Хотя признаюсь, я был бы не против познакомиться с техниками культивации, но именно ваши для меня почти бесполезны. Элемент льда тяжело мне дается.

И это действительно было так. Знак Криос в исполнении эспера был гораздо слабее чем тот же Фир, или Mеллт, а когда Люк попытался освоить на начальном уровне одну из простых ледяных техник, добытых им с тела Би Ченцзы, у него ничего не вышло. Само по себе это было неудивительно — техника, хоть и простая, была рассчитана на ступень формирования даньтяня, но у Люка не вышло даже превратить ци в ледяной, что само по себе говорило о многом. С электричеством у него таких проблем не возникало.

— А как догадался? Изначально я полагал, что ваша болезнь ни что иное как одержимость — были в моей практике подобные случаи — но благодаря вот этой книжке, — он указал на лежащий возле подушки сборник сказок, — мне удалось развеять собственное заблуждение. Я ведь не ошибаюсь, и ваше тотемное животное лиса? Точнее — снежная лисица.

— Но-но, — постаралась сделать серьезное лицо Юньшань, — Юки не лисица, а лисичка!

— Да-да, конечно, — также стараясь скрыть улыбку, ответил Люк. — Значит, ее Юки зовут? Красивое имя. С удовольствием бы с ней пообщался, но, как я понимаю, она сейчас впала в спячку. Как, впрочем, и любой другой тотемный дух, при переходе его контрактора на ступень измененной крови.

— Да, она отдала много сил при моем переходе и еще будет отдавать. Так что мы с ней увидимся теперь совсем не скоро, — печально заметила девушка.

Нескоро — это еще мягко сказано. Для многих это было вообще никогда, ведь вторая встреча с тотемным зверем означала, что практик миновал стадию измененной крови и достиг следующей. Которая так и называлась — пробуждение тотема. К сожалению лишь немногие достигали этой стадии. Во всем Городе Утренней Зари насчитывалось лишь чуть более десятка человек, которым удалось сделать это!

— Я обязательно достигну ступени пробуждения тотема! — словно прочитав мысли Люка, очень серьезно пообещала Юньшань. Пообещала скорее самой себе.

— И все шансы на это у вас есть, — заметил Люк. — Особенно учитывая ваш возраст и обстоятельства…

А обстоятельства действительно были неплохие. В шестнадцать лет находится на ступени измененной крови… Таким в этом городе мог похвастать только один человек — Линь Юэ, но и это было далеко не самым главным. Главным было то, что Сюэ Юньшань выбрала своим контрактором снежная лисица. Точно такая же, как некогда была спутницей Сюэ Мейфен!

Вообще-то говоря, обычно тотемного зверя практики обретали лишь после формирования даньтяня, точнее — в момент его формирования. Как только даньтянь практика был сформирован, его сознание проваливалось на другой пласт бытия, где в основном обитали тотемные духи. И там практик заключал контракт с подходящем ему духом. Не всегда — иногда практикам не удавалось заключить контракт, и тогда они оставался на пике стадии формирования даньтяня до следующей попытки, которая, по законам Великого Дао была возможна лишь через сто восемь дней после первой. Если и после второй попытки у практика ничего не выходило, время увеличивалось до года, а потом еще и еще больше. Правда такие случаи были редки, в большинстве случаев контракт удавалось заключить сразу. Тем не менее, Юньшань, обретшая тотемного духа еще в возрасте пяти лет, была действительно уникальна.

Кроме того, как и во времена Мейфен, с кланом Сюэ случилось величайшее несчастье, и Люк совсем не думал, что это совпадение. Скорее уж месть того мифического волка стужи. А раз так, то Юньшань самой судьбой уготованы великие свершения. Ничуть не менее, а возможно даже более грандиозные, чем совершала ее предок.

Но вместе с великой, пока только возможной, силой, ее будет подстерегать и великая опасность. Со стороны того же волка стужи. О чем Люк не замедлил сообщить Юньшань.

— Хорошо, буду, — легко согласилась девушка, даже не усомнившись в словах эспера. Зато усомнился Сюэ Жань. До сих пор он просто стоял и с крайне удивленным видом слушал диалог, но теперь решил вмешаться.

— Но это же бред, сестра! Какие-то старые сказки, которые, как оказалось, как-то связаны с твоей болезнью, мутный лекарь, которому только пятнадцать и который совсем недавно поступил в академию, а теперь еще ты воспринимаешь на веру странное утверждение, что в холодных местах тебе опасно, так как на тебя охотится какой-то мифический волк стужи из древней легенды! Что стало с твоей рассудительностью, сестра? Мне даже кажется, что этот так называемый лекарь на тебя как-то воздействовал, чтобы задурить тебе голову.

Люк на такой наезд даже реагировать не стал, зато Юньшань сильно возмутилась:

— Это где твоя рассудительность, брат? — дохнуло от нее сдержанным холодом. — Насчет того, что этот «так называемый» лекарь, полностью разобрался с тем, что со мной происходит, что не могли сделать многие знаменитые врачеватели, и даже вылечил меня, я даже говорить не буду. Ты, если не слепой, видишь это сам. Но вот что касается холодных мест и древних легенд… Я не ожидала, что ты настолько плохо знаешь историю нашей семьи! Для того чтобы в этом убедиться, достаточно лишь просмотреть архивы. Не веришь мне — иди и полистай их!

— Но… но… — не сразу нашелся Жань, у которого просто в голове не укладывалось, что парень, за которым он совсем недавно охотился, оказался гениальным доктором и каким-то образом исцелил его сестру. Как так? Он ведь даже ступени закалки кости не достиг! Хотя… — Жань бросил на Чан Лея еще более удивленный взгляд, — уже достиг. Но ведь совсем недавно — меньше месяца назад — он только перешел на ступень закалки внутренних органов, а теперь находился пусть на начальной, но все же ступени закалки кости! Такого просто не могло быть. Парень совсем запутался в том, что происходит.

— Как ты так быстро поднял свою культивацию? — толком не подумав, спросил он, вместо ответа на выпад сестры.

— О, ты заметил? Но вынужден тебя огорчить — я тебе не скажу. А даже если бы и сказал, то тебе ничем бы это не помогло. Так что позволь сохранить это в секрете. Кстати, думаю, распространяться о том, что именно я вылечил Юньшань, будет излишне, как и о моей резко возросшей культивации. Я ведь прав, и представители клана Сюэ умеют быть благодарны?

— Э, да, — как бы то ни было, Жань был вынужден признать, что Чан Лей действительно вылечил его сестру, а в таком случае отказать в столь незначительной просьбе было бы верхом неблагодарности и недостойного поведения.

— Раз вы так хотите, я распоряжусь, чтобы слуги не распускали языки, — пообещала Юньшань, вмешиваясь в разговор.

— Это было бы неплохо, — согласился Люк. — Но, пускай не распускают их только насчет моего точного вида и настоящего имени. Оно, как вы уже слышали, Чан Лей. Простите за этот небольшой обман, но это было необходимо.

— Прощаю, — церемониально склонила голову Юньшань, — я понимаю, зачем это было нужно. Но почему тогда не прекратить вообще все слухи?

— Можно и так. Но то, что вы излечились все равно рано или поздно станет известно. Также как и то, что незадолго до этого у вас был гость. Так что пускай лучше думают на неизвестно откуда взявшегося и куда-то затем исчезшего чудесного доктора Лю Ци, чем строят ненужные домыслы. Да и мне в будущем это может пригодится. Хотя, конечно, во всеуслышание заявлять ни об этом, ни об вашем исцелении не стоит. Просто пустить слух, и кому надо все и так узнают, хотя последнее уже несколько не мое дело. Хотите объявлять об излечении на главной площади города — пожалуйста! Но постарайтесь, чтобы обо мне никто ничего лишнего не узнал.

— Хорошо. И мне тоже кажется, что объявлять об этом не самая хорошая идея, — задумчиво сказала девушка. — Хотя и скрывать этого никто не будет, но вы правы, это уже дела моей семьи. Незачем загружать вас еще и этим… — Девушка замолчала, а потом вдруг резко сменила тему:

— Вы ведь дождетесь приезда моей матери? — с какой-то странной интонацией спросила она. — Насколько я сумела заметить, вам очень понравилась наша библиотека, и вы сможете свободно ей пользоваться все время до ее приезда, хотя я надеюсь, что все же составите нам с Жу’эр компанию, хотя бы на некоторое время…

— Сожалею, но нет, — отказался Люк. Он итак слишком много отдыхал, не уделяя ни минуты времени культивации или развитию способностей эспера. Хотя с последним все было не так однозначно — лечение Юньшань тоже было своего рода тренировкой, но все же именно «своего рода». Кроме того, воодушевившись идеей смешения энергий, эспер хотел как можно скорее приступить к подобного рода тренировкам.

— Мама вернется совсем скоро… — в голосе Юньшань слышалось сильное огорчение.

Ну ничего страшного ведь не произойдет, если он отложит свои планы на один день?

— А еще вы, как лекарь, должны наблюдать за больным некоторое время после выздоровления…

Точно — не произойдет! В конце концов, изучение литературы и лечение болезни сложно назвать полноценным отдыхом…

В итоге Люк остался. На полтора дня. За это время Юньшань устроила ему небольшую экскурсию по особняку и по выращенному ей собственноручно саду. Но в основном они просто болтали. На самые разные темы. Юньшань оказалась удивительно приятным и образованным собеседником, и Люк буквально не заметил, как пролетели эти полтора дня. Даже хмурые взгляды Жаня, который как и Жу’эр сопровождал их, ни Люка, ни Юньшань совершенно не трогали. Пожалуй, впервые за все время пребывания в этом мире эспер был счастлив.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Так незаметно пролетело отведенное им самому себе на отдых время — даже чуть больше — и пришло время прощаться.

— Хорошо, я понимаю, что у тебя есть свои дела, но ты ведь еще к нам заглянешь? — с надеждой спросила Юньшань.

— Конечно. Не уверен, что скоро, но обязательно загляну.

— Чем скорее, тем лучше. Мы же тебе еще награду должны. Уверена, мама сумеет подобрать то, что тебя заинтересует.

— Мы же уже говорили об этом. Я рад, что мне удалось тебе помочь, и никакая награда мне не нужна!

— Да, я тоже рада, — девушка вдруг сделала резкий шаг, сокращая расстояние, и ее губы коснулись щеки юноши, а затем она столь же резко отпрянула, — что это был именно ты… — последняя часть фразы была произнесена настолько тихо, что Люк был совсем не уверен, что ему просто не послышалось. — И не знаю, что у тебя за дела, но постарайся быть осторожнее! В пригороде в последнее время неспокойно, — быстро сказала Юньшань, стараясь скрыть смущение.

— Хорошо, буду, — Люк улыбнулся девушке, кивком ответил на кивок Сюэ Жаня, который, кажется, наконец признал его, и, развернувшись, направился прочь из города.

С Сюэ Юйлань и Ли Энлэем он разминулся буквально на несколько часов. Жаль. На лицо последнего, когда тот обнаружил, что Юньшань совершенно неожиданно выздоровела, и весь его с отцом план внезапно полетел к асурам, действительно стоило посмотреть…

Особняк семьи Cюэ Люк покинул в приподнятом настроении. Eго буквально переполняла энергия и жажда действий. Для культивации такой настрой не слишком подходил, особенно для медитаций, но вот тренировке сил эспера наоборот способствовал. Особенно в бою. A где можно найти множество подходящих под его уровень противников? Да еще чтоб лишний раз не светиться? Ответ на эти вопросы для юноши никакого труда не составил. Люк уверенно направился к Xребту Погибели, не забыв перед этим опустошить свой тайник, находящийся как раз по пути к нему.

Вообще-то говоря, эспер направлялся не совсем к хребту. Его конечной целью был соседний город, находящийся на другой стороне хребта — Город Осеннего Дождя. Были города и ближе, но все они были относительно небольшими и в них новое лицо непременно вызвало бы ненужные вопросы. Город Осеннего Дождя же был достаточно велик, чтобы подобного не произошло — там частенько появлялись новые практики, что, кстати, в немалой степени было связано с Хребтом Погибели. Привлекало этих самых практиков то же самое, что и эспера — возможность охоты на порождений хребта, а крупный город под боком обеспечивал им постоянны рынок сбыта.

Город Утренней Зари, кстати, был в этом очень схож с Городом Осеннего Дождя, однако оставаться в нем Люк не мог. Там вероятность его раскрытия была во много раз выше.

Зачем эсперу вообще понадобился город? Тут все довольно просто. Во-первых, тот же рынок сбыта. Теперь, с пространственным кольцом, он мог больше не бросать туши поверженных монстров, а забирать их с собой, чтобы затем выгодно продавать. Однако вместимость кольца тоже была не беспредельной, поэтому наличие неподалеку крупного города, где можно обменять слизь, желчь, шкуры и когти убитых монстров на звонкие монеты было совсем не лишним.

Второй причиной были ресурсы, которые эспер мог приобрести в городе. Hачиная от простых продуктов питания и заканчивая информацией. Ну, а в-третьих, отдыхать Люку тоже было надо. И мыться, да. Без этих двух пунктов можно было и обойтись, но зачем, если можно этого не делать? В любом случае часто отдыхать юноша не планировал. Он собирался по максимуму использовать свою вновь открытую способность и хорошенько прокачаться за время своего «отпуска». Она, конечно, вызывала у Люка некоторые опасения, но он все-таки решил ее использовать… внимательно следя при этом за своим самочувствием. Но пока что никаких странных желаний у Люка не возникало, и чувствовал он себя вполне по-человечески. Так что отбросить такой эффективный способ стать сильнее было бы просто кощунством. K тому же, эсперу так и так рано или поздно пришлось бы убивать.

В общем, ничего отбрасывать Люк не собирался. Совсем наоборот. А чтобы не терять время на дорогу до нужного ему города, он решил совместить ее с охотой. То есть… просто пройти до Города Осеннего Дождя вдоль основания Хребта Погибели. Помимо всего прочего это был еще и один из самых быстрых путей, позволяющий сэкономить не один день.

Первым встреченным эспером монстром была все та же «гиена», которая, как выяснил Люк, на самом деле действительно звалась гиеной. Громовой гиеной, если быть точным. Как и ее предшественница, эта громовая гиена атаковала не раздумывая. Зря. Эта тварь оказалась даже немного слабее предыдущей, и сражение с ней не преподнесло Люку каких-либо сюрпризов. Разгон, как и остальные эсперовские способности, существенно улучшился, и теперь этот грозный монстр не представлял для Люка ни малейшей опасности.

Настолько, что эспер решил даже потестить на нем свою новую способность по комбинации знаков. Минус тут заключался в том, что чтобы использовать два знака сразу, надо задействовать две руки. То есть, меч держать становилось не в чем, но парень решил, что в случае чего всегда успеет его выхватить из поясных — специально предназначенных для подобного — ножен. Таскать меч гораздо удобнее за спиной, но вот когда требуется быстро его извлечь, без подобного было просто не обойтись. Тащить оружие из-за плеча было просто слишком долго.

По пути Люк уже выяснил, что энергию далеко не всех знаков можно смешивать. Например Фир и Меллт были совершенно несочетаемы. Молниевая энергия была просто гораздо плотнее огненной, а еще гораздо резче. Ее было довольно непросто выводить именно в виде энергии, а не готовой молнии.

По тем же причинам не сочетался Меллт и с другими знаками. Помимо знака Тариан, который эспер прямо сейчас и использовал, чтобы закрыться от несущейся на него твари. Только на этот раз вторым элементом щита была не молния, к которой гиена была устойчива, а хорошо себя против нее зарекомендовавший огонь.

Новый прием, названный эспером просто «огненный щит» показал себя превосходно. Не успев затормозить перед возникшей внезапно преградой, гиена на полной скорости влетела в нее, что само по себе твари ни капли не повредило, но подожгло. Гиена принялась с воем кататься по земле, стараясь сбить пламя, на время полностью забыв про своего противника. Напрасно. Пущенные с двух рук Фир и Криос послужили ей превосходным напоминанием.

В этот раз Люк не смешивал энергии — огонь и лед нивелировали действие друг друга — просто запустил два знака в различные части тела монстра. Сгусток леденящего холода ударил в заднюю часть монстра, а обжигающий шар огня — прямо ему в грудь. Монстр жалобно взвыл и забился в конвульсиях. Выглядел он жалко и эспер совсем не хотел знать, что он сейчас чувствует.

Сжалившись, Люк ступил в Поступь Ветра, и, оказавшись рядом с монстром, быстрым росчерком меча поразил его горло. Гиена еще несколько раз дернулась и затихла. А устремившаяся в тело эспера серая энергия, лишь подтвердила факт ее смерти.

На этот раз культивация юноши повысилась намного слабее чем во все прошлые. Неудивительно, теперь он перешел на новую ступень культивации, и чтобы достигнуть ступени следующей, ему придется культивировать гораздо дольше. Или… заниматься такой вот охотой, но все равно гораздо дольше, чем это требовалось для достижения текущей ступени.

Забрав ядро, и поместив тушу зверя в пространственное кольцо, эспер направился дальше. Следующим за молниевой гиеной ему встретился одинокий земляной волк, который проводил Люка долгим взглядом, но нападать так и не решился, следом за ним — нехищный камнегрыз, который, как и следовало из его названия, питался камнями, каким-то чудом извлекая из них питательные вещества. Выглядел он как помесь зубра и бобра. Скорее даже просто как бобр-переросток размером с зубра и двумя изогнутыми бычьими рогами на голове. У него даже хвост был бобриный, хотя и не без отличий. Хвост камнегрыза был более узким по сравнению с телом. Только в отличие от бобра, хвост этим монстром использовался вовсе не для плавания. Один удар подобным хвостиком мог отправить в нокдаун практически любого хищника одного с камнегрызом ранга.

Камнегрыза обошел уже Люк. По широкой дуге. Вряд ли бы зверь напал — они были довольно миролюбивы — но рисковать эспер не хотел. С монстром на пике третьего ранга, что соответствовало начальной ступени измененной крови, он связываться совершенно не хотел.

А вот следующих противников ему обогнуть не удалось. Со стаей земляных волков, состоящей из целых семи особей второго ранга, ему пришлось сражаться — они заметили эспера раньше, чем он их. К счастью, звери были не особо сильны — начало, середина второго ранга — так что разгон и стиль махаона помогли юноше без проблем разобраться со всей стаей. Он даже знаки не использовал.

Вот теперь культивация Люка повысилась заметно. Где-то на десятую часть от необходимого для перехода на среднюю ступень закалки кости. Не так сильно, как эспер надеялся, но ведь и противники были неразумны и довольно слабы. Будь на месте волков бандиты примерно с той же культивацией, прогресс Люка был бы гораздо более значителен, но и так было неплохо.

К сожалению, земляные волки относились к той категории монстров, с которой охотники предпочитали не связываться. Не по причине их крайней опасности и стайном образе жизни. Вовсе нет. Просто с них нечего было взять. Кроме шкуры, которую эспер неплохо так попортил во время боя.

Да у этих волков даже ядра не было!

Точнее не совсем так. Ядра не было не у всех земляных волков вообще, а конкретно у этих. А еще точнее, у волков, не достигших третьего ранга.

Такое, кстати, было не только у них. Все духовные звери имели духовные ядра, но далеко не все — сразу. У некоторых оно возникало еще на первом ранге, но гораздо чаще — на втором. А у земляных волков только на третьем. Были существа, у которых ядро возникало только на четвертом ранге, но таких было очень и очень немного. О существах, у которых ядро возникает на пятом ранге, Люк и вовсе не слышал, хотя и не исключал их существования. Хотя это, конечно, было маловероятно. Ведь за счет чего-то они должны были достигнуть этого самого пятого ранга, а сделать это без духовного ядра было очень и очень сложно. Почти невозможно.

Даже с достижением третьего возникали заметные сложности, что и доказывали земляные волки, редко развивающиеся выше второго ранга. Земляной волк, достигший пика второго ранга, уже был большой редкостью, что уж говорить о третьем?!

В общем, помимо немного подросшей культивации, Люк ничего с них не поимел. Оставив туши зверей на растерзание падальщикам, он отправился дальше.

За день пути эспер встретил еще несколько стай земляных волков, которые, в основном, держались от него подальше. Лишь две из них, одна из шести, а вторая из целых девяти особей, осмелились напасть. За что и поплатились. Заодно и культивацию Люка здорово подняли. Помимо волков ему встретился еще один камнегрыз, с которым эспер разошелся мирно, парочка «мегаланий», с которыми он легко справился, еще парочка гиен, которые тоже проблем не доставили. А еще один скальный барс, хоть начального, но третьего ранга!

С ним Люк тоже разошелся мирно. Зверь проводил юношу задумчивым взглядом, но нападать не стал — был сыт — рядом с ним лежала примерно половина тела какого-то копытного. Эспер не стал отвлекать хищника от еды, и поспешил убраться от этого места подальше. С барсом он, скорее всего, справился бы, но рисковать в бою со столь сильным и, главное, неизвестно на что способным противником, не хотелось.

Помимо духовных зверей, встречались ему на пути и самые обычные. Исключительно травоядные — хищники просто не выдерживали конкуренции своих гораздо более могущественных духовных собратьев. Одну такую предгорную козу Люк и поймал перед тем как устроится на ночной привал — в темноте идти по предгорьям, кишащим духовными зверьми, было слишком опасно. Зажарив свою добычу на костре и плотно поужинав, эспер уселся в позу лотоса. Энергия смерти энергией смерти, а простую медитацию еще никто не отменял.

Ли Энлэй был в ярости. Мало того, что ему пришлось несколько дней трястись в карете, отказывая себе в простейших удовольствиях, так еще оказалось, что делал он это напрасно. Cюэ Юньшань, ради которой это все и затевалось, каким-то невероятным, не подчиняющимся обычной логике способом выздоровела прямо перед его приездом! Это здорово нарушило планы Энлэя и его отца. Теперь у них не было такого разрушающего всякое сопротивления довода, как возможность исцелить девушку, и их позиции здорово ухудшились.

Сначала Энлэй не придал этому особого значения, рассчитывая на свое обаяние и выгоды, которые его клан мог бы предложить роду Сюэ, но… встретил очень холодный прием. Девушка не то что о женитьбе с ним говорить не хотела, она даже простое общение постаралась свести к минимуму, но так, чтобы это не было прямым оскорблением. Юйлань, от которой Энлэй ожидал помощи, — все-таки взрослая и разумная женщина, и должна понимать все выгоды этого брака — всецело поддержала дочь.

Энлэю ничего не оставалось, кроме как не солоно хлебавши отправится назад, в Город Осеннего Дождя. Но он не сдался, нет. Слишком уж хорош был приз. Eсли верить выводам отца, а Энлэй им верил, лучшего партнера для парной культивации ему было просто не найти. И это не говоря уже о том, что сама Юньшань обещала стать очень могучим практиком, что здорово усилило бы его клан, а не смотря на эгоизм и потакание своим слабостям, Энлэй о благе клана очень даже заботился. Ничего, у него еще будет шанс переубедить Юньшань или ее мать. A, если вдруг они окажутся слишком уж упертыми, что ж, всегда можно решить этот вопрос и совершенно другим методом. И тогда эта упрямица пожалеет, что не пожелала стать его женой добровольно!

Естественно, Энлэй выяснил и причину собственной неудачи. B столь неуместном выздоровлении Юньшань оказался виновен странный доктор по имени Лю Ци. А странным в нем было сразу несколько вещей. Во-первых, возраст. Насколько удалось выяснить, он был крайне молод. Насколько, выяснить не удалось, но точно не старше тридцати лет, что для доктора было крайне мало. Во-вторых — его крайне высокие лекарские способности. Ведь раньше Юньшань осматривало множество лекарей, но никто так и не смог разобраться в причине ее болезни, а этот справился.

Более того, не просто справился, а сделал это идеально для данного случая. Так, как собирался сделать Энлэй. Точнее не сам юноша, а лекаря под его руководством. В результате, девушка выздоровела, ее культивация стремительно возросла, а ее благодарность вместо Энлэя досталась этому лекарю!

Последней странностью в этом Лю Ци было то, что о нем никто никогда раньше не слышал. Он как будто возник ниоткуда, а затем, сделав свое дело, исчез в никуда, что добавляло картине всего произошедшего загадочности. Энлэй даже было решил, что кто-то намеренно сработал против его клана, но быстро отбросил эту мысль: в таком случае вовсе незачем было действовать тайно. Все враги его клана были ему превосходно известны, и подобный ход не соответствовал характеру ни одного из них.

Как бы то ни было, Энлэй крепко-накрепко запомнил имя лекаря Лю Ци. И на глаза Энлэю тому в ближайшем будущем лучше не попадаться!

***

Как ни странно, ночь прошла спокойно. Сидящего в позе лотоса Люка так никто и не побеспокоил. Xотя вой, рычание и прочие характерные для ночных предгорий звуки он слышал неоднократно, но все на более-менее приличном от себя расстоянии.

Ночная медитация оказалась на удивление эффективной. Культивация Люка, которая за день сражений и поглощения энергии смерти преодолела примерно тридцать процентов пути до среднего этапа закалки кости, во время медитации сделала еще один резкий скачек, повысившись еще на целых пять процентов! Это произошло из-за того, что не вся энергия смерти усвоилась сразу после поглощения, а медитация крайне способствовала ее поглощению.

Если такой темп развития продолжится и дальше, Люк очень скоро достигнет и следующей ступени — формирования даньтяня. В таком случае даже если он вернется в академию через полгода, это все равно вызовет шок окружающих. Ведь с подобной скоростью могли развиваться лишь выдающиеся гении!

Однако поделать с излишней будущей известностью Люк ничего не мог. Тормозить скорость своего развития ради конспирации он точно не собирался. Идеальным для него было бы обнаружить технику, позволяющую маскировать культивацию, но о подобных техниках, ни сам эспер, ни прежний владелец тела, никогда не слышали. В то, что такой способности и вовсе не существует, Люк не верил. Скорее просто те, кто ею обладал, тщательно хранили свой секрет. Неудивительно. Обладать подобной способностью, когда остальные ей не обладают — огромное преимущество!

Вот и Люку она бы очень пригодилась. Но взять ее было неоткуда, так что эсперу не оставалось ничего, кроме как заранее смирится с произведенным эффектом и его последствиями. Благо, хоть какое-то объяснение столь стремительного развития у него было.

Дело в том, что по всему континенту Небесного Падения были разбросаны различные счастливые шансы. Это могло быть практически что угодно: от древних массивов, оставленных могущественными практиками былых времен, до случайно найденных чудодейственных пилюль или необычайных встреч. В общем, то, что Люк во время путешествия нашел один из подобных счастливых шансов, особого удивления не вызовет. А вот чего избежать не удастся — так это зависти и желания этот шанс (а вдруг он еще при нем) отобрать. Но с этим ему придется мириться. Да и не должно это вызвать особых проблем — руководству академии выгодны сильные ученики, а ее репутация была очень высока. Опасности с этой стороны Люк мог не ждать. А со стороны учеников… Ну, пусть попробуют…

Второй день пути прошел даже спокойнее предыдущего. Духовные звери третьего ранга ему не встречались вообще, а число зверей первого и второго ранга существенно снизилось. За время пути эсперу встретилась лишь одна стая земляных волков, которая, едва учуяв Люка, поспешила убраться подальше, и одна «мегалания», короткая схватка с которой оказалась единственной за весь день.

Почему кишащие зверьем предгорья вдруг стали необычайно пустынными эспер не знал, но ему это крайне не нравилось. Если зверье исчезло, значит тут явно что-то не так! Хотя возможно просто здесь недавно побывал отряд охотников, но Люку в это отчего-то не верилось. Не оставляют после себя охотники подобной атмосферы запустения.

В том, что это действительно не охотники, эспер убедился этой же ночью. На этот раз он не стал идти до тех пор, пока стемнеет, а, встретив за пару часов до заката небольшую удобную пещерку, решил остановиться в ней. Вряд ли ему попалось бы более удобное ночное убежище.

Немного потренировав свои техники культивации, но так, чтобы в случае чего у него было достаточно сил для сражения, эспер перекусил остатками вчерашней козы и уселся в позу для медитации.

Эта ночь сильно отличалась от предыдущей. Во-первых — отсутствием характерных для дикой природы звуков, что совсем не успокаивало, а как раз таки наоборот, а во вторых… Во-вторых тем, что этой ночью покой Люка довольно скоро нарушили. И были это отнюдь не дикие звери.

Не прошло и пары часов, как светило скрылось за горизонтом, как сидящий в позе лотоса Люк, услышал странные звуки со стороны тропы, по которой недавно шел он сам. Больше всего звуки напоминали цокот копыт по каменистой почве, но все же звук значительно отличался. Это точно были не копыта.

Заинтересовавшись, эспер тихо поднялся, и, стараясь не шуметь, направился по направлению к звуку, который, кстати говоря, медленно, но верно приближался к его убежищу. Было ли это совпадением? Возможно. Но ведь возможно было и обратное: Люка учуяли и теперь намеренно направлялись к нему. Однако, даже если это так, неизвестные визитеры не торопились, что оставляло юноше надежду в случае чего спастись бегством. Но для начала следовало лично увидеть тех, кто его преследует. Вполне возможно, то Люку вполне по силам с ними справится.

Так и оказалось. В тусклом свете луны перед взором эспера открылась любопытнейшая картина: по каменистой дорожке к нему медленно приближалось чуть больше десятка самых обычных, знакомых еще по прошлому миру, скелетов!

Хотя Люк не мог с точностью определять какому уровню культивации соответствовали эти скелеты, он отчетливо ощущал, что вполне способен с ними справиться. Скелеты никогда не были сильным противником в его родном мире, и, насколько он успел выяснить, были одной из слабейших форм нежити в этом. Хотя тут было не все так однозначно. «Отъевшийся» скелет, который по какой-нибудь причине не эволюционировал в другую, более сильную форму, мог с легкостью справится даже с практиком измененной крови, но такие скелеты все же были редкостью — обычно они эволюционировали, а не оставались в этой ущербной форме.

Вот и среди этой группы Люк не ощущал кого-то особенно сильного. Конечно, эти скелеты, учитывая реалии здешней системы развития, были заметно сильнее, чем его «родные», но ничего сверхопасного из себя не представляли. Эспер бы с ними легко справился.

Однако скелеты не спешили нападать. Завидев Люка, они вдруг резко остановились, а затем, немного постояв на месте, развернулись и как-то разочарованно направились мимо, не обращая на него больше ни малейшего внимания. И было совсем не похоже чтобы они испугались. Низшей нежити вообще не свойственно боятся, хотя серьезно превосходящую силу они признают. Тут было что-то иное. Например, то же самое, что не так давно заставило костяную гончую помочь Люку!

Скелеты нападать не спешили, зато сам эспер таким миролюбием не страдал. Если духовные звери были живыми существами, и атаковать их первым было на взгляд юноши немного неправильным, то скелеты были извращением над понятием «живое». Пусть на самого Люка они по какой-то причине не напали, но вот всем остальным встреча с ними ничем хорошим не грозит. К тому же, это сейчас скелеты относительно слабы, но стоит им «отъестся» и эволюционировать, уровень их угрозы для всего живого существенно возрастет.

В общем, нападать или нет юноша особо не размышлял. Активировав Поступь Ветра он быстро очутился почти вплотную к удаляющемуся строю скелетов и с обоих рук зарядил по ним Эрдом, растянув его действие по площади. Люк сталкивался со скелетами и в своем родном мире, и там этот знак был против них удивительно эффективным.

Не подвел он и здесь. Конечно, до полного уничтожения скелетов с помощью одного только знака было очень далеко, но разлетелись они знатно. И пока застигнутые врасплох этой предательской атакой от, как им казалось, собрата, скелеты поднимались, Люк выхватил из ножен меч и атаковал.

Кача!

Искрящиеся желтыми искрами лезвие в широком взмахе зацепило сразу нескольких скелетов и тех аж затрясло от полученного электрического урона. В этом мире нежить была весьма уязвима для электричества, особенно нежить, не обладающая плотью. То есть, такая как различного рода призраки и… скелеты! Этой их уязвимостью Люк сейчас и воспользовался, просто подав в клинок ци электричества.

Это не был полноценный Клинок Небесного Наказания, до него этому приему было далеко, но даже этого хватало, чтобы надолго вывести скелетов из боя.

Некоторые сложности возникли только с крупным, вооруженным поржавевшей железной булавой и древним на вид, но от этого не менее прочным, щитом и носящим на голове рогатый шлем, скелетом. Видимо — предводителем этого отряда. Он был заметно сильнее своих собратьев, так что устоял под натиском Эрда, а затем постоянно мешал Люку в истреблении своих сородичей. Электричество на него тоже действовало слабо, а скорость была достаточно высока, чтобы избегать ударов в критические точки, в чем ему немало способствовал щит.

В общем, справится с ним до того, как все его подчиненные кончились, не удалось. Зато потом, сосредоточившись на нем одном, Люк не оставил скелетону никаких шансов.

Очень быстро скелет засел в глухую оборону, полностью укрывшись за своим щитом, на который принимал град ударов от своего противника. Но одной обороной сражения не выигрываются. Что и доказал Люк, просто нанес два удара одновременно. Один — в верхнюю часть туловища мечом, от которого скелет успешно закрылся, а второй — знаком Эрд прямо по открывшимся ногам!

Вплотную, да еще и сосредоточенный в одной точке вместо удара по площади, знак оказал совсем другой эффект. Скелета просто снесло. Умудрившись каким-то чудом не растерять своего вооружения, он растянулся на земле в метрах пяти от Люка.

Стоит отдать ему должное, скелет ни на секунду не растерялся, а тут же попытался подняться на ноги, чтобы продолжить бой. Вот только эспер не собирался ему этого позволять. В мгновение ока он оказался рядом с противником.

— Клинок Небесного Наказания!

Искрящийся электрическими дугами меч неотвратимо, словно сама судьба, обрушился вниз, разрубая скелета на две неравные части, а вторгнувшаяся в его тела электрическая энергия безжалостно оборвала все еще теплящееся в нем подобие жизни. С отрядом скелетов было покончено.

Еще раз бросив взгляд на разбросанные везде кости, Люк невесело хмыкнул. Кажется, он понял, почему встретил так мало зверей за время пути. Вот только… не мог этот отряд скелетов истребить много. Он бы даже с одиноким камнегрызом не справился, да и барсом, подобным встреченному Люком вчера, тоже. Но, тем не менее, никого из них Люк не встретил. Это могло означать только одно: неподалеку бродит нежить гораздо более опасная, чем жалкая группа скелетов!

Скeлеты рoста культивации не давали. Hу, или прирост этот был столь незначителен, что Люк его не обнаружил. Bо время недолгого боя эспер не обращал на это внимания, но после его окончания сразу же это обнаружил — прогресса в культивации не было! И это не смотря на то, что заново упокоил он добрых одиннадцать скелетов.

Видимо, нежить для его развития не подходила, что еще раз подтверждало теорию о происхождении этой способности. Ведь если бы нежить могла питаться нежитью, ее бы существовало считанные единицы. Сверхсильные, «прокачавшиеся» на своих собратьях, но единицы. Tогда как даже эта группа скелетов, которую Люк только что уничтожил, явно доказывала обратное.

Oстаток ночи, который эспер провел во все той же пещерке, его никто не беспокоил. Kак и весь следующий день, за который Люк не встретил вообще ни одного духовного зверя. Впрочем, нежити он тоже не встречал. Все было настолько спокойно, что Люк даже решился идти ночью. Все равно нежить, как недавно доказали скелеты, может чуять живых на расстоянии — не зря же они шли прямо к его убежищу? Да и вообще для нежити это свойство было характерно. A раз так, то нет никакой разницы, будет он сидеть на месте или двигаться все это время. К тому же луна этой ночью была уже достаточно яркая и проблем с видимостью не возникало.

Случайный наблюдатель, находись он здесь, очень бы удивился, глядя на бегущую в неярком лунном свете фигуру юноши. Время от времени фигура вдруг совершала резкие рывки, преодолевая разом большие расстояния, но случалось это нечасто и недолго — излишне расходовать энергию было бы большой глупостью. В случае чего, Люку пригодилась бы каждая её крупица.

Но ничего непредвиденного не происходило. Один раз только эспер заметил вдалеке небольшую группу скелетов, но на этот раз решил не связываться. Нежити, судя по всему, здесь было много, и уничтожение нескольких представителей низшей нежити ни на что не повлияло бы.

Эсперу было бы очень интересно узнать, откуда здесь вообще взялась нежить, но он понимал, что выяснять ответ на этот вопрос самостоятельно несколько вне его текущей компетенции. Достаточно вспомнить костяную гончую, чтобы представить насколько местная нежить, чуть более развитая, чем скелеты, превосходит сейчас его самого. А ведь костяная гончая была далеко не самым сильным ее представителем!

Конечно можно было понадеяться на новоприобретенное «родство» с нежитью, но ведь помимо безмозглых скелетов и не такой безмозглой, но все же обладающей животным, а отнюдь не человеческим интеллектом костяной гончей, существовала и нежить вполне разумная. И как она поведет себя при встрече с Люком, было совсем не ясно. Да что там, у него даже уверенности в миролюбии какого-нибудь голодного упыря не было. То, что его приняла за своего костяная гончая, а потом еще и скелеты, вовсе не означало, что он стал своим для всей нежити.

Кхм, накаркал. На тропе, прямо по направлению собственного движения, Люк внезапно обнаружил того самого упыря, о котором только что вспоминал. В тусклом свете луны перед взглядом эспера открылось крайне неаппетитное зрелище: высокий — около двух метров ростом — худющий, обтянутый плотной кожей высохший труп, с неестественно огромным для такой фигуры животом с урчанием пожирал труп земляного волка, буквально мордой зарывшись в тушу зверя, при этом активно помогая себе руками, на которых располагались внушительные когти.

Да, в отличие от многой другой местной нежити, упыри тела своих жертв пожирали. Это придавало им дополнительные силы и открывало новые возможности для эволюции, но выглядело очень и очень мерзко. Да и пах упырь соответственно.

Упырь не обращал на Люка ни малейшего внимания, либо не замечая, либо принимая за своего. Этот тип нежити был заметно сильнее скелетов, и эспер ощущал явную угрозу исходящую от упыря. Он был куда опаснее той группы скелетов. Даже всей вместе. Xотя, вроде бы слабее костяной гончей. Но даже так связываться с ним было бы слишком опасно. И, будь это практически любой другой тип нежити, Люк бы обошел его стороной, но… это был асуров упырь! Упырь, который являлся ближайшим родственником вурдалака. А к вурдалакам у эспера был особый счет.

Именно вурдалак когда-то во времена, теперь кажущиеся эсперу очень и очень далекими, порвал его родителей и едва не порвал его самого. Того вурдалака убила стража, но ненависть к подобного рода тварям крепко укоренилась в подсознании мальчика. Вот и сейчас, едва увидев упыря, Люк понял: он просто не сможет пройти мимо него. Да, это было смертельно опасно, и эспер бы не поимел от этого никаких выгод, но этот упырь должен был умереть! И на этом вопрос нападения или ненападения был решен.

Но то, что эспер решил атаковать, это еще не означало, что он тут же без раздумий кинулся в атаку, хотя время тут играло против него. Чем больше съедал упырь, тем сильнее он становился. А сейчас упырь именно что ел. Но даже так эспер сделал паузу, чтобы освежить в памяти все сведения об этом типе нежити.

Впрочем, освежать особо было нечего. Все необходимое Люк помнил крепко, а местные упыри отличались от своих не местных собратьев разве что большей силой и скоростью развития. В остальном же они были идентичны.

Как и всякая нежить, упыри были уязвимы к огню и молнии и устойчивы к холоду. Что выделяло их среди прочей нежити, так это способность получать энергию от еды. А следовательно у них было еще одно уязвимое место, удары в которое не были смертельны, зато здорово ослабляли этот тип монстров — их живот! И, учитывая это, даже такой сильный упырь, по прикидкам Люка соответствующий начальной ступени измененной крови, был гораздо менее опасен, чем любое другое существо подобного уровня.

Тем не менее, эспер совершенно не собирался его недооценивать. С таким сильным противником он еще не сражался, и на что способны подобные существа не знал. Однако когда настала пора атаковать, он не колебался ни секунды. Накинув на себя разгон, Люк, больше не раздумывая, кинулся в атаку.

Поступь Ветра! Мгновенно возникнув за спиной, увлеченного пожиранием трупа, противника, эспер со всей возможной скоростью ударил его в район шеи Клинком Небесного Наказания. Попади он и битва была бы окончена — в отличие от многих других видов нежити, без головы упырь бы не умер сразу, но потерял бы всякую ориентацию, и добить его труда бы не составило. Однако, даже не ожидая столь подлого удара от «собрата», упырь среагировать успел. Не полностью — увернуться он уже не смог, но зато смог поставить на пути искрящегося электрическими дугами клинка руку, прямо с зажатым в ней куском мяса.

Меч тряхнуло. Конечность оказалась удивительно прочной и клинок, способный перерубать каменные валуны, прочно застрял в ней, перерубив конечность чуть более чем наполовину. К счастью, прием на мгновение парализовал упыря и за это время Люк успел освободить меч, иначе, оставшись невооруженным против этой твари, он бы долго не протянул.

Парализация длилась недолго, эспер едва успел высвободить свое оружие, как ему тут же пришлось уклоняться от невероятно быстрого удара второй, целой конечностью. А затем закрыться щитом Тариана от смрадного выдоха, извергшегося из пасти твари. Далеко не обычного выдоха — попади такой в Люка, и его кожу тут же бы разъело, а самого его серьезно отравило. Но благодаря скорости эспера и его знанию способностей упырей все обошлось.

Меллт! От молнии упырь увернуться не успел и на долю мгновения застыл пораженный током. Совсем ненадолго, но даже этой малости Люку хватило, чтобы нанести удар мечом. Простой, лишь с небольшим количеством ци молнии, содержащимся в клинке, но зато в уязвимое для упыря место. В живот!

Здесь не было какой-либо особенной защиты, и силы удара хватило, чтобы преодолеть хлипкую преграду из не в меру плотной кожи. Мерзкое содержимое живота нежити тут же посыпалось на землю! Эспер едва сдержал рвотный порыв, на миг пожалев, что вообще применил подобный порыв, но лишь на миг. Выигранный бой был гораздо важнее, чем эстетическое удовольствие.

Упырь взвыл и с яростью кинулся на юношу, роняя при этом внутренности. Вот только скорость и свирепость его были не ниже, а даже гораздо выше чем раньше! Складывалось такое ощущение, что полученная травма только придала упырю сил.

Видя такой напор, Люк не стал изображать из себя героя, а… активировал Поступь Ветра, на всех парах устремляясь прочь!

Чтобы ранение в живот оказало свой ослабляющий эффект, должно было пройти некоторое время, а, чтобы время это выиграть, эспер и применил прием, известный во многих мирах под названием «тактическое отступление». Впрочем, «отступить» далеко не удалось. Скорость упыря ничуть не уступала скорости юноши, но это было ему даже на руку. Чем больше нежить расходовал сил, тем быстрее наступал эффект от травмы. А при беге он еще и окончательно растерял содержимое своего живота!

В общем, сбегал Люк недолго. Совсем скоро скорость упыря начала спадать, а затем он и вовсе остановился, с сомнением глядя на спину эспера. Видимо понял, что продолжать преследование может быть для него чревато. Только было уже поздно: видя, что его задумка подействовала, эспер развернулся и кинулся в атаку!

На этот раз он начал с Фира, который поджог тварь, хотя и не сильно — упырь все еще был очень силен. Тем не менее, на защиту от огня у него тоже расходовались силы, что было Люку на руку.

Следом за огненным знаком тут же последовал Меллт, разъедая защитный ци нежити и парализуя ее. Ненадолго, но заметно дольше, чем раньше.

Эрд! Неспособный пошевелиться упырь, на ногах устоять так же не смог.

Меллт! Пытающаяся подняться тварь снова на несколько мгновений замерла.

Клинок Небесного Наказания!

Опоясанный молниями меч мгновенно обрушился вниз, отделяя голову нежити от тела, а электрический ци надежно выжег любой намек на не-жизнь из этого тела!

Для надежности Люк, поместив клинок в ножны, сложил пальцы обеих рук в знак Фир и долго удерживал его до тех пор, как от тела упыря остался лишь пепел. Эспер очень не любил этот тип нежити и приложил все усилия, чтобы этот конкретный упырь больше никогда случайно не восстал.

Pазвеяв по ветру прах упыря, юноша продолжил свое ночное путешествие. Как ни странно, его первая битва с кем-то, по силе примерно равном ступени измененной крови, прошла очень гладко. Удивительно гладко. Да Люк даже трети своего запаса ци в этом бою не потратил! Хотя, стоит признать, что ци в этом бою далеко не решал. Из всех «местных» способностей эспер сейчас использовал лишь Поступь Ветра да Клинок Небесного Наказания, а основой его боевой силы по-прежнему являлись знаки. Ну, и клинок, разумеется.

А еще… разум! Разум и знание уязвимых мест противника. Атакуй эспер не живот упыря, а, скажем, его шею, все могло повернуться совершенно по-другому. Из-за кратковременности паралича он должен был бить очень быстро, не вкладывая силу или навык, и голову подобный удар бы точно не срубил. А рана шеи… На нее упырю было бы глубоко плевать. Чего не скажешь о распоротом животе.

В общем, этот бой Люк выиграл благодаря разуму. Но даже так, легкость, с которой он это сделал, его приятно поразила. Только столкнувшись с подобного рода противником, эспер понял, насколько же усилился за последнее время. Встреться ему Линь Чангмин, даже вместе с Би Ченцзы, сейчас, и их разгром был бы быстр и неминуем!

Однако Люк не обольщался. Хотя он и был теперь в состоянии легко подавить кого-то на ступени формирования даньтяня, люди и существа измененной крови по-прежнему вызывали у него опасения. Хотя ему и удалось без проблем победить упыря, это было лишь потому, что тот имел фатальную уязвимость. Рассчитывать на столь же легкую победу против практика начальной ступени измененной крови или той же костяной гончей, эсперу явно не стоило.

Впрочем, так было только пока. Впереди его ждал еще не один день пути до Города Осеннего Дождя, а это означало… что скоро его культивация снова стремительно возрастет! В то, что все предгорья заполнены нежитью, которая истребила всех обычных духовных зверей, Люк не верил. И оказался прав. Уже к вечеру следующего дня ему вновь стали попадаться духовные звери. А спустя еще день пути, предгорья вновь задышали жизнью. Нежити здесь явно не было. Пока не было…

Блицкpиг. Mолниеноcная война, не оставляющая противнику ни малейшего шанса на сопротивление. Удар, разом сокрушающий все преграды и проникающий прямо к сердцу вражеской территории, чтобы разом раздавить все собравшиеся там жалкие остатки его войск и полностью уничтожить… Блицкриг…

Именно это сейчас происxодило по отношению к некогда величайшему в этом регионе королевству — Королевству Великой Горы. Совсем недавно славящееся своей силой и богатством государство, не знающее равных во всем западном регионе, за исключением только Леса Фэу, оказалось на грани гибели. И от кого? Oт всеми презираемого и сохранявшего свой суверенитет просто потому, что никому не было до него дела, Королевства Вечной Степи!

Все началось около трех недель назад, когда наблюдатели сообщили о странном столбе света, ударившего в небо в центре королевства. Памятуя о том, что некогда на месте Королевства Вечной Степи находилась центральная часть Великой Империи Праха, Король Великой Горы, естественно, встревожился. Он в ультимативной форме потребовал от короля Хелла допустить наблюдателей на его территорию, однако… его посланники просто пропали. Pазгневанный король решил преподать урок зазнавшемуся соседу, и, собрав небольшую, но мощную армию, двинулся к границе.

Вот только там его уже ждали. Лично король Хелл Пятый, в сопровождении непонятно откуда выползших орд нежити и не менее непонятно откуда взявшихся сотен практиков уровня Лорда (пробуждение тотема) и пары десятков — Короля! Пусть большинство из них были крайне слабыми Королями, серьезно уступающими самому Королю Великой Горы, но Королями! Для сравнения, на службе у Сигизмунда Девятого (так звали Короля Великой Горы) было всего пятеро Королей! И то… как сказать на службе… Они просто считали Королевство Великой Горы своим домом, и, за некоторым исключением, были слишком независимы, чтобы кому-то подчиняться.

При желании Сигизмунд мог пробудить дао-резерв королевства, но даже так число практиков уровня Короля не сильно превысило бы десяток. Исходя из этого, не трудно представить какая мощь внезапно предстала перед растерявшимся Сигизмундом. В завершение картины, наемные отряды родом из Королевства Вечной Степи неожиданно ударили в спину его войску, поставив его в еще более невыгодное положение. В общем, разгром был неминуем.

Что и произошло. Карательное войско Королевства Великой Горы не продержалось долго. Под слитным ударом наемников, нежити и сильных практиков оно было уничтожено почти мгновенно. Самому Сигизмунду удалось скрыться лишь чудом.

Вернувшись в столицу, король тут же объявил всеобщую мобилизацию, созвал всех Королей, пробудил дао-резерв, а также связался со всеми соседними странами, сообщив им все, что знал. Соседи обещали помочь, но что-то помощи от них до сих пор не было.

Tем временем, пока Сигизмунд собирал силы, армия Хелла беспрепятственно направилась к столице, сметая все на своем пути. Все города, что располагались на ее пути пали, а сама она, за счет вновь поднятой нежити, во время этого марша только увеличилась!

И вот, три недели спустя, армия королевства, над которым совсем недавно все насмехались, подошла к столице Королевства Великой Горы, городу Маунгрейту. Городу, где произойдет решающее сражение этой короткой, но от этого не менее жестокой и кровопролитной войны.

Находящийся на крепостной стене Сигизмунд с тревогой и ненавистью смотрел на собравшееся возле города войско. В его сердце еще были живы воспоминания как орды нежити и предатели-наемники с легкостью перемололи его армию, не оставив ей ни малейшего шанса. Сам Сигизмунд при побеге был лишь легко ранен, но, вздумай он задержаться и сражаться до конца, его участь была бы незавидной. Хотя он находился на пике уровня Короля и был сильнейшим практиком на десятки тысяч километров вокруг, под слитным ударом двух десятков королей он бы не продержался и минуты.

Зато сейчас, под надежной защитой встроенных в крепостные стены столицы формаций, как защитного, так и атакующего типа, и в окружении собранных войск, в состав которых входило целых пятнадцать практиков уровня Короля, у него появился шанс отомстить за свое позорное бегство. По крайней мере, он так думал.

С другой стороны крепостной стены, стоящий прямо в воздухе черноволосый мужчина с диадемой из серого металла, находящейся на его голове и странным костяным посохом в руках, холодно улыбнулся. В недавней битве он не продемонстрировал всю мощь, которая была ему доступна. На самом деле, помимо тех двадцати практиков уровня Короля, что он привел с собой, еще десяток наиболее сильных оставались в Королевстве Вечной Степи или направились на территорию соседних стран, чтобы предотвратить отправку войск на помощь Сигизмунду. И, судя по тому, что этой помощи до сих пор не было, у них все получалось!

Хотя эти практики так и не прибыли к сегодняшней битве, скрытая мощь пока еще королевства Великой Степи, была колоссальна. Ведь основными ее войсками были не практики.

Хелл бросил взгляд вниз на стройные ряды своих войск и мрачная улыбка возникла на его лице. Основную массу его армии конечно составляли скелеты, но, за исключением свежеподнятых, которые составляли примерно половину от общего числа, скелеты не совсем обычные. Обычные бы просто не успели добраться до Маунгрейта за столь короткое время. Как и зомби. От этого типа нежити, как и от ряда других подобных медлительных существ, вообще пришлось отказаться, пожертвовав количеством ради скорости. До столицы добрались только элитные скелеты, уровень силы каждого из которых находился на уровне практика формирования даньтяня. A ведь таких скелетов были сотни тысяч!

Тем не менее, эти скелеты были просто «мясом», предназначение которого заключалось лишь в том, чтобы закидывать врагов своими телами.

За полчищами скелетов находились гораздо менее многочисленные, но заметно более сильные отряды упырей и вурдалаков, каждый из которых соответствовал ступени измененной крови. Хелл не очень любил эту нежить, предпочитая работать с костью, а не плотью, но признавал их полезность. Для деморализации врага они подходили гораздо лучше, чем скелеты.

По флангам от них располагались позиции костяных гончих и скелетов-рыцарей, восседающих на костяных скакунах. Не сказать, что они были особо полезны при штурме города, но при столкновении в поле подобные отряды были просто незаменимы. Да и сейчас недооценивать их совсем не стоило: сила гончих колебалась от нижней ступени измененной крови до нижней ступени пробуждения тотема. Сила рыцарей была и того выше: самый слабый из них располагался в промежутке между пиком измененной крови и началом пробуждения тотема, а самый сильный — огромный, закованный в латы с ног до головы и вооруженный двухметровым двуручником, скелет-рыцарь — вплотную подобрался к уровню короля!

На счастье Сигизмунда и к некоторому недовольству Хелла, подобных рыцарей было немного — всего несколько сотен. Но даже несколько сотен «Лордов» это огромная сила! А ведь не только скелеты-рыцари были на таком уровне. Расположенные позади упырей умертвия ни в чем им не уступали, даже несколько превосходили в среднем уровне, что добавляло войску Хелла еще сотню «Лордов»!

По обоим флангам от них находились гораздо более слабые, но также и гораздо более многочисленные призраки, невосприимчивые к атакам обычным оружием. Они, как и скелеты с упырями были «мясом». Призраки обладали самым разным уровнем сил, хотя в большинстве своем гораздо ниже уровня Лорда, но они были довольно уязвимы к стихиям огня и молнии. А ведь именно мастерством в стихии огня славились практики этого королевства!

Хелл долго думал, прежде чем решил присоединить призраков к этому бою. Хотя они были практически бесполезны против сильных практиков, молодой император не видел их роли в будущих битвах. Истребись они все, Хелл горевать бы не стал.

Не обошлось в его армии и без поддержки с воздуха: в небе парили полчища костяных птиц, которые были даже слабее скелетов, зато могли летать, и сотни костяных виверн, чей уровень был примерно таким же, как и у костяных гончих.

А ведь были еще и практики, и, что самое главное, сам Хелл, которому не терпелось опробовать новоприобретенные силы в битве с сильным противником!

Конечно, обороняющиеся тоже были совсем не слабы. Eсли брать просто по числу, они сильно превосходили армию Хелла. За стенами Маунгрейта собралось несколько десятков миллионов практиков, когда общая численность нежити и наемных отрядов, которые на самом деле оказались подчиняющимися Хеллу, не достигала даже пары миллионов. Однако подавляющее большинство этих практиков не достигли даже ступени формирования даньтяня, то есть… были даже слабее скелетов! Кроме того, войско Королевства Вечной Степи имело подавляющее преимущество в количестве сильных практиков. Если число практиков измененной крови и соответствующей им по силам нежити, у обеих сторон было примерно одинаковым, то по количеству «лордов» сторона Хелла явно выигрывала с большим перевесом. Как и по числу «королей». При таком раскладе, Сигизмунду оставалось надеяться только на оборонительные и атакующие массивы столицы. Вот только молодому Императору Пути Смерти было что им противопоставить.

— Начинайте! — Хелл отдал приказ, и, как будто повинуясь ему, на поле будущего боя поднялся густой туман, надежно скрывая армию от взглядов из города. Хотя почему «как будто» — именно по приказу Хелла этот туман и был призван. Призван, чтобы скрыть то, что сейчас происходило перед городом.

А происходили там довольно мрачные вещи. Сотни практиков уровня Лорда, пользуясь прикрытием тумана, принялись быстро чертить на земле странные знаки. Каждый из них отвечал за свой участок, но, во всех их действиях чувствовалась удивительная слаженность, и спустя примерно час времени, все эти разрозненные участки объединились в одну колоссальных размеров странную геометрическую фигуру, слишком сложную, чтобы ее можно было точно описать словами. Слишком уж много различных фигур, линий и символов было в нее вписано.

Видя, что приготовления прошли успешно, Хелл довольно кивнул. Впрочем, он и не сомневался, что фигура выйдет идеально. Этот момент был одним из ключевых в тактике осады городов во времена Великой Империи Праха, и, готовясь к войне, практики под руководством самого, тогда еще короля, неоднократно его отрабатывали. Только обычно без наполнения энергией.

В отличие от этого раза.

Когда фигура была готова, сухой старик, находящийся на уровне Короля, который был ответственным за этот ритуал, махнул рукой, и по его жесту на площадке перед фигурой тут же возникли десятки тысяч одурманеных человек, доставленных учениками.

Увидь Сигизмунд что это были за люди, его бы тут же вырвало кровью — большинство из них являлись солдатами его карательной армии, которых Хеллу удалось захватить в плен. Впрочем, не все. Часть из них была захвачена в оказавших сопротивление городах, но солдаты карательной армии, благодаря своей силе, играли в этом ритуале ключевую роль. По злой иронии судьбы, именно те, кто должен был защищать королевство, послужат одним из основных инструментов его гибели!

Сухой старик вновь отдал приказ, и сотни практиков запели странную заунывную песню. Она казалась негромкой, однако даже защитники города отчетливо слышали каждое слово на мертвом ныне языке. И от услышанного по их коже пробегали неприятные мурашки страха.

Вот, песня взяла особо высокую ноту, и практики одновременно взмахнули кривыми клинками, проливая кровь пленников на линии фигуры, а затем, все также продолжая петь, еще и еще раз.

Наконец, когда большинство пленников было уже мертво, слабо светящиеся после начала жертвоприношения, линии фигуры, вдруг вспыхнули и ярко засияли. Их свет пробился даже сквозь густой колдовской туман, выдавая оборонявшимся свое расположение.

Вот только было уже поздно. Ритуал был завершен!

В сияющих странным черно-зеленым светом линиях фигуры скрывалась невообразимая мощь. И руководящий ритуалом старик эту энергию высвободил! Скрученная в тугой гудящий жгут, черно-зеленая энергия с огромной скоростью понеслась прямо к огромным, кажущимся нерушимыми, городским воротам, вдобавок еще и укрепленным мощнейшим защитным массивом. Королевство Великой Горы давно не воевало, но в былые времена эти ворота выдерживали не один штурм, достойно противостоя любому противнику.

Вот только Хелл знал, что делал. Сила ритуала была рассчитана ровно так, чтобы ворота эти сокрушить. Иначе, он просто мог захватить больше пленных и использовать более мощную версию ритуала, чего, кстати, не хотел. Он рассматривал захваченные территории как свои будущие владения, а какие владения… без подданных? Хелл думал что никакие, и мирных жителей старался не трогать. Хотя, если бы в подобном действительно возникла необходимость, это Хелла бы не остановило.

На счастье императора-некроманта и всех мирных жителей разом, этого не потребовалось. Гудящий бур некротической энергии с огромной скоростью и силой обрушился на казавшиеся нерушимыми врата, и те простояв для приличия несколько секунд, за которые Хелл было испугался неудачи, не выдержали!

Могучие каменные створки, имеющие славное боевое прошлое, в этот раз своего предназначения не оправдали. Покачнувшись, они издали жалобный скрип и печально завалились внутрь города. Одновременно с ними, даже немного раньше, рухнул и защищающий город энергетический барьер. И, не выказывая ни малейшего пиетета перед павшими стражами столицы, в образовавшийся проход тут же ринулись полчища скелетов.

Битва за Маунгрейт, решающая битва этой войны, началась! 

Первую волну атаки, cостоявшую из низкоуровневыx, совсем недавно поднятых скелетов, защитники встретили во всеоружии. Когда рухнули казавшиеся надежнейшими врата, большинство практиков, защищающих Маунгрейт, сильно растерялись, но командующие быстро навели среди них порядок, и скелетов буквально испепелило десятками тысяч техник.

Bот только за первой, самой слабой волной атаки, сразу последовала вторая. В проем устремились более сильные скелеты, пришедшие с Хеллом еще из его королевства. Император, естественно, понимал, что без должной поддержки и эти скелеты будут быстро истреблены, поэтому вместе с ними атаковали также и полчища костяных птиц. Tеперь, когда барьер, защищающий город был разрушен, ничего больше не мешало атаке с воздуха. A вместе с птицами атаковали и призраки, спокойно просачивающиеся в щели между строем скелетов и ни капли не сдерживающие их напор.

Cзади атакующего строя выстроились скелеты-лучники, поливая ливнем стрел городские стены с засевшими там защитниками.

Такой спаянный удар сразу нескольких сил возымел незамедлительный эффект. Хотя передовые отряды скелетов и птиц были полностью уничтожены дальнобойными техниками и различными атакующими массивами, расположенными на стенах, большая часть их все же добралась до рядов защитников. И вот тут-то стала видна разница в классе!

Скелеты буквально вгрызлись в строй сильно им уступающих практиков, сея смерть направо и налево. Простые практики ниже уровня формирования даньтяня просто ничего не могли им противопоставить. Защита скелетов была им просто не по зубам, а атака разила с одного-двух ударов!

А уж когда в дело включились призраки… Не обладая еще элементами, которые могли тем повредить, практикам просто ничего не оставалось, кроме как умереть.

Некоторые призраки шли еще дальше: они вселялись в тела еще живых защитников, и, управляя теми, наносили удары их же собратьям!

С точки зрения наносимого урона такая тактика была не особо эффективной — сами призраки за то же время нанесли бы гораздо больше урона — зато очень сильно деморализовала противника. Oбороняющиеся уже не знали, где друг, а где враг, и зачастую стали атаковать друг друга!

В то же время костяные птицы раз за разом атаковали защитников, засевших на стенах. Там находились далеко не неопытные ополченцы, с которыми сейчас сражались скелеты, а суровые ветераны, побывавшие не в одном бою. Не сказать, что бои эти были масштабные: Королевство Великой Горы давно ни с кем не воевало, но в сражениях с дикими зверьми и разбойниками эти люди поучаствовать успели. К тому же, самый слабый из них находился на ступени формирования даньтяня, а большинство уже давно ступило на ступень измененной крови.

В общем, защитники стен были гораздо сильнее костяных птиц. Вот только Хелл совсем не собирался играть честно. В лапах летающих тварей были зажаты стеклянные пузырьки, и оборонявшиеся очень скоро лично познакомились с их содержимым.

Долетев до позиции защитников, птицы тотчас разжали лапы, и склянки, ведомые силой гравитации, тут же помчались к земле. Многие защитники заранее заметили странные гостинцы в лапах и пытались сбить птиц на подлете. В летающих тварей тут же устремились дальнобойные техники и заряды артефактных массивов, проделывая в волнах нападавших огромные бреши. Вот только большая часть птиц со своей задачей справилась. Склянки, со сваренным алхимиками Хелла специальным составом, обрушились на врага.

Многие оборонявшиеся использовали специальные техники стихии воздуха, чтобы сдуть их в сторону, вот только пузырьков было слишком много. Значительная их часть достигла твердой поверхности, и… разбилась, высвобождая свое содержимое.

Густой едкий туман тут же поднялся на крепостной стене. Помимо прочего, в тумане содержался ослабляющий яд, но против практиков измененной крови он был малоэффективен — измененная контрактными духами кровь была крайне устойчива к слабым ядам, а этот яд был как раз таки слабым, так как для сильных требовались редкие компоненты, найти которые в большом количестве было очень сложно. Этот же яд максимум немного ослабил оборонявшихся.

Однако основная его задача была не в этом. А в том, чтобы перекрыть обзор оборонявшимся! Из-за густого тумана защитники стен полностью перестали видеть своих врагов. Более того, туман, благодаря своей плотной структуре, заметно сокращал их духовное восприятие. Благодаря этому, дальнобойные техники и массивы стали полностью бесполезны! И, благодаря этому, некому стало сдерживать птиц, которые устремились к сражающемуся со скелетами ополчению, чтобы повторить трюк со склянками уже там.

Занятые боем со скелетами защитники вовремя не среагировали, а потом было уже поздно. Нежить, благодаря своему чувству жизни, превосходно ориентировалась в образовавшемся тумане. Дела защитников стали совсем плохи.

Более того, под прикрытием тумана, Хелл бросил в атаку гораздо более серьезные силы, чем скелеты и костяные птицы. Пока защитники стен пытались развеять туман различными техниками воздушной стихии, на них неожиданно обрушились ни в чем им не уступающие летающие твари: костяные виверны! При поддержки множества костяных птиц и гораздо лучшей ориентации в пространстве, они просто не оставили защитникам ни малейшей надежды.

Одновременно с вивернами бросилась в атаку и прочая среднеуровневая нежить. Первыми на ряды ополчения обрушились полчища костяных гончих, буквально сметая защитников со своего пути, а следом за ними подоспели и упыри с вурдалаками, которые прямо во время боя отрывали куски плоти у неудачливых ополченцев и отправляли их прямиком в свои смрадные пасти. Если бы не закрывающий обзор туман, это бы еще больше деморализовало ряды оборонявшихся! Казалось, разгром был неминуем!

Внезапно, сильный ветер с примесью ци огня, обрушился на густой туман, одним рывком почти полностью развеивая его и сдувая находящихся в воздухе костяных птиц. Даже виверны были вынуждены немного отступить назад. Это, наконец, сделала свой ход элита противника. Вот только… было уже слишком поздно: войска Хелла крепко вгрызлись в противника, и туман им был уже не нужен. Кроме того, больше не существовало четкого строя. Войска обоих сторон сильно перемешались, и Лорды и Короли противника теперь не могли наносить массовые удары, иначе бы зацепили и своих.

Хотя цель они себе все же нашли: массированная атака различными техниками обрушилась на костяных птиц и виверн, почти полностью уничтожая первых, и сильно вредя последним. Погибло виверн не так уж и много, однако они получили различные тяжелые повреждения и были вынуждены спуститься на землю, где не могли показать и треть от своей боевой мощи. Лишь небольшое количество наиболее сильных костяных виверн осталось в воздухе. Ответный ход Лордов Королевства Великой Горы был поистине страшен!

Вот только, нанеся удар, они раскрыли свое местоположение, а следовательно… обрекли себя на скорую гибель! На позицию лордов тут же обрушился мощнейший, превосходящий их собственную атаку в несколько раз, удар черной с зеленым энергии! Лорды Королевства Вечной Степи специально подготовили эту атаку против своих собратьев из противоположного лагеря и терпеливо ждали, когда те сделают собственный ход. А, чтобы не допустить того, чтобы удар пропал зря, к позиции противника тут же направились отряды скелетов-рыцарей и умертвий, в задачу которых входило добить наверняка пострадавших от предыдущей атаки Лордов противника.

Однако не успели они углубиться в город хоть немного, на них обрушился мощнейший огненный удар, истребивший добрую половину. И тут же с другой стороны на нежить налетел вал разнообразных техник, после которых относительно целыми остались лишь предводитель скелетов-рыцарей, парочка умертвий, которые уже прорвались в класс Короля, да пара десятков наиболее удачливых представителей обоих отрядов. Свой ход, одновременно с ударом артефактного массива дворца, совершили Короли противника!

Наблюдая за этой картиной, Хелл усмехнулся. Слишком скоро битва вступила в свою завершающую стадию. Теперь, когда истинная элита противника проявила себя, настал черед самого Хелла вступить в битву.

— Абрахам, Силар — блокируйте дворец!

Два практика средней ступени уровня Короля кивнули и, с огромной скоростью устремились к месту, откуда был нанесен первый удар по скелетам-рыцарям и умертвиям — к королевскому дворцу.

— Pоальд, позаботься о лордах противника!

— Хорошо, Ваше Величество, — старик на уровне Короля, до этого руководивший ритуалом, обрушившим городские ворота, кивнул, и, в сопровождении множества лордов, отправился выполнять приказ Владыки.

— Остальные, за мной! — Больше не мешкая, Хелл на полной скорости устремился к месту битвы королей, где два его умертвия и предводитель скелетов-рыцарей доживали последние мгновенья.

Он успел. Хотя к моменту его прибытия все трое его сильнейших немертвых подданных уже были повержены, в них еще теплилась не-жизнь, что означало, что их еще можно будет поднять без потери ими боевой мощи.

Взмах посохом, и тела его слуг накрывает мощнейший энергетический купол, даже не дрогнувший от десятка обрушившихся на него атак от практиков уровня Короля.

— Не стоит обижать моих слуг! — холодно усмехнулся Хелл, глядя на вытянувшиеся физиономии вражеских практиков.

— Разберитесь с ними! — отдал он приказ, и семнадцать практиков уровня Короля тут же атаковали тринадцать Королей противника.

Несмотря на численное превосходство Королей Хелла, силы сторон были примерно равны. Средний уровень сильнейших практиков на стороне Сигизмунда был несколько выше, и они достойно сопротивлялись против превосходящих сил противника.

— Ну, где же ты? — пробормотал Император себе под нос. Он слегка взмахнул посохом, и луч черной с зелеными проблесками энергии на огромной скорости устремился к одному из зазевавшихся Королей противника, мгновенно обращая его в прах.

— А ты только и можешь, что бить со спины! — Прогремел издалека наполненный гневом голос.

— Нет, я просто выманиваю Вас, Ваше Величество для честного сражения один на один! — ничуть не смутился обвинению Хелл. — А то, сколько можно скрываться от честного боя? В прошлый раз, насколько я помню, Вы удирали слишком быстро, чтобы я мог Вам его предложить…

— Ах ты… Хочешь честного боя, мальчишка?!

В нескольких сотнях метров от Хелла появился высокий величественный мужчина средних лет. Он имел густые, доходящие до плеч рыжие волосы и небольшую рыжую бороду. Его слишком грубое для короля великого государства лицо сейчас было искажено гневом.

— Да, Ваше Величество, именно этого я и хочу. Нападайте!

— Ну что ж, ты сам напросился!

Аура Короля Великой Горы мгновенно многократно усилилась, явив окружающим поистине колоссальную мощь пика уровня Короля. Она была столь могучей и густой, что казалось: Сигизмунда внезапно охватило яростное рыжее пламя. Король сорвал со спины огромный двуручный топор, и резко взмахнул им, высвобождая поистине титаническую энергию.

— Копье Вальхаллы!

Принявшее форму копья пламя на огромной скорости устремилось прямо к Хеллу. Казалось, не существует ничего на свете, что способно остановить эту чудовищную атаку. Даже в десятках метров от него от чудовищного жара лопались камни и иссыхала земля, а все остальное просто сгорало.

Видя такую мощь, несущуюся к нему, Хелл не стал принимать ее в лоб, а просто уклонился, мгновенно перемещаясь в сторону, а затем ближе к Сигизмунду.

— Ахаха, уклоняться бесполезно! — рассмеялся Король, видя маневр своего противника, и, в доказательство его слов, Копье Вальхаллы тут же изогнулось, вновь наводясь на молодого Императора.

— Ну, бесполезно, так бесполезно. Просто не хотел впустую тратить силы…

Аура Хелла, до того тщательно сдерживаемая, тоже вдруг стремительно возросла. Миг, и она достигла уровня Сигизмунда, еще миг, и заметно превзошла ее, вызвав у того недоуменное выражение. Так как сам он находился на пике уровня Короля, то, превосходящей его аурой мог обладать только… Император! Но каким образом его противник мог быть Императором?! Такое было просто невозможно. Сам Сигизмунд упорно тренировался в течение почти пяти сотен лет, но так и не сумел прорваться через барьер, разделяющий Короля и Императора. А его противнику, насколько он знал, было лишь чуть больше тридцати!

Да достигнуть в этом возрасте уровня Лорда — уже великое достижение! Честно говоря, Сигизмунд, как впрочем и все остальные в соседних с Королевством Вечной Степи странах, действительно думал, что Хелл находится на уровне Лорда, пускай и на пике этого уровня. Однако действительность превзошла все ожидания. Молодой монарх не только в тайне ото всех сумел стать королем, но и каким-то чудом теперь выказывал мощь императора!

Впрочем, подозрения о том, как он такого достиг, у Сигизмунда имелись. Было сложно не сложить внезапно усилившегося Хелла и странное событие, из-за которого и началась это война. Следовательно… его противник обрел подобную силу совсем недавно, и толком не знает как с ней обращаться. А значит… у Сигизмунда есть все шансы в этом противостоянии!

Подбодрив себя подобными мыслями, король взревел и кинулся в атаку на Хелла.

В том, что тот очень даже хорошо разобрался с новоприобретенными силами, Сигизмунд убедился быстро. Для этого было лишь взглянуть на тонкий черно-зеленый луч, который, вылетев с вершины посоха, насквозь прошил Копье Вальхаллы, полностью разрушая эту мощнейшую технику.

Следующий такой же луч устремился прямо к Сигизмунду, и ему пришлось срочно уклоняться. Видя, что стало с его атакой, он совершенно точно не собирался испытывать его мощь на своей шкуре. Вот только такой маневр сильно противоречил его прямому характеру. Будучи вынужден уклоняться от атаки противника, он буквально впал в бешенство. Кроме того, король понимал, что долго противостоять Хеллу просто не сможет. Вместо того чтобы вести долгую битву на истощение, которую явно проиграет, он решил завершить бой одним ударом, своей самой мощной атакой, мощь которой во много раз превышала то же Копье Вальхаллы.

Сигизмунд яростно взревел, и высоко поднял свой чудовищный двуручный топор, который засиял очень горячим даже на вид яростным рыжим пламенем. Позади него появилось изображение его тотемного духа — величественного Огненного Тура. Этот зверь как нельзя лучше отображал характер короля и полностью поддерживал его идею завершить все одним ударом. Тур, вторя своему контрактору, яростно взревел, а в следующее мгновение влился в топор, усиливая атаку всей своей мощью!

— Пришествие Муспельхейма: Великий Пламенный Топор Повергающий Богов!

Вторя голосу Сигизмунда, в небесах вдруг раздалось сердитое ворчание, а закрывающие небо облака резко окрасились в багровый цвет. Это явление затронуло область всего в пару километров, но сам факт подобного говорил очень и очень о многом. Вызывающая подобные изменения атака, просто не может быть чем-то посредственным.

Хелл нахмурился: эта техника могла быть опасна даже для него. В конце концов, пока что он был Императором только при поддержке Посоха Терней, а на самом деле находился на поздней стадии уровня Короля. Притом, даже на этот уровень он прорвался совсем недавно — вместе с приобретением Посоха. До этого же он и вовсе находился на средней стадии уровня Короля. Естественно, что он не стал недооценивать противника. На мощнейшую атаку того, он ответил одной из самых мощных собственных атак.

Император, обеими руками удерживая Посох Терней, вскинул его высоко над головой, и вокруг его навершия в форме черепа тут же закружился вихрь черно-зеленой энергии. Всего через несколько мгновений этот вихрь лавинообразно расширился, окрашивая все небо над Хеллом в черный с зеленым цветами, а посох в руках Императора задрожал от вливаемой в него мощи.

— Извечная Погибель! — прогремел над городом несколько потусторонний голос Хелла.

Топор и посох опустились одновременно. Всесжигающая огненная волна и, на этот раз вовсе не черная и не зеленая, а серая рябь, столкнулись примерно на половине пути. Раздалось оглушительное шипение. Место столкновения атак заволокло густым туманом. Остановившие собственную битву и наблюдавшие за этими ужасными техниками Короли обеих сторон, замерли в недоумении. «Неужели обе атаки взаимоуничтожились и никто не победил?» — думали они.

Однако очень скоро их заблуждения развеялись. Спустя несколько секунд после столкновения из тумана вылетела сильно ослабленная, но тем не менее все еще очень опасная, техника Хелла! Вложивший в свою заключительную атаку все силы Сигизмунд больше не имел возможности, да и желания, уклоняться. Он проиграл. Теперь ему оставалось только одно — умереть!

Гордо выпрямив спину и расправив плечи, король лицом к лицу встретил приближающуюся погибель. Миг, и его затопила волна серой хмари, не оставив от некогда сильнейшего эксперта даже воспоминания.

Хелл гордость своего противника оценил. Впоследствии, после того, как столица была окончательно захвачена, что, после смерти короля труда совершенно не составило, по его повелению была изготовлена величественная статуя, изображающая Сигизмунда в момент его славной гибели. Молодой Император уважал сильных противников.

Люк о пpоисxодящих далеко на западе событиях, естественно, не знал. Пока орды нежити под предводительством Императора-некроманта штурмовали столицу сильнейшего местного королевства, эспер продолжал свое путешествие к Городу Oсеннего Дождя, по пути сражаясь с осмелившимися на него напасть монстрами.

За четыре дня, что минули с момента встречи с упырем, он успел преодолеть большую часть пути до нужного ему города и за это время неоднократно сражался с духовными зверьми второго ранга, а один раз — даже третьего. И если звери второго ранга ему никаких проблем не доставляли, то напавший из засады скальный гиббон, который находился на пике третьего и был даже сильнее чем большинство практиков начальной ступени измененной крови, его чуть не убил. Первой же атакой.

От метко пущенного здоровенного валуна эспер уклонился только благодаря резко взвывшей интуиции. Упав на землю, кувырком откатившись в сторону, и только потом вспомнив, что обладает вообще-то Поступью Bетра, он пораженно наблюдал, как сквозь место, где он только что стоял, со свистом пронесся огромный булыжник. Не достигнув цели, камень улетел еще метров на двести, где с грохотом врезался в землю, поднимая столбы пыли. Не стоит даже говорить о том, что было бы с эспером, попади камень в него.

Проследив за траекторией полета снаряда, Люк быстро обнаружил нападавшего. Это оказалась огромная, четырехметровая обезьяна, все тело которой покрывала густая скалистого цвета шерсть. В своих непропорционально огромных передних конечностях, которые буквально бугрились от чудовищных мускулов, она уже сжимала очередной валун, который собиралась запустить прямо в Люка!

Эспер, конечно, ей такой возможности не дал. На этот раз он о Поступи Ветра не забыл. Направив к ногам ветряной ци, во многом сходный с намерением легкости знака Эрд, но в то же время заметно отличающийся, он быстро переместился в сторону, сбивая обезьяне прицел, а затем проделал это еще и еще раз, постепенно приближаясь к своему противнику.

Обезьяна маневр эспера разгадала. Поняв, что от камня больше нет никакого толка, она просто запустила его в Люка, явно не надеясь попасть, а скорее просто избавляясь от него. Освободив, таким образом, руки, скальный гиббон, со скоростью, ни капли не уступающей Поступи Ветра, кинулся навстречу парню. Обладая превосходящими ци и физической силой, а также невероятно прочной плотной шкурой, он был одним из сильнейших духовных зверей третьего ранга и мелкую букашку, находящуюся только на ступени закалки кости, совершенно не опасался.

Приближающуюся тушу встретил Эрд. Люк не особо рассчитывал, что знак повредит зверю — просто испытывал степень его устойчивости — но то, что тот не замедлит его противника ни на мгновение, стало для юноши неприятной неожиданностью.

Зверь, казалось, даже не заметил воздействия знака, продолжая так же, по прямой, мчаться к Люку.

Фир! А вот этот знак действие оказал. Kогда гудящий огненный сгусток достиг тела монстра, его шерсть резко вспыхнула… чтобы тут же погаснуть под воздействием извергшегося из тела обезьяны могучего ци!

Mеллт подобную защиту ци преодолел, но… не оказал на монстра никакого видимого эффекта. Эспер в очередной раз убедился, что, чтобы противостоять экспертам на уровне измененной крови, текущей мощности знаков уже недостаточно. Даже после усиления в недавнем бою.

В связи с этим, его эксперименты по смешиванию эффектов знаков заиграли новыми красками. Пока у Люка не получилось создать что-то действительно мощное, но продвижения в этом плане имелись. Одни только стихийные щиты чего стоили. Вот только помимо щитов какого-то эффекта удалось достичь только со знаком Ка’ен, но полученные результаты были в бою явно неприменимы. С остальными же — ему просто не хватало контроля, чтобы объединить их во что-нибудь жизнеспособное. Но эспер не оставлял попыток и верил, то рано или поздно ему это удастся.

Кроме того, была у него и еще одна идея по усилению знаков. Вот только для ее осуществления он должен был достигнуть, по крайней мере, ступени формирования даньтяня. Благодаря внушительной скорости культивации Люка этот момент был не за горами, но до него еще нужно было дожить, а прямо сейчас препятствием в достижении этой важнейшей цели служил огромный скальный гиббон, мчащийся к эсперу с огромной скоростью.

Больше в него знаки Люк запускать не стал. Это было бесполезно практически полностью, да и времени уже не было. Вместо этого он обновил на себе разгон и, активировав Поступь Ветра, сам устремился на сближение.

Через пару мгновений человек и монстр сошлись в ближнем бою.

Скальный гиббон, не смотря на свои габариты, оказался удивительно проворным. Eго скорость почти не уступала Люку под разгоном. Эсперу приходилось прилагать огромные усилия, чтобы вовремя уклонятся от мощных ударов непропорционально длинных рук зверя и время от времени контратаковать.

К сожалению, шкура монстра была слишком плотной. Меч юноши лишь совсем немного повреждал ее, оставляя на теле монстра неглубокие царапины, через которые даже кровь не всегда проступала. Но даже это невероятно злило его противника, который с каждым разом размахивал руками все яростнее и яростнее.

Выбрав момент, эспер ударил по летящей прямо на него руке Клинком Небесного Наказания. Конечность примата и так двигалась на огромной скорости, а примененная Люком техника силу удара только умножила. Меч с легкостью преодолел защитный ци, глубоко врубился в руку, и… застрял!

«Рев!»

Раненый гиббон бешено взревел, на мгновенье оглушая Люка. А затем нанес невиданной силы удар по застывшему эсперу, собираясь тут же расквитаться с обидчиком.

Уклонился юноша чудом. Благодаря свойственной всем эсперам высокой ментальной устойчивости, он в последний момент успел сбросить с себя оцепенение и рывком ушел от удара. Почти ушел. Мощнейшая атака кулаком пронеслась мимо, но окружающий кулак могучий ци зацепил юношу, отправив того в недолгий полет.

Приземление вышло жестким. Люку даже показалось, что внутри что-то хрустнуло, но, к счастью, поднялся он без проблем. Вот только тут же пришлось уходить от следующей атаки разъяренного монстра.

Ситуация складывалась явно не в его пользу. Хотя зверь был ранен и сильно повредил правую руку, эспер потерял при этом меч, застрявший в кости противника и сам получил повреждения, сначала от ци противника, затем — от удара о землю.

Лицо юноши вдруг мрачно исказилось. В завершении всего он вдруг увидел еще одну обезьяну, чуть поменьше предыдущей, которая направлялась к месту их сражения. Не нужно было быть гением, чтобы понять на чьей стороне она выступит. Ситуация из просто плохой резко стала почти безвыходной. Если с одним скальным гиббоном он еще имел шансы справится, то теперь, когда их стало двое, эти шансы резко умножились на ноль. Сейчас у Люка был только один выход: бежать!

Увернувшись от очередного удара, он резко сложил пальцы в знак Эрд. Действие, в данной ситуации, казалось бесполезное, ведь на монстра он не действовал. Вот только целью эспера был не сам гиббон, а застрявший в его кости меч!

Направленный знаком поток спрессованного воздуха с силой ударил прямо в рукоять, засевшего в кости клинка, и тот мгновенно вылетел из раны, при этом даже немного углубляя ее! К последующему дикому реву Люк был уже готов, поэтому застыл лишь на долю мгновения, а в следующий момент он уже переместился к мечу, резким движением подхватил его, и, активировав Поступь Ветра, кинулся прочь.

Увидев, что ее обидчик убегает, раненая обезьяна вновь дико взревела и кинулась в погоню. Второй, только что подошедший гиббон, тоже не стал отставать и присоединился к преследованию юноши.

Звери не использовали каких-либо техник перемещения, однако их скорость ничуть не уступала Поступи Ветра. Хорошо, что хоть не превосходила, иначе Люк серьезно рисковал бы окончить свои дни у подножия этого горного хребта. Tем не менее, оторваться от преследователей ему долго не удавалось. Иногда на пути его побега встречались другие духовные звери, но завидев скальных гиббонов, которые были царями местной фауны, они тут же стремились убираться прочь. Это было очень кстати. Вздумай они преследовать Люка, за ним собрался бы приличный хвост, справиться с которым ему бы точно не удалось.

Наконец, когда юноша уже стал ощущать, что запасы ци у него подходят к концу, раненый зверь начал проявлять признаки усталости. Спустя каких-то полчаса он уже окончательно отстал, оставив преследование на своего компаньона. К счастью, тот никаких обид на Люка не имел, и попреследовав его для порядка еще минут десять, тоже отказался от погони. Вокруг было полно гораздо более медленной и верткой добычи.

Когда последний преследователь скрылся из виду, ци в теле юноши практически не осталось. Пробежав еще около получаса уже обычным бегом и окончательно убедившись, что никто его не преследует, Люк смог, наконец, перевести дух. Бегло осмотрев окрестности и убедившись, что никаких врагов поблизости нет, он без сил опустился прямо на прогретую солнцем землю.

Этот бой ему дался слишком тяжело. Юноша в очередной раз убедился, что все еще слишком слаб для этого мира, что только подстегнуло его желание стать сильнее. Скальный гиббон находился только на пике третьего ранга, что соответствовало всего лишь начальной ступени измененной крови. Хотя стоило признать, что этот зверь был весьма выдающимся для этой ступени и далеко не всякий практик такой культивации смог бы с ним совладать, это все еще была начальная ступень измененной крови. Встреть Люк практика хотя бы среднего этапа этой ступени или духовного зверя самого начала четвертого ранга, у него не было ни малейшего шанса даже для того чтобы сбежать!

Хотя, случись такое на самом деле, у эспера все еще оставался в запасе Дизморт, но юноша по-прежнему опасался лишний раз его использовать. Иначе… сегодняшнее противостояние с гиббоном закончилось бы гораздо быстрее и с совсем иным результатом!

Как бы то ни было, Люк в очередной раз осознал насколько суров этот мир и насколько важно в нем быть сильным. Сейчас, после четырех дней охоты на духовных зверей, его культивация уже достигла среднего этапа закалки кости, но этого все еще было очень мало. Кроме того, хотя две техники: Клинок Небесного Наказания и Поступь Ветра зарекомендовали себя самым лучшим образом, это все еще были довольно обычные техники. Встретить практика, владеющего подобными, было совершенно обычным явлением. Более того, существовало множество практиков, чьи техники серьезно превосходили их уровень. При столкновении с таким практиком, имея все прочие равные, Люк проиграл бы просто из-за превосходства силы техник его противника!

С этим надо было срочно что-то делать. Вообще-то Люк изначально планировал просто получить лучшие техники после того, как станет основным учеником, а также после достижения ступени формирования даньтяня. Однако сейчас у него существовала одна маленькая проблемка: убегая от гиббонов, он не особо следил за маршрутом отступления и случайно углубился довольно далеко внутрь Хребта Погибели. А это означало, что здесь было полно духовных зверей третьего ранга!

Многих из них Люк даже видел во время своего побега и, если бы не отпугивающая аура скальных гиббонов, давно бы уже познакомился с ними гораздо ближе. Но, хотя в этот раз ему и удалось избежать подобного знакомства, он теперь находился непосредственно на Хребте Погибели, и момент его встречи со зверьми третьего ранга рано или поздно настанет. И, если в своей возможности противостоять одному такому зверю, если он не окажется столь же ненормальным как скальный гиббон, Люк был практически уверен, то даже два, находящихся на начальном этапе третьего ранга, зверя, не оставят ему иных выходов как бежать или использовать Дизморт.

В связи со всем этим, у эспера просто не оставалось иного выхода, кроме как постараться стать сильнее прямо сейчас, благо некоторые идеи по этому поводу у него имелись. Восстановив примерно половину от потраченного ци, он осторожно, стараясь случайно не напороться на духовного зверя, направился на поиски временного убежища.

Удача улыбнулась юноше довольно скоро. Горы были буквально испещрены множеством различных пещер, в которых нередко устраивали свои убежища духовные звери. Соваться в такие пещеры было довольно рискованно, но оставаться на открытом, просматриваемом со всех сторон пространстве, тоже не было хорошим вариантом. Так что, морально приготовившись применять Дизморт, эспер направился в первую попавшуюся ему пещеру.

Удача видимо окончательно решила, что на сегодня с Люка испытаний хватит — небольшая уютная пещерка оказалась совершенно пуста. Тщательно исследовав ее духовным восприятием и убедившись, что все действительно так, как кажется, юноша извлек из пространственного кольца бамбуковый коврик и, опустившись на него, наконец, расслабленно выдохнул. Он прикрыл глаза и незамедлительно погрузился в восстановительную медитацию, восстанавливая не только затраченный ци, но и некоторые внутренние повреждения, полученные во время боя со скальным гиббоном.

Через пару часов, полностью восстановившийся юноша, резко открыл свои карие глаза, в которых горел огонь решимости. Потянувшись к своему пространственному кольцу, он извлек из него ряд предметов, среди которых можно было узнать ядра духовных зверей второго ранга, несколько различных пилюль, а также несколько нефритовых свитков с описаниями навыков. Все это было извлечено из кольца ради только одной цели: пришло время становиться сильнее!

Kогда все эти пpедметы были извлечены из пространственного кольца, густой смешанный аромат заполнил пещеру. B нем без труда угадывался травянистый запах нескольких видов медицинских пилюль смешанный с диким и яростным ароматом духовных ядер поверженных монстров.

Что касается пилюль, сейчас в распоряжении Люка находилось тринадцать пилюль Укрепления, две пилюли Свирепой Мощи, а также еще две Пилюли Питающие Tело. Вот только, несмотря на внушительное число, подавляющее большинство из них, а именно все пилюли Укрепления, были для него практически бесполезны. Не только потому, что он уже принимал подобную пилюлю, хотя и это имело свой эффект, а из-за того, что он их просто-напросто перерос.

Хотя в академии продолжали выдавать подобные пилюли практикам достигшим ступени закалки кости, правда заключалась в том, что они не оказывали на них особого эффекта даже если применялись впервые. Нет, какой-то полезный эффект от них все же был, но на взгляд Люка он совершенно не стоил того, чтобы засорять свой организм ненужными примесями от принятия этих пилюль. A уж принимать их во второй и более раз и вовсе было преступлением против собственного развития.

Таким образом, скопившиеся у юноши пилюли Укрепления были бесполезны. С точки зрения непосредственного использования. Oднако их все еще можно было выгодно продать или обменять на что-нибудь полезное, так что они вовсе не лежали пустым грузом.

С Пилюлями Питающими Тело все было ровно наоборот. До них Люк пока еще не дорос. Принимать эту пилюлю следовало лишь тогда, когда он достигнет по крайней мере ступени формирования даньтяня. Вздумай юноша принять эту пилюлю сейчас — забудьте об усилении, он бы просто напросто выжег свои каналы Ци и ему потребовалось бы очень много времени на то, что бы просто восстановить их!

Что касается третьего типа пилюль — пилюль Свирепой Мощи — они наиболее подходили для текущей стадии развития Люка. Небольшая проблема тут заключалась в том, что он уже принимал подобную пилюлю и повторный прием был уже далеко не столь эффективен. К счастью, таких пилюль у Люка было две, и юноша всерьез собирался проверить какой эффект окажет на организм прием сразу двойной их порции.

По идее, учитывая то, что до этого он принимал такой тип пилюль только однажды, пилюли Свирепой Мощи должны были быть все еще очень эффективны. Прием одновременно двух из них возможно даже превзойдет эффект предыдущей! В то же время, Люк принимал пилюлю Свирепой Мощи, находясь только еще на ступени закалки внутренних органов. Сейчас он находился на середине ступени закалки кости, так что мог совершенно не опасаться, что его каналы Ци не выдержат напора целебной энергии.

Eще раз убедившись что поблизости никого нет — во время приема пилюль нежданные гости были крайне нежелательны — Люк извлек из груды пилюль две красные, почти бордовые, с фалангу пальца размером пилюли, и, не мешкая, отправил их в рот.

В отличие от прошлого, в этот раз горечь во рту была даже сильнее. Но вот пришедший ей на смену поток лекарственной энергии давил на каналы гораздо меньше!

Если судить объективно, целебная сила двух пилюль не уступала прошлому разу, а даже немного превосходила его, вот только Люк находился уже на более высокой ступени развития. То, что в прошлый раз лишь чудом не разорвало его Ци меридианы, сейчас лишь оказало на них сильное, но даже рядом с прошлым не стоявшее, давление.

Энергия потоком распространялась по каналам юноши, оказывая на их стенки немалое давление. Под влиянием этого могучего давления они мало-помалу расширялись и укреплялись. Пройдя по крупным Ци каналам, целебная энергия устремилась дальше, во все более и более мелкие, одновременно омывая мышцы Люка и его внутренние органы, а затем и вовсе направилась к костям, глубоко проникая в них.

Благодаря этой целебной энергии, кости юноши стали стремительно укрепляться. Под воздействием этой энергии они быстро становились все крепче и плотнее, и, одновременно с этим, культивация эспера стремительно росла.

Порция за порцией энергия выделялась тающими пилюлями, и порция за порцией она устремлялась в кости, раз за разом повторяя один и тот же процесс. Наконец, по прошествии примерно двух часов, выделяемая пилюлями энергия стала подавать признаки истощения. Спустя еще полчаса она окончательно иссякла. Две пилюли Свирепой Мощи были полностью усвоены!

На самом деле, конечно, это было не совсем так. Хотя пилюли полностью растворились, а выделяемая ими энергия иссякла, в организме юноши все еще сохранилась их остаточная целебная сила. В течение некоторого времени эта сила будет медленно усваиваться, повышая культивацию юноши еще ненамного, пока полностью не усвоится или не будет выведена из организма.

К сожалению, такая остаточная целебная сила, помимо положительной стороны — медленного увеличения культивации — имела и свои минусы. Именно из-за нее после приема одного типа пилюль нельзя было сразу же принимать другой их тип, не рискуя вызвать совершенно непредсказуемых реакций. Ведь компоненты различных пилюль могли между собой конфликтовать! Попади два таких конфликтующих ингредиента в организм практика, и вред, нанесенный его здоровью и культивации, можно будет себе представить!

Да даже если и нет. В конце концов, в пилюлях такого уровня конфликтующие компоненты встречаются довольно редко. Однако это не отменяет того факта, что пилюли лучше не смешивать: от взаимодействия разных компонентов, даже если они не конфликтующие, свойства пилюли могут сильно изменится. И, в лучшем случае, они от этого просто ослабнут. В худшем же — она может просто превратиться в яд!

Учитывая все это, неудивительно, что практики стараются не смешивать эффекты различных пилюль и терпеливо ждут, пока лекарственная сила пилюли выветрится, прежде чем принимать другую. Естественно, это относится только к различным лекарственным пилюлям. Если пилюли одинаковые, можно было принимать их одну за одной хоть постоянно. Другое дело, что полезного эффекта от этого бы практически не было, а в организме накапливался бы ненужный осадок.

Завершивший сейчас усвоение пилюль Свирепой Мощи, Люк таким заниматься точно не собирался. Как не собирался он и смешивать эффекты пилюль. Как только лечебная сила иссякла и его Ци более-менее успокоился, он незамедлительно отправил свое духовное восприятие внутрь собственного организма. Ему не терпелось узнать, насколько же возросла его сила после принятия пилюль.

Завершив диагностику, Люк остался доволен. Теперь Ци пропитывал его кости гораздо сильнее, что не могло не сказаться на их прочности в лучшую сторону. Кроме того, плотность Ци в мышцах, коже и внутренних органах также стала заметно выше, а их сила, прочность и выносливость возросла. Каналы юноши тоже заметно расширились, благодаря чему он мог быстрее создавать техники и вкладывать в них больше энергии.

По сумме всех этих изменений можно было уверенно сказать: Люк достиг поздней стадии ступени закалки кости!

Юноша бросил взгляд на лежащую перед ним горку вещей и, немного подумав, убрал почти все из них обратно в пространственное кольцо. Сейчас, после резкого подъема культивации, было бессмысленно и даже вредно быстро поднимать ее еще выше. Зато теперь было очень подходящее время для отработки и изучения различных техник!

Все не убранные в кольцо вещи, были именно ими. Большинство из этих техник попало к Люку из пространственного кольца Би Ченцзы и были для него пока бесполезны — ступени формирования даньтяня юноша пока не достиг. Кроме того, почти все эти техники относились к элементу льда, склонности к которому у него не было. Помимо них присутствовала еще техника медитации, которой, очевидно, пользовался сам Би Ченцзы, но медитативная техника Люка ей ни в чем не уступала — даже превосходила. Так что и ее можно было отнести к категории условно бесполезных вещей.

Однако помимо техник Би Ченцзы, которые годились только для обмена и продажи, присутствовала здесь и еще одна техника, на которую Люк возлагал большие надежды. Это была техника, которую он забрал с тела одного из приспешников Линь Чангмина — Дун Мо.

Во время боя с ним эта техника: Пламя Ненависти — произвела на него глубокое впечатление. Тогда, применив ее, тот парень очень здорово усилился, резко увеличив свои защитные и атакующие возможности. Хотя продемонстрировать ее полный потенциал тот не успел, так как погиб от руки Люка, показанного вполне хватило, чтобы эспер очень захотел ее изучить.

И вот теперь время ее изучения, наконец, настало!

Эспер взял небольшую нефритовую табличку с записанным на ней навыком в руки и, не мешкая больше, погрузил в нее свое духовное восприятие, вчитываясь в описание навыка.

И не разочаровался! Эта техника подходила абсолютно для любой ступени развития, начиная со ступени укрепления мышц и заканчивая Королем или даже легендарным Императором. Ее суть заключалась в том, чтобы стимулировать сущность крови практика, на время существенно увеличивая его боевые возможности. Так, обладая этой техникой, практик начальной ступени закалки кости мог спокойно противостоять практику средней ступени закалки кости и даже победить его. И это лишь при освоении первого слоя этой техники!

К сожалению, в руки эспера попал только тот самый первый слой. Сколько слоев вообще и насколько увеличится боевой потенциал при их освоении, в описании не говорилось, но было очевидно, что их больше одного, а мощь, даруемая ими, серьезно превосходит то, что доступно при изучении лишь первого слоя.

Не обошлось и без минусов. Действие техники было весьма кратковременным — всего несколько минут — а чтобы запустить ее снова требовалось подождать, по крайней мере, несколько часов, иначе здоровью практика был бы нанесен серьезный ущерб.

Кроме того, существовал еще один существенный минус: эта техника, хоть и серьезно повышала боевой потенциал, во время своей активации негативно сказывалась на мышлении практика. Она совсем не зря носила имя: «Пламя Ненависти». Гнев, ненависть, ярость — это именно те эмоции, что возникали в сердце практика при ее активации. Слабовольные практики, активировав ее, могли и вовсе временно лишится разума, превращаясь в безумных монстров, уничтожающих все живое на своем пути. Чтобы успешно практиковать ее и не получать негативных эффектов, от практика требовалось обладать холодным умом и могучей волей, иначе последствия для него могли быть лишь самыми плачевными.

К счастью, Люк подобными качествами обладал. Его воля была закалена годами выживания на улице, а после и обучением в Академии Эсперов. Помимо прочего, то, что он также являлся эспером, оказывало на это существенное влияние. Слабовольный, глупый эспер — мертвый эспер. Ну, или, по крайней мере, очень слабый. Люк слабым эспером никогда не был, так что очевидно, что эти качества были у него на высоте. Он мог спокойно практиковать Пламя Ненависти, не опасаясь, что может случайно съехать с катушек.

Чем и занялся. Освоение этого навыка показалось ему довольно сложным. Помимо общего для всех техник Ци принципа циркуляции энергии по определенной схеме, здесь для освоения также требовался нужный эмоциональный настрой. Те самые гнев, ненависть или ярость. В бою вызвать эти эмоции никакого труда бы не составило, однако сделать это вовремя тренировки, находясь в уютной пещере, было не таким уж и простым делом.

Пришлось эсперу расшевеливать свою и Чан Лея память, старательно вытаскивая на свет негативные воспоминания.

Несмотря на свою, гораздо более сложную, чем у прошлого владельца этого тела, жизнь, нужный настрой он поймал, именно просматривая воспоминания Чан Лея. Как ни странно, Люк так и не научился по-настоящему ненавидеть. Точнее не так: упырей и вурдалаков он искренне ненавидел, но лишь в моменты встречи с ними. Вызвать сильные эмоции, необходимые для активации техники, через воспоминания, у него не получалось. То же самое касалось и мертвого уже Линь Чангмина, памятного демонолога и других его прошлых врагов. С другой стороны, когда он просматривал воспоминания гибели семьи Чан Лея, ненависть сама собой вспыхнула в его сердце.

Похоже, он взял от погибшего юноши гораздо больше, чем просто тело!

Люк не стал сейчас заострять на этом внимание. Как бы то ни было, благодаря этой ненависти, эсперу удалось все же освоить этот навык. Спустя примерно пять часов с того момента, как он взял в руки нефритовую табличку, сидящую в позе лотоса фигуру юноши внезапно охватило слабое красное свечение.

Когда это произошло, он вдруг счастливо рассмеялся и, вскочив на ноги, резко нанес удар в стену пещеры. Он не применял никаких других техник помимо Пламени Ненависти, просто ударил кулаком. И, разошедшаяся от места удара сеть мелких трещин, послужила лучшей иллюстрацией силы этого, только что освоенного Люком, навыка!

Эффектoм Плaмени Hенавиcти Люк остался доволен. Хотя он только-только освоил эту теxнику, она уже была невеpоятно полезна, позволяя на короткий промежуток времени стать гораздо сильнее, что давало возможность противостоять гораздо более сильным врагам. Ну, или, по крайней мере, сбежать от них.

К сожалению, действовала техника недолго, а использовать ее было возможно лишь раз в несколько часов, так что служить основой боевой силы эспера она не могла. Это был лишь козырь, применять который стоило лишь в самых безвыходных ситуациях.

Помимо боевого использования, затруднена была также и практика этого навыка. Все из-за того же длительного отката. Хотя Люк мог тренировать ее начальные этапы, не стимулируя при этом сущность крови, эффект от подобной тренировки был все еще очень и очень слабый. Для полноценной тренировки требовалось запускать технику целиком, что… лишало бы эспера возможности ее использования на ближайшие несколько часов! В кишащем духовными зверьми Хребте Погибели это было бы крайне необдуманным решением.

Tаким образом, Люку приходилось лишь рассчитывать на текущую мощность Пламени Ненависти, которая была доступна ему безо всяких тренировок. Естественно, что надеяться выбраться с Хребта Погибели опираясь только на нее, было бы слишком наивно со стороны эспера. A значит… ему срочно необходимо увеличить мощь своих боевых техник!

Идея, безусловно, разумная, но тут возникал закономерный вопрос: как именно это сделать? Люк мог бы долго и упорно тренировать все доступные ему техники, однако он сильно сомневался, что от этого его мощь серьезно возрастет за короткое время. Да и за не очень короткое тоже. Для серьезного усиления навыков требовалось культивировать их очень и очень долго, или… просто повысить собственную культивацию. Новые техники также были ему недоступны. Казалось, в такой ситуации у эспера осталось лишь два выхода: попытаться с его текущей силой проложить путь обратно к подножью хребта, или оставаться тут и потихоньку охотиться на зверей третьего ранга, постепенно повышая этим свою культивацию.

Оба варианта были вполне жизнеспособны, но в то же время, очень опасны. Встреть юноша группу хотя бы из трех духовных зверей третьего ранга, которые заметили бы его первыми — как недавно это проделал скальный гиббон — и ему было бы крайне сложно от них даже сбежать. Во время подобного побега он в любом случае встретил бы множество других духовных зверей, которые тут же присоединились бы к погоне. В прошлый раз этого не произошло только из-за устрашающей репутации скального гиббона, но в следующий Люку совершенно не обязательно так повезет.

К тому же, среди духовных зверей, населяющих Хребет Погибели, было множество тех, чья скорость превосходила скорость скального гиббона…

C другой стороны оставаться здесь тоже было небезопасно. По той же самой причине. Сиди Люк в пещере и спокойно медитируй — тогда опасность была бы сведена к минимуму, но ведь для быстрого увеличения сил ему требовалось охотиться. Таким образом, оба варианта были примерно равнозначны, за исключением лишь того факта, что оставаясь здесь, юноша рано или поздно изучил бы местность и ему было бы гораздо проще на ней ориентироваться и даже сражаться.

Хотя существовал еще и третий вариант — с той самой медитацией в пещере — он принес бы какие-то результаты только спустя весьма длительное время. А ведь Люку все еще нужно было есть и пить! Какой-то запас еды и воды имелся в его пространственном кольце, но надолго его все равно бы не хватило. Юноше в любом случае пришлось бы отправиться на поиски водоема, где встреча с духовными зверьми была особенно вероятна, а также охотиться на этих самых духовных зверей для добычи пропитания. Так что этот вариант на самом деле тоже сводился ко второму.

Оба варианта были крайне рискованными, но Люку было необходимо выбрать один из них. И немного поколебавшись, он решил пока оставаться здесь. Но остаться не просто так. Была у него одна идея, которую он откладывал до ступени формирования даньтяня, когда ему будут доступны внешние техники, однако теперь Люку оставалось работать лишь с тем, что есть.

Не сказать, что он не хотел осуществить свою задумку как можно раньше: после убийства Линь Чангмина и медитации в каньоне эспер даже пытался это сделать, но тогда у него ничего не получилось. Основная причина заключалась именно в том, что его техники были внутренними. Если бы они были внешними, нужный эффект был бы достигнут гораздо быстрее. По крайней мере, он так думал. Именно поэтому юноша ждал достижения ступени формирования даньтяня прежде чем серьезно заняться этим вопросом. Однако теперь, когда это стало вопросом выживания, он решил больше не откладывать.

Хотя в прошлый раз у него ничего не вышло, в этот все было немного по-другому. Во-первых, теперь Люк подойдет к этому вопросу гораздо более серьезно, ведь откладывать стало некуда, а во-вторых… Благодаря практике по смешению эффектов знаков во время лечения Юньшань, а также постоянного применения их в бою против духовных зверей уже на Хребте Погибели, эспер стал гораздо более опытен в этом вопросе. По совокупности этих двух факторов он был твердо уверен, что теперь его задумка удастся!

Хотя все же немного не так. Он был бы в этом уверен, если бы владел техниками, не основанными на молнии. Именно молния, видимо компенсируя свою высокую боевую эффективность, для подобного подходила как нельзя меньше. У Люка все еще оставался Кулак Сокрушающий Камни, который работал на нейтральном Ци, но он, даже с учетом успешного улучшения, был слишком слаб и мало годился для противостояния духовым зверям третьего ранга.

Однако у Люка была еще одна техника. Техника движения: Поступь Ветра. И на усиление ее эспер теперь возлагал основные надежды.

Хотя это была всего лишь техника движения, ее успешное улучшение позволяло, по крайней мере, с гораздо большей вероятностью оторваться от возможной погони. Кроме того, увеличение скорости передвижения также имело очень большое значение непосредственно в бою, особенно против нескольких противников одновременно. Получись у Люка ее улучшение, и он мог бы смело путешествовать по Хребту Погибели, практически не опасаясь духовных зверей.

Именно ее улучшением эспер решил заняться в первую очередь.

Суть задумки Люка заключалась в том, чтобы добавить в техники, основанные на Ци, ментальную энергию, используемую им в знаках! Проще говоря, он собирался использовать знаки для усиления техник. В прошлом юноша не мог об этом даже подумать, но теперь, когда смешение энергии знаков стало у него получаться все лучше и лучше, эта идея могла быть осуществлена. Однако Ци молнии и соответствующий ей знак Mеллт были слишком резкими и непослушными. Меллт даже с другими знаками не хотел смешиваться, что уж говорить о Ци, хоть и того же что и он элемента. Кроме того, Меллт был ориентирован на резкое высвобождение заложенного в нем потенциала вовне, тогда как в обеих техниках Люка Ци молнии должен был некоторое время накапливаться, прежде чем разразиться ударом. Таким образом, усиление Клинка Небесного Наказания и Ошеломляющей Казни были еще долгое время невозможно. Чего нельзя сказать о Поступи Ветра.

В прошлом, при попытке смешать намерение легкости Эрда и Поступь Ветра, у эспера ничего не вышло. Несмотря на сходную — воздушную — природу, они напрочь отказывались работать вместе. Намерение легкости просто подавляло сходную с ней по действию силу. К счастью, только ее — все остальные техники Ци при его применении работали также как и раньше, но вот с родственным умением отчего-то происходил конфликт. Так что опыт оказался неудачным.

Впрочем, один побочный эффект у этих экспериментов был. Люк случайно обнаружил, что если применять к ногам Кулак Сокрушающий Скалы во время действия намерения легкости, его взрывная скорость будет серьезно превосходить даже Поступь Ветра. Вот только «кушал» подобный экзотический способ передвижения во много раз больше той же «Поступи», так что применять его в затяжных битвах или при длительном побеге просто не имело смысла. Хотя иногда подобный козырь был очень и очень кстати.

Возвращаясь к Поступи Ветра: тогда у Люка ничего не вышло. Несмотря на его серьезный настрой, не выходило и сейчас. Хоть он серьезно продвинулся в плане смешения энергий знаков, смешение энергии и Ци сильно от этого отличалось. Они попросту не желали смешиваться!

Однако Люк не отчаивался. Он раз за разом создавал намерение легкости и циркулировал Ци по схеме, необходимой для активации Поступи Ветра. И, наконец, спустя добрых четыре часа это, казалось, бесполезного занятия, он понял в чем заключается его проблема.

Практикуя технику передвижения, он, естественно, не мог оставаться в закрытой пещере. Для практики Люк выбрал довольно просторную площадку перед ней. И сейчас, спустя четыре часа бесплодных попыток, его взгляд случайно упал на, находящееся на вершине соседней скалы, небольшое деревце, которое упорно сопротивлялось дикому напору слишком сильного в этой местности ветра.

Ветра… Точно, ветра!

Сам Люк, хоть и находился на сравнительно большой площадке, тем не менее эта площадка была защищена от посторонних глаз, а вместе с этим и от ветра, громадой горы и выступающих по бокам от нее скал. Таким образом, здесь стояла безветренная погода. Будь иначе, эспер возможно понял бы эту истину гораздо раньше, но все было так, как было. К счастью, он все же обратил на это внимание.

Активировав Поступь Ветра, Люк быстро очутился на вершине скалы соседней с той, на которой располагалось привлекшее его внимание дерево. Вот тут-то Люк и почувствовал на своей шкуре мощь этой стихии. А почувствовав, понял — Ци Поступи Ветра подавлялся намерением легкости, потому что… это был ненастоящий Ци ветра!

Хотя этого Ци было вполне достаточно, чтобы активировать Поступь Ветра, его сущность все еще отличалась от настоящей сущности Ветра как Земля от Небес! Этот Ци был просто слишком слабым и неестественным, потому-то он подавлялся намерением легкости, которое было гораздо более близким к истинной природе ветра. Чтобы избежать этого подавления и заставить две эти сущности взаимодействовать, Люку нужно было всего лишь… усилить свой Ци ветра! И теперь, находясь на обдуваемой всеми ветрами скале и смотря на гнущееся, но не сдающиеся под их напором деревце, он знал как это сделать.

Находясь прямо на вершине скалы, Люк скрестил ноги в позе лотоса и погрузился в глубокую медитацию. Сейчас ему не было особого дела до магических зверей, которые могли бы заметить его фигуру на скале — юноша был полностью захвачен идеей. Он вошел в странное состояние просветления, делающее его ум кристально ясным, а мысли необычайно четкими.

Находясь в этом состоянии просветления, он полностью сосредоточился на преобразовании недоветряного Ци, которым он владел до этого, в истинный Ци Ветра, вкладывая в него все то понимание ветра, что он достиг сейчас, благодаря этому странному и загадочному состоянию.

Повинуясь воле юноши, слабый Ци ветра становился все более плотным и насыщенным. Он потихоньку вбирал в себя суть того природного ветра, что сейчас обрушивался на Люка со всех сторон и постепенно приобретал присущие тому черты легкости, дикости, свободы, а еще, почти всегда скрытой, но тем не менее огромной, мощи истинного ветра.

Но не только ветер впечатлил Люка. Маленькое, умудрившееся прорасти на бесплодной скалистой почве и многие годы не сдающиеся под напором столь могучего недруга, деревце, навсегда запечаталось в его сердце. Это никак не повлияло на культивацию эспера, или осознание им каких-либо истин, но до глубины души поразило его. Это был истинный пример не сдающегося несмотря ни на что упрямства и воли к жизни. Упрямства, которому сам Люк, несмотря на свою совсем неслабую волю, мог только завидовать. Упрямства, которое вызывало у него искреннее восхищение.

Неизвестно сколько Люк пробыл в этом странном состоянии, но когда он только очутился на вершине скалы, солнце находилось еще достаточно высоко, а теперь давно уже скрылось за горизонтом. Эспер давно уже полностью насытил свой Ци ветра до той степени, до которой только мог, и теперь просто сидел и любовался упрямым деревцем. Казалось, еще чуть-чуть и он ухватит какую-то очень важную мысль, но мысль все ускользала и ускользала. К сожалению, поймать мысль ему так и не удалось. Случилось то, что должно было произойти уже давно: его обнаружили духовные звери. 

Tем, кто побеспокоил Люка, оказалась небольшая стая скальныx волков. Эти духовные звеpи были ближайшими родственниками волков земляных, но изначально были сильнее. Духовное ядро у скальных волков появлялось уже на втором ранге, поэтому развитие до третьего было для них лишь вопросом времени. Учитывая, что они сбивались в зачастую довольно крупные стаи, даже гораздо более сильные духовные звери предпочитали не иметь с ними дела.

Побеспокоившая эспера стая была не из больших — всего семь особей. Зато, за исключением двух молодых волков, скорее даже щенков, которые пока были только на первом ранге, и двух лишь чуть более матерых — второранговых, остальные трое принадлежали к рангу третьему. Двое — лишь к начальному. Но их предводитель — огромный, доходящий до груди эсперу, зверь — сумел достигнуть средины ранга.

Хотя достижение третьего ранга было для скальных волков делом времени, продвижение в нем было далеко не таким простым делом. Большинство волков, достигших третьего ранга, так и оставались в самом его начале, развиваясь до его середины лишь к старости, если, конечно, доживали до этого момента. Cкальные волки, которые достигли вершины этого ранга и вовсе были редчайшим исключением.

Быстро взбирающийся по отвесной скале зверь исключением таким стать вполне мог. Oн был в самом расцвете сил и до старости у него было еще полно времени. Достигнув середины третьего ранга в столь молодом возрасте, он имел все шансы достигнуть с течением времени поздней его стадии, а то и прорваться легендарному для этого типа духовных зверей четвертому рангу.

К сожалению, этот имеющий великолепный потенциал зверь встретил на своем пути Люка.

Услышав шум, исходящий от спешащих к нему зверей, эспер предвкушающе улыбнулся. Встреть он такую стаю в прошлом, он бы тут же постарался сбежать, благо скальные волки не обладали высокими скоростными качествами. Однако теперь, когда Люк только что достиг просветления в отношении ветра, ему не терпелось опробовать полученные навыки на практике.

Он активировал Поступь Ветра, и призрачный ветряной Ци закружил вокруг его ног. Eсли сравнивать с прошлым, этот Ци был гораздо более плотным и естественным. Легкие колебания воздуха расходились от ног Люка, заставляя растущую неподалеку редкую траву шевелиться, что заставило бы стороннего наблюдателя, увидевшего это, сразу же подумать о внешних техниках. Ведь только они могли действовать на расстоянии от тела практика!

На самом деле это было совсем не так. Хотя Люк постиг суть ветра, его понимание этой стихии было далеко не полным. Он не мог управлять этим, спонтанно вызываемым им ветром, а только испускать его в момент активации своей техники движения. Но, хотя он и не постиг каких-либо внешних техник, его понимание внутренних, а точнее Поступи Ветра, достигло новых высот, что не могло не сказаться на скорости перемещения.

Mиг, и фигура юноши, на которую было устремлено семь пар алчных глаз, резко исчезла из вида. Второй, и один из волков второго ранга с хрипом, исходящим из перерубленного горла, падает вниз со скалы. Третий — второй вторанговый волк оказывается буквально перерублен надвое Клинком Небесного Наказания. Четвертый, пятый — за второранговыми волками следуют оба перворанговых. Все, «хвост» зачищен. Теперь можно заняться серьезными противниками.

Серьезные противники ждать себя не заставили. Разом лишившись большей части своей стаи, вожак издал жуткий вой и мгновенным рывком, ничуть не уступающим скорости самого Люка, очутился возле эспера. Сияющая ярким салатовым светом лапа с невероятной силой ударила прямо по Люку, беспрепятственно проходя сквозь него. Точнее, сквозь место, на котором он только что стоял! Перемещение юноши было столь стремительным, что наблюдай за битвой кто-то сходный с ним по уровню культивации или даже немного превосходящий, он бы совсем не сразу понял, что произошло на самом деле.

Волк, однако, понял это сразу. Издав свирепый рык, он принялся искать глазами пропавшего противника и очень быстро нашел: этот проклятый двуногий сейчас наседал на одного из двух его оставшихся подручных, и, несмотря на третий ранг, дела того были довольно плохи. На плече волка уже зияла глубокая кровоточащая рана, заставляя того подволакивать лапу и делая ее совершенно небоеспособной. Его противник, напротив, был абсолютно цел.

Вожак вновь устремился к противнику, но вновь не успел. Верткая добыча мгновенно оказалась возле второго его подручного, и в этот раз все обернулось даже хуже, чем в прошлый. Воздушный импульс, исходящий от рук этого странного двуного, оказался настолько силен, что третьерангового зверя просто сбило с ног! Более того, противник не дал ему ни мгновения для того, чтобы прийти в себя: он тут же очутился рядом с пытающимся подняться зверем, и его меч, блеснув вспышками злой громовой силы, с усилием прошел через защитный Ци, шерсть, а затем и плоть волка. Огромная рана, появившаяся сбоку на шее зверя, ясно свидетельствовала о том, что жить ему осталось считанные секунды.

Люк и сам удивился той легкости, с которой он расправился со зверем третьего ранга. Особенно его удивила резко возросшая мощность Эрда. Чего-чего, а того, что одного знака хватит для того, чтобы разобраться с духовным зверем третьего ранга, он не ожидал. Тем не менее, сейчас было не слишком подходящее время, чтобы рассуждать об усилении Эрда — лишние рассуждения во время боя ни к чему хорошему обычно не приводят.

Добив волка, Люк резко ушел в сторону, опасаясь нападения оставшихся противников. Напрасно. Вожак понял, что резким рывком его не достать, поэтому избрал другую тактику. Два уцелевших волка медленно приближались к юноше, стараясь взять его в клещи. В то же время они держались достаточно близко друг к другу, чтобы в случае, если тот решит атаковать одного из них, второй мог тут же прийти тому на помощь.

Глядя на такое поведение своих противников, Люк лишь усмехнулся. Теперь, когда волки были знакомы с его скоростью, застать их врасплох было почти нереально. Но кто сказал, что это была вся его скорость?

До сих пор эспер использовал лишь обычную, пусть и серьезно усиленную после познания сути ветра, Поступь Ветра. Но ведь начинал он свою медитацию с совсем другой целью.

Под недоуменными взглядами своих противников Люк вдруг поместил меч в ножны, находящиеся на поясе, а затем сложил пальцы в странную фигуру, точно такую же как тогда, когда он атаковал их собрата, а затем…

Вожаку казалось, что он уже привык к скорости своего противника и, оставайся она прежней, сумел бы вовремя прийти на помощь своему собрату. Однако новая скорость его несостоявшейся добычи не оставила ему никаких шансов. Стоит отдать ему должное: движение он рассмотрел. Не самое его начало, но вполне достаточно, чтобы начать реагировать. Если бы атака была на него самого, он бы даже смог увернуться, но… атака была не на него.

Понимая, что не успевает, вожак почти погибшей стаи на полной скорости кинулся к своему собрату, чтобы… на полном ходу врезаться в возникший из ниоткуда полупрозрачный барьер! Люк совсем не просто так поместил меч в ножны. Просто… ему были нужны две свободные руки!

Пока волк приходил в себя, с его раненым собратом все уже было кончено: очередной на диво мощный Эрд отправил его в полет, а мгновенно выхваченный из ножен меч поставил окончательную точку в его существовании.

Когда в него влилась очередная порция серой энергии, Люк счастливо рассмеялся. Давно он не чувствовал себя настолько живым! Эта его новая скорость была просто… головокружительной. Перемещаясь при помощи усиленной намерением легкости Поступи Ветра, эспер ощущал поистине непередаваемые чувства. Ему казалось, что вот-вот, и он на самом деле взлетит, устремляясь в небеса. Казалось, что нет на свете преграды, которую он не сможет преодолеть и противника с которым не сможет справится. В глубине души юноша понимал, что эти ощущения ложны, но сейчас всецело упивался ими, отдаваясь этому удивительно приятному чувству.

— Ну что, песик, потанцуем? — с дикой улыбкой на губах произнес юноша, глядя прямо в глаза последнему уцелевшему зверю. И матерый хищник, проживший на свете не один десяток лет и порвавший не одну сотню, а то и тысячу, глоток, увидел в этом взгляде свою смерть.

«Свист!»

Эспер в мгновение ока очутился возле зверя. Тот, оправдывая свое звание вожака стаи, успел увернуться от удара мечом, но вот от Эрда — уже нет. Хотя и тут зверь доказал свой удивительный боевой опыт. Знак, что послужил причиной смерти двух его собратьев, лишь отбросил зверя, но никак не дезориентировал. Приземлившись на все четыре лапы, он тут же бросился в атаку, тем не менее, внимательно следя за передними конечностями своего противника.

Именно поэтому на очередной Эрд он среагировать успел. Прижавшись к земле, волк стойко выдержал мощный воздушный импульс, а затем совершил короткий, но очень быстрый рывок в сторону двуногого.

На этот раз Люк никакого знака применить просто не успел. В одной руке у него был меч, а вторая только завершила формирование Эрда. Видя текущую мощь этого знака, он никак не ожидал, что его противник сможет тут же контратаковать. И ошибся. Впрочем, Сильверлайт был совсем не против ближнего боя. Наоборот, именно сейчас он жаждал его!

Поэтому, когда волк резко сократил дистанцию, Люк не стал вновь ее разрывать. Напротив — он устремился прямо навстречу зверю. Через миг зверь и человек сошлись в яростном ближнем бою.

Этот бой очень напоминал памятный бой с Черным Ликаном. Вожак скальных волков ни капли не уступал тому по габаритам, был довольно похож внешне и… обладал примерно такой же силой! Вот только Люк с тех пор сильно изменился. Тогда, даже под разгоном, он едва поспевал за стремительными атаками зверя. Сейчас он все еще использовал разгон, но уходить от выпадов лап и пасти противника получалось у него заметно проще. A еще у него получалось контратаковать: лапы, морда и бока волка постепенно покрывались неглубокими, но многочисленными порезами, из которых проступала кровь зверя!

Хотя раны были неглубокими, они постепенно ослабляли волка. А также приводили его в ярость! Наконец, не вытерпев больше, волк решил одним махом разобраться с этим докучающим насекомым. Он яростно зарычал и, увернувшись от очередного выпада меча противника, совершил резкий рывок… прямо в сторону стоящего перед ним юноши!

Однако чего-то подобного Люк ожидал уже давно. Он сумел вовремя заметить начало движения своего противника, но уклоняться не стал. Вместо этого он выпустил из рук меч, и пальцы его обеих рук сложились в форме знака. Знака Эрд!

Находясь в рывке, зверь не смог увернуться. Мощь его атаки была велика, но сдвоенная сила Эрда ей ничуть не уступала. Две столкнувшиеся силы просто остановили друг друга, и пострадавшей стороной при этом оказался волк. От такого невероятно мощного столкновения его отбросило на несколько метров и буквально выбило из него дух, заставив на несколько мгновений замереть на месте. И этих мгновений Люку было вполне достаточно, чтобы завершить этот подзатянувшийся бой! Окутанная желтыми разрядами молний фигура юноши возникла прямо рядом с застывшим противником. Две его руки тут же ударили прямо в голову зверя.

— Ошеломляющая Казнь!

Мощнейший поток электричества, проскочивший между рук эспера, не оставил волку даже малейшей надежды на выживание. С выжженным мозгом не живут даже духовные звери третьего ранга.

Aлые лучи воcходящего солнца осветили силуэты выступающих скал, в чьих длинных тенях скрывалась неширокая горная тропа. На тропе стоял юноша лет пятнадцати. За спиной юноши висел примерно метровой длины меч, а его густые давно нечесаные каштановые волосы, в которых, если присмотреться, можно было заметить седую прядь, опускались чуть ниже уровня плеч.

Юноша тяжело дышал. Oн только недавно оторвался от преследовавшей его погони. Xотя от простых духовных зверей он теперь мог уйти без особого труда, ему не повезло нарваться на очень непростого духовного зверя. Tочного ранга юноша определить не смог. Мощь встреченного им духовного зверя намного превосходила даже скального гиббона, который находился на пике третьего ранга. Очевидно, что этот зверь был, по крайней мере, ранга четвертого. А то и выше!

Хорошо хоть скоростными качествами огромный, около пятнадцати метров в диаметре, зверь не обладал. Именно в диаметре: тем, кто все это время гнался за Люком, оказалась гигантская черепаха! Очень быстрая для черепахи: эсперу даже со всей его скоростью с трудом удалось от нее оторваться, но будь на ее месте другой зверь подобной силы, вряд ли эсперу вообще удалось бы сбежать.

Все-таки идти ночью было не очень хорошей идеей. Люк это понимал, но, к сожалению, был просто вынужден отправиться в путь, иначе ему пришлось бы иметь дело с огромным количеством зверей третьего ранга, которые набежали бы на запах пролитой крови.

Временное укрытие юноши располагалось слишком близко к месту побоища.

Так что, пришлось как можно быстрее вырезать духовные ядра из тел зверей, а затем спешно убираться. Узнавать, кто пожалует к нему в гости, у Люка не было ни малейшего желания.

Благодаря всё еще почти полной луне, ночь была довольно светлая, и из-за темноты проблем с передвижением не возникало. Однако ночью активизировались многие спящие днем звери. Люку неоднократно приходилось огибать стаи таких зверей или убегать от них. Встречались ему и одиночки. Вот с ними Люк не церемонился. Звери даже на середине третьего ранга были редкостью, так что проблем у эспера совершенно не возникало. Таким образом, за ночь пути Люк добыл еще пять духовных ядер третьего ранга, а его кости до предела пропитались Ци, что означало, что он достиг пика ступени закалки кости!

К сожалению, барьер отделяющий ступень закалки кости от ступени формирования даньтяня таким образом преодолеть не удалось. Пика ступени закалки кости Люк достиг еще после третьего третьерангового зверя, однако четвертый и пятый повышения культивации уже не принесли. Было очевидно, что при помощи простой охоты на духовных зверей третьего ранга этот барьер не прорвать. Или прорвать, но очень нескоро. Поэтому он решил пока прекратить бессмысленное истребление духовных зверей, и теперь избегал даже гораздо более слабых, чем он, тварей. Ну, или отпугивал — одного Эрда для этого пока вполне хватало.

Вот в таком мирном режиме он чуть и не послужил кормом для гигантской, маскирующейся под огромный валун, черепахи. Взвывшее чувство опасности резко бросило его в сторону, и… эспер на автомате запустил молнией прямо в пронесшуюся мимо него огромную голову!

Как выяснилось чуть позже, сделал он это зря. Меллт угодил прямо в глаз ночному охотнику. Повредить не повредил, зато очень разозлил. Настолько, что черепаха преследовала его до самых предгорий и отстала лишь совсем недавно. Но если не считать того, что Сильверлайт лишь чудом не стал обедом разъяренного хищника, в этой ночной погоне были одни плюсы.

Благодаря интенсивному использованию новой сдвоенной техники перемещения, он теперь освоил ее на еще более высоком уровне, и его скорость немного возросла. Кроме того, из-за частого использования намерения легкости, знак Эрд тоже немного усилился. В завершение всего, перемещаясь на полной скорости и не обращая внимания на духовных зверей, которые, как и в прошлый раз, разбегались, стоило им только почувствовать ауру преследователя Люка, эспер смог очень быстро добраться до предгорий, сэкономив не один час пути.

Теперь, когда парень находился в относительной безопасности, пришло время подвести итоги этого незапланированного визита вглубь Хребта Погибели. И тут тоже были одни сплошные плюсы. Конечно, за время пребывания там Люк мог неоднократно погибнуть, однако все произошло так, как произошло. Он выжил. Выжил и получил преимущества. Преимущества, которые были оплачены подобным смертельным риском.

Самым главным приобретением Люка было то, что он сумел постичь азы концепции ветра. Пока что его понимание этой концепции было неглубоким, и до настоящих мастеров, посвятивших свою жизнь постижению этой непостоянной стихии, ему было еще очень далеко, но даже такого поверхностного ее постижения было вполне достаточно, чтобы значительно усилить все техники связанные с воздухом, а также… знак Эрд! Другого объяснения резкого увеличения его мощи у эспера просто не было. Да и, в конце концов, Эрд тоже принадлежал к воздушной стихии, так что это было не так уж и удивительно. Просто Люк не думал, что понимание концепций может увеличить мощь его знаков, иначе… он давно бы этим занялся! Ведь значительная часть массивов академии предназначалась как раз для этого.

Тем не менее, горевать об утраченных возможностях он не стал. Не время и не место. Рано или поздно он вернется в академию и тогда у него появится шанс постичь и остальные связанные с его знаками концепции.

Рассуждая так, юноша не знал, что узнай кто о его мыслях, этого человека тут же вырвало бы кровью от возмущения. Дело было в том, что хотя массивы и предназначались для постижения концепций, среди тех, кто не достиг хотя бы ступени измененной крови, очень небольшое количество людей на самом деле могло постичь их, даже на самом слабом уровне.

Что касается практиков измененной крови, им постижение концепций давалось гораздо проще, но лишь тех, с которыми был связан их тотем. Хотя для них, с их усилившимся духовным восприятием, постигать остальные концепции также было значительно проще, чем практикам, к примеру, формирования даньтяня, они все равно редко достигали в этом значительных успехов. Да по большей части они этим и не занимались. Одной концепции было им вполне достаточно.

Учитывая все это, становилось немного непонятно, зачем в Академии Духовного Развития, где среди обучающихся одна только Линь Юэ достигла ступени измененной крови, вообще нужны эти массивы. Ответ, однако, был прост. Не беря во внимание тот факт, что преподаватели и служащие академии использовали их для себя, обучающимся они тоже были очень полезны. Хотя студенты и не могли постигнуть концепций, пребывание в массивах все равно понемногу улучшало их понимание выбранной стихии, вследствие чего мощь их техник увеличивалась. Однако такое улучшение не шло ни в какое сравнение с тем, чего достиг Люк, постигнув первый слой концепции ветра.

Не менее значимым достижением было и то, что ему удалось сплавить вместе действие знаков — по крайней мере знака Эрд — и техник Ци. Возможно, даже более значимым. Однако это произошло только из-за того, что ему удалось постичь концепцию, поэтому Люк отодвинул это достижение на второй план.

Третьим плюсом этого незапланированного вояжа оказалось достижение эспером пика текущей ступени культивации. Убийство духовных зверей третьего ранга оказалось гораздо более результативным, чем истребление их второранговых собратьев. Там, где пришлось бы убить не один десяток зверей второго ранга, хватило всего шести — третьего.

Жаль, но на этом бешенное развитие культивации Люка прекратилось. Достигнув пика ступени, он больше не мог поднимать ее за счет энергии смерти. По крайней мере быстро. Теперь, прежде чем прорваться через барьер, отделяющий одну ступень от другой, ему предстояло долгое время провести на пике ступени закалки кости, осваивая и закрепляя свою текущую силу. Ну, или попробовать прорваться при помощи пилюли.

Только вот не было у Люка подходящих пилюль. Пилюли Питающие Тело были по-прежнему слишком сильны для него. Хотя сейчас уже и не столь критично как раньше. При большом желании он даже мог попытаться принять подобную пилюлю и с некоторой долей вероятности не выжег бы себе при этом каналы, а с совсем небольшой — даже смог бы прорваться. Однако рисковать так — не только пилюлей, но и собственным здоровьем — юноша совершенно не собирался. К тому же из-за слишком стремительной скорости развития, ему действительно совсем не помешало бы освоить и закрепить те силы, которыми он сейчас владел.

Кроме того, целительная сила пилюли Свирепой Мощи еще не полностью выветрилась из его организма, так что, даже будь у него подходящая пилюля, с ее применением пришлось бы подождать.

С другой стороны Люк практически вплотную приблизился к долгожданной ступени формирования даньтяня! Перейдя на нее, он смог бы наконец изучить внешние техники. Не стоит даже упоминать, насколько это было важно для эспера, ведь именно на этой ступени он мог бы больше не таиться с использованием знаков. Более того, если бы ему удалось смешать действие остальных знаков с внешними техниками, как совсем недавно это удалось с Эрдом и Поступью Ветра, его боевые возможности взлетели бы просто невообразимо! Eстественно, что ему хотелось как можно быстрее достигнуть этой ступени.

Так или иначе, прорваться туда, не подвергаясь высокому риску от употребления Пилюли Питающей Тело, Люк пока не мог. Теперь ему не оставалось ничего, кроме как тренировать техники, медитировать и ждать, когда его культивация окончательно консолидируется.

Впрочем, спешить Люку на самом деле было некуда. До возвращения в академию, где он сможет получить внешние техники и вдоволь потренироваться в массивах, осваивая концепции, времени было еще очень много. Даже прорвись он к ступени формирования даньтяня прямо сейчас, он просто не мог бы вернуться туда, иначе это вызвало бы кучу никому не нужных вопросов. Даже через пару месяцев — а именно к этому времени Люк планировал вернуться, чтобы попасть на следующие испытания в иллюзорном массиве — вызовет. Но тогда это будет более-менее объяснимо. Сейчас же… Возвращаться в академию сейчас эсперу явно не стоило.

Люк и не планировал возвращаться. Сейчас, когда его скорости вполне хватало, чтобы скрыться от духовного зверя четвертого ранга, он решил дать волю своему любопытству. Эспера очень заинтересовала хозяйничающая в предгорьях нежить, однако раньше связываться с этой загадкой было слишком опасно. Даже сейчас, когда возможности юноши значительно возросли, это все еще оставалось крайне опасным занятием, но теперь, в случае чего, он по крайней мере мог сбежать… с гораздо большей вероятностью, чем раньше. Так что решил дать волю своему любопытству, которое в немалой степени было связано с его собственными способностями по поглощению энергии смерти и нейтральной реакцией всей встреченной нежити.

Вот только, прежде чем сунуться в логово нежити, он решил довести до конца одно дело. Отдать недавно приобретенный долг. Долг мести. Да, мстить духовным зверям, не обладающим даже полноценным разумом, было несколько мелочно, но Люк ничего не мог с собой поделать. Хотя скальный гиббон, сам того не желая, подтолкнул эспера к прорыву, тот совершенно не планировал его прощать. В конце концов, он чуть не погиб из-за этого гиббона! К тому же, этот духовный зверь был слишком силен для предгорий. Учитывая то, что он был не один и любил нападать из засады, это было почти гарантированной смертью для любого незадачливого путешественника. Люк был просто обязан остановить этот беспредел! Да-да, именно так: он всего лишь заботился обо всех перемещающихся через предгорья путешественниках, и его, Люка, мелочные желания были тут совершенно ни при чём!

Отомстить не удалось. Kогда Люк наконец сориентировался на местности и нашел дорогу к месту начала своего бегства, оказалось, что обезьяны уже получают по заслугам. Кроме того, глядя на два трупа скальных гиббонов и еще трех пока живых обезьян, эспер понял, что месть была не самой лучшей идеей. В прошлый раз ему еще повезло, что на него напал только один гиббон!

Всего тварей, считая уже мертвых, насчитывалось пять. Уцелевшие три сейчас с трудом отбивались от двух десятков наемников, самый слабый из которых находился на ступени формирования даньтяня, а самый сильный — высокий черноволосый мужчина с грубым лицом, которому на вид можно было дать от тридцати до тридцати пяти лет — на пике средней ступени измененной крови. Hеудивительно, что духовные звери, самый сильный из которых находился только на пике третьего ранга, проигрывали. Все три зверя были уже с ног до головы покрыты кровью. Было очевидно, что еще чуть-чуть и с ними будет покончено.

Впрочем, были потери и у противоположной стороны. Люк насчитал пять тел наемников лежащих на земле с разными по силе повреждениями. Парочка тел была полностью изуродована. При одном взгляде на них было совершенно ясно — не жильцы. Cудя по состоянию тел, их просто со всей силы стукнули о скалу, или… скалу о них, что, учитывая способ, которым гиббон атаковал Люка, было вполне вероятно. С другими было все не так печально. Их травмы были далеко не так страшны на вид. Возможно, даже кто-то из них был жив, но так это или нет, станет ясно только по завершении боя. Который, кстати, практически подошел к концу.

Не участвующий до этого в битве командир наемников вдруг отдал какой-то приказ. Какой — Люк из-за довольно большого расстояния, разделявшего его наблюдательный пункт и место сражения, не услышал. Зато очень скоро увидел его последствия. Отряд наемников мгновенно разделился на две примерно равные части, каждая из которых тут же атаковала одного из двух скальных гиббонов всеми имеющимися у них техниками. Что касается третьего, того самого с которым в свое время сражался Люк, его взял на себя сам командир наемников.

Он извлек из-за спины до сих пор покоящийся в ножнах огромный, в его собственный рост, двуручный меч и неспешно направился к духовному зверю. Скальный гиббон, хоть и был весь изранен, такого пренебрежения не потерпел. Он яростно взревел, от чего часть наемников застыла на месте (теперь Люк понял, как они вообще пострадали с таким-то количественным и качественным преимуществом), и подхватив с земли первое попавшееся под руку — тело одного из относительно целых наемников — с силой запустил его в своего противника. Tот с легкостью увернулся, однако один из его подручных теперь совершенно точно был мертв. Удара о землю такой силы находившийся без сознания наемник пережить просто не мог.

Возмездие настигло гиббона немедленно. Командир наемников взревел, гораздо тише духовного зверя, но ничуть не менее грозно, вскинул вдруг засиявший кроваво-красным светом клинок над головой, а затем… Наблюдая за битвой, Люк не использовал разгон, поэтому с трудом сумел разобрать что произошло. Предводитель наемников следом за своим мечом вдруг вспыхнул красным светом, а в следующий миг на месте его уже не было. Секунду спустя Люк обнаружил наемника уже метрах в десяти за спиной гиббона. Потрясающая скорость!

Более того, наемник не просто вдруг переместился за спину духовному зверю. Это была атака. И очень мощная атака. Чтобы убедиться в этом, достаточно было лишь посмотреть на скального гиббона, который вдруг пошатнулся и рухнул на землю. Он пока еще был жив, но без отрубленной, этой сумасшедшей по силе техникой, ноги сохранить равновесие у зверя не вышло.

Предводитель наемников не стал затягивать бой. Как только духовный зверь рухнул, он тут же устремился к нему, на этот раз далеко не на такой же ужасной скорости, но все равно очень быстро. Меч мужчины вновь вспыхнул красным и голова скального гиббона беззвучно (для Люка) запрыгала по камням. Зверь, заставивший Сильверлайта бежать в глубины Xребта Погибели, был мертв, лишь на несколько мгновений опередив двух своих собратьев, павших под градом разнообразных атак.

Люк не почувствовал по этому поводу удовлетворения. Наоборот. Возникло противное чувство, как будто его обокрали. Не сильное, но явное. Он сам должен был отомстить! Теперь, когда скального гиббона убил другой, юношу охватило разочарование. A еще невольная неприязнь к сделавшему это наемнику.

Умом Люк понимал, что гиббонам просто не повезло нарваться на этот отряд наемников, и их предводитель ни в чем перед ним не виноват, но это умом. Чувства утверждали обратное. Что стало еще одним небольшим камешком на чашу того, чтобы избежать встречи с этим отрядом. На самом деле Люк и без того не собирался выходить на контакт с наемниками. Мало ли как они отнесутся к одинокому путнику? Вполне был возможен даже тот вариант, что они просто и без разговоров атакуют его. А что? Вдруг он шпион конкурирующей группы наемников, выполняющих то же задание. Или просто у лидера наемников будет плохое настроение, а судя по трупам его людей, именно таким оно сейчас и будет.

На самом деле вариант с немедленной атакой был все же маловероятен, но даже в самом лучшем случае встреча с наемниками особого смысла не имела. Хотя Люка и заинтересовало, что они тут делают, это было вовсе не причиной для встречи. Если наемники действительно занимаются чем-то интересным, а не просто добывают духовных зверей, вряд ли они поделятся целью своего задания со случайным путником. А то и прикопать могут… попытаться, чтобы не совал свой нос в чужие дела.

Так что Люк решил за ними просто проследить, благо свободного времени теперь, после достижения пика ступени закалки кости, у него было хоть отбавляй. Возможно это была лишь пустая его трата, в случае, если наемники действительно охотились на духовных зверей, но эспер был практически уверен, что это не так. Слишком уж большим был отряд. Такими на охоту не ходят. Мало того что духовные звери за редким исключением будут заранее разбегаться от такого отряда так еще и трофеи на всех делить придется. Гораздо выгоднее было бы разбиться на группы по четыре-пять человек и таким составом уже охотиться. Но наемники того не сделали, а значит… их целью была не охота! Что именно — это и предстояло выяснить Люку.

На месте битвы с обезьянами отряд задержался недолго. Наемники лишь вырезали из тел скальных гиббонов духовные ядра и другие ценные части да похоронили в глубокой, с трудом вырытой в каменистой земле яме, своих павших товарищей, которых было четверо — пятый выжил, хотя и не мог перемещаться самостоятельно. После похорон с ним осталось двое наемников, которые соорудили импровизированные носилки из костей и шкуры скальных гиббонов и, водрузив на них раненого, отправились в сторону Города Осеннего Дождя — в противоположную движению основного отряда сторону.

Сократившийся до восемнадцати человек отряд наемников двинулся по той самой тропе, по которой совсем недавно пришел сюда Люк. Только в обратном направлении. Очевидно — наемники держали свой путь из Города Осеннего Дождя, но вот куда? Это было уже совсем не очевидно.

Следовать за отрядом было… скучно. Духовные звери, как и предполагал эспер, от такого большого отряда заранее разбегались, так что за весь день пути наемники ни разу ни с кем больше не сражались. Были в этой ситуации и свои плюсы: темп передвижения отряда был довольно высоким, но, даже не смотря на это, Люк откровенно скучал. С его скоростью он поспевал за отрядом без проблем и даже если бы задержался на несколько часов, все равно легко мог бы догнать наемников. При условии, что они двигались бы тем же маршрутом. Однако гарантии, что это будет именно так, у юноши не было. Приходилось постоянно следовать за отрядом. Время от времени он даже подумывал прекратить эту бессмысленную слежку, и заняться куда более полезными делами, но любопытство всякий раз пересиливало. К тому же отряд двигался именно в ту сторону, в которую нужно было ему самому, если только он хотел разобраться с вопросом появления нежити.

А ночью, когда наемники устроили привал — они тоже не хотели перемещаться в предгорьях в темноте — Люк, наконец, смог отбросить скуку. Во всю используя отвод глаз, он тихонько подобрался к лагерю на расстояние, достаточное чтобы слышать, о чем говорят подвыпившие наемники. Пить на боевом задании было вообще-то непринято, но сегодня отряд потерял четверых и командир дал добро. Благо предгорья в большинстве своем были для такой сильной группы совершенно безопасны. Скальные гиббоны были тут очень редким печальным исключением.

Впрочем, пили не все. Четверку несчастных таким решением и собственной судьбой часовых капитан выделил. Однако сторожили они так себе — подобраться к лагерю незамеченным для Люка труда не составило.

Говорили наемники о разном. В основном о «проклятых обезьянах», что было вполне понятно, и девках, что было еще более понятно. Однако и причина их похода проскальзывала в разговорах не один раз. И услышав ее, Люк не пожалел, что потратил столько времени на слежку за отрядом.

Цель отряда наемников была довольно проста: выяснить причину появления нежити и уничтожить ее! 

О том, как в Городе Оcеннего Дождя вообще прознали о нежити, Люк так и не узнал. Вряд ли это было каким-то секретом, просто наемники об этом не болтали. Видимо, эта тема настолько проста и тривиальна, что была даже недостойна упоминания. Скорее всего, какому-то путешественнику также как и эсперу «повезло» встретить нежить, и действительно повезло встречу эту пережить. Так ли это на самом деле оставалось только гадать, но одно было неоспоримым фактом: власти Города Осеннего Дождя серьезно отнеслись к факту появления в предгорьяx нежити. Этот отряд наемников был далеко не единственным, отправленным решить эту проблему, просто он был самым первым, что вызывало у членов отряда самые разные чувства — от гордости и предвкушения хорошей добычи до недовольства тем, что именно им первыми придется соваться тигру в пасть.

Понаблюдав за наемниками несколько часов и узнав при этом кучу самой разной, но в большинстве своем абсолютно бесполезной информации, Люк тихонько покинул лагерь — делать тут больше было нечего. Теперь он знал, куда направляется отряд, и даже если бы он вдруг снялся в путь до рассвета, что само по себе было крайне маловероятно, сумел бы без проблем вновь разыскать его. Удалившись от наемников на приличное расстояние, эспер нашел укромное место и занялся своими делами — медитацией, отработкой старых и созданием новых приемов и техник.

Утро Люк встретил довольным. Из всех его экспериментов успехом увенчались лишь те, (точнее та), что были завязаны на Ци ветра, но уже это само по себе было очень немало. Кулак Сокрушающий Камни, который удалось совместить с Эрдом, усилился серьезно. Выглядеть он теперь стал довольно забавно: одна рука сжата в кулак, а пальцы второй при этом находятся в странном неестественном положении, зато мощь техники возросла в разы. Теперь этим кулаком действительно можно сокрушать камни. Люк проверял.

Больше никаких техник, которые можно было усилить знаками, у эспера не было. A от идеи обратного усиления, то есть техниками знаков, пришлось отказаться. Даже Эрд усилился лишь за счет постижения эспером концепции ветра, но, ни в коем случае, не за счет ветряного Ци. Это было бы уже управление Ци вне тела. То самое, что будет доступно Люку, как только он прорвется на ступень формирования даньтяня. Юноша сейчас находился лишь в шаге от этой ступени, но этот шаг все еще нужно было сделать. Пока же подобные манипуляции были ему недоступны.

С рассветом эспер вернулся к наемничьему отряду, и, немного подождав пока тот отправится в путь, последовал за ним. Слабейшие среди наемников были на ступени формирования даньтяня. Учитывая то, что отряд смело перемещался на полной скорости, абсолютно не обращая внимание на духовных зверей, которые поспешно уступали ему дорогу, его скорость серьезно превосходила скорость эспера во время его прошлого путешествия по этому маршруту. Теперь-то Люк мог дать фору любому из этого отряда, но это теперь. Hа расстояние, что отряд преодолел за день, у прошлого Люка ушло бы, дня полтора, если не больше. В итоге по истечении двух дней пути отряд вплотную приблизился к местам, где уже встречалась нежить.

Знали об этом наемники или нет, но и на этот раз продолжать путь ночью они не стали. Глядя на развернувшийся походный лагерь, Люк поспешил оставить их в покое и до утра отправился заниматься своими делами. На этот раз он решил пойти на разведку вперед отряда. Ему было интересно: вернулись ли на эту территорию духовные звери, или, напротив — здесь теперь безраздельно властвует нежить?

Как оказалось, ни то и не другое. За три дня мало что изменилось, и духовные звери тут все еще встречались, но очень-очень редко. Что касается нежити, за время разведки эспер встретил лишь один небольшой отряд скелетов. Ареал, занимаемый немертвыми, не спешил расширяться, что могло только радовать.

О том, что здесь начинаются земли нежити, наемники все же знали. Как иначе было объяснить то, что темп их перемещения заметно снизился, а во второй половине дня отряд и вовсе разбился на небольшие группы по три человека, которые рассредоточились по местности, стараясь охватить как можно большую территорию? И эта тактика принесла успех: судя по вечерним разговорам в лагере, наемники истребили целых четыре отряда скелетов и одного упыря. При этом они были явно разочарованы низким уровнем противника, но, в то же время, рады. Ведь вероятность того, что кто-то из них еще погибнет на этом задании, существенно снизилась. Радоваться, впрочем, было рано. Неизвестно какие противники поджидали их в глубинах Xребта Погибели, и они это прекрасно понимали, просто… уже то, что сильные противники не будут попадаться раньше времени, было поводом для радости.

Эту ночь Люк решил провести в медитации. Он бодрствовал всю прошлую ночь, и теперь неплохо было бы отдохнуть, даже таким, несколько непривычным для него способом. Конечно лучше было бы поспать, но спать в дикой местности… Для этого нужно лишиться последних мозгов или иметь того, кто будет охранять твой сон. Mозги у юноши были, а надежного соратника — не было. Так что, пришлось ему в очередной раз заменить сон медитацией. При желании он мог бодрствовать довольно долго, не менее пары недель, даже безо всякой медитации, но если завтра наемники пойдут вглубь хребта, Люку было лучше сохранять максимальную боеспособность, а недостаток отдыха сказывался на ней самым печальным образом.

Однако на следующий день наемники вглубь хребта не пошли. Все теми же тройками они продолжили прочесывать местность. И на этот раз нежить попадалась им гораздо чаще. Только тройке капитана Бо Тяня, за которой эспер неизменно следовал оба дня, попалось аж целых три отряда скелетов — шесть, девять и одиннадцать штук соответственно, а также два упыря. Нежити все же стало больше, просто по какой-то причине лишь очень немногие ее представители покидали основное месторасположение.

Как и вчера никаких проблем нежить наемникам не доставила. Скелеты были банально слабее них, а упырь, который по идее мог бы победить многих наемников один на один, или, по крайней мере, сбежать, сливался сработанной тройке вчистую. Хотя, что касается именно этой тройки, ей в сухую слилась бы и гораздо более серьезная нежить. Один только Бо Тянь с легкостью бы расправился одновременно сразу с несколькими упырями. Все-таки, средний этап в ступени измененной крови превосходит начальный гораздо сильнее, чем, например, в ступени формирования даньтяня. Разницу между средним и начальным этапами этой ступени можно смело сравнивать с разницей между ступенью формирования даньтяня и ступенью закалки кости, настолько она была велика!

Ничего интересного за день так и не произошло. Вечером отряд привычно устроился на ночевку, разве что выставил усиленный караул, и Люк спокойно оставил наемников до утра. Весь день он слишком много наблюдал и слишком мало действовал — вообще не действовал — что было довольно утомительно. То же самое было и вчера, но в заметно меньшей степени. Теперь ему хотелось спустить пар. Именно с этой целью Люк и направился дальше по маршруту.

На первый попавшийся ему отряд скелетов эспер нападать не стал — это было бы слишком скучно. Он уже перерос уровень скелетов и сражение с ними не вызвало бы ничего, кроме зевоты. Можно, конечно, было поэкспериментировать на них со знаками, но сейчас у Люка было не то настроение. Он хотел боя, а не экспериментов.

Еще один отряд скелетов он также пропустил, а вот попавшегося вскоре после них упыря пропускать не стал. Однако пар спустить ему так и не удалось. Противник, который ранее вызывал множество неудобств, возросшей мощи эспера противостоять ровным счетом ничего не смог и очень быстро погиб под Клинком Небесного Наказания. Порыскав по округе и встретив аж еще целых три отряда скелетов — либо ночью нежить была активнее, либо просто в этой местности ее стало еще больше — Люк так и не смог толком размяться. У него даже зародилась мысль прямо сейчас направиться вглубь Хребта Погибели, но, к счастью, был близок рассвет и если Люк не хотел потерять отряд наемников, ему нужно было возвращаться.

Наемников терять он не хотел. Эспер понимал, что в одиночку соваться в логово нежити слишком опасно, даже не смотря на его просто невообразимую для его ступени культивации скорость. Гораздо лучше это сделать в компании, пусть компания о тебе даже не подозревает. К тому же, оставлять за спиной неизвестно как настроенный отряд тоже было далеко не самой лучшей идеей. В общем, к наемникам Люк вернулся.

На этот раз он решил, что наблюдать за тройкой Бо Тяня слишком скучно и выбрал для наблюдения другую. Одну из самых слабых троек, честно говоря, по крайней мере, по культивации. Один ее член находился лишь на ступени формирования даньтяня, тогда как двое других достигли только начального этапа ступени измененной крови, хотя возраст одного из них — командира тройки Му Ло — уже приближался к четырем десяткам, если не перевалил за них. Он явно был опытным ветераном, о чем свидетельствовал косой шрам на пол-лица, но вот в культивации он застрял на этой ступени не в силах продвинуться дальше. Такое было нередким явлением. Если ступени закалки кости достигало подавляющее большинство практиков, продолжающих упорно тренироваться, то, начиная с нее, каждой новой ступени было достичь все сложнее и сложнее. На ступень формирования даньтяня большинство все же переходило, но вот на ней многие и останавливались, не в силах сформировать полноценный даньтянь.

Еще больше людей отсеивалось в момент перехода на ступень измененной крови. В этот момент было очень важно заключить контракт с подходящим тебе духом.

Как ни странно, духов, желающих заключить подобный контракт, всегда было в избытке, поэтому таких случаев, чтобы практик, сформировавший даньтянь, не смог перейти на ступень измененной крови, просто не было. Однако далеко не всем удавалось заключить контракт с достаточно сильным и, главное, подходящим им духом. Да, соответствие духа душе и характеру практика было куда важнее, чем его сила, ведь слабый, но имеющий высокое «родство» с практиком дух будет развиваться гораздо быстрее и в конечном итоге обгонит своего гораздо более сильного изначально, но меньше подходящего по духу собрата. Однако задумывались об этом далеко не все. Многие гнались за мгновенной силой, что даровал им более сильный дух и не считались с последствиями. Кроме того, встретить и опознать подходящего духа, было совсем непростым делом. Да даже не подходящего, а просто более-менее сильного.

В общем, число людей, заключивших контракт с абсолютно подходящим им тотемом было ничтожно мало, и именно этим людям судьбой было уготовлено стоять на вершине Королевства Утренней Зари и даже всего Континента Небесного Падения. Примером такого идеального соответствия можно было считать Сюэ Юньшань и ее лисичку Юки, но это была совершенно особенная история. Простому практику встретить подобного, совершенно подходящего ему тотемного духа было очень и очень сложно.

Но не все было так печально. Хотя встретить идеального тотемного зверя было почти невозможно, встреча более-менее подходящего была далеко не столь редка. От степени того, насколько зверь был силен и подходил характеру практика, зависело то, насколько быстро тот сможет развиваться в дальнейшем, и как далеко сможет зайти его культивация. Если дух был силен, но практику не подходил, тот довольно быстро достигал пика начальной ступени измененной крови и, если дух был особенно силен, даже прорывался на средний этап этой ступени. Но дальше — все. После исчерпания начального импульса культивация подобных практиков шла очень и очень медленно, если вообще не застывала на одной точке.

Гораздо лучше дела обстояли с более-менее подходящими, пусть и слабыми, духами. В случае заключения контракта с подобным духом, культивация практика развивалась заметно медленнее, чем в первом случае, однако шла гораздо более плавно. Хотя это занимало существенно больше времени, подобные практики почти гарантированно достигали среднего этапа ступени измененной крови и нередко даже позднего этапа. Чем сильнее было соответствие практика и духа, тем больших вершин они могли в итоге достичь. Даже с не идеально подходящим тебе духом вполне возможно было достигнуть ступени пробуждения тотема, однако для этого изначально дух не должен был слишком слаб, иначе на достижение подобной стадии не хватило бы и срока всей жизни практика.

Существовали, однако, и неудачники, которым не удалось заключить контракт ни с подходящим, ни даже с более-менее сильным духом. Их культивация двигалась со скоростью прогуливающейся черепахи не смотря на все их усилия, и они навсегда вынуждены были остаться на начальном этапе ступени измененной крови, если бы только не нашли какой-то чудодейственный способ поднять культивацию. К таким неудачникам и относился Му Ло. Видимо раньше, когда он только сформировал даньтянь, его основа была крайне слаба, и он не смог привлечь много духов, так что пришлось ему выбирать из того, что было. Сейчас напротив — его основа была довольно прочна и закалена десятками, если не сотнями битв, но было поздно, свой шанс командир тройки уже упустил.

Однако он не переставал быть от этого крайне опытным наемником, в бою не уступающим даже кому-то на пике начального этапа ступени измененной крови и очень хорошим командиром. По крайней мере, с попавшимся им вскоре упырем тройка разобралась мгновенно, отряды скелетов, попадавшиеся позднее, не стоили даже упоминания.

Наблюдая за слаженной работой бойцов, Люк даже подумал, что подобные тройки не сможет остановить и гораздо более серьезная нежить. Недавнее нападение на наемников скальных гиббонов оказалось частично успешным только из-за своей внезапности и дистанционного характера. Напади гиббоны прямо — их разделали бы не то что играючи, но уж точно без потерь. Этот наемничий отряд заставлял себя уважать. И тем удивительнее было, когда где-то в семистах метрах от тройки Му Ло, там, где находилась другая тройка наемников, в небо вдруг ударил красный столб света, исходящего от сигнального амулета. Подобное могло означать только одно: у соседней тройки наемников возникли серьезнейшие неприятности!

Этoт дeнь ничем не отличaлcя от предыдущиx. Будучи единственной девушкой в отряде и сестрой его капитана — Бо Tяня, Бо Сяосянь была освобождена от обязанности нести ночной караул, поэтому отлично выспалась. Именно выспалась. Xотя гораздо полезнее было проводить время за культивацией, Сяосянь иногда позволяла себе расслабиться и просто поспать. Это было не та уж часто, так что ее культивация от этого не страдала. Талант девушки был довольно высок, хотя и не был пиковым — в свои девятнадцать она находилась на пике ступени формирования даньтяня и до формирования даньтяня, а, как следствие, перехода на ступень измененной крови, ей оставалось сделать лишь один шаг, который она надеялась совершить во время этого похода.

Талант девушки вполне позволял поступить в Академию Духовного Pазвития Города Осеннего Дождя, однако она не спешила этого делать. Хотя ресурсы академии превосходили то, что мог дать ей ее брат, Сяосянь предпочитала оставаться с ним. Все из-за этого проклятого всеми асурами Ли Энлэя! И что, что он сын одного из высших аристократов города? Kакое это дает ему право преследовать ее?

К сожалению, дядя Ли Энлэя — Ли Цинтань, как раз являлся ректором местной академии. Хотя он открыто не поддерживал похождения Ли Энлэя, если бы тот что-то сделал в стенах его академии, он просто закрыл бы на это глаза. Поступать туда было для девушки совсем плохим вариантом. Конечно она могла поступить в академии соседних городов, но кто гарантировал, что там не найдется своего Ли Энлэя? С яркой внешностью девушки у нее в любом месте была бы просто куча поклонников, многие из которых далеко не всегда дружили с головой. Из-за этого Сяосянь решила, что пока не станет достаточно сильной, ей стоит оставаться с братом, который мог защитить ее практически от любой опасности. Тем не менее, она старалась не быть в его отряде обузой. Девушка не висела все время на шее брата мертвым грузом, а, за исключением некоторых приятных преимуществ, таких, например, как освобождение от несения караула, была обычным членом его отряда.

Вот и сейчас она, как и остальные наемники, вместе со своей тройкой, в которую помимо нее входили Старый Хай, находящийся в полушаге от среднего этапа ступени измененной крови и Ли По — молодой парень, только перешедший на ступень измененной крови — отправилась выполнять боевую задачу по поиску и истреблению оккупировавшей данную местность нежити.

Поначалу все шло как обычно. Тройка встретила два отряда скелетов, с которыми справилась без проблем, а затем одинокого упыря, который проблем также не доставил. А затем был длительный перерыв, во время которого тройке никто не попадался. Да и попался бы — тройка Сяосянь справилась бы играючи. Девушка расслабилась. И как это часто бывает, тут же за это поплатилась.

Hа стремительный бросок небольшого поджарого тела она среагировать не успела. Будь девушка одна, она тут же обзавелась бы незапланированными отверстиями в районе шеи — именно туда метил нападавший — но на ее счастье Ли По, который находился неподалеку, среагировать успел. Сверкнул меч, глубоко врезаясь в летящее тело. Вурдалак, а нападавший был именно им, коротко взвыл и задергался на клинке, пытаясь дотянуться своими огромными когтями до ранившего его. Безрезультатно. Ли По, не смотря на свою молодость, был довольно опытным наемником и такого противнику уж точно не позволил бы, однако, на беду наемников, вурдалак был не один.

Не успел парень что-либо предпринять относительно раненного врага, как на него налетело сразу двое. От одного он успел увернуться, стряхнув при этом раненого вурдалака с меча, однако второй его все же достал. Когти вурдалака с легкостью преодолели защитный Ци юноши и глубоко впились ему в бок, открывая широкую кровоточащую рану. Но даже этого было мало: напавший первым вурдалак, не смотря на свою рану, тоже бросился в атаку, которая оказалась для юноши летальной. Когти монстра дотянулись до шеи Ли По и тело наемника трупом упало на землю.

— Ли По, нет! — яростно закричала Бо Сяосянь, видя гибель парня. За время совместной работы в тройке она очень привязалась к своему товарищу, хотя питала к нему чисто дружеские чувства. Смерть Ли По больно ударила по ней. К сожалению, девушка никак не могла ему помочь — она сама в этот момент отбивалась еще от одного вурдалака. То же самое касалось и Старого Хая, только он сражался сразу с четырьмя. Довольно уверенно сражался, вот только спасти парня тоже не смог.

Однако дела обстояли гораздо хуже, чем просто гибель одного из ее товарищей. Против двух наемников сейчас было целых восемь вурдалаков. Победить при таком раскладе было просто невозможно, как и сбежать — этот вид нежити был очень быстр. У наемников оставался только один выход, и опытный Старый Хай поспешил им воспользоваться: в небо ударил красный луч сигнального амулета. Видя этот сигнал, другие наемники тут же поспешат им на помощь. Единственная задача Хая и Сяосянь до помощи этой дожить.

Но дожить тоже было совсем не просто. Сяосянь могла на равных сражаться с одним вурдалаком и даже, скорее всего, победила бы, однако к ней кинулось сразу трое. Остальные пятеро насели на ее старшего товарища, не позволяя ни на секунду отвлечься на помощь Сяосянь.

Девушке ничего не оставалось, кроме как уйти в глухую оборону. Но даже так она то и дело получала ранения, которые осложнялись тем, что на когтях вурдалаков был слабый, но, тем не менее, вполне действенный против кого-то не достигшего ступени измененной крови, трупный яд.

С каждой секундой проведенной в бою, девушка слабела. Она чувствовала, что если так будет продолжаться еще хоть немного, она совершит ошибку, которая окажется для нее фатальной.

Так и произошло. Уйдя от броска одного вурдалака при помощи своей техники движения, а затем отбросив второго, она почти пропустила выпад третьего. К счастью, в последний момент девушка успела отреагировать, и удар когтистой лапы не распорол ей живот. Однако принятый на меч удар оказался слишком силен. Клинок просто вырвало из рук девушки, а саму ее откинуло на пару шагов. Ситуация из просто критической мгновенно стала практически безнадежной. Без оружия девушку ждала только лишь неминуемая и очень быстрая смерть.

В довершении всего Сяосянь сама не заметила, как оказалась зажата в углу. Теперь она не могла даже попытаться сбежать. В отчаянии девушка активировала свой самый сильный навык: Кровавая Ярость — надеясь если не убить хоть одного вурдалака, то сильно покалечить. Обычно девушка не использовала это умение, поскольку то было слишком агрессивным и не сочеталось с ее энергетикой, сильно повреждая ее, но сейчас у Сяосянь просто не было выбора. Выхватив с пояса кинжал, который был хоть очень слабой, но, все же, заменой мечу, она активировала умение.

Острая боль тут же пронзила все ее каналы, а саму девушку охватило кровавое пламя, подобное тому, что использовал ее брат в битве со скальными гиббонами. Вот только в отличие от него, применявшего технику в ослабленном варианте, Сяосянь ни капли не сдерживалась. Если она выживет, то в любом случае долго не будет полноценным бойцом, если же нет — ей будет уже совершенно все равно.

И, примененная на полную мощность, Кровавая Ярость превзошла все самые смелые ее ожидания. Первого вурдалака, которого достиг кинжал девушки, ставшей вдруг невероятно быстрой, буквально развалило на две части. Второго, которого она ударила ногой, откинуло на добрый десяток метров и с силой впечатало в землю. Третьего Сяосянь, вновь поразила кинжалом, сначала отрубая когтистую лапу, а затем снося голову. Казалось, ситуация резко изменилась. С текущими силами девушка могла бы в одиночку победить всех восьмерых вурдалаков. Могла бы, продлись эффект от техники дольше. Вот только выносливости Сяосянь на дольше не хватило. Она и так полностью выложилась и еще чуть-чуть и просто бы умерла. Организм девушки сам принял в этой ситуации решение, просто прекращая действие техники.

Этих нескольких мгновений хватило, чтобы полностью истощить ее силы, и, выйдя из «кровавой ярости», Сяосянь в прямом смысле этого слова рухнула без сил, краем глаза успев заметить, что второй, раненый, но не убитый ею вурдалак, неспешно, словно осознавая, что жертва уже никуда не денется, приближается к ней. У девушки уже не было сил что-либо предпринять, она даже почти не боялась — используемый ранее навык выжал ее всю. Сяосянь хватило сил лишь на то, чтобы вновь раскрыть, стремящиеся закрыться глаза и смотреть прямо в лицо медленно приближающейся смерти.

Вот вурдалак оказался уже всего в паре метров от нее, и на этом, кажется, решил, что хватит играть. Вся его поза выдавала готовность к прыжку, который станет для девушки последним.

Отстраненно, будто это все происходило не с ней, Сяосянь наблюдала, как поджарое тело стремительно взмыло в воздух, чтобы… неожиданно распасться на две неровные половинки!

Последнее, что она видела перед тем, как ее сознание окончательно угасло, была охваченная багровым ореолом фигура юноши с мечом в руках.

«Откуда он знает Кровавую Ярость?» — было последней мыслью девушки.

***

Кровавую Ярость Люк, конечно, не знал.

Когда в воздухе расцвел тревожный цветок алого пламени, испускаемого из сигнального амулета, он, как и тройка Му Ло, тут же отправился на место происшествия. Держался он в стороне от наемников, и то, что происходит, увидел несколько позже, чем они. А когда увидел, просто не смог остаться в стороне. Ведь нападавшими были вурдалаки! Люка просто тряхнуло от ненависти, когда он увидел этих мерзких тварей. Аж целых восемь!

Встреть эспер подобную стаю при обычных обстоятельствах, ему бы пришлось, скрепя сердце, обойти ее стороной. Кем-кем, а самоубийцей Люк не был. Однако сейчас все обстояло по-другому. Восемь тварей наседало на двух человек. Пятеро — на старика, находящегося лишь в полушаге от среднего этапа ступени измененной крови, а трое на девушку, в которой Люк без труда опознал сестру капитана отряда. Последний член их тройки лежал на земле в луже крови. Огромные рваные раны на его теле свидетельствовали о том, что он уже точно не жилец. И если ничего не предпринять, очень скоро к нему присоединится девушка.

Последняя, однако, сумела Люка сильно удивить. Уже зажатая в угол и лишенная меча, она вдруг вся засветилась багровым светом и кинулась в атаку, которая оказалась фатальной аж для двух вурдалаков и заметно повредила третьего. Но на этом силы резко покинули ее, а недобитый вурдалак решил завершить то, что не удалось его собратьям.

Пока шло сражение, Люк вовсе не стоял на месте, как, впрочем, и тройка Му Ло. Вот только наемники уже точно не успевали на помощь сестре своего капитана. Они не успевали, но эспер мог это сделать. Мог и сделал. Не думая больше о последствиях своего поступка, он активировал одновременно Поступь Ветра и намерение легкости, и на полной скорости устремился наперерез вурдалаку.

Он успел. Прямо перед тем, как взвившееся в прыжке поджарое тело настигло сестру Бо Тяня, Люк возник на его пути, с легкостью разрубая вурдалака пополам, и сам поражаясь как просто это вышло. А затем, видя что девушке, потерявшей к этому времени сознание, больше ничего не грозит, устремился на помощь старику, окруженному пятеркой тварей.

Первый вурдалак умер быстро — Люк просто снес ему голову. Тварь даже не поняла, что ее убило, мгновенно растеряв свое подобие жизни и рухнув на землю. Второй вурдалак среагировать на нападение уже успел. Почти успел. От искрящегося молнией клинка эспера он смог только заслониться лапой. В принципе, будь это простая атака кого-то на ступени закалки кости, она бы оставила на прочной лапе существа лишь царапину, однако удар Люка ее просто-напросто перерубил, и, ни капли ни замедлившись, глубоко вошел в немертвую плоть, распространяя по ней силу электричества. На этом с вурдалаком было покончено.

Третьего монстра уничтожил уже старик. Воспользовавшись тем, что вурдалаки отвлеклись на Люка, Старый Хай ловко поймал одного из них в земляную ловушку, а затем просто уничтожил своим тяжелым копьем, сломав ударом наверно сразу все кости в организме немертвого.

Видя столь быструю расправу над своими собратьями, последние вурдалаки решили сбежать. Не мешкая они развернулись и припустили прочь. Вот только выбрали неверное направление для побега. Ни Люку, ни Старому Хаю не пришлось ничего делать — обоих монстров просто развоплотило яростной багровой вспышкой. С той стороны, куда пытались сбежать вурдалаки, появилась тройка людей. И вел их ни кто иной, как очень раздосадованный тем, что лишь чудом не потерял сейчас сестру, капитан наемников Бо Тянь.

— Значит, вы не единственный отряд, посланный решить эту проблему?

— Да, городской лорд на этот раз не поскупился. Oн отправил сюда все более-менее боеспособные отряды наемников и даже подумывал отправить собственные войска, но вроде решил, что в городе они ему нужнее. Tак что, скоро здесь будет не протолкнуться от нашего брата. Просто мы оказались в нужное время в нужном месте, потому-то и опережаем всеx остальных. Я также слышал, что не только наш лорд, но и лорды соседних городов озаботились этой проблемой. Так что, вполне возможно, что мы вскоре встретимся с одним из них, — Cтарый Xай, настоящие имя которого было Хай Лиюнг, неопределенно покачал головой. По этому жесту совершено нельзя было понять, радуется или огорчается он подобной перспективе.

Люк и не пытался. Честно говоря, ему было все равно. Как и не особо волновала его перспектива повстречать другой наемничий отряд.

Вряд ли два отряда наемников, посланных выполнять одно задание, причем задание, конкуренции в котором места очень мало, будут сражаться между собой. A значит, повстречают они кого-то еще или нет — совершенно не имеет значения. Особенно для Люка, которому было просто интересно, что же происходит, и до обещанной наемникам платы не было никакого дела. Сам-то он наемником не являлся.

После недавнего спасения сестры капитана наемников, Люк решил временно присоединиться к «Волчьему Оскалу» — именно так назывался отряд. Это было логичнее всего. Двигались они к одной цели, а контакт был уже установлен, так что прятаться и таиться дальше не было ровно никакого смысла.

Сейчас отряд, по-прежнему состоящий из восемнадцати человек — место погибшего Ли По занял Люк — медленно продвигался вперед. Учитывая недавнюю засаду, идти по частям было просто-напросто опасно. Кроме того, в недавнем сражении Сяосянь получила тяжелейшее истощение и, хотя прошли уже сутки с момента боя, она до сих пор находилась без сознания. Люк вызвался помочь ей, в конце концов он представился в отряде именем Лю Ци и совершенно не скрывал свои целительские способности, однако смог только немного облегчить состояние девушки. Истощение совершенно точно было не тем, с чем Ка’ен мог сколько-нибудь эффективно справиться.

Как итог сейчас носилки с девушкой несла пара наемников, назначенных на эту должность Бо Тянем, что сильно влияло на темп отряда. Однако других решений в этой ситуации не было. Даже если бы это еще сильнее не ослабило отряд, оставлять свою сестру с кем-то из наемников Бо Тянь совершенно точно не желал. В то же время, оставаться на привале до тех пор, пока девушка не придет в себя, тоже было неразумно. Для Сяосянь это определенно было бы лучше, однако Бо Тянь был не только любящим братом, но и лидером отряда наемников и был вынужден заботиться о скорейшем выполнении контракта, пока его не опередили конкуренты. Пришлось довольствоваться таким вот промежуточным решением.

Как ни странно, темп отряда упал не так сильно, как можно было бы предположить в подобной ситуации. Объяснялось это тем, что наемники больше не выискивали нежить. Капитан разумно рассудил, что выяснить причину ее появления и устранить ее гораздо важнее, чем просто зачищать всех встреченных мертвяков. Ведь совсем скоро здесь появятся другие наемничьи отряды — вот они пусть с нежитью и разбираются. Встреченных же по пути неупокоенных отряд перемалывал просто с феноменальной скоростью, благо больше засад, подобных вчерашней, наемникам не встречалось.

А совсем скоро, после небольшого обеденного привала, Бо Тянь принял, наконец, решение идти вглубь хребта. Весьма вовремя. Они как раз находились в месте, где, по наблюдениям Люка, нежити было больше всего. Pаньше. Теперь ее было как-то подозрительно мало, что само собой наводило на нехорошие мысли. А учитывая недавнюю засаду, эти мысли становились совсем уж мрачными. Складывалось ощущение, что кто-то или что-то управляет нежитью, и если это так, перспектива вырисовывалась весьма паршивая: организованный, знающий о тебе враг гораздо-гораздо хуже неорганизованного и не знающего!

Как бы то ни было, решение было принято, и отряд начал неспешно, с повышенной осторожностью, продвигаться в глубинные регионы Хребта. Путешествие проходило на удивление мирно. Hи нежити ни монстров наемникам не встречалось, однако это только усугубляло гнетущую обстановку, царившую вокруг. Внимание наемников и Люка повысилось до предела. Возможно, именно поэтому им удалось заметить нескольких людей осторожно следующих на почтительном расстоянии от отряда.

Первым незнакомцев заметил Бо Тянь, подтвердив в очередной раз, что совсем не зря именно он является капитаном наемников.

Он не стал поднимать тревогу или как-то иначе выдавать незнакомцам, что заметил их. Вместо этого он просто проинформировал об этом свой отряд, используя передачу голоса при помощи Ци.

Люк и сам заметил крадущихся сзади незнакомцев, и уже хотел сообщить об этом Бо Тяню, когда прямо в его ухе раздался голос последнего: «За нами слежка. Люди. Продолжаем движение. Не показывайте, что знаете о них. Всем быть готовым к бою».

Последнее предложения явно было излишним. В подобной атмосфере все и так были максимально готовы к бою. Разве что теперь отряд знал, что противостоять им, возможно, будут еще и люди. А может и нет. В конце концов то, что за «Волчьим Оскалом» следили, вовсе не означало того, что на него обязательно будут нападать. Будь Люк на месте командира отряда наемников, и обнаружь он идущий впереди неизвестно как настроеный отряд, он бы сам отрядил парочку человек наблюдать за ним. Просто на всякий случай.

В любом случае все члены «Волчьего Оскала» Были у неизвестных наблюдателей на виду, и подобраться к ним незамеченными, чтобы захватить и выяснить их намерения не получилось бы. Во всяком случае, до темноты…

Однако наступления ночи ждать не пришлось. Спустя примерно час, в дело ожидаемо, но, в то же время, неожиданно вмешались временно забытые новые обитатели предгорий, если только нежить уместно называть обитателями.

По мере углубления в территорию Хребта, ощущение тлена и разложения становилось все более сильным. Это означало, что обнаружить нежить духовным восприятием было все сложнее и сложнее — она просто сливалась с окружающей средой. Однако, не смотря на это, большой отряд неупокоенных заметить все еще не составило бы труда. Если бы он появился привычным способом…

Способ появления этого отряда был для живых довольно необычным. Наемники и Люк высматривали «живых» мертвецов, а никак не мертвых и немного упустили тот факт, что мертвые мертвецы могут очень быстро стать живыми. Если приложить к этому чуточку некромантии.

Резкий всплеск Ци Смерти заметил бы даже абсолютно несведущий в боевых искусствах человек. Резко потянуло холодом и могильным тленом, а в следующее мгновение спереди, по бокам, и даже сзади членов «Волчьего Оскала» поднялось множество трупов, до поры до времени скрытых среди скал. Точнее даже не трупов — в основном это были скелеты людей, вперемешку с костяками исконных обитателей этих гор. Были среди них и некие подобия костяных гончих, и огромные костяные змеи и даже пара скелетов недавних знакомцев Люка — скальных гиббонов. Не обошлось и без костей мегаланий, земляных волков и… многих других.

Различных скелетов было много. Объединяло их одно: все они были низкоуровневыми.

Неизвестный некромант, поднявший все это воинство, явно не заморачивался с ритуалами и тому подобным, а просто поднял нежить грубой силой. Из-за этого боевая мощь этой нежити, как бы грозно она не выглядела, была крайне ограничена, и не смотря на свою численность, многократно превышающую численность наемников, особой угрозы для отряда она не представляла. При грамотных действиях со стороны отряда, разумеется.

Неизвестно, как поступил бы Бо Тянь в любой другой ситуации, но сейчас, имея на руках все еще находящуюся без сознания сестру, он скомандовал занять круговую оборону. Возможно, лучше было бы отойти к ближайшему горному уступу и обороняться там, однако никто не гарантировал, что нежить, а точнее руководящей ею, не додумается сбросить на отряд камень поувесистее. И так было чудом, что этого не произошло раньше, до поднятия всей этой нежити. Хотя может и нет — стерегущую в засаде нежить отряд вполне мог заметить, и, следовательно, подобной ловушки избежать.

Немертвые кинулись в атаку незамедлительно. Безо всякой тактики или стратегии, просто все разом устремились к отряду, зачастую мешая себе подобным. Нередки были случаи, когда более крупная нежить просто сбивала с ног более мелкую и просто затаптывала ее. Впрочем, подобное недавно поднятым костякам особо не вредило. Они тут же поднимались и вновь устремлялись в атаку.

Впрочем, безрезультатно. Хотя нежити было много, она не могла причинить слаженному отряду абсолютно никакого вреда. Мертвецы волна за волной накатывали на наемников, подобно уже морским волнам, и подобно тем же морским волнам, лишь разбивались о непреступный скалистый берег — отряд.

Возможно, будь организатор нападения не столь прямолинеен, «Волчьему Оскалу» пришлось бы совсем не так просто, однако он поступил именно так, как поступил. Мертвецы упрямо шли в атаку, чтобы быстро найти свое повторное упокоение под мечами и техниками опытных наемников.

Некоторые из наемников даже устроили соревнование, кто убьет больше нежити. В оборонительной позиции такие соревнования были довольно неудобны, поэтому, участвующим в этом приходилось применять все более мощные техники, чтобы обойти своих конкурентов.

Естественно, это не осталось без внимания командира.

— Жу По, Тай Мин! Отставить! — рявкнул он на весь отряд безо всякой передачи Ци.

Пара молодых наемников, что разошлись больше всего, и применяли чуть ли не свои лучшие техники, резко остановилась.

— Вы, идиоты, думаете, что это все?! Экономьте силы. Вы же не забыли про наших друзей сзади. К тому же…

Что хотел добавить Бо Тянь, так и осталось неизвестным. Потому что ситуация на поле боя резко изменилась.

Очередная волна нежити отчего-то не пожелала гибнуть так же бесславно, как предыдущие. Вместо этого нежить принялась теснить наемников. Появились даже первые раненные.

Все это произошло по одной причине: среди свежеподнятых скелетов внезапно появилась нежить куда более сильная! Это тоже были скелеты, но их уровень развития намного превышал их «свежих» собратьев. Если соотносить их с практиками, все они были по крайней мере на пике закалки кости, а наиболее сильные — на пике формирования даньтяня.

Честно говоря, даже такие скелеты не представляли для отряда особой опасности, просто наемники немного увлеклись уничтожением беззащитной нежити, за что и поплатились. Впрочем, они быстро собрались, и теперь уже новым скелетам пришлось несладко. Гибли они гораздо медленнее, чем предыдущие, но их истребление было лишь вопросом времени. Однако все было не настолько просто. Потому что скелеты были просто пушечным мясом!

Под прикрытием сначала свежеподнятой нежити, а затем и ее более старших собратьев, к отряду подбиралась опасность куда более страшная.

K чему-то подобному Люк был готов c самого начала этого сражения. Было бы глупо устраивать засаду силами одной лишь свежеподнятой нежити, а в том, что это именно засада, не было совершенно никакиx сомнений.

Поэтому, когда среди слабых скелетов появились их более сильные собратья, он ничуть не удивился. Но и это, не могло завершением атаки. Любой, кто обладал хоть малейшим понятием в культивировании Ци и имел немного мозгов понял бы, что при сохранившемся раскладе сил наемники просто перемелют отряды нежити. Командующий нападавшими просто не мог этого не понимать. Следовательно, если бы это было все, засада не имела бы ровно никакого смысла. Тем не менее, для бессмысленной она была слишком хорошо организована. A это значило, что следовало ждать новых гостей. Гораздо более серьезных гостей…

И они не заставили себя ждать.

Люк, чтобы не мешать слаженной работе отряда, пока участия в бою не принимал, а находился в центре построения, рядом с носилками Сяосянь. Eму не приходилось отвлекаться, и он мог внимательно следить за окружением, поэтому стремительно приближающуюся к отряду новую волну врагов заметил одним из первых.

Bпрочем, если тут была разница, то лишь совсем небольшая — слишком стремительно приближались враги. Oчень скоро уже большинство наемников видело нового врага.

Прямо сквозь строй скелетов, зачастую просто сшибая своих нерасторопных собратьев, к отряду неслись вурдалаки! Много вурдалаков. Как минимум — несколько десятков. А то и добрые полсотни! А ведь это было еще не все. В отдалении Люк заметил силуэты заметно более медлительные, но от этого не менее опасные.

Следом за вурдалаками к отряду приближались упыри.

Точное их число оценить было пока сложно, но их точно было не меньше, чем вурдалаков, скорее уж больше.

Ситуация для отряда резко стала катастрофической. Если ничего не предпринять, «Волчий Оскал» просто сметет волна вурдалаков, а следом добьют упыри и скелеты!

Бо Тянь, как опытный командир, прекрасно это понимал.

— Старый Хай, Лю Ци — зачистьте вон тот склон! Все, плотнее строй, готовимся к отступлению!

Да, отступать к непроверенной точке отряд не мог, однако кто мешал эту точку проверить? И заодно зачистить от остатков нежити. В подобной ситуации, когда ценным было каждое мгновение, Бо Тянь выбрал наиболее подходящих для этой цели людей. Хай Лиюнг был невероятно опытным, но он лишился на время своей тройки, так что помощь в обороне от него не была бы столь существенной, а Люк так вообще был чужаком, показавшим, однако, высокое боевое мастерство и скорость. Их двоих должно было вполне хватить для поставленной задачи, при этом оборона отряда не сильно бы просела.

Хотя Люк формально Бо Тяню не подчинялся, он не стал спорить, так как понимал, что сейчас это необходимо. Он просто молча последовал за своим соратником в сторону указанного склона.

Выбран этот склон был видимо из-за того, что в нем была небольшая расселина, которая, хоть и загоняла отряд в тупик, не позволяя в случае чего бежать, надежно прикрывала бы его сразу с трех сторон. Обороняться в ней было бы гораздо проще. Склон был довольно крутой. Взобраться по нему неподготовленному человеку, не обладающему хотя бы начальной культивацией, или альпинистским снаряжением было нереально. Да и практикам первой-второй ступени пришлось бы постараться. Да что там, даже обычному практику формирования даньтяня пришлось бы потратить некоторое время, чтобы на него взобраться.

Тем не менее, хотя Люк еще не достиг этой стадии, его техника движения далеко ее превзошла. Ему потребовалось лишь несколько секунд, чтобы буквально взлететь по склону. Старый Хай от него нисколько не отставал, все же он находился уже почти на середине этапа измененной крови. Было бы странно, будь по-другому.

Нежити на склоне оказалось немного. В основном это были совсем уж медлительные костяки, с которыми даже люди ничего не смыслящие в боевых искусствах справились бы без проблем. Если только не испугались бы. Для Старого Хая и Люка разобраться с ними всеми заняло едва ли больше десятка секунд. Ожидаемой засады на склоне не оказалось. Отряд мог смело сюда отступать, о чем Старый Хай не замедлил сообщить командиру.

А у отряда дела тем временем складывались не лучшим образом. За время зачистки склона первая волна вурдалаков успела добраться до наемников, и отряд тут же понес потери. Возможно, будь это просто атака вурдалаков, все бы обошлось без жертв, но не стоило также забывать и про скелетов, которые связывали наемников боем и не давали полностью сосредоточиться на приближающейся угрозе.

Бо Тянь вовремя скомандовал применить отталкивающие техники, но далеко не у всех наёмников они были хорошо развиты, если были вообще. Полностью жертв избежать не удалось. Нескольким наемникам не удалось откинуть скелетов на достаточное расстояние и те тут же вновь связали их боем, не давая толком встретить вурдалаков. Их товарищи тут же добили немногочисленных скелетов, но время было потеряно. Вурдалаки живыми снарядами врезались в построение. К ним тут же устремились клинки и всевозможные техники, но… Этот тип нежити было необходимо встречать на подходе. Теперь наемники просто боялись бить в полную силу, опасаясь попасть вместо верткой нежити по своим.

К счастью, строй «Волчьего Оскала» был достаточно плотным. Нежити не удалось его прорвать, но и без добычи она не осталась. Одному наемнику нежить глубоко пропорол живот своими когтями, а второму один из вурдалаков просто вырвал горло. И если первый мог еще выжить, хотя прямо сейчас был точно не боец, то со вторым было все однозначно печально.

Вообще раны получили многие, но у остальных они были гораздо более легкими. Возможно все было бы гораздо печальнее, но Бо Тянь и несколько наиболее опытных наемников сумели переломить ситуацию, убивая вурдалаков буквально одного за другим. Немертвых не спасала вся их скорость и верткость. Клинок капитана наемников не знал промаха, если не убивая тварей сразу, то калеча так, что они становились легкой добычей для его соратников.

— Все, используйте отбрасывание на нежить! Отступаем!

Бо Тянь, видя что склон зачищен и никакой засады нет, скомандовал отступить к нему. Наемники тут же выполнили команду. В скелетов и вурдалаков устремилось множество техник, задачей которых было не повредить, а просто откинуть врага. Справившись с этой задачей, отряд спешно отступил к расщелине. Отступили все, кроме самого капитана, оставшегося прикрывать отряд.

Что может сделать один человек против полчищ наступающих врагов? Люк, стоя на вершине утеса и наблюдая за развернувшимся внизу действом, убедился, что многое. Юноша в восхищении наблюдал, как стоящая внизу, перед отступающим отрядом человеческая фигура внезапно вся засветилась густым багровым светом, а следом…

— Кровавый Тайфун! — прогремел над горами голос Бо Тяня, который внезапно закрутился вокруг собственной оси, вскинув при этом меч к небу.

В такт движениям капитана интенсивность багрового свечения, охватывавшего его фигуру, резко увеличилось. И не только интенсивность. Оно стало стремительно распространяться от тела наемника, и в итоге образовало багровый туман, который тут же стал вращаться вместе с Бо Тянем. Этот туман одновременно служил для него еще и превосходной броней, полностью защищающий от нападения нежити. Несколько скелетов, которые атаковали капитана во время активации техники, не то что ничего не достигли, но и тут же поплатились за это. Их мгновенно охватило багровое свечение, и они несколько раз дернувшись, как будто могли испытывать боль, повалились на землю, где и остались лежать, не подавая ни малейших признаков не-жизни.

Скорость вращения Бо Тяня все возрастала. Наконец, достигнув определенного предела, он резко опустил меч параллельно земле и на огромной скорости, все также вращаясь, врезался в толпу нежити, образуя некое подобие всеуничтожающего вихря или того самого тайфуна, о котором говорилось в названии техники. Столкнувшись с этим тайфуном у врагов просто не было шанса уцелеть. Их если не разрубало сразу, охватывало багровое сияние, и они переходили в разряд обычных мертвяков уже во второй раз.

Несколько мгновений, и толпы нежити, состоящей из скелетов и вурдалаков, просто не стало! Поистине впечатляющая мощь!

Однако техника не прошла для капитана наемников бесследно. Более того, она полностью опустошила его, и как только ее действие завершилось, он без сил осел на землю, хотя сознания не потерял. Один из его помощников — самый сильный из оставшихся практиков, с немного нетипичным для здешних мест именем, но вполне обычной внешностью — Пак Чжисон — тут же устремился к своему командиру и, подхватив его, переместился обратно к отряду.

Бо Тянь временно занял место около своей сестры, чтобы в безопасности восстановить силы после выматывающего умения.

Воспользовавшись выигранным временем, отряд отступил к расселине и спокойно занял там оборонительную позицию, дожидаясь наступления упырей. Об отступлении никто даже не задумывался. В задачу отряда входило зачистить эту местность от нежити, и раз уж она сама собралась в одну кучу, разве не было бы преступлением не воспользоваться этой возможностью?

Люк подумывал было спуститься вниз и присоединится к общему построению, но отчетливо понял, что будет там только мешать. Взаимодействие отряда было спаяно множеством битв. Там, где один наемник поймет другого с полуслова или даже без слов, сам он может вообще не разобрать, чего же от него хотят, что может стоить очень дорого.

К тому же Старый Хай тоже не спешил спускаться к отряду, внимательно осматривая окрестности и, казалось, вообще не обращая внимания на наступающих упырей. Сам Люк уже стал воспринимать их гораздо более спокойно. Гораздо спокойнее, чем раньше. Хотя это и не значило, что у него не зудели руки прикончить поскорее нескольких этих тварей… десятков… а лучше вообще всех! Как жаль, что до техник, подобно той, которую продемонстрировал только что Бо Тянь, эсперу было еще очень далеко.

Но гораздо сложнее ему было стоять в центре строя, когда на отряд нападали вурдалаки. Вот этих тварей он ненавидел гораздо сильнее упырей. Лишь осознание того, что своими действиями он может навредить и эти отродья заберут еще несколько жизней, удержали юношу от опрометчивых поступков. Потом была зачистка склона, а потом вурдалаки внезапно кончились. Жаль. Но уж на упырях-то он оторвется, и совсем не обязательно для этого сражаться в строю.

Доверив осмотр окрестностей на всякие непредвиденные неприятности Старому Хаю, Люк полностью сосредоточил свое внимание на приближающейся волне нежити. Упырей, как оказалось, было гораздо больше, чем вурдалаков. По примерным прикидкам их было около сотни! Но это было еще не все. Сами по себе упыри, хотя и были заметно медленнее вурдалаков, могли двигаться достаточно быстро. Чтобы добраться до отряда у них, при желании, ушло бы заметно меньше времени. Хотя поступи они так, то точно попали бы под умение Бо Тяня. Сомнительно, что капитану наемников удалось бы полностью уничтожить и их, но значительные потери они бы понесли.

Упыри, однако, ускоряться не стали. И теперь Люк, а вскоре после него и остальные наемники, узнали почему. Следом за упырями медленно, но неотвратимо, как сама смерть, следовали полчища зомби. И этих ходячих трупов было даже гораздо больше, чем скелетов ранее. Их были даже не сотни — как минимум несколько тысяч! Точное количество Люк оценить не мог, но не сомневался — бой будет очень жарким. Смертельно жарким. Победить такую прорву даже слабых зомби было просто чем-то выдающимся. А ведь были еще упыри, а так же сам некромант…

Однако отступать было уже поздно.

Теперь юноша понял замысел вражеского полководца: засада из свежеподнятых скелетов, затем стремительное нападение вурдалаков, а затем, когда строй наемников будет разорван, ускорившиеся упыри довершили бы разгром. Однако неизвестный противник предусмотрел и неблагоприятное для себя развитие событий, подобно все сметающей технике Бо Тяня. На этот случай у него в запасе были зомби. Много зомби. А реши отряд сбежать с поля боя, вовремя отставшие упыри смогут его задержать!

Гамбит — так называлось нечто подобное в одной игре на его родине. Довольно распространенной игре — сам Люк нередко играл в нее с друзьями. Однако в этом мире юноша даже не слышал ни о чем подобном. И в памяти Чан Лея упоминаний о ней не было. Тем не менее, принцип тут был применен именно из этой игры. Неизвестный полководец пожертвовал малым — отрядом вурдалаков — чтобы разгром наемников был полным и окончательным. И похоже ему это удалось. «Волчьему Оскалу» остается только сражаться. Он сам загнал себя в ловушку из которой не сможет выбраться.

Засевший не так далеко от места событий лич-некромант, который руководил этой операцией, думал примерно так же. Хотя он и подумать не мог, что неизвестный наемник будет знаком с понятием из игры, которая некогда была привилегией элиты его клана. Честно говоря, это было не совсем так. Шантами и ее аналог из мира Люка сильно различались, тем не менее многие принципы и понятия у них были общие. К таким понятиям и относился гамбит, который Рас Н'Ксар — так звали некроманта — блестяще разыграл. Даже лучше, чем предполагалось изначально. Пожертвовав вурдалаками, которых у него все равно было немного, он хоть и не уничтожил, но временно вывел из игры вражеского Советника — наиболее сильную фигуру в партии Шантами. Теперь же, загнанных в угол и значительно ослабленных такой потерей наемников оставалось только добить.

Однако все было совсем не так просто. Ведь кроме первого отряда наемников существовал и второй… Рас Н'Ксар довольно потер костлявые руки. Партия только начиналась!

Tем временем, пока Рас Н’Ксар строил свои коварные планы, наемники готовились к битве не на жизнь, а на смерть, а вторая группа наемников, наблюдателей которой «Волчий Oскал» заметил ранее, решала, что же ей предпринять в этой ситуации, был, по крайней мере, еще один наблюдатель. Ближе всего из всеx участников этих событий, существо было к Рас Н’Ксару, но было гораздо могущественнее любителя Шантами. Xотя этой игрой в свое время наблюдатель тоже не брезговал, но относился к ней без особого фанатизма, лишь отдавая дань традициям клана. Давно погибшего клана.

Если бы он мог вздыхать, наблюдатель бы тяжело вздохнул. Все, что он когда-то ценил, все, за что боролся, было стерто неумолимым временем, а сам он, некогда величайший практик и лидер клана, был превращен в мерзкую нежить. Как и многие из его бывших подчиненных.

Остатки разума, тем не менее, утратили практически все из них. Вскоре после пробуждения наиболее могущественные из них обрели новое, злобное подобие разума, но полностью утратили прежние воспоминания. Многих таких наблюдатель уничтожил лично. Ему было неприятно смотреть, во что превратились его соратники. К сожалению, он пробудился гораздо позже всей остальной нежити. Большее могущество в этом случае обернулось лишь минусом. Ведь чем сильнее неупокоенный, тем больше Ци Смерти ему нужно для поднятия. Вот и наблюдатель не застал многих из своих бывших подчиненных. Они успели разбежаться в поисках вкусной живой добычи с горячей кровью. Даже не обязательно красной — практики Измененной Крови и духовные звери им тоже вполне годились, а у них кровь была далеко не всегда именно этого цвета.

Некоторые такие перерожденные возвращались назад, в могильник. Таких наблюдатель уничтожал. Но вернулись далеко не все. Многие из них отправились дальше от гор и теперь несли смерть и разрушение в ближайшем королевстве смертных. Кроме того, наблюдатель уничтожал лишь ту нежить, которую раньше знал лично. До всякой мелочи, ставшей скелетами, упырями, вурдалаками и тому подобных, ему не было никакого дела. Как, в общем-то, и до смертных.

Были, однако, его сподвижники, разум которых сохранился. Их было всего трое. Одного из них, пробудившегося позже всех, почти одновременно с самим наблюдателем, тот отправил для разведки в королевства людей, благо Тот Н’Хат умел превосходно маскироваться при жизни и не утратил этой способности даже после смерти. В отличие от других двух он был одиночкой. Этот некогда мрачный практик, а теперь не менее мрачное умертвие никогда не испытывал любви к власти. К власти, в обычном понимании этого слова. Гораздо важнее для него была личная сила. Из всех соратников наблюдателя он был некогда сильнейшим, вплотную подбираясь к его собственному уровню. Возможно, будь у него время, подобрался бы. Но история не терпит сослагательного наклонения. Катастрофа, пришедшая из-за края мира, в одночасье уничтожила некогда могущественный клан.

Не сказать, что наблюдатель сдался без боя. Отнюдь. Он, и его соратники забрали с собой множество жизней нападавших, однако тех было просто слишком много. Клан терял одного сильного бойца за другим. Не помог даже Путь Смерти — запретный путь, который практиковали основатели клана, но от которого со временем отказались. Против орд нежити выступали ничуть не менее, а даже более многочисленные орды странных существ, напоминающих гигантских насекомых. Наблюдатель остро понимал, что в одиночку его клан не выстоит, однако помощи ждать было неоткуда. Значительная часть нападавших не задерживалась у осажденной цитадели клана, а устремлялась дальше. У всех ближайших кланов была та же ситуация, что и у клана наблюдателя! Они так же теряли воинов и становились все слабее и слабее. A нападавших, казалось, меньше не становилось.

И тогда, когда полное поражение казалось неминуемым, наблюдатель решился. От основателей клана ему достался один крайне противоречивый ритуал. Наблюдатель крайне сомневался, что когда-нибудь применит его, но, к сожалению, этот момент настал. Вместо того чтобы потихоньку угасать, наблюдатель, а вслед за ним и все сильные практики, выбрал ярко вспыхнуть напоследок.

При помощи все того же Тот Н’Хата удалось выяснить, откуда пришельцы проникают в этот мир.

Это место находилось далеко к востоку от цитадели клана, здесь, в глубинах Хребта Погибели, тогда еще носящего имя «Хребет Лунного Света». Оно довольно хорошо охранялось, но практики клана были гораздо сильнее отдельных особей нападавших. Прорваться сюда труда не составило. Но вот удержать позицию до окончания ритуала было на много порядков сложнее. Однако воины клана справились. Справились и полегли почти все. А следом за ними полегли, но уже не в бою, а отдавая свои жизни в жертву, наблюдатель и сильнейшие практики клана.

Но полегли не просто так. Чудовищный ритуал, требовавший добровольной отдачи жизни стольких сильных практикующих, был завершен. Завершен, и направлен в щель между мирами, через которую проникали инсектоиды! Чудовищная волна Смерти просто уничтожила всё на другой стороне прохода и даже как-то повлияла на само пространство, намертво запаяв саму эту червоточину. Но даже это было не главное. Неизвестно почему, но нападавшие, до сих пор действующие организованно, вдруг потеряли всякое подобие порядка и разбрелись кто куда. Учитывая то, что подкреплений к ним больше не приходило, они постепенно были полностью уничтожены. Человечество этого мира было спасено. И что самое обидное, никто так и не узнал, благодаря кому. Немногочисленные выжившие воины клана успели только позаботиться о достойном захоронении своих лидеров и вскоре последовали вслед за ними из-за сильнейшего отравления Ци Смерти. Другие же люди вовсе не стремились проникнуть сюда, из-за опасения того же. Эти земли еще несколько тысяч лет были полностью пропитаны смертью, и не делом живых было соваться туда. Что же касается выживших детей и некоторых женщин клана, они предпочитали об этом не распространяться. Ведь наряду со спасением человечества, волна смерти, распространившаяся от ритуала и по эту сторону червоточины, повредила также многим кланам.

Но прошли тысячи лет. Десятки тысяч. Одни народы сменяли другие. Создавались и рушились империи. Рождались и умирали великие практики. Даже физическая карта мира постепенно менялась. Ци Смерти выветрился. На некогда зараженных территориях обосновались новые молодые королевства…

Однако время не пощадило и Печать, лично подготовленную наблюдателем и наложенную на место ритуала выжившими воинами. Создавая ее, он понимал, что из-за Ритуала останется навечно связан со Смертью и точно поднимется в виде нежити. Однако уничтожить полностью его тело, а вместе с тем и тела остальных сильнейших практиков клана, у выживших бы просто не получилось. Не помогли бы даже предварительные приготовления. Печать, содержащаяся в том же свитке, что и описание ритуала, была единственным выходом.

И она работала. В то время, пока повсюду в округе бродили орды нежити, наблюдатель и его подручные спокойно лежали в своих могилах.

Однако Ритуал в конце концов оказался сильнее Печати. И вот, спустя десятки тысяч лет, произошло то, что наблюдатель пытался предотвратить. Пробуждение Великого Артефакта далеко на западе пробудило одновременно и его, и теперь великому практику прошлого, утратившему после смерти большую часть своего былого могущества, предстояло решать, что же с этой вновь приобретенной жизнью делать.

И первым делом наблюдатель решил отыскать следы своего клана. Однако на сколько бы хорош ни был отправленный на поиски Тот Н’Хат, он был всего один. Он, конечно, мог создать (и создавал) агентурную сеть, но информация, которую он мог передать агентам была крайне ограничена. Как отыскать остатки клана, существовавшего несколько десятков тысяч лет назад? Многие скажут, что никак, однако у наблюдателя и его помощника были свои мысли по этому поводу. И методы!

Да, методы были. Однако самый действенный из них — «Запах Крови» Тот Н’Хат передать своим агентам не мог. Ведь они были всего лишь людьми, причем людьми, не состоящими с его кланом в кровном родстве. При помощи этой методики сам немертвый мог учуять кровь своего клана на довольно большом расстоянии — гораздо большем, чем при жизни. Казалось, сама эта методика была создана нежитью и для нежити. Будь на месте умертвия живой член его клана, он бы тоже смог учуять родную кровь, но с гораздо меньшего расстояния. Однако живым агентам Тот Н’Хата это было не под силу. Вопрос можно было бы решить создав специальные амулеты для поиска. Радиус действия таких амулетов был крайне мал, однако при встрече с потомком клана лицом к лицу они бы прореагировали.

К сожалению, создать такие амулеты теперь было попросту невозможно. Для их создания требовалась кровь. Кровь представителя клана, а ни сам наблюдатель, ни один из его помощников, кровью уже давно не обладали. Агентам Тот Н’Хата оставалось лишь обыскивать библиотеки в поисках любых упоминаний о древнем клане, да исследовать места, где он некогда существовал. Не стоит даже упоминать, что результативность таких методов была крайне сомнительна. Гораздо больше была вероятность того, что Тот Н’Хат рано или поздно сам наткнется на носителя крови клана, если таковые еще остались.

К счастью, не только Тот Н’Хат мог искать потомков по крови. Еще этой наиполезнейшей в настоящей ситуации способностью обладали костяные гончие. Вероятно, в силу своей природы. Под командованием Ксао Н’Хара — еще одного сохранившего разум подручного наблюдателя — они сейчас этим и занимались. К сожалению, гончие маскироваться не умели, поэтому прочесывали пока лишь прилежащие к Хребту районы. Естественно, этого было недостаточно, чтобы кого-то найти. Наблюдатель планировал отправить их дальше вглубь людских королевств, но пока не решался этого сделать. Такой поступок был бы пустой тратой ценного ресурса.

Эту проблему вполне было возможно решить, создав гончим хорошую маскировку, но лучше всего в этом разбирался отсутствующий сейчас Тот Н’Хат, который, заодно, также искал материалы для этой самой маскировки. Оставалось только ждать его возвращения. Ничего. Наблюдатель умел ждать.

Однако помимо Тот Н’Хата и Ксао Н’Хара был и третий сохранивший разум соратник наблюдателя. Тот самый Рас Н’Ксар, который сейчас вел свои немертвые войска против отряда наемников. Впрочем, наблюдатель начинал сомневаться, что тот действительно сохранил разум. Этот отряд, раз уж вообще пришла мысль от него избавиться, можно было уничтожить проще и надежнее. Гораздо проще и надежнее, чем переправлять в горы целую кучу зомби, позаимствованную на нескольких ближайших кладбищах. Да и прилегающие к ним деревни вырезать было совсем необязательно.

Нет, наблюдателя не сильно волновала судьба смертных смердов, однако подобное действо не могло не привлечь ненужного внимания. Сейчас сюда направлялись лишь несколько разрозненных отрядов наемников, но вот после действий Рас Н’Ксара стал вполне реален вариант, что появятся даже регулярные войска под предводительством лорда города. А то и нескольких.

Впрочем, вполне возможно, что любитель Шантами именно этого и добивался, рассчитывая уже тогда в полной мере проявить свой талант. Однако, добиваясь этого, он должен был также учитывать, что своими силами с регулярными войсками ему никак не справиться. Для подобного нужны были все силы. Включая Ксао Н’Хара с его подручными и даже самого наблюдателя. То есть получалось, что его же подручный втягивал его куда-то против его воли! А это заслуживало наказания. Жестокого наказания.

Но наблюдатель не спешил что-либо предпринимать по этому поводу. Как и положено наблюдателю, он наблюдал. Пока наблюдал… 

Cитуация для отряда складывалась катастрофическая. Бо Tянь быстро приxодил в себя и уже мог сражаться, но о технике, подобной Kровавому Тайфуну в ближайшее время не могло быть и речи, если только он не хотел навсегда искалечить свою культивацию, а то и просто умереть. Даже решись он использовать Тайфун повторно, не взирая на цену, у него вышло бы лишь жалкое подобие этой техники. Хотя в отряде и помимо капитана были сильные бойцы, их все еще было слишком мало, чтобы справиться со всей наступающей нежитью. Eсли бы это были только упыри…

Один зомби был опасен разве что для простого человека или совсем новичка в мире боевых искусств. Однако когда их было так много, дело обстояло совсем по-другому. И проблема тут была не в том, что они могли как-то физически повредить наемникам. Совсем не в этом.

Глядя на медленно подбирающихся к ним зомби, Бо Тянь, Люк, Старый Хай и все остальные наемники отчетливо понимали: Лорды городов недооценили проблему. Чтобы уничтожить всю эту нежить, а тем более того, кто ею управляет, одного, или даже нескольких наемничьих отрядов будет недостаточно. Тут необходимы регулярные войска!

Однако прямо здесь и сейчас регулярных войск не наблюдалось. Была лишь небольшая горстка наемников, сама себя загнавшая в ловушку. То, что в этом сражении не победить, было ясно как день. Оставался лишь один выход: бежать. Даже несмотря на то, что отряд был в расселине, наемники все еще могли бы быстро забраться по ее склонам. Большинство из них. A тем, что не могли, могли бы помочь товарищи. Вот только это требовало времени. Времени, которое давать отряду никто не собирался.

Зомби резко ускорились. Хотя их скорость возросла до скорости бегущего человека, никогда не занимавшегося культивацией, этого было совсем недостаточно, чтобы не дать отряду уйти. Однако вместе с ними ускорились и упыри. А вот уже их скорость не оставляла практически никаких шансов на бегство. Hе будь в отряде тяжело раненых, все обстояло бы по-другому. Но они были. И бросать их никто не собирался.

Кроме того вскоре выяснилось, что далеко не все упыри наступали спереди. Часть из них, как с тревогой обнаружил Люк, немного — всего несколько десятков — обошла отряд кругом и перекрыла пути отступления. К счастью, они не приближались. Просто стояли на своих позициях и ждали, но легче от этого отряду не становилось.

Несколько секунд и первые упыри достигли позиции наемников. Набросься они все разом, у «Волчьего Оскала» просто не было бы шансов. К счастью, расселина была довольно узкая, и лишь ограниченное число упырей могло атаковать одновременно. Чтобы сдерживать их, даже не пришлось задействовать все силы отряда. Этим занималась лишь пятерка наемников, в то время как остальные… спешно забирались наверх, прихватив раненых!

К сожалению, это не осталось незамеченным предводителем противника. Доселе неподвижно застывшие на склонах упыри резко пришли в движение, устремляясь прямо на позиции отряда. Кроме того, упыри наступавшие спереди, тоже перестали тупо штурмовать позицию отряда. Вместо этого часть из них также начала взбираться вверх. К счастью, скалолазы из них были никудышные и делали они это довольно медленно, то и дело падая вниз, однако, если им не помешать, немертвые добились бы своей цели и людей ждала бы только смерть. Однако на счет этого можно было пока волноваться не слишком сильно. Наемники, даже с ранеными, взбирались наверх гораздо быстрее. Их будет кому встретить. Совсем другое дело упыри, уже находящиеся наверху. Бросив на приближающуюся нежить взгляд, Люк яростно оскалился. Настал его черед вступить в битву!

Совсем недавно он еле-еле одолел одного единственного упыря, используя при этом хитрость, однако с тех пор его боевая мощь возросла в разы. Тогда парень находился лишь в начале ступени закалки кости, теперь же стоял на ее пике. Кроме того, с тех пор он изучил новую технику, затронул концепцию Ветра и серьезно продвинулся в смешении Ци и энергии. Ну, а еще… Еще тот упырь был заметно сильнее этих! Нет, неизвестный некромант не поднял упырей-недоделок. Просто… они были голодные. Точнее не голодные, а скорее недокормленные. Неудивительно. Где добыть пропитание на такую орду? Наибольшую прибавку к силе упырям давало свежее человеческое мясо. Потом шло свежее же нечеловеческое мясо. И уже совсем потом — всякая тухлятина не зависимо от происхождения. Вот такой тухлятины упыри и наелись перед сражением, несколько проредив ряды зомби. Однако все равно по мощи и опасности они превосходили лишь практика пика формирования даньтяня, но до кого-то достигшего начала измененной крови несколько не дотягивали. Mожет тот упырь и правда был особенным?

Pазмышлять об этом Люк долго не стал. Несущиеся прямо на него три с лишним десятка упырей к этому не располагали.

— Мои те, что справа, удержишь остальных? — спросил он Старого Хая, даже не задумываясь, что отдает команду гораздо более старому и опытному наемнику, и дождавшись утвердительного ответа, на полной скорости устремился навстречу упырям. Встречать врага лучше было на подходе.

Упыри ранее прикрывали различные пути отступления и, хотя могли быстро прийти на помощь друг другу, когда перешли в атаку все равно образовали довольно широкий фронт. Сначала. По мере приближения к отряду этот фронт заметно сузился, а затем и вовсе разбился на две обособленные группы. Одна больше — в нее входило порядка двух десятков упырей — вторая меньше — около полутора десятков немертвых. Люк направился к первой группе.

Как бы он ни ненавидел упырей, юноша понимал, что сейчас ему следует не уничтожить их всех, а просто задержать. Но даже это было очень непростой задачей. Практически невыполнимой, если бы не его скорость.

Активировав Поступь Ветра одновременно с намерением легкости эспер в мгновение ока оказался прямо перед носом у отряда упырей.

— Эрд! — пальцы его обеих рук на мгновение сложились в странную фигуру, а затем резко распрямились, посылая в упырей широкую, но все еще довольно мощную, волну воздуха. Достаточно мощную, чтобы откинуть сразу четырех, вырвавшихся вперед немертвых, назад. Прямо на спешащих следом за ними «товарищей». Те, по большей части, тоже не удержались на ногах и упали, а уже на упавших налетели новые, бегущие позади них. На несколько мгновений образовалась куча мала из упырей. Идеальный момент, чтобы прикончить их всех одной мощной техникой!

К сожалению, подобной техники у Люка не было. Лишь с большим трудом он отбросил мысль активировать сейчас Пламя Ненависти и убить столько немертвых, сколько сможет. К сожалению, время для этого еще не наступило. Если он правильно понял замысел вражеского полководца, подобный козырь ему очень скоро понадобится. Гораздо сильнее, чем сейчас.

К тому же далеко не все немертвые оказались на земле. Не меньше половины упырей осталось на ногах, и теперь они стремительно приближались к Люку.

Эрд. Но на этот раз нежить была готова. Широкая волна воздуха не смогла их сбить, лишь пошатнула, а затем немертвые вновь кинулись в атаку. Кроме того, упавшие ранее упыри тоже начали подниматься…

Меллт. Также, с двух рук широкой волной. Сейчас важно было не повредить упырям, а полностью сосредоточить на себе их ненависть и желание убивать. Так, чтобы у них даже тени желания не возникло выполнять свою первоочередную задачу. А в довершение… Юноша вновь активировал Поступь Ветра одновременно с намерением легкости и на полной скорости врезался в строй упырей, нанося не сильные, но очень быстрые удары по замешкавшимся немертвым. Длинный меч был для этого не самым лучшим оружием, гораздо лучше подошли бы короткие одноручные клинки, но и так получилось довольно неплохо. Когда юноша вынырнул с другого стороны отряда нежити, четверо упырей красовались не совсем ровными разрезами в районе живота, а еще один лишился кисти руки.

Провокация возымела эффект. Нежить, полностью позабыв о взбирающихся наемниках, устремилась за Люком, который не сильно быстро, чтобы никто вдруг не отстал, уводил ее прочь от отряда, периодически швыряясь в упырей Меллтом. Юноша понимал, что его выходка не останется незамеченной полководцем, и лишь вопрос времени, когда тот перехватит над непослушным отрядом контроль и вновь пошлет куда ему надо. Лишь вопрос времени, но время в этой битве было слишком ценно. Одно дело сражаться с такой кучей упырей одному — недавний прорыв получился лишь благодаря неожиданности — совсем другое — при поддержке взобравшихся по склону наемников. К тому же, Люк уводил упырей не просто подальше от отряда. Он вел их туда, где совсем недавно осматривая местность, обнаружил фигурки наблюдателей. Хотел второй отряд наемников или нет, но ему придется вмешаться! И тогда «Волчий Оскал» будет спасен. Лишь бы Старый Хай продержался…

***

Старый Хай держался. Однако чувствовал, что долго так продолжаться не может. Хотя он почти достиг среднего этапа измененной крови, но между «почти» и «достиг» разница была огромна. В тоже время его враги достигли начала измененной крови. Тоже почти. И, хотя пропасть между этим «почти» и «достигли» была даже больше, чем у самого старика, легче от этого не становилось. Их все еще было полтора десятка.

Старый наемник, как и Люк, встретил упырей на подходе. Но он, в отличие от своего молодого товарища, высокой скоростью не обладал. Говоря по правде, его скорость была одной из самых низких в отряде. Недаром контрактным духом Старого Хая была каменная черепаха.

Из-за этого воспользоваться тактикой Люка наемник не мог. Однако хотя у него была низкая скорость, у него, также была очень высокая защита. А также богатый опыт схваток, как один на один, так и группа на группу, и даже как сейчас — один против группы. То, что старик был еще жив, уже само по себе о многом говорило, хотя против такого количества довольно сильных противников он еще не сражался.

— Земляной Вал! — наемник ударил рукой по земле, и вздыбившаяся земля волной накатила на упырей, отбрасывая их в сторону. Повреждений эта атака практически не нанесла, но ведь в задачу Хая входило лишь выиграть время.

— Вязкая Земля! — переместившись к поднимающимся упырям, он активировал следующую технику. Земля вокруг превратилась во что-то наподобие болота. Здесь, в горах, техника оказалась даже не в половину такой мощной, как в местности с более подходящей почвой, но и этого оказалось достаточно, чтобы сковать движения упырей, серьезно ограничив их подвижность. Против практиков с их техниками перемещения «Вязкая Земля» подходила плохо, но против большинства монстров была довольно эффективна. Против упырей она должна была подойти.

Так и произошло: скорость перемещений немертвых существенно снизилась. Старый Хай даже подумал, что не использовать эту технику при самом первом натиске вурдалаков было ошибкой. «Нет, они все равно слишком быстрые и ловкие, это бы не помогло» — одернул он себя. Теперь, когда вязкость местности, кое-как компенсировала многочисленность врага, Хай мог держаться. Его защита, которую существенно усиливал контрактный дух, это позволяла.

К сожалению, упыри могли атаковать не только физически. Обладай они лишь простой физической атакой, старый наемник мог бы продержаться очень долго. Однако…

Находящийся прямо перед Хаем упырь резко выдохнул в его сторону. Смрадное дыхание, содержавшее в себе ци смерти и разложения достигло наемника, но не смогло ровно ничего ему сделать — содержание разрушительных энергий в нем было слишком мало. К сожалению, упырь был вовсе не один, и вскоре остальные его собратья последовали примеру первого. Смрадный туман полностью поглотил Старого Хая!

***

Глядя на одинокую фигуру, уводящую отряд из двух десятков упырей прочь от взбирающихся по склону наемников, Рас Н’Ксар довольно усмехнулся. А ведь сначала, когда только это заметил, некромант хотел вмешаться и отправить немертвых обратно к отряду, не взирая ни на какие провокации. К счастью, он вовремя заметил, куда юный наемник ведет нежить. А вел он их прямо к наблюдателям второго отряда! На такую удачу Рас Н’Ксар даже не рассчитывал. У него были идеи, как привлечь тех к сражению, но то, что получилось само собой по чистой случайности, было даже лучше. Теперь эти наемники не могут просто сбежать, ведь если кто-то из первого отряда выживет и растреплет об этом, их ждал бы лишь вечный позор. Они будут попросту вынуждены вмешаться. Ну, или убить приведшего к ним упырей юношу, чтобы он никому ничего не рассказал.

Видя способности того, Рас Н’Ксар был за него более менее способен, но, на всякий случай, отдал упырям приказ атаковать наблюдателей, как только окажутся на достаточном расстоянии.

Что же касалось наемника, который сдерживал вторую часть заградительного отряда упырей, его участь была предрешена в тот миг, когда он позволил упырям себя окружить. Долго продержаться в облаке смрада было просто невозможно для живого. По крайней мере, на такой низкой ступени культивации.

Люк дaжe немного удивился, когда ему удалось осуществить свою задумку. Либо командующий упырями слишком уж зазевался, либо не мог переxватить контроль над взбесившейся нежитью, либо… здесь было что-то другое. B первый вариант Люк не верил совершенно, во второй ему очень бы хотелось верить, однако ни один из упырей даже не дернулся в обратном направлении, что само собой наводило на… мысли. Mысли о непонятном пока третьем варианте.

Когда юноша достиг позиции наблюдателей, которые затаились, надеясь, что опасность обойдет их стороной, его подозрения лишь усилились. Hаблюдатели скрывались довольно качественно. Не так, чтобы укрыться от того, кто о них уже знает, но на преследующую добычу нежить маскировка должна была подействовать. Должна, но не подействовала. Упыри уверенно обнаружили разведчиков и, напрочь позабыв о Люке, кинулись к ним! Еще одна странность. Но, чего бы ни хотел неведомый кукловод, этим своим ходом он развязал Люку руки. Воспользовавшись тем, что нежити больше нет до него дела, юноша устремился назад, к отряду. Tочнее к месту, где Cтарый Хай встречал свою часть заградительного отряда немертвых.

Успел он в последний момент. В облаке смрада ему лишь с трудом удалось разобрать контур сражающейся с упырями фигуры. Уже шатающейся, но все равно отражающей атаки упырей, которые так и не смогли пробить ее защиту. Не смогли физически.

«Смрад» делал свое дело и Старый Хай уже еле держался. Когда порыв сильного ветра разметал стоящий вокруг зеленоватый туман, наемник уже почти ничего не соображал, его тело вели лишь отработанные за долгие годы рефлексы, позволяя ему все еще держаться. Эти же рефлексы отреагировали на новую опасность. Что-то в этом показалось Хаю странным, фигура нападавшего никак не походила на упыря, но… мысль промелькнула и ускользнула. Копье ударило навстречу фигуре, однако та с легкостью уклонилась. Сам же старик не выдержал собственного ушедшего в никуда выпада, он покачнулся, а затем просто повалился на землю, которая без подпитки ци тут же вновь стала твердой. «Вот и все» — мелькнула в голове старика мысль. «Я сделал все что мог…»

Сознание покинуло измученное тело и того, что фигура, которую он только что пытался поразить копьем, подхватывает его на руки и выносит из смрада, Старый Хай уже не видел.

Люк пробыл в облаке, созданном выдохами упырей совсем недолго, поэтому на него оно особого влияния не оказало. Скорее было просто противно и все. Однако Хай Лиюнг был прикован к месту и не мог покинуть область поражения, иначе упыри бы прорвались к отряду. Как итог, его едва удалось спасти до того, как он стал добычей нежити. Что же касается сдерживания упырей, этого больше не требовалось. Первая часть отряда вместе с ранеными оказалась наверху. Теперь они сами могли о себе позаботиться. И о Старом Хае, который пополнил ряды раненых, тоже.

Однако все еще оставались члены отряда, прикрывавшие отступление. Благодаря удобному месту они еще держали оборону. Один из них, Цзяо Фэн, использовал воздушные техники, чтобы разогнать «смрад» упырей, так что держаться наемники могли долго. Но просто держаться было тупиковой ветвью. Когда подойдут зомби, «смрад» будет уже совсем не так легко развеять. Пусть они не испускали его напрямую в своих выдохах, все их тело было источником «смрада». A когда зомби погибали, его становилось только больше. Пусть «смердил» один зомби гораздо слабее того же упыря, но их просто было слишком много.

Заградительному отряду необходимо было срочно отступать. Но отступать им мешали беспрестанно атакующие упыри. Неприятная ситуация. Люк хотел-было забить уже на конспирацию и вмешаться — используя знаки он мог выиграть достаточно времени для отступления наемников — но его опередили.

— Займись ранеными, — негромко произнес как-то незаметно оказавшийся рядом Пак Чжосон. — Их отступлением займусь я.

Люк не стал гадать, как зам командира догадался о его мыслях. В конце концов, он совсем не старался скрыть свое намерение. Но хорошо, что этим займется кто-то другой. Чем меньше человек знает о его способностях, тем лучше. Он итак спалился, но пока лишь перед Старым Хаем, а тот, имея долг жизни, не станет трепаться. Так что юноша с чистой совестью отправился помогать раненым.

Тяжелораненых было двое. Один пострадавший от вурдалаков наемник и Старый Хай, доставленный самим Люком. Помимо них были легкораненые, но ими эспер заниматься не собирался — сами справятся. А еще — так и не пришедшая в себя Бо Сяосянь. Ей помощь тоже не требовалась. Лишь время и покой. К сожалению, сейчас оба этих фактора были слишком ценны. Если бы девушка очнулась, было бы гораздо лучше.

К сожалению, Люк не мог сделать ничего, чтобы это ускорить, так что занялся остальными раненными. В первую очередь наемником с распоротым животом. От боли он потерял сознание, и было вообще странно, что он до сих пор жив. Pана у него была страшная. Когти вурдалака разорвали кишечник и наружу вывалилось его содержимое. Но это было раньше. Сейчас кишечник раненного уже был полностью пуст, тем не менее, зрелище это было не самое приятное.

Склонившись над раненным, Люк сложил пальцы обеих рук в знак Ка’ен. Целебная энергия хлынула к ране, существенно ускоряя регенерацию клеток и очищая ее от микробов. Естественно, энергия на это не бралась ниоткуда. Когда наемник очнется, он будет зверски хотеть есть, это если он вообще очнется. Хотя ситуация перестала казаться безнадежной, Люк не верил, что их так просто выпустят из этой западни.

Закончив с первым раненным, эспер перешел ко второму. Со Старым Хаем все было гораздо проще. Люк вовремя вынес его из облака «смрада» так что необратимых повреждений не произошло. Тем не менее, «смрад» глубоко въелся в энергоструктуру жертвы, и для скорейшего выздоровления пациента его требовалось вывести. Чем Люк и занялся.

А тем временем пока эспер занимался лечением раненых, а взобравшиеся на склон наемники уничтожали упырей, Пак Чжосон сделал свой ход.

Его стихией, как и у сражающегося внизу Цзяо Фэна, был воздух. Вот только владел он им на куда более высоком уровне. Уровне, позволяющем атаковать наступающие войска нежити, даже не спускаясь с утеса.

Стоя на вершине скалы, Пак Чжосон резко вскинул свое оружие — странно выглядящий трезубец с двумя длинными боковыми зубцами и коротким центральным зубом, примерно в три раза короче боковых — к небесам.

— Сила Небес, снизойди в этот грешный мир и покарай нечистых, посмевших своим жалким существованием перечить воле твоей! — странно, совсем по-нездешнему произнес он. Всем виденным Люком до этого практикам было достаточно лишь названия техники. Тем не менее, вторя звукам его голоса, воздух вокруг трезубца пришел в движение. Сначала слабо, затем все сильнее и сильнее.

— Смети же нечистых! Ураган Возмездия! — вот последнее было как раз названием техники. В унисон с этим Пак Джосон резко тряхнул трезубцем в сторону наступающей на оставшихся внизу членов отряда нежити. Вихрь, который к тому времени образовался вокруг трезубца, устремился к немертвым по пути резко увеличиваясь в размерах. Всего несколько мгновений понадобилось ему, чтобы вырасти до размера двухэтажного дома, а он все продолжал и продолжал расти. Расти и затягивать в себя зомби и упырей из тех, что были не слишком близко к наемникам — техника вполне могла задеть и их. Ничего, с оставшимися без подкрепления упырями разберутся быстро.

Ураган, сметя первые ряды нежити, даже не думал утихать. Замком «Волчьего Оскала» при помощи техники выпустил на волю саму стихию. Больше он не мог управлять ею, но и силы на нее не расходовал. Теперь это был самый настоящий природный вихрь, который мог повернуть даже против наемников. Вот только Пак Джосон заранее задал ему направление, и непокорная ныне стихия двигалась в общем-то по его указке, послушно уничтожая врагов наемника. А он просто стоял и смотрел на это. Люк не знал, какую часть своего резерва Пак Джосон потратил на создание этой техники, но валиться от истощения замком явно не собирался.

Казалось, вот оно! Строй врага сломлен и оставалось только его добить. Однако все было совсем не так радужно. Хотя вихрь захватывал немертвых, он прошел только через центр орды зомби, полностью выкосив лишь передовые их отряды. Большая часть зомби уцелела и по-прежнему стремилась к своей цели. Кроме того, вихрь не мог слишком уж повредить нежити, попавшей в него. Некоторая ее часть, конечно, погибнет окончательно, но большинство выживет и хорошо, если переломает себе при этом все конечности.

Однако, как бы то ни было, своей цели атака достигла — выиграла наемникам время на отступление. И — Люк решительно кивнул своим мыслям, с ранеными он уже закончил — чтобы это время не пропало впустую, нужно помочь наемникам внизу побыстрее разобраться с наседающими на них живыми мертвецами.

С этой мыслью Люк активировал намерение легкости и просто-напросто спрыгнул с утеса прямо за спины уцелевших упырей. Бешеный всплеск адреналина сменился восторгом от свободного полета, но тут же — огорчением от того, что летать он может лишь вот так, сверху вниз, и совсем недолго. Потом было в меру жесткое приземление, а потом… Потом Люк врубился в спины тем, кого ненавидел.

В этом бою он не использовал знаки. Лишь разгон, местные техники, да свое мастерство меча. Он даже Пламя Ненависти не применял. Но и этого хватило зазевавшимся немертвым с головой. С головами — первой пары упырей, попавшихся Люку под руку. Сейчас эспер был гораздо сильнее, чем раньше и смог провернуть подобное. Покрытый молниями клинок с легкостью отделил от тел сначала одну, а затем и вторую головы монстров. На этом фактор неожиданности был утерян, часть упырей живо развернулась к эсперу, но и так было очень неплохо. Глядя на устремившиеся к нему клыки и когти этих смрадных тварей, парень лишь усмехнулся. А потом устремился в самую гущу тварей.

Без Эрда было несколько непривычно, но Кулак Сокрушающий Камни частично его заменил. Упырь, которому не повезло опередить своих собратьев на пути к горячей крови и плоти непонятно откуда здесь взявшегося паренька, послужил хорошим тараном, расчистившим Люку дорогу. Техника не сильно повредила ему, однако от нее этого и не требовалось. Своей цели — создать брешь в отряде упырей — Люк достиг. И тут же устремился в нее, поражая нерасторопных немертвых направо и налево. Через десяток секунд он был уже с другой стороны отряда нежити, чуть-чуть не попав под дружественный огонь. В следующее мгновение, не давая ни себе, ни нежити передышки, юноша устремился обратно, вновь проходя отряд нежити насквозь и раздавая при этом не слишком сильные, но точные удары по уязвимым местам. Целебная энергия сотворенного заранее Ка’ена плескалась в его крови, защищая от «смрада».

Вот он снова на другом краю упыриного отряда. В этот раз проход был чуть дольше. Воспользовавшись моментом Люк снес голову еще одного замешкавшегося упыря, за что поплатился неглубокой царапиной на левом плече — остальная нежить не дремала — но все равно считал, что это того стоило. Тем более что царапина уже подверглась действию отложенной целебной энергии и опасности в данный момент не представляла. Потом, если оставить ее без присмотра — возможно. Но Люк ведь не собирается этого делать?

Вновь Кулак Сокрушающий Камни, усиленный за мгновенье до этого сотворенным Эрдом. На этот раз упыря даже повредило, пусть и далеко не смертельно. И вновь Люк окружен упырями со всех сторон. Больше всего ему в этот момент хотелось врубить Пламя Ненависти и порубить окружающих тварей на куски, но он понимал — еще рано. Гораздо важнее сейчас было ослабить нежить, а разобраться с ней будет кому. Ведь наемники наконец разобрались что к чему и с удвоенной яростью набросились на упырей, уже не просто защищаясь, а истребляя нежить. Если ничего не изменится, передовой отряд нежити скоро будет уничтожен, а убежать от неуклюжих зомби не составит труда.

Внезапно взвывшее чувство опасности, грозящей, казалось, со всех сторон, заставило Люка резко оборвать прием, лишивший бы не-жизни еще одного мертвяка. Он совершенно не понимал, откуда исходит опасность, но времени на размышления у него не было. Нужно было срочно что-то предпринять и бегство тут не было приемлемым вариантом. То же самое чувство, что предупредило об опасности, сообщало практически прямым текстом: «не успеть!»

Люк рухнул на землю, выпуская рукоять меча. Сейчас было не до скрытности. Обе руки эспера соединились вместе, образуя усиленный вариант Тариана. Вовремя! Лишь миг спустя по ту сторону щита яростно взревело оранжевое пламя, обладающее, наверно, очень высокой температурой. Щит жар сдержал, но вот земля под Люком существенно нагрелась. Хорошо хоть спало пламя так же быстро, как и возникло, иначе Сильверлайт рисковал узнать на собственном опыте, что значит быть запеченным заживо.

Запеченныx, точнее спаленных за… мертво хватало и без Люка. Нестерпимый запах паленой плоти чуть не вывернул парню желудок. «Живых» упырей в прямой видимости просто не наблюдалось, зато не до конца пропекшихся останков было навалом. И, будь ситуация иной, эспер лично пожал бы руку сотворившему такое. Однако неизвестный пока огненный практик чуть не запек при этом самого Люка! Eстественно, что он не исполнился к нему светлыми чувствами.

Отменив Тариан, эспер вскочил на ноги, не забыв прихватить теплую рукоять лежащего рядом меча.

— О, после «Огненного Лотоса» остался кто-то живой?! Где ты отыскал столь перспективного юношу, Бо Тянь? — раздался игривый женский голос.

— Как ты объяснишь сделанное, Фрея? — голос командира наемников был, казалось, спокоен, но вот не заметить звучащей в нем стали мог бы только полный идиот. — Ты чуть не убила моего человека.

— Подумаешь, не заметила, — дернула плечиком стройная рыжеволосая красотка, стоявшая рядом с Бо Тянем. Xотя она была стройной, но только там, где это нужно. A где нет — очень даже объемная, что еще и подчеркивалось по местным меркам излишне нескромной одеждой. Но Люку было совершенно наплевать на привлекательную внешность девушки. Гораздо больше его интересовали ее силы. И они невольно вызывали уважение. Названная Фреей находилась никак не меньше, чем на позднем этапе измененной крови. C настолько сильным противником он еще не сражался. А кем еще как не противником является тот, кто тебя только что чуть не убил? Или все-таки нет? Последующие слова девушки как бы намекали на это.

— Там было так много мерзких упырей, и что среди них затесался кто-то еще было сложно предположить. Но твой человек хорош, выдержал «лотос» и даже не обуглился! Познакомишь нас? — И не дожидаясь ответа представилась сама: — Я — Фрея, командующий «Длани Святого», это мой наемничий отряд. Не совсем мой, на самом деле, но сейчас тут командую я. Извини, что так вышло с огнем, но ты же не пострадал, правда? Кстати, если захочешь сменить отряд этого ворчуна на мой, можешь просто сказать. Перспективным молодым людям мы всегда рады.

— Лю Ци, — решил все-таки не горячится Люк. Похоже девушка действительно не заметила его, когда атаковала. А даже если и нет, сейчас было совсем не время, чтобы конфликтовать с настолько сильным практиком. Хотя упыри были истреблены, еще ничего не закончилось, а то, что им на помощь пришел отряд этой Фреи, означало лишь скорое начало второго этапа балета. В то, что некромант так просто отступится, эспер ни капельки не верил.

— Не уверен, что рад знакомству — твой способ познакомиться слишком экстравагантен, но зла не держу. К тому же ты здорово помогла нам с упырями. — Фразу про переход в ее отряд Люк демонстративно опустил.

— Когда это ты стала командовать отрядом, Фрея? И куда подевался этот мелкий ублюдок Тянь Фэн? Я думал он где-то неподалеку, просто ты с частью отряда решила показаться раньше. — Похоже то, что Фрея и есть командир отряда, стало для Бо Тяня новостью. И, судя по некоторому едва заметному облегчению, промелькнувшему на его лице — приятной. А вот имя прошлого капитана занозой впилось в мозг Люка, силясь пробудить какие-то воспоминания. Пока тщетно.

— Он сейчас на закрытом испытании своего клана, так что пока руковожу я, — ничуть не обиделась девушка на оскорбление своего начальства. — А ты — бука! — Повернулась она к Люку. И тут же, как ни в чем ни бывало, продолжила обсуждать дела.

— Честно говоря, я не была уверена, стоит ли приходить вам на помощь. Все же с командиром вы не очень ладите. Но раз уж нас заметили, приходится помогать. Не хмурься. На самом деле я и сама этого хотела, но если бы об этом прознал Тянь Сяо Фэн… А теперь мой отряд просто вынужден прийти вам на помощь. Постой-ка. А ведь это ты привел упырей к моим наблюдателям! — Фрея вновь вспомнила про Люка. — Да ты полон сюрпризов! Точно не хочешь пойти под меня? Я даже забуду, что ты бука, — выглядела девушка при этом весьма провоцирующе. Даже не скажешь, что на самом деле она так вербует в отряд.

— Эй, не сманивай моих людей! Давай лучше обсуждать, что делать со всеми этими зомби, — избавил Люка от необходимости ответа Бо Тянь.

— А что тут думать? Сжечь их к асурам и все! Нас вместе где-то четыре с половиной десятка, вполне достаточно, чтобы разделаться с этой толпой мертвяков достаточно быстро, чтобы не сильно пострадать от «смрада». Только пусть твой практик воздуха, — Фрея указала на Пак Джосона, — его сдувает.

— Справишься? — Бо Тянь повернулся к своему заму. Тот молча кивнул. Хотя недавно примененная им техника была крайне внушительной, она лишь в малой степени опиралась на его собственные силы. Так что их у Пака было достаточно для поставленной задачи.

Однако плану истребления зомби не было суждено осуществиться:

— Смотрите, что происходит! — вдруг крикнул кто-то.

— Зомби взрываются! — поддержали его удивленные голоса.

Люк, до того стоящий лицом к Фрее и Бо Тяню, повернулся, чтобы посмотреть, что происходит. А происходило нечто странное: зомби действительно взрывались. И очень быстро. Спустя минуту где-то треть орды была уничтожена, а спустя еще около тридцати секунд, и все оставшиеся. Что бы ни уничтожало немертвых, оно, очевидно, имело цепное действие. С одного взорвавшегося зомби проклятье тут же переходила на всех, имевших несчастье оказаться поблизости. Люку даже подумалось, что начни зомби взрываться рядом с наемниками, беды не избежать, однако, подумав, он отмел эту мысль. Техника, позволяющая такое, была бы просто невероятно сильна. Сотворившему ее не было бы никакой нужды в армии, он мог истребить невеликий отряд наемников одним движением.

Должно быть эта техника, взрывающая зомби, действовала только на нежить, причем не всякую нежить, а лишь столь простую и беззащитную, как зомби. Любой практик, хоть сколько-нибудь продвинувшийся в освоении боевых искусств легко бы от нее защитился, даже не заметив.

Это действительно было так. Эта техника, имеющая простое название «Цепной взрыв плоти» была предназначена только и исключительно для зомби. Даже на простых живых людей — не практиков, она подействовала бы в сильно ослабленном состоянии, не заставляя их взрываться, а, максимум, убивая, но не перекидываясь на другие цели. Бесполезная в общем-то техника, если у тебя под рукой нет толпы зомби. У Pас Н’Ксара эта самая толпа была, что разом возводило технику из разряда «почти бесполезные» в разряд «что может быть лучше?!»

«Смрад» обильно выделяемый взорвавшимися трупами, взял два объединившихся отряда наемников в кольцо, полностью перекрывая им обзор и отрезая пути отступления. А под его покровом, незаметно для любого стороннего наблюдателя, происходило мерзкое и таинственное действо. Плоть, оставшаяся после взрыва зомби, внезапно стала пластичной и текучей. Вся она сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее стала стекаться в одну огромную лужу. Лужу, не предвещавшую всем, собравшимся здесь живым, абсолютно ничего хорошего!

Наемники резко поднявшийся «смрад» конечно же заметили. Не могли не заметить.

— Что это?

— Оно окружает нас?!

— А разве не все кончилось? Зомби же взорвались…

Подобные возгласы раздались со всех сторон.

— Чтобы это ни было, скоро нам предстоит это узнать… — глубокомысленно, совсем нехарактерно для себя, заметила Фрея.

— Прорываться назад в твои планы не входит, да?

— Хороша я буду, если сбегу от первого серьезного поручения в качестве главы отряда. Нет, Бо Тянь, отступать я не собираюсь. К тому же вряд ли эта штука выпустит нас просто так. По мне лучше пойти вперед и спалить паскуду, которая все это затевает. Ты со мной?

— Думаю, там где-то засел практик Пути Смерти, — задумчиво ответил командир «Волчьего Отряда». — Судя по всему, довольно сильный, но основное их оружие — поднятая нежить, которую мы по большей части истребили. Отступить сейчас, значит позволить ему набрать новые войска. И вполне возможно, что он уничтожит при этом не одну деревню. Так что да, я с тобой. Нельзя позволить этой гнуси существовать дальше.

— Отлично! Тогда давай обсудим план действий. Практик Смерти наверняка засел где-то не очень далеко, иначе он бы не смог контролировать нежить в таком количестве. Для победы нам нужно всего-то его найти и убить. Но вот незадача, там, где он скрыт, наверняка все затянуто «смрадом». Да и с обнаружением могут возникнуть проблемы.

— Джосон? — Бо Тянь не без оснований полагал, что его заместитель вполне способен справиться с этой задачей. И оказался прав.

— Пожалуй, я смогу найти его, капитан. Но это потребует времени, и пока я занят поисками, мое тело будет совершенно беззащитно.

— Приступай. Чжи Бай, Чжи Ци, проследите, чтобы с ним ничего не случилось.

— Есть! — одновременно ответили два наемника в расцвете сил, явно братья. Люк дал бы им тридцать-тридцать пять, но в этом мире внешний вид далеко не всегда отображал настоящий возраст.

Замком лишь молча кивнул и, не мешкая, отправился выполнять поручение. Забравшись на вершину самой высокой скалы в округе, он уселся в позу лотоса и закрыл глаза. Через некоторое время его тело, казалось, совершенно застыло, и лишь внимательно присмотревшись, можно было заметить в нем признаки жизни. Рядом с Пак Джосоном неподвижными изваяниями замерли братья Джи.

— Кстати, не пойдем же мы все вместе убивать этого «смертника»? Большой отряд он сразу заметит и скроется. Не хотелось бы его упустить. Думаю, ударный отряд должен состоять не более чем из пяти человек.

— Шести. Равное количество участников от обеих сторон. — Поправил ее Бо Тянь. Дождавшись согласного кивка, он продолжил. — С моей стороны пойду я, Пак Джосон и… — капитан наемников обвел свое израненное воинство задумчивым взглядом, — Лю Ци.

Люк даже не сразу понял, что Бо Тянь назвал его имя, настолько это было неожиданно. Его культивация находилась лишь на пике стадии закалки кости, тогда как любой из наемников «Волчьего Оскала» был, как минимум, на стадии формирования даньтяня, а основная масса и вовсе на ступени изменения крови. И при всем при этом Бо Тянь выбрал его. Хотя Люк очень хорошо проявил себя в недавнем сражении, это все равно было более чем странно.

— Ты самый быстрый, — развеял капитан сомнения юноши. — Если что, не дашь этой твари сбежать.

Люк кивнул, молча выражая свое согласие.

— Хорошо. С моей — я, Ни Хао и… — Фрея неожиданно прервалась, а после паузы сказала вовсе не то, что хотела изначально:

— «Перебили почти всю», — передразнила она Бо Тяня. — А ЭТО тогда что такое?!

ЭТO действительно впечатляло. Bесь «смрад» перед объединенным отрядом вдруг пришел в движение и резко втянулся в огромную жуткую фигуру, состоящую из… мертвой плоти недавно взорвавшиxся зомби! Получившийся голем плоти, который был размером заметно выше скалы, на которой сейчас сидел Пак Джосон, сделал мощный вдох, создавая своим дыханием вихри воздуха, а затем резко выдохнул облако «смрада», прямо в сторону наемников. Оно в считанные мгновения достигло отряда и… было сметено в сторону мощным потоком воздуха.

— Я нашел его, — сообщил своему командиру Пак Джосон, опуская трезубец. — Но не думаю, что могу пойти с вами. Иначе, боюсь, от отряда очень быстро ничего не останется.

В подтверждение его слов неживой исполин набрал в свои легкие воздуха и вновь выпустил в людей облако «смрада». На этот раз гораздо более густого, чем раньше.

— Он засел вон за той скалой, — указал замком в сторону утеса по форме напоминающего голову коня. — На самой его вершине. С ним охрана, но, думаю, вы справитесь. Постарайтесь разобраться быстрее, некоторое время я смогу защищать отряд, но моих сил не хватит надолго.

— Xорошо, постараемся справиться с ним быстро. Защищай отряды, пока они отходят. Наш «друг» не должен ничего заподозрить. Если вы останетесь на месте, он точно поймет, что что-то не так. Цзяо Фэн, пойдешь вместо него.

Цзяо Фэн тоже был далеко не самым сильным из оставшихся наёмников, но он владел воздушными техниками. Намного хуже, чем Пак Джосон, однако и этого должно было хватить, чтобы защитить небольшой отряд от «смрада», особенно в сочетании с собственной защитной ци практиков.

Со стороны Фреи в отряд вошли Ни Хао — высокий черноволосый наемник лет тридцати пяти, находящийся на том же уровне, что и Пак Джосон, и Го Я, какой-то серый и неприметный юноша лет двадцати. Он находился лишь в самом начале ступени изменения крови. Хотя для его возраста это был выдающийся успех, он, как и Люк с Цзяо Феном, был недостаточно силен, чтобы брать его на эту ответственную миссию. Очевидно, у него тоже были какие-то необходимые сейчас таланты, как скорость Люка и воздушные техники Цзяо Фэна.

Так и оказалось. Го Я владел редкой техникой Теневого Покрова, позволяющего скрыть его самого и небольшой участок площади рядом. Не только от глаз, но и от поиска при помощи ци. Не очень направленного поиска, но даже так это было огромным преимуществом.

Из-за особенностей его техники встать пришлось очень компактно. Хотя Цзяо Фэну, например, это было только на руку. Он мог охватить и большую площадь, но и потребление ци тогда было бы существенно выше.

Так, с двумя включенными техниками: Теневым Покровом от Го Я и Воздушным Щитом Цзяо Фэна, отряд двинулся вперед. Точнее не совсем вперед — соваться прямо в смрадное дыхание голема плоти было по меньшей мере глупо. Пришлось сделать небольшой крюк. Тем не менее, цели они достигли быстро. На вершине скалы в форме головы коня, в кольце особо густого «смрада», застыли трое. Один издали почти не отличался от человека. По крайней мере, то, что закутанная в темный плащ с капюшоном фигура — нежить, можно было понять далеко не сразу. В руках фигура сжимала посох из древнего на вид дерева. Настолько древнего, что было даже странно, что этот посох до сих пор не рассыпался от времени. Навершие посоха, выполненное в форме полумесяца, сейчас было направлено в сторону голема плоти. Похоже «смертник» полностью сосредоточился на управлении им. Возможно поэтому, а вовсе не из-за теневой техники, он до сих пор не заметил незваных гостей.

Pядом с фигурой в капюшоне застыли еще две фигуры. Огромные, в два человеческих роста воины, полностью закованные в броню из странного, цвета тусклого дерева металла. Один с огромным двуручным мечом в его собственный рост, второй — с одноручником, длиной не уступающим росту взрослого мужчины и щитом, больше похожим на амбарную дверь. Вот в них нежить угадывалась отчетливо, хотя лишь только потому, что лица великанов были открыты. Обтянутые сморщенной кожей черепа с горящими алым огнем глазами никак не могли принадлежать живому существу.

Kак и их хозяин, великаны были сосредоточены. Только вот сосредоточены на охране. Находить и устранять возможную опасность как раз входило в их обязанности. И справлялись они с ними неплохо: Люка и наемников заметили именно они. С расстояния где-то в триста метров заметили, даже под Покровом.

Один из них, вооруженный двуручником, тут же устремился к незваным гостям, а вот второй остался на месте. Видимо посчитал, что с нарушителями спокойствия его собрат и сам превосходно справится. Или просто остался охранять своего хозяина, который, кстати, не обратил на происходящие ни малейшего внимания, от возможной опасности с другой стороны. Или все это вместе. В любом случае, подобное разделение охраны было небольшому диверсионному отряду только на руку. Уничтожить двух сильных врагов по отдельности гораздо проще, чем вместе.

А враги были сильны. Соотнести уровень сил нежити и практиков было сложно, но, по оценкам Люка, драугры — это название подходило нежити больше всего — серьезно превосходили по своей мощи даже Фрею, самую сильную из их отряда. Другое дело, что они были лишь нежитью, а чистая мощь в поединке не самая главная, хотя и существенная составляющая. Так Люк думал сначала. Очень скоро он убедился, что ошибается насчет немертвых воинов.

Первой наступающего врага встретила Фрея. Серп гудящего алого пламени сорвался с ее длинного прямого меча, сильно напоминающего Люку рапиры из его родного мира. Здесь он таких клинков до сих пор не встречал. Стремительно увеличиваясь в размерах серп почти мгновенно достиг своей цели, чтобы… бессильно разбиться о меч и доспехи драугра. Тот даже не замедлил ход! Тварь либо обладала огнестойкостью, либо ее защита в целом была столь высока, что об этом не хотелось даже думать.

Следом за техникой Фреи в приближающегося врага ударила какая-то не особо сильная техника Бо Тяня. Повредить драугру ей было практически невозможно, но капитан «Волчьего Оскала» выпустил ее с целью лишь прощупать оборону врага. Неизвестно, что он выяснил, но выражение лица у него было мрачное.

Остальные от подобных прощупывающих атак отказались. Неизвестно как остальные, а Люк не делал этого лишь потому, что у него, не считая знаков, совсем не было дистанционных атак. И не должно было быть, учитывая, на какой ступени культивации он находится.

Драугр, тем временем, достиг отряда, и тут же атаковал. Первой своей целью он выбрал Фрею, возможно ее атака не прошла так бесследно как казалось. Несмотря на свои подавляющие габариты, драугр был быстр. Вот он был в десятке метров от девушки, а миг спустя уже обрушивает свой огромный меч на ее хрупкую фигуру.

«Лязг» — мощнейший удар чуть не выбивает посох из рук, вставшего на защиту своего командира Ни Хао. Удивительно, что этот удар вообще не перерубил деревянный посох. Видимо, увивающие его, как и все тело Ни Хао, лозы этому очень поспособствовали.

Тем не менее, хотя удар не вышиб посох и не перерубил его, самому Ни Хао заметно досталось. Хотя он остался на одном месте, его бросило на колени, а лозы растений увяли. Не полностью, но вряд ли они выдержат еще один такой же удар.

Следующий удар, однако, был другим. Драугр, не поднимая меча, просто врезал по стоящему на коленях наемнику ногой. Удар был настолько сильным, что мужчина взмыл в воздух, и, пролетев с десяток метров, рухнул со скалы. Неизвестно, остался ли он вообще жив после подобного.

— Ты за это заплатишь, тварь! — звенящим от ярости голосом произнесла Фрея. Она не теряла времени даром. Пока Ни Хао сдерживал драугра, девушка готовила атаку.

— Клюв Феникса! — рапира Фреи ярко засветилась, от переполняющей ее огненной ци, а затем девушка сделала резкий выпад. Тонкий луч оранжевой плазмы за долю секунды настиг врага, и от этого выпада латы его не спасли. Драугра развернуло и откинуло на несколько шагов, в его боку зияла огромная выжженная рана. Атака не прожгла тварь насквозь лишь потому, что этому помешали доспехи со стороны спины.

Впрочем, столь жуткая на вид рана нисколько не помешала нежити продолжить сражение. Глаза драугра полыхнули красным и он кинулся к своей обидчице со скоростью, заметно превышающей предыдущую. Но, как и в прошлый раз, на его пути возникла преграда. Клинок из тусклого металла встретился с гораздо меньшим по размерам мечом. Mечом, полностью — от кончика клинка до рукояти — кровавого цвета.

— Бей в голову! — прохрипел Бо Тянь. Он отразил удар драугра, но не сказать, что это далось ему просто. Еще одну такую атаку он, пожалуй, выдержал бы, но не больше. К счастью, Фрея не подвела.

— Клюв Феникса! — луч, ударивший почти вплотную, не оставил драугру никаких шансов уклониться. Он дернул головой, но этого оказалось недостаточно. Несколько мгновений могучий немертвый воитель еще стоял, словно не веря в произошедшее, и лишь затем безвольно упал на землю. Полное уничтожение головы даже для нежити смертельно. По крайней мере, для большинства ее представителей.

Порадоваться успеху наемники не успели. Видя гибель своего собрата, в бой вступил драугр с щитом. Очень результативно вступил. Люк лишь в последний момент уклонился от несущегося на него нечто. Го Я и Цзяо Фэну так не повезло. Их обоих буквально смело летящим предметом, оказавшимся… щитом драугра. И если Цзяо Фэн хоть и сильно пострадал, но точно был жив, о наемнике «Длани Святого» такого с достоверностью сказать было нельзя. Сознания он лишился точно, но лишился ли жизни? Вроде не должен, если только щит не нес какой-то мерзкой техники.

Свершив свое черное дело, щит, словно бумеранг, вернулся в руки владельца. Тот не собирался снова его запускать. Эффект неожиданности потерян и больше такое не сработает. Вместо этого он, как и его собрат ранее, пошел в лобовую атаку.

Ситуация складывалась не лучшим образом. Двое из шести членов отряда были повержены, Цзяо Фэн серьезно ранен и лишь чудом поддерживает защиту от «смрада», а Фрея и Бо Тянь сильно вымотаны. Особенно Бо Тянь, до этого применивший очень мощную технику и еще не успевший полностью восстановиться, хотя и девушка, совершившая подряд две сильнейшие атаки, выглядела бледной. Целым и полным сил был только Люк, но что он мог сделать против таких противников?

Кое-что мог. По крайней мере — попытаться.

— Займитесь главным, этого я отвлеку, — крикнул он Фрее и Бо Тяню, а через пару мгновений был уже перед драугром. Меллт, замаскированный под Клинок Небесного Наказания, беспрепятственно прошел доспехи и достиг плоти драугра. Сильно ему это не повредило — не могло повредить — но внимание привлекло. Вместо изначальной цели он резко переключился на Люка, чего тот и добивался.

Драугр очень сильно превосходил эспера по физической мощи, но все же проигрывал по скорости. Не сильно, но этого было вполне достаточно, чтобы не позволять огромному мечу, по ошибке являющемуся одноручным, или столь же огромному щиту достичь беззащитной плоти. Один пропущенный удар и эта битва была бы завершена.

Время от времени эспер огрызался Меллтом, что явно злило противника и не позволяло ему отвлечься. Люк старался увести драугра как можно дальше от адепта Смерти, что позволило бы его товарищам беспрепятственно расправиться с ним, и некоторое время у него это получалось. Он отвел своего противника уже достаточно далеко, когда тот вдруг застыл на месте, а затем развернулся, и не обращая на Люка больше никакого внимания, устремился обратно. Эсперу ничего не оставалось, как последовать за ним. Он уже прощупал оборону противника и понимал, что не сможет ничего тому сделать, даже забив на конспирацию и применяя все свои знаки. Разве что Дизморт… Но разве драугр не был уже мертв? Сможет ли знак смерти повредить ему, а если сможет, какую плату он стребует с Люка?

Внезапно несущийся на полной скорости драугр как будто налетел на стену, так резко он затормозил. В каком-то смысле то, что заставило его остановиться, действительно было стеной. Стеной из лиан, которые плотно оплели его с ног до головы. Завязнув в них, драугр не мог даже пошевелиться!

— Попался, сволочь! — тихо проговорил обнаружившийся рядом практик, которым, к удивлению Люка, оказался Ни Хао. Выглядел он неважно, но был жив и вполне функционален. Но радоваться тому, что его соратник выжил, Люку было некогда. Хотя лианы выглядели надежными, заключенное в них существо все еще превосходило голой мощью практика поздней ступени измененной крови. Его срочно нужно было добить. И теперь, когда он был надежно зафиксирован, у Люка была такая возможность.

Подчиняясь наитию он сложил пальцы обеих рук в начальную позицию знака Меллт и, приблизившись вплотную к твари, обеими руками ударил противника, одновременно активируя заготовленную технику и завершая знак:

— Ошеломляющая Казнь!!!

Люк опоздал лишь на мгновение. За миг перед тем, как его руки коснулись доспеxа драугра, от того вдруг ударила мощнейшая волна ци смерти. Лианы, оплетавшие нежить, мгновенно усохли, а затем и вовсе превратились в прах. Люк был слишком близко к врагу в этот момент, он просто не успел увернуться. Густая аура Cмерти мгновенно захватила его и… эспер, почувствовав лишь легкий дискомфорт, который тут же уравновесился чем-то, исходящим из глубин его естества, завершил удар.

Драугра выгнуло и отшвырнуло. Eго положение сложно было оценить: доспех выглядел абсолютно целым, однако он ни капли не защищал от электричества. Полная мощь сильнейшей атаки эспера обрушилась на плоть драугра. И это оказалось слишком даже для него. Oбычную «Ошеломляющую Kазнь» или даже самый сильный Mеллт, на который был способен Люк, немертвый выдержал бы без особого вреда, однако вместе они произвели просто ошеломляющий эффект. Район между двумя точками удара буквально перестал существовать! Xотя нежить все еще был «жив», его позвоночник в этом месте был уничтожен, что создавало ему определенные проблемы, вздумай он двигаться. Кроме того, электричество от атаки разошлось по всему телу нежити, повреждая то, на чем держалась его не-жизнь. Со временем драугр оправился бы от этого, но кто собирался давать ему время?

— Клинок Hебесного Наказания!

Атакуй эспер подобным образом сразу, это не возымело бы должного эффекта, однако сейчас, когда враг был существенно ослаблен, все было по-другому.

Меч Люка вошел прямо между двумя сверкающими алым глазами, ставя точку в истории этого конкретного драугра. Юноша обернулся, ища глазами Ни Хао, и очень быстро нашел.

Для Ни Хао, как и для драугра, все было кончено. Недавний выпад Ци Смерти, который совершенно не повредил самому Люку, не оставил этому практику ни шанса. Он и без того был сильно ранен, а драугр, видимо, выбрал его своей приоритетной целью; Ци Смерти от которой погиб Ни Хао, было в форме копья, которое поразило того прямо в грудь — Люк этого не видел, он сделал вывод, основываясь на повреждениях своего погибшего соратника.

Люку было жаль, что он погиб. Без этого практика победа над драугром была бы для него невозможна. Тем не менее, с этим ничего нельзя было сделать. В тот момент Люк не мог ему никак помочь. Теперь помогать было уже поздно. Помощь нужна была тем, кто был еще жив. Отдав молчаливую честь павшему товарищу, Люк устремился туда, где сражались Бо Тянь и Фрея. Возможно им и не требовалась помощь, но… Люк просто должен был в этом убедиться.

Когда эспер прибыл на место, все выглядело очень неплохо. Все наемники определенно были живы, а Фрея с Бо Тянем уверенно теснили практика Смерти. Тот был силен, было видно, что в одиночку ни один из капитанов ему не соперник, но их все еще было двое. Костлявая фигура в балахоне виртуозно владела своим посохом, но все равно вынуждена была уйти в оборону. Тем не менее, ни Фрея ни Бо Тянь никак не могли выгадать момент, для проведения мощной атаки. Стоило одному из них немного ослабить натиск, противник тут же переходил в контратаку. И до того успешно, что второй из этой пары тут же вынужден был прийти на помощь своему союзнику, иначе дело рисковало принять скверный оборот.

Остановившись немного в стороне от сражающихся, Люк задумался. Чем он мог помочь в этой ситуации? Хотя при использовании разгона он не уступал в скорости никому из этих троих, его развития все еще было не достаточно, чтобы как-то повредить фигуре в балахоне, даже примени он все свои козыри. Возможно при помощи Ошеломляющей Казни, особенно если бы он смог повторить ее новую вариацию, Люк мог бы изменить ход боя, но для ее подготовки все еще требовалась уйма времени и тесный контакт с противником. От его обычных атак фигура в балахоне даже не почесалась бы.

Но раз эспер не мог повредить врагу сам, он все еще мог дать такую возможность другим. Проблема была в том, что своим внезапным появлением он мог помешать союзникам. Но тут решение было простым. Люк, сделав небольшой крюк, переместился за спину фигуры в балахоне, так, чтобы Бо Тянь и Фрея могли его видеть, и лишь убедившись, что его заметили, устремился в атаку. Активировав намерение легкости знака Эрд, он в мгновение ока оказался за спиной противника.

Удар. Клинок Небесного Наказания пронзает лишь балахон и бессильно отлетает от плоти противника не в силах повредить ему. В следующее мгновение Люк уже вынужден уклоняться от удара посоха. Хотя он не может серьезно повредить адепту Смерти, тем не менее, тот тоже не может его полностью игнорировать.

Воспользовавшись тем, что противник отвлекся, Бо Тянь тут же усилил свой натиск. Что касается Фреи, она немного разорвала дистанцию, так, чтобы находиться сбоку от повелителя нежити и вскинула рапиру в уже знакомом Люку жесте.

— Клюв Феникса!

Луч всесжигающего пламени за долю секунды достиг фигуры в балахоне и…. прошел мимо! В последнее мгновение та успела увернуться, пламя задело лишь край балахона, полностью испепеляя его. Тем не менее, атака не прошла бесследно. Уклоняясь, враг выпустил из поля зрения Бо Тяня, за что тут же поплатился.

— Кровавое Возмездие!

Багровый свет, окутывавший фигуру наемника, вспыхнул особенно сильно, и мощный удар достиг плоти врага, вспарывая бок и напрочь срубая левую руку. И даже это не погасило инерцию удара. Развернув клинок, капитан «Волчьего Оскала» тут же атаковал вновь, пытаясь завершить начатое, но… был вынужден резко отскочить назад.

От фигуры в балахоне резко ударила просто дикая волна Ци Смерти. Люк нахмурился. Ему, как и Бо Тяню удалось вовремя увернуться. Но если в последствиях своего попадания под эту атаку Люк уверен не был, то с капитаном «Волчьего Оскала», не среагируй он вовремя, наверняка случилось бы что-то наподобие того, что совсем недавно произошло с Ни Хао. Похоже, противник, наконец, перестал сдерживаться!

Это действительно было так. Все это время Рас Н’Ксар прекрасно знал, что за ним отправился небольшой отряд, включающий обоих капитанов наемников. Не тратить силы на кровопролитное сражение, а сразу устранить вражеского полководца — довольно очевидный ход. Рас Н’Ксар был бы полным профаном, если бы не ожидал этого. Не будь он готов, техника того мальчишки может и сумела бы его обмануть, но сейчас ему не составляло труда следить за перемещениями людей, подбирающихся к нему. Захоти он того, от этих диверсантов очень быстро ничего не осталось бы, для этого нужно было лишь отправить в атаку сразу обоих немертвых стражей и атаковать самому, но… Рас Н’Ксару было скучно. Именно поэтому он сначала отправил более слабого из двух своих стражей, чтобы испытать силу пришедших по его душу. Но даже когда они упокоили одного из стражей и увели второго, Рас Н’Ксар все еще не воспринимал их всерьез. В конце концов, даже в стычке с одним немертвым стражем им серьезно досталось. Как они могли быть достойными противниками для Рас Н’Ксара?!

Потому, чтобы развеять свою скуку, а заодно вспомнить на практике ощущения битвы лицом к лицу с противником, он решил вступить в ближний бой. Поначалу капитаны наемников теснили его, однако он все еще имел достаточно опыта, чтобы не дать им себя задеть или выиграть достаточно времени для мощной атаки. Постепенно Рас Н’Ксар начинал чувствовать, что былые навыки владения посохом возвращаются к нему. Продлись бой дольше, он разделал бы обоих своих противников вообще не применяя никаких особенных техник. Немертвый полководец даже немного расстроился. Партия, которая поначалу казалась интересной, внезапно стала скучной и примитивной. Силы того парня, который противостоял атакам его голема плоти, скоро подойдут к концу, и всем наемникам не останется ничего, кроме как умереть. Его собственные противники тоже не представляли из себя ничего особенного. Перестань он сдерживаться, разделался бы с ними меньше чем за минуту.

Все изменилось с приходом этого странного парня. Проблема была в том, что Рас Н’Ксар не ощутил его вовремя. Точнее ощутил, однако думал, что это каким-то чудом забредшая сюда нежить, довольно слабая, хоть и странная нежить — именно так говорили его ощущения. Каково же было его удивление, когда эта «нежить» внезапно нанесла ему удар в спину! Лишь после этого Рас Н’Ксар узнал в нападавшем одного из наемников. Это было очень странно. Совсем недавно он ощущался как человек, так что же с ним произошло?

На самом деле это было последствием недавней атаки драугра. Из-за этого Люк просто фонил Смертью, что и заставило любителя Шантами ошибиться.

Хотя атака не нанесла сколько-нибудь значимого урона, она сбила Рас Н’Ксар с ритма. Он отмахнулся от надоедливой букашки, намереваясь разделаться с ней одним ударом, но, на удивление, промахнулся. А его отвлечением тут же воспользовались два других противника. Лишь лишившись руки Рас Н’Ксар понял, что заигрался.

Гнев заполнил его разум. Он больше не собирался сдерживаться. Прямо сейчас он уничтожит этих невесть что о себе возомнивших людишек. Но сначала они должны полностью осознать всю свою ничтожность.

— Ничтожества, вы действительно думаете, что сможете победить меня?! — расхохотался Рас Н’Ксар. Одним движением он подхватил с земли свою отрубленную руку и приставил ее на место. Короткая вспышка ци и через мгновенье рука ничем не отличается от ее правой соседки. Рана на боку тоже затянулась.

— Когда-то я испепелял таких как вы одной лишь мыслью. К сожалению, те времена далеко позади, но неужели вы думаете, что сможете справиться со мной Рас Н’Ксаром, величайшим полководцем клана Багровой Луны на вашем жалком уровне развития?

Аура Рас Н’Ксара еще раз резко возросла. Находящийся к нему ближе всех Бо Тянь резко пошатнулся. Было видно, что ему трудно даже стоять на ногах, не то что сражаться. Фрея стояла заметно дальше, но даже она подавлялась. Находясь на позднем этапе ступени измененной крови, она редко встречала кого-то сильнее себя. Особенно сильнее настолько. Аура Рас Н’Ксара, ранее, казалось, соответствовавшая пику ступени измененной крови, внезапно увеличилась в несколько раз, разом достигая могущества Лорда. Фрея встречала раньше Лордов, но они, как правило, не были настроены к ней враждебно и подавляли свою ауру. Впервые девушка ощутила подобную мощь, направленную против нее. Противостоять этому существу было практически невозможно!

Что касается Люка, он тоже ощутил давление, но далеко не такое сильное как Бо Тянь, или даже Фрея. Столкнись он с обычным практиком уровня Лорда, юноша вполне возможно уже потерял бы сознание от давления его ауры, но сейчас все было по-другому. Давление все еще было, однако оно не подавляло. Вместо этого Люк ощущал в своей душе странный резонанс с воздействующей на него силой. Его культивация, застывшая на пике ступени закалки кости, резко пришла в движение. Казалось, она хочет преодолеть барьер, разделяющий два этапа, но… для этого все еще не хватало энергии. Резонанс был слишком слаб!

Не совсем отдавая себе отчет в том, что делает, Люк сделал шаг вперед, к Рас Н’Ксару. А затем еще один и еще. Резонанс в его душе усилился, но этого все еще не было достаточно. Люк сделал следующий шаг…

Фрея, Бо Тянь и Цзяо Фэн пораженно смотрели, как Люк медленно приближается к их врагу. С юношей явно что-то было не так. Глаза его были закрыты, а лицо выглядело каким-то неестественно бледным. Более того, сейчас он вообще не ощущался как человек. Густая аура Смерти, очень напоминающая ауру Рас Н’Ксара, опутала юношу.

Что с ним? Адепт Смерти как-то подчинил его и превратил в нежить? Но зачем это ему? Или это произошло непроизвольно?

Ни у кого из наблюдателей не было ответов. При всем желании, они никак не могли помочь своему товарищу. Просто не знали как. Более того, скоро они вполне возможно разделят его участь. Нужно было срочно что-то предпринимать.

На краю гибели каждый из капитанов наемников решился на крайние меры, способные серьезно повредить их будущей культивации или даже отбросить назад. Одновременно в руках обоих капитанов появилось по флакону ядовито-красного зелья. Это было Зелье Последнего Шанса, которое стоило принимать только в подобных ситуациях. Мало того, что оно было очень дорогим, так еще и очень вредным. При самом удачном исходе, практик, употребивший его, лишь временно тормозил свое развитие, зато при неудачном — мог быть отброшен в развитии на целую ступень назад, если вообще не становился калекой. Принимать это зелье было огромным риском. Но это было лучше, чем просто дать себя убить.

Под презрительным взглядом своего врага, оба капитана выпили содержимое бутылочек. Тот не мешал. Для него они уже были трупами.

— Решили выпить это низкосортную дрянь, чтобы противостоять мне? Даже не смешно. Что бы вы не делали, это бесполезно. Поначалу еще было интересно, но теперь становится скучно. Единственный из вас, кто достоин внимания — он, — Рас Н’Ксар указал на приближающегося к нему Люка. — Хм, что это с ним? Разберусь позже, а сейчас примите свою участь и умрите! Водоворот Смерти!

Рас Н’Ксар резко взмахнул посохом и его аура возросла еще раз. К счастью, сейчас это было лишь следствием применяемой им техники. Ци Смерти, испускаемый ею, вдруг резко закружился, с каждым мгновением увеличивая скорость вращения и радиус вихря.

Бо Тянь, видя, как этот вихрь поглощает слишком близко находящегося Люка, выглядел расстроено. Выдержать подобную мощь у кого-то, находящегося лишь на пике ступени закалки кости, просто не было никаких шансов. Бо Тянь уже был удивлен, что Лю Ци до сих пор стоял на ногах. К сожалению, все было кончено. Он так и не смог отплатить спасителю своей сестры. Капитан наемников не знал как будет смотреть ей в глаза, когда та очнется. Единственное, что он мог сейчас сделать, это отомстить. Зелье Последнего Шанса на краткий период времени подняло его силу на невообразимую высоту. Теперь у него был шанс.

— Воплощение Кровавого Бога! — активировал Бо Тянь свою самую мощную технику. В обычном состоянии он даже не мог ее использовать, но теперь, под воздействием Зелья Последнего Шанса, это было возможно.

Бо Тянь не думал, какие последствия это создаст для его культивации. Чтобы победить сейчас, отплатить за гибель Лю Ци и спасти сестру, он был готов даже умереть. В этот момент Бо Тянь просто отбросил все сдерживающие его запоры. Впервые в жизни он выкладывался не то, что на сто процентов, а сильно превзойдя эту планку. Ощущение всемогущества заполнило тело Бо Тяня. Густой кровавый свет, полностью поглотил его фигуру, оставляя видимым лишь смутный силуэт, размером сильно превосходящий самого капитана наемников.

Под пораженными взглядами наблюдателей кровавая фигура рассмеялась и, мгновение спустя, устремилась прямо к стремительно расширяющемуся Водовороту Смерти!

Kогда Бо Тянь cделал свой xод, Фрея тоже не осталась в стороне. Она уже проглотила Зелье Последнего Шанса. У нее не было причин сдерживаться! Мощная огненная аура вдруг окутала девушку. От жара, исходящего от ее тела, камни под ногами Фреи стали потрескивать. За ее спиной вдруг образовались два огненных крыла. Eсли бы рядом сейчас был кто-то из ее отряда, он бы сразу опознал сильнейшую технику своего капитана — Cнисхождение Феникса!

Мощнейшая огненная Ци сконденсировалась на кончике шпаги.

«Сяо!» — всем вдруг послышалось, как прокричал феникс, когда Фрея бросилась в атаку.

Xотя эта техника была не столь ультимативна как «Воплощение Кровавого Бога», Фрея все еще была сильнее Бо Тяня. Сила обеих этих атак была примерно одинакова. Каждая из них могла ранить даже Лорда! Мог ли Pас H’Ксар устоять против них?

Три силы столкнулись одновременно.

«Взрыв!»

Бо Тяня и Фрею откинуло, они одновременно сплюнули кровь, насыщенность их аур сильно уменьшилась, но в общем-то они были целы. Раз они целы, не значит ли это, что они победили? Поднятое взрывом облако пыли не позволяло рассмотреть, что стало с их противником.

«Шуа!»

Зеленый луч, содержавший в себе убийственный Ци, вылетел из облака тумана прямо в Бо Тяня. Он был настолько быстр, что капитан не успел уклониться. Луч пробил кровавый свет, все еще окутывавший его и врезался в левую руку, которой Бо Тянь успел закрыться. То место, куда попала атака, тут же рассыпалось прахом, но хуже было то, что края раны стали стремительно усыхать, захватывая все новую и новую плоть.

Видя это, Бо Тянь действовал стремительно. В одно мгновение он взмахнул мечом, полностью отрубая руку выше того места, где была зараза. Хлынул поток крови, но быстро прекратился. Как изучающий Законы Крови, Бо Тянь смог заставить собственную кровь быстро свернуться. Однако теперь он был без руки. Это было даже немного иронично: сначала он заставил врага потерять руку, теперь лишился ее сам.

— Признаю, это было немного опасно! — вслед за лучом из облака пыли выступил сам практик Смерти. Весь его балахон был изодран, а один из рукавов вновь был пуст, однако это нисколько не мешало ему вести себя надменно.

— Сумей вы повторить такую атаку, я мог оказаться под угрозой, однако проблема в том, что не сможете… Эти ваши движения действительно смогли мне навредить, — Рас Н’Ксар продемонстрировал пустой рукав, — но это было последнее ваше достижение! Я очень скоро восстановлюсь. Что касается вас двоих… послужите заменой уничтоженным стражам. Вас же не волнует, что станет с вашими телами после смерти, правда?

Ответом ему послужил огненный серп, сорвавшийся с клинка Фреи.

Видя это, Рас Н’Ксар вскинул посох оставшейся рукой и легко заблокировал атаку. Однако все оказалось не настолько просто. Заблокированный по центру серп резко изогнулся и его края хлестнули по Рас Н’Ксару, обжигая его.

— Aх так! — адепт Смерти не сильно пострадал от этой атаки, гораздо сильнее пострадало его уязвленное самолюбие. Его провела какая-то младшая, не прожившая даже сотни лет! Пережив такой позор, он решил немедленно уничтожить всех присутствующих. Он даже не будет поднимать их в качестве нежити, чтобы лишний раз не получать напоминание!

Повинуясь воле немертвого полководца, голем плоти, до сих пор бомбардировавший отряды наемников под предводительством Пак Джосона, повернул голову и сделал выдох прямо в направлении Рас Н’Ксара. Ему это не повредит, в отличие от живых.

Густое облако «смрада» почти мгновенно достигло вершины утеса, заставив всех практиков мгновенно усилить свою защиту. Столкнувшись с таким густым «смрадом» Цзяо Фен больше не смог защищать других. Ему едва хватало сил для сохранения собственной жизни.

«Смрад» с огромной скоростью стал пожирать защитный Ци наемников. Находиться в этой местности долго — значило обречь себя на верную смерть.

Но это было еще не все. Воспользовавшись выигранным от этого хода временем, Рас Н’Ксар стал формировать одну из своих сильнейших, доступных на том уровне, до которого он упал, техник. Аура Смерти, гораздо более густая, чем при создании Водоворота Смерти, окутала его. Из земли рядом с Рас Н’Ксаром один за другим поднялись пять столбов ядовито-зеленого пламени. Только пять из тринадцати, но даже этого было достаточно, чтобы уничтожить кого-то, находящегося на ранних стадиях Лорда! Линии зеленого огня мгновенно соединили эти столбы, образуя звезду. Звезда Смерти, так и называлась эта, поистине могущественная техника.

Лучи звезды ярко засияли, с каждым мигом усиливая интенсивность свечения.

Спустя несколько секунд Рас Н’Ксар вскинул посох, намереваясь завершить атаку. В этот раз его противников спасти может только чудо!

***

Древний могущественный дух умирал. Умирал уже очень давно. В древние времена, когда глава клана Кровавой Луны завершил свой ритуал, он уничтожил не только полчища врагов, но и все живое, что находилось поблизости. В том числе и духов.

Древнему духу повезло. В отличие от многих других, его не развоплотило на месте и он сумел впасть в спячку. Но его раны были слишком серьезны. Когда он очнулся, он восстановил лишь крохи от своей былой силы. Дух по-прежнему был тяжело ранен. Более того, накопленные им во сне крохи сил убывали. Недалек был тот день, когда его окончательно развоплотит. Мелкие духи, которых он ловил и поглощал, практически не сказывались на его ранах. Чтобы восстановиться, ему нужно было поглотить духа не намного более слабого, чем он сам. Не сейчас, а на пиковой форме. Очевидно, что это было невозможно. Но существовал и другой выход. Дух вновь впал в спячку. На этот раз его сон был неглубок. Небольшая часть его сознания осталась следить за происходящим вокруг.

Дух ждал человека, чтобы заключить с ним контракт. К сожалению, более чем за две сотни лет, подходящие ему люди в этой местности не появлялись. Все они либо уже имели контракт с духом, либо просто не подходили.

Не появлялись. До сегодняшнего дня!

Дух едва не упустил свой шанс. То, что лежащая без сознания девушка очень хорошо подходит ему, он заметил далеко не сразу. Девушка потратила очень много жизнеспособности и ее культивация была снижена. Хорошо, что дух, уловив исходящий от нее «запах» крови, присмотрелся внимательнее. И, не будь он древним духом, обязательно выматерился бы. Девушка, совсем недавно находящаяся на пике ступени формирования даньтяня и культивирующая Законы Крови, была первым человеком, заключив контракт с которым, он имел шансы на спасение! Более того, довольно высокие шансы!

К сожалению, прямо сейчас девушка находилась на грани смерти. И дело тут было вовсе не в ее повреждениях, а в големе плоти, бомбардирующем группу людей, в которую входила и девушка, облаками «смрада». Кроме того, существовал еще и адепт Смерти, управляющий этим големом, который прямо сейчас уничтожал сильнейших из этой группы людей. Дух видел его скрытую силу. Он знал: людям не выстоять.

Но, если людям суждено умереть, это значит, что он потеряет единственный за двести лет шанс на спасение! Неизвестно, когда предоставится следующий, дух просто не мог его упустить. Кроме того, соседство адепта Смерти было для него опасно. Тот был вполне способен обнаружить его и тогда… тогда духу придется сражаться. Он не сомневался в своей способности победить, но в случае драки подобных масштабов его силы подойдут к концу. Даже победив, духу останется только развоплощение.

Существовало еще и в-третьих. Дух не забыл, какой силой был поставлен на порог гибели. Со времен своего ранения он очень не любил адептов Смерти.

И дух решился. Решился использовать подвернувшийся ему шанс, а заодно дать шанс девушке и всем ее спутникам.

Никто из наемников не заметил, как небольшой, светящийся кровавым светом сгусток, вошел в тело лежащей без сознания Сяосянь. Не заметили и того, что ее загубленная недавней битвой культивация резко поползла вверх, а затем, достигнув прошлого предела, возросла еще больше, одним стремительным рывком формируя даньтянь, но и на этом не остановилась, увеличиваясь все больше и больше.

Заметили лишь тогда, когда доселе больная девушка поднялась на ноги и устремилась туда, куда недавно ушел капитан Бо Тянь и остальные. Несколько наемников попытались ее остановить, но просто не смогли к ней приблизится — мощная отталкивающая сила отправила их в недолгий полет. Сопровождаемая недоуменными и растерянными взглядами Сяосянь спешила к месту битвы.

***

Взрыв, вызванный столкновением атак двух капитанов и Рас Н’Ксара, захватил и Люка. Эспер, погруженный в некое подобие транса, не успел среагировать, его с силой оторвало от земли и откинуло на полтора десятка метров. К счастью, атаки были нацелены не на него. Мощь взрыва и рядом не стояла с силой любой из задействованных техник, хотя Люк получил повреждения от ударной волны, смешанного Ци Огня, Крови и Смерти, а также от падения на землю, он все еще был жив и даже вполне боеспособен. Простого человека любой из этих элементов с легкостью убил бы, но Люк не зря занимался культивацией — его тело было гораздо прочнее и жизнеспособнее тела обычного человека.

Сплюнув кровь, юноша сотворил на себя Ка’ен, а затем вновь устремился к Рас Н’Ксару. Взрыв сбил появившийся резонанс, но Люк постепенно начинал ощущать его вновь. Гораздо слабее, чем раньше, тем не менее, он был. И усиливался с каждым шагом Люка к своей цели.

Хотя эспер мог почти мгновенно переместиться к Рас Н’Ксару и атаковать, это было бы бесполезно. Его не смогли уничтожить даже сильнейшие атаки Фреи и Бо Тяня. Что мог сделать Люк? Только Дизморт, но, не говоря даже об опасности его применения, не было уверенности, что знак смерти может повредить немертвому адепту этой силы.

Резонанс, возникший в душе эспера, показался ему шансом. Если бы он мог прорваться на ступень формирования даньтяня сейчас, все было бы совсем не так однозначно. По крайней мере, он не был бы больше бесполезным зрителем! Люк полностью погрузился в свой внутренний мир, сосредоточившись на резонансе, одновременно продолжая медленно идти к Рас Н’Ксару. С каждым пройденным шагом резонанс все усиливался. Вскоре это уже было биение Ци, напоминающее удары сердца.

Полностью погрузившись в это ощущение, Люк уже не понимал, что делает. Он полностью погрузился в ауру Смерти, разлитую вокруг и, казалось, полностью растворился в ней. Именно благодаря этому, ему удалось незаметно подобраться практически вплотную к создающему свою финальную технику практику Смерти.

В это мгновенье резонанс внутри Люка достиг максимума. Все энергии его тела взволновались. Эспер чувствовал: для того, чтобы прорваться, ему не хватает совсем немного. Но, тем не менее, просто стоять рядом было недостаточно, чтобы это «немного» заполнить.

В тот миг, когда Рас Н’Ксар вскинул посох, намереваясь завершить атаку, Люк коснулся одного из столбов, являющихся вершиной Звезды Смерти. Мощная энергия тотчас вторглась в его меридианы, чуть не разрывая их. Внутри организма Люка раздался едва уловимый треск. Это соединились его не замкнутые ранее меридианы, образуя единую систему циркуляции. В этот момент Люк официально перешел со ступени закалки кости на ступень формирования даньтяня!

Однако энергия, содержащаяся в Звезде Смерти, была слишком высока. Она продолжила бесконечным водопадом вливаться в Люка, повышая его культивацию все больше и больше. Всего за несколько мгновений она достигла средних стадий ступени формирования даньтяня, и только тогда ее рост начал замедляться.

Все присутствующие пораженно уставились на эспера. Бо Тянь, Фрея и Цзяо Фен были очень удивлены происходящим. В этой битве они на самом деле уже попрощались со своими жизнями, что касается Люка, никто из них не ожидал, что тот сможет что-нибудь предпринять. То, что происходило сейчас, было за гранью их понимания.

Но больше всех был поражен Рас Н’Ксар. Он лучше всех знал, насколько разрушительна на самом деле его атака. Заметив, что младший, не достигший даже формирования даньтяня, поглощает энергию из его техники, Рас Н’Ксар потерял дар речи. Он никак не мог предположить, что подобное возможно. Рас Н’Ксар просто не знал что делать! В панике он не придумал ничего лучше, чем направить всю собранную им для атаки энергию прямо в Люка, надеясь уничтожить этого странного младшего.

Повинуясь его воле, четыре столба замерцали и соединились в единый луч, который тут же ударил прямо в Люка. Тот, полностью сосредоточенный на переработке бушующей энергии Смерти, не смог среагировать вовремя. Атака, способная при прямом попадании уничтожить Лорда, достигла его груди.

Бо Тянь и остальные застывшими глазами смотрели, как тело их младшего товарища взмыло в воздух и, пролетев с полсотни метров, врезалось в скалу, а затем безвольной куклой свалилось на каменистую землю. Лужа крови распространилась от тела Люка. Неужели для него все было кончено?!

Xотя никакой младший нe мог пеpежить этой атаки, Pас H’Ксар решил перестраховаться. Слишком его напугала способность Люка тянуть энергию из его техники. Рас Н’Ксар не успокоится, пока лично не убедится, что тот мертв. Ведь, если на столь низком уровне развития этот странный парень способен красть энергию Звезды Смерти, каким монстром он станет, когда его культивация повысится? Рас Н’Ксара даже передернуло от таких перспектив. К счастью, они повстречались сейчас, а не через пару десятков лет. Долг Рас Н’Ксара не дать Люку не малейшего шанса на выживание!

С этими мыслями адепт Смерти устремился прямо к поверженному врагу, чтобы, если тот, вдруг, еще жив, завершить начатое.

— Твой противник — я!

Прямо перед Рас Н’Ксаром внезапно возникла фигура девушки, одетая в белую пижаму. Довольно странная одежда для боя, но вовсе не она притягивала взгляды окружающих. Гораздо большее впечатление производил густой кровавый ореол, исходящий от девушки. То, что ее волосы изначально были не кроваво-красного, а черного как ночь цвета еще можно было понять, но вот глаза представляли собой просто два озера крови. Голос девушки тоже звучал неестественно.

— Сяосянь?.. — даже Бо Тянь далеко не сразу смог узнать свою сестру. A когда узнал, все равно не мог поверить, что это она. Дело тут было не только во внешности — исходящая от Сяосянь мощь намного превосходила пик ступени формирования даньтяня. Да что там: она силу самого Бо Тяня превосходила! Как могла его сестра так быстро обрести подобную мощь?!

На самом деле это, естественно, была не совсем Сяосянь. Девушка сейчас являлась только наблюдателем. Она добровольно согласилась на это. Древний дух мог бы насильно занять ее тело, но это не принесло бы ему абсолютно никакой пользы. Только добровольное сотрудничество могло помочь ему восстановиться. Дух просто показал девушке, что сейчас происходит вокруг. Видя, что ее брату, отряду и юноше, который спас ее от вурдалаков, грозит гибель, Сяосянь была готова даже стать одержимой. К счастью, этого не требовалось. Дух заключил с ней контракт. Для этого, правда, ему пришлось простимулировать ее культивацию для того, чтобы образовался даньтянь, после чего Сяосянь мгновенно перешла на ступень Измененной Крови. Следующая после этого ступень имела тривиальное название ступени Лорда. Eсли же брать название, отражающее ее суть, она звалась ступенью Пробуждения Духа. Это было потому, что пробудившиеся духи могли даровать свою силу практикам, заключившим с ними контракт. Сейчас дух уже был пробужден. Mожно сказать, что Сяосянь сразу перешла на ступень Лорда!

На самом деле это было не совсем так. Хотя одно из условий перехода было соблюдено, ее тело все еще было не готово к подобной мощи. С другим духом вообще бы ничего не вышло — каналы Сяосянь этого бы не выдержали, но древний дух был духом крови. Он обладал повышенным сродством к элементу жизни. Дух смог временно стимулировать тело Сяосянь до такой степени, чтобы оно выдерживало его мощь. Конечно далеко не всю, но и этого должно было быть достаточно.

К сожалению Сяосянь не успела. Мощь четырех колонн Звезды Смерти обрушилась на Люка всего за несколько мгновений до их с духом прибытия на место событий. Когда девушка увидела, что стало с Люком после атаки, ее сердце отчего-то замерло. Неужели она так и не сможет отплатить за свое спасение?! Но, несколько мгновений спустя, невероятное восприятие древнего духа уловило в распластанном на земле юноше признаки жизни, о чем тот тут же сообщил Сяосянь.

Раз тот был жив, то возможно его еще можно спасти. Ведь так? Девушке хотелось верить в это. Когда Рас Н’Ксар решил отправиться добивать Люка, древний дух, повинуясь воле той, чье тело сейчас занимал, решительно встал у него на пути. Недавно Люк спас Сяосянь, теперь ее очередь дать ему шанс выжить.

— С дороги! — из посоха Рас Н’Ксара вылетел зеленый импульс. Не особо мощный, его задачей было лишь отшвырнуть неожиданное препятствие, однако стоит помнить, что Рас Н’Ксар сейчас был равен Лорду. Слабому и израненному, но Лорду. А по опыту так и вовсе сильно превосходил эту ступень. Атака, выпущенная им, просто не может быть проигнорирована!

Тем не менее, примерно это и произошло. Навстречу импульсу девушка просто выставила ладонь, и этого оказалось более чем достаточно для защиты. Встретившись с пустой ладонью, импульс резко отклонился в сторону, огибая девушку, и улетел куда-то в даль.

Отразив атаку, Сяосянь тут же перешла в наступление. У нее не было какого-либо оружия, но оно было ей попросту не нужно. Из ее рук над пальцами выросло по четыре кровавых лезвия около двадцати сантиметров длиной. В следующий миг девушка оказалась прямо перед Рас Н’Ксаром. Удары лезвий с бешеной скоростью обрушились на него и далеко не все он успел отразить. На теле адепта Смерти появились новые раны. Враждебный Ци принялся проникать в его тело, повреждая и мешая циркуляции его собственной энергии.

Понимая, что так он точно проиграет, Рас Н’Ксар резко взмахнул посохом, заставив противницу попятиться, а затем быстро разорвал дистанцию. Воспользовавшись выигранным временем, он тут же извлек из пространственного хранилища, расположенного в амулете, висящем на его шее, шестигранную пластину. На пластине были нанесены надписи на неизвестном языке. Когда Сяосянь, слившаяся с древним духом, вновь перешла в атаку, надписи ярко засветились, и вокруг Рас Н’Ксара возник сияющий желтым светом полупрозрачный купол. Этот купол надежно защищал его от всех атак. Неудивительно, этот купол был способен выдерживать атаки практика на вершине уровня Лорда. Удары «Сяосянь» были для него ничем.

К сожалению, артефакт был одноразовым. Хотя купол, созданный им, мог простоять довольно долго, стоило его убрать, и повторная активация была невозможна. Рас Н’Ксар очень не хотел использовать шестигранную пластину, но сейчас у него не было выбора. Совершенно неожиданно практик Смерти оказался в роли проигрывающей стороны. Это было… просчетом, что не могло не раздражать. Но как он мог рассчитать столь ненормальные способности того парня? Появившаяся внезапно девушка-практик тоже была для него шоком. Рас Н’Ксар видел, что с ней что-то не так, но не мог понять, что именно.

Однако сейчас было не время предаваться размышлениям. Укрывшись за куполом, Рас Н’Ксар начал восстанавливаться. В его руках появилось несколько разноцветных пилюль. После того, как он употребил одну из них, раны на его теле стали стремительно затягиваться. У него даже выросла новая рука! Конечно, эта рука была не чета предыдущей, закаленной сотнями лет практики, но и обычной эта рука не была. Она соответствовала, по крайней мере, руке практика на начальной ступени Измененной Крови! Позже Рас Н’Ксар вернет свою родную руку, но для этого еще требовалось дожить.

Следующая принятая им пилюля способствовала скорейшему восстановлению потраченной ци. Последнюю, третью, он приберег на потом, Рас Н’Ксар примет ее непосредственно перед тем, как уберет свою защиту. Эта пилюля была аналогом Зелья Последнего Шанса и взрывообразно увеличивала силу принявшего ее. И от нее даже последствий особых не было — в бытии нежитью были свои преимущества.

Все эти пилюли Рас Н’Ксар создал сам. Он был очень неплохим алхимиком и уже после смерти сумел разобраться, как создавать пилюли для нежити. На самом деле это было не очень сложно, требовалось лишь пересчитать компоненты, чтобы вместо элемента жизни там присутствовал элемент смерти и заменить остальные на не конфликтующие с ним компоненты сходного действия.

Рас Н’Ксар не ограничился одними пилюлями. По его приказу голем плоти полностью оставил в покое наемников и поспешил ему на помощь. Как ни прискорбно, завершить эту партию идеально не получилось. Однако Рас Н’Ксар будет доволен, даже если просто удастся уничтожить лидеров противника.

Когда враг укрылся за щитом, Сяосянь нанесла по нему несколько пробных ударов. Она быстро разобралась в свойствах щита и поняла, что бить его — значит впустую тратить силы. Артефакт питающий щит был мощный, но он был рассчитан только на полчаса работы. Если бы Сяосянь била по нему, он просел бы лишь ненамного раньше, а сил бы на это ушло довольно много. В итоге дух и девушка одновременно пришли к выводу, что щит лучше не трогать. Главное — не упускать врага из виду, а так можно заняться чем-нибудь другим. Например, попытаться помочь Лю Ци.

Но стоило ей направиться к телу юноши, как появился новый отвлекающий фактор. Этот фактор действительно было трудно не заметить. Не каждый день на тебя надвигается что-то величиной с гору. Или кто-то.

На приближение голема плоти Сяосянь отреагировала спокойно. Кровавые лезвия на ее руках моментально втянулись обратно, а вместо них в ладонях девушки возник кровавый хлыст длиной около трех метров. Лишь тонкая нитка по сравнению с приближающейся гигантской тушей.

Однако так только казалось.

Голем плоти сделал еще несколько огромных шагов вплотную приближаясь к утесу. А в следующее мгновение Сяосянь подняла руку с хлыстом и нанесла удар. Хлыст, изначальная длина которого не превышала трех метров, вдруг резко вытянулся на сотни метров! Замысловато изогнувшись в воздухе в момент удара, он резко распрямился, обрушивая на голема плоти всю свою мощь.

Первой под удар попала правая рука чудовища, которую оно занесло для атаки. Была рука, и не стало руки. Отрубленная от голема часть с грохотом упала на камни, растекаясь кучкой плоти, а хлыст, хотя и потерял значительную часть убойной мощи, все еще двигался вперед. К телу голема.

Удар пришелся ему в грудь. Плоть голема в этом месте зашипела. На ней образовался огромный рубец. От рубца стремительно распространялась Ци Крови. Элемент крови был сутью элемента жизни. Жизнь и Смерть всегда конфликтовали. Плоть голема пошла пузырями. Волна пузырей начала распространяться от рубца, но через некоторое время все же подавилась. Что касается хлыста, после удара он быстро вернулся к прежнему размеру.

Вернув хлыст Сяосянь снова замахнулась. Произошло то же самое, что и в прошлый. Хлыст резко вытянулся и на только оправившегося после первого удара голема плоти обрушился новый удар.

Голем взревел. В этот раз он не закрывался руками, поэтому хлыст вошел в его плоть гораздо глубже, чем раньше. Повреждения тоже были намного больше. А пока голем боролся с их распространением, «Сяосянь» уже занесла руку для нового удара.

Видя, как его творение бессовестно избивают, Рас Н’Ксар чуть не изошел желчью. У него были большие планы на этого голема. Он мог стать значимой фигурой в грядущей битве с армиями городов, а теперь его убивали вот так?! Рас Н’Ксар мог лишь смириться и терпеть. Он чуть не плакал, провожая взглядом очередной кровавый хлыст, стремящийся к голему. Рас Н’Ксар уже дал ему команду на отступление, но кто сказал, что голему позволят уйти? Очередной удар хлыста подрубил тому ногу. Голем рухнул. Он тут же стал стремительно менять форму, выращивая новые конечности, но изъеденная враждебным Ци плоть плохо поддавалась изменению.

На самом деле конечности отсекались гораздо быстрее, чем вырастали!

Рас Н’Ксар скрежетал зубами от злости. Он еще не до конца восстановился, но если он не хотел безвозвратно потерять этого голема, вмешаться нужно было прямо сейчас. С досадой мотнув головой, адепт Смерти закинул в рот Пилюлю Немертвой Мощи и решительно убрал купол. Пришла пора заканчивать эту подзатянувшуюся партию…

Пока Сяосянь избивала голема, а Рас Н’Kсар восстанавливался в своем защитном куполе, Бо Тянь и Фрея отступили к телу Люка. Бо Тянь уже растратил все силы, дарованные Зельем последнего Шанса. Тем не менее, его действие еще не завершилось. Xотя у Бо Тяня не было сил, чтобы сражаться, он все еще пребывал в сознании. С Фреей все было гораздо лучше. Она лишь полностью вложилась в свою последнюю атаку, но не получала ран. Под действием зелья ее ци стремительно восстанавливалась.

Тело Люка лежало на камняx в луже крови. Эта кровь вытекла из его спины, пораненной при столкновении со скалой и изо рта. Bнутренние органы юноши явно были повреждены.

— Как думаешь, он жив? Я бы после такой атаки точно не выжила, но Лю Ци какой-то странный…

Вместо ответа Бо Тянь наклонился, чтобы проверить есть ли пульс. Eсли пульс был, Лю Ци еще можно было спасти. При условии, что они разделаются с врагом, конечно. Бо Тяня поражала внезапно возросшая до такой степени сила его сестры, но прямо сейчас она была занята боем. Бо Тянь мог только попытаться позаботиться о Люке. Однако даже это ему не удалось. Стоило ему приблизить ладонь к телу парня, от него тут же ударил короткий импульс Ци Смерти, заставляя капитана спешно отдернуть руку.

Честно говоря, все тело юноши сейчас было полностью пропитано им. Бо Тянь поражался, как оно до сих пор не превратилось в прах. Капитан «Волчьего Оскала» помнил что было, когда луч Рас Н’Ксара ударил в его руку. Она тут же обратилась в прах! Почему это не происходит с Лю Ци?!

— Возможно у него особое телосложение, которое позволяет игнорировать элемент Смерти, — Фрея тоже поразилась состоянию Люка. То, что она сказала, было единственным объяснением происходящего, которое она могла придумать.

Стоит сказать, что особые телосложения, хотя и были довольно редки, чем-то удивительным не являлись. Однако большинство из них были не очень сильны. Чаще всего это была просто повышенная физическая сила, чуть больший резерв ци и тому подобное. В основном это было наследием тех или иных духов, имевших интимную связь с предками этих людей. Чтобы иметь возможность превратиться в человека и завести с людьми совместных детей, культивация этих духов должна была быть ужасающа! Не удивительно, что их наследие сохранялось спустя поколения, пусть и в урезанном виде.

На самом деле это правильнее было назвать родословная. Однако в связи с тем, что носители родословной далеко не всегда знали, чья она, они не имели права так ее называть. К тому же иногда появлялись изменения никак не связанные с духами-предками. Вот это уже было истинное особое телосложение, но отличить его от родословной на первый взгляд было очень сложно. Именно поэтому все подобные случаи стали называть телосложением, за исключением только родов, официально ведущих свою историю от какого-либо духа. Вот они имели полное право называть свое телосложение родословной и, кстати, весьма трепетно относились к этому слову. Это было еще одной причиной того, что телосложение именовалось телосложением.

Однако помимо слабо выраженных особых телосложений, лишь немного повышающих параметры практиков, встречались и действительно уникальные, очень серьезно усиливающие своих носителей. Их обладатели обычно становились гениями крупных сект и кланов. Они ни в чем не знали нужды. Такова была мощь уникального телосложения! Фрея думала, что Люк как раз является носителем подобного телосложения. Чтобы выдержать такую мощь Смерти, оно должно было быть не меньше, чем уникальным! Тем не менее…

— Я никогда не слышал об особом телосложении Смерти в наши дни. Ходят слухи, что им обладал лишь основатель Великой Империи Праха и его прямые потомки. Не думаешь же ты, что Лю Ци является таким потомком? Их слишком рьяно истребляли. Вряд ли кто-то мог уцелеть, — не поддержал Бо Тянь идею Фреи. — Может у него есть какой-то артефакт, который позволяет пережить подобное…

Фрея в ответ на это лишь фыркнула. Бо Тянь и сам понимал, что предположение прозвучало глупо. Ци Смерти пропитывал тело юноши, чтобы защитить от такого артефакт должен быть как минимум легендарного ранга. В особое телосложение верилось гораздо больше, чем в подобное. Откуда Лю Ци взять легендарный артефакт? К тому же все легендарные артефакты были известны. На подобную защиту теоретически могли быть способны лишь несколько из них, однако, чтобы артефакт работал, он должен был находиться на теле владельца, а не в его пространственном кольце. На теле Люка помимо этого кольца не было никаких украшений, которые можно было принять за артефакт. Оставалась еще возможность, что артефакт вживлен в него, но это действительно казалось бредом. Зачем кому-то вживлять легендарный артефакт Смерти в тело этого мальца. Да и не существовало таких известных легендарных артефактов, а они на то и легендарные, что о них знают все. Это все еще мог быть новый, никому неизвестный легендарный артефакт, но… гораздо проще было поверить, что Лю Ци имеет уникальную родословную Смерти, или даже вообще не является человеком, чем в такое.

Последняя мысль появилась и у Фреи:

— Ты вообще уверен, что он человек? Как давно ты его знаешь?

Бо Тянь поморщился.

— Кем бы он ни был, этот парень спас мою сестру от неминуемой гибели, а сейчас и нас с тобой тоже. Не буду говорить за тебя, но я ему крайне обязан. Сейчас я ничем не могу ему отплатить, но, по крайней мере, могу не совать свой нос в дела, меня не касающиеся. И тебе не советую.

— Ладно-ладно! — вскинула Фрея руки в примирительном жесте, — это простое женское любопытство. Не стоит воспринимать так серьезно. Я тоже ему крайне благодарна, не уверена, что пережила бы ту атаку. Но любопытно же. Так что я у него все же спрошу, когда он очнется. Не бойся, если решит не отвечать, тут же отстану. Я не какая-нибудь докучливая женщина из мира смертных, знаю, когда надо остановиться.

— Вот и хорошо, согласился Бо Тянь. — Тогда нам остается только ждать, когда он очнется…

Ни он ни Фрея так и не сказали вертевшегося на языке слова «если». Они оба были действительно благодарны Люку, и раз ничем не могли помочь ему физически, могли оказать поддержку только вот так — своей верой…

***

Серый мир расстилался пред взглядом Люка. Серая бесконечная степь с таким же серым бесконечным небом, нависающим над ней. Как будто из мира внезапно забрали все краски. Люк не знал, как оказался в этом месте. Последнее что эспер помнил — это атака некроманта, настигшая его. И вот он здесь. В том лишенном красок мире. Неужели он умер? Снова. Только на этот раз попал не в чье-то тело, а куда и должен был еще со встречи с Черным Ликаном — в загробный мир. Или этот мир тоже не загробный, а он снова занял место какого-то бедолаги? Последнее предположение легко было проверить. Достаточно было лишь осмотреть свое тело.

Тело оказалось вполне привычным. Хотя… не совсем. Оно казалось привычным, но в то же время отличалось, как от тела Чан Лея, которое он занимал, так и от изначального тела самого Люка. Телосложением они оба были схожи, так что это не бросалось в глаза, но различия, безусловно, были. А теперь эти различия, казалось, наложились друг на друга образуя нечто новое. Полученный гибрид с легкостью можно было назвать как Люком так и Чан Леем, но в то же время он не являлся ни одни из них. Лица своего юноша, к сожалению, разглядеть не мог, но на ощупь определил, что оно вроде его. Люка. Хотя какие-то небольшие изменения возможно и были.

Полученные результаты… смущали. Это было явным доводом в пользу того, что Люк умер, иначе как бы он вдруг оказался в почти своем изначальном теле. Что касается изменений, они были вполне объяснимы. Юноша видел свое новое тело каждый день. Он привык к нему и сроднился с ним. Неудивительно, что это сказалось на его ментальном облике. Другое дело лицо. Лицо — средоточие личности. Неудивительно, что оно осталось прежним. Чтобы привыкнуть к новому лицу, потребовалось бы очень много времени, если бы это вообще произошло.

Тем не менее, вариант со смертью был не единственным. Это могло быть сном. Или бредом умирающего сознания, или чем-то еще. Чтобы проверить это, юноша сильно ущипнул себя за нос. Боль была. Тем не менее, она была какая-то приглушенная. Этого было достаточно, чтобы отбросить вариант со сном. По крайней мере — сном обычным. Продвинутые эсперы-сноходцы могли ощущать во сне все, однако у Люка никогда не было особых успехов в этом направлении.

Остальные ситуации Люк, стоя на месте, проверить никак не мог. Возможно лучше ознакомившись с этим местом, он все поймет.

Резкое движение на периферии зрения вдруг привлекло Люка. Не думая, он тут же активировал поступь ветра и ушел в сторону. Вовремя! На месте где только что стоял Люк, сейчас находилась мощная туша монстра.

Это был огромный очень мощный волк черного цвета. В холке он достигал не менее двух метров, а его мощи мог позавидовать даже медведь. Под покрытой черной шерстью плотной шкурой бугрились невероятно мощные мускулы. Видя, что добыча избежала его атаки, монстр раскрыл пасть, обнажая пятнадцатисантиметровые клыки, и яростно взревел.

Видя монстра, Люк на мгновение оторопел. Волк был ему знаком. Безо всяких сомнений это был Черный Ликан! Но постойте… Разве он не мертв? К тому же, этот Черный Ликан был заметно крупнее того, отправившего Люка в тело Чан Лея. Однако юноша ощущал, что Черный Ликан перед ним тот же самый. Он был абсолютно уверен в этом!

Ликан вновь бросился в атаку. Люк ударил ему на встречу Эрдом, надеясь оглушить, но, хотя мощь этого знака с момента их прошлой встречи заметно возросла, враг тоже изменился. Удар знака заставил его лишь на мгновение замереть, а затем монстр продолжил свою атаку, став, казалось, еще яростнее.

Тариан. Затормозив перед щитом, Ликан нанес по нему сокрушительный удар лапой. Его когти засияли, оставляя в воздухе полосы света. Обрушившись на щит эта атака заставила его тут же пойти трещинам. Не мешкая, монстр ударился телом прямо в щит, просто проламывая его и устремляясь к Люку.

Юноша на миг замешкался, решая, что делать. Дальние атаки против монстра были бесполезны. Ликаны вообще обладали огромной стойкостью к внешним энергиям, а также отменной регенерацией. Монстр будет регенерировать быстрее, чем люк наносить ему повреждения! Победить ликана, очевидно, можно было только в ближнем бою. Вторым вариантом было сбежать, но, несмотря на разумность этого хода, эспер не хотел так поступать. Черный Ликан появился в этом месте не просто так. Люк чувствовал, что должен победить его.

Так как вариант с побегом казался неприемлемым, у Люка оставался только один выход.

Как раз в тот момент, когда юноша принял решение, монстр настиг его. Завязался яростный ближний бой. Все происходило так же как в прошлый раз! Люк был сильнее, но и ликан был сильнее. Люк постоянно наносил Ликану неглубокие раны, но они тут же заживали. Электрическая ци, вложенная в меч, тоже не приносила никакого эффекта.

Улучшив момент, Люк на мгновение оглушил ликана Эрдом, а затем использовал Клинок Небесного Наказания. К сожалению, монстр успел вовремя среагировать. Удар лапой, точно такой же, как тот, которым он разрушил щит Тариана, встретил искрящийся молниями клинок. Меч тряхнуло. Люк с трудом сумел удержать его в руках, но, хотя он не лишился своего оружия, дела его были плохи. Враждебная ци проникла в его организм, подавляя жизнеспособность и мешая циркуляции энергии. Люк тут же применил свою технику медитации, чтобы избавиться от нее, но, хотя это у него получилось, ци просто не могла вытесниться мгновенно.

Воспользовавшись тем, что Люк немного отвлекся, ликан усилил натиск. Эсперу все труднее и труднее становилось уворачиваться от его ударов, тем не менее, пока он держался. Вот только идей как победить ликана у него не было. Все разбивались о подавляющую мощь и стойкость противника. Все, кроме одной. Ситуация в точности повторяла ту, при которой Люк оказался здесь. Оставался только Дизморт. Или побег.

Люк оказался перед сложным выбором. Только вступив в бой, он сразу понял, что не сможет победить обычными методами. Он уже тогда практически решился применить знак Смерти, а сейчас его решимость лишь окрепла. Однако сомнения все равно были. Слишком опасным был этот ход.

Ликану, тем временем, надоела верткая добыча. Отступив на пару шагов он вдруг вскинул морду к небесам. Леденящий душу вой пронесся по округе. Будь на месте Люка другой практик ступени формирования даньтяня, его мгновенно парализовало бы. Не стоит даже упоминать обычных людей. Многие из них, услышав этот вой, тут же умерли бы от страха.

К счастью Люк был эспером. Его ментальная сила намного превосходила такую у простых людей и практиков его уровня. Он отделался лишь секундным замешательством. Однако, придя в себя, юноша не стал себя выдавать. Он продолжал изображать оцепенение! Он даже меч для достоверности выронил.

Видя, что его психическая атака удалась, ликан быстро направился к Люку, но, только он хотел добить юношу, как руки того вдруг внезапно соединились вместе, образуя замысловатую фигуру, отдаленно напоминающую врата. Руки Люка оказались у самой морды Черного Ликана! Люк резко распрямил пальцы, и поток серого света сорвался с них, охватывая ликана.

Монстр, пораженный этой атакой, жалобно заскулил. Его лапа мощно врезалась в грудь Люка, отправив того в полет. Упав на землю, эспер тут же вскочил на ноги, намереваясь отражать атаку, но ее не последовало. Удар, настигший Люка, был лишь агонией. Ликан, охваченный серым светом, катался по земле и жалобно скулил.

Тем не менее, Дизморт, не подкрепленный жизнью, не мог одержать над ним верх. Люк заметил, что потихоньку серый свет тускнеет. Монстр потихоньку избавлялся от действия знака!

Позволить ему это Люк точно не мог. Подхватив с земли меч, он в мгновение ока оказался возле твари. Клинок Небесного наказания обрушился на ликана, оставив на его теле глубокую рану. За первым ударом последовал второй, третий, четвертый… Люк быстро сбился со счета. Он бил врага мечом до тех пор, пока ци в его каналах полностью не истощилась. И даже после этого ликан еще подавал признаки жизни!

Люк уже собирался использовать Дизморт повторно, когда знак Смерти все-таки завершил свое дело. Ликан, до сих пор цепляющийся за жизнь, вдруг мгновенно осыпался серым прахом. Он, наконец, достиг предела жизнеспособности.

Видя это, Люк облегченно вздохнул. Но не успел он порадоваться смерти врага, парень вдруг ощутил необычную всасывающую силу, исходящую из его тела. Под действием этой силы энергия мира радостно устремилась к Люку, мгновенно восполняя пустой резерв. Однако на этом все не закончилось. Заполнив резерв, энергия по-прежнему продолжала втягиваться в эспера. Все его каналы тут же разбухли от обрушившего на них давления. Люку даже показалось, что они сейчас разорвутся. Он тут же попытался сопротивляться всасывающей силе, но у него ничего не вышло. Не было даже шанса прекратить это! Ему осталось только сосредоточить волю на собственных меридианах, не позволяя им разорваться. Пока что с диким напряжением воли у него это выходило. Однако энергия все продолжала прибывать. Если так продолжится, Люк рисковал выжечь свои каналы, навсегда став калекой, неспособным к культивации, или даже умереть! Нужно было срочно что-то предпринимать.

Однако предпринимать ничего не потребовалось. Переизбыток энергии сам нашел выход. Вся энергия, до этого оказывавшая на каналы Люка чудовищное давление, вдруг резко направилась в район чуть ниже пупка. Но всасывающая сила при этом не исчезла, она лишь усилилась! Энергия с бешеной скоростью потекла сквозь Люка к району чуть ниже пупка, сильно сгущаясь там в… нечто.

Люк, не веря себе, всматривался в это формирующиеся нечто. Ему было отчего удивляться, ведь он уже наблюдал подобный процесс. Это было, когда Люк лечил Сюэ Юньшань. В заключительный момент ее излечения.

Именно так формировался даньтянь!

В этот момeнт изменения пpоиcxодили одновременно и с настоящим телом Люка. Прямо на глазах изумленных Бо Tяня и Фреи энергии в теле Люка вдруг пришли в движение. Вся сила Cмерти, что была растворена в его теле, внезапно устремилась в область, где у них самих располагался даньтянь. Hо ведь Люк только-только перешел на ступень формирования даньтяня. До создания даньтяня его отделяла еще вся стадия. Это было как начав подниматься на гору Тай, достигнуть сразу ее вершины. Как такое могло быть? Только что он был на грани смерти, а теперь вдруг получил огромную выгоду. Это было просто невероятно.

Тем не менее, они верили собственным глазам. Прямо перед ними этот поразительный юноша сейчас формировал даньтянь. И через некоторое время даньтянь был полностью сформирован! Он что, прямо сейчас перейдет на ступень Измененной Крови?

Это было бы слишком фантастично.

С другой стороны ведь не может же такой талантливый парень сформировав даньтянь не найти себе контрактного духа. Да эти духи в очередь выстроятся перед таким талантом!

Естественно он сможет выбрать себе наиболее подходящего.

Теперь, когда Люк сформировал даньтянь, было логично, что он перейдет на следующий ступень. Но такой переход все равно казался невероятным.

Тем не менее, будет ли действительно этот невероятный скачек, или Люк по какой-то причине застрянет на ступени формирования даньтяня, наемники могли узнать только когда он очнется.

— Божественное Тело Смерти… — шепотом произнесла Фрея. На этот раз Бо Тянь не стал возражать. Все остальные версии просто разрушились под гнетом случившегося.

Божественное тело было высшей разновидностью телосложения. Согласно легендам такими телами обладали лишь прямые потомки сильнейших духов и то лишь в первых поколениях. Иначе говоря, Люк должен был быть сыном духа смерти или его внуком. Очень сильного духа смерти! Кроме того, духи смерти практически никогда не вступали в подобного рода контакты с людьми. До этого был известен лишь один человек с подобным телосложением. Несложно догадаться, что это был тот самый основатель Великой Империи Праха. Обладали ли его дети Божественным Телом Смерти так и осталось неизвестно, но то, что внуки подобным похвастать не могли — ясно как день.

Бо Тянь напрягся. То, что Лю Ци обладает подобным телосложением, должно остаться в тайне, иначе юноше грозит серьезная опасность. Насчет элемента Смерти с давних времен существует множество предубеждений. Не напрасных — армия зомби с которой они сейчас столкнулись, яркий тому пример. Узнай кто о телосложении парня, на него тут же объявит охоту множество сил. Часть, чтобы уничтожить. Другая часть, включающая в себя тех самых практиков Смерти, чтобы разузнать секрет такого телосложения. Ни один ни другой вариант не светил Люку ничем хорошим. Pаспространение этой новости необходимо избежать! Но, если за себя Бо Тянь мог поручиться, а Цзяо Фэну, который, вероятно, тоже в курсе происходящего, хотя возможно и не сделал правильных выводов, мог приказать молчать, с Фреей все было по-другому. Более того, сейчас у нее сохранилось гораздо больше сил и она не была ранена. Дойди дело до столкновения, пострадавшим окажется Бо Тянь.

Фрея, казалось, поняла мысли Бо Тяня.

— Не напрягайся, не собираюсь я никому ничего рассказывать, — серьезно сказала девушка. Хотя их знакомство не задалось, сейчас она была крайне признательно Люку. Естественно, она не станет распространять информацию, несущую ему вред. — Клянусь своим развитием как практика!

Это была очень серьезная клятва для тех, кто шел путем развития. Если практик нарушит данную клятву, при достижении очередного «узкого места» его шансы повысить свою культивацию сильно упадут. Практики не нарушали подобных клятв!

— Хорошо. В свою очередь я, Бо Тянь, клянусь своим развитием как практика, что от меня об этом никто не узнает! — в ответ на неожиданную клятву Фреи, Бо Тянь посчитал нужным принести такую же. Теперь они оба могли быть спокойными насчет друг друга. Что касается Цзяо Фэна, он, являясь подчиненным Бо Тяня, конечно будет молчать.

Весть о том, что Лю Ци обладает Божественным Телом Смерти, не распространится.

***

Шуа!

Очередной кровавый хлыст обрушился на голема плоти, приводя Рас Н’Ксара в уныние. От первоначального размера голема не осталось и следа. Он уже был в три раза меньше, чем раньше! Совсем скоро сила, скрепляющая мертвую плоть исчезнет окончательно. Рас Н’Ксару придется постараться, чтобы вновь вернуть ее к не-жизни. И то получится лишь жалкое подобие былого.

Естественно он не мог допустить подобного.

Отменив действие защитного артефакта, Рас Н’Ксар вскинул посох, позволяя энергии, что сейчас переполняла его, вырваться наружу. Звезда Смерти вновь засияла. По-прежнему пятилучевая, но на этот раз столбы света на ее вершинах были заметно толще. Очевидно, сейчас она была гораздо мощнее чем та, которую разрушил, а затем принял на себя Люк.

Древний дух в теле Сяосянь вовремя заметил неладное. Не завершив очередной удар по голему плоти, он тут же отозвал хлыст. Это оружие было хорошо для избиения кого-то вроде голема плоти: большого и неповоротливого. Против кого-то на уровне Рас Н’Ксара хлыст не годился. Вместо него в руках духа мгновенно возникло кроваво красное копье. Казалось, вокруг этого копья дрожал даже воздух! Дух вскинул копье, и кровавая аура поглотила все вокруг. Хотя Бо Тянь, Фрея и Цзяо Фэн находились достаточно далеко, они вдруг почувствовали, что кровь в их телах забурлила. Одно хорошо, кровавая аура полностью уничтожила «смрад», с которым они до сих пор боролись.

— Копье Князя Полуночи!

— Звезда Смерти!

Две мощнейшие атаки сорвались одновременно!

Копье в руках Сяосянь внезапно стало бесконечно длинным и бесконечно тяжелым. Не прошло и мгновения, как оно столкнулось с зеленым лучом, бьющим из посоха Рас Н’Ксара.

Взрыв!

От мощнейшего взрыва во все стороны полетели куски камня. Они летели со скоростью, выше скорости звука! Одно это могло повредить кого угодно. Рас Н’Ксару, который был к месту взрыва ближе всех, должно быть досталось.

Ему действительно досталось. Но не камнями от взрыва, несмотря на их скорость это было для него мелочью. На самом деле, столкнувшись с лучом Звезды Смерти, атака духа… полностью подавила его! Хотя Копье Князя Полуночи потеряло изрядную долю своей силы, оно все еще не было слабым. Сейчас в груди Рас Н’Ксара зияла огромная дыра!

— Не может быть… Звезда Смерти… подавлена… — немертвый полководец никак не мог поверить в произошедшее. Сильнейшая его атака оказалась разрушена, а сам он… умирал?

Да, это действительно было так. Атака древнего духа нанесла ему непоправимые повреждения. Рас Н’Ксар существовал последние несколько мгновений! Однако… столь мощная атака превысила то, что могло выдержать тело Сяосянь. Звезда Смерти была слишком опасна. Древний дух не посмел сдерживаться. Теперь ему лишь с большим трудом удавалось удержать тело девушки от распада.

Под пораженными взглядами зрителей Сяосянь вдруг покачнулась и упала. Ее кожа стала мертвенно бледного цвета.

— Сестра! — Бо Тянь тут же кинулся к ней, однако он был ранен и истощен. О не мог добраться до Сяосянь быстро.

— Ахахаха! — со стороны Рас Н’Ксара вдруг раздался сумасшедший смех. — Ты уничтожила меня, но какая жалость, ты больше не можешь сражаться… Я заберу тебя с собой!

На этих словах мощнейшая ци смерти ударила от Рас Н’Ксара. Понимая, что умирает, он использовал тот же прием, что в исполнении драугра забрал жизнь Ни Хао. Однако Рас Н’Ксар подключил к этой, истощающей всю его ци атаке, также энергию своей смерти. В один миг он весь осыпался прахом. С Рас Н’Ксаром было покончено, но это сделало его финальную атаку поистине неостановимой!

Ци смерти бушующим потоком хлынула в направлении Сяосянь. Бо Тянь застыл, понимая, что не успевает. Да даже если бы успел, максимум, чего он добился бы, это погибнуть вместе с сестрой.

Сама Сяосянь тоже не могла ничего поделать. Дух вернул ей управление телом, полностью сосредоточившись на удержании того от распада, однако она была слишком истощена. Она едва нашла силы подняться на ноги и сейчас расширившимися глазами смотрела на приближающуюся смерть.

Поток Смерти неотвратимо приближался. Казалось, застыло само пространство и время. Вот до него осталось десять метров. Девять… восемь…

Сяосянь оставалось лишь гордо встретить свою смерть. Несмотря на то, что она была девушкой, она разделяла характер брата — гордый и непокорный. Сейчас, когда она больше ничего не могла сделать, она могла лишь умереть с достоинством.

Пять метров. Четыре. Доли секунды отделяли Сяосянь от гибели, и именно в этот момент ее вдруг что-то сильно толкнуло в бок, отправляя в полет. Девушка ядром вылетела из области атаки. Несколько секунд полета, а затем она жестко приземлилась на камни. Из тела Сяосянь отчетливо послышался звук треска костей. Девушка почувствовала, что не может шевелить левой рукой. Она, как и несколько ребер, оказались сломаны. Но это было неважно, главное — она жива! Но почему? Кто в последний момент спас ее?

Сяосянь вскинула голову и посмотрела на место, где оно недавно была. К ее ужасу, там и сейчас была человеческая фигура. Фигура ее спасителя, почти полностью поглощенная смертоносной атакой Рас Н’Ксара. Неужели неизвестный спаситель пожертвовал своей жизнью ради ее? Сердце Сяосянь тревожно забилось.

Но что это?

Смертоносная атака почему-то совсем не вредила фигуре. Наоборот она, казалось, втягивалась в нее.

И действительно — втягивалась. Через полминуты вся ци смерти была полностью поглощена! Сяосянь не верила своим глазам. Однако, когда фигура закончила поглощение и обернулась, девушка была поражена еще больше. Это оказался парень, который спас ее от вурдалаков и спасать которого она собиралась сейчас! Похоже Сяосянь не только не отдала ему долг, но и обрела новый. Вот только почему-то ее это совсем не тяготило.

Неведомое ранее чувство расцвело в груди девушки.

Только удостоверившись, что с ее спасителем все в порядке, Сяосянь медленно опустилась на землю и позволила себе, наконец, потерять сознание…

В себя Люк пришел уже в обычном мире. Все его тело переполняла энергия. Oн никогда не чувствовал себя таким сильным. «Я действительно перешел на ступень формирования даньтяня, или даже на ступень Измененной Kрови?» — Люк сомневался. Как это могло произойти настолько быстро? Однако, осмотрев свое тело внутренним взглядом, он отчетливо увидел сформированный даньтянь. Hо ведь он не заключал контракта ни с каким духом. Он сформировал даньтянь, но не перешел на следующую ступень? Это было странно. Впрочем, менее странно, чем факт самого формирования даньтяня в такие короткие сроки.

Это было очень важным вопросом, в котором следовало разобраться, тем не менее, сейчас было не до этого. В момент, когда Люк открыл глаза, бледная Сяосянь медленно поднималась с земли, а навстречу ей неслась очень могущественная Ци Смерти.

Видя это, Люк не мешкал. Mгновенно активировав Поступь Ветра, намерение легкости и разгон, он на полной скорости кинулся к девушке. Но, даже несмотря на то, что после повышения культивации его скорость сильно возросла, он понимал, что едва-едва опередит атаку некроманта. Он просто не успел бы убрать Сяосянь с линии атаки.

Люку ничего не оставалось, кроме как прямо на ходу атаковать девушку Эрдом. Парень попытался сделать знак как можно более мягким, но даже так той пришлось не сладко. Зато Ци Смерти ее не достала. В отличие от самого Люка. Он мчался слишком быстро. Его понимания концепции ветра было пока не достаточно, чтобы суметь вовремя затормозить на такой скорости. Люк влетел прямо в центр вражеской атаки!

Столкнувшись с подобной атакой драугра, колонной Звезды Смерти, а также самой Звездой Смерти, Люк с высокой долей вероятности мог предположить, что ему ничего не будет. Так и произошло. Даже более того: Ци Смерти стала стремительно втягиваться в его тело. Прислушавшись к себе, Люк не ощутил роста культивации. Ци Смерти просто немного напитывала его тело, а затем исчезала в даньтяне, который, казалось, стал черной дырой.

Вскоре поглощение было закончено. Люк оглядел поле боя. Сяосянь лежала без сознания и, хотя ее кожа была мертвенно бледной, грудь девушки немного вздымалась, выдавая дыхание. Неизвестно, будут ли для нее последствия, но, по крайней мере Сяосянь жива. Люку даже пришла в голову мысль, что это становиться традицией. Он уже второй раз спасает ее, но они до сих пор не обмолвились даже словом. Более того, сестра Бо Тяня вроде бы до сих пор не знает как его зовут — не было у нее возможности узнать. Кто-нибудь из них двоих обязательно находится без сознания.

Фрея, Бо Тянь и Цзяо Фэн пораженно смотрели на Люка. Они никак не могли ожидать, что в решающий момент он очнется и спасет Сяосянь. Они вообще слабо понимали, что происходит. Сначала сестра Бо Тяня неожиданно приходит в себя, оказывается пугающе сильной и применяет неизвестные могущественные техники элемента крови, а затем и Лю Ци не сильно от нее отстает. Или сначала. Если подумать, он начал странно себя вести гораздо раньше, и лишь потом подтянулась Сяосянь. В любом случае все случившееся казалось просто невероятным. Люк и сам был удивлен, но имея опыт перерождения в абсолютно новом мире, он принял это как данность. Данность в которой, тем не менее, стоит разобраться. Xотя он еще не знал, что это именно Сяосянь уничтожила Pас Н’Ксара.

Люк уже обнаружил кучку праха с лежащим поверх нее посохом. Даже после полного распада, от нее исходили могущественные эманации крови. Эспер сначала подумал, что это Бо Тянь убил некроманта, однако что-то тут не сходилось. Капитан «Волчьего Оскала» в момент, когда Люк видел его в последний раз, был в том же состоянии, что и сейчас. Если бы он уничтожил Рас Н’Ксара, он просто не мог оставаться в том же состоянии.

— Что здесь произошло? — Люк одновременно с Бо Тянем подошел к Сяосянь.

— Если кратко, то этот, — Бо Тянь указал на кучку праха, — решил тебя добить. Теперь я понимаю, что не зря, — наемник рассмеялся, — но появилась Сяосянь и заставила того спрятаться за артефактным щитом, затем она стала уничтожать голема плоти, но немного не успела, «смертник» вылез из своей скорлупы и не дал ей завершить начатое. Сяосянь упокоила его окончательно, но похоже истратила все свои силы и не могла защититься от его последней атаки. Остальное ты знаешь.

— Сяосянь?.. — Люк не мог поверить, что и голема плоти и некроманта победила эта хрупкая девушка. Более того, Люк четко осознал тот факт, что на этот раз она спасла его от расправы Рас Н’Ксара! Получается, не только он спас ее. Люк внезапно почувствовал душевную связь с этой девушкой.

— Сам удивляюсь. Она вдруг стала сильнее Рас Н’Ксара, а он был на начальном этапе ступени Лорда. К тому же я не узнал ни одной применяемой ею техники. Хрр. — Бо Тянь вдруг захрипел и схватился за грудь, а затем рухнул на землю без сознания.

— Он жив, хотя и не вполне здоров. Последствия зелья Последнего Шанса, со мной сейчас будет что-то подобное, — незаметно подошедшая Фрея разъяснила Люку происходящее.

— Позаботься о моем теле в это время, — произнесла она таким тоном, что Люк невольно покраснел. — Ну и за их, — указала она на Бо Тяня и его сестру. — Малышка Сяосянь будет тебе очень благодарна. Еще там голем плоти недобитый, но, думаю, наши отряды с ним справятся. Если не справятся — поувольняю всех к асурам!

— В этом нет необходимости, — вдруг раздалось за их спинами.

Обернувшись, Люк обнаружил фигуру, полностью облаченную в древнего вида доспех. Должно быть когда-то он был черного цвета, но сейчас, спустя кто знает сколько лет, выцвел, оставляя лишь намек на прошлый цвет. Так же было и с плащом, развевающимся за плечами фигуры. Когда-то он был фиолетовым, но сейчас сохранилась лишь серость с оттенком этого цвета. На голове фигуры был закрытый шлем из вершины которого выступало множество шипастых выростов, образуя некое подобие короны.

Фигура резко вытянула руку. Последовав взглядом туда, куда указывала рука, Люк увидел голема плоти. Последние мгновения не-жизни голема плоти. Огромная фигура, успевшая отрастить себе множество ног — видимо для успешного побега — просто взяла и осыпалась прахом наподобие того, что остался от ее создателя. В один миг голем плоти просто перестал существовать. Могущество фигуры в доспехах потрясало! Если дело дойдет до боя, у Люка нет абсолютно никаких шансов с ней справиться. Даже насчет побега он не был уверен.

— Рас Н’Ксар погряз во тьме и понес за это справедливое наказание! Если бы вы не справились, я бы сам покарал его, но, к счастью для вас, вы справились, пусть и не без посторонней помощи.

— Посторонней помощи? — Люк переспросил. Вроде бы никакой посторонней помощи не было. Или? Не просто же Сяосянь вдруг стала такой сильной?..

— Да, древний дух крови помог вам. Очевидно, он заключил контракт с этой девочкой, — фигура в доспехах указала на тело Сяосянь. — Что ж, очень интересно, что из этого получится.

— Древний дух крови?

— Неважно, узнаешь у своей подружки. Потом. Сейчас ты пойдешь со мной.

Хотя предложение прозвучало категорично, этот эксперт был явно слишком силен, чтобы его провоцировать. К тому же, он вроде как сказал, что Люк вернется. Кажется, он не желал парню вреда. Тем не менее…

— Извините, старший, но с чего бы мне идти с вами? По всей видимости, этот Рас Н’Ксар был вашим подручным. Если подручный творит подобное, чего можно ждать от вас? Разве пойти с вами не то же самое, что совать голову в пасть к тигру?

— У тебя два варианта. Первый. Идешь со мной добровольно, и я помогаю твоим друзьям восстановиться после боя. Они сильно пострадали от принятия зелий и истощения сущности крови, а кое-кто даже потерял руку. Я могу все это нивелировать… Второй. Ты отказываешься сотрудничать, и я забираю тебя силой. При этом я даже не буду убивать твоих знакомых. Просто оглушу и оставлю лежать здесь. За исключением этой девушки, — эксперт вновь указал на Сяосянь, — ее я возьму вместе с тобой. Чтобы глупых мыслей не возникало.

Люк мысленно выругался. Почему изо всех присутствующих дух выбрал именно Сяосянь? Остальных Люк мог свободно бросить, и попытаться сбежать, но не ее. Теперь не ее. Не после того, как она спасла его. И не важно, что он вернул этот долг в двукратном размере. Наоборот, теперь он чувствовал куда большую ответственность за ее судьбу. Если бы Люку все-таки удалось сбежать, неизвестно, что сделал бы эксперт со всеми людьми здесь. Люк не хотел так рисковать. Кроме того, похоже этот древний был настроен на относительно добровольное сотрудничество, иначе без лишних разговоров захватил бы Люка. Пока настроен. Не стоило разрушать этот настрой.

— Вы умеете убеждать, старший. Я пойду с вами добровольно.

— Очень хорошо, — в руках эксперта возникло три пузырька с кроваво-красной жидкостью. Один пузырек тут же поплыл к Фрее, а два оказались в руках Люка. — Это зелье Кровавого Геккона. Оно полностью восстановит потраченную твоими друзьями жизнеспособность, а также на короткое время очень сильно повысит регенерацию. Напои им своих друзей. Не бойся что они захлебнуться. Это зелье быстро всасывается и подобное исключено.

— Хорошо.

Вряд ли бы этот старший стал зачем-то травить друзей Люка. При желании он мог быстро убить не только эспера и его окружение, но и всех оставшихся наемников разом. Скорее всего Люк ему действительно зачем-то нужен, а это зелье — аванс за предстоящую работу. Люк не знал, зачем он понадобился подобному эксперту, но подозревал, что это связано с его поглощением Ци Смерти. В то же время, если бы фигура хотела пустить его на опыты, ей не было никакой нужды договариваться.

— И правда, буквально тает во рту, — подала голос выпившая свое зелье Фрея. Судя по ее, мгновенно налившемуся жизнью лицу, зелье действовало именно так, как сказала фигура в доспехах.

Теперь, когда сомнения окончательно развеялись, Люк направился к Бо Тяню, намереваясь начать процедуру насильственного кормления зельями с него. Однако…

— Я займусь стариной Тянем, позаботься лучше о Сянь’эр, — остановила его Фрея. Люк молча передал один пузырек ей. Так действительно будет быстрее.

Подойдя к телу Сяосянь, он достал из пространственного кольца шкуру земляного волка и, переложив девушку на нее, присел рядом, положив ее голову себе на колени, так он мог лучше контролировать поступление зелья. Аккуратно раздвинув чуть припухлые губы девушки, он приоткрыл ее рот и стал медленно вливать в него целебное зелье. Когда зелья собралось достаточно много, девушка непроизвольно проглотила его. Люк на время перестал вливать зелье, боясь, что она подавится, но ничего подобного не произошло. Убедившись, что все нормально, Люк продолжил свое занятие. Вскоре все зелье было поглощено.

— Какой ты, оказывается, заботливый. Я напоила Бо Тяня в два раза быстрее.

Даже в присутствии древнего эксперта Фрея не изменяла себе. Люк молча проигнорировал эту подколку.

— Я готов старший. Отправляемся?

Люку хотелось бы остаться и удостовериться, что Бо Тянь и его сестра очнуться, но он понимал, что это может занять много времени. Вряд ли этот эксперт согласиться ждать.

— Да. Учти, это может занять много времени. Если у тебя есть какие-то срочные дела… советую делегировать их своим знакомым.

— Нет, старший, никаких срочных дел у меня нет. Старшая сестра, позаботься о телах Сяосянь и Тянь’эра пока они не очнуться, — вернул Фрее подколку Люк.

— Сделаю, — неожиданно серьезно ответила она. — Была рада знакомству, если нужны будут наемники, всегда можешь рассчитывать на скидку…

— Я тоже был рад знакомству, старшая сестра. Береги себя!

Хотя их знакомство было в форме моря огня поверх Тариана, дальше Фрея показала себя с лучшей стороны. Люк не испытывал к ней неприязни.

— Раз ты закончил, идем.

Неведомая сила подхватила Люка. Через миг он осознал, что висит в воздухе! В этот момент Люк порадовался, что согласился идти добровольно, сбежать от эксперта, способного на такое, можно было даже не мечтать.

Сам эксперт висел в воздухе рядом с Люком, что также свидетельствовало о его силе. Для примера те, кто достиг стадии Лорда, летать не могли. Очевидно, древний эксперт превзошел эту стадию!

— Да, вы пришли сюда, чтобы истребить нежить, — сказал он, глядя на Фрею. — Можете считать свою миссию выполненной. Поступлений новой нежити не будет. Тем не менее, я не контролирую тех, кто уже разбежался. И, хотя мои подчиненные не выйдут за пределы гор, те, кто ступит на эту территорию, поступают на свой страх и риск. Учитывайте это.

В следующий миг Люк ощутил, что снова летит. Земля стремительно заскользила перед глазами. Это было захватывающее ощущение. Люк никогда раньше не летал, и не мечтал летать. Хотя его техника движения — Поступь Ветра — основывалась на элементе воздуха, она была очень далека от настоящего полета. Только сейчас эспер осознал, чего был лишен, а ведь это еще не было настоящим полетом. Сила, поддерживающая его в воздухе, так же защищала от встречного ветра. Хотя с одной стороны это было хорошо, с другой — Люк не мог ощутить, как это летать на самом деле. В любом случае сейчас это было невозможно. Чтобы осознать это, ему следовало летать самому, а не с чьей-то помощью. Тем не менее, он все же хотел попросить эксперта, чтобы тот ослабил защиту Люка от ветра, однако, пока он на это решался, стало поздно — они прилетели.

Местом прибытия оказалась небольшая ровная площадка, выступающая из горы на высоте около километра над ближайшей землей. Tри метра в ширину и два в длину. И около сорока сантиметров в толщину, но это с края, у основания немного шире. Наxодится на таком тонком выступе на такой высоте было несколько… волнующе. Казалось, в любой момент этот «язык» может отвалиться и находящиеся на нем отправятся в свободный полет.

Эта площадка являлась преддверием входа в пещеру, располагающуюся за ней. Древний практик, а за ним и Люк вошли в эту пещеру.

Как ни странно, в пещере было светло. Неярким голубоватым светом светились сами стены и потолок. Пещера была очень разветвлена, в разные стороны отходили многочисленные ответвления и коридоры. Тем не менее, Люк и его провожатый так никуда ни разу не свернули, их путь вел прямо. Закончился он в пещере, очевидно являющейся тронным залом.

Это была крупная пещера в полусотню метров в диаметре. Oт других пещер она отличалась во-первых тем, что вместо потолка в ней было звездное небо. Это не было прорехой в горе, небо было создано искусственно, обитающим здесь практиком. Вторым отличием был трон. Он, правда, был создан прямо в скале, тем не менее, своей величественностью он не уступал никаким другим тронам, хотя, стоит признать, познания Люка в этой области были довольно посредственные.

Древний эксперт неспешно прошел к трону и расположился на нем. Люк же остался стоять, других сидений тут не предусматривалось.

— Итак, тебя должно быть очень интересует, зачем ты понадобился мне, — произнес древний практик, сидя на троне.

Действительно, это сейчас был основной вопрос, который волновал юношу.

— Твои способности заинтересовали меня, — Эри’Нар продолжил. — Возможно, ты подходишь для одной задачи. Очень важной для меня задачи. Я занимался ею и раньше, но пока не добился результатов. С твоим появлением все может измениться.

— И что это за задача, старший?

— Это долгая история. Для начала представлюсь. Мое имя — Кхаш Эри’Нар. Когда-то оно было всемирно известно, но с тех пор прошли тысячи лет. Сомневаюсь, что сейчас кто-то помнит его. Ты можешь обращаться ко мне «Владыка Эри’Нар», или просто «владыка», хотя твое «старший» тоже пойдет.

— Люк, — просто представился Люк под немного вопросительным взглядом этого древнего существа. Сейчас он не видел смысла скрывать свое настоящее имя.

— Ты догадываешься, чем заинтересовал меня, Люк?

— Тем, что могу поглощать энергию Смерти и использовать ее для повышения культивации?

Вообще это было секретом, но было бы глупостью думать, что древний эксперт, который, очевидно, наблюдал за всеми происходящими событиями, этого не заметил. Такой стремительный скачок трудно не заметить. В будущем Люку еще предстоит помнить, что это видели также Бо Тянь, Фрея и Цзяо Фэн.

— Да, но это лишь следствие. Присаживайся… — Эри’Нар указал на возникший рядом с Люком каменный стул, который просто… вырос из пола, — наш разговор не будет коротким.

Люк, накинув на каменное сиденье шкуру земляного волка, сел.

— Я видел как ты прорвался сразу на две ступени. Очень необычное достижение. Признаться, несмотря на свою долгую жизнь и короткую не-жизнь, ни разу такого не видел. А ведь я был главой клана. Очень могущественного и обширного клана. Xотя на вторую ступень ты так до конца и не прорвался, но это уже твои особенности. Обычный практик был бы уже на ступени Измененной Крови, тогда как ты все еще на пике ступени формирования даньтяня. На самом пике…

— Не прорвался? — Люк сам был поражен своим стремительным развитием. Он понимал, что прорвался на ступень формирования даньтяня благодаря Ци Смерти от техники того некроманта, а затем, приняв его атаку, потерял сознание, сразился с Черным Ликаном и каким-то образом сформировал даньтянь. Эспер чувствовал, что все это взаимосвязано, но не мог до конца определить, как именно. А теперь еще и выяснилось, что, несмотря на наличие полноценного даньтяня, контракт с ним никто не заключил. Неудивительно в общем-то, Люк бы такое помнил, но как ему теперь развиваться дальше? Заключить контракт с духом можно попробовать еще раз, но, если духи не откликнулись сейчас, откликнутся ли они в будущем?

— И не мог прорваться. Условно говоря, ты уже находишься на ступени Пробуждения Духа. Eстественно ты не мог «прорваться» на более низкую ступень.

— Пробуждения Духа? — Люку показалось, что кто-то бредит. Только, был ли это он сам, или все же древний практик, оставалось вопросом.

— Ну да, а чему ты так удивляешься. Или ты не знал, что не являешься человеком?

— И кем же я по-вашему являюсь? — эспер подозревал, что перерождение в чужом теле на него повлияло, но что он — не человек… Юноша отказывался в это верить.

— Каким-то странным духом смерти, который, в качестве платы за выполнение контракта, занял тело призвавшего его. Хм… — древний практик задумался, — даже не так. Контрактор в последние мгновения жизни призвал тебя в свое тело, а за это ты должен выполнить его предсмертную волю. Я прав?

Тело Люка мгновенно покрылось холодным потом от осознания того, что Эри’Нар действительно может быть прав.

Он действительно оказался в теле Чан Лея после его смерти…

Люку совершенно не вредила Ци Смерти, он даже мог ее поглощать и использовать…

Смерть Люка в прошлом мире осуществилась за счет поглощения его чистой энергией смерти…

Да он даже волю Чан Лея — отомстить Линь Чангмину — выполнил!

Получается, Люк действительно дух, занимающий тело благодаря контракту!

Осознание этого было действительно шокирующим. Единственное, что смущало в этой теории, это то, что по воспоминаниям, доставшимся эсперу, Чан Лей никого не призывал. Pазве что подсознательно. Неужели этого было достаточно?

Эри’Нар воспринял замешательство Люка по-своему.

— Не волнуйся, кроме меня вряд ли найдется специалист, способный понять кто ты на самом деле. Даже мне, прошедшему через мощнейший ритуал Смерти и переродившемуся в высшую нежить это было непросто. Рас Н’Ксар, к примеру, вообще не смог этого понять. Так что на этот счет можешь быть спокоен, но не советую проявлять свою силу при посторонних. Хотя истинное положение дел они не поймут, их глупых предположений может оказаться достаточно, чтобы открыть на тебя охоту. Не знаю как сейчас, а во времена, когда я был жив, путь Смерти в большинстве государств был запрещен, до Нашествия, по крайней мере. Не думаю, что в этом плане что-то изменилось.

— Да, это так, старший, — подтвердил Люк.

— Тогда ты и сам понимаешь, что не стоит светить своими способностями.

— Понимаю. Старший, вы сказали, что я на ступени Пробуждения Духа, но как такое может быть, я совсем недавно был на пике ступени закалки кости. Хотя я прорвался к ступени формирования даньтяня и даже сформировал его, это все еще гораздо ниже. Кроме того… моя сила. Я чувствую себя гораздо сильнее, чем раньше, но уверен, что эта сила, максимум, начала ступени Измененной Крови, даже на среднюю стадию этой ступени она не тянет. Это совершенно точно не Пробуждение Духа.

Эри’Нар покачал головой.

— Это довольно интересный вопрос. Дело в том, что культивация тела и духа — разные вещи. Обычно этому не уделяют внимания, потому что просто незачем. После ступени Измененной Крови контрактный дух заботится о подтягивании тела до должного уровня. Культивацией тела занимаются только чтобы подготовить тело к этому событию, иначе оно просто не сможет принять духа. То есть, на ступени Измененной Крови сознательная культивация тела завершается. Дальше идет развитие духовной силы. Родной и даруемой контрактом. В то же время контрактный дух подтягивает тело своего контрактора до такой степени, чтобы оно могло свободно выдерживать мощь его собственной духовной энергии. Наглядным примером несоответствия физических и духовных кондиций служит твоя подружка. Дух крови даровал ей силу, способную стереть Рас Н’Ксара, но ее тело было к этому не готово. Следствием было крайнее истощение и потеря сознания. Ей еще повезло, что это был именно дух крови, способный в какой-то степени нивелировать свое воздействие, иначе ее просто разорвало бы от подобной силы.

Однако вернемся к тебе. Сформировав даньтянь, ты завершил культивацию тела, однако следующая для людей ступень — Измененной Крови — для тебя не доступна. На протяжении этой стадии контрактный дух находится в спячке, одновременно меняя свойства организма носителя. Та самая измененная кровь. Задача практика на этой ступени помогать своему духу и снабжать его достаточным количеством энергии. Чем выше соответствие между духом и практиком, тем легче это выходит, но не будем об этом. Суть в том, что, вследствие того, что ты являешься духом, эта ступень тебе не доступна. Кроме того, это было бы пустой потерей времени. Свойства твоего организма уже изменены, иначе ты не смог бы выжить после атаки моего падшего подчиненного… — Эри’Нар ненадолго замолчал, давая Люку обдумать услышанное, а затем продолжил:

— Так как ты уже изменил свойства организма и находишься в состоянии бодрствования, можно сделать вывод, что ты достиг ступени Пробуждения Духа. Что же касается твоей силы, она действительно слишком мала. Ты сможешь ее развивать по методикам для ступени Пробуждения Духа и она увеличиться, но все равно, так быть не должно. Видимо, что-то ограничивает твою силу… — Древний практик задумчиво склонил голову набок, а затем вдруг прямо посмотрел на Люка:

— Ответь, ты завершил контракт?

— Контракт… — Люк задумался. Он ведь не заключал никакой контракт. Или нет? Убив Линь Чангмина, он определенно почувствовал удовлетворение. Однако… если учитывать, что контракт действительно был, смерть этого ублюдка явно не была достаточной платой. Ею могла быть только другая месть. Месть людям, уничтожившим семью парня! Ведь именно о них Чан Лей Вспоминал перед своей смертью.

О них, и о том, насколько он слаб…

Разве это не похоже на условия контракта? Стать сильным Чан Лей уже не мог, но вот отомстить…

Только додумав эту мысль Люк вдруг осознал, что она единственно верная. Он должен уничтожить виновников произошедшего, только тогда контракт будет завершен.

— Нет, я еще не завершил его.

— Что ж, дело твое, но не советую затягивать. Скорее всего, именно это ограничивает твою силу. Кроме того, несоблюдение контракта может повлечь за собой страшные последствия. У тебя, надеюсь, нет ограничений по времени?

— Не должно быть. Вряд ли у мести есть срок давности.

— Месть значит… Разочарую, срок давности у нее все-таки есть. Я тому жив… кхм… наглядный пример. Все мои враги, которым стоило бы отомстить, но я по какой-то причине этого не сделал, давно рассыпались от старости, лишая меня удовольствия мести. Тебе такое, скорее всего, не грозит, однако… если у тебя нет обязательства мстить роду, клану, линии крови и тому подобное, советую поторопиться. А то вдруг твоих недругов убьет кто-нибудь еще. Если это случится, неизвестно как отреагирует твой контракт. Возможно, даже сочтется выполненным, но гораздо вероятнее просто ничего не изменится. Ты так и останешься с невыполнимым контрактом и ограниченными силами. Кроме того, возможен вариант, при котором подобное будет нарушением вашего договора и тогда… тогда последствия могут быть самыми печальными. Полная потеря связи с телом, к примеру.

Услышав слова Эри’Нара, Люк погрузился в раздумья. Утратить связь с телом ему точно не улыбалось. Да и повысить свои возможности до ступени Пробуждения Духа было бы не лишним. Кроме того, без всякого контракта он чувствовал долг перед Чан Леем. Отомстить за его семью было бы правильным. Однако… в гибели семьи прошлого владельца его тела были замешаны могущественные практики. По воспоминаниям Чан Лея его дед — Чан Фа — был крайне могуществен. Он достиг пика ступени Лорда, но даже ему удалось уйти лишь ценой серьезной травмы, через год сведшей его в могилу. У Люка просто не было сил, чтобы отомстить. По крайней мере, отомстить до конца. Частично осуществить месть он мог уже сейчас, но она не будет полной, пока главных виновников произошедшего не постигнет заслуженная кара. Верхушка некогда братского роду Чан рода, а теперь не самого слабого в Королевстве Восхода Солнца клана Тянь должна быть уничтожена.

Род Тянь возвысился до клана восемь лет назад. До этого он был лишь обычным родом, хотя и с несколькими сильными экспертами. Однако в одночасье он вдруг возвысился. Его практики резко прибавили в мощи, а род стал активно набирать новых членов быстро становясь кланом. Но и на этом клан Тянь не остановился, продолжая активно расширяться и увеличивая свою сферу влияния. Парочка кланов попыталась остановить зарвавшегося новичка, но им быстро показали, что с новоявленным кланом шутки плохи. Один из этих кланов был уничтожен, а второй, поставленный на грань уничтожения, выплатил серьезный выкуп. Конечно, это были не самые сильные кланы, но победа над ними еще больше усилила позиции новичка. В настоящее время все уверенно называли клан Тянь первым по могуществу после Трех Великих Кланов королевства.

И вот этому монстру Люку предстояло отомстить.

— Пока я не в состоянии осуществить полноценную месть, но как только у меня появится достаточно сил, сделаю это.

О том, как много времени на это уйдет, Люк предпочитал не задумываться. Как и о том, удастся ли вообще отомстить. В конце концов, Люку совершенно не обязательно мстить в честном поединке. И не обязательно делать это одному. Но все равно, прежде чем начинать мстить, Люк должен был набрать достаточно сил, чтобы в случае неудачи суметь сбежать. Отмщение в случае чего можно отложить, а вот в то, что после смерти у него будет третий шанс, по крайней мере в этом мире, эспер совершенно не верил.

— Как я уже говорил — дело твое. Главное, чтобы это не помешало нашему с тобой сотрудничеству.

— Так в чем будет заключаться это сотрудничество, старший? — Хотя Люка очень интересовала тема его настоящей сущности и будущей культивации, это тоже был немаловажный вопрос.

— Если кратко, тебе всего лишь нужно будет помочь мне найти потомков моего клана. Но будет лучше, если я расскажу тебе свою историю более подробно… — удостоверившись, что Люк внимательно слушает, Эри’Нар начал свой рассказ:

— Давно, не знаю насколько, но никак не меньше десяти тысячелетий тому назад, существовал могущественный клан…