<p>Валентина Раскач</p> <p>Женские секреты</p>

Пятница, 14 октября, самая середина золотой осени. Золотая осень в нашей полосе и по определению очень красивая пора. Но в этом году осенний сезон выдался особенно ярким. Деревья, как на праздник оделись в свой волшебный триколор — охра, бордо и хаки. Буквально с первых чисел октября, ни разу не было дождя, каждый день без отдыха светило неяркое осеннее солнце, которое заставляло полыхать разноцветье природы. При этом (такое случается только осенью) в природе наблюдалось полное безветрие, деревья стояли не шелохнувшись, как будто замерли в ожидании чуда.

Андрей Северцев никогда не был романтиком, не следил за изменениями в природе, не восхищался прекрасными пейзажами. Однако, в этом году даже он отметил, что красота вокруг поднимает настроение, а такое замирание природы приносит и ему какое-то умиротворение, кажется, что жизнь прекрасна, и так будет вечно. Он даже об этом сообщил Юльке, когда вчера вечером они возвращались домой после ужина в ресторане. И вообще сильно удивил свою девушку, предложив ей не брать такси, а прогуляться до дому пешком, хотя расстояние было весьма приличное. Особенно поразил Юльку этот необычный для Андрея поступок, потому что на улице начал накрапывать мелкий дождик, а она знала, что Андрей терпеть не мог мокнуть под дождем.

И, вчера вечером, когда ложился спать, Андрей Северцев никак не мог предположить, что утром на его устоявшийся, вполне себе спокойный и размеренный уклад жизни посыплются как из рога изобилия неприятности.

Началось все с самого раннего утра. Проснулся он от противных звуков, которые издавал будильник телефона. Андрей удивленно продрал глаза: странно, Юльки рядом с ним в постели не было. Андрей попытался вспомнить, вроде, будильник в телефоне он отродясь не заводил. С тех пор, как они стали жить вместе, его всегда будила Юлька. Она четко следила за расписанием работы своего бойфренда (почему-то она никак не хотела называть его мужем, хотя они уже больше трех лет жили полноценной семьей, только что без штампа в паспорте). Андрей глянул на часы и понял, что сейчас не время рассуждать, надо срочно собираться, у него сегодня — утренний прием в клинике. По аромату свежесваренного кофе Андрей сообразил — Юлька в кухне готовит завтрак, но рассерженный тем, что его не разбудили, не пошел здороваться, сразу направился в ванную.

Наспех приняв утренние процедуры, Андрей, еще влажный после душа, с раздражением напяливал на себя махровый халат, который показался ему тесным. Они с Юлькой, отдыхая в Турции, купили себе одинаковые банные халаты, которые отличались только размером. Андрей даже посмотрел, может быть, по ошибке впопыхах одел Юлькин халат, но нет, другого халата в ванной не было, значит Юлька уже облачилась в свой, а она, точно, не могла перепутать.

— Да, сегодня день явно не удался, меня все выводит из себя, даже любимый халат тесен, пойду сразу переоденусь в костюм, а потом уж пойду завтракать. Но, «к бабке не ходи», в это утро творится что-то неладное. Обычно Юлька с утра лезет ко мне со своими телячьими нежностями, а тут вдруг не разбудила, сидит в кухне. Наверно, она решила внести элементы стресса в нашу жизнь, по-моему, недавно она жаловалась, что живем мы как-то скучно, как дряхлые старики, даже никогда не ссоримся. Но это — явно глупая шутка, неужели она думает, что я ей устрою скандал из-за того, что она меня не разбудила.

Рассуждая так, при этом на ходу натягивая на себя пиджак, Андрей вошел в кухню. Картина, которую он там застал, тоже была весьма необычна. Юлька как ни в чем не бывало в махровом халате удобно устроилась в кресле-качалке. Аппетитно прихлебывая из чашечки кофе, она с интересом рассматривала какой-то журнал, лежащий у нее на коленях.

— Наверно, по дизайну интерьеров — мелькнуло у Андрея.

— Доброе утро, Юлек!

— Привет, Андрюша!

Юлька лишь на мгновение оторвалась от глянца, бросив равнодушный взгляд на Андрея, и опять погрузилась в изучение журнала. Андрей, хотя минуту назад был уверен, что не будет выяснять отношения, завелся от такого странного поведения подруги и не удержался:

— Юль, ты, случайно не забыла, что мне сегодня к 9-00 надо быть в клинике?

— Нет, не забыла, я же завела будильник в твоем телефоне.

— А что так, у нас новые правила, теперь ты отказываешься меня будить?

— Я решила, что ты большой мальчик, пора учиться самому вставать.

Юлька, как бы нехотя оторвалась от журнала, поставила на стол чашечку с кофе и продолжила:

— А теперь тебе уж точно придется самому следить за своим расписанием, нянька увольняется.

— Юль, ты о чем? Гонишь какую-то пургу.

— Андрюша, прикинь, я долго тянула, мне непросто было пойти на такой радикальный шаг. Но все, отговаривать меня бессмысленно, решение принято — я сегодня же переезжаю к родителям.

Андрей, как за соломинку, ухватился за слово «родители», он сразу спокойно выдохнул. Если бы Юлька серьезно собиралась уезжать, причем тут родители, когда у нее есть своя квартира. Наверно, это — такой черный юмор, чтобы взбодрить его, хотя шутка весьма глупая и неуместная. И он уже спокойно, даже с иронией в голосе спросил:

— А причем здесь родители, помнится, пока ты не перебралась ко мне, жила самостоятельно в своей чудесной квартире.

— Андрюша, ты, наверно, забыл, что уговорил меня сдавать квартиру. Вот теперь надо дожидаться, пока кончится срок аренды, и постояльцы съедут, а это время придется перекантоваться у родителей.

Тут Андрей понял, что Юля не шутит, и все очень серьезно.

— Юль, ты что несешь, к каким родителям? У нас с тобой все хорошо, мы же вчера ужинали в ресторане, и ты мне ни словом не обмолвилась об этом нелепом решении.

— Но, вот именно вчера все и решилось, я специально придумала ужин, чтобы выяснить у тебя, собираешься ли ты на мне жениться или так и будешь вечным бойфрендом. Вспомни, что ты мне ответил, Андрюша.

Андрей с досадой отодвинул тарелку с кашей (которую Юля все же сварила), залпом выпил остывший кофе и решил до вечера отложить этот глупый разговор.

— Юль, давай спокойно поговорим вечером, а сейчас я бегу, боюсь, уже опоздал.

— Пока, Андрюша!

Андрей по привычке сделал было шаг по направлению к креслу, где сидела Юля, чтобы получить традиционный чмок перед уходом на работу. Но, тут же притормозил, глядя на то, как девушка увлечена журналом, решил лишний раз не нарываться. Видно, сегодня такой необычный день, что все ритуалы не работают.

Андрей уже не помнил, когда он так раздражался от нелепости ситуации и своего полного бессилия что-либо в ней изменить. Причем все усугублялось цейтнотом, в который он попал из-за разговоров на кухне. Ему срочно надо было ехать на работу, а вместо этого приходится выяснять отношения, созданные Юлькой буквально на пустом месте. И он решил, что вечером спокойно сможет разрулить ситуацию, а сейчас главное — не опоздать на работу. Быстро натянув плащ, Андрей ринулся на лестничную площадку, стал нервно жать на кнопки лифтов, которые, как назло, плавно бродили между этажами, не желая понимать, что человек опаздывает. И впрямь, сегодня все было против Андрея, поэтому, так и не дождавшись лифта, он стремглав бросился вниз по лестнице.

— Слава богу, наконец-то я в машине — облегченно выдохнул Андрей, плюхнувшись на сиденье.

Он еще не знал, сколько неприятностей ждет его впереди.

— Японский городовой! Неужели и здесь облом?

Машина не хотела заводиться. Но с этой проблемой Андрей не стал долго упираться, увидев, что буквально рядом с ним высаживается сосед из такси.

— Хоть в чем-то повезло!

Андрей так обрадовался подвернувшейся оказии, что на мгновение забыл про все неприятности сегодняшнего утра. Но радость была мгновенной, как вспышка, ее тут же вытеснили мысли о Юлькиных выкрутасах. Шофер такси оказался опытным водителем, Андрею не надо было служить живым навигатором, показывая дорогу, поэтому он мог спокойно погрузиться в воспоминания вчерашнего вечера в ресторане. Надо было обязательно вспомнить, что же такое криминальное он ляпнул, после чего Юлька решила съехать. Поразмыслив, наконец-то, он, кажется, понял, что так обидело его подругу:

— Да, точно, Юльке не понравился мой ответ на ее прямой вопрос:

— Андрюша, как ты смотришь на то, что нам пора, наконец, официально оформить наше сожительство?

На что он честно ответил:

— Юль, зачем нам эта морока — мальчишники, девичники, свадьба, куча родни, гости, ненужные подарки, еще потребуют свадебный танец, а ты знаешь, я танцевать не умею. Разве нам плохо живется без этой суеты? Я и так считаю нас полноценной семьей, нам хорошо, зачем эти условности, сейчас это не актуально.

— А дальше Юлька задала еще более странный вопрос:

— Андрюша, а в твою умную голову никогда не приходило, что мне хочется родить ребенка? Мне скоро будет тридцать лет, если затянуть, может, я не смогу сама забеременеть.

— Вот-теперь все понятно! — Андрей даже с досады хлопнул себя по лбу, чем вызвал удивленный взгляд водителя — типа, что-то с пассажиром не в порядке.

— Юлю мог обидеть мой ответ, я не нашел ничего лучшего, как сказать ей:

— Юль, на счет беременности можешь не беспокоиться, ты что забыла, я — считаюсь одним из лучших специалистов по ЭКО, у меня даже самые безнадежные беременеют. После этого Юлька сказала:

— Ладно, Андрюша, с тобой все ясно, давай сменим тему.

Андрей вспомнил, как он с большим удовольствием переключился на другую тему, не придав никакого значения Юлькиным вопросам про женитьбу и беременность. Андрею тогда показалось, что Юля, как умная женщина, вняла его резонам. Сейчас Андрей напряг свою память, чтобы в деталях воспроизвести новую тему, вдруг это тоже имеет какое-то отношение к решению Юли переехать к родителям.

— Да, вторая тема тоже была немного причудливая, с детективным уклоном. Будто последние две недели (может чуть меньше), Юля стала замечать, что ее постоянно преследует одна и та же машина. Сначала она думала: скорее всего, это — игра ее воображения. Она решила, что, видно, чрезмерная любовь к чтению детективов заставляет ее быть мнительной, и вообще все это — чистая случайность, какое-то мистическое совпадение. Но, когда случайность превратилась в закономерность, ей стало немного страшно. Она даже сфотографировала номерные знаки машины. Но, что интересно, на следующий день машина, следующая за ней, была та же, а номер автомобиля изменился. Юля снова сфотографировала, через день — опять новые номера. Помню, я тогда спросил ее:

— Юль, а у тебя какие мысли? Как ты думаешь, с чем это может быть связано?

— Мне кажется, слежка за мной как-то связано со смертью моего клиента, которому я оформляла интерьер строящегося дома. Андрюша, ты, наверняка, помнишь, я тебе рассказывала про этот несчастный случай. Меня тогда еще полиция опрашивала, потому что трагедия случилась в его новом доме, а я, как назло, оказалась там. И все из-за того, что, когда я уже кончила работать в доме Андрея Михайловича, задним числом вспомнила, что забыла поснимать для портфолио свою дизайнерскую работу. А поскольку я посчитала этот проект удачным, то решила включить его в портфолио. Еще мне хотелось узнать, как Андрей Михайлович оценил дизайн портьер (раньше из-за накладки нам не удалось обсудить мой выбор). По телефону я узнала у моего заказчика, что он еще постоянно не проживает в коттедже. Он предложил мне приехать, в оговоренный день, когда сам планирует посетить коттедж. Андрей Михайлович назначил встречу в его доме именно в тот роковой день. После того, как съемка для портфолио была закончена, я поднялась в кабинет к заказчику, чтобы вживую обсудить мой декор окон. Господи, что я говорю «вживую», я же нашла его уже мертвым.

Андрей вспомнил, как Юлька тогда в ресторане на некоторое время замолчала, как бы заново переживая увиденное.

— Да, бедной Юльке досталось: найти мертвого человека, вызвать полицию, а потом этой же полиции доказывать, что она — «не верблюд», то есть не приканчивала клиента, а должна была встретиться с ним живым.

Андрей вспоминал, как после некоторой паузы Юля продолжила свой рассказ:

— Я, честно, не знаю толком, чем там дело кончилось. Меня больше в полицию не вызывали. Но, вроде, по настоянию родственника моего клиента даже проверялась версия, что смерть Андрея Михайловича — не случайная. Ему могли подменить лекарство, зная, что у него сильная аллергическая реакция на какое-то обезболивающее лекарство. Андрей Михайлович (мой клиент) тщательно следил, чтобы в болеутоляющих, которые он принимал от частых приступов мигрени, не содержалось этого препарата, а оказалось, что перед смертью он выпил две таблетки именно того самого лекарства, категорически ему противопоказанного, и которое он тщательно избегал. В результате у него случился анафилактический шок. Не мог же он нарочно принять то, чего так остерегался?

— Юль, но, ведь, это было так давно, сколько времени с тех пор прошло? Мне кажется, не меньше полугода. А потом, ты с какого боку связана с этим?

— Если быть точной, несчастье с Андреем Михайловичем случилось 5 июля, то есть чуть больше трех месяцев назад.

— Ну, так все равно, очень давно, не понимаю, как ты связываешь слежку (если она реально существует) с твоим бывшим клиентом? Если бы была такая связь, то за тобой должны были начать следить сразу после этого события.

— Свидетельств этому нет, чисто интуитивно. Скорее всего (мне почему-то так кажется), что машину я стала замечать вскоре после того, как мне позвонил дедушка моего заказчика. Ну, я тебе это тоже рассказывала. Он сказал мне, что не доверяет следствию, которое все-таки установило, что с внуком произошла трагическая ошибка, типа, случайно перепутал лекарство. Поэтому дедушка Андрея Михайловича нанял частного детектива, чтобы тот провел более тщательное расследование. Хотя, что можно установить три месяца спустя, если по горячим следам ничего не нашли? Господи, да я тебе повторяю все, что уже рассказывала. Андрюша, помнишь, как ты еще возмущался, когда узнал, что дедушка моего клиента попросил меня, встретится с его сыщиком и описать подробно тот ужасный день: как я нашла Андрея Михайловича, постараться вспомнить, кого видела в доме.

Андрей, напряг память, чтобы восстановить полную картину того, что Юля ему рассказывала. Кстати, даже припомнил, как он категорически запретил Юльке встречаться с частным сыщиком.

И тогда в ресторане он еще просил:

— Юль, надеюсь ты прислушалась к моему мнению, не ходила еще раз подвергать себя нервному стрессу?

— Андрюша, мне стало жалко старика, он так вежливо просил. Я честно пыталась объяснить ему, что и сразу не могла ничем помочь первому следователю, а что же он хочет, чтобы я вспомнила сейчас по прошествии нескольких месяцев. Но, в результате все же уступила просьбам пожилого человека и встретилась с частным детективом. При встрече тупо пересказала лишь то, что говорила следователю в день смерти Андрея Михайловича. Но этого сыщика больше интересовало, кого я видела в доме, когда вела съемку? Я ему объяснила, что не смотрела по сторонам, у меня была другая задача — найти нужный ракурс.

Андрей вспомнил, как стал корить Юлю за то, что она совсем не считается с его мнением. Юля тут же парировала:

— Беру пример с тебя, ты тоже не слишком заморачиваешься, не хочешь учитывать мои, как ты говоришь, предрассудки.

Андрей, испугавшись, что разговор опять перескочит на женитьбу со штампом в паспорте, поспешно вернул Юлю ко второй теме:

— Надеюсь, они отстали от тебя, больше ты не встречалась с детективом?

— Представь себе, наоборот, я сама хотела его найти пару дней назад, но не дозвонилась. Не брал трубку, наверно, сидел в кустах в засаде, караулил какую-нибудь неверную жену.

— Юль, тебе больше всех надо? У тебя что, своих дел мало? Занимайся спокойно дизайном, а сыщик пусть самостоятельно занимается расследованием, за которое ему платят хорошие деньги. Я тебе категорически запрещаю ввязываться не в свои дела.

— Андрюша, дело в том, что, монтируя свое портфолио, из того материала, который я наснимала в тот роковой день, ко мне в кадр случайно попали три человека, не одетые в униформу. Именно такими посетителями интересовался частный детектив. Я хотела…

Андрей даже вздрогнул, когда почувствовал, что таксист дергает его за рукав плаща.

— Приехали, платить будете? Молодой человек, я вам второй раз повторяю, вы слышите меня? Уснули что ли?

Андрей так увлекся воспоминаниями, что не заметил, как таксист уже остановил автомобиль у клиники и начал нервничать, почему пассажир не расплачивается. Наспех рассчитавшись с водителем, Андрей, глянул на часы — еще одна маленькая удача, он приехал на работу вовремя. Это обстоятельство придало Андрею уверенности, что все выправится, он придумает, как успокоить Юлю.

— В конце концов, можно и в загс пойти, если ей так хочется — вдруг мужественно решил Андрей.

После такого простого решения на душе сразу полегчало. Перекинувшись парой слов с «девочками» в регистратуре, он стремительно взбежал по лестнице на третий этаж, где находился его кабинет. До начала приема оставалось еще 15 минут, а под дверью уже ожидала посетительница. Уверенный, что все неприятности позади, Андрей Петрович принял свой обычный самоуверенно спокойный вид, который вселял надежду в его пациенток, а при их проблемах это — один из важнейших факторов успеха.

— Доброе утро, Дарья Олеговна. Вы, так рано приехали, догадываюсь — не терпится узнать результат. Но придется подождать еще 15 минут, мне надо подготовиться к работе.

— Здравствуйте, Андрей Петрович! Я ни в коем случае вас не тороплю, просто, вы правильно угадали, я сгораю от нетерпения. Очень хочется поскорее понять, правильно ли дома мне показали тесты, что все случилось. Неужели я буду мамой? — и пациентка расплакалась, но быстро взяв себя в руки, продолжила:

— Не обращайте внимания на мои слезы, Андрей Петрович, я, на самом деле, благодарю небеса, что нашла такого замечательного врача. Правда, правда, я считаю вас добрым волшебником. Не торопитесь, я посижу понаблюдаю за рыбками. Так хорошо, что здесь в холле перед кабинетами поставили большой аквариум, очень успокаивает, отвлекает от своих тревожных мыслей.

Марина — медсестра уже была на рабочем месте. Андрей каждый раз удивлялся ее пунктуальности, Марина никогда не опаздывала на работу такое впечатление, что перед ней либо расступались московские утренние пробки, либо она добиралась на вертолете. Коллеги с завистью относились к Андрею, за глаза называли его «везунчиком», перешептовались, что босс к Северцеву благоволит, поэтому и медсестру самую лучшую ему назначил.

— Мариша, доброе утро! Ты, как всегда, спозаранку уже на вахте. Открой секрет, как тебе удается никогда не задерживаться на утренний прием, у тебя что, автомобиль со спецсигналом?

Андрей уже шутил, как обычно, забыв про утренние неприятности.

— Андрей Петрович, все очень просто — никаких секретов: когда прием утром, я добираюсь на работу на метро, а не на машине.

— Мариш, нарушаешь субординацию, нельзя медсестре быть умнее врача. Как я сам — дурак, не сообразил, что по утрам надо ездить на метро. Так рутина засосала, что перестаешь думать, действуешь, как робот — вскочил, умылся, позавтракал, сразу плюхнулся в автомобиль и едешь, клянешь пробки. А в это время умная девочка — Мариша спокойно перемещается в метрополитене, которому никакие пробки не страшны. Кстати, о машинах, представляешь, у меня сегодня утром автомобиль не завелся.

— Так, значит, вы тоже добирались на метро, Андрей Петрович? Почувствовали преимущества?

— Нет, мне повезло, таксист, как по заказу, остановился прямо рядом с моей сломанной машиной (высаживал пассажира). Так, у меня есть еще пять минут, надо дозвониться автомеханику, чтобы он подъехал ко мне за ключом и сам забрал бы мою машину в ремонт.

Андрей сходу соединился с автомехаником Алексеем, тот с готовностью откликнулся на его просьбу. Все шло, как по маслу, поэтому Андрей окончательно успокоился, решив, что жизнь налаживается.

— Мариша, ты, наверно, помнишь жену Алексея Фролова — Машу, где-то года два назад она у нас наблюдалась.

— Конечно, Андрей Петрович, отлично помню. Маша очень словоохотливая особа, всю жизнь свою мне рассказала. Они до нас лечились еще в двух клиниках, и никак у Маши не приживались эмбрионы, а у нас — она забеременела с первой же подсадки, родила мужу двух пацанов.

— Так, вот — они так благодарны, что Алексей просто умолял обращаться к нему по любой проблеме с машиной (а он в своем деле, как я слышал, автомеханик просто от бога). Я вообще-то не люблю использовать связи, но в каждом правиле есть исключения — уже второй раз эксплуатирую это знакомство.

— Андрей Петрович, чуть не забыла, до вашего прихода звонил Рудольф Викторович, просил вас зайти к нему сразу по окончанию приема.

— Интересно, что боссу понадобилось? Не часто он приглашает к себе на ковер, обычно, по-простому, сам заходит.

Когда прием пациентов закончился, Андрей поспешил в кабинет директора клиники, хотелось поскорее завершить все дела. Он уже решил, что по дороге домой заедет в цветочный магазин (без букета сегодня никак нельзя) и прямо с порога скажет Юле, что мечтает стать законным мужем. Андрей уже представлял, как Юлька бросится к нему на шею, и как, по-прежнему, все у них будет хорошо.

В кабинете босса Андрея ждал еще один неприятный сюрприз, но, видно, такой уж сегодня день.

Все в клинике знали, что Рудольф Викторович один воспитывает дочь, его жена умерла при родах девочки. Это произошло, когда они оба учились в медицинском институте. Потрясенный произошедшей трагедией Рудольф Соловьев, с потерей курса перешел на другой факультет, чтобы стать акушером-гинекологом и спасать жизни рожениц. Так и случилось: после окончания института он работал по специальности, заработал репутацию отличного врача в своей области.

Но новое время ставило новые задачи, и Рудольф Викторович Соловьев освоил более узкую специализацию по лечению бесплодия. В результате, благодаря своим хорошим организаторским способностям, нужным связям и начальному капиталу, ему удалось организовать частную клинику по лечению бесплодия с помощью современных репродуктивных технологий.

И все у босса было бы хорошо, если бы не проблемы с воспитанием дочери. По рассказам всезнающих медсестер, босс с пеленок так избаловал свое чадо, что теперь на дочь просто не было никакой управы. Якобы, эта любимая доченька так и не дала отцу жениться. Судачат, мол, все претендентки в жены, которых приводил отец, пытаясь устроить личную жизнь, вылетали с треском, не выдержав и месяца капризов своенравной дочурки. Когда-то в знак протеста против очередной кандидатуры на роль ее мачехи девочка даже убегала из дома, прибившись к стайке хиппующих подростков. После этого случая несчастный отец раз и навсегда оставил затею жениться. Опять же по слухам, у босса все же есть дама сердца, но встречается он с ней на нейтральной территории, не приводя в свой дом.

Андрей один раз встречал дочку босса в клинике. «Чудо в перьях» — сразу поставил диагноз ее прикиду Андрей. Видел он ее где-то год — полтора назад, сейчас это уже — не маленькая девочка, а вполне себе оформившаяся девушка. Фигура ее тонула в совершенно безразмерной толстовке, из-под которой выглядывали драные джинсы. А, что творилось у девушки на голове, это — отдельная песня. Довольно пышные волосы были окрашены, кажется, во все цвета радуги.

— Точно, она принадлежит ЛГБТ сообществу, а иначе зачем так уродовать одно из главных украшений женщины — волосы. И одета в какую-то хламиду-монаду, из-за которой совершенно непонятно, есть ли у девушки признаки женской фигуры. Неужели на такое чучело может клюнуть хоть один нормальный молодой человек?

Так подумал тогда Андрей и решил, что только любящий папочка может терпеть рядом с собой это недоразумение. Но то было год или полтора назад, и Андрей даже в страшном сне не мог представить, что ему самому придется самым тесным образом общаться с этой пренеприятной особой.

После ритуальных приветствий и вопросов босса, как жизнь, Рудольф Викторович вдруг неожиданно вкрадчивым голосом обратился к Андрею:

— Андрей Петрович, у меня к тебе большая просьба.

Андрей интуитивно насторожился, очень необычно было уже то, что Рудольф Викторович говорил о просьбе, обычно от него поступали указания и директивы. После небольшой паузы шеф продолжил:

— Понимаешь, Андрюша, моя дочь Маргарита окончила медицинский университет. И, ты не поверишь, с красным дипломом по специальности акушер-гинеколог.

— Поздравляю, Рудольф Викторович! Наверно, очень старательная у вас дочь, да и, как быть другой, с таким папой.

Андрей врал, как сивый мерин, на самом деле он был уверен, что это лохмато-разноцветное чудовище, пользуясь папиными знакомствами купила красный диплом (сейчас существует такая практика у молодежи).

— Дело в том, Андрюша, для меня самого это — своего рода неожиданность. В свое время мне с трудом удалось уговорить Марго, чтобы она выбрала именно мою специальность. Пришлось рассказать ей свою историю, как сам стал врачом гинекологом. Раньше я вообще с ней не обсуждал смерть ее мамы, говорил, что она умерла, когда Марго была совсем маленькой, поэтому Марго ее не помнит. И, как ни странно, на Маргариту очень подействовала моя мотивация в выборе профессии, и мне больше не пришлось ее уговаривать — она сама тоже решила стать акушером-гинекологом.

Рудольф Викторович на мгновение замолчал. Андрей очень обрадовался, решив, что, наконец, босс перейдет к сути дела, а не будет, ни с того, ни с сего делиться со своим подчиненным распирающей отца радостью по поводу успехов дочурки. Но, не тут-то было, шеф продолжил свое пространное вступление:

— Во время учебы в вузе дочь никогда не показывала мне свою зачетную книжку, старательно прятала ее от меня, я был уверен, что отметки там далеко не отличные, но радовался тому, что она каждый семестр кончала без хвостов. Еще Марго взяла с меня слово никогда не расспрашивать у знакомых профессоров, о ее успеваемости в университете. Мне было, хоть и трудно, но я честно сдержал данное ей слово. Когда приятели профессора при встрече хвалили мою дочь, я воспринимал эти дифирамбы, как дань нашей дружбе, и втайне надеялся, что они относятся к Маргарите весьма благосклонно и без моего участия. И вот, представляешь, такой сюрприз — красный диплом.

Сияющий, как начищенный самовар, Рудольф Викторович выдержал довольно длительную паузу, во время которой Андрей с недоумением размышлял:

— Интересно, а я здесь причем, зачем мне все это знать про его красно-дипломное сокровище с цветными волосами?

И тут, как гром среди ясного неба, Андрей, наконец, услышал к чему была вся эта преамбула:

— Андрей Петрович, я хочу тебя попросить взять шефство над моей дочерью, пусть она рядом с тобой поработает годик или чуть больше, как получится.

— Рудольф Викторович, что-то я не понял, как это — рядом поработает?

Понимаешь, Андрюша, ты же сам знаешь: с недавнего времени у нас в стране отменили интернатуру, сейчас ей надо еще два года учиться в ординатуре, чтобы потом получить аккредитацию и работать самостоятельно. Так вот, пока она будет учиться в ординатуре, она может проходить практику в нашей клинике. А поскольку ты у нас — лучший врач в области репродуктивных технологий, я хочу, чтобы она, работая рядом, поднабралась у тебя премудростям нашей профессии.

— Рудольф Викторович, но, мне кажется, что в области лечения бесплодия нет никого, кто бы, знал дело лучше, чем вы. Я же — ваш ученик.

Андрей робко пытался поспорить с боссом, но тот, видно, уже принял решение.

— Андрей Петрович, я уже практически отошел от лечебных дел, сам понимаешь, административная работа все соки выжимает. Потом, я катастрофически отстал от передовых технологий, которые семимильными шагами идут вперед. А ты у нас посещаешь все семинары и конференции, короче, молодец, держишь руку на пульсе. Да, что я тебя уговариваю, помоги мне, прошу! Еще и потому, что сам я не могу учить Марго, родители у детей не пользуются авторитетом. Вот- у тебя пока нет детей, а будут — узнаешь, каково с ними.

И тут Рудольф Викторович использовал запрещенный прием:

— Андрюша, ты, наверняка, слышал, что Маргарита выросла без матери, представляешь, она ни разу в жизни не произнесла слово «мама». Наверно, поэтому мне хочется, может даже излишне, сделать для нее то, что мне кажется самым лучшим.

Андрей сделал последнюю попытку переубедить шефа:

— Рудольф Викторович, ну, посудите сами, какой из меня наставник, здесь, ведь, помимо знаний надо обладать педагогическим даром. Кроме того, боюсь, вашей дочери не понравится мой характер, чересчур прямолинейный, без экивоков рублю то, что думаю, не считаясь с чувствами тех, к кому обращаюсь. Вот так пару раз отчитаю вашу дочурку, у нее сразу пропадет вся любовь к медицине. А ей, как я понимаю, нужна ласка, которой не хватило, потому что она росла без матери. Почему бы вам не рассмотреть в роли наставника вашей дочери Наталью Сергеевну Кузнецову? Она и специалист хороший, а самое главное, очень обходительная и тактичная женщина, окружит Маргариту теплом и заботой.

— Андрей Петрович, ты просто с ума сошел! Не слышал, что ли? У нас с Натальей Сергеевной, не знаю даже, как тебе правильно сказать, ну, в общем, тайно от дочери я встречаюсь с ней.

— Так это же чудесно, Рудольф Викторович. Маргарита, работая с Натальей Сергеевной, поймет, какая ее наставница замечательная женщина, привяжется к ней. Тогда, может, и не надо будет скрывать ваши отношения, заживете все вместе дружной семьей.

— Андрей, ты так рассуждаешь, потому что не знаешь характер моей дочери. Наверняка, кто-нибудь из медсестер, как бы невзначай, проболтается про наш роман, и Марго сразу решит, что я определил ее к Наталье Сергеевне для налаживания дружбы с ней. Тогда, мне даже трудно представить, что будет. Не удивлюсь, если Марго пулей вылетит из нашей клиники, не исключаю, что еще убежит и из дома (такое уже бывало).

Андрей все не унимался, ему казалось, что еще есть возможность переубедить босса:

— Наверняка, такое поведение было у вашей дочки в подростковом возрасте, а сейчас она уже перебесилась, и теперь все будет иначе. Уверяю вас, Рудольф Викторович, все равно, работая в нашей клинике, Маргарита узнает про ваш роман с Натальей Сергеевной.

— Но, что у меня есть женщина дочь и так догадывается, я же часто не ночую дома.

— Тогда не понял, в чем дело?

— Но это же на стороне, я Наталью Сергеевну не привожу в наш дом. Самое главное, у Марго с детства образовался чудной стереотип, что я ей хочу навязать «новую маму», поэтому дочь категорически против, чтобы моя женщина навязывала ей свою любовь и заботу.

На какой-то момент Рудольф Викторович замолчал. Андрею показалось, что он обдумывает его предложение.

— Нет, Андрей Петрович, не хочу рисковать. Понимаешь, у меня есть планы в скором времени отойти от дел, и вообще клинику передать Маргарите.

Такого поворота Андрей даже в страшном сне представить себе не мог. Все аргументы куда-то испарились, он с ужасом стал думать, что же будет с отличной клиникой, после передачи ее в руки бестолковой девчонки, неопытной не только в медицине (это второе дело), но, самое главное в бизнесе, в котором Рудольф Викторович был просто, как рыба в воде. Редкий случай, когда хороший врач оказался еще и замечательным организатором, причем сумел в кратчайшие сроки постигнуть все премудрости рынка и с нуля создать частную клинику, которая быстро завоевала прочную репутацию.

— Да, видно придется «делать ноги», искать себе другое место работы, если босс не шутит — подумал Андрей.

— Андрюша, смотрю ты расстроился. Не хотел говорить, но, видно, придется. Только уговор: все, о чем я тебе сейчас скажу, должно остаться между нами. Маргарита пока, естественно, ничего не знает. Понимаешь, Наташа устала от таких половинчатых отношений, она говорит, что хочет нормальную семью и ребенка. Наталья Сергеевна на своей работе помогает женщинам стать мамами, а сама вынуждена предохраняться. чтобы, не дай бог, не забеременеть.

Рудольф Викторович оглянулся по сторонам, как будто боялся, что его могут подслушать, и продолжал:

— Андрюша, у них, у женщин, неистребимый природный инстинкт продолжения рода. Наташа мне объявила, что, по любому, она в ближайшее время собирается заняться планированием беременности, а после того, как это случиться, я могу быть свободен (представляешь, так и сказала).

Андрей, слушая босса, вспомнил сегодняшнее утреннее выступление Юльки и подумал:

— Просто, один к одному, те же самые требования и у его Юльки. Да, это — урок мне на будущее, необходимо учитывать, что у женщин мозг устроен совершенно по-другому, не так, как у нас мужиков.

Между тем, Рудольф Викторович не хотел закругляться с разговорами, хотя Андрей спешил домой (ему надо было уладить свои дела). А боссу, как на зло, понадобилась «жилетка», ему хотелось кому-то поплакаться, рассказать о своих проблемах, поэтому он продолжал откровенничать:

— Ну, я подумал и предложил Наташе другой вариант: не спешить с этой затеей с ребенком, а дождаться, когда Марго кончит ординатуру. Я за эти два года введу дочь в курс дела, познакомлю с нужными людьми в бизнесе и на первое время найду ей хороших помощников. Ты, Андрей Петрович, подготовишь ее по лечебному делу. И через два года мы с Наташей тихо, спокойно поженимся и переедем в Крым. В Крыму живут мои родители, у самого синего моря (босс, похоже, впал в лирику) — у них там дом. Первое время поживем у родителей (им это будет в радость), а потом, если Наташа захочет, купим себе отдельное жилье.

Рудольф Викторович уже не спрашивал о желании Андрея, стать наставником его своенравной дочери. Подразумевалось, что Северцев со всем согласился, и, чтобы не терять без толку времени, Андрей не стал спорить с шефом. Андрей уже «бил копытом», ему хотелось, пока не поздно, начать решать свои собственные проблемы.

— Странно, Юлька так ни разу за весь день не позвонила мне, наверно, обижается. Надо скорей домой, сообщить ей, что готов на все свадебные прибамбасы, пусть будет все, как она захочет.

Андрей уже думал о своих делах, в пол уха слушая грандиозные планы Рудольфа Викторовича. Когда, наконец, ему удалось вставить слово, многозначительно посмотрев на часы, соврал боссу, что у него через час намечена встреча, поэтому, он, конечно, извиняется, но вынужден срочно бежать, чтобы не опоздать.

Вырвавшись, наконец, из цепких лап начальства, Андрей выбежал на улицу. В первый момент он был счастлив, как любой человек, которому с трудом удалось обрести свободу действий. Но очень скоро его вдруг охватило необъяснимое состояние тревоги и, кажется, даже страха, липкое, гадкое предчувствие, что должно произойти что-то непоправимое. Такое с Андреем было впервые, он уж точно не был фаталистом, не ждал от судьбы подвохов, не верил ни в какие приметы. Он считал, что человек сам — «кузнец своего счастья», а уж если, что не так, значит — виноват, ищи, где накосячил. Андрей считал, что, если он в чем и напортачил, так это только в том, что не сразу уловил Юлькины желания со свадьбой и с ребенком. Но, потенциальный законный муж успокаивал себя тем, что он все-таки вовремя понял — и сейчас все быстренько исправит.

Автомеханик Алексей, как и обещал, уже с утра забрал машину Андрея, но, осмотрев поломку, сообщил по телефону, что на ремонт понадобится не менее трех дней. Поэтому Андрей некоторое время колебался: как добираться до дома — на метро или на такси? Стараясь выкинуть из головы нахлынувшие предчувствия, Андрей, по заранее намеченному плану купил роскошный букет красных роз в цветочном магазине неподалеку от клиники. Может быть, именно боясь оставаться наедине со своими тревожными мыслями, решил не вызывать такси, а добраться домой на метро. Во-первых, это быстрее, а Андрей очень спешил сделать Юле официальное предложение до того, как она успеет осуществить свою глупую идею с переездом к родителям.

— Не дай бог, она и вправду уже съехала. Может, поэтому на душе кошки скребут. В жизни такого не было, чтоб Юлька за день ни разу не позвонила и, что совсем необычно — она отключила свой телефон — «глухо, как в танке».

Размышляя так, Андрей спустился в метро. Благо, станции метрополитена находились близко и от клиники, и от его дома. В метро, действительно, было очень многолюдно, поэтому здесь не до переживаний, надо решать совсем другие задачи — сначала втиснуться в переполненный вагон, а потом каким-то образом, почти, как пробку из шампанского, вытолкнуть себя из него. При всем этом, надо было проявить неординарные чудеса ловкости, чтобы спасти букет. Когда Андрей успешно справился с этими проблемами, и, наконец, оказался у подъезда своего дома, здесь с ним опять случился приступ необъяснимого страха.

Прежде, чем войти в подъезд, Андрей обошел дом, чтобы посмотреть, стоит ли Юлькина машина на своем обычном месте. Он чуть не закричал от радости, увидев Юлькин автомобиль.

— Ну, вот, все в порядке, а я, как истеричная барышня, с ума схожу! Бегом домой! — по-военному скомандовал себе Андрей.

Андрей спешил, поэтому ему хотелось, незаметно проскользнуть мимо любопытной и очень разговорчивой консьержки, которая по поводу и без всякого повода вела беседы со всеми проходящими мимо жильцами. Консьержку звали Аделаида Юрьевна, в ее «скромном офисе» на столе перед ней всегда стояло зеркало, и она даже во время разговора, как бы невзначай, в него заглядывала. Андрею казалось, что Аделаида Юрьевна очень похожа на героиню Фаины Раневской из комедии «Весна».

— Наверно, каждый раз любуясь своим отражением в зеркале, Аделаида Юрьевна про себя произносит: «Красота — страшная сила». — думал Андрей.

Еще он был уверен, что консьержка, глубоко погруженная в жизнь жильцов дома, знает про них гораздо больше, чем они сами про себя разумеют (лично про Андрея она помнила все, даже и то, что он, за ненадобностью, давно выкинул из своей памяти). К несчастью, проскользнуть незаметно не удалось, Андрея настигло густое грудное контральто Аделаиды Юрьевны:

— Добрый день, Андрей Петрович! Куда вы убегаете? Мне надо серьезно с вами поговорить.

— Добрый день, Аделаида Юрьевна! А в другой раз нельзя? Очень спешу.

— Нет, никак нельзя! Вот сегодня утром вы, наверно, тоже спешили, не так ли?

— Да, я, действительно, чуть не опоздал на работу.

— Понимаю, Андрей Петрович. Этим, конечно, можно объяснить, почему вы запамятовали оставить мне записку, что вызвали слесаря-водопроводчика. Но на будущее убедительно прошу вас все же не забывать, и желательно еще, указывать диапазон времени, когда мастер обещал прийти.

Аделаида Юрьевна укоризненно покачивала головой, не забывая при этом, как бы случайно, бросать взгляд на себя в зеркало, и продолжала нудить:

— Андрей Петрович, мы же все вместе на общем собрании жильцов постановили, чтобы не пускать в дом чужих людей, выполнять это простое правило. Вы что, забыли?

— Я прекрасно помню, что надо оставлять вам информацию, когда вызываешь мастеров, но я не вызывал сегодня водопроводчиков, Аделаида Юрьевна.

Так чистосердечно объяснил Андрей. И он уже было сделал движение по направлению к лифтам, решив, что отделался «малой кровью» от продолжительной беседы.

Консьержка оторвалась от зеркала и с недоумением растерянно посмотрела на Андрея.

— Как так? Поскольку у меня не было записки, я тотчас позвонила вашей жене. Юлия Николаевна мне сообщила, что сама она не вызывала слесаря-водопроводчика. Но, поскольку у вас плохо работает унитаз, она решила, что именно вы, Андрей Петрович, вызвали мастера, забыв и ее предупредить, поэтому открыла дверь подъезда, услышав звонок слесаря. И потом я прекрасно помню, когда водопроводчик сделал свою работу, и выходил обратно, я спросила его, что он несет в такой большой сумке? На мой вопрос мастер ответил, что хозяйка попросила выбросить старый бачок от унитаза, который он заменил. Я еще удивилась, что бачок такой большой и…

Андрей, не дослушав причитания Аделаиды Юрьевны, бросился к лифтам (к счастью, один из них стоял на первом этаже). Он уже понимал, что предчувствия не обманули — произошло что-то ужасное. Секунды в лифте показались часами, наконец, он — у порога своей квартиры. Интуитивно, не доставая ключей, толкнул дверь — странно, она оказалась открытой.

— Юлек, ты где? Принимай букет!

В квартире стояла зловещая тишина, которая убила еще теплившуюся надежду, что предчувствие беды обмануло. Ноги стали ватными, они плохо слушались Андрея, еще мешал дурацкий букет, который он с остервенением швырнул прямо на пол в прихожей. Когда Андрей ворвался в гостиную, он увидел ужасную картину:

Юля лежала на полу с пробитой головой, на ковре образовалась большое кровавое пятно. Андрей бросился к ней в надежде оказать первую помощь. Но, коснувшись Юли, понял, что спасти ее уже нельзя — тело было холодным. Андрей позвонил в полицию и сообщил о случившемся.

Все, что происходило потом, он воспринимал совершенно отрешенно. Его с такой силой накрыла боль от потери любимого человека, что ему было абсолютно наплевать, что делается вокруг. Он потерял счет времени. Ему казалось, что это происходит не с ним, а он смотрит отвратительный фильм, и что удивительно, будто бы он играет одну из ролей в этом кино. И это не он отвечает на вопросы следователя, а герой, роль которого он исполняет.

Уже более двух часов в квартире Андрея работала группа оперативников, приехавших на вызов. Сначала эксперт криминалист занимался телом жертвы. После того, как он совершил все необходимые процедуры, труп увезла «Скорая помощь». На ковре осталось лишь кровавое пятно и очерченный следователем контур лежащего здесь ранее тела. Оперативники, по- прежнему, деловито сновали по квартире, рассматривали какие-то вещи, периодически задавали вопросы Андрею, он автоматически отвечал на них.

— Андрей Петрович, а у вашей жены был мобильный телефон?

— Да, конечно. Но сегодня в течении дня она мне ни разу не позвонила, и, когда я набирал Юлин номер, ее телефон был отключен (что весьма необычно).

— Наберите, пожалуйста, ее номер, если телефон в квартире, мы услышим звонки.

Андрей послушно набрал Юлькин номер, звонков не было (это было очевидно, так как телефон еще днем был отключен).

— Скажите, а когда утром вы уезжали на работу, у вас дома также были разбросаны вещи по квартире?

— Нет, кажется, как всегда, был полный порядок.

— Андрей Петрович, а почему на полу стоит чемодан, разве ваша гражданская жена куда-то собиралась уезжать?

— Нет, никуда не собиралась.

Андрей не врал, он совершенно забыл, что Юлька собралась переехать к родителям. Он же решил, что женится, следовательно мотив переезда был устранен. Поэтому в мозгу у него сложилось, что все наладилось, вернее, должно было наладиться.

— Андрей Петрович, в квартире явно что-то искали. У вас дома хранились какие-нибудь ценности?

Андрей оторопело посмотрел на сыщика:

— Что вы имеете в виду под ценностями? Золота, бриллиантов и антиквариата у нас не было. Наличности в квартире мы тоже не держали, все деньги хранили в банке и на «пластике». Юля за последние полтора года заработала очень приличную сумму, она работала дизайнером интерьера в частном доме. По моему совету она сдала все деньги в банк на депозит, а жили мы на мою зарплату (я работаю врачом в частной клинике). Так что я даже не представляю, что у нас можно искать.

— Андрей, Петрович, но преступник явно что-то искал, иначе зачем перевернул весь дом. Постарайтесь, внимательно посмотреть, что на ваш взгляд исчезло.

Андрей стал оглядываться по сторонам — вокруг действительно царил хаос, на полу были раскиданы вещи из гардероба Юли, похоже, бандит рылся в карманах ее одежды.

— Непонятно, что он хотел найти?

Вдруг взгляд Андрея упал на письменный стол, за ним Юля работала над своими дизайнерскими проектами. Обычно стол был заставлен, на нем не было пустого места — компьютер, принтер, ноутбук, профессиональный фотоаппарат, куча каких-то коробочек с флешками, с еще всякого рода прибамбасами, нужными ей для работы. Там же обычно лежал Юлькин мобильник, зарядка к нему и еще стопка журналов по дизайнерскому интерьеру жилища. Сейчас на столе были разбросаны только журналы, вся оргтехника словно испарилась. Андрей сообщил об этом следователю.

— Ну вот — это уже интересно, значит, искали что-то связанное с работой вашей жены.

— Она же не на секретном предприятии работает, не понимаю причем здесь ее работа? Хотя погодите, Юля мне рассказывала, что последние две недели за ней все время ездит одна и та же машина, она ее доже фотографировала на телефон. Но, наверно, поэтому телефон и пропал — высказал свою догадку Андрей.

— Очень странно, почему пропала остальная техника…

Андрей не успел досказать — в квартиру буквально ворвались Юлины родители, которым он сообщил о несчастье сразу после того, как вызвал милицию. Следователь понял, что вести дальнейший опрос в присутствии убитых горем родителей бессмысленно, поэтому предложил:

— Андрей Петрович, давайте договоримся так: в понедельник вы подъедете в наш следственный комитет и подробно расскажете мне все, что удастся вспомнить насчет этой машины. Вдруг Юлия Николаевна догадывалась, с чем это преследование может быть связано, как-то вам объясняла. Итак, жду вас к 10 часам в понедельник в следственном комитете. Сможете подъехать в это время?

— Смогу, если это необходимо.

Хорошо, что следователь оставил визитку, потому что Андрей не запомнил, ни звания, ни фамилии сыщика, хотя он и представился, когда бригада оперативников приехала на вызов.

Самое ужасное для Андрея началось, когда оперативники покинули квартиру, и в ней остались только трое самых близких Юле людей, которые уже ничего не могли изменить ни в своей, ни в ее судьбе. Каждый из них терзался чувством вины за то, что не смог уберечь любимого человека, а, кроме того, никак не мог понять, за что на него свалилась такая беда.

Татьяне Дмитриевне сразу стало плохо, когда она увидела на ковре кровавое пятно и силуэт дочери, очерченный оперативниками. Пока Андрей приводил ее в чувство, используя свои врачебные навыки, Николай Иванович бубнил про то, что он отговаривал жену ехать, рассказывая, как пытался убедить ее:

— Таня, зачем мы поедем, все равно изменить ничего нельзя. Нам никто даже объяснить не сможет, как это произошло, и за что убили нашу девочку.

Перессказывая это Андрею, Николай Иванович вдруг в голос зарыдал. Пришлось сделать успокоительный укол и несостоявшемуся тестю. Когда оба родителя немного пришли в себя, Андрей предложил перейти из гостиной в кухню, где, по крайней мере, не было следов присутствия преступника. В кухне, убийца, видимо, ничего не искал — там был полный порядок. Зная, что Николай Иванович не употребляет спиртное (когда-то в глубокой молодости, «он завязал»), Андрей все же, чисто по инерции, предложил выпить коньяку. Оба родителя охотно закивали головами. Николай Иванович сказал, что он перед выездом сюда уже приложился к рюмке, поэтому они добирались на такси. Андрей не удивился, видно, такой сегодня день, что все привычки и зароки не соблюдаются.

Сначала за столом установилась тягостная тишина: было совершенно непонятно, о чем говорить, да, и к чему слова. Пили молча, естественно, не чокаясь. Андрей достал из холодильника все, что подвернулось под руку, но никто не закусывал. Неожиданно после третьей рюмки коньяка, который Татьяна Дмитриевна пила наравне с мужчинами, она вдруг заговорила:

— Одна я во всем виновата! — каким-то не своим голосом запричитала Юлина мама.

— Таня, не говори ерунды, при чем здесь ты — пытался было одернуть жену Николай Иванович.

Однако, Татьяну Дмитриевну, как прорвало, ее уже нельзя было остановить:

— Как ты не понимаешь, Коля, сегодня утром у Юли была назначена встреча с новым клиентом, и, если бы она ее не перенесла, ничего бы не случилось. А изменила время встречи дочка (с этой пятницы на понедельник будущей недели) по моему дурацкому совету. И что удивительно, раньше Юля никогда не слушала моих советов, все делала по своему разумению, а тут первый раз согласилась с моими аргументами.

— Таня, а тебе в голову не приходит, что тогда бы несчастье с Юлей могло случиться просто в любой другой день, когда она одна оставалась дома. Непонятно только, что преступнику понадобилось от нашей девочки…

Николай Иванович опять горько зарыдал. Не обращая внимания на истерику мужа, Татьяна Дмитриевна твердо гнула свою линию:

— Нет, я уверена, что если бы сегодня Юля, как и договаривалась, встретилась бы спокойно с заказчиком, а завтра бы переехала к нам в загородный дом, то она была бы жива.

— Не понимаю, Таня, от горя у тебя, похоже, помутился разум. Почему Юля должна была переехать к нам?

— Объясняю. Помнишь, Коля, я тебе говорила, что дочь приезжала к нам во вторник на этой неделе. Так вот — Юля сказала, что хочет поговорить с тобой, она хотела что-то выяснить у тебя про предыдущего клиента. Именно по твоей протекции он взял нашу дочь дизайнером интерьера его строящегося дома. Она была счастлива получить такой мощный проект, заработала очень много денег, но, когда она уже практически все закончила, клиент неожиданно скончался. Я, честно говоря, не поняла — она проект завершила, клиент перед смертью успел расплатиться с Юлей, так зачем ей надо им интересоваться? Не логично получается, но Юля сказала, что сейчас с ней происходят необъяснимые вещи, которые она почему-то связывает с этим заказчиком. Я еще тогда глупо пошутила (самокритично заявила Татьяна Дмитриевна), ляпнула что-то типа:

— Папы нет сейчас дома, он сдает очередной архитектурный проект, так может, устроим спиритический сеанс связи с твоим умершим клиентом, и ты узнаешь у него самого все, что тебя интересует.

Татьяна Дмитриевна на мгновение замолчала. Андрей даже решил вставить «свои пять копеек» и сообщить, что ему Юлька рассказала про преследующую ее машину, но не успел, Татьяна Дмитриевна продолжила:

— Дочь так редко к нам приезжала последнее время, поэтому, обрадовавшись нежданной встрече, я решила поболтать с ней о наших женских проблемах. Когда мы сидели и пили чай, я спросила Юлю:

— Юлек, ты на меня не обижайся, может быть, я лезу не в свои дела, но я же — твоя мама, поэтому переживаю, скажи, почему вы с Андреем никак не подарите нам внуков?

Говоря это, Татьяна Дмитриевна исподтишка метнула гневный взгляд на Андрея и продолжила:

— Потом я ее прямо спросила: «Юль, неужели тебе до сих пор не хочется завести ребенка? Вы что, специально не планируете детей, или у вас не получается?»

Николай Иванович опять перебил жену:

— Танюша, ну, причем тут дети и убийство нашей дочери?

— Связь самая прямая, Коля, ты же не даешь мне договорить, поэтому не понимаешь, в чем моя вина. Слушайте, что ответила Юля на мой вопрос о ребенке:

— Если честно, я сама давно созрела, мне очень хочется стать мамой. Мне даже иногда по ночам снится, как я вожусь со своим малышом. В моих снах это — мальчик, такой крепкий бутуз, а черты лица — копия Андрей.

— Тогда не понимаю, за чем задержка? — наивно спросила я.

— Мам, может быть, это — предрассудок, но я считаю, что ребенок должен родиться не в гражданском браке, а в полноценной семье, где родители с одной фамилией, чтобы не думать потом, чью фамилию записывать в метрику ребенку.

— Так, в чем же дело? Распишитесь — и проблема будет устранена — опять тупо талдычила я.

— Здесь у нас с Андреем разные взгляды. Он считает, что институт брака — архаический пережиток. Говорит, что-то, типа: «У нас и так — полноценная семья, а штамп в паспорте — чистая условность, которая не добавит нам счастья, а лишь принесет лишние хлопоты».

— Услышав такой ответ дочери, я предложила ей осуществить хитрый план (не иначе, черт меня надоумил). Совет мой был таков: сначала еще раз спросить Андрея, не пора ли, в конце концов, официально оформить отношения? Если он упрямо будет настаивать на статус-кво, сказать ему, что тебя такой формат отношений больше не устраивает. А затем твердо объявить ему, что ты собираешься переехать к родителям. Я была просто уверена, что Андрей и дня не сможет прожить без Юли, на следующий же день приедет за ней к нам в дом. Я ни секунды не сомневалась, что он согласится на официальное оформление брака.

Татьяна Дмитриевна посмотрела в сторону Андрея, который согласно кивал головой. Затем она налила себе полную рюмку коньяка, практически залпом опустошила ее и продолжила:

— Юля с детства была очень самостоятельным ребенком в принятии решений, а уж во взрослом возрасте она, и подавно, не слушала моих советов, все делала по-своему. А тут, вдруг, дочь сказала мне, что я ей подала хорошую идею, она осуществит ее прямо на этой неделе. Юля решила в четверг пригласить Андрея на ужин в ресторан, чтобы там последний раз прощупать его отношение к женитьбе в загсе. А, если он опять будет парить ей мозги, доказывая ненужность свадебной суеты, то на следующий день в пятницу (то есть сегодня) Юля объявит, что съезжает к родителям. Причем, дочка решила даже отменить деловую встречу, назначенную на утро пятницы. Представьте, если бы утром Юли не было дома, то ничего бы не случилось!

Татьяна Дмитриевна пыталась еще в чем-то обвинить себя, но тут уже не выдержал Андрей и, невежливо перебив ее, стал утверждать, что это он виноват во всем, так как вчера в ресторане вовремя не забил тревогу, узнав, что Юлю уже недели две преследует одна и та же машина.

— Скорее всего, в машине был убийца. Но мне такое даже в голову не могло прийти, чтобы Юльку всерьез кто-то мог преследовать. Она — не носитель тайн государственной важности, у нее вполне себе мирная профессия — дизайнер интерьеров, она не оспаривает наследство дядюшки миллиардера. Причем, охотились явно не за деньгами — все Юлькины банковские карты остались нетронутыми, исчез ее мобильный телефон, компьютер, ноутбук и профессиональная фотокамера, которую она также использовала только в своей работе. Когда мне Юлька рассказала про преследование, я ее спросил, а с чем она сама это связывает? Ответ тоже был весьма странный, но и он меня не насторожил. А сказала она приблизительно следующее:

— Мне кажется, что это как-то связано с загадочной смертью моего предыдущего заказчика. Кстати, к нему меня «сосватал» мой папа, надо будет у папы побольше узнать об Андрее Михайловиче, может, тогда я пойму, в чем дело.

Николай Иванович вскочил со стула и закричал:

— Теперь все ясно! Вы оба здесь ни при чем, я сам виноват в гибели моей дочери. Именно я посоветовал Андрею (да, не тебе — Николай Иванович кивнул в сторону Андрея — а твоему тезке, сыну моих погибших одноклассников) взять мою дочь оформлять интерьер строящегося дома.

Теперь уже Татьяна Дмитриевна бросилась защищать своего мужа:

— Коля, ну, что ты такое говоришь! Юля же была безмерно рада получить такой крупный заказ. Для начинающего дизайнера это была просто сказочная удача, дочь, можно сказать, прыгала от счастья. Она прекрасно справилась, клиент остался доволен, кстати, успел, пока был жив, прорекламировать Юлю своему другу (именно с этим клиентом Юля перенесла встречу с сегодня на понедельник). Да, и потом, подумай сам, заказ она получила почти два года назад и окончила его выполнять давным-давно, с тех прошло больше месяца.

— Таня, ты что еще не поняла, что смерть нашей дочери загадочным образом связана с Андреем Михайловичем Звонаревым. Не случайно Юля приезжала ко мне специально, чтобы получить о нем какие-то, интересующие ее сведения. Подтверждение тому — преступник забрал из дома всю оргтехнику, с которой Юля работала над проектом его дома. Вопрос только в том, что убийца искал, перетряхнув всю квартиру? И почему надо было убивать нашу девочку, почему она сама не отдала ему то, что он искал? Неужели он охотился за оригинальными творческими решениями оформления дизайна? За это не убивают, да и Юля, я уверен, поделилась бы с любым своими дизайнерскими находками. Мне приходит в голову сумасшедшая мысль: «А что, если, Юлин клиент запрятал в доме какой-то тайный сейф, а наша дочь проектировала, как закамуфлировать его так, чтобы никто не смог найти?» Но это уже из области фантастики, просто ничего другое не приходит в голову.

Вопрос повис в воздухе. В кухне опять воцарилась гнетущая тишина. Опустошив полную бутылку коньяка, а также облегчив свою душу признанием того, в чем каждый себя винил, несчастная троица поняла, что пора расходиться. Наконец, по просьбе родителей Андрей вызвал такси, машина приехала, на удивление, быстро. Когда вышли в прихожую, чтобы одеваться, Татьяна Дмитриевна воскликнула:

— Боже мой, посмотрите, весь коридор усыпан красными розами! Что это значит? Просто мистика, Коля, ты помнишь, когда мы приехали, цветов здесь не было. Андрей, выходит, пока мы сидели в кухне, кто-то приходил?

— Не волнуйтесь, Татьяна Дмитриевна, никто не приходил. Это я приехал после работы с большим букетом, чтобы сделать Юле официальное предложение и сказать ей, что мечтаю поставить штамп в паспорте. Но, видите: не успел, поэтому розы все разлетелись, так и валяются за ненадобностью с тех пор. Вы, видимо, не заметили цветы, когда приехали.

Не успели сесть в машину, как Татьяна Дмитриевна, то ли от выпитого с непривычки большого количества коньяка, то ли от пережитого потрясения, сразу уснула. Дорога из центра до загородного дома предстояла весьма долгая — часа полтора, и то, если без заторов, но сегодня — пятница, поэтому без длительного стояния в пробках не обойтись. Николай Иванович был даже рад, что может без охов и причитаний жены спокойно поразмыслить, за что на его долю выпало такое наказание:

— Да, судьба отняла у меня самого дорогого человека, Юля была для меня светом в окошке. Никого я не любил так сильно — ни жену, ни двух других сыновей, с Юлей у меня с ее рождения сразу установилась духовная связь, мы понимали друг друга без слов. Не знаю, почему так получилось? Быть может, потому что я упрямо не хотел ее рождения.

И Николай Иванович стал вспоминать, как двадцать девять лет назад впервые стал отцом. Для этого память завела его еще глубже в школьные годы:

Вот он видит себя в старших классах, рядом с ним за партой сидит Ольга Малиновская, в которую он был влюблен. Чуть не с первого класса мальчишки смеялись над Колиной дружбой с девчонкой, дразнили их: «жених и невеста — тили, тили тесто». Всегда потешались над ним, видя, как он таскает ее портфель, а провожая в музыкальную школу, волочет еще Ольгину скрипку. Но тогда это — действительно была дружба, ему просто было интересней с Ольгой, чем с мальчишками. Но, класса с восьмого, Коля Васильев стал смотреть на Ольгу совсем по-другому: его волновали нечаянные прикосновения подруги, в его эротических снах она была уже его настоящей женой. И он не мыслил себя без Ольги в дальнейшей жизни. Коля даже однажды, провожая Ольгу домой, неловко попытался поцеловать ее, но подружка оттолкнула его и просто «ошпарила» фразой:

— Коль, ты что, ведешь себя, как примитивный дебил, вот уж не ожидала от тебя такой пошлости. Не иначе, ты повелся на насмешки ребят, что у нас с тобой дружба, как в детском саду. Догадываюсь: тебя обидела глупость, которую вчера ляпнул Витька в раздевалке, не помню дословно, но что-то, типа того: «Колян, ты только куличики можешь лепить с Ольгой в песочнице, на большее ты не способен». Мне как раз нравилась в тебе независимость от чужого мнения, а своей выходкой ты доказал, что хочешь быть, как все, не выделяться из толпы — все целуются с девчонками, давай, и я попробую.

С тех пор Коля подавлял свои желания. Он решил, что всему свое время, а пока Ольга не готова к взрослым отношениям, значит, придется потерпеть. В выпускном классе они вместе стали готовиться к поступлению в Архитектурный институт, записались на курсы при вузе. Коля по-прежнему все свободное время старался проводить с Ольгой. Часто заходил к ней домой, там его всегда тепло привечали родители Оли. Ее отец Игорь Евгеньевич (известный врач психиатр) любил перебросится с Колей парой партий в шахматы, а мама — Елизавета Федоровна, всегда приглашала поужинать вместе с ними. Коля в гостях у Малиновских чувствовал себя, как дома, у него появилось стойкое ощущение, что он становится членом их семьи.

Но тут грянул гром! Сразу после новогодних каникул к ним в выпускной класс пришел новичок — двоечник и хулиган Мишка Звонарев. Фактически он был второгодником, его бывшие одноклассники уже окончили школу, а ему из-за «хвостов» родители достали справки, о якобы, слабом здоровье ребенка и договорились с директором о повторном обучении. На самом деле, Мишка был еще тот здоровяк — огромного роста, с накачанной мускулатурой, кстати, мастер спорта по дзюдо. Но, что интересно, в этого «тупого качка» (как сразу окрестил его Коля) влюбились буквально все девчонки из класса. Коля был уверен, что уж кто-кто, а его подруга — отличница Ольга, ни за что не обратит на «этот пень» внимания.

Но неожиданно что-то пошло не так. Сначала Колю очень удивило странное поведение новичка. Мишка вдруг стал проявлять повышенные знаки внимания к Ольге — типичному «ботанику», скромнице в очках, хотя в классе было полно накрашенных красоток, готовых, хоть сейчас, на полноценные отношения (бери — не хочу). Но, это — еще полбеды, Коля был уверен, что сейчас Ольга так «отбреет» нагловатого качка, что ему больше не захочется даже смотреть в ее сторону. Однако, реакция Ольги повергла верного друга просто в шок — девушка весело смеялась, слушая вульгарные Мишкины комплименты.

И последние две четверти перед выпускными экзаменами показали Коле, что нет ничего вечного в этой жизни. От многолетней дружбы с Ольгой остались одни воспоминания и то, только у бедного парня. Подруга, кажется, обо всем забыла, она теперь дружила с Мишкой. Когда Коля, поначалу, еще не врубившись в ситуацию, спросил как-то:

— Оль, я зайду к тебе вечером, давай, вместе разберемся с новым заданием, полученном на курсах. Ты вечером будешь дома?

Оля без всякого колебания, как будто ничего не случилось, и она не предала верного друга, ответила:

— Нет, Коля, не получится — я сейчас по вечерам хожу домой к Мишке. Он попросил меня подтянуть его к экзаменам по всем предметам. Надо помочь товарищу. И потом мне что-то расхотелось поступать в архитектурный, я решила, что больше не буду ходить на курсы.

Вот тогда в семнадцать лет, Коля узнал, что значит — «коварство и любовь». Он помнил, как тяжело ему было смотреть со стороны на свою бывшую подругу, которая, как будто его не замечала, полностью поглощенная обществом Мишки. Сама же Ольга просто расцвела. Она перестала носить очки (сменила их на линзы), покрасила свои, и так чуть рыжеватые волосы, в огненный цвет. Коля раньше, оказывается, не рассмотрел, что у Ольги под очками скрывались огромные зеленые глаза. Теперь же на контрасте с ярко-рыжей шевелюрой изумрудные глаза и белоснежная кожа лица — все это превратило невзрачную девушку просто в роковую красавицу. К тому же всю эту красоту освещал внутренний огонь, который в ней зажег Мишка.

Коля принял свое поражение, ему вдруг все стало безразлично — он даже забросил учебу. Все учителя были уверены, что Васильев и Малиновская — основные претенденты в классе на золотую медаль, но последнее полугодие поменяло расклад. В результате, ни Коля, ни его бывшая подруга не получили даже серебряной медали, и, что интересно, хотя мотивация у них была разная, ни Ольга, ни Коля не переживали по этому поводу.

По окончании школы, Коля поступил в Архитектурный институт, а Ольга вышла замуж за Мишку Звонарева. На свадьбу его пригласили, но Коля сослался на какой-то, совершенно надуманный повод, и не пошел (это было выше его сил). Коля думал, что, когда он не будет видеть Ольгу, ему станет легче, но, оказалось, ни разлука, ни сознание того, что Ольга — чужая жена, не помогало. У Коли детская любовь превратилась в всепожирающую страсть. Чтобы заглушить боль, Коля, который раньше вообще не пил, стал прикладываться к бутылке. Родители были в шоке, они не узнавали своего сына, дома постоянно на почве Колиного пьянства возникали скандалы.

В институте Коля с грехом пополам кончил первый курс. Окончание курса праздновали большой компанией на даче у дочки декана, которая училась с ними в одной группе. Дочку декана звали Таня Селезнева, она, как ни странно, проявляла к Коле «червовый интерес». А здесь на даче Таня совсем разошлась, совершенно открыто «клеила» Колю. Пока парень был еще трезвый и мог контролировать себя, он пытался честно сказать девушке:

— Танюша, я — очень плохой мальчик: учусь с хвостами, выпиваю, даже любящая мама грозится выгнать меня из дома. Может, тебе, пока не поздно, присмотреться к другим пацанам? Ты же — дочь самого Дмитрия Васильевича, декана, а значит, тебе нужна соответствующая твоему статусу партия. Зачем тебе подзаборный пьянчуга? — самобичующе признался Коля.

Ответ Тани обезоружил Колю:

— Коля, мне никто, кроме тебя, не нужен. А, если тебя мама выгонит из дома, переезжай ко мне. Правда, я не шучу, у меня есть своя квартира, она досталась мне после смерти бабушки.

Было лето — на улице стояла изнуряющая жара. Таня была одета в очень легкое полупрозрачное платье. Но Колю совсем не волновало красивое тело девушки, хорошо просматривающееся сквозь воздушную ткань ее платья, ни упругая грудь, которую едва прикрывало глубокое декольте. Неожиданно Таня, вовсе не обращая внимания, что за ними наблюдают парни и девушки из их компании, тесно прижалась к нему и сама на глазах у всех начала его целовать.

— Танюша, мне надо выпить, трезвый я стесняюсь, не знаю, как себя вести, может, коньяк поможет.

Таня, вместо того чтобы опомниться, понять, что связалась с пропащим типом, безропотно налила полстакана коньяка и подала его Коле. Он помнит, как почти залпом выпил его, закусил лишь кусочком лимона. И тут произошло просто чудо! Коля вдруг представил, что перед ним не Таня, а его любимая Ольга. Такая метаморфоза, превратила и Колю из вялого студента в пылкого любовника. Теперь он знал, что ему делать — он должен обладать Ольгой (Татьяной) и сейчас же, пока она не исчезла, просто немедленно. Не задумываясь о том, что подумают окружающие, он потащил девушку в дом. К счастью, Ольга (Татьяна) не сопротивлялась, наоборот, она помогала ему, показывая, где спальня с большой кроватью. Взбираясь по лестнице на второй этаж, они по дороге раздевали друг друга, поэтому в комнате оказались уже совершенно голыми.

Как вулкан, извергающий лаву, Коля всю свою страсть (которая в нем клокотала последние два года) обрушил на девушку. Это буйство продолжалось очень долго, любовник был неутомим. Прошло, наверно, больше часа прежде, чем Коля заметил, что также неожиданно, как Таня превратилась в Ольгу, теперь Ольга превратилась в Таню — дочку декана. Вулкан страсти тут же потух, осталось только чувство благодарности за то, что Таня помогла побывать ему в раю и там встретиться с Ольгой. Между тем, ничего не подозревающая Таня тесно прижалась к нему и нежно прошептала:

— Коля, ты меня сделал самой счастливой женщиной на свете. Я хочу признаться тебе, что влюбилась в тебя еще на курсах. Разве ты не замечал, как я на тебя все время «пялилась»? Коля, мне казалось, что ты — очень стеснительный, на девушек вообще не заглядываешься. А оказывается, под видом тихого скромника скрывался настоящий Казанова. Ты, наверно, не поверишь, но ты у меня — первый мужчина. Мне опытные подружки говорили, что первый раз ничего кроме боли не чувствуешь. А ты все сделал так, что я и боль восприняла как высшее блаженство. Так отточить мастерство можно было только на большом количестве девушек. Не обижайся, я от счастья несу какую-то чушь, теперь это не имеет никакого значения, главное, что ты сейчас со мной.

Коле, хотелось перевести тему с «любви на прозу», чтобы не объяснять, что до сегодняшнего дня он тоже был девственником. Поэтому он спросил?

— Тань, лучше объясни мне, зачем ты ходила на курсы? Ты же — дочка декана, тебя бы и так приняли?

— Чтобы в тебя влюбиться (пошутила Таня). Знаешь, Коля, мне все-таки пригодились родственные связи — я попросила папу, чтобы нас зачислили в одну группу.

— Тань, а ты не боишься, что все поняли, чем мы тут занимаемся?

— Нет, я теперь с тобой ничего не боюсь.

Коле сложно было понять Таню — он любил сам, но никогда еще не был любим женщиной. После случая на даче, Коля стал регулярно встречаться с Таней в ее квартире. Удивительно, но, по- видимому, каким-то шестым чувством любящая девушка, поняла, что Коле надо обязательно выпить перед сексом. Поэтому она сама всегда покупала ему коньяк и наливала, также, как в первый раз. И каждый раз после этого ритуала, Таня волшебно превращалась в Ольгу — и Коля становился ненасытным и страстным любовником — в результате оба были счастливы.

Однако, кончилось все очень прозаично — Таня забеременела, и Коле, как честному человеку, пришлось жениться. Ему очень не хотелось жениться, где-то в глубине души еще теплилась надежда, что Ольга разочаруется в Мишке, и тогда у него еще будет шанс. Хотя Коля чувствовал, что надежда становится все более призрачной и тает с каждым днем.

Жирный крест на мечтах юноши окончательно поставил разговор с отцом Ольги. В один из приездов в гости к своим родителям Коля встретил во дворе Ольгиного отца. Игорь Евгеньевич рассказал ему, что Ольга родила сына Андрея, и с Мишкой у них — очень крепкая семья. Также отец Ольги поведал бедолаге, что Мишка вместе со своим отцом занимаются крутым бизнесом. И неожиданно почти шепотом сообщил ему, что Звонаревы оказались владельцами «заводов, газет, пароходов». На дворе стояли 90-е годы, и Игорь Евгеньевич зачем-то стал жаловаться Коле на трудную жизнь богатых людей. На самом деле, отец серьезно опасался за жизнь дочери, понимая, что Ольга живет сейчас в зоне риска. В то время, действительно, по телевизору чуть не каждый день сообщали, как погибают крупные бизнесмены — во всю шел передел собственности. Последующие события показали, что тревога Игоря Евгеньевича была не напрасной. Но, тогда, слушая Ольгиного отца, Коля понял только одно — родители его подруги одобрили выбор дочери, и счастливы, что она живет с любимым мужем, причем, «купаясь в роскоши», хотя для простых людей те времена были весьма тяжелыми.

Татьяна — теперь жена Коли, сдавала зимнюю сессию с огромным животом, а со следующего семестра взяла «академку». Весной она должна была родить, Коля с ужасом ждал этого момента, его почему-то страшило рождение ребенка, он все время корил себя, что дал слабину — женился на нелюбимой женщине, скоро еще и ребенок появится, которого он тоже не хочет. Коля, чтобы заглушить терзания от мыслей о том, что теперь он всю жизнь будет мучиться и делать, не то, что хочет, а как требуют дурацкие условности, по- прежнему, почти каждый вечер прикладывался к бутылке. Он, порой, сам удивлялся, как бедную, ни в чем не виноватую Таню не возмущает безобразное поведение мужа.

— Как можно терпеть рядом с собой такого урода, да, еще делать вид, что счастлива. Никакой женской гордости, я на месте Тани давно бы выгнал эту занудную пьянь из дома — рассуждал подвыпивший Коля.

Николай Иванович вспомнил день, когда все поменялось, как по мановению волшебной палочки. Он и сейчас в деталях помнит тот чудесный день, хотя с тех пор прошло много лет. Именно тогда он забирал Таню из роддома. Медсестра вынесла розовый конверт и, узнав, кто отец, вручила кружевной сверток Коле. Он стоял, боясь пошевелиться, не понимая, что с этим делать. Сияющая Таня откинула уголок кружевного конверта, и Коля впервые увидел свою дочь Юлю.

В это, наверно, трудно поверить, но увидев маленькое розовое личико, с Колей случилось что-то странное. Это можно сравнить с будто бы прошедшим через него разрядом тока огромной мощности, после которого от человека остается лишь обугленный скелет. В момент исчез прежний Коля — не осталось даже обугленных останков. В результате мгновенной реинкарнации розовый конверт с дочерью теперь держал совершенно другой человек, сохранивший только внешний облик Коли Васильева. Может быть, если бы Коля услышал такую историю от других людей, то вряд ли поверил в причудливую байку. Но странный фокус произошел с ним, и это — не выдумка, а чистая правда. Коля выходил из роддома счастливым отцом, его просто распирало незнакомое, щемящее чувство любви к маленькой крохе, которую он бережно нес в руках.

С этого дня все поменялось в жизни Коли. Ушла больная, несчастная любовь к однокласснице, как детская болезнь, которой он переболел. Полное выздоровление от этой болезни принесло много радостных изменений в его жизни.

Во-первых, его, как отрубило — Коля полностью отказался от алкоголя, причем это решение он принял сам, никто его не уговаривал, никому не давал клятвенных зароков. Наоборот, в дальнейшей жизни он ни разу не поддался искушению и уговорам, «хоть немного пригубить», даже за семейными застольями.

Во-вторых, вернулся интерес к учебе: он быстро наверстал упущенное, и стал одним из лучших студентов на курсе (в результате, Коля кончил вуз с красным дипломом).

А, в-третьих, и, быть может, это — самое главное, он посмотрел на Таню совершенно другими глазами. Коля понял, что рядом с ним — красивая, умная, любящая жена, которой он нравится в любых ипостасях. Оказывается, он — дурак, только сейчас разглядел, какая у Тани сексапильная внешность, способная вызвать желание даже у бесчувственного столба. К тому же страстность жены, делающая ее свободной и изобретательной в постели, просто сводила Колю с ума.

Сейчас Николай Иванович вспоминал, как он с нетерпением ждал, пока Таня убаюкает маленькую Юльку, и они с женой устроят очередное безумство. В результате, Коля кончал вуз уже многодетным отцом, Таня без перерывов, следом за дочкой родила ему одного за другим двух пацанов. Естественно, об институте Тане пришлось забыть, о чем она вовсе не переживала.

Если кто и расстраивался по этому поводу, так это только ее отец — декан Дмитрий Васильевич, который, видно, хотел дочке другого будущего. Но ни один отец не может помешать дочери быть счастливой женой и мамой. Трое маленьких внуков окончательно растопили сердце деда, и он сделал все возможное, чтобы после окончания института устроить своего зятя на престижную, хорошо оплачиваемую работу. И Коля его не подвел, он очень быстро стал продвигаться по служебной лестнице. Сейчас он занимает ответственный пост, и в своей области имеет репутацию крупного специалиста.

Так вот счастливо пролетели почти три десятилетия — и вдруг, в момент, все разрушила свалившаяся на них беда. Николай Иванович не понимал, как так случилось. Его почему-то мучили не вопросы: «Кто эти люди, и за что убили его девочку?» а его волновало: «Может, это припозднившееся наказание божье за то, что я страстно не хотел рождения дочери, которая в результате сделала мою жизнь по-настоящему счастливой?». Почему такие странные мысли лезли в голову убежденного атеиста? Но все-таки безбожник победил, и Николай Иванович тут же стал спорить сам с собой:

— Нет, я виноват в том, что, когда Игорь Евгеньевич позвонил с просьбой найти хорошего дизайнера для его внука Андрея, я порекомендовал ему свою дочь. Да, все дело в этом, недаром Юля приезжала ко мне, чтобы получить какие-то сведения об Андрее. Ее, по-видимому, беспокоила загадочная смерть Андрея. Но, почему, вот в чем вопрос? С другой стороны, как я мог предположить, когда впутал Юлю в эту историю, что все закончится трагически и с такой криминальной развязкой?

Неожиданно Николай Иванович хлопнул себя по лбу. Он вспомнил, что где-то на две или три недели назад ему опять звонил Игорь Евгеньевич и попросил телефон Юли. Свою просьбу он объяснил так: мол, не верит следствию, которое заключило, что смерть Андрея была роковой ошибкой. Любящий дед утверждал:

— Ну, не мог у внука случайно оказаться препарат, который для него смертельно опасен!

Поэтому Игорь Евгеньевич нанял частного детектива, а сыщик якобы хочет поговорить с Юлей, так как она первая обнаружила Андрея мертвым.

— Я, помню, спросил тогда старика, который никак не мог смириться со смертью внука:

— Игорь Евгеньевич, зачем вам теперь в этом копаться, только лишний раз терзать душу, ведь Андрея уже не вернуть?

На этот вопрос последовал такой пространный ответ, что Николай Иванович стал себя ругать: «Черт меня дернул проявить ненужное любопытство!» А обрадованный Игорь Евгеньевич начал изливать ему душу:

— Понимаешь, Коля, у Андрюши последнее время была очень запутанная история с женщинами. С женой он собирался разводиться, я в подробностях не знаю суть проблемы, может быть, потому что у них не было детей. Последнее время Андрей жил с очень хорошей девушкой Катей, кстати, они приезжали ко мне в гости, чтобы познакомиться. Так вот, насколько я могу судить, она была уже в положении, конечно, я не врач-гинеколог, а психиатр, но округлившийся живот я заметил. Еще я слышал, что дом, который строил Андрей, он хотел оформить на нее. После развода внук планировал устроить в нем семейное гнездышко с Катей, а бывшей жене Оксане оставить квартиру в центре Москвы, в которой она сейчас проживает.

— Зачем он мне рассказывает подробности чужой жизни, которые меня вообще не касаются? Зря я его спросил про мотивацию обращения к частному детективу, теперь придется выслушивать.

Игорь Евгеньевич, воодушевленный интересом собеседника, продолжал свою историю:

— Коля, ты же, конечно, помнишь, когда Андрюше было десять лет, Оля вместе с мужем и его родителями погибли при взрыве частного самолета. Они летели в Испанию, чтобы там провести выходные на своей вилле. Потом оказалось, что взрывное устройство подложили конкуренты, кого-то из преступников, вроде, даже нашли.

— Игорь Евгеньевич, я отлично помню все детали той трагедии, не терзайте лишний раз себя воспоминаниями о тех событиях.

— Нет, сейчас не об этом, не сбивай меня, Коля. Просто я хочу объяснить тебе кое-что про финансы моего внука. Итак, продолжаю мысль: после гибели родителей Андрюши, мы с Елизаветой Федоровной сами стали растить внука. А, когда жена умерла я один остался у него. Я стал опекуном Андрюши. Все богатства, которыми владели Звонаревы, тут же раздербанили его многочисленные «друзья». Да, и слава богу, поэтому все, что мне предлагали продать из собственности Звонаревых, я с радостью соглашался. Но даже из крох бизнеса, что каким-то чудом не разворовали партнеры или конкуренты Звонаревых, удалось, по моему разумению, сколотить просто огромный капитал, который я оформил на себя, чтобы потом передать его Андрею, когда он вырастет.

— Зачем мне все это знать? Все — мое терпение лопнуло.

Так решил Николай Иванович и постарался вернуть старика к теме обсуждения:

— Игорь Евгеньевич, мы ушли в дебри истории, отклонились от главного вопроса: «Зачем ковырять болячки?»

— Нет, Коля, ты еще не понял, я как раз подошел к главному — к деньгам. Дело в том, что и после совершеннолетия все деньги, полученные в наследство, Андрей решил не переоформлять на себя. Я согласился, потому что в то время внук увлекся игрой в казино. Не захотел он оформить на себя капитал и после того, как азартное увлечение прошло — говорил, что пагубная страсть может вернуться в любой момент. Но я уверен, это — была отговорка, потому что теперь он был вписан в владельцы и мог пользоваться деньгами и так без всякого ограничения. Так все осталось и после женитьбы внука. Он пошутил, что в случае развода жена не сможет потребовать делить деньги, а он сам сможет брать сколько им необходимо на жизнь.

Игорь Евгеньевич замолчал.

— Может, телефон разрядился — обрадовался Николай Иванович, но радость мгновенно потухла, когда он опять услышал голос собеседника:

— Понимаешь, Коля, я теперь не знаю, что мне с этими деньгами делать. Я, наверно, должен отдать их одной из этих женщин, но кому из них, я не знаю. Потом, у меня закралось нехорошее подозрение: «А вдруг одна из них причастна к смерти Андрюши?» Конечно, не хорошо так думать, и зря подозревать, поэтому я и нанял частного детектива, чтобы окончательно разъяснить обстоятельства его смерти.

Сейчас Николай Иванович вспомнил, что тогда чудные опасения старика его вовсе не насторожили. Поэтому он без всякой задней мысли дал Юлин телефон. Да, и как он мог не откликнуться на просьбу уважаемого человека, которого он знал с самого раннего детства.

— Так размышлял Николай Иванович, и вдруг его, как молния, озарила догадка:

— А что, если Андрей умер не своей смертью, и за Юлей охотился его убийца, думая, что она видела момент совершения преступления?

Эта мысль привела его в ужас, и некоторое время Николай Иванович сидел в оцепенении, думая, что подставил дочь, устроив на работу к Андрею. Он ведь знал только деда, а о самом Андрее ничего не знал. И несчастный отец продолжал себя корить:

— Что за личность этот Андрей, чем он занимался? Может, Андрей сам был связан с криминалом, тогда не исключено, что его убил кто-то из подельников. Опрометчиво было автоматически переносить авторитет деда на его внука.

Но тут совесть несчастного отца бросилась на защиту, вспоминая, что Андрея не стало три с половиной месяца назад. К тому же предположение его деда о том, что смерть была не трагической ошибкой, а умышленным убийством это, скорее всего, — домыслы убитого горем старика. Юлю никто не трогал все это время, машина стала следить за ней только последние две недели. Потом, дочь и нам, и следствию говорила, что нашла своего клиента уже мертвым. А это служит доказательством, что она не видела, если допустить, что его убивали, самого преступника. Проанализировав ход событий, Николай Иванович облегченно вздохнул, но лишь на мгновение. В мозгу опять подвис вопрос: «кто убил его дочь?»

— И, вовсе не факт, что убийство дочери связано каким-то образом с внезапной кончиной ее клиента — Звонарева Андрея Михайловича.

Бедный отец еще долго мусолил тему: «есть ли его вина в том, что он устроил Юлю на работу к Звонареву?». Не успел Николай Иванович до конца разобраться в своих прегрешениях, как раздался голос проснувшейся жены (она как будто во сне считывала его мысли):

— Коля, ко мне во сне сейчас приходила Юля. Она сказала мне, что мы ни в чем не виноваты. Наша девочка просила передать Андрею, что не успела сказать ему самое главное — она беременна.

— Танюша, успокойся, прошу тебя! Горе действует на психику странным образом — начинают в голову лезть «всякие тараканы». Ты же сама рассказывала, что на этой неделе Юля объяснила тебе, что не хочет беременеть, пока они официально не зарегистрируют брак. Не дергай Андрея, никаких своих сновидений не вздумай ему передавать. Парень и так переживает, не береди раны. Мы теперь должны сплотиться, поддерживать друг друга и успокаивать. Андрею в понедельник надо явиться в следственный комитет — задача не простая, опять все вспоминать, пересказывать. А какой в этом смысл? Юлю уже не вернуть.

Татьяна Дмитриевна опять разрыдалась. Неожиданно машина резко затормозила — за окном автомобиля показался родной дом.

После отъезда родителей Юли в квартире установилась зловещая тишина. Андрей бесцельно побродил по дому, попытался даже прибрать кое-какие вещи, но быстро понял, что сейчас это занятие ему не под силу. Прошел в спальню — на кровати по-прежнему валялся махровый халат, который он бросил утром. Отнес халат в ванную на привычное место, там уже висел Юлькин. Но, когда повесил халаты рядом, понял, что все-таки, вышла путаница — тот, в котором была Юлька, был намного больше. Стало понятно, почему утром он с трудом напяливал маленький халат на себя.

— Как странно, Юлька — такая четкая, казалось, никогда ничего не путает и не забывает, вдруг ошиблась. Японский городовой, что я привязался к этим халатам? — взбесился Андрей.

Он понял, что сегодня надо переночевать где-то в другом месте. Здесь невозможно находиться: вся квартира была наполнена Юлей, везде, куда ни глянь, ее незримое присутствие. Андрей заметил на прикроватной тумбочке стоит букет из ярких кленовых листьев, которые Юля собрала вчера вечером, когда они пешком из ресторана добирались домой.

— Господи, это же было только вчера! Самое главное, было так хорошо, казалось, что впереди еще долгая счастливая жизнь. А сегодня — уже пропасть! И, как из нее выбираться? — большой вопрос. Нет, здесь не останусь! Надо ехать к маме в Нару, переночую у нее.

Но, Андрей как представил, что маме придется все объяснять, начнутся охи, вздохи, слезы, вопросы, на которые и у него самого не было ответов. И тут он вспомнил, что у него есть ключи от дачи его друга Лешки, который эмигрировал в Израиль, но дачу в Переделкино не продал. Друг оставил дом деда — писателя, как память о нем. Лешка сказал:

— Когда буду наезжать с визитами в Москву, гостиница не нужна — перекантуюсь на дедовой даче. Андрюха, а, пока меня нет в Москве, дача полностью в твоем распоряжении. Не забывай только платить коммунальные платежи.

Андрей не любил дачный отдых, а Юльке нравилось проводить время на природе. В те редкие случаи, когда они выбирались на дачу, Юля даже высаживала там какие-то цветы. Но растения требовали полива, а поскольку на дачу выезжали не часто, цветы засыхали. Юлька очень огорчалась, но упорно тут же высаживала новые цветы, которые ожидала та же печальная судьба. Сейчас Андрей понял, что дача для него просто спасение, и стал собираться в дорогу.

— Машина еще, как назло, в ремонте, придется ехать на электричке.

У Андрея внезапно мелькнула мысль:

— Может поехать на Юлькином автомобиле?

Но он мгновенно себя одернул:

— Ну, нет, только не это, похоже, я вообще спятил, если такие мысли лезут в голову. Я бегу из дома, потому что везде чувствую Юлькино присутствие, а ехать в машине, где каждая мелочь напоминает о ней — нет, там я сразу слечу с катушек. Поеду на электричке — окончательно решил Андрей.

Поздний вечер пятницы, моросит мелкий дождь, дует холодный, пронизывающий ветер. Андрей Северцев быстрым шагом прохаживается по перрону Киевского вокзала в ожидании электрички. На самом деле, погода препротивная, но Андрей решил: «Гораздо лучше мерзнуть на свежем воздухе, чем томиться в душном и тесном зале ожидания». До поезда, который он ждет, еще целых пятнадцать минут, поэтому, чтобы окончательно не окоченеть, приходится ускорять шаг.

— Так скоро я и на бег перейду.

Андрею вдруг пришло в голову:

— Удивительно, как резко изменилась погода. Еще вчера вечером было удивительно хорошо на улице, несмотря на мелкий моросящий дождик, вовсе не хотелось уходить в дом. Сегодня же погода просто отвратительная. Помимо пробирающего до костей ветра, появились тяжелые темные тучи, они висят так низко, что кажется, еще чуть-чуть и заденешь из головой. Интересно, а если и вправду заденешь? Тогда, наверно, вместо моросящих сейчас брызг вырвется поток, сносящий все на своем пути.

Впрочем, также резко со вчерашнего дня поменялась и жизнь Андрея. Всю дорогу, пока он добирался до Киевского вокзала, в висок дятлом стучала одна и та же мысль:

— Все могло быть иначе, если бы я серьезно отнесся к рассказу Юли о том, что ее преследует какая-то машина. Надо было срочно обратиться в полицию, тогда Юлю можно было спасти. Я — полный идиот, у меня не закралось даже тени сомнения в том, что ей может реально угрожать опасность. Но, кто ее мог преследовать, что он хотел найти у Юли?

Андрей замучил себя бессмысленными терзаниями, пытаясь повернуть время вспять, в результате — в какой-то момент у него началась сильная головная боль до темноты в глазах. Таблетки с собой не было, поэтому Андрей усилием воли заставил переключить мысли с сегодняшней трагедии. Для этого он приказал себе: просто тупо посмотреть, что делается вокруг.

— Сколько же лет назад я последний раз пользовался электричкой? Это было так давно, уже и не вспомнить.

Андрей тут же себя одернул:

— Рассуждаю, как старый дед. На самом деле, я в электричках провел целых шесть лет, когда учился в университете: на занятия из Нары ездил два раза в день туда-обратно. Да и после окончания университета, пока не купил машину, частенько на электричке мотался в гости к маме.

Андрею на некоторое время удалось переключиться, вспоминая счастливые студенческие годы.

— Если бы не сломалась машина, я бы и сегодня стоял в пробке, дышал выхлопными газами, а так полной грудью вдыхаю чересчур свежий воздух. И, что интересно, ветер не имеет определенного направления, а поддувает со всех сторон. Кажется, когда был студентом, и ветер был не таким холодным. Ничего, зато поправлю сбившиеся у меня настройки. Вот, ведь, какая штука оказалась: я совсем плохо ориентируюсь в современной жизни. Я-то думал, что поздним вечером в пятницу мне придется штурмом брать электричку (как в молодости), чтобы влезть в вагон. Ан нет, все не так страшно — народу на платформе очень мало. Неужели автомобили так разгрузили пятничные поезда, когда, казалось бы, народ должен перемещаться в направлении дач?

Андрей с удивлением стал оглядывать перрон. Людей на платформе не много, всего десятка два человек, среди которых выделяется фигура элегантного, глубоко пожилого мужчины, который тоже, видно, в попытках согреться, шаркающей походкой снует туда-сюда по перрону. Андрей с интересом продолжает наблюдать и отмечать про себя, как изменилась жизнь, с той поры, когда он ездил на электричках:

— Да, кардинально все поменялось! Выходит, жизнь вокруг стала совсем другой, а я и не в курсе. Да, как я мог заметить перемены из окна автомобиля, стоящего в пробках? С утра вскакиваешь, не успев толком позавтракать, садишься в машину, сразу вливаешься в поток, ничего вокруг не видишь, кроме таких же озабоченных, как сам, с одной мыслью, как бы успеть вовремя на работу. Потом весь день — работа, вечером опять измотанный садишься в авто, и опять ты в потоке теперь уже с мыслью, как бы поскорее добраться в обратном направлении. И, получается — у тебя совершенно нет времени подумать, посмотреть вокруг, подышать свежим воздухом, понять желания и чувства близкого тебе человека. Опять боль с удвоенной силой пронзила висок. Андрей снова скатился в колею страданий по утраченным возможностям быть рядом с Юлей, жить долго и счастливо и умереть в один день.

— Все, даю зарок, пока не доберусь до дачи, прекращаю самобичевание, все равно мой мозг сейчас в коме, поэтому я не найду правильных ответов на свои вопли: «Почему это произошло, что я сделал не так?»

И Андрей опять дал себе установку — отвлечься, посмотреть по сторонам.

Между тем, народу на перроне прибавилось, по-прежнему, среди ожидающих выделялась фигура элегантного старика, которая никак не вязалась ни с перроном, ни с электричкой, ни с пассажирами. Со стороны было видно, что старикан чувствует себя здесь не в своей тарелке, похоже, он первый раз оказался в такой обстановке. Весь его образ был диссонансом простой народной электричке.

Андрей думал об этом, очередной рад проходя мимо старика на параллельном курсе. От неожиданности он даже вздрогнул, когда, поравнявшись со стариком, услышал, что пожилой мужчина обратился к нему с вопросом.

— Молодой человек! Будьте добры, скажите, пожалуйста: «электропоезд до Наро-Фоминска приходит на эту платформу?».

— Да, видите, на табло написано.

— Большое спасибо! А вы мне любезно не подскажете, сколько еще минут ждать?

— На другом табло, смотрите, там наверху, написано, когда он отправляется, а рядом часы, так что после несложных подсчетов получается, что осталось ждать десять минут. Надеюсь, что электропоезд прибудет за 5–7 минут до отправления, поэтому мерзнуть нам осталось совсем недолго.

— Вы, любезный сударь, наверно, работаете или математиком, или бухгалтером, надо же, как точно все рассчитали.

Андрей понимал, что старому человеку просто хочется пообщаться, поэтому спокойно, без раздражения выслушал следующий его вопрос:

— Интересно, как вы думаете, погода в выходные будет такая же промозглая?

— Сейчас посмотрю — терпеливо отвечал Андрей, доставая мобильник.

— Прогноз в моем телефоне показывает, что будет дождливо и прохладно.

Стало совершенно очевидно, что быстро отделаться от навязчивого пожилого мужчины не получится. Поэтому Андрей решил смириться с новой ролью, и удовлетворять любознательность старика, чисто из-за уважения к его возрасту. С другой стороны, Андрей был даже рад, что старик помогает ему не зацикливаться на своем горе. В результате он ответил на несколько банальных вопросов незнакомца, которые задают обычно, когда говорить не о чем, а очень хочется. После очередного заезженного вопроса у Андрея мелькнула мысль:

— Любопытству старика нет предела, интересно, дойдет ли он до вопроса: «Есть ли жизнь на Марсе?»

Но незнакомец неожиданно сам проявил повышенную наблюдательность и радостно сообщил:

— Посмотрите, молодой человек, оказывается, у нас с вами совершенно идентичные продуктовые пакеты из супермаркета «Лента», причем из каждого торчат одинаковые багеты белого хлеба. Вам не кажется, что это какое-то мистическое совпадение? Нет, я просто уверен, все это — не случайно. Наверняка, нам послан сверху знак, надо только разгадать его.

При этих словах пожилого мужчины Андрей не на шутку озаботился:

— Ну, вот-приехали, не хватало еще, чтобы старик начал устраивать спиритические сеансы или входить в астрал? Может быть, он болен, ушел из дома, а его, сбились с ног, ищут родные. Да, вообще все очень странно. Полным несоответствием выглядит аристократическая внешность пожилого мужчины, дорогая одежда на нем, а с другой стороны — электричка и супермаркет «Лента». Глядя на него, так и хочется сказать: «Ваша овсянка, сэр!», а у него из пакета торчит жалкий багет белого хлеба.

Размышления Андрея прервала подошедшая электричка. И, конечно, в вагоне старик расположился напротив него. Незнакомец уже окончательно овладел ситуацией, чувствуя незримую связь с Андреем из-за идентичности продуктовых пакетов. Вряд ли пожилой человек догадывался, что, если пройтись по вагонам, то можно обнаружить еще с десяток точно таких же пакетов из супермаркета «Лента», с торчащими из них багетами белого хлеба.

— Ну-с, сударь, теперь мы просто обязаны познакомиться. Меня зовут Игорь Евгеньевич, а как мне обращаться к вам?

— Андрей.

— Какое прекрасное имя, Андрей, и как горько это имя звучит для меня. Дело в том, что у меня был внук — Андрей, он погиб при странных обстоятельствах. Но, я думаю, нет, я уверен, встреча с вами — вовсе не случайность, вы мне посланы свыше.

Андрей напрягся не на шутку:

— Дед, каким-то образом, хочет включить меня в свои параноидальные игры. Надо спасаться, только, как это сделать повежливее?

Между тем, у Игоря Евгеньевича уже созрел следующий вопрос:

— Андрей, если не секрет, а до какой остановки вы едете? У меня такое предчувствие, что и здесь нас ждет мистическое совпадение.

— До Переделкино.

— Ну, я же говорил, мне тоже сходить в Переделкино, у меня там дача. Андрей, я просто уверен, что и у вас там дача.

Андрей вдруг неожиданно расслабился, решил, смириться с ситуацией и не разочаровывать старика с его разыгравшимися фантазиями:

— В конце концов, послушаю его бредни до остановки (слава богу, ехать недолго), на станции разойдемся по своим домам, а сейчас можно и подыграть ему — подумал Андрей.

— Нет, здесь чуть-чуть не совпадает. В Переделкино находится дача моего друга. Друг оставил мне ключи от своей дачи, пока он в отъезде.

Такое небольшое расхождение не остудило пыл старика, и он с воодушевлением продолжил задавать вопросы, которые, по-видимому, должны были еще больше подтвердить их незримую прочную связь.

— Андрей, а почему вы сегодня решили воспользоваться электричкой? Мне, кажется, что это тоже не случайно, я просто уверен: у вас есть личный автомобиль.

Андрею стало даже забавно, как причудливо работает мысль пожилого мужчины, ища подтверждения, что их встречу организовали высшие силы. Он все же сдержал улыбку и постарался без насмешки в голосе ответить:

— Игорь Евгеньевич, вы абсолютно правильно угадали. Действительно, у меня есть машина, но, как раз сегодня, она сломалась, и мне пришлось отвезти ее в автосервис. Именно поэтому я был вынужден добираться на электричке, кстати, о чем совсем не жалею. Вспомнил студенческие годы, когда каждый день пользовался этим видом транспорта.

— Но, это — еще одно доказательство, Андрюша, что вы мне посланы сверху, чтобы помочь.

Андрей опять насторожился, чувствуя, что дед перешел на панибратское общение. Кроме того, старикан, по-видимому, теперь считает, что «мистические совпадения», которые он сам выдумал, дают ему право требовать от Андрея помощи в решении каких-то проблем. Скорее всего, и проблемы навеяны разыгравшимися фантазиями не совсем здорового пожилого человека, но Андрею вовсе не хотелось участвовать в этом. И тут вдруг Андрея осенила отличная идея — самому перехватить инициативу и поспрашивать старика, в надежде, что дед переключится и забудет про мистику. И, не давая старику времени, чтобы задать следующий вопрос, Андрей спросил сам:

— Игорь Евгеньевич, по вашему внешнему виду и поведению мне кажется, что вы на электричке вообще добираетесь впервые, не так ли?

Андрею показалось, что старик испугался. Игорь Евгеньевич на некоторое время замолчал, настороженно оглядываясь по сторонам, как будто боясь, что их могут подслушать. Затем немного приглушенным голосом (хотя рядом с ними никого не было) начал говорить:

— Я действительно на электричке впервые, у меня есть машина, на ней меня возит шофер. Но меня предупредили, что я должен сохранять конспирацию, никто не должен знать, куда я ездил, и с кем у меня была назначена встреча.

— Японский бог! У деда еще и мания преследования, как же мне отвязаться от него? Думал встречным вопросом отделаюсь от мистики, а вляпался в непроходимые дебри больной психики — огорченно рассуждал Андрей.

Неожиданно Андрей почувствовал, что резкая головная боль прошла также внезапно, как и появилась (он посчитал это заслугой старика). Так что теперь из чувства благодарности он просто обязан дальше слушать старческие выдумки. Между тем, Игоря Евгеньевича уже нельзя было остановить, он продолжал плести паутину своих бредней:

— Я еду так поздно на дачу, потому что весь день прождал одну милую особу, с которой у меня была назначена встреча. Но, она так и не появилась, причем отключила телефон. До позднего вечера я надеялся, что случилась какая-то досадная накладка, ждал, что вот-вот девушка приедет или, по крайней мере позвонит и объяснится. Но, к сожалению, все мои надежды были напрасны.

— Надо же, такой старикан, а поджидает «милую особу». Видно, милая особа предпочла объект помоложе, ничего удивительного нет в том, что она не явилась на свидание — решил про себя Андрей.

— Девушка, которую я напрасно прождал целый день — дочь моего старинного знакомого, да и мой внук о ней отзывался самым положительным образом. Мой Андрюша имел с ней дело почти два года и был в восторге, как от личных, так и профессиональных качеств этой девушки.

— Ничего себе, семейка — внук передает деду, видимо, надоевшую ему пассию. А может, это ее работа, дед что-то говорил про профессионализм — мелькнуло у Андрея.

Андрей, слушал своего визави, понимая, что разговоры с пожилым попутчиком помогают не зацикливаться на своей беде. Теперь, не рискуя быть невежливым, Андрей мог внимательно изучить внешность своего собеседника. Игорю Евгеньевичу было далеко за восемьдесят. Но ни преклонный возраст, ни морщины, ни седые волосы не могли исказить правильные черты лица и врожденное благородство, которым была преисполнена крупная фигура старика. И, что самое удивительное, несмотря на вздор, который нес старик, глаза его обнаруживали незаурядный трезвый ум. Ясный, острый взгляд никак не вязался со странными умозаключениями пожилого человека.

В какой-то момент Игорь Евгеньевич прервал свой рассказ, видно, догадавшись, что Андрей принял его за сумасшедшего, порылся у себя в карманах и протянул Андрею свою визитку. Ничего другого не оставалось — пришлось взять. Андрей, чисто из вежливости, быстро взглянув на визитку, не запомнив фамилии, усвоил лишь, что перед ним сидит членкор — врач-психиатр. У него тут же мелькнула мысль:

— Где-то в научном медицинском журнале я читал исследования американских ученых, которые выдвинули гипотезу, что у психиатров в результате долгой работы с психами индуцируется расстройство психики как профзаболевание.

— Андрей, не подумайте, у меня с головой все в порядке.

Андрею стало стыдно, что старик, которого он принял за психа, так легко разгадал его мысли. Но, Игорь Евгеньевич не обиделся, а продолжил приглушенным голосом свое повествование:

— Я сейчас постоянно живу на даче, а в московскую квартиру выбрался только для встречи с девушкой. Причем она посоветовала мне не использовать мою машину с шофером для конспирации, чтобы скрыть, с кем она встречается. За ней кто-то следил, и она не хотела подставлять меня.

— Ничего себе, дедок! Встречается с девушкой, за которой, по-видимому, следит другой ее любовник. Прямо Санта-Барбара. Только зачем он мне все это рассказывает? Наверно, больше некому.

Андрей внезапно почувствовал, что у него слипаются глаза, очень захотелось спать. Было, конечно, неловко перед стариком, который погружал его в свои проблемы.

— Дед противоречит сам себе — сначала объявляет, что он соблюдает конспирацию, а затем без всяких опасений выбалтывает первому встречному все свои тайны — уже сквозь дрему заключил Андрей.

Последние слова старика, которые еще улавливал слух Андрея были про жену внука, его любовницу, потом почему-то возникли большие деньги и частный детектив…

— Андрюша, просыпайтесь, мы уже подъезжаем к Переделкину.

Продрав глаза, Андрей в первый момент не мог сообразить, где он находится: почему-то вагон электрички, незнакомый старик дергает его за рукав плаща, к тому же обращается к нему по имени. Андрей понимает, что бесцеремонно был прерван прекрасный сон, в котором Юля говорит ему, что у них будет ребенок, а он радостно подхватывает Юльку на руки и говорит ей… А вот, что Андрей сказал Юле, услышав новость про ребенка, он не досмотрел, так как дед, сидящий напротив, вернул его в трагическую реальность, где Юля никогда и ничего ему не скажет. Андрей все вспомнил, кажется, не забыл даже имя деда — Игорь Евгеньевич.

Старик, между тем, стал неестественно бледным, достал таблетку валидола, сунул под язык и сказал встревоженному Андрею:

— Ничего страшного, слегка прихватило сердце, для моего возраста это — нормально, со мной часто такое бывает.

Но теперь, когда вышли из вагона, Андрей, который надеялся распрощаться с дедом прямо на платформе, понял, что старика надо проводить до дома. Он предупредительно взял у попутчика ношу, и в руках у него оказалось два совершенно одинаковых пакета из супермаркета «Лента». К счастью, дача Игоря Евгеньевича была Андрею по пути, она располагалась недалеко от дачи его друга. Однако, в дороге старик был не такой разговорчивый, как в электричке, видно, сильно беспокоило сердце. За все время, пока они добирались до дома Игоря Евгеньевича, любознательный дед задал лишь один вопрос:

— Андрей, извините старика за нескромный вопрос, вы сегодня пережили сильный шок?

— Да, вы угадали, но мне бы не хотелось об этом говорить.

— Нет, нет, не волнуйтесь, я не буду вас ни о чем расспрашивать. Я сделал такой вывод, увидев, как вы мгновенно выключились из разговора. Так ведет себя психика человека, пережившего сильное потрясение.

— Надеюсь, Игорь Евгеньевич вы не обиделись на меня?

— Нет, конечно. Андрюша, я вас жду к себе в гости, как вы только будете в состоянии выслушать старика. Я, по-прежнему, уверен, что вас мне послали небеса, вы сможете помочь разрешить мои проблемы. А вот и мой дом, я в нем постоянно живу.

— Ничего себе дворец отгрохал дед! — подумал Андрей, увидев роскошный особняк, огороженный витиеватой кованной оградой.

Игорь Евгеньевич опять, как считал его мысли, и зачем-то начал оправдываться:

— Мне такой богатый дом вовсе не нужен. Меня вполне устраивала скромная дача, выделенная мне лет сорок пять назад государством. Но внук решил иначе, из денег, которые он получил по наследству, построил это грандиозное сооружение. Кроме того, Андрюша нанял людей, следящих за домом, выделил мне машину с шофером. На содержание всего этого хозяйства мне каждый месяц из денег внука капает приличная сумма. Когда я хотел с внуком поспорить, объясняя, что мне огромная недвижимость только в тягость, Андрюша отрубил мои доводы пословицей: «Дареному коню в зубы не смотрят». Пришлось принять, понимая, что таким образом внук хотел отблагодарить меня за то, что я вырастил его (дело в том, что Андрюша в раннем детстве потерял родителей).

После такого длинного монолога Игорь Евгеньевич опять положил валидол под язык, значит, опять ухудшилось самочувствие. Андрей быстро отдал пакет Игорю Евгеньевичу, обещая, что обязательно навестит его со временем. На самом деле он лукавил, надеясь, что простился со стариком навсегда.

Оказавшись, наконец-то, на Лешкиной даче, Андрей первым делом растопил камин. Благо, дрова были припасены, несмотря на то что они с Юлькой практически ни разу не приезжали сюда осенью. Сел в кресло перед камином в надежде согреться. Но очень скоро понял, что его бьет озноб не от холода, а от нервного напряжения. Андрей не был большим любителем алкоголя, но сегодня особый случай, поэтому он предусмотрительно зашел в супермаркет «Лента» и купил водки. Правда, когда полез в пакет с продуктами за бутылкой, понял, что, как ни старался не перепутать пакеты, все равно это случилось. Бедолага обнаружил у себя пакет Игоря Евгеньевича, в котором кроме багета белого хлеба, не было ничего из купленного Андреем набора продуктов.

— Японский городовой! Придется опять тащиться к старику. Получается — Игорь Евгеньевич был прав, когда говорил, что одинаковые пакеты связали нас мистическим образом. Теперь вот попробуй отделаться от деда! Не могу же я водку заменить на черную икру и сыр с плесенью, к тому же я терпеть не могу эти деликатесные продукты. Да и согреться они мне вряд ли помогут. А интересно, как старик воспринял путаницу с пакетами? Небось, расстроился, но он может хотя бы с горя опрокинуть стопку водки. Ой, совсем забыл, аристократы пьют другие напитки.

Порассуждав так, Андрей понял, что и без водки нервная система начинает оттаивать — зубы уже не лязгают, и лихорадочная дрожь не сотрясает все тело. Поскольку было уже очень поздно, решил, что обмен пакетами можно спокойно осуществить завтра, а пока надо попытаться забыться сном. Когда ложился, боялся, что не удастся быстро уснуть, но едва голова коснулась подушки, Андрей тут же отключился.

Утро не принесло облегчения, наоборот, с рассветом еще острее стало ощущение потери любимого человека. Сейчас Андрею хотелось напиться до бессознанки, чтобы выключить мозг. Он с трудом дождался 10 часов утра с намерением позвонить Игорю Евгеньевичу и сообщить, что сейчас подойдет, чтобы исправить досадную ошибку с путаницей пакетов. Достал визитку старика и хотел уж было набрать его номер телефона, но взяв свой мобильник, понял, что смартфон полностью разряжен, а зарядное устройство он, конечно, забыл дома.

— Ничего страшного, пойду без упреждающего звонка. В конце концов, мы с ним связаны родством пакетов. Как Игорь Евгеньевич вчера сказал: «Это знак свыше, его только надо разгадать».

Подойдя к особняку старика, Андрей увидел большую группу людей, столпившихся рядом с домом. Не успел он приблизиться к толпе, чтобы узнать, в чем дело, как увидел выезжающую из ворот особняка машину «Скорой помощи».

— Неужели старик умер? — была первая мысль Андрея.

Собравшиеся люди тоже гадали, не зная, что произошло на самом деле. Высказывались гипотезы самые разные, от инфаркта и инсульта, до совсем уж нелепого предположения, что старика убили. Андрея как раз последняя догадка совсем не удивила после произошедшего с Юлей. Но поскольку полиция не приезжала, то версию с убийством отвергли. Тут, к счастью, выглянул охранник, закрывавший ворота, он быстро развеял все домыслы любопытствующих: «Врач сказал, что у Игоря Евгеньевича случился инфаркт, но, слава богу, он жив».

Возвращался Андрей ранним утром понедельника в переполненной до отказа электричке (бодрый, отдохнувший за выходные народ ехал на работу). Как назло, телефон разрядился, и теперь Андрею необходимо лично показаться в клинике и отменить сегодняшний прием, а также все назначенные процедуры. Такого с ним еще никогда не случалось, чтобы он заранее не предупредил пациентов о переносе времени приема. Андрей с досадой думал о том, что придется в таком помятом виде появиться в клинике, да еще потом объяснять начальству, почему его сегодня вызывает к себе следователь.

— Конечно, лучше бы по телефону переговорить с боссом, видок у меня, наверно, еще тот. Я практически два дня, не просыхая, квасил водку, которую купил в местном магазине на обратном пути после неудавшегося обмена пакетов. Зачем спрашивается пил? Ни фига не помогает, только голова дурная.

И Андрей с горечью подумал, что зарядное устройство он раньше тоже никогда не забывал, потому что за этим строго следила Юлька. Он вспоминал, что Юлька сказала ему в пятницу, реально казалось, будто он наяву слышит ее голос: «Андрюша, ты — уже большой мальчик, нянька увольняется, теперь все будешь делать сам». На этом самом месте мысли Андрея были прерваны объявлением из репродуктора, сообщившим, что электропоезд прибыл в Москву.

— Па, я просто в культурном шоке! Ты мне лапшу на уши вешал, расхваливая своего доктора Северцева, а то, что я увидела — сплошной отстой. От него разит перегаром, как от спившегося бомжа. Да, еще их величество в последнюю минуту отменяет прием. Одна пациентка уже сидит под дверью кабинета, а остальным бедная медсестра пытается дозвониться, чтобы не приезжали. Если бы я была директором клиники, то такой врач пулей бы вылетел с работы.

— Марго, не горячись. Ты что-то неправильно поняла, а скорее всего, спутала Андрея Петровича с кем-то другим. Он — точно не пьяница, даже на наших корпоративах я не замечал, чтобы он перебирал лишнего. А насчет переноса приема я узнаю, в чем там дело.

В это время дверь кабинета приоткрылась.

— А вот и он, проходи, Андрей Петрович, что в дверях застрял? Как раз познакомлю тебя с моей дочерью Маргаритой.

— Здравствуйте, Рудольф Викторович, я зайду позже, когда вы освободитесь. Мне надо переговорить с вами наедине.

— Ну, хорошо, тогда Марго пойдет погуляет, проходи, проходи.

— Па, ну, и как тебе этот пьянчуга объяснил, почему он сегодня не желает работать? Надо же, сделал вид, что меня вообще не заметил, посмотрел, как на пустое место. Даже не соизволил из приличия поздороваться, алкаш и нахал — твой любимчик доктор Северцев.

— Марго, замолчи, ты же не знаешь, что у него случилось.

— Догадываюсь, наплел тебе с три короба, чтобы оправдаться, а ты и поверил.

— Марго, у него в пятницу убили жену.

— Ты же сам говорил мне, что он не женат — продолжала упорствовать дочь.

— Официально не женат (я знал только то, что в анкете записано), но у него, оказывается, была гражданская жена. А прием он отменил, потому что сегодня его вызывают в следственный отдел, хотят там опросить, чтобы помочь найти преступника.

— Так почему же он не мог заранее позвонить, чтобы пациентки зря не приезжали на прием? — уже не так напористо, но все же еще недоверчиво спросила Марго.

— Понимаешь, дочь, когда случается такая беда, не думаешь о мелочах. Он уехал из квартиры, где произошло преступление, на дачу, а зарядку к телефону забыл дома.

— Папа, а ребенок у Северцева есть? Что, если он тоже остался без мамы?

— Ребенка, вроде, нет, но это не точно. Я же не знал, что у Андрея есть жена, может, есть и ребенок.

Маргарита вдруг представила, что ее папа тоже был таким же несчастным, как этот доктор Северцев, когда умерла мама. Воображение девушки тут же нарисовало печальную картину:

— Может быть, папа тоже напился, а какая-нибудь легкомысленная девушка, не разобравшись в ситуации, походя назвала его пьянью.

Маргарите стало ужасно стыдно за свои гневные выступления. Причем, как это часто бывает у молодых особ женского пола, склонных к радикальным характеристикам, ее мнение о Северцеве почти мгновенно поменялось на противоположное. Андрей Петрович стал казаться ей очень даже милым. Девушка сама не заметила, как начала лепить из доктора образ героя:

— В такой ситуации другой бы вообще и не подумал приезжать в клинику, чтобы предупредить о переносе приема. А Андрей Петрович мужественно, преодолевая кучу препятствий, все же приехал к началу приема.

Маргарита, кажется, уже была готова повесить орден мужества на грудь героя. Еще она очень переживала за гипотетического ребенка Северцева, который остался без матери.

Отправился в следственный комитет Андрей уже на своей «Тойоте», автомеханик Алексей с раннего утра пригнал отремонтированную машину прямо к клинике.

— Удобно я устроился, имею, можно сказать, личного автомеханика. Очень облегчает мне жизнь Алексей, привез и авто, и счет, который я тут же оплатил по интернету.

Следователь — майор Павел Павлович Егоров (как было указано в визитке) опять подробно расспрашивал Андрея о том, что он уже и так рассказал в пятницу. Единственное, что смог Андрей добавить нового, так только Юлькины предположения о том, что она связывала слежку за собой со смертью своего клиента Андрея Михайловича Звонарева. Но это были лишь ее догадки, ничем не подтвержденные. Да, еще он рассказал, что устроил Юлю на работу к Звонареву ее отец. Клиент был внуком его старинного знакомого. Сыщика очень заинтересовали, как казалось Андрею, его скудные сведения. Егоров сказал, что хочет связаться с отцом Юли, пришлось дать его координаты. Андрей только попросил следователя, чтобы отцу Юли дали время прийти в себя, все опросы проводили уже после похорон. Майор обещал выполнить просьбу.

— Вот-зачем-то еще впутал Николая Ивановича, придется убитому горем отцу тащится в полицию — ругал себя Андрей.

Для Андрея сам факт поиска преступника не имел никакого значения, Юлю, все равно уже не вернуть. Видно, сыщик догадался, потому что стал переубеждать Андрея:

— Андрей Петрович, я понимаю, у вас отсутствует чувство мести, но вы должны понять, что преступник, разгуливая на свободе, может продолжать совершать убийства. Мы обязаны поймать его раньше, чем он замыслит следующий свой преступный план.

Андрей слушал Егорова, даже кивал ему, а сам думал о том, что ему сообщил следователь в начале беседы, когда спросил его:

— Андрей Петрович, а почему вы мне не сообщили, что ваша жена беременна?

Андрей в первый момент даже подумал, что у него слуховые галлюцинации, но, когда майору пришлось повторить вопрос, честно ответил:

— Я не знал этого.

— Странно, вскрытие показало — плоду около 12 недель. Кстати, если интересно, у вас должен был родиться мальчик — безжалостно чеканил следователь.

Это был очередной удар. В какой-то момент Андрею показалось, что майор специально сообщил ему про ребенка, а теперь наблюдает за его реакцией.

— Наверно, у них работа такая, надо подозревать всех, по крайней мере, проверить меня со всех сторон его прямая обязанность.

Андрей подумал и принял тогда без раздражения, что он — тоже в числе подозреваемых. Но, теперь его волновало совсем другое:

— Почему Юля ничего не сказала ему о ребенке, причем у нее было почти три месяца, чтобы сообщить ему о беременности?

Сейчас в машине по дороге домой, возвращаясь от следователя, Андрей тщетно пытался найти ответ на этот вопрос. Кажется, наконец, он понял, что Юля не просто так завела разговор об официальном оформлении брака.

— Конечно, все связанно с беременностью! Но почему она скрыла? Разве я дал ей хоть какой-то повод усомниться, что люблю ее? И я был бы счастлив узнать, что у нас будет малыш. Да, какой же я — дурак, не учел, ведь, Юлька мне несколько раз повторяла, что дети должны рождаться только в официально оформленном браке. А я, смеялся, слушая ее, и говорил, что мыслит она, как провинциалка из девятнадцатого века.

Андрей некоторое время ехал, бессмысленно переваривая полученную информацию от следователя. Он напрасно терзал себя угрызениями совести, потому что все равно ничего изменить уже нельзя. Вдруг он резко затормозил, припарковался к обочине и не про себя, а прямо-таки в голос закричал:

— Получается, Юля хотела уехать от меня, зная, что ждет ребенка?

Но, немного остынув, понял, что занимается напрасным перелопачиванием того, что могло бы быть, но уже никогда не будет, потому что Юля ушла навсегда. Если бы она была жива, никуда бы он ее не отпустил, женился бы на ней, как положено, и родился бы у них сын.

Андрей опять встроился в поток и на очередном перекрестке из-за серьезной аварии где-то впереди попал в огромную пробку, причем в таком месте, где нельзя развернуться и изменить маршрут. Обычно, в такой ситуации Северцев всегда нервничал и проклинал московские дороги, но сегодня все было иначе. Он даже обрадовался возможности спокойно поразмышлять о свалившемся на него откровении с Юлькиной беременностью.

— Почему я виню Юльку, скрывшую от меня, что ждет ребенка? Я же сам — врач гинеколог, значит, я просто обязан был по косвенным признакам заметить изменения в поведении жены. У меня для определения беременности имелось целых три месяца, а я — идиот вел себя, как слепец. Наверняка, Юлька была уверена, что я догадываюсь, но только делаю вид, что не в курсе, чтобы, не дай бог, как она считала, не пришлось идти в загс.

Андрей стал мучительно вспоминать и анализировать, что необычного было в поведении Юльки последнее время. Сразу пришло на ум сентябрьское празднование его 37-летия. Жена, которая так любила отмечать в компании друзей его день рождения, сама организовывала праздник, внося в него кучу своих дизайнерских фишек. А тут вдруг за несколько дней до даты предложила:

— Андрюша, давай, для разнообразия в этом году устроишь на день рождения мальчишник, чтобы без жен и подруг вы в мужской компании смогли оторваться по полной.

Андрей тогда, конечно, удивился, зная, как сама Юлька любит и выпить в кругу друзей, и произнести очень заковыристые, оригинальные тосты. Кстати, ему сразу вспомнилось, что за день до гибели Юлька в ресторане даже не притронулась к спиртному, сославшись на головную боль. Его не торкнуло и это, хотя, он не припомнит, чтобы Юлька раньше когда-либо не использовала повод, чтобы выпить свое любимое «Кьянти».

— Точно, Юлек придумала мальчишник, чтобы не пришлось объяснять почему она избегает спиртное.

А тогда Андрею, честно сказать, очень понравилась идея — в кои-то веки отметить день рождения в чисто мужской компании. Тем более, как раз в это время из Крыма в командировку прилетел его друг детства Антон. Они с Антоном росли вместе в Наро-Фоминске, жили в соседних домах, дружили с детского сада. В школе учились в одном классе, делились друг с другом своими мечтами — Антошка мечтал стать астрономом (его мечта сбылась), а Андрей мечтал стать великим сыщиком (его мечта обломилась). Антон раньше работал в Московской обсерватории, но после мучительного развода с женой перебрался в Крым, где теперь работает в физико-астрономической обсерватории. Андрею, предложение посетить ресторан без дам, показалось отличным вариантом именно из-за незажившей раны друга.

Пробка на дороге никак не рассасывалась, времени было столько, что можно вспомнить всю свою жизнь. Помусолив свой эгоизм и невнимательность по отношению к Юльке, мысли Андрея плавно вернулись к сентябрьской встрече с друзьями. Мальчишник удался на славу, без жен мужчины чувствовали себя свободно, пили больше обычного, особенно отличился астроном. Тосты в мужских компаниях не такие витиеватые, как у милых дам, поэтому в конце вечера хорошо подвыпившие друзья стали возмущаться, что не знают, за что поднимать бокал — у именинника решительно все есть. Всеобщим голосованием было предложено самому Андрею провозгласить тост и пожелать себе осуществления самой сокровенной мечты.

— Колись, Андрюха, о чем мечтаешь? — в голос вопили гости.

Андрей задумался, и сходу не смог придумать ничего лучшего, как:

— Хочу, чтобы на московских автодорогах не было пробок.

Все дружно поддержали этот тост, но, видно, в компании не было ни одного волшебника (Андрей и теперь больше часа стоит в пробке). Но, вдруг на Витьку нашло озарение, он закричал:

— Мужики, мы совсем забыли, у Андрюхи же нет детей! Вот мы сейчас ему пожелаем пару пацанов, чтобы он с ними также мучался, как я со своими двоечниками.

За пацанов, дружно выпили, но тут возник астроном Антошка, и заплетающимся голосом выдал полную ахинею:

— Я, конечно, не мог не выпить за красивый тост насчет несуществующих у именинника детей. Но, как говорится: «Андрей мне друг, но истина дороже», поэтому должен внести поправочку. Звезды мне говорят, что у Андрюхи уже есть два пацана.

Конечно, к словам Антона никто не отнесся серьезно, даже спорить с ним не стали, типа: «что возьмешь с пьяного астронома». Андрею стало даже обидно за своего кореша, поэтому он спросил Антона:

— Антоша, может, звезды тебе показали, где мне искать моих пацанов?

Не поняв шутки, на полном серьезе Антон отвечал:

— Один пацан совсем рядом, странно, что ты его не видишь. А другой совсем недавно приехал в Москву, правда, тебе надо спешить, отыскать его прежде, чем он уедет на другой континент.

После околесицы, которую выдал Антон, стало понятно, астроном явно перебрал. Дружная компания решила: пора разъезжаться по домам, пока еще все стоят на ногах. Когда Андрей усаживал друга в такси, разошедшийся астроном никак не хотел успокаиваться. Он продолжал шептать на ухо корешу свои звездные озарения:

— Андрюха, не горюй, ты еще станешь сыщиком, у тебя все впереди.

На этом самом месте воспоминания Андрея были прерваны — наконец-то, пробка стронулась с места. Медленное движение автомобилей вернуло Андрея от ковыряний в памяти к реальной жизни. Он мужественно решил, что должен полностью взять на себя все хлопоты, связанные с похоронами. Майор Егоров сообщил, что в среду можно будет забрать тело из морга.

— Надо полностью оградить родителей Юли от этих тяжких, но необходимых процедур — рассуждал Андрей.

Он понял, что совершенно напрасно, не подумав, отказался взять отпуск до конца недели, как сразу предложил ему Рудольф Викторович. Андрею хотелось поскорее выйти на работу, чтобы делом заглушить страдания, не сообразив, что необходимо организовать ритуальные мероприятия. Не откладывая, Андрей позвонил начальству и договорился, что выйдет на работу через неделю. Следующий звонок был родителям Юли, чтобы узнать можно ли сейчас к ним подъехать. Необходимо было выяснить, как, где и когда они хотели бы устроить поминки и похороны.

Николай Иванович и Татьяна Дмитриевна очень обрадовались приезду Андрея. Видимо, самым близким людям горе лучше переживать вместе, поддерживая друг друга, может быть, именно поэтому они так ждали Андрея. Юлины братья — Миша и Илья тоже приехали в родительский дом. Татьяна Дмитриевна предложила всем пройти в кухню и за ужином обсудить деловые вопросы.

Андрей только за столом понял, что он фактически трое суток не ел ничего горячего. Татьяна Дмитриевна, несмотря на свое отрешенное состояние, каким-то чисто женским чутьем уловила это и, не спрашивая, налила ему полную тарелку борща, помимо котлет с пюре, которые все ели на ужин.

Андрей вкратце пересказал, о чем его спрашивал следователь. А также посетовал, что теперь майор Егоров хочет вызвать в следственный комитет Николая Ивановича, чтобы подробнее узнать про скончавшегося Юлиного клиента, с которым она связывала слежку за собой. На удивление, Николай Иванович не огорчился такому повороту событий, а, наоборот, сказал, что рад, если сможет помочь следствию.

— Меня, на самом деле, очень беспокоит то обстоятельство, что именно я устроил Юлю на работу к Звонареву. Похоже все с Юлей и произошло именно из-за того, что она первая обнаружила труп своего клиента.

— Коля, опять ты пытаешься все свести к заказчику. Юля уже больше трех месяцев назад кончила у него работать, а следить за ней стали только недавно. Я просто уверена, что эти события совершенно не связаны.

— Не знаю как, но связь существует. Совсем недавно мне опять звонил Игорь Евгеньевич, спрашивал телефон Юли. Он нанял частного детектива, чтобы еще раз более тщательно расследовать смерть своего внука Андрея. Так вот-он хотел, чтобы Юля встретилась с детективом и рассказала ему какие-то детали, потому что именно она первая обнаружила труп.

Андрей не сразу врубился, но ему показалось, что где-то он уже слышал похожую историю, и имя — Игорь Евгеньевич внезапно резануло слух.

— А, Игорь Евгеньевич, случайно не врач-психиатр?

— Да, очень известный врач, кажется, даже академик. Андрей, ты что с ним тоже знаком?

— В визитке у Игоря Евгеньевича Малиновского записано, что он членкор, а не академик — зачем-то поправил Андрей, как будто это имело значение, и продолжил:

— Я с Игорем Евгеньевичем познакомился в пятницу, в электричке, когда ехал на дачу в Переделкино. Удивительно, я просто ошарашен таким мистическим совпадением.

Андрей на некоторое время замолк, ему трудно было поверить в такой причудливый фортель судьбы. Но видя, как всех заинтересовало его случайное знакомство, рассказал все, что ему удалось запомнить:

— Игорь Евгеньевич показался мне очень чудаковатым, я даже решил, что у старика проблемы с головой. Представьте, он почти сразу, едва меня увидел, стал откровенно выкладывать свои проблемы, хотя почему-то опасался слежки. Игорь Евгеньевич по каким-то, одному ему понятным знакам и совпадениям, принял меня за мессию, который может помочь ему в расследовании, если не ошибаюсь, смерти внука. Я плохо слушал попутчика, поскольку сам едва справлялся с обрушившейся на меня бедой. А, что же получается: опять выплывает Юлин клиент, и его загадочная смерть? Да, такое странное совпадение, невольно поверишь в проделки нечистой силы.

— Андрей, постарайся вспомнить, что он тебе рассказывал? Может как-то связывал убийство внука с нашей Юлей? — разволновался Николай Иванович.

— Если честно, я неожиданно вырубился (уснул, как провалился) под монотонный полушепот старика. С одной стороны, Игорь Евгеньевич боялся, что его могут услышать, а с другой, вываливал свои тайны первому встречному. Он разбудил меня, когда надо было выходить в Переделкино, но ничуть не обиделся на мое невежливое поведение. Кроме того, просил меня прийти к нему, чтобы еще раз он поведал мне про свои проблемы, которые я, по его убеждению, точно могу разрешить.

— Ты, конечно, больше не приходил к нему?

— Как ни странно, провожая старика, я взялся ему помочь, донес его ношу (пакет) до роскошного особняка попутчика. Но случилась нелепая накладка — я перепутал пакеты, которые были очень похожи. Поэтому на следующее утро я хотел совершить обратный обмен. Когда подошел к его «замку», оказалось, что у Игоря Евгеньевича случился инфаркт, и его увезли на «Скорой помощи» в больницу.

— Но, он жив? — не успокаивался Николай Иванович.

— Коля, прекрати задавать бесполезные вопросы. Напрасно ты себя терзаешь, ты ни в чем не виноват. Нам сейчас надо думать совсем не о том, что вернуть уже нельзя, а как по всем правилам, с соблюдением всех ритуалов похоронить нашу девочку.

После такой отповеди Татьяны Дмитриевны муж притих, и начались реальные обсуждения предстоящих нелегких, но необходимых мероприятий.

Андрей, как и собирался, предложил все организовать сам, только просил Николая Ивановича и Татьяну Дмитриевну подсказать, как и где они хотят провести церемонию. Родители Юли с радостью приняли помощь, а Илья и Миша вызвались быть у Андрея на подхвате, мол, готовы выполнять любые поручения. Когда решили основные вопросы, Татьяна Дмитриевна вдруг всполошилась:

— Родственников мы обзвоним сами, а как быть с Юлиными подружками, кто сообщит им?

— Не волнуйтесь, у Юли была записная книжка с телефонами всех друзей, на случай если посеет мобильник. Я всех обзвоню — успокоил ее Андрей.

— Ну, кажется, все обговорили, обо всем условились, тогда я поеду домой. Телефоны Миши и Ильи записал, а ваши, Николай Иванович и Татьяна Дмитриевна, я знаю. Будем на связи.

Андрей встал, но тут же вскочила Татьяна Дмитриевна и с заговорщицким видом шепнула ему на ухо, что хочет переговорить с ним наедине. Когда перешли в гостиную, она каким-то особо торжественным голосом начала:

— Андрей, Юля явилась ко мне во сне и сказала, что очень переживает, что не успела сказать тебе о своей беременности. Я посчитала своей обязанностью облегчить ее страдания и передать тебе эту новость.

— Я уже знаю. Мне сообщил майор Егоров, что Юля ждала ребенка, мальчику было почти три месяца. Я не хотел вам говорить, чтобы не расстраивать.

Удивительно, Татьяна Дмитриевна, которая только что сама объявила новость Андрею, услышав подтверждение своих слов от него, вдруг неожиданно побледнела и стала постепенно оседать на пол. Андрей едва успел подхватить ее, чтобы она не ударилась. В это время в гостиную ворвался перепуганный Николай Иванович.

— Так и знал, Таня опять рассказывает про свои видения во сне. Как будто нам мало горя, надо еще посыпать душевные раны солью. Зачем придумывать небылицы про явление Юли, про ее беременность, которой не было?

В это время Татьяна Дмитриевна пришла в себя после того, как Андрей побрызгал ее водой. И ехидным голосом, как будто только что не теряла сознание, она произнесла:

— Андрей, повтори, пожалуйста, Николаю Ивановичу, что тебе сообщил следователь про мальчика.

— Таня, тебе срочно надо отдохнуть, что еще за мальчик? У тебя явно начинаются галлюцинации, просто ужас, «кровавые мальчики» начали мерещиться.

Пришлось Андрею еще раз рассказать про беременность Юли. Тут уж, кажется, опять поплохело Николай Ивановичу.

— Кто-то надо мной, кажется, насмехался? — торжествовала жена.

Андрей, воспользовавшись паузой, попрощался, надо было ехать домой — все дела были решены.

Уже в машине на обратном пути к дому Андрею вспомнилось, что в день гибели Юли в электричке ему тоже снился странный сон, в котором Юлька сообщила ему, что у них будет ребенок. А теперь вот еще Татьяна Дмитриевна рассказала про свой сон с тем же откровением. Андрей раньше всегда насмехался над медсестрами в клинике, которые за чаем любили порассуждать на тему «снов в руку». Он всегда считал подобные разговоры чистым «бредом сивой кобылы». Последние события явно поколебали Северцева в твердости своей позиции.

— Не может же быть такое совпадение случайным? — рассуждал он.

— И вообще что-то очень много последнее время загадочных совпадений. Взять хотя бы случайное знакомство с Игорем Евгеньевичем, который оказался дедом Юлькиного заказчика. Чудеса, да и только!

Припоминая все странности последнего времени, Андрей не забыл и пророчество друга Антошки про ребенка, который рядом с ним, а он его не видит.

— Нет, так задним числом можно приплести любую чушь, сказанную пьяным астрономом. Ведь, тогда должен быть и второй ребенок, который почему-то хочет поменять континенты своего проживания. Все, кончаю, а то и, вправду, «крыша поедет».

Прошло больше полутора месяцев со дня похорон Юли. Андрей постарался организовать свою жизнь так, чтобы не было свободной минуты на рефлексию. Помимо работы в частной клинике, он устроился на подработку в роддом, в котором начинал свою трудовую деятельность. Его там хорошо помнили, поэтому с радостью взяли на ночные дежурства. В клинике, помимо своей обычной лечебной практики, Андрею приходилось быть наставником директорской дочке Маргарите. И что интересно, либо в нем дремал педагогический дар, либо опыт и передовые технологии, которыми владел Андрей, попадали на благодатную почву — ученица все усваивала на лету. Он не ожидал такого рвения и интереса к профессии, которые обнаружились у девчонки. Еще Андрей понял, что красный диплом она явно заслужила, весь багаж знаний, полученный в университете, Марго крепко усвоила.

— Вот-так фокус, оказывается: внешний вид бывает очень даже обманчив — рассуждал Андрей.

Он уже настолько привык к ярким волосам Маргариты, что вовсе не раздражался их многоцветием, считая такую палитру ее брендом. Дошло до того, что, когда однажды Марго пришла, превратившись в однотонную шатенку, Андрей даже немного расстроился, решив: Марго потеряла изюминку (стала такая же, как все). Да, и все слухи о том, что характер у дочки директора несносный, тоже не подтвердились. Наоборот, Андрей отмечал, что Маргарита тактична, не болтлива, не задает вопросов, касающихся частной жизни доктора, не жалуется на свою судьбу сироты. Правда, однажды во время чаепития после работы она все-таки задала странный вопрос:

— Андрей Петрович, а у вас есть ребенок?

Андрей, который теперь считал, что он потерял не только жену, но и ребенка, в первый момент растерялся, не смог сразу ей ответить. Но после непродолжительной паузы вдруг неожиданно для самого себя стал откровенничать (чего с ним сроду не случалось):

— Вместе с женой погиб и мой не родившийся сын.

Было видно, что Маргарита очень расстроилась, поняв, что невольно разбередила незажившую рану. А Андрей про себя подумал:

— Совсем сбрендил, дурак, посторонней девчонке выкладываю сугубо личные вещи, которые никому не надо знать.

Андрей сам не догадывался, почему вдруг невольно разоткровенничался и рассказал Маргарите про сына. Иначе, если бы ответил, что у него нет детей, тогда бы получалось, что он как бы отрекается от своего ребенка. Но, после этого признания обстановка мирного чаепития мгновенно накалилась, оба не знали, о чем говорить дальше. К счастью, положение спасла медсестра Марина, которая в этот момент зашла в кабинет. Она немного разрядила обстановку.

— Мне чай оставили, или уже весь выпили?

В конце чаепития, Марина вдруг спохватилась:

— Ой, чуть не забыла, Андрей Петрович, в тот момент, когда вы были заняты с пациенткой, вам звонил майор Егоров. Он оставил свой телефон и просил перезвонить ему после приема.

Андрей не сразу вспомнил, кто такой майор Егоров, но когда до него дошло, что звонил следователь, рассердился не на шутку:

— Похоже, они там в полиции сами не справляются, решили сделать меня внештатным сотрудником. Я уже все, чем мог помочь, выложил. Ну, что им от меня еще надо?

Несмотря на негодование, Андрей тут же перезвонил Егорову, и после взаимных согласований по времени встречи, обещал приехать. Когда положил телефон, продолжал ворчать:

— Интересно, теперь после каждого вновь открывшегося обстоятельства, они будут вызывать меня в полицию? Доблестному майору, конечно, в голову не приходит, подумать о моих чувствах.

На мгновение Андрей замолчал. Он вдруг понял, что чересчур разошелся, тем более в присутствии посторонних. Зачем-то начал вываливать на них свои эмоции. Еще не хватало, подумают, что ему нужны сочувствие и жалость.

— Ладно, девчонки, не обращайте внимания на брюзжания «старого израненного в боях солдата».

Андрею действительно очень не хотелось снова ехать в следственный комитет, опять бессмысленно восстанавливать факты того ужасного дня, который разделил его жизнь на «до и после». Он, конечно, понимал, что следователь делает свою работу, полиции надо найти преступника. Для Андрея же ничего уже не поменяется, даже если они найдут убийцу. К нему постепенно только-только стало приходить чувство смирения с судьбой, и вот опять майор Егоров заново будет все ворошить.

Но, как и договорились со следователем, Андрей Северцев в назначенное время прибыл в следственный комитет.

— Здравствуйте, Андрей Петрович. Большое спасибо, что нашли время еще раз приехать к нам.

— Слишком уж ласков майор, непонятно чего так расшаркивается. Прекрасно понимает, что, если вызвали в полицию, попробуй только не прийти.

Так мысленно прикидывал Андрей, настороженно слушая приветливое вступление сыщика. А Егоров между тем продолжал лить мед в уши:

— На самом деле, вы нам очень помогли, Андрей Петрович. Благодаря вам удалось, кажется, нащупать связь между смертью Звонарева Андрея Михайловича и слежкой за вашей женой. Опять же вы мне подсказали, что дед Звонарева был хорошо знаком с отцом вашей жены. Мы связались с Васильевым Николаем Ивановичем, и он в свою очередь помог нам выйти на Малиновского Игоря Евгеньевича — деда Звонарева. К сожалению, удалось с ним поговорить совсем недавно, сразу, как только он выписался из больницы после инфаркта.

— Зачем майор так подробно живописует мне свою работу. Я же не начальство, перед которым надо отчитываться. По его рассказам получается, что мне, а не ему надо срочно присвоить звание капитана. Что-то здесь не так, сыщик явно хочет получить от меня еще какую-то информацию.

Будущий капитан, делая вид, что не замечает смятение Андрея, продолжал рапортовать:

— А вот, познакомившись с Малиновским, мы добыли кучу полезной информации, которая проливает свет на некоторые обстоятельства.

Андрей, поднапрягшись вспомнил имя майора, и в конце концов не выдержал:

— Павел Павлович, вы уверены, что мне надо подробно вместе с вами интересоваться всеми деталями расследования. Я думаю, что вы успешно доведете дело до конца, поймаете убийцу. Не пойму, чем я еще могу быть полезен? У меня совсем другая профессия — не преступников искать, а помогать детям появляться на свет. Все, что знал, я вам уже сообщил.

Андрей все это выпалил скороговоркой, надеясь, что следователь поймет и отвяжется от него. Но, не тут-то было, майор пропустил мимо ушей выступление Андрея и продолжал плести паутину своих аналитических изысканий, которые извергали его серые клеточки:

— Оказалось, что Звонарев — очень богатый человек. Просто свои капиталы он держал на счету деда, поэтому при расследовании его смерти, сыщик, который вел это дело, не знал этого.

— Разве имеет значения для человека, который умирает, бедный он или богатый? С собой деньги никто не забирает.

— Неправильно рассуждаете, Андрей Петрович. В том-то и дело, что деньги остаются, и на них появляются много охотников.

— Но, почему вы все это рассказываете мне? Какое я имею отношение к деньгам покойного Звонарева? Я не был знаком ни с самим Звонаревым, ничего не слышал и о его богатствах, и, честно говоря, знать об этом вовсе не хочу.

— Ничего не поделаешь, придется.

Теперь майор заговорил уже совсем другим тоном:

— Дело в том, что нам удалось установить следующий факт: в день своей смерти Звонарев снял очень большую сумму со своего счета перед назначенной встречей в новом доме с вашей гражданской женой.

— Ну, и что, я-то здесь причем? — абсолютно запутался в дебрях полицейской логики Андрей.

— Вы-то, может быть, и не при чем, а ваша гражданская жена первая обнаружила мертвого Звонарева. Когда приехала полиция, денег рядом с трупом обнаружено не было. Улавливаете мысль?

Андрей покрылся холодным потом. Внутри все кипело, он просто захлебывался гневом.

— Да, что такое несет, этот жалкий майоришка? Как он смеет подозревать честнейшую Юльку, которая копейки чужой не возьмет. Понятно, надо быстро раскрыть дело, свалить все на человека, который уже ничего не может сказать в свое оправдание. Нет, он этого так не оставит, сам, если надо, займется расследованием, но докажет, что его Юлька — чистый кристалл.

Андрей был настолько огорошен выпадом майора, что никак не мог сообразить, какой привести аргумент, чтобы в дребезги разбить гнусные предположения сыщика. Мысли метались, и он не придумал ничего лучшего, чем спросить следователя:

— Мне казалось, что вы расследуете убийство моей жены, а вы оказывается увлеклись делом, уже закрытым другим следователем. Подсиживаете коллегу, товарищ майор?

Удивительно, но Егоров вовсе не обиделся и добродушно парировал:

— Действительно, я расследую убийство гражданки Васильевой Юлии Николаевны. Но, вы же сами мне подсказали, что за ней велась слежка последние две недели, которую она связывала со смертью своего бывшего клиента Звонарева. А у вас у самого, когда жена сообщила о слежке за ней, не возникло вопроса: «Почему она не обратилась в полицию?» Мне-то уж хорошо известно, что люди, заметив за собой слежку, моментально бегут за помощью к нам, а не наблюдают спокойно, как их кто-то преследует довольно длительное время. И потом, ваша жена, не раздумывая, указала на возможную причину слежки.

Андрей решил, что может быть, он все же неправильно понял майора, слишком нелепыми (просто какой-то сюр) выглядели намеки сыщика. Поэтому спросил следователя прямо:

— Павел Павлович, объясните мне четко: «В чем вы подозреваете или хотите обвинить мою жену?»

— Обвинять я могу, когда у меня есть прямые доказательства, а пока это — рабочая версия, в которую удивительно хорошо укладываются разрозненные факты, как паззлы в картину. Давайте рассуждать вместе, Андрей Петрович:

— Во-первых, Звонарев утром снимает со счета огромную сумму наличных денег (он заказал их заранее, значит у него была цель кому-то их вручить). Из банка он сразу поехал в свой новый дом, где у него была назначена встреча с Юлией Николаевной Васильевой. Сам факт встречи, когда все работы закончены, и полностью произведен расчет заказчика с дизайнером, вызывает много вопросов. Вот-вам, Андрей Петрович, жена объяснила, зачем она еще раз поехала в дом, где все работы уже произведены?

— Да, Юля мне говорила, что хочет сделать видео и поснимать фотоаппаратом свою дизайнерскую работу для портфолио. Она считала, что ее проект оказался весьма успешным и мог послужить хорошей рекламой для привлечения будущих клиентов.

— Но, чтобы поснимать для портфолио, не обязательно назначать встречу с Звонаревым.

— А как вы себе представляете, она что, сама без хозяина должна вломится в дом, в котором уже не работает? Поэтому Юля узнала, когда Звонарев планирует посетить дом (кажется, он еще не переехал в него окончательно). Потом Юля хотела узнать, понравились ли клиенту портьеры, которые повесили уже после того, как заказчик полностью расплатился с ней. При расчете шторы уже привезли, но еще не успели развесить, потому что у фирмы, которая за них отвечала, вышла непредвиденная накладка.

Андрей подробно и старательно пытался объяснить мотивы Юлиного поведения, надеясь развеять нелепые подозрения сыщика. Но следователь не унимался:

— Мне кажется, что обсуждение портьер и съемка для портфолио являются весьма надуманными причинами для назначения встречи в загородном доме. Тем более, что после этой встречи пропали деньги клиента, заметьте, очень большие деньги.

Андрей уже не думал о приличиях, поэтому просто вскричал:

— Да, что вы городите какую-то ерунду! Почему вы упрямо считаете, что, кроме Юли, никто больше не назначал встречи с Звонаревым. Я же объяснил, что она просто воспользовалась оказией, чтобы приехать в дом, узнав, что Звонарев там будет присутствовать. А если в этот день он собирался там быть, значит, у него там были дела и встречи с другими людьми. И потом дом просто напичкан камерами видеонаблюдения, Юля мне говорила, что очень удивлена: «зачем так много камер?»

— Вы сами, Андрей Петрович, подвели меня к очень интересному факту № 2. Неработающие камеры, это, как раз, второй паззл, который очень точно укладывается в нашу картину. Представляете, кто-то умышленно в тот день отключил все видеонаблюдение в доме. Ну, если вы не знаете, то сообщаю — Юлия Николаевна точно знала, как и где отключить эту систему видеоконтроля? Мы поинтересовались у фирмы, которая устанавливала видеонаблюдение в доме, как шла работа, кто в ней принимал участие? Оказалось, что мониторы закреплялись под строгим надзором Юлии Николаевны, которая следила, чтобы не была нарушена гармония интерьера. Мало того, она сама еще спланировала дизайн дежурной комнаты, куда стекалась вся информация с датчиков, там же был пульт включения/выключения всей этой чудо техники. Поскольку дом еще не функционировал в постоянном режиме, то технический служащий там еще не дежурил. Короче, у Юлии Николаевны при желании была возможность отключить систему контроля.

Андрею, слушая эту ахинею, казалось, что он смотрит какой-то совершенно тупой американский фильм с идиотом полицейским. Но, с другой стороны, околесица, которую нес майор, начисто лишила Андрея скованности и чувства уважения к работе следователя. Теперь он мог не выбирать выражений, спокойно говорить майору то, что думает.

— Павел Павлович, а вам не кажется, что с таким же успехом систему видеонаблюдения мог отключить сам хозяин дома, если ждал какого-то гостя, встречу с которым не хотел светить. К тому же, в это время в доме было очень много народу, как рассказывала Юля. Там трудилась клининговая компания, которая прислала бригаду не менее двадцати пяти человек, они доводили чистоту и порядок в доме до совершенства. Юля мне говорила, что туда-сюда постоянно сновали люди, мешающие ей проводить съемку. Да, потом, я слышал, еще привозили продукты, загружая холодильники. И вообще Юля жаловалась, что было просто вавилонское столпотворение, а, как только она обнаружила мертвого Звонарева, народ словно растворился, к приезду полиции и «Скорой помощи» осталось всего несколько человек. Итак, вернемся к вопросу об отключении. Вырубить камеры мог любой из тех, кто находился в доме, если он планировал ограбить Звонарева. Почему вы упорно подтасовываете факты под причастность к этому моей жены?

— Андрей Петрович, следить-то преступник стал именно за вашей женой, видимо, каким-то образом узнав, что у нее оказалась огромная сумма в долларах.

— Ваше утверждение основывается лишь на догадках, поэтому докажите прежде, чем утверждать. Павел Павлович, вы же сами засвидетельствовали в день убийства моей жены, что все банковские карточки Юли оказались нетронутыми. Если я правильно помню, сами же и сказали, что преступник искал что-то другое. А теперь вам надо подогнать факты в вашу версию, вот-вы и подтачиваете свои паззлы, чтобы с трудом втиснуть в нарисованную вашим воображением картину.

— Да, действительно, преступника не заинтересовали пластиковые карты и вклады вашей гражданской жены, потому что он охотился за другой суммой, на порядки превосходящей эту мелочь.

— Так чего же он не нашел, он же перетряхнул все вещи Юли? Причем убийца шарил по карманам, неужели там он искал огромный долларовый вклад?

— А вот видите, не догадались, Андрей Петрович. Преступник искал не деньги, а, скорее всего, номер и шифр ячейки, в которую Юлия Николаевна спрятала деньги. Поэтому он утащил всю оргтехнику в надежде найти ключ к ячейке. И по карманам ее одежды он, видно, тоже шарил с этой целью.

— Тогда ответьте мне еще на такой простой вопрос: «Почему следить за Юлей преступник стал только за две недели до убийства, а ограбила она Звонарева, по вашей версии, больше трех месяцев назад?

Вместо ответа следователь разочарованно произнес:

— Вот-этого паззла я пока не нашел. Возможно, он узнал о том, что у Юлии Николаевны появились большие деньги только две недели назад, но здесь, скажу честно, пока ясности нет. Да, и вообще у меня имеется еще другая версия. Я даже не знаю, говорить ли вам о ней? Думаю, вам будет неприятно это услышать.

— А вы уверены, что до этого момента вы мне рассказывали вещи, которые услаждали мой слух? Неужели есть еще что-то, что может быть ужаснее. Говорите, в конце концов, Павел Павлович, авось, я — не красна девица, как-нибудь выдержу.

Оказалось, действительно, в мозгу у майора роются еще более страшные догадки.

— Не обижайтесь, Андрей Петрович, ничего личного, просто это — моя работа.

После такой загадочной преамбулы, следователь, как бы даже немного смущаясь, начал излагать еще более хитроумную версию:

— Возможен такой вариант — Юлия Николаевна два раза заходила в кабинет к Звонареву. Первый раз, когда заказчик был еще жив, он сам вручил ей эти деньги. Скорее всего, для передачи денег встреча и была организована, а шторы и портфолио это — лишь отвлекающий камуфляж. Видно, оба нервничали, поэтому у Звонарева разболелась голова и он, волнуясь, перепутал таблетки. А Юлия Николаевна, заглянув к Звонареву еще раз, (может, о чем-то впопыхах не успела спросить при вручении денег) нашла его уже мертвым.

— Вам, товарищ майор, с такой изощренной фантазией не преступления раскрывать, а сказки писать. Не пробовали? Ну, скажите на милость, зачем, даже очень богатый человек, будет бросаться на право-налево огромными деньгами? Вдруг станет дарить их ни с того, ни с сего простому наемному работнику, с которым он и так очень хорошо расплатился. Никакой логики, даже ваши подточенные паззлы не удастся впихнуть в нарисованную вами картину.

— Все зависит от того, Андрей Петрович, с какого ракурса посмотреть.

Следователь Егоров бросил сочувственный взгляд на Северцева и вдруг ни с того, ни с сего спросил?

— А, вас не удивляет, Андрей Петрович, что Юлия Николаевна не сообщила вам о своей беременности?

— Удивляет, но причем здесь беременность, сейчас мы разбираемся совсем в другом. А у вас получается: «в огороде — бузина, а в Киеве — дядька» — возмутился Андрей.

— Беременность Юлии Николаевны это — очередной паззл, который очень хорошо вписывается в нашу картину. По моей версии получается, что у вашей гражданской жены и ее заказчика мог случиться мимолетный роман, за последствия которого Звонарев и расплатился. Именно поэтому она скрывала от вас, что ждет ребенка, поэтому же скрыла и факт получения огромных денег. Я также предполагаю, что она собиралась тайно уехать от вас, но не успела (именно в намеченный день отъезда ее убил преступник, желающий овладеть ее богатством). Что скажете?

— Чушь собачья, другими словами, извините, вашу версию охарактеризовать нельзя.

— Тогда объясните мне, почему среди комнаты стоял большой чемодан, с которым отправляются в дорогу? В день убийства вы мне ответили, что ваша жена никуда не собиралась уезжать.

Андрей, слушая эту галиматью, (по очередной версии хитроумного следователя) должен был воспылать ревностью, возненавидеть свою жену и начать петь ему в унисон, добавив сыщику недостающий паззл. Но с Андреем вдруг произошло обратное, он неожиданно успокоился, решив, что сейчас все равно ничего не докажет Егорову. Надо действовать по-другому. Если раньше его совсем не волновало: «кто убийца, зачем он расправился с Юлей, что искал в их квартире?», то теперь Андрей поставил себе четкую цель — самому раскрыть это преступление.

Между тем, следователь, ожидавший увидеть совсем бурную, возмущенную реакцию, якобы, «обманутого мужа», уже второй раз талдычил вопрос про чемодан. Так и не получив ответа, Егоров решил, что Северцев пребывает в глубоком нокауте от услышанного, и лучше сейчас его не добивать.

Андрей же в это время как раз догадался, что чемодан Юля вполне могла вытащить, чтобы устроить Андрею проверку, переехав к родителям.

— Но не объяснять же тупому сыщику, что, если бы Юля была жива, они бы все мирно уладили и поженились, все равно Егорову это не понять.

Неожиданно для сыщика его оппонент вышел из нокаута и сам задал вопрос:

— Павел Павлович, а в вашу схему случайно не вписывается такой вариант — преступник вытащил чемодан, чтобы запихнуть в него всю оргтехнику Юли. Но, потом передумал, решив, что с чемоданом мнимого сантехника может остановить консьержка, не поверив, что в чемодане он выносит старый унитаз.

— А у вас, Андрей Петрович, хорошее логическое мышление, вы запросто могли бы работать следователем.

— Когда я учился в школе, то как раз мечтал об этом.

— И что же вас остановило, если не секрет?

— Остановила мама, она слезно умоляла меня выбрать другую профессию. Дело в том, что мой отец работал оперативником и погиб при задержании вооруженного бандита. Пришлось стать врачом, ну, и слава богу, а то составил бы вам конкуренцию — нашел в себе силы отшутиться Андрей Северцев.

К счастью для Андрея, у Егорова зазвонил телефон, следователя куда-то срочно вызывали. Он вынужден был закруглять беседу, которая и так затянулась. На прощание майор попросил Андрея Петровича в подтверждении своей версии, осмотреть квартиру еще раз повнимательнее на предмет поиска координат и шифра ячейки с деньгами.

— Похоже, преступнику так и не удалось достичь цели, а иначе зачем он рискуя быть остановленным на вахте, вытащил из дома всю оргтехнику.

Майор, даже подписывая пропуск на выход Андрею, продолжал упорно гнуть свою линию. Северцев не спорил, поняв всю бесперспективность такого поведения. Он кивал сыщику, а сам уже строил планы, с чего начинать собственное расследование.

По дороге домой Андрей, вспоминая беседу со следователем, понял, что тот выстроил свои фантастические версии после разговора с дедом Звонарева.

— Выходит, надо срочно навестить первоисточник, тем более сам Малиновский при знакомстве со мной в электричке настаивал на этом. А, ведь, прав был дед, сразу определивший, что между нами существует незримая связь. Правда, Игорь Евгеньевич догадался об этом по очень странным признакам, например, по сходству продуктовых пакетов. Но, это неважно, старик оказался провидцем, а я принял его за психа. Интересный получается расклад, Малиновский решил, что я могу ему чем-то помочь, а выходит, совсем наоборот, я еду искать у него содействия. Так, сегодня пятница, в клинике в эти выходные я не работаю, а дежурство в роддоме у меня только в ночь на воскресенье.

— Надо ковать железо, пока горячо! — решил Северцев.

Рассуждая так в автомобиле, Андрей по ходу изменил маршрут и направился в Переделкино. Приехал в дачный поселок он еще засветло, но не надеялся, что старик примет его прямо сегодня, вполне подходило и завтрашнее утро. Андрей думал, что, наверняка, визитка Малиновского осталась у него в легком плаще, а сейчас он был одет в теплую куртку. Каково же было его удивление, когда, порывшись в карманах куртки, он обнаружил карточку с телефоном старика.

— Просто какое-то чудо! Видно, я, меняя одежду, не задумываясь, перетащил содержимое карманов плаща в куртку. Обычно, я так не делаю, наоборот, вытряхиваю из карманов прямо в мусорку все, что там ненужного накопилось. А тут, как знал, что пригодится, не выбросил вовсе. Еще раз подтверждается, что дед был прав, нашими действиями руководят высшие силы. Я вслед за стариком начинаю верить в полную ахинею, что наша встреча с Малиновским организована провидением.

— Когда Андрей позвонил Игорю Евгеньевичу, у него сложилось впечатление, будто старик сидел с телефоном в руке, ожидая звонка от случайного попутчика в электричке.

— Андрюша, как я рад, что, наконец, вы позвонили мне. Я так жду встречи с вами. Нет, зачем завтра, если вы сейчас свободны, я буду ждать вас. До встречи!

Андрей по пути к замку старика, решил заглянуть на Лешкину дачу, но тут его осенило, что ключей-то от дачи нет у него нет.

— Интересно, а как я собирался здесь переночевать? Так что приглашение старика приехать немедленно, оказалось очень кстати. Андрей долго не стал заморачиваться, а сразу, поехал к Игорю Евгеньевичу.

Внутренний интерьер дачи Малиновского был такой же шикарный, как и наружный фасад. Старик опять стал оправдываться, что, мол, он ни при чем, все это — «проделки» внука. Андрей только подумал, что надо бы посетить туалетную комнату, как Игорь Евгеньевич тут же уловил желание гостя.

— Андрюша, вам с дороги, наверно, хочется помыть руки, прошу, пойдемте, я провожу вас.

— Интересно, как так старик считывает мои мысли? Правда, я еще тогда в электричке отметил его телепатические способности.

— Андрюша, у меня к вам просьба — поужинайте вместе со мной прежде, чем мы перейдем к деловому разговору.

Андрея опять поразила удивительная способность Игоря Евгеньевича безошибочно определить, что гость после утреннего кофе не держал и маковой росинки во рту. Проницательный старик очень деликатно исправил эту ситуацию.

За ужином Андрей рассказал собеседнику, как в первый день их знакомства перепутал пакеты, а на следующий хотел совершить обратный обмен, но, когда подошел к даче Игоря Евгеньевича, карета «Скорой помощи» увозила его в больницу. Поинтересовался, как сейчас обстоят дела на «сердечном фронте».

— Со здоровьем все в порядке, врачи в очередной раз продлили мне жизнь. Когда я об этом думаю, меня огорчает несправедливость, почему такой глубокий старик, как я, еще жив, а молодой полный сил внук уже покинул этот свет.

Старик посетовал, что пока валялся в больнице, без него произошло очень много событий, он не во всем теперь ориентируется.

— Но, об этом поговорим после ужина, когда перейдем в гостиную.

Андрей понял, что сейчас Игорь Евгеньевич не спешит выкладывать все свои чаяния, как тогда в электропоезде, а наоборот, слегка притормаживает основной разговор. Что-то его сдерживает или смущает. Андрею даже показалось, что сегодня у старика какой-то виноватый вид, уж очень изменилось его поведение.

— Скорее всего, мне только кажется. Не может же человек вести себя одинаково в людном месте и у себя дома, где он — полный хозяин. Но, по этой логике должно быть все наоборот: на людях поведение более сдержанное, а дома — раскованное. В реальности получается все наоборот: электричке, где полно народу, поток слов Малиновского нельзя было остановить, а у себя дома в тишине и без чужих ушей — старик вдруг тормозит, ведет чисто светскую беседу.

Наконец, ужин подошел к концу, оттягивать разговор было нельзя. Игорь Евгеньевич пригласил Андрея в гостиную и предложил расположиться в креслах вблизи камина. Пока Андрей обдумывал, с чего начать, чтобы не назойливо, но выведать именно нужную ему информацию, Игорь Евгеньевич заговорил сам:

— Андрюша, я перед вами очень виноват.

Андрей удивленно вскинул брови.

— Надо же, оказывается мои наблюдения за поведением собеседника оказались верными.

И старик плаксивым голосом, с трудом сдерживая себя, чтобы не разрыдаться продолжил:

— Мне после того, как я выписался из больницы, позвонил Коля (Андрей не сразу понял, кто такой Коля?). Он мне рассказал, что была зверски убита его дочь Юля. Он считает, что это связано с тем, что я привлек Юлю к расследованию смерти моего внука. Еще он мне сообщил, что Андрей, с которым я познакомился в электричке, то есть вы — ее муж.

Здесь рыдания старика прервали его покаянную речь. Он опять побледнел, дрожащими руками вытащил таблетку нитроглицерина и сунул ее под язык. Андрей испугался, как бы Игоря Евгеньевича не хвалил второй инфаркт.

— Успокойтесь, Игорь Евгеньевич, все равно время вспять уже не повернуть. Лучше расскажите мне подробно, в чем заключалась роль Юли в расследовании смерти вашего внука? Скорее всего, это совершенно не связано с ее убийством. Уверен, что Николай Иванович обвинил вас совершенно напрасно, но вы не должны обижаться на него, ведь, он потерял любимую дочь.

Пока Андрей утешал старика, в памяти всплыл разговор с Юлей в ресторане, где она сама пыталась увязать слежку за ней со звонком «дедушки клиента».

— Да, все сходится, Игорь Евгеньевич и есть «дедушка клиента».

Андрей на некоторое время замолк, соображая, как же он сам не сопоставил факты, хотя почти все ему уже было известно. Наконец, он догадался, что его сбила с толку логика майора Егорова, которая направила мысли в совершенно другую колею. Северцев решил, что в данный момент он просто не имеет права заниматься рефлексией, надо, не теряя времени, получить нужную информацию от старика. Мысленно он дал себе четкую установку:

— В первую очередь, надо привести в чувство Игоря Евгеньевича, и попросить старика по порядку изложить весь ход событий. А мне самому надо постараться не проявлять эмоциональных реакций, независимо от услышанного, даже, если откровения собеседника будут задевать мои больные места.

— Когда по внешнему виду старика стало понятно, что собеседник может говорить, Андрей обратился к нему:

— Игорь Евгеньевич, многие факты мне уже известны, но, давайте все же восстановим всю цепочку событий с самого начала. Пожалуйста, расскажите мне все с того момента, как Юля появилась в вашей жизни.

Малиновский, ободренный Андреем, сразу воспрял, справился с волнением и старательно начал излагать:

— Два года назад, нет, вру, уже прошло два с половиной года, мой внук начал строить загородный дом. Он попросил меня помочь ему, найти хорошего дизайнера. Я, недолго думая, вспомнил, что Коля Васильев, которого я знаю с детства, сейчас — известный архитектор. Позвонил Коле, попросил порекомендовать хорошего специалиста. Вот тогда, я впервые услышал о Юле Васильевой. Оказалось, что его дочь — дизайнер интерьеров. Коля мне сказал тогда:

— Игорь Евгеньевич, возможно, я, как отец, и преувеличиваю способности моей дочери, но, думаю, вы не ошибетесь, если возьмете на работу Юлю. Она в курсе всех современных тенденций, хорошо владеет предметом. Правда, она молода, стаж работы небольшой. Рискните, я уверен, не пожалеете.

— Я Андрюше все передал, и внук, не раздумывая, заключил с ней договор. За то время, что шло строительство и отделка дома, я слышал от внука только восторженные отзывы о работе дизайнера. Сам я с Юлей Васильевой ни разу не встречался.

Игорь Евгеньевич на мгновение замолчал, как бы переживая все заново, потом справился с эмоциями и продолжил:

— Ну, а потом, вы знаете, произошло несчастье с внуком. Мне показалось расследование необъективным. Может, конечно, я не прав, но не укладывалось у меня в голове, что Андрюша мог перепутать препарат. То лекарство, от которого у него сильная аллергия, он просто не держал при себе, как он мог принять его? Это для меня до сих пор загадка. Именно поэтому я обратился в частное детективное агентство, чтобы окончательно избавиться от сомнений.

— Простите, Игорь Евгеньевич, а зачем вам углубляться в поиски истинной причины? От того, что вы узнаете правду, внука, ведь, все равно не вернешь. Только зря ковырять болячки.

— Согласен, мне самому тяжело ворошить обстоятельства смерти внука. Но, я должен точно знать, что действительно произошла трагическая ошибка, и не было преступного умысла. Давайте, я вам объясню, зачем я затеял новое расследование, чуть позже. Сейчас же, чтобы не потерять нить моего повествования, расскажу, зачем я обратился к Юле.

Видно, собираясь с мыслями, Игорь Евгеньевич на непродолжительное время замолчал, потом продолжил:

— Сыщик, которого мне прислали из детективного агентства, Зацепин Валерий Романович очень бойко взялся за дело. Он только попросил меня найти телефон девушки-дизайнера, которая первая обнаружила труп (я рассказал сыщику, что дизайнера внук взял по моей рекомендации). Я опять через Колю узнал Юлин телефон и слезно уговорил ее встретиться с детективом. Но оказалось, что Юля ничем не смогла помочь сыщику, потому что в тот роковой день она была увлечена своей работой и совсем не смотрела по сторонам. Однако, через некоторое время Юля сама перезвонила мне и сообщила, что у нее появилась информация, которая, возможно, заинтересует детектива, но его телефон, как назло, не отвечает. Тогда я предложил сообщить информацию мне, а уж я обязательно все в точности передам сыщику. Мы договорились о встрече, я специально приехал для этого в московскую квартиру. В назначенное время Юля не приехала, ее телефон был отключен. В этот вечер мы познакомились с вами, Андрюша, в электричке.

Андрей с горечью вспомнил, как он неверно трактовал рассказ старика в электричке о девушке, которую тот прождал целый день. На самом деле Игорь Евгеньевич ждал Юлю с важной информацией, а Андрей вообразил, что старик хотел поразвлечься с девушкой.

— Японский городовой! Это ж как все замысловато закрутилось, прямо как в детективах, которые так любила Юлька. Она иногда пересказывала особо понравившиеся ей лихо закрученные сюжеты с фантастическими совпадениями и предсказаниями. А я смеялся, не верил, говорил, что в жизни так не бывает. Выходит, это — мне наказание, в жизни бывает покруче, чем в книжках, причем очень больно.

Андрей на некоторое время так глубоко задумался, что не заметил, как старик опять горько зарыдал. Всхлипывая, Игорь Евгеньевич продолжал покаянным голосом излагать:

— Когда я вышел из больницы, Коля мне позвонил и рассказал об ужасной трагедии, которая произошла в тот самый день с Юлей. Он совершенно справедливо обвинил меня в том, что именно я вовлек его дочь в расследование. Оказалось, Коля откуда-то узнал, что потом я еще к вам, Андрей, приставал в электричке со своими проблемами, не зная, какую драму, вы пережили в этот роковой день.

Андрей, вспоминая тот страшный день, понял, что, если он поплачет вместе с дедом, ему полегчает. Но он мужественно взял себя в руки и постарался успокоить старика:

— Игорь Евгеньевич, не надо терзаться, расскажите мне лучше, что нарыл ваш частный детектив. Отыскал какие-нибудь новые факты?

— Ой, Андрюша, это — еще одна трагедия.

Старик опять было начал всхлипывать, сморкаться, снова достал таблетку валидола. Андрей испугался, увидев, как дед опять побледнел, как тогда в электричке. Он предложил:

— Игорь Евгеньевич, может, продолжим в другой раз. Я вижу вам опять плохо с сердцем.

— Ни в коем случае, я уже не рад, что врачи спасли меня. Получается я — древний старик до сих пор живой, а вокруг гора молодых трупов. Так вот, Андрюша, телефон Валерия Романовича не отвечал, когда Юля ему звонила, потому что его насмерть сбила машина. Я узнал о том, что он погиб, тоже только когда выписался из больницы. В клинике меня удивляло, что сыщик ни разу не позвонил, но я решил, что он узнал, о моей болезни и не хочет меня беспокоить до выздоровления. Выйдя из стационара, я сначала пытался связаться с Валерием Романовичем, как обычно, по мобильнику, но оказалось, его телефон отключен. Позвонил в агентство, и там мне сообщили эту ужасную новость. Действительно, прав был Коля, зря я затеял расследование, и все из-за проклятых денег! Как бы я хотел повернуть все назад — и Юля была бы жива и сыщика, возможно, не сбила бы машина.

Андрей попытался еще раз успокоить старика:

— Пока нет никаких доказательств, что гибель Юли и сыщика связанны каким-то образом с расследованием смерти вашего внука. Если нет прямых доказательств, то ваши догадки — лишь предположения и ощущения. Игорь Евгеньевич, расскажите лучше поподробнее, что за «проклятые деньги» вы упомянули.

— Во-первых, именно из-за денег Андрюши, которые остались у меня счету, я и начал новое расследование, наняв частного сыщика. Дело в том, что деньги были очень большие, они достались внуку по наследству после трагической гибели его родителей. Ну, посудите сами, Андрюша, мне эти деньги вовсе не нужны, да, и жить мне осталось совсем немного. Именно поэтому, я должен определиться, кому передать деньги моего внука. У него формально была жена, с которой он уже не жил больше полугода, и собирался в ближайшее время разводиться. Еще у него была новая возлюбленная, на ней он собирался жениться сразу после развода. Кстати, как оказалось, дом он собирался переоформить на свою новую пассию, но не успел. Поскольку внук не оставил завещания (этот факт как раз свидетельствует о том, что умирать он не собирался), теперь я вынужден решать, кому отдать капиталы внука.

— Игорь Евгеньевич, извините, что перебиваю, но по ходу мне бы хотелось уточнить: «Почему вы подчеркнули, что ваш внук умирать не собирался, разве были у кого-то сомнения на этот счет?»

— В том-то и дело! Меня и следователь, который изучал обстоятельства смерти Андрея, и новый, расследующий гибель вашей жены, задавали один и тот же неуместный вопрос: «А не мог ли ваш внук сам сознательно покончить с собой? Может, у него были причины, толкнувшие его на самоубийство?»

Игорь Евгеньевич, увлекшись рассказом о своих переживаниях, с которыми раньше ему не с кем было поделиться, даже порозовел (видно, сердечный приступ поутих). Он с воодушевлением стал рассказывать Андрею, какие глупые, на его взгляд, версии выдвигал следователь, расследующий обстоятельства смерти внука.

— И представляете, Андрей, в результате следствие пришло к выводу, что смерть моего внука — просто несчастный случай. Ну, а поскольку меня мучили сомнения, я нанял частного детектива. Кстати, вашему сыщику я не сообщал, что пытался продублировать работу следственного комитета, неловко было признаваться, что я им не доверяю.

Андрей хорошо понимал чувства Игоря Евгеньевича, сам только что наслушался замысловатых версий майора Егорова. Но все же попытался объяснить старику, что такая работа у сыщиков — необходимо при расследовании рассмотреть все возможные варианты, даже те, которые кажутся на взгляд дилетанта фантастическими.

— Игорь Евгеньевич, а что интересовало Павла Павловича Егорова?

Старик не сразу понял, о ком идет речь, но когда Андрей пояснил, что так зовут следователя, занимающегося расследованием убийства Юли, он очень оживился и стал рассказывать:

— Да, действительно, мне трудно понять, как работает мысль сыщика. Представьте, этот следователь Егоров ищет связь между смертью моего внука и убийством вашей жены, но едва узнав, что у моего внука остались большие деньги, тут же забывает, зачем пришел, и начинает интересоваться капиталом моего Андрюши.

— Игорь Евгеньевич, а откуда он узнал про деньги вашего внука?

— Я не помню точно, скорее всего, я сам и проболтался, рассказывая про своего Андрюшу. Он же расспрашивал меня, как был связан мой внук с Юлей Васильевой, но, узнав про наследство внука, перестал интересоваться другими фактами, как бульдог, вцепившись в деньги внука. По просьбе следователя (как вы там его назвали, кажется, майор Егоров), я вынужден был ознакомить сыщика с содержанием депозита в банке. Майор Егоров сказал, что может и сам написать начальству рапорт, чтобы получить допуск к банковскому вкладу, но это — долгая история, поэтому попросил меня сходить в банк вместе с ним, чтобы он мог ознакомиться с денежными операциями, которые проводил мой внук. Скрывать мне нечего, а сколько там денег, и когда Андрюша снимал их со счета, я не знаю (это — его деньги). Так вот следователь обнаружил, что в день своей смерти внук снял со счета огромную сумму в долларах.

Старик замолчал, опять начал усиленно сморкаться. Андрей испугался, как бы опять ему не стало плохо с сердцем. Но после небольшой паузы Игорь Евгеньевич продолжил:

— Андрей, мне майор Егоров не высказал никаких предположений, но я и сам догадался, какой он сделал вывод — внука моего в тот день убили из-за денег, которые он снял со счета. Только для меня до сих пор остается загадкой, почему сыщик, расследуя гибель вашей жены, вдруг совсем забыл об этом и занялся загадочной смертью моего внука. Андрюша, вам не кажется странным такое поведение следователя? Мне-то, конечно, будет интересно узнать, кто убил моего внука, именно для этого я и нанимал частного детектива. Но возникает законный вопрос: «Причем здесь убийство вашей жены?»

Андрей не стал рассказывать собеседнику про извилистый путь рассуждений майора, который причудливым образом связал оба преступления. Вместо этого он решил выяснить у старика, почему тот не может разделить деньги между женщинами его внука, либо отдать какой-то одной.

— Игорь Евгеньевич, давайте вернемся «к нашим баранам». Поясните, пожалуйста, почему для раздела имущества вам понадобился частный детектив? Разве его расследование как-то могло повлиять на ваше решение, сколько денег отдать жене, а сколько любовнице вашего внука? По логике получается, что вы хотели проверить, не причастна ли одна из женщин к его смерти. Не так ли? Выходит, у вас были какие-то основания сомневаться в их невиновности?

Старик засмущался, похоже, ему неловко было признаться в своих подозрениях:

— Андрюша, может быть, это нехорошо, но я действительно хотел удостовериться, что обе женщины непричастны к гибели внука. Не сочтите меня занудой, но я вынужден опять повториться. Слишком уж не укладывалась у меня в сознании мысль, что внук мог сам спутать таблетки. Я точно знал, что мой Андрюша просто маниакально следит, чтобы в препаратах, принимаемым им от частых мигреней, не было и капли того вещества, две таблетки которого он выпил перед смертью.

— Позвольте, Игорь Евгеньевич, получается какая-то уж слишком нереальная картина. По-вашему, выходит, что одна из женщин силой заставила выпить вашего внука две таблетки, а потом тут же убежала.

Андрей задумался, вспоминая, что Юля ему рассказывала про этот трагический день, в который ей пришлось обнаружить мертвеца, вызвать полицию, а потом доказывать следователю, что не она приложила руку к смерти своего заказчика. И он поделился своими воспоминаниями с собеседником:

— Насколько мне известно, в тот злополучный день Юлю несколько раз опрашивал следователь, на предмет того, не видела ли она в доме кого-то, кроме работающих там сотрудников клининговой компании и курьеров по доставке продуктов. Юля четко ответила, что никого, кроме этих работников она не заметила. Кстати, я прекрасно помню, как Юля рассказывала, что у нее в тот день просто в глазах рябило от ярких, очень специфических фирменных униформ, как у клиринговой компании, так и у курьеров по доставке продуктов. На этом фоне любой человек, одетый в обычную одежду, сразу бы бросился в глаза. Значит, Игорь Евгеньевич, получается, что женщин вашего внука там не было, выходит, они не могли заставить его выпить эти таблетки.

— Да, я знаю, Андрюша, сыщик мне говорил, что никто не видел ни жены, ни новой претендентки на эту роль. Но, возможно, люди в доме были заняты работой, поэтому не смотрели по сторонам, вполне могли и не заметить быстро проскользнувшую особу. Еще открою вам секрет, мой молодой друг, в тот злополучный день кто-то отключил все камеры видеонаблюдения в доме. Что, если злоумышленник, или злоумышленница устроили этот фокус специально? Но, с другой стороны, я вовсе не утверждаю, что все произошло именно по такому сценарию, просто хотелось отмести все сомнения.

— Про камеры я уже знаю, Павел Павлович успел и мне сообщить сей факт. А, вот интересно, этих дамочек проверяли, где они были в момент смерти вашего внука?

— Да, конечно. Я не знаю, где они были конкретно, но обе женщины категорически отрицали, что в этот день они посещали в особняк. Так мне сообщил следователь. Андрей, получается очень занятно, вы мне задаете те же самые вопросы, что и частный детектив Валерий Романович, когда я его вводил в курс дела. Наверно, ваша работа связана каким-то образом с расследованием преступлений. Недаром, я при знакомстве с вами, еще в электричке понял, что вы мне сможете помочь. Скажите, если не секрет, вы тоже работаете в полиции?

— Должен разочаровать вас, Игорь Евгеньевич. Я работаю врачом-гинекологом.

На этот раз телепатические способности явно подвели старика. Он некоторое время находился просто в ступоре, не веря своим ушам. Но, Андрею не терпелось получить побольше информации, пока собеседника не беспокоило сердце.

— Игорь Евгеньевич, а вы знаете адреса этих женщин?

— Естественно, адрес жены внука мне известен — она живет в квартире, которую купил Андрюша, когда женился. Супругу, хотя, наверно, неправильно ее так называть (последние полгода они с внуком жили раздельно и собирались разводиться), так вот ее зовут Оксана. Кстати, фамилия у нее после того, как она вышла замуж осталась девичья — Шевченко. Если я ничего не путаю, девушка родом с Украины.

Когда Андрей услышал это, у него в мозгу моментально промелькнуло:

— Интересно, неужели на Украине так много Оксан Шевченко? Я, когда учился в университете, тоже знал Оксану Шевченко, которая приехала из Украины. Японский бог! Сейчас мне не до аналогий, вечно, когда не надо, всякая ерунда лезет в голову.

Андрей сосредоточился и продолжил спрашивать визави:

— Игорь Евгеньевич, скажите мне еще, где живет вторая особа, и какие у нее «позывные»? То есть, вы меня понимаете, необходимо знать ее имя и фамилию (отчество не обязательно)?

— Про новую пассию внука я раньше знал только то, что зовут ее Катя. Мой Андрюша незадолго до гибели решил нас познакомить, и они приезжали ко мне в гости на дачу. Девушка мне понравилась, весьма миловидная. По явно округлившемуся животу Кати мне даже показалось, что она ждет ребенка. Я прекрасно знал, как Андрюша переживал, что у них с Оксаной не было детей, поэтому меня вовсе не удивило, что он стремится развестись и завести новую семью. Но при знакомстве с Катей я, естественно, сам не спросил у них про ребенка, а они ни словом, ни намеком не затрагивали эту тему.

Игорь Евгеньевич неожиданно прервал свой рассказ и озадаченно посмотрел на Андрея:

— Быть может, не надо так подробно рассказывать про Катю, вряд ли вас, мой молодой друг, интересуют эти подробности?

— Очень даже интересуют, при расследовании любая мелочь может пригодиться.

Игорь Евгеньевич, воодушевленный тем, что кого-то еще может заинтересовать информация, которую он не раз прокручивал в своей голове, продолжил:

— Дело в том, что частный детектив (царствие ему небесное) тоже стал спрашивать у меня адрес женщины, с которой мой внук жил перед смертью. Но, к моему ужасу, выяснилось, что я не знаю ни адреса, ни даже фамилии этой дамы по имени Катя. Правда, я тут же вспомнил, что у капитана Петрова Юрия Антоновича (у меня чудом сохранилась его визитка), который расследовал обстоятельства смерти моего внука, точно есть эта информация. Петров при беседе со мной называл мне все паспортные данные Кати. Но, в то время я был в таком подавленном состоянии, что ничего не запомнил. К счастью, Валерий Романович оказался профессионалом с большой буквы, он связался с Петровым и узнал фамилию Кати и телефон, по которому ее можно найти.

Андрей очень удивился:

— Непонятно, почему вдруг следователь Петров стал делиться информацией с каким-то левым частным детективом? Слабо похоже на правду.

— Оказалось, что Валерий Романович Зацепин раньше работал в полиции, занимал там высокую должность, но, как я понял, там произошло серьезное ЧП, после чего он вынужден был уволиться и заняться частным сыском. Поэтому Петров, который раньше был у него в подчинении выложил бывшему начальнику, как удалось найти Катю.

— А тогда у меня сразу возникают попутные вопросы: «Откуда вообще следователь узнал про Катю, ее же не было в доме на момент гибели вашего внука? Получается, вы сами рассказали сыщику, что ваш внук жил не с женой, а с другой женщиной? Игорь Евгеньевич, вы что и следователя просили проверить Катю на причастность к кончине внука?»

— Нет, все не так. В первый момент я был так потрясен внезапной смертью Андрюши, что ни о каких подозрениях не могло быть и речи. Ни о жене, ни о Кате я никому ничего не говорил. Наоборот, сам следователь приехал ко мне на дачу через несколько дней после похорон внука, якобы прояснить некие обстоятельства (так он объяснил свой визит, когда договаривался о встрече со мной по телефону). Вот тогда-то сыщик сам открыл массу неизвестных мне доселе фактов.

— Игорь Евгеньевич, постарайтесь вспомнить детали этого разговора, возможно нам это пригодится.

— Во-первых, капитан Петров сразу же спросил меня, знаю ли я, что дом, который построил внук, он собирался передать в собственность некой Екатерины Геннадьевны Романовой? Я, конечно, очень удивился, не поняв сразу, что речь идет о Кате. Поэтому ответил следователю отрицательно и спросил, кто эта женщина?

— Постойте, Игорь Евгеньевич, вы мне только сейчас сказали, что не запомнили в том разговоре фамилию Кати, а теперь оказывается, помните прекрасно и даже отчество не забыли.

— Андрюша, я же вам объяснил, что Валерий Романович добыл Катины паспортные данные и даже номер ее телефона. Теперь-то я знаю, скажу вам больше, по просьбе частного детектива я даже звонил Кате, чтобы узнать, где она сейчас живет. Дело в том, что сыщик хотел с ней встретиться, а выяснилось, что она живет не по адресу, указанному у нее в паспорте. В дом, который ей хотел подарить внук, она почему-то еще не заселилась.

— Так, Игорь Евгеньевич, давайте по порядку разберемся, а то я совсем запутался. Во-первых, я не понял, как следователь Петров вышел на Катю? Он вам объяснил это?

— Так точно, мой педантичный молодой друг. Рассказываю по порядку. Узнав от капитана Петрова, что внук собирался переписать дом на Катю, я, естественно, удивился и спросил сыщика:

— Откуда вы получили такую странную информацию?»

— Следователь объяснил, что в тот роковой для Андрюши день, когда оперативная бригада еще работала в доме, к внуку пришел запоздалый посетитель. Оказалось, что это — юрист Фишман Лев Леонидович. Он как раз занимался сбором всех необходимых бумаг для оформления сделки дарения особняка Кате. Льва Леонидовича я хорошо знаю, он давно работает с нашей семьей. У них с внуком якобы была назначена встреча на первую половину дня, они должны были ехать к нотариусу для совершения сделки. Но у нотариуса произошла непредвиденная накладка и он попросил Фишмана перезвонить Андрюше и перенести визит на послеобеденное время. Лев Леонидович обо всем условился с Андрюшей, поэтому появился в особняке после обеда, когда все с внуком уже случилось. Лев Леонидович привез полностью готовые документы для совершения сделки дарения. Там в бумагах были все паспортные данные и телефон Кати. Таким образом капитан Петров узнал про Катю, а про жену Оксану он узнал из паспорта внука по штампу о браке (тот еще не успел развестись).

Игорь Евгеньевич на мгновение замолчал, как бы раздумывая, сообщать ли об этом Андрею, затем все же решился:

— Не знаю, относится ли эта информация к нашему расследованию, но вдруг пригодится. Дело в том, что Лев Леонидович недавно привез мне те самые документы, готовые к сделке, с которыми они с внуком должны были ехать к нотариусу. Такая большая задержка во времени получилась, потому что из полиции юристу вернули документы только после завершения следствия, потом Фишман был в отпуске в Лондоне (гостил там у своей дочери), затем приехав, узнал, что я в больнице. И вот, только на днях нам удалось встретиться. Представляете, мой молодой друг, получи я эти документы вовремя, не надо было бы Валерию Романовичу, используя свои связи, узнавать Катины паспортные данные (но, это так, к слову). Лев Леонидович так объяснил, почему передает документы мне, а не законной жене. Во-первых, внук за последние полгода несколько раз обращался к Фишману, говоря, что собирается разводиться с Оксаной, потом передумывал. Во-вторых, будто бы Андрюша в тот день, узнав, что нотариус перенес сделку, бросил загадочную фразу:

— Боюсь, после обеда будет поздно, но, если не успею, будем считать, что судьба на моей стороне.

— Понимаете, Андрей, Лев Леонидович оказался в очень щекотливом положении. С одной стороны Фишман знал, что внук не оставил завещания, следовательно все имущество должно перейти жене. С другой стороны, Лев Леонидович был в курсе метаний Андрюши с разводом, а также он оформлял сделку дарения дома другой женщине. Потом последняя брошенная внуком фраза (когда сделка сорвалась): «судьба на моей стороне» тоже посеяла сомнения у опытного Фишмана. И он, как юрист высшей пробы, решил, на всякий случай, не ставить жену в известность, а привез документы мне, перевалив решение на меня. Теперь мне все время вспоминаются последние слова внука, я пытаюсь найти в них тайный смысл.

— Хорошо, Игорь Евгеньевич, с этим разобрались. Как я понимаю, внук вам не говорил о своем решении сделать владелицей дома женщину, которая еще не стала законной женой?

— Нет, не говорил.

— А вас решение внука не удивило?

— Я узнал эту новость, через несколько дней после смерти Андрюши, тогда я был в подавленном состоянии, поэтому сразу отнесся к этой новости безразлично. Но по прошествии некоторого времени, когда я прокручивал у себя в голове случившееся, мне показался очень странным и необъяснимым поступок внука. Просто такое поведение было совсем не свойственно характеру Андрея. Но, посудите сами, я много лет боролся с внуком, пытаясь уговорить его переписать наследство родителей на себя, а он не соглашался, пользуясь им по доверенности. Когда внук первый раз женился, я пытался ему втолковать, что Оксане может не понравиться ситуация, когда она сама не может распоряжаться деньгами. Тем более я видел, как Андрюша боготворит свою жену. И вы знаете, что он мне ответил?

— Не волнуйся, дед, Оксану я не обижу, все, что ей надо, она получит. Но мне так спокойней, в тебе я уверен, ты у меня один — дед, а жена сегодня — одна, завтра — другая. Потом я должен быть уверен, что моя женщина любит меня не за капитал, которым я владею. Представь, узнает Оксана, какие у меня деньжищи, будет искать способ стать их хозяйкой, а когда станет, может, захочет и от меня избавиться.

— Увидев, как я испугался, услышав такие слова, внук меня успокоил:

— Да, не переживай, дед, я просто пошутил. Пойми, меня вполне устраивает такой расклад с деньгами. Будем считать, что я просто привык, а ты знаешь, я не люблю менять своих привычек.

— Андрей, вы, наверно, подумали, что мой внук был скрягой, дрожащим над каждой копейкой. Все как раз совсем наоборот, Андрюша был очень щедрым, заботящимся о близких и друзьях, всегда был готов помочь и оплатить все их проблемы. А вот почему он не посвящал своих женщин в финансовые дела, а также почему держал свои богатства на моих счетах, у меня есть этому объяснение. Я раньше ни с кем не делился своими соображениями. Вам первому расскажу, откуда, на мой взгляд, «растут ноги» такого нестандартного поведения внука.

Игорь Евгеньевич неожиданно замолк, как бы прикидывая, а стоит ли делиться сокровенными мыслями? Но, пауза была не долгой, и он продолжил:

— Мне кажется, все из-за того, что у внука были проблемы, связанные с мужским здоровьем, и он сильно комплексовал по этому поводу. Такой вывод я сделал, наткнувшись совершенно случайно на результаты его анализов из специализированной клиники, которые оказались в почте на моем компьютере. Тогда я задал Андрюше вопрос, удивившись, почему перепутали электронные адреса, и анализы попали не в его почту? Слегка смутившись, внук ответил, что, наверно, он машинально в спешке перепутал и дал не тот адрес. Тут же распечатал результаты анализов и удалил их в моем компьютере.

Игорь Евгеньевич опять прервал свой рассказ и вопросительно посмотрел на Андрея:

— Теперь уж я точно не по интересующей вас теме делаю отступления. Мой молодой друг, без стеснения окорачивайте старика, если вас не интересует мои экскурсы в прошлое.

— Игорь Евгеньевич, вы очень резонно объяснили мне отношение вашего внука к своим богатствам. Рассказав про привычки вашего внука, вы мне объяснили, что он перед смертью совершил абсолютно не характерный для себя поступок, собравшись переписать дом на женщину, которая даже еще не стала его женой. Я не знаю, пригодится ли мне этот факт, но сейчас надо собрать всю информацию, а потом будем отсеивать ненужное. Но, как я понял, именно странное поведение внука зародило у вас желание проверить Катю на непричастность к его смерти. Еще вас беспокоила фраза, брошенная им в шутку, мол, жена может захотеть избавиться от него, если получит возможность распоряжаться его деньгами.

— Мой молодой друг, совершенно удивительно, как из моего путанного рассказа вы точно вычленили, что меня волнует. Именно из-за этих мыслей, буквально терзающих меня, я и хотел убедиться в непричастности обеих женщин к смерти моего Андрюши. Не могу поверить, что врач-гинеколог обладает таким тонким психологическим анализом причинно-следственных действий человека. Я восхищаюсь вами, вы — просто Шерлок Холмс нашего времени.

— Не преувеличивайте мои способности, Игорь Евгеньевич, и вообще сейчас не об этом. Лучше давайте прикинем, был ли мотив у этих женщин избавляться от вашего внука.

Андрей на мгновение задумался, потом продолжил:

— Начнем с Кати. Ну, посудите сами, разве был у Кати хоть какой-то смысл убивать «курицу, несущую золотые яйца»? Давайте рассуждать: допустим, она проведала, каким капиталом обладает ее потенциальный муж, когда ей почти удалось непонятным для вас образом заполучить дом в подарок. Что должна делать девушка, узнав, что жених баснословно богат? С уверенностью отвечаю — стремиться поскорее стать его женой, а уж потом думать, как стать владелицей его капитала. И, коли она захочет потом от мужа избавиться, так только после того, как завладеет всем. Еще, помнится, вы мне говорили о беременности Кати (как врачу- гинекологу, мне близка эта тема). Так вот, как специалист по беременным, могу точно сказать, что в таком положении ни одна женщина не захочет остаться без мужа, а тем более без богатого. Организм женщин в этот период подвергается гормональной перестройке, что делает ее психологически неустойчивой. Ей необходимо иметь рядом громоотвод от резких перепадов настроения и необъяснимых страхов. Игорь Евгеньевич, получается 2:0 в пользу невиновности Кати. Что у вас есть возразить против таких аргументов?

— Может, вам, мой прекрасный аналитик, покажутся самонадеянными мои возражения, но они у меня есть. Андрей, должен вам сообщить, что с беременностью Кати не все так однозначно. Мне, действительно, при знакомстве показалось, что девушка ждет ребенка. Я специально не присматривался, но, округлившийся живот на ее стройной фигуре трудно было не заметить. Помните, мой молодой друг, я вам уже рассказывал, что нанятый мной частный детектив Валерий Романович захотел с Катей поговорить лично, узнать, где она была в тот роковой день. Только он хотел сначала понаблюдать за ней издали, понять куда она ходит, выяснить круг ее общения. Но чтобы встретиться с Катей, сыщику нужно было знать теперешний адрес девушки. Оказалось, что в особняк она еще не переехала (может быть, потому что там произошло несчастье с Андрюшей, а скорее всего, потому что внук так и не успел оформить на нее дарственную), но это так, мои предположения. А, по адресу прописки, который был указан у Кати в паспорте, сыщик ее не обнаружил, оказалось, что девушка там не проживает.

Игорь Евгеньевич так разволновался, вспоминая историю с поиском Кати, что прервал свой рассказ, чтобы выпить воды. Но вид у старика был весьма бодрый, и на сердце он не жаловался. С возмущением в голосе он продолжил:

— Я — старый дурак тогда не сообразил, что Катя, по-прежнему, обитает во второй квартире внука, где они вместе с Андрюшей находились до этого. Поэтому, Валерий Романович, чтобы узнать, где найти Катю, придумал хитрый ход. Он попросил меня позвонить ей, представиться, сказать, что необходимо с ней встретиться, обсудить имущественные дела внука, в частности, рассказать о своем намерении выполнить волю внука — подарить ей дом.

Старик опять замолчал, еще выпил воды. Андрей понял, что Игоря Евгеньевича что-то останавливает или смущает, еще хуже, может, он просто устал.

— Игорь Евгеньевич, может, нам прервать нашу затянувшуюся беседу, а завтра на свежую голову продолжить воспоминания?

— Нет, Андрюша, ни в коем случае. Я даже рад, что могу излить все, что мучает меня. Мне просто неловко рассказывать, как мне пришлось слукавить, чтобы узнать, где живет Катя. Самое главное, я мог бы и сам догадаться, если был бы чуть посообразительней. Так, на чем я остановился, ах, вспомнил — на том, что позвонил Кате. Поняв, кто с ней разговаривает, девушка очень испугалась. Она сразу, не дождавшись моих объяснений, не узнав, что мне от нее надо, стала оправдываться:

— Игорь Евгеньевич, я готова прямо сегодня съехать из квартиры Андрея Михайловича. Я сама собиралась вам позвонить, чтобы передать ключи от квартиры.

— В первый момент я растерялся, поскольку Валерий Романович придумал очень хитрую схему, как узнать адрес Кати. А вышло, что я не успел и слова сказать, из придуманного в плане, девушка сама выложила мне адрес проживания. Это срывало наш коварный план, и мне пришлось на ходу выкручиваться. Я замешкался и не придумал ничего лучшего, чем объяснять Кате, что теперь квартира, которую она сейчас занимает, должна перейти законной жене Андрюши по наследству, но, оказалось, что от нее нет ключей. И у кого же, как ни у девушки, с которой внук до последнего дня жил в это квартире, искать ключи. Потом, сообразив, что все равно необходимо предупредить Катю о визите частного детектива, я вкратце изложил нашу стратагему. У меня сложилось впечатление, что Катя, поняв, что у нее остается возможность претендовать на дом Андрюши, тотчас успокоилась и очень обрадовалась. Еще раз поведала мне, мол, она понимает, что незаконно занимает квартиру Андрея Михайловича, и готова немедленно съехать. Я неожиданно для самого себя спросил девушку:

— Катюша, а почему ты не переехала в особняк? Насколько мне известно, Андрюша полностью подготовил дом для комфортной жизни, по-моему, даже продукты успели завезти. Внук с такой любовью «вил семейное гнездышко» для вашей совместной счастливой жизни с ним. Я был уверен, что именно в тот день, когда произошло несчастье с Андрюшей, вы должны были уже переехать в особняк окончательно. К несчастью, судьба распорядилась иначе.

Мне показалось, Катя пропустила мимо ушей мое лирическое отступление, девушка резко вернула меня к прозе жизни:

— Игорь Евгеньевич, на что я буду содержать эту огромную махину?

— А зачем же тогда Андрюша хотел подарить его тебе, разве не все равно на кого дом формально записан, если вы собирались жить в нем вместе?

Услышав этот вопрос, Катя замялась, не сразу сообразив, что ответить, но потом как-то неуверенно сказала:

— Андрей Михайлович настоял, сказал, что это мне подарок за сына.

— Здесь меня просто накрыла буря чувств, я восторженно принял известие о рождении малыша.

— Катюша, что же ты мне не сообщила, что у меня появился правнук, я бы с радостью материально вас обеспечивал.

— Не знаю почему, но здесь Катя опять ответила не сразу, видно, не была готова к разговору со мной, чувствовалось, что на ходу ищет ответ. Я думаю, она боялась, что ее ответ может повлиять на мое решение подарить ей дом. После некоторой паузы она буквально выдавила следующее:

— Игорь Евгеньевич, у меня после смерти Андрея Михайловича на нервной почве случился выкидыш, ребенок погиб.

— Тогда я, естественно, испугался, что разбередил незажившую рану, стал успокаивать ее и выражать сочувствие. Решил, что Катя, как и я, никак не может смириться со смертью Андрюши, а тут еще и ребенка потеряла. Я спросил ее, почему она до сих пор не вышла на связь со мной, почему вообще исчезла, не была даже на похоронах Андрюши? Катя после этих моих слов совсем успокоилась. Теперь она просто тараторила мне, рассказывая, как боялась прийти на прощание с Андреем Михайловичем, потому что он был еще официально в браке, и она не хотела встречаться там с его женой, а потом лежала в больнице. Тут я расчувствовался и решил, на самом деле, поимо особняка подарить ей часть денег Андрея, хотя с сыщиком мы договаривались, что я лишь пообещаю, а дарить или нет, решу после проведенного расследования. И я ей тогда сказал приблизительно следующее:

— Катюша, квартира перейдет в собственность жены внука только через полгода после смерти Андрюши, а пока живи в ней спокойно. А кстати, что ты собираешься сделать с домом?

— Собираюсь продать его, но я узнавала, быстро это не получится.

Потом я предложил Кате обращаться ко мне, если ей понадобятся деньги, пока дом не удастся продать. Девушка стала меня благодарить и поведала легенду, сочиненную моим внуком:

— Андрей Михайлович много раз говорил, что вы, Игорь Евгеньевич — очень богатый, и все, что ему удалось приобрести, включая две квартиры и шикарный дом, так только благодаря щедрости деда.

— Я спорить не стал, так как понял, что и с Катей внук не изменил своему кредо — не признаваться в том, что он сам — миллионер. Только, конечно, из этой теории выпадает «подарок особняка» Кате. Потому что обе квартиры, в том числе и та, в которой он жил с женой Оксаной, оформлены на него, а документы на эти квартиры Андрюша хранил у меня в сейфе.

— По логике вещей получается, что и документы на дом внук должен был держать в вашем сейфе? Вы не заметили, когда он их забрал?

— Понимаете, Андрей, мой сейф это — просто фигура речи. На самом деле, сейф завел и пользовался им внук, а ко мне сейф имел отношение только, потому что он находится в моей московской квартире. Сейчас я уже не работаю по состоянию здоровья, правда, иногда меня приглашают на консультации. Но даже, когда я был в расцвете сил и трудился, в сейфе у меня не было никакой потребности. Сейф — чисто игрушка внука, поэтому я не интересовался, что он туда кладет и что оттуда забирает. Про то, что Андрюша хранил там документы на квартиры и дом он мне сам сообщал, а вот, когда забирал, чтобы переоформить дом на Катю, ничего не сказал.

— Получается, внук как бы оберегал от женщин свою собственность?

— Да, все эти странности я вам, мой молодой друг пытался объяснить. Кстати, совсем незадолго до смерти внука в разговоре с ним я опять затронул тему, что, мол, такое поведение — неправильное, вдруг что-то случиться, кто будет делить его собственность между женщинами. И знаете, что ответил внук? Он опять пошутил:

— Дед, ты и разберешься с ними, в тебе я не сомневаюсь, твердо знаю, что будет все по справедливости — «всем сестрам по серьгам».

Старик, опять прослезился, начал усиленно сморкаться.

— Андрей, я иногда думаю, а вдруг я сам своими дурацкими разговорами накликал беду на внука? Говорят же, что слово может материализоваться в действие. Мне становиться страшно, не я ли — виновник того, что случилось с ним.

— Игорь Евгеньевич, извините, за сравнение, но вы рассуждаете, не как крупный ученый-психиатр, а как темная малограмотная бабка. Конечно, случившееся никак не связано с вашими словами, успокойтесь. Скажите мне лучше, Игорь Евгеньевич, а ваш частный сыщик успел встретиться Катей?

Такое резкое сравнение не обидело старика, а, наоборот, кажется, успокоило. Он опять начал старательно вспоминать:

— Я знаю только, что Валерий Романович успел понаблюдать, за Катей издали. Он предоставил мне фотографии, которые, надо честно сказать, меня весьма удивили. Кстати, эти снимки у меня сохранились, если они вас интересуют, тогда я принесу их из кабинета.

— Да, любопытно посмотреть фотографии, хочется понять, чем они вас так удивили?

Пока старик ходил за снимками, Андрей откинулся в кресле и попытался прикинуть, а надо ли ему идти по следу предыдущего сыщика, не собьет ли его с толку версия, выстроенная другим человеком.

— Может, сначала лучше все проделать самому, а потом уж сверять результаты? Хотя, с другой стороны, о каких результатах речь, частный детектив еще не успел их получить.

Так и не решив, надо ли влезать в чужую колею, Андрей услышал шаркающие шаги Игоря Евгеньевича. Старик поспешно протянул ему конверт с фотографиями. Рассматривая снимки, Андрей сразу догадался, что так удивило собеседника на этих фото. Почти на всех запечатленных кадрах Катя была с одним и тем же мужчиной, выглядела очень счастливой, на лице девушки полностью отсутствовали следы страдания от потери жениха и ребенка.

— Игорь Евгеньевич, вы, естественно, не знакомы со спутником Кати?

— Нет, конечно. Правда, Валерий Романович хотел узнать, кто этот атлетически сложенный молодой человек? Но я сказал ему, что мы не имеем права лезть в личную жизнь девушки. Но все же, надо признаться, мне было очень обидно, слишком уж быстро Катя нашла замену моему внуку. С другой стороны, я не могу винить ее, жизнь продолжается. Только не могу понять, зачем она в телефонном разговоре пыталась убедить меня, что до сих пор безутешна, никак не может смириться со смертью моего Андрюши? Так и напрашивается вариант, что она притворяется, чтобы получить особняк.

— Ладно, оставим Катю, давайте теперь поговорим о жене Оксане. Игорь Евгеньевич, меня интересует, успел ли ваш детектив встретиться с ней? Что он вам рассказывал?

— Да, Валерий Романович успел поговорить с Оксаной. Меня весьма насторожило заключение сыщика после встречи с ней. У детектива сложилось стойкое впечатление, будто Оксана что-то скрывает. Особенно она напрягалась, когда утверждала, что ее не было в тот день в особняке внука. Еще Валерию Романовичу была непонятна история с разводом Оксаны и Андрея. Сыщик утверждал, что развестись они могли очень быстро (непонятно почему тянули?), тем более что внук хотел заново жениться, и невеста должна была вот-вот родить.

— Так, Игорь Евгеньевич, давайте подумаем вместе, а какой смысл был Оксане избавляться от мужа? Из имущества на Андрее числились только две квартиры и дом. Возможно, Оксана узнала, что дом, пока еще ее законный супруг, собрался подарить Кате. Также не исключено, что при разводе муж обещал отдать обе квартиры бывшей жене. Скорее всего, женщина была возмущена несправедливостью, что ей только квартиры, а новой пассии — сразу особняк, причем подарен любовнице еще до официального брака. Таким образом у Оксаны вырисовывается серьезный мотив избавиться от мужа, пока брак с ним еще не расторгнут. Тогда ей по наследству переходит вся недвижимость мужа, включая дом.

Андрей задумался, какая-то искусственность версии не давала ему покоя. Наконец, он понял, в чем дело:

— Игорь Евгеньевич, согласитесь, трудно представить, что разъяренная жена с точностью до минуты рассчитала свои действия. Во-первых, ей необходимо было откуда-то узнать про то, что сделка у нотариуса перенесена на несколько часов. Во-вторых, именно в этот промежуток времени она должна была уложиться, чтобы заставить мужа выпить запрещенные таблетки. Если допустить, что супруга запланировала убийство, то нелепо совершать его в последнюю минуту перед сделкой. Можно, конечно, предположить еще более безумную идею — допустим, Оксана была в сговоре с нотариусом, который специально перенес время сделки, чтобы она успела совершить убийство. Но, эта версия совсем уж из области фантастики.

Несмотря на явно просматривающийся мотив у Оксаны, Андрей отверг этот вариант из-за трудности его осуществления. При том, если уж Оксане так сильно хотелось получить именно особняк, у нее была возможность попросить мужа, с которым прожила длительное время, при разводе уступить дом в обмен на две квартиры. И Андрей продолжил вслух рассуждать:

— Еще возможен такой вариант — Оксана вообще ничего не знала о том, что супруг хочет подарить дом Кате. Но, у нее был другой мотив, например, месть разлучнице — убивает мужа с гневными словами: «Да, не достанься же ты никому!».

Андрею самому стало смешно от того, что он стал придумывать версии в духе майора Егорова.

— Наверно, став на путь следователя, сама профессия толкает меня на выдумывание всякой галиматьи.

Так про себя подумал Андрей, но вслух упрямо продолжал плодить новые версии:

— Еще нельзя исключать неконтролируемую вспышку гнева жены, вызванную тем, что за много лет в браке она не смогла забеременеть, а соперница справилась с этим еще до свадьбы. Но, здесь меня все же как-то настораживает тот факт, что не так просто заменить таблетки, особенно, если вы живете врозь. Скорее у Кати была такая возможность.

Андрей задумался: что-то во всех вариантах рассуждений царапало мозг своей надуманностью, казалось, что факты «притянуты за уши».

— Игорь Евгеньевич, а вот еще такой вопрос: «Может быть, Оксана, обращалась к вам после смерти мужа, с какими-либо материальными требованиями, например, не узнавала ли она, где документы на квартиры?

— Нет, мы с ней несколько раз созванивались после смерти Андрюши, но ни о деньгах, ни о квартирах речи не было. Также она никогда не заговаривала о новой возлюбленной Андрея, и не упоминала в разговоре особняк, почти подаренный Кате. Мне вообще кажется, что Оксану загородный дом не интересовал.

— Пожалуйста, Игорь Евгеньевич, с этого места поподробнее. Я не очень разумею, как это «такой жирный кусок» элитной недвижимости может не интересовать? Сейчас, по-моему, просто поветрие на загородные дома, народ устал от жизни в мегаполисе, все хотят дышать свежим воздухом среди лужаек и газонов. Тем более, как я понимаю, ваш внук отгрохал просто царский дворец.

— Да, дом получился, на мой стариковский взгляд, даже чересчур роскошным. У Андрюши с детства была мечта жить большой семьей в отдельном доме. Он мне как-то рассказывал, что хочет, чтобы было много детей, а для этого нужен просторный дом. Ну, вот с детьми не получилось, а дом он построил на славу, но пожить, к несчастью, в нем не успел….

Старик опять пустил слезу и начал усиленно сморкаться, но на этот раз быстро справился с эмоциями и продолжил:

— Внук вместе со своим другом детства Сережей владел небольшой строительной компанией. Раньше у них было много заказов, а последнее время, по рассказам Андрюши, начались трудности. Для получения заказа, надо было участвовать в тендере, а чтобы выиграть его, надо было еще платить (забыл такое чудное слово, как называется этот налог).

— Наверно, «откат».

— Вы абсолютно точно угадали, мой молодой друг! Удивляюсь только, откуда врач может знать такой специальный строительный термин? Боже, какая у вас широкая эрудиция!

— «Откаты» сейчас не только в строительстве, а почти во всех областях жизни, но сейчас не об этом, давайте, Игорь Евгеньевич вернемся к теме беседы.

— Слушаюсь, мой любезный друг! Поскольку у фирмы были проблемы с заказами, внук решил начать строительство собственного дома, о котором мечтал. В то время, а это было два с половиной года назад, Андрюша жил в счастливом браке с Оксаной, никому и в голову не приходило, что они со временем захотят разводиться. Я все это рассказываю к тому, что Оксана поначалу была просто категорически против загородного дома. В качестве возражений она приводила такие доводы:

— Терпеть не могу загородную жизнь, у меня на нее аллергия с детства. Мама заставляла меня пропалывать грядки на даче под Харьковом в то время, как мои подружки веселились в городе на дискотеках.

— Когда Андрюша пытался втолковать Оксане, что никто не будет заставлять ее работать на грядках, у них вообще не будет грядок, а за цветами будет ухаживать садовник. На это у жены тоже был контраргумент:

— В городе у меня работа находится в десяти минутах от дома, а из загородного особняка придется добираться больше часа, и то, если нет пробок.

— Но потом Андрюша каким-то образом все же уломал Оксану, она согласилась, но, пока шло строительство, совершенно не интересовалась ни наружным декором, ни внутренним интерьером. Она говорила, что полностью доверяет вкусу Андрея и профессионального дизайнера. Я веду к тому, что вряд ли Оксана при таком безразличном отношении к особняку, вдруг решила убить мужа, чтобы заполучить дом в собственность. Еще у меня есть сомнения, что Оксана была взбешена тем, что не смогла забеременеть.

Неожиданно старик замолк, как бы раздумывая, стоит ли об этом говорить, но потом решительно тряхнув головой, продолжил:

— Мой молодой друг, я упоминал, что у внука смолоду были проблемы с мужским здоровьем, но, по-видимому, я должен конкретизировать его диагноз, он звучит так — мужское бесплодие. Поэтому в том, что в браке с Оксаной не было детей, это — не ее вина, кстати, о диагнозе Андрея супруга знала.

— Интересный поворот, выходит, ребенок Кати был зачат с помощью репродуктивных технологий при помощи донора?

— Внук со мной не обсуждал этот вопрос, а я сам не хотел затрагивать болезненную для него тему. Андрюша, еще я вспомнил, когда рассказывал про звонок к Кате, немного странный момент. В разговоре по телефону она мне сказала, что последние две недели перед гибелью внука, якобы, он жил не с ней, а в моей московской квартире.

— На самом деле, это — очень любопытный факт. А, что получается, вам об этом сообщила Катя, то есть вы были не в теме?

— Нет, как вам уже говорил, я постоянно живу на даче, в Москву наезжаю изредка. Конечно, у Андрея были свои ключи от моей квартиры, он мог в любой момент пользоваться ей по своему усмотрению, но что-то я не припомню, чтобы он в ней останавливался больше, чем на ночь. Возможно, он просто не ставил меня в известность.

— Так, Игорь Евгеньевич, вы сейчас сообщили мне новые факты, о которых я раньше не знал, поэтому по ходу вашего повествования у меня возникло несколько вопросов. Итак, вопрос номер один — из рассказанного вами ранее я считал, что кроме недвижимости, на вашем внуке формально не было зарегистрировано никакой собственности. И вдруг сейчас я узнаю, что он владел еще строительной компанией, а это, наверно, перекроет в денежном выражении всю его недвижимость. Нужны подробности о фирме, и о его партнере.

— Хорошо, мой вдумчивый друг. Просто я посчитал, что сейчас, поскольку строительная компания не приносила никакого дохода, а, наоборот, Андрюше приходилось держать ее на плаву за счет своих средств, о фирме не стоило говорить.

— Тогда сразу, вопрос на засыпку: зачем искусственно вбухивать в компанию средства, не проще, распустить ее или, как там у бизнесменов называется — обанкротить фирму?

— Придется углубиться в историю. Дело в том, что внук открыл эту фирму ради своего друга детства Сергея Маневича, который, работая наемным строителем, маниакально мечтал завести свое дело, но у него не было начального капитала. Внук решил помочь другу осуществить заветную мечту. Друзья условились так — капитал Андрюшин, а вся организационная работа на Сергее. Мне, конечно, было чудно, как кончив медицинский вуз, можно заниматься стройкой. Но внук попытался мне растолковать:

— Дед, если честно, психиатрия — не мой выбор, я пошел в медицинский ради тебя, а теперь понял, хватит нам одного врача в семье. Я решил попробовать себя в строительном деле, не даром Серега горит стройкой, вдруг и мне будет интересно.

— Сначала фирма была не очень большая, и первый свой строительный эксперимент друзья провернули на моей даче. Вместо моего уютного деревянного домика возвели огромную махину. Хотя мне новый дом был не по вкусу, но меня утешало, что на фирму друзей после этого посыпалась куча заказов. В начальный период им даже удалось заработать много денег. Не помню, сколько времени «лился на них золотой дождь», по-моему, несколько лет, однако потом все резко прекратилось. Я не в курсе деталей, внук не хотел меня зря лишний раз волновать, но у них начались серьезные проблемы. Из нашего дачного поселка, где они развернули строительство элитной недвижимости, их вытеснила бандитская группировка, которая отвечала за интересы других строительных фирм (забыл, есть такое слово, как такая опека называется).

— Наверно, «крышевала»? — подсказал Андрей.

— Точно, именно так. В общем друзьям пришлось покинуть наш поселок. Потом они еще некоторое время пытались участвовать в различных тендерах, но там тоже все было схвачено, как вы правильно заметили, надо было давать «откаты». У внука были средства на «откаты», но друзья не вписались в новую схему, один раз дали «откат» кому-то не тому, и с трудом выбрались из возникшей ситуации — на них едва не открыли уголовное дело за взятку. Помнится, даже Льву Леонидовичу Фишману пришлось привлекать все свои связи, чтобы выпутать друзей из этой передряги. Вот тогда Андрюша и придумал построить себе дом.

— А что сейчас с этой строительной компанией, она еще существует?

— Незадолго до своей гибели внук сказал, что его строительные эксперименты закончены, переписал фирму полностью на Сережу, и дал другу денег, чтобы тот все-таки попробовал выкарабкаться.

— Игорь Евгеньевич, вам не удивительно, что незадолго до своей смерти ваш внук начал направо-налево, как сеятель, разбрасываться роскошными подарками, то дом с барского плеча пожелал подарить, то строительную фирму другу задаром отдал?

— С домом действительно странно, а вот насчет строительной фирмы я с вами, мой вдумчивый друг, не соглашусь. Как я понимаю, внук затеял историю со строительством только, чтобы поддержать Сережу, у которого большая семья — трое детей и неработающая жена. Самому Андрюше после окончания вуза не хотелось работать врачом, вот он и решил «поиграть» в строителя, а когда дела на фирме пошли плохо, внук забросил свои «игрушки».

Андрей с удовлетворением отметил, что внешний вид Игоря Евгеньевича пришел в полную норму, поэтому без зазрения совести решил продолжить затянувшуюся беседу:

— Ладно, будем считать, что с этим разобрались, теперь вопрос номер два — где работает Оксана? Мне, почему-то казалось, что у такого богатого мужа, как ваш внук, супруге вряд ли есть необходимость зарабатывать деньги. А из вашего рассказа, Игорь Евгеньевич, следует, что Оксане хотелось, чтобы жилье было поблизости от ее работы.

Старик, довольный, что владеет интересующей собеседника информацией, в деталях начал излагать Андрею:

— О, это давняя история. Мой внук качестве свадебного подарка подарил Оксане «Салон красоты». Он думал, что жена в основном сама будет пользоваться услугами салона, а всю работу будут выполнять наемные сотрудники. Но вышло иначе, Оксана так увлеклась салоном, что действительно превратила его в свою ежедневную работу. Она лично вникала во все косметические услуги, которые предоставлял салон, узнавала о всех современных тенденциях в области ухода за красотой, выискивала лучших мастеров, регулярно посылала их на курсы, осваивать новые методы. В результате салон стал пользоваться бешенной популярностью у всех модниц в Москве. Сейчас в «Салон красоты» Оксаны Шевченко трудно попасть, запись за месяц вперед. Оксана ходит в салон ежедневно, следит буквально за каждым шагом своих сотрудников, вникает во все нюансы требований и пожеланий клиентов. Именно поэтому и называет салон своей работой, но я бы сказал иначе, салон — ее хобби. Когда раньше мы встречались на семейных мероприятиях, сама Оксана взахлеб рассказывала про свое детище. Чувствовалось, что она получает большое удовлетворение от своей работы.

Задав еще пару мелких, наводящих вопросов, Андрей понял, что получил от старика гораздо больше полезных сведений, чем рассчитывал, когда затевал беседу.

— Для начала, дай бог, хотя бы с этим разобраться — смекнул Северцев, решив, что пора закругляться.

— Игорь Евгеньевич, я считаю, что на сегодня достаточно, вы мне сообщили массу интересной информации. Теперь мне надо все переварить, сообразить, что делать следующим шагом, возможно, я встречусь с обоими дамами вашего внука. Вопрос только: «как я представлюсь им?». Если не будете возражать, назовусь частным детективом, типа, перед дележкой наследства, вы еще раз хотите удостовериться, что смерть вашего внука случилась по неосторожности. По любому, если будет нужна еще ваша помощь, или у меня появится какой-то результат, я к вам сразу приеду. Кстати, как ваше сердце?

— Андрюша, беседа с вами лучше любого лекарства, я уже и забыл про сердце. Но, я вас не отпущу, без вечернего чая, не откажите мне, почаевничайте вместе со стариком.

За чаем договорились, не возвращаться к теме расследования, но Игорь Евгеньевич все же не удержался, чтобы не спросить:

— Андрюша, я правильно понимаю, что вы интересуетесь смертью внука, потому что считаете, что убийство вашей жены напрямую связано с ним?

— Я так не утверждаю, но расследование должно выяснить, была ли связь между этими событиями или нет.

Чай пили с очень вкусными пирожками. Андрей неосмотрительно похвалил выпечку.

— Андрюша, эти пирожки печет моя помощница по хозяйству Зина. Сейчас позову ее, она будет счастлива, что ее стряпня нравиться не только мне, и Зина с радостью соберет вам в дорогу пакет своих фирменных изделий.

Домой Андрей вернулся поздно ночью. Сразу лег спать, решив, что «утро вечера мудренее», поэтому завтра обмозгует полученную информацию и выберет план действий.

Наутро, поскольку никуда не надо было спешить, в кои-то веки встал поздно, как следует выспавшись. После душа напялил на себя халат и пошел на кухню завтракать. Андрей начал варить кофе, и тут его осенило, что у него на завтрак есть чудесные пирожки «от Зины».

Уже почти два месяца Андрей жил без Юльки, его скудный завтрак теперь состоял только из кофе. Перекусывал он уже на работе в кофейне напротив клиники. Сегодняшние пирожки навеяли воспоминания о совсем еще недавнем прошлом, когда его быт был комфортным и налаженным благодаря Юльке. Андрей с грустью и благодарностью вспоминал, как каждое утро любимая варила ему вкуснейшую овсяную кашу с черносливом и курагой, а к кофе всегда припасала круассаны и выпечку из соседней кондитерской. Удивительно, он тогда воспринимал заботу Юльки, как должное, думал, что так будет всегда.

Видно, увлекшись пасторальными картинками из прошлой жизни, Андрей как-то неловко потянулся за очередным пирожком и пролил почти полную чашку горячего кофе прямо на халат. Быстро стащив его, чтобы не обжечься, понес халат в ванную. Решил, «не откладывая дело в долгий ящик», тут же загрузить халат в стиральную машину. Кстати, вспомнил, что раньше все вещи отправляла в стирку Юлька, а без нее он ни разу не удосужился постирать халат, так что по любому пора его освежить. Чисто машинально проверил содержимое карманов, и был очень удивлен, обнаружив там маленькую флешку.

— Странно, откуда- то взялась в моем халате флешка, я ими не пользуюсь. Наверно, флешка Юлькина, только непонятно, как она здесь оказалась. Надо же, больше двух месяцев провалялась без хозяйки, а я и не заметил.

Андрей, автоматически, совершенно не задумываясь, положил флешку в стаканчик с зубными щетками, затем загрузил халат в стиральную машину, тут же запустив стирку. Маленькая авария вовсе не отбила аппетита, и Андрей отправился в кухню, чтобы благополучно прикончить все пирожки искусной кулинарки Зины.

После завтрака Андрей еще некоторое время сидел в кухне, удобно устроившись в кресле-качалке, размышляя, с чего начать свое расследование. В конце концов, решил, не откладывая, позвонить Оксане, и, если повезет, сегодня же с ней встретиться. Закономерно возник вопрос: «а как ей представиться?»

— Кто я такой, что она должна со мной разговаривать? С чего вдруг женщина должна поверить, что я — частный детектив?

И, тут Андрею пришла в голову интересная мысль:

— Неплохо бы, предложить Игорю Евгеньевичу, чтобы старик заранее предупредил женщин своего внука: «мол, так и так, нанял нового детектива и милостиво прошу честно ответить на все вопросы, интересующие сыщика.

Сказано — сделано, Андрей тут же позвонил старику. Игорь Евгеньевич, конечно, с готовностью откликнулся на просьбу Андрея, обещал немедленно оповестить обеих дам о новом сыщике. Новоявленный детектив выждал еще где-то час и позвонил Оксане.

— Алло, Оксана Васильевна Шевченко?

— Да, слушаю вас, говорите.

— Я — частный детектив, нанятый Малиновским Игорем Евгеньевичем. Он должен был вас предупредить, что заключил договор с новым сыщиком. Мне бы хотелось с вами встретиться, обсудить некоторые вопросы, связанные со смертью вашего супруга.

— Господи, да сколько же можно! Я уже встречалась с частным детективом (не помню его фамилию), все что могла, рассказала. Почему опять новый сыщик?

— Оксана Васильевна, я — человек подневольный, меня наняли, я выполняю свою работу, а ваш вопрос скорее относится к заказчику Малиновскому, спросите у него.

— Ладно, извините за излишнюю эмоциональность, приезжайте прямо сейчас, если сможете, вторая половина дня у меня уже распланирована.

Через сорок минут новоиспеченный следователь стоял у дверей дома Оксаны. Андрей самокритично признался себе, что пока он — сыщик так себе. На радостях, что Оксана готова с ним встретиться, забыл дома бумажку, где был указан ее точный адрес, запомнив только улицу и номер дома. Теперь вот тупо стоял перед домофоном, не зная номера квартиры. Пришлось еще раз по телефону обратиться к Оксане, чтобы узнать комбинацию цифр. Однако, досадная накладка, не остудила пыл неопытного сыщика, а наоборот, раззадорила его, поэтому переступая порог квартиры подозреваемой, Андрей был готов доказать самому себе, что все у него получится. Мысленно он как бы соревновался с майором Егоровым, решив, что самостоятельно расследует убийство Юльки и сможет доказать, что оно никак не связано с загадочной смертью Звонарева и его деньгами.

— Проходите, как мне к вам обращаться? Извините, я не расслышала из телефонного разговора.

— Андрей Петрович Северцев.

Андрей застыл словно в ступоре — перед ним стояла та самая Оксана Шевченко, с которой он учился вместе в медицинском университете, и с которой у него, помнится, даже был мимолетный студенческий роман. Оксана, похоже, тоже была в культурном шоке.

— Андрей, привет! Вот уж не ожидала встретить тебя, в таком качестве, просто не верю своим глазам. Ты же в университете был упертым фанатом медицины, не мыслил себя в другой профессии. Надо же, как жизнь нас с тобой переколбасила, теперь ты — частный детектив, а я — подозреваемая.

— Оксана, может быть, пригласишь меня пройти, не будем же мы в прихожей вспоминать молодость. Кстати, почему ты решила, что у тебя статус «подозреваемая»?

— Чтобы понять, особого ума не нужно, как говорится, «это и ежу ясно». Прикинь, почти полгода прошло со дня смерти моего мужа, а ты — у меня уже третий детектив по счету, который хочет доказать мою причастность к его смерти.

— А ты не допускаешь такой вариант — следствие хочет исключить тебя из числа подозреваемых.

— Выходит, это так трудно, что уже два предыдущих сыщика «сгорели» на работе, теперь третий будет докапываться.

Тем временем они прошли в гостиную, Оксана пригласила гостя сесть и вдруг неожиданно расхохоталась каким-то нервным, почти истерическим смехом. Андрей удивленно вскинул брови, типа, что тут смешного? Наконец, когда Оксана немного успокоилась, она объяснила, что ее так развеселило:

— Надеюсь, я могу к тебе по старой дружбе обращаться — «Андрей», а не «Андрей Петрович»?

Андрей кивнул:

— Конечно, что за вопрос.

— Так вот, Андрей, прикинь, я много лет, вспоминая тебя, пыталась мысленно сконструировать нашу встречу. Я выдумывала, что ты мне скажешь, и что я отвечу. Каких только вариантов не рисовало мое богатое воображение, но, поверь, такого экзотического свидания даже мой воспаленный мозг не мог себе представить.

— Оксана, а почему ты меня вспоминала, разве я тебе денег задолжал? — озадаченно спросил Андрей.

— Андрюша, я же в тебя была влюблена по уши. Для меня просто драмой было расставание с тобой.

Андрей опешил от совершенно неожиданного признания Оксаны. Ему показалось, что она излишне романтизирует воспоминания студенческой поры.

— Странно, по-моему, у нас с тобой ничего серьезного не было, так переспали несколько раз, так это ж по молодости, просто гормоны бушевали. Потом ты неожиданно исчезла, ребята говорили, что ты взяла «академку», больше я тебя в университете и не видел. Оксана, ты что, бросила учебу или перевелась в другой вуз?

— Жизнь сложилась очень причудливо. Прикинь, когда после окончания «академки» я возвращалась из Харькова в Москву, в самолете я познакомилась с моим будущим мужем — Звонаревым Андреем Михайловичем. В отличие от тебя, Андрюша, Звонарев сразу запал на меня, тут же в самолете сделал мне предложение. Я согласилась на эту авантюру, хотя на тот момент мне в новом знакомом понравилось только его имя. Ты, конечно, обхохочешься, но именно потому, что его звали также, как и тебя, я вышла за него замуж.

Андрей насторожился, подумав, что Оксана может опять углубиться в воспоминания. Он решил, что пора переходить к делу:

— Оксана, ты упомянула своего мужа — Звонарева Андрея Михайловича, очень кстати, это подталкивает нас перейти от воспоминаний «старины глубокой» к делам дней сегодняшних.

— Андрей, я готова к «допросу», только прежде ответь мне, пожалуйста, на два, интересующих меня вопроса: «ты женат? и есть ли у тебя дети?».

Андрей буквально на пару секунд замялся, потом решительно ответил:

— Да, я был женат, и у меня был сын, но немного больше двух месяцев назад произошла трагедия — моя семья погибла.

— Андрюша, извини, что я своим любопытством, как танк, вторглась в территорию болезненных воспоминаний. Прости, ради бога, меня, любопытную дуру! Давай, лучше поскорее перейдем к делу, начинай «допрос», я готова.

Андрей досконально по списку, который мысленно заготовил, когда ехал к Оксане, попросил пояснить все интересующие его моменты. Оксана, казалось, охотно и подробно отвечала на все вопросы. У Андрея сложилось впечатление, что она откровенна. Вот только, пожалуй, на главный вопрос — «была ли она в день смерти мужа в его новом доме?», ответ выглядел каким-то неестественным, как будто заранее заученным. Оксана, как отличница у доски, скороговоркой протараторила, что всю первую половину дня, когда с мужем случилось несчастье, находилась в косметическом салоне. Отчеканив это, собеседница не удержалась, чтобы не спросить:

— Андрей, мне интересно, а что каждый сыщик, принимаясь за дело, разве не изучает отчеты предыдущих коллег? Оба следователя, которые до тебя занимались загадочной смертью моего мужа, ходили с проверкой в косметический салон, чтобы убедиться, что я не соврала. Возможно, они были разочарованы, но поняли: я говорила чистую правду. Неужели и ты пойдешь в салон?

— Тайна следствия — пошутил Андрей, но не удержался и парировал:

— Оксана, ты построила алиби на «Салоне красоты», владелицей которого сама же и являешься. Именно поэтому, я не стал бы придавать большого значения ссылкам на показания твоих подчиненных, они могут сказать все, о чем ты их хорошо попросишь.

— Ну вот, Андрей, я же говорила, и ты меня подозреваешь!

— Наоборот, я хочу снять с тебя всякие подозрения, но для этого требуется полная откровенность, а мне кажется, Оксана, ты что-то не договариваешь.

Видно было, Оксана чем-то растревожена, потому что она вдруг неожиданно задала еще один вопрос:

— Мне вообще очень интересно, почему всех сыщиков волнует вопрос: «была ли я в доме в момент смерти?». Меня там не было, но, если даже допустить обратное, неужели это что-то меняет? Ну, скажи, как, маленькая хрупкая женщина силой запихнет в мужа крупного телосложения, притом, на голову выше ее ростом, две таблетки, которых он, «как черт ладана», боится?

— Оксана, успокойся, нам — тупым сыщикам, такие мысли тоже иногда в голову приходят. Просто, чтобы найти правильную разгадку, надо рассмотреть обстоятельства со всех сторон.

Выяснив все, что его интересовало, Андрей собрался уходить. Только он поднялся, как вдруг в коридоре раздался шум хлопнувшей входной двери — кто-то вошел, причем открыл дверь своим ключом. У Андрея тут же промелькнуло:

— Вдовой Оксана долго не будет.

Но начинающий детектив ошибся — в комнату не вошел, а просто ворвался подросток 13–14 лет. Не заметив Андрея, который стоял несколько сбоку от дверного проема, мальчишка начал взахлеб рассказывать:

— Оксана, представляешь, меня возьмут на сборы. Тренер сказал, что он срочно будет работать над моей техникой. Владимир Ильич вообще удивлен, говорит, что ему непонятно, как я могу так быстро плавать, абсолютно не владея техникой. Есть хочу ужасно…ой, Оксана, ты занята?

— Паренек слегка смутился, наконец, заметив Андрея.

Удивительно, но лицо мальчика показалось Андрею очень знакомым. Он пытался вспомнить:

— Интересно, а где я мог пацана встречать раньше?

Мысли Андрея перебило излишне возбужденное поведение Оксаны, она почему-то вдруг засуетилась и взволнованно начала обращаться то к Андрею, то к вошедшему пареньку.

— Андрей, знакомься, это — мой племянник, кстати, твой тезка.

Тут же, без паузы, как-то чересчур торопливо Оксана сказала мальчику:

— Андрюша, я уже освободилась, сейчас тебя покормлю, иди скорее мой руки.

— Что-то за последнее время слишком много моих тезок — подумал Андрей. К чему бы это?

Уже в прихожей Северцев договорился с Оксаной, что, если возникнут вопросы по ходу следствия, то он еще заедет к ней. Несмотря на явную нелюбовь к общению с детективами, которую Оксана Шевченко очень образно проявила в начале встречи (видимо, все же пересилив себя), женщина вежливо ответила:

— Заезжай, Андрей, я рада, что моя судьба выкинула очередной фортель, благодаря которому я смогла с тобой встретиться вновь. Честно, хоть повод и не завидный, но я рада нашей встрече. Искренно надеюсь, что в следующий раз ты заедешь без наручников.

Только выйдя из подъезда, Андрей смог спокойно выдохнуть.

— Надо же, нарочно не придумаешь, какое фантастическое совпадение! Мой первый следственный опыт был очень близок к провалу. Оксана вполне реально могла разоблачить меня, если бы более дотошно отнеслась к моему новому образу — частного детектива. Хорошо, что она еще не стала выяснять, по какой причине я вдруг оставил медицинскую стезю. Я совсем не готов был сходу объяснить ей это. Даже странно, почему Оксана так легко поверила в мою легенду. Интересно, сколько новых неожиданностей ждет меня на новом поприще? Теперь не удивлюсь, если Катя окажется моей пациенткой, которая прекрасно знает меня, как врача — гинеколога.

Последнее предположение даже развеселило Андрея. Вместе с тем, он, кажется, только сейчас осознал, насколько трудна и опасна работа сыщика, сколько новых открытий и трудностей ему придется встретить на пути.

Как настоящий мужчина, Андрей быстро успокоил себя тем, что все же он сумел выкрутиться, а значит, и в следующем непредвиденном случае что-нибудь придумает. Не откладывая на потом, лжедетектив решил по свежим следам обдумать ответы Оксаны. По первому впечатлению от беседы с женой Звонарева у Андрея практически сформировалась уверенность, что Оксана не причастна к смерти своего супруга. Однако, начинающий сыщик сам себя окоротил, посчитав, что не имеет права делать поспешных выводов о виновности или невиновности с наскоку. И уже спокойно начал рассуждать:

— Скорее всего, в день смерти Звонарева Оксана встречалась с мужем в его особняке, но почему-то скрывает это, для чего обзавелась алиби с косметическим салоном. А что, если она нашла мужа уже мертвым и в страхе убежала, боясь, что ее могут заподозрить в убийстве?

Андрей на некоторое время задумался, стоит ли городить версии, пока нет никаких свидетельств? Но азарт начинающего сыщика будоражил мозг, и Северцев принялся фантазировать:

— Однако, если посмотреть другой стороны, Оксана точно знала, какие таблетки категорически противопоказаны ее мужу. Значит, все же нельзя исключать, что она каким-то образом улучила момент и подменила таблетки. Тогда возникает вопрос, как ей удалась подмена лекарства? Ну, например, Оксана попросила супруга под надуманным предлогом выйти из комнаты. Кажется, Звонарев был найден в комнате, оборудованной под его кабинет. Допустим, Оксана попросила мужа попить воды, а в кабинете воды не оказалось, значит, он мог выйти за водой. Оксана в этот момент подменяет таблетки, затем пьет воду и уходит. А зачем Оксана приходила к мужу в новый особняк, не воды же попить?

Андрей опять задумался. Он вспомнил, что Игорь Евгеньевич рассказывал ему, что на стакане, обнаруженном в кабинете его внука, были только отпечатки хозяина.

— А может, Оксана попила воды из другого стакана, а потом его с собой прихватила?

Андрею самому стало смешно:

— Мне в придумывании версий, похоже, лавры майора Егорова покоя не дают, такие же изощренные клепаю.

Незаметно за размышлениями, Андрей подрулил к своему дому. Теперь не до версий, надо было срочно придумать, как незаметно проскочить мимо консьержки. У Аделаиды Юрьевны последнее время появилась замысловатая теория: мол, после гибели жены Андрея Петровича необходимо отвлекать разговорами. Сердобольная женщина искренно считала, что задушевные беседы с ней помогут бедолаге отвлечься от постигшего его несчастья. Типа, нельзя давать такому хорошему жильцу замыкаться на своей беде.

Именно поэтому, консьержка каждый раз мертвой хваткой вцеплялась в Андрея и несла всякую чушь про ужасную погоду, про скандалы соседей, про несправедливую политику правительства, увеличившего пенсионный возраст. Монологи консьержки могли длиться до бесконечности, поэтому Андрею приходилось весьма невежливо, буквально силой вырваться из ее цепких лап. Но она не обижалась, списывая резкое поведение Андрея Петровича постигшим его горем, и героически продолжала свою благородную миссию, цепко отловив его в следующий раз. Андрею, к счастью, сегодня крупно повезло — Аделаида Юрьевна увлеченно вела беседу с другим жильцом, благодаря чему удалось проскочить незамеченным.

Дома Андрею не сиделось: первый, не совсем удачный опыт, как ни странно, не спугнул его, а, наоборот, пробудил в нем азарт. Андрей решил, что вполне успеет до ночного дежурства в роддоме побеседовать с Катей. Недолго думая, он набрал номер телефона невесты Звонарева. Ему показалось странным — телефон был отключен.

— С другой стороны, что тут странного, может быть, девушка отдыхает, не хочет, чтобы ее тревожили. Можно, конечно, позвонить Игорю Евгеньевичу, узнать, сообщил ли он Кате, что с ней хочет побеседовать новый детектив?

— Но, нет, тревожить старика по пустяковой проблеме лишний раз не хочется.

Так рассуждал Андрей, решив, что просто у него в подкорке прочно засело воспоминание об отключенном Юлькином мобильнике, возможно, из-за этого его беспокоит такая нормальная вещь, как отключенный телефон. Между тем, время близилось к обеду, а дома, как обычно последнее время — «шаром покати»; к тому же, к несчастью, все пирожки, испеченные Зиной, были съедены утром. Само собой, пришло логичное решение — пообедать, в кои-то веки, как цивильный человек, в ресторане. Андрей уже натягивал куртку, когда затренькал его мобильник. Пока рылся в карманах, извлекая телефон, почему-то сразу решил, что «на ловца и зверь бежит», типа, ему звонит сама Катя, мечтая побеседовать с новым детективом, но звонок оказался от Игоря Евгеньевича.

— Алло, Андрей, простите меня, опять беспокою вас, хотя только вчера расстались, но, мне кажется, появилась новость, заслуживающая внимания, эта новость связана с Катей. Возможно, вам будет интересно узнать, но по телефону, боюсь, я толком не смогу передать. Было бы хорошо, если вас, конечно, не затруднит, и вы не заняты сейчас, то не смогли бы вы подъехать ко мне?

— Японский городовой, ну, что старик засоряет речь бесконечными политесами: «простите, извините, не могли бы вы, не составит ли вам труда».

Так раздраженно думал Андрей, слушая старика, понимая, что предчувствия его не обманули — с Катей что-то случилось. Поэтому, едва собеседник завершил свою изысканно вежливую речь, мгновенно ответил ему:

— Игорь Евгеньевич, я уже выезжаю к вам, скоро буду.

Всю дорогу до дачи старика Андрея преследовала одна и та же мысль:

— Похоже, действует маньяк, один и тот же почерк. Получается, как ни крути, смерть Звонарева и убийство Юли связаны между собой.

Только Андрей переступил порог «дворца» Игоря Евгеньевича, тот радостно бросился к нему навстречу с предложением:

— Мой молодой друг, я специально не обедал, надеясь, что вы составите мне компанию, прошу вас, не откажите старику.

Андрею не терпелось поскорее узнать, что случилось с Катей, но неловко было отклонить хлебосольное гостеприимство старика, поэтому он пошел на компромисс:

— Игорь Евгеньевич, согласен, но при условии, что мы прямо за обедом обсудим новости, которые у вас появились. Дело в том, что я сегодня вечером должен дежурить в клинике, поэтому весьма ограничен во времени.

Старик охотно принял предложение Андрея, и едва они уселись за стол, начал свой рассказ:

— Андрюша, конечно, служба должна быть в приоритете, поэтому я постараюсь как можно быстрее и точнее передать вам все, что случилось с Катей.

— Видно, предчувствия меня все же не обманули, с Катей произошло тоже, что и с Юлей — опять мелькнуло у Андрея.

Но, к счастью, действительность оказалась не такой трагической, как мерещилось Андрею. Из рассказа старика следовало, что утром Игорь Евгеньевич, как и обещал Андрею, позвонил Кате и предупредил, что он нанял нового частного детектива. Попросил девушку, как можно откровеннее отвечать сыщику на все вопросы, мол, необходимо провести новое расследование, чтобы окончательно решить вопросы с наследством, в том числе с судьбой особняка. Игорю Евгеньевичу показалось странной реакция Кати на его звонок, он описал ее так:

— Девушка была в подавленном, апатичном, я бы даже сказал, в неадекватном состоянии. На все мои вопросы и пожелания Катя, как робот, отвечала односложно: «да», «хорошо». В какой-то момент мне показалось, что она всхлипывает. Я не выдержал, извинился за свое любопытство, и спросил ее:

— Катюша, в чем дело, и почему ты плачешь?

— Ответ девушки просто обескуражил меня, я до сих пор бьюсь над разгадкой, стараясь понять, что Катя имела в виду. А сказала она приблизительно следующее:

— Я плачу, потому что потеряла любимого мужа.

— После этой таинственной фразы девушка, не прощаясь, бросила трубку. Мой молодой друг, ну, посудите сами, с чего вдруг Катя только полгода спустя стала убиваться по утрате моего внука? До этого она была спокойна и довольна жизнью. Особенно это хорошо видно на фотографиях, где девушка весело проводит время в компании с молодым человеком. Как вы думаете, Андрей, может быть, Кате пришло запоздалое осознание того, как ей было хорошо с моим внуком?

— Так сразу, у меня нет ответа на ваш вопрос, Игорь Евгеньевич, для этого мне с Катей надо поговорить лично. Я уже звонил ей, чтобы встретиться, но, к сожалению, ее телефон был отключен.

— Андрюша, теперь, похоже, вам не удастся поговорить с ней. Я же не досказал вам до конца историю с Катей, есть еще продолжение. Девушка приблизительно через полчаса после нашего первого разговора перезвонила мне сама и уже не безразличным, а твердым голосом выпалила буквально следующее:

— Игорь Евгеньевич, мне теперь от вас ничего не нужно. Квартиру Андрея Михайловича я прямо сейчас освобождаю, ключи оставлю у консьержки. Детективов ко мне больше не присылайте, нет смысла, потому что ни дом вашего внука, ни деньги мне не нужны.

— Не дав вставить и слова, а тем более задать разъясняющие вопросы, Катя бросила трубку. Некоторое время я в полном недоумении соображал, что же все это значит? Но так и не найдя ответа, соединился с вами, мой спаситель.

Андрей, конечно, был несказанно рад, что его опасения не подтвердились. Но, с другой стороны, неожиданный поворот событий не исключал Катю из числа подозреваемых, значит, теперь придется самому искать ее.

— Игорь Евгеньевич, помнится, ваш частный детектив узнал, по какому адресу Катя прописана в паспорте. У вас, случайно, не остались его записи?

— Я же вам, кажется, говорил, что юрист Фишман привез мне бумаги, подготовленные к сделке дарения Кати дома, поэтому там есть все нужные вам сведения. У меня все в целости и сохранности, мой друг, сейчас принесу.

— Не спешите, Игорь Евгеньевич, вот окончим обед, и тогда перед моим отъездом вы успеете спокойно передать Катины координаты. Лучше, ответьте мне на вопрос, который уже вчера вертелся у меня на языке по ходу вашего рассказа, но я как-то забыл вам его задать. А вопрос заключается в следующем: «В вашем изложении Катя постоянно называла своего будущего мужа, то бишь вашего внука — Андрей Михайлович. Мне такое равнодушное упоминание о женихе резануло слух, а вам, Игорь Евгеньевич, не показалось странным, что Катя говорит о нем, не как о близком, а как о совершенно постороннем человеке?».

— Я еще раз просто в восхищении от ваших способностей, мой замечательный психоаналитик! Удивительно, как вам удается так чутко отреагировать на почти неуловимые нюансы. Меня тоже буквально в первом же разговоре с Катей задело, как она официально упоминает о моем Андрюше. Я, конечно, не преминул спросить девушку, почему она так сухо величает своего бывшего жениха, не ласково, а по имени-отчеству? И знаете, что мне ответила Катя:

— Я очень уважаю Андрея Михайловича, наверно, поэтому.

— Странный ответ, ничего, по сути, не разъясняющий — заключил разочарованный Андрей.

Пришло время десерта, к чаю был подан домашний торт искусной кулинарки Зины. Андрей сознательно восхитился тортом, держа в уме, что за похвалу ему, возможно, передадут кусочек лакомства с собой. И он не ошибся, действительно, с собой ему упаковали не кусочек, а половину огромного торта. Андрей не отнекивался, вспоминая, как хорошо пошли на завтрак пирожки от Зины.

Марго после закончившегося трудового дня вышла из клиники и неспеша двинулась к стоянке. Сегодня утром ей повезло припарковать свой автомобиль рядом с «Тойотой» Андрея Петровича. Девушка тайно надеялась, что сейчас ее шеф тоже выйдет из клиники, и, может быть, садясь в машину, перекинется с ней парой фраз. Наверно, ее мечты выглядят смешно, ведь, она несколько часов подряд бок о бок трудились рядом с шефом. Но там рядом была медсестра, пациентки, а здесь совсем другое — только она и он.

— Андрей Петрович в нерабочей обстановке такой остроумный, обязательно скажет что-нибудь смешное, и я буду искать в его словах тайный смысл… — не успела Марго завершить свою мысль, как услышала, что ее окликают.

— Марго, привет! Я издали не сразу узнал тебя, ты кардинально поменяла цвет волос. Что случилось? Я так привык к твоему боевому раскрасу, высматривал цветную головку, и вдруг вижу, идет шатенка, смутно похожая на мою «маргаритку».

— Привет, Митя! Как ты здесь оказался? Непонятно, что ты здесь делаешь?

— Привет, Марго! Может, для начала, все-таки поцелуешь меня, как- никак давно не виделись.

Маргарита неохотно подчиняется и чмокает парня в щеку, но он требовательно прижимает ее к себе и целует прямо в губы длительно и взасос. Марго барахтается, безуспешно пытаясь высвободиться из крепких объятий молодого человека, но силы явно не равны. Наконец, когда Митя сам решает, что достаточно, и ослабляет объятия, Марго буквально отпрыгивает от парня. Стараясь не повышать голос, чтобы не привлекать внимание прохожих, Маргарита буквально прошипела:

— Митя, ты с ума сошел! Ты же меня компрометируешь, лезешь целоваться посреди улицы, как невоспитанный подросток. Что подумают, мои коллеги, если увидят меня в таком виде?

— Марго, каких коллег ты имеешь в виду, расскажи-ка мне поподробнее?

Девушка замялась (не объяснять же Мите, что она не хочет, чтобы Андрей Петрович увидел ее в объятиях другого мужчины), поэтому на ходу придумала:

— Мить, ну ты же знаешь, здесь находится клиника моего отца, поэтому я должна изображать из себя пай-девочку.

— Марго, не смеши, твой отец — мужик очень либеральных взглядов. Помнишь, как он нас с тобой застукал у тебя квартире, когда мы не только целовались, а занимались изучением Камасутры? Ты говорила, что папа сегодня не будет ночевать дома, а он неожиданно нагрянул, и я как раз вышел ему навстречу из ванной в одних трусах. Рудольф Викторович прекрасно понял, чем мы занимались, но и бровью не повел, сделав вид, что поверил твоим сказкам, будто мы готовимся к экзаменам.

— Мить, ты не понял, я имела в виду, что перед папиными сотрудниками я должна выглядеть достойно. А ты не придумал ничего лучшего, как вспоминать всякую ерунду.

— Марго, я просто не узнаю тебя. Похоже, вместе с цветом волос ушла твоя независимость от чужого мнения. Ладно, хватит препираться, лучше объясни мне, почему ты забанила меня и во всех соцсетях, и в телефоне? Ты спрашиваешь меня, почему я тебя подкарауливаю возле клиники? А как мне по-другому встретиться с тобой? Если ты меня бросила, так и скажи, зачем прятаться? Может, у тебя кто-то появился?

— Тише, Митя, ну, пожалуйста. Видишь, идет мой шеф, его «Тойота» рядом с моей машиной, сейчас он уедет, тогда я тебе все объясню.

Андрей Петрович быстрым шагом подходит к парочке, выясняющей отношения:

— Маргарита, как хорошо, что ты еще не уехала, ты, как обычно, забыла в кабинете свой мобильник — вот, возьми его.

И тут же обращаясь к парню Марго:

— Молодой человек, ваша девушка уже не первый раз забывает телефон, представляю, как вам трудно порой бывает до нее дозвониться.

Когда Андрей Петрович уехал, из окна автомобиля еще раз прощально помахав рукой, Маргарита обреченно произнесла:

— Теперь он подумает, что ты — мой парень.

— Марго, в чем дело, а разве это не так? Мне помнится, мы даже собирались с тобой расписаться. Ты случайно не забыла?

— Нет, не забыла, но теперь все поменялось. Именно поэтому, Митя, я и не хотела с тобой говорить, пока не обдумаю, как правильнее объяснить тебе, что со мной происходит.

— Марго, ты меня променяла на эту рухлядь? Неужели этот старик мне соперник, ему же уже под сорок.

— Никакой Андрей Петрович не старик, ему только недавно исполнилось тридцать семь лет.

— Ага, я правильно угадал. Марго, ты с ним спишь?

— Ты с ума сошел, Митя, ничего у меня с Андреем Петровичем нет. Шеф сейчас на женщин вообще не смотрит, у него недавно погибли жена и ребенок.

В это время начался сильный дождь, который до этого только слегка моросил. Маргарита предложила Мите сесть в машину, чтобы окончательно расставить все точки. Как ни странно, в тесноте автомобиля оказалось гораздо легче рассказать то, что почему-то на свежем воздухе не получалось. И Марго, как прорвало:

— Митя, ну, действительно, что я выкручиваюсь? Скажу все, как есть. Да, я, кажется, влюбилась по-настоящему. Со мной такое впервые.

И Маргарита откровенно раскрыла всю гамму чувств, накрывшую ее с головой (раньше она даже сама себе боялась в этом признаться).

Митя слушал молча, лишь когда Марго окончила, произнес потрясенный:

— Марго, а что же у тебя тогда было со мной?

— Теперь не знаю, ты мне нравился, я ни тебя, ни себя не обманывала, но таких сильных чувств, как сейчас, у меня не было. Не обижайся, Митя, я не искала приключений, так само получилось.

— Марго, ты все-таки с ним спишь? — никак не успокаивался отвергнутый любовник.

— Митя, я еще раз совершенно искренно тебе говорю, что моя любовь безответна, и надежда на то, что объект моей любви воспылает ответными чувствами практически равна нулю. Зная все это, я не могу ничего с собой поделать.

— Если так, то буду ждать, пока твои экзальтированные чувства выгорят дотла, но учти, терпение мое не бесконечно.

Митя вылез из автомобиля, с силой захлопнув дверцу. Маргарита дождалась, пока его джип вырулит со стоянки, затем медленно двинулась следом. Влившись в поток машин на дороге, несмотря на всю тяжесть состоявшегося разговора, у Марго на душе вдруг стало необыкновенно легко. Девушка прочувствовала на себе, как метко народное выражение — «камень с души свалился». Сейчас она ясно осознала, что напрасно трусливо отодвигала на будущее разговор с Митей. Только после того, как объяснение состоялось, она почувствовала себя совершенно свободной и независимой в своих поступках и даже в мыслях.

А мысли у Марго на свободе действительно разгулялись. Она вдруг ни с того ни с сего стала прикидывать, а чтобы она стала делать, если бы чисто гипотетически подвернулась возможность переспать с шефом без всякой любви с его стороны? Например, Андрей (так она уже стала про себя называть любимого) выпьет лишнего, и у него произойдет резкий выброс тестостерона, в результате чего обострится либидо, а значит, ему срочно понадобится женщина. Так вот вопрос — согласится ли она, понимая, что ему все равно, кто с ним рядом, быть этой женщиной? И Маргарита честно сама себе призналась, что с радостью согласится. Сначала Марго пыталась себя одернуть:

— И что мне в голову лезут такие дурацкие мысли, наверно, потому что Митя все время заострял внимание именно на интиме.

Но озорные мысли не хотели уходить, наоборот, будоражили воображение девушки. Она вспомнила, как сегодня после приема заглянула в душ, думая, что там никого нет, а Андрей стоял голый во весь рост, к счастью, спиной к ней. Тихо, на цыпочках, чтобы он не услышал, Марго выскользнула из душевой. Но увиденная картинка так прочно засела в память влюбленной девушки, что в самое неподходящее время тревожила ее своей сексуальностью. Романтический настрой мыслей неожиданно и резко прервало осознание, что Андрей Петрович воспринял Митю, как ее парня.

И девушка напряженно стала соображать, как можно исправить ситуацию:

— Например, можно сказать, что это был мой брат. Нет, все в клинике знают, что у меня нет брата. Но, может быть, это — двоюродный брат? Вообще с родственниками лучше не связываться, медсестры знают мою родословную лучше, чем я сама. А, что, если сказать честно, типа, шеф видел моего бывшего парня, с которым мы уже сто лет назад разбежались? А тогда встает вопрос, что «бывший» забыл, чего ради он прикатил ко мне? Ну, могли же мы остаться просто друзьями, допустим, «бывший» решил занять у меня денег, или я у него. Только зачем для этого встречаться? Сейчас такие переводы осуществляются дистанционно — сама себе возражала девушка.

Фантазируя, но так и не придумав ничего толкового, Маргарита наконец припарковалась у своего дома.

У Андрея Северцева сегодня сразу после дневного приема в клинике была назначена встреча с Сергеем Маневичем — другом Андрея Звонарева. Новоиспеченный сыщик решил попытаться выяснить у партнера по бизнесу, с чем связано такое, на первый взгляд странное решение, — подарить компанию другу и полностью отойти от дел. Скорее всего со смертью Звонарева это обстоятельство никак не связано, но Андрей надеялся, что у друга можно будет также узнать про отношения Звонарева и его жены Оксаны.

Координаты друга своего внука Андрею дал Игорь Евгеньевич. Когда Андрей позвонил Сергею, то ему показалось, что друг весьма охотно откликнулся на просьбу о встрече. По желанию Сергея договорились встретиться в кафе, недалеко от места, где сейчас велась его стройка. Условленное кафе находилось «у черта на куличиках», а именно на самой окраине мегаполиса — в Новой Москве, поэтому самопровозглашенному сыщику пришлось довольно долго добираться до него. Андрей имел привычку при долгих переездах использовать время, затраченное на дорогу, на анализ произошедших или предстоящих событий. Вот и сейчас, казалось бы, была хорошая возможность вспомнить свой визит к Кате (он посетил ее пару дней назад), постараться понять, почему так странно вела себя девушка при встрече с ним. Но, нет, перед глазами Андрея стояла другая картинка — Марго с женихом у его «Тойоты».

— Японский городовой! Ну, какое мне дело до жениха Марго, а, может, парень — вовсе не жених, а просто знакомый. И почему меня вообще волнует, что у молодой девушки есть жених? Надо беспокоиться, если у девушки в таком возрасте нет парня, а, когда есть, значит с ней все в порядке. Тем более ее парень как раз из разряда тех, что нравятся девушкам — высокий, атлетически сложенный. Наверно, я так озаботился, потому что чувствую себя как бы ответственным за судьбу врученной мне на попечение девушки. Но, в конце концов, я же курирую ее медицинскую подготовку, а за ее женихами пусть следит отец.

Так попытался успокоить себя Андрей, и буквально силой воли переключил свои мысли со всякой ерунды, без причины лезущей в голову, на проводимое им расследование.

— Буду лучше анализировать поведение Кати.

И Андрей стал вспоминать, на какие хитрости ему пришлось пойти, чтобы поговорить с Катей. Сначала ему казалось, что с Катей будет также легко встретиться, как и с Оксаной. Несмотря на то, что телефон девушка либо отключила, либо купила новую сим-карту, он без труда узнал ее адрес. Как сразу и предположил Андрей, девушка поселилась по адресу, указанному у нее в паспорте, а это район Медведково — путь, не самый ближний. Поскольку Андрей, помимо клиники, работал еще и в роддоме, то оказалось большой проблемой выбрать время добраться до Медведкова так, чтобы застать девушку дома. Пару раз Андрей подъезжал к ее дому, звонил в дверь, но Катя не открывала. Андрей уже начал сомневаться, что Катя живет по этому адресу. Лишь на третий раз он сообразил спросить гуляющую возле этого дома мамочку с коляской, проживает ли здесь девушка, фотографию которой он показал.

— Да, конечно, это — Катя Романова, мы с ней из одного детдома, нам и квартиры дали рядом после того, как мы вышли на волю.

— Вы так говорите, как будто вышли из тюрьмы.

— Нет, что вы, наверно, я неправильно выразилась, я очень благодарна своему детдому. А после детдома государство сразу выделило мне квартиру, теперь у меня есть муж и дочка — с гордостью отметила девушка.

— А вы случайно не знаете, кто этот молодой человек на фотографии, рядом с Катей.

— Знаю, конечно, это — Олег Фоменко, он тоже из нашего детдома, только старше нас года на три. У них с Катей была любовь, а потом он исчез после того, как вышел из детдома, я его больше и не видела. Катя по нему долго сохла, а здесь на фотке они вместе, значит, опять встретились. Ой, смотрите, это же Катя!

Андрей бросился навстречу девушке, одетой в черное, которая быстрым шагом приближалась к дому.

— Катя, давайте я вам помогу!

Андрей попытался вырвать у Кати тяжелую авоську с картошкой, но девушка мертвой хваткой вцепилась в нее и категорически отвергла всякую помощь.

— Кто вы такой? Что вам от меня надо?

— Катя, извините, не успел представиться. Я — частный детектив, нанятый Малиновским Игорем Евгеньевичем, который хочет выполнить волю внука — оформить на вас уже построенный коттедж.

— Мне с вами говорить не о чем, я же сказала Игорю Евгеньевичу, мне ничего не нужно.

Разговор Катя вела не останавливаясь, и даже прибавила ходу. Они были уже у дверей ее квартиры, которая располагалась на первом этаже. Андрей понимал, что еще буквально секунда-другая, и дверь захлопнется перед его носом. Нужно было срочно изобрести предлог, заставивший Катю поговорить с ним.

— Гражданка Романова, мне необходимо выяснить, что вы делали в день смерти Звонарева Андрея Михайловича в его особняке?

От неожиданности Катя выронила авоську с картошкой. И так бледное лицо девушки, обрамленное черным платком, стало просто белым, как мел. Андрей поднял авоську и голосом, не терпящим возражений, скомандовал:

— Открывайте дверь, Катя! Придется объясниться.

Девушка послушно пропустила визитера в квартиру. В тесном коридорчике Андрей быстро скинул куртку и, не дождавшись приглашения, последовал за хозяйкой вглубь квартиры. Комната была такая же крошечная, как и коридор, мебель, расставленная в ней, выдавала очень скромный достаток хозяйки. Однако, учитывая малые габариты квартиры, все предметы интерьера так оптимально подобраны, что создавалось ощущение тихого уюта. Пожалуй, единственной вещью, нарушающей полную гармонию, был суперсовременный компьютер, никак не вяжущийся со старомодной, с неким налетом мещанства обстановкой.

— Вместо компьютера здесь уместнее был бы самовар — мелькнуло у Андрея.

Надо было как-то выпутываться из разыгранной неопытным сыщиком роли «плохого полицейского», но в то же время Андрея поставила в тупик реакция девушки на заданный вопрос «от балды». Придумывая свой вопрос, он никак не ожидал, что попадет в точку, а просто надеялся на некую растерянность Кати, чтобы, воспользовавшись ее замешательством, проникнуть в квартиру. Теперь на ходу надо срочно менять план действий.

— Катя, почему вы скрыли от следователя, что заходили в особняк в день, когда погиб Звонарев?

Катя долгое время молчала, Андрей подумал, что девушка решила играть в «молчанку». Самопровозглашенный сыщик не знал, а что делать в случае, если Катя вообще не захочет говорить. У него, на самом деле, нет никаких прав, чтобы требовать у девушки ответов. Неожиданно Катя прервала молчание:

— Да, я была в тот день в коттедже Андрея Михайловича. Он сам назначил мне встречу, чтобы передать уже готовые документы о дарении мне этого дома. Но, когда я поднялась на второй этаж в его кабинет, то он был уже мертв. Сначала я его потрогала, подумав, что ему стало плохо. Но, когда поняла, что он мертв, я испугалась. Сначала хотела бежать, потом вернулась от дверей, поискала у него на столе документы, ничего не нашла и быстро ушла.

— Катя, а почему же вы сразу не сообщили, что Звонарев мертв?

— Я боялась, что меня заподозрят в убийстве?

— Если вы не причастны к убийству, почему вас вдруг должны заподозрить?

— Я думала, что дарственная на дом уже оформлена, поэтому могли решить, что я убила Андрея Михайловича?

— Ваша логика мне не понятна. Разве дарителей надо убивать после того, как они совершили акт дарения? Что-то я не слышал о такой традиции.

Катя пожала плечами, не зная, что ответить Андрею.

— Хорошо, тогда следующий вопрос: «Почему вы скрыли от следователя, что были в особняке, когда уже стало ясно, что сделка не состоялась?

— Следователь сначала просто сказал, что обнаружил документы о сделке, я была уверена, что все прошло успешно, а иначе как бы полиция узнала про подарок. Еще следователь сказал, что документы вернут только по завершении расследования смерти Андрея Михайловича.

— А когда вы узнали, что Звонарев не успел оформить акт дарения?

— После окончания следствия мне позвонил юрист Андрея Михайловича и сообщил, что сделка не состоялась, поэтому судьбу дома теперь будет решать Игорь Евгеньевич. Но он не доверяет следствию и нанял частного детектива, чтобы убедиться, что смерть Андрея Михайловича была не насильственной.

— А с вами встречался первый частный детектив?

Катя опять надолго замолчала. Андрей не мог понять, почему девушку так спугнул вопрос о частном детективе, но решил спокойно ждать. Он не ошибся, через некоторое время Катя ответила:

— Нет, не встречался.

— Интересно, почему? — поинтересовался Андрей.

На этот вопрос Катя ответила очень торопливо, едва дав закончить Андрею вопрос:

— Понятия не имею.

Теперь Андрей решил выдержать длительную «театральную» паузу, а затем неожиданно спросил:

— Катя, как я понял, вы не любите встречаться с частными детективами, вот и со мной поначалу тоже не хотели говорить. Может, вы что-то скрываете?

— Я вам уже все рассказала, потом не понимаю, что вам всем от меня надо, ведь, я ясно объяснила Игорю Евгеньевичу — ни дом, ни деньги мне больше не нужны.

— Ладно, Катя, скажу вам честно, дом я использовал, как предлог. Сейчас я меня интересует другой вопрос: не с вашей ли помощью Звонарев отправился на тот свет?

Катя неожиданно в голос разревелась и сквозь слезы пробормотала:

— Я не убивала Андрея Михайловича, но, если вы не верите, можете забрать меня в полицию, мне теперь все равно, моя жизнь и так уже кончена.

Андрей понял, что он сейчас действует точно, как майор Егоров, бросая в лицо обвинительные версии, не имея никаких доказательств, и решил сбавить обороты.

— Катя, успокойтесь, я вас пока ни в чем не обвиняю, тем более я почти на сто процентов уверен, что вы не причастны к смерти Звонарева.

— Зачем же вы тогда сказали, что «я помогла ему отправиться на тот свет»? — горько всхлипывая, спросила девушка.

— Просто я чувствую, что вы не до конца были откровенны со мной, рассказывая про то, как нашли мертвого Звонарева. Мне кажется, там произошло что-то, что вас сильно испугало? Кроме того, я почти уверен, что вы встречались с первым частным детективом, но почему-то не хотите об этом говорить.

Андрей вопросительно посмотрел на заплаканную Катю, которая уже перестала рыдать, но по упрямому выражению лица девушки понял, что сегодня вряд ли удастся выудить из нее еще хоть какую-то информацию. Поэтому он предложил, протягивая ей бумажку:

— Катя, давайте договоримся с вами так: «Вот номер моего телефона, если вдруг надумаете поделиться со мной еще какими-либо сведениями, звоните.

Уже в коридоре, натягивая куртку, Андрей не удержался и опять на ходу сочинил страшилку, пытаясь мотивировать девушку позвонить ему:

— Катя, я вам предлагаю, не ждать пока до вас доберется полиция, вот они уж точно сначала посадят вас в тюрьму, а только потом будут смотреть, за дело или нет. Кстати, вовсе не факт, что у них будет желание, да и время справедливо разбираться. Другое дело — частный детектив, я даже, если обнаружу в чем-то вашу вину, не побегу сразу в полицию, заводить на вас дело (конечно, если вы напрямую не совершали убийства).

— Так, ведь, полиция уже закрыла дело о смерти Андрея Михайловича? — наивно спросила Катя.

— Я слышал, что досье о гибели Звонарева опять подняли, связав, с другими совершенными преступлениями, но у меня пока нет точной информации, из-за какого криминала извлекли это досье.

— Так нагло соврал Андрей, оправдывая себя тем, что убийство Юли майор Егоров в своих фантастических версиях пытался связать со смертью Звонарева.

Дорога до кафе «Аленушка», где у Андрея была назначена встреча, была длинная, поэтому ему удалось практически во всех деталях вспомнить разговор с Катей. Неопытный сыщик еще раз убедился, что, как и разговор с Оксаной, встреча с Катей принесла много неожиданностей. Андрей, вступая на новое поприще, не мог представить, как трудна работа следователя. Несмотря на глупые вопросы и версии Егорова, Андрей, ознакомившись с работой сыщика изнутри, совсем по-другому стал оценивать работу майора. Еще Северцев понял, что ему катастрофически не хватает времени для обдумывания уже проведенных опросов, и разработки дальнейшего плана действий.

— Японский городовой! Получается сущая ерунда, я фактически только в дороге могу проанализировать, свои беседы с подозреваемыми женщинами. Выходит, я выводы делаю «на коленке», поэтому попадаю в дурацкое положение. Чтобы получить нужную мне информацию, я вру, «как сивый мерин». Может, мне взять отпуск на работе, чтобы полнее погрузиться в проведение расследования?

Андрей Северцев так и не успел решить, стоит ли брать отпуск, как навигатор сообщил ему, что автомобиль прибыл по заданному адресу. Андрей выглянул из машины — действительно перед ним красовалась вывеска — кафе «Аленушка». Андрей начал парковаться, сам себе задавая вопрос:

— По логике получается, что поблизости должно быть кафе с названием «Братец Иванушка»? Хотя не факт, ведь братец Иванушка потерялся. Надо спросить у Сергея Маневича. Японский городовой! И что мне в голову лезет всякая ерунда!

Когда Андрей зашел в кафе, к нему навстречу из- за столика в углу заведения сразу поднялся плотный невысокий мужчина лет 35–40, с красным обветренным лицом.

— Что мой собеседник строитель, понятно сразу по его внешнему виду. А вот интересно, как Сергей понял, что ждет именно меня, не на лбу же у меня написано? Наверно, здесь постоянная клиентура, и незнакомец сразу выделяется — эти мысли промелькнули у Андрея, пока он подходил к столу.

В отличии от дам Звонарева, которые согласились на беседу с Андреем лишь по необходимости, казалось, что Сергей сам хочет поделиться чем-то наболевшим.

Андрей не ошибся, сразу после приветствий и представления друг другу, не дав гостю открыть рот, в разговор вступил Сергей:

— Андрей Петрович, я так рад, что, наконец, смогу вам рассказать то, что тяжким грузом висит на мне со страшного дня гибели моего друга. Давайте только для начала сделаем заказ, вот как раз официант к нам подходит.

Андрей заказал кофе, поскольку круассанов не было, пришлось выбрать пирожное из имеющегося ассортимента. Сергей был здесь завсегдатаем, поэтому сказал официанту просто: «Юра, мне, как всегда, мой любимый сорт пива». Потом зачем-то извинился перед Андреем за свой рабоче-крестьянский, как он выразился, выбор. Было видно, что Сергею не терпится «скинуть тяжкий груз», он предложил, начать разговор, не дожидаясь, когда принесут заказ. И сам же выбрал план беседы:

— Андрей Петрович, давайте, сначала я выговорюсь, а потом вы мне будете задавать интересующие вас вопросы.

Андрей едва успел кивнуть, как из уст Маневича изверглась словесная лава:

— Сразу хочу сделать признание: в тот день незадолго до смерти Андрюхи я был в особняке, друг сам назначил мне там встречу. Грешным делом, когда узнал, что Андрей неожиданно пригласил меня зайти к нему, я решил, что ЗАМ опомнился и хочет отменить дурацкое скоропалительное решение, принятое им где-то за месяц перед этим.

Моментально отреагировав на вопросительный взгляд «частного детектива», Сергей Маневич сразу внес разъяснение:

— ЗАМ, это была кличка Андрея, составленная из его инициалов, у меня по аналогии была кличка САМ. Так мы в разговоре обращались друг к другу, Андрей говорил, что эти клички приобрели смысл, когда мы организовали строительную фирму. Друг назначил меня там главным, поскольку я кончил строительный институт и уже несколько лет отбарабанил по профилю. А ЗАМ был спонсором компании, и взял на себя руководство финансовым отделом (для этого, не поверите, Андрюха кончил специальные курсы).

Сергей на мгновение замолчал, поняв, что отклонился от темы:

— Что-то меня не в ту степь занесло, извините, сейчас продолжу по теме. Все, вспомнил, я остановился на скоропалительном решении Андрюхи. За месяц до смерти ЗАМ неожиданно, как гром среди ясного неба, объявил мне, что принял решение выйти из фирмы. Причем всю фирму решил переписать на меня, да еще выделил мне крупную сумму денег, поскольку в тот период компания «дышала на ладан».

Сергей внимательно посмотрел на Андрея, желая узнать его реакцию на свои слова.

— Так и знал, вижу ваш недоверчивый взгляд, Андрей Петрович. Я же говорю совершенно искренне, на меня решение друга обрушилось абсолютно внезапно. Ничто не предвещало такого исхода, мне казалось, что ЗАМ получал удовольствие от работы в строительстве, его пыл вовсе не остужали неудачи последнего времени. Наверняка, вам в голову закрадывается мысль, будто я подсиживал друга, мечтая сам стать хозяином фирмы. Если так, то это не имеет ничего общего с действительностью. Никогда, даже близко ничего похожего не было в моих планах, мне было очень хорошо работать вместе с другом. Кстати, после того, как ЗАМ вышел из компании, я осознал, какую большую работу он волок на себе, занимаясь финансовым блоком, при этом, делая вид, что его работа самая легкая. Мне пришлось нанять нескольких экономистов и финансиста, и представьте себе, они не справляются с тем объемом работы, которую ЗАМ один тянул. Я до сих пор удивляюсь, как Андрюха — по образованию врач, усвоил всю эту экономическую мутотень.

Маневич говорил с таким запалом, будто Андрей с ним спорил, хотя тот молча, спокойно слушал, не выражая никаких эмоций. Наконец Сергей остановился, пытаясь одернуть себя:

— Ну, вот, опять я перешел на лирику, залез в область ощущений, за ней не понятно существо.

Здесь, наконец, Андрею удалось вставить пару слов:

— Сергей Александрович, не окорачивайте себя, детали и подоплека очень важны для общего понимания.

— Так вот к чему вся эта преамбула: когда ЗАМ пригласил меня к себе в особняк в тот роковой день, я решил, что, наконец-то, разум возобладал, друг одумался, и принял правильное решение — все отыграть назад. Поэтому в прекрасном настроении я заваливаюсь к нему в особняк, жду хороших вестей, но, к несчастью, мои ожидания не оправдались. ЗАМ огорошивает меня очередным «сюрпризом» — без всякой на то причины всучивает мне очень солидную сумму в долларах со словами: «Это на развитие компании, учти, Серега, мое решение не обсуждается». Несмотря на его предупреждение, я возмутился, ведь, он только месяц назад дал мне денег, которые очень помогли выиграть тендер на выгодный заказ. Андрюха категорически отмел мои причитания и бросил довольно странную фразу, не помню точно, но что-то приблизительно вроде того:

— Я облегчаю задачу деду.

— К чему он это брякнул, до сих пор не могу понять. Сразу я его не спросил, что это значит, а потом и спросить было не у кого — горестно заключил Сергей.

Сергей перехватил недоверчивый взгляд собеседника.

— Вы, наверно, мне не верите? Небось, подумали: только дурак будет возмущаться, что ему за просто так дарят сначала фирму плюс деньги, а потом догоняют и еще добавляют «зеленых»? Ну, скажите, угадал?

— Нет, меня смущает другое. Почему вы не сообщили полиции, что были в коттедже Звонарева в день его смерти?

— Скажу честно, я испугался, что меня могут обвинить в том, что я силой отобрал у Андрюхи деньги, а потом заставил его выпить эти чертовы пилюли.

— Сергей Александрович, зачем же тогда вы раскрыли тайну мне?

— Да, поймите, меня замучило чувство вины, презрение к себе за то, что я оказался таким малодушным! Просто тогда я боялся, что пока буду доказывать следователю, «что я — не верблюд», от меня уплывет уже наклюнувшийся заказ на строительство очень «жирного» объекта.

— А сейчас, когда заказ в ваших руках, вы «сняли груз с души»?

— Именно так. Да, еще я прикинул, что Оксане, которая пришла к Андрею после меня, следователь не предъявлял никаких обвинений, значит мои страхи были напрасны. Получается, зря про полицию народ говорит, что там работают одни дуболомы, следователь, расследующий дело о гибели Андрея, оказался думающим мужиком.

Сказав это, Сергей вдруг резко притормозил свою речь, и немного подумав, возразил сам себе:

— А зачем же тогда Игорь Евгеньевич нанял вас, сказав, что не доверяет следствию?

— Сергей Александрович, ваш вопрос не ко мне. Объясните лучше, откуда вам известно, что к Звонареву приходила жена?

— Как от кого? От самого Андрюхи, сразу после того, как он вручил мне деньги, ЗАМ буквально пинками вытолкал меня из кабинета. Попросил не задерживаться, мол, сейчас должна прийти Оксана, почему-то он не хотел, чтобы мы встречались.

— А откуда вы узнали, что следователь не докапывался к Оксане, узнав, что она тоже была в особняке незадолго до смерти вашего друга?

— Так она сама мне на поминках сказала? Еще удивилась, откуда я знаю, что она там была?

— А кто завел разговор с Оксаной про посещение Звонарева незадолго до его смерти?

— Я, конечно, поскольку меня волновал этот вопрос.

— Сергей Александрович, а, какие отношения были у Звонарева и его жены, вы случайно не в курсе?

— Андрей просто обожал Оксану, а она, но это мое личное мнение, позволяла себя любить.

— Странно, а я слышал, что последние полгода ваш друг жил раздельно с женой и собирался разводиться.

— Я тоже очень удивился, когда узнал, что Андрей переехал и живет во второй своей квартире. Я, конечно, спросил его, типа, в чем дело? Неужели любовь прошла? И вы знаете, что мне ответил друг?

— Серега, знал бы ты, как мне тяжело! К Оксане я отношусь по-прежнему, но именно из-за большой любви к ней я переехал и хочу развестись, чтобы она смогла, пока молодая, построить нормальную семью.

— Я тогда подумал:

— Надо же, какая Оксана — сволочь, нашла себе другого мужика, а благородный Андрюха не хочет мешать ей.

— Больше я не дергал друга расспросами, чтобы не ковырять болячки. Но, однажды разговор о его разводе все же зашел. Когда же это было? Ага, вспомнил — я у него спросил про Оксану именно в тот день, когда он передавал мне фирму. Мы тогда пошли в ресторан, хорошо выпили, и меня опять «черт за язык дернул» спросить, оформил ли он развод? Андрей как-то чудно ответил:

— Теперь это уже не актуально.

— Я обрадовался, решил, что Оксана перебесилась.

— Сергей Александрович, а вы не знаете, что ваш друг собирался еще раз жениться на девушке по имени Катя?

— Господи, кто вам сказал такие глупости? Вы что-то перепутали, я знаю только Катю, которая приходила убирать в его квартире, но не на ней же он собрался жениться? Надо же, чего только люди не придумают? Я был уверен, что Андрюха воссоединился с Оксаной. И он ждал жену после меня, значит, они уже вместе обживали новое жилище. Там в особняке в этот день, не поверите, было просто вавилонское столпотворение. Какие-то люди в униформах, волокли ящики с продуктами, другие мыли окна. Еще меня удивила девушка, наверно, журналистка с кинокамерой снимала всю эту толпу. Я еще тогда подумал:

— Интересное кино получается, зачем-то Андрюха журналистов впустил?

Маневич остановил рассказ, как бы заново прокручивая перед собой картину, царящую тогда в особняке.

— Насколько я знаю, ЗАМ терпеть не мог шумиху в прессе, похоже, это идея Оксаны, небось, решила похвастать новым домом. Поскольку наша фирма строила особняк, и дом вышел на славу (скажу без лишней скромности), то реклама нашей компании точно бы не помешала. Но, с другой стороны, от журналюг можно ждать чего угодно, вот они и распространяют слухи о том, что при живой любимой жене Андрюха хотел жениться на какой-то там Кате.

— Ладно, будем считать, что проехали этот эпизод. Сергей Александрович, назову вам одну из причин, по которой Игорь Евгеньевич затеял новое расследование. Дед вашего друга не верит следствию, которое заключило, что Звонарев чисто случайно перепутал таблетки. А, как считаете вы, мог ли Звонарев ошибиться и по невнимательности спутать лекарство?

— Нет, точно не мог, Андрей за приемом таблеток так дотошно следил, что я частенько смеялся над ним, говоря: «Ты за пилюлями следишь, как евнух за гаремом».

— Получается, что и вы, Сергей Александрович, не согласны с выводами следствия?

Сергей задумался, почесал затылок и заключил:

— Выходит, не согласен.

— Что же тогда получается? А вот тогда вырисовывается интересный расклад. Получается, кто-то приходил к Звонареву перед смертью и помог ему спутать таблетки. Улавливаете логику?

Сергей оторопело посмотрел на собеседника и простодушно спросил:

— Андрей Петрович, вы меня подозреваете?

— Пока я никого не подозреваю, но необходимо установить всех, кто приходил к Звонареву в этот день. Может, вы кого-то еще встретили в особняке, когда уходили?

— Ну, я же вам сказал, что там было полно народу.

— Сергей Александрович, а как вам кажется, не мог ли Звонарев сам сознательно выпить смертельный для него препарат?

От возмущения Сергей покраснел, как бы раздулся, и брызгая слюной вскричал:

— Господи, с виду умный мужик, а такую ерунду лепишь!

Но быстро опомнившись, сбавил тон:

— Извините, я без политесов. Сильно одичал, наверно, сказывается, что я целыми днями торчу на стройке. Там, правда, помогает ненормативная лексика, с ее помощью легче выразить всю гамму чувств.

— Все нормально, главное, я понял: вы исключаете вариант суицида.

— Да, и как иначе, представьте, Андрюха только завершил строительство дома, о котором давно мечтал, уладил отношения с женой, короче, все у него было прекрасно. И, потом, какой же дурак будет завозить в дом продукты, если собрался (язык не поворачивается) отправиться на тот свет. Нет, это предположение мог сделать только тот, кто совсем не знал моего друга. Андрюха был потрясающим жизнелюбом, не унывал, даже в сложных ситуациях. Это я вечно ныл, а друг меня просто поражал своим позитивом, успокаивал, каждый раз утверждая: «что ни делается, все к лучшему». Нет, ваша версия отметается — твердо заключил Сергей.

На обратном пути Андрей сразу занялся анализом только что состоявшейся беседы с другом Звонарева. Начинающего следователя распирала гордость от того, что он сообразил просто так, на всякий случай побеседовать с Сергеем. Он вовсе не рассчитывал, что сможет выудить из друга Звонарева сколько-нибудь значимых сведений, а вышло как раз наоборот — впервые удалось получить массу полезной информации. Во-первых, узнал, что Сергей встречался с Звонаревым в день смерти, во-вторых, подтвердил свою догадку, что Оксана в тот день тоже встречалась с мужем, а самое главное, в-третьих, выяснил, что деньги (в пропаже которых майор Егоров подозревал Юльку) получил Сергей.

— Да, еще, в-четвертых, очень интересная деталь, Сергей сообщил, что у Звонарева была помощница по хозяйству Катя. Надо узнать, может, это и есть та самая Катя Романова, с которой я беседовал. Ничего себе поворот!

Андрей задумался: его удивляло, как встреча с Сергеем поменяла весь расклад событий. Неожиданно из глубины памяти мозг извлек строки Пушкина:

«О сколько нам открытий чудных готовят просвещенья дух, и опыт, сын ошибок трудных, и гений парадоксов друг, и случай, бог изобретатель.»

Эти крылатые фразы долго крутились у Андрея в голове, как навязчивый мотивчик, от которого невозможно отделаться, мешая ему сосредоточиться на полученных сведениях. Так было до тех пор, пока колесо его машины не угодило в колдобину:

— Японский городовой! Только окажешься чуть подальше от центра, так сразу дорога, будто ее бомбили, едешь, как по рокаде!

Но это небольшое происшествие, как по щелчку, вернуло мысли Андрея опять в нужное русло. От философских размышлений о странностях бытия, когда благодаря случаю происходят открытия, колдобина напомнила мозгу, что торжествовать рано, до открытий еще, ой, как далеко. Вновь полученными сведениями надо еще правильно распорядиться, они только указали возможные пути поиска, которые могут привести к раскрытию смерти Звонарева и исчезновению его денег. Вот тогда Андрей докажет майору Егорову, что обвинять Юлю в причастности к этому — просто абсурд. И молодой сыщик старательно напряг свои серые клеточки:

— Так, теперь выходит, что имеются целых три кандидата на роль убийцы Звонарева — Оксана, Катя и Сергей, они точно встречались с ним перед его гибелью.

Андрей задумался: после беседы с каждым из претендентов у него сформировалось стойкое убеждение, что никто из рассматриваемой троицы не тянет на роль душегуба.

— Может, конечно, я — лох в сыскном деле, и меня легко обвести вокруг пальца, но, хоть убей, не верю в причастность ни Оксаны, ни Кати, ни Сергея к смерти Звонарева. Попробую еще раз порассуждать о каждом.

— Начну с Маневича. Сергей вообще мог скрыть от меня, что встречался с другом перед смертью, никто бы и не узнал. Потом его никто за язык не тянул, сообщать, что Звонарев ему дал крупную сумму денег в этот злосчастный день. Когда я подкинул Сергею спасительную версию о самоубийстве друга, он не воспользовался возможностью ухватиться за «соломинку», чтобы отвести подозрение от себя. С другой стороны, не исключено, Сергей понимает, что в полиции расследование давно закончено, а частный сыщик нанят лишь для того, чтобы правильно распорядиться наследством Звонарева. Короче, его откровенность могла быть вызвана тем, что ему все равно ничего не угрожает, а свою часть наследства он с лихвой уже получил. Но слишком уж простодушным он был при встрече, надо быть великолепным артистом, чтобы с таким блеском разыграть роль простака.

— Ладно, подумаем о роли Кати в этом деле. Она утверждает, что, когда зашла к Звонареву, он был уже мертв. Не знаю, могу ли я опираться на свою интуицию, но чутье мне подсказывает, что девушка не врет. Но, вместе с тем, Катя явно чего-то боится, она совершенно точно не до конца откровенна. Интересно, что она пытается утаить? Еще более парадоксален разворот на сто восемьдесят градусов в вопросе об особняке — то девушка страстно желала стать владелицей дома, а потом вдруг заявляет: «мне ничего не надо». Да, с Катей придется еще раз встретиться, узнать, была ли она помощницей по хозяйству в доме Звонарева. А, если слух окажется правдой, что это меняет? Мог же хозяин полюбить свою прислугу? Такое случается на каждом шагу, особенно в телевизионных мелодрамах. Но, чего Катя боится, если она не убивала Звонарева? Почему она поначалу категорически не хотела встречаться с мной, узнав, что я — частный детектив?

Андрей понял, что к Кате еще много вопросов, ответы на которые помогут пролить свет на смерть Звонарева. Только захочет ли девушка содействовать ему в расследовании? В этом неопытный сыщик не был уверен. Наконец, наступил черед Оксаны — могла ли она совершить убийство? Андрей понял, что он сознательно оттягивает рассмотрение ее кандидатуры, уж очень ему не хотелось, чтобы она оказалась виновной в смерти своего мужа. Пришлось неопытному сыщику одернуть себя:

— Получается, я как бы по знакомству заранее выгораживаю Оксану. Нет, так не пойдет, буду беспристрастным! Как ни крути, Оксана — единственная полноправная наследница всей недвижимости Звонарева. Даже если ей ничего не достанется из денежных средств, лежащих на счету Игоря Евгеньевича, она получает две шикарные квартиры и загородный дворец. Это ли не мотив избавиться от мужа? Против Оксаны еще неумелое вранье о том, что ее не было в особняке в день смерти мужа. Удивительно, конечно, как ей поверил следователь, потому что частный детектив с полпинка раскусил ее ложь, да и я сразу понял, что она лукавит. Вопрос только в том, зачем убивать мужа, который ее обожал, и при желании она могла всем этим обладать, не совершая преступления? Да, здесь у меня явно вышла нестыковочка. Придется еще раз ехать к Оксане и припирать ее к стенке свидетельством Сергея. С другой стороны, он же ее там не видел, она может сказать, что обещала мужу приехать, но не смогла. Нет, с этим надо еще разбираться.

На улице уже темнело, когда Андрей подрулил к своему дому. Он так погрузился в размышления, что, проходя мимо консьержки, проявил неосторожность и попал, как в капкан, в цепкие лапы Аделаиды Юрьевны. Несмотря на свои внушительные габариты, консьержка проявила необыкновенную прыть и ловкость. Едва завидев Андрея, она буквально в мгновение выскочила из своей каморки и перегородила ему путь своим пышным бюстом.

— Андрей Петрович, я так рада вас видеть! Как получилось, что уже целую неделю мне не удается с вами переговорить. Я слышала по телевизору, что к нашей Земле приближается огромный астероид. Как вы думаете, мы выживем?

Андрей только было обреченно открыл рот, чтобы успокоить Аделаиду Юрьевну, как услышал, спасительное треньканье своего мобильника.

— Извините, Аделаида Юрьевна, мне, скорее всего, звонят с работы, наверняка, нужна срочная консультация — «на голубом глазу» соврал Андрей, вырываясь из душных объятий консьержки.

Уже у лифта он, наконец, вытащил телефон из куртки и с удивлением обнаружил, что звонит майор Егоров.

— Не иначе, мой соперник состряпал очередную версию, не терпится со мной поделиться, а иначе чего звонить, когда на дворе уже темнота хоть глаз выколи.

Но Андрей был благодарен майору, звонок которого помог ему спастись от психотерапевтического сеанса Аделаиды Юрьевны, поэтому ответил сыщику. Оказалось, что Егоров пока, слава богу, новых версий не изобрел, но все еще работает над старой, изложенной Андрею в следственном комитете. Майор, по-прежнему, душевно просил поискать в квартире что-то, где будет записан номер банковской ячейки.

— Павел Павлович, вы меня просите найти «то, не знаю, что, которое лежит там, не знаю, где». Я просто не понимаю, что мне надо искать. Все, что было у Юли на рабочем столе, преступник утащил: всю оргтехнику, все носители, где она могла оставить себе памятку. Поймите, сейчас на бумаге не оставляют никаких записей, все пишут в телефоне, компьютере, в, крайнем случае, на флешке.

— Так и поищите флешку или что-то в этом роде.

— Представьте, все флешки, а у Юли была целая коробка этих прибамбасов, бандюга утащил.

Только Андрей произнес последнюю фразу, как до него вдруг дошло, что совсем недавно, отправляя в стирку свой халат, обнаружил там Юлькину флешку. Но он решил не говорить об этом следователю, а сначала посмотреть самому, что же там такое на флешке записано. Потом ее еще найти надо, а Андрей толком и не помнил, куда эту флешку сунул.

Андрей неожиданно разволновался, неужели Егоров прав? Поэтому, войдя в квартиру, он, не раздеваясь, сразу бросился в ванную.

— Куда же я ее мог засунуть? Хорошо, что еще помню, где дело было, считай повезло — район поисков ограничится лишь ванной комнатой.

Андрей пересмотрел содержимое всех многочисленных полочек в ванной — флешки нигде не было. Решил передвинуть стоящие на полочках различные приспособления для мытья и средства гигиены, вдруг флешка завалилась за какой-нибудь шампунь или лосьон. Он начал судорожно двигать все предметы, пока не опрокинул стаканчик с зубными щетками, из которого благополучно вывалилась искомая флешка. Андрей тут же бросился к своему ноутбуку, он просто сгорал от нетерпения.

Как и следовало ожидать, на найденном носителе информации и в помине не было кода от банковской ячейки с деньгами, придуманным воображением майора. Андрей ругал себя последними словами (включая ненормативную лексику), что внезапно поддался идиотским идеям следователя.

— Выходит, я начал сомневаться в честности Юльки! Господи, стыдно вспомнить, как я дрожащими ручонками вставлял флешку, боясь увидеть там код.

Но, как настоящий мужчина, который не может долго себя винить, и всегда найдет себе оправдание, Андрей решил:

— С чего вдруг я, как Гоголевская унтер-офицерская вдова, сам себя секу? Ничего я не сомневался в Юльке, просто хотелось поскорее посмотреть, что же там такое содержится на флешке. На самом деле, информация на носителе оказалась очень актуальной. Жаль только, что я так поздно с ней ознакомился, хотя теперь у меня на руках есть конкретные доказательства того, что Звонарева в тот день посещали Сергей, Оксана и Катя. Несмотря на то, что эти факты мне уже и так известны, но они добыты просто из разговоров, и от них в любой момент можно было отпереться. А теперь такой номер не пройдет, у меня есть фото и видео, то есть документальное подтверждение фактов.

И уже окончательно придя в равновесие, Андрей поначалу начал спокойно, с чувством светлой грусти вновь просматривать информацию на флешке, которая начиналась с видеообращения Юли к частному детективу:

Здравствуйте, Валерий Романович! Монтируя свое портфолио на основе снимков и видеороликов, отснятых в день смерти Андрея Михайловича, я обнаружила, что мне в кадр попали несколько человек, одетых не в униформу. Я вырезала кадры, на которых запечатлены эти люди. Поскольку вас интересовал вопрос, были ли в этот день посетители у Андрея Михайловича, а я сразу не смогла вам помочь, посылаю вам фото и видео. Надеюсь, моя скромная помощь пригодится вам в работе. С уважением, Ю.В.

Андрей неожиданно поймал себя на том, что его опять с прежней силой, как в первые дни, накрыла боль от потери жены. Но тогда он не проронил ни слезинки, все держал в себе. А сейчас Андрей впервые почувствовал, как слезы ручьем катятся по его щекам. Он не пытался сдержать их, просто плакал, потеряв счет времени, поэтому не знает, сколько продолжалось такое состояние. Когда он пришел в себя, щеки уже были сухими. Андрей вдруг почувствовал необыкновенную легкость в мыслях, а также ощутил внезапный прилив сил. Все это многократно усилило желание найти убийцу Юли, доказать майору Егорову ее полную непричастность к смерти Звонарева и его деньгам. Поэтому неопытный следователь вновь «бросился в бой» — стал внимательно изучать материалы на флешке, присланные Юлей частному детективу.

Там были фото и видео, на которых были запечатлены Сергей, Оксана и Катя. Особенно хорошо получилась Катя, она ухитрилась попасть в объектив прямо в фас во весь рост, как будто ее специально фотографировали. Андрей понял, что именно эту флешку Юля должна была передать Игорю Евгеньевичу, потому что не смогла дозвониться детективу.

— А что, если именно за этой флешкой охотился убийца Юли? А зачем ему понадобился этот накопитель? Это возможно только в случае, если преступник сам где-то засветился на фото или на видео? И еще интересно, почему Юля сама не отдала флешку преступнику?

Андрей еще и еще раз внимательно исследовал все видео и фотоматериалы. Никого, кроме трех, уже идентифицированных персон, он не обнаружил, правда, если не считать попавших в кадр людей в униформах. И тут его вдруг осенило:

— Что-то я вообще не понимаю, с какой беды я зациклился на обычной одежде? Это вовсе не моя логика, а версия частного детектива Зацепина. Так зачем же я упрямо следую ей? Преступник вполне мог косить под работника из сферы обслуживания. Это очень даже удобно, никто не обратит внимания, кстати, униформа — прекрасный вид маскировки. Получается, я тупо, как осел, вошел в колею предыдущего сыщика, (именно он спрашивал Юлю про посетителей особняка в обычной одежде). Тогда список подозреваемых увеличивается многократно, учитывая, что весь особняк в тот день просто кишел работниками, любой из которых мог попасть в кадр к Юльке. Выходит, злодей сообразил, что он засветился, поэтому решил добыть Юлины снимки.

Андрей внезапно прервал цепочку своих рассуждений, вспоминая, когда Юля заметила, что за ней следят.

— Нет, не стыкуется! Если бы дело обстояло именно так, преступник бы начал преследовать Юлю сразу после смерти Звонарева. А Юля заметила за собой слежку где-то по прошествии более чем двух месяцев со дня гибели ее заказчика. Причем официальное следствие уже было закончено, и пришло к выводу, что Звонарев выпил таблетки по неосторожности. Скорее всего, убийство Юли и смерть Звонарева, не связанные между собой события, которые я искусственно сплетаю в один клубок. На меня подсознательно оказывают влияние версии майора и частного детектива, да еще добавляет «масла в огонь» обнаруженная флешка. Скорее всего, все куда проще, просто частному детективу необходимо было иметь на руках фотофакты, чтобы разбить железное алиби Оксаны Шевченко. Теперь, видно, мне самому придется крушить алиби Оксаны. Посмотрим, как она объяснит, почему так нагло врала.

Андрей глянул на часы, хотелось, «не откладывая в долгий ящик», позвонить Оксане и договориться о встрече, чем скорее, тем лучше. Он прикинул — завтра прием в клинике у него после обеда.

— Конечно, было бы здорово, если бы Оксана согласилась встретиться завтра утром.

Андрей понимал, что «гонит лошадей», тем более звонить в такое позднее время по этикету считается не комильфо. Но поколебавшись всего несколько секунд, решительно тряхнул головой и набрал номер телефона Оксаны. Андрею почему-то казалось, что Оксана обязательно придумает благовидный предлог, объясняющий: «мол, с удовольствием, но завтра никак не смогу — дел по горло». Поэтому, когда Оксана стала говорить, что с самого утра у нее ритуальная утренняя планерка в салоне, которую она не может отменить, Андрей понял, что предчувствие его не обмануло. Он уже собирался прощаться, но неожиданно Оксана сделала предложение, от которого невозможно было отказаться:

— Андрей, у меня планерка займет совсем немного времени. Что, если ты подъедешь к моему салону, и мы с тобой побеседуем в нашем крошечном, но вполне уютном кафе. Утром там вообще, кроме нас, никого не будет. Как известный сыщик смотрит на такой вариант?

— Согласен. Только небольшое уточнение: сыщик пользуется известностью лишь у женщин, с которыми вместе учился в медицинском университете.

Андрей сказал и тут же спохватился, что сам напомнил Оксане про беззаботные студенческие годы. Он испугался, как бы бывшая сокурсница опять не начала окутывать флером романтики их мимолетную связь. Поэтому он поспешно, не дав Оксане времени на воспоминания, сказал:

— Оксана, диктуй адрес, записываю. Ты сможешь в 10 часов? Отлично, мне это время тоже подходит.

На следующий день, за пять минут до условленного времени Андрей парковался у «Салона Красоты». Он хотел приехать чуть раньше, чтобы осмотреться, но, как назло, попал в пробку на дороге (слава богу, что вообще не опоздал). Андрей вышел из машины и направился к входу, над которым красовалась вывеска, сообщившая ему, что он на правильном пути. Не успел Андрей подняться по ступенькам, ведущим к массивной входной двери, как дверь распахнулась, и улыбающаяся Оксана вышла ему навстречу.

— Привет, Андрей! Я в окно увидела, как ты подъехал, поэтому решила тебя встретить, чтобы ты не заплутал среди наших кабинетов.

— Здравствуй, Оксана! Польщен, ты меня встречаешь прям, как дорогого гостя, не хватает только каравая с солью.

— При желании и каравай сможешь отведать в нашем кафе, но лично я рекомендую круассаны — они у нас особенно хороши.

Оксана провела Андрея в маленькое уютное кафе, которое располагалось в цокольном этаже. За столиками, действительно, не было посетителей, только за стойкой скучала хорошенькая девушка-официантка. Увидев Оксану, она сразу вскочила, бросилась предлагать ей кофе:

— Оксана Васильевна, вам, как обычно, приготовить капучино?

— Спасибо, Аллочка, мне ничего не надо, а вот Андрей Петрович сейчас тебе скажет, что он будет пить.

Андрею хотелось выпить чашечку кофе с круассаном, но он решил, что при беседе, которую собирался вести с Оксаной, распивать кофе неуместно, к счастью, она тоже отказалась. Столик Оксана специально выбрала подальше от барной стойки в укромном уголке, отгороженном от основного пространства стенкой с живыми цветами.

— Можно начинать допрос — пошутила Оксана.

Андрей мысленно прикинул: уж очень заметно изменилось поведение Оксаны на территории салона по сравнением с тем, как женщина весьма напряженно держалась при первой встрече у нее дома. Здесь в салоне она чувствовала себя полной хозяйкой положения, вовсе не волновалась, была совершенно раскованна. А вот с Андреем произошла обратная метаморфоза. Кажется, в квартире подозреваемой, несмотря пережитый шок от того, что Оксана оказалась давней знакомой, и при желании легко могла разоблачить его, он ощущал себя более свободным и уверенным, чем здесь в салоне. Весь боевой настрой, с которым мнимый детектив ехал сюда, чтобы припереть Оксану к стенке неопровержимыми фактами, куда-то испарился. Неловкая пауза затянулась, Оксана как ни в чем не бывало спокойно ждала вопросов, в упор глядя на собеседника. Когда Андрей, наконец, переборол странную, непонятно откуда возникшую неуверенность, он решил не ходить кругами вокруг да около, а сразу перейти к сути.

— Оксана, у меня появились неопровержимые доказательства, что ты встречалась с мужем незадолго до его смерти.

Андрей совсем не ожидал равнодушной реакции Оксаны на фактически предъявленное обвинение:

— Я знаю, мне позвонил Сергей и рассказал о вашей беседе.

— Оксана, что же получается: ты запаслась фиктивным алиби, чтобы скрыть встречу с мужем.

Удивительно, но разоблачение не вывело Оксану из равновесия, испуганной она явно не выглядела, наоборот, совершенно спокойно отвечала:

— Андрей, ты оказался превосходным сыщиком, в отличие от двух предыдущих, сразу вывел меня на чистую воду.

— Но, ты же понимаешь, что это обстоятельство делает тебя подозреваемой в причастности к смерти мужа? Прикинь, если бы ты была невиновна, то зачем понадобилось скрывать встречу с супругом незадолго перед его гибелью?

— Я не виновна в смерти мужа, говорю, абсолютно честно. Но признаюсь, что скрыла свое присутствие в тот день в особняке. Я боялась, что следствие, притянув этот факт, обязательно бы стало интересоваться, а что я там делала? Если бы я сказала правду, то тогда бы точно сыщики решили, что у меня был мотив избавиться от мужа.

— Оксана, я в шоке! Фактически ты признаешься, что долгое время водила следствие за нос, боясь, что сыщики раскроют истинную причину твоего присутствия в доме в день смерти Звонарева.

— Андрей, согласись, существует такое понятие — «ложь во благо». Не обязательно, если ты что-то хочешь скрыть, у тебя существуют преступные помыслы. Мне, например, точно известно, что ты работаешь врачом в клинике доктора Соловьева. Но я сделала вид, что поверила в твои сказки про частного детектива, подспудно понимая: значит, существуют обстоятельства, вынудившие тебя прибегнуть ко лжи. Если хочешь, чтобы я все честно рассказала, прежде придется тебе самому раскрыть карты, объяснить мне, что за игру ты затеял.

Еще раз Андрей убедился, как трудна работа следователя. Каждая новая беседа с подозреваемыми придает расследованию совершенно новый, совсем непредсказуемый поворот — на ходу приходится выкручиваться. И тут ему в голову пришла шальная мысль:

— А что, если ничего не придумывать и не юлить, а рассказать все как есть?

Андрей так и сделал. Он коротенько попытался объяснить Оксане, что решил лично взяться за расследование убийства своей жены и сына. Сказал, что не доверяет следствию, правда, не стал углублялся в подробности, чем его не устраивает версия следствия. Рассказал, как по ходу дела выяснилось, что, возможно, существует некая связь между зверским убийством его семьи и смертью супруга Оксаны. Для этого пришлось раскрыть, что его жена работала по контракту дизайнером интерьера особняка Звонарева.

Оксана, слушая рассказ Андрея, пожалела, что заставила его вспоминать недавно пережитую драму. Но дело сделано, вопрос задан, теперь надо слушать, при этом стараясь не выдать своих безответных чувств к нему, которые она до сих пор не смогла убить.

— Андрей, извини, что перебиваю, но позволь вставить: я слышала много хвалебных отзывов от супруга в адрес дизайнера Юли. Только у меня совсем не стыкуется, какая между этими событиями существует связь. С дня смерти моего мужа прошло почти полгода, а ты же мне при первой встрече поведал, что твою семью убили где-то около трех месяцев назад. Как могут быть связаны так сильно растянутые по времени трагедии?

— Все так и есть, но буквально за день до своей гибели, Юля мне открыла, что уже больше недели наблюдает за собой слежку. И по ее чисто интуитивным ощущениям она связывала слежку за ней с таинственной смертью своего заказчика Звонарева. Вот я и пытаюсь понять, были ли эти трагические происшествия связаны между собой, или предположения Юли — ошибочны. Для этого я должен знать, что на самом деле произошло со Звонаревым.

— Андрей, опять я лезу со своим чисто женским любопытством, твой сын, наверно, был совсем маленьким?

— Интересно, как у женщин работает логика? Почему ты так решила?

— Просто, я хорошо помню, когда муж заключал договор с Юлей, он мне рассказывал, что у девушки-дизайнера нет детей.

— Ты почти права, наш сын еще даже не успел родиться, плоду было три месяца.

Оксана мысленно ругала себя, что терзает Андрея своими дурацкими вопросами. Но, бедная женщина так и не смогла совладать с собой, уж очень хотелось побольше узнать о нем, получить хоть какое-то представление о том, как он жил все эти годы. В действительности, оказалось, совсем не так, как представлялось в ее ночных грезах. И Оксана решила, что сделает все возможное, чтобы помочь Андрею в расследовании.

— Честность на честность. Андрей, я попытаюсь отплатить тебе полной откровенностью за то, что тебе пришлось через боль ворошить тяжелые воспоминания. Спрашивай все, что может тебе пригодиться для расследования, причем без всяких купюр. Готова ответить на любую, интересующую тебя тему.

Андрей решил, что теперь, поскольку больше не надо было разыгрывать из себя неподкупного следователя, можно и перекусить. Он предложил собеседнице:

— Оксана, только давай, перед длинным разговором выпьем по чашечке кофе с круассаном. Должен признаться, я с утра маковой росинки во рту не держал.

Хозяйка салона не зря похвалила свои круассаны, сдоба действительно оказалась отменного качества, гостю пришлось просить добавки. Во время ланча Андрей не удержался и спросил Оксану:

— Буду себя ругать, если не спрошу, откуда ты узнала место моей работы? Не припомню, чтобы у меня была пациентка Оксана Шевченко?

— Андрей, поверь, специально я не шпионила за тобой. Но я работаю в таком месте, где много клиенток. У меня складывается впечатление, что у них во время наших косметологических процедур наступает просветление, открываются чакры, и они пытаются выложить нам все свои секреты. Рассказывают самые интимные вещи: от кого забеременели, а если не удалось, то сообщают, какие врачи помогли им в этом. Сдают всех с потрохами, выкладывают — имена, фамилии, явки. Я обычно пропускаю такую информацию мимо ушей, но, однажды мой слух резанула до боли знакомая фамилия Северцев. Я не удержалась, стала расспрашивать. И знаешь, мне было очень приятно услышать восторженные отзывы о тебе, как о специалисте высшего класса. У меня возникло странное чувство, я почему-то с гордостью воспринимала похвалы в твой адрес, как будто я тоже причастна к этому.

Андрей испугался, как бы опять Оксана не стала вспоминать молодость. Бедная девушка спутала тогда первое половое влечение, обусловленное выбросом гормонов, ошибочно приняв его за любовь. Чтобы отвлечь Оксану от грез юности, Андрей поинтересовался:

— Интересно, кто эта пациентка? Ты случайно не запомнила ее фамилию?

— Андрей, я в отличие от своих клиенток, соблюдаю негласный этикет, не выдаю их личности.

— Оксана, следующий вопрос совсем бестактный, если не хочешь, можешь не отвечать: «твой салон приносит хороший доход»?

— Да, сейчас просто выше всяких ожиданий.

— Еще хотел тебя спросить: мне показалось, что лицо паренька, которого я встретил у тебя в квартире, мне знакомо. Интересно, где я его мог видеть раньше? Ты мне не подскажешь?

— Андрей, тебе просто показалось, раньше ты точно не мог его встретить. Андрюша приехал ко мне совсем недавно после смерти моей мамы, а раньше он жил с бабушкой в Харькове.

— А где же его родители, почему мальчик жил с бабушкой?

— Андрей, ты что, хочешь провести еще одно расследование? Ладно, так и быть, удовлетворю твое любопытство. Мальчик, которого ты видел, сын моей сестры-близняшки Ани. Родила его она без мужа, влюбилась в парня, а он ее бросил. Но, потом Аня решила завести семью, по интернету познакомилась с американцем. Сейчас Аня живет в Америке, там вышла замуж и в законном браке родила мужу четверых детей. Еще по этой теме вопросы есть?

— Да, интересно, а почему Аня не забрала с собой в Америку своего первенца?

— Сразу сестра почему-то побоялась признаться будущему мужу, что у нее уже есть ребенок. Потом наша мама посоветовала сестре оставить малыша ей на воспитание, а то вдруг американец передумает из-за ребенка жениться. Очень уж нашей маме хотелось, чтобы ее дочери вышли замуж.

— Странные все-таки существа женщины! На ровном месте придумываете глупые женские секреты, которые ломают жизнь других людей. Еще раз убеждаюсь, что мне, хоть убей, не понять вашу женскую логику. Как можно из-за какой-то неоправданной боязни оставить ребенка расти практически сиротой. Я просто уверен, что нормального мужчину не остановит наличие ребенка у его женщины.

— Да, это было самой большой моей ошибкой.

Было видно, что Оксану очень расстроила затронутая тема. И Андрей решил ее утешить:

— Почему, ты себя винишь, ты тут абсолютно ни при чем. Не ты же, а твоя сестра бросила ребенка?

— Просто мне надо было вмешаться, посоветовать сестре, мы же с ней близнецы, как бы две половинки одного целого.

Оксане захотелось поскорее уйти от скользкой темы, поэтому она поспешно перебила ее как бы нейтральным вопросом:

— Андрей, как так получилось, что мой бывший свекор принимает участие в твоем расследовании?

— Здесь чисто случайно обнаружилось совпадение интересов. Ты, наверно, знаешь, что Игорь Евгеньевич никак не может смириться с официальной версией следствия гибели своего внука. Он решил, что я могу ему помочь, поскольку поневоле вынужден искать связь между смертью Звонарева и зверским нападением на мою жену.

— Надо же, как чудно получается, вроде мы с тобой жили совершенно в параллельных мирах, а, оказывается существуют ниточки, где эти миры пересекаются. Мне даже в голову не могло прийти, что ты знаком с Малиновским.

— Оксана, здесь выяснилось еще более причудливое переплетение этих самых ниточек. Оказалось, что отец моей жены с детства знаком с Игорем Евгеньевичем. Они жили в одном дворе, родители твоего мужа и мой тесть учились в одном классе.

— Андрей, тебе не кажется, что мы все как-то неправильно живем. Многие вещи, которые не мешало бы знать раньше, мы открываем для себя только после гибели близких людей.

— Оксана, полностью с тобой согласен. Только когда Юли не стало, я понял, что за текучкой, вечной суетой недостаточно вникал в желания и проблемы своей супруги.

Разговор во время кофейного перерыва получился очень личный, задушевный. Как ни странно, саморазоблачение неудачливого сыщика не возвело между собеседниками стену недоверия, а наоборот, Андрей почувствовал, что Оксана теперь будет ему помощницей. Поэтому, когда кофе-брейк был завершен, он перешел к вопросам по сути своего расследования:

— Оксана, мой первый вопрос будет не совсем корректный, можешь не отвечать, если не хочешь. Почему вы с мужем стали жить отдельно где-то за полгода перед его смертью? Кто был инициатор разрыва?

— Я думаю, к смерти мужа этот факт вряд ли имеет отношение, но отвечу тебе честно. Для меня решение Андрея переехать в другую квартиру было совершенно неожиданным, буквально, как гром среди ясного неба. В моем понимании, у нас была спокойная семейная жизнь, без бурных страстей, без скандалов, без походов налево, как со стороны Андрея, так и с моей стороны. Мне казалось, что муж даже чересчур трепетно относится ко мне, причем с самого первого дня нашего знакомства в самолете и до того самого момента, когда он неожиданно сообщил, что мы расстаемся. Я, если честно, даже втайне корила себя, что не могу испытывать такие же сильные чувства, но мне казалось, мужа все устраивало. И вдруг в один прекрасный день, когда все было абсолютно нормально, никаких происшествий не приключилось, супруг мне выдает совершенно сумасшедшую новость. Он предлагает не просто разъехаться на какой-то период, а говорит, что надо развестись, пока я еще молодая, чтобы я успела создать новую семью.

Оксана замолкла, как бы заново переживая те события. Андрей воспользовался паузой, чтобы задать вопрос, мучивший его по ходу воспоминаний девушки:

— Оксана, а не могло случиться, что у твоего мужа появилась новая муза?

— Так это — первое, о чем я спросила супруга? Он мне ответил как-то очень странно, типа: «я думаю в первую очередь о тебе».

— Может, он подозревал, что у тебя появился любовник? — не успокаивался Андрей.

— Нет, этим я тоже поинтересовалась, на что муж ответил еще более непонятной фразой: «я хочу, чтобы ты завела любовника». После таких закидонов я решила, что у супруга случился «заскок». Поэтому не стала возражать, чтобы он пожил отдельно, надеясь, что со временем все устаканится. Предложила не спешить с разводом, на что Андрей неохотно, но согласился.

— И что, вопрос с разводом больше не возникал?

— Представь себе, возник еще раз, и опять в очень странном контексте. Месяцев через пять после того, как мы стали жить отдельно, Андрей приехал ко мне в гости и опять предложил развестись. Я, правда, стала думать, что ему надо обратится к Игорю Евгеньевичу за консультацией, но не, как к родному деду, а как к врачу-психиатру. Представь, Андрей решил жениться на девушке, которая убирала у него в квартире. Только, не подумай, что я возмущена классовым неравенством, нет, дело совсем не в этом. Речь здесь идет не о любви, а о жалости. Прикинь, девушка, которая помогала по хозяйству моему мужу, была из детдома. Так вот, однажды, когда Андрей приехал домой, он застал там эту Катю (так ее имя) не за уборкой квартиры, а бьющуюся в истерике, насквозь промокшую от слез. К тому же девушка была избита, все тело в огромных гематомах, да еще, как потом выяснилось, оказалась «чуточку» беременная. Андрей с трудом выудил из девушки признание в том, что Катю избил до полусмерти тип, который сделал ей ребенка. Причем Катя типа выгораживала, говорила, что сама виновата, не надо было просить его жениться из-за ребенка. Просто у нее самой не было отца, а мать-пьяницу лишили родительских прав, поэтому Катя выросла в детдоме, и мечтала для своего ребенка другой участи. Ей хотелось, чтобы у ее ребенка в свидетельстве о рождении не было прочерка в графе «отец».

— Оксана, постой, я попробую угадать, что было дальше.

Девушка недоверчиво посмотрела на Андрея:

— Давай, но там такой заковыристый сюжет, что вряд ли у тебя хватит фантазии.

Андрей сосредоточился, он понял, что постепенно паззлы разрозненных, добытых им по крупицам сведений начали складываться в четкую картину. И он, изображая из себя телепата, закрыл глаза и стал описывать Оксане картину, рисуемую его воображением:

— Сначала Звонарев говорит тебе, что может и хорошо, что подвернулся такой случай — он и девушке поможет осуществить ее мечту, а самое главное, разорвет узел с разводом, который рано или поздно придется пережить. Дальше, я вижу, как ты, Оксана, решила не спорить с мужем и соглашаешься на развод. О, фокус, через какое-то, не очень продолжительное время вижу: на сцене, как черт из табакерки, появляется тот самый тип — отец ребенка. Тип возмущен, что его невесту, которую он обожает, пытается склонить к сожительству богатей, у которого девушка работает. Тип не слушает объяснений, он требует сатисфакции, но не на шпагах, а согласен на денежную компенсацию. Твой супруг пытается втолковать типу, что денег у него нет, только недвижимость. Поторговавшись, тип соглашается на только что построенный дом. Блудный муж опять едет к Оксане, объясняет, в какую передрягу вляпался. Добрая супруга согласна, что их общую недвижимость муж подарит Кате, и развод опять откладывается. Странно, я совсем не вижу в этой картине полицию. Не понимаю, почему Звонарев не обратился в органы, чтобы наказать шантажиста? Дальше темно. Ничего не вижу.

Телепат открывает глаза, делает вид, что выходит из транса.

— Андрей, я в шоке! Ты очень точно описал все странности поведения и хаотичные метания мужа. Я теперь уж и не знаю, кто ты на самом деле — врач или настоящий сыщик?

Оксана вопросительно посмотрела на Андрея, хотела что-то еще сказать, но, как бы одернув себя, продолжила:

— Ладно, не буду отвлекаться, давай вернемся к нашей истории. Если честно, совсем не понимаю, что творилось в голове моего мужа. Мы прожили тринадцать лет в браке, ничего подобного с ним раньше не случалось. Я считала его разумным, уравновешенным человеком, не способным на такие дикие поступки. Может, и, правда, у него проявилось какое-то заболевание, связанное с головой, недаром он по жизни страдал от сильных приступов мигрени. Понимаешь, не могла же я сказать мужу, что-то типа: «Андрей, ты ведешь себя, как псих, проверься у врача». Поэтому я попыталась деликатно внушить ему, что он давно не проходил плановое обследование, может быть, стоит пройти медицинский осмотр, мол, мужчинам в его возрасте рекомендуется делать это каждый год. В ответ на мое предложение супруг просто вскричал, что он абсолютно здоров, как раз недавно прошел полную диагностику со сдачей всевозможных анализов и компьютерных томографий. Я поняла, что муж явно говорит неправду, лишь бы только отвязаться от меня. Потому что все предыдущие многократные попытки затащить супруга в клинику за тринадцать лет совместной жизни каждый раз терпели оглушительное фиаско.

Оксана замолчала, видно, нахлынули воспоминания. Андрей воспользовался замешательством собеседницы, чтобы перейти к главному вопросу:

— Оксана, по-моему, пора переходить к объяснению, что ты делала в особняке в день смерти супруга? И, самое главное, почему ты хотела скрыть этот факт?

— Хорошо, сейчас расскажу. Только подожди, попью воды, что-то пересохло горло.

Оксана не стала звать официантку, а сама пошла за водой к барной стойке.

— Странно, почему она специально тянет время? Может, волнуется, или на ходу ищет удобное объяснение? — рассуждал Андрей.

Оксана принесла бутылочку воды и два стакана, предложив Андрею тоже промочить горло. Сама налила себе полстакана, сделала буквально пару глотков и начала говорить:

— Я вижу, ты заранее настроен, что я сейчас наплету тебе с три короба, чтобы выгородить себя. Понимаешь, я сама толком не могу понять до сих пор, что произошло, поэтому мне и объяснить трудно.

— Японский городовой! Неужели она все-таки она виновата в смерти мужа? А иначе чего «тянуть резину»?

Так думал Андрей, но решил не торопить Оксану. Наконец, она заговорила:

— Давай, я буду просто перечислять события, в логической связи между которыми я до сих не могу разобраться. Во- первых, за неделю до гибели мужа он опять приехал ко мне. Путанно пытался объяснить, что ему нужен мой паспорт. Я подумала, что супруг вновь одержим идеей оформить развод, в этот раз не стала возражать и отдала ему документ. Я была уверена, что, когда он исполнит свою идефикс, то сам опять вернет мне паспорт. Но накануне рокового дня супруг позвонил мне и просил заехать к нему в новый дом за паспортом. Меня очень удивило, что Андрей говорил про какой-то цейтнот, типа, у него осталось очень мало времени, и он не успевает. Я сказала, что нет никакой срочности, поэтому он может завести документ, в любой другой день, когда у него будет время. На что супруг ответил буквально мольбой:

— Оксана, прошу тебя, давай встретимся завтра с утра в новом доме.

— Меня, естественно, удивило, что местом встречи назначен дом, который муж был вынужден подарить Кате. Поэтому я задала законный вопрос:

— Андрей, а ты разве еще не подарил дом Кате?

— Нет, еще не успел, как раз завтра сделка у нотариуса. Приезжай, пожалуйста, Оксаночка! Не сердись на меня, что особняк, который принадлежит тебе по праву, я, как дурак, отдаю шантажистам.

— Сначала я законно возразила, что дом принадлежит не мне, а супругу. Потом постаралась мужа успокоить, сказала, что мы же обо всем договорились насчет особняка. Я удивилась зачем он заново поднимает этот вопрос? Мне показалось, что муж был очень расстроен, может я ошибаюсь, но мне в его голосе почудилось отчаяние. Тогда я списала его эмоции на то, что ему пришлось проститься с мечтой всей жизни — «жить в большом доме и иметь много детей». В результате: и с детьми не получилось, а тут еще дом профукал.

Видно было, что Оксане тяжело даются воспоминания. Она опять задумалась, стала пить воду мелкими глотками и нервно складывать бумажную салфетку в гармошку. Андрей решил не торопить, хотя ему не терпелось узнать, что же такое случилось в кабинете мужа? Как бы интригуя мнимого детектива, Оксана оттягивала момент, не спешила подойти к главному месту своего рассказа. Из-за этого события она тщательно скрывала от предыдущих сыщиков, что была в день гибели супруга в особняке. Наконец, очнувшись от воспоминаний Оксана заговорила:

— Так, на чем я остановилась? Ах, вспомнила, на месте, когда мы с мужем препирались насчет паспорта. Короче, все мои отговорки, о том, что паспорт мне не понадобится в ближайшее время, и утро завтрашнего дня у меня все расписано по минутам, не помогли. Супруг настаивал, что мне обязательно надо завтра утром подъехать к нему в особняк. Оставалось только удивляться, как может человек так кардинально поменяться, потому что Андрей в совершенно несвойственной для себя твердолобой манере был очень настойчив. В результате, я обещала приехать сразу после планерки в салоне. А косметические процедуры, на которые я была записана в этот день, мне пришлось пропустить. Но я договорилась со своими косметологами, что, как только освобожусь, сразу приеду на процедуры, просила выкроить для меня окно по времени. Здесь, конечно, подействовало, что салон принадлежит мне. Понимаешь, Андрей, сейчас наш салон стал очень модным в Москве, в него можно попасть только по записи где-то за месяц вперед.

Произнеся последние слова, Оксана с гордостью метнула взгляд на Андрея. По-видимому, ей очень хотелось, чтобы собеседник понимал, что именно благодаря ее усилиям салон приобрел такую популярность. Но, поборов в себе тщеславные порывы, рассказчица продолжила старательно описывать необычность того страшного дня:

— Андрей, я так подробно, буквально в деталях пытаюсь воспроизвести причину, которая привела меня в тот день встретиться с супругом, чтобы ты поверил, что заранее я не планировала совершать какие-либо коварные действия. То же самое и с появившимся у меня алиби, его я тоже предварительно не готовила. Ладно, «следи за руками», сейчас я тебе по полочкам разложу, как алиби само собой образовалось, а я только им потом воспользовалась.

Оксана опять отпила воды из стакана, сделала глубокий вдох и продолжила свое изложение событий:

— Как я уже упоминала раньше, я была записана к косметологу у себя в салоне на всю первую половину дня. Если честно, я не увлекаюсь, как наши клиентки, тщательным уходом за своей внешностью. Но я ввела в салоне такое правило: всегда, когда мы вводим в список наших услуг новые продвинутые процедуры, я первая испытываю их действие на себе. Так должно было быть и в этот раз, я собиралась поверить аж три новых средства оздоровления и омоложения кожи. Но, когда я сообщила всего лишь за день, что буду завтра занята с утра, и желательно сдвинуть мое время на после обеда, то задала моему лучшему косметологу сложную задачу. Ирине Михайловне пришлось хорошо потрудиться, чтобы обзвонить всех клиенток, записанных на вторую половину дня, приехать в освободившееся утреннее время. К счастью, у нее все получилось, причем Ирина Михайловна не стала вносить эти изменения в общий журнал предварительной записи, а отметила сдвижку только в своем личном ежедневнике.

Оксана допила воду, оставшуюся в стакане, и спросила собеседника:

— Андрей, теперь ты понимаешь, что я не вынашивала преступных замыслов?

— Оксана, заранее ты, может быть, ничего не планировала, но не исключено, что между тобой и супругом что-то произошло, что вызвало у тебя приступ ярости.

— Нет, зря я тебя похвалила, сыщик из тебя так себе. Смотри, чтобы совершить убийство мужа, у меня должен был быть с собой запрещенный ему препарат. По-твоему, выходит я его с собой всегда носила, так, на всякий случай, а потом еще силой заставила мужа его выпить.

Андрей совсем не обиделся на Оксану за то, что она понизила его сыскные способности, а добродушно заявил:

— Оксана, не сердись, просто, я пытаюсь вытянуть из тебя информацию, которую ты тщательно скрывала от всех сыщиков. Выходит, супруг тебе не просто паспорт передал, а совершил некие действия, которые ты хотела скрыть. Не тормози, колись, рассказывай поскорей, что там произошло. Я подозреваю, что в этом моменте содержится ключ к разгадке смерти твоего мужа. Давай, продолжи свой рассказ с того места, когда ты подъехала к коттеджу.

— Хорошо, слушай. Когда я вошла в дом, то была поражена царящей там суетой. У меня сложилось полное впечатление, что особняк наполнен праздничной суетой новоселья, казалось, в нем уже собираются жить люди. Я шла и гадала, почему муж сказал, что с Катей сделка должна состояться только сегодня, такое впечатление, что она уже здесь живет. Не супруг же сам завозит ей продукты? Хотя от него можно ждать и такой услужливости, а, может быть, такое условие поставил шантажист? Так я гадала, поднимаясь на второй этаж в кабинет к мужу, как мы с ним условились.

Оксана опять затормозила свое повествование, попила воды, опять сложила гармошку из салфетки. И снова отвлеклась от темы:

— Кстати, я оценила изящный интерьер и декор особняка. После того, как супруг стал жить отдельно, я не была в новом доме, так что не видела финального завершения отделки. Это я говорю к тому, что дизайнерская работа выполнена превосходно. Твоя жена проявила мастерство высокого класса.

— Кстати, Юля тоже была в этот день в особняке. Ты, может быть, заметила там девушку с камерой?

— Точно, я видела девушку, снимающую интерьер, я решила, что это журналистка. А зачем твоей Юле понадобилось снимать свою работу?

— Юля снимала для портфолио. Ладно, Оксана, не отвлекайся, ты опять оттягиваешь финал. Что тебе конкретно сказал муж?

— Ну, хорошо, слушай сказку, только боюсь, не поверишь. Едва я вошла в кабинет, Андрей бросился ко мне, стал просил прощение за свое поведение. Дальше — больше: сказал, что очень меня любит, и все, что он творил последние полгода, объяснил проявлением большой любви. Еще радостно сообщил, что бог ему помог (прикинь, он всегда был атеистом), и особняк теперь будет моим, типа, я, хоть завтра, могу в него въезжать, дом полностью готов для комфортной жизни в нем. Я, естественно, поинтересовалась, как мужу удалось избавиться от вымогателя, неужели он все-таки обратился в полицию? На что, супруг опять повторил странную фразу про помощь бога. Тогда я задала резонный вопрос:

— Почему ты говоришь, что я одна буду переезжать в эти хоромы? Будем жить в особняке вместе. Андрюша, ведь, это ты мечтал о загородном доме, а я только ради тебя согласилась.

— На мое предложение я услышала опять какой-то бред сумасшедшего. Толком и не могу передать, но, смысл такой, мол, согласен, но об этом поговорим сегодня вечером. Еще я спросила, зачем понадобился мой паспорт? И вот здесь, приготовься, барабанная дробь…слушай ответ мужа:

— Оксана, паспорт мне понадобился, чтобы оформить на твое имя ячейку в банке, в которую я положил большую часть своих капиталов, которые раньше были оформлены на деда. В паспорт вложена бумажка, в которой указан банк и номер ячейки.

— Я была в шоке, стала спрашивать, зачем понадобились такие странные комбинации с деньгами? Муж думал, что я не догадываюсь, что деньги, которыми он пользовался, являются его собственностью, а вовсе не деда, как супруг мне «заливал». Но, Андрей не стал отвечать на мой вопрос, сославшись на страшную головную боль. Вместо этого супруг предложил, продолжить разговор вечером, когда он приедет в нашу квартиру. Типа, вот тогда и поговорим, будем планировать переезд в новый дом, собирать вещи, а сейчас ему надо срочно принять таблетку. Прекрасно зная, что у мужа приступы мигрени — довольно частое явление, я ушла, попрощавшись с ним до вечера.

— На обратной дороге в машине я в полном недоумении пыталась понять, зачем возникла срочная необходимость мне утром приезжать в особняк, если вечером «блудный попугай» вернется домой? Супруг меня так огорошил играми с перекладыванием денег, что я не успела задать ему этот вопрос. И, как потом оказалось, больше никаких вопросов я ему уже не смогу задать.

— «Гражданин сыщик» я рассказала все, как на духу, остальное вы знаете сами. Только я думаю, что мое признание вряд ли поможет следствию, скорее всего еще больше запутает.

— Оксана, ты не права. Мне, кажется, я понял…

Андрей на некоторое время задумался, потом твердым голосом произнес:

— Да, точно, разгадка смерти твоего мужа мне ясна. Первые смутные признаки, указывающие, что дело именно в этом, у меня возникли после разговора с Сергеем — другом твоего мужа. А теперь, я практически уверен: твой супруг сам сознательно выпил запрещенный препарат, то есть его никто не убивал, это был суицид.

— Ну, нет, я поспорю, с этим выводом я категорически несогласна. Надо совсем не знать моего супруга, чтобы сделать такой абсурдный вывод. Муж был удивительным жизнелюбом, никогда не унывал, если случались бытовые передряги, всегда ухитрялся во всех ситуациях найти положительный сторону. Подумай сам, зачем здоровому, богатому, в самом расцвете лет мужику ни с того ни с сего сводить счеты с жизнью? Смотри, если человек решается на такой шаг, разве он будет завозить в новый дом продукты, доводить до блеска чистоту в жилище? Правда, я не учла, может условие с продуктами поставил шантажист. Да, даже, если он и пообещал вымогателю, вовсе не обязательно выполнять, не с кого будет спросить. Нет, конечно, ему будет совершенно наплевать, что остается после него на земле, он будет думать о вечном…

Произнеся страстный монолог, Оксана вдруг поняла, что она лепит какую-то чушь. Откуда она на самом деле может знать, что ощущает и о чем думает человек в такой ситуации. Но неожиданно ее осенила другая версия произошедшего:

— Андрей, а может Катя решила расправиться с моим мужем, когда узнала, что сделка с дарением дома сорвалась?

— Оксана, давай я по очереди буду разбивать твои аргументы, доказывая, что твой супруг сам выбрал такой путь. Вот ты утверждаешь, что Звонарев по жизни был жизнелюбом. Хорошо, согласен — был, но полгода назад с ним что-то произошло, ты же сама мне говорила, что супруг стал просто другим человеком. Что-то стряслось, изменившее твоего мужа, что именно, я не знаю, но, по-видимому, что-то серьезное.

— Но, он же сказал, что вернется, что будем вместе жить в новом доме. Значит, все наладилось.

— Оксана, пойми, он таким образом просто успокоил тебя, чтобы ты не задавала лишних вопросов. Сама подумай, зачем было приглашать тебя в дом, если муж вечером собирался вернуться в вашу квартиру. Твой супруг, (у меня нет на это ответа) почему-то не оформил нормальное завещание, а решил весьма странным манером отдать тебе свои капиталы. Да, конечно, здесь много вопросов, почему именно так повел себя Звонарев.

— Андрей, я все же не понимаю, что же такое должно было случиться, не иначе что-то катастрофическое, чтобы сознательно самому уходить из жизни?

Оксана вдруг беспомощно заплакала, и сразу бесследно растаял образ сильной, уверенной в себе, самостоятельной женщины, какой она предстала в начале встречи. Сейчас Оксана больше напоминала ту девчушку, с которой они вместе учились в медицинском институте. Но, Андрей не стал утешать ее, вспоминая, как совсем недавно слезы принесли ему облегчение, а, кроме того, придали сил и энергии для ведения расследования.

Когда Оксана немного успокоилась, она взяла бумажную салфетку и вытерла еще не просохшие слезы, при этом размазав тушь по всему лицу. Но, видно, сейчас девушку меньше всего волновал внешний вид. И, несмотря на протесты Андрея, зачем-то стала оправдываться за свое, как она выразилась, истерическое поведение:

— Ну, смотри, Андрей, когда я была уверена, что смерть мужа вызвана либо насилием со стороны, либо тем, что он сам перепутал таблетки, я, понимала, что моей вины в этом нет. А сейчас я чувствую, за полгода до смерти супруга я просто обязана была уловить, что с ним произошла какая-то трагедия. Я не могу себе простить того, почему сама не смогла догадаться, что не может человек ни с того ни с сего на ровном месте так измениться. Получилось, пока ты меня не ткнул носом в такой, казалось бы, очевидный признак, я, будто слепая, не замечала этого. Прикинь, я считала странное поведение супруга заскоком, а, похоже, заскок был у меня самой. Боже, как представлю, что будь я повнимательней, все могло сложиться иначе! Вот-тогда, возможно, — нет, точно, вместе мы бы справились с бедой. У меня полная уверенность: я бы не дала мужу принять такой трагический выбор, поэтому теперь ощущаю себя виноватой в его гибели. Андрей, считай, ты задачу сыщика выполнил — нашел виновницу гибели моего мужа.

Андрей, наверно, как никто другой, хорошо понимал терзания Оксаны. Он прекрасно помнил, как тоже после гибели Юли винил себя в том, что не чувствовал чаяний любимой. За вечной суетой, какими-то мелкими, ничего не значащими проблемами, пропала тонкая духовная связь, восприятие желаний любимого человека без слов, на телепатическом уровне, как это было в начале их романа. Андрей помнил, как он снова и снова изводил себя воспоминаниями о последнем разговоре с Юлькой в ресторане. Корил себя за то, что желания любимой мерил на свой аршин. Стал доказывать Юльке, что свадьба — лишние хлопоты, и совершенно легкомысленно отнесся к вопросу о ребенке. А уж сколько раз клял себя в бессильной ярости, что не принял всерьез Юлькины рассказы о слежке. Но, этим горю не поможешь, прошлое не вернуть! Но, в тоже время Андрей понимал, что каждый человек сам должен осознать случившееся, и сам смириться с реальностью. Поэтому он не стал утешать Оксану, а просто слушал ее покаянный монолог.

После того, как Оксана выговорилась, собеседники еще некоторое время молча сидели в кафе, каждый был погружен в свое прошлое, которое уже нельзя изменить. Но теперь оба страдальца точно знали, как бы поступили, если бы у них был волшебный шанс, вернуться назад.

Андрей Северцев после окончания приема в клинике быстрым шагом направился к стоянке. Приближаясь к машине, он увидел, что недалеко от его автомобиля топчется Маргарита. Ее машины, которая последнее время обычно стояла рядом с его «Тойотой», сегодня не было видно.

— Интересно, кого она ждет? Наверно, того парня, с которым я ее не так давно видел вместе. Да, и вообще, какое мне до этого дело? Лезу в чужую жизнь, как наши кумушки-медсестры — рассердился на себя Андрей.

— Маргарита, ты чего мерзнешь? После напряженного трудового дня надо спешишь домой. Кстати, ты обратила внимание, за весь январь выдался первый настоящий зимний день? Слава богу, а то казалось, так и будет всю зиму слякоть.

Андрей начал разогревать машину, продолжая разговаривать с девушкой. Марго мялась, не решаясь сказать правду, что она тут делает.

— А, где твоя машина? Или ты кого-то ждешь? — ругая себя, что все же не выдержал, спросил Андрей.

— Я жду вас, Андрей Петрович.

— Меня? Мы же с тобой только 10 минут назад расстались в клинике? У тебя что, остались вопросы по поводу необычной реакции на лечение последней пациентки? — недоумевал Андрей.

— Нет, я хочу попросить вас, если не трудно, подвезти меня до дома, а то моя машина в ремонте, еле слышно промямлила Маргарита (вранье ей давалось с трудом).

— Маргарита, я рад бы, но, как назло, у меня на пять часов назначена встреча в следственном комитете, никак не могу опоздать.

— Ну, ладно, ничего страшного, доберусь на метро.

Видно было, что девушка огорчена, и добавив скороговоркой:

— До свидания, Андрей Петрович — она развернулась и решительно стала удаляться.

— Маргарита, постой! Мне пришла идея, ты, ведь, живешь у метро «Динамо», (я знаю, потому что несколько раз подвозил твоего отца). Так вот слушай: это как раз на полпути в следственный комитет. У меня там разговор, надеюсь, всего на несколько минут. Улавливаешь, если согласна подождать меня в машине, пока я переговорю со следователем, то я тебя в лучшем виде доставлю до дома.

Счастливая девушка без колебаний приняла предложение шефа. Первые минут десять ехали молча, в салоне установилась напряженная тишина. Андрей не мог понять, почему его вдруг охватила неловкость. Ему казалось странным, ведь, он с Маргаритой почти каждый день в клинике проводит по нескольку часов, всегда чувствует себя совершенно спокойно. А тут вдруг в салоне автомобиля боится случайно коснуться локтя Маргариты, его, как током дергает от ее случайных прикосновений.

Маргариту тоже удивляло, как она такая дерзкая и смелая вдруг становится кроткой клушей рядом с Андреем Петровичем. Так хотелось поболтать с ним не на медицинские темы, а просто о каких-то бытовых вещах. Например, узнать, как он встретил новый год, а еще интересней, с кем. Ее, конечно, распирало любопытство, очень хотелось спросить, почему Андрей Петрович до сих пор общается со следователем, но у Марго, как язык отсох. Наконец, Андрей Петрович заговорил:

— Маргарита, я что-то не обратил внимания, Рудольф Викторович уже уехал из клиники? Наверно, ждет тебя дома папочка, готовит к твоему приходу ужин?

— Андрей Петрович, папа живет сейчас отдельно, домой приезжает редко, только когда нужно взять какие-то вещи.

Андрей сделал вид, что Маргарита сообщила ему совершенно неожиданную новость:

— Неужели твой папа, наконец-то, женился?

— На свадьбу меня не приглашали, с женой не знакомили. Хотя от наших сестричек я слышала, что он живет с Натальей Сергеевной Кузнецовой.

Такой прямой ответ поставил Андрея в затруднительное положение, понимая, что своим вопросом вляпался не в свое дело. Он уже ругал себя за то, что залез в дебри непростых семейных отношений, прекрасно помня, как шеф предупреждал о негативной реакции дочери на женитьбу отца. Но, неожиданно обстановку в салоне разрядила Маргарита:

— Папа такой смешной, считает меня все той же вздорной девчонкой, непримиримой к его женщинам, какой я была сто лет назад. Он не берет в расчет, что я получила медицинское образование, поэтому прекрасно понимаю физиологические потребности еще не старого, здорового организма.

— Маргарита, причем здесь физиологические потребности, разве тебе в голову не приходит такая мысль: «А, если это любовь?». Или молодежь уже исключила «любовь» из своего обихода, осталась одна физиология?

— Нет, про любовь я тоже слышала, но у папы любовь была к моей маме, а любовь бывает у человека только раз в жизни, все остальное — чистая физиология.

Юношеский максимализм в рассуждениях Маргариты поставил Андрея в тупик. Он был не согласен с такой радикальной позицией девушки, но не смог сразу сориентироваться, какими аргументами парировать. На ум, как назло, не приходили примеры из жизни, которыми он бы в пух и прах разбил теорию Маргариты. Опять некоторое время ехали молча. Андрею казалось, что в тишине салона отчетливо слышно, как у него в голове со скрипом ворочаются несмазанные «шарики и ролики», ища нужные аргументы. К счастью, возникшая заминка в разговоре теперь не имела значение, потому что Северцев уже въезжал на стоянку у следственного комитета. Мысли Андрея срочно переключились с совсем неуместных, прямо скажем, дурацких разговоров о любви, на то, что он скажет майору Егорову.

Поднимаясь по лестнице, Андрей торжествующе предвкушал, как поразит своим расследованием майора Егорова. Самое главное, он докажет сыщику, что Юлька не имеет никакого отношения к деньгам Звонарева. Конечно, он может поиздеваться над глупой версией сыщика, будто Юлька припрятала деньги в банковской ячейке. Но Андрей решил, что будет великодушным, тем более что в истории исчезнувших денег Звонарева банковская ячейка каким-то боком все же присутствует.

Именно поэтому, Северцев прямо с порога кабинета следователя, едва успев поздороваться, вывалил на майора Егорова свою версию гибели Звонарева. Поскольку прямых доказательств у сыщика- самозванца не было, а только логические умозаключения, на основании которых он сделал вывод о суициде, то, естественно, ждал в качестве первой реакции бурный протест от профессионала. Каково же было удивление Андрея, когда майор, можно сказать, просто отбрил его:

— Андрей Петрович, вы, кажется, забыли, что я расследую убийство гражданки Васильевой. Когда вы мне позвонили, я понял, что вы нашли то, что меня интересует. Но, я вовсе не просил вас выяснять причину смерти Звонарева, меня интересовало другое — куда девались денежки этого господина. Я даже ставил вопрос более конкретно: «Не оказались ли деньги у вашей жены?», за что она и поплатилась жизнью. Кстати, насчет версии о самоубийстве Звонарева, полностью с вами согласен, я тоже пришел к такому выводу, только этот факт — ничтожно малая величина для моего расследования.

Упертость следователя, настаивавшего, по-прежнему, на своей идиотской версии, просто взбесила Андрея.

— Павел Павлович, я вам скажу, где эти деньги, и даже про банковскую ячейку сообщу, но только после того, как вы мне объясните, каким образом вы вышли на версию о суициде. Насколько мне известно, следствие по смерти Звонарева пришло к заключению, что он выпил запрещенные таблетки, по нелепой невнимательности.

Майор сначала было пытался препираться и говорить что-то типа: мол, он не обязан делиться такими сведениями. Но, здесь Андрей проявил настойчивость, сказав, что в таком случае он тоже не будет раскрывать итоги своего частного расследования, в конце концов он — не сыщик, а обычный врач-гинеколог. В результате, майор сдался и сообщил:

— Пытаясь исключить связь между смертью Звонарева и гибелью вашей жены (поскольку вы мне сами сказали, что ваша жена увязывала слежку за ней со смертью своего клиента), я поднял материалы с расследованием смерти Звонарева. Там в досье я обнаружил заключение патологоанатома, в котором обратил внимание на опухоль простаты. Мои ребята нашли клинику, в которой наблюдался Звонарев. Выяснилось, что опухоль обнаружили где-то за полгода до его смерти, а за месяц до его гибели был поставлен диагноз, что опухоль — злокачественная и, как сказали врачи, неоперабельная. Но, хоть этот факт не имеет значения, расскажите тогда и вы, Андрей Петрович, как выяснили, что имело место самоубийство. Чисто интересно, как врач-гинеколог занимался этой ерундой вместо того, чтобы искать, куда ваша жена спрятала деньги.

— Я действовал от обратного, сначала обнаружил, куда девались деньги, а потом пришел к выводу, что Звонарев сам раздавал деньги, кому хотел их оставить, вместо того чтобы по-человечески написать завещание.

И Андрей поведал следователю, у кого сейчас находятся капиталы Звонарева. Однако, сначала он решил не вплетать в свой рассказ Малиновского Игоря Евгеньевича, да и о Кате тоже не упоминал, посчитав, что не за чем следователю знать то, что не имеет отношение к деньгам Звонарева. Самое главное, свою задачу он выполнил, снял нелепое подозрение со своей Юльки, а остальное не имеет значения. Надо сказать, майор Егоров слушал Андрея поначалу с ехидной улыбочкой (мол, чего можно ждать от врача-гинеколога), но к концу «одиссеи» врача, вошедшего в роль сыщика, на лице Егорова уже читалось удивление, смешанное с уважением. Андрею этого было достаточно, чтобы простить майору все его глупые версии.

Тем не менее, следователь все же еще попытался отстоять честь мундира, стараясь подловить Андрея на некоторых фактах, показавшимися ему подогнанными:

— Андрей Петрович, не понял только, а как вы узнали, что в день смерти Звонарева к нему в дом приходила жена и его друг, потому что я читал в досье следователя, что посетителей у него не было.

Андрей, чтобы не вдаваться в подробности, и опять же не впутывать сюда старика Малиновского, соврал, чтобы выкрутиться.

— По вашему поручению, Павел Павлович, я перерыл весь дом в поисках флешки, нашел-таки одну, случайно завалявшуюся в ванной. На этой флешке оказались нарезки, снимаемые Юлей для портфолио в день смерти Звонарева. На снимки случайно попали жена Звонарева и его друг.

Но дотошный следователь не успокаивался:

— А как вы узнали, что на снимках изображены жена и друг? Помимо этого, вы должны были выяснить, где их искать?

Пришлось Андрею все же вскользь упомянуть Малиновского.

— Оказалось, я знаю деда Звонарева, вот он мне и объяснил, кто запечатлен на снимках, и где их можно найти.

Но Егоров никак не мог угомониться:

— Надо же, как странно получается: вы, Андрей Петрович, случайно были знакомы с дедом, случайно обнаружили флешку, доказывающую, что с свой последний день Звонарев встречался и с другом, и с женой. Да, еще забыл отметить самое главное — посетители выложили вам, как на духу, что перед смертью Звонарева получили от него деньги. Мне кажется, слишком много случайных совпадений. От полиции жена и друг почему-то скрыли эти факты, а вам все рассказали, получается, как в детективном романе, в реальной жизни так не бывает. Еще такой вопрос: «А зачем вам понадобилось проводить это расследование?».

— Неужели не ясно? Тогда объясняю: чтобы отмести ваше, Павел Павлович, нелепое подозрение, что Юлька взяла деньги Звонарева. Именно поэтому, зная манеру полиции подозревать невиновных людей, так на всякий случай, друг и жена скрыли, что получили деньги от Звонарева в тот день, боясь, как бы полиция не использовала эти факты, чтобы обвинить их в убийстве.

— Ладно, не сердитесь, Андрей Петрович, на самом деле, вы очень помогли мне. Выходит, не было никакой связи смерти Звонарева с убийством вашей жены. Надеюсь, вы не обидитесь, но мне все же придется проверить факты, которые вы мне сообщили. Чисто для порядка, я побеседую с другом и женой Звонарева. Координаты жены я знаю, а вот, кто такой друг, и как его найти, надеюсь, вы мне подскажете.

Андрей не отказал себе в удовольствии подколоть сыщика:

— Павел Павлович, я чувствую, вы очень расстроены — придется проститься с такой красивой версией.

— На самом деле, в нашей работе очень часто идешь по следу, кажется, вот- вот распутаешь преступление, стоит только обнаружить еще одно свидетельство, а когда его находишь (например, как в нашем случае), вся версия рассыпается.

Майор начал философствовать, рассказывая, как это бывает, зачем-то начал приводить собеседнику случаи из своей практики. Андрей понял, что сыщик таким образом пытается оправдать свою идиотскую версию. Воспоминания «бывалого» затянулись. Сначала Андрей терпеливо слушал, но неожиданно вспомнил, что в «Тойоте» его ждет пассажирка. Он опрометчиво пообещал девушке, что разговор со следователем не займет много времени, буквально на пять минут, а, на самом деле, не меньше получаса слушает разглагольствования сыщика. Андрей начал торопливо прощаться со следователем, ссылаясь на не терпящее отлагательство дело. Уже у дверей Андрея настигла фраза майора:

— Андрей Петрович, может зря вы стали врачом, а не сыщиком? Мне кажется, вы зарыли талант сыскаря в землю.

Когда Андрей выскочил из следственного комитета, то увидел Маргариту рядом с «Тойотой». Девушка подпрыгивала, видимо, пытаясь согреться.

— Маргарита, почему ты не включила обогрев в машине?

— Андрей Петрович, вы же забрали с собой ключи от автомобиля — отвечала девушка, стуча зубами от холода.

— Японский городовой! Я думал, что управлюсь за несколько минут, а пробыл там сорок пять минут — взглянув на часы, признался Андрей.

— Ничего страшного, сейчас я в машине согреюсь.

— Марго, прости меня, старого идиота. Знаешь, я придумал, как загладить свою вину. Если у тебя свободный вечер, приглашаю тебя в ресторан, там мы поужинаем, и в качестве лекарства от простуды тебе придется выпить коньяку. Как ты смотришь на такой вариант?

— Я согласна — простучала зубами девушка.

Марго даже в самых смелых своих фантазиях не могла вообразить, что ее выдумка со сломанной машиной, приобретет такой замечательный оборот. Она-то просто надеялась, что в лучшем случае Андрей Петрович подвезет ее к дому. Все равно для нее было счастьем ехать с ним в одном салоне, болтать о чем угодно, или даже просто помолчать (впрочем, так и получилось, они почти всю дорогу до следственного комитета молчали). А тут такой подарок судьбы — он пригласил ее в ресторан. Марго была благодарна морозной погоде, а также тому, что шеф забыл оставить ей ключи, и даже тому, что следователь задержал Андрея Петровича. Девушка уже совсем согрелась в машине и с опаской думала:

— Надо же, зубы уже не стучат, вдруг Андрей Петрович скажет: «Марго, ты уже в порядке, зачем нам нужен ресторан? Поехали лучше по домам».

Девушка совсем было решилась притворно постучать зубами, но, к счастью, не пришлось, потому что Андрей Петрович скомандовал:

— Марго, ты что затихла, надеюсь, язык не отморозила? Мы приехали, сейчас покажу тебе мой любимый ресторанчик, он небольшой, но очень уютный, кстати, здесь отличная кухня.

Вылезая из машины, Маргарита про себя отметила, что Андрей Петрович уже второй раз обратился к ней не «Маргарита», как называл ее обычно, а «Марго». Этот нюанс, который, может быть, ничего не значит, девушка посчитала хорошим знаком.

Когда вошли в ресторан, у Маргариты неожиданно прошла скованность, которую она никак не могла преодолеть в машине. Там, конечно, было чудесно, осуществилась ее мечта — Андрей был рядом, очень близко, иногда их локти случайно касались, но все равно ее не покидало чувство, что ее кумир смотрит на нее просто, как на ученицу. А в ресторане девушка чудесным образом смогла войти в роль женщины, с которой ее спутник мечтает провести время. Пусть, это была всего лишь фантазия Маргариты, но выдумка помогла ей раскрепоститься. Марго вдруг превратилась в себя настоящую, она смогла избавиться от образа овцы, которая только и могла, что блеять рядом с их величеством Андреем Петровичем. Эта новая Маргарита, даже не взглянув в меню, принесенное официантом, уверенно произнесла:

— Андрей Петрович, вы хорошо знаете, какие блюда здесь самые удачные, поэтому я вам доверяю сделать заказ за меня.

Андрей с удивлением посмотрел на Маргариту (похоже, метаморфоза девушки произвела на него впечатление), и покорно продиктовал заказ на двоих. Когда официант ушел, он объяснил свой выбор:

— Марго, я тебе заказал ужин поплотнее, чтобы ты не запьянела. Дело в том, что тебе придется выпить пару рюмок коньяка в качестве профилактики от простуды. Я не прощу себе, если ты заболеешь из-за того, что я заставил тебя мерзнуть.

Маргарита так вошла в роль женщины, которую Андрей с трудом уломал сходить с ним поужинать, что напропалую начала кокетничать:

— С вами, Андрей Петрович, я готова даже коньяк пить, хотя для меня это — табу.

— Марго, я — за рулем, поэтому мне нельзя. А почему, для тебя пить — табу, ты что в завязке?

— Нет, просто у моего организма специфическая реакция на крепкий алкоголь, если чуть-чуть переберу, то засыпаю крепким сном, чисто «мертвая царевна». Представляете, Андрей Петрович, засну здесь в ресторане. Интересно будет со стороны посмотреть, что вы тогда будете делать с «мертвой царевной»?

Андрей пропустил мимо ушей предупреждение девушки, решил, что она придумала историю для красного словца. Ужин прошел просто замечательно, Маргарита оказалась очень острой на язык, интересной собеседницей. Особенно девушка разошлась после двух рюмок коньяка, и, когда она попросила налить третью рюмку, Андрей ехидно спросил:

— Марго, история со сном это — просто фигура речи?

— Нет, все еще впереди. Андрей Петрович, кстати, вы помните, что сделал Руслан, чтобы разбудить Людмилу?

— Если я ничего не путаю, поцеловал ее.

— Хорошо, все правильно помните, в случае чего будете знать, что делать.

Андрей открыл для себя совершенно другую Маргариту, ему и в голову не приходило, что к клинике под белым халатом скрывалась такая классная девчонка.

— Эх, был бы я помоложе!

Несколько раз во время ужина Андрей ловил себя на этой странной мысли, непонятно почему вдруг с такой настойчивостью, лезшей ему в голову.

Время пролетело незаметно, не хотелось уходить из ресторана. Но, посмотрев на часы, Андрей понял, что пора и честь знать. Он заметил, что Марго сникла, видно, устала, поэтому предложил ей поехать домой. Девушка не сопротивлялась, наоборот, видно, шутила, чтобы его попугать, делала вид, что хочет спать.

— Можно, я вас возьму под руку — последнее, что пролепетала Марго.

До машины Андрей фактически дотащил, повисшую на нем девушку. С трудом усадив Маргариту в «Тойоту», Андрей с ужасом осознал, что девушка действительно уснула.

— Японский городовой! И что мне со всем этим теперь делать? Ладно, надеюсь, пока буду везти Марго до дома, может, проспится.

Так пытался успокоить себя Андрей, хотя уже прекрасно понимал, что вляпался по полной в странную двусмысленную ситуацию. Припарковавшись у дома девушки, Андрей все же попытался разбудить Маргариту, начав нещадно трясти ее. Он надеялся, что хотя бы поставит спящую девушку на ноги, чтобы дотащить до квартиры. Но все попытки были тщетны, Марго действительно спала мертвым сном. После очередной попытки, бессильно, в отчаянии откинувшись на сидении, Андрей попытался образумить себя:

— Стоп, даже, если я поставлю Маргариту на ноги, проблему не решить, потому что я не знаю номера квартиры, к тому же, у меня нет ключей. Я даже в подъезд не смогу зайти, а если зайду, что я скажу консьержке, как я объясню, что приволок девушку в бессознательном состоянии. Не буду же я объяснять, как все было на самом деле, никто не поверит, к тому же я могу скомпрометировать девушку. Нет, так не пойдет! Надо успокоиться, и раскинуть мозгами, должен же быть какой-то выход из этой ситуации.

Андрей посмотрел на спящую девушку. Маргарита, по-прежнему, спала, не шелохнувшись. Видимо, когда Андрей тряс ее, пытаясь разбудить, вязаная шапка свалилась, волосы рассыпались по плечам, пухлые губки слегка приоткрыты. Андрей вдруг понял, что он завороженно любуется красотой девушки вместо того, чтобы напряженно искать выход из передряги, в которую вляпался. И он стал вспоминать, что Марго рассказывала ему за ужином про свое состояние после крепких напитков.

— Кажется, она сравнивала себя со сказочной «мертвой царевной», и еще говорила, что поцелуй прекрасного принца может ее разбудить. Если честно, на роль принца я явно не тяну, но может все же попробовать? Вдруг поцелуй поможет.

Андрей долго себя не уговаривал, хотя, наверняка, понимал, что сказочные методы в обычной жизни не работают. Он наклонился над лицом девушки, но тут же распрямился, так, с наскоку, не решившись сразу поцеловать ее. Помучившись некоторое время, «сказочному принцу» удалось все же убедить себя, что сама Марго намекнула ему, как можно спасти ее ото сна. С третьей попытки Андрей коснулся губ «мертвой царевны».

И тут действительно произошло чудо! Нет, поцелуй не разбудил Маргариту, девушка по-прежнему спала богатырским сном. От прикосновения к губам Марго проснулся Андрей. Реально он почувствовал, как спящая кровь вдруг забурлила в нем, наполняя все его клеточки желанием жить, любить, и быть любимым. Все это было так неожиданно и не к месту, поэтому Андрей, как настоящий мужчина, в первый момент просто перепугался нахлынувших чувств. Но, видно, забурлившая кровь прилила и к мозгу Андрея, потому что мгновенно он придумал, куда отвезти Маргариту.

— Да, точно, поеду на дачу в Переделкино, там, по крайней мере, нет никаких консьержек. Потому что даже к себе домой я не могу отвести Марго проспаться, не пройдя строгий фейс-контроль у Аделаиды Юрьевны. Жаль только ключа от дачи нет с собой, придется за ним заехать все же домой.

Когда Андрей подъехал к своему дому, он, на всякий случай окликнул Марго, девушка не отозвалась. Тогда он для верности (или для чего-то другого, в чем не мог себе признаться) опять поцеловал ее (вдруг сейчас поможет) — «мертвая царевна» не проснулась. Андрей быстро промчался мимо Аделаиды Юрьевны, отделавшись выкриком о страшном цейтноте. Северцев на самом деле очень спешил, ему казалось, что сказка, которая с ним внезапно приключилась, может так же быстро кончиться. Возвращаясь, Андрей почему-то боялся, что он прибежит сейчас к своей «Тойоте», а Маргариты там не окажется, она исчезнет, как легкое утреннее сновидение.

Опасения оказались напрасны, девушка по-прежнему сладко спала, не изменив даже позы. Пока Андрей добирался до дачи, у него было время подумать, оценить перемены, стремительно произошедшие с ним, может быть, одуматься, пока не поздно. Но, нет, Северцев чувствовал себя на десять лет моложе, жаждал новых приключений.

— Как хорошо, что сегодня пятница, завтра на работу не надо.

Андрей с благодарностью оценил жест Рудольфа Викторовича, который настоял на том, что Северцеву просто необходимо брать выходные. Шеф своей рукой поставил ему в расписании ближайшие субботу и воскресенье нерабочими днями.

— Слава богу, с нового года я из-за загруженности в клинике перестал дежурить в роддоме, а то бы пришлось бросить Марго на даче одну. Представляю такую картину маслом: просыпается бедная соня и не может понять, где она оказалась.

Андрей уже не вспоминал сколько ему лет, не парился про большую разницу в возрасте между ним и Марго, все это теперь казалось такой мелочью. Напротив, его мысли стали чересчур смелыми, они будоражили и уносили его воображение на территорию страсти. В таком наэлектризованном состоянии Андрей подъехал к даче. Наскоро открыв дом, Северцев осторожно взял на руки Маргариту и положил ее на кровать прямо в полушубке, сняв только сапоги. Быстро растопил камин, когда в комнатах стало тепло, снял с нее и полушубок. Девушка продолжала крепко спать, не реагируя на манипуляции, которые с ней проделывал Андрей. Как же ему хотелось еще и еще прикасаться к этим губам, почувствовать ответное движение, но нет, Андрей усилием воли подавил в себе это желание.

Чтобы немного успокоить вышедший из-под контроля разум, Андрей пошел на кухню, заварил крепкого чаю. Там произошло интересное явление, противоречащее, казалось бы, всем законам физики. Андрей, раскаленный до бела внезапно накрывшей его страстью, отхлебнув горячего кипятка, получил сильный ожог полости рта, который его воспаленный мозг воспринял, как ледяной душ. Моментально наступило болезненное отрезвление.

— Японский городовой! Мыслю, как подросток, у которого только- только проклюнулось либидо. Интересно, что там думает Юлька, глядя на мои сексуальные метания сверху?

Горячего чая оказалось достаточно чтобы залить пожар, разгоревшийся в голове Андрея. Роковой чай, честно выполнив свою отрезвляющую службу, пришлось вылить. Но, поскольку язык и слизистая были сильно обожжены, незадачливый Казанова еще долго полоскал рот холодной водой. Расстроенный Андрей вернулся в комнату и устроился спать на диване, даже не взглянув в сторону кровати, на которой спала Маргарита. Он думал, что не удастся быстро заснуть, но забылся, едва прикоснувшись к подушке. Так Андрей проспал несколько часов, а перед рассветом он, как в кино, просмотрел чудесное сновидение с Юлькой.

Юлька во сне была такая же точно, как в жизни. Она торопливо ходила по квартире, казалось, ищет какую-то потерянную вещь. Андрей обрадовался:

— Юлек, наконец-то ты вернулась. Мне так не хватало тебя.

— Андрюша, нет, я же с тобой простилась, ты что не помнишь, как я тебе перед уходом сказала: «Ты уже — большой мальчик, теперь все будешь делать сам». Кстати, это касается всех решений, ты должен принимать их самостоятельно. Я видела, как ты вчера хотел узнать мое отношение к Маргарите, но это неправильно, я не буду тебе мешать, но и советовать не могу. Моя помощь тебе только в том, что я — твой жизненный опыт, надеюсь, в следующих отношениях ты учтешь, что мне от тебя не хватало эмпатии.

— Юлек, я помню, ты мне часто говорила об этом. Представляешь, а я даже толком и не усвоил, как правильно толковать слово «эмпатия».

— Прочитай в интернете, мне кажется, ты и к Маргарите относишься без эмпатии, думаешь только о своих желаниях.

— Спасибо, Юлек, за совет. А что ты ищешь в квартире, тебе помочь?

— Андрюша, не могу найти, куда-то задевался мой компьютер, ты что от него избавился?

Андрей растерялся, не зная, как ответить, не рассказывать же, что бандит, убивший жену, утащил с собой компьютер.

— Юлек, если тебе нужен компьютер, я его обязательно найду, не мог же он пропасть.

— Хорошо, я тогда за ним приду в другой раз. А сейчас мне пора, меня ждет наш сын. Хочешь узнать, как я его назвала?

— Да, конечно.

— Андрей — в память о тебе.

Уже в коридоре, у дверей Юлька обернулась и задала совсем странный вопрос?

— Ты понял, на кого похож сын Оксаны?

Андрей не успел ответить, потому что проснулся от страшного грохота.

— Господи, что случилось?

Андрей вскочил, толком не понимая, откуда такой странный шум — во сне или наяву? Бросил встревоженный взгляд на кровать — Маргариты и след простыл.

— Наверно, Марго не может вспомнить, что с ней случилось, и в ажитации крушит все подряд.

Это единственное, что пришло на ум Андрею, услышав очередной стук от падения тяжелого предмета, исходящий из кухни.

Ворвавшись в кухню, Андрей увидел довольную, улыбающуюся девушку, залезшую на табуретку, чтобы достать что-то с верхней полки. На полу вокруг табуретки валялись пустые банки.

— Доброе утро, Андрей Петрович, вот сварила кофе, но никак не могу найти сахар среди огромного множества жестяных банок. Банки почти все пустые, к тому же они, кажется, живые — так и выпрыгивают из моих рук и падают со страшным грохотом.

— Доброе утро, Марго! Надеюсь, ты не испугалась, когда проснулась в незнакомом месте. Я просто не знал, как тебя, мертвецки спящую, доставить домой — смущенно попытался оправдаться Андрей.

— Так я очень рада, что вместо душного от смога мегаполиса попала на природу, здесь можно дышать полной грудью.

Маргарита еще долго беспечно щебетала о прелестях чистого воздуха, продолжая грохотать пустыми банками.

— Марго, быстро слезай, сахара здесь нет.

Девушка стояла на цыпочках на табурете и пыжилась достать очередную пустую банку. Видимо, Марго была так ошарашена ответом о тщетности затраченных усилий, что на мгновение потеряла равновесие, и чуть было не упала вслед за жестяными банками. Положение спас Андрей, успевший подхватить падающую девушку. Поймав Марго, спаситель инстинктивно сжал ее в своих объятиях, и несколько секунд в такой позиции стоял среди банок, валяющихся на полу. Наконец, из глубины сознания Андрея прозвучало Юлькино предостережение об эмпатии. А это, насколько смутно помнил Андрей, значило, что он должен считаться не только со своими желаниями, а осознано сопереживать эмоциональному состоянию другого человека.

— Вдруг Марго чувствует себя некомфортно, но стесняется сказать своему шефу об этом.

Андрей нехотя разжал объятия, и аккуратно поставил девушку на пол. Он чувствовал, как от близкого контакта с Маргаритой бешено колотится сердце и севшим голосом еле выдавил:

— Еще чуть-чуть и валялась бы ты, Марго, среди жестяных банок.

— Но, вам тогда пришлось бы меня собирать по частям, а схема утеряна, что бы вы тогда делали?

— Собирал бы по стандарту, как учили в медицинском.

Оба чувствовали себя неловко, каждый пытался скрыть обуревавшие его эмоции. Маргарита со вчерашнего дня, как в прекрасном сне, пребывала просто на вершине счастья. Ей казалось, что она находится в казино, и куда ни поставит фишки, везде — выигрыш, причем ставки с каждой минутой нарастают. Разве могла девушка даже мысленно представить, что Андрей будет сжимать ее в своих объятиях. Пусть он это сделал, чтобы она не упала, но это не имеет значения, главное, свершилось чудо, бедной влюбленной девушке казалось, что их сердца соприкоснулись и она почувствовала, как они бьются в унисон. Единственное Маргарита опасалась, как бы Андрей не догадался, что она просто угорает от любви к нему. Тогда он может оттолкнуть ее, ведь у него любовь уже была, другой он не потерпит рядом с собой.

На некоторое время в кухне установилась напряженная тишина. Оба молча собирали банки, разбросанные по всему полу. Потом Маргарита с энтузиазмом вызвалась поставить все добро на место, типа, она помнит, где что стояло. Втайне девушка надеялась еще раз «случайно» потерять равновесие, чтобы опять оказаться в объятиях любимого. Но фокус не прошел, Андрей сам расставил банки на верхней полке.

— Андрей Петрович, я сварила кофе, правда, боюсь, он уже остыл, пока я искала сахар. Может, подогреть кофе?

— Ни в коем случае, будем пить холодный (Андрей вспомнил, что у него ожог рта). Сейчас поищу, где-то здесь была банка вишневого варенья. Марго, ты согласна на варенье вместо сахара?

— Конечно, а откуда у вас такая роскошь, если элементарного сахара нет?

— Весь сахар израсходовал, когда варил вишневое варенье — пошутил Андрей.

— Что правда, вы сами варили эту вкуснятину? Надо же, даже вишня без косточек. Представляю такую картину: Андрей Петрович стоит в фартуке, вытаскивает косточки из ягод, или стоит над тазом, помешивая варенье.

Маргарита весело расхохоталась, несколько раз пыталась остановить одолевший ее приступ смешливости, но, как только представит шефа, варящего варенье, заливалась с новой силой звонким смехом. Наконец, немного успокоившись, виновато спросила Андрея, с улыбкой наблюдавшего за развеселившейся девушкой:

— Вы на меня не обиделись, Андрей Петрович?

— Нисколько, тем более что я пошутил, а вареньем меня угостил сосед по даче. Здесь недалеко живет мой знакомый. Я к нему заезжал в гости на новый год. Кстати, он — известный психиатр, в случае надобности может прописать тебе успокоительное и смирительную рубашку надеть.

Марго подумала, что, наверняка, этот сосед, на самом деле — соседка, если варит варенье. Девушка почувствовала, как ее пронзила ревность.

— А что же ваш психиатр сам варит варенье?

— Конечно, нет, он очень пожилой человек, у него для этих дел есть помощница по хозяйству. Марго, а почему такой интерес к изготовителю варенья, ты что, хочешь узнать рецепт?

— Нет, просто надо же о чем-то говорить.

— Если хочешь еще посмеяться, расспроси меня лучше, как ты здесь оказалась — вот где настоящие комические куплеты.

— Ну, я же, слава богу, не в ресторане уснула, я прекрасно помню, как шла к машине.

— Все правильно, ты уснула в машине. С этого места можешь начинать весело хохотать, представив, как я тебя старался разбудить, подъехав к твоему дому.

Маргарита напряглась и тихо спросила:

— Андрей Петрович, а вы не пробовали средство Руслана, которым он разбудил Людмилу?

Андрей рассердился, ему казалось, что девушка над ним насмехается.

— Марго, Руслан целовал «мертвую царевну», а ты на нее совсем не тянула. Не мог же я оживлять поцелуем перебравшую спиртного девушку, еще к тому же и изрядно храпящую.

— Да, не может быть, я не могла храпеть! — возмутилась Маргарита.

— В машине нас было двое, я не спал, а храп стоял приличный, мешал мне слушать музыку.

Андрей украдкой, с восхищением наблюдал за кипящей от возмущения Маргаритой, которая пыталась убедить его, что она спит очень тихо, и в принципе не могла храпеть. После незамысловатого вранья Андрея атмосфера в кухне разрядилась, и парочка принялись миролюбиво пить холодный кофе.

— Марго, наконец-то, правда, с небольшой задержкой, часов эдак на пятнадцать, смогу доставить тебя домой. Наверняка, у тебя куча планов на выходной день, так что давай собираться в путь.

— Да, никах планов у меня нет, мне нравиться здесь в тишине, вдали от шумного города. Если вы никуда не спешите, я бы с удовольствием погуляла здесь.

Марго с надеждой взглянула на Андрея, ей так хотелось продлить чудесное приключение, подаренное ей счастливым случаем. Она судорожно искала причину, по которой не надо торопиться домой, но кроме острой потребности в свежем воздухе ничего не приходило в голову.

— Ладно, давай погуляем, только учти, дача принадлежит не мне, поэтому, я плохо знаю окрестности, совсем не ориентируюсь, где здесь хорошие места для прогулок.

— И что, Андрей Петрович, вы, правда, никогда здесь не гуляли?

— Если честно, никогда. Всегда сразу по приезде на дачу плюхался в кресло-качалку и тупо так отдыхал. Я вообще не любитель дачного отдыха, меня сюда тянула жена, если бы не она, вряд л бы я здесь когда-либо приземлился.

— Выходит, из-за меня вам пришлось совершить подвиг — приехать в нелюбимое место?

— Ну, я же должен был искупить свою вину за то, что сначала заморозил тебя, а потом напоил. Марго, на самом деле, не все так страшно, я немного преувеличил. Признаюсь честно, я здесь иногда бываю, дача выручает меня в критических ситуациях, вот и вчера был как раз такой случай. Кстати, я же тебе, по-моему, говорил, что заезжал сюда совсем недавно, в длинные новогодние каникулы.

— Выходит, на Новый год у вас тоже была критическая ситуация?

— Нет, мне надо было навестить моего соседа, кое-что сообщить ему, а, самое главное, взять для тебя вишневое варенье. С чем бы ты сейчас пила кофе?

— Слава богу, а то я уж испугалась, подумала вам понадобился психиатр?

Маргарита пошутила, и испугалась, что-то она чересчур разошлась, беседует со своим кумиром на равных, как со своим сверстником. Но Андрей не обиделся, наоборот рассмеялся:

— Марго, а знаешь, что я придумал? Мы после прогулки зайдем в гости к Игорю Евгеньевичу (так зовут моего соседа) — тебя-то уж точно надо показать психиатру. Сейчас я ему позвоню, спрошу, можно ли заглянуть на огонек. Думаю, Игорь Евгеньевич будет доволен. Понимаешь, старик очень одинок и тоскует без общения.

Так и получилось. Игорь Евгеньевич очень обрадовался, сказал, что с нетерпением будет ждать Андрея к обеду. А, когда его молодой друг сообщил, что с ним, по случаю, придет и молодая коллега, старик со старомодной вежливостью добавил, что давно мечтал пообедать вместе с прекрасной незнакомкой.

Гуляли часа два. Погода на улице со вчерашнего дня кардинально поменялась: ударивший вчера морозец уступил место промозглой слякоти, не переставая шел мокрый снег. Когда на дворе ненастье, типа этого, в народе говорят, что в такую погоду и собаку из дома не выгонишь. Андрей просто не узнавал себя, ему — домоседу и сибариту, не выносящему осадков, было очень комфортно рядом с веселой молодой девушкой в этой беспросветной мокропогодице. А Маргарита, казалось, не замечала, что ее норковый полушубок совсем намок, а по лицу стекает вода от растаявшего снега.

— Марго, стоп, подойди поближе! — не выдержал Андрей.

Маргарита послушно приблизилась к своему кумиру.

— Дай, я тебе протру лицо, оно у тебя совершенно мокрое. Я не прощу себе, если и сегодня не уберегу тебя от капризов погоды. Придется опять спасать тебя крепким спиртным.

Андрей достал из куртки пакетик одноразовых носовых платков, вытащил один и начал заботливо протирать с готовностью подставленное лицо девушки. Маргарита при этом вплотную прижалась к Андрею, ее губы были так близко, они манили, у него опять перехватило дыхание. Силой воли Андрей сдержал себя, чтобы не натворить глупостей.

— Ну, кажется все, лицо теперь сухое, можем продолжать мокнуть дальше.

Маргарита не спешила отходить от Андрея, ее осенила сумасшедшая идея:

— Андрей Петрович, дайте, пожалуйста, мне еще один платок, я в качестве алаверды протру и ваше лицо.

Нежно протирая лицо Андрея, Марго еще и щебетала:

— Андрей Петрович, помнится, в детстве я читала в романах, будто в девятнадцатом веке девицам, лицо, залитое слезами, молодые люди осушали поцелуями, а не носовыми платками.

Андрей резко отодвинулся от Маргариты. Ему показалось, что девушка издевается над ним, намекая на его не очень молодой возраст.

— Спасибо, Марго, мое лицо уже совсем сухое. Давай ускоримся, а то Игорь Евгеньевич уже, наверно, заждался. А насчет книжных героев девятнадцатого века ты все правильно помнишь, но, заметь, молодые люди осушали там не дождевую воду, а слезы.

— А, если я промокну от слез, вы бы могли заняться осушением моего лица, как… (Марго запнулась, понимая, что кокетничает напропалую, но уже не могла остановиться) как в книжках?

— Нет, не мог бы, я уже слишком стар для этого.

— Вот-с этим я не согласна, какой же вы старый, у вас самый прекрасный возраст, вы и молоды, но, в тоже время, как хороший коньяк, который я вчера пила, получили нужную выдержку.

Андрею показалось, что Маргарита говорит искренне, поэтому он быстро сменил гнев на милость и решил поддержать ее шутливый стеб.

— Ладно, Марго, если ты меня произвела в молодые, я осушу твои слезы, как это делали в девятнадцатом веке, но, учти, ты должна промокнуть от слез насквозь. А пока этого не случилось, я предлагаю тебе звать меня просто Андрей и на «ты» в нерабочей обстановке, чтобы я понимал, что я молодой и еще ого-го.

— Андрей Петрович, вы говорите серьезно или шутите?

— Серьезнее некуда. Поэтому проведем работу над ошибками, повтори вопрос правильно?

— Андрей, ты это серьезно?

— Умница, Марго, я всегда говорил, что ты — хорошая ученица.

Марго требовательно дернула Андрея за рукав куртки:

— Андрей, стой! Подойди ко мне поближе!

Девушка прижалась к Андрею, и сама распахнула свои губы ему навстречу. На улице никого не было, по-прежнему, валил мокрый снег. Не обращая внимания на хляби небесные, Маргарита и Андрей, как два подростка, впервые познавшие сладость поцелуя, долго стояли, не в силах оторваться друг от друга. До дачи Игоря Евгеньевича было совсем недалеко, но, они преодолевали это расстояние долго, рывками, потому что, пройдя совсем немного, опять останавливались, чтобы слиться в бесконечном поцелуе. Наконец, с трудом добравшись до цели, Маргарита ахнула:

— Боже, похоже, у меня от счастья начались видения! Это же дворец сказочного маркиза Карабаса! Что твой Игорь Евгеньевич не простой психиатр, а настоящий олигарх?

— Нет, очень богатым был его внук, который подарил деду этот дворец. Потом когда-нибудь я тебе расскажу эту историю.

— Андрей, подожди, не звони, я хочу еще раз…

Обед у Игоря Евгеньевича прошел просто замечательно, особенно потому, что он был очень непродолжительным. Маргарита и Андрей, наэлектризованные поцелуями, мечтали поскорее остаться наедине. Они оценили проницательность старика, догадавшегося, что гости куда-то очень спешат. Несмотря на обилие блюд за столом и чудесные пирожки, которые Зина успела испечь к приходу гостей, страсть напрочь отбила у парочки аппетит, обоим просто кусок не лез в горло. Как ни старались гости изобразить восхищение приготовленными разносолами, мудрый пожилой человек шестым чувством раскусил их жалкие потуги. Он быстро понял, что сегодня гостей не надо задерживать. Поэтому велел Зине собрать большую корзину снеди им с собой. Когда прощались перед уходом, Игорь Евгеньевич улучил момент шепнуть своему молодому другу, что у того чудесная коллега.

Наконец-то, Андрей и Маргарита выбежали из дворца старика на свободу. Они даже не заметили, что на улице мокрый снег, шедший целый день, совсем прекратился, и даже слегка подморозило. Какие уж тут метеорологические наблюдения, когда страсть стучит в виски! Поэтому до своей дачи парочка добирались уже не останавливаясь, практически молча, очень быстрым шагом, переходящим в бег. Андрей прямо на крыльце наконец-то избавился от корзины со снедью, бросился открывать дверь, но такое часто бывает при спешке — зловредный ключ никак не хотел поворачиваться.

— Андрей, подожди, мне кажется, в ситуации с не проворачивающимся ключом нам поможет это…

И Марго опять полезла целоваться, но упрямый Андрей, отделавшись непродолжительным поцелуем, сделал вторую попытку открыть дверь — на этот раз ключ послушно сразу провернулся.

— Андрей, я была права, поцелуй послужил для двери заклинанием — «Сим-сим, откройся».

— Марго, не вспоминай старые сказки, мы сейчас с тобой напишем новую, только нашу с тобой сказку — севшим голосом приговаривал Андрей, помогая девушке освободиться сначала от шубы, а потом и от всего остального.

Андрей не обманул Маргариту — они действительно побывали в сказочном мире страсти и наслаждения. Это была сказка для взрослых, которую мужчина и женщина со времен Адама и Евы каждый раз ухитряются написать для себя абсолютно новую, добавляя в нее известные только им двоим страницы и фантастические возможности. Сказка оказалась очень длинной: смелые ласки Марго и необыкновенно гладкая шелковистая кожа девушки, прикосновение к которой возбуждало любовника, превратило сказку просто в какой-то бесконечный сериал.

Когда Андрей проснулся, за окном уже светало. Маргариты рядом с ним не было, причем в доме стояла какая-то подозрительная тишина. Андрей не успел даже испугаться, куда исчезла Маргарита, потому что заметил валяющийся на полу полушубок девушки. Окончательно успокоившись, он стал вспоминать вчерашний вечер. Больше всего его интересовал момент, когда он вырубился, не могла ли Марго на это обидеться? Андрей слышал, как в компании мужчин часто муссировалась дурацкая тяга женщин после секса к вербальному общению. Но, как он ни напрягал мозг, оказалось, что совершенно фантастический секс с Маргаритой образовал в памяти черную дыру, что было потом он не помнил. Андрей, как настоящий мужчина, не стал долго париться, а смело пошел искать Маргариту, типа, если, что не так, то надо быстро покаяться.

Андрей нашел девушку на кухне, не верхом на табуретке, как прошлый раз, а спокойно сидящую за столом, уткнувшуюся в свой смартфон. Не успел Андрей открыть рот, чтобы попросить прощение за то, что уснул, как девушка, увидев любимого, стремглав вскочила и повисла у него на шее с радостным воплем:

— Доброе утро, Андрей!

У Андрея появилась прекрасная возможность не на словах, а на деле исправить вчерашнюю оплошность и на этот раз не уснуть, как после вечерней сказки, а написать новую утреннюю, еще более прекрасную, внеся в нее новые страницы.

Сразу после утреннего секса Андрей стал нашептывать Маргарите ласковые слова и кучу комплиментов, причем в таком количестве, чтобы сразу зачлось за два дня. Его удивила равнодушная реакция девушки:

— Андрей, ты мне вчера все это уже говорил, я понимаю твои восторги, как ритуальную плату мужчины за полученные эмоции. Дело в том, что ты мне подарил эмоций гораздо больше, и, чтобы мне не говорить тебе все те же пустые слова, давай у нас будет взаимозачет на комплименты.

Андрей был в нокауте, выходит, он уснул не сразу, что-то еще было потом.

— Как с этими молодыми девушками все запутанно, оказывается комплименты им не нужны. А чего они хотят, вот в чем вопрос? — задумался Андрей. И он решил не идти извилистыми путями, а напролом выяснить у Маргариты волновавшие его вопросы.

— Марго, когда я не увидел тебя рядом с собой в постели, я испугался, решил, что ты пожалела о том, что между нами произошло.

— Сейчас мы опять оказались в постели, занимались тем же, что и вчера, надеюсь, ты убедился, что я сама этого хочу. Как я могу жалеть, если ты осуществил мои самые заветные мечты, которые раньше мне казались несбыточной утопией? Потом еще вопрос, кто кого соблазнил? Мне так кажется, что это я затащила тебя в постель. Помнишь, с чего все началось — вчера на улице я же первая полезла к тебе целоваться.

Андрей, ничего не понимая, с удивлением посмотрел на Маргариту:

— Ты раньше этого хотела? Что-то я не замечал.

— Андрюша, не пугайся, я — не нимфоманка, я просто в тебя влюбилась практически сразу, как только появилась в клинике.

Андрей был растерян, он еще раз убедился, что совсем не понимает женщин.

— А почему ты не дала мне как-то знать? Мне в голову не могло прийти, что такой классной девчонке может понравиться старый хрыч?

— Никогда не говори про старость, ты моложе всех молодых! Но я ни на что не надеялась, зная, что у тебя любовь уже была. Я и сейчас понимаю, что могу рассчитывать только на физиологические потребности твоего организма.

— Марго, я плохо разбираюсь в теоретических аспектах любви, но точно могу сказать: у тебя абсолютно ложная теория любви. А потом мне не нравится, и я просто не могу понять, почему у тебя такая низкая самооценка? У меня даже язык не поворачивается назвать то, что я к тебе чувствую — проявлением физиологии. Правильного определения своим чувствам я пока дать не могу, но уже два дня со мной творится что-то неладное: я себя просто не узнаю, мне кажется, я превратился в романтического подростка. Точно могу сказать одно, ты разбудила во мне новые, не ведомые ранее чувства.

— Андрюша, не волнуйся, не надо оправдываться, моей любви хватит на двоих, поэтому я не парюсь, согласна и на физиологию.

У меня встречное предложение, не заниматься теоретическими вопросами любви, а старательно выполнять лабораторные работы по курсу этой сложной науки.

И Андрей только поцелуями, смог прекратить препирательства на скользкую и непонятную ему тему.

— Марго, давай вставать, только прежде расскажи мне, почему ты сидела в кухне, пока я спал? Неужели я храпел? Нет, не подсказывай, я сам угадаю — ты решила, пока я сплю, одна расправиться со всей корзиной провизии.

— Андрюша, ты уснул, а мне, наверно, от перевозбуждения не спалось. Когда я лежала рядом, я поймала себя на том, что постоянно тебя трогаю, то поглажу, то поцелую. Усилием воли выдворила себя в кухню, чтобы своими ощупываниями не потревожить здоровый мужской сон, хотя лежать рядом было куда приятнее. А вот с едой ты угадал правильно, я хотела все съесть одна, но, к сожалению, не нашла заветную корзинку. Может, ты ее сам припрятал, или выбросил по дороге?

— Надо же, как мне повезло! Корзинку я оставил на крыльце за дверью, помнишь, когда возился с ключом?

— Андрюша, давай наперегонки, кто первый добежит до корзинки, тому достанется на один пирожок больше.

Северцев в понедельник ехал в клинику с тревожным чувством. Реально он был сильно взволнован предстоящей встречей с Маргаритой на работе. Андрей понимал, что Марго могла понять его вчерашнее неожиданное бегство, как подтверждение ее глупой теории, что у него к девушке чисто физиологическое влечение, и ничего более. Типа, удовлетворил свои потребности, и до свидания. А ему на самом деле необходимо было некоторое время, чтобы обдумать происходящие с ним чудеса, и не натворить в угаре глупостей. Да, уж слишком неожиданно все произошло! Андрей со стыдом вспомнил, как вчера, осознавая, что его накрыла какая-то совершенно сумасшедшая страсть, он просто трусливо сбежал. И он в деталях снова и снова прокручивал вчерашний день.

После того, как они с Маргаритой с аппетитом умяли все содержимое корзинки с едой, решено было ехать в Москву, наконец-таки, на третий день доставить Маргариту домой. Приехали в город где-то около пяти вечера. Подразумевалось, что Андрей зайдет к девушке в гости, посмотрит, как она живет. Марго сказала, что готовить не умеет, но ее кофе-машина варит классный кофе, типа, попробовав этот кофе, Андрей станет постоянным гостем. Но, как только подъехали к дому Маргариты, с Андреем что-то случилось, он неожиданно для самого себя выдал следующий пассаж:

— Марго, ты знаешь, с этими приключениями я совсем забыл, что у меня на вечер воскресенья назначена встреча. Так что придется кофе отложить.

По лицу Маргариты было видно, что девушка очень расстроена, но она постаралась скрыть свое разочарование дежурной фразой:

— Надеюсь, когда-нибудь в следующий раз вы зайдете, Андрей Петрович. Итак, вы затратили на меня очень много времени, большое спасибо за Переделкинские каникулы.

Андрей не успел даже возмутиться, почему Марго перешла на «вы», как девушка выпорхнула из машины, и уже на входе в подъезд помахала ему рукой.

После нелепого расставания с Маргаритой, приехав домой, Андрей долго не мог прийти в себя. С одной стороны, он ругал себя за то, что трусливо сбежал. С другой стороны, он понимал, что не может, как безответственный пацан, идти на поводу неожиданно охватившей его страсти. Однако все потуги разума, пытающегося притормозить разбуженные чувства Андрея, получали отпор от тела, напоенного ощущением сладостного удовлетворения. Но и тут мозг настоящего мужчины, как и полагается, нашел уловку: он смог переключить мысли с воспоминаний от мгновений счастья, подаренных Маргаритой, на расшифровку вчерашнего сна с Юлькой. Андрей, как за спасительную соломинку, ухватился за возможность отвлечься и стал в деталях восстанавливать свой сон.

Действительно, Юлька впервые приснилась Андрею (если, конечно, не считать тот то ли сон, то ли видение, когда он забылся в электричке, а Юлька сообщила ему о ребенке). Надо сказать честно, Андрей вообще не помнил, чтобы он когда-либо так точно в деталях, будто все произошло наяву, мог воспроизвести свое сновидение. Наверняка, ему и раньше снились сны, но он их никогда не помнил. А вчерашний сон — настоящая фантастика, от него у Андрея осталось точное ощущение, что он вошел в живой контакт с Юлькой. Она задала ему очень странные вопросы, на которые он просто обязан найти ответы. Андрей вспомнил, что во сне дал Юльке опрометчивое обещание, найти ее компьютер, и начал рассуждать:

— Таким образом получается, Юлька хочет, чтобы я нашел преступника, расправившегося с ней, потому что именно он утащил компьютер. Я-то думал, что моя игра в сыщика закончена, когда доказал Юлькину непричастность к исчезновению денег, а оказывается, все только начинается. Да, задача получается не из простых, тем более что прошло так много времени. Майор Егоров вместо того, чтобы по горячим следам искать преступника, уперся в связь убийства Юльки со смертью Звонарева. Наверняка, преступник избавился от компьютера сразу же после того, как порылся в нем, вот тогда-то и надо было искать компьютер, ведь, не будет же он хранить у себя улику.

Андрей задумался и понял, что легко сказать «надо искать» компьютер в огромном мегаполисе, где у каждого дома такой комп. Убийца мог продать его по дешевке любому пацану или просто выбросить в помойку. Правда, Андрей вспомнил как, когда они заказывали комп, менеджер по продажам сказал, что таких продвинутых компьютеров во всей Москве всего-то несколько десятков.

— Действительно, Юлькин комп был очень дорогой и наворочанный, такой вряд ли рука поднимется выкинуть, да и в Москве таких не много. Хотя слушать менеджеров не стоит, совсем недавно я видел где-то точно такой же компьютер, причем в очень скромном месте. Где же это было? Интересно, где я мог встретить такой же комп?

Андрей, однако, не придал большого значения этому факту, поэтому не стал долго париться, вспоминая место, где мог видеть похожий на Юлькин компьютер. Вместо этого решил, что придется сходить на поклон к майору Егорову, узнать, что все-таки существенного следственному комитету удалось нарыть помимо глупой версии майора. Учитывая, что в пятницу сыщик не явно, но все же проявил признаки благодарности за расследование Андрея, можно было надеяться, что майор поделится информацией, если такая имеется.

Андрей решил, что будет решать проблемы по мере их очередности, поэтому странный Юлькин вопрос: «На кого похож племянник Оксаны?», отложил на потом.

Сейчас по дороге на работу, вспоминая вчерашний день, Андрей так и не решил, что значило его бегство и желание остановиться на время. Вчера он нашел хитрую уловку, чтобы вообще не думать о том, что с ним произошло. Вроде для обдумывания сбежал, а вместо мозгового штурма, как страус зарыл голову в песок, и занимался толкованием своего сна (будто не мог сделать это чуть позже). Андрей со стыдом вспоминал, как уже перед сном несколько раз хватал телефон, но так и не осмелился позвонить Марго. Скорее всего просто не знал, как объяснить девушке, почему сбежал.

— А, что я сейчас ей скажу, как поведу себя? Судя по вчерашней выходке, от меня можно ждать чего угодно. Даже самому интересно, что я выкину на этот раз?

Этот вопрос Северцев задавал себе уже в клинике, взбегая по лестнице на третий этаж. Андрей никогда не пользовался лифтом в отличие от большинства сотрудников. При этом каждый раз удивлялся: «Интересно, для кого Рудольф Викторович велел развесить репродукции известных русских художников на стенах каждого марша лестницы, если все выбирают чудо-лифт?». Зато сам Андрей, предпочитая пеший ход, восполнил пробелы в своем культурном образовании, и изучил шедевры русского искусства, представленные на вывешенных репродукциях. Взбегая мимо «Купчихи за чаем» Кустодиева, Андрей неожиданно поймал себя на том, что на картине, которую он досконально изучил в мельчайших деталях, его вдруг «торкнул» самовар.

— Японский городовой! Вспомнил, где я видел комп, почти точную копию Юлькиного, так это ж в маленькой квартирке Кати. Тогда я еще подумал, что здесь уместнее смотрелся бы самовар.

Развернуть эту мысль Андрей не успел, так как уже стоял перед дверью своего кабинета. Сейчас он увидит Маргариту, Андрей и ждал, и боялся встречи с ней.

— Доброе утро, Мариша! Как провела выходные?

Андрей был растерян, обычно Марго приходила раньше него на работу, еще не было случая, чтобы она опоздала. Сегодня же ее не было.

— Доброе утро, Андрей Петрович. Выходные провела отлично, готова заступить на трудовую вахту.

Андрей ожидал чего угодно, только не такого странного поведения Марго, поэтому не удержался и спросил медсестру:

— Интересно, а где наша ученица, что-то не похоже на нее, неужели опаздывает?

— Нет, Андрей Петрович, Маргарита позвонила, сообщила, что заболела, у нее высокая температура.

Андрей был в шоке, он не понимал, что происходит.

— Как так, вчера была здорова, а сегодня вдруг температура? Может быть, она решила проходить практику в другом месте, после моего вчерашнего фортеля? — мгновенно пронеслось в голове Андрея.

Но, как всякий настоящий мужчина, он быстро взял себя в руки и ровным спокойным голосом велел медсестре Марине приглашать первую пациентку. Только когда прием был полностью закончен, и закрылась дверь за последней пациенткой, Андрей позволил себе опять думать о Марго.

— Андрей Петрович, можно я уже побегу домой?

— Да, Мариша, ты свободна, счастливого пути.

Андрей некоторое время сидел в кабинете, раздумывая, что же ему делать, но так и не придумав ничего толкового, решил:

— Все равно, как выяснилось, женскую логику я не понимаю вовсе, поэтому есть только один выход. Не буду гадать, а прямо спрошу у Маргариты: «Как надо понимать ее поведение? Значит ли это, что наши отношения закончились, фактически так и не начавшись?». Да, так и есть, недаром она, вылезая из машины, сказала: «Спасибо за Переделкинские каникулы». Наверно, это намек на фильм «Римские каникулы», там тоже любовь длилась всего пару дней, но все закончилось, потому что девушка была принцессой (если, конечно, я правильно помню). Может, это намек, что я — не принц. Но, ведь, Марго говорила, что влюбилась в меня. Нет, эти ребусы не для меня. Все, решено, звоню и выясняю.

Когда Маргарита взяла трубку, она еле прошелестела «алло», Андрей сразу понял, что накрутил в своей голове какую-то ерунду, а девушка на самом деле больна.

— Алло, Маргарита, не говори, не напрягай голос. Лучше пришли мне sms-ку, напиши, что надо купить из еды и лекарств. Еще я не знаю номер твоей квартиры, какие кнопки нажимать на домофоне, чтобы ты открыла.

Марго тут же прислала sms-ку, в которой объяснила, что все лекарства и еда у нее есть (заботливый папочка успел привезти), а также сообщила номер квартиры. Андрей почему-то разозлился на то, что Маргарита не ему первому, а сразу папочке сообщила о своей болезни. Ему так хотелось проявить заботу о заболевшей девушке, особенно учитывая, что он сам — виновник ее простуды. Но изворотливый мужской ум сразу нашел выход:

— Надо купить букет! Не знаю, подходящий ли повод, но, по- моему, все женщины рады цветам по любому случаю.

Андрей подошел к цветочному киоску, рядом с клиникой, но тут его, как током дернуло. Он вспомнил, что именно здесь последний раз покупал красные розы, которые так и не успел подарить Юльке.

— Похоже, я стал суеверным, как нервная дамочка с тонкой душевной конструкцией.

Отругав себя, Андрей все же купил цветы, но не огромную охапку, как тогда, а всего пять роз, причем не красных, а белых.

Возвращался к себе домой Андрей уже совершенно успокоившись, потому что увидел, как искренно обрадовалась Маргарита его визиту. Он и не заметил, как пролетели два часа, проведенные у постели больной девушки. Андрей просто держал Марго за руку и рассказывал по просьбе захворавшей, как прошел сегодняшний прием в клинике. Северцев, скажи ему это раньше, не поверил бы, что он способен радоваться таким простым человеческим проявлениям нежности. Если честно, ему очень не хотелось расставаться с Маргаритой, хотелось еще и еще быть рядом с ней. Андрей буквально силой воли заставил себя уехать, потому что у Марго к вечеру опять поднялась высокая температура, а она так и норовила своим больным простуженным голосом лепетать Андрею смешные глупости.

— Какая-то фантастика со мной происходит — рассуждал Андрей в машине по дороге домой.

— Вчера я сбежал, а сегодня чувствую, что я, как верный пес, хочу быть со своей хозяйкой.

И тут же сам начинал спорить с собой:

— Причем пес и хозяйка, несу какую-то чушь, я хочу быть нормальным мужем Маргариты, хочу быть с ней, как говорится, «в горе и в радости, в болезни и здравии».

Андрей удивлялся, как буквально за один день трансформировалось его сознание — вчера еще не знал, что делать с новым чувством, а сегодня готов, хоть в загс идти. Оставшуюся дорогу до дома он рассуждал:

— Интересно, а как Марго? Захочет ли она жить вместе, или ее больше устроит формат свободных отношений? Кто знает этих молодых, у них все по-другому. Вот и цветам она, как мне показалось, совсем не обрадовалась, зато, на него Марго смотрела глазами, сияющими от любви, даже несмотря на высокую температуру. Поди разбери эту молодежь — заключил старик, тридцати семи лет отроду.

Андрей приехал домой в таком хорошем настроении, что не стал даже избегать встречи Аделаидой Юрьевной, а покорно кивая, выслушал ее бредовый монолог. Наметанный глаз консьержки чутко уловил изменения, произошедшие с жильцом.

— Андрей Петрович, сегодня вы мне нравитесь, опять стали таким же, как при…(Аделаида Юрьевна поняла, что упоминание о погибшей жене неуместно, и тут же поправилась) в общем, стали веселым, как раньше.

— Аделаида Юрьевна, я просто счастлив от того, что все астероиды, угрожавшие Земле, пролетели мимо, а еще слышал, что пенсионерам прибавили пенсию. Выходит, жизнь налаживается.

И Андрей побежал к лифтам, оставив консьержку в некотором недоумении от такой неожиданной метаморфозы.

Уже поздно вечером, когда ложился спать Андрей заметил, что у него отключен звук в мобильнике. Надо же, а он еще удивлялся странному поведению своего смартфона, который весь день вел себя абсолютно необычно, будто дал обет молчания — никто не тревожил хозяина телефона звонками. С Маргаритой они условились, пока у нее болит горло, общаться sms-ками, что и делали с упоением весь вечер.

Андрей опять просто не узнавал себя, строчил, не переставая, пространные послания, хотя раньше терпеть этого не мог. Он в отличие от новой молодежной моды предпочитал человеческий голос с тембром и интонациями, с помощью которого можно переброситься по телефону несколькими короткими фразами. А теперь превратился в заправского мастера эпистолярного жанра, причем так увлеченно развлекал Марго своими шутливыми посланиями, что даже не обратил внимания на красный значок в смартфоне, указывающий на наличие неотвеченных вызовов. Андрея очень удивило, что большинство звонков было от какого-то неопознанного абонента, который с упорством, достойным лучшего применения, трезвонил фактически с самого утра.

— Кому же так приспичило? Все пациентки в моем телефоне записаны под своими фамилиями с именами-отчествами, а кому еще я могу позарез быть нужен?

Так и не определившись, решил позвонить настырному абоненту несмотря на поздний час. Каково же было удивление Андрея, когда оказалось, что весь день его домогалась та самая Катя Романова, которой он оставил свой телефон на случай, если она решит раскрыть то, что при первой встрече не удалось из нее вытянуть.

«Хороша ложка к обеду» — подумал Андрей.

— А зачем теперь мне запоздалые признания, тем более сейчас, когда основная задача выполнена — я смог доказать, что Юлька не причастна к пропаже денег Звонарева? И в общем-то я хорошо понимаю роль Кати в истории со Звонаревым, ясно, что девушка совершенно не имеет никакого отношения к его смерти. В чем же дело, что ее так мучает? Зачем именно сейчас она решила раскрыть свои припрятанные карты? Я ее запугал полицией, но полиция Катю явно не ищет, в чем же дело?

Понимая, что показания Кати вряд ли смогут ему пригодиться в новом расследовании убийства Юльки (то бишь в поиске «сантехника», утащившего компьютер), Андрей принял все же предложение встретиться с Катей. Почему так решил, он сам себе толком не мог объяснить. Может, просто пожалел девушку, которая хочет облегчить душу покаянной исповедью. Может быть, хотел еще посмотреть компьютер, который так нелепо смотрелся в малюсенькой Катиной квартире, спросить, зачем она его купила? А может быть, смутное предчувствие, что очередная встреча принесет какие-то новые открытия, которые перевернут «с ног на голову» его представление о смерти Звонарева?

— Но вот это уж вряд ли. Про Звонарева и про роль Кати и ее приятеля-шантажиста у меня и так сложилась полная картина. Про то, как они шантажировали дурака Звонарева, «как рыба сорвалась буквально с крючка». Совершенно ясно, что после этого моментально исчез Катин детдомовский любовник, а бедная девушка в горе надела траур и, возможно, от сильных переживаний потеряла ребенка. Если Катя и внесет какие-то новые штрихи в нарисованную мной картину, то кардинально они не поменяют дела. Может быть, мне, как специалисту по беременным, интересно будет узнать, что случилось с Катиным ребенком?

Андрей так и не разобрался в своих мотивах встретиться с Катей, но дело сделано, договорился завтра утром подъехать к ней домой. Катя настаивала на скорейшей встрече, так как потом она якобы куда-то уезжает.

— Ну, и ехала бы себе спокойно, я готов даже заочно отпустить ей грехи. Вместо того, чтобы с утра до работы навестить мою захворавшую девочку, поеду в Медведково спасать грешную душу. Слава богу, хоть завтра у меня прием в клинике во второй половине дня, поэтому смогу с раннего утра отделаться от Кати, встреча с которой не сулит мне ничего познавательного.

Но, как правильно подметила Аделаида Юрьевна, сегодня у Андрея было такое чудесное настроение, что никакие мелкие неприятности не могли его испортить. Тем не менее, звонок Кати и предстоящая встреча с ней вернули мысли Андрея к его самостоятельному расследованию смерти Звонарева. Он еще долго ворочался, сон никак не хотел приходить. Казалось бы, почти обретшему вновь счастье влюбленному, надо строить планы о семейной жизни, а Андрей опять погрузился в рефлексию. Он рассуждал о великой силе случая, который плетет нити нашей судьбы, а все потому, что мы с жизненной суете часто не обращаем внимания на мелочи, которые потом могут принести трагедии.

Наверно, такие мысли были навеяны воспоминаниями о том, как Андрей на новогодних каникулах посетил Игоря Евгеньевича, чтобы поведать ему итоги своего расследования. Старик очень обрадовался визиту своего молодого друга. Однако, у Андрея на этот раз сложилось впечатление, что Игорю Евгеньевичу хотелось просто пообщаться с гостем на какие-то общие темы, то есть старика совсем перестали интересовать результаты сыскной деятельности своего друга. Андрей, конечно, просто так в лоб боялся сообщить деду, что внук его совершил суицид, мол, кто знает, как подействует эта новость на старика, вдруг его опять хватит инфаркт. Поэтому Андрей несколько раз пытался перевести разговор в нужное русло, чтобы, по крайней мере, рассказать Игорю Евгеньевичу, что ни Катя, ни Оксана не причастны к смерти Звонарева. Но пока сыщик-самозванец мялся, не зная, как вклинить этот аспект в беседу, старик неожиданно сам затронул нужную Андрею тему:

— Андрюша, так хорошо, что вы приехали, а я уж сам собирался вам звонить. Помните, я вам рассказывал, что у меня в московской квартире находился сейф внука. Так вот, буквально за неделю до нового года мы с Оксаной должны были ехать к нотариусу, чтобы оформить наследство. Перед этим мне позвонил Лев Леонидович Фишман, и мы договорились с ним встретиться в моей московской квартире, чтобы я мог взять из сейфа документы на квартиры и дом. Про вклад в банке я тогда решил не упоминать, поскольку вы еще не выяснили роль Оксаны. Ну, а квартиры и дом положены официальной жене, как наследнице. Вы, конечно, помните, что Катя по своей инициативе выпала из нашего рассмотрения.

Андрей начал было мысленно торжествовать, надеясь, что Игорю Евгеньевичу все же пригодится его расследование, но дальнейшее повествование старика поменяло расклады.

— Мой молодой друг, представьте, что я обнаружил, открыв сейф, ни за что не догадаетесь. Мне, конечно, стыдно вам признаться в этом, поэтому я все тянул, не звонил вам.

— Неужели сейф был пуст, документы исчезли?

— Нет, Андрюша, все более трагично.

— Игорь Евгеньевич, не тяните, что произошло?

— Я там нашел записку от внука, представляете, только через полгода после его смерти заглянул в сейф.

— Только я вас совсем не понимаю, Игорь Евгеньевич, что же в этом трагичного, наоборот, как бы пообщались с внуком.

— Мой, дорогой друг, трагизм в том, что я затеял совершенно бессмысленные расследования, собираясь делить деньги, а, если бы я вовремя прочитал записку, то понял бы, что мой Андрюша сам распорядился своими деньгами.

— Сейчас я вам принесу эту записку, и вы все поймете.

Когда Игорь Евгеньевич протянул записку, и Андрей бегло пробежал ее глазами, то ничего трагического в написанном тексте он не обнаружил. Наоборот, там содержалось прямое подтверждение уже добытым им фактам. Дословно, конечно, Андрей не помнил, но что-то близко к тексту звучало так:

«Дед, не удивляйся, если обнаружишь, что практически все деньги со счета я снял. Я решил, что правильнее будет, если деньгами будет распоряжаться моя любимая жена Оксана. Правда, немножко я подкинул Сереге на развитие его строительного «детища». Все, что осталось на вкладе, принадлежит только тебе. По-прежнему, каждый месяц из этих средств тебе на карточку будет капать оговоренная ранее сумма на содержание дачи, машины, помощников по хозяйству. Пишу в записке, потому что, если бы я затеял с тобой разговор об этом, то представляю, сколько бы мне пришлось выслушать от тебя возражений и аргументов, мол, тебе ничего не нужно. Да, еще чуть не забыл, дом, по-видимому, мне придется подарить Кате в виде отступных, потому что я передумал на ней жениться. Так что не удивляйся такому странному моему поступку, с Оксаной я этот вопрос уладил, она не возражает».

«P.S. Дед, я тебя очень люблю.»

— Игорь Евгеньевич, не пойму, объясните мне, пожалуйста, что вас так взволновало.

— Андрюша, вы представляете, какая произошла мистическая картина! Внук, видимо, интуитивно, то есть на уровне подсознания почувствовал, что с ним может случиться беда, а иначе не объяснишь, зачем он буквально перед смертью провел такие манипуляции со своим имуществом. Единственное, что меня радует, из записки явно следует, что перед смертью Андрюша вовсе не собирался разводиться со своей женой, а наоборот пишет: «любимая Оксана». Удивительно, все оказалось совсем не так, как я в своей голове накрутил.

Здесь Андрей окончательно понял: Игорь Евгеньевич, по-прежнему, даже не рассматривает вариант, что Звонарев делал все осознанно, решившись на добровольный уход из жизни. Его внук закамуфлировал свои действия так, чтобы никому даже в голову не пришло, что он на самом деле намеревается предпринять. Звонареву не хотелось, чтобы его отговаривали, если бы узнали о его планах, поэтому он делал вид, что живет обычной жизнью, именно для этого устроил шоу с завозом продуктов и мытьем окон. И видя, как Игорь Евгеньевич верит в мистическое озарение внука, совершившего рокировку своих капиталов, Андрей решил не разочаровывать старика, не рассказывать ему правду.

— Какое теперь это имеет значение, не буду лишний раз волновать больного пожилого человека, тем более что деньги ему уже делить не надо. А лишний раз ковырять болячки, думать: «Ах, если бы знал, то смог бы отговорить внука», только пошатнут здоровье старика. Да, и выходит, рассказывать про итоги моего расследования ему нет смысла.

Так рассуждал про себя Андрей, а между тем Игорь Евгеньевич продолжал сокрушаться:

— Представляете, мой молодой друг, я корю себя, что ни разу за полгода не заглянул в сейф. Вместо этого затеял никому не нужные доказательства невиновности Оксаны и Кати. Собирался делить деньги, которые сам Андрюша раздал кому хотел. Представляете, я накрутил у себя в голове всякую ерунду, а внук, оказывается, по-прежнему, любил свою жену Оксану, не собирался жениться ни на какой Кате. Только мне не очень ясно, почему Андрюша дом хотел подарить Кате (ничего себе отступные), но опять же по воле случая не успел, да, и слава богу.

— Игорь Евгеньевич, по-моему, все сложилось очень хорошо. Совсем не понимаю, почему вы говорили о какой-то драме?

— Ну, как же, я нанял частного сыщика Валерия Романовича, затем к вам приставал с расследованием. Мне очень интересно, мой друг, а вы не обнаружили связи между смертью моего внука и убийством вашей жены?

— Из тех фактов, которые у меня появились, связи не прослеживается.

— Слава богу, иначе я бы не мог жить спокойно, чувствуя свою вину за то, что собирался встретиться с вашей женой в тот ужасный день.

Еще долго Игорь Евгеньевич искал утешения в словах Андрея, а потом вообще выдал прямо-таки цирковой номер:

— Мой друг, я так к вам привязался, у меня больше никого нет, я подумал, что надо составить завещание.

— Так у вас же есть юрист, который занимается такими делами, здесь я вам не помощник.

— Я не об этом, я хочу вам, мой любезный друг, завещать дачу и московскую квартиру, прошу вас не оказывайтесь, уважьте старика.

— Игорь Евгеньевич, вы ставите меня в неудобное положение, наследство не оставляют первому встречному, наверняка, у вас есть родственники, пусть не самые близкие, но все же родня.

— Андрюша, у меня никого нет. А вас я встретил не просто так, вы мне посланы свыше, я при первой встрече понял это. Только я сначала думал, что вы мне поможете с расследованием, а теперь я просто уверен, что таким образом бог смягчил потерю внука знакомством с вами.

— Игорь Евгеньевич, я помню, вы мне в разговоре как-то упомянули, что хотите завещать свою недвижимость на счет психиатрической клиники в Подмосковье, где вы долгие годы работали главным врачом.

— Да, действительно, раньше хотел, но передумал.

Старик замолчал, видно было, что ему не хочется озвучивать причины, по которым он изменил свое решение. Но, Андрей решил дожать старика, уж очень ему не хотелось ни с того, ни с сего становиться наследником:

— Не понимаю, Игорь Евгеньевич, вы мне так живописали, что клинике требуется капитальный ремонт, срочно необходимо современное медицинское оборудование, еще, по-моему, говорили, что надо улучшить рацион больных. Мне, кажется, что более благородного вложения оставленных после себя средств трудно придумать.

— Андрюша, я действительно об этом мечтал, но в реальной жизни происходит все не так.

Старик опять замолчал, не желая подробно объясняться. Но и Андрей не уступал, надеясь, что можно переубедить собеседника:

— Игорь Евгеньевич, расскажете мне, пожалуйста, что вам помешало осуществить ваши первоначальные планы, вдруг я смогу вам помочь.

— Андрюша, все разворуют, клинике ничего не достанется!

Так в сердцах вскричал Игорь Евгеньевич. Потом, переведя дыхание, добавил:

— Дело в том, что я раньше уже пытался сменить кровати больным. Сейчас в клинике такие кровати, что и здоровый станет больным, если поспит на них хотя бы неделю. Это было еще при жизни Андрюши — я созвонился с директором клиники, спросил, сколько надо денег, чтобы заменить койки на самые современные. Внук мне выделил деньги, и перевел их на счет клиники. Я, дурак, поверил, что все по-честному, теперь больные спят на удобных кроватях.

Старик сделал небольшую паузу, затем продолжил:

— И вот, совсем недавно, еще до Нового года мы вместе с Львом Леонидовичем Фишманом стали готовить документы на оформление завещания по всем правилам, чтобы моя недвижимость после моей смерти перешла на счет клиники. Лев Леонидович предложил в завещании указать, как именно я хочу распорядиться своими средствами, то есть на что они пойдут. Для этого мы решили съездить в клинику, чтобы предварительно обговорить с директором мои пожелания, может быть, он поправит нас, если появились, какие-то неотложные нужды, о которых я не знаю.

Старик опять замолчал, видно, готовился рассказать, что же такого страшного там произошло. Собравшись с духом, продолжил:

— Андрюша, меня в клинике еще хорошо помнят, поэтому по пути к директорскому кабинету санитары разрешили мне зайти в палаты. Мне хотелось посмотреть, так ли удобны новые кровати, как мне описывал директор клиники. К моему глубокому разочарованию во всех палатах стояли старые кровати, которые были там еще в мою бытность главным врачом. Наверно, вы уже догадались, мой молодой друг, что после увиденного в кабинет директора, я не стал подниматься.

Андрей понял, что очень расстроил старика, затронув больную тему для него тему, поэтому решил реабилитироваться:

— Игорь Евгеньевич, ладно, давайте, я вам помогу решить вопрос с завещанием, «у нас будут и волки сыты, и овцы целы». Узнайте у своего юриста, как написать завещание так, чтобы я стал ответственным за правильное распоряжение вашим имуществом. По-моему, в старину это называлось так: вы меня назначаете своим душеприказчиком. Я прослежу, чтобы деньги от продажи дачи и квартиры пошли бы на ремонт вашей клиники и на закупку современного медицинского оборудования. Кстати, ремонт нам поможет сделать друг вашего внука Сергей Маневич, если, конечно, к тому времени его строительная фирма еще будет существовать. Только, прошу вас, Игорь Евгеньевич, живите как можно дольше, чтобы в ближайшие лет эдак двадцать мне не пришлось заниматься этой ерундой.

Когда Андрей полностью озвучил свое предложение, он с удивлением заметил, что по щекам старика катятся слезы.

— Игорь Евгеньевич, если вас обидел мой план, то простите ради бога. Я просто хотел, как лучше.

— Андрюша, наоборот, вы меня очередной раз потрясаете своей необыкновенной проницательностью. Удивительно, вы называете себя первым встречным, а ведете себя, как самый близкий родной человек. Моей заветной мечтой была идея, чтобы клиника, в которую я при жизни вложил свою душу, и после моей смерти чувствовала мою заботу.

— Игорь Евгеньевич, я очень рад, что у нас решился вопрос с наследством.

— Андрюша, но как-то некрасиво получается, сначала я вам предложил, а теперь получается, отказываюсь от своих обещаний. Ведь, на самом деле, после продажи квартиры в центре Москвы и шикарной дачи можно получить очень большие деньги. Может быть, вы себе возьмете из этих средств хотя бы часть денег?

— Нет, все должно пойти на осуществление вашей мечты.

— Андрюша, вам что, совсем не нужны деньги?

— Деньги всем пригодятся, не нужен их избыток. Не даром существует народная мудрость — «не в деньгах счастье». Вот, например, у вашего внука и у его родителей было много денег, а разве они принесли им счастье?

— Андрюша, удивительно, мы с вами мыслим совершенно одинаково, согласен с каждым вашим словом.

Потом они еще долго болтали со стариком. Андрей вспомнил, как непонятно зачем, спросил собеседника про Оксану. И еще раз убедился, как все непредсказуемо в этой жизни. А размышлять о удивительной изменчивости и непредсказуемости Андрея заставил ответ старика на вопрос: «Как поживает Оксана?»

— Андрюша, Оксана уехала со своим племянником в Америку.

— Как в Америку? В гости к своей сестре?

— Нет, про сестру я что-то ничего не знаю. Оксана мне сказала, что ее племянник — сирота, у него нет родителей. И вот ради него она бросила свой любимый «Салон красоты» и отправилась за океан.

— А что, сироте так захотелось посмотреть Новый свет?

— Оксана мне объяснила, что у мальчика обнаружились необыкновенные способности к плаванию.

— Ну, и хорошо, а разве у нас в стране нельзя тренироваться, зачем «ехать киселя хлебать» в Америку?

— Андрюша, я не знаю. Оксана сказала, что мальчик выступал на соревнованиях, и его там приметил какой-то знаменитый американский тренер. Американец сказал Оксане, что сможет вырастить из пацана олимпийского чемпиона. Я просто понял, что Оксана очень любит мальчика, жалеет его, потому что у него никого, кроме нее нет. Она хочет подарить ребенку шанс.

— А как же вся недвижимость, завещанная мужем, да еще салон, который, можно сказать, был ее детищем?

— Я и сам в недоумении. Недвижимость и салон Оксана выставила на продажу, риелторы сейчас занимаются поиском покупателей. Но, такая дорогая недвижимость уйдет не быстро, так ей сказали в агентстве. Деньги внук Оксане оставил, так что она может себе позволить принимать рискованные решения, в момент поменять всю жизнь. Андрюша, а что вас так заинтересовала Оксана?

Андрей был вынужден рассказать Игорю Евгеньевичу, что при встрече с Оксаной по ходу расследования оказалось, что совершенно случайно оказался знаком с ней (вместе учились в медицинском университете). Конечно, упустил про мимолетный, ничего не значащий роман с девушкой.

Андрей еще долго ворочался, вспоминая разговор с стариком, пока в конце концов не заснул.

Утром пришлось вставать чуть свет, чтобы успеть до приема в клинике добраться до Медведкова, где его ждала Катя Романова, которой почему-то захотелось излить душу. Андрей ехал в машине, совершенно не выспавшийся, и проклинал себя за то, что уступил просьбам девушки, теперь должен выслушивать абсолютно не интересующие его покаянные признания. Не к месту возникшая Катина тяга к общению побудила мозг Андрея к рефлексии:

— Как же все в этом мире непредсказуемо и изменчиво. Первый раз при встрече с Катей мне пришлось пойти на обман, чтобы с ней поговорить, а теперь она вдруг сама пристает ко мне, хочет сообщить какую-то устаревшую новость. Что же такое не дает ей покоя? Вдруг она что-то утащила в кабинете Звонарева, когда нашла его мертвым? Деньги Звонарев к тому времени все раздал, но, кто знает, нельзя исключать, что Катя что-то прихватила. Не буду гадать, вот приеду и узнаю.

Когда Северцев был в пяти минутах от места назначения, то, на всякий случай, сделал предупредительный звонок (вдруг непредсказуемая Катя уже уехала). Однако, девушка сразу же ответила, и у Андрея сложилось впечатление, что она очень ждет встречи. Действительно, пока гость парковался, Катя вышла встречать его у подъезда.

— Японский городовой, зачем же я ей так нужен?

Подойдя ближе, Андрей заметил, что в облике девушки произошли разительные перемены — вместо опустошенной «черной вдовы» перед ним предстала скромная, покорная судьбе особа. Но «сыщик» не сразу понял, что основное отличие прошлой Кати от настоящей был слабый свет, идущий будто откуда-то изнутри девушки, который сразу менял весь ее образ.

— Здравствуйте, Катя, какая-то вы сегодня другая, я вас с трудом узнаю.

— Здравствуйте, Андрей Петрович, спасибо, что нашли время приехать.

Когда прошли в маленькую квартирку Кати, Андрей, конечно, обратил внимание, что компьютер никуда не девался, так и стоит на прежнем месте, вопиющим диссонансом к скромному интерьеру квартиры.

— Катя, давайте, прежде чем приступим к беседе, вы мне расскажите, что побудило вас спустя много времени раскрыть то, что вы утаили при первой встрече.

— Андрей Петрович, я уезжаю жить в монастырь, меня берут послушницей. Батюшка из нашего храма (именно он порекомендовал меня в монастырь) сказал мне, что я должна прежде у всех попросить прощения и раскрыть все свои грехи.

— Ну, так я же не священник, чтобы у меня исповедоваться.

— Нет, вы неправильно поняли, в церкви я уже исповедовалась и в монастыре буду замаливать свои грехи, просто здесь в миру мне велено раскрыть то, что я утаивала, и попросить прощения у тех, кого обманывала. Я надеюсь, что вы передадите все Игорю Евгеньевичу, потому что я обманывала его, виновата я перед ним.

Андрей был абсолютно уверен, что обнаружит в рассказе Кати лишь подтверждение и так уже раскрытой им тайны смерти Звонарева, которая теперь была ему совсем не интересна. Но, что делать, коль приехал, принялся покорно слушать покаянную повесть девушки. И Катя, «не откладывая в долгий ящик», едва уселись, начала говорить:

— Передайте, пожалуйста, Игорю Евгеньевичу, что я — не была невестой его внука и не ждала от Андрея Михайловича ребенка. Я работала у него домработницей, убирала в квартире, иногда ходила за продуктами, если он просил.

Андрей прикинулся «шлангом» и наивно спросил Катю:

— Постойте, Катя, разве вы не приезжали в гости к Игорю Евгеньевичу, где Звонарев представил вас своей невестой?

— Приезжала, но это была ужасная ошибка. Просто я поссорилась со своим парнем, он не хотел на мне жениться, узнав, что у нас скоро будет ребенок. Я плакала, а Андрей Михайлович пожалел меня и предложил мне выйти за него замуж, чтобы у отца был ребенок. И я сдуру согласилась, но, когда мой парень Олег узнал об этом, он пришел в ярость.

Здесь Андрей не утерпели вставил «свои пять копеек».

— Катя, хотите, я угадаю, что было дальше?

Девушка оторопело посмотрела на Андрея, не понимая, откуда он может знать то, о чем она никому раньше не говорила.

— А дальше ваш Олег устроил сцену Звонареву, заявив, что он и сам собирается на вас жениться, а богатый злодей хочет соблазнить его невесту. Так было дело?

— Да, все так, а откуда вы узнали?

— Я же работаю сыщиком.

— А, вы рассказали это Игорю Евгеньевичу?

— Нет, пока не сообщил, думаю, как это сделать, ведь тогда мне придется выложить больному старику еще более страшную историю, про то, как ваш Олег стал шантажировать Звонарева, требовать от него роскошный особняк в качестве компенсации. Я боюсь, что сердце Игоря Евгеньевича не выдержит, он совсем недавно пережил инфаркт.

— Получается вы все знали?

— Ну, допустим, не все. Я не знаю, куда исчез ваш Олег, а также мне ничего не известно о судьбе вашего ребенка.

Когда Андрей произносил это, он вдруг увидел, как свет, идущий откуда-то изнутри девушки, мгновенно погас, и она опять стала похожа на прежнюю Катю, которую он впервые увидел с авоськой картошки. Горе-сыщик решил, что Катя тотчас замкнется, и их беседа будет закончена. Но, выдержав небольшую паузу, девушка заговорила снова:

— Когда выяснилось, что дом Андрей Михайлович мне не подарил….

Самоуверенный сыщик не сомневался, что прекрасно знает продолжение этой фразы (что-то типа того): «Олег уехал в срочную командировку». Но, каково же было его удивление, когда он дослушал Катю:

— Олега убили, он был поставлен своими дружками на счетчик, если не отдаст долг. Дом ему был нужен, чтобы рассчитаться.

— Ну, и дружки были у вашего Олега, настоящие бандиты.

— Да, он попал в плохую компанию, когда вышел и детдома. Но, сначала ему нравилось, всегда были деньги.

— Где он работал, если это не секрет?

— Какие уж теперь секреты, когда его нет. У них была автомастерская, где они перебивали номера на ворованных машинах. А Олег как раз получил специальность в детдоме по автоделу, поэтому его туда и взяли.

— А почему у вашего Олега образовался большой долг?

— Олежка как-то раз решил прокатиться на шикарной машине, номера которой он перебил (эту машину через день должен был забирать покупатель). Олег решил, что никто не узнает, если он вечером погоняет на «Мерседесе». Но, ему не повезло, в него, как назло, на дороге врезался пьяный водитель. Олег сбежал с места аварии, бросив машину, хоть он был и не виноват в столкновении, но все равно не хотел разбирательства с ГАИ. За это ему назначили огромный штраф его подельники. Все из-за того, что за «Мерседес» шарашка рассчитывала получить хорошие деньги, и еще потому, что на место аварии приехала полиция, и бандиты боялись, что начнут копать, искать владельца, могли раскрыть их преступный бизнес.

Из Катиного повествования можно было сделать заключение, что ее Олежка — хороший честный парень, а во всем виноваты злые бандиты, с которыми он связался. По мере того, как Катя рассказывала пережитую драму, Андрей заметил, что опять у девушки появилась внутренняя подсветка. Он не был спецом в вопросах религии, но все же решил: Катя обрела веру, именно она помогает и освещает новый, выбранный ей путь. Еще Андрею интересно было узнать, что же произошло с ребенком, но он не решался повторить свой вопрос, а Катя не затрагивала эту тему. Андрей решил, что, видно, не суждено ему узнать о судьбе ребенка, как вдруг Катя сама заговорила:

— Ребенок у меня родился раньше срока, и я — дура, послушала Олега, оставила его в роддоме. Когда Олега убили, я побежала в роддом, хотела вернуть малыша, но было поздно, его уже оформляли бездетной паре. Вот теперь у меня нет ни Олега, ни ребенка.

Андрей, как и думал, ничего нового от Кати не узнал, не считая судьбы Олега и ребенка. И, когда понял, что девушка облегчила душу, и теперь может с чистой совестью замаливать грехи в монастыре, стал собираться, но перед выходом не удержался и спросил:

— Катя, я смотрю, у вас такой навороченный компьютер, не иначе, вы — продвинутый юзер?

— А что значит «юзер»?

— Продвинутый юзер умеет профессионально пользоваться компьютером. Сразу понятно, потому что у вас такой крутой комп.

— Что вы, Андрей Петрович, я вообще в этом не разбираюсь, с компьютера только пыль иногда протираю, понятия не имею, что с этой бандурой делать. Не понимаю, зачем Олег притащил его. Он сказал, что ему компьютер девушка подарила, у которой он хотел забрать мою фотографию.

Андрей почувствовал, как его словно током шарахнуло:

— Катя, пожалуйста, с этого места поподробнее, что за фотография, и о какой девушке идет речь.

— Странно, что вас это интересует. Ладно, сейчас постараюсь вспомнить, как все было — с готовностью откликнулась Катя.

— Как я вам уже рассказывала при первой встрече, я пришла за оформленными документами в особняк, и обнаружила там мертвого Андрея Михайловича. Нужных бумаг на столе я не нашла, поэтому насмерть перепуганная, бегом побежала скорее вон из дома. Народу в доме было очень много, все что-то мыли, тащили какие-то ящики. А еще перед самым выходом меня сфотографировала девушка. Не знаю, что она там делала, может, всех фотографировала.

— Но, я об этом рассказала Олегу, который в автомобиле поджидал меня на улице, недалеко от дома. Когда Олег узнал, что бумаг на особняк я не принесла, да еще про то, что случилось Андреем Михайловичем, он очень рассердился. Потом, немного остыв, стал спрашивать, видел ли меня кто. И тут я рассказала, что меня сфотографировала девушка. После этого он еще больше стал меня ругать, сказал, что если менты обнаружат, что Андрей Михайлович подарил мне дом ни с того ни с сего, да еще узнают, что я была в доме, то могут подумать, что я его убила.

Катя перевела дыхание и удивленно спросила:

— Андрей Петрович, вам действительно это интересно?

— Катя, очень интересно, поэтому прошу, вспомни все до мелочей, для меня это может иметь большое значение.

— Мы с Олегом в машине просидели несколько часов, чтобы дождаться, когда эта девушка выйдет из дома. Олег объяснил мне, что надо проследить, где она живет. На мой вопрос: «зачем», Олежка сказал, что он попросит девушку вернуть мою фотографию. Ждали мы очень долго, сначала приехала полиция, наверно, когда обнаружили Андрея Михайловича. Потом почти все разъехались, а девушка никак не выходила. Когда она, наконец, появилась, оказалось, что ее машина припаркована недалеко от нашей. Мы поехали за ней, Олег записал номер ее машины и адрес, где она проживает.

— Катя, твой парень пытался сразу после смерти Звонарева, добыть у девушки твою фотографию.

— Нет, мне вскоре позвонил юрист, которому я отдавала свой паспорт для оформления сделки дарения. Он сказал, что Андрей Михайлович не успел оформить сделку. Теперь судьбу дома будет решать его дед, возможно, он и подарит его мне, если узнает, что такова была воля его внука. Еще этот юрист сказал, что документы, подготовленные им к сделке, забрала полиция и вернет их только после окончания следствия. Олег нервничал, ему угрожали бандиты, они не верили, что какой-то дурак может подарить своей домработнице такой шикарный особняк. Потом закончилось следствие, оно пришло к заключению, что смерть Андрея Михайловича — несчастный случай. И вскоре мне позвонил сам Игорь Евгеньевич, сказал, что нанял частного детектива. Обнадежил меня, пообещав после расследования нового сыщика, дом подарит мне, мол, воля внука для него — закон.

— Катя, помнится при первой встрече вы мне сказали, что с частным детективом не встречались. Это правда?

— Нет, я соврала. Он приходил, много меня расспрашивал. Вот после этого Олег решил, что, на всякий случай, пора забрать у девушки мою фотку. Как он добыл фото я не знаю, но зачем-то притащил мне компьютер, говорит спец проверил, моей фотографии там нет. Наверно, богатая очень девушка, если просто так дарит компьютер. Да, вспомнила, еще был и фотоаппарат, тоже навороченный, как у журналистов, по телику показывают таких, но фотоаппарат Олег потом забрал.

Андрей слушал и понимал, что Катя, сама того не ведая, раскрыла убийство Юльки.

— Катя, а детектив приходил к вам только один раз?

— Да, Олежка и с детективом после еще раз сам поговорил. Он объяснил сыщику, что у меня сложно протекала беременность, и я только что потеряла ребенка. Олег запретил детективу меня лишний раз волновать. После этого разговора детектив больше не приходил ко мне.

Катя, можно я поближе рассмотрю компьютер?

— Конечно, а хотите, Андрей Петрович, забирайте его себе, он мне совершенно не нужен.

Андрей подошел к компу. У него буквально потемнело в глазах, когда он увидел на нем смешную Юлькину наклейку. Бедолага — сыщик стал упрекать себя, что в свой первый визит, сам не обнаружил улику, хотя прекрасно понял: компьютер в квартире Кати был совершенно чужеродным элементом. Мысленно Андрей тут же заклеймил себя:

— Как самонадеянно я радовался своим успехам в роли частного детектива. А на самом деле я — просто лох. Почему, когда я здесь был первый раз, не рассмотрел компьютер внимательно? Самое главное, ничто внутри у меня не торкнуло, как оказалось, у меня совершенно отсутствует и интуиция, и профессиональный нюх.

Однако, немного остынув, Андрей стал рассуждать более взвешенно:

— Хотя, чтобы это поменяло? Я и Кате ничего говорить не буду, пусть думает, что ее Олежка — белый и пушистый, просто попал в плохую компанию. Пусть спокойно замаливает его грехи. А, на самом деле, этот Олег — настоящий головорез, расправился с Юлей, да еще и частного детектива на всякий случай укокошил, пока тот не успел раскрыть шантаж с особняком. Да, пожалуй, и майору Егорову не буду сообщать о своем позоре, как чисто случайно я нашел убийцу Юли. Все равно преступник мертв, свое наказание он уже получил.

Андрей так ушел в себя, что не сразу понял вопрос Кати:

— Андрей Петрович, вы будете брать компьютер? Мне он, правда совсем не нужен.

На обратном пути Андрей, глянув на часы, понял, что заехать домой завезти компьютер он уже не успеет, так как до приема в клинике оставался всего час — дай бог, успеть добраться до работы вовремя. Смешно сказать, но компьютер Андрей взял только потому, что во сне дал Юльке обещание. Конечно, как твердый реалист по жизни, и, в конце концов, как врач, он не верил во всю это ахинею со снами, в которых покойники дают живым поручения, мол, кровь из носу, а наказ нужно выполнить. Но, все равно, какая-то неведомая сила словно приказывала ему найти преступника, взявшего Юлькин комп. Но, не успел Андрей и пошевелиться, как счастливый случай (такое бывает тоже только во сне или в сказках) сам привел его к объекту поисков. Причем наивная девушка Катя словно по нотам расписала схему действий своего любимого бандита Олежки.

Всю дорогу Андрей переваривал свалившееся на него, как снег на голову, случайное раскрытие преступления. Теперь он точно знал, что этому бандиту нужна была от Юльки всего-навсего лишь фотография Кати. Андрей догадался, что Юлька не могла найти флешку с этим фото, потому что, перепутав халаты, машинально сунула флешку в его халат.

— Каким же надо было быть чудовищем, чтобы совершать убийство по такому ничтожному мотиву! — буквально вскричал Андрей.

— Помню, в школе мечтал стать сыщиком. Я тогда еще не читал Булгакова с его поучительным изречением из Мастера и Маргариты: «Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться». Получается, сейчас моя детская мечта сбылась — я побывал в шкуре сыщика. На самом деле, надо сказать «спасибо» моей маме, которая отговорила меня от профессии следователя.

— Я возмущался методами работы майора Егорова, а сейчас, когда сам столкнулся с преступлением, понял, что работа следователя очень сложная и грязная, учитывая с какими отвратительными личностями им приходится сталкиваться. Нельзя удивляться и возмущаться вопросам сыщиков, а также их на первый взгляд нелепым версиям, потому что, как оказывается, убийства совершаются по абсолютно надуманным мотивам людьми без тормозов с совершенно извращенной психикой. А несчастному, заматеревшему мозгу майора Егорова приходится вычислять, пытаться понять звериную сущность убийц, чтобы пойти по правильному следу и, наконец, поймать и привлечь их к суду.

Когда Андрей вспомнил про наш суд, «самый гуманный в мире», решил:

— Слава богу, что этот зверь получил расправу от таких же, как он сам. Потому что еще «бабка надвое сказала», как бы сложилась судьба этого душегуба, если бы за дело взялся хороший адвокат, а вердикт выносила коллегия добреньких присяжных.

Требовательно затренькал телефон в кармане куртки, звонила Марго. Андрей даже не успел отругать захворавшую за то, что она напрягает больное горло, потому что из смартфона зазвучал здоровый звонкий голос Маргариты. Девушка радостно сообщила ему, что ее мощный иммунитет справился с болезнью за ночь.

Андрей и Маргарита счастливо жили вместе уже больше двух месяцев. Обитали они в квартире Маргариты. Андрей легко согласился на предложение Марго временно поселиться у нее. Он прекрасно понимал мотивацию своей любимой — ей не хотелось жить там, где он был счастлив с другой. Да, и самому Андрею казалось, что его квартира, была Юлькиной территорией, она как бы ее «пометила», вложив в интерьер множество профессиональных творческих задумок. Юлька даже мебель всю поменяла по своему дизайнерскому вкусу, когда переехала к нему. Андрею трудно было представить Марго в спальне, с любовью оборудованной Юлькой. Поэтому, когда он лишь заикнулся о том, что собирается снимать на первых порах квартиру и рассматривает варианты поближе к клинике, Марго предложила не спешить, временно пожить у нее, а там видно будет. И все бы было хорошо, но Андрея постоянно сверлила мысль, что он скажет шефу, когда тот неожиданно нагрянет к дочке в гости. Приходили в голову всякие шальные варианты, например, такой:

— Рудольф Викторович, Марго не все усвоила в клинике, поэтому приходится растолковывать вашей девочке премудрости репродуктивных методов лечения бесплодия.

Андрею самому было смешно, что он, как мальчишка, боится сказать шефу о связи с его дочерью. В мозгу поселилась гадкая мысль:

— Кто знает, как воспримет отец Марго наш союз, может, сочтет мезальянсом?

Но, как ни странно, за то время, что Андрей жил в квартире Марго, Рудольф Викторович ни разу не наведался к дочке. В клинике тоже Андрей последнее время почти не встречал шефа. Правда, пару раз в коридоре озабоченный босс проскакивал мимо, но даже ничего не спросил по рабочим делам (такого раньше никогда не было). Шеф либо ничего не знал, либо делал вид, что не в курсе амурных похождений дочери.

— Не исключено, что Рудольф Викторович просто оттягивает разговор, избегая меня.

Такое странное поведение шефа рождало неприятные вопросы и идеи в голове Северцева:

— Может, шеф ждет пока сами образумимся, поймем, что мы — не пара?

Но храбрый влюбленный тут же сам задиристо отвергал на эту дурацкую мысль.

— Рудольф Викторович, вам долго придется ждать!

Но, если чего-то очень опасаешься, оно обязательно случается. Вот как раз вчера вечером, Рудольф Викторович неожиданно позвонил Андрею на мобильный (странно, обычно он все сообщения передавал через медсестру) и попросил завтра после приема зайти к нему в кабинет. Это был второй случай, когда шеф просил, а не требовал (первый был, когда он просил взять Марго к Андрею «в подмастерья»).

Утром за завтраком Андрей сообщил Маргарите тревожную на его взгляд новость:

— Маргоша, сегодня Рудольф Викторович вызывает меня к себе «на ковер». Как ты думаешь, может, до него дошли слухи о наших отношениях?

— Ну, и прекрасно. Андрюша, мы же договорились, что сами не будем нарываться, а когда папа спросит, мы честно во всем признаемся. Куда спешить — у нас вся жизнь впереди, тем более что папа сам не торопится представить мне свою пассию. Пусть, мы так отомстим ему. Андрюша, не пугайся, про месть я шучу.

Маргарита внимательно посмотрела на Андрея:

— Вообще я не очень понимаю, почему ты заморачиваешься из-за всякой ерунды. Мне сейчас так хорошо, что боюсь лишними разговорами и признаниями спугнуть то состояние блаженства, в котором я пребываю. Доедай по-быстрому омлет, нам пора спешить в клинику. Если ты не против, продолжим разговор в машине — я сегодня поеду с тобой на «Тойоте».

Андрей растерянно ковырял вилкой омлет, не в силах переварить признания Марго о том, что она счастлива с ним — с противным занудным «стариком».

— Андрюша, я вижу мои «разнообразные завтраки», когда я старательно чередую яйца всмятку, яичницу с беконом и омлет, уже стоят у тебя поперек горла. Придется заглянуть в интернет, освоить, например, — «овсянку». Как, сэр, хотите овсяную кашу на завтрак?

— Марго, ты с ума сошла, мне очень нравится омлет, ни в коем случае, не надо менять придуманное тобой меню. Я просто потрясен, неужели я не ослышался, ты что-то сказала про блаженство, это, наверно, гипербола?

— Андрюша, ты меня еще спрашиваешь, разве сам не чувствуешь? Давай только поменьше об этом говорить вслух, а то я, как малограмотная бабка, стала страсть какая суеверная, боюсь сглазить свое счастье.

Андрей после таких признаний Марго быстро расправился с завтраком и еще раз про себя отметил, что он совсем не понимает, что творится в голове у женщин. Марго тоже никак не могла уразуметь, почему любимого волнует такой пустяковый вопрос, как папа отнесется к ее выбору. Можно подумать на дворе восемнадцатый век, когда реально родители выбирали женихов. И уже в машине по дороге на работу Марго вдруг догадалась, в чем причина волнений Андрея:

— Андрюша, я поняла, почему ты так всполошился, испугавшись что папа узнает про наши отношения. Ты боишься, как бы он не начал настаивать на узаконивании нашей связи, то есть на женитьбе. Скажи честно, угадала?

— Нет, не угадала, «совсем холодно».

— Не может быть, я вижу тебя насквозь. Андрюша. Ты не бойся, в крайнем случае, если папа и правда будет приставать с такими глупостями, отсылай его за разъяснениями ко мне.

— Марго, телепат из тебя не получился, я готов жениться на тебе хоть сейчас. Боюсь, ты не захочешь связывать свою жизнь со стариком.

— Андрюша, сколько раз повторять, убери комплекс старика из своих мозгов. Мы с тобой совпали по всем параметрам. Не помню в каком мультике есть такая фраза: «любимый цвет, любимый размер», для меня ты — подарок судьбы со всеми этими характеристиками.

— Маргоша, я за сегодняшнее утро второй раз таю от твоих слов. Так ты, правда, не возражаешь выйти за меня замуж?

— Конечно, нет. Я просто решила, если раньше в прежних отношениях ты не спешил в загс, значит, твое кредо — никаких формальностей. Именно поэтому я приказала себе, выкинуть мысли о свадьбе из головы.

— Маргоша, действительно раньше я считал, что узаконивание отношений ничего не меняет в жизни. Но, сейчас все изменилось, я просто мечтаю стать твоим законным мужем. Прикинь, как жизнь меня перепахала.

— Все, теперь не отвертишься, я воспринимаю твои слова, как официальное предложение руки и сердца. И не буду кокетничать, а сразу скажу: «согласна».

Как раз в этот момент Андрей уже парковался у клиники. Поэтому, как положено, предложение было скреплено поцелуем.

Поднимаясь по лестнице к кабинету, парочка шла молча, оба были ошарашены неожиданным резким поворотом в своих отношениях. Андрей думал, как он сильно ошибался, принимая нелюбовь Марго к разным нежным словам даже после бурного секса, за ее некоторую неудовлетворенность жизнью с ним. А оказывается — все совсем наоборот, глупышке так хорошо, что она боится чего-то там сглазить. И сегодняшний разговор за завтраком, потом плавно перетекший в беседу в машине, пожалуй, впервые обнажил истинные чувства обоих.

— Нет, разобраться, что творится в женской голове, мне точно не под силу. На будущее надо все-таки принуждать Марго к вербальному общению, пусть хотя бы изредка поясняет мне расстановку своих приоритетов, тайных желаний. А лучше, чтобы вообще никаких тайн не было — рассуждал про себя Андрей.

Марго тоже шла молча, оглушенная признанием Андрея.

— Надо же, я была абсолютно уверена, что я понимаю Андрея без слов, а оказывается — «и на старуху бывает проруха». Я прокололась, но какое же счастье, когда облом оборачивается свадебным сюрпризом. Мне кажется, у меня в ушах уже звенит марш Мендельсона.

Весь рабочий день Андрей был так занят, что ни разу не вспомнил про свое обещание, явиться к шефу «на ковер». Но, как только прием был закончен, его опять накрыло необъяснимое волнение. Марго даже предложила пойти вместе, видя мандраж Андрея.

— Маргоша, не придумывай, с чего ты взяла, что я волнуюсь? Я спокоен, как удав. Если я и беспокоюсь, то только потому, что тебе придется меня ждать. Мы с тобой лоханулись — приехали на «Тойоте», а надо было ехать каждому на своей машине.

— Андрюша, ты что забыл, сегодня утром была самая романтичная поездка на работу в моей жизни. Если бы я рулила на своем автомобиле, я бы проехала мимо станции «удача». Прикинь, совершенно неизвестно сколько времени мне пришлось бы ждать предложения руки и сердца.

Как ни строил Андрей из себя спокойного удава перед Маргаритой, но открывая дверь кабинета шефа, опять напрягся. Он представлял, что его ждет не самый приятный разговор. Но, решив, что за свою любовь надо бороться, рывком открыл дверь кабинета и принял бойцовскую позу перед столом шефа.

— Здравствуйте, Рудольф Викторович. Прибыл по вашему вызову — задиристо произнес Северцев.

— Здравствуй, дорогой Андрей Петрович. Что стоишь, скорей присаживайся. Кроме тебя, Андрюша, не с кем поделиться своей бедой.

— Ничего себе, как по-хитрому завернул, на жалость давит. Хочет, чтобы я сам помог ему, добровольно оставил Марго — мгновенно смекнул Андрей.

Не обращая внимания на явно недоброжелательный вид собеседника, Рудольф Викторович продолжил:

— Андрей Петрович, ты, наверно, обратил внимание, что последние два месяца я в клинике почти не появляюсь. Представляешь, даже нет времени с дочерью пообщаться, узнать, как у нее дела.

— Ну вот, кажется, началось, шеф, подошел поближе к теме — решил Андрей.

— А Наташа (ты понимаешь, я говорю о Наталье Сергеевне Кузнецовой) последний месяц вообще не работает — ей дали бюллетень.

— Интересно, а с какого боку он приплел Наталью Сергеевну? Неужели она так сопереживала шефу, что с ней случился невроз, еще хуже, если сердечный приступ?

Неожиданно Андрей решил не гадать про себя, а перейти в атаку, недаром говорят, наступление — лучший способ защиты.

— Рудольф Викторович, что случилось с Натальей Сергеевной? Такая молодая, цветущая женщина, и вдруг — бюллетень. Ой, как же получается, неужели вы не уберегли ее? Да, я по себе знаю, все беды от нас, от мужчин!

Трагический тон монолога Андрея, похоже, попал в благодатную почву, потому что Рудольф Викторович просто вскричал:

— Андрюша, ты прав — я виноват во всем. Если бы я не морочил Наташе голову, а женился бы на ней сразу, когда понял, что это — моя женщина, все бы было иначе. Тогда она была на пять лет моложе, наверняка, и беременность бы протекала намного легче. А сейчас у нее очень тяжелая форма токсикоза, я вообще не представляю, как она доходит до родов.

И тут до Андрея, наконец, дошло, что у шефа свои проблемы, сейчас ему не до фокусов дочери. Также Северцев на живом примере убедился, что врачи-гинекологи забывают все свои медицинские практики и теории, когда беременеют их жены (такую байку Андрей слышал еще в университете). Но, видимо, у шефа, кроме того, в подкорке сидела драма с первой женой, умершей при родах, поэтому сложилось особое обостренное восприятие беременности Натальи Сергеевны.

— Рудольф Викторович, вы, похоже, забыли, как страдают от токсикоза совсем молодые девчонки. Возраст здесь ни при чем. Кончится первый триместр, а там, глядишь, и полегчает. А как Наталья Сергеевна воспринимает свое состояние.

— Андрюша, не поверишь, Наташа счастлива, она радуется, как ребенок, даже когда ее выворачивает наизнанку. Мы и узнали-то о ее беременности еще на очень маленьком сроке не по тестам, а потому что ее стало тошнить по утрам. Представляешь, как-то прибегает утром из ванной, вся зеленая, и радостно кричит:

— Рудик, «мавр сделал свое дело, мавр может уходить».

— А почему Наталья Сергеевна предложила вам уходить? — не понял Андрей.

— Я же тебе, кажется, рассказывал, что попросил Наташу подождать пока Марго закончит ординатуру, а потом переехать в Крым, пожениться, а там уж и детей заводить.

Здесь Андрей не смог удержаться, и с нескрываемой долей ехидства полюбопытствовал:

— И как же эта коллизия разрешилась?

— Андрюша, когда я узнал о беременности Наташи, мои представления обо всем радикально поменялись. Я настоял, чтобы мы немедленно расписались. Оказалось, по справке о беременности не надо ждать, сразу регистрируют.

— А как же Марго, неужели вы дочери не сообщили? — не унимался любопытный Андрей.

— Андрей Петрович, поверишь, проблема с Маргаритой просто растворилась, я перестал зацикливаться на этой ерунде. Теперь у меня другая проблема — я с ума схожу, боюсь, как бы чего не случилось с Наташей.

— Рудольф Викторович, неужели вы до сих пор не поделились с дочерью своей радостью, которую вы мне вначале почему-то назвали бедой? Мне, кажется, Марго поддержала бы вас гораздо лучше меня.

— Нет, что ты, Андрей Петрович, я сообщу Марго немного позже, когда Наташе полегчает. Сейчас, боюсь дочь ляпнет ей какую- ни будь обидную шуточку. Знаешь Андрей Петрович, у дочери очень острый язычок, когда ей что-то не нравится. Хотя Наташа давно напрашивается, представляешь, она такая наивная, думает, что сможет подружиться с Маргаритой.

Андрей решил защитить Маргошу, ему совсем не понравилось, что отец слишком недооценивает душевные качества своей дочери. Поэтому, не соблюдая субординации, задиристо выпалил:

— А вам не приходило в голову, Рудольф Викторович, что если вы так резко поменяли свое отношение ко многим вещам, то, возможно, и ваша дочь повзрослела, и теперь совсем по-другому будет относится к вашей любимой женщине.

— Нет, для этого Маргарите самой нужно пережить большую любовь. У нее были какие-то парни, но я что-то не замечал, чтобы она горела.

— Странно, а я слышал, Марго собирается замуж.

— Андрей Петрович, ты не шутишь?

— Какие уж тут шутки, я даже жениха неплохо знаю.

— Скажи, Андрюша, парень хоть хороший?

— Я бы не назвал его парень, он приблизительно моего возраста. А хороший или нет, это уж пусть вам Маргарита скажет.

— Насчет возраста, я не парюсь (это словечко очень любит моя дочь). Знаешь, Андрей Петрович, я как-то подумал, хорошо бы у моей Маргариты был муж, похожий на тебя.

— Если честно, избранник Маргариты очень на меня похож, практически одно лицо.

Рудольф Викторович растерянно смотрел на Андрея некоторое время, когда наконец, до него дошло, он радостно воскликнул:

— Андрей, я правильно понял: ты и есть избранник?

— Да, признаюсь, мы с Маргаритой живем вместе уже больше двух месяцев.

— Ну, даете, а почему же вы мне не сообщили такую радостную новость раньше?

Андрей окончательно расслабился, поняв, что отец Марго не против выбора дочери. Теперь надо было спешно придумывать причину, объясняющую почему не поставили отца в известность. И Андрей начал выкручиваться:

— Рудольф Викторович, так вышло, что по настоянию Марго я поселился в вашей квартире. И вот Маргоша придумала, что лучше всего устроить вам сюрприз, когда вы зайдете в гости (не в клинике же лезть к вам с такими новостями).

— Ладно, Андрюша, не оправдывайся, меня в клинике последние два месяца трудно было поймать, я появлялся урывками, только по безотлагательным делам.

— Рудольф Викторович, у меня к вам предложение. Что, если вместе с Натальей Сергеевной вы зайдете к нам в гости в свою собственную квартиру.

— Андрюша, хочу тебя поправить, квартира не моя, я давно оформил квадратные метры на Маргариту. Последнее время я обитал в квартире Наташи, но уже давно присматривал нам новое жилище. А теперь и подавно, учитывая, что мы ждем пополнение, я ускорил этот процесс, и у меня на примете есть чудная квартирка. Жду момента, когда Наташе станет полегче, чтобы она одобрила мой выбор. Но, информация насчет квартиры, так, для справки, чтобы ты, как говорит моя дочь, не парился по этому поводу. Меня беспокоит другое, неужели ты думаешь, что Марго отнесется спокойно к изменениям в моем семейном положении? Я не могу допустить, чтобы она обидела Наташу. Понимаешь, дочь вбила себе в голову, что я не имею право любить никого, кроме ее мамы.

— Рудольф Викторович, по меткому выражению вашей дочери, даже не парьтесь. Марго уже надо мной провела эксперимент, и поняла, что существует новая жизнь и любовь даже после смерти горячо любимого человека. Я просто уверен, что Маргоша будет рада вашему счастью, тем более, когда узнает, что Наталья Сергеевна ждет малыша.

В это время у шефа зазвонил телефон, он судорожно схватил мобильник и отошел вглубь кабинета. Андрей не мог представить, что голос Рудольфа Викторовича может быть таким нежным, шеф ворковал, чисто голубь. Когда телефонный разговор был окончен, он сразу торопливо стал собираться.

— Андрей Петрович, ты не представляешь, как ты мне помог.

— Не понял, чем же я вам смог помочь Рудольф Викторович?

— Во-первых, ты меня успокоил насчет Наташиного токсикоза, напомнив, что и у совсем молодых девушек бывают очень тяжелые формы токсикоза. Понимаешь, Андрюша, мне даже Наташа говорит, что сейчас я из грамотного врача-гинеколога превратился в сумасшедшего обывателя, который из любой ерунды делает проблему. Во-вторых, ты мне сообщил прекрасную новость про вас с Маргаритой, о таком зяте я мог только мечтать. Ну, и потом ты уверяешь, что дочь спокойно отнесется к моей женитьбе, такое изменение ее позиции для меня — большая радость. Ладно, заболтался я с тобой, сейчас мне срочно надо ехать домой. По дороге заеду в магазин, Наташа скинула по мобильнику список покупок, который я должен привезти.

— Можно подумать я напросился на разговор.

Так подумал про себя Андрей, хотя очень обрадовался такому повороту, поэтому быстро распрощался с шефом и побежал к заждавшейся его Маргарите.

Андрей почти проснулся, с закрытыми глазами протянул руку, желая прикоснуться к Маргоше, но тут же продрал глаза, ощутив, что рядом с ним никого нет.

— Интересно, куда она вскочила в такую рань, сегодня же у нас выходной?

Андрей недовольно бурчал, потому что по выходным у них с Марго уже стало традицией долго валяться в постели, ну, и конечно, заниматься тем, чем могут заниматься любящие друг друга мужчина и женщина.

— Марго, ау, ты куда запропастилась?

В ответ — полная тишина. Пришлось Андрею вставать, идти искать свое сокровище. Обнаружил Маргариту в ванной, девушка уже приняла душ и собиралась надеть халат. Но, мгновенно халат был отброшен, Андрей подхватил на руки Марго и потащил ее в спальню, по дороге приговаривая:

— Маргоша, доброе утро! Просыпаюсь, а тебя нет рядом, это — просто скандал. Ты ухитрилась выработать у меня, как у собаки Павлова, рефлекс — ты же знаешь, утром в выходной день я не могу встать, не выполнив супружеский долг. Почему ты убежала, нарушив наш священный ритуал?

Радостная Марго вместо ответа закрыла рот любимого поцелуем. Но даже когда все ритуалы были выполнены, Марго не дала Андрею понежиться вместе в постели, как они делали обычно. Она в необычной для себя манере стала занудно причитать:

— Андрюша, давай, вставать скорее! Ты что забыл? Мы же сегодня едем к твоей маме, поздравлять ее с днем рождения.

— У нас куча времени, я обещал маме, что мы приедем к обеду. Японский городовой, наконец-то я понял почему ты вскочила чуть свет! Признавайся, ты волнуешься? Маргоша, глупышка, уверяю тебя, беспокойство твое совершенно напрасно. Я ничуть не сомневаюсь, мама будет просто в восторге от тебя, тем более, когда узнает, что мы подали заявление в загс.

— Андрюша, а Юля нравилась твоей маме?

— Нравилась, кстати, мама меня все время ругала, что мы живем в гражданском браке.

— Ну вот, так и думала, Антонина Дмитриевна, наверняка, будет сравнивать меня с Юлей, боюсь, я проиграю.

— Моя мама сразу почувствует, как я от тебя угораю (надо же, нахватался от тебя жаргонных словечек), поэтому ты ей понравишься без вариантов. Марго, меня удивляет, почему у тебя такая низкая самооценка? Запомни, ты — просто чудо, я до сих пор не могу поверить, что мне так крупно повезло.

— Понимаешь, Андрюша, может, потому что я росла без мамы, я с женщинами плохо иду на контакт. Поверишь, у меня и подруг-то никогда не было, я всегда дружила только с мальчишками.

— Марго, ты себе сама втемяшила в голову какую-то ерунду. Разве ты не помнишь, как совсем недавно ты прекрасно подружилась с Натальей Сергеевной. Твой папа боялся, что ты можешь обидеть его жену, а вы чирикали, как две подружки. По-моему, вы и потом созванивались, поправь, если я не прав.

— Нет, Наталья Сергеевна, и правда, оказалась очень классной женщиной. Потом мне понравилось, как они с папой смотрят друг на друга, с такой нежностью, без консилиума можно поставить диагноз — у них любовь. Знаешь, Андрюша, наверно, впервые я поняла, что папа имеет право на счастье, причем это вовсе не значит, что он предал мою маму (как я считала раньше).

Андрей самодовольно улыбнулся, чувствуя свою заслугу в новом мироощущении Марго. И про себя отметил:

— Выходит, я не зря он доказывал Рудольфу Викторовичу, что его дочь благосклонно отнесется к новому семейному положению отца.

— Андрюша, действительно, я звонила, спрашивала, как себя чувствует Наталья Сергеевна, предлагала свою помощь, вдруг ей что-то надо привезти. Она от помощи отказалась, но пригласила меня заехать к ней в гости, пока она на больничном. Прикинь, сказала, что хочет со мной поболтать чисто по-женски, когда папы не будет дома.

— Маргоша, вот видишь, ты разбила вдребезги свою же собственную гипотезу о том, что с женщинами плохо идешь на контакт. Согласна?

— Будем считать, что убедил, теперь постараюсь не париться. Но все же твоя мама — особый случай, ей-то мне точно хочется понравиться.

— Так и будет, особенно, когда мама узнает про загс, она с той же минуты начнет ждать внуков. Мама на каждый свой день рождения выговаривает мне, что еще год жизни прошел зря, внуков так и не понянчила.

— Андрюша, а почему ты маму не перевез в Москву, поближе к себе?

— Маргоша, ты задаешь очень трудный вопрос. Смотри, во-первых, я себя оправдываю тем, что сама мама не хочет бросать место, к которому она привыкла, у нее там много знакомых, подружек. Правда, недавно она мне рассказывала, что одна ее самая близкая подруга умерла, а другая переехала к детям в Москву. Так что теперь, я думаю, и маму уломать будет легче. Но, существует еще материальный вопрос, я же — не олигарх. Покупать маме квартиру где-нибудь на окраине, так это — «менять шило на мыло». В центре я не потяну, а Нара, считай, теперь тоже окраина Москвы.

— Андрюша, я не понимаю, почему ты не предложишь ей переехать в твою квартиру, она же пустует?

— А, если я тебе надоем, и ты меня выгонишь? Куда мне тогда съезжать? С мамой жить вместе я уже не хочу, я — большой мальчик, а мама, она и есть мама, начнет меня строить.

— Не говори глупости, ты мне никогда не надоешь. Небось, все как раз наоборот, боишься, что не куда будет сбежать от меня. Но не парься, мы же подали заявление, через месяц поженимся, и, если надумаешь удрать, будем делить квартиру.

— Маргоша, не пойму, как у тебя поворачивается язык плести такую ерунду. Ладно, давай скорее собираться, кто-то, кажется, боялся опоздать. А теперь этот кто-то спокойненько лежит и задает дурацкие вопросы. Кстати, завтрак отменяется, выпьем только по чашечке кофе.

— А почему, ведь, сегодня очередь твоего любимого омлета?

— Надо оставить место для маминых кулинарных изысков. Я думаю, ты растопишь ее сердце, если попробуешь все приготовленные яства и похвалишь маму.

— Андрюша, как ты думаешь, Антонина Дмитриевна не будет меня ругать, что я до сих пор не научилась готовить?

— Я не согласен, ты прекрасно готовишь омлет, яичницу и яйца всмятку. Так что, если зайдет разговор о кулинарии, я похвастаюсь маме, какая мне досталась хорошая хозяйка.

— Андрюша, ты смеешься, а я серьезно.

— Так и я не шучу. Марго, посмотри на часы, мы уже опаздываем.

Обед прошел замечательно. Марго сразу почувствовала, что Антонина Дмитриевна вовсе не придирчиво, а наоборот, с теплой лаской смотрит на нее, совсем также, как на своего сына. Помня напутствие Андрея, девушка старалась не подкачать, уплетала за обе щеки и хвалила все, что было выставлено на столе. Андрей решил, что надо спасать Маргариту, потому что из-за его глупых полушутливых советов и желания любимой понравится его маме вот-вот Марго станет плохо.

— Маргоша, мама подумает, что дома я морю тебя голодом. Не ешь впрок, мы с собой увезем домой все, что останется. Знаешь, когда я жил с мамой, и она меня перекармливала, я грозился ей, что у меня будет заворот кишок. Сейчас, боюсь, с тобой, и правда, случится то, чем я грозил маме.

— Антонина Дмитриевна, Андрюша прав, я набросилась на ваши деликатесы, потому что такой вкуснятины никогда не ела.

— Андрюша, ты, как всегда, лезешь со своими глупыми шутками, какой еще заворот кишок, не знаю, чему тебя там в медицинском университете учили. Маргарита, деточка ешь спокойно, не слушай глупого мальчишку.

— Мам, мальчишке, между прочим, уже тридцать семь лет.

— Пора бы уж поумнеть.

Марго с упоением слушала шутливые препирательства мамы с сыном и думала:

— Какое это счастье, когда у тебя есть мама!

Перед чаем с тортом решили сделать перерыв, и Марго вызвалась помочь Антонине Дмитриевне убрать со стола — подготовить его к десерту. На кухне Марго, как будто кто дернул ее за язык, сама вдруг решила рассказать о своем недостатке:

— Антонина Дмитриевна, представляете, а я совсем не умею готовить, так что у вашего сыночка точно заворота кишок не будет.

— Маргарита, всему свое время, я тоже, когда выходила замуж, совсем не умела готовить.

— Неужели так бывает? Наверно, вы какие-нибудь курсы по кулинарии кончали?

— Жизнь — самые хорошие курсы. Когда родился у меня Андрюша, как-то само собой получилось, начала готовить. И у тебя так будет, всему свое время, будешь готовить еще лучше меня.

— Ну, уж лучше вас, Антонина Дмитриевна, вряд ли.

— Маргарита, идем в комнату, я там приготовила альбом с Андрюшкиными детскими фотографиями. Хочешь посмотреть?

— Ой, как вы угадали, я сама хотела вас попросить об этом.

Когда зашли в комнату, Маргарита увидела, что Андрей сам рассматривает альбом с фотографиями. Девушку удивил его вид, Андрей был чем-то очень озадачен.

— Андрюша, что сам себя не узнаешь?

Маргарита подсела к Андрею, прижалась к нему, ожидая, что он сам приобнимет ее, и они вместе будут рассматривать альбом, а Андрей каждый снимок будет сопровождать смешными, остроумными комментариями. Но, Андрей неожиданно встал:

— Ма, ты лучше меня помнишь, к какому событию относится каждое фото, будь гидом по моему детству и юности.

Марго немного царапнуло поведение любимого. Но желание посмотреть, каким Андрей был в прежней жизни до встречи с ней пересилило, поэтому девушка быстро успокоилась и с интересом слушала пояснения Антонины Дмитриевны к каждому фото. Однако, когда сели за стол пить чай с тортом, стало ясно, что Андрей ведет себя необычно. Он сидел молча, машинально помешивая что-то в чашке, хотя Марго прекрасно знала — Андрей всегда пьет чай без сахара. Мама два раза обратилась к нему с вопросом, но он не услышал, пока Антонина Дмитриевна не дернула его за рукав.

— Андрюша, что с тобой, почему ты не взял торт, ты что не видишь, я спекла твой любимый «Наполеон»?

— Ма, давай я возьму «Наполеон» домой, сейчас что-то не хочется.

Антонина Дмитриевна сразу поняла, что к Андрею сейчас лучше не приставать. Оставшуюся часть вечера обе женщины старательно делали вид, что ничего из вон выходящего не происходит. Мама Андрея, чтобы разрядить обстановку, стала вспоминать забавные случаи из детства сына. Видя, с каким интересом Маргарита слушает ее, Антонина Дмитриевна рассказывала все новые и новые смешные истории, складывалось впечатление, что все детство Андрея — нескончаемый комикс. Марго догадывалась, что мама, стараясь защитить сына, на ходу придумывает юморески, чтобы Андрей мог спокойно пребывать в своем ступоре, и невеста не приставала к нему с вопросами. Марго приняла правила игры и весело хохотала после очередной истории, хотя на душе у нее «кошки скребли». А Андрей все это время сидел за столом, монотонно помешивая ложечкой не существующий сахар в своей чашке. Мысли его были где-то очень далеко, иначе бы он обязательно стал спорить с мамой, что таких казусов с ним вовсе не было.

Когда садились в машину, чтобы ехать в обратный путь, Андрей, наконец-то, произнес некие слова, доказывающие, что он еще помнит, что у него есть Маргарита:

— Маргоша, я понимаю, что ты озадачена моим поведением. Не обижайся на меня, я тебе все объясню, но немного позже. Сначала я сам должен переварить то, что на меня свалилось, как гром среди ясного неба.

— Не парься, Андрюша, я потерплю.

Почти всю дорогу до дома ехали молча. Бедную Маргариту терзали самые разные догадки, причем одна хуже другой.

— Легко сказать: «я потерплю», а на самом деле мочи нет терпеть, так и хочется спросить: «что стряслось»? — размышляла несчастная девушка.

— Ну, что такого можно увидеть в семейном альбоме с детскими фотографиями, чтобы Андрея так скрутило? Я тоже внимательно просмотрела все снимки — ничего порочащего маленького Андрюшу я не заметила. Правда, есть фото, на котором он в песочнице стоит в обнимку с какой-то девчонкой, кстати, она такая дылда, на голову выше моего мальчика. Ну вот, меня совсем занесло в область идиотизма. Все, даю честное слово, не буду больше париться.

Маргарита пыталась задремать, но из этого ничего не вышло, и она с досадой опять начала все прокручивать в своей голове.

— Интересно получается, если я раньше хоть на мгновение замолкала, когда мы ехали в одной машине, Андрюша тут же возмущался:

— Что-то моя птичка не щебечет, Марго что с тобой, ты не заболела случаем?

— А сейчас уже полчаса молчит, как сыч. Неужели «немного позже» не наступило? За это время можно было переварить любое событие, не то, что старый снимок в фотоальбоме. И как Андрей не поймет, что любую неприятность лучше встречать вместе, я всегда готова подставить свое плечо. Правда, с чего я взяла, что это — неприятность? Может, на него свалился очень даже приятный сюрприз, и он теперь думает, как от меня избавиться, чтобы все было тихо-мирно? Нет, опять «Остапа понесло», я должна дождаться объяснений.

И Маргарита начала себя успокаивать:

— У нас все хорошо, Андрей меня любит. Мы через месяц станем мужем и женой, хотя вот этот аргумент приводят только набитые дуры, а ты, Марго — умная девочка. Вот уже больше двух месяцев я пребываю в таком счастливом состоянии, что какая-то мелкая соринка на моем пути не может ничего изменить. Пусть Андрюша помолчит, я должна уметь входить в положение любимого, у которого, похоже, язык отсох. Может, старые снимки напомнили Андрюше, как в детстве он играл в «молчанку».

Маргарита вдруг в голос расхохоталась, ей самой стало смешно, как ловко ее мозг соорудил аргумент с «молчанкой».

— Маргоша, ты чего смеешься? — вдруг подал голос Андрей.

— Да так, в памяти возник твой снимок в песочнице, в обнимку с дылдой — девчонкой.

Маргарита никак не ожидала, что ее смех выведет из ступора Андрея (иначе бы раньше захохотала). Он также неожиданно, как замолчал, теперь начал нормально общаться:

— Девчонку на снимке зовут Маша, она жила в нашем доме, а потом ее чуть ли ни из детского сада забрали в Московскую спортшколу, если не ошибаюсь, при Динамо. Я это узнал, когда несколько лет назад она оказалась моей пациенткой. Маша рассказала, что выступала даже за сборную нашей страны по баскетболу.

— Надо же, а Антонина Дмитриевна сказала, что не помнит, кто тебя так крепко обнимает в песочнице.

— Так я бы тоже не вспомнил, если бы она не появилась у нас в клинике. Кстати, ее муж — тренер, ниже ее на целую голову. В песочнице Маша еще ничего, а сейчас у нее рост больше, чем два метра. Удивительно, как она меня вспомнила. Оказалось, у Маши есть та же фотография из песочницы, снимок делал ее папа.

— Андрюша, мне Антонина Дмитриевна рассказала кучу всяких историй из твоего детства.

— Ну, вот видишь, глупышка, а ты боялась, что не понравишься маме. Знаешь, что она мне шепнула перед выходом в прихожей?

Андрей многозначительно замолчал.

— Андрюша, не тяни, быстрей колись, что она сказала?

— Сказала, что ты — просто прелесть, что мне очень повезло. Да, еще велела беречь тебя.

Марго подумала, как странно, ей казалось, что он ничего не видел и не слышал, когда они прощались с мамой в прихожей.

— Не верю, ты придумываешь! Тогда вопрос на засыпку: «Что нам передала Антонина Дмитриевна»?

— Три сумки всякой еды. Один пакет с тортом велела уложить в машине с особой осторожностью.

— Да, все правильно.

Маргарита была в растерянности:

— Что же получается, неужели Андрей придурялся? И второй вопрос — зачем? Нет, надо быть великим артистом, чтобы так безупречно войти в роль.

— Андрюша, а ты слышал, как мама рассказывала про тебя смешные истории?

— Больше половины этих юморных случаев это — плоды разгулявшейся фантазии. Наверно, сработала интуиция, мама поняла, что меня надо оставить в покое, вот и разыграла балаган. Кстати, мама прекрасно поняла, что ты ей подыгрываешь, думаю, именно поэтому она так расхваливала тебя, мое сокровище.

— Андрюша, а мне казалось, что ты где-то далеко в своих мыслях, не улавливаешь, о чем речь.

— Так и было, но моя подкорка записывала на магнитную ленту памяти ваш спектакль.

— Скажи мне раньше, никогда бы не поверила, что так бывает.

Маргарита некоторое время ехала молча, но потом опять не выдержала:

— Андрюша, теперь все нормально, надеюсь, ты опять не отключишься?

— Маргоша, все хорошо, не волнуйся, я тебе расскажу все, только мне надо, кое-кому позвонить, подтвердить мои выводы.

— Можно последний вопрос?

Не дождавшись ответа, Маргарита спросила:

— Андрей, ты эти выводы сделал, глядя на снимок в альбоме?

— Да, Марго, прошу тебя, прояви немножко терпения. На сегодня игра «хочу все знать» окончена.

— Андрюша, ну пожалуйста, еще один самый-самый последний вопрос.

— Хорошо, но только последний.

— А то, что ты мне расскажешь, со знаком «плюс», или со знаком «минус»?

— Хитренькая, Маргоша, напоследок задала самый трудный вопрос. Я не знаю, что тебе ответить, моя любознательная девочка.

Андрей задумался, потом решительно тряхнув головой, ответил:

— Наверно, ни с «минусом» и ни «плюсом», а со знаком «жизнь».

— Лучше бы я не задавала этот дурацкий вопрос. Теперь вот буду мучиться, гадать, что такое знак «жизнь»?

Всю следующую неделю Марго провела в напряженном ожидании. Казалось, Андрей не спешит ничего выяснять. Неделя прошла, как обычно, Андрей съездил только к Игорю Евгеньевичу Малиновскому. Ну так, это — обычная история, он старался навещать старика практически каждую неделю. Как правило, Маргарита тоже старалась выкраивать в своем расписании время, чтобы пристроиться к Андрею. Но на этой неделе, к сожалению, не удалось поехать вместе, так как у Маргариты были теоретические занятия в ординатуре.

— В общем, видно, придется ждать еще долго — усмиряла свое нетерпение девушка.

Выходной в клинике на этой неделе выпадал на пятницу. Как обычно, в выходной парочка долго валялась в постели, старательно выполняя все положенные ритуалы. Завтракали ближе к полудню. И вдруг Андрея, с аппетитом поглощающего яичницу, осенило, что через три недели ему с Маргаритой предстоит идти в загс, а ничего ни куплено и не заказано. Как настоящий мужчина, Андрей тут же решил передать эстафетную палочку забот невесте:

— Маргоша, мы же с тобой должны готовиться. Дорогая, тебе необходимо купить самое красивое свадебное платье, кольца, заказать ресторан, надо составить список гостей.

— Андрюша, а нам с тобой это надо? По мне так вся свадебная мишура — лишняя суета. Если, конечно, ты не против, из всех свадебных атрибутов я бы купила только кольца и с ними отправилась в загс, только вдвоем, без толпы сочувствующих с огромными букетами. Интересно, так можно, или с нас потребуют свидетелей?

— Маргоша, а ты точно не хочешь? Я слышал, что все девушки мечтают о свадебном платье, еще требуют свадебное фото, чтоб потом показывать детям и внукам.

— Слушай, Андрюша, ты меня озадачил, про детей и внуков я как-то не подумала. Неужели дети будут требовать от нас фотографию?

— Ладно, Маргоша, у меня есть идея получше, давай этот вопрос оставим на завтра, а сегодня я приглашаю тебя в ресторан, уже заказал столик. Помнишь, первый наш с тобой ресторан? Хотя, откуда ты можешь помнить, ты же напилась в стельку.

— Андрюша, представь, если бы я тогда не выпила лишнего и не уснула, у нас бы ничего не было. Об этом даже страшно подумать! А, что мы сегодня отмечаем, или ты меня решил опять напоить?

— Марго, сегодня у нас серьезный разговор, я же обещал тебе рассказать, что со мной произошло. Ну, помнишь, в гостях у мамы?

— Ура, наконец-то, я сгораю от нетерпения!

Но Марго вовсе не хотелось терпеть до вечера. Девушка стала придумывать способ, чтобы поскорее узнать, что за загадка скрывается в детском снимке, так потрясшая Андрея.

Андрюша, а разве прямо сейчас дома ты мне не можешь открыть свою тайну? Тогда мы в ресторане просто проведем вечер, вспомним наше первое свидание, может, даже потанцуем (конечно, если я не напьюсь там по привычке).

— Марго, я совершенно не умею танцевать, даже не проси меня выделывать танцевальные па, кончится тем, что отдавлю тебе ноги. Прошу тебя, давай не менять моих планов, я уже настроился провести разговор в ресторане. Дома, когда под боком спальня, я буду отвлекаться.

— Хорошо, Андрюша, пусть так и будет — покладисто согласилась Маргарита.

— Маргоша, сейчас я тебе устрою викторину. Для начала ответь мне, пожалуйста, на такой вопрос: «Что ты сделаешь, когда поймешь, что забеременела?»

— Очень простой вопрос, ответ очевиден: «Завизжу от радости».

— А мне ты сразу сообщишь?

— Конечно, разве есть варианты? Автор должен знать, что он сотворил. Андрюша, почему ты задаешь такой странный вопрос, ты что, не хочешь детей?

— Маргоша, хочу, еще как хочу.

Андрей обнял Маргариту и предложил ей, не теряя времени прямо сейчас заняться волшебством, наколдовать все равно кого — можно мальчика, а еще лучше девочку. Марго с радостью приняла предложение любимого.

В ресторан добирались на такси. Маргарита призналась, что с трудом узнала место, которое совершило счастливый поворот в ее судьбе. Может потому, что тогда она была всецело поглощена Андреем, и ей было совершенно наплевать, где она находится, главное, ее кумир был рядом. Тогда они сидели в общем зале, а сегодня Андрей снял столик в отдельном кабинете. К их приходу на столе уже стояли заранее заказанные холодные закуски и вино, едва слышно звучала музыка.

— В таком интерьере, наверно, соблазняют невинных девушек.

— Невинные девушки не пойдут в отдельный кабинет — зачем-то возразил Андрей.

— Маргоша, давай не отвлекаться от темы вечера, пока у меня запал не пропал. От волнения чуть не забыл, сначала выпьем по бокалу и закусим. Я сегодня не за рулем, поэтому мне тоже полагается спиртное. Марго, сегодня тебе придется самой себя контролировать, чтобы не превысить норму, после которой ты засыпаешь, иначе не дослушаешь самое интересное, а завтра я повторять не буду.

— Андрюша, не парься, у меня такая реакция только от крепких напитков, а от сухого вина со мной ничего не приключится.

Андрей произнес странный тост:

— Маргоша, предлагаю выпить за то, чтобы ты меня не разлюбила после моих откровений.

— Андрюша, за эти глупости я пить не буду! В таком случае у меня встречный тост:

— Я поднимаю свой бокал за этот замечательный ресторан, соединивший нас. Я уверена, что здесь мы будем праздновать и серебряную, и золотую свадьбу. И не вздумай даже на мгновение засомневаться, что я тебя могу разлюбить, даже не надейся — аминь!

И Андрей, не оттягивая, стал рассказывать Маргарите свою Одиссею. Без утайки поведал, как узнал про Юлькину беременность не от нее самой, а от следователя. Сказал, что, к несчастью, всерьез не воспринимал Юлькиных принципов, по которым ребенок должен родиться в законном, а не в гражданском браке. Он даже не сомневался, что Юлька в случае беременности тут же сообщит ему, и они пойдут поставят необходимый ей штамп в паспорте.

Не скрыл Андрей и тот факт, как взялся сам расследовать ее смерть. Сделал это потому, что у сыщика из полиции появилась сумасшедшая версия, связавшая смерть Юльки с исчезновением денег у погибшего Звонарева, у которого она почти два года работала дизайнером. Чтобы доказать непричастность жены, по ходу вынужден был заняться еще и расследованием скоропостижной смерти ее работодателя, погибшего при странных обстоятельствах. Далее поведал, как познакомился с Игорем Евгеньевичем Малиновским, а также почти фантастический факт, — Звонарев оказался внуком Малиновского.

Потом объяснил Маргарите, как возникла на горизонте Оксана — жена Звонарева. Здесь его ждало тоже удивительное совпадение. Волею судьбы оказалось, что с Оксаной Андрей знаком, вместе учились и даже по молодости несколько раз переспали. Рассказал, как в доме Оксаны встретил парнишку (якобы ее племянника), лицо которого показалось очень знакомым. Но Оксана убедила, что встречать пацана Андрей просто не мог, потому что мальчик все время жил в Харькове, приехал в Москву совсем недавно.

Дальше объяснил Маргарите, что закончил свое дилетантское расследование, когда удалось доказать сыщику-профессионалу Юлькину невиновность. Андрей выяснил, что деньги Звонарев перед смертью почти все передал своей любимой жене Оксане, а сам совершил суицид из-за проблем со здоровьем.

Про то, как совершенно случайно обнаружил убийцу Юльки, Андрей решил не упоминать (зачем Маргарите знать про этого зверя?). Тем более, что к сути сегодняшнего признания этот факт не имеет никакого отношения.

— Марго, ты-умная девочка, поэтому не сомневаюсь, ты, наверняка, уже догадалась, какое открытие я сделал, рассматривая свои детские фото. На всех моих снимках, возраста 13–14 лет из нашего семейного альбома на меня смотрел Оксанин «племянник», просто — одно лицо. Тогда, я начал судорожно высчитывать, сколько лет не видел Оксану, после того как она бросила университет, и уехала к маме в Харьков. В общем, все сошлось, я понял, что мальчик, его имя тоже Андрей, скорее всего — мой сын.

Андрей внимательно изучал реакцию Марго, которая по ходу его рассказа не проронила ни слова. Ему хотелось понять, как его будущая жена воспринимает его признания.

— Маргоша, давай еще выпьем. Я смотрю ты к еде даже не притронулась, прошу тебя, ешь. Иначе складывается впечатление, я совсем отбил здоровый, прекрасный аппетит своей девочки, заставляя слушать «Санту- Барбару по-русски».

— Андрюша, я в ужасе, сколько потрясений на тебя выпало за последние полгода. Мне даже в голову не могло прийти, что помимо смерти жены ты пережил еще уйму шоковых ситуаций.

— Но ты, моя дорогая Маргоша, ухитряешься Санту-Барбару превратить в трагедию Шекспира. Помнишь, как там у него: «Она меня за муки полюбила, а я ее — за состраданье к ним». Действительно, за последние полгода я узнал, что у меня были два сына, и тут же потерял обоих. Поэтому второй тост, подожди, не перебивай, мне плохо даются красивые слова:

— За тебя, моя любимая, встреча с тобой переписала конец трагедии — он стал счастливым, как в сказке.

— Андрюша, почему ты сказал, что потерял обоих мальчиков, ведь, второй сын жив и невредим?

— Ну, про второго сына я тебе еще не успел рассказать, продолжение услышишь только после того, как я увижу чистые тарелки. Тогда мы нажмем на кнопку, вызовем официанта, попросим принести горячее, которое ты будешь есть во время второй части Марлезонского балета.

— Андрюша, почему я ем только одна, помогай мне, давай присоединяйся, я хочу скорее услышать, конец истории.

Когда с закусками было покончено, и официант принес горячее, Андрей сказал, что прежде, чем продолжить рассказ, он хочет произнести гневную речь:

— И к кому же твоя филиппика будет обращена? — удивилась Маргарита.

— Ко всем женщинам!

— Понимаешь, Марго, я пришел к выводу, что все беды происходят от того, что в голове каждой женщины сидит такая маленькая принцесса Турандот, которая хочет, чтобы мужчины сами отгадывали, что она от нас скрывает. Ну, пойми, мы — мужики устроены совсем по-другому. Вот, например, я, скажи, ради бога, как я мог догадаться, что Оксана ждет от меня ребенка? Я тогда был молодой, безответственный, к Оксане никаких чувств не испытывал. Но, мне кажется, если бы я узнал, что она ждет от меня ребенка, я бы все равно признал сына, даже если бы и не женился на Оксане, все равно нашел бы способ заботиться о малыше.

Андрей просто задыхался от возмущения.

— Или, вот другой пример — Юлька. С ней у нас вообще все было прекрасно, Скажи, зачем было три месяца скрывать от меня беременность? Я был полноценным мужем, только что без штампа в паспорте. Зачем было говорить какими-то загадками, что она родит ребенка только в законном браке. Она бы и родила, если бы, узнав, что ждет ребенка, объявила мне об этом, я бы тут же побежал в загс. Тогда вообще все могло сложиться иначе.

— Теперь, Марго, понимаешь, почему я утром задавал тебе вопросы про беременность? Может, конечно, я — толстокожий, как носорог, не понимаю полунамеков, не могу разгадывать ваши женские секреты. Поэтому, Маргарита, у меня к тебе огромная просьба — никаких секретов от меня, не пытайся, чтобы я сам догадался о каких-то важных для тебя вещах. Сразу ставь меня перед фактом, не откладывая в долгий ящик, «руби правду-матку».

— Андрюша, обещаю, что все так и будет. Только я хочу защитить твою жену Юлю и бывшую студентку Оксану. Может, они завуалированно говорили тебе, а ты не понял.

— Так я об этом и твержу, никаких полунамеков и полутонов, я же их совсем не понимаю. Кстати, вчера я спросил Оксану по телефону, почему она мне не сказала, прежде чем уехала в Харьков, что ждет от меня ребенка? Знаешь, что она ответила? Смех, сквозь слезы! Она, оказывается, меня спрашивала, хочу ли я детей? И я ей ответил честно: «Какие дети, Оксана, нам надо учиться». Я же ей ответил, на общий вопрос, а надо было конкретно говорить про ситуацию. Представь, если меня спросят, как я отношусь к войне, я, естественно, отвечу, что я за мир во всем мире. Но если в моей стране случится война, я без вариантов пойду воевать.

— Хорошо, Андрюша, проехали, я уже начала есть горячее, поэтому рассказывай, почему сейчас ты не можешь общаться с сыном?

— Ладно, только давай еще выпьем за мир во всем мире, в котором не будет женских секретов.

— А почему тогда бытует мнение, что в женщине должна быть тайна, без нее она не интересна?

— По-моему, это — просто красивый миф. Или имеется ввиду незнакомка, на которую ты смотришь издали. Мы отвлеклись, давай, перейдем «к нашим баранам», слушай дальше:

— Так вот, насчет тайны, если честно, поступки Оксаны для меня и сейчас покрыты мраком. Представляешь, мало того, что она мне не рассказала сразу про сына, она не открылась и мужу, который ее обожал. Я уверен, что Звонарев растил бы ребенка, как своего, потому что сам страдал мужским бесплодием. Так мало этого, парнишку воспитывала бабушка, причем не знаю, что рассказывали ребенку про мать, но Андрюша был уверен, что Оксана — его родная тетя. В Москву Оксана перевезла сына, только когда практически одновременно умерла ее мать, и скончался муж.

— Маргоша, рассказываю тебе и понимаю, Санта-Барбара отдыхает, наши тайны куда круче. Давай я немного перекушу, что-то я проголодался, да и горло пересохло от этих страстей.

— Андрюша, на самом деле, поешь спокойно, а то вечер превратился для тебя в сольный концерт без антракта.

Но Андрей уже не мог остановиться и с набитым ртом продолжал вещать:

— Во время еды я немного отвлекусь, сделаю небольшой экскурс в область непознанных явлений, попахивающих мистикой. А уже потом расскажу, почему и со вторым сыном я не могу общаться.

Девушка была заинтригована, поэтому не стала уговаривать Андрея, чтобы он прервался на время еды.

— Марго, прикинь, раньше я был упертым реалистом, правильнее сказать махровым агностиком. Не верил ни в какие мистические совпадения, а тем более во всякие идиотские предсказания. Но, начиная с этой осени со мной происходят такие чудеса, что я начинаю верить в знаки судьбы и даже в то, что существуют провидцы, которые знают о нашем прошлом и будущем. Ради бога, не подумай, что от всех этих перипетий я сошел с ума, но, мне даже интересно, что ты скажешь, услышав такую байку:

— В сентябре я праздновал с друзьями свой день рождения (кстати, в этом ресторанчике). Была чисто мужская компания, мы как следует поддали. Друзья в очередном тосте пожелали, чтобы у меня родились два пацана, они решили, что у меня все есть, не хватает только детей. И тут мой друг детства Антон стал яростно доказывать, что у меня уже и пацаны есть. Сейчас расскажу, кто такой Антон:

— Антон, может ты запомнила, запечатлен со мной почти на всех моих детских фотографиях, которые тебе показывала мама. Мы с ним были «не разлей вода» буквально с пеленок. И в университеты мотались вместе из Нары, только он учился в МГУ на астрономическом, а я в Сеченовском. После окончания вузов тоже встречались очень часто, пока он работал в Москве. Но два года назад от него ушла любимая жена и забрала с собой детей (деталей я не знаю, но там какая-то некрасивая история). Антон очень переживал, поэтому перевелся в Крымскую обсерваторию. Марго, я тебя с ним не успел познакомить, дело в том, что Антон теперь приезжает в Москву крайне редко. Но в сентябре он все же выбрался специально на мой день рождения.

— Так вот, Антон стал громогласно доказывать гостям, что звезды ему говорят (а звезды не могут врать), что дети у меня уже есть, причем именно два пацана. Естественно выступление Антона никто не воспринял всерьез, посчитали: «мужик перебрал коньяка». Но поскольку Антоша обиделся, с пеной у рта доказывая, что звезды не ошибаются, я решил успокоить друга. Сделав вид, что поверил, серьезно спросил его:

— Антоша, подскажи, где искать моих пацанов, что-то я их не наблюдаю?».

Пророческий ответ друга был таков:

— Очень странно, что ты не видишь младшего, он находится рядом с тобой. Со старшим сложнее — он скоро приедет в Москву. Но тебе, Андрюха, надо торопиться, в Москве парень надолго не задержится.

— А куда же он денется? — я продолжал подыгрывать другу.

— Он переедет на другой континент. Кстати, хочу тебя обрадовать, Андрей, скоро исполнится твоя заветная мечта детства — ты станешь сыщиком.

— Естественно и я, и остальные гости восприняли звездные откровения Антона, как пьяный бред. Все решили: «вот до чего доводит чрезмерное потребление спиртного».

— Марго, теперь ты понимаешь, по мере развитий событий, происходящих со мной, у меня постепенно стало закрадываться подозрение, что Антон довольно точно угадал некоторые вещи. Например, что младший сын был рядом, а я его не видел, потом мне пришлось поневоле стать сыщиком. Но, все эти совпадения казались мне все же случайными, пока не обнаружился старший сын, причем Антон совершенно правильно определил направление его переездов. Я был просто в шоке. После такого точного попадания уже трудно считать происходящее случайными совпадениями.

Маргарита слушала Андрея, буквально открыв рот, боясь проронить слово, но здесь уже не выдержала и она:

— Андрюша, а ты спросил Антона, как ему удалось так точно все предвидеть?

— Естественно после того, как я переговорил с Оксаной, убедившись, что у меня есть старший сын, я позвонил Антону.

— Ой, расскажи скорее, как он так точно все напророчил? — сгорая от нетерпения, потребовала Маргарита.

— Маргоша, прикинь, Антон сказал, что он ничего такого не говорил, он абсолютно ничего не помнит. Он считает, что по пьяни может и нес какую-то околесицу, но он же астроном, а не астролог, поэтому звезды с ним не разговаривают. И вообще друг был очень удивлен моим, как он образно выразился, идиотским вопросом.

— Проделки, не знаю даже кого. Что же все это значит? — гадала Маргарита.

— Сам теряюсь в догадках.

К концу мистического рассказа Андрей как раз расправился с ужином и перешел от мистики к реалиям:

— Вчера я поговорил по телефону с Оксаной. Недавно она неожиданно вместе с сыном переехала в Америку. Номер ее телефона пришлось узнавать через Игоря Евгеньевича. Если честно, я тоже намутил ему, не рассказывать же старику, что у нас с Оксаной общий сын.

— Андрюш, вот видишь, от женщин требуешь правды, а у самого «рыльце в пушку».

— Марго, это совсем другое, старика сразу инфаркт хватит, если ему правду рассказать. Нам мужикам можно иметь секреты, женщины и так, как рентген, нас насквозь видят. Не перебивай, слушай дальше:

— Дело в том, что парнишка, когда оказался в Москве, стал ходить в секцию плавания, там у него обнаружились, по словам Оксаны, феноменальные способности. В Москве ему были созданы все условия для тренировок, но Андрюшу на соревнованиях приметил тренер — американец, обещал сделать из него второго Фелпса. Вот, Оксана и решила не упускать шанс, хотя, на самом деле, я не уверен, что это — самое хорошее решение.

Андрей на некоторое время замолчал, как бы что-то обдумывая.

— Знаешь, Марго, мне Оксану жалко, сейчас она хочет компенсировать сыну то, что скрывала тайну его рождения, и до 14 лет парнишка рос круглой сиротой по ее вине. А вот теперь она решила положить свою жизнь на алтарь гипертрофированного материнства, выполнять любое желание мальчишки. Парня она таким поведением только испортит, жизнь свою загубит, а все из-за своих дурацких секретов. Представляешь, Марго, у Оксаны в Москве был шикарный Салон Красоты, она вложила в него всю душу, получала удовольствие от работы, а теперь в Америке, что она будет делать? Подгузники менять Андрюшке уже поздно, за руку в бассейн его водить тоже не надо. Хотя, кто знает, возьмет и откроет в Америке Салон Красоты? А что, — может, денег у нее «куры не клюют». Но, ладно, это так, к слову, ей решать. Вопрос в другом, я сказал Оксане, что хочу участвовать в жизни сына. Она мне ответила следующим пассажем:

— Андрей, умоляю, не надо сейчас наносить психологическую травму ребенку, у него переходной возраст — бурное гормональное развитие. В такой период психика очень неустойчива, нельзя добавлять еще стресс извне. Давай, подождем немного, пусть подрастет, тогда для начала надо раскрыть, что я — мама, а никакая не тетя. Посмотрим, как он воспримет это, а потом уж через некоторое время и про тебя расскажу. Хотя мне об этом даже страшно подумать.

— Вот-до чего довели Оксану женские секреты. Ладно, я вызываю официанта, сообщаю, что мы готовы к десерту. Все, Санта- Барбара закончена. Объявляю сладкий вечер, разрешается говорить только о хорошем, например, о нас с тобой, о предстоящей свадьбе. Мне кажется, утром мы так и не определились окончательно с организацией праздника, давай продолжим обсуждение. Маргоша, почему ты улыбаешься?

— Андрей, я, наверно, эгоистка, но мне пришло в голову, что, если бы с тобой не случились все эти трагедии, ты бы мне не достался. Я улыбаюсь, потому что благодарна судьбе, подарившей мне тебя.

— Марго, теперь я понял, почему ты редко словами выражаешь свои чувства ко мне. Те единичные случаи, когда ты облекаешь свои эмоции в слова, становятся на вес золота. Скажу честно, когда я их слышу, я таю, словно сливочное масло на горячей сковородке. После таких слов, я просто обязан совершить какой-нибудь героический подвиг.

Андрей встал и подошел к Маргарите.

Маргоша, я приглашаю тебя на танец.

Радостная девушка вскочила и бросилась к Андрею на шею.

— Андрюша, ты придурялся, оказывается, ты прекрасно танцуешь.

— Я прижался к тебе и старательно топчусь на месте. Я же должен соответствовать словам, сказанным тобой.

— Ну, хочешь я почаще буду говорить, я просто терпеть не могу слюнявые сюси-пуси.

— Я понял это в первый же день, когда после секса пытался выразить восхищение (кстати, абсолютно искренне), а ты меня отбрила фразой, предложив взаимозачет на восторги.

— Андрюша, но с танцами ты меня точно надул, оказывается, ты прекрасно танцуешь.

— Марго, ладно, ты меня расколола, я же говорил, что мужские секреты женщины щелкают, как орешки. Каюсь: в детстве мама водила меня на бальные танцы. Но мальчишки одноклассники меня дразнили нещадно, поэтому я возненавидел танцы. В конце концов, несмотря на скандал с мамой, я бросил танцы. И дал себе клятву, что больше в жизни не буду танцевать. Но, ты меня расколдовала.

— Сколько же меня ждет еще открытий чудных с тобой, Андрюша?

— Марго, заметь, моя маленькая тайна не испортила никому жизнь и вообще ни на что не повлияла. Поэтому последнее китайское предупреждение: «Маргоша, не скрывай ничего».

Маргарита и Андрей еще долго танцевали, молча прижавшись друг к другу. Про себя каждый рисовал картину счастливого совместного будущего.

— Интересно, а что из загаданного сбылось?