Эта книга написана для простых людей, либо страдающих от заболеваний желудочно-кишечного тракта, либо желающих избежать их в будущем, либо стремящихся помочь близким. Первая часть книги посвящена верхней части пищеварительной системы, ведь начало – это самое главное. Мы разберемся с проблемами пищевода, желудка, поджелудочной железы, печени, желчного пузыря, неправильная работа которых вызывает боли, тяжесть или изжогу. Вторая часть книги посвящена кишечнику, который один составляет больше половины всей пищеварительной системы. Мы развеем мифы в отношении кишечника, научимся правильно понимать его симптомы и сигналы, разберемся, как следить за кишечником, как уменьшить его раздражение и погасить происходящий в нем бактериальный бунт.
V 1.1
© Вялов С.С., текст, 2022
© Иллюстрации, предоставлены автором, 2022
© ООО «Издательство АСТ», 2022
Когда я выучился на врача в России и работал врачом в Германии, у меня была возможность сравнить оба подхода к здоровью. Тогда я решил собрать все лучшее из отечественной и западной медицинских школ и донести это до врачей, чтобы эффективнее помогать людям избавляться от проблем со здоровьем. Но после нескольких лет и нескольких кругов по России с образовательными проектами для врачей я что-то понял, и это изменило мою жизнь. Я осознал, что больше всего эти знания нужны даже не врачам, а тем людям, которые непосредственно страдают от проблем со здоровьем! Поэтому появилась эта книга, и она написана для вас, чтобы у каждого из вас начали решаться проблемы с желудком, кишечником, желчным пузырем и поджелудочной железой, и чтобы ваше пищеварение начало работать, как ему положено.
1. Первая часть книги посвящена верхней части пищеварительной системы, ведь начало – это самое главное. Мы разберемся с проблемами пищевода и желудка, которые доставляют нам пищу и массу проблем с болями, тяжестью или изжогой. Посмотрим на то, что изменяется, когда возникает болезнь, пройдемся по всему списку причин и определим, что нужно делать, чтобы все эти причины найти, проверить и, конечно, избавиться от них.
• В первой главе мы разберемся с проблемами желудка, в первую очередь со злободневными вопросами гастрита, пугающей атрофией и бесконечными спорами в отношении хеликобактерной инфекции. Определим, почему гастрит не получается вылечить полностью и какие еще причины нужно проверить и устранить.
• Вторая глава подробно расскажет о том, откуда, как и почему обычные и банальные для всех проблемы желудка, типа гастрита и изжоги, приводят к опасному раку желудка. И самое интересное: что нужно делать, чтобы этого не допустить, а заодно и проверить свой желудок. И немного коснемся тех печальных ситуаций, когда человек остается вообще без желудка, и его приходится заменять.
• Третья глава посвящена самому мучительному проявлению желудочных и пищеводных проблем – бесконечной изжоге, от которой у многих людей никак не получается избавиться. Тут станет понятно, что такое кислотность, откуда она берется и почему на самом деле нет никакой разницы между повышенной и пониженной кислотностью. И тогда станет ясно, почему изжога возвращается на следующий день и как найти причину.
• Четвертая глава будет посвящена методам восстановления желудка и способам избавления от желудочных проблем. Раз уж проблемы желудка тесно связаны с пищеводом, то разберем также причины, влияющие на него, и способы его проверки.
• Пятую главу можно назвать главой про желчь и ферменты, поскольку именно эта глава описывает связь между верхней частью пищеварительной системы (пищеводом и желудком) и нижней частью (кишечником). Именно в этом переходном месте находятся важные аксессуары пищеварительной системы – желчный пузырь и поджелудочная железа. Мы разберемся с правильным и неправильным перевариванием, поймем, как его можно проверить и восстановить в зависимости от того, по какой причине оно нарушено.
2. Вторая часть книги тоже посвящена самому главному – кишечнику. Ведь он составляет больше половины всей пищеварительной системы, и вокруг него сложилась масса заблуждений. Мы развеем мифы в отношении кишечника, научимся правильно понимать его симптомы и сигналы, обсудим множество причин, которые мешают ему жить и от которых можно и нужно избавиться. Разберемся, как правильно следить за кишечником, как уменьшить его раздражение и погасить происходящий в нем бактериальный бунт.
• В шестой главе мы разберемся со стулом, с главными сигналами кишечника, которыми он сообщает нам о своих проблемах. Мы посмотрим, как обстоят дела с бактериями, проживающими в кишечнике, а также познакомимся с особенными представителями этого зоопарка (клостридиями, кандидой), про которых сейчас говорят со всех сторон, и каждый придумывает новую сенсацию, подменяя ею реальную информацию. Кроме того, мы обсудим антибиотики и бактериальные препараты.
• Седьмая глава отчасти посвящена управлению кишечными рисками, способам влияния на состояние кишечника и расположенной в нем микрофлоры, а также нашумевшему понятию нарушенной кишечной проницаемости, или «дырявому кишечнику». Мы выясним, как восстановить проницаемость, если она нарушена, и нарушена ли она вообще.
• Восьмая глава прольет свет на раздражение кишечника, вызванное разными причинами, и порочный круг раздражения. Кроме этого, мы разберемся с тем, опасен ли простой раздраженный кишечник и откуда в нем могут возникать полипы и предрак, и ответим на главный вопрос: как проверить кишечник и не допустить печальных последствий.
• В девятой главе мы продолжим поиск причин и рассмотрим кишечный континуум, когда раздражение приводит к воспалению. Сможем определить, какую чистку кишечника и детокс надо делать, а от каких лучше держаться подальше. Наконец, выясним, как стресс и гормоны влияют на кишечник и с чем это можно спутать.
Так очень быстро и понятно, всего в 9 главах, сгруппированных в две части, можно сказать, «экспрессом», выстроится вся логика работы пищеварительной системы и появится определенность с путем решения желудочных и кишечных проблем.
Раз уж вы решили углубиться в пищеварительные процессы, то лучше взглянуть на эту «трубу» целиком и последовательно, не забыв про то, что это труба со своими аксессуарами. По мере прочтения постепенно меняйте свой привычный взгляд на пищеварительную систему, который раньше не приносил вам ни результата, ни облегчения. Быстро, «экспрессом», посмотрите на свою пищеварительную систему новыми глазами и начинайте действовать!
Гастрит – это известное многим состояние, когда слизистая оболочка желудка воспаляется. Она краснеет, отекает, иногда болит. Представьте, что вы упали, и на коже колена образовалась ссадина. Как она выглядит? Это красное пятно, местами покрытое коркой, где-то опухшее, где-то сочащееся жидкостью. Именно так выглядит воспаление на коже, но в желудке оно точно такое же, как и в любом другом месте нашего организма. Его может спровоцировать механическое, химическое, температурное, микробное и любое другое повреждение. Эти ткани сразу же начинают защищаться: кровоток усиливается, в зону повреждения устремляются иммунные клетки, которые наводят порядок.
Болит ли условная ссадина на колене? В момент получения травмы – да. А если вы не упали, а натерли одеждой? Тогда боль появляется не сразу, а лишь после того как дефект стал достаточно глубоким, но трение продолжается. В желудке – точно так же. Небольшое воспаление не болит. Но рано или поздно оно усиливается, если «трение» вредными продуктами, никотином и микробами продолжается. Появляется боль, а дефект слизистой оболочки становится глубже.
С натертостью на коже большинство людей справляются без проблем. Причина воспаления для каждого очевидна: это неудобная одежда. Достаточно ее сменить или заклеить ссадину пластырем, как дефект кожи тут же заживает. С гастритом ситуация сложнее, так как участок воспаления мы не видим и физически не можем заклеить. Его может увидеть только врач, если проведет гастроскопию. Но к врачу обращаются не всегда, а если обращаются, то не сразу. Люди часто не знают, почему у вас болит живот, отчего эта боль усиливается и как ее уменьшить. В итоге повреждающие факторы продолжают «тереть ссадину» в желудке, и болезнь прогрессирует.
Гастриты бывают разные, и у каждого свой источник. В любом случае болезнь развивается из-за того, что желудок чем-то повреждается или раздражается. В зависимости от того, чем он повреждается, как часто, насколько интенсивно, и способен ли организм этому противостоять, возникают разные формы болезни.
Все типы гастритов делят на острые и хронические. Если с острым вопросов меньше, то для слова «хронический» есть два варианта понимания. Продолжая аналогию со ссадиной на коже, острый гастрит – это когда «упали и содрали», а не «натерли». То есть дефект развивается быстро, под влиянием сильных повреждающих факторов. Хотя его симптомы часто тяжелее, эта форма болезни более благоприятная. Острый гастрит по течению можно сравнить с гриппом: заболел, стало очень плохо, но зато через несколько дней выздоровел и забыл. Возможные причины этого заболевания: алкоголь, препараты, химические и температурные ожоги.
Острый гастрит чаще протекает в легкой форме. Слизистая желудка отекает, но не покрывается эрозиями. У некоторых пациентов развивается геморрагический гастрит – его особенность в том, что на слизистой появляются кровоточащие эрозии. Наконец, самая тяжелая и опасная форма – эрозивный гастрит, который может перерасти в язву. Он проявляется обширными эрозиями, глубокими ссадинами и изъязвлениями, а иногда и массивными кровотечениями.
В отличие от острого, хронический гастрит протекает годами. Первый вариант понимания такой, что его вызывают провокаторы меньшей силы, но воздействующие на желудок постоянно. Второй и более правильный вариант понимания означает, что это воспаление в желудке, которое по факту продолжается уже более 3 месяцев. Вот это как раз одно из самых частых в мире заболеваний. На него приходится 80 % всех болезней желудка.
Иногда болезнь вызывается одной конкретной причиной. Например, это может быть аутоиммунная агрессия, когда собственный иммунитет атакует слизистую оболочку желудка. У некоторых людей гастрит возникает как аллергическая реакция на какой-то продукт. У других воспаление желудка – ответ на сильный раздражитель, к примеру, принятый внутрь алкогольный напиток с высоким процентом этилового спирта.
Но подобные случаи встречаются нечасто. Обычно причин несколько. Это повреждающие факторы небольшой силы, которые «ковыряют» слизистую оболочку желудка в течение длительного периода. Они могут быть связаны как с образом жизни, так и с внутренними причинами.
Для развития хронического гастрита должны сойтись два условия: с одной стороны, повреждающие причины должны быть достаточной силы и продолжительности, чтобы вызывать воспаление. С другой стороны, защитные силы организма должны быть достаточно слабыми, чтобы не защитить слизистую оболочку желудка. Чем сильнее повреждение и чем слабее защита, тем с большей вероятностью возникнет воспалительный процесс и тем тяжелее последствия.
Это важно понимать, чтобы противостоять гастриту. Бороться с ним можно, как устраняя повреждающие факторы, так и усиливая защиту желудка.
Есть восемь самых частых причин гастрита. Из них четыре относятся к модифицируемым факторам риска, то есть к тем причинам, на которые можно повлиять. Человек сам способен устранить эти причины, если захочет, но этого все равно недостаточно, чтобы полностью вылечить гастрит. Это убирает только раздражение желудка или может предотвратить возникновение воспаления.
Первые четыре причины – питание, алкоголь, курение и стресс. Следующие четыре причины, которые не зависят или не полностью зависят от человека: лекарственные препараты, вирусные и бактериальные инфекции, забрасываемая из двенадцатиперстной кишки желчь и иммунные нарушения.
В большинстве случаев несколько из этих восьми причин воздействуют на желудок одновременно. Они усиливают действие друг друга. Например, слизистая оболочка повреждается алкоголем и вредной едой, а затем в нее проникают бактерии.
Алкоголь повышает риск гастрита. Более того, он может быть основной и даже единственной его причиной. Алкогольный гастрит выделяют в отдельное заболевание, которое присутствует в Международной классификации болезней.
Чаще всего этот вид воспаления протекает в острой форме. Крепкие алкогольные напитки нарушают циркуляцию крови в слизистой оболочке, вызывают отмирание тканей и миграцию иммунных клеток в поврежденную зону. Эти изменения обратимы: через несколько недель слизистая полностью восстанавливается при условии, что какие-либо другие причины не поддерживали воспаление и не мешали восстановлению.
Значительно реже встречается хронический алкогольный гастрит. Он развивается на фоне постоянного злоупотребления спиртными напитками. Особенно опасен этот вид воспаления слизистой оболочки желудка, если он сочетается с хеликобактерной инфекцией. Вместе эти два фактора приводят к атрофическому гастриту – самой тяжелой форме болезни, при которой нарушается регенерация слизистой оболочки и повреждаются железы, снижается выделение соляной кислоты. Именно этот вариант заболевания чаще всего приводит к раку желудка.
Химическое раздражение желудка происходит при потреблении только крепких алкогольных напитков – от 25 градусов и выше. Кроме того, употребление шампанского и пива приводит к образованию большого количества углекислого газа, которые растягивают стенки желудка. Особенно опасно пиво, ведь мужчины пьют его литрами.
Погрешности в питании – еще одна частая причина гастрита. К воспалению слизистой оболочки чаще всего приводит голодание, нерегулярное питание или избыточное потребление пищи, которая раздражает желудок. Это раздражение может быть химическим, термическим или механическим. Развивающийся в результате эпизодического раздражения гастрит называют реактивным.
Продукты питания влияют на желудок за счет физических факторов. Имеет значение количество, консистенция и температура.
Чрезмерное количество даже самой безобидной еды может повредить желудок. Это происходит за счет перерастяжения его стенок.
Некоторая пища механически травмирует или царапает слизистую оболочку. Например, это могут быть чипсы, плохо пережеванные орехи или семечки, плохо обработанные слюной и быстро проглоченные, или же постоянная еда всухомятку.
Иногда слизистая оболочка желудка повреждается высокой температурой. Бывает это редко. Большинство людей не могут выпить слишком горячий напиток, так как он обжигает ротовую полость и пищевод. Страх боли вынуждает человека отказаться от идеи выпить стаканчик свежего кипяточку, чтобы согреться или взбодриться. Даже если случайно он выпивает обжигающую жидкость, гораздо сильнее страдает глотка и пищевод, чем желудок. Тем не менее многие переводят это в привычку, постоянно повреждая слизистую оболочку в полости рта и дальше в желудке.
В России около 55 миллионов человек курят. У них заболевания желудка обнаруживаются гораздо чаще, чем у некурящих. По данным некоторых авторов, доля курильщиков среди людей с язвенной болезнью достигает 93 %. Кроме того, курение усугубляет тяжесть воспаления желудка. Перфорация язвы или «продырявливание» желудка насквозь происходит в 96 % случаев у курильщиков, и только в 4 % случаев – у некурящих. С чем это связано? Ведь дым, который мы вдыхаем, поступает в легкие, а не в желудок! Кстати, не только: часть дыма все же непроизвольно заглатывается и попадает в желудок.
Однако действительно, почти весь дым идет в легкие, но оттуда – в кровь, а из крови – во все органы и ткани. Токсические вещества, включая никотин, стимулируют симпатические ганглии и вызывают спазм сосудов. В итоге нарушается кровоснабжение всех слизистых оболочек, в том числе в желудке. Барьерная функция ослабевает, а секреция соляной кислоты усиливается. Кроме этого, курение вымывает из слизистой желудка защищающий ее витамин С. В любом случае риск развития и тяжесть гастрита зависят не только от факта, но и от интенсивности курения.
Если гастрит сопровождается появлением эрозивно-язвенных дефектов, то после лечения у курильщиков регенерация слизистой оболочки проходит медленнее.
Психологический стресс – только одна из причин гастрита. Наверняка вы обращали внимание на то, что человек в состоянии стресса может побледнеть. Это связано с тем, что под влиянием гормонов у него сужаются сосуды. То же самое происходит в слизистых оболочках. Кровь отливает от органов пищеварения и приливает к мышцам и мозгу. Это необходимо, чтобы человек, встретив хищного зверя, мог быстро бежать, а по пути интенсивно думать, как спасти свою шкуру. Очевидно, что эффективность переваривания пищи в этот момент не важна, поэтому желудок оказывается обделенным кровью и питательными веществами.
Природой задумано, чтобы это нарушение кровоснабжения было кратковременным, поэтому оно не должно представлять угрозы для здоровья. Но природа не предусмотрела, что с развитием цивилизации человек будет жить в состоянии постоянного стресса, несмотря на то, что дикие звери за людьми больше не гоняются.
В отличие от острого стресса или эмоциональных всплесков, хронический фоновый стресс вреден для всего организма, включая желудок. Риск гастрита повышается из-за нарушения кровоснабжения слизистой оболочки и ослабления иммунитета. Повышается восприимчивость к хеликобактерной инфекции: пока вы нервничаете, бактерии интенсивно размножаются и «вгрызаются» вглубь стенки желудка.
Диагностика, и тем более количественное определение хронического стресса затруднено, поэтому врачам трудно оценить точное его влияние на риск развития гастрита. Однако роль психоэмоциональных факторов не подлежит сомнению и может быть подтверждена или опровергнута по наличию специальных симптомов, определяемых врачом при осмотре. Исследования показывают, что у «язвенников» и «тревожников» психологические расстройства встречаются значительно чаще, чем в среднем в популяции.
При гастрите возникают две основные группы симптомов: «вялого желудка» и «раздраженного желудка».
Признаки «вялого желудка» возникают из-за нарушения его моторики или сокращений. Тогда содержимое желудка застаивается и эвакуируется из него медленно, вызывая растяжение желудка. Человек ощущает тяжесть в животе, переполненность, раннее чувство насыщения (когда привычный объем пищи кажется избыточным), жалуется на тошноту, отрыжку или плохой аппетит. Часто содержимое застаивается и становится зловонным, что проявляется тухлой отрыжкой.
Основные признаки «раздраженного желудка» – это боль и изжога. Болевые ощущения связаны с отеком и повреждением слизистой оболочки. Слизистая оболочка становится рыхлой и «прозрачной», через нее кислота проникает в подслизистый слой и действует на расположенные в нем нервные окончания, а человек в это время чувствует дискомфорт, жжение или боль. Изжога возникает из-за повышения давления в желудке. Его содержимое «продавливает» нижний пищеводный сфинктер и попадает в пищевод, где раздражает слизистую оболочку и вызывает изжогу или чувство жжения за грудиной.
Избыточное выделение соляной кислоты считается одной из четырех основных причин агрессии в отношении слизистой оболочки желудка. Внимание, речь идет об увеличенном объеме кислоты, а не об измененных показателях кислотности! Подчеркну, что повышенной кислотности не бывает, поскольку кислотность в нормальном желудке и так на максимуме. Три другие причины: хеликобактерная инфекция, нарушение моторики или тонуса и сокращений желудка и лекарственные препараты, в первую очередь нестероидные противовоспалительные средства (НПВС) и глюкокортикостероиды (ГКС).
Для неповрежденного желудка соляная кислота не опасна, так как есть физиологические механизмы защиты, делающие орган невосприимчивым к этому раздражителю. Но если на слизистой оболочке появляются дефекты, то защита ослабевает. Соляная кислота усугубляет повреждение за счет химического ожога, вызывает боль и повышает риск осложнений. Поэтому любая схема лечения гастрита или язвы включает назначение препаратов, подавляющих выработку соляной кислоты. Ведь постоянно поливаемая кислотой ссадина просто не сможет зажить. Понятно, что отсутствие кислоты – это базовое условие для заживления.
Понятие «стресс» включает в себя не только психологическое потрясение. В медицине под этим термином подразумевают срыв адаптационных механизмов. Спровоцировать стресс могут травма, операция, ожоги и тяжелые острые заболевания. Кстати, публичная речь тоже является сильным стрессом. А по результатам голландских исследований иногда это даже больший стресс, чем обезболивающие таблетки или неожиданная очень сильная физическая боль.
Эрозивно-язвенные повреждения желудка и кишечника наблюдаются на фоне стресса у двух из трех человек. Часто на фоне стресса пропадает чувствительность, и дефекты слизистой оболочки множественные, но при этом безболезненные. Причиной образования эрозий и язв становится нарушение кровообращения в слизистой оболочке органов пищеварительного тракта.
Начиная с 30-х годов ХХ века в Советском Союзе начали использовать лечебные диеты. Были разработаны 15 диет для разных типов заболеваний. Иногда их назначают до сих пор. При гастрите используют диету № 1. По химическому составу и калорийности она ничем не отличается от диеты 2, 3, 5, 7, 11 и 15. Но есть разница в кулинарной обработке пищи, степени ее измельчения и содержания соли.
Диета не лечит гастрит. Во времена, когда ее разрабатывали, еще не было понимания основных причин болезни, не существовало эффективных препаратов для уничтожения хеликобактерной инфекции и подавления выработки соляной кислоты.
Сегодня диета имеет гораздо меньшее значение. Она не влияет на исход заболевания, но может облегчить симптомы. Возвращаясь к примеру со ссадиной на коже: когда человек не сыплет соль или перец на рану, то она меньше болит и быстрее заживает. Соответственно, можно отказаться от раздражающих продуктов питания, чтобы лишний раз не воздействовать на слизистую оболочку желудка агрессивными веществами.
На сегодняшний день диеты по Певзнеру считаются устаревшими. К тому же они изначально были несовершенны.
В Европе диет гораздо меньше, и они проще. Например, в Германии используют три группы диет: больничная, лечебная и специальная. Больничную назначают всем, кто лечится в стационаре. Лечебная может быть четырех типов, два из которых назначаются при болезнях пищеварительной системы. Специальные диеты предусматривают исключение непереносимых продуктов – например, при аллергии или лактазной недостаточности.
Если человек получил от своего врача диету, она обычно включает список запрещенных и разрешенных продуктов. При этом не обязательно питаться только разрешенными блюдами из списка. Не нужно использовать эту диету как готовое меню, особенно если вы не любите эти продукты. Это всего лишь примеры: они нужны для понимания, блюда какого типа можно употреблять. Важнее обратить внимание на перечень запрещенных продуктов, ведь главной целью диеты является исключение пищи, которая может раздражать желудочно-кишечный тракт, провоцирует выброс желчи или стимулирует выработку желудочного сока.
Нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП) – основная группа лекарств, вызывающих воспалительный процесс в слизистой оболочке. Это таблетки, которые принимают от головной или любой другой боли, повышенной температуры тела и даже для профилактики сердечно-сосудистых заболеваний.
Уже через несколько дней приема неизбежно начинает рушиться защита желудка, от этого возникает поверхностное раздражение. Оно не вызывает симптомов и самостоятельно проходит после отмены лекарств.
Особенно опасны НПВП при длительном приеме. Тогда защита желудка реально проваливается, и он повреждается собственной кислотой и еще всем, чем только можно. Развивающийся под их влиянием вид воспаления желудка называется НПВП-гастропатия, которая чаще всего не болит, ведь эти таблетки обезболивающие. По классификации Киотского консенсуса это один из вариантов лекарственного гастрита.
Вкратце стоит сказать, что такое Киотский консенсус, так как он будет упоминаться в книге и дальше. В 2015 году эксперты из Японии, Голландии, США, Германии и Италии собрались в японском городе Киото. Там они составили этиологическую классификацию хронического гастрита – исходя из причины этого заболевания. Цель этой классификации в том, чтобы повысить качество диагностики особо опасных вариантов заболевания, повышающих риск развития рака желудка.
Лекарственный гастрит чаще развивается у людей, которые принимают НПВП постоянно. Эти случаи нередки: при ревматических болезнях, хронической боли в спине или проблемных суставах обезболивающие препараты пьют непрерывно. Их также используют после инфаркта или инсульта, чтобы уменьшить риск повторных сердечно-сосудистых событий. Поскольку НПВП не только уменьшают боль, но и «разжижают» кровь, предотвращая тромбообразование.
Проблема в том, что одним из самых частых побочных эффектов становится боль в животе. У многих появляются эрозии и язвы. У 1 % больных развиваются желудочно-кишечные кровотечения. Хотя вероятность проблемы в желудке выше при долговременном приеме НПВП, у большей части людей осложнения развиваются уже в первый месяц. Если же месяц прошел, а осложнений нет, с высокой вероятностью их в ближайшее время и не будет. Это говорит о том, что защитная функция слизистой оболочки пока еще сохранена.
Однако принимающим НПВП не стоит терять бдительность. В любой момент из-за болезни, погрешностей в питании, после приема алкоголя или по какой-то другой причине защита желудка может дать слабину, что чревато появлением язв и кровотечений в желудке.
НПВП повреждают желудок не напрямую, а из-за влияния на простагландины, как следствие, снижения защиты желудка – ухудшения его кровоснабжения, уменьшения выделения слизи и бикарбоната, повышения проницаемости слизистой. Это значит, что неважно, принимаете вы их в таблетках, делаете инъекции или ставите ректальные свечи: желудок все равно пострадает. Больше всего осложнений дает ацетилсалициловая кислота, или аспирин. Наименьший риск отмечается при использовании ибупрофена и диклофенака.
Хеликобактер пилори (H. pylori) – основная причина хронического гастрита. Она же вызывает его наиболее неблагоприятные формы, которые в итоге приводят к раку.
Однако наличие хеликобактерной инфекции не означает, что человек болен. Эта бактерия колонизирует желудок у 60 % населения планеты. Но только у 1 % из них она приводит к появлению язвенных дефектов, а у 70 % носителей в течение жизни ни разу не возникает никаких симптомов со стороны желудочно-кишечного тракта. Это происходит потому, что у многих бактерия вызывает атрофию, желудок становится дряблым и «бесчувственным», и все может закончиться раком, но, к счастью, но моментально.
Таким образом, хеликобактер – это всего лишь «семена», которые должны упасть на «благодатную почву». Эту «почву» должны сформировать алкоголь, погрешности в питании, курение и другие повреждающие факторы. Кроме того, внедрению инфекции в слизистую оболочку и развитию сильного воспаления способствует снижение защитных сил организма.
Нормальную слизистую в здоровом организме бактерия не поражает, а если воспаление и возникает, то оно кратковременное и полностью обратимое. Барри Маршалл, который открыл Helicobacter pylori и получил за это Нобелевскую премию, провел эксперимент на собственном организме. Он ввел себе в желудок концентрированную суспензию чистой культуры этих бактерий, содержащую 1 миллиард микробных тел. Через неделю у него появились симптомы острого гастрита, однако болезнь прошла быстро, без лечения и без последствий для организма.
Хеликобактер – уникальная бактерия. Она выживает даже в условиях агрессивной среды желудка, где погибает большинство других микробов. Она прячется в «домик», из которого «вытащить» хеликобактер не может даже иммунная система.
В то же время места обитания этого микроба сильно ограничены. Хеликобактер может жить только в желудке, и только в межклеточном пространстве и покрывающей желудок слизи, между ворсинками. Бактерия не способна колонизировать никакие другие органы, даже располагающиеся по соседству двенадцатиперстную кишку и пищевод.
Проверить наличие хеликобактер можно инвазивными и неинвазивными способами.
Инвазивный метод, когда в организм нужно «залезать», более точен. Врач проводит гастроскопию – вводит трубку в желудок, осматривает его и берет биопсию – «откусывает» щипцами микроскопический фрагмент ткани для гистологического исследования.
Гастроскопия с биопсией – это неприятно, страшно и дорого, но все эти возражения в реальности скорее надуманные. Многие люди от этого теста отказываются из-за незнания, тревожности или предубеждений. Кроме того, его обычно не проводят или «забывают провести» для подтверждения излечения хеликобактерного гастрита.
Существуют неинвазивные тесты, когда глубоко в организм залезать не требуется. Наибольшую диагностическую ценность имеют С13 и С14 уреазные дыхательные тесты, определение антигена или ПЦР хеликобактер в кале и иммунологические тесты для обнаружения антител в крови.
Наибольшую популярность приобрел дыхательный уреазный тест. Хеликобактер обладает высокой уреазной активностью. Это значит, что бактерия может разлагать мочевину, которая распадается до углекислого газа и аммиака. Именно этот механизм помогает микробам выжить в агрессивной среде желудка, так как они формируют вокруг себя узкий щелочной ободок. Врачи используют мочевину, меченную изотопом углерода С13 или С14. Он выходит через легкие. По количеству изотопа судят о распаде мочевины. Этот тест достаточно точен.
Другой дыхательный тест основан на регистрации аммиака, образующегося в результате гидролиза мочевины. Он менее точен: зачастую у одного человека многократное выполнение этой диагностической процедуры приводит к разным результатам. Это связано с тем, что аммиак в желудке может образоваться по множеству других причин, не связанных с хеликобактер. Кроме того, на результаты этого теста влияет прием жидкости, кофе или курение. Зато он быстрый, простой и дешевый, поэтому его используют массово, а потом тех, у кого есть подозрение, перепроверяют более точными методами. Этот тест получил название «экспресс».
Самый точный метод – прямое обнаружение хеликобактер в желудке с помощью гастроскопии и биопсии. Бактерию удается выявить в 95 % случаев. Немногочисленные диагностические ошибки связаны с тем, что образцы тканей получены из участков желудка, где микроорганизмы отсутствуют. Но это возможно только на совсем ранних этапах, ведь бактерия достаточно быстро заселяет одну или другую половину желудка или весь желудок сразу.
Часто для быстрого обследования большого количества пациентов используют аммиачный дыхательный тест. Он имеет достаточно высокую чувствительность, но низкую специфичность. Что это значит? Немного сложно, но важно, поэтому надо перечитать несколько раз определения ниже и осознать их смысл, поскольку он отражает философию медицины.
Чувствительность – это процент случаев обнаружения хеликобактер у пациентов, у которых она есть. То есть показатель отражает риск ложноотрицательного результата. Чем выше чувствительность, тем ниже вероятность, что по результатам тестирования не будет обнаружена болезнь, которая на самом деле есть.
Специфичность – это процент случаев необнаружения хеликобактер у пациентов, у которых ее нет. То есть показатель отражает риск ложноположительных результатов. Чем выше специфичность, тем ниже вероятность, что по результатам тестирования будет найдена болезнь, которой на самом деле нет.
Поэтому именно чувствительность – самый важный показатель для любого массового теста. Для врачей важно не пропустить ни одного случая заболевания. При этом неважно, сколько будет ложноположительных результатов, ведь в дальнейшем все отобранные пациенты будут перепроверены другими методами – более надежными.
Точность тестирования зависит от многих факторов: стадии заболевания и количества Helicobacter pylori, наличия другой микрофлоры, используемых препаратов. Достоверность теста снижают ингибиторы протонной помпы, антибиотики и препараты висмута – то есть практически любые лекарства, использующиеся для лечения гастрита и язвенной болезни.
Для дыхательного уреазного теста, который проводят до начала лечения, чувствительность составляет 90 %. Это значит, что только у 10 % пациентов, у которых в желудке есть Helicobacter pylori, эта бактерия не будет обнаружена. Причем это самые легкие случаи болезни, ведь если тест отрицательный, с высокой вероятностью это означает, что микробов в желудке не так много.
Чувствительность теста значительно ниже для людей, которые уже прошли лечение. Исследование рекомендуют проводить не раньше, чем через 4 недели после завершения лечения антибиотиками. Несмотря на это, в 40 % случаев имеющиеся в желудке бактерии не обнаруживаются. Это связано с тем, что даже если антибиотики не уничтожают хеликобактер полностью, популяция микробов многократно сокращается, и обнаружить их становится труднее.
Преимущество уреазного экспресс-теста (аммиачного) в том, что он простой, быстрый, недорогой и безопасный. Но у него есть большой недостаток: частые ложноположительные реакции. То есть положительный результат получают даже те, у кого бактерии в желудке на самом деле нет. Это не должно стать проблемой, ведь по результатам уреазного аммиачного теста врачи лечение не назначают. Он лишь позволяет отобрать кандидатов на гастроскопию с биопсией или перепроверку другим более точным методом. Но иногда именно это и становится главной проблемой.
Есть и другие микробы, которые способны вызывать хронический гастрит. Причем это не только бактерии. В классификации, разработанной Киотским консенсусом, отдельно выделяют бактериальные нехеликобактерные гастриты, вирусные, грибковые и паразитарные формы заболевания.
Бактерии могут усиливать воспаление, вызванное хеликобактер, а иногда и самостоятельно провоцируют гастрит. В классификации Киотского консенсуса отдельно выделены энтерококки, микобактерии и бледная трепонема – возбудитель сифилиса. Однако мы знаем, что многие другие микробы тоже способны «приложить руку» к развитию воспаления.
Желудок могут колонизировать более 100 бактерий – потенциальных причин гастрита. Если провести обследование людей, имеющих симптомы воспаления желудка, то у 80 % из них обнаружится нехеликобактерная бактериальная микрофлора. Причем более чем у половины – сразу два и более микробов. Чаще всего это стрептококки, стафилококки, энтерококки, коринебактерии и пептострептококки. Некоторые ученые считают, что другие бактерии играют в развитии гастрита роль как минимум не меньшую, чем хеликобактер.
При гастрите, вызванном хеликобактер, используют антибиотики, чтобы уничтожить инфекцию. Однако эти препараты одновременно убивают и другую микрофлору. Вполне вероятно, что воспаление на самом деле вызвано стрептококком или энтерококком, в то время как хеликобактер мирно обитала в желудке и никого не трогала.
Грибки тоже относятся к микробам. Они обычно вызывают воспаление на фоне иммунодефицита. Чаще всего в желудке определяют кандиду. Она высеивается у 20 % людей с симптомами гастрита. Но это не говорит о том, что именно кандида вызывала воспаление. У большинства людей этот грибок мирный – чрезмерно не размножается, воспалительных процессов не вызывает. Он живет в минимальном количестве на коже, на половых органах и в пищеварительном тракте, сопровождая человека в течение всей его жизни. Проблемы возникают только при ВИЧ-инфекции, приеме иммунодепрессантов или на фоне тяжелых заболеваний, угнетающих иммунитет. В этом случае воспаление может развиться в любых органах, в том числе в желудке.
Другие грибковые причины, выделенные Киотским консенсусом, – это мукормикоз и гистоплазмоз. Мукормикоз вызывают несколько родов грибков семейства Мукоровые или белая плесень. Обычно они вызывают воспаление во рту и в носу, но иногда проникают и в желудок.
Гистоплазмоз вызывает один конкретный грибок – Histoplasma capsulatum. Как и кандидоз, развивается гистоплазмоз преимущественно у людей, зараженных ВИЧ-инфекцией, или в результате снижения иммунитета по другим причинам. Чаще он поражает легкие, реже – кожу, очень редко – желудок. Обычно он страдает вместе с другими органами на фоне распространившегося по всему организму гистоплазмоза.
Вирусные гастриты чаще всего вызваны энтеровирусом и цитомегаловирусом. Но могут быть и любые другие, в том числе есть много исследований по влиянию на желудок коронавируса.
Энтеровирусы имеют соответствующее название от греческого слова «энтер», что означает «кишка». Они размножаются в кишечнике, но при этом воспалительные процессы в нем вызывают редко. Существует полтора десятка видов энтеровирусов. Чаще они поражают дыхательные пути, но иногда страдает и желудок.
Цитомегаловирус относится к семейству герпеса. Как и большинство слабых вирусов, он «буйствует» только при условии провала иммунитета. Большинство людей носят этот вирус в организме всю жизнь, и ничего страшного с ними не происходит. Но при сниженном иммунитете может развиться генерализованная форма с поражением сразу нескольких внутренних органов, включая желудок.
Еще один тип микробов, которые способны вызывать воспаление в желудке, – это протеи. Они тоже одноклеточные. Гастрит могут спровоцировать криптоспоридии. Заражение ими происходит через пищу или воду. Болезнь протекает, как кишечная инфекция. Воспаляться может не только кишечник, но и желудок, поджелудочная железа, желчный пузырь. Обычно у людей с хорошим иммунитетом эта инфекция протекает легко, а то и без симптомов.
Безусловно, наследственность играет определенную роль в развитии гастрита и язвы желудка. Мы говорили о том, что для возникновения заболевания важны два момента: с одной стороны, повреждение слизистой, с другой – защитные силы организма. Эти самые защитные силы зависят не только от образа жизни, но и от наследственности.
В то же время не стоит преувеличивать роль генетики – это далеко не основная причина гастрита. Хотя заболевание часто обнаруживается сразу у нескольких членов семьи, причиной могут быть не гены, а всего лишь распространение хеликобактерной инфекции внутри семьи. Этот микроб передается через слюну, посуду и немытые руки. Раньше считалось, что если болезнь есть у всех членов семьи, то это и подтверждает роль наследственности. Когда научились расшифровывать гены, открыли хеликобактер и научились ее правильно проверять, оказалось, что в подавляющем большинстве семей причиной гастрита была не наследственность, а внутрисемейное распространение хеликобактер. В итоге влияние наследственной предрасположенности оказалось сильно преувеличено, но многие до сих пор оправдывают этим наличие у себя проблемы, и это мешает им вылечиться.
Заболевания желудка могут давать симптомы, которые на первый взгляд не связаны с этим органом.
Со стороны кишечника это метеоризм и неустойчивый стул. Это обычно происходит при развитии атрофии, когда количество клеток в желудке становится меньше, они выделяют меньше кислоты. А кислота нужна нам, чтобы обеззараживать потребляемую пищу. Она не обеззараживается и улетает в кишечник с большим количеством микробов, вызывая там небольшую революцию и послабление стула на выходе.
У многих людей возникает астенический и невротический синдромы. Они становятся вялыми, сонливыми, имеют низкую работоспособность.
При гастрите нарушается всасывание витаминов и микроэлементов и возможны небольшие кровотечения, часто бессимптомные. В первую очередь страдает железо и витамин В12, что приводит к возникновению анемии. Следующим может нарушаться всасывание кальция, ведущее к остеопорозу и ухудшению структуры костей, особенно у женщин. Со временем у таких людей появляется бледность кожи, кровоточивость десен, ломкость ногтей, заеды в углах рта.
Гастритом называют воспаление желудка. Он может быть острым и хроническим. При остром воспалении симптомы сильные, но быстро проходят.
При хроническом гастрите воспаление или постоянное, или длительное, невылеченное. Хотя симптомы могут быть слабыми, хронический гастрит опаснее, чем острый, так как вызывает необратимые изменения слизистой оболочки и может привести к раку желудка.
Гастрит имеет восемь основных причин. К тем, которые можно контролировать, относят погрешности в питании, алкоголь, курение, стресс. Причины, которые не поддаются контролю: инфекции, лекарственные препараты, заброс желчи в желудок и иммунные нарушения.
Гастрит может не давать симптомов вообще. В этом случае воспаление слизистой оболочки обнаруживается только эндоскопическим методом. Если симптомы есть, то появляются признаки «вялого» или «раздраженного» желудка. «Вялым» желудок становится из-за снижения тонуса и нарушения моторики. У человека ухудшается аппетит, появляется тошнота, тяжесть в животе и отрыжка с неприятным запахом. «Раздраженный» желудок проявляется болью и изжогой.
Гастрит нельзя вылечить диетой. Хотя пациентам часто назначают стол № 1, ограничения в питании существенно не сказываются на результатах лечения. Современные препараты оказываются куда более действенными. Но диета имеет вспомогательное значение: она уменьшает симптомы. Важно исключить из рациона продукты, раздражающие желудок.
Одной из главных причин развития гастрита, особенно самых тяжелых его форм, считается бактерия Helicobacter pylori. За ее открытие даже была вручена Нобелевская премия. Это уникальный микроб, который может жить только в желудке и умеет защищаться от соляной кислоты.
Хотя хеликобактерная инфекция обнаруживается у 60 % населения планеты, только в 1 % случаев она вызывает тяжелые заболевания. У большинства носителей нет никаких симптомов или же они минимальные и быстро проходят без лечения. Хотя опасность бессимптомной атрофии сохраняется и повышается риск рака желудка.
Достоверно узнать, есть ли в желудке хеликобактер, можно с помощью гастроскопии с биопсией. Предположить наличие этой бактерии помогают анализы. Среди них чаще всего используются дыхательные уреазные тесты: углеродные С13 и С14 и аммиачный экспресс-тест. Первые более точные, но стоят дороже и не везде доступны. Второй – простой и дешевый, полностью безопасный, но часто дает ложноположительные результаты. Результаты любого экспресс-теста должны быть перепроверены, прежде чем врач назначит пациенту антибактериальное лечение.
Наследственность играет минимальную роль в развитии гастрита. Генетически передается способность слизистой оболочки желудка «держать удар». Многие случаи «эпидемий» гастрита внутри семьи на самом деле связаны с тем, что живущие рядом люди заражают друг друга хеликобактерной инфекцией. Кроме того, зачастую они ведут похожий образ жизни: употребляют одну пищу, распивают одну бутылку, курят на одном балконе.
Не только хеликобактер, но и другие бактерии могут вызвать гастрит. Кроме того, воспаление в желудке способны спровоцировать и не бактерии, а другие микробы: грибки, вирусы и протеи.
Желудочный сок никак не влияет на желудок, если защитные механизмы не нарушены. Однако у многих людей режим питания далек от совершенства, есть вредные привычки и присутствуют другие из 8 причин гастрита, о которых мы говорили. На этом фоне соляная кислота может оказать на желудок неблагоприятное воздействие.
Желудочный сок содержит не только кислоту, но и ферменты, которые обеспечивают начальный этап переваривания белков. В первую очередь речь идет о пепсине. Вместе они составляют один из элементов желудочной агрессии. Его называют кислотно-протеолитическим. Слово «протеолитический» означает «растворяющий белки».
Наряду с агрессией существует и система защиты. Первая линия защиты – слизисто-бикарбонатный барьер. Это нерастворимая слизь в виде геля, а под ней образуется слой щелочных бикарбонатов. Даже если небольшому количеству кислоты все же удается просочиться через слизь, она нейтрализуется щелочью, поэтому не повреждает слизистую оболочку желудка. Вторая линия защиты – это эпителий, или клетки желудка. Нормальные защитные свойства эпителия поддерживаются хорошим кровотоком, простагландинами и иммунитетом.
Нарушение баланса между агрессией и защитой – это основная причина или механизм развития гастритов, появления эрозий и язв. Что мы можем сделать, чтобы навредить желудку? Вариантов два: усилить агрессию или ослабить защиту.
Возвращаемся к желудочному соку. Это один из элементов агрессии, который мы не должны усиливать, особенно если защита проседает. Плохо, когда соляной кислоты и ферментов в желудке много, но переваривать им нечего. Если вы долго не едите, желудочный сок потихоньку «ковыряет» стенку желудка. Что делать? Наладить регулярный режим питания. Если вы ощущаете голод, можно хотя бы выпить воды, чтобы разбавить кислоту и уменьшить ее концентрацию.
Вокруг запивания еды ходит немало мифов, причем часто противоречивых. Одни говорят, что запивать еду нельзя. Дескать, это разбавляет пищеварительные соки и снижает интенсивность пищеварения, растягивает желудок и т. д. Другие твердят: нельзя есть всухомятку!
При этом даже те, кто против разбавления еды водой, рекомендуют налегать на супчик. Он традиционно считается полезным для желудка. Некоторые всерьез полагают, что без ежедневного супа ваш желудок будет полностью разрушен в самое ближайшее время.
Очевидно противоречие: запивать водой нельзя, а «поесть жидкого» можно и нужно. В чем разница? Ведь любая еда и вода попадает в один и тот же «мешок», называемый желудком. Там все перемешивается, и уже не важно, съели вы картошку, которая изначально плавала в воде, или запили ее жидкостью сразу после того, как проглотили.
Еще противники запивания говорят о том, что вода нарушает эффективность пищеварения. При этом они уверены, что плохое пищеварение приводит к набору веса. Дескать, продукты не усваиваются, поэтому откладываются у вас на боках.
Это нечто из разряда фантастики. Даже если допустить, что вода действительно мешает продуктам усваиваться (хотя на самом деле это не так), то при снижении эффективности пищеварения люди теряют вес, а не набирают его. Например, это происходит при хроническом панкреатите с недостаточной функцией поджелудочной железы. Ферментов становится мало, они не расщепляют полностью еду, пища не усваивается, проходит транзитом через кишечник и сливается в унитаз. Многие лекарства для похудения основаны на том, что нарушают процесс переваривания жиров, блокируя пищеварительные ферменты.
Так можно ли запивать пищу водой? Можно и нужно! Если вы едите сухую пищу, она не обязательно, но весьма вероятно механически повреждает или «царапает» ваш желудок. Но стоит выпить после бутерброда стакан воды, и эта еда становится, как говорят врачи, «механически щадящей». Кроме того, в большем объеме жидкости кислота лучше распределяется и перемешивается с едой, а соответственно, быстрее и полностью ее обрабатывает.
Нужен ли вам суп для поддержания здоровья желудка? Нет. В Европе супы едят гораздо реже, чем в России, а заболевания желудочно-кишечного тракта менее распространены. В некоторых культурах люди не едят жидкую пищу вообще ни разу в жизни, и как-то при этом выживают, даже обходятся без язв и гастритов.
Никто не призывает вас отказываться от супа. Но не стоит возлагать на него слишком большие надежды: он не лечит гастрит и даже не предотвращает его. Суп не полезен и не вреден. Иногда еда – это просто еда, и ничего больше.
У большинства пациентов развивается поверхностный гастрит. Его также называют обычный, или банальный, или неатрофический. Он неприятен, но не опасен. Все возникающие изменения обратимы. Однако без лечения поверхностный гастрит может перейти в атрофический. Именно эта форма болезни приводит к самым тяжелым последствиям.
Немного статистики. Гастритом страдает около трети населения планеты. Среди этих случаев преобладает хеликобактерный гастрит: на него приходится 85 % случаев. Еще 10 % случаев – это аутоиммунный гастрит. Именно эти виды могут привести к атрофии, особенно если они протекают длительное время.
По мнению некоторых ученых, атрофический гастрит возникает при хроническом процессе у 50 % пациентов. Скорее всего, данный показатель завышен. Связано это с тем, что только 15 % больных гастритом обращаются к врачу. Остальные «терпят молча» или просто не имеют симптомов. То есть риск атрофического гастрита оценивают среди самых тяжелых больных. Если поймать на улице и обследовать остальных пациентов с воспалением желудка, доля атрофического гастрита окажется гораздо ниже.
Но это не отменяет того факта, что болезнь очень опасна и развивается довольно часто. Отсутствие адекватного лечения вовремя – вот основная причина перехода поверхностного гастрита в атрофический.
При атрофии слизистой оболочки и желез желудка ухудшается его функция. Атрофические изменения определяются с помощью гастроскопии. Врач видит, что слизистая стала тонкой и бледной, складки уменьшаются, а сосудистый рисунок делается нечетким, смазанным или усиливается. У многих появляются островки кишечного эпителия, и это состояние относится к предраковым. Это означает, что клетки желудка мутировали и превратились в клетки кишечника. Да, они не «просто появились» и не «переместились из кишечника», а именно мутировали и трансформировались.
При атрофическом гастрите ухудшается функция желез желудка. «Кислотность» снижается, так как вырабатывается меньше соляной кислоты. Это не очень корректная формулировка, потому что на самом деле уменьшается количество и объем кислоты, а не кислотность. Но если процесс заходит далеко и возникает сильная атрофия, тогда может уменьшиться уже и сама кислотность. Не хочется верить, что в современном мире мы продолжаем иметь настолько «запущенные» случаи… Из-за уменьшения выработки кислоты нарушается активация поджелудочной железы, как следствие уже она выделяет меньше ферментов и страдает пищеварительная функция, возможна потеря веса. Кроме того, нарушается всасывание витаминов и железа, что приводит к анемии.
Эрозии – это поверхностные дефекты слизистой оболочки. Их можно увидеть с помощью гастроскопии. В отличие от язвы, эрозия неглубокая. Она не распространяется за пределы собственной мышечной пластинки, поэтому заживает без рубца.
Эрозии бывают острые и хронические. Острые обычно имеют диаметр от 1 до 3 мм. Они самостоятельно заживают через 2–7 дней, если не происходит дальнейшего разрушения, но после заживления воспаление в слизистой все равно само не проходит. Именно эти эрозии считаются «предъязвенным» состоянием.
Хронические эрозии со временем приобретают полиповидную структуру. Они возвышаются над слизистой оболочкой желудка. Диаметр часто достигает 5 мм и больше. Эрозий может быть много. В 80 % случаев они располагаются в нижней части желудка – то есть недалеко от двенадцатиперстной кишки. Они направляются в ее сторону в виде цепочки. Хронические эрозии могут существовать месяцами, часто появляются повторно после лечения. Именно эти эрозии считаются «предраковым» состоянием.
Насколько часто встречаются эрозии? Если поймать на улице и обследовать с помощью эндоскопии здоровых людей, эрозии обнаружатся у 2 % населения. По данным вскрытий они имеются у 6 % людей. Среди больных гастритом с помощью гастроскопии эрозии обнаруживают у 20 %, а при язвенной болезни – у 40 % людей. У мужчин эрозии появляются в два раза, а язвы – в четыре раза чаще, чем у женщин. Причем эрозии у мужчин обычно обнаруживают именно в желудке, а не в двенадцатиперстной кишке.
Почему появляются эрозии? По той же причине, по которой развивается гастрит. Мы обсуждали эти 8 причин. Вопрос только в длительности и интенсивности их воздействия. Вначале погрешности в питании, курение и другие факторы приводят к воспалению желудка, затем формируются эрозии. На их месте могут образоваться язвы – более глубокие дефекты. Наконец, худшая ситуация – когда язва приводит к тяжелому кровотечению или «продырявливает» желудок насквозь.
Вначале врач осматривает пациента. Уже на этом этапе можно многое увидеть. Например, живот может быть вздут или напряжен от боли. В норме он симметричный, но возможна асимметрия. Врач оценивает, насколько живот участвует в дыхании.
Основной метод осмотра или физикального обследования – это пальпация. Врач прощупывает желудок, в первую очередь чтобы проверить, нет ли болезненности. Кроме того, определяет его расположение и объем, возможно, даже изменения его тонуса и сокращений. Еще врач может прослушать желудок с помощью фонендоскопа. Также врач проверит, в норме ли чувствительность желудка.
Когда человек приходит к доктору и сообщает, что у него болит желудок или живот, это не означает автоматически, что обязательно болит именно желудок. Рядом есть немало других органов: тонкий кишечник и двенадцатиперстная кишка, толстая кишка, пищевод, печень с желчным пузырем, поджелудочная железа, сердце и сосуды, плевра и брюшина, позвоночник, мышцы, межреберные нервы. Болеть может что угодно! Даже если орган располагается чуть в стороне, выше или ниже желудка, боли могут распространяться или иррадиировать в верхнюю часть живота, что создает у человека ощущение, что болит именно желудок.
Врач знает, на какие точки нажать, чтобы узнать источник боли наверняка. Первая точка – это место, где ребра заканчиваются и сходятся «домиком» – примерно там, в серединке «домика», находится верх желудка. Вторая важная точка – около пупка. Здесь расположен низ желудка и выход из него.
Желудок размещается в верхней части живота слева. Основной симптом его поражения – это боль. По тому, где болит, врач может предположить место воспаления, эрозии или язвы еще до того, как они будут обнаружены с помощью гастроскопии.
При поражении кардиального отдела желудка (возле пищевода) боль появляется в эпигастрии или за мечевидным отростком грудины. То есть она возникает в верхней части желудка – там, где ребра сходятся «домиком», и чуть выше. Если же болит возле пупка, то очаг поражения располагается в нижней части желудка или возле двенадцатиперстной кишки.
Классическая боль при язве желудка возникает или усиливается через короткое время после еды – когда пища начинает покидать желудок и возобновляется действие кислоты на поврежденные участки. У 50 % больных развивается изжога. Реже встречается тошнота, рвота, отрыжка. Из-за рефлекторного спазма кишечника возможны запоры. Аппетит при неосложненной форме язвенной болезни обычно не страдает, а то и усиливается.
По симптомам и проявлениям можно судить о расположении эрозивно-язвенных дефектов или их глубине. Если они располагаются возле пищевода, боли обычно появляются через 15 минут после еды, длятся до 2 часов. Нередко они имитируют сердечную боль или стенокардию, но, в отличие от ишемической болезни сердца, не прекращаются после отдыха и не усиливаются под нагрузкой.
Язвы малой кривизны и передней стенки желудка болят постоянно. Болевые ощущения усиливаются через 1 час после еды. Часто встречаются дополнительные симптомы: изжога и отрыжка, иногда бывает рвота.
Если язвы появляются возле двенадцатиперстной кишки, то боли возникают через 2 часа после еды. Болезнь протекает тяжелее и чаще приводит к раку желудка. Кроме боли, часто встречаются жалобы на тошноту, рвоту, возможно снижение массы тела.
Гастрит – это воспаление желудка. Язва – это глубокий дефект в его стенке, который проникает в подслизистый слой. Он может образоваться как результат воспаления, ожога, нарушения кровообращения. Не стоит путать язву и язвенную болезнь. Болезнь вызвана хеликобактерной инфекцией. Такая язва считается первичной.
Но язва также может быть симптоматической или вторичной. Ее вызывают многие болезни, в том числе расположенные вне желудка. Язва может быть результатом приема НПВП или стресса – не психологического, а возникающего на фоне тяжелых болезней. Мы уже говорили о стрессовых язвах в первой главе.
Симптоматические язвы появляются на фоне сахарного диабета, болезни Крона, сердечной недостаточности, хронической болезни почек, проблем печени и желчевыводящих путей.
Самая частая причина образования симптоматических язв – НПВП. У 25 % людей они появляются уже в первый месяц приема этих препаратов. Среди перенесших обширные операции и тяжелые травмы встречаемость язв достигает 80 %, а при тяжелых болезнях внутренних органов – 20 %.
При гастрите могут появляться эрозии – поверхностные дефекты слизистой оболочки. Часто наблюдаются очаги кровоизлияний. Нередко подобные изменения вообще отсутствуют: слизистая только краснеет и отекает.
Язва дает опасные осложнения. Самые частые из них – желудочные кровотечения.
Язва постепенно становится все глубже. Она проникает в стенку желудка на такую глубину, что повреждает кровеносные сосуды. Следствием становится кровотечение. Оно не всегда массивное. Тяжесть кровотечения определяется калибром или диаметром сосудов. Иногда повреждаются крупные артерии, которые приводят к массивным кровопотерям.
Именно язвы считаются основной причиной желудочно-кишечных кровотечений. На первом месте – язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки. Она становится причиной 40 % всех кровотечений. На язвы желудка приходится 15 % случаев, и значительная их доля – симптоматические, то есть не связанные с хеликобактерной инфекцией.
При язвенной болезни риск кровотечения на протяжении 20 лет составляет около 20 %. Пик заболеваемости приходится на людей старше 60 лет. Кроме того, среди пожилых людей гораздо выше показатели смертности от осложненной язвы.
При разрушении крупных сосудов кровотечение становится массивным: человек теряет более 500 мл крови, а иногда до 1–2 л. Появляется рвота черным содержимым. Стул тоже темнеет или чернеет – симптом возникает при кровопотере от 200 мл. Это результат химической реакции, которая развивается при смешивании соляной кислоты с кровью.
Общие симптомы появляются при потере крови от 500 мл. Кожа бледнеет, учащается пульс, руки и ноги становятся холодными. Многие люди жалуются на сильную слабость, возможны головокружения и обмороки. При потере 1,5 л крови развивается резкая потеря давления и сознания, или коллапс, а затем – гиповолемический шок с полным падением артериального давления. Это результат резкого снижения объема циркулирующей в сосудах жидкости и падения артериального давления, вследствие чего ткани, в первую очередь головной мозг, недополучают кислорода.
В 95 % случаев кровотечение удается остановить эндоскопическим способом в комбинации с медикаментозной терапией. Но в 5 % случаев приходится прибегать к неотложному хирургическому лечению. Риск смерти пациента во время такой операции в разных клиниках составляет 5–20 %. После остановки кровотечения оно развивается повторно еще до выписки из стационара у каждого пятого пациента.
Не стоит ждать кровотечения. Если у вас болит живот, определите причину. Язву легко можно вылечить таблетками, если она неосложненная.
Перфорация язвы – одно из самых тяжелых острых осложнений заболевания. В желудке образуется сквозное отверстие.
Риск перфорации при язвенной болезни составляет около 5 % в течение жизни, но на нее приходится 70 % смертей от язвы. А умирают от язвы немало людей. В Европе ежегодно констатируют 30 тысяч смертей, из которых 20 тысяч – именно из-за перфорации.
У мужчин риск развития этого осложнения в 10 раз выше, чем у женщин. У каждого четвертого пациента на момент перфорации даже не установлен диагноз язвенной болезни – люди терпят до последнего и обращаются к врачу, только когда все совсем плохо.
Первые симптомы – усиление боли и напряжение мышц живота. Эту стадию называют преперфоративным состоянием. Затем появляется резкая боль в верхней части живота – ее называют «кинжальной». Мышцы настолько напряжены, что врачи называют живот «доскообразным». Кожа бледнеет, пульс становится редким. Самые стойкие даже в этот период не обращаются к врачу, терпят боль, и со временем симптомы ослабевают. Наступает период, который называют «мнимым благополучием». К сожалению, отсутствие помощи на этом этапе приводит к тяжелейшему осложнению – перитониту. Пища вываливается из желудка в брюшную полость, и уже через 8 часов появляются признаки воспаления брюшины.
Не все осложнения язвы возникают внезапно, некоторые развиваются постепенно: пенетрация язвы, стеноз привратника, рак желудка, реактивное воспаление поджелудочной железы.
Пенетрация – это распространение язвы на соседний орган. Она более благоприятна, чем перфорация. Удачно расположенные в месте дефекта ткани предотвращают выпадение содержимого в брюшную полость. Пенетрация язвы желудка обычно происходит в тело поджелудочной железы или малый сальник – складку брюшины, натянутую между печенью, двенадцатиперстной кишкой и малой кривизной желудка.
При пенетрации язвы утрачивается связь боли с едой. Болевые ощущения становятся постоянными. Они не ослабевают даже под влиянием препаратов, уменьшающих секрецию желудочного сока.
Стеноз привратника – это сужение зоны перехода желудка в двенадцатиперстную кишку. Риск развития этой проблемы у язвенника – около 10 %. Вначале сужение временное или функциональное – оно становится следствием спазма мышц и воспалительного отека. Затем происходит рубцевание привратника. Отверстие, которое ведет в двенадцатиперстную кишку, становится слишком узким, поэтому пища проходит в нее очень медленно.
Человек ощущает тяжесть в животе, возникает чувство переполненного желудка. Содержимое застаивается, в нем размножаются бактерии. Образуется большое количество сероводорода, поэтому появляется отрыжка тухлым. На фоне переполнения желудка часто возникает рвота. После нее становится намного легче. В рвотных массах пациент может обнаружить продукты, которые съел вчера.
Но самое главное: нужно помнить, что в результате затягивания проблемы, то есть пока человек терпит, проходит время. Именно время играет против, поэтому любая долго не заживающая язва (а мы говорим о длительности несколько месяцев в пределах полугода) может перерождаться в онкологию. Ткани постоянно и сильно повреждаются, а организм пытается их восстановить, но повреждение все продолжается и продолжается. Поскольку восстановление происходит прямо во время повреждения, то очень часто возникают ошибки в виде перерождения и мутации клеток желудка. Если этот процесс происходит долго и накапливается критическое количество ошибок, то возникает аденокарцинома или рак желудка. Чаще он возникает на малой кривизне желудка. К серьезным последствиям приводит стаж проблемы, когда ее терпят и не решают.
Осложнением перфорации язвы при отсутствии лечения неизбежно становится перитонит. Это воспаление брюшины. Заболевание тяжелое: оно имеет летальность в среднем 25 %. Для лечения проводится открытая операция через большой разрез на коже. Пациенту приходится несколько недель провести в больнице, с трубками в животе. Именно поэтому здравый смысл подсказывает, что лучше решать проблемы вовремя, пока они не дозрели до чего-то более серьезного. Ведь смысл любой болезни, в отличие от простого нарушения, в том, что она развивается от плохого к худшему.
Безболевая язва в основном наблюдается у пациентов старше 65 лет. Чем дольше протекает заболевание, тем выше вероятность исчезновения боли. Это ни в коем случае не свидетельствует о выздоровлении: нередко на фоне уменьшения симптомов язвы становятся все глубже и появляются в большом количестве. Даже перфорация или разрыв язвы у пожилых людей может протекать без боли.
Этот феномен связан с тем, что у пациентов старшего возраста снижена чувствительность нервных окончаний при длительном болевом раздражении, а также нервной системы в целом.
Даже у молодых людей язва иногда не вызывает боли. Вероятность безболевого течения выше при стаже заболевания от 1 года. Это связано с тем, что расположенные в стенке желудка нервные окончания или рецепторы теряют чувствительность из-за постоянного их повреждения. Обычно у таких людей диагноз устанавливается только после первого кровотечения.
Отсутствие боли не означает отсутствия симптомов вообще. При язве без болей преобладает диспепсический синдром, который проявляется отрыжкой, запорами, ощущением распирания в желудке. Непроизвольно изменяется питание, поэтому некоторые люди постепенно теряют вес.
В современной медицине удалять желудок не принято. Операции при язве проводят все реже. Во-первых, большинство случаев удается вылечить таблетками. Во-вторых, появились эндоскопические процедуры, которые помогают остановить даже тяжелые кровотечения, ушить или заклеить фибриновым клеем небольшие порвавшиеся язвы.
Чтобы пробраться в желудок, врачу больше не нужно делать разрезы на животе – он может ввести трубку с видеокамерой и инструментами через ротовую полость и пищевод. Если же разрезы делаются, они минимальные, так как появилась лапароскопия.
Чаще всего операция проводится по поводу перфоративной или порвавшейся язвы. Но даже в этом случае лечение не предполагает удаления желудка. Образовавшееся отверстие просто ушивают. Этот тип вмешательства используется в 90 % случаев.
Впервые при жизни диагноз порвавшейся или перфоративной язвы поставил австрийский хирург Микулич-Радецкий. Он проколол живот пациента и получил из него «воспалительный газ с запахом алкоголя». Случилось это в 1880 году. Врач попытался ушить язву, но безуспешно – больной скончался.
Несмотря на столь печальный исход, хирург не потерял оптимизма и сформулировал основной принцип лечения перфоративной язвы, который считается актуальным и по сей день. Он написал, что врач, столкнувшийся с этим осложнением, должен немедленно выполнить лапаротомию (разрезать живот), ушить отверстие и промыть брюшную полость во избежание осложнений (перитонита).
Сегодня принципы лечения изменились незначительно. Разница в том, что при большом размере дефекта в него часто помещают часть большого сальника – этот этап операции называют тампонадой. Кроме того, язвы все чаще стали ушивать с помощью операций с минимальным вмешательством: эндоскопических (через рот) и лапароскопических (через короткие разрезы на животе). Лапароскопия возможна при размере язвы до 8 мм, развитии перфорации не больше 8 часов назад и отсутствии признаков перитонита.
Впервые добиться выздоровления пациента с перфоративной язвой удалось немецкому хирургу Людвигу Хейснеру. В 1892 году он все-таки ушил язву с благоприятным исходом. Уже через четыре года Герберт Аткинсон Баркер из Англии опубликовал результаты 7 операций по ушиванию язвы, но только в трех случаях пациенты выздоровели.
Первая операция по удалению части желудка по поводу язвы проведена в 1919 году. Постепенно она получила популярность, так как давала лучшие результаты по сравнению с ушиванием. Пациенты не только чаще выздоравливали, но и реже заболевали повторно. Не будем забывать, что в то время еще не было антибиотиков, способных уничтожить хеликобактерную инфекцию, да и о ее существовании никто даже не подозревал.
Частичное удаление желудка называют резекцией. Ее популярность достигла пика в середине ХХ века, но затем начала постепенно уменьшаться. К 80-м годам доля этой операции стала мизерной, а в XXI веке она почти не используется.
Сегодня резекция желудка составляет только 0,3 % от всех проводимых для лечения язвы операций. Согласно опросам, 40 % хирургов не используют этот тип вмешательств вообще. Более того: растет молодое поколение врачей, которые никогда не только не делали, но даже не видели резекцию желудка по поводу язвы в исполнении своих наставников.
Жить без желудка язвенникам не приходится даже в самых тяжелых случаях. Если желудок и удаляют, то не полностью, а частично.
К сожалению, даже его частичное удаление не проходит для здоровья бесследно. После операции развивается постгастрорезекционный синдром. Если знать, что gaster означает «желудок», то термин становится вполне понятным: это синдром, который развивается после резекции желудка.
Появляется он не у всех, но очень часто. В 50 % случаев возникают функциональные нарушения, а в 20 % – органические или структурные перестройки. Пациенты страдают от раннего насыщения (поскольку желудка почти полностью нет, соответственно, нет места для принятой пищи) плюс либо от отсутствия кислоты, как при атрофии, либо от остатков кислоты, язв и возобновляющихся воспалительных процессов остатка желудка и пищевода. Поскольку новый желудок не вырастет, то вновь созданные изменения в организме приходится компенсировать или уравновешивать приемом таблеток.
Острой считается боль, которая продолжается до 3 месяцев. Хроническая боль длится больше 3 месяцев, иногда даже всю жизнь, если человек не получает лечения. Острая она или хроническая – это сигнал, который подает организм, сообщая о проблеме. Как водитель такси может сильно сигналить или просто бибикнуть, когда есть угроза аварии на дороге. Поэтому запрещено игнорировать боль, всегда нужно выяснять причину. Водитель такси может перестать сигналить в глухой пробке, когда поймет, что это бесполезно. Так и желудок может перестать сигналить болью о своей проблеме, когда сломается механизм боли или он поймет, что это бесполезно. Тогда боль пропадет, а проблема останется.
Кроме того, понятие острой боли в животе может означать внезапно возникший болевой синдром высокой интенсивности. Например, это может случиться при разрыве язвы, внезапном кровотечении, аппендиците или разрыве кисты яичника.
С чем связана хроническая боль? Причин много, некоторые из них смертельно опасны. Например, постоянной болью проявляется рак желудка. Поэтому длительное существование боли, и особенно ее усиление, – это повод немедленно выяснить причину или «заглянуть» в желудок с помощью гастроскопии.
Рак – самая неблагоприятная, но не самая частая причина хронической боли. Гораздо чаще встречаются гастриты, эрозии и язвы в желудке. Если боль постоянная, это означает, что повреждающие слизистую оболочку причины сохраняются. Пока они продолжают действовать, болезнь как минимум никуда не денется, а скорее всего, будет становиться еще хуже. Появится больше эрозий, они станут глубже и превратятся в язвы, а затем начнут развиваться осложнения – кровотечение, разрывы, сужения и все то, о чем мы говорили в этой главе.
Гастрит НЕ проходит сам по себе, а эрозии и язвы не заживают просто так. Нужно одно условие: устранить все причины, которые продолжают «ковырять» ваш желудок. И создать условия для восстановления, без которых воспаление не исчезает, а продолжается порочный круг.
Представьте, что у вас в руках молоток. Вы забиваете гвозди, но периодически попадаете себе по пальцу. Наносите один удар, второй, десятый, пятидесятый… После первого-второго удара палец только краснеет, после десятого появляется рана, а после пятидесятого на пальце уже живого места нет. Очевидно, что пока не устранена причина, пока вы продолжаете колотить молотком по пальцу, никакие лекарства не сработают. Но как только молоток исчезнет, палец заживет сам по себе. Наша главная задача – устранить причины и создать условия.
С гастритами, эрозиями и язвами все точно так же. Многие люди хотят узнать «правильные» таблетки, принимая которые можно решить все проблемы с желудком, но при этом продолжают курить, употреблять алкоголь и есть вредную пищу. То есть воздействие причин продолжается: люди мажут палец зеленкой, но продолжают колотить по нему молотком. Временный успех может быть достигнут с помощью лекарственных препаратов, но без устранения причины проблема вернется либо сразу, либо через полгода-год.
НПВП, или нестероидные противовоспалительные препараты, – один из основных врагов желудка. Обезболивающие и жаропонижающие лекарства нарушают кровоснабжение слизистой оболочки, вызывают появление эрозий и язв.
Подавляющее большинство обезболивающих средств, которые продаются в аптеках, относятся к группе НПВС. Они выпускаются под тысячами разных коммерческих названий, но содержат в составе одни и те же компоненты. Как бы ни называлось лекарство, «Голованеболин» или «Спинаразогнин», в нем содержится все тот же ибупрофен, диклофенак, парацетамол или ацетилсалициловая кислота.
Наименований обезболивающих препаратов становится все больше, так как фармацевтических компаний много, все хотят выпускать и продавать одно и то же. Конкуренция дикая, поэтому появляются все новые болезни и симптомы для НПВП. Разные лекарства предлагаются как средства от боли в голове, в спине, в суставах, от температуры, артрита, простуды, от болезненных месячных, от зубной боли и т. д. Но правда в том, что это одни и те же вещества.
Неважно, о какой части тела производитель расскажет в рекламе. Любой НПВП после приема внутрь попадает в кровоток, разносится по всему организму и может снять боль в любой части тела. Все эти препараты обладают дополнительным жаропонижающим эффектом.
Но к чему приводит такая активная реклама обезболивающих? Во-первых, к увеличению частоты приема лекарств. Во-вторых, к увеличению суточных доз и даже к передозировке. Проблема в том, что люди часто принимают одно и то же лекарство под разными названиями, но не догадываются об этом. В результате сильно страдает ваш желудок.
К примеру, вы заболели гриппом. Берете одну таблетку от простуды, вторую – от головной боли, третью – от температуры. Но в составе каждого лекарства одно и то же вещество! Или разные вещества, но с одинаковым механизмом действия. В итоге температура тела на несколько часов нормализуется, но в желудке образуется эрозия, а то и не одна. Через несколько дней такого лечения появляются язвы. Уже через неделю регулярного приема обезболивающих и противопростудных средств риск осложнений достигает пика и сохраняется на максимальном уровне в течение всего курса терапии.
Не всегда причиной приема НПВП становится вводящее в заблуждение название или реклама лекарств. Некоторые пациенты вынуждены принимать их постоянно по медицинским показаниям. Самых частых причин три: хроническая боль со стороны опорно-двигательного аппарата (обычно это спина или суставы), частые головные боли и предотвращение инфарктов, инсультов и острых сердечно-сосудистых событий. Рассмотрим каждый из этих случаев. Вы удивитесь, но во многих из них принимать НПВП постоянно на самом деле не обязательно.
Начнем с сердца. Из телевизора нас постоянно атакует реклама: принимайте условный «Антиинфаркт» каждый день, чтобы у вас не было инфарктов и инсультов, а еще «Противотромбозин», чтобы не было тромбозов. Оба лекарства содержат низкие дозы ацетилсалициловой кислоты, которые действительно уменьшают риск сердечно-сосудистых событий. Препараты этой группы стабильно входят в десятку самых продаваемых в России.
Но свежие исследования показали: польза от такого лечения для большинства пациентов меньше, чем возможный вред. Риск инфаркта снижается незначительно, а вероятность желудочно-кишечных кровотечений усиливается многократно. Поэтому в современных рекомендациях для врачей предписано назначать низкие дозы ацетилсалициловой кислоты только для вторичной профилактики. То есть не всем подряд, а людям, перенесшим инсульт или инфаркт. Только у этой категории людей польза от постоянного приема аспирина превышает возможный вред.
Теперь про головную боль. Многие люди, особенно женщины, принимают НПВП каждый день, потому что у них болит голова. А почему она болит? Существуют десятки причин головной боли, но подавляющее большинство случаев приходится на три ее типа: головная боль напряжения, кластерная и абузусная. Кластерную выносим за скобки – это специальный тип боли, возникающий преимущественно у мужчин. Появляется ощущение, будто кто-то сверлит вам глаз. Боль сильная, но она не хроническая, а возникает лишь эпизодически.
Почти всегда проблемы начинаются с головной болью напряжения. Как видно из самого ее названия, болевые ощущения появляются из-за того, что вы слишком напряглись: недоспали, переработали, с кем-то поругались, имеете тяжелые мысли в голове и т. д. Вместо того чтобы отдохнуть, человек начинает каждый день глотать таблетки. Вначале они помогают, но через несколько месяцев развивается абузусная головная боль, вызванная обезболивающими лекарствами. Это третья по частоте причина головной боли – на нее приходится около 15 % случаев. И она самая опасная, потому что цепляет человека на крючок. Он принимает обезболивающие препараты годами, потому что болит голова. Но болит голова именно от этих препаратов, поэтому болеть она не перестанет никогда.
Относительно небольшой процент людей принимает НПВП постоянно по поводу боли в суставах или спине. Это один из немногих случаев, когда препараты действительно необходимы, и отменить их вряд ли получится. Но вы, по крайней мере, можете попытаться уменьшить дозы, добавив к лечению обезболивающие мази, физиопроцедуры, гимнастику или рефлексотерапию. При появлении проблем с желудком нужно использовать гастропротекторы – эти лекарства защищают слизистую оболочку, делают ее менее восприимчивой к НПВП.
Многие люди думают, что препараты, которые снимают головную боль, должны уменьшить и боль желудочную. Они принимают НПВП при возникновении боли в животе, но почему-то от этого только возникают дополнительные проблемы: в лучшем случае боль усиливается, а в худшем развиваются осложнения.
Усиление боли – это благоприятный сценарий развития событий. Вы, по крайней мере, поймете, что пить НПВП вредно, и больше не станете этого делать.
Хуже, когда обезболивающий эффект действительно наступает. В желудке появляется все больше эрозий и язв, а вы этого не замечаете. Уменьшение боли воспринимается как положительный, «лечебный» эффект, но болезнь на самом деле не проходит, а прогрессирует. В итоге все заканчивается осложнениями, которые поздно находят. НПВП вызывают кровотечения, разрывы и нарушают проходимость желудочно-кишечного тракта за счет формирования рубцовых сужений.
Избыточный прием препаратов вредит здоровью. Но плохо, когда вы впадаете в другую крайность: занимаетесь самолечением, используя опасные методы и не зная об их опасности. К ним относятся некоторые «псевдонародные» методы, часть методов альтернативной и «нетрадиционной» медицины, какая-то часть БАДов и натуропатии.
Почему-то принято считать, что все натуральное – безопасное. На самом деле травы, точно так же, как и лекарства, обладают конкретными фармакологическими эффектами. Они в некоторых случаях могут принести пользу, а в других ситуациях – вред.
Так называемые «чистки организма», или попытки очищения отдельно печени, желчного пузыря, желудочно-кишечного тракта ни к чему хорошему не приводят. В чем их вред? Разберем по пунктам.
1. Отсутствие нормального лечения. В лучшем случае вы принимаете травы, которые не приносят ни пользы, ни вреда. Это стандартный сценарий, если вы купили в аптеке «Чай желудочный» или «Травяной сбор № 486». Производители этих «чудо-средств» прекрасно осведомлены, что травяные сборы не работают, но они хотя бы стремятся сделать их безопасными. Поэтому травы добавляются слабые и в минимальных количествах, чтобы пахло, создавало иллюзию лечения, но не вредило здоровью. Правда, сама по себе иллюзия лечения тоже может быть вредна. Вред заключается в бездействии: вы не решаете свою проблему, не проверяете желудок, не обращаетесь к врачу, не получаете нормального лечения – вы теряете время, а болезнь прогрессирует.
2. Желчегонный эффект. Им обладают многие растения, которые принимаются без понимания сути процесса и без знания их эффекта при разных состояниях. В старые добрые времена были специально обученные люди, которые назывались травниками. Они просто были в теме, что к чему. А сегодня каждый сам себе травник и сам себе и лекарь, и палач одновременно. Это вредно и даже опасно, ведь до обследования никто не может знать, почему болит живот: может, это желудок, а может, и камни в желчных протоках. Но даже если болит желудок, желчь ему только навредит. Травы, которые влияют на его моторику и усиливают выделение желчи, способны спровоцировать дуоденальный рефлюкс, или заброс желчи. Агрессивные желчные кислоты проникают из двенадцатиперстной кишки в желудок и повреждают его слизистую оболочку.
3. Раздражение желудка. Некоторые растения содержат химические вещества, которые непосредственно раздражают слизистую оболочку желудочно-кишечного тракта. Другие растительные лекарства имеют в составе аналоги НПВП по механизму действия. Самый яркий пример – кора ивы. Она используется в качестве обезболивающего средства с XVIII века и послужила образцом для создания аспирина. Однако имея аналогичный механизм действия, кора ивы наносит намного больше вреда желудку даже по сравнению с аптечными НПВП.
Лечение нельзя затягивать по нескольким причинам.
Первая и главная – болезнь может прогрессировать. Язв и эрозий в желудке станет только больше.
Вторая причина – увеличивается глубина поражения и появляются необратимые последствия. Эрозии – это поверхностные дефекты, но когда они становятся глубже, проникают в подслизистый слой, формируются язвы. Эрозии заживают без последствий, а вот язвы после заживления оставляют рубцы. Располагаясь в большом количестве и в неудачных местах, эти рубцы могут нарушить проходимость пищеварительного тракта.
Третья причина – это риск осложнений, но в нашей стране это почему-то никого не останавливает. Хотя в России тысячи людей ежегодно погибают от осложнений язвенной болезни: от массивных кровотечений, перфоративной язвы и перитонита.
Четвертая причина – начав лечиться раньше, человек решит проблему быстрее, с помощью одних только таблеток и меньшего их количества. А если дождется осложнений, его ждет операция и долгое пребывание в больнице, несоизмеримо большие страдания и финансовые расходы. После некоторых операций нужно долго восстанавливаться, а у 30 % пациентов впоследствии развиваются болезни оперированного желудка.
Наконец, пятая причина – под маской гастрита или язвы может скрываться рак желудка. При раннем обнаружении его можно вылечить даже эндоскопическим методом, без разрезов на животе. Но большинство случаев диагностируют поздно, поэтому половина пациентов умирает уже в течение первого года после установления диагноза.
Хеликобактер пилори – вот общая причина гастрита, язвенной болезни и рака желудка. Далеко не у всех людей бактерия приводит к возникновению злокачественной опухоли. Чтобы она появилась, нужны дополнительные условия: длительное течение гастрита, отсутствие адекватного лечения и дополнительные причины, такие как курение и алкоголь.
Мы уже говорили о том, что хеликобактер может жить в желудке, не вызывая никаких проблем. Если же проблемы возникают, то в 85 % случаев это гастрит, в 15 % – язва. Примерно у 1 % пациентов с хеликобактер-ассоциированным гастритом или язвой в итоге будет диагностирован рак желудка. Но нет никакой гарантии, кому именно достанется этот один последний процент.
Почему эта бактерия приводит к раку? Она выделяет онкобелок – CagA-токсин. Этот белок, или онкопротеин попадает внутрь клетки и активирует синтез ДНК, ускоряет и нарушает процессы деления клеток. Со временем нарушается их генетическая стабильность. Онкопротеин повреждает гены, отвечающие за защиту от рака, и в итоге у человека в желудке формируется злокачественная опухоль.
Есть и другие виды вооружения этой бактерии, которые запускают раковые процессы. Не вдаваясь в скучные подробности, скажем лишь, что бактерии выделяют определенные белки, которые повреждают клетки и создают условия для злокачественного перерождения. Разные штаммы хеликобактер обладают разным онкогенным потенциалом, так как вырабатывают разные токсические вещества. Насколько вредна именно та бактерия, которая проникла в ваш желудок, определить вряд ли удастся. Такие исследования проводятся исключительно в рамках научных исследований.
Зато есть много других причин, на которые человек может повлиять, чтобы не допустить развития рака. Во-первых, можно вовремя выявить инфекцию. Это случится, если при возникновении боли в животе он сначала сделает обследование, вместо того чтобы пить «Травяной сбор № 396». Во-вторых, хеликобактер можно уничтожить антибиотиками. В-третьих, можно повлиять на другие причины, увеличивающие риск рака желудка.
Курение – самый значимый контролируемый фактор риска онкопроблем. У курящих злокачественные опухоли в желудке появляются в 2 раза, а язвы – в 7 раз чаще, чем у некурящих. Отказавшись от этой вредной привычки, вы также уменьшите вероятность многих других онкологических и сердечно-сосудистых заболеваний. Сейчас появилось много современных эффективных методов, чтобы бросить курить.
Алкоголь – повышает вероятность рака только при регулярном злоупотреблении. То есть риск выше у алкоголиков, но не у тех, кто пьет по праздникам и знает меру. Исследование, в котором ученые проанализировали данные 9 миллионов человек, показало, что низкие и умеренные дозы спиртного не увеличивают вероятность рака. Но расслабляться не стоит: даже если вы знаете меру и умеете вовремя остановиться, алкоголь увеличивает риск язвы желудка в 2,4 раза по сравнению с убежденными трезвенниками.
Низкая физическая активность – независимый фактор риска рака желудка. Начните заниматься спортом, и вероятность появления злокачественной опухоли уменьшится на 30 %. Многократно большую пользу вы получите для сердца и сосудов.
Особенности питания – еще один поддающийся контролю фактор. Наиболее опасна для желудка соль. Риск рака желудка повышается при ее потреблении в количестве более 6 г в сутки. Отказавшись от соли, вы также уменьшите артериальное давление, риск сердечно-сосудистых заболеваний и хронической почечной недостаточности. В меньшей степени вероятность онкологического заболевания повышают сахар, макароны, белый хлеб, красное мясо и субпродукты. Для снижения риска рака желудка стоит налегать на овощи и рыбу.
Вылечить воспаление желудка и язвенную болезнь полностью можно и обязательно нужно. Более того: в большинстве случаев воспалительные процессы, эрозии и язвы НЕ проходят без лечения. Самопроизвольное заживление эрозии или язвы возможно и наблюдается чаще, чем тяжелые угрожающие жизни осложнения. Но главную проблему представляет воспаление слизистой – именно оно приводит к онкологии.
Значит ли это, что лечиться не нужно? Конечно же, нет! Представьте, что вы играете в русскую рулетку. Патрон в барабане револьвера только один, и вероятность благоприятного исхода намного выше. И все же большинство людей не готовы спустить курок, предпочитая не испытывать судьбу.
Не стоит ее испытывать и в случае с язвой. Лечение поможет выздороветь быстрее. Сразу после начала терапии значительно уменьшатся симптомы. В результате лечения снижается риск осложнений и рецидива. Вызванная Helicobacter pylori язвенная болезнь без уничтожения этой бактерии антибиотиками спровоцирует повторное обострение уже через 6–12 месяцев.
Нет ни одной причины, чтобы отказываться от лечения и терпеть боль в животе, кроме незнания того, что можно вылечиться полностью. Как ни странно, но это самая частая причина, по которой люди не лечатся. Они думают, что так у всех, и занижают степень опасности. Терапия недорогая, безопасная и безболезненная. Она не требует госпитализации. Даже уколы делать не приходится – препараты при гастрите и язве назначаются в таблетках и капсулах.
Единственная неприятность, которая вас ждет, – это гастроскопия. Врач засунет трубку в желудок, чтобы осмотреть его, подтвердить и уточнить диагноз, убедиться в отсутствии осложнений. Но даже эта процедура становится все более щадящей. Современные гастроскопы очень тонкие. Для «выключения» чувствительности слизистой оболочки рта и глотки врачи используют спрей с местным анестетиком. Все чаще клиники предлагают дополнительную опцию: проведение гастроскопии под седацией, то есть во сне. В этом случае процедура лишена даже малейшего дискомфорта.
Для лечения гастрита или язвенной болезни, вызванной хеликобактер, используют антибиотики. Бактерия ко многим из них нечувствительна, поэтому назначают сразу два. Одновременно применяют средства, угнетающие секрецию соляной кислоты. Многим пациентам необходимо использовать гастропротекторы для защиты слизистой оболочки. Иногда гастрит связан с обратным забросом желчи в желудок. В этом случае потребуется два-три препарата, которые влияют на моторику органов пищеварения и состав желчи.
Нужно хорошо провериться. Это значит не только установить факт наличия гастрита, но и постараться выяснить, с чем связано развитие этого заболевания.
В предыдущей главе мы уже говорили о восьми главных причинах гастрита. Фактически только на две из них повлиять трудно, но возможно: это заброс желчи в желудок и иммунные нарушения. С остальными шестью можно справиться, причем с четырьмя из них вы можете совладать самостоятельно. Сложность заброса желчи заключается в поиске причины его появления, а для этого нужно узнать все про желудок, желчный пузырь, поджелудочную железу и кишечник, чтобы пазл сложился.
В вашей власти – устранить четыре причины: курение, алкоголь, погрешности в питании и стрессы. Сделать это сложно, но можно. При сильном желании даже хронический стресс можно победить: обратиться к психологу, сменить работу, восстановить режим сна и отдыха, найти хобби. В крайнем случае врач назначит антидепрессанты или противотревожные препараты, которые помогут быстро выйти из состояния хронического стресса.
Многие люди считают, что нормально питаются, не курят и почти не пьют, не нервничают, но все равно маются гастритом. Хеликобактер – вот «зверь», который может «грызть» желудок, даже если человек ведет идеально здоровый образ жизни. К счастью, современная медицина способна устранить и эту причину гастрита. Бактерии погибают под действием антибиотиков.
Еще одна частая причина воспаления и эрозий в желудке – НПВП. О возможностях и способах ее устранения мы уже говорили в этой главе.
Существует также много нестандартных причин гастрита. Воспалительный процесс может быть по происхождению аутоиммунным, аллергическим, радиационным и т. д. Есть много типов вторичных гастритов, развивающихся на фоне системных заболеваний. К сожалению, причины этих воспалительных процессов устранить трудно, иногда даже невозможно. К счастью, встречаются такие состояния редко, и большинство из них можно контролировать.
Не бывает полезных для желудка продуктов. Есть только вредные и не вредные.
Вредный продукт – тот, который повреждает желудок. Не вредный – тот, который его не повреждает. Многим людям хотелось бы, чтобы существовали продукты, восстанавливающие желудок. Тогда они вылечили бы его едой, а после успешного лечения стали бы похожими на суперменов, продолжая усиливать сильный желудок. Жаль разочаровывать, но такой еды не бывает.
Вот почему мы лечим гастрит лекарствами, а не одной только диетой. Хотя диета тоже назначается, она направлена лишь на исключение вредных продуктов из рациона, а не на включение в него полезных. Хотя несколько исключений есть. Например, капуста, содержащая витамин У. Но, чтобы вылечить желудок, придется съесть пару вагонов капусты за пару дней, потому что количества вещества в стандартных блюдах просто недостаточно. Ну и еще: даже витамин У не вылечит желудок, потому что он только способствует его восстановлению, а не восстанавливает. Так что читайте инструкции внимательно, в них важно каждое слово.
Суп и каша для желудка не вредны. В этом состоит их главная польза.
Могут ли суп и каша вылечить болезни желудка? Нет. Они не обладают лечебными свойствами, не стимулируют заживление эрозий и язв, не уничтожают хеликобактер.
Могут ли суп и каша предотвратить болезни желудка? Тоже нет. Если утром вы едите кашу и запиваете супом, но в остальную часть дня употребляете вредную еду, то желудок все равно будет воспаляться.
В каких же случаях суп и каша могут принести пользу? Только в ситуации, когда эти продукты вытесняют из вашего рациона вредную еду. Допустим, вы размышляете: выпить бутылку водки и закусить картошкой фри или поесть супа с кашей. Выбор в пользу супа и каши однозначно принесет пользу вашему желудку.
Для желудка вредны жиры животного происхождения. При воспалении мы убираем из рациона свинину, баранину, сало, субпродукты. Противопоказаны жирные сорта птицы – гусь, утка, жирная шкурка от курицы. Не стоит забывать и о жирных молочных продуктах: сливки, сыр, масло. Их убирают потому, что жиры, в особенности животные, дольше, чем вся остальная пища, находятся в желудке. Это затрудняет его опорожнение при наличии воспаления, но не в здоровом желудке.
Нежелательно есть жареную еду. Продукты жарят в масле, а жир больному гастритом противопоказан. Существует не менее двух десятков других способов приготовления пищи, кроме жарки. Вы можете выбрать любой из них.
На период диеты придется отказаться от специй – это химические раздражители для желудка. Чипсы и сухари – раздражители не только химические, но и механические, так как они царапают стенки желудка. Именно из-за консистенции можно интуитивно отдать предпочтение более жидкой и мягкой пище. Хваленые каши и супы просто в меньшей степени провоцируют желудок, поэтому и создают ощущение, что «лечат».
Есть еще и физические раздражители – температура и объем. Поэтому при воспалении желудка на него не следует воздействовать кипятком или льдом. Опустите здоровый мизинец в стакан с горячим чаем и посмотрите, как быстро вы захотите вынуть его обратно? А ведь это толстая кожа руки, что же говорить о тонкой, нежной, да еще и воспаленной слизистой оболочке желудка. То же касается и объема, в смысле переедания. Если положить в желудок слишком много еды, то он начнет растягиваться. Это как слишком сильно раздуть воздушный шарик – он лопнет, а желудок будет болеть и растягиваться вместе с эрозиями и язвами или просто с воспаленной слизистой.
Стоит отказаться и от продуктов, усиливающих желудочную секрецию. Это копчености, маринады, кислая еда. Они влияют через возбуждение центров аппетита в головном мозге, что усиливает стимуляцию желудка и соседних органов. А в случае, когда они воспалены и раздражены, мы вспоминаем гиппократову мудрость о том, что раздраженного не раздражают.
Минеральная вода должна быть без газа. Если она столовая, то не полезна и не вредна. Если вода лечебная, то она должна назначаться с учетом состава и изменения количества микроэлементов и минералов в организме. Она может навредить, потому что лечебные воды, рекламируемые как «желудочные», часто содержат соду или желчегонные компоненты.
Любая вода с газом однозначно вредна – она растягивает желудок. На фоне язвы это может привести к опасным последствиям, в том числе к кровотечению или разрыву. Но даже в небольшом количестве пузырьки углекислого газа раздражают желудок, могут вызывать болевые ощущения и мешают заживлению слизистой оболочки.
Под влиянием алкоголя, курения, погрешностей в питании, стресса, бактерий и препаратов в желудке возникают очаги воспаления.
При продолжающемся воздействии повреждающих факторов образуются эрозии, а затем и язвы – более глубокие дефекты, распространяющиеся на подслизистый слой.
Язвы особенно опасны: они проникают глубоко в стенку желудка. Если там проходят сосуды большого размера, то развивается сильное кровотечение. Слишком глубокие язвы могут «продырявить» желудок насквозь. Без лечения это состояние неизбежно приводит к воспалению всего живота, или перитониту, и летальному исходу.
Не стоит ждать осложнений, чтобы начать лечить гастрит или язву. Вовремя начатое лечение этих заболеваний проводится без госпитализации, без боли и без инвазивных процедур. Но если бездействовать или ждать, возможно развитие осложнений. В таких ситуациях таблетками уже не обойтись: потребуется операция. Некоторым людям удаляют часть желудка. После такой операции у 30 % людей развиваются болезни оперированного желудка, которые требуют дополнительного лечения, в том числе хирургического.
Для успешного лечения гастрита и язвы необходимо в первую очередь устранить причины этих проблем. Стоит отказаться от курения, алкоголя, вредных для желудка продуктов. Необходимо оградить себя от стрессов или прервать механизм их воздействия на желудок, исключить прием НПВП или обезвредить влияние этих таблеток на желудок. Если в желудке обнаружена хеликобактерная инфекция, то проводится лечение антибиотиками, чтобы уничтожить возбудителя.
Нелеченная язвенная болезнь или гастрит может привести к раку желудка. Злокачественная опухоль обычно развивается на фоне хеликобактерной инфекции.
Не стоит пытаться обезболить желудок с помощью аптечных обезболивающих препаратов. За разными коммерческими названиями скрываются одни и те же НПВП, которые способны разрушить слизистую оболочку даже здорового желудка. У страдающих гастритом или язвой они резко повышают риск осложнений.
Особенно часто НПВП приводят к кровотечениям. Количество появляющихся на фоне их приема эрозий и язв может исчисляться десятками.
Вылечить гастрит только диетой нельзя. Полезных для желудка продуктов не существует: бывают только вредные (повреждающие желудок) и не вредные (не повреждающие желудок). К вредным продуктам относится жирная, жареная, кислая еда, специи, соль. В период лечения гастрита не стоит употреблять чипсы, сухари и пить газированную воду.
Гастрит с повышенной кислотностью – величайшее заблуждение в этой жизни. Оно состоит из двух мини-заблуждений, которые уводят от истинных причин болезни и не позволяют избавиться от проблемы.
Версия № 1, неверная. Гастрит с повышенной кислотностью, или гиперацидный гастрит, – это состояние, когда на фоне воспаления желудка в нем обнаруживается много кислоты, то есть низкий рН. Чем меньше этот показатель, тем больше кислотность. Она повышается в связи с избыточным выделением соляной кислоты.
На самом деле увеличивается не кислотность, а количество и объем кислоты. В норме показатель кислотности, или уровень рН, в желудке составляет около 1,2 с учетом коррекции на конкретное место в желудке и на время приема пищи. Шкала кислотности рН начинается с 1,0, и это самая кислая среда, больше не бывает. То есть в реальности кислотность в желудке в нормальном состоянии уже на максимуме. Поэтому гастрита с «повышенной кислотностью» в этом смысле не бывает.
Тем не менее некоторые люди свято верят в то, что у них кислотность повышена постоянно: то ли от рождения, то ли от неизлечимого хронического заболевания. В действительности это не так.
Возможно временное усиление выработки соляной кислоты, которое обычно происходит на фоне гастрита. Тогда возможно появление изжоги за счет того, что больший объем кислоты не удержится в желудке и пойдет наверх в пищевод – это называется рефлюксная болезнь. Некоторые пациенты ошибочно считают, что, если у них появляется жжение за грудиной, это означает повышение кислотности в желудке. На самом деле это не так: за грудиной жжет не потому, что кислота очень кислая, а потому что она попадает в пищевод, где ее быть ни в коем случае не должно.
В противном случае надо признать, что это просто воспаление слизистой оболочки желудка или обычный гастрит. Даже при выработке большого количества соляной кислоты в желудок его стенки не страдают, если они не повреждены – то есть если у человека нет гастрита или язвы. Но обычно изменения в объеме вырабатываемой кислоты происходят именно на фоне воспаления желудка. Кислота раздражает дефекты слизистой оболочки, провоцирует болевые ощущения и препятствует заживлению повреждений.
Хорошо это или плохо, когда секреция соляной кислоты усиливается? С одной стороны, это плохо: если бы соляной кислоты было меньше, у человека не так сильно болел бы живот. С другой стороны, лучше много кислоты, чем мало. Сниженная кислотность опаснее, так как говорит об атрофическом гастрите.
Версия № 2, верная. Гастрит с повышенной кислотностью – это на самом деле атрофический гастрит, потому что повышение по шкале рН обозначает менее кислую и более нейтральную реакцию рН. И если смотреть по шкале, то когда кислотность повышается (то есть цифра рН растет), это означает, что кислоты становится меньше!
Фактически это атрофический гастрит или запущенный гастрит с повышенной кислотностью, его еще называли «гипоацидный гастрит». Процесс болезни доходит до того, что клетки, вырабатывающие кислоту, отмирают. Существующие клетки начинают работать с повышенной нагрузкой «в две смены», компенсируя выбывшие из строя клетки. В итоге они тоже изнашиваются, количество выделяемой кислоты становится минимальным, и это условно можно назвать «пониженной кислотностью». Это влияет на пищеварение: еда переваривается плохо, развивается анемия и дефицит микроэлементов.
Для диагностики этого заболевания используют гастроскопию с биопсией. С помощью гастроскопии в узком спектре света можно увидеть явления атрофии слизистой оболочки, в то время как рН-метрия используется для измерения кислотности. Правда, однократное измерение не слишком информативно, так как этот показатель нестабильный и сегодня не используется для выявления именно атрофии. Большинству пациентов с рефлюксной болезнью проводят суточную рН-метрию, которая показывает более кислую среду в пищеводе, но к желудку это не имеет прямого отношения.
Для оценки функции желудка еще используют и анализы крови: на пепсиноген I и II, гастрин-17 базальный и стимулированный. При подозрении на аутоиммунный атрофический гастрит определяют концентрацию антител к клеткам желудка. Для определения причины атрофии слизистой оболочки проводят исследования на хеликобактерную инфекцию. Об этих анализах я рассказывал в предыдущей главе.
Атрофический гастрит можно заподозрить при гастроскопии, но увидеть только на специальном оборудовании или при биопсии. Слизистая оболочка становится тонкой и бледной. Складки на слизистой оболочке уменьшаются и расправляются, питающие слизистую оболочку сосуды оскудевают.
Атрофия в медицине означает, что определенная часть тела становится маленькой, слабой, дряблой, плохо функционирующей. Например, если человек сломал ногу и долго носил гипс, то после снятия гипса оказывается, что мышцы атрофировались. Объем ноги уменьшается, она слабеет и не полностью выдерживает обычную нагрузку. То же самое происходит в желудке: слизистая истончается, количество желез сокращается. Этот участок не может в полной мере выполнять защитную функцию, плохо восстанавливается после повреждения, не способен вырабатывать необходимую кислоту.
По происхождению атрофический гастрит бывает двух типов: мультифокальный и аутоиммунный. Мультифокальный связан с хеликобактерной инфекцией. Эта бактерия долго обитает в желудке и постепенно разрушает слизистую оболочку. Аутоиммунный гастрит встречается реже: в этом случае слизистую разрушает собственный иммунитет.
У большинства людей атрофический гастрит связан с хеликобактерной инфекцией. Некоторым людям сопутствует удача: в их желудок попадает не очень вредный микроб. Он не «съедает» слизистую полностью и не вызывает рак. Другим везет меньше: им попадается очень болезнетворный хеликобактер, имеющий антигены СagA и VacA. Эти антигены отвечают за выработку токсинов, разрушающих слизистую оболочку и губящих клетки желудка. У таких людей риск атрофических изменений слизистой оболочки и онкологических заболеваний намного выше, поэтому бактерию необходимо как можно раньше обнаружить и уничтожить.
В случае аутоиммунного гастрита нашими собственными иммунными клетками вырабатываются антитела к париетальным клеткам (вырабатывающим соляную кислоту) и внутреннему фактору Кастла (белок, обеспечивающий всасывание витамина В12). Антитела уничтожают их, что приводит к нарушению пищеварения. Обычно аутоиммунный гастрит сочетается с аутоиммунным поражением других внутренних органов, чаще всего – щитовидной железы. Вероятность выявления аутоиммунного гастрита при аутоиммунном тиреоидите составляет 25–30 %.
Снижение кислотности и атрофия слизистой желудка вызывает неприятные симптомы, повышает риск рака, провоцирует анемический синдром.
При атрофическом гастрите страдает переваривание пищи и нарушается моторика, тонус и сокращения желудка. Человек жалуется на слабый аппетит, отрыжку тухлым, чувство тяжести и переполненности желудка. Возможны плохой запах изо рта, слюнотечение и неприятный привкус во рту. Практически всегда снижается или пропадает чувствительность, мы попросту перестаем ощущать желудок. По этой причине при атрофии не бывает болей, лишь в случае частичного снижения чувствительности возможны тупые ноющие болезненные ощущения, связанные с растяжением желудка.
Соляная кислота, которой не хватает при атрофии, нужна не только для подготовки еды к перевариванию, она также уничтожает лишних микробов в кишечнике. Поэтому при атрофическом гастрите часто развивается синдром избыточного бактериального роста в кишечнике. То есть желудок перестает обеззараживать пищу, и избыток микробов попадает дальше в кишечник, приводя к нарушениям уже в нем. Он проявляется урчанием, вздутием живота, иногда – болью, часто – диареей.
Анемия при атрофическом гастрите связана с тремя причинами:
1. Нарушение выработки фактора Кастла. Это вещество необходимо для усвоения витамина В12. В свою очередь витамин В12 нужен для выработки эритроцитов – красных кровяных телец в костном мозге.
2. Нарушение превращения трехвалентного железа в более усвояемое двухвалентное.
3. Синдром избыточного бактериального роста может вызывать фолиеводефицитную анемию.
Гастроскопию делают практически всем людям с болезнями желудка, попадающим в больницу. Однако многие люди не идут проверять свой желудок: они сидят дома, пьют травы, мужественно терпят боль. Такой героизм может закончиться плохо. Хронический поверхностный гастрит переходит в атрофический. При этой проблеме резко увеличивается риск рака. У многих людей симптомов нет вообще, а гастрит прогрессирует. В этом случае тоже возможно появление злокачественных опухолей.
Я считаю, что каждый человек в течение жизни должен сделать гастроскопию минимум один раз, а лучше – дважды. Это необходимо, чтобы выяснить, есть ли болезненные изменения в желудке и на какой они стадии. Если никаких изменений нет, человек может быть уверен, что в ближайшие 10–20 лет рак желудка ему не грозит. Если же выявлена проблема, то лечение поможет вовремя предотвратить онкологию.
В Азии распространенность этого заболевания самая высокая. Поэтому Китай, Япония, Южная Корея проводят массовые обследования, чтобы выявить атрофию с помощью гастроскопии, которую делают раз в два года, начиная с возраста 40–50 лет. На эти три страны приходится 60 % всех случаев рака желудка в мире. Понятно, что ввиду численности населения наибольший вклад в эту статистику вносит Китай. Раньше всех массовые обследования, или скрининг, ввели японцы: еще в 1960 году. Позже подключились другие азиатские страны. С 2013 года скрининг рака желудка проводят в Казахстане.
У нас случаев рака желудка хотя и меньше, чем в Азии, но намного больше, чем на Западе. Несмотря на это, скрининга как такового нет. Он отсутствует не потому, что не нужен, а из-за высокой стоимости. Но даже если государство вас не профинансирует, вы можете за собственные средства хотя бы 1–2 раза в жизни сделать гастроскопию, чтобы защитить себя от опасной патологии.
В СССР язвенниками называли тех, кто долгое время болеет язвой желудка. Это заболевание действительно было хроническим, ведь средств для его лечения не было. Врачи не знали, откуда берется эта болезнь. Предполагали связь со стрессом и питанием. Никто не подозревал о существовании хеликобактер: все считали, что язва – это результат нехватки супа в организме.
В те времена язвенников действительно было много. Язвенная болезнь была хронической, обострялась каждую осень и весну. Некоторых пациентов терапевты и гастроэнтерологи видели чаще, чем собственных родственников. Дважды в год язвенники ложились в больницу, чтобы пролечиться, и срок госпитализации порой достигал нескольких недель. Антибиотики еще не назначали, и даже ингибиторов протонной помпы не было. Зато тогда появились блокаторы Н2-гистаминовых рецепторов, которые и считались лучшими средствами от язвы. Они увеличивают риск рака желудка, обладают низкой эффективностью и сегодня практически не используются. Но при краткосрочном приеме они оказывали удовлетворительный или хороший эффект, помогая заживить язвенный дефект на слизистой.
Язвенники могли страдать от боли в животе месяцами. Все они садились на жесткую диету, которая становилась частью образа жизни: суп, каша, кисель и картофельное пюре – вот основа рациона. Язвенника можно было узнать издалека по классической триаде внешних признаков: худой, злой и постоянно трезвый. Одно обострение язвенной болезни плавно перетекало в другое. Спасала разве что пневмония: пациента пролечивали антибиотиками, одновременно уничтожая и хеликобактерную инфекцию.
Сегодня язвенники занесены в Красную книгу. Они на грани исчезновения, так как все больше людей пользуются услугами врачей, а не знахарей. Хеликобактер можно уничтожить всего за две недели. Язва с помощью лечения полностью заживает менее чем за месяц. С высокой вероятностью она больше никогда не появится в этом же месте.
Риск онкологии прямо пропорционален стажу болезни. Чем дольше человек страдает гастритом и не лечится, тем выше вероятность онкологических проблем.
С годами невылеченные болезни прогрессируют: неатрофический гастрит переходит в атрофический, затем появляются мутантные кишечные клетки в желудке, следующим этапом становится дисплазия. Это фактически и есть предрак. Наконец, развивается рак. Всего пять стадий, и вероятность перехода на каждую из них составляет:
• из неатрофического гастрита в атрофический – 50 %;
• кишечная метаплазия на фоне атрофического гастрита – 40 %;
• дисплазия в зависимости от степени – 8 %;
• рак – 12 %.
После установления диагноза «атрофический гастрит» риск заболеть раком желудка в течение 15 лет составляет 10 %. Вероятность выше при воспалении антрального, или нижнего отдела желудка.
Есть и другие проблемы, влияющие на риск рака желудка:
1. Полипы. Если они появились, риск озлокачествления составляет 60–70 %. Это самое опасное предраковое состояние. Полипы непременно нужно удалить.
2. Операции на желудке. Их переносят некоторые люди с язвенной болезнью. Риск рака увеличивается в 3–4 раза.
3. Хроническая язва желудка. По оценкам разных ученых, риск возникновения злокачественной опухоли в течение жизни составляет от 0,6 до 1 %.
Хронический гастрит со временем переходит в более опасные состояния. При самом неблагоприятном развитии патологии он приводит к раку.
Все стадии могут зафиксировать патоморфологи, оценивая ткани по результатам биопсии, или патологоанатомы в морге. Кроме того, многие изменения обнаруживаются даже визуально при осмотре в ходе гастроскопии без биопсии.
Все начинается с воспаления. В слизистую оболочку проникают иммунные клетки – лейкоциты. Чем дольше они находятся в желудке, тем выше риск. Постепенно нарушаются процессы восстановления тканей. Сформировавшиеся взрослые зрелые клетки вытесняются молодыми и незрелыми, в которых возникают ошибки и которые теряют контроль при размножении. В итоге прогрессирует атрофия. В будущем она может привести к раку, а хеликобактерная инфекция значительно ускоряет этот процесс.
В 1988 году колумбийский профессор Корреа описал последовательность изменений в желудке, которые приводят к раку. Первой ступенью каскада является хронический гастрит. По мнению Корреа, у 50 % людей он становится атрофическим. При этой форме заболевания нарушается регенерация слизистой оболочки и появляются клетки кишечного типа. Это явление называется кишечной метаплазией. Следующим этапом становится дисплазия, после чего у человека в желудке появляется злокачественная опухоль.
Таким образом, каскад Корреа состоит из пяти ступеней – последовательно развивающихся состояний:
1. Хронический неатрофический гастрит.
2. Хронический атрофический гастрит.
3. Кишечная метаплазия.
4. Дисплазия (предрак).
5. Рак желудка.
Вероятность перехода на следующую ступень составляет 2–3 % в год. Большинство людей, к счастью, не достигают пятой ступени, иначе рак желудка стал бы самой частой причиной смерти, вытеснив с первых позиций инфаркты и инсульты. Но число случаев в России очень велико: примерно 40 тысяч новых случаев в год. Рак желудка в нашей стране встречается намного чаще, чем в Европе и Северной Америке. Эта онкологическая проблема, к тому же крайне неблагоприятная. Только 2–3 тысячи пациентов из 40 тысяч заболевших удается вылечить, просто потому что они очень поздно доходят до врачей. Если бы они пришли раньше, то половина больных не умирала бы уже в первый год после установления диагноза.
Избитая истина: предотвратить болезнь гораздо проще, чем ее лечить. А предотвратить ее действительно возможно, ведь рак желудка, в отличие от многих других опухолей, не развивается на пустом месте. Ему предшествуют процессы, которые протекают годами и десятилетиями. На каждом этапе развития болезни цепочку можно прервать: уничтожить хеликобактерную инфекцию, провести лечение для заживления слизистой оболочки, в крайнем случае – «прижечь» очаги дисплазии, чтобы не допустить рака.
Биопсию делают, чтобы проверить, на какой ступени каскада Корреа находится человек. В ходе процедуры берут микроскопический фрагмент ткани на анализ. Его откусывают специальными щипцами.
Гастроскопия с биопсией более информативна, чем простая гастроскопия. Она помогает обнаружить опухоли на ранней стадии и предраковые заболевания. Кроме того, у людей с гастритом оцениваются параметры гастрита и вероятность развития онкологии в будущем. Ее оценивают по двум факторам:
1. Расположение очагов атрофии.
2. Степень тяжести атрофических изменений по шкале OLGA (Operative Link for Gastritis Assessment). Таких степеней всего четыре. Используется также модификация этой шкалы OLGIM для оценки кишечной метаплазии (появления в желудке клеток кишечного типа) – этот признак атрофического гастрита считается самым надежным.
По результатам биопсии может быть обнаружена дисплазия. Это последняя ступень до развития онкологии. В ходе гистологического исследования тканей определяют три ключевых признака дисплазии:
1. Нетипичные клетки. Ядра клеток становятся крупными, сильно окрашенными, разделенными на фрагменты. Эти клетки уже готовы стремительно многократно делиться, становясь основой для развития злокачественной опухоли.
2. Ошибки при росте клеток. Это значит, что ткани не достигают зрелости, их функции ограничены. Количество гранул, выделяющих вещества, уменьшается, секретирующие слизь клетки исчезают. То есть клетки становятся декоративными и неработоспособными.
3. Нарушение структуры. Становятся заметными нерегулярность желудочных ямок, почковидные разрастания тканей, атрофия желез и их смещение в глубокие слои. Слой гладких мышц, из которых состоит стенка желудка, разрастается, и выявляются множественные очаги фиброза или рубцы.
Дисплазия может быть легкой или тяжелой. Даже при тяжелой дисплазии рак все еще можно предотвратить. Но для этого используется хирургический метод: во время гастроскопии удаляют измененную слизистую оболочку. Это минимально травматичная эндоскопическая операция. После иссечения слизистой дефект заживает как язва – с образованием рубца.
Лечение предраковых процессов не гарантирует отсутствия рака в будущем. Поэтому таким людям нужен ежегодный контроль с помощью гастроскопии. Она поможет как минимум выявить опухоль на ранней стадии, а при раннем обнаружении рак успешно излечивается с помощью эндоскопической операции – подслизистой диссекции.
В Европе и в России используют тактику, разработанную экспертами четырех организаций: Европейского общества гастроинтестинальной эндоскопии (ESGE), Европейской группы по изучению H. pylori (EHSG), Европейского общества патологии (ESP) и Португальского общества эндоскопических исследований желудочно-кишечного тракта (SPED). Рекомендации разработаны в 2012 году и обновлены в 2019 году. Теперь они называются MAPS-II (Management of epithelial precancerous conditions and lesions in the stomach). Ключевые положения следующие:
1. Всех пациентов делят на две группы: с дисплазией и без дисплазии.
2. При хроническом атрофическом гастрите необходимы дополнительные исследования для обнаружения предрака и рака: хромоэндоскопия с увеличением, узкоспектральная эндоскопия. Обязательно проводится биопсия: 2 образца тканей берут из антрального отдела желудка, еще 2 образца – из тела желудка по малой и большой кривизне.
3. Классифицируется степень дисплазии. Если она высокая, участок слизистой оболочки удаляют в ходе эндоскопической операции.
4. Всем проводится эрадикация хеликобактер.
5. После лечения устанавливается наблюдение. Людям без дисплазии показана гастроскопия 1 раз в 3 года. Людям с дисплазией, в зависимости от степени ее тяжести, гастроскопию проводят 1 раз в 6–12 месяцев.
Прием соды не только не имеет смысла, но и вредит желудку. У некоторых людей после употребления соды возникают тяжелые осложнения, причем не столько в желудке, в котором сода «должна» устранить кислоту и которому по замыслу сода должна помогать, сколько в пищеводе, который ни на кислоту, ни на соду не рассчитан.
Зачем пьют соду? Обычно – чтобы избавиться от изжоги. Эта цель обычно достигается. Изжога действительно проходит, правда, лишь на короткое время. Проблема соды в том, что она провоцирует кислотный рикошет. Она действительно нейтрализует соляную кислоту, но тут же выделяется еще большая ее порция, что усугубляет изжогу.
Второй недостаток соды – образование газов, которые выделяются в результате химической реакции с кислотой. В итоге желудок растягивается и болит еще сильнее. Известны случаи, когда на фоне приема соды происходил разрыв стенки желудка в области язвенного дефекта.
Третий недостаток соды – ее всасывание в кровоток. Лишняя щелочь выводится с мочой. Если вы примете соду один раз, ничем страшным ее попадание в кровь не грозит. Но многие лечатся содой месяцами, а то и годами. Это чревато образованием фосфатных камней в почках из-за ощелачивания мочи. Как назло, именно эти камни хуже всего поддаются лечению: их невозможно растворить, приходится только удалять хирургическим способом.
Современному человеку сода не нужна, так как появились новые препараты для лечения изжоги. Они также используются в лечении гастрита и язвенной болезни. Чаще всего применяют ингибиторы протонной помпы – они блокируют выработку соляной кислоты. Существуют также лекарства, нейтрализующие уже образовавшуюся кислоту, – их называют антацидами. В отличие от соды, они не всасываются в кровоток, не выделяют распирающих желудок газов, не вызывают кислотный рикошет и обеспечивают более продолжительный эффект – до 3 часов.
Хеликобактер лечат антибиотиками. Обычно используют сразу два препарата. Это связано с тем, что бактерия устойчива ко многим препаратам. Если вдруг один антибиотик ее не уничтожит, то сработает второй. Но только антибиотиков мало, нужны еще сервисные препараты, без которых избавиться от бактерии просто невозможно. Это препараты, которые обнажают бактерию и снимают с нее защиту от антибиотиков, и препараты, которые повышают эффект антибиотиков и уменьшают побочные эффекты.
Первые результаты оценивают через месяц. К тому времени язвы заживают, все симптомы проходят. Однако если уже развилась атрофия слизистой оболочки, изменения не исчезают мгновенно и тем более без лечения.
Подавление, а не полное избавление от хеликобактер не гарантирует прекращения атрофии или гастрита. Но все же уничтожение этой бактерии – лучший способ борьбы с атрофическим гастритом и профилактики рака желудка. После успешного устранения хеликобактер не раньше, чем через 3 месяца может уменьшиться или пропасть воспаление, но не атрофия. Для исчезновения атрофии нужно дополнительное восстановление и защита слизистой, тогда уже через 12 месяцев явления атрофического гастрита полностью регрессируют у 15 % пациентов, а еще у 60 % больных они уменьшаются частично.
К сожалению, в 8 % случаев даже после подавления бактериальной инфекции желудок переходит на следующую ступень каскада Корреа. К тому же 2 и 3 стадии дисплазии считаются необратимыми. Но и для таких ситуаций существуют методы лечения, предотвращающие рак желудка. При необходимости врачи прибегают к малоинвазивным операциям.
У людей с атрофическим гастритом есть и другие проблемы, помимо хеликобактер. У них плохо переваривается еда, крутит живот, пища застаивается в желудке, нет аппетита, часто развивается анемия. Все эти ситуации требуют дополнительного лечения.
Желудок может и должен в результате лечения стать как новый. И гастрит, и язву реально вылечить полностью. Правда, не всегда – некоторые изменения в слизистой оболочке могут быть уже необратимы. В этом случае удается лишь остановить дальнейшее ухудшение заболевания.
При поверхностном гастрите могут образоваться эрозии. Они заживают полностью, никаких следов не остается. При язве заживление тоже возможно, но дефект более глубокий, поэтому в зоне поражения остаются рубцы. Хотя, если язву адекватно и, самое главное, быстро лечить, то может не остаться даже рубцов.
При хроническом гастрите обратимыми считаются первые ступени каскада Корреа, то есть даже атрофический гастрит восстанавливается обратно. Но если появляются очаги дисплазии, этот процесс необратим. За такими людьми устанавливают наблюдение, а при развитии тяжелой дисплазии проводят эндоскопическое лечение.
Таким образом, чтобы вылечить гастрит полностью, лечить его нужно вовремя. Если вы не получали адекватной медицинской помощи много лет, болезнь прогрессирует до необратимой стадии.
Подавляющее большинство гастритов излечиваются навсегда. Воспаление в желудке появляется и исчезает: это обычное дело. Если мы говорим о хроническом гастрите, то мы излечиваем его навсегда, но иногда он возникает снова, а не возвращается. Это не рецидив, а новое заболевание. То же самое касается язвы: она может появиться, но обычно возникает в другом месте. И это уже другая новая язва. Мы уничтожаем хеликобактер антибиотиками, но человек можете заразиться повторно.
Возвращение гастрита – то же самое, что возвращение гриппа. Этой зимой вы переболели, а через 2–3 года заразились снова. Хотя симптомы аналогичные, это не тот же грипп, что раньше. Болеть гастритом и язвенной болезнью можно сколько угодно раз, но при своевременном лечении можно легко избавиться от него за 2–4 недели.
Тем не менее однажды проведенное лечение не может гарантировать вам пожизненную защиту от повторного гастрита. Чтобы снизить риск заболевания, придется скорректировать образ жизни. Мы уже говорили о том, что как минимум на четыре из восьми причин гастрита можно повлиять. Если заболевание возникло без какой-то ясной причины снова в течение трех месяцев после того, как человек вылечился, то это называется рецидив. Тогда мы считаем, что не вылечили проблему полностью или устранили не все причины. В таком случае нужно перепроверить все причины по списку, устранить их и вылечить желудок полностью, не забыв при этом получить подтверждение, что теперь он в порядке. Если же была новая причина, то она вызвала новое воспаление желудка, и тогда это уже не рецидив.
Травы для лечения желудка в некотором смысле помогают. Как специи, некоторые растения стимулируют выделение слюны, соляной кислоты, усиливают перистальтику и повышают аппетит. Но они не восстанавливают слизистую оболочку желудка, не устраняют в ней воспаление.
Науке пока неизвестны растения, которые могли бы использоваться для уничтожения хеликобактер, заживления язвы или изменения уровня кислоты в желудке. Нет и трав, способных защитить вас от рака. Если отдельные виды трав с такими свойствами, но, чтобы получить от них реальный эффект, либо нужна огромная дозировка, либо возникают побочные эффекты, либо есть противопоказания и ограничения, либо случается что-то еще. Поэтому медицина выбирает только эффективные средства для лечения, проверенные и безопасные.
Проблема лечения гастрита травами состоит в первую очередь в том, что оно замещает нормальное, реально эффективное лечение. Человек пьет травяные сборы вместо антибиотиков, потому что прочитал в газете «Бабушкино здоровье», что зверобой и ромашка лечат все болезни желудка. В итоге хроническое воспаление становится еще сильнее, переходит в атрофию, а затем на следующие, уже необратимые ступени каскада.
Ингибиторы протонной помпы – это вторая по важности группа лекарств для лечения гастрита и язвенной болезни после антибиотиков. Они уменьшают выработку соляной кислоты, снижают желудочную секрецию, устраняя симптомы и обеспечивая благоприятные условия для заживления гастрита, эрозий, язвы и для устранения хеликобактер.
Первый ингибитор протонной помпы омепразол был синтезирован в 1979 году, а в аптеках появился в 1988 году. Затем появились другие: эзомепразол, лансопразол, пантопразол, рабепразол, декслансопразол и тенатопразол. Сравнительные исследования показали, что они не имеют различий в эффективности, хотя по цене разница бывает достаточно существенной.
Кислоту важно убрать, чтобы она не раздражала язву, не усугубляла воспаление, не мешала слизистой оболочке восстанавливаться. Кроме того, антисекреторные препараты или лекарства, уменьшающие количество кислоты, повышают эффективность и создают необходимые условия для лечения хеликобактерной инфекции.
Основные эффекты, которые достигаются при приеме ингибиторов протонной помпы при гастрите и язвенной болезни:
1. Меняется количество кислоты в желудке, поэтому хеликобактер труднее выжить в новых условиях.
2. Уменьшается разрушение кислотой антител, которые более эффективно атакуют бактерию.
3. Уменьшается объем желудочного сока, поэтому антибиотики лучше проникают в зону бактериального поражения.
4. Угнетается уреаза – фермент, один из разрушающих инструментов этой бактерии.
Лечение желудка ингибиторами протонной помпы безопасно. Эти лекарства не вызывают побочных эффектов при краткосрочном приеме. Осложнения возможны только при их использовании более 9–12 месяцев, но болезни желудка так долго не лечат. Обычно ингибиторы протонной помпы принимают всего пару месяцев – это срока достаточно, чтобы язва полностью зажила. Да, при условии, что диагностика проведена правильно и причина устранена. Иначе можно пить их бесконечно долго и при этом безрезультатно.
Длительный прием возможен только при гастроэзофагеальной рефлюксной болезни. В этом случае главная угроза, которую несут ингибиторы протонной помпы, – нарушение метаболизма в костной ткани. По данным Y. Yang, через год постоянного приема у пожилых пациентов на 22 % повышается риск перелома шейки бедра, через 4 года он возрастает на 59 %. Позже было проведено другое исследование: L. Targownik проследил этот риск еще дальше. Оказалось, что через 6 лет непрерывного приема ингибиторов протонной помпы вероятность перелома шейки бедра возрастает уже в 2,5 раза, а через 7 лет – в 4,5 раза. Кроме этого, длительный и безлимитный прием ингибиторов протонной помпы приводит к избыточному бактериальному росту в кишечнике и повышает риск воспаления легких у людей, находящихся в больнице. Еще может ухудшаться всасывание микроэлементов и минералов, сюда попадает железо, кальций, витамин В12.
Значит ли это, что таких препаратов стоит избегать? Конечно же, нет! Это говорит только о том, что даже самые безопасные лекарства не стоит принимать бесконтрольно, годами и десятилетиями. Риск осложнений при курсах лечения до года ничтожно мал, а количество побочных эффектов сопоставимо с плацебо.
На самом деле нарушение метаболизма в костной ткани – не «побочное действие» самих лекарств, а результат длительного снижения количества кислоты в желудке. Примерно то же самое происходит и при атрофическом гастрите.
Снижать кислоту при атрофии можно, но не всегда. Перед тем как назначить ингибиторы протонной помпы, определяют, насколько сильно угнетена функция желудка. Если его работоспособность стремится к нулю и кислоты в желудке практически нет, то нет и смысла в снижении ее количества. Если показатель рН достигает или превышает 6,0, то антисекреторные препараты противопоказаны. Но если рН ниже 6,0, эти препараты назначают на короткий срок, даже несмотря на сниженную секрецию соляной кислоты.
Ингибиторы протонной помпы появились только в конце 80-х годов прошлого века. Широкое распространение на Западе они получили в конце 90-х годов, в России – в начале XXI века. А что было раньше?
До этого использовались другие лекарства, уменьшающие желудочную секрецию: Н2-гистаминовые блокаторы. Всего появилось 5 поколений этих лекарств. Наибольшее распространение получил препарат 2 поколения – ранитидин.
Но эти препараты менее эффективны, чем ингибиторы протонной помпы, поэтому в настоящее время их не применяют. Они остались только в арсенале старых специалистов «советской закалки».
Н2-блокаторы уступают как в эффективности, так и в безопасности. Полный контроль над выработкой соляной кислоты не достигается, так как препараты влияют только на часть механизма, стимулирующего секрецию. Они снижают эффект гистамина, но не влияют на гастрин и ацетилхолин.
«Популярность» гистаминовых блокаторов резко упала в 1999 году, когда был опубликован метаанализ 21 исследования. Ингибиторы протонной помпы сравнили с Н2-блокаторами. Оказалось, что они быстрее устраняют воспаление, заживляют язву, позволяют лучше контролировать кислотность в желудке. После начала лечения быстрее уходят симптомы, снижается риск осложнений. Уже в 2000 году в Маастрихтском соглашении Н2-блокаторы исключили из стандартных схем лечения язвенной болезни.
Наконец, многочисленные исследования показали, что при длительном приеме Н2-блокаторы усугубляют атрофические изменения слизистой оболочки желудка. То есть они не защищают человека от рака желудка, а лишь приближают онкопатологию.
Кислотный рикошет – это компенсация, увеличение продукции соляной кислоты после прекращения действия препарата. Он характерен для жидких антацидов (антациды – это лекарства, которые «гасят» кислоту), содержащих ионы кальция и натрия. Обычно их рекомендуют в аптеке для быстрого, но временного облегчения симптомов, для лечения они не используются. Но эти лекарства по-прежнему доступны в аптеках, поэтому многие люди приобретают их самостоятельно.
Максимальный кислотный рикошет вызывает и самое популярное народное средство от изжоги – сода. Быстрый кислотный рикошет развивался при использовании Н2-блокаторов, это было одной из причин, по которым с ними расстались.
Как это происходит? При повышении рН в желудке до 7,0 включаются механизмы компенсации. В G‑клетках образуется гастрин, который усиливает выделение соляной кислоты. Таким образом, мы, с одной стороны, вынуждены убрать кислоту, но как только начинаем это делать, то организм сопротивляется. Мы сжимаем пружину, и если сжимаем долго, то она «стреляет».
Кроме того, кислотный рикошет может возникнуть после длительного лечения ингибиторами протонной помпы. Обычно его нет при кратковременном использовании – в течение месяца. Но рикошет «прилетает», если человек пьет таблетки несколько месяцев подряд. Обычно секреция соляной кислоты усиливается через 2 недели после прекращения приема лекарств. Период усиленной секреции непродолжительный – обычно он длится около 1–2 недель. Проблема решается путем приема 4 таблеток ингибиторов протонной помпы, которые назначают через день. В случае сильного рикошета используется постепенное снижение дозы и гастропротекторы в сочетании с антацидами.
Потому что отсутствие симптомов не означает выздоровление. Контроль выздоровления, как правило, проводят с помощью тестов на хеликобактер, обычно без гастроскопии. В этом часто кроется ошибка: хеликобактер уже нет, а воспаление все еще продолжается. Если в вашем желудке выявили атрофический гастрит, то следующая гастроскопия вам показана через 3 года, независимо от того, есть симптомы или нет. Если обнаружена кишечная метаплазия или дисплазия, то повторная гастроскопия необходима еще раньше: через 12 или даже через 6 месяцев. Контроль, проведенный вовремя, поможет своевременно остановить развитие болезни и предотвратить возникновение злокачественной опухоли в желудке.
Отрыжка – один из симптомов заболеваний желудка. Это слышимый выброс воздуха в глотку. Она считается заболеванием, только если становится слишком частой и доставляет человеку дискомфорт.
В зависимости от происхождения отрыжки ее делят на два типа: гастральная и супрагастральная. Если перевести с медицинского языка на человеческий: отрыжка может исходить из желудка или из пищевода.
Согласно Римским критериям функциональных нарушений IV пересмотра, чрезмерно частой считают отрыжку, если она появляется 3 дня в неделю в течение последних 3 месяцев, при общей продолжительности от 6 месяцев. Специальные исследования, определяющие давление в пищеводе и желудке, позволяют отличить желудочную отрыжку от пищеводной. Желудочная может быть естественной физиологической, пищеводная – всегда неправильная или патологическая.
В появлении постоянной отрыжки могут быть виновны разные органы. Список главных подозреваемых: желудок, верхний и нижний пищеводный сфинктер, ножки диафрагмы, мышцы грудного отдела пищевода и мышцы глотки.
В норме во время еды или во время разговора мы всегда заглатываем небольшое количество воздуха. Он периодически выходит из желудка, иногда очень громко. Это может смутить вашего собеседника, но бежать к врачу еще рано. Такая гастральная отрыжка вполне-вполне нормальное явление. Она бывает у всех.
Пищеводная отрыжка к желудку имеет минимальное отношение. Она может быть связана даже с проблемами органов, не относящихся к пищеварительной системе. Мы говорим о желудке, поэтому обсуждать пищеводную отрыжку не будем.
Желудочная отрыжка может быть проблемной. Это симптом, который появляется у 2/3 людей с диагнозом «функциональная диспепсия». Но большинство людей, страдающих диспепсией, не совсем корректно получают диагноз «гастрит». При болезнях желудка отрыжка возникает в связи с ослаблением тонуса нижнего отдела желудка и замедления его опорожнения. Хотя она часто беспокоит людей, специального лечения обычно не требуется, нужно восстановить моторику желудка. При других симптомах «ленивого желудка» могут использоваться прокинетики – это лекарства, которые повышают тонус мышц в верхней половине пищеварительной системы.
Самый популярный препарат, ускоряющий опорожнение желудка и устраняющий отрыжку, называется домперидон. Реже используют итоприд или метоклопрамид. Последний чаще других вызывает побочные эффекты. Домперидон в целом безопасен, но у некоторых людей с сердечно-сосудистыми заболеваниями может вызвать аритмию, так как блокирует калиевые каналы и нарушает сердечную проводимость. Самым безопасным препаратом считается итоприд. Но работает он не сразу: выраженность отрыжки уменьшается постепенно, и обычно она полностью проходит к 5–6 дню лечения.
Не каждая желудочная отрыжка свидетельствует о воспалении в желудке. Иногда кроме нее нет других симптомов и не определяются болезненные изменения при гастроскопии. Для таких случаев даже придуман специальный диагноз: синдром чрезмерной отрыжки.
Гастрит бывает с повышенной и пониженной кислотностью. По сути, это один и тот же процесс, который правильно называется атрофическим гастритом. Если же воспаление становится хроническим, через несколько лет оно разрушает клетки желудка, выделяющие соляную кислоту.
Атрофический гастрит – это состояние, когда слизистая становится тонкой, бледной, исчезают складки, усиливается сосудистый рисунок. Эти изменения можно увидеть при гастроскопии. Атрофический гастрит очень опасен: в будущем он может привести к раку. К тому же человек страдает от симптомов «ленивого желудка», а из-за нарушения всасывания железа и витамина В12 у него развивается анемия. Атрофический гастрит может быть вызван инфекцией Helicobacter pylori или аутоиммунным процессом. Хроническое воспаление бактериального происхождения встречается в 8–10 раз чаще.
При хроническом воспалительном процессе в желудке постепенно развиваются изменения, которые в итоге приводят к раку. Всего процесс проходит через пять ступеней, которые называют каскадом Корреа. Вначале развивается хронический гастрит неатрофический, а затем он переходит в атрофический. После этого в желудке появляются участки кишечной метаплазии, развивается дисплазия, а из нее – рак желудка.
Чем дольше человек болеет, тем выше риск онкологии. Но на любой стадии развитие болезни можно остановить, а на некоторых процесс еще обратим. Основной метод лечения – уничтожение причины, бактерии хеликобактер. После эрадикации бактерии атрофический гастрит может при лечении развиваться обратно. Но если процесс дошел до четвертой ступени – дисплазии, то изменения в желудке останутся навсегда. Человеку придется регулярно делать гастроскопию, чтобы вовремя обнаружить предрак или рак желудка.
Самый точный способ, позволяющий понять, на какой ступени каскада Корреа вы находитесь, – это гастроскопия с биопсией. Любой человек, даже не имеющий симптомов со стороны желудка, должен сделать это исследование минимум один раз в жизни, а лучше – дважды. Если никакой проблемы нет, вы можете быть уверены, что в ближайшие годы и даже десятилетия рака желудка не будет. Если выявлены начальные признаки проблемы, их можно вылечить лекарствами. Если вы поднялись по ступеням каскада Корреа почти до самого верха, возможно проведение эндоскопической операции для удаления части пораженной слизистой оболочки: так лечат дисплазию высокой степени и начальную стадию рака желудка.
В азиатских странах проводятся массовые обследования или скрининг рака желудка: все люди после 40–50 лет проходят гастроскопию 1 раз в 2 года. В России такого скрининга нет. Большинство людей не обследуются, поэтому опухоли обнаруживаются на поздних стадиях. В России ежегодно диагностируют 40 тысяч новых случаев рака желудка. Половина из этих пациентов умирают уже в первый год после обнаружения опухоли. Только 2–3 тысячи человек удается вылечить – тех немногих, у кого болезнь обнаружили на ранней стадии, до развития симптомов.
Язвенная болезнь тоже вызвана хеликобактер, поэтому лечение в чем-то схоже – это антибиотики и ингибиторы протонной помпы плюс гастропротекторы для защиты и заживления дефектов слизистой оболочки.
Всего за две недели можно уничтожить бактерию, а через месяц или два слизистая желудка полностью восстановится. Если у вас язва, знайте, что это не на всю жизнь. Ее можно вылечить раз и навсегда. Если же она появилась повторно, то это новый случай заболевания, а не обострение хронического процесса.
Рефлюкс – это процесс, когда что-то забрасывается в обратную сторону. Термин используется не только в гастроэнтерологии. Например, в сердце при дефектах клапанов кровь может течь в обратную сторону – это тоже рефлюкс.
Пищеварение, как и кровообращение, – это «улица» с односторонним движением. Еда входит в желудок, а выходит из заднего прохода – таков закон природы. В обратную сторону ничего идти не должно. Но при «поломке» этого механизма возможен возврат – именно он называется рефлюкс. Возвращаться может, например, пища из двенадцатиперстной кишки в желудок или из желудка в пищевод. К тому же вернуться может не только еда. Даже если мы ничего не съели, в желудке есть кислота, которая способна вернуться в пищевод и обжечь его стенки.
Изжога – симптом, а не болезнь. Это ощущение, когда печет в груди за грудиной, реже – в животе или в горле. Типичная изжога – это ощущение в груди, а не в горле или животе и практически всегда это результат рефлюкса. Кислота возвращается из желудка в пищевод и вызывает жжение. Изжога в других местах на самом деле может оказаться вообще не изжогой или быть эквивалентом изжоги, тут уже придется проверять и разбираться.
Изжога развивается у 83 % пациентов с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью или сокращенно ГЭРБ. То есть причина ее появления – это заброс желудочного содержимого в пищевод. Симптом может появляться как натощак, так и после сытного обильного и большого по объему приема пищи. Изжогу стимулируют кофе, курение, шоколад, алкоголь, кислая еда, животные жиры, пряные и острые блюда. Это происходит из-за того, что кофе, курение и острое расслабляет тонус нижнего пищеводного сфинктера, и он не удерживает нужное давление. А жирная пища просто дольше находится в желудке и за счет большего времени дольше создает давление на сфинктер. У многих людей проявления усиливаются в горизонтальном положении, в том числе ночью. Причина ночной изжоги – благоприятное для рефлюкса положение тела, потому что в этом положении давление на сфинктер больше. Кроме этого, во время сна меняется тонус блуждающего нерва, поэтому в принципе расслабляется нижний пищеводный сфинктер.
Именно нижний пищеводный сфинктер, или «сжимающий клапан» виноват в том, что у человека появляется изжога. Задача этого сфинктера состоит в том, чтобы открыть сообщение между пищеводом и желудком в момент глотка, но закрывать его полностью в течение всего остального времени. Так обеспечивается одностороннее движение еды: она проникает из пищевода в желудок, но не возвращается обратно.
Иногда сфинктер не может закрыть просвет, и тогда появляется изжога. Почему он не может справиться со своей задачей? Вариантов всего два: либо нагрузка на сфинктер слишком большая, либо сфинктер не в состоянии выдержать положенное давление. Обе причины влияют на вероятность появления изжоги и ее силу.
Большинство людей испытывали изжогу по крайней мере раз в жизни. Это не говорит о болезни. Иногда даже самый крепкий сфинктер «продавливается» со стороны желудка, если в нем сильно повышается давление. Когда это может случиться? Например, на Новый год, когда человек много съел, еще больше выпил, да еще и употребил шампанское с газами. Все это распирает желудок. Куда деваться содержимому? Рано или поздно все это уйдет в кишечник, но и пищеводу немного достанется. Если изжога возникла один раз в год – ничего страшного, можно потерпеть. Но лучше снять проявления этой проблемы даже в моменте, потому что иногда достаточно одного момента, чтобы получить устойчивое нарушение, которое быстро приведет к болезни.
Но некоторых людей этот симптом терзает постоянно. Их беспокоит изжога каждый день – не спасает ни суп, ни овсянка. Это серьезная проблема. Она говорит о том, что сфинктер не в состоянии сдержать давление. Придется разбираться, почему возник рефлюкс и что с этим можно сделать. Терпеть постоянную изжогу нельзя: она не только вызывает дискомфорт, но и приводит к тяжелым осложнениям, рубцовому сужению пищевода или раку пищевода.
Непосредственной причиной повреждения пищевода становится сама соляная кислота. Она вызывает его химический ожог. Но пища в этом тоже виновата. Именно она стимулирует выделение соляной кислоты и повышает давление в желудке, провоцируя рефлюкс. Вот почему у многих людей изжога появляется или усиливается после еды.
Обычно, когда по нежному пищеводу вверх начинает подниматься кислота, то человек при этом чувствует жжение. И мы называем это изжогой. Когда по пищеводу вверх начинает подниматься пища, это ощущение называется отрыжка пищей. В некоторых случаях, когда мы торопились есть или много болтали за столом, непроизвольно заглатывается воздух. Тогда он выходит после приема пищи, зачастую сопровождаясь неприятным звуком или запахом. Это результат спешки или крайне низкого давления сфинктера. Такое ощущение называется отрыжкой воздухом.
Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь (ГЭРБ) – это когда содержимое желудка регулярно забрасывается в пищевод. Распространенность заболевания резко увеличилась в конце ХХ века. Это связано с эпидемией ожирения и изменением культуры питания.
Впервые тревогу забили в 1997 году. На 6-й Европейской гастроэнтерологической неделе в Бирмингеме провозгласили: ХХ век – век язвенной болезни, а XXI век – век ГЭРБ. В октябре того же года в Бельгии ученые договорились, что рефлюкс – это самостоятельное заболевание.
Его определили как хроническое рецидивирующее нарушение моторно-эвакуаторной функции органов желудочно-пищеводной зоны, которое характеризуется регулярным забросом содержимого желудка и двенадцатиперстной кишки в пищевод. В результате этого процесса происходит повреждение нижнего отдела пищевода с развитием в нем воспаления, язв, эрозий и с нарушением функции этого органа.
Здесь нужен разбор терминологии. Что значит «хроническое рецидивирующее нарушение»? «Хроническое» значит, что когда человек приходит к врачу, то эта проблема обычно существует у него уже долго, но это не говорит о том, что проблему нельзя решить, или она «на всю жизнь», или «до смерти». «Рецидивирующее» значит, что проблема может возобновляться, просто потому что очень тесно связана с образом жизни, а его изменить трудно, но реально.
Сегодня диагноз «ГЭРБ» устанавливают независимо от того, поврежден пищевод или нет. Человеку достаточно предъявить жалобы на изжогу, чтобы получить этот диагноз. Но в двух случаях из трех никакие изменения в ходе гастроскопии увидеть не удается. Такая ГЭРБ называется эндоскопически негативной или неэрозивной. Эндоскопически позитивная ГЭРБ – это рефлюкс-эзофагит или воспаление в пищеводе, связанное с рефлюксом.
В 2002 году на Всемирном конгрессе гастроэнтерологов в Лос-Анджелесе кроме этих двух форм ГЭРБ определили и третью, самую опасную – пищевод Барретта. Это предраковое изменение поверхностных клеток пищевода.
Монреальский консенсус в 2006 году определил ГЭРБ как состояние, при котором заброс содержимого из желудка в пищевод вызывает дискомфорт или осложнения. Именно эта формулировка сделала ГЭРБ исключительно клиническим диагнозом. Эндоскопия для подтверждения больше не нужна. Как только человек на приеме у врача сообщает, что его мучает изжога, он тут же получает соответствующую запись в свою медицинскую карту. Достаточно одного сильного или двух слабых эпизодов изжоги в неделю, чтобы рефлюкс признали хроническим. Насколько это объективно, думайте сами.
В России распространенность ГЭРБ оценивается в 11,3–23,6 %. Встречаемость эзофагита – 5–6 %. Причем 10–35 % случаев приходится на тяжелый эзофагит с осложнениями. При развитии эзофагита примерно у 8 % людей формируется пищевод Барретта.
Еще немного статистики. Опросы населения показывают: по меньшей мере 50 % людей страдают от изжоги каждый месяц, 30 % – каждую неделю, 10 % – каждый день. Именно эти 10 % ежедневно страдающих и становятся пациентами врачей. Остальные обычно прибегают к самолечению, получая комплект осложнений или длительные мучения с изжогой.
Распространено мнение, что лечиться от рефлюкса нужно долго. Только это понятие растяжимое. Порядок цифр, когда мы говорим про лечение, – это 8–16 недель, для меня это долго. Это при условии, что причина устранена. Но, как показывает практика, из-за ошибок и недочетов люди лечатся многие годы, собирая побочные эффекты от длительного приема лекарств. Если функция пищеводного сфинктера нарушена, должно пройти несколько недель, прежде чем она восстановится. Если сфинктер вообще потерял тонус, то можно его стимулировать. Но зачастую закончить лечение и получить устойчивый результат мешает либо образ жизни, либо «привыкание» к лекарствам и «синдром отмены».
В некоторых случая при ГЭРБ приходится даже прибегать к хирургическому лечению, чтобы получить устойчивые результаты. Но если причина не была устранена, то даже после операции проблема может возвращаться. Например, если человек переедал и после операции продолжает это делать, то проблема точно вернется, но оперировать второй раз будет уже нечего.
В 2008 году в Европе начали лечить рефлюкс, основываясь на Гштадском руководстве. Оно выделяет три уровня оказания медицинской помощи: самолечение, потом терапевт, за ним гастроэнтеролог. Самолечение рекомендуют, только если симптомы беспокоят один раз в неделю или реже. При появлении двух эпизодов за неделю стоит обратиться к терапевту.
Большинство случаев рефлюкса лечат терапевты. Они назначают ингибиторы протонной помпы, блокирующие кислоту, которая забрасывается. Это препараты, заканчивающиеся на – празол: пантопразол, рабепразол, омепразол, эзомепразол, лансопразол и декслансопразол. Мы уже говорили об этих препаратах в главе, посвященной желудку. При необходимости для устранения симптомов можно кратковременно принимать антациды. На начальном этапе лечения обычно используют обе группы препаратов одновременно. Однако постепенно ингибиторы протонной помпы выходят на свою полную мощность, и потребность в антацидах исчезает.
Ингибиторы протонной помпы нужны только при постоянной изжоге или наличии патологических изменений в пищеводе. При их приеме единичные эрозии заживают за 4–8 недель. При тяжелом эзофагите полная компенсация заболевания достигается через 8–12 недель у 90 % пациентов. У оставшихся 10 % результатов приходится ждать чуть дольше: до 16 недель.
К сожалению, в 55 % случаев люди самостоятельно прекращают принимать таблетки, ведь это «химия»! Они не долечиваются полностью, болезнь рецидивирует и часто дает осложнения. Так нельзя! Даже если человек физически не ощущает эффекта от лечения сразу и не понимает, зачем нужно каждый день глотать очередную таблетку, поверьте: это необходимо.
Как это работает? Лечебный эффект достигается за счет уменьшения рН в нижней трети пищевода. После нормализации «кислотности» все эрозии и язвы быстро заживают. Но нужно еще дополнительно усиливать заживление. А вообще ингибиторы протонной помпы относятся к числу самых безопасных препаратов, используемых в гастроэнтерологии. Риск побочных эффектов – менее 2 %, что сопоставимо с плацебо.
Новое направление в лечении рефлюкса – протекторы, или защитники пищевода. Эта группа лекарств защищает пищевод от соляной кислоты. Обычно используют средства на основе хондроитина сульфата и гиалуроновой кислоты. Действующее вещество прилипает к стенкам пищевода, делает слизистую оболочку менее восприимчивой к агрессивному содержимому и создает лучшие условия для регенерации тканей.
Прокинетики – еще одна группа лекарств, которая нужна не всем. Прокинетики усиливают моторику верхней части пищеварительного тракта. Они ускоряют эвакуацию содержимого из желудка и косвенным образом восстанавливают функцию сфинктера. Прокинетики применяют только при сочетании рефлюкса с функциональной диспепсией, то есть с нарушением работы желудка.
Почему лечение иногда не помогает? Причин две: резистентность и псевдорезистентность к терапии.
Псевдорезистентность – это когда человек забывает пить таблетки, не хочет проходить полный курс лечения, врач назначает неправильное лечение или вы покупаете подделку в недобросовестной аптеке – мел вместо настоящего препарата.
Резистентность – это когда лечение правильное, но оно не работает. Самые частые причины – это дуоденогастральный рефлюкс, причина которого не устранена; «привыкание» и «синдром кислотного рикошета»; генетический полиморфизм ферментов печени из системы цитохрома CYP2C19 – они определяют особенности метаболизма лекарств в печени.
Что будут делать врачи в случае резистентной ГЭРБ, зависит от причины резистентности. Это может быть увеличение дозировок ингибиторов протонной помпы, включение в схему дополнительных препаратов. Самое очевидное решение – увеличение дозы лекарств. Обычно так и поступают. Стандартная схема лечения предусматривает прием антисекреторного препарата 1 раз в сутки. В этом случае симптомы изжоги сохраняются у 30 % людей. Если же принимать препарат 2 раза в сутки, только у 7 % больных не удается достичь полного контроля рефлюкса. Тогда нужны уже препараты из других групп и поиск причины неэффективности.
У любого человека может возникнуть физиологический рефлюкс. Например, если вы съели две тарелки борща, выпили три литровых кружки пива, затем тут же схватили мешок с картошкой, то все эти обстоятельства резко повысят давление в желудке и брюшной полости. Это давление будет толкать содержимое вверх. Даже самый крепкий пищеводный сфинктер не выдержит такой нагрузки. Соляная кислота попадет в пищевод и вызовет ощущение жжения.
Но это не страшно. Просто сделайте выводы на будущее. Обычно объем желудка составляет 1,0–1,5 л. Методом проб и ошибок вы подберете то количество кружек пива, которое можно безопасно выпить перед транспортировкой мешков с картошкой.
Эпизодическая изжога неприятна, но она не вызывает долгосрочных проблем – за одним исключением. Если пищевод и желудок уже изначально были «на грани», то один эпизод может спровоцировать начало длительной проблемы. А вот если рефлюкс постоянный, тогда развиваются осложнения: воспаляется пищевод, в нем появляются рубцы, эрозии, язвы, открываются кровотечения. Через несколько лет могут развиться предраковые изменения в слизистой оболочке пищевода. Еще через несколько лет, если ничего не делать, в этом месте появится злокачественная опухоль – аденокарцинома пищевода. Она очень агрессивная: с раком пищевода сложно справиться даже медицине самых развитых стран.
Грыжа пищеводного отверстия диафрагмы или сокращенно ГПОД – самая неблагоприятная причина, дополнительно ухудшающая рефлюкс. Диафрагма – это тонкая мышца, разделяющая грудную и брюшную полость. В ней есть отверстие, через которое проходит пищевод. Оно так и называется: пищеводное отверстие диафрагмы. Если это отверстие становится слишком большим, через него в грудную полость поднимается часть желудка, а иногда – весь желудок и часть кишечника. Но в 96 % случаев грыжи – кардиальные, то есть в отверстие проникает только прилегающая к пищеводу часть желудка.
Рефлюкс на фоне такой грыжи протекает тяжело. По данным Европейской и Американской гастроэнтерологических ассоциаций, при наличии грыжи в течение 5 лет риск рака пищевода увеличивается в 2,7 раза, а через 12 лет – в 4 раза. То есть ГПОД не является непосредственной причиной рефлюкса ГЭРБ, но если есть грыжа, то рефлюкс просто будет сильнее. Это связано с дополнительным механическим раздражением самого пищевода, желудка и нервов.
Чем старше человек, тем выше риск грыжи, потому что больше стаж болезни. У женщин они встречаются чаще, чем у мужчин. В пожилом возрасте многие обращаются к врачу с жалобами на боль в области сердца. Но при обследовании оказывается, что сердце здоровое – болит грыжа. Именно ноющие боли являются основным симптомом болезни – они выявляются у 85 % людей. Изжогой страдают примерно 65 % людей – это второе по частоте проявление грыжи.
На гастроскопии грыжу видно, но только крупную. И видно не саму грыжу, а косвенные признаки ее наличия: недостаточности нижнего пищеводного сфинктера, смещение места перехода пищевода в желудок выше диафрагмы и выпячивание слизистой оболочки желудка в пищевод.
Выявление этих признаков – не более чем повод заподозрить грыжу. Но устанавливать диагноз на основе гастроскопии нельзя. Основной метод диагностики грыжи – рентгеновское исследование. Человек пьет раствор с барием, который растекается по пищеводу и желудку, обеспечивая контрастирование этих органов. Благодаря этому их становится видно, потому что рентген обычно видит только кости. Затем делаются снимки в разных положениях тела, и врач может по ним определить, есть грыжа или нет.
Что делать, если она есть? Таблетками убрать грыжу нельзя. Если качество жизни приемлемое и осложнений нет, можно не лечиться или принимать таблетки по необходимости только при появлении симптомов. При тяжелых формах или частых симптомах требуется операция. Врач укрепляет пищеводное отверстие диафрагмы, иногда только при больших грыжах с применением сетчатого импланта. Верхнюю часть желудка оборачивают вокруг пищевода, чтобы укрепить сфинктер, – эту манипуляцию называют фундопликацией.
Грыжа не является причиной рефлюкса, она может его только усугублять. Но оба этих состояния объединены единой причиной. И грыжа, и рефлюкс возникают из-за повышения давления в желудке и в животе, которое выдавливает наверх либо содержимое желудка, либо сам желудок, либо и то и другое вместе. Здесь уже как повезет, это зависит от чисто механического воздействия и расположения органов у каждого человека. А поскольку причина единая, то люди с грыжей обычно страдают от более тяжелой формы рефлюкса, которая чаще дает осложнения. Например, 85 % всех случаев рубцовых сужений или стриктур пищевода на фоне рефлюкса связаны с грыжей пищеводного отверстия диафрагмы. Грыжу обнаруживают у 5 % пациентов, заболевших раком пищевода.
Пища в реальности незначительно влияет на изжогу и рефлюкс. По крайней мере, ее вклад намного меньше по сравнению с другими причинами, о которых мы говорили. При нормально работающем нижнем пищеводном сфинктере рефлюкса не будет никогда, даже если вы питаетесь одними только чипсами. Совсем другое дело, когда сфинктер уже работает плохо. В таком случае усиление выделения соляной кислоты и повышение давления в желудке усугубляют рефлюкс.
Выделение соляной кислоты зависит от состава пищи. Некоторые продукты стимулируют ее выработку сильнее. В первую очередь это еда острая, ароматная, соленая, сладкая, кислая, то есть имеющая ярко выраженные вкусовые качества. Во вторую очередь это еда, обладающая определенными фармакологическими свойствами, уменьшающими тонус сфинктера: кофе, алкоголь, некоторые специи. Продукты могут стимулировать выработку кислоты, но не ее заброс, хотя при этом больший объем кислоты легче забрасывается в пищевод, чем ее малый объем.
При повышении давления в желудке или в животе увеличивается частота забросов за счет «продавливания» плохо работающего сфинктера. Оно зависит не столько от качества еды, сколько от ее количества. Чем больше съедите, тем выше риск изжоги после еды. К тому же регулярное переедание приведет к ожирению, а это один из главных факторов риска ГЭРБ.
Исходно причиной рефлюкса становится нарушение работы сфинктера («сжимателя») в месте перехода пищевода в желудок. В этой области неправильно работают мышцы. В результате отверстие между двумя органами зияет, и через него проникает кислота.
С другой стороны, рефлюкс как болезнь развивается, если стенка пищевода не может самоочищаться от попадающей в пищевод кислоты и из-за этого становится достаточно восприимчивой к повреждению. Самоочищение пищевода называется клиренс, и он нарушается, если ослабевают мышцы в грудном отделе или уменьшается выработка слюны и белка муцина, содержащегося в пищеводной слизи.
Слизистый слой – ключевой фактор, защищающий орган от повреждения кислотой. При развитии воспаления в пищеводе количество слизи и муцина уменьшается, поэтому повреждение стенки органа становится еще сильнее. Мало того что в пищевод продолжает попадать кислота, так еще и слизистая оболочка теряет устойчивость к химическому воздействию. Но оба эти механизма можно контролировать. В лечении рефлюкса используются препараты, влияющие как на повреждающие, так и на защитные механизмы.
Изжога обычно возникает в момент временного расслабления нижнего пищеводного сфинктера. Как правило, барьер между двумя органами исчезает не более чем на 15 секунд. Но этого времени вполне достаточно, чтобы порция кислоты проникла в пищевод. При следующем акте глотания она должна уйти обратно в желудок.
Причина ГЭРБ – нарушение тонуса и перистальтики пищевода, то есть его мышечных сокращений. В свою очередь на перистальтику оказывают влияние рецепторы, которые механически воспринимают силу давления. Они находятся в верхней части желудка. Еще влияет блуждающий нерв, который управляет тонусом этих мышц. Еще влияет сама диафрагма, в которой находится отверстие для пищевода. В свою очередь за работу диафрагмы отвечает дыхательный центр и диафрагмальный нерв. Нарушение функции всех этих структур вызывает повторные расслабления нижнего пищеводного сфинктера.
Но самая частая причина изжоги – это проблемы моторики желудка. Один из вариантов подразумевает замедление эвакуации желудочного содержимого. По этой причине у 40 % людей с гастритом и диспепсией развивается также и рефлюкс. В итоге мы получаем сразу две проблемы.
Ухудшают рефлюкс или запускают развитие этой проблемы курение, прием некоторых лекарств (антидепрессанты, блокаторы кальциевых каналов, спазмолитики и другие), повреждение блуждающего нерва на фоне сахарного диабета, беременность (из-за повышения внутрибрюшного давления).
Сода кислоту, несомненно, гасит. Образуется соль и вода, поэтому рН повышается (то есть смещается в щелочную сторону).
NaHCO3 (сода) + HCl (кислота) = NaCl (соль) + H2O (вода)
Нет сомнений в том, что сода мгновенно устраняет изжогу. Это главная причина, почему метод лечения стал популярным в народе, несмотря на то, что врачи использовать его не рекомендуют. Почему? Потому что человек получает сиюминутный результат, сильно проигрывая в перспективе.
Мы уже говорили в предыдущей главе, чем плоха сода. Это три момента: кислотный рикошет, интенсивное газообразование и всасывание в кровоток. Первые два недостатка соды сказываются на пищеводе.
Если мы просто «гасим» кислоту, то желудок начинает выделять ее еще больше. С каждым разом нам требуется все больше соды для ее нейтрализации. Но как только мы прекращаем ее принимать, увеличенный поток кислоты обрушивается на и так больной пищевод. При кислотном рикошете образуется еще больше кислоты, чем до приема соды. Содержимое желудка становится более кислым. Соответственно, в пищевод попадает более агрессивное содержимое, которое быстрее уничтожает слизистую оболочку.
Образование газа внезапно повышает давление внутри желудка. Он растягивается, а содержимое устремляется наверх, в пищевод. Вы видели в интернете ролик, как в бутылку колы бросают леденец, и она стреляет крышкой? То же самое происходит в желудке при употреблении соды. Только в роли крышки – нижний пищеводный сфинктер, который и без того не нормально работает.
И самое главное, о чем всегда забывают. Щелочная сода уменьшает количество кислоты в желудке. Но чтобы туда попасть, она неминуемо проходит через пищевод, который не рассчитан ни на кислоту, ни на щелочь. Так измученный кислотой пищевод получает дополнительно щелочной ожог, итого – двойное повреждение. Кроме этого, точно рассчитать количество соды, нужное для полного погашения кислоты в желудке, опять же не получится. А это чревато двумя последствиями. Либо мы не полностью убираем кислоту и рефлюкс сохраняется, продолжая повреждать пищевод, либо мы устраняем всю кислоту, и тогда щелочная сода начинает повреждать желудок.
Вывод: пить соду не нужно. Вместо нее лучше использовать антациды, которые не всасываются, не провоцируют газообразование и не вызывают кислотный рикошет. Они отпускаются в аптеке без рецепта и стоят совсем недорого.
В медицине заброс желчи называют дуоденогастральным или билиарным рефлюксом. Дуоденум – это двенадцатиперстная кишка, гастер – желудок, то есть заброс из двенадцатиперстной кишки обратно в желудок. Билиарный означает «желчный», то есть заброс желчи. По сути, эти термины практически эквивалентны друг другу за одним исключением. Иногда желчь может забрасывать настолько сильно, что она долетает не только до желудка, но и до пищевода.
В организме есть множество агрессивных веществ. Но в норме они ничего не повреждают, потому что органы, в которых содержатся эти вещества, защищены от них. Например, желудку не страшна соляная кислота – он имеет от нее защиту. А вот для пищевода соляная кислота – это плохо. Точно так же дело обстоит и с желчными кислотами: они должны попадать только в кишечник.
Желчные кислоты образуются в печени. Они помогают нам переваривать жиры. Желчь стекает в двенадцатиперстную кишку – это первый отдел кишечника, располагающийся сразу за желудком. Эти органы разделяет очередной сфинктер, или сжиматель. Если сфинктер не работает, то желчь проникает из двенадцатиперстной кишки обратно в желудок. Здесь она повреждает его стенку и вызывает реактивный гастрит, или рефлюкс-гастрит. Его также называют химическим гастритом. Еще одно название: гастрит типа С. Что бы из этого вы не прочли в своей медицинской карте, знайте, что непосредственная причина воспаления желудка – неправильная работа сфинктера, который пропускает желчь в обратном направлении.
Если сфинктер между желудком и пищеводом тоже не работает, желчные кислоты попадают и в этот орган. В результате слизистая пищевода также воспаляется.
Почему желчные кислоты настолько агрессивны? Мы уже говорили о том, что они помогают нам переваривать жиры. Но в наших собственных клетках жиры тоже есть. Они разрушаются, и при длительном раздражении слизистой оболочки желчными кислотами в ней происходят дистрофические изменения. Еще в желчи содержатся и токсичные желчные кислоты, от которых организм избавляется, просто скидывая их в кишечник. Именно они вместе с ядерным фактором NF-κB могут вызывать в желудке появление атрофии.
Лечимся ли мы препаратами, блокирующими соляную кислоту, или нет, желчные кислоты все равно проявляют агрессию. Они бывают конъюгированные и неконъюгированные. Кроме того, дополнительными повреждающими факторами становятся ферменты лизолецитин и трипсин. Так вот: конъюгированные желчные кислоты и лизолецитин более агрессивны при более кислой среде в желудке. Они усиливают повреждающее действие соляной кислоты. Неконъюгированные желчные кислоты, наоборот, сильнее повреждают желудок и пищевод на фоне слабокислой или нейтральной рН – то есть при приеме лекарств, блокирующих выделение кислоты.
Дуоденогастральный рефлюкс считается одной из главных причин отсутствия эффекта от лечения рефлюкса ингибиторами протонной помпы. Эти препараты не работают примерно у 15–20 % пациентов из-за заброса желчи. Даже на фоне их приема болезненные изменения в желудке и пищеводе продолжают усиливаться.
Антациды, в отличие от ингибиторов протонной помпы, не «перекрывают кран», а «вычерпывают» то, что уже натекло. Они нейтрализуют соляную кислоту за счет химических реакций. Конечно, при тяжелом рефлюксе антациды – не вариант. Ингибиторы протонной помпы лучше контролируют болезнь. Их прием в течение 2–3 месяцев приводит к устранению всех симптомов и проявлений рефлюкс-эзофагита на гастроскопии.
Антациды не способны справиться с постоянной изжогой. Их действие кратковременное, то есть они не обеспечивают круглосуточное повышение рН в пищеводе – необходимое условие для заживления всех повреждений. Эти препараты работают всего 1 час, если вы принимаете их на пустой желудок, и около 3 часов, если вы пьете таблетки после еды. Лекарства этой группы чаще дают побочные эффекты: они влияют на моторику кишечника, провоцируют поносы, запоры, у некоторых пациентов возникают боли в животе.
Несмотря на все эти недостатки, антациды принимают при рефлюксе даже чаще, чем ингибиторы протонной помпы. Почему? Преимущество антацида – мгновенный эффект. Обычно таблетка содержит два вещества, одно из которых действует быстро и недолго, а второе – не сразу, но дольше. Изжога проходит сразу, а не через несколько дней, как при использовании ингибиторов протонной помпы, но так же сразу и возвращается.
Антациды лучше подходят людям, которые страдают от изжоги всего несколько раз в неделю или в месяц и не имеют изменений слизистой оболочки пищевода. Таких людей гораздо больше, чем тех, кого симптомы рефлюкса терзают постоянно и у кого развивается воспаление пищевода. Даже среди тех, кто пришел к врачу, две трети страдают рефлюксом без эзофагита. Если же учесть, что три четверти больных к врачам вообще не ходят (в основном это люди с легкой формой рефлюкса), то становится очевидным, что именно антациды – выбор для большинства пациентов.
Их не нужно принимать постоянно, как ингибиторы протонной помпы. Появилась изжога – выпил таблетку, а не появилась – не выпил. Но еще раз напоминаю: если таблетки антацида как-то быстро заканчиваются, то нужно проверить пищевод и желудок, вылечить их и не забыть устранить причину. Если в пищеводе появились эрозии, язвы, очаги воспаления и тем более участки измененного эпителия, придется «закрутить кран» – перейти на ингибиторы протонной помпы.
Антациды бывают всасывающиеся и не всасывающиеся в желудочно-кишечном тракте, с кислотным рикошетом и без него, короткого и длительного действия.
Однозначно неправильный антацид – это сода. Она относится к всасывающимся веществам, провоцирующим кислотный рикошет, короткого действия.
Правильные антациды – не всасывающиеся и не вызывающие кислотный рикошет. Насколько долго они должны работать? Тут мнения расходятся. Некоторые желают добиться наступления эффекта как можно быстрее: сразу после приема таблетки или эмульсии. Другие предпочитают эффект не такой быстрый, но более длительный. Впрочем, мы уже говорили о том, что есть комбинированные препараты, содержащие одновременно быстро- и медленнодействующие вещества, так что проблема такого выбора перед большей частью пациентов теперь не стоит.
Существуют десятки препаратов антацидов. Лучшими можно назвать два вещества: гидроксид алюминия и гидроксид магния. Они имеют похожий состав. Оба выпускаются в жидкой и таблетированной форме.
Чтобы уменьшить отрыжку, нужно глотать меньше воздуха. А чтобы не глотать воздух, не нужно болтать во время еды и непрерывно жевать резинку. Кроме того, некоторые продукты содержат воздух: в первую очередь это газировка.
Устранить рефлюкс с помощью диеты невозможно. Но если изначально проблема вызвана «плохим питанием», то диета точно улучшит положение дел, хотя и не вылечит уже возникшее воспаление в пищеводе. Все же я дам рекомендации, которые облегчат течение болезни как на короткой, так и на длинной дистанции.
Внимание! Рекомендации по частому дробному питанию, которые порой дают врачи, ошибочны! При рефлюксе можно есть и часто, и редко, и на ночь, НО… Порция должна быть привычной и примерно одинаковой всегда, то есть без разовых «праздников живота» – теперь позволить себе безлимитный объем еды нельзя. Важно иметь в виду, что более твердая еда чуть дольше лежит в желудке и требует чуть больше усилий от его моторики, чем более мягкая или жидкая, но это не критично. А вот последний прием пищи может быть и после 6 часов вечера, но не позже, чем за 2 часа до сна, чтобы ночью, когда вы находитесь в горизонтальном положении, кислота не заливала пищевод.
Продукты, которых по возможности стоит избегать, потому что они усиливают образование кислоты в желудке: помидоры, кислые соки, жирная, жареная еда, кофе, шоколад, горячая и холодная еда.
Список продуктов, которые нужно есть… Нет таких! Жаль вас разочаровывать, но это так. Изжогу не уменьшат ни суп, ни каша на воде, ни паровые котлеты.
Самая частая причина рефлюкса – избыточный вес и ожирение. Стоит ли говорить, что от вашего питания зависит ваш вес? Некоторые с этим не согласны: они уверены, что ничего не едят, но толстеют, а также имеют очень плохой обмен веществ. Безусловно, этот самообман поможет вам сохранить самооценку и психологическое равновесие, но не избавит от изжоги. Придется посмотреть правде в глаза и похудеть.
Одно только снижение веса может вылечить заболевание раз и навсегда, и вам больше никогда не потребуются таблетки для снижения образования соляной кислоты. Но не нужно спешить: темпы снижения веса не должны превышать 2 кг в месяц, иначе в вашем желчном пузыре образуются камни. Желчный пузырь придется удалить, что само по себе неприятно. К тому же после удаления пузыря у многих как раз и развивается заброс желчи и химический гастрит. В процессе похудения возможно принимать препараты урсодезоксихолевой кислоты: они изменяют состав желчи и восстанавливают структуру печени плюс уменьшают риск желчнокаменной болезни. Но позволить это себе могут только те, у кого нет проблем с кишечником.
Нет сомнений в том, что от нашего психоэмоционального состояния зависит функция желудочно-кишечного тракта. На моторику, то есть сокращения и тонус желудка, пищевода и диафрагмы состояние нервной системы тоже влияет. При стрессе активируется симпатоадреналовая система: активность человека увеличивается, тонус скелетной мускулатуры повышается, внутренние процессы могут ослабляться или усиливаться в зависимости от конкретного органа. Но если стресс длительный, происходит истощение симпатоадреналовой системы. В дальнейшем преобладает противоположное влияние парасимпатических вегетативных нервов – тогда мышцы диафрагмы становятся вялыми, и то же самое происходит в желудке и нижней трети пищевода и рефлюкс становится сильнее.
Уточним: физические упражнения могут быть полезны только при том рефлюксе, который связан с нарушением функции вегетативной нервной системы – то есть с нарушением работы нервов диафрагмы и нижнего пищеводного сфинктера. Чтобы восстановить тонус диафрагмы, нужны дыхательные упражнения и тренировки для верхней половины тела. Они выполняются без задержки дыхания и без натуживания.
Кроме того, любая мышечная работа тормозит моторную и секреторную функцию желудочно-кишечного тракта, а также снижает уровень стресса. Поэтому всем пациентам с рефлюксом врачи рекомендуют дозированные физические нагрузки. При этом следует понимать, что это не вылечит сам рефлюкс, а будет представлять собой только дополнительное мероприятие в лечении. Правда, даже от этого эффект недолговременный: пока вы занимаетесь спортом, функция желудочно-кишечного тракта улучшается, но стоит вам прекратить тренировки, проблема возвращается. Поэтому физкультура должна стать частью вашего образа жизни. Нельзя просто выполнить комплекс упражнений в течение 10 дней и забыть об изжоге навсегда.
Дополнительная польза от физкультуры: постепенное снижение жировой массы тела. Избыточный вес и ожирение – самая частая причина рефлюкса. На фоне лишнего веса болезнь протекает тяжелее и чаще дает осложнения.
Кофе – напиток в целом полезный для здоровья. Но пить его при рефлюксе нельзя, потому что содержащиеся в кофе вещества расслабляют нижний сфинктер пищевода и его давление падает, поэтому возможно усугубление изжоги. Дополнительно это может зависеть от сорта кофе и количества в нем кофеина, степени прожарки или степени растворимости. В то же время некоторые люди страдают от изжоги лишь эпизодически, и никаких изменений в слизистой оболочке пищевода у них нет. Если вы входите в число этих людей, то определите для себя возможность употребления кофе методом проб и ошибок.
Все просто: выпейте чашку кофе, но больше ничего не ешьте – для чистоты эксперимента. Появилась изжога или нет? Если нет, пейте кофе дальше, не испытывая угрызений совести. Но очевидно, что если после каждой чашки бодрящего напитка вас мучает изжога, то его дальнейшее употребление приравнивается к мазохизму.
Избыточный вес и ожирение – одни из самых частых причин рефлюкса. В России лишний вес имеют 30 % населения, а в некоторых других странах – до 50 %. Ожирение сокращает продолжительность жизни в среднем на 5 лет за счет повышения давления, инфарктов, инсультов, тромбозов, опухолей, связанных с лишним весом, и конечно, значительно ухудшает качество жизни. Поэтому рефлюкс – самая безобидная болезнь из тех, которые возникают на фоне лишнего веса.
При развитии ожирения (индекс массы тела – ИМТ – больше 30 кг/м2) риск рефлюксной болезни составляет 72 %. Проведение суточной рН-метрии показывает, что частота кислых и некислых рефлюксов напрямую связана с индексом массы тела, то есть чем сильнее выражено ожирение, тем чаще рефлюкс забрасывается в пищевод.
В метаанализе 9 исследований ученые установили, что чем больше индекс массы тела, тем выше риск развития рефлюксной болезни. Показатель ИМТ от 25 до 30 кг/м2 (лишний вес) увеличивает вероятность заболевания на 43 % по сравнению с людьми, имеющими ИМТ менее 25 кг/м2, а у людей с ИМТ больше 30 кг/м2 вероятность рефлюкса выше на 94 %.
Последние исследования также показали, что на фоне ожирения рефлюкс не только развивается чаще, но и протекает тяжелее. У людей с ожирением выше риск формирования пищевода Барретта и рака пищевода. У них на 87 % чаще появляются эрозии в пищеводе.
Все это возникает из-за того, что при ожирении повышается внутрибрюшное давление, жир давит на внутренние органы. Кроме этого, замедляется эвакуация содержимого из желудка, ведь от обилия еды он становится вялый, растянутый и часто переполненный. В дополнение к этому при лишнем весе часто возникают спонтанные расслабления пищевода – нарушение работы сфинктера в этом случае связано с отложением висцерального жира в области соединения желудка с пищеводом.
Последний механизм был установлен относительно недавно. Ученые определили объем висцерального жира в месте соединения двух органов при помощи компьютерной томографии и пришли к выводу: чем больше жира, тем сильнее нижний пищеводный сфинктер напоминает «проходной двор».
Со стороны пищевода возникает пять самых опасных осложнений: стриктура, пептическая язва, кровотечение, пищевод Барретта и аденокарцинома, или рак пищевода.
Стриктура – это рубцовое сужение пищевода. Механизм формирования такой же, как в случае пореза на ноге или руке. Все мы знаем, что, если порезаться неглубоко, никаких рубцов не будет. Но при глубоком порезе формируется рубец: плотный, неэластичный, иногда возвышающийся над поверхностью кожи. То же самое происходит в пищеводе. Кислота длительное время его повреждает, вызывает химические ожоги. Здесь появляются глубокие язвы, а после их заживления остаются рубцы. Пищевод сужается и теряет растяжимость. В результате пища проходит плохо, и люди жалуются на трудности при глотании. Это явление называется дисфагия.
Стриктура может быть локальной или диффузной. Локальная стриктура – это небольшой по протяженности рубец, формирующий «пробку» в пищеводе. Такая форма болезни более благоприятная: рубец можно удалить, и проходимость пищеводной трубки восстановится. Хуже, когда весь пищевод представляет собой один сплошной рубец.
В норме просвет пищевода имеет диаметр 30 мм. Если он сужается до 13 мм и меньше, возникают затруднения при проглатывании еды. Чем плотнее пища, тем тяжелее ее проглотить, поэтому при формировании стриктуры человек вынужден запивать еду водой, чтобы протолкнуть ее в желудок. Затем он может вообще потерять способность глотать твердую еду. Пациенту приходится питаться только жидкой и полужидкой пищей.
Степеней тяжести дисфагии четыре, и они последовательно сменяют одна другую, пока пищевод продолжает покрываться рубцами. Сначала человек хотя и с затруднениями, но может употреблять твердую пищу (1 стадия), затем может есть только кашу (2 стадия), затем не проходит даже каша, но можно пить компот (3 стадия), и в конце концов возникает полная непроходимость пищевода (4 стадия). До 3–4 стадии дисфагии стриктуры на фоне рефлюкса доходят редко. Но и 1–2 стадии очень неприятны. Еще неприятнее лечение: в пищевод приходится вводить бужи для постепенного расширения суженного участка.
Пептические язвы пищевода – это глубокие дефекты слизистой оболочки, обычно около 1 см в наибольшем измерении, но в некоторых случаях могут достигать гигантских размеров – до 10 см. Язв может быть несколько. Даже после успешного заживления таких язв возможно сужение пищевода за счет образования стриктур. Активные язвы часто осложняются кровотечениями.
Кровотечение может открыться как из язвы, так и из эрозии. Но чем глубже дефект, тем выше риск тяжелых кровотечений. Для их устранения могут потребоваться эндоскопические процедуры. Кровотечения встречаются относительно нечасто – от них страдают только 2 % пациентов с воспалением пищевода.
Пищевод Барретта – это состояние, когда на слизистой оболочке нарастает новый неправильный видоизмененный или перерожденный эпителий. Его наличие можно определить по результатам гастроскопии с биопсией. Пищевод Барретта – причина 95 % всех случаев рака пищевода. Это одно из показаний к хирургическому лечению рефлюкса. При обнаружении этого осложнения за пищеводом тщательно наблюдают: гастроскопию проводят через каждые 6 месяцев, а в случае дисплазии высокой степени – 1 раз в 3 месяца. Пищевод Барретта лечится для предотвращения рака. В случае развития тяжелой дисплазии участки патологического эпителия разрушают с помощью эндоскопических процедур: аргоноплазменная коагуляция, криодеструкция, лазерная вапоризация, фотодинамическая терапия.
Есть несколько способов проверки пищевода. Как мы будем его проверять, зависит от цели диагностики.
Если мы ищем грыжу пищеводного отверстия диафрагмы, нужно сделать рентген. Но это исследование, скорее всего, не покажет наличие рефлюкса, не обнаружит большинство изменений в пищеводе, кроме самых грубых дефектов.
Если мы ищем воспаление пищевода, или эзофагит, нужно делать гастроскопию. Всем людям с рефлюксом ее назначают минимум один раз. Сильное воспаление пищевода обнаруживается только у одного человека из трех, но это показание к более интенсивному лечению. Однако у двух из трех пациентов с изжогой даже гастроскопия может оказаться неинформативной. Врач не выявит никаких изменений в пищеводе. Основной метод диагностики для таких случаев – суточная рН-метрия.
Иногда проводят манометрию пищевода высокого разрешения. Этот метод диагностики помогает выявить нарушение моторики и тонуса пищевода и его клапанов. Исследование проводят, чтобы выяснить причины нарушения, оценить показания для назначения прокинетиков или определить необходимость хирургического лечения. Манометрию делают не всем, а только по показаниям: дисфагия, неэффективность консервативной терапии ГЭРБ, сомнения в диагнозе или рассмотрение вопроса о хирургическом лечении заболевания.
Конкретный ответ на конкретный вопрос: рН-импедансометрия нужна для того, чтобы подтвердить диагноз ГЭРБ, если в нем есть сомнения. Всем подряд рН не измеряют. Согласно действующим рекомендациям, показанием для проведения суточной рН-импедансометрии считается отсутствие эффекта от терапии ингибиторами протонной помпы в течение 4 недель или наличие ЛОР-симптомов, происхождение которых нужно уточнить.
Метод диагностики называется суточная рН-импедансометрия. В названии заложено, что исследование проводят непрерывно в течение суток, а измеряют не только кислотность, но и импеданс – сопротивление тканей электричеству. Зачем измерять импеданс? Он помогает зафиксировать рефлюкс. Почему одного только рН недостаточно? Потому что рефлюкс не всегда бывает кислым. Большинство людей на момент проведения исследования уже получают ингибиторы протонной помпы. Кроме того, многие страдают дуоденогастральным рефлюксом – забросом щелочного содержимого из двенадцатиперстной кишки в желудок, которое затем может переместиться еще выше – в пищевод, а у некоторых возникает газовый рефлюкс.
Есть и дополнительные цели. Например, у человека болит горло, появился кашель, возникла хрипота в голосе. В чем причина? Связано это с рефлюксом или в самом горле развилась инфекция? Давайте узнаем: проведем суточную рН-импедансометрию. Если моменты, когда возникает рефлюкс, совпадают с кашлем и другими симптомами, то связь рефлюкса с отоларингологическими симптомами подтвердится. Если же такой связи нет, это значит, что ларингит или фарингит развился как отдельное заболевание, и нужно идти к ЛОРу, чтобы выяснить, что случилось с вашим горлом.
С помощью рН-импедансометрии можно подобрать лечение. Врач может удвоить дозу лекарств в случае неэффективности стандартной схемы терапии и сразу проверить, работает ли этот вариант лечения. Преимущества очевидны: результаты можно оценить за сутки, а не ждать несколько месяцев, чтобы проверить, эффективна ли терапия.
Наконец, рН-импедансометрия используется при рассмотрении вопроса о хирургическом лечении рефлюкса. Если результаты этого исследования в норме, операцию вам делать не будут, независимо от выраженности симптомов.
Нет никакого смысла в однократном измерении рН в желудке, пищеводе или любом другом органе. Это динамичный показатель, который постоянно изменяется. Он зависит от еды, лекарств, физической активности, психоэмоционального состояния и многих других факторов.
Поэтому правильная рН-импедансометрия проводится в течение суток. Вам помещают в пищевод и желудок зонд, напичканный датчиками. Вы ходите с ним целый день, а затем возвращаете врачу. При установке и удалении возможен небольшой дискомфорт, но в остальное время никаких особых ощущений нет.
Обычно для измерения рН устанавливают три датчика: один в желудке и два в пищеводе, а также несколько датчиков для измерения импеданса. Особенно важно измерить импеданс в области верхнего пищеводного сфинктера, чтобы оценить связь отоларингологических симптомов с рефлюксом.
Самая опасная болезнь, которую может спровоцировать рефлюкс, – это рак пищевода. Каков риск этого заболевания? Он зависит от тяжести воспаления. Причем тяжесть эзофагита не имеет прямой связи с тяжестью симптомов. Особенность рефлюксной болезни состоит в том, что картина на гастроскопии и симптомы у человека могут быть вообще никак не связаны. Бывают случаи, когда человек ночами не спит из-за сильнейшей изжоги, но изменений в пищеводе нет. Встречаются и обратные ситуации: жалоб нет, хотя весь пищевод покрыт эрозиями, язвами, рубцами и патологическим эпителием.
Таким образом, если у вас изжога слабая и редкая, это не говорит о том, что ГЭРБ протекает легко. Лечиться все равно нужно, потому что риск онкологии остается повышенным. Насколько повышенным? Ученые давно подсчитали, сколько людей с рефлюксом в итоге отправятся на лечение от гастроэнтеролога к онкологу. Сама по себе изжога рак не вызывает – нужен эзофагит, то есть определяемое во время гастроскопии воспаление в пищеводе. Рефлюкс-эзофагитом страдает примерно 5 % населения. Но при наличии воспаления вероятность развития пищевода Барретта составляет 8 %. При наличии пищевода Барретта риск рака до 6 % в год в зависимости от степени дисплазии эпителия. В принципе не часто, но все равно опасно.
То есть высокая степень дисплазии – это настоящая катастрофа. У большинства этих людей рано или поздно в пищеводе появится злокачественная опухоль. Чтобы этого избежать, необходимы две вещи: периодическая проверка и своевременное лечение.
В предыдущей главе мы говорили о каскаде Корреа – ступенях на пути к раку желудка. Для рака пищевода есть точно такой же каскад, с похожими пятью ступенями: сначала просто рефлюкс, затем воспаление пищевода, потом пищевод Барретта, после него дисплазия и в конце концов рак пищевода.
На каждой ступени можно принять меры, чтобы не допустить развития рака. Определить, на какой ступени вы находитесь, поможет гастроскопия. Мы уже говорили о том, что каждому человеку стоит сделать это исследование хотя бы раз в жизни для оценки состояния желудка. В ходе этой процедуры врач осматривает и пищевод. Сделав гастроскопию, вы узнаете, каков риск развития онкологических заболеваний этих органов в ближайшие 10–15 лет.
После прохождения диагностики вы в любом случае остаетесь в выигрыше, независимо от полученных результатов. Если явной патологии нет, вы можете быть уверены, что в ближайшие годы или даже десятилетия онкологии не будет. Если проблема есть, можно вовремя принять меры, чтобы не допустить перехода болезни на следующую ступень.
Рефлюкс может давать две группы симптомов: пищеводные и внепищеводные. Основные пищеводные симптомы мы уже обсудили. Теперь уделим внимание и внепищеводным проявлением. Их также называют нетипичными.
Соляная кислота и ее пары проникают из пищевода в глотку, гортань, ротовую полость, бронхи и легкие. Постоянное раздражение может приводить к возникновению дополнительных проявлений. В соответствии с Монреальским консенсусом, внепищеводные симптомы делят на две группы: достоверно связанные с ГЭРБ и вероятно связанные с ГЭРБ.
К числу достоверно связанных с рефлюксом проявлений относят кашель, ларингит, бронхиальную астму и кариес. Что такое кашель – все прекрасно знают. Остальные термины нуждаются в пояснениях.
Ларингит – это воспаление гортани. Гортань – орган в шее, через который мы дышим и разговариваем. Именно здесь находятся голосовые связки. Если вы вдруг начали хрипеть, скорее всего, это ларингит. Возникнуть он может по самым разным причинам. Обычно ларингит вызывают вирусы, курение и голосовые нагрузки. Но в некоторых случаях человек не болеет простудой, не курит, не кричит на жену и не ходит в караоке, а хрипота в голосе все равно присутствует. Это может быть следствием рефлюкса. Что неприятно: такой ларингит носит долговременный характер и может привести к необратимым изменениям в гортани, если болезнь вовремя не лечится.
Бронхиальная астма – заболевание, связанное со спазмом бронхов. Оно проявляется кашлем и экспираторной одышкой (трудно выдохнуть). В бронхах есть мышцы. Если вы вдыхаете что-то опасное для организма, они сжимаются, чтобы не пропустить это дальше и вытолкать наружу как можно скорее. Бронхи спазмируются, если вы попытаетесь вдохнуть порошок, воду или в них попадет инородное тело. То же самое произойдет в случае вдыхания паров соляной кислоты. При рефлюксе это случается часто и многократно, поэтому стенки бронхов со временем утолщаются, а кашель и одышка становятся постоянными спутниками.
Кариес – это бактериальное поражение зубов. Да, если вы не знали, то кариес вызывает не сахар, бактерии, которые едят сахар, усиленно размножаются на зубах и портят их своим присутствием. А портит эмаль соляная кислота. Как в старой рекламе зубной пасты, когда половину яйца обрабатывают зубной пастой и опускают в кислоту, а на следующее утро эта половина становится мягкой. Так же и зубы: становятся мягкими и рассыпаются. Причем сначала те, которые ближе к источнику кислоты, то есть задние коренные зубы.
К вероятно связанным с ГЭРБ симптомам, заболеваниям и состояниям относят фарингит (воспаление глотки), синусит (воспаление придаточных пазух носа), идиопатический легочный фиброз (рубцевание легких) и рецидивирующий средний отит (воспаление уха).
Изжога – это основной симптом гастроэзофагеальной рефлюксной болезни (ГЭРБ). Она появляется, когда содержимое желудка возвращается обратно в пищевод. В норме этого быть не должно: еда двигается только в одном направлении, сверху вниз, от полости рта к заднему проходу, но ни в коем случае не в противоположном направлении.
Рефлюксная болезнь – чрезвычайно распространенное заболевание. Им страдает четверть населения планеты. Только среди тех, кто обратился к врачу и получил диагноз, у каждого третьего развивается эзофагит – воспаление пищевода на фоне постоянного заброса кислого содержимого желудка.
Сам рефлюкс развивается из-за нарушения работы нижнего пищеводного сфинктера, отделяющего пищевод от желудка. Прямые причины и предрасполагающие факторы: повышение давления в животе в результате переедания, избыточного веса или ожирения, нарушения работы желудка, возможно, грыжи диафрагмального отверстия диафрагмы, слабость или спазм мышц диафрагмы, атония и растяжение желудка, длительное нервное напряжение или истощение, злостное курение.
Для лечения рефлюкса используют ингибиторы протонной помпы и антациды. Ингибиторы протонной помпы принимают при постоянной изжоге или развитии рефлюкс-эзофагита. Они более эффективны, но эффект развивается постепенно. Симптомы эзофагита обычно проходят через месяц, а курс лечения составляет около 4 месяцев. Антациды используют при легких формах рефлюкса. Это лекарства, которые «гасят» кислоту. Их принимают по требованию, то есть не постоянным курсом, а только при возникновении изжоги.
Невылеченная рефлюксная болезнь приводит к тяжелым осложнениям. В пищеводе появляются эрозии, язвы, могут открыться кровотечения и образуются рубцы, которые приводят к дисфагии. Лечить стриктуры пищевода приходится с помощью хирургических методов.
Рефлюксная болезнь – причина 95 % случаев рака пищевода. Изменения в пищеводе развиваются постепенно, в течение многих лет и даже десятков лет, потому что изжога сильно никого не напрягает. Вначале формируется очаг воспаления, затем развивается пищевод Барретта, появляется дисплазия. При тяжелой дисплазии риск рака пищевода составляет 6 % в год, поэтому такие ситуации требуют эндоскопического лечения, чтобы из этой области слизистой оболочки не развилась злокачественная опухоль.
Иногда рефлюкс связан с грыжей пищеводного отверстия диафрагмы. Для ее обнаружения гастроскопия неэффективна. Увидеть грыжу можно только с помощью рентгена или других методов медицинской визуализации. Лечится она хирургическим способом.
Содержимое рефлюкса не всегда кислое. Иногда кислый рефлюкс сочетается с дуоденогастральным рефлюксом: желчные кислоты попадают из двенадцатиперстной кишки в желудок, а затем и в пищевод. Это детергенты, которые оказывают повреждающее действие на слизистую оболочку.
Чтобы установить диагноз ГЭРБ, врачу достаточно уточнить ваши жалобы. Никаких исследований не требуется. Но если симптомы сильные, а изжога очень частая, проводят гастроскопию, чтобы определить степень повреждения пищевода. Если стандартная терапия не работает в течение 4 недель или появляются симптомы со стороны отоларингологических органов, проводится суточная рН-импедансометрия. Если рефлюкс не реагирует на лекарства или есть нарушение глотания, рассматривают вопрос о хирургическом лечении и проводят манометрию пищевода высокого разрешения.
Рефлюкс из желудка в пищевод вызывает не только изжогу. Достоверно установлено, что он может вызывать бронхиальную астму, ларингит, кашель и стоматит. К вероятным проявлениям ГЭРБ относятся фарингит, синусит, легочный фиброз и рецидивирующий средний отит.
Острый панкреатит – это внезапно возникшее сильное воспаление поджелудочной железы. Оно возникает из-за того, что орган начинает сам себя переваривать. Но этим поджелудочная железа не ограничивается: она также стремится переварить и соседние органы.
Как такое возможно? Дело в том, что поджелудочная железа вырабатывает огромное количество ферментов, которые расщепляют любые ткани животного происхождения. Человек состоит из такого же «мяса», как корова или свинья. Раз поджелудочная железа может переварить свинью, значит, может переварить и человека – в том числе своего хозяина.
Почему она обычно этого не делает? Это связано с тем, что ферменты выделяются из поджелудочной железы в неактивном состоянии. По тонким трубкам, которые называются панкреатическими протоками, они вытекают в двенадцатиперстную кишку, там смешиваются с желчью и активируются. В этот момент ферменты становятся агрессивными: расщепляют все, что «видят».
Таким образом, нужен контакт с желчью, чтобы ферменты активировались. Желчь вырабатывается в печени. Она течет в двенадцатиперстную кишку по другим трубкам, которые называются желчными протоками. Но бывают ситуации, когда желчь забрасывается в панкреатические протоки и попадает в поджелудочную железу. В этом случае ферменты активируются прямо внутри. Они тут же начинают переваривать саму поджелудочную железу. Когда она разваливается, становится еще хуже, ведь из нее «вываливаются» дополнительные ферменты, которые тоже активируются и переваривают все внутренности человека.
Есть и другие механизмы развития острого панкреатита: например, ударная доза жиров может снять с тормозов блокаторы поджелудочных ферментов – специальные вещества, которые дополнительно защищают железу от разрушения. Или может повыситься давление в протоках поджелудочной железы и запустит весь каскад активации ферментов.
У 80 % людей развивается отечная форма острого панкреатита. При такой форме болезни редко требуется операция. От нее люди сильно мучаются, но обычно не умирают.
Большинство смертельных случаев возникает из-за панкреонекроза – более тяжелой формы заболевания. На нее приходятся оставшиеся 20 %. Панкреонекроз, по сути, представляет собой быстрое отмирание тканей поджелудочной железы или разложение железы, которое происходит заживо. При этом часть больных умирают уже в первые дни после установления диагноза, а второй пик летальности приходится на позднюю фазу заболевания, которая развивается через несколько недель. А поскольку происходит это достаточно сложно, то именно эта сложность процесса создает трудности в борьбе с острым панкреатитом. Для того чтобы иметь общее представление и не путать свое состояние с острым панкреатитом, попробую объяснить.
1. Активируются протеолитические ферменты – те, которые переваривают белки. Они называются трипсин и химотрипсин. Эти вещества разрушают каркас поджелудочной железы.
2. Активируется фосфолипаза А2 – фермент, расщепляющий фосфолипиды. Из них состоят оболочки и стенки всех клеток. После активации этого фермента клетки разрушаются, их содержимое «вываливается» в поджелудочную железу, расположенные рядом органы и жировую клетчатку.
3. Активируется липаза – фермент, расщепляющий триглицериды (жиры). Она вызывает отмирание тканей поджелудочной железы и окружающей жировой клетчатки.
4. Активируется эластаза – она расщепляет стенки сосудов.
5. Запускаются повторная или вторичная агрессия. К этому приводят все четыре перечисленных выше механизма. Образуется большое количество брадикинина, гистамина и серотонина. Эти вещества повышают проницаемость сосудов, провоцируют образование тромбов. В итоге кровоток нарушается, ткани голодают и отмирают.
6. Активируется третий этап агрессии. Тут подключается иммунитет: приходит большое количество клеток крови, которые начинают уничтожать отмершие ткани.
7. Активируется агрессия четвертого порядка: иммунные клетки продуцируют вещества, усиливающие воспаление (цитокины).
8. Подливает масла в огонь кишечник – его проницаемость резко повышается. В итоге токсины и бактерии прямо через его стенку всасываются в кровь и поражают все внутренние органы.
Если человек проходит через все эти фазы, смертельный исход неизбежен. Но во многих случаях процесс останавливается на одном из этапов – самостоятельно или с помощью врачей.
Насколько высок риск умереть, заболев острым панкреатитом? В России каждый год диагностируют около 150 тысяч случаев этого заболевания. Примерно 4 тысячи человек умирают. Летальность составляет около 2,7 %.
В 90 % случаев острый панкреатит лечат лекарствами, но у каждого десятого пациента приходится проводить операцию. Хирургическое вмешательство не всегда успешно. В 85 % случаев с помощью операции удается сохранить жизнь больному, но 15 % прооперированных пациентов умирают.
Острый панкреатит – очень частый диагноз и одна из основных причин «острого живота». Этот термин врачи используют в отношении пациентов, у которых внезапно и очень сильно заболел живот. Таких сразу везут в больницу, чтобы не потерять драгоценное время. Из 100 человек с острым животом примерно у 30 в итоге будет диагностирован острый панкреатит. Но чаще всего острую боль в животе вызывает аппендицит.
Хотя большинство людей с острым панкреатитом выживают благодаря своевременной медицинской помощи, после перенесенной болезни остаются последствия.
1. ПИТ-синдром. Расшифровывается как «последствия интенсивной терапии». Лечатся от острого панкреатита зачастую неделями. За это время человек истощается, мышцы атрофируются, появляются пролежни. У многих развиваются осложнения со стороны внутренних органов: длительное внутривенное питание плохо сказывается на печени, свежезамороженная плазма повышает риск недостаточности внутренних органов, препараты для повышения давления увеличивают риск венозного тромбоза. Поджелудочная железа сильно болит, а обезболивающие и низкая двигательная активность могут спровоцировать пневмонию.
2. Иммобилизационный синдром. Это часть ПИТ-синдрома. Человек долго лежит, и каждую неделю теряет 1 % костной массы. У него укорачиваются сухожилия и появляются контрактуры, тугоподвижность и зажатость суставов. Снижается мышечная сила и появляется боль в суставах. Многие даже не могут ходить после перенесенной болезни.
3. Недостаточность ферментов поджелудочной железы. Часть органа разрушена или удалена. Теперь поджелудочная железа больше не может вырабатывать столько же ферментов, сколько раньше, ее просто стало меньше. Как результат функция переваривания пищи может быть нарушена. В наибольшей степени страдает переваривание жиров, в то время как ферменты для расщепления других питательных веществ вырабатываются не только в поджелудочной железе, но и в других органах.
4. Недостаточность гормонов поджелудочной железы. Развивается при повреждении той части органа, которая отвечает за выработку гормонов. Хуже всего последствия при дефиците инсулина: может развиться сахарный диабет 1 типа. Поджелудочная железа также выделяет другие гормоны – глюкагон и соматостатин, но их дефицит не имеет критических последствий для организма.
Почему развивается острый панкреатит? Есть две большие причины и много маленьких.
1. Алкоголь. Это причина 55 % случаев всех острых панкреатитов.
2. Повышение давления в желчных протоках. Вызывает 35 % случаев заболевания. В свою очередь причины повышения давления тоже могут быть разными: воспаление самих протоков или кишечника, дивертикулы, воспалительные процессы в органах рядом, гельминты, например описторхоз и другие.
Нетрудно подсчитать, что на эти две причины вместе взятые приходится 90 % всех случаев острого панкреатита. Но еще немало других причин, которые мы тоже перечислим. Из оставшихся случаев, которые не связаны с алкоголем и повышением давления в протоках, снова можно выделить две большие причины:
1. Болезни желудка и двенадцатиперстной кишки. Чаще всего это воспаления (гастриты, гастродуодениты) и язвы, особенно осложненные – все они тоже могут привести к панкреатиту.
2. Механическое повреждение поджелудочной железы. Может быть связано с травмой живота, операцией или эндоскопической процедурой – когда врач вводит инструменты в панкреатические протоки через двенадцатиперстную кишку.
Существует целый список очень редких причин острого панкреатита: аутоиммунное воспаление, воспаление сосудов или васкулит, ишемическое повреждение при сужении сосудов и кислородном голодании поджелудочной железы, прием препаратов (чаще это мочегонные, гормоны или противоопухолевые средства), вирусные инфекции, включая коронавирус, гепатит, паротит, цитомегаловирус, некоторые виды серьезной аллергии, интоксикации, осложнения во время беременности.
Ферменты – это вещества, которые ускоряют химические реакции. В организме человека проходят тысячи биохимических реакций: не только в желудке и кишечнике, но и в головном мозге, в крови, внутри клеток. Поэтому в организме есть тысячи ферментов. Но мы поговорим только о тех нескольких из них, которые нужны для переваривания пищи. Всего есть четыре типа ферментов, в зависимости от того, что они расщепляют.
1. Протеазы. Они расщепляют белки. Белковые молекулы очень большие, они не могут всосаться через стенку кишечника. Их нужно разбить на части, прежде чем усвоить. Представьте, что белок – это большой дом. Вы не можете перевезти его в другое место – ни один грузовик не перевезет дом целиком. Но его можно разобрать на кирпичи. Именно этим и занимаются ферменты! Они расщепляют белковую молекулу до аминокислот – мелких молекул, «кирпичей» белков.
Эти «кирпичи» всасываются через стенку кишечника и попадают в кровь. Они проникают в печень, где из них создается новый белок – стройматериал почти для всего, что есть в нашем теле. В том числе из этих «кирпичей» образуются сами ферменты, которые нужны для переваривания пищи.
Типов белков, которые поступают в наш желудок, очень много, поэтому существуют разные ферменты, переваривающие белки разных типов. Кроме того, разные ферменты отвечают за разные этапы расщепления молекул. Те, которые вырабатываются в желудке, просто разваливают «дом» на части. Затем подключаются другие ферменты – они разбирают отвалившиеся от дома «куски» на отдельные «кирпичи». Но организм может разобрать этот дом даже силами одной только поджелудочной железы, поэтому вклад в этот процесс ферментов желудка скорее косметический.
2. Липазы. Эта группа ферментов переваривает жиры, имеющие молекулы относительно небольшого размера. Они расщепляются до жирных кислот и глицерина. Жирные кислоты затем всасываются в кишечнике и используются для разных целей: большей частью в качестве топлива, в меньшей степени – как стройматериал.
3. Амилазы (или карбогидразы). Это ферменты для переваривания углеводов. Большая часть из них представлена крахмалом. Мы получаем его из овощей, круп, хлеба, макарон и любой другой углеводной пищи. Из крахмала состоит 50 % нашего суточного рациона. Молекула крахмала представляет собой очень длинную цепочку, которая состоит из молекул глюкозы. Как и другие питательные вещества, в естественном виде крахмал не может быть усвоен. Ферменты «нарезают» эту молекулу на мелкие кусочки. Из крахмала образуется глюкоза, которая всасывается через стенку кишечника. Она используется преимущественно в качестве источника энергии. Лишняя глюкоза откладывается на боках в виде жира – это запасы организма на «черный день».
4. Нуклеазы. Расщепляют нуклеиновые кислоты – ДНК и РНК.
Переваривание пищи начинается еще во рту. В слюне содержатся ферменты, которые расщепляют крахмал. Поэтому если очень долго жевать хлеб, он станет сладким – во рту появляется глюкоза. В желудке начинается процесс переваривания белков. Кроме того, в нем есть немного липазы, но она существенной роли в переваривании жиров не играет – очень уж мало здесь этого фермента.
Далее пищевой комок продвигается ниже, в двенадцатиперстную кишку. Здесь происходят основные пищеварительные процессы. В начальный отдел тонкого кишечника стекаются пищеварительные соки из печени и поджелудочной железы. Из печени сюда попадает желчь. Она выполняет три важные функции: активирует ферменты поджелудочной железы, эмульгирует жиры и облегчает их дальнейшее переваривание, а также стимулирует перистальтику кишечника.
Непосредственно за переваривание пищи отвечает поджелудочная железа. Именно она обильно поливает еду соком, содержащим огромное количество любых ферментов: расщепляющих белки, жиры, углеводы и нуклеотиды.
Небольшое количество ферментов вырабатывает и стенка тонкого кишечника. Она умеет переваривать белки и жиры. Из углеводов может расщеплять только дисахариды, то есть углеводы, состоящие из двух молекул простых сахаров. Самостоятельно переваривать крахмал тонкий кишечник не может. Да и ферментов для расщепления жиров и белков в нем не так много. Основная роль в этом процессе все же принадлежит поджелудочной железе. Вот почему заболевания этого органа критично сказываются на пищеварительной функции. В толстом кишечнике ферментов нет. Зато там есть полезные микробы. Кишечная палочка и лактобактерии помогают нам переваривать молочный сахар – лактозу.
Не переваривается – значит, не расщепляется полностью. А раз не расщепляется, то и всосаться в кровь через стенку кишечника не может. Такие продукты проходят через кишечник транзитом и сливаются в унитаз. Кроме того, под влиянием бактериальной флоры они гниют и бродят, вызывая неприятные симптомы. Мы рассмотрим только те причины плохого пищеварения, которые связаны с поджелудочной железой.
Самая очевидная причина – поджелудочная железа вырабатывает мало ферментов, потому что она разрушена. Но на самом деле есть и немало других причин:
1. Поджелудочная железа может вырабатывать ферменты, но они не могут активироваться, не происходит стимуляции их выработки при употреблении пищи.
2. Ферменты вырабатываются не вовремя: когда еды в кишечнике уже нет.
3. Ферменты вырабатываются в достаточном количестве и вовремя, но они не могут проникнуть в кишечник, потому что панкреатические протоки перекрыты.
4. Ферменты вырабатываются, но сразу разрушаются, поэтому просто не успевают переварить пищу.
Если уж так произошло, то неработающие ферменты не переваривают пищу, и мы может заподозрить это по симптомам. При полном нарушении переваривания возникает жуткая диарея. Но так происходит не всегда, а при частичном нарушении переваривания возникают другие симптомы.
Стеаторея – жирный кал. Это самый частый признак того, что поджелудочная железа не справляется со своими задачами. Фекалии становятся полужидкими, жирными, плохо смываются со стенок унитаза. На поздних стадиях кал зловонный, пенистый, плавает на поверхности воды. Стеаторея может быть результатом двух причин. Первая называется мальдигестия – это значит, что жиры не расщепляются на части. Вторая – мальабсорбция означает, что жиры не всасываются в кишечнике.
После перенесенного острого панкреатита стеаторея развивается относительно нечасто. Риск выше, если воспаление поджелудочной железы произошло на фоне употребления алкоголя. Заметить это можно, если на следующее утро после вечернего употребления алкоголя возникает послабление стула. Но у большинства людей функция переваривания жиров полностью восстанавливается даже после острого панкреатита. Оставшаяся часть поджелудочной железы работает в две смены или на полторы ставки, и стеаторея пропадает через шесть месяцев – у 60 % людей, через год – у 80 % и через два года – у 90 % людей с панкреатитом. При билиарном панкреатите, который исходно был спровоцирован желчью (а на него приходится треть всех случаев), практически в 100 % случаев стеаторея исчезает через год.
Гораздо хуже ситуация, если острый панкреатит протекал тяжело. Тогда стеаторея сохраняется надолго, иногда навсегда. Даже через семь лет жир в кале все еще обнаруживается у двух людей из трех. Обычно если через четыре года функция поджелудочной железы не восстановилась, то она утрачена безвозвратно. Ранее работающие ткани попросту замещены рубцами, которые поддерживают каркас органа, но не могут вырабатывать ферменты.
Чаще стеаторея – следствие хронического панкреатита. Жир в кале появляется в среднем через пять лет от начала этого заболевания.
Креаторея – тяжелое проявление недостаточности поджелудочной железы. Появляется только в запущенной стадии панкреатита. В кале появляются непереваренные мышечные волокна. Это говорит о том, что нарушена функция переваривания белков. Увидеть их невооруженным глазом сложно, поэтому их находят только при анализе кала в лаборатории. Но унюхать резкий зловонный запах кала вполне реально.
Недостаточность питания – самый опасный синдром, развивающийся при нарушенном пищеварении. При естественном течении болезни, если не вмешиваться и не лечиться, он ведет к смертельному исходу. У человека снижается масса тела, развивается дефицит жирорастворимых витаминов, прогрессирует остеопороз и разрушение костей.
Алкоголь – ведущий фактор поражения поджелудочной железы. Мы уже говорили о том, что он вызывает 55 % случаев острого панкреатита. Причем эта форма патологии протекает тяжелее и чаще приводит к необратимому повреждению органа. У 20 % людей нормальное пищеварение после перенесенной болезни не восстанавливается никогда.
Алкоголь – также виновник 70 % случаев хронического панкреатита. Он встречается намного чаще острого и всегда приводит к нарушению пищеварения.
Острый панкреатит может развиться даже у трезвенника, который единственный раз в жизни напился и тут же попал в больницу. А вот хронический панкреатит – результат длительного злоупотребления алкоголем или алкоголизма. Поджелудочная железа разрушается постепенно. От начала беспробудного пьянства до развития болезни проходит не менее 10 лет. Важно не столько количество алкоголя, сколько регулярность его потребления. Для развития хронического панкреатита достаточно всего 60–80 мл чистого этилового спирта в сутки, то есть 150–200 г водки или три рюмки по пятьдесят.
Если вы пьете регулярно, а панкреатита еще нет, можно ускорить его развитие с помощью курения. Эта вредная привычка повышает риск патологии в среднем в три раза, а в сочетании с алкоголем она разрушает поджелудочную железу гораздо быстрее.
Одномоментное или разовое переедание, то есть ударная доза жира – фактор риска острого панкреатита. Большинство больных, которые поступают в отделение хирургии с этим диагнозом, имеют в недавнем прошлом бурное застолье с потреблением жирных блюд и алкоголя. Но питание никак не влияет на риск хронического панкреатита. Нет никаких научных доказательств, что разумные количества жирной, жареной, острой или любой другой еды, которую принято считать вредной, способны спровоцировать это заболевание.
Поджелудочная железа дает такие же проявления, как и болезни кишечника: вздутие, урчание, боль, газы, диарея. Собственно потому, что еда, которая не переварилась, попадает именно в кишечник и там перерабатывается и ферментируется бактериями. При этом выделяется большое количество токсических метаболитов и газов. Особенно много ядов появляется при разложении белков. Симптомы со стороны кишечника появляются только на поздних стадиях хронического панкреатита. Жирный кал возникает раньше.
Самое частое заболевание поджелудочной железы – хронический панкреатит – вызывает две группы симптомов: дискомфортные ощущения и нарушение переваривания.
1. Боль. Появляется у 85 % людей с панкреатитом. Болевой синдром обычно длительный: более 10 дней подряд, а затем следуют перерывы на 1–2 месяца. Такое характерно для алкогольного панкреатита. Если болезнь не связана с алкоголем, то приступы боли обычно продолжаются менее 10 дней, а промежутки между обострениями могут составлять несколько месяцев.
2. Недостаточность ферментов. Это нарушение пищеварения, которое мы уже обсудили во всех подробностях. Оно возможно только при сильном снижении функции поджелудочной железы на 90 % и более.
Симптомы со стороны поджелудочной железы и желудка совершенно разные. Почему их часто путают? Виновата в этом реклама. Когда вы смотрите телевизор, вам говорят: при тяжести в желудке примите ферменты поджелудочной железы! Вы идете в аптеку, покупаете их и принимаете, не получая никакой пользы.
Если у вас тяжесть в желудке, это говорит о том, что вы съели слишком много. Есть и другая причина: низкий тонус желудка. Он вялый, поэтому пища эвакуируется медленно. Отсюда и симптомы, которые называют признаками «вялого желудка». Это проявление гастрита или диспепсии. Ферментами подобные состояния не лечатся.
Если же проблема в поджелудочной железе, никакой тяжести в верхней части живота не будет. Симптомы поражения этого органа мы уже обсуждали. Но кроме болезней бывает еще «функциональный сбой». Он связан с тем, что вы съели слишком много пищи: больше, чем поджелудочная железа может переварить. В результате часть пищи ферментируется бактериями. Могут появиться симптомы со стороны кишечника, но не желудка. Появится метеоризм, жидкий стул, возможен дискомфорт и боль в животе.
И, пожалуй, самое главное: если вы принимаете ферменты поджелудочной железы для того, чтобы избавиться от тяжести в желудке, то они попросту не работают. Сами ферменты из таблетки лежат в желудке вместе с едой, которая вызвала тяжесть, и просто разрушаются в соляной кислоте желудочного сока.
Проверить количество ферментов можно. При остром панкреатите делают анализ крови, чтобы проверить, настолько ли разрушена поджелудочная железа, что ферменты уже попали в кровь. При хроническом панкреатите – анализ кала, чтобы узнать, сколько ферментов может выделить железа и на что она еще способна, хватает их или нет.
Популярное ранее, но используемое до сих пор в нашей стране в средневековых учреждениях дуоденальное зондирование больше не используется для диагностики панкреатита. Этот метод диагностики устарел. Он неприятен, небезопасен и по большому счету не нужен, поскольку и раньше не давал практически никакой информации. Его применяли скорее в научных исследованиях для изучения работы поджелудочной железы в норме, но метод неизвестно для чего перекочевал в практику. Суть этого исследования в том, что в тонкий кишечник вводят зонд для сбора пищеварительных соков, выработку которых стимулируют препаратами. Так можно выявить, что ферментов поджелудочной железы не хватает, но нельзя определить причину их нехватки. Еще так можно простимулировать поджелудочную вплоть до острого панкреатита, либо занести в нее инфекцию прямо из собственного кишечника, либо добавить в поджелудочную побольше желчи. Все это может закончиться острым панкреатитом и реанимацией.
Поэтому основные анализы, позволяющие проверить поджелудочную железу: выявление жира в кале и определение активности панкреатической эластазы-1. Это основное исследование для оценки функции органа. Эластаза более стабильна по сравнению с другими ферментами поджелудочной железы. Ее определяют разными способами. Лучший вариант – ИФА (иммуноферментный анализ). При таком способе тестирования не определяется эластаза животных, которая содержится в препаратах с ферментами, а выявляется только своя собственная, выделенная нашей поджелудочной железой.
Анализ кала на ферменты эффективен даже при легкой нехватке ферментов: он позволяет выявить заболевание у двух из трех людей с панкреатитом. При умеренной и тяжелой недостаточности точность метода достигает 100 %. Можно установить не только наличие, но и стадию проблемы. У большинства людей содержание эластазы-1 более 500 мкг/г. Поджелудочная железа более-менее справляется со своими обязанностями при уровне 200+ мкг/г. Это последнее значение, которое считается нормальным. При уровне эластазы-1 менее 200 мкг/г нужно добавлять ферменты. Если же количество фермента менее 100 мкг/г, то определяется тяжелый дефицит ферментов. Это показание для использования высоких доз таблеток с ферментами.
Просто так пить ферменты можно, но не нужно. Хорошая новость: это безопасно или не очень опасно. Плохая новость: это вредит вашему кошельку и не приносит пользы. Проводились разные исследования с целью выяснить, снижает ли прием ферментов в таблетках выработку своих собственных или нет. Вывод такой: поджелудочная железа работает по принципу обратной связи, а это значит, что если ферментов в кишечнике много, то она просто перестанет их вырабатывать. Однократный прием лишних ферментов на это не повлияет, но тем не менее останется бесполезным. Однако если пить ферменты часто или использовать высокие дозировки, то функция железы будет притормаживаться.
Хотите узнать, нужны ли вам ферменты? Нет смысла прислушиваться к симптомам и разглядывать какашки в унитазе. Просто пойдите к врачу или в ближайшую лабораторию и сдайте кал на панкреатическую эластазу-1. Если уровень выше 200 мкг/г, то никакие ферменты вам не нужны. Но если при этом есть тревожные симптомы, то пора уже заканчивать «списывать» все на поджелудочную и начинать искать реальную причину их появления. Возможно, что это окажется желудок или кишечник.
Плохо, если ферментов не хватает. В этом случае в кале появится жир. Возникает хроническая диарея и полифекалия – это состояние, при котором количество кала значительно увеличивается. Причина в том, что еда не усваивается. Вместо того чтобы расщепиться и всосаться в кровь, она проходит через кишечник и сливается в канализацию. По пути она подкармливает микрофлору кишечника, которая выделяет в кал много газов, и он становится рыхлым. Поэтому визуально кажется, что какашек стало больше.
Раз еда не усваивается, то организму не хватает питательных веществ. Человек теряет вес. Развивается дефицит белка, витаминов, минералов, липопротеидов. Это опасное состояние, которое может привести в больницу, если его игнорировать. Но если вовремя определить проблему, то лечение простое: принимайте ферменты вместе с едой в подобранной дозе.
Поджелудочная железа постоянно выделяет небольшое количество ферментов, даже если вы ничего не едите. Напомню, что без еды не выделяется желчь и поэтому ферменты не работают, даже если они выделились и попали в кишечник. Но у тех людей, у которых желчный пузырь удален, желчь выделяется постоянно, и получается, что ферменты активируются в кишечнике в отсутствие пищи. А это со временем может создать в кишечнике новую проблему.
Уровень выработки ферментов регулируется несколькими механизмами: в первую очередь это нервы и гормоны. Как работают нервы? Увидел еду, проголодался – начали выделяться соки. Нервы также могут уменьшить выработку ферментов: боль, сон, напряженный физический и умственный труд блокируют выделение пищеварительных соков. А как осуществляется гормональная регуляция? Усиливают выработку панкреатического сока гормоны желудка, кишечника и желчь: секретин, гастрин, холецистокинин, серотонин, инсулин, бомбезин, желчные кислоты. Есть также полтора десятка гормонов, которые ослабляют выработку ферментов.
Активность поджелудочной железы повышается, когда мы едим, и снижается после того, как еда переварилась. Этот орган умеет различать, что мы съели, и вырабатывает больше тех или иных ферментов.
Существует и механизм адаптации поджелудочной железы. Если мы постоянно питаемся углеводами, но не едим жиры и белок, то орган научится вырабатывать больше ферментов для переваривания крахмала, но уменьшит секрецию липаз и протеаз. Происходит эта адаптация в течение двух-трех недель. Задержка возникает из-за того, что поджелудочная железа заранее готовит запас ферментов на какое-то время, исходя из вашего меню в прошлом. Это главная причина, почему не стоит злоупотреблять ферментными препаратами при отсутствии доказанного недостатка ферментов. Ваша собственная поджелудочная железа может разлениться, и тогда на ферментах придется сидеть постоянно.
Ферменты из таблеток используются в качестве средств заместительной терапии, то есть они замещают то, чего вам не хватает. Поэтому нет никакого смысла принимать ферменты, если ваша поджелудочная железа работает нормально. Если она работает плохо, это нужно доказать, сдав анализы. Как минимум стоит сдать кал на ферменты. Только при установленном диагнозе следует начинать лечение.
Помните, что ферменты – не те лекарства, которыми можно «пролечиться». Заместительная терапия назначается длительно, а если поджелудочная уже превратилась в рубцы и порвана в лоскуты, то даже пожизненно. Если большая часть ткани поджелудочной железы разрушена, она никогда не восстановится.
Ферментные препараты разные. Все они содержат липазу, протеазу и амилазу – ферменты для переваривания жиров, белков и углеводов. Те же ферменты, что и в нашей поджелудочной железе, но разница заключается в том, что они получены из животных. Кроме того, есть отличия между таблетками разных производителей.
1. Доза. На упаковке указывается только количество липазы – например, 10 тысяч ЕД. Но в инструкции можно также посмотреть количество других ферментов, о которых не стоит забывать. Некоторые таблетки содержат лишь символическое и почти бесполезное количество ферментов, так что ожидать хоть какой-то результат вообще не приходится.
2. Желчные кислоты. Могут входить или не входить в состав препарата. Большинству людей желчные кислоты не требуются. Иногда даже наоборот, желчные кислоты являются совершенно лишними и могут спровоцировать нарушение работы желчного пузыря.
3. Таблетки или капсулы с микросферами. Микросферы лучше перемешиваются с пищей, лучше выходят из желудка, более эффективны, но стоят дороже.
4. Наличие кишечнорастворимой оболочки. Она есть у большинства «нормальных» препаратов – это обязательное условие. Как ни странно, некоторые лекарства не содержат такой оболочки. Их эффективность сомнительна, равна нулю или такая же, как у пустышки-плацебо: ферменты поджелудочной железы попросту разрушаются в желудке под действием соляной кислоты.
Когда мы говорим «ферменты», то обычно подразумеваем «панкреатин». Но есть и другие ферментные средства. Например, папин – протеолитический фермент из растений. Некоторые люди принимают ферменты для переваривания молочного сахара – они содержат лактазу.
У взрослых людей часто развивается и постоянно прогрессирует с возрастом недостаточность лактазы – фермента, который переваривает молочный сахар. Природой предусмотрено, чтобы человек питался молоком только в первые несколько лет жизни. Затем расщепление молока не требуется. Но природа не предусмотрела, что мы приручим коз, коров и верблюдов, будем отбирать у них молоко и употреблять его в течение всей жизни.
Лактазная недостаточность – условная норма для взрослого, но болезнь для ребенка. Груднички должны переваривать молоко, иначе они рискуют умереть от голода. Впрочем, в современном мире голодная смерть младенцам больше не грозит. Есть препараты, содержащие фермент лактазу. Их регулярный прием поможет переварить молоко любому человеку в возрасте от нуля до 150 лет.
Внимание! Не стоит путать углевод и фермент: разница в их названии – всего в одной букве. Углевод называется лактоза, а фермент для его расщепления – лактаза.
И еще немного внимания! Не стоит путать непереносимость молочного сахара лактозы и аллергию на белок коровьего молока. Разница проявляется в разной реакции на молоко от разных животных: коровье и козье.
И самое главное внимание! Проявления непереносимости лактозы, дефицита лактазы и аллергии на белок коровьего молока могут быть примерно одинаковыми, причем такими же, как и при других проблемах с кишечником. В нем может быть одна или несколько проблем сразу, а порой случается, что человек собирает сразу все проблемы. Поэтому, прежде чем «списать» все свои симптомы на молочку, нужно тщательно проверить кишечник и убедиться в том, что других проблем нет.
Лактоза в норме должна перевариваться в тонком кишечнике. Фермент лактаза – это не фермент поджелудочной железы, он вырабатывается в стенке кишечника. В коровьем молоке молочного сахара лактозы больше, чем в женском – 98 % и 85 % соответственно. Для грудничка этот углевод очень важен: он обеспечивает его суточную потребность в калориях на 40 %. Но взрослые вполне могут без него обойтись.
Распространенность лактазной недостаточности у взрослых зависит от генетики и варьируется по регионам земного шара. В наименьшей степени она распространена в Швеции и Дании – всего 3 %. В Англии не переносят молоко 30 % взрослых, во Франции – 40 %, а в разных странах Африки – от 80 до 100 %.
В России молоко не переносит каждый шестой взрослый. Недостаточность лактазы может быть полной или частичной, первичной или вторичной. Первичная встречается редко – она возникает еще в детстве. Это вариант гена МСМ6, изменить его уже не получится, нужно пить фермент, который не может выделяться в организме. Вторичная лактазная недостаточность развивается в течение жизни. Основных причин две: повреждение кишечника и длительный период воздержания от молочных продуктов. Повреждение кишечника может быть связано с раздражением, кишечной инфекцией, аллергией или хроническим воспалением.
У большинства взрослых лактазная недостаточность частичная. Если выпить немного молока, ничего не случится. Если выпить много – будет буря в животе: вздутие, газы, диарея, иногда боль и спазмы. С возрастом это состояние усугубляется: клетки кишечника, отвечающие за выработку лактазы, продолжают отмирать. Тем более что после появления симптомов на молоко мы специально убираем его из рациона и совершенно перестаем давать на эти клетки хоть какую-то нагрузку. Как результат из-за отсутствия необходимости они вообще перестают выделять фермент.
Особенность диареи при этом состоянии: появляется только после молока, непродолжительная, без лихорадки. Стул пенистый, жидкий, частый, с кислым запахом. Такой тип диареи в старые добрые времена называли «бродильным».
Достоверно проверить лактазную недостаточность можно только с помощью биопсии кишечника, которую берут во время гастроскопии. Это дополнительное исследование, поэтому его обычно не делают. Предположить непереносимость молочного сахара позволяет измерение рН кала: диагноз вероятен, если этот показатель ниже 5,5.
Более точный вариант диагностики – гликемический нагрузочный тест с лактозой. Человеку дают выпить раствор, содержащий 50 г молочного сахара (а если это ребенок – 1 г/кг веса). Затем определяют уровень глюкозы в крови через 15, 30 и 60 минут. Лактоза в кишечнике расщепляется до глюкозы, поэтому ее уровень в крови должен повыситься хотя бы на 20 % или 1,1 ммоль/л. Если этого не происходит, значит, лактоза не усваивается.
Что делать? Лактоза не относится к числу жизненно важных веществ. Можно просто отказаться от молока. Детей переводят на безлактозные смеси. Правда, для маленьких детей полное исключение лактозы нежелательно. Она содержит не только глюкозу, но и галактозу, из которой образуются галактолипиды, важные для развития мозга. Но как только ребенок начнет питаться со стола, а не только с груди или бутылки, проблема дефицита галактозы будет решена. В этом случае можно будет отказаться от ферментов в пользу диеты без риска для здоровья.
Невозможно по симптомам определить, что у вас: недостаточность поджелудочной железы или одно из 120 известных науке заболеваний кишечника. Симптомы и проявления этих проблем практически одинаковы: боль и спазмы в животе, метеоризм и газы, диарея и бесформенный стул.
Даже появление жира в кале – недостоверный симптом. Он может появляться не только от поджелудочной, но также от нарушения выделения желчи из печени, или от кишечника, или от атрофии желудка. При болезнях печени не хватает желчных кислот, поэтому жир не расщепляется даже при хорошей работе поджелудочной железы. При болезнях кишечника жир расщепляется, но не всасывается – в кале появляется большое количество жирных кислот.
Вывод следующий: ощутив, что в животе урчит, не спешите набрасываться на ферменты. Сдайте кал на эластазу, чтобы проверить, действительно ли в ваших бедах виновата поджелудочная железа.
Поджелудочной железе в первую очередь реально угрожают две вещи: алкоголь с застольем и болезни желчевыводящих путей, которые нужно своевременно обнаруживать и лечить. Другие причины, о которых тоже стоит помнить: переедание, курение, болезни желудка и двенадцатиперстной кишки.
Есть два лучших способа проверить поджелудочную: можно увидеть ее строение и уточнить, сколько ферментов она вырабатывает. Одно не исключает, а дополняет другое. Для проверки важна как структура поджелудочной железы, так и ее функция.
Рентген – самый древний, но наименее точный метод диагностики. Только в одном из трех случаев при хроническом панкреатите появляются кальцификаты – отложения солей кальция после воспаления, отображающиеся на рентгеновских снимках. Причем они не обязательно говорят о панкреатите. Такие же кальцификаты появляются при раке поджелудочной железы, после некоторых инфекций или при нарушении работы щитовидной и паращитовидных желез. Сегодня рентген уже не используют для определения панкреатита.
УЗИ – первый метод исследования при необъяснимой боли в животе. Этот способ простой, недорогой и быстрый. Он помогает проверить гинекологические и хирургические причины, болезни печени и желчных протоков. Но явные признаки поражения поджелудочной железы определяются только в самых запущенных случаях. По результатам УЗИ многие люди получают заключение «диффузные изменения поджелудочной железы». Оно ни о чем не говорит. Это заключение не считается критерием установления диагноза. Диффузные, или размазанные по всей поджелудочной железе изменения могут быть при ее банальном ожирении или при начинающемся отеке железы, а также могут являться последствием ранее перенесенного воспаления и оставшимися после него рубцами.
Компьютерная томография (КТ) – один из лучших вариантов диагностики. Точность метода достигает 90 %. Это метод первого выбора. При панкреатите правильнее делать томографию с введением дополнительного контрастного вещества, чтобы улучшить видимость железы.
МРТ (магнитно-резонансная томография) с гадолинием – дорогой, но самый точный способ диагностики хронического панкреатита. Он позволяет рассмотреть и поджелудочную железу, и ее протоки. Исследование проводится со стимуляцией секреции и внутривенным введением контрастного вещества.
Ретроградная холангиопанкреатография – самая точная, но инвазивная и опасная манипуляция. Она используется очень редко. Врач вводит инструменты через зонд и кишечник прямо в панкреатические протоки, чтобы оценить их состояние. При этом параллельно проверяют состояние поджелудочной либо с помощью гастроскопии, либо с помощью рентгена, либо с помощью магнитно-резонансной томографии.
На УЗИ поджелудочную железу видно. Воспаление в ней иногда можно обнаружить. Но достоверность такого исследования низкая: поджелудочная железа расположена глубоко внутри живота, и рассмотреть ее мешает кишечник. Чем больше в нем газов, тем больше «ложных» признаков воспаления может увидеть врач.
Чувствительность метода – около 70 %. Это значит, что у 30 % пациентов с воспаленной поджелудочной железой признаки ее поражения не найдут. Специфичность метода – примерно такая же, около 70 %. Это значит, что из 10 диагнозов, которые установит врач по результатам УЗИ, у трех человек на самом деле нет никакого воспаления в поджелудочной железе.
В силу этих причин УЗИ не считается стандартным способом диагностики панкреатита. Вместо него используют более точные методы медицинской визуализации: КТ и МРТ с контрастированием.
Уточним: все сказанное относится исключительно к трансабдоминальному УЗИ, которое проводится через переднюю брюшную стенку. Но врачи также используют эндоскопическое УЗИ – датчик во время гастроскопии помещают в двенадцатиперстную кишку. Этот вариант исследования сопоставим по точности с КТ и помогает обнаружить панкреатит даже в ранней стадии.
Отдыхать поджелудочной железе не нужно. Так же как не нужно отдыхать сердцу, легким, печени или почкам. Ее функция сохраняется, пока не разрушены клетки, вырабатывающие ферменты. Более того, многие ученые считают, что отдых пойдет поджелудочной железе только во вред. Если вы принимаете ферментные препараты без необходимости, только потому, что увидели рекламу по телевизору, то реальная нагрузка на этот орган действительно уменьшается. Но как это скажется на нем в будущем? Работает механизм обратной связи. Представьте, что вы решили разгрузить свои мышцы. Вместо того чтобы бегать по утрам или работать в огороде, теперь вы только сидите на стуле и смотрите телевизор. Отлично, в первые три дня мышцы прекрасно отдохнут! Но затем они начнут атрофироваться: станут дряблыми, тонкими и слабыми. Организм быстро избавляется от того, что не востребовано: органы-дармоеды ему не нужны. Что работает – развивается, что отдыхает – то отмирает.
Пока что не получено убедительных доказательств, что длительный прием ферментов без показаний может привести к серьезной атрофии поджелудочной железы. Но все же рисковать не стоит: все органы в вашем теле должны регулярно работать. В противном случае возможно необратимое нарушение их функции.
А вот от чего поджелудочной железе действительно нужно отдыхать, так это от алкоголя. На фоне употребления спиртного хронический панкреатит постоянно прогрессирует. Но стоит человеку отказаться от алкоголя, как болезнь тут же стабилизируется! Восстановить уже разрушенные клетки вряд ли получится, но вы можете по крайней мере избежать полного отмирания поджелудочной железы, если перейдете к трезвому образу жизни.
Регулярный отдых поджелудочной железе нужен, если вы уже болеете панкреатитом. Орган не может сразу выработать большое количество ферментов, поэтому придется есть часто, но понемногу. Жиры придется временно ограничить. Но все же для обеспечения основных потребностей организма употреблять жирную пищу тоже нужно. Количество потребляемых за сутки жиров должно быть не менее 50 г.
Здоровому человеку принимать ферменты не нужно. Более того, в препаратах, которые рекламируют по телевизору, они часто содержатся в мизерных количествах, поэтому существенно не влияют на пищеварение. Например, самый популярный препарат из рекламы содержит всего 3,5 тысячи ЕД липазы. Для сравнения: на один прием пищи человеку, страдающему хроническим панкреатитом, назначают минимум 40 тысяч ЕД. Это стартовая доза. В дальнейшем она может быть увеличена.
Большинство рекламируемых препаратов выпускаются в таблетках. Это неэффективная форма, потому что большая часть фермента не контактирует с пищей. Врачи назначают только микросферы, причем важен их размер. Микросферы диаметром 1,2 мм работают на 25 % лучше, чем микросферы диаметром 2 мм.
Наконец, последний гвоздь в гроб репутации безрецептурных низкодозовых ферментов: многие из них не имеют даже кишечнорастворимой оболочки. Они попадают в желудок и там разрушаются. Плохо это или хорошо? Это просто перетекание денег за таблетки из вашего кармана в карман архаичных производителей таблеток. Если уж тратите финансы на свое здоровье, то берите лучшее, инвестируя таким образом в прогресс медицинской науки, а не голосуйте своим рублем за медицину позапрошлого столетия. В любом случае дозировки мизерные: они не улучшили бы пищеварение, даже если бы проникли в кишечник. К тому же большинство этих препаратов принимают без реальной необходимости, для успокоения совести при самостоятельном лечении временных нарушений или болезней, которые ферментами вообще не лечат.
Теперь ответ на главный вопрос: сколько ферментов нужно принимать. Если вы ничем не болеете – нисколько! Если есть хронический панкреатит, то для хорошего пищеварения потребуется 50 тысяч ЕД на полноценный прием пищи и 20–25 ЕД на перекус.
Что делать, если это не работает? Сменить таблетки на капсулы с микросферами. А заодно подумать: возможно, вы лечите не ту болезнь и с поджелудочной на самом деле полный порядок.
Что делать, если все равно пищеварение остается нарушенным? В этом случае врачи назначают ингибиторы протонной помпы. Они блокируют выработку соляной кислоты. Уровень pH содержимого желудка и кишечника смещается в щелочную сторону, а в таких условиях ферменты работают лучше. Но это еще один повод подумать о том, что, возможно, симптомы связаны вовсе не с поджелудочной, а с другим органом.
Что делать, если достаточного эффекта все равно нет? Наращивать дозировку панкреатина на один прием. Большинство пациентов принимают не более 80 тысяч ЕД на один прием. Максимальная доза, которую допускает инструкция по применению препаратов, составляет 10 тысяч ЕД на 1 кг массы тела пациента в сутки. Сколько это всего? Допустим, вы весите 80 кг и едите четыре раза в день. В таком случае максимальная доза на один прием пищи – 200 тысяч ЕД. До таких высоких дозировок доходят редко. Но это возможно, если у человека поджелудочная железа полностью разрушена или удалена хирургическим способом.
Это третий звонок для проверки других органов пищеварительной системы, потому что сам факт такого низкого количества собственных ферментов в течение продолжительного времени будет приводить к новым проблемам. В любом случае дозировку определяют индивидуально. Хотя подбирают ее по липазе, на самом деле в препаратах панкреатина всегда содержатся и другие ферменты: протеазы и амилаза для переваривания белков и углеводов.
Поджелудочная железа выделяет ферменты для переваривания всех видов животной пищи, но не всех видов растительной. Например, у нас есть ферменты для переваривания крахмала, но нет ферментов для переваривания целлюлозы. Поэтому мы не можем питаться травой и древесиной, в отличие от многих животных. Этим занимаются кишечник и живущие в нем бактерии. Об этом подробнее поговорим далее.
Острый панкреатит в 90 % случаев развивается на фоне приема алкоголя или заболеваний желчевыводящих путей. Это смертельно опасное заболевание. В 10 % случаев больного оперируют. Примерно 15 % пациентов после операции все равно умирают. Те, кто выживает, страдают от многочисленных осложнений в течение всей жизни.
Чаще встречается панкреатит хронический. Он развивается постепенно, годами и десятилетиями. Но итог один: в 100 % случаев развивается недостаточность поджелудочной железы – вырабатывается мало ферментов, поэтому нарушается пищеварение. В 70 % случаев развивается еще и недостаточность гормонов этого органа, которая проявляется сахарным диабетом 1 или 2 типа. Даже если это диабет 2 типа, особенность заболевания при панкреатите в том, что протекает он с такими же тяжелыми последствиями, что и диабет 1 типа.
Здоровая поджелудочная железа вырабатывает четыре типа ферментов: липазы, протеазы, амилазы и нуклеазы. Они переваривают соответственно жиры, белки, углеводы и нуклеиновые кислоты.
Если пища переваривается плохо, сначала в кале появляется жир. Со временем увеличивается количество фекалий, развивается хроническая диарея. Кал становится зловонным, плавает на поверхности воды. В запущенных случаях кроме жира в нем появляются еще и волокна – следствие нарушения переваривания белков. В самых тяжелых случаях человек стремительно теряет вес. Без лечения это состояние приводит к смерти от вынужденного голодания организма.
Сильнее всего поджелудочную железу повреждает алкоголь. Это прямая причина 55 % острых и 70 % хронических панкреатитов.
При заболеваниях поджелудочной железы нет симптомов со стороны желудка, а проявления со стороны кишечника возникают только на поздних стадиях. Если у вас тяжесть в желудке, это связано с его механическим растяжением или низким тонусом. Основные два симптома со стороны поджелудочной железы: интенсивная боль в животе, появление жира в кале и изменение его консистенции.
Лучший способ оценить функцию поджелудочной железы – сдать кал на ферменты. Есть и другие эффективные исследования: КТ и МРТ. А вот обычное абдоминальное УЗИ делать практически нет смысла. Кишечник мешает нормально рассмотреть поджелудочную железу, поэтому точность метода оставляет желать лучшего.
При нехватке собственных ферментов их можно принимать в виде таблеток или капсул. Замещение ферментов таблетками не излечивает панкреатит – лечение назначается длительно. Не стоит пить ферменты, если ваша собственная поджелудочная железа хорошо работает. При продолжительном приеме может снизиться выработка собственных ферментов.
Не все ферменты одинаково полезны. В аптеках продается множество некачественных или устаревших препаратов: это таблетки с мизерными дозами панкреатина или без кишечнорастворимой оболочки. Но их часто покупают под влиянием телевизионной рекламы. Самой высокой эффективностью обладают капсулы с микросферами диаметром до 1,2 мм.
Доза ферментов при панкреатите подбирается индивидуально. Обычно начинают с 40–50 тысяч ЕД во время основного приема пищи и 15–20 тысяч ЕД при дополнительном. В дальнейшем дозировку часто наращивают, а при недостаточном эффекте сочетают ферменты с ингибиторами протонной помпы.
Ферменты вырабатываются не только в поджелудочной железе, но также в желудке, кишечнике и даже во рту. За переваривание дисахаридов отвечает тонкий кишечник. Он вырабатывает фермент лактазу, которая расщепляет молочный сахар. При нехватке этого фермента развивается непереносимость молочных продуктов.
Вы не можете самостоятельно определить, что у вас побаливает внизу живота. Там есть очень много органов, и каждый из них может давать болевые ощущения. Самый очевидный вариант – кишечник. Он занимает большую часть живота, но болеть может и что-то другое: почки, матка, яичники, аппендикс.
Если мы заподозрили, что болит кишечник, то какой может быть характер боли? Вариантов боли, расположенной предположительно в нем, несколько:
• колики – приступы, спазмы;
• воспалительная боль – постоянная;
• ишемическая боль от недостатка кровоснабжения – усиливающаяся, часто очень сильная;
• иррадиирующая, или отраженная – болит орган, расположенный в другом месте, но ощущение боли смещается и человек думает, что это кишечник.
Боль может быть связана как с острым, так и с хроническим заболеванием. Разница заключается не в силе боле и ее интенсивности, как думают многие. Интенсивность мы измеряем по визуальной аналоговой десятибалльной шкале ВАШ. Единица обозначает самую низкую интенсивность, а десятка – самую высокую. Термин «острый» означает, что проблема возникла недавно, не более трех месяцев назад. Когда мы говорим о хронической боли, то это никак не отражает излечимость или неизлечимость болезни, это всего-навсего временной критерий. Термин «хронический» означает, что боли появились не впервые, а существуют уже более трех месяцев. Иногда эта боль является результатом временного нарушения работы кишечника, которое возникает с завидной периодичностью, в других случаях боль может быть признаком опасного заболевания (например, колита, дивертикулов или даже рака) или менее опасного нарушения (например, избыточного бактериального роста или лактазной недостаточности).
Все мы слышали об остром аппендиците – когда болит живот, появляется рвота, поднимается температура. Человека везут в больницу, но уже через несколько дней он возвращается домой и говорит, что ему вырезали аппендицит. На самом деле вырезали аппендикс – именно так называется на латыни червеобразный отросток слепой кишки. Термин «аппендицит» означает, что этот отросток воспалился. Аппендикс у большинства людей находится в правой нижней части живота.
Бывает ли аппендицит хроническим? Мнения на этот счет разнятся. В Международной классификации болезней такого состояния не существует. Но некоторые наши специалисты этот диагноз ставят. В медицинской литературе он описан, хотя встречается редко.
Что такое «хронический»? Это значит «длительно протекающий». Может ли аппендицит протекать длительное время? Ведь все мы знаем, что человека, у которого нашли это заболевание, тут же хватают, везут в больницу и вырезают воспаленный аппендикс. Да, в этих обстоятельствах у воспаления нет ни единого шанса перейти в хроническое состояние. Но бывают случаи, когда аппендицит не оперируют. Тогда у человека появляется реальная возможность стать хроником. Но тогда это не самостоятельное заболевание, по сути, оно не является аппендицитом. При дальнейшем обследовании мы узнаем, что слабое и долго существующее воспаление аппендикса является формой другой болезни, например болезни Крона или другого варианта воспаления кишечника.
А разве аппендицит режут не всегда? Давайте обратимся к современным клиническим рекомендациям. Это инструкция для врачей, как они должны действовать в тех или иных ситуациях. Вот что предполагает эта инструкция: если сформировался аппендикулярный инфильтрат, то человеку показано консервативное лечение. Аппендикулярный инфильтрат – это когда в аппендикс проникли микробы и иммунные клетки, появилось уплотнение в этой области, но абсцесса (гнойной полости) еще нет, то есть это воспаление не тяжелое. Риск осложнений минимальный.
При такой форме аппендицита человека лечат антибиотиками. Исключение составляют две категории пациентов: беременные и люди, имеющие каловые камни внутри аппендикса. Этих нужно оперировать в любом случае. Но остальным вводят антибиотики внутривенно, а через два дня переходят на прием таблеток и лечат еще 5–7 дней. Обычно используют два препарата, которые перекрывают основных возбудителей аппендицита. Стандартная схема: амоксициллин с метронидазолом. Вместо амоксициллина может быть использован цефтриаксон.
У большинства таких пациентов уплотнение, или инфильтрат рассасывается, и они могут уйти домой без шрама на животе. Но рассасывается инфильтрат не сразу – это происходит лишь через несколько недель. Теоретически врачи должны вас обследовать, чтобы убедиться в том, что признаков болезни больше нет. Но практически через несколько недель человек теряет мотивацию к лечению: у него ничего не болит, на диагностику он часто не приходит. Однако воспаление может остаться: оно становится хроническим и иногда дает симптомы, правда, не такие острые, чтобы человек решился снова отправиться в больницу. Впоследствии такое недолеченное воспаление может стать больше и сильнее или превратиться в другую болезнь.
В старинной хирургической классификации по Кузину выделяют три формы хронического аппендицита: резидуальный, хронический рецидивирующий, первично-хронический. Для хирургов принципиально важно одно – нужно ли удалять аппендикс сразу, поэтому классификация отражает в основном этот смысл, а не причину болезни. С тех пор понимание принципа воспаления в аппендиксе сильно поменялось – появились новые методы обследования, лучше изучили микробов в кишечнике, нашли новые болезни. Но классификация осталась в некоторых учебниках, поэтому до сих пор мы сталкиваемся с тем, что кто-то находит хронический аппендицит.
Все описанное выше про аппендицит относится к резидуальному, то есть остаточному аппендициту. Человека пролечили антибиотиками, но очаг воспаления еще остался. Возможно, в будущем острый аппендицит больше не возникнет никогда. Но все же риск его возникновения остается повышенным, потому что сохраняются условия для его возникновения: перегибы червеобразного отростка, спайки, сращения и другие факторы, которые затрудняют эвакуацию его содержимого.
Термин «рецидивирующий» означает, что болезнь периодически возвращается, рецидивирует. У человека снова возникает приступ, и его опять лечат антибиотиками. Но на самом деле это не аппендицит, а другая воспалительная болезнь кишечника, просто распространившаяся и на червеобразный отросток слепой кишки. Наконец, первично-хронический возникает у людей, которые сразу начали что-то предпринимать и не довели ситуацию до острого аппендицита или исходно воспаление у них было слабое. Но и это форма проявления других болезней кишечника.
Действительно ли в аппендиксе может сформироваться хронический очаг воспаления? Давайте рассуждать с точки зрения здравого смысла. Нет сомнений в том, что кишечник в определенных зонах может воспалиться. У кого-то он воспаляется в верхней части, у кого-то – в нижней, а у кого-то – посредине. Аппендикс – это часть кишечника. Почему во всех частях кишечника хронический очаг воспаления сформироваться может, а в аппендиксе – не может? Конечно, может! Вывод: аппендикс воспалиться тоже может. Если эвакуация из него не нарушена, то воспаление будет именно хроническим, а не острым. Правда, встречаются такие ситуации достаточно редко. По мнению разных авторов, на хроническую форму аппендицита приходится всего 1–10 % всех случаев этого заболевания.
Кишечник занимает почти всю брюшную полость. Его длина при жизни – примерно 5 м, а после смерти человека – около 7–8 м. Почему он увеличивается? Это связано с расслаблением мышц. Наш кишечник постоянно в тонусе – он непрерывно работает. Но когда человек умирает, кишечник расслабляется и становится вдвое длиннее.
Тонкий кишечник длиннее толстого – в среднем 2,5 м. Но размер существенно отличается у разных людей: он составляет от 1,6 до 4,3 м. У женщин кишечник короче, чем у мужчин. Толстый кишечник имеет длину в среднем 1,5 м.
Да, пища застрять в кишечнике может. Это состояние называют острой кишечной непроходимостью. Мы уже выяснили, что кишечник достаточно длинный. Проходимость может нарушиться в любой области. Чаще всего сужение кишечника происходит на уровне тонкого кишечника – в 70 % случаев. На уровне толстой кишки проходимость нарушается в 30 % случаев. Почему так происходит?
Непроходимость тонкой кишки возникает не сама по себе, чаще всего она связана с какой-то болезнью. Хирурги говорят, что чаще всего непроходимость вызывают спайки, но это верно лишь отчасти. Спайки – это сращения в кишечнике, которые образуются в 90 % случаев после перенесенных хирургических операций. В 10 % случаев спайки появляются из-за воспалительных заболеваний или травм живота. Эти самые спайки представляют, по сути, рубцы в кишечнике, такие же, как на коже. Важно понимать, что в рубце нет нервных окончаний и он не может болеть, также в нем нет мышц, поэтому он не может сокращаться. То есть спайки не дают ни болей, ни спазмов, ни каких-либо других нарушений моторики. Если кишечник – это труба, то спайки образуются снаружи, а не внутри этой трубы. Изменения внутри кишечной трубы связаны с болезнями самого кишечника, а не с перенесенной операцией.
Самая частая причина нарушения проходимости кишечника – это перенесенная операция. По срокам спайки образуются быстро, но не моментально. Они медленно склеивают между собой участки кишечника. Развивается это так: день за днем диаметр кишки утягивается спайками и становится все уже и уже до тех пор, пока не потеряет способность проталкивать внутри содержимое – это и есть непроходимость. Если непроходимость развивается в первые две недели после хирургического вмешательства, с высокой вероятностью она связана не столько со спайками, сколько с воспалительными осложнениями после операции. Это как раз и подтверждает, что существуют и другие причины непроходимости, например воспаление или раздражение кишечника или нарушение его моторики.
А вот если проходимость кишечника нарушается через три недели и больше после операции (но не спустя год), скорее всего, виноваты именно спайки. Если прошло уже очень много времени, то спайки сами по себе ни к чему не приводят, но ухудшают ситуацию, если в кишечнике есть какая-то болезнь. Спайки бывают разной формы: плоскостные сужают диаметр кишечника, перепончатые перекрывают трубу, шнуровидные перетягивают кишечник. Последние самые опасные – они приводят к нарушению кровообращения в стенке кишки. Если при непроходимости не провести операцию в первые несколько часов после возникновения острой боли в животе, часть кишечника отмирает. Если подождать еще немного, то бактерии съедают умершую часть кишечника, размножаются, атакуют соседние органы и брюшину. Развивается некроз и омертвение кишечника вместе с перитонитом, и спасти человека в такой ситуации можно, но очень сложно.
Что делать, если из-за спаек нарушилась проходимость кишечника? Это экстренная ситуация! Первое – сидеть дома нельзя. Человека обязательно везут в больницу. Второе – его обследуют, чтобы выяснить причину непроходимости и уровень, на котором произошло сужение кишечника. Третье – проводят лекарственное лечение. Оно эффективно у двух из трех человек. Четвертое – у одного из трех пациентов, у которого таблетки не помогают и не дают результата в течение 12 часов, проводят лапароскопическую операцию по рассечению спаек.
В толстом кишечнике проходимость нарушается реже. Это связано хотя бы с тем, что его диаметр значительно больше. Кишку называют толстой, потому что она действительно толстая. В 90 % случаев непроходимость толстого кишечника связана с раком. Для лечения требуется хирургическое удаление опухоли.
Кишечник начинается сразу за желудком и заканчивается задним проходом. Он делится на два больших отдела: тонкая и толстая кишка. Тонкую называют тонкой, потому что она тонкая, а толстую называют толстой, потому что она толстая. Каждый из этих отделов состоит из нескольких частей.
Сразу за желудком располагается двенадцатиперстная кишка. Она очень маленькая – в длину всего 20 см. Двенадцатиперстная кишка имеет форму подковы. Начальный отдел называют ампулой, потому что он более широкий. В двенадцатиперстной кишке есть большой сосочек, в который открываются общий желчный проток и проток поджелудочной железы. Сюда сливаются пищеварительные соки и желчь. Поэтому врачи относят двенадцатиперстную кишку не столько к кишечнику, сколько к верхним отделам пищеварительной системы.
После двенадцатиперстной кишки начинается в обычном смысле тонкий кишечник. Большая часть тонкой кишки представлена тощей и подвздошной кишкой. Тонкая кишка самая широкая в начале – около 5 см. Но к концу она сужается и имеет диаметр около 3 см. Тощая кишка располагается в центре и в левой верхней части брюшной полости. Подвздошная кишка находится в правой нижней части брюшной полости. Кишка длинная, поэтому она ровно сложена внутри живота в 12–16 изгибов и лежит как бы в целлофановом пакете, он называется брыжейка. Брыжейка фиксирует кишечник, чтобы он не болтался, и обеспечивает подведение к нему питательных веществ и вывод из кишечника полезного содержимого пищи. Именно здесь переваривается и всасывается пища, а толстому кишечнику достаются одни «отходы».
В правой нижней части живота тонкая кишка переходит в толстую, которая тоже состоит из отделов. Она начинается с расширенной части под названием «слепая кишка», поскольку раньше было непонятно откуда и куда она ведет, так и назвали. Это начальная расширенная часть толстого кишечника. Она имеет длину всего 6–8 см. Именно здесь располагается червеобразный отросток – аппендикс. Этот отросток по длине примерно такой же, как и слепая кишка, но в поперечнике он не превышает 1 см.
Далее следует ободочная кишка, которая по форме похожа у разных людей на букву П или на букву М и состоит из четырех частей. Восходящая кишка находится справа, по ней пища поднимается вертикально вверх, а возле печени резко поворачивает влево. Это печеночный угол кишечника. Поперечная ободочная проводит пищу справа налево, в верхней части живота. Чаще всего она соприкасается с желудком, что запутывает симптомы. Но у некоторых людей она свисает, как гирлянда, и в нижней точке располагается в районе пупка. Возле селезенки находится селезеночный угол, там кишка направляет пищу вниз и переходит в следующий отдел – нисходящую ободочную кишку. В левой нижней части живота все заканчивается сигмовидной кишкой. Ее длина – около 50 см. И это финишная кривая, потому что она состоит из двух петель.
А финишная прямая – это прямая кишка, которая является продолжением сигмовидной кишки. Ее длина 10–15 см. На уровне крестца есть расширение, которое называется ампулой прямой кишки. Через промежность проходит самая узкая часть – анальный канал. Он открывается отверстием – задним проходом.
Разные отделы кишечника выполняют разные функции. Начнем как обычно сверху вниз, собственно, так и двигается пища по пищеварительной системе.
Сначала двенадцатиперстная кишка ощелачивает содержимое. Мы знаем, что в желудке очень много кислоты. Стенки желудка, если они не повреждены, устойчивы к этой агрессии. Но у расположенных ниже частей пищеварительного тракта такой защиты нет. Если бы в них попадала кислота, то она обжигала бы стенки и в итоге уничтожила бы кишечник. К счастью, этого не происходит, потому что двенадцатиперстная кишка убирает кислоты, то есть ощелачивает попадающее в нее содержимое.
В двенадцатиперстной кишке есть бруннеровы железы. Они выделяют жидкость, которая содержит муцин и бикарбонаты. Эта жидкость имеет слабощелочную реакцию. Дополнительно бикарбонаты подливает в кишечник поджелудочная железа. Выделения из бруннеровых желез защищают слизистую оболочку начальных отделов тонкого кишечника от соляной кислоты и пищеварительных ферментов, которые попадают сюда из поджелудочной железы.
Еще двенадцатиперстная кишка собирает вещества из печени и поджелудочной железы. Это «мешок», в который стекаются и смешиваются пищеварительные соки. Сюда из печени попадает желчь, из поджелудочной железы стекаются ферменты – о них мы подробно говорили в предыдущей главе. Желчь активирует ферменты, и они приступают к перевариванию пищи.
Именно здесь начинается выработка пищеварительных соков. Двенадцатиперстная кишка имеет «датчики» и отправляет сигналы в печень и поджелудочную железу. Она «говорит» им, когда нужна очередная порция пищеварительных соков, сколько ферментов и желчи нужно для переваривания еды. Именно эта часть кишки является пропускным пунктом пищеварения. Двенадцатиперстная кишка открывает и закрывает сфинктер, расположенный между ней и желудком. Затем она пропускает пищу по мере готовности в нижние отделы кишечника.
Еще двенадцатиперстная кишка влияет на выработку кислоты в желудке и ферментов в поджелудочной железе. Эта реализуется через гормоны, которые вырабатывает начальный отдел тонкого кишечника.
Зачем нам тонкий кишечник?
Хотя основную роль в процессе пищеварения играет поджелудочная железа, в тонком кишечнике ферменты тоже есть. Например, только здесь вырабатывается лактаза – фермент, переваривающий молочный сахар. В кишечнике продуцируются ферменты для расщепления дисахаридов (углеводов, состоящих из двух молекул). Здесь также вырабатываются пептидазы, предназначенные для расщепления небольших белков, и липазы, которые переваривают жиры. Правда, этих ферментов мало, поэтому при нарушении функции поджелудочной железы жиры расщепляются плохо.
Кишечник служит как бы блендером для организма: за счет сокращений мышц кишечника еда перемешивается с пищеварительными соками. А последующее всасывание – это главная функция тонкой кишки. Именно здесь организм забирает себе молекулы, которые использует в качестве «топлива» для получения энергии и «кирпичей» для построения новых тканей. В тонком кишечнике всасываются не только углеводы, аминокислоты и жирные кислоты, но и многие другие химические соединения, вода, минералы, витамины.
Пока тонкий кишечник забирает из еды все нужное, «отходы» продвигаются в сторону толстого кишечника. В тонком кишечнике вырабатываются десятки гормонов, которые попадают в кровь. Они влияют не только на пищеварительную систему, но и на весь организм.
Зачем нам толстый кишечник?
Каловые массы на 80 % состоят из воды. Сухая часть кала включает 30 % бактерий и 70 % «пищевых отходов» – в основном это нерастворимая клетчатка. Кал становится оформленным, потому что кишечник забирает из него воду. Всего в начальный отдел толстой кишки поступает в сутки от 0,5 до 4 л химуса (переваренной еды и воды). Но на выходе мы имеем всего 200 г кала. Остальное – это вода, которая всасывается из толстого кишечника в кровь. Уточним, что толстый кишечник всасывает не всю воду, а только ту ее часть, которую еще не успел всосать тонкий кишечник. С калом организм покидает множество ненужных нам веществ: креатинин, мочевая кислота, мочевина, продукты обмена билирубина и многие другие метаболиты. За счет мышечных сокращений каловые массы постепенно продвигаются к выходу.
Толстый кишечник служит «домом для бактерий». В этой части кишечника живет несколько килограммов микробов. Они питаются клетчаткой, причем 10 % ее массы превращаются в глюкозу, которую мы можем усваивать. Микробы вырабатывают витамины В6, К и Е. Кроме того, они «контролируют территорию», не пуская в толстый кишечник патогенные бактерии. Обитающие в кишечнике бактерии не дают иммунитету расслабиться. Они обеспечивают непрерывную антигенную стимуляцию. Микрофлора усиливает неспецифический иммунитет, тем самым помогая бороться не только с кишечными, но и c любыми другими инфекциями.
Весь кишечник, как тонкий, так и толстый, оснащен сильными мышцами. Мы не можем ими управлять. Сокращения и расслабления этих мышц регулирует автономная нервная система. В тонком кишечнике есть кольцевые и продольные мышцы. Они обеспечивают несколько видов движений.
• При ритмической сегментации стенка кишки на определенном участке сжимается, фактически разделяя полость кишечника на части (сегменты). Так осуществляется перетирание еды между стенками. Эти движения обеспечиваются кольцевидными мышцами.
• При маятникообразных движениях кишечник становится короче и шире, а затем происходит его одновременное удлинение и сужение. В результате этих движений химус внутри кишечника раскачивается подобно маятнику.
• При собственно перистальтических движениях содержимое выдавливается в расположенные ниже отделы кишечника. Эти движения нужны для продвижения пищевого комка в направлении толстой кишки.
Постоянное движение тонкого кишечника важно не только для пищеварения, но и для всасывания еды, для кровообращения, оттока лимфы. Если кишечник не двигается, это состояние называют атонией, или снижением тонуса. Оно может быть вызвано заболеваниями или лекарственными препаратами. Парез кишечника, или его полное обездвиживание – обычное явление в первые несколько дней после операции.
В толстой кишке тоже есть маятникообразные, перистальтические движения и ритмическая сегментация. Кроме того, эта часть органа умеет выполнять и другие движения, которые недоступны тонкому кишечнику: антиперистальтические и волны гаустрации.
Антиперистальтика – это когда еда движется в обратном направлении. Такие движения наблюдаются только в начальных отделах толстого кишечника. Они возможны в слепой, восходящей оболочной и небольшой части поперечной ободочной кишки. Если содержимое недостаточно сгустилось, оно возвращается обратно, для лучшей обработки.
В толстой кишке есть гаустры – циркулярные выпячивания стенки ободочной кишки. Гаустры сокращаются последовательно, формируя волну. Это движение и есть волна гаустрации. Ее задача состоит в том, чтобы продвинуть химус к выходу из кишечника.
На моторику кишечника влияют три вещи: мышцы, нервы и гормоны.
Гладкомышечные клетки, из которых состоит кишечник, возбуждаются при растяжении. Поэтому чем больше мы съели, тем сильнее будет двигаться кишечник. К тому же мышцы кишечника могут работать автоматически, даже без всяких стимулов – подобно сердечной мышце. В них есть собственные «водители ритма». Чем ближе к желудку, тем выше степень автоматизма.
При растяжении кишечника активируются не только мышцы, но и нервы. К тому же еще из центральной нервной системы идут импульсы, регулирующие тонус кишки. На него влияет симпатическая и парасимпатическая нервные системы, которые оказывают противоположное воздействие. Симпатические нервы ослабляют тонус кишечника, а парасимпатические – повышают его. Нервы обеспечивают и рефлексы кишечника. Например, при раздражении нижнего отдела кишечника уменьшается моторика его верхнего отдела.
Десятки гормонов в той или иной степени оказывают влияние на тонус кишечника. Сильнее всего на него воздействуют адреналин и норадреналин, которые тормозят моторику, а также ацетилхолин, серотонин, гистамин и брадикинин – они стимулируют движения кишки.
Диарея или попросту понос – это состояние, при котором в толстый кишечник попадает больше воды, чем из него всасывается. Важно отметить, что это не связано с тем, сколько раз человек ходит в туалет, а отражает только консистенцию каловых масс. По механизму развития бывает четыре типа диареи.
Самый тяжелый вариант диареи – это секреторная диарея, когда из заднего прохода хлещет, как из шланга. За сутки выделяется не менее 1 л водянистого кала, а иногда – несколько литров. Диарея возникает из-за того, что жидкость переходит из крови в сосуды, а из них в кишечник. Именно этот вариант диареи возникает при кишечных инфекциях. Секреторная диарея является причиной смерти по меньшей мере 2 млн человек в год, то есть она убивает гораздо больше людей, чем коронавирус. Причем умирают в основном дети, а не старики. Вряд ли вы об этом слышали, ведь по телевидению никто не показывает ежедневную статистику, сколько людей за сутки умерло от диареи и какой процент детей в стране вакцинирован от ротавируса (самого частого возбудителя кишечных инфекций в детском возрасте).
Результатом нарушения пищеварения или всасывания еды является осмолярная диарея, которая приводит к увеличению осмолярности химуса. Остатки непереваренной пищи содержат вещества, оттягивающие или удерживающие в себе воду. Самым простым примером является соль. Если вы перепили рассола и переели солений на ночь, то утром отекаете – это соль задерживает воду, но в организме. А непереваренная еда – в содержимом кишечника. Причина чаще всего заключается в заболеваниях желудка, тонкого кишечника, желчевыводящих путей или поджелудочной железы. Этот вид диареи сопровождается полифекалией: кала становится много, поэтому человек ходит в туалет часто. В фекалиях порой можно обнаружить непереваренный жир. Осмолярная диарея может быть вызвана искусственно. Для этого принимают осмотические слабительные средства, которые «тянут» воду в кишечник. Самый популярный препарат – сульфат магния.
Результатом сильного воспаления стенки кишечника может явиться экссудативная диарея. В просвет, в трубу кишечника выделяется воспалительная жидкость (экссудат), часто с гноем и кровью. Это как поверхность ссадины, которая сочится, – только в кишечнике все сочится в унитаз. Стул жидкий, но не обильный.
При дискинезии кишечника, то есть нарушении его сокращений, тонуса и моторики возникает дискинетическая диарея. Как правило, под нарушением подразумевается усиление перистальтики, и очень редко – ее ослабление. Самая частая причина – синдром раздраженного кишечника. Если вы шли по улице, на вас напал крокодил, и вы обкакались, – это тоже дискинетическая диарея. Она неприятна, но не опасна. Механизм ее развития связан с нервной или гормональной стимуляцией кишечника. Стул становится жидким или кашицеобразным, иногда частым, но его количество за сутки существенно не увеличивается. Объем кала на одну дефекацию может быть очень незначительным, иногда – всего несколько граммов.
В норме человек ходит «по большому» не чаще двух раз в день и не реже трех раз в неделю.
Если вы ходите слишком часто, это означает одно из двух: либо фекалий становится слишком много, либо фекалий столько же, но они выделяются маленькими порциями.
Второй вариант – с высокой вероятностью дискинетическая диарея. Как правило, она развивается при синдроме раздраженного кишечника, но есть много других причин. Спровоцировать такой тип диареи могут препараты, влияющие на тонус кишечника, или эндокринные заболевания. Обычно у человека болит живот, а после дефекации боль исчезает.
Если фекалий стало слишком много, с высокой вероятностью это кишечная инфекция, воспаление кишечника или нарушенное пищеварение. Чтобы понять, нарушено пищеварение или нет, можно попытаться внимательно рассмотреть содержимое кишечника. Если в нем есть жир, волокна и крахмал, это говорит о том, что еда не переваривается. Самая частая причина – недостаточность функции поджелудочной железы. Но лучше не рассматривать, потому что после этого «начинает казаться», а отнести кал в лабораторию – там определят более точно.
Если вы ходите в туалет слишком редко либо кал стал слишком плотным, это называется запор. Он может быть алиментарным, функциональным или органическим. Алиментарный возникает тогда, когда человек мало ест, вернее, ему кажется, что ест он нормально, но в реальности этого слишком мало для нормальной работы кишечника. Функциональный запор связан исключительно с функцией, тонусом и моторикой кишечника. Органический запор гораздо опаснее, ведь при нем происходят изменения структуры кишечника, а причиной могут быть дивертикулы, крупные полипы, опухоли, стриктуры или сужения.
В подавляющем большинстве случаев запор носит функциональный характер. Он связан с замедлением перистальтики кишечника. Естественное снижение тонуса кишечника наблюдается с возрастом. Это та еще отговорка: в норме никакой тонус с возрастом не снижается, но люди начинают меньше ходить и меньше есть и это вносит свой вклад в замедление работы кишечника. К запорам приводит низкая физическая активность и дефицит растительных волокон в рационе.
Под запором понимают не только редкие походы в туалет. Этим термином также обозначают ситуации, когда человеку трудно выдавить из себя содержимое кишечника или когда содержимое слишком плотное и твердое. Если все точно промерить, то, согласно Римскому консенсусу, о запорах мы можем говорить, когда ситуация подходит под критерии.
1. Непродуктивные позывы, «овечий кал», сильное натуживание, ощущение неполного опорожнения кишечника после дефекации.
2. Стул реже 3 раз в неделю, выделение менее 35 г кала в сутки или человек натуживается более 25 % времени дефекации.
3. Удлиненный кишечный транзит. Для оценки транзита человек принимает специальные маркеры, а затем врачи смотрят, как быстро они продвигаются по кишечнику. В норме транзит длится 8 часов. Если 20 % маркеров не выводится за 5 дней, констатируют инертную толстую кишку. При тяжелых запорах транзит может быть очень медленным: иногда 80 % маркеров задерживаются более чем на 10 дней.
Причины всего этого могут быть абсолютно разными, и может даже быть одновременно несколько причин. Классификация проктологического госпиталя Св. Марка в Лондоне выделяет запоры из-за заболевания самой кишки, из-за болезней других органов (например, щитовидная железа), из-за психологических причин (например, депрессия), из-за лекарственных препаратов и запоры по неизвестной причине.
Обычно если вы обращаетесь к врачу с запорами, то сложностей не возникает. Последовательность действий чаще всего следующая. У молодых людей, у которых запоры без явной причины встречаются редко, проводится проверка для исключения болезней самого кишечника, чтобы убедиться в отсутствии опухолей, дивертикулов, стриктур и прочих неприятностей. Пожилых людей с длительным стажем запоров обследуют не всегда, а только при наличии симптомов тревоги: если происходит потеря веса, если запоры появились вдруг, если есть дополнительные симптомы (например, слабость или лихорадка) или обнаружили отклонения в анализах, которые всегда сдают при обращении к врачу.
До того как напичкать человека таблетками, хороший врач всегда пытается решить проблему без них. Нужно понимать, что любые таблетки действуют несколько часов. Нельзя один раз «пролечиться», чтобы затем иметь хороший стул всю оставшуюся жизнь. Более того, на некоторые таблетки можно так подсесть, что сходить без них в туалет станет очень затруднительно.
Обычно от запоров можно избавиться, лишь скорректировав диету и повысив уровень физической активности. Нужно пить много воды и есть растительную пищу, богатую клетчаткой. Если человек упорно не хочет питаться капустой и баклажанами, ему рекомендуют прием 30 г овсяных или пшеничных отрубей в сутки. Обязательное условие: нужно пить не меньше 1,5–2 л воды в сутки, иначе запор может только усугубиться. В случае если этого мало или проблема более серьезная, используют слабительные средства, исходя из возраста пациента, тяжести запора и его причины.
Дисбактериоз – это всего лишь термин, описывающий состояние, когда в кишечнике меняется состав микробов. В англоязычном мире это называют «синдром избыточного бактериального роста» в том или ином отделе кишечника, в немецкоязычных странах это «синдром нарушенной бактериальной колонизации кишечника». Терминов может быть много, но суть процесса одна. Вообще, только в нашей стране так получилось, что название анализа стали использовать для обозначения процесса в кишечнике. Это как если бы гастрит стали называть гастроскопией, цирроз печени – биохимией, а бронхит – рентгеном легких.
Обычные обитатели кишечника по каким-то причинам погибают, а их место занимают другие – более агрессивные. В нашем кишечнике живет около 3 кг бактерий. Они есть и в тонкой, и в толстой кишке. Но в тонком кишечнике микробов очень мало. Больше всего их обитает в толстой кишке. Микрофлора состоит из разных видов бактерий, которые классифицируют по разным признакам. Например, в зависимости от потребления кислорода этих бактерий подразделяют на аэробов и анаэробов, то есть тех, что используют воздух и нуждаются в нем, и тех, что гибнут в присутствии воздуха. Есть еще другие, которые «и нашим, и вашим», то есть могут жить как с воздухом, так и без него.
Еще бактерий разделяют по полезности и вредности для кишечника и организма. Так, есть патогенные, или болезнетворные микробы и условно патогенные, то есть те, что вызывают заболевания только при определенных условиях.
Основную массу всех микробов в кишечнике составляют лактобактерии, бактероиды и бифидобактерии. Они не вредят нашему организму ни при каких обстоятельствах, то есть вред не приносят, но симптомы иногда вызывать могут. Еще около 3 % занимают кишечная палочка и стрептококк. Они вызывают болезни, только если чрезмерно размножаются. Есть еще остаточная, или транзиторная, или временная микрофлора – это бактерии, которые не всегда есть в кишечнике. Они периодически поселяются в нем, затем могут исчезнуть и снова появиться. Это клостридии, протей, кандиды и грибки, клебсиеллы. На долю этих микробов приходятся сотые, а то и тысячные доли процента от всей микрофлоры.
«Полезные» микробы охраняют территорию, на которой живут, и никого туда не пускают. Бифидобактерии вырабатывают органические жирные кислоты, которые мешают развиваться вредной микрофлоре. Они усиливают кишечный барьер, не давая микробам и токсинам попадать в кровь. Лактобактерии доминируют в тонкой кишке и желудке. Они производят перекись водорода и лизоцим, которые убивают вредных бактерий. Бактерии также синтезируют несколько других веществ с противомикробной активностью: реутерин, плантарицин, лактоцидин, лактолин. Кишечная палочка и другая условно патогенная флора постоянно тренируют иммунитет, повышая общую сопротивляемость. Ну и само наличие микробов мешает поселению в кишечнике других микроорганизмов просто из-за дефицита места жительства. Заодно бактерии повышают эффективность пристеночного пищеварения, вырабатывают несколько витаминов и способствуют всасыванию микроэлементов.
Дисбактериоз – это синдром или процесс в организме, а не отдельное заболевание. Он всегда вторичен, развивается из-за другого заболевания. Дисбактериоз можно быстро вылечить полностью, но, если не убрать основную причину, он так же быстро возникнет снова. После устранения основного заболевания он может проходить сам по себе или его снова надо вылечить. Даже самых частых причин дисбактериоза слишком много, чтобы их описывать, поэтому перечислю просто через запятую: кишечные инфекции, атрофический гастрит, нарушение выделения желчи, сахарный диабет, глистные инвазии, иммунодефицитные состояния, гиповитаминозы, отравления, воздействие радиации, препараты (чаще всего антибиотики и антидепрессанты), недостаточность функции поджелудочной железы, печеночная недостаточность.
Самые частые симптомы нарушения микрофлоры в кишечнике – это или вздутие и газы, или нарушение стула. Вместе они могут вызывать дискомфортные ощущения в животе и даже боли. Но эти симптомы нужно еще суметь отличить от основной проблемы, которая вызвала нарушение микрофлоры.
Помогают ли пробиотики убрать эти симптомы? Большинство эффектов, которые обещают производители, не доказаны. За исключением того, что при приеме бактерий у вас может на 1–2 дня раньше пройти диарея или немного раньше, чем без лечения, восстановится состав нормальной микрофлоры. Но точно нельзя сказать, что пробиотики излечивают дисбактериоз. Если причина его развития устранена, то состав бактерий может восстановиться сам на себе. Если причина не устранена, то можно съесть хоть три ведра капсул с полезными микробами – никакой пользы от них не будет.
Микробы попадают в кишечник начиная с момента рождения: из влагалища матери, затем – с поверхности кожи и из грудного молока. Уже на третий день в толстой кишке младенца расцветает жизнь, а через неделю бифидобактерии занимают доминирующее положение, составляя около 95 % от массы микробов.
Растительная клетчатка не переваривается, поэтому человек не может питаться травой. А вот бактерии питаться растительной клетчаткой могут. Они выделяют ферменты, в том числе целлюлазу, которая расщепляет эти углеводы. Часть «объедков» со стола микробов достается и нам. Примерно 5–10 % попадающей в толстый кишечник «травы» расщепляется до глюкозы, которую мы можем усваивать и использовать в качестве источника энергии.
Несмотря на то, что мы не можем питаться клетчаткой, она очень важна для нормальной работы кишечника. Нерастворимые пищевые волокна формируют кал, стимулируют перистальтику и опорожняют кишечник. Если их не хватает, то возникает запор. Нехватка клетчатки в рационе – один из самых значимых факторов риска развития рака кишечника. Это одно из самых частых онкологических заболеваний – каждый год в России диагностируется около 70 тысяч случаев. Из них 42 тысячи приходится на рак ободочной кишки, 13 тысяч – рак прямой кишки.
Антибиотики могут спровоцировать диарею. Они вызывают ее за счет трех механизмов: тонус, жидкость и микробы. Некоторые лекарства, не только антибиотики, изменяют тонус кишечника, а вовсе не нарушают саму микрофлору. Из-за тонуса появляется нарушение стула. Другие лекарства могут влиять на изменение количества жидкости в кишечнике – так возникает осмотическая диарея в результате нарушения метаболизма желчных кислот и углеводов.
Это частый побочный эффект при лечении амоксициллином с клавулановой кислотой. Третьи лекарства усугубляют избыточный микробный рост: одни бактерии погибают, другие чрезмерно размножаются. Диарея развивается примерно у 5 % людей, которые лечатся антибиотиками. Некоторые препараты вызывают этот побочный эффект чаще других. При приеме амоксициллина риск диареи составляет 15 %, цефиксима – 25 %.
В большинстве случаев диарея носит временный характер, потому что нарушает только работу кишечника и не портит его в физическом смысле. Она доставляет дискомфорт, но не угрожает здоровью. Хуже ситуация, когда развивается воспаление, вызванное избыточным ростом другой микрофлоры. «Хорошие» бактерии погибают, а у «плохих» становится меньше конкурентов, поэтому они хулиганят в кишечнике.
Чаще всего – примерно в 20 % случаев – причиной антибиотик-ассоциированной диареи становится микроб Clostridium difficile. Реже это Clostridium perfringens, Staphylococcus aureus, Klebsiella oxytoca, Salmonela spp., Candida spp. Клостридии вызывают самую тяжелую форму антибиотик-ассоциированной диареи – псевдомембранозный колит. Клостридии также могут вызывать сегментарный геморрагический колит, который встречается намного реже.
Что делать, чтобы вредные микробы не вызвали воспаление кишечника? Казалось бы, решение очевидное: принимая антибиотики, заедайте их капсулами с пробиотиками и запивайте кефиром. На практике это не работает. Из кефира микробы вообще почти не попадают в кишечник, потому что погибают в желудочном соке. Капсулы с «хорошими» бактериями, как показали исследования, ни на грамм не уменьшают риск антибиотик-ассоциированной диареи.
Кандидоз кишечника – это его воспаление, вызванное грибами. Хотя антибиотики запускают это заболевание, все же у большинства людей кандидоз не развивается. Для его возникновения нужны дополнительные проблемы: ВИЧ, химиотерапия рака, иммунодефицитные синдромы, сахарный диабет 1 типа, хронические воспалительные болезни кишечника или системные заболевания всего организма.
Учтите, что носительство кандиды и кандидоз – две разные вещи. Если собрать кал у 100 человек, то у 70 из них обнаружится кандида в посеве. Это не говорит о болезни. Эти грибки живут в кишечнике у многих людей. Они обитают там мирно и не мешают хозяину жить. Кандида также выявляется в других областях пищеварительной системы: в желудке – у 30 % людей, в желчи – у 50 %, в желчном пузыре – у 20 % населения.
Реальный кандидоз, вызывающий симптомы, встречается редко. Как правило, он развивается на фоне длительного лечения антибиотиками, которое проводят при тяжелых инфекциях. Риск развития кандидоза кишечника через 4 месяца приема антибиотиков достигает 50 %.
Кандидоз бывает инвазивный и неинвазивный. Инвазивный протекает тяжелее, потому что грибки внедряются глубоко в ткани. Инвазивные формы характерны для полости рта или пищевода, но крайне редко встречаются при воспалении кишечника. Основными симптомами являются диарея, признаки нарушенного пищеварения (непереваренная еда в кале), боль в животе, слабость и недомогание. Но в случае инвазивной формы на стенке кишечника появляются эрозии, язвы, мембранозные наложения, трещины и полиповидные разрастания. В самых тяжелых случаях возможно отмирание стенки кишки.
Клостридиальный колит – тяжелое, потенциально смертельное заболевание. Это одна из основных причин смерти человека от госпитальных инфекций. Чаще всего болезнь развивается после антибиотиков. В группе риска – пожилые и ослабленные пациенты, прооперированные и находящиеся в палате интенсивной терапии, получающие химиотерапию. Клостридиальный колит поражает до 8 % всех госпитализированных пациентов. Большинство из них становятся лишь бессимптомными носителями этой бактерии, но у каждого четвертого появляются признаки колита.
Первые признаки появляются в среднем через неделю после завершения курса антибиотикотерапии. Проявления могут быть разными. В лучшем случае это только диарея. В худшем – токсическое расширение кишечника, перфорация (сквозное отверстие), перитонит (воспаление брюшины) и сепсис (попадание микробов в кровь и воспаление всего организма).
Как ни парадоксально, но для лечения применяют другие антибиотики: обычно метронидазол или ванкомицин. Терапия эффективна в 90 % случаев, но у каждого третьего болезнь рецидивирует. Обычно клостридиальный колит излечивается, но примерно у 2 % людей развивается его тяжелая форма, требующая хирургического вмешательства. Операции при этом заболевании очень травматичные и опасные. Они проводятся в экстренном порядке и имеют летальность до 20–30 %. Иногда врачам приходится удалять всю толстую кишку, чтобы спасти жизнь пациента.
О существовании микробов в кишечнике писал еще 300 лет назад Антони ван Левенгук. Правда, он не понимал, зачем они там нужны.
Первым на важную роль микрофлоры кишечника обратил внимание русский ученый и Нобелевский лауреат И.И. Мечников. Он описал феномен бактериального антагонизма. Мечников предположил, что обитающие в нашем кишечнике «добрые» микробы мешают «злым» микробам поселиться здесь, чтобы съесть наш живот изнутри. Вот что написал Мечников: «Многочисленные ассоциации микробов, населяющих кишечник человека, в значительной мере определяют его духовное и физическое здоровье».
Слово «дисбактериоз» впервые ввел в микробиологическую практику А. Ниссле. Это случилось в 1916 году. Это слово просуществовало в медицине достаточно долго, особенно в отечественной. Последний протокол ведения пациентов с дисбактериозом выпущен в 2003 году. Он все еще является действующим, его никто не отменял. Многие врачи по-прежнему ставят этот диагноз, но этот термин отсутствует в международной классификации болезней. Некоторые авторы вообще считают его некорректным, потому что в кишечнике живут не только бактерии, поэтому наряду со словом «дисбактериоз» в литературе часто упоминается слово «дисбиоз».
Считается, что антибиотики придумали в 1929 году. Тут стоит отдать должное российским ученым: В.А. Манассеину и А.Г. Полотебнову. Они еще в 1868–1871 годах выделили из плесени антибактериальные вещества и использовали пеницилл (зеленую плесень) для лечения гнойных ран.
В 1929 году А. Флеминг объяснил механизм действия плесени. Только через 10 лет Х. Флори и Э. Чейн выделили чистый кристаллический пенициллин из питательной среды, на которой росла плесень. Антибиотики поступили в массовое производство и широко использовались в 40-х годах, в том числе во время Второй мировой войны.
В 1945 году Флеминг получил Нобелевскую премию. Как ни странно, открытие им пенициллина оказалось чистой случайностью. Он забыл убрать чашки Петри с посевами микроорганизмов, туда попала плесень и убила всех микробов. Хотя именно Флемингу досталась вся слава, в своих многочисленных статьях 30-х годов ХХ века он ни разу не упомянул слова «пенициллин». В некоторых учебниках первооткрывателями пенициллина называют Х. Флори и Э. Чейна. Именно они создали пенициллин как препарат, но не смогли производить его в достаточном количестве.
В Советском Союзе тоже велись разработки антибактериальных лекарств. Зинаида Ермольева продемонстрировала антибактериальные свойства выделенного из плесени вещества в 1942 году. В 1944 году она встречалась с британскими учеными, и прибывший в Москву Х. Флори назвал ее «Мадам Антибиотик» (по другой версии – «Леди Антибиотик»).
Зинаида Ермольева открыла антибактериальный препарат позже Флеминга, но независимо от него. В 1942 году она получила первый советский антибиотик – пенициллин-крустозин. Заслуга Ермольевой состояла в массовом получении препарата, который использовали для лечения огромного числа больных на фронте. Она выделила антибактериальное вещество из плесени, очистила от примесей, выяснила дозировку и кратность введения для достижения лечебного эффекта. Уже в 1943 году был создан препарат, пригодный для использования в медицинской практике.
Бактериофаги – вирусы, уничтожающие бактерий. Это потенциальное решение проблемы устойчивости бактерий к множеству антибиотиков. В нашей стране антибиотики применяются очень часто и порой бесконтрольно: любой желающий может пойти в аптеку и купить антибактериальный препарат. Их самостоятельно пьют при первом чихе или насморке, а врачи необоснованно пичкают антибиотиками пациентов, страдающих вирусными инфекциями. Поэтому чувствительность бактерий к антибиотикам все ниже: микробы научились от них защищаться.
ВОЗ считает, что к 2050 году смертность от инфекций, вызванных резистентными бактериями, достигнет 10 миллионов человек в год и опередит онкологические заболевания. Американская программа 20/20, в которой они планировали создать 20 новых антибиотиков в 2020 году, полностью провалилась. Был получен всего один единственный новый антибиотик, стоимость которого просто зашкаливает из-за колоссальных затрат на научные исследования и трудную технологию производства.
Фаготерапия – альтернативное направление антибактериального лечения. Она активно применялась в СССР в середине ХХ века, во время вспышек холеры и для лечения раневых инфекций. Но затем интерес к этому направлению медицины угас – просто появились мощные антибиотики, которые работали быстрее и лучше, да и производить их было проще.
Сегодня Россия остается одной из немногих стран мира, где бактериофаги производятся в промышленном объеме и используются в практической медицине. Технологии по сравнению с ХХ веком шагнули далеко вперед. Теперь ученые могут детально характеризовать бактериофаги, менять их геном и даже конструировать синтетические бактериофаги. Потенциал этого способа лечения инфекций оценили и на Западе: в США и Европе с 2019 года начали проводить крупные конгрессы, посвященные бактериофагам.
Бактериофаги – одна из самых распространенных форм жизни на планете. Даже в организме человека живет не меньше 1000 видов бактериофагов, которые регулируют состав микрофлоры кишечника. Большинство из них относятся к порядку Caudovirales. Бактериофаги этого же порядка используются в лечебных целях.
Бактериофаги – это будущее медицины, а не ее настоящее. Пока что возможности этого метода лечения ограничены. Почему? Причин несколько: избирательность действия, та же устойчивость и цена. Определенные бактериофаги могут убивать только определенных бактерий. Бактериофагов широкого спектра действия не существует. Частично эта проблема может быть решена созданием препаратов, содержащих набор бактериофагов против разных возбудителей инфекций. К бактериофагам она тоже возникает. Решение проблемы аналогичное: создание коктейля бактериофагов. Не сработает один – поможет другой. Но они остаются на порядок дороже антибиотиков. Бактериофаги пока что менее эффективны по сравнению с антибиотиками. Они используются как препараты второй линии.
Сейчас около 20 стран активно занимаются разработкой и внедрением бактериофагов, но интерес к этой теме постоянно растет. Уже созданы банки бактериофагов в Германии, Канаде, Южной Корее. В России препараты бактериофагов выпускают две компании. В Польше и Грузии начали использовать персонализированный подход к лечению бактериофагами. Из коллекции фагов для каждого пациента подбирают подходящий вариант. В медицинской практике пока что используются только литические фаги – те, которые убивают бактерий, но не встраиваются в их геном.
Дисбактериоз как диагноз ушел в историю. Но суть осталась: иногда в нашем кишечнике «хорошие» микробы погибают, а их место занимают «плохие» бактерии и грибки. Сегодня вместо дисбактериоза диагностируют синдром избыточного бактериального роста. Это исключительно вопрос терминологии. Нет сомнений в том, что дисбактериоз существует, как его ни называй.
Для лечения дисбактериоза часто используют пробиотики – живые бактерии в капсулах. Плохо, что некоторые производители добавляют в гены этих микробов гены устойчивости к антибиотикам. Они полагают, что в этом случае даже на фоне лечения антибиотиками вы можете восстанавливать полезную микрофлору кишечника. Возможно, для одного отдельно взятого пациента такие бактерии действительно полезны. Но для общества в целом они очень вредны, так как передают гены устойчивости другим микробам и способствуют распространению резистентности к антибиотикам.
Резистентность к антибиотикам – это когда микроорганизм не погибает под влиянием лечебных доз препаратов. Устойчивость одновременно ко многим антибиотикам называется полирезистентностью или мультирезистентностью и является одной из самых значимых проблем современной медицины. Ее можно поставить на один уровень с раком и сердечно-сосудистыми патологиями.
Обычно если бактерия нечувствительна к одному препарату, то другие лекарства из той же фармакологической группы, которые работают за счет аналогичных механизмов, тоже не работают. Приходится менять группу препаратов, а их не так много. В 2010 году впервые обнаружена бактерия, которая нечувствительна вообще ни к чему. Это кишечная палочка, продуцирующая фермент NDM-1 (New Delhi metallo-beta-lactamase).
Большинство микробов все же сохраняют чувствительность к тем или иным препаратам. Проблема устойчивости микробов частично решается с помощью бактериологического исследования. У человека берут материал из области воспаления и высеивают на питательную среду. На ней через 2–3 дня вырастают колонии микробов. Затем врачи в течение еще 3–5 дней тестируют на этих колониях разные антибиотики. Так можно проверить не один десяток препаратов и выбрать для лечения тот из них, к которому бактерия наиболее чувствительна.
Чувствительность и нечувствительность – показатели не абсолютные, а относительные. В лошадиной дозе антибиотик убьет любую бактерию, даже описанную выше могучую кишечную палочку. Но проблема в том, что лошадиные дозы антибиотиков могут влиять и на человека. Если принять не одну таблетку, а десять или двадцать, то бактерия наверняка погибнет. Но в этом случае возникает риск и для здоровья самого человека, да еще и ослабленного болезнью.
В заключении бактериологического исследования из лаборатории может быть написано не только «чувствительный» или «нечувствительный» к определенному препарату, но и промежуточный вариант – «слабо чувствительный». А еще лучше, если указываются значения в числах. Для определения чувствительности к антибиотику используется показатель МИК – минимальная ингибирующая концентрация. Это наименьшее количество антибиотика, способное подавлять рост бактерий. Для лечения предпочтительно использовать те антибактериальные средства, которые уничтожают микробов в меньших дозировках. Это не значит, что врач назначит дозы, которые ниже терапевтических. Но при назначении обычных доз шансы, что именно этот препарат справится с инфекцией, будут максимальными.
К сожалению, не всегда полученные в пробирке результаты удается воспроизвести в организме человека. Иногда даже те антибиотики, которые угнетают рост бактерий в минимальных концентрациях, на практике не работают. Почему? Например, потому что рядом обитают другие микробы. Они вырабатывают ферменты, разрушающие антибиотики. Сами эти микробы могут и не вызывать болезнь, но они мешают антибактериальным препаратам уничтожать своих вредных «соседей».
Устойчивы к антибиотикам, конечно же, бактерии, а не люди. Но часто бывает так, что человек заражается микробами, чувствительными к антибактериальным лекарствам. Они приобретают резистентность уже в процессе лечения.
Резистентность может быть первичной или вторичной. При первичной резистентности человек заражается микробом, который уже устойчив к антибиотику. Он уже несет в своей ДНК гены антибиотикорезистентности. При вторичной резистентности бактерия приобретает устойчивость в результате неправильного лечения: например, если человек принимал низкие дозы препаратов или не прошел курс лечения до конца. Небольшая часть микроорганизмов, которая выжила, становится сильнее: ей больше не страшны антибиотики – по крайней мере те, которыми вы лечились в первый раз.
Бактерии могут обмениваться резистентностью. Это явление называется горизонтальным переносом генов. Вот почему плохо принимать «полезные» бактерии, которые рекомендуют пить вместе с антибиотиками: у этих бактерий есть гены устойчивости к соответствующим антибиотикам. И бактерии могут передавать их друг другу. Производителям пробиотиков хочется, чтобы хорошие бактерии не погибали от антибиотика и были снабжены геном устойчивости, но они передадут свой ген плохим бактериям, и тех уже будет не уничтожить.
Если при вертикальном переносе «сын» бактерии унаследует устойчивость к антибиотику от «отца», то при горизонтальном переносе этот ген получают от «соседа», в том числе от бактерии другого биологического вида. Это как если бы соседская дворняга принесла вам ген устойчивости против блох. Известны три механизма горизонтального переноса генов: конъюгация, трансформация и трансдукция.
Именно конъюгация виновата в большинстве случаев передачи генов против антибиотиков. При этом типе передачи образуется «мостик» между двумя бактериальными клетками. По нему куски генетического кода попадают к другой бактерии.
Гены могут переноситься бактериофагами. Например, так передается устойчивость к эритромицину и тетрациклину у стафилококков, к тетрациклину и гентамицину у энтерококков. Бактерии заражают друг друга «полезным» вирусом и выживают. Так передаются гены не только в пределах одного вида. Например, кишечная палочка с помощью бактериофагов может «наградить» геном антибиотикорезистентности сальмонеллу.
Когда бактериальная клетка находит фрагмент ДНК, который «валяется на полу», поглощает его и встраивает в свой геном, тогда процесс называется трансформация. Так передается устойчивость к стрептомицину, рифампицину, эритромицину, налидиксовой кислоте, канамицину. Чаще всего эту «опцию» используют стрептококки и нейссерии – возбудители гонореи и менингита.
Дисбактериоз – однозначно не причина проблем в кишечнике. Он не может возникнуть из ничего. Это последствие и промежуточное звено. Последствие – потому что дисбактериоз всегда вторичен: он развивается из-за другой болезни. Промежуточное звено – потому что сам по себе дисбактериоз влечет за собой ряд других проблем, например, приводит к дефициту витаминов и ухудшению иммунитета. А если все происходит уже давно, то и к раздражению, и к воспалению кишечника.
Болезни кишечника могут долгое время не давать симптомов вообще. Отсутствие проявлений не означает, что проблема не опасная. Например, в течение многих лет в кишечнике может «молча» расти полип, который затем превратится в рак. Но большинство нарушений и болезней кишечника симптомы все же вызывают. Самых частых признаков проблем кишечника всего четыре: запоры, диарея (понос), вздутие и газы, а также дискомфортные ощущения, доходящие до болей. Если к этим проявлениям добавить красок и деталей, то получится следующее многообразие: частый стул, редкий стул, твердый или комковатый стул, жидкий или обильный стул, боли и спазмы в животе, урчание, газообразование, боли, жирные, слизистые, гнойные или кровяные примеси в кале, изменение цвета кала на черный, красный, слишком светлый, ложные позывы к дефекации, увеличение объема живота.
Ни один из перечисленных симптомов не означает наверняка, что источник болезни – именно кишечник. В животе есть много других органов, и все они взаимосвязаны. Например, нарушение пищеварения, которое ведет к жирному калу и метеоризму, может быть вызвано нарушением работы поджелудочной железы. Боль в животе не всегда связана с поражением кишечника, болеть может, к примеру, яичник. Даже в запорах не всегда виноват кишечник. Причиной может быть, скажем, дефицит гормонов щитовидной железы. Поэтому при наличии симптомов, которые сильно выражены или сохраняются длительное время, без проверки организма не обойтись. Нужно пройти обследование, чтобы выяснить, кишечник это буянит или какой-то другой орган, и что с ним можно сделать, чтобы успокоить.
Колит – это не симптом, а термин, означающий, что в ободочной кишке есть воспаление. Колит бывает разным по проявлениям и отличается причинами, из-за которых он возник. Например, некротический язвенный колит – это хроническая болезнь аутоиммунного происхождения. Антибиотик-ассоциированный колит возникает в результате приема антибактериальных препаратов. Острый колит – обычно следствие кишечной инфекции.
Если мы говорим о хроническом колите, это значит, что он существует уже достаточно долго. Напомню, что слово «хронический» никак не связано с излечимостью/неизлечимостью, а только указывает на стаж болезни. Основные причины этой проблемы – инфекции и нарушение микрофлоры в кишечнике, реже причиной становится аутоиммунный процесс, нарушение кровоснабжения кишечника, отравление или вредные токсины.
Может ли колит быть вызван неправильным питанием? Вряд ли. Для нормальной работы кишечника нужно много воды и много клетчатки. Все остальное неважно. До толстого кишечника попросту не доходит то, что вы едите. Все питательные вещества расщепляются и всасываются в тонком кишечнике.
Колит не стоит путать с дискинезией кишечника – нарушением тонуса, моторики и мышечных сокращений. Хотя воспаление и простые нарушения работы кишки могут проявлять себя одинаково, они имеют разное происхождение. Чтобы диагностировать колит, нужно подтвердить факт наличия воспаления. При дискинезии воспаления нет, а есть лишь нарушение моторики.
Как понять, что кишечник воспален? Заподозрить воспаление можно по анализу крови: повышаются показатели, отвечающие за воспалительный процесс. Правда, с помощью анализа крови можно установить только факт наличия воспаления, но не его расположения. Например, у человека может быть воспален зуб или недавно была перенесена респираторная инфекция. Тогда маркеры воспаления тоже окажутся повышенными.
О расположении воспалительного процесса можно получить сведения, сделав анализ кала. В нем появляется слизь, гной, увеличивается количество иммунных клеток. Самый точный способ проверки кишечника – колоноскопия. С ее помощью можно собственными глазами увидеть воспаленные или атрофические участки слизистой оболочки толстого кишечника.
Если у вас в животе колет, это не значит, что развился колит. Когда мы ставим ударение на О, на слух эти слова воспринимаются практически идентично: колЕт и колИт. Если немного позабыть правила русского языка, то можно ошибочно связать симптом с диагнозом.
Здесь надо помнить два момента. Во-первых, если это диагноз, указывающий на кишечник, то мы уже говорили о том, что в животе органов много. Не факт, что колет именно кишечник. Во-вторых, если это симптом, то хронический колит часто вообще не болит. А вот если на его фоне развиваются проблемы с бактериями и микрофлорой, тогда появляются характерные кишечные проявления – диарея, метеоризм, спазмы, боль. Прямой причиной возникновения симптомов может быть именно нарушение микрофлоры, тогда как воспаленная слизистая обычно не болит – по крайней мере, если нет тяжелого воспаления с глубоким повреждением стенки кишки.
Кишечнику среднестатистического человека весом около 70 кг для нормальной работы нужно не меньше 1,5 л воды в сутки. Если на улице жарко, вы сильно потеете или работаете физически, то пить нужно намного больше: до 2–3 л. Многие люди пьют всего 400–600 мл воды в день. В этом случае часто развиваются запоры. Содержимое кишечника становится слишком «сухим». Протолкнуть его к выходу очень трудно.
Недостаток воды может привести к сгущению и затвердению каловых масс. При хронических запорах нередко образуются каловые камни. Они закупоривают отверстия и закрывают полости, в которых застаивается и инфицируется содержимое. В итоге развиваются острые воспалительные заболевания, требующие хирургического вмешательства: аппендицит или дивертикулит.
Для нормальной работы кишечника ему нужна клетчатка. Так называют углеводы, которые не усваиваются. Клетчатка содержится в любой растительной пище. Чем больше нерастворимых пищевых волокон в вашем рационе, тем больше объем фекалий и тем лучше себя чувствует микрофлора кишечника. Обилие растительной пищи в рационе стимулирует моторику и перистальтику кишечника. Если вы едите много овощей и фруктов, у вас никогда не будет запоров. Важное условие: дополнительно нужно пить много воды. «Сухая» клетчатка может усилить запоры.
Для здорового человека достаточным считается потребление клетчатки от 28 г в сутки для женщин, от 34 г – для мужчин. При наличии проблем с кишечником эта цифра может увеличиться. Если вы едите примерно столько или больше, то риск запора минимальный. Но с возрастом тонус кишечника может уменьшиться, и тогда вам потребуется увеличить потребление растительной пищи. Это полезно не только для стула, но и для здоровья в целом. Чем старше человек, тем меньше он должен есть пищи животного происхождения. Такой подход к питанию поможет контролировать вес, снизит риск онкологических и сердечно-сосудистых болезней.
Как понять, сколько клетчатки вы едите? В среднем в 100 г растительной пищи содержится от 5 до 7 г клетчатки. Исключениями могут быть картофель и бананы, поскольку содержат больше углеводов и крахмала, чем клетчатки. Популярные огурцы и помидоры в большинстве случаев можно считать водой из-за низкого содержания клетчатки, так же, как и виноград, который можно считать сахаром. Вот примерное содержание клетчатки в разных продуктах на 100 г веса:
• банан – 2,6 г;
• капуста – 2,5 г;
• яблоко – 2,4 г;
• картофель – 2,2 г;
• орехи – 7 г;
• семечки подсолнечника – 9 г;
• гречиха – 14 г (но после того, как вы сварите из нее кашу, – около 5 г, так как масса блюда увеличится втрое за счет воды);
• горох – 5 г (тоже нужно сделать поправку на воду).
Абсолютно любая растительная еда содержит клетчатку. Правда, в некоторых продуктах ее очень мало – не более 1 г пищевых волокон на 100 г веса. Это рафинированные (очищенные от примесей) продукты, такие как пшеничный хлеб или макароны, а также слишком водянистые овощи и фрукты. Например, виноград содержит всего 0,9 г нерастворимых пищевых волокон на 100 г веса, а арбуз – 0,4 г клетчатки. Овощи тоже бывают водянистыми. Например, помидор на 100 г веса содержит всего 1,2 г клетчатки, что вдвое меньше по сравнению с большинством других овощей.
В сухофруктах на единицу веса содержание клетчатки примерно втрое выше, чем в свежих фруктах. Это связано с высушиванием. Продукт становится легче, когда из него испаряется вода. Но клетчатка не испаряется, ее абсолютное количество остается прежним, поэтому процентное содержание увеличивается.
Как можно увидеть из приведенных данных, вам нужно съесть не так много растительных продуктов, чтобы посещать туалет регулярно, без страха и без книги. Просто ешьте больше овощей и зелени вместо хлеба и макарон, дополнительно 1–2 раза в день съедайте какие-то фрукты, и все пойдет как по маслу.
Продукты (100 г) = количество клетчатки (г)
Недостаток воды и клетчатки ведет к запору и раку кишечника. По меньшей мере 40 % случаев рака кишечника можно предотвратить за счет одной только заблаговременной коррекции диеты. Если же бросить курить и регулярно делать колоноскопию, удалять полипы, то риск этого заболевания сводится к минимуму.
Самый значимый пищевой риск для рака кишечника – низкое потребление клетчатки. Другими причинами могут стать: избыточное потребление алкоголя, красного мяса, жирной пищи животного происхождения. У пациентов до 50 лет риск рака кишечника выше при полном воздержании от алкоголя и дефиците кальция в рационе.
Ожирение – еще один весомый фактор риска. Он не считается диетическим, но стоит ли говорить, что масса тела напрямую зависит от вашего питания? Конечно, важен не только рацион, но и физическая активность. Но все же именно питание играет ключевую роль в формировании ожирения. Именно поэтому его называют алиментарным (связанным с едой), а не гиподинамическим (связанным с пониженной двигательной активностью). Даже люди, которые ведут сидячий образ жизни, могут оставаться стройными, если не переедают.
Клетчатка, как мы уже выяснили, организмом не усваивается. Но она придает пище объем и способствует возникновению чувства насыщения за счет растяжения стенки желудка. К тому же пищевые волокна замедляют усвоение пищи, поэтому уменьшается выброс инсулина – основного анаболического гормона, стимулирующего отложение жира на боках.
Клетчатка однозначно полезна для фигуры. Есть даже биодобавки для похудения на основе клетчатки – они содержат отруби, клетчатку акации или микрокристаллическую целлюлозу. Правда, в таблетках пищевых волокон очень мало, поэтому принимать их придется горстями. Проще и дешевле скорректировать свой рацион. Не забывайте, чтоб запивать растительную пищу нужно большим количеством воды. Клетчатка может многократно увеличиваться в объеме, напитываясь влагой.
Таким образом, регулярное потребление клетчатки позволит вам не допустить увеличения веса или снизить его, а также уменьшить риск рака кишечника. Вы получите множество полезных бонусов: снижение риска еще нескольких типов рака, сахарного диабета и сердечно-сосудистых болезней. Те, кто ест много клетчатки, дольше живут и меньше ходят по врачам.
Что же касается воды, то научных доказательств влияния недостатка жидкости на риск развития рака пока что нет. Но пить ее нужно хотя бы для того, чтобы не было запоров. Вода обязательно должна идти в комплекте с клетчаткой.
От белковой пищи в кишечнике может образоваться большое количество газов, причем весьма дурно пахнущих. Причина: недостаточное переваривание белков. Если они не расщепляются до аминокислот, то гниют в кишечнике. При этом выделяется большое количество веществ со специфическим запахом: масляная кислота, сероводород, индол, скатол, дисульфид углерода.
Если газы сильно воняют, значит, организм не справился с расщеплением белка. А почему он может не справиться с этой задачей? Причин всего две, и одна не исключает другую. Первая – человек съел слишком много. Вторая – не хватает пищеварительных соков и ферментов. Например, поджелудочная железа повреждена и не вырабатывает достаточного количества ферментов.
В последние десятилетия остается популярной белковая диета для похудения. Особенно набирает обороты «кето». Люди едят только мясо, яйца, молочные продукты. Углеводы они не употребляют. В итоге жиру не из чего образоваться, и масса тела уменьшается.
Возможно, эта диета эффективна для снижения веса, но она очень вредит организму. При распаде белков образуется большое количество аммиака, повышается нагрузка на печень и почки. Страдает головной мозг, так как он может питаться только глюкозой. Когда ее не хватает, ему приходится питаться ацетоном, так как употреблять белки и жиры мозг не умеет.
Белковая диета считается кетогенной: она приводит к образованию большого количества кетонов. Одним из них является ацетон, поэтому от тех, кто на ней сидит, обычно пахнет ацетоном. Впрочем, нет худа без добра: при наличии метеоризма этот запах можно перебить, так как гниющие белки пахнут сильнее.
Насколько опасен кетоз? Жить с ним можно. Правда, случается рвота и приступы боли в животе. Плохо, если у человека есть сопутствующие нарушения углеводного обмена. В этом случае повышается риск, что кетоз перейдет в кетоацидоз. При этом состоянии кетонов в крови становится настолько много, что они смещают рН в кислую сторону. Это тяжелое состояние, требующее экстренной медицинской помощи и лучше в реанимации.
Физическая активность стимулирует моторику кишечника. Она увеличивает скорость кишечного транзита и помогает справиться с запорами. Доказано, что у молодых спортсменов-бегунов ряд показателей дефекации лучше, чем у их круглосуточно просиживающих за компьютером друзей, а именно: чаще стул, больше вес кала, меньше его плотность.
Проще говоря, они менее склонны к возникновению запоров. При этом механизмы усиления моторики кишечника и ускорения кишечного транзита на фоне физической нагрузки до сих пор не выяснены. Есть несколько мнений на этот счет: механическое движение кишечника при беге, его сжатие за счет работы мышц живота, изменение кровотока и вегетативной иннервации. Но какая разница, как это работает, если оно работает?
Регулярная физическая активность полезна и на длинной дистанции. Получены убедительные научные доказательства, что у физически активных людей ниже риск многих заболеваний: рак кишечника, дивертикулярная болезнь, желчнокаменная болезнь, желудочно-кишечное кровотечение, функциональные запоры, хронический колит.
Физкультура помогает не только предотвращать, но и лечить болезни. Исследование с участием более сотни пациентов установило, что спорт полезен при синдроме раздраженного кишечника. Регулярные умеренные нагрузки уменьшают симптомы СРК у 43 % пациентов в течение 12 недель.
Но слишком интенсивные, изнуряющие нагрузки, наоборот, могут навредить желудочно-кишечному тракту. Они вызывают кратковременные симптомы: тошноту, рвоту, изжогу, диарею. Для минимизации этих рисков профессиональные спортсмены пьют много воды. Особенно вреден бег на длинные дистанции и триатлон.
Если от клетчатки болит живот и появляются газы, причиной может быть воспаление в кишечнике или нарушение микрофлоры. Иногда ничего этого нет: вы просто съели слишком много растительной пищи или не запили ее достаточным количеством воды.
Если вы клетчатку съели, а воды не выпили, лучше открыть на ночь все окна в доме. При дефиците жидкости клетчатка может слишком медленно продвигаться по кишечнику. Бактерии ее переваривают, выпускают газы, а вы потом этими газами отравляете своих друзей, родственников и пассажиров автобуса, на котором едете на работу.
Если вы едите клетчатку, пьете много воды, но метеоризм сохраняется, он может быть связан с проблемой в кишечнике, болезнью или нарушением его работы. Стоит убедиться в том, что в кишечнике нет хронического воспаления, с микробами все в порядке, нет проблем с ферментами поджелудочной железы или других болезней, способных вызвать метеоризм.
Кишечник – очень длинный орган. Его длина в напряженном состоянии составляет 4 м, а в расслабленном – 8 м. Он занимает почти всю брюшную полость. Но здесь также располагается много других органов, поэтому, если у вас болит живот, пусть даже в нижней части, это далеко не всегда говорит о заболевании кишечника.
Болезни кишечника могут быть острыми и хроническими. Одно из самых опасных острых заболеваний – кишечная непроходимость. Это когда содержимое застревает в кишечнике и не может пройти дальше, обычно из-за наличия механических препятствий. Основная причина непроходимости – последствия хирургических вмешательств. При заживлении в течение первых недель после операции спайки блокируют продвижение пищевого комка на уровне тонкой кишки. Если же развилась толстокишечная непроходимость, то причиной в 90 % случаев является рак кишечника.
Кишечник состоит из двух отделов: тонкая и толстая кишка. Тонкий кишечник тоньше, но длиннее. В нем переваривается и всасывается еда. Толстый кишечник не такой длинный, но его диаметр больше. В этом месте всасывается остаток воды, формируются и продвигаются к выходу каловые массы. В толстом кишечнике живет очень много микробов – около 3 кг. Кал человека состоит из бактерий примерно на треть. Несмотря на то, что в туалет мы ходим регулярно, микробы в кишечнике не заканчиваются, ведь они очень быстро размножаются.
Самые частые функциональные нарушения кишечника – это запор или диарея. Содержимое становится слишком густым или слишком жидким и обильным. В туалет мы ходим очень редко или очень часто.
Диарея может возникать по четырем причинам. Первая – избыточная секреция воды в просвет кишки.
Эта причина самая опасная, от такой диареи каждый год умирает около 2 млн человек – больше, чем от коронавируса. В основном секреторная диарея связана с кишечной инфекцией. Три другие причины диареи: нарушение пищеварения, воспаление стенки кишки или усиленная перистальтика.
Кишечник находится в постоянном движении. Он перемешивает пищу и продвигает ее в направлении прямой кишки. На тонус кишечника влияют мышцы, нервы и гормоны. Усиливают моторику кишечника клетчатка и физическая активность, поэтому люди, которые едят много растительной пищи и бегают по утрам, очень редко страдают запорами.
В норме человек должен испражняться не реже трех раз в неделю. Если частота дефекации меньше или за сутки выделяется всего 35 г кала или меньше, это запор. Фекалии становятся очень плотными, и приходится приложить немало усилий, чтобы выдавить их из кишечника в унитаз.
У запоров есть пять основных причин: органические заболевания кишечника, синдром раздраженного кишечника, прием лекарств, эндокринные заболевания и депрессия. Если вы обращаетесь к врачу, он должен в первую очередь исключить органические причины запоров, так как они самые опасные.
В большинстве случаев запоры функциональные, и от них можно избавиться даже без врачей и таблеток. Для этого достаточно повысить в рационе содержание клетчатки до 30 г в сутки, каждый день пить не меньше 1,5 л воды, регулярно заниматься спортом или физическим трудом.
Многие проблемы кишечника связаны с дисбактериозом. В толстой кишке живут полезные бактерии. Если они уничтожены антибиотиками или погибли по другим причинам, начинают размножаться вредные бактерии и грибки. Они вызывают в лучшем случае неприятные симптомы, в худшем – тяжелые, угрожающие жизни колиты.
Избыточный прием антибиотиков опасен не только дисбактериозом. Он плохо влияет на всю мировую систему здравоохранения. Чем больше люди пьют антибиотиков, тем чаще формируется резистентность микрофлоры, и вылечить бактериальные инфекции становится все сложнее. Ситуацию усугубляют производители пробиотиков. Они модифицируют полезных бактерий, снабжая их генами антибиотикорезистентности. Но затем в кишечнике эти гены передаются вредным микробам, которые становятся нечувствительными к антибиотикам.
Микрофлора живет внутри нас. Но в некотором роде она все-таки живет снаружи. Почему? Потому что пищеварительный тракт сообщается с внешней средой на входе и выходе. Внутри него есть барьер – кишечная стенка. Барьер работает как на вход, так и на выход. Это очень умный барьер: он всасывает все, что нам нужно, и не всасывает то, в чем мы не нуждаемся. Весь балласт проходит через кишечник транзитом и вываливается в унитаз. Барьер работает и в другую сторону: в кишечник стекает то, что нам не нужно, однако все необходимое остается внутри организма.
Таким образом, кишечник хотя и находится внутри нашего тела, это фактически «кусочек» внешней среды. Именно здесь живут микробы. Они «спрятались» внутри нашего тела, хорошо здесь себя чувствуют и не мешают нам жить. Более того, за тысячи лет эволюции сформировалось успешное партнерство: микробы нам помогают, потому что влияют на обмен веществ и тренируют наш иммунитет.
Микробы живут внутри нас, потому что им это выгодно. Понятно, зачем это нужно им, – для выживания. Зачем это нужно нам? Мы тоже получаем выгоду от такого сотрудничества. Более того, мы уже не можем обходиться без микробов. Если их становится слишком мало, функция кишечника сильно страдает.
Без микробов просто некому будет выполнять ключевые функции: питать поверхностные клетки кишечника, формировать кишечный барьер и защищать от чужеродных микроорганизмов, синтезировать витамины и расщеплять вещества, которые сами мы расщеплять не умеем, перерабатывать холестерин и желчные кислоты, формировать и тренировать иммунитет, а также регулировать перистальтику кишечника.
Когда ребенок находится в утробе матери, в его кишечнике нет никакой живности. Она попадает туда во время родов – в кишечник новорожденного переносится часть микрофлоры из влагалища матери. Затем дополнительные микробы проникают из грудного молока – это первые «поселенцы».
В первые месяцы жизни человека состав микробов неустойчив, поэтому не надо лечить дисбактериоз у грудничков. В кишечнике преобладают бифидобактерии. Состояние микрофлоры в этот период зависит главным образом от типа вскармливания младенца: грудное или искусственное. Грудное вскармливание однозначно лучше. У младенцев, получающих молоко матери, намного реже встречаются кишечные инфекции. Это важно для их выживания, ведь диарея у ребенка может иметь фатальные последствия. Поэтому ВОЗ рекомендует грудное вскармливание до 2 лет. Конечно, эта рекомендация в наибольшей степени относится к странам с низкой санитарной культурой: где дети пьют из лужи, моют руки два раза в год, а в случае диареи лечатся у шамана, а не в больнице. Но изгнание злых духов – плохой метод лечения диареи, поэтому количество детей, умирающих от нее каждый год, исчисляется сотнями тысяч.
Грудное молоко содержит фукозилированные олигосахариды. Ими питаются бифидобактерии и несколько видов бактероидов. Наличие этого питательного вещества помогает поддерживать их количественный состав. При этом вытесняются другие, потенциально вредные и опасные бактерии: клостридии и кишечные палочки.
Микрофлора становится стабильной к 3–6 годам. С этого времени процентное соотношение бактерий больше не меняется. По крайней мере, если не происходит никаких значимых событий, способных изменить состав микробиоты, таких как прием антибиотиков или тяжелое заболевание.
Микробы вырабатывают витамины, причем у людей разного возраста – разные. У детей преобладает микрофлора, продуцирующая фолиевую кислоту. С возрастом увеличивается количество микробов, которые вырабатывают кобаламин, биотин и тиамин.
В течение всей жизни человека состав микрофлоры и баланс видов остается более-менее стабильным. Но при старении состав снова изменяется. Уменьшается количество бифидобактерий, но увеличивается содержание лактобацилл, колиформных бактерий и энтерококков. Другие исследования показывают иные и даже противоречивые данные: например, снижение количества лактобацилл у пожилых людей. Но сам факт того, что микрофлора меняется, не подвергается сомнению.
Почему разные ученые получают разные результаты? Ответ на этот вопрос дали Mueller и соавт. в 2006 году. Они исследовали микрофлору пожилых людей из четырех стран: Германии, Швеции, Италии и Франции. Оказалось, что у всех них микрофлора меняется: она сильно отличается от состава бактерий молодых людей. Но изменения схожи только в пределах одной страны. В разных местах проживания с микробами в кишечнике происходят разные изменения.
Микробов в организме очень много. Они бывают разных видов. Причем у каждого человека свой «зоопарк». У одного человека в кишечнике живет 3 тюленя, 7 барсуков и 2 обезьяны, у другого – 10 обезьян, 2 барсука, а тюленей нет совсем – вместо них обитают условные слоны или носороги. Но в рамках одного географического региона состав микрофлоры схож. Он зависит от многих факторов: места проживания, расы, этнической принадлежности, возраста, образа жизни.
Микроорганизмы живут вообще во всех отделах пищеварительного тракта, начиная с ротовой полости, которая считается самым «грязным» местом организма, и заканчивая задним проходом – главным конкурентом ротовой полости по степени «грязности».
В желудке обитают преимущественно микробы рода Lactobacillus, Stomatococcus и Sarcina. В двенадцатиперстной кишке живет от 10 до 100 тыс. микробов на 1 мл содержимого. Флора представлена преимущественно лактобактериями, бифидобактериями, бактероидами, энтерококками, дрожжеподобными грибами. В остальных отделах тонкого кишечника живут такие же микробы, но их количество постепенно увеличивается. Чем ближе к выходу, тем больше концентрация бактерий. Если в начальном отделе тонкой кишки может быть всего 10 тыс. микробных тел на 1 мл содержимого, то в области перехода в толстую кишку их количество достигает 100 млн на 1 мл.
Больше всего микробов живет в толстой кишке – примерно 60 % от общей массы. А составляет эта общая масса в среднем 3 кг. В кишечнике большинства людей живет около 1000 видов бактерий, которые относятся к 17 семействам и 45 родам. В основном это анаэробы, которым для жизни не нужен воздух. По понятным причинам воздуха в кишечнике практически нет. Они выделяют бактериоцины – вещества, которые препятствуют размножению других, ненужных кишечнику бактерий. Так «хорошие» микробы защищают себя, а заодно и нас от «плохих».
Установлено, что состав микрофлоры в большей степени зависит от условий, места проживания человека и образа его жизни, чем от генетики. У членов одной семьи в кишечнике живут одни и те же микробы. Пропорции не идентичные, но похожие. В то же время у однояйцевых близнецов, которые имеют одинаковые гены, микрофлора разная. Она похожа, но не в большей степени, чем у отца и сына.
У разных бактерий в «зоопарке» – разный ареал обитания. Некоторые микробы живут в любых отделах кишечника, например, кишечная палочка и стрептококки. Почти весь кишечник колонизируют лактобактерии: их нет только в прямой кишке. В то же время бифидобактерии, которые составляют большую часть всей микрофлоры, обитают только в толстом кишечнике, причем ближе к выходу их количество уменьшается. В сигмовидной и прямой кишке бифидобактерий практически нет.
Микробов в организме человека настолько много, что некоторые авторы рассматривают его как «суперорганизм» или «гибрид» человека и бактерий. Раньше считалось, что количество бактериальных клеток в 10 раз больше, чем количество собственных клеток в теле человека. Правда, последние исследования эту теорию опровергают: сейчас мы знаем, что соотношение клеток бактериальных и человеческих примерно равное. Так что у бактерий нет контрольного пакета акций – мы с ними равноправные партнеры в нашем «суперорганизме».
На состав микрофлоры кишечника влияет диета человека. Бактерии в тонком кишечнике питаются углеводами. Они едят простые сахара, такие как глюкоза. Она поступает в наш организм не только тогда, когда мы едим сахар. Любые сложные углеводы в кишечнике расщепляются до простых – например, крахмал расщепляется до глюкозы. Поэтому нам не обязательно есть сладости, чтобы подпитывать бактерий. Им хватит сахара, который образуется из картофеля, макарон, хлеба и каши.
Бактерии в толстом кишечнике питаются клетчаткой. Это такие углеводы, которые мы не умеем усваивать. Они не расщепляются в тонком кишечнике и проходят в толстый в неизмененном виде. В основном клетчатка представлена целлюлозой – той самой, из которой делают бумагу. Поэтому если вы проглотите записку с явками и паролями, можете быть уверены: кишечная микрофлора ее переварит, несмотря на то, что ваши собственные ферменты с этой задачей не справятся.
На бактерий плохо влияют экстремальные диеты. Некоторые люди начинают питаться только животной пищей, например, с целью похудения. Такая диета называется бесшлаковой. Она ухудшает работу кишечника и может заморить голодом ваших бактерий. Вреда от такого питания вы получите намного больше, чем пользы. Другая крайность: употребление только растительной пищи. Вы можете настолько раскормить свою микрофлору, что это приведет к синдрому избыточного бактериального роста. К тому же может не хватить пищи для бактерий, обитающих в тонком кишечнике. В общем, любые резкие изменения плохо влияют на микрофлору, которая вот-вот вроде бы удобно устроилась в вашем кишечнике. Резкое изменение питания – и ей снова приходится адаптироваться и бороться за свои права, выделяя избыток газов или нарушая моторику.
Экстремальные диеты могут изменить ваш бактериальный «зоопарк» до неузнаваемости. Например, африканские дети, которые питаются одними только углеводами и нередко голодают, носят в своем кишечнике совсем других бактерий. Их микрофлора содержит преимущественно бактериотеты (57 %) и актинобактерии (10 %). В то же время у европейских детей содержание этих бактерий намного меньше: 22 % и 6,7 % соответственно.
Микробы, какими бы родными они для нас ни были, все же имеют чужеродные нашему организму белки и неродственный генетический материал. Поэтому иммунная система регулярно атакует этих бактерий. Она постоянно тренируется и таким образом поддерживает себя в форме – в случае нападения совсем вредных бактерий иммунитет сможет дать достойный отпор.
Нормальное содержание микробов в детстве имеет большое значение для формирования правильных, а не извращенных иммунных реакций. Иногда иммунная система ведет себя неадекватно, и у человека развиваются аллергические заболевания. Они проявляются сыпью на коже, бронхиальной астмой, хроническим насморком. В последние годы в западных странах резко выросло число детей с подобными проблемами. Это явление связывают с нарушением состава микрофлоры. Причин несколько: кесарево сечение вместо естественных родов, искусственное вскармливание вместо грудного, избыточная гигиена и бесконтрольный прием антибиотиков. Итог: микробов не хватает, антигенная стимуляция недостаточная. Иммунитету становится скучно, и он начинает атаковать вещества, не представляющие реальной угрозы для организма. Например, он нападает на пыльцу растений или белок коровьего молока.
Газы приводят к метеоризму. У человека раздувается живот. Периодически газы вырываются из заднего прохода, иногда с громкими звуками и практически всегда с крайне неприятными запахами. В появлении газов виноваты микробы и режим питания. Часто метеоризм становится следствием избыточного потребления углеводной пищи. Бактерии ферментируют углеводы с образованием водорода, метана и диоксида углерода.
В толстой кишке человека живут особенные микробы – метаногенные археи. Они поглощают водород и выделяют метан. Этот газ не имеет запаха, но имеет объем. К тому же метан замедляет кишечный транзит. Содержимое по кишечнику продвигается медленнее, что чревато запорами. И если у вас есть огонь рядом с туалетом, то чревато маленьким взрывом бытового газа.
Нарушение баланса водорода и метана – одна из возможных причин возникновения синдрома раздраженного кишечника. В свою очередь этот баланс зависит главным образом от кишечной микрофлоры. Определить количество метанообразующих бактерий относительно несложно. Их содержание пропорционально количеству метана в выдыхаемом воздухе.
Если «запустить» свой кишечник, терпеть симптомы и ждать, то с возрастом газы начинают мучить человека все чаще. Еда переваривается все хуже, а все непереваренное поглощают микробы. Кишечник работает плохо, перистальтика снижена. Еда застаивается, происходят реакции гниения и брожения – так бактерии расщепляют белки и углеводы. Итог: выделение из заднего прохода газов с неприятным запахом. Часть токсинов к тому же попадает в кровь через кишечную стенку.
Алкоголь всасывается в желудке и начальных отделах тонкого кишечника. Большая часть микробов живет в толстой кишке. Напрашивается вывод: алкоголь никак не влияет на кишечную микрофлору.
Однако в действительности многочисленные исследования показывают, что влияние спиртного есть. Просто его механизм не прямой, а опосредованный. Этиловый спирт вызывает синдром избыточного бактериального роста. У 50 % пациентов с алкогольным циррозом печени в образцах ткани из тонкой кишки обнаруживается повышенное содержание аэробных бактерий (тех, которые любят воздух), а большую часть должны составлять анаэробы (те, которые не любят воздух).
Почему от алкоголя в кишечнике растут «плохие» микробы? Основные механизмы: нарушение оттока желчи, моторики кишечника, снижение кислотности в желудке и изменение иммунитета. Итак, мы выяснили, что от алкоголя в кишечнике растут анаэробы. Плохо это или хорошо? Может, это нейтрально? Растут себе, и ладно, – какая нам разница, живут в тонкой кишке анаэробы или аэробы. Разница ведь всего в двух буквах!
Проблем, которые возникают из-за избыточного бактериального роста в кишечнике, две: воспаление слизистой оболочки и нарушение всасывания витаминов. Третья проблема относится к печени. Заселяющие тонкий кишечник микробы начинают переваривать этанол с образованием большого количества ацетальдегида, а он вызывает жировой гепатоз, затем – фиброз и цирроз. Изменения затрагивают не только тонкий кишечник. Алкоголь меняет иммунный статус человека и влияет на моторику толстой кишки. В итоге уменьшается доля бактероидов и увеличивается количество протеобактерий.
Причем эти изменения происходят достаточно быстро. Эксперименты на мышах с внутрижелудочным введением больших доз алкоголя показали, что уже через три недели у подопытных животных меняется состав микрофлоры толстого кишечника. Таким образом, для возникновения этих нарушений даже не нужно употреблять спиртное десятилетиями. Достаточно один раз сходить в хороший запой, чтобы заработать дисбактериоз.
Сначала нужно разобраться в определениях, иначе вообще все запутаются.
ПРОбиотики – это «живые» микробы, в кавычках, потому что на самом деле это лиофилизат, или высушенные микробы, и сложно сказать, остались они при этом «живыми» или нет. По легенде создателей, при соприкосновении с водой мумии должны воскреснуть. Редко можно встретить таблетки с реально живыми бактериями.
ПРЕбиотики – это пища для бактерий. Как правило, они содержат вещества, которые организм человека не может усвоить. Эти вещества должны пройти через кишечник, чтобы стать питанием для микробов. В основном это углеводы, чаще всего инулин и лактулоза. Сложно сказать точно, кто именно придумал кормить всех микробов одной и той же едой, но так мы подкармливаем всех – и хороших, и плохих. А когда у всех появляются ресурсы, то обычно львиную долю забирают плохиши.
СИНбиотики – это микс-коктейль из бактерий с едой, то есть ПРОбиотиков и ПРЕбиотиков. То есть мы берем живых бактерий с едой, которую они должны съесть, и кладем все в кишечник, надеясь, что они приживутся. Похоже на сад и огород, когда мы сажаем семена и кладем удобрения. Идея спорная, но имеет право на существование. Кстати, почему тогда «живые» бактерии не съели всю еду сразу в капсуле, если они живые?
МЕТАбиотики – продукты жизнедеятельности, или «безопасные отходы» бактерий. Они предположительно угнетают рост одних микробов, но стимулируют рост других. В этой смеси содержатся сигнальные вещества, с помощью которых микробы сообщают, хорошо или плохо им здесь живется. Другие бактерии воспринимают этот сигнал, и если все хорошо, то успокаиваются и размножаются, а если все плохо, то перестают размножаться и готовятся к войне. Или как у собак: во дворе одна подходит к другой, нюхает у нее под хвостом и понимает, хорошо ли ее кормят и нужно ли с ней дружить. Так и бактерии понимают, нормальное ли это место жительства. А мы «обманываем» их и даем понюхать отличные отходы.
АНТИбиотики – по крайней мере, с ними точно все просто. Это вещества, которые убивают бактерий. Они бывают разные, потому что действуют на разные места: что-то разрушает оболочку бактерий, что-то отключает энергию, другие блокируют размножение.
Что из всего этого полезно, а какие препараты принимать не имеет смысла?
Самая популярная группа лекарств – пробиотики. Проблем у этих препаратов много: низкая эффективность, непрогнозируемый результат, слабая доказательная база. Вы фактически принимаете бактерии «наугад», не зная, нужны они вам или нет: какой состав вашей собственной микрофлоры, каких бактерий не хватает и действительно ли их не хватает? Возможно, у вас каких-то микробов и так слишком много, а вы еще дополнительно принимаете их в капсулах.
Впрочем, большинству людей передозировка не грозит. Многие пробиотики содержат высушенные микробные тела, которые не факт, что вообще оживут в кишечнике. Если бактерии проникают в кишечник, то в большинстве своем погибают – их уничтожают соляная кислота и ферменты, а также «хозяева» кишечника – нормальная микрофлора, которой дополнительные конкуренты не нужны. В лучшем случае микробы проживут в кишечнике до двух недель, в худшем – не сработают вообще. Если ситуация развивается по лучшему сценарию, то мы можем рассчитывать на временное облегчение симптомов. Некоторые исследования показывают, что при приеме пробиотиков у человека может на 1–2 дня раньше пройти диарея после кишечной инфекции или антибиотиков.
Перспективным направлением в лечении гастроэнтерологических заболеваний считаются таргетные пробиотики. Это конкретные виды и штаммы микробов, которые специально выведены для конкретных задач и применяются для решения четких и адресных проблем с кишечником. Возможно, этот подход к лечению окажется более эффективным, чем использование целой кучи «помогающих от всего» бактерий.
Бактерии могут влиять на настроение. Они могут производить серотонин или похожие на него вещества. В итоге у человека улучшается настроение. Правда, из-за выделения серотонина в кишечнике может начаться диарея, но с серотонином она воспринимается более радостно. Нередко диарея становится хронической, и у человека находят синдром раздраженного кишечника.
В последние годы появляется все больше исследований, в которых показана роль нарушения микрофлоры в развитии психических расстройств. В первую очередь это тревожность и депрессия. Получены доказательства, что у детей-аутистов состав кишечной микрофлоры отличается от такового у здоровых людей. Бактерии в кишечнике также повышают вероятность развития синдрома хронической усталости.
В чем причина? Механизмов много. Повышается проницаемость кишечника, и в кровь попадают токсины. Из-за них человек хуже себя чувствует, а в нездоровом теле – нездоровый дух. Токсины изменяют проницаемость гематоэнцефалического барьера между кровью и мозгом. В мозг попадают вещества, вызывающие депрессию, беспокойство и ухудшение памяти.
Изменение микрофлоры – частая причина хронического воспаления кишечника. В свою очередь воспаление повышает продукцию цитокинов. Это специальные вещества для управления процессами в организме. Они активируют гормональную гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось, вызывая хронический стресс и депрессию.
Все мы знаем, как кишечник зависит от эмоций. Стоит нам испугаться, как возникает внезапное и сильное желание посетить уборную «по-большому» и обычно «по-жидкому». Но есть и обратная связь: кишечник тоже посылает сигналы в мозг. В экспериментах на животных доказано, что можно влиять на уровень серотонина, изменять поведение и реакцию на стресс за счет одного только вмешательства в кишечную микрофлору.
Анализ кала на дисбактериоз – самый популярный в нашей стране анализ. Многие врачи назначают на его основе лечение. На самом деле это исследование имеет близкую к нулю диагностическую ценность. Длина кишечника – несколько метров. Кал содержится только в конечном отделе. Здесь живут не все микробы, а о тех, которые здесь обитают, нельзя судить только по содержанию в кале, ведь в других отделах кишечника эти бактерии тоже есть. Возможно, там их больше или меньше, – по этому анализу мы точно не знаем.
Чтобы понять, где и в каком количестве живут микробы, нужно именно оттуда и взять материал. Например, при необходимости определения дисбактериоза тонкого кишечника используют еюнальный аспират. С помощью зонда или эндоскопа получают содержимое тонкой кишки. Но эта процедура сложная и трудоемкая, поэтому к ней прибегают редко. Достаточно точное и при этом простое исследование – дыхательный текст с углеводами (например, сахарозой или лактозой), мечеными изотопом углерода или водорода.
Важно! Не путайте углевод и углерод. Названия похожи, но суть совершенно разная. Углеводы – то, что мы едим, например, крахмал, сахароза или глюкоза. Углерод – это химический элемент, обозначаемый латинской буквой С.
Принцип дыхательного теста такой: используется углевод, который могут переваривать именно бактерии кишечника. В состав его молекулы включают помеченный атом. Если молекула углевода расщепляется, атом мы выдыхаем, и можно зафиксировать их количество в выдыхаемом воздухе. Чем больше расщепилось молекул углеводов, тем больше выделилось меченых атомов. Количество расщепленных углеводов зависит от состава микрофлоры кишечника.
Другие исследования, которые направлены на выявление генетического материала микробов: ПЦР, секвенирование генов 16S рибосомальной РНК, полногеномное секвенирование. Используют также масс-спектрометрию – идентификацию бактерий по веществам, которые они вырабатывают. Для использования этих методов нужен материал из кишечника.
Этот метод лечения называется «трансплантация фекальной микробиоты». Он имеет давнюю историю: первое документированное применение состоялось больше полутора тысяч лет назад. Первопроходцем стал китайский врач Ге Хонг. В ХVI веке его соотечественник Ли Шичжэнь пытался лечить диарею препаратами из фекалий. Наконец, первый опыт процедуры, максимально близкой к современному варианту лечения, был получен в XVII веке. Итальянский врач Аквапенденте вводил фекалии в кишечник животных.
В современной научной медицине первое упоминание о трансплантации фекальной микробиоты датировано 1958 годом. Американские хирурги использовали фекальные клизмы, чтобы вылечить четырех пациентов от псевдомембранозного колита. Мы уже говорили об этом заболевании: его вызывают микробы клостридии после приема антибиотиков.
Уже к концу ХХ века появились многочисленные публикации об использовании трансплантации фекальной микробиоты для лечения самых разнообразных болезней. Тем не менее успехи были значительно скромнее по сравнению с тем первым американским опытом. Поэтому и сегодня основная область применения метода – клостридиальный колит. Намного реже методику применяют при связанном с микрофлорой раздраженном кишечнике, СРК и хронических воспалительных заболеваниях кишечника.
Некоторые исследования показывают, что трансплантация фекалий может быть полезной при болезни Паркинсона, синдроме хронической усталости, рассеянном склерозе, ожирении, диабете и аутизме. Но доказательства эффективности ограничены и не слишком убедительны, поэтому в клинической практике процедура не используется для лечения. Не стоит забывать и о том, что вместе с полезными бактериями от другого как бы здорового человека можно получить и его вредные бактерии или вирусы.
Раздражение в кишечнике может быть запущено перенесенным заболеванием. Болезнь проходит, а функция кишечника остается нарушенной. Как это работает? Представьте себе червя, в которого трехлетний ребенок тычет палкой. Один раз ткнул – червь один раз шевельнулся. А если ребенок ткнул червя в бок десять раз, то даже после прекращения стимуляции тот продолжает интенсивно извиваться. Ребенку уже давно надоело это развлечение, он выбросил палку и пошел домой спать, а червь все еще дергается. Точно так же работает кишечник: раздражителя нет, но он продолжает напрягаться.
Дырявый кишечник, или синдром повышенной кишечной проницаемости (Leaky Gut) – это синдром, при котором нарушается кишечный барьер. В норме в кровь не должны попадать бактерии, их токсины или крупные белковые молекулы. Но когда проницаемость нарушается, кишечник превращается в «проходной двор».
В норме целостность кишечника обеспечивает несколько физиологических барьеров, самые важные из которых – плотные и адгезионные контакты. Плотные контакты представлены белками окклюдинами и клаудинами. Они смыкаются и сшивают клетки кишечника между собой, как нитки. В итоге белки плотных контактов закрывают проход из кишечника в сосуды для слишком крупных молекул. Под ними располагаются белки адгезионных контактов, которые обеспечивают слипание клеток. Они регулируют целостность плотных контактов.
Как это определить? Существует двойной или тройной сахарный тест. Чаще используют два углевода: лактулозу и маннитол. Иногда лактолозу заменяют на сукралозу. Кроме того, все три углевода могут быть использованы одновременно – в таком случае тест считается тройным.
В чем суть этого исследования? Углеводы не должны всасываться в неизмененном виде. Вначале они расщепляются до глюкозы и других простых сахаров и только после этого усваиваются. Если же дисахариды всасываются целиком, это говорит о том, что кишечник дырявый. Чем больше углеводов усвоилось, тем «дырявее» стенка кишки. Углеводы выделяются с мочой. По их концентрации судят о степени «дырявости» кишечника. Кроме того, на это накладывается хронометраж изменений.
При нарушении проницаемости кишечного барьера мы больше забираем, чем теряем. В кровь попадают бактерии, токсины и ядовитые химические вещества. Хуже всего, когда в кровь попадают бактерии. Это явление называется бактериальной транслокацией. Жизнеспособные микробы проникают в мезентериальные лимфатические узлы, а затем – в систему воротной вены – она несет кровь от кишечника к печени.
Синдром дырявого кишечника может привести ко многим болезням: бронхиальная астма, панкреатит, воспаление суставов, пневмония, гнойники на коже. Возможны и тяжелые последствия, например отек мозга.
Причин у дырявого кишечника много. Самые частые – перенесенная кишечная инфекция, дисбактериоз, СРК, хронические запоры, рак, целиакия и хронические воспалительные заболевания (болезнь Крона, неспецифический язвенный колит).
Алкоголь – еще один фактор, который без всяких заболеваний может нарушить кишечную проницаемость. Исследования показали, что проницаемость меняется только в случаях, когда концентрация этанола превышает 5 %. Такая концентрация не достигается в тонком кишечнике, поэтому напрямую алкоголь проницаемость кишечника не повышает. Но происходит опосредованное воздействие за счет метаболитов. В стенке кишечника и бактериальных клетках происходит превращение этанола в ацетальдегид. Чем больше его попадает в просвет кишки, тем выше проницаемость. Она повышается за счет воздействия ацетальдегида на белки плотного и адгезионного контакта.
Временно нарушить кишечную проницаемость могут психологический стресс, лечение антибиотиками, погрешности в питании и жирная еда, прием нестероидных противовоспалительных препаратов.
Повышенная проницаемость кишечника – явление временное, а не постоянное. Стенка кишки не разрушается, просто ее функциональное состояние ухудшается: выделяется меньше слизи, контакты белков становятся не такими плотными, изменяется состав микрофлоры. Проницаемость можно уменьшить. Для этого необходимо действовать сразу в двух направлениях.
Первое и самое главное – устранить причину повышенной проницаемости. Например, вылечить кишечную инфекцию или основное заболевание, которое привело к протечкам в кишечнике.
Второе и не менее важное – восстановить кишечный барьер. Для этого используются специальные препараты, такие как индукторы простагландинов и регенераторы слизистой. В экспериментальных и клинических исследованиях также получены доказательства эффективности L-глютамина, витамина D и препаратов цинка.
Синдром дырявого кишечника никогда не ставят как самостоятельный диагноз. Он возникает по причине других заболеваний или состояний. Это как повышенная температура при ОРВИ: она есть, но в диагнозе не фигурирует. Лечат в первую очередь саму инфекцию, а температура проходит сама по себе. Но дополнительно вам могут назначить жаропонижающие, чтобы сбить температуру.
С кишечником поступают аналогичным образом. Нужно устранить причину его «дырявости». Но на восстановление кишечного барьера может уйти несколько недель или даже месяцев, поэтому проводится дополнительное лечение с целью уменьшения проницаемости кишечника. Так мы уменьшаем пагубное влияние всасывающихся в кровь микробов и токсинов на организм.
Если для уменьшения температуры тела на фоне ОРВИ можно использовать сотню разных препаратов, то для восстановления слизистой он фактически единственный – ребамипид. Механизм действия этого средства заключается в усилении слизистого барьера, повышении продукции гликопротеинов и муцинов, кроме этого, происходит усиление плотных контактов за счет повышения выработки окклюдинов и клаудинов. Есть и общее воздействие на улучшение циркуляции крови за счет активации генов, кодирующих рост сосудов, и уменьшение воспаления за счет синтеза простагландинов.
Эффективность препарата подтверждена в клинических исследованиях. Метаанализ Jaafar M.H. 2018 года, который обобщил результаты 17 исследований с участием в общей сложности 2170 пациентов, показал, что назначение препарата приводит к устранению диспепсии. Ребамипид может «залатать» не только дырявый кишечник, но и дырявый желудок. Метаанализ 2019 года, обобщивший результаты 11 рандомизированных контролируемых исследований (1227 пациентов) показал, что препарат повышает эффективность лечения язвенной болезни. В некоторых странах ребамипид включен в протоколы лечения гастроэзофагеальной рефлюксной болезни, потому что он защищает от повреждения пищевод.
Внутри кишечника живут триллионы микробов. Их количество такое же, как общее число всех клеток организма. Масса микробов в кишечнике составляет от 2 до 4 кг.
Бактерии нужны нашему кишечнику. Они выполняют множество важных функций: переваривают пищу, тренируют наш иммунитет, синтезируют витамины, защищают нас от кишечных инфекций, помогают поддерживать кишечный барьер и регулируют сокращения мышц кишечника.
Состав бактерий в кишечнике у всех разный, но у одного отдельно взятого человека он стабильный. Начиная с возраста 3–6 лет, состав практически не меняется. Если же изменения происходят, это явление называется «дисбактериоз». Оно вызывает неприятные симптомы и повышает риск болезней.
Когда человек рождается, в его кишечнике нет микробов. Но уже с первых дней они его заселяют. Состояние микрофлоры лучше у тех, кто питается молоком матери, а не искусственными смесями. Достаточное количество бактерий в кишечнике защищает ребенка от диареи – одной из основных причин смерти детей раннего возраста.
При старении состав микрофлоры изменяется. Обычно эти изменения возникают одновременно с появлением множества неприятных симптомов со стороны кишечника: запоры, вздутие, газы.
Состав микрофлоры зависит от образа жизни и питания человека. Микробы едят то же, что и мы. Правда, они выбирают из еды только то, что им нужно. Бактерии тонкого кишечника питаются углеводами, поэтому на фоне избыточного потребления углеводной пищи возможно развитие синдрома избыточного бактериального роста. Бактерии в толстом кишечнике едят клетчатку – «отходы» из растительной пищи. Если ее не хватает, полезные микробы могут погибнуть.
На состав флоры влияет алкоголь. Он не воздействует на бактерий напрямую, потому что всасывается в верхних отделах желудочно-кишечного тракта. Но за счет опосредованных механизмов он изменяет баланс бактерий в тонком кишечнике в сторону аэробных микроорганизмов. Это приводит к хроническому воспалению и дефициту витаминов. Алкоголь влияет и на толстый кишечник за счет нарушения его моторики.
Микрофлора играет важную роль в поддержании нашего иммунитета. Во-первых, она не пускает в кишечник вредных микробов – нашим бактериям не нужны конкуренты. Во-вторых, микрофлора тренирует наш иммунитет, обеспечивая постоянную антигенную стимуляцию.
В-третьих, иммунитету всегда есть чем заняться: он регулярно атакует этих микробов, вместо того чтобы нападать на неопасные для организма белки. Поэтому у детей с хорошим состоянием микрофлоры реже встречаются аллергические заболевания.
Бактерии могут улучшать наше настроение. Они влияют на уровень серотонина, проницаемость гематоэнцефалического барьера, риск развития депрессии, тревоги и синдрома хронической усталости.
Для оценки состояния микрофлоры в основном используют анализ кала на дисбактериоз. Правда, его информативность близка к нулю, ведь мы получаем материал только из самого конца кишечника. Более точная диагностика проводится с помощью дыхательных тестов.
Чтобы повлиять на состав микрофлоры, врачи используют пробиотики и пребиотики: первые из них – живые бактерии, а вторые – «пища» для микробов. Пробиотики имеют сомнительную эффективность. Они помогают немного быстрее справиться с диареей в случае инфекции или антибиотикотерапии. Но долговременной пользы для кишечника пробиотики не имеют. К сожалению, принятые внутрь бактерии всегда погибают – в лучшем случае через несколько дней, а в худшем случае – сразу после приема препарата.
Иногда врачи используют трансплантацию фекальной микробиоты. Этот метод применяют для лечения тяжелого псевдомембранозного колита, вызванного клостридиями. Болезнь развивается на фоне приема антибиотиков.
Из-за нарушения микрофлоры, а также по ряду других причин кишечник может стать «дырявым». Его проницаемость увеличивается, что ведет к аллергии и инфекционному поражению внутренних органов. Но проницаемость кишечника можно уменьшить с помощью лекарств, не забыв устранить и ее причину.
Вздутие – это увеличение объема живота за счет скопления в кишечнике газов.
Газообразование – процесс образования газов. Это один из механизмов формирования вздутия и метеоризма. Второй механизм – задержка газов (нарушение их отхождения). Газообразование надо отличать от газовыделения – это непосредственно выделение газов.
Метеоризм – это избыточное газообразование и скопление газов в пищеварительном тракте. Точного числового выражения, сколько конкретно должно быть газов, не существует. Измерить их количество в течение суток в клинических условиях проблематично. Подобные измерения проводятся разве что в научных целях.
Газы в кишечнике берутся из нескольких источников.
Во-первых, они заглатываются с воздухом. Часть таких газов выходит с отрыжкой, но часть проходит дальше в кишечник.
Во-вторых, газы проникают в просвет кишечника через кровеносные сосуды. Они растворены в нашей крови.
В-третьих, газы образуются в самом толстом кишечнике из-за деятельности бактерий. Это основной источник газов, на него приходится 75 % всего объема. Бактерии съедают то, что мы не переварили, выделяют водород, метан, а также некоторое количество соединений азота и серы, имеющих неприятный запах.
В норме бактерии переваривают в основном нерастворимую клетчатку: целлюлозу, гемицеллюлозу и пектины. При некоторых заболеваниях снижается эффективность пищеварения, поэтому микробы также начинают переваривать углеводы, которые человек теоретически должен переваривать сам. Но он их не переваривает, потому что есть какие-то нарушения в организме, например, лактазная недостаточность, о которой мы уже говорили. Большое количество молочного сахара ферментируется бактериями. При этом развивается синдром избыточного бактериального роста (СИБР), а газов в кишечнике становится все больше.
В разных отделах кишечника газы накапливаются при воздействии разных механизмов. В толстом кишечнике практически 100 % газов представляют собой продукт бактериальной жизнедеятельности. Но в тонком кишечнике доля бактериальных газов – всего 20 %. В этом месте их содержание зависит главным образом от направления перемещения газов – из крови в кишечник или из кишечника в кровь. В свою очередь направление движения газов определяется давлением в просвете тонкой кишки, которое зависит от тонуса мышц брюшной стенки, диафрагмы и перистальтической активности кишечника.
В толстой кишке транспортировка газов в кровь и из крови практически сводится к нулю, так как содержимое очень плотное. Газы не всасываются в кровь, поэтому накапливаются в большом количестве. К тому же чем больше образуется метана, тем хуже работает кишечник. Содержимое дольше продвигается к выходу, а значит, бактерии успевают съесть несколько дополнительных порций клетчатки и выработать еще больше газа.
Путей выведения газов из желудочно-кишечного тракта тоже три: через прямую кишку, через рот (отрыжка) и через кровь. В каждый момент времени в кишечнике человека находится примерно 200 мл газов. Через прямую кишку выходит около 1,5 л за 12–20 порций.
Если человек жалуется на метеоризм, врачи не станут привязывать к его мягкому месту мешок, чтобы собрать в него газы и подсчитать, в каком количестве они выделяются. Никто также не будет считать, как часто он их выпускает. Врач просто поверит вам на слово. Затем он проведет обследование, чтобы найти причину метеоризма. Причин этих очень много, но все их делят на пять групп в зависимости от механизма избыточного образования газов:
1. Дигестивный, или пищеварительный механизм – газы образуются из-за особенностей питания.
2. Дисбиотический, или микробный механизм – газы появляются из-за нарушения состава микрофлоры кишечника.
3. Динамический механизм – газы скапливаются из-за нарушенной перистальтики или неправильных сокращений кишечника.
4. Психогенный механизм – метеоризм на фоне эмоционального состояния или психических расстройств.
5. Высотный механизм – увеличение парциального давления газов в кишечнике при снижении атмосферного давления (обычное дело, когда вы поднимаетесь на Эверест).
У человека с метеоризмом возникает две основные проблемы:
• флатуленция – избыточное отхождение газов из прямой кишки;
• ощущение вздутия живота, которое может сопровождаться увеличением живота в размере и чувством распирания, а может сильно не нарушать самочувствие.
В норме человек не имеет никаких ощущений, если в его кишечник поступает до 1 л газов в час. Если ощущение вздутия живота возникает, это говорит о том, что количество газов превышает этот порог, то есть метеоризм очень сильный. Есть и другие варианты, которые встречаются чаще: при воспалении и синдроме раздраженного кишечника увеличивается чувствительность кишечной стенки, поэтому человек ощущает вздутие даже при меньшем количестве газов. Кроме того, в случае нарушения перистальтики кишечника образуется «ловушка газов». Кишечник сжимается, поэтому в некоторых местах надувается, словно пузырь.
Таким образом, если у человека возникло ощущение вздутия, не факт, что виноват метеоризм. Возможно, причина этого дискомфорта просто в нарушении работы кишечника.
Анализ крови играет минимальную роль в диагностике болезней кишечника. Нельзя просто сдать кровь, чтобы понять, у вас дисбактериоз, колит, полипы или дивертикулы.
В каких случаях анализ может быть полезен? Например, при некоторых паразитарных инвазиях. В крови определяются антитела или иммунная реакция на возбудителя заболевания. Анализ крови делают при хроническом воспалении кишечника, чтобы понять, насколько активен воспалительный процесс при очередном обострении.
Но в большинстве случаев по анализам крови диагнозы не ставят. Для обследования кишечника нужны анализы кала, эндоскопические и инструментальные исследования.
Вот десятка основных исследований кала, которые помогают обнаружить или заподозрить некоторые заболевания кишечника:
1. Кал на яйца глист. Применяется для нахождения паразитарных инвазий или глистов. Отдельная опция – это мазок на энтеробиоз (острицы).
2. Кал на скрытую кровь. Позволяет заподозрить, что в кишечнике что-то не так. Правда, выяснить, что именно стало причиной повреждения кишечной стенки, с помощью анализа кала невозможно. В первую очередь врач должен исключить рак и воспалительные заболевания.
3. Кал на фекальный кальпротектин. Его используют для определения воспаления в кишечнике. Следует помнить о том, что повышение этого показателя говорит о воспалении не только в толстом, но и в тонком кишечнике. А еще: если показатель в норме, то воспаление в кишечнике при этом все же может быть, потому что некоторые заболевания не повышают этот показатель.
4. Кал на дисбактериоз. Широко распространенный, но бесполезный анализ, проверяющий микрофлору какашек, а не кишечника. По количеству и соотношению бактерий в кале нельзя судить о количестве и соотношении микробов во всем толстом и тонком кишечнике.
5. Копрограмма. Классический анализ кала. Врач оценивает цвет, консистенцию, примеси. Затем изучает кал под микроскопом. Он может увидеть жир, волокна и, самое главное, воспалительные клетки.
6. Кал на углеводы. Это анализ на лактазную недостаточность. Заболевание развивается из-за нарушения продукции лактазы в тонкой кишке.
7. Кал на зонулин. Используется для оценки проницаемости кишечника.
8. Анализ на остаточную осмолярность стула. Применяется для выявления причин хронической диареи.
9. Анализ на альфа-1-антитрипсин. Метод диагностики белок-теряющей энтеропатии.
10. Анализ на эозинофильный нейротоксин. Применяется для диагностики аллергического воспаления кишечника, в основном у детей.
Существуют и другие анализы кала. Но в этом списке они отсутствуют, потому что предназначены для диагностики не болезней кишечника, а инфекций или проблем других органов: желудка, печени, поджелудочной железы.
Для диагностики большинства наиболее распространенных проблем кишечника анализов кала недостаточно. Требуется эндоскопия или методы медицинской визуализации, наиболее информативные из которых – специальные протоколы КТ и МРТ.
Колоноскопия – самый точный метод диагностики болезней толстой кишки. В 90 % случаев ее можно осмотреть полностью. Обнаружив патологическое образование, врач сразу может удалить его или выполнить биопсию.
Впервые эндоскопическое исследование толстой кишки провели в 1963 году. Но в те времена врачи еще не могли осматривать весь кишечник. Такая возможность появилась только после создания более совершенных гибких колоноскопов – в начале 70-х годов.
Сегодня это исследование проводят не только при болезнях кишечника, но и здоровым на первый взгляд людям, в рамках раннего обнаружения колоректального рака. Это одно из самых частых онкологических заболеваний. В России ежегодно диагностируют более 50 тысяч новых случаев. С помощью колоноскопии его можно своевременно обнаружить и даже предотвратить – если выявить измененные предраковые участки эпителия или полипы и удалить их.
В России колоноскопию часто проводят без анестезии, поэтому она вызывает дискомфорт и боль. Так как колоноскопия болезненна, от нее часто отказываются. В итоге развиваются многие случаи рака кишечника, которые можно было бы предотвратить.
Испытывая боль, человек крутится, и кишечник тоже сильнее двигается. В итоге процедура становится более сложной для врача и к тому же менее информативной.
Это недостаток отечественной медицины. В развитых странах колоноскопия проводится только с анестезиологическим обеспечением. Но и вам могут сделать колоноскопию под седацией (во сне), если вы обратитесь в частную клинику. В государственных больницах это исследование тоже все чаще проводят с анестезией – по крайней мере, в крупных городах.
Чаще всего проводится внутривенная седация пропофолом. Этот препарат угнетает нервную систему, и человек засыпает. Но это не наркоз, а скорее «медикаментозный сон» – после него не нужно часами отходить, страдая от тошноты и сонливости. Человек сразу просыпается бодрым и может уйти домой на своих двоих. К сожалению, не получится уехать на своих четырех, потому что за руль садиться нельзя – скорость реакций снижена. Поэтому лучше, если вы возьмете такси или вас на процедуру привезет кто-то из родственников.
Есть и другие варианты: седация мидазоламом, тотальная внутривенная анестезия пропофолом и фентанилом, а также ингаляционная анестезия севофлураном. Возможно использование комбинированного метода: вначале внутривенно вводят пропофол, а затем через маску подают севофлуран. Какой бы вариант не использовался, знайте, что анестезия для колоноскопии щадящая, безопасная, поверхностная, хорошо переносится и крайне редко вызывает осложнения.
Многие пациенты не делают колоноскопию, потому что боятся анестезии. В народе гуляют слухи, что после наркоза часто не просыпаются никогда. Откуда берутся эти слухи? Прапрабабушка рассказала, что, когда она была маленькой, ее деду сделали наркоз, и он не проснулся. Действительно, тогда использовались токсичные препараты, при использовании которых было трудно угадать с дозой: чуть меньше, и анестезия не работает, чуть больше, и наступает передозировка. Но сегодня препараты другие – не те, что использовались в начале ХХ века. К тому же при колоноскопии обычно используют не наркоз, а медикаментозный сон. Бояться не стоит: вы точно проснетесь после обследования кишечника.
Колоноскопия
Кишечник должен быть пустым. Чем он пустее, тем исследование точнее. Поэтому за два дня до диагностики необходимо перейти на бесшлаковую диету. Есть нужно только то, что усваивается полностью, без отходов. Ешьте продукты, которые в обычное время врачи вам употреблять запрещают: сахар, макароны, белый хлеб, пищу животного происхождения. Временно откажитесь от полезной здоровой еды: овощей, фруктов, злаков, то есть от всего, что содержит клетчатку.
Нельзя принимать лекарства, которые могут окрасить стенки кишечника. В первую очередь это активированный уголь и препараты железа.
В некоторых клиниках вам захотят поставить клизму, но реальной необходимости в этом нет. Процедура промывает только конечный отдел толстой кишки.
Для подготовки к колоноскопии используются препараты полиэтиленгликоля (макрогола). Это осмотическое слабительное. Его разводят в количестве 1 пакетик на 1 л воды. Но выпить нужно до 4 л жидкости, так как рекомендуемая доза – 1 пакетик на 15–20 кг массы тела. Это не значит, что все нужно выпить сразу полведра. Пейте по 1 стакану (250 мл) через каждые 15 минут. К тому же полную дозу лучше разделить на два приема – выпейте 2 л вечером и еще 2 л утром перед процедурой. Подготовка в два этапа считается лучшей, потому что обеспечивает большую чистоту кишечника. Рассчитайте время: в туалет захочется через 1–2 часа после приема первого стакана.
Полипы и аденомы – частые находки при колоноскопии. Они выявляются у 25 % мужчин и 15 % женщин. Если показатели ниже, это говорит о том, что скрининг рака проводится некачественно.
Полипы – так называют любые наросты на слизистой оболочке.
Аденомы – это разновидность полипов, которые являются, по сути, доброкачественной опухолью, склонной к перерождению, и происходят из железистой ткани.
Тубулярные аденомы – самый частый тип полипа. Примерно 5 % из них трансформируются в рак в течение 10 лет наблюдений. У некоторых людей злокачественная опухоль появляется уже через 5 лет после обнаружения полипов. Поэтому их выявление и удаление – основной способ предотвращения колоректального рака.
Полипы сильно отличаются по структуре, происхождению и количеству. Они бывают одиночными или множественными. Примерно в двух из трех случаев при колоноскопии обнаруживается всего один полип.
Аденоматозные полипы (аденомы) близки по строению к нормальной слизистой оболочке. Они не кровоточат, не изъязвляются, не болят. В полипе может быть дисплазия – предраковое изменение эпителия. Она бывает легкая, умеренная и тяжелая. Тяжелая дисплазия – это почти рак.
Бывают и другие типы полипов:
Гиперпластические полипы – обычно не превышают в диаметре 5 мм, мягкие и тоже довольно опасные. Они могут превратиться в рак.
Ювенильные полипы – большие, свисают в просвет кишки на ножке, ярко-красного цвета. Эти полипы очень плотные, так как железистой ткани в них почти нет, а преобладает строма (соединительная ткань). Ювенильные полипы выявляются в молодом возрасте. Они не превращаются в рак, но могут давать кровотечения.
Фиброзные полипы – состоят исключительно из соединительной ткани. Часто воспаляются и кровоточат. Не перерождаются в рак.
Ворсинчатые опухоли (виллезные аденомы) – крупные и очень опасные. Они достигают в диаметре 5–6 см, кровоточат, могут по кругу охватывать стенку кишки изнутри. Размер этого полипа не влияет на риск озлокачествления. Переродиться в рак может даже относительно маленькая (1–2 см) виллезная аденома. Риск малигнизации – около 40 %. Заболевание вызывает симптомы. При достижении размера 3 см появляется зуд, боль, кровоточивость, выделяется слизь с калом. Чем ближе к заднему проходу располагается опухоль, тем больше шансов обнаружить в стуле кровь.
К образованию полипов приводит неправильное питание (мало клетчатки и много мяса), хроническое воспаление, запоры, дисбактериоз – все то, от чего мы мучаемся годами, но не хотим лечиться. Поэтому основной причиной появления полипов является стаж. Чем дольше проблемы, тем больше риски больших проблем.
Большинство случаев колоректального рака развиваются из полипов.
Тубулярные аденомы – основной источник формирования злокачественной опухоли. Только у 5 % людей, имеющих такие полипы, развивается рак. Но распространенность полипов у людей старше 50 лет составляет около 20 %. Поэтому колоректальный рак – одно из самых частых онкозаболеваний на планете. Каждый год в мире от него умирает 0,5 млн человек, и это второе место после рака легкого.
Виллезные аденомы – встречаются намного реже, но индивидуальный риск рака значительно выше. Злокачественная опухоль появляется с вероятностью 40 %. Еще выше риск, если опухоль плотная, поверхность бугристая, есть изъязвления и кровоточивость. Даже после полного удаления виллезные аденомы появляются снова на том же месте у каждого третьего пациента.
Колоноскопию нужно сделать, даже если у вас ничего не болит. Это основной метод скрининга колоректального рака. Проводят исследование 1 раз в 10 лет, начиная с возраста 50 лет. Регулярное выполнение скрининговой (профилактической) колоноскопии снижает риск смерти от рака кишечника на 68 %.
За счет чего уменьшается риск смерти? За счет двух вещей: первая – профилактика рака, вторая – его раннее лечение. Риск развития рака можно уменьшить примерно в два раза, если удалить полипы. Но на 100 % от злокачественной опухоли это не защищает: новообразование может появиться позже, в другом месте.
Если человек регулярно делает колоноскопию, то можно рассчитывать, что его вовремя вылечат в случае развития рака. Причем на первой стадии, если новообразование прорастает в стенку кишечника не более чем на треть, ему даже не будут удалять часть кишечника. Опухоль удаляют эндоскопическим методом, и он спокойно живет дальше, избежав не только развития смертельного заболевания, но и потребности в большой операции.
Не хотите делать колоноскопию? Боитесь самой процедуры или опасаетесь не проснуться после наркоза? Плохо, но терпимо. Существуют другие варианты скрининга. Только знайте, что они менее надежны, проводятся чаще, а в случае выявления проблемных изменений делать колоноскопию все равно придется. Альтернативные варианты скрининга колоректального рака следующие:
Кал на скрытую кровь (гваяколовый и иммуногистохимический тесты) – проводится 1 раз в год. Это самый ненадежный метод. Не рекомендую останавливать на нем свой выбор.
Анализ кала на эксфолиированную ДНК – более надежное исследование. Проводится 1 раз в 3 года. Позволяет обнаружить раковую опухоль, но не предраковые заболевания. Чувствительность теста – около 70 %.
Виртуальная колоноскопия – это компьютерная томография кишечника. Проводится 1 раз в 5 лет. Плюсы: не нужно лезть в кишечник. Минусы: лучевая нагрузка, проводится вдвое чаще, нельзя удалить полип и сделать биопсию, видит только уже большие по размеру образования.
Дивертикул – это грыжевидное выпячивание полого органа, похожее на карман. Любого органа, а не только кишечника. Обнаружение в кишке по крайней мере одного дивертикула дает врачу повод диагностировать дивертикулез.
Дивертикулез можно с полным основанием назвать болезнью цивилизации. Главная причина – изменение пищевых привычек. Еще в 1930 году распространенность дивертикулеза в западных странах составляла по оценкам разных авторов от 2 до 10 %, но уже через 40 лет достигла 35–50 %, и остается такой же высокой по сей день.
В возрасте до 40 лет дивертикулы обнаруживаются у 5 % населения, в 40–50 лет – у 10 %. После 60 лет дивертикулы есть у каждого третьего, а после 80 лет обнаруживаются в двух случаях из трех.
Но дивертикулез – это еще не дивертикулярная болезнь, потому что симптомов обычно нет. Выпячивание в стенке кишечника открыто, и через него свободно ходит пища. Там живут микробы, но воспаления они не вызывают, пока их мало. Ситуация меняется, когда микробы начинают размножаться и их становится много: тогда в дивертикуле будет тесно, он начнет отекать и закупорится. Содержимое внутри застаивается, развивается сильное гнойное воспаление, которое может потребовать хирургического лечения.
Риск перехода дивертикулеза в дивертикулярную болезнь в течение жизни составляет около 10 %. Самая частая форма – дивертикулит, то есть воспаление дивертикула. Возможно также возникновение кровотечения или более серьезной проблемы, когда дивертикул разорвется и какашки выпадут внутрь живота.
На формирование дивертикулов влияют два фактора:
1. Слабость участков кишечной стенки: чем она слабее, тем легче поддается продавливанию.
2. Сильное давление внутри кишечника, которое эти слабые участки продавливает с образованием выпячиваний.
Главная причина слабости кишечной стенки – преобладание в рационе продуктов животного происхождения и рафинированной (очищенной) еды. Все проблемы – от нехватки клетчатки. Если нерастворимые пищевые волокна регулярно поступают в наш кишечник, они помогают держать его в хорошей форме. Но как только клетчатки становится мало, кишечник расслабляется, меняется структура его стенки. Эластина становится много, коллагена – мало. В результате снижается растяжимость кишечника, он становится мягким и податливым.
Кроме того, дефицит пищевых волокон нарушает моторику кишечника. Каловые массы становятся не такими плотными. В результате даже на незначительное раздражение кишка реагирует бурными сокращениями перемешивающего типа. Образуются короткие сегменты с очень высоким давлением, и слабый участок в стенке повреждается с образованием выпячивания.
Дополнительно рискуют те, кто имеет ожирение или низкую двигательную активность. У вегетарианцев дивертикулы в кишечнике обнаруживаются в три раза реже, чем у мясоедов.
Дивертикулы опасны тем, что могут вызвать дивертикулит. Это воспаление дивертикула, обычно острое. Оно дает тяжелые осложнения. Воспаление распространяется на окружающие кишечник ткани. Развивается флегмона, абсцесс, перитонит. После выздоровления часто развиваются хронические осложнения: нарушается проходимость кишечника, формируются сообщения с окружающими тканями и органами или свищи.
Дивертикулы опасны для жизни. В случае перехода дивертикулеза в дивертикулярную болезнь риск смерти в течение одного месяца составляет 5 %, а в течение одного года – 10 %.
Дивертикулит – это воспаление дивертикула. Оно развивается, если в области входа в него появляется каловый камень – фекалит – или просто каловые массы слишком плотной консистенции. Внутри дивертикула интенсивно размножаются микробы, накапливается воспалительная жидкость. Хорошо, если вход в дивертикул закрылся не полностью – тогда жидкость может вытекать в кишечник. Но если дивертикул полностью сомкнулся и изолирован от остальной кишки, воспаление быстро прогрессирует. Может произойти перфорация (разрыв) дивертикула. Гной вытекает в брюшную полость, что чревато формированием абсцесса и развитием перитонита.
При дивертикулите появляется боль в нижней части живота слева. Это основной и часто единственный симптом. Реже больные жалуются на тошноту, диарею или задержку стула, нарушение мочеиспускания из-за сдавления воспалительным отеком мочевыводящих путей.
Если воспаление распространяется от дивертикула дальше чем на 7 см, врачи диагностируют периколическую флегмону. При этом заболевании возникает очень сильная, невыносимая боль. К животу невозможно прикоснуться, мышцы напряжены. Температура тела поднимается до 38 градусов и выше. У большинства больных происходит задержка стула и увеличивается объем живота.
Ни полипы, ни дивертикулы, ни тем более рак кишечника не развиваются за один день. Это болезни, связанные с образом жизни человека. Они прогрессируют годами и десятилетиями, но в итоге наплевательское отношение к своему здоровью и к своему кишечнику неизбежно приводит к тяжелым, смертельно опасным заболеваниям.
Известно более 100 болезней кишечника. Большинство из них можно предотвратить. Более того, вам даже не нужно 100 отдельных рекомендаций для профилактики 100 болезней. Практически все они имеют одни и те же причины:
• мало клетчатки;
• много мяса и рафинированных продуктов;
• низкая двигательная активность;
• лишний вес.
Отсюда – нарушение моторики кишечника, запоры, дисбактериоз, хронический колит, синдром раздраженного кишечника. В свою очередь все эти проблемы приводят к полипам, дивертикулам и злокачественным опухолям.
Что нужно делать, чтобы избежать этих болезней? Все просто: ешьте много клетчатки, пейте много воды, станьте полувегетарианцем, больше двигайтесь и уменьшите вес. Вы защитите себя от десятков опасных заболеваний кишечника.
Более того, болезни других органов и систем тоже развиваются по тем же причинам – нехватка клетчатки, лишний вес, гиподинамия. Если вы эти причины устраните, то снизите риск атеросклероза, а из-за него развивается большинство сердечно-сосудистых патологий. Продолжительность вашей жизни увеличится на десятки лет.
Далеко не самые частые, но самые тяжелые проблемы кишечника – это неспецифический язвенный колит (НЯК) и болезнь Крона. Оба заболевания возникают из-за аутоиммунной агрессии, то есть собственный иммунитет начинает атаковать наш кишечник. Причины этого явления частично установлены.
Неспецифический язвенный колит поражает только толстый кишечник, в том числе прямую кишку. Болезнь никогда не распространяется на тонкий кишечник. За последние 40 лет встречаемость этого заболевания увеличилась в 6 раз. Чаще всего заболевание находят у пациентов в возрасте 20–30 лет.
Симптомы появляются периодически, во время обострений. Самые частые проявления:
• диарея;
• ложные позывы к дефекации;
• выделение крови из заднего прохода;
• ночные походы в туалет «по-большому»;
• императивные несдерживаемые позывы на дефекацию.
В кале появляется кровь. При сильном воспалении в прямой кишке может возникать ощущение инородного тела в заднем проходе.
НЯК – очень опасное заболевание. Оно вызывает тяжелые осложнения, требующие хирургического вмешательства: кишечные кровотечения, токсическое расширение кишечника, разрывы кишечника и колоректальный рак. При тяжелом течении НЯК, когда воспаление не удается снять даже гормонами или биологической терапией, рассматривается вопрос об удалении всей толстой кишки.
Но не спешите отчаиваться, если вам установили диагноз «НЯК». В большинстве случаев болезнь хоть и не всегда излечивается, но хорошо подлечивается. Операция по удалению кишечника – крайняя мера, а не стандартный вариант лечения. Обычно при обострении проводят терапию месалазином, а если он не работает, используют гормоны. Если не работают даже гормоны, проводят биологическую терапию и назначают иммуносупрессоры. Биологическая терапия очень дорогая, но эффективная. Одна капельница стоит 200 тысяч рублей. Лечение проводится в течение года, и капельницы ставят через каждые два месяца.
Хирургическое лечение проводится, только если гормональная и даже биологическая терапия не работает или развиваются тяжелые кишечные осложнения НЯК.
Самое частое осложнение НЯК – кровотечение. Не каждое кровотечение требует хирургического вмешательства. Операцию проводят, только если человек теряет 800 мл крови за один раз или 100 мл крови каждые сутки.
Токсический мегаколон – это состояние, когда кишка расширяется до 6 см и более, но это не связано с нарушением ее проходимости. Осложнение сопровождается интоксикацией организма. Заподозрить токсический мегаколон можно по исчезновению стула и болевого синдрома, вздутию живота и снижению артериального давления. Операция проводится в экстренном порядке.
Перфорация или разрыв толстой кишки – самое опасное осложнение. Спасти удается только половину пациентов. При развитии перфорации врач в экстренном порядке удаляет весь толстый кишечник.
Даже если не развиваются острые осложнения, НЯК со временем может привести к раку. Через 10 лет злокачественная опухоль появляется у 2 % пациентов, а через 30 лет – у 18 %. Риск онкопроблем выше, если обострения более частые, более тяжелые и захватывают большую часть кишечника.
Если проводится хирургическое лечение НЯК, то врач удаляет всю толстую кишку. Раньше было принято формировать илеостому: тонкий кишечник выводили на живот, и человек был вынужден всю жизнь собирать кал в мешок через отверстие. Но сегодня есть более продвинутые операции: этот «мешок» формируется прямо в животе пациента. Он называется илеоанальный резервуарный анастомоз. После такой операции человек может ходить в туалет «по-большому» естественным образом, но очень часто: от 4 до 8 раз в сутки. Стул жидкий, объем в 3–4 раза больше, чем у здорового человека. Но все же такая операция позволяет сохранить не только саму жизнь, но и неплохое качество этой жизни.
Болезнь Крона – еще более тяжелое заболевание. Оно поражает не только толстый, но и тонкий кишечник. К тому же воспаление распространяется в стенку кишечника на всю ее толщину, глубже слизистой оболочки. Поражаются все слои кишки. Выделяют четыре варианта течения болезни Крона:
• стенозирующее – которое приводит к рубцовому сужению кишечника;
• пенетрирующее – продырявливающее кишечник;
• нестенозирующее и непенетрирующее – самое спокойное;
• перианальное – может быть отдельной формой или дополнять одну из трех перечисленных выше, воспаляя прямую кишку и выход из нее наружу.
Первым симптомом становится диарея. Она длится неделями и месяцами. В отличие от НЯК, примеси крови в кале может и не быть. Но если вовлечена прямая кишка, могут возникать анальные трещины, развивается парапроктит – воспаление мягких тканей вокруг прямой кишки. Нередко такие люди лечатся у проктологов. У них появляются свищи, которые после хирургического лечения рецидивируют.
Болезнь Крона способна поражать все отделы пищеварительного тракта, включая желудок, пищевод, глотку и слизистую оболочку ротовой полости. Поэтому симптомы могут быть разнообразными, даже изжога, боль при глотании, рвота.
Суть лечения примерно такая же, как при НЯК. Важно достичь ремиссии, удержать пациента в состоянии ремиссии, а также преодолеть все последствия тяжелого воспаления. В период обострения используют гормоны, а если они не работают – биологическую терапию. Часто требуются антибиотики для подавления инфекции. В период между обострениями используют иммуносупрессоры и биологическую терапию.
Болезнь не всегда может быть вылечена полностью. Задача врачей состоит в том, чтобы сделать обострения не такими частыми, не такими мучительными, не допустить тяжелых осложнений и при этом не подсадить человека на гормоны. Глюкокортикоиды используют только в период обострения и максимум до 12 недель.
Несмотря на все усилия врачей, по статистике большинство пациентов с болезнью Крона переносят в течение жизни по крайней мере одну операцию. Некоторых оперируют многократно. Самый простой способ решения проблемы – резекция кишечника. Если при НЯК может воспаляться вся кишка, то при болезни Крона воспаление затрагивает только небольшой ее кусочек. Его можно отрезать, и проблема в этом кусочке решится, но болезнь не завершится.
Дело в том, что проблема конкретно с этим кусочком решается, а вот с соседним – нет. В будущем может развиться тяжелое воспаление в другом месте, и этот кусочек тоже придется отрезать. Несколько таких операций на тонком кишечнике, и у человека развивается синдром короткой кишки. Пища плохо усваивается, развиваются метаболические нарушения. Чтобы избежать подобных ситуаций, врачи все чаще предпочитают проводить операции, сохраняющие орган: они расширяют суженные зоны баллоном или рассекают рубцы для восстановления проходимости пищеварительного тракта.
Показания для экстренной операции такие же, как при НЯК, а именно тяжелое кровотечение, токсическое расширение кишечника и разрыв или перфорация. При поражении толстого кишечника врач удаляет только его часть. Но если воспалено больше одной трети, хирург может удалить почти всю толстую кишку.
Воспаление в кишечнике можно увидеть с помощью эндоскопических исследований. Выглядеть оно может по-разному при разных заболеваниях.
При неспецифическом язвенном колите врач увидит, что воспалена толстая кишка. При минимальном воспалении она только краснеет. Если воспаление сильнее, то теряется сосудистый рисунок. При сильном воспалении появляется ранимость слизистой оболочки: если ее потрогать, находят эрозии и язвы.
При болезни Крона есть лишь отдельные очаги воспаления: не только толстый, но и тонкий кишечник изнутри становится «пятнистым», как жираф. Зоны воспаления чередуются с неизмененной слизистой оболочкой. Определяется эндоскопический симптом «булыжной мостовой». Это когда в кишечнике есть много язв, направленных продольно и поперечно, а между ними выявляют островки покрасневшей отечной слизистой оболочки.
Целей лечения кишечника может быть две: полное излечение заболевания и повышение качества жизни.
Большинство заболеваний кишечника можно вылечить консервативными методами, то есть таблетками. После курса лечения у человека больше не будет никаких симптомов. Потребность в приеме препаратов исчезнет. Но на это нужно немало времени. От двух до четырех недель требуется на обследование, так как необходимо сдать анализы, сходить на колоноскопию, дождаться результатов биопсии. Затем еще от двух до шести месяцев нужно принимать препараты.
Некоторые заболевания не всегда могут быть излечены, например, болезнь Крона и неспецифический язвенный колит. Здесь задача врачей состоит в том, чтобы обострения случались как можно реже, протекали легко, снимались как можно скорее. Важная цель такого лечения – предотвратить осложнения, избежать необходимости в хирургическом вмешательстве или, по крайней мере, уменьшить количество операций.
Медвежья болезнь – это когда вы испугались и очень-очень быстро побежали в туалет, чтобы выбросить лишнее из кишечника.
Каково происхождение термина? В древности мужики, которые ходили на медведя, брали с собой тазы и палки. Они подходили к берлоге, переворачивали тазы и колотили в них со всей силы. Поднимался невообразимый шум, медведь просыпался, выбегал из берлоги и тут же обделывался.
Медвежья болезнь – одно из проявлений психосоматического расстройства. Изначально возникает психологическая проблема, но эмоции влияют на все наши органы и системы, поэтому расстройство быстро переходит на тело.
В основе этого состояния, с одной стороны, психическая гиперэстезия, то есть повышенная чувствительность к внешним и внутренним раздражителям. В ответ даже на минимальное событие возникает сильная реакция: учащается пульс, повышается артериальное давление, кожа бледнеет или краснеет и очень сильно хочется в туалет – по-большому (медвежья болезнь) и по-маленькому (синдром мокрых штанов). И с другой стороны, висцеральная гиперчувствительность – когда человек начинает чувствовать органы сильнее, чем на самом деле.
Откуда берется эта болезнь? Она растет из семян, которые должны упасть на благодатную почву. То есть, с одной стороны, нужен пусковой фактор, с другой – повышенная восприимчивость человека к раздражителям.
Психосоматические расстройства запускает какое-то событие, вызвавшее сильный стресс: смерть родственника, развод, тяжелая болезнь, потеря работы, потеря всего имущества и т. д. В итоге развивается расстройство, которое может продолжаться достаточно долго. Человек становится чувствительным к любым раздражителям. Но в некоторых случаях достаточно наличия повышенного «эмоционального фона», то есть небольшой, но долгоиграющей проблемы, которая ежедневно и постоянно будоражит душу.
Но психотравмирующее событие – всего лишь «семена». Чтобы они проросли, нужна «благодатная почва» – особые черты личности. Психическая гиперэстезия чаще развивается у людей тревожных, мнительных, замкнутых, боязливых, застенчивых, впечатлительных или очень амбициозных.
Человек с медвежьей болезнью становится очень чувствительным во всем. Подпороговые небольшие раздражители, которые в норме не ощущаются, теперь воспринимаются как сильные или даже экстремальные. Например, если вы дотрагиваетесь до такого человека, он может сильно дернуться.
Пример такого расстройства – ипохондрическая фиксация. Человек ощущает минимальные симптомы и сосредоточивает на них все свое внимание. Формируется застойный очаг возбуждения в центральной нервной системе. Человек прислушивается к своим симптомам постоянно, поэтому они становятся для него мучительными. Такие люди месяцами ходят по врачам, обследуются, но у них ничего не находят. Несмотря на это, человек продолжает упорствовать, ищет все новых, более «правильных» врачей, так как он уверен, что тяжело болен.
Что делать? Таблетки от поноса тут не помогут. Проблема не только в кишечнике, но и в голове. Соответственно, лечит медвежью болезнь не только и не столько гастроэнтеролог, сколько психотерапевт.
Обратиться к специалисту стоит как можно скорее. Проблема в том, что изначально психологические расстройства трансформируются в болезни функциональные, нарушающие работу кишечника, а затем и в органические. Возникают реальные болезни, которые только усиливают тревогу. Нужна психотерапия, чтобы разорвать этот порочный круг.
Не хотите идти к психотерапевту? Плохо, но можно попытаться справиться с проблемой собственными силами. Рецепт успеха – хорошее настроение. Старайтесь улучшать его любыми способами и пребывать в хорошем расположении духа большую часть дня. Если вам это удастся, вы сможете преодолеть психосоматическое расстройство, снизить эмоциональную чувствительность и избавиться от медвежьей болезни.
Есть минимум два заболевания желудочно-кишечного тракта, которые возникают от нервов: синдром раздраженного кишечника и функциональная диспепсия – то, что раньше считали гастритом, но при гастроскопии очаги воспаления в желудке у большинства таких больных не обнаруживались. Эти две проблемы – самые частые заболевания в гастроэнтерологии. Например, синдромом раздраженного кишечника страдает 15 % населения планеты.
Психоэмоциональных причин нарушения функции желудочно-кишечного тракта очень много, но самых главных – три: тревожность, стресс и депрессия. Эмоции не только плохо влияют на моторику органов пищеварительной системы, но еще и нарушают пищевое поведение. У многих людей развивается гиперфагическая реакция на стресс (по-народному – «заедание стресса»), которая приводит к ожирению.
Кишечник и мозг тесно связаны. Мозг управляет кишечником, а кишечник управляет мозгом. Регуляция реализуется через нервы и гормоны. Именно мозг решает, что нам есть, когда и сколько. Он регулирует выработку ферментов и перистальтику кишечника. В свою очередь кишечник влияет на аппетит, энергетический баланс, постоянство внутренней среды организма и метаболические процессы.
Вот что зависит от нашего мозга:
• состояние микрофлоры;
• проницаемость кишечника;
• подвижность и моторика кишечника.
Плохо работает мозг – плохо работает кишечник. Постоянная тревога посылает к пищеварительной системе множество ненужных импульсов. Кроме того, вырабатываются гормоны, отрицательно влияющие на функцию пищеварения, вызывающие запор или диарею.
В норме кишечник может работать даже без участия мозга. В нем есть собственная нервная система, и нервных клеток здесь больше, чем в спинном мозге. Но при стрессе и повышенной тревожности кишечник попадает под внешнее управление. В его работу начинает вмешиваться симпатическая и парасимпатическая (вегетативная) нервная система.
Влияние психического состояния пациента на развитие и прогрессирование синдрома раздраженного кишечника – не гипотеза, а научно установленный факт. В современных рекомендациях Российской гастроэнтерологической ассоциации по диагностике и лечению СРК указано, что при этом заболевании целесообразно использовать психотропные препараты: антидепрессанты и нейролептики. Они способны за счет уменьшения вмешательства мозга в работу кишечника нормализовать стул и устранить боль в животе, иногда даже без лекарств, регулирующих моторику желудочно-кишечного тракта. Чаще всего применяются антидепрессанты. Их эффективность доказана в плацебоконтролируемых рандомизированных исследованиях.
Желудочно-кишечный рефлекс – это когда вам хочется в туалет после раздражения желудка. Это раздражение может быть механическим или фармакологическим. Желудок стимулируется, если что-то попадает в него напрямую через пищевод, но рефлекс может возникнуть и после попадания определенных веществ в кровоток.
Из-за желудочно-кишечного рефлекса большинство людей ходят «по-большому» утром. Согласитесь, было бы очень неудобно ходить в туалет ночью. Но в нашем организме все продумано: мы просыпаемся, и только после этого происходит запуск кишечника. Запустить его может чашка кофе, выкуренная сигарета, завтрак, физическая активность.
Проверить тонкий кишечник можно с помощью эндоскопических и неэндоскопических методов.
Неэндоскопические методы – те, при которых врачу не требуется что-либо вводить внутрь кишечника (например, это рентген, УЗИ, КТ, МРТ).
Исторически первым методом диагностики болезней тонкой кишки является рентгенография. Сначала человек выпивает бариевый контраст. Затем доктор выполняет серию снимков и смотрит, как этот контраст проходит по кишечнику и проходит ли вообще, где накапливается, куда затекает, как быстро двигается.
Энтероклизис – усовершенствованный метод диагностики. Контраст не выпивается пациентом, а вводится через зонд. Энтероклизис более информативен в диагностике рака, стриктур, дивертикулеза и болезни Крона. Но этот метод исследования сложен, неприятен, связан с большой лучевой нагрузкой. К тому же он показывает только серьезную органическую патологию, а другие важные проблемы может пропустить. Врач не может увидеть афты, сосудистые аномалии, атрофию кишечных ворсинок и много чего еще.
Более информативный способ исследования – энтерография с получением множественных перекрестных срезов. Это самый точный метод рентгенологической диагностики с применением сульфата бария.
Но все же рентген в последние годы уступил место МРТ и КТ. Эти способы визуализации более точные. Они особенно важны для оценки состояния тканей вокруг тонкого кишечника, поэтому часто используются для диагностики осложнений болезни Крона.
Самые точные методы диагностики непосредственно самого тонкого кишечника – эндоскопические исследования. Правда, они достаточно сложные. Ввести трубку с камерой в тонкую кишку не так легко, как в желудок.
Эндоскопия начала использоваться еще в середине ХХ века. Но, чтобы получить доступ к тонкой кишке, врачу приходилось прибегать к лапароскопии – делать небольшую «дырочку» в животе. То есть, по сути, эта диагностическая процедура представляла собой небольшую операцию.
В 1986 году появилась зондовая (пассивная) энтероскопия. Через рот или через нос вводили зонд длиной до 4 м в двенадцатиперстную кишку. В начальный отдел тонкой кишки его продвигали другим энтероскопом, который вводили через рот. Дальше он двигался пассивно – за счет перистальтических волн, то есть в том же темпе, в котором проходит через тонкий кишечник пища. Поэтому исследование занимало до 6 часов, к тому же не было возможности сделать биопсию, если врач обнаруживал что-то подозрительное.
В середине 90-х годов ХХ века появилась push-энтероскопия – с активным проталкиванием. Процедура неприятная, поэтому ее делали под седацией. Но время выполнения значительно сократилось: до 45 минут. К сожалению, врач мог осмотреть только половину тонкой кишки. В ее нижние отделы пробраться таким способом невозможно. К тому же часто развивались осложнения: воспаление поджелудочной железы, повреждение и даже перфорация слизистой оболочки тонкой кишки. Осложнения развивались у 1 % больных. Сегодня метод больше не используют.
В 2001 году врачи начали проводить двухбаллонную, а в 2007 году – однобаллонную энтероскопию. Эти методы остаются основными для диагностики болезней тонкого кишечника и по сей день. Кроме того, с 2001 года используется капсульная эндоскопия, о которой мы еще подробно поговорим.
Двухбаллонная энтероскопия впервые проведена в Японии. Врачи вводят эндоскоп небольшого диаметра с гибким тубусом. На нем есть баллоны, которые надувают и сдувают, обеспечивая продвижение трубки. Однобаллонная энтероскопия отличается техникой проведения, но диагностическая ценность аналогичная.
В 2006 году впервые использована спиральная энтероскопия. Для продвижения трубки используется вращение. Исследование должны проводить два специалиста: один вращает тубус, второй следит за продвижением эндоскопа.
УЗИ кишечника сделать можно, и некоторые клиники даже предлагают такую услугу. Но по факту это исследование минимально информативно. Как правило, его делают частные клиники, чтобы заработать денег. Вы хотите УЗИ – получаете УЗИ. Есть спрос – есть и предложение.
А почему есть спрос? Во-первых, потому что УЗИ – это не больно, не нужна седация, никакие шланги никуда засовывать не будут. Во-вторых, потому что УЗИ – это недорого. Исследование обходится намного дешевле любых методов, включая КТ, МРТ, классические эндоскопические методики и капсульную эндоскопию.
В последние годы появилось УЗИ высокого разрешения. Специальные технические разработки обеспечили глубокое проникновение ультразвука. Начали использовать контраст: введение жидкости в кишечник. Возможности УЗИ возрастают, но все равно они сильно ограничены. Более-менее просмотреть кишечник можно только у худых людей.
Контраст в большинстве клиник не используют, потому что его нужно вводить напрямую через полутораметровый зонд, который через нос продвигают в тощую кишку. Эта процедура называется энтеросклизис.
Еще один вариант исследования – тонкокишечная контрастная ультрасонография (small intestine contrast ultrasonography – SICUS). Ей предшествует подготовка – нужно не есть за 6 часов до сна, а утром прийти на процедуру. Человек принимает внутрь 0,5–1 л раствора. Затем несколько раз через каждые 15 минут ему делают УЗИ. Методику используют для диагностики болезни Крона. Врач может оценить перистальтику кишки, ее диаметр и тонус. По этим параметрам специалист способен определить расположение воспаленных очагов, их протяженность, толщину воспаленной стенки тонкого кишечника, а также выявить некоторые осложнения: стриктуры (сужения), абсцессы (гнойные полости) и свищи (патологические сообщения с соседними органами и тканями).
Даже в таком варианте УЗИ проводят редко. Оно занимает много времени и не имеет преимуществ перед другими исследованиями, включая КТ и МРТ. Об эндоскопии и говорить нечего – напрямую залезть в кишечник и осмотреть его стенки всегда лучше, чем судить о состоянии органа «издалека».
В большинстве частных клиник и диагностических кабинетов УЗИ проводится без контраста. Таким способом иногда можно оценить толщину стенки кишечника. Но врач способен увидеть только очень сильное воспаление или кишечную непроходимость.
Делают УЗИ и для исследования толстого кишечника. Этот вид диагностики тоже не отличается высокой информативностью. Вариантов исследования есть несколько.
Ультразвуковая ирригоскопия – применяется еще с 80-х годов прошлого века. Широкого распространения не получила. Контраст вводят ретроградно, то есть через прямую кишку. Затем делают УЗИ через живот. Сегодня вам будет очень трудно найти клинику, в которой предлагают подобную процедуру.
УЗИ кишечника с пероральным контрастированием – более распространенный вариант диагностики. Человек принимает внутрь специальное слабительное по той же схеме, что и при колоноскопии. Затем ему делают УЗИ.
Компрессионная эластография – особый вариант УЗИ, измеряющий жесткость кишечной стенки. Информативна только методика ARFI, или эластография поперечной волной. Она может дать ответ на вопрос, есть фиброз или рубцы на стенке кишечника или нет. Исследование проводят с внутривенным контрастированием. После введения контрастного вещества оно через 10–20 секунд попадает в капилляры кишечной стенки, через 30–40 секунд – в артерии, а венозная фаза длится до 4 минут. Кроме фиброза, можно также выявить свищи и абсцессы.
Подведем итоги по УЗИ. Это исследование минимально информативно. Чтобы получить хоть какую-то диагностическую информацию, нужно сильно заморочиться: использовать супер-пупер дорогие аппараты, вводить контраст через зонд, а если принимать внутрь, то делать УЗИ многократно через каждые 15 минут. Но в таких условиях УЗИ не имеет смысла, так как теряются его ключевые преимущества: простота, быстрота, дешевизна. Учитывая, что УЗИ менее информативно по сравнению с другими методами, в его использовании нет смысла. Поэтому большинство врачей не применяют ультразвук в диагностике заболеваний кишечника.
Рентген – самое недорогое и быстрое исследование. Но оно информативно только в самых тяжелых случаях: непроходимость кишечника, большая опухоль, гнойник, свищ. На рентгеновском снимке можно увидеть серьезные проблемы, которые обычно требуют хирургического лечения. Нарушения работы кишечника с помощью рентгена достоверно проверить нельзя.
Когда делают рентген? Например, если человек схватился за живот, покраснел и посинел, согнулся в три погибели. Его в согнутом состоянии доставили в больницу и сделали рентген – чтобы посмотреть, что случилось и в каком месте резать.
Но если человек страдает от запоров, газов, диареи, то делать рентген нет смысла. Каждый врач увидит на снимках что-то свое, но диагностика легких заболеваний или нарушений работы кишечника по данным рентгенографии не более информативна, чем гадание на кофейной гуще.
Капсульная эндоскопия – это когда вы глотаете капсулу, а она проходит через весь кишечник, фотографирует его и снимает на видео. Вся информация передается по беспроводной связи.
Это относительно новое исследование. Оно появилось только в 2001 году. Первая видеокапсула называлась М2А (Mouse-to-Аnus). Она впервые позволила осмотреть труднодоступные участки тонкой кишки неинвазивным методом.
За последующие два десятка лет появилось множество типов капсул, но суть исследования осталась прежней: миниатюрная видеокамера делает снимки или записывает видео через прозрачный колпачок. Через антенну информация транслируется на записывающее устройство, которое располагается на поясе пациента. Капсула продвигается за счет перистальтических сокращений кишечника. Рядом с камерой располагаются светодиоды, которые освещают весь ее путь. Работа всей аппаратуры обеспечивается встроенной батареей. В первой видеокапсуле батарея могла проработать 8 часов, в современных – вдвое больше.
Что еще изменилось за 20 лет, кроме емкости батареи? Устройства стали более удобными и компактными. Первые системы требовали, чтобы человек носил тяжелый жилет с электродами. Им на смену пришли легкие удобные пояса. В них встраивают зуммеры, которые вибрируют, когда исследование проходит определенный этап. Первые записывающие устройства весили более 1 кг, а теперь они легкие и компактные.
Новые капсулы оснащены искусственным интеллектом. Они сами понимают, когда меняется перистальтика кишечника, когда человек сидит или стоит, и меняют частоту срабатывания камеры от 2 до 30 раз в секунду. В камерах есть фильтры узкоспектрального освещения, интеллектуальная хромоэндоскопия, системы позиционирования для определения точного расположения образований кишечника. Некоторые видеокапсулы имеют 2 или 4 камеры, обеспечивающие круговой обзор. С 2010 года применяются магнитно-управляемые капсулы. Постоянно развиваются и программы для обработки изображений. Появилась возможность трехмерной реконструкции кишечника.
В 2001 году было выполнено всего 1,5 тысячи исследований в мире. Уже через 5 лет врачи провели 160 тысяч процедур капсульной эндоскопии.
Скоро появятся капсулы, которые будут делать биопсию кишечника и вводить лекарственные препараты. Уже разрабатываются системы автоматического распознавания опухолей. Новые технологии, конечно, отбирают у классических методов диагностики значительную часть пирога, но даже такие новшества не позволят вытеснить традиционную эндоскопию. В том числе и потому, что старые добрые методы всегда дешевле новых высокотехнологичных, да и пока лишь они дают возможность проводить какие-либо манипуляции внутри кишечника, а не только зайти и посмотреть.
Капсульная эндоскопия подходит не всем пациентам. Ее не проводят при сниженной перистальтике кишечника, например, когда человек соблюдает строгий постельный режим или имеет ограниченную подвижность. Риск задержки капсулы повышен у тех, кто проходит лучевую терапию, принимает нестероидные противовоспалительные средства, страдает болезнью Крона.
При гастропарезе, когда содержимое стоит в желудке или эвакуируется слишком медленно, капсула может остаться лежать в желудке и не пройти в кишечник. Дети до 5 лет не могут проглотить капсулу. Но даже в этих двух случаях провести исследование возможно: капсулу доставляют в тонкую кишку с помощью традиционной эндоскопии.
Исследование безопасно для пациента. Даже если капсула застрянет в кишечнике, его просвет не будет закрыт полностью. В таких ситуациях врачи прибегают к тактике выжидания. В течение двух недель они ждут, пока капсула выйдет самостоятельно. Если этого не происходит, капсулу приходится извлекать эндоскопическим способом. Но застревает она редко. Даже у пациентов, которые постоянно лежат и имеют сниженную перистальтику кишечника, риск задержки капсулы составляет всего 2 %. И это как раз в тех случаях, когда реально нужно делать операцию по причине болезни, а застрявшая капсула служит для этого просто дополнительным поводом и одновременно плюсом, так как позволяет хирургу точно найти нужное место в кишечнике.
Обычную капсульную эндоскопию нельзя использовать при нарушении проходимости кишечника. Но и для таких ситуаций есть техническое решение: существуют растворимые капсулы с радиоактивной меткой. Если она застрянет, то полностью растворится в течение 24 часов. К тому же радиоактивная метка укажет, в каком месте нарушилась проходимость кишечника.
Пока что традиционная эндоскопия проводится намного чаще, чем капсульная. Но и для этого нового метода есть свои области применения.
В случае желудочно-кишечного кровотечения врач использует традиционную эндоскопию, чтобы найти источник. Если процедура оказывается неинформативной, следующим методом становится капсульная эндоскопия. В 50 % подобных случаев установить источник кровотечения с помощью этого метода все же удается.
Капсульная эндоскопия часто используется для проверки заболеваний тонкого кишечника. По эффективности она сопоставима с двойной баллонной энтероскопией, но, в отличие от нее, является неинвазивным методом диагностики и не требует седации.
Используют метод и для диагностики болезней толстой кишки. Применяются двухкамерные капсулы с широким углом обзора. Правда, пока что исследование намного менее информативно, чем традиционная колоноскопия. Обнаруживаются в основном полипы размером более 5 мм. При меньшем размере чувствительность капсульной эндоскопии невысокая. Некоторые участки толстого кишечника плохо видно из-за низкой чистоты. К тому же при колоноскопии небольшой полип можно сразу удалить, а из подозрительного участка слизистой оболочки – взять образцы для исследования, что невозможно при использовании капсульного метода.
Нужно ли готовиться к исследованию? Если обследовать нужно пищевод, желудок, тонкий кишечник, то подготовка не нужна. Достаточно проглотить капсулу натощак. А вот при обследовании толстой кишки готовиться нужно – причем более основательно, чем к колоноскопии.
Один из самых частых симптомов со стороны кишечника – метеоризм. Газы образуются бактериями. Основные причины повышенного газообразования: дисбактериоз, неправильное питание и нарушенное пищеварение, раздражение или воспаление кишечника.
Болезней кишечника много, а симптомы одни и те же: боль, диарея, запор, метеоризм. Нельзя точно определить проблему по симптомам. Для проверки придется сделать лабораторные анализы и прибегнуть к инструментальным методам исследования. Анализ крови минимально информативен. Анализ кала покажет лишь некоторые заболевания: лактазную недостаточность, гельминтозы, аллергию или рак кишечника.
Большинство заболеваний кишечника определяют с помощью инструментальных методов. Они бывают эндоскопические и неэндоскопические. К последним относят методы медицинской визуализации: рентген, УЗИ, КТ и МРТ. Первые два способа стоят дешевле, но они менее информативны. Лучшие варианты неинвазивной диагностики – КТ и МРТ. Они позволяют рассмотреть не только кишечник, но и окружающие его ткани.
Однако самые точные исследования – эндоскопические. Врач может заглянуть внутрь кишечника с помощью миниатюрной видеокамеры. Для диагностики заболеваний тонкого кишечника используется двухбаллонная, однобаллонная или спиральная энтерография. Для диагностики заболеваний толстого кишечника применяют колоноскопию. Используя те или иные методы, врачи могут осмотреть весь пищеварительный тракт, от полости рта до заднего прохода.
Кроме традиционной эндоскопии, в последние годы получила распространение капсульная эндоскопия. Она не сопровождается даже малейшим дискомфортом. Человек проглатывает капсулу, она проходит через весь кишечник, а по пути снимает фото и видео. Пока что широкое внедрение метода ограничено из-за его дороговизны.
Колоноскопия – лучший метод диагностики болезней толстого кишечника. Ее нужно делать раз в 10 лет, начиная с возраста 50 лет, даже если вас ничего не беспокоит. Регулярная колоноскопия снижает риск смерти от рака кишечника в три раза. Врач или обнаружит раннюю опухоль, которую можно легко и полностью удалить, или выявит предраковые заболевания: полипы и дисплазию эпителия.
Полипы – это наросты на слизистой оболочке. Чаще всего встречаются аденоматозные полипы или тубулярные аденомы. Они есть у 20 % населения старше 50 лет. Риск перерождения такого полипа в рак составляет около 5 %. Реже встречаются виллезные аденомы. Они достигают крупных размеров, кровоточат, выделяют слизь, а риск перерождения в рак достигает 40 %.
Колоректальный рак можно не только вовремя выявить, но и предотвратить. Большинство болезней кишечника, включая дивертикулез, полипы и рак, развиваются по одним и тем же причинам: низкое потребление клетчатки, высокое потребление рафинированной и животной пищи, низкая физическая активность и ожирение. На эти факторы можно повлиять. Ешьте больше клетчатки, держите себя в форме, и вы предотвратите много проблем: запоры, метеоризм, боли в животе, дисбактериоз и воспаление в кишечнике. Кроме того, эти же рекомендации помогут снизить сердечно-сосудистые риски и увеличат продолжительность вашей жизни на десятки лет.
К сожалению, некоторые болезни контролировать с помощью диеты и спорта невозможно. Неспецифический язвенный колит и болезнь Крона – редкие, но самые тяжелые хронические заболевания кишечника. Они возникают из-за аутоиммунного воспаления, часто поражают молодых людей. Лечить эти болезни приходится часто, долго и дорого. Полностью они не всегда излечиваются. У некоторых людей развиваются тяжелые осложнения, требующие хирургического лечения.
Когда у человека возникают подозрительные симптомы – диарея, бурление в животе, метеоризм, то о чем он в первую очередь думает? «Видимо, что-то не то съел!»
Ничего страшного: бывает! Просто нужно положить в туалет книгу, поесть пару дней супчику, а иногда и таблетки какие-то принять. Нередко прибегают к антибиотикам – ведь в кишках может обитать инфекция, а значит, ее нужно уничтожить! По крайней мере, так считает среднестатистический человек.
На самом деле большинство пищевых отравлений антибиотиками не лечат. Отравление, как правило, представляет собой не инфекцию, а токсикоинфекцию – кишечник поражают не бактерии, а их токсины, заблаговременно накопленные в продуктах. Естественно, антибиотики не могут эти токсины разрушить. Но даже если это инфекция, то она может быть вирусной. Наконец, даже если инфекция бактериальная, антибиотики все равно не нужны в подавляющем большинстве случаев: есть лишь несколько инфекционных болезней кишечника, которые требуют назначения антибактериальных средств, и встречаются эти патологии не очень часто.
Но кто станет разбираться? В СССР понос лечили левомицетином – очень токсичным антибиотиком, который сегодня применяют только наружно и очень редко внутрь. Но раньше этот препарат был в каждой домашней аптечке, поэтому успел уничтожить не одну печень.
Сегодня в аптеках продаются не такие токсичные антибиотики, но все же от их приема мало пользы. Мы уже говорили о вызванных антибактериальными средствами воспалительных процессах в кишечнике. Они повреждают нормальную микрофлору, провоцируют рост клостридий и грибков. Как сама кишечная инфекция, так и домашние методы ее лечения могут быть причиной долговременного нарушения функции пищеварительного тракта.
Чаще встречаются не бактериальные, а вирусные кишечные инфекции. Основной возбудитель – ротавирус. Для взрослых он неприятен, а для детей – смертельно опасен. По данным ВОЗ, каждый год ротавирус убивает примерно 0,5 млн детей. Это причина около 5 % всех детских смертей.
Но стоит сделать важное уточнение: 90 % летальных исходов приходится на бедные страны Африки и Азии. Главная причина – отсутствие адекватной медицинской помощи.
Взрослые тоже болеют, часто в легкой форме. Что такое легкая форма? Многие подумают: это когда человек перенес инфекцию и даже ее не заметил. Нет – легкая форма, это когда вас не увезли в больницу и не уложили под капельницу. Но это не значит, что симптомов нет. Вы проведете в туалете немало «приятных» минут, возможны также рвота и повышение температуры тела.
Есть и другие вирусы, способные вызывать кишечные инфекции, – энтеровирусы, торовирусы и еще несколько десятков возбудителей из 9 семейств.
Даже без лечения вирусные кишечные инфекции быстро проходят. Все что нужно – пить много воды, чтобы избежать обезвоживания организма. Организм сам избавится от вируса. Но проблема в том, что в кишечнике могут остаться последствия, с которыми затем придется справляться с помощью врачей. Эти последствия называют такими умными терминами, как гастроинтестинальный (желудочно-кишечный) постинфекционный синдром или постинфекционный синдром раздраженного кишечника.
Он развивается не у всех, а примерно у 15 % перенесших заболевание. Много это или мало? Давайте посчитаем: в России ежегодно диагностируется 800 тысяч случаев кишечных инфекций. Это значит, что примерно у 130 тысяч из них каждый год развивается постинфекционный СРК.
На самом деле эта цифра сильно занижена. Ведь не все люди с диареей сразу бегут к врачу! Конечно, если изо рта хлещет фонтаном, а из заднего прохода льет как из ведра, то придется обратиться за помощью хотя бы для того, чтобы получить больничный. Иначе ведь до работы не доберешься без публичного позора! Но если проблема возникла в выходные, или вы можете просто отпроситься с работы по телефону, или вы вообще не работаете, или у вас свободный график, или, или… В общем, к врачу ходят не все, поэтому число людей с постинфекционным СРК исчисляется сотнями тысяч. Можно за пару дней переболеть кишечной инфекцией, а затем еще много месяцев или даже лет маяться проблемами с кишечником.
Бактериальные кишечные инфекции протекают тяжелее вирусных. Правда, одно не исключает другого. Часто человек заражается вирусом, а на фоне вирусной инфекции в стенку кишечника, почувствовав слабину, вгрызаются и бактерии.
После бактериальных инфекций риск постинфекционного СРК выше – он развивается у каждого третьего. Впервые патология описана более 50 лет назад. Авторы изучили 130 ли болезнь в то время) и выяснили, что у 26 % из них болезнь стала следствием перенесенной дизентерии.
У большинства людей симптомы кишечной инфекции полностью проходят за пять дней. Но у некоторых кишечный дискомфорт сохраняется годами. Вероятность СРК повышается при длительном течении диареи. Если жидкий частый стул сохраняется более недели, то риск остаточных явлений повышается в два раза, а при диарее более трех недель вероятность СРК возрастает втрое.
Как и почему развивается постинфекционный СРК? Основная причина – очень сильный иммунный ответ на инфекцию. В кишечнике возникает воспаление. Даже после того как инфекция побеждена, иммунитет «разоружается» очень медленно и крайне неохотно. В стенке кишечника сохраняется небольшое вялотекущее воспаление, которое постоянно раздражает стенку и влияет на моторику. У большинства людей повышается проницаемость кишечника, но главное – возрастает его чувствительность. Это состояние называется висцеральной гипералгезией. Даже минимальный раздражитель, который здоровый человек и не заметил бы, теперь способен вызывать боль в животе и нарушение моторики кишечника.
Кратко перечислим основные факторы риска развития постинфекционного СРК:
• тяжесть инфекции – чем тяжелее, тем хуже (плохие факторы прогноза – кровь в кале, боль в животе и потеря веса на 4,5 кг и больше);
• длительность диареи – чем дольше, тем хуже;
• причина и вид инфекции – бактериальные заболевания хуже вирусных;
• женский пол – у женщин СРК возникает чаще;
• сопутствующие психологические проблемы: депрессия, тревожность, ипохондрия (сосредоточенность на болезни);
• возраст – чем старше человек, тем ниже риск СРК (минимальная вероятность – после 60 лет).
Если сравнить двух людей с наличием и отсутствием всех этих факторов риска, то при их наличии вероятность постинфекционного СРК выше примерно в 6 раз.
Для кишечника вредны лекарства, которые дают по крайней мере один из четырех нижеперечисленных эффектов:
• Нарушают моторику (сокращения и подвижность) кишечника.
• Изменяют пристеночное пищеварение и проницаемость кишечника, повреждая кишечный барьер.
• Влияют на движение жидкости из крови в кишечник и обратно.
• Убивают микрофлору кишечника.
Нестероидные противовоспалительные средства относятся к числу самых вредных препаратов. Мы уже говорили о том, как они повреждают желудок. В кишечнике эти лекарства делают то же самое: блокируют образование простагландинов. В итоге уменьшается секреция слизи, повреждается эпителий, появляются эрозии и язвы. В экспериментах на животных высокие дозы НПВС приводят к перфорации кишечника, перитониту и смертельному исходу.
Глюкокортикоиды – оказывают аналогичное воздействие на слизистую оболочку. Эти препараты используются реже, в основном для лечения аутоиммунных и аллергических заболеваний.
Антибиотики – могут вызывать тяжелые псевдомембранозные колиты (если от них вырастут клостридии) или кандидоз (если во время лечения в кишечнике поселятся грибы).
Растительные слабительные средства (сенна, крушина, алоэ) – вызывают хроническое воспаление, псевдомеланоз кишечника и лаксативный синдром или диарею при длительном приеме.
Другие препараты, которые реже используются или менее вредны для кишечника:
• препараты золота;
• препараты висмута;
• нейролептики;
• цитостатики;
• антикоагулянты;
• препараты калия;
• опиаты;
• антациды;
• альдостерон;
• иммунодепрессанты.
Лекарственные поражения кишечника в основном проявляются дискомфортом: метеоризм, диарея, запоры. Может возникать боль, нарушается всасывание питательных веществ. Но встречаются и более тяжелые случаи, когда происходит перфорация кишечника, тромбоз его сосудов и некроз (отмирание) кишечной стенки. Это опасные осложнения, которые требуют хирургического лечения и нередко завершаются смертью больного.
Что делать, чтобы избежать лекарственного поражения кишечника?
Во-первых, не заниматься самолечением. В российских аптеках даже рецептурные препараты продают без рецепта, но это не значит, что нужно покупать небезопасные таблетки и глотать их как конфеты.
Во-вторых, если самолечением вы все-таки занимаетесь (например, принимаете аспирин или диклофенак), то необходимо максимально ограничить длительность лечения. Принимайте таблетки по требованию, а не непрерывным курсом (например, только в случае появления головной боли и повышения температуры тела). Избегайте длительного лечения любыми препаратами, кроме тех, которые назначил врач.
В-третьих, обратите внимание на свой образ жизни. Его можно скорректировать, избавившись от неприятных симптомов без лекарств. Например, вы можете увеличить потребление клетчатки и жидкости, чтобы справиться с запорами без препаратов сенны.
Синдром раздраженного кишечника – одно из самых частых заболеваний в гастроэнтерологии. Им страдает 15 % населения планеты. Это функциональное расстройство кишечника или нарушение работы целого неразрушенного кишечника: нарушается его моторика, но при обследовании пациента внутри не обнаруживается органической патологии, которая могла бы стать причиной возникающих симптомов.
СРК в реальной жизни обычно является диагнозом исключения, то есть при обращении больного с жалобами врачи тщательно обследуют пациента для выявления проблем, разрушающих кишечник. СРК ставят, только если «все» проблемы кишечника исключили, в том числе онкологию, воспалительные заболевания кишечника, инфекции или болезни других органов – печени, поджелудочной железы и т. д.
Причинами могут служить:
• хронический стресс;
• низкая социальная поддержка;
• воспаление;
• дисбактериоз;
• перенесенная инфекция;
• нарушение проницаемости кишечника.
Для развития заболевания нужны две группы причин, чтобы они сложились как 1+1:
1. Раздражающий фактор – что-то, что раздражает кишечник изнутри, например воспаление.
2. Повышенная чувствительность к раздражению – даже если оно не сильное, моторика кишечника все равно нарушается.
Информация о раздражителе принимается рецепторами кишечника и по нервам идет в спинной мозг. Тот активирует лимбическую систему, а она отправляет множество импульсов к кишечнику. В итоге его подвижность нарушается, появляются спазмы, боль, диарея или запор. И дальше все идет по кругу.
Психосоматика – это когда психологические проблемы приводят к неправильной работе внутренних органов. В норме эмоции лишь на короткое время вмешиваются в работу желудочно-кишечного тракта. Но для некоторых людей психологические расстройства становятся постоянными спутниками жизни: у них развивается тревога, депрессия, ипохондрия и т. д. Эти проблемы по оценкам разных авторов обнаруживаются у 75–100 % больных, у которых есть СРК. Они вызывают нарушение работы кишечника или усугубляют тяжесть уже имеющегося заболевания.
Насколько опасен СРК? Исследования показали, что это заболевание не повышает риск рака, неспецифического язвенного колита и болезни Крона, а также не влияет на продолжительность жизни. Поэтому можно сказать, что СРК не опасен. Правда, кроме продолжительности жизни в медицине используется такой показатель, как качество жизни. Это самое качество при СРК сильно страдает.
По проявлениям, которые возникают чаще всего, выделяют разные виды раздражения кишечника:
• СРК-З (с запором);
• СРК-Д (с диареей);
• СРК-М (то запор, то диарея);
• СРК-Н (все остальные случаи, не подходящие под первые три варианта).
Запор и диарею в данном случае определяют не по частоте дефекации, а по внешнему виду испражнений. Для оценки используется Бристольская шкала. Она включает 7 типов кала.
Запор при СРК означает, что минимум в 25 % случаев при осмотре содержимого унитаза вы обнаруживаете кал 1–2 типа по Бристольской шкале.
1 тип – «орехи», которые с трудом продвигаются через прямую кишку.
2 тип – «колбаска», но комковатая.
Диарея при СРК означает, что минимум в 25 % случаев вы видите типы 6–7 по Бристольской шкале.
6 тип – «каша».
7 тип – «вода».
При СРК всегда болит живот. Боль возникает минимум один раз в неделю.
У пациентов с психологическими проблемами страдает функция не только кишечника. У каждого третьего обнаруживается функциональная диспепсия из-за нарушения моторики желудка. Самые частые ее проявления – тошнота и изжога. Кроме того, у многих выявляются не гастроэнтерологические симптомы того же происхождения: неполное опорожнение мочевого пузыря, боль при половом акте, головные боли, мышечные боли, бессонница.
Особенности боли при СРК:
• усиливается после еды;
• ослабевает после дефекации;
• быстро купируется спазмолитиками;
• периодическая, а не постоянная;
• никогда не беспокоит по ночам;
• у женщин усиливается в период менструаций.
Частый симптом – метеоризм. Утром после пробуждения человек чувствует себя хорошо, но к концу дня живот все больше раздувает.
С диареей все наоборот: утром человек может сходить в туалет несколько раз, а к вечеру ему легчает. Первый раз может вывалиться обычный плотный кал, а все последующие разы льется вода. Ночных позывов при СРК не бывает.
Все описанное выше – это «классика». Но в реальной жизни не всегда имеют место классические проявления болезней. По симптомам диагностировать болезни кишечника практически нереально, ведь различных заболеваний – десятки, а основных симптомов всего четыре – боль, диарея, запор и метеоризм. Они одинаковые при СРК, воспалении, опухоли, целиакии, непереносимости лактозы и т. д. Более того, похожие симптомы нередко встречаются при проблемах других органов, например поджелудочной железы или печени.
Вот почему надо проверить весь организм вдоль и поперек, прежде чем заявлять о СРК. Хуже всего, если под маской раздраженного кишечника скрывается рак. Главная задача врача состоит в том, чтобы его не пропустить. СРК и рак пересекаются не очень часто хотя бы потому, что развиваются в разном возрасте. Большинство случаев СРК находят в 30–40 лет, а опухоли обычно появляются после 50 лет.
Но к людям «пограничного» возраста, в диапазоне 40–50 лет, врачи относятся крайне настороженно, потому что СРК еще возможен, а рак – уже возможен. Их обязательно обследуют с помощью колоноскопии, проверяют, есть ли в кале кровь, жир, оценивают уровень гемоглобина и маркеров воспаления в крови, делают УЗИ органов брюшной полости.
У людей с кишечными симптомами тщательно выясняют анамнез. Ключевые признаки СРК: симптомы не прогрессируют, они не постоянные, их не бывает ночью. У больных не происходит потери веса, нет анемии, и симптоматика возникает не только со стороны кишечника. Если же кроме кишечника ничего не беспокоит, с высокой вероятностью это органика, которую нужно искать.
Повышенная чувствительность кишечника означает, что нормальный раздражитель становится для человека чрезмерным и слишком сильным. Раньше он бы его не заметил, но теперь малейшая погрешность в еде, стресс, прием препарата и т. д. вызывает боль, спазмы, диарею или запор.
Почему чувствительность кишечника повышена? Вариантов всего два: повышена от рождения или повысилась в течение жизни. У некоторых людей чувствительность кишечника выше, чем у других. Это нормально – просто такая особенность организма. У таких людей чаще развивается СРК. Кстати, с возрастом риск заболевания уменьшается, а после 60 лет почти у всех СРК проходит. Это связано с возрастным изменением нервов: кишечник становится все менее чувствительным к раздражителям. Кроме того, чувствительность кишечника может повыситься сильно и надолго после перенесенной инфекции, стресса, приема препаратов, тяжелой болезни и т. д.
Приходит человек на прием: он боится, руки трясутся, давление высокое, стул частый, пот льется ручьем и т. д. Что это? «Психические расстройства» – ответит, не задумываясь, большинство людей и большинство врачей. Действительно, самый очевидный вариант – психосоматика.
Подобные симптомы возникают, когда стресс слишком сильный или когда человек очень неустойчивый к стрессу. А чаще эти два обстоятельства сочетаются: низкая стрессоустойчивость с постоянными стрессовыми ситуациями. Такому человеку сразу хочется поставить диагноз «СРК». Но всегда ли ответ очевиден?
На самом деле подобные симптомы могут быть вызваны гормональными изменениями. Почему у человека, который встретил на улице крокодила, трясутся руки, стучит сердце и повышается давление? Потому что выделяются катехоламины – гормоны надпочечников (адреналин, норадреналин). Выделение гормонов запускают эмоции – в данном случае страх. Выброс гормонов могут спровоцировать и другие эмоции – к примеру, ярость.
Но бывает так, что эмоций нет, а гормоны есть. В этом случае симптомы аналогичные, только отсутствует связь со стрессом. Человек сидит на пляже, читает книгу в уютном кресле на даче или даже медитирует в горах Тибета, но вдруг – бац! Сердце заколотилось, лицо покраснело, пот льется, руки трясутся… Может возникнуть тревога, страх, злость, агрессия.
Почему происходит выброс гормонов без эмоций? Причина – эндокринное заболевание или опухоль, которая вырабатывает гормоны. Например, это может быть гастроинтестинальная стромальная опухоль (ГИСТ) или феохромоцитома.
Но самая частая причина нарушения функции кишечника без эмоций – это нарушение функции щитовидной железы. На нее приходится 7 % всех случаев СРК. Функция может быть как чрезмерной (гипертиреоз или тиреотоксикоз), так и недостаточной (гипотиреоз). При чрезмерной активности щитовидной железы человек теряет вес, часто потеет, у него учащается пульс и повышается артериальное давление, болит живот, развивается диарея, непереносимость жары. При гипотиреозе ситуация обратная: человек вялый, сонный, ленивый, толстый, пульс редкий, развиваются запор, отеки, непереносимость холода.
Болезни щитовидной железы успешно поддаются лечению. Иногда даже удается устранить причину этих проблем, и тогда нормальный уровень гормонов восстанавливается сам по себе. Если этого не происходит, проводится пожизненная гормональная терапия – она недорогая и неопасная, если дозы лекарств подобраны правильно. Даже кишечник дополнительно лечить не приходится – после нормализации уровня гормонов в крови диарея или запор проходят сами собой.
Очень редкие, но более тяжелые состояния связаны с гормонопродуцирующими опухолями. Они могут появиться где угодно: в мозге (гипофиз), желудочно-кишечном тракте, поджелудочной железе, надпочечниках и даже в легких. Лечить эти болезни приходится хирургическими методами. Но есть и хорошая новость: большинство этих опухолей доброкачественные. Они не дают метастазов и не рецидивируют после удаления.
Биопсия часто используется в онкологии, но она также применяется в других областях медицины. Просто при подозрении на рак ее делают всегда, а при других болезнях – иногда. Поэтому у людей она ассоциируется прежде всего с онкологией, но исследование может показать и другие проблемы в кишечнике.
Биопсия проводится во время колоноскопии. Врач откусывает щипцами кусочек ткани, который затем направляет в лабораторию для гистологического исследования. Но кишечник большой, и заболевание может быть расположено в другом месте или в разных местах. Чтобы «поймать» болезнь, врач берет образцы тканей из разных участков.
По результатам биопсии врач может определить, есть злокачественная опухоль или нет, какого она типа, агрессивная или не очень. Можно установить тип полипа: из какой ткани он состоит, есть ли дисплазия эпителия и если есть, то легкая, умеренная или тяжелая.
Биопсия – основной метод диагностики воспалительных заболеваний кишечника, о которых мы говорили в предыдущей главе. С ее помощью можно подтвердить диагноз болезни Крона или неспецифического язвенного колита, отличить их от других заболеваний и различить между собой.
Колоноскопия не может ничего пропустить при условии идеальной подготовки кишечника и высокой квалификации врача. Обычно если в кишечнике есть опухоли, полипы, дивертикулы и т. д., то доктор может их увидеть. Если, конечно, он не забыл дома очки.
Но пациенты не всегда правильно готовятся к процедуре. Люди при подготовке кишечника могут не соблюдать рекомендации врача или соблюдать их не полностью. Например, они едят то, что есть нельзя. Или не хотят принимать полную дозу слабительного, а принимают только половину. Или они вообще не считают нужным готовиться: в таком случае врач может прервать процедуру – она не будет информативной, поэтому в проведении такой колоноскопии нет смысла. Пациента отправляют домой, чтобы он подготовился более тщательно, и затем выполняют диагностическую процедуру.
Иногда человек выполняет все рекомендации идеально, но кишечник недостаточно подготовлен. В чем причина? Обычно – в нарушении его моторики или воспалительном процессе. Оба состояния могут развиться вместе – плохая моторика становится следствием воспаления. Кишечник двигается плохо, поэтому даже слабительные средства не могут его полностью очистить.
Если есть небольшие проблемы с чистотой кишечника, на стенке есть немного грязи, то врач может прямо в ходе колоноскопии убрать эту грязь и все же осмотреть интересующий его участок. Но иногда кишечник сильно замусорен, и тогда удается осмотреть его не полностью. Например, доктор может осмотреть только треть или половину толстой кишки. Но подобные ситуации встречаются нечасто. В 90 % случаев эндоскописту удается провести осмотр всего толстого кишечника и 10–15 см тонкого кишечника.
Точность диагностики зависит и от качества оборудования, а также используемых технологий. Колоноскопия в высоком разрешении, возможность увеличения (zoom) и узкоспектральная эндоскопия (NBI) вместо обычного белого цвета повышают точность выявления полипов до 93 %. Кроме того, с помощью узкоспектральной колоноскопии врач может еще до получения результатов биопсии с точностью около 90 % отличить полип от опухоли.
Аденома – это аденоматозный полип из железистой ткани. Из таких полипов растет две трети всех злокачественных опухолей кишечника.
Предрак – это дисплазия. В полипе она может быть, а может и не быть. Кроме того, очаги дисплазии встречаются и без полипов. Иногда их удается обнаружить в ходе колоноскопии, а иногда – нет. Если дисплазию нельзя увидеть, ее можно «угадать». Врач берет биопсию из самых подозрительных участков кишечника, где есть признаки воспаления или повреждения слизистой оболочки. По результатам гистологического исследования под микроскопом может быть обнаружена дисплазия легкой, умеренной или тяжелой степени. Чем тяжелее дисплазия, тем выше риск рака. При тяжелой степени появление злокачественной опухоли практически неизбежно – это только вопрос времени, когда начнется ее рост.
Существует также понятие предракового заболевания. Это патология кишечника, на фоне которой развитие злокачественной опухоли становится более вероятным. Самое тяжелое заболевание – наследственный полипоз толстой кишки. Риск развития рака в течение жизни достигает 100 %. Другие предраковые заболевания: неспецифический язвенный колит и болезнь Крона. Риск колоректального рака выше у людей, перенесших инфекционные колиты и имеющих дивертикулы в толстом кишечнике.
Наследственные полипы бывают. Болезнь называется семейный аденоматозный полипоз толстой кишки (FAP). В кишечнике появляется большое и очень большое количество полипов. Их удаляют, а они образуются снова. В итоге рано или поздно у человека гарантированно развивается колоректальный рак. Опухоли появляются в молодом возрасте. Они могут быть множественными.
Чаще всего встречается классическая форма заболевания. Она начинает давать о себе знать в возрасте 14–16 лет. В кишечнике появляется более 100 полипов. Уже к 30–40 годам развивается рак кишечника. Реже встречается тяжелая форма. Количество полипов, которые обнаруживает врач в ходе колоноскопии, исчисляется тысячами. Злокачественная трансформация наступает уже в 20 лет.
Бывает также ослабленная форма заболевания. Количество полипов в кишечнике – меньше 100. В основном они располагаются в конечном отделе толстого кишечника. Рак развивается после 50 лет.
Наследственный полипоз кишечника проявляется симптомами еще до появления злокачественной опухоли. Основные: боль в животе, слизь в кале, жидкий стул. Из-за постоянных кровопотерь развивается анемия.
Болезнь лечится хирургическим способом. Несколько раз в течение жизни человек переносит эндоскопические операции по удалению полипов. Но в определенный момент может возникнуть потребность в удалении всей толстой кишки. Такую операцию делают, если количество полипов слишком большое или есть несколько аденом размером больше 6 мм. А подтвердить проблему можно с помощью колоноскопии или генетического анализа на семейный аденоматозный полипоз.
Наследственный полипоз кишечника – болезнь редкая. Она выявляется у одного из 20 тысяч человек. Но полипы в кишечнике есть у одного из 5 человек. Из этой статистической информации напрашивается очевидный вывод: в большинстве случаев причиной формирования полипов становится не наследственность, а что-то другое. Что именно?
Как правило, это нелеченые или невылеченные болезни кишечника. Его стенка повреждается и заживает, снова повреждается и снова заживает. После многократного заживления в этой системе что-то ломается, и ткани разрастаются больше, чем это необходимо. Так появляются наросты, меняется структура эпителиальных клеток. Постепенно они приобретают способность к бесконечному и бесконтрольному делению.
Этот процесс не происходит мгновенно. Он протекает десятилетиями. У вас достаточно времени, чтобы изменить образ жизни и подлечить кишечник. Кроме того, можно успеть сделать колоноскопию, чтобы избавиться от полипов, предотвратить рак или хотя бы вовремя выявить и удалить опухоль, пока она имеет минимальные размеры. Но большинство людей этого не делают, поэтому мы имеем более 50 тысяч случаев колоректального рака каждый год.
Коварство полипов в том, что они не болят. Заболевания, которые приводят к появлению полипов, вызывают определенный дискомфорт, но он вполне терпимый: газы, частый или редкий стул, урчание в животе и т. д. Обычно люди не лечатся, а если лечатся, то не до конца, а часто и не теми методами: вместо обращения к врачу, обследования и адекватной терапии они занимаются ерундой – чистят кишечник, пьют целебные воды в санаториях, ставят пиявки и т. д.
Воспаление часто становится пусковым фактором, после которого начинаются проблемы в кишечнике. Причин воспаления может быть много: погрешности в питании, инфекция, дисбактериоз, прием препаратов и т. д. Воспаление может прийти и уйти, а может и не уйти, но в любом случае оно делает кишечник более восприимчивым, более чувствительным, нарушает его моторику и со временем может стать причиной органических заболеваний.
Одно тянет за собой другое: развивается воспаление, плохо работает кишечник, повышается его проницаемость, растут ненужные бактерии, возникают дивертикулы, образуются полипы, происходит дисплазия эпителия. К чему все это приводит? Нарушенная проницаемость кишечника – к фурункулам, бронхиальной астме, синдрому хронической усталости, пневмонии. Полипы и дисплазия приводят к раку кишечника. Дивертикулы становятся причиной дивертикулита, флегмоны, абсцесса, перфорации кишечника, перитонита.
Что делать? Убрать воспаление. Устранить повышенную проницаемость кишечника. Нормализовать моторику кишечника. Восстановить нормальную микрофлору. После этого – наслаждаться жизнью без запоров, без боли в животе, без метеоризма, без риска смертельно опасных заболеваний.
Мы уже говорили о том, как развивается рак пищевода и желудка, как человек проходит через пять ступеней и на последней из них сталкивается с онкологическим заболеванием. В кишечнике все происходит точно так же.
1. Воспаление.
2. Нарушение моторики кишечника, хроническое воспаление, запоры.
3. Аденома (полип).
4. Дисплазия эпителия: легкая, затем – умеренная и тяжелая.
5. Аденокарцинома (рак кишечника).
Легче всего решить проблему на самых ранних ступенях – устранить воспаление, нормализовать моторику, избавиться от запоров.
Не успели? В кишечнике уже образовались полипы? Возможно, даже есть дисплазия? Эта проблема все еще имеет решение: своевременно делайте колоноскопию. Врач удалит полипы, и риск развития рака уменьшится в три раза.
Даже у тех, кто долго не ходил к врачу, не делал колоноскопию или отказался от удаления полипов, еще не все потеряно. Несколько лет рак может «сидеть на месте», не проникая в самую глубину слизистой оболочки. Иногда он проникает в нее, но не более чем на треть. В таком случае можно удалить пораженный участок слизистой, но не отрезать часть кишечника. Проводится эндоскопическая операция – без разрезов на животе, с доступом через задний проход. После нее не нужно долго лежать в больнице и нет никаких последствий для здоровья.
Если опухоль не успели выявить на самой ранней стадии, рак все еще можно вылечить. Правда, приходится удалять часть кишечника. Сегодня эту операцию делают в основном лапароскопическим методом – через короткие разрезы на животе. Большинству людей даже не требуется химиотерапия и облучение после операции.
Самые тяжелые ситуации – когда рак кишечника обнаруживается на 3–4 стадии. Аденокарцинома растет довольно медленно. Настолько позднее обнаружение опухоли говорит о том, человек годами не только не проверял свой кишечник, но даже не ходил к врачу при появлении явных симптомов заболевания. Он терпел боль, запоры, видел кровь в унитазе, но героически держался и пошел в больницу, только когда опухоль съела полкишечника, дала метастазы в печень и распространилась по брюшине.
Даже в этих случаях хирургическое лечение все еще возможно. Опухоль удаляют, концы кишечника сшивают или выводят колостому (кишка открывается на животе). Если рак распространился по брюшине, проводят циторедукцию (удаляют опухолевые очаги) и интраперитонеальную химиотерапию (промывают живот химиопрепаратами). Если рак проник в печень – делают ее резекцию (частичное удаление) или химиоэмболизацию (закупорку сосудов опухоли). Если рак распространился на мозг или легкие – делают дополнительные операции по удалению метастазов. Затем следует лучевая и химиотерапия, иногда – таргетная, иммунная терапия. Эти титанические усилия врачей и мужество пациентов не позволяют избавиться от рака полностью: рано или поздно болезнь вернется. Но человек, которому сделали операцию, может прожить еще 3–5 лет, а иногда даже 10 лет после установления диагноза.
Человек страдает от симптомов, но не идет к врачу. У него запоры – он терпит. Болит живот – все равно терпит. Обнаруживает кровь в кале – терпит. Вес уменьшается – все равно чего-то ждет. Почему человек не идет к врачу? Потому что там страшно, дискомфортно, затратно по времени и по финансам.
Если бы человеку сказали, что у него рак, он побежал бы в больницу, только пятки бы засверкали. Но кто ему скажет? Говорят другое. Пришел сосед и сказал, что у него тоже в прошлом месяце был запор. Попил сенну – все прошло. Другой сосед говорит, что у него кровь в кале была – ничего страшного, это геморрой. Покровит немного, но вся кровь из тела не вытечет, ее в сосудах много.
Так и сидит человек, пока у него в животе опухоль растет. Нередко он даже пытается лечиться народными способами, например, чистит кишечник или принимает растительные средства. Многие покупают биодобавки в интернете. Немало лекарств есть и в аптеке: пробиотики, таблетки от запора, от диареи, от боли, от вздутия, от тошноты, от плохих микробов, от геморроя, от нервов и от много чего другого.
Но таблетки – это от симптомов, а не от болезни. Если вы проглотили пилюлю, и на несколько часов вам стало лучше, это не говорит о том, что проблема решена. Это говорит лишь о том, что проблема замаскирована. О ней можно забыть еще на час, на день, на неделю – на достаточное время, чтобы опухоль перешла в неизлечимую стадию.
Плацебо – это когда лечения нет, а человек думает, что оно есть, поэтому больному становится легче. Чем сильнее болезнь зависит от нервов, тем эффективнее плацебо. Болезни кишечника зависят от нервов в значительной степени, поэтому при использовании неэффективных методов лечения человеку действительно может стать легче. Но это мнимое улучшение: воспаление никуда не денется, полипы и дивертикулы не исчезнут.
В медицине любой метод лечения принято сравнивать с плацебо. Например, берут 1000 человек. Из них 500 получают реальную таблетку, а еще 500 человек – пустышку. Затем врач смотрит результаты и констатирует: в группе плацебо боль в животе прошла у 40 % людей, а в группе препарата эффективность 70 %. Вывод: лекарство работает.
Таким образом, в доказательной медицине любому препарату или немедикаментозному методу лечения нужно не просто давать положительный эффект у некоторой части людей, а быть эффективнее, чем плацебо. Но в альтернативной медицине этого не требуется.
Часто лечить болезни кишечника предлагается чистками. Работают они или нет? Конечно же, не работают. Но понять это невозможно, ведь нет плацебо-контроля.
Сходил пациент Вася на чистку. Жена дома спрашивает: «Ну что, помогло?» Вася отвечает: «Да вроде не очень…» Ну ладно, попробуем что-то другое: вот тебе чай кишечный, сок очистительный, полезные бактерии из аптеки и т. д.
На следующий день на чистку идет Николай. Жена дома спрашивает: «Ну что, Коля, помогло?» А Николай отвечает: «Еще как! Прямо ощущаю, что вся грязь из кишечника вышла, живот не болит и какать не хочется».
Выходит, сработало? Теперь Вася пойдет в аптеку покупать целебный чай и забудет о неудачной чистке раз и навсегда. А Коля расскажет соседям, опубликует сообщение в интернете, и все узнают, какая это хорошая штука – чистка кишечника. Сделает он все это в первые три дня после процедуры. Через неделю все симптомы вернутся, но об этом в интернете уже никто не узнает.
Методов очищения кишечника – десятки, а возможно, даже сотни. Вот самые популярные из них.
Клизма. Самый неэффективный способ, очищающий лишь конечный отдел кишечника, по сути, только прямую кишку. Это полезно перед трансректальным УЗИ или пальцевым ректальным исследованием. Кроме того, можно решить проблему сильного запора. Но делать клизму постоянно – значит ухудшить моторику кишечника на долгое время. Некоторые доходят до того, что вообще не могут сходить в туалет без клизмы.
Гидроколонотерапия. Часто практикуется в санаториях. В задний проход вставляют шланг. В кишечник вводят десятки литров воды, чтобы промыть его. Зачем? Предполагается, что так можно справиться с хроническими запорами, дисбактериозом и даже болезнью Крона. Часто процедуру применяют при алкоголизме: якобы для преодоления абстинентного синдрома. Возможно, в результате такого «кодирования» человек действительно перестанет пить: он попросту испугается, что в случае срыва ему в задницу снова засунут шланг.
Лечебное голодание. Чтобы в кишечнике что-то появилось, это что-то нужно съесть. Если вы ничего не едите, то в кишечнике ничего нового не появляется, а старое уходит в унитаз. Постепенно кишка пустеет. Так она очищается естественным путем и симптомы уменьшаются просто потому, что некому и нечему их вызвать. Но долго жить без еды тоже не получится, поэтому человек начинает есть, а вместе с едой возвращаются и симптомы болезни.
Слабительные средства. Самое популярное средство – магния сульфат. Но есть и другие препараты, обеспечивающие быструю чистку. Вы принимаете их внутрь, многократно посещаете уборную, и вот стенки кишечника сияют так, что микробы могут увидеть в них свое отражение.
Очищающие чаи и биодобавки. В интернете продают сотни «целебных» средств, которые якобы помогут вам очистить кишечник и весь организм без мучительных процедур, без голоданий и слабительных. Просто глотайте по одной капсуле три раза в день, и будет вам счастье. А если не вам, то хотя бы тем людям, которые эти капсулы производят и продают.
Народные средства. Как правило, это травы и пищевые продукты, которые обладают слабительным, желчегонным и мочегонным эффектом. Точно таким же слабительным, как большое количество клетчатки, точно таким же желчегонным, как большое количество жира и точно таким же мочегонным, как большое количество воды.
Специальные диеты. Например, много кефира и много отрубей. Такая «чистка» кишечника действительно полезна. Отруби содержат много клетчатки. Внесите в эту схему всего две поправки, и ваш кишечник будет чувствовать себя намного лучше. Первая – исключать другие продукты не стоит. Вторая – такая «чистка» должна продолжаться не один день, а всю жизнь.
Сорбенты. Чаще всего кишечник пытаются чистить активированным углем, полисорбом и энтеросгелем. Плохо, если сорбенты принимают длительным курсом, ведь они забирают многие полезные вещества из пищи, включая витамины и микроэлементы.
Действительно ли человеку нужно чистить свой кишечник? Да, но только по определенным показаниям. Например, перед колоноскопией или хирургической операцией, а еще в случае острого отравления ядами – их нужно успеть вывести из кишечника, пока не всосались в кровь.
Но поклонники альтернативной медицины считают, что кишечник нужно очищать всем, и делать это регулярно. Дескать, там накапливаются шлаки, которые необходимо вывести, чтобы не отравляли организм.
Правда это или вымысел? Стоит сказать, что доля правды в этом утверждении имеется. В кишечнике действительно может застаиваться содержимое. Там может что-то гнить, бродить, образуется большое количество токсинов, и небольшая их часть проникает в кровь. У некоторых людей повышается проницаемость кишечника, и тогда очень много ядов и даже бактерии начинают попадать в системный кровоток, отравлять организм, вызывать заболевания других внутренних органов.
Решит ли чистка кишечника эту проблему? Кажется, что она должна ее решить. Давайте построим логическую цепочку:
1. В кишечнике образуются яды.
2. Эти яды идут в кровь и отравляют организм.
3. Нужно, чтобы яды не шли в кровь, а значит, их не должно быть в кишечнике.
4. После очищения кишечника ядов там нет, поэтому в кровь они не попадут.
5. Вывод: нужно чистить кишечник.
Правда, есть один изъян в этой логике. Те, кто предлагают вам чистку, «забывают» упомянуть, что если вы не планируете голодать остаток жизни, то кишечник снова наполнится уже завтра. В нем опять появятся фекалии, бактерии будут поедать клетчатку и непереваренные остатки пищи, образуются яды, и часть из них попадет в кровь. Выходов из этой ситуации только два:
1. Никогда больше не есть, чтобы кишечник так и остался чистым до конца ваших дней.
2. Есть можно, но придется очищать кишечник ежедневно, и тоже до конца дней.
Как нетрудно догадаться, оба варианта абсурдны и невозможны. При выборе любого из них конец этих самых дней наступит очень и очень скоро.
Вместо того чтобы чистить кишечник, необходимо восстановить его функцию, убрать воспаление, улучшить состав микрофлоры. Тогда яды образуются в меньшем количестве и не будут попадать в кровоток, не сформируются полипы, дивертикулы и опухоли. А если кишечник здоровый и у него получается ежедневно ходить в туалет стулом нормальной консистенции без болей и сильного натуживания, то это и есть естественная нормальная очистка кишечника.
Синдром раздраженного кишечника – одно из самых частых заболеваний в мире. Им страдает 15 % населения планеты. Запустить СРК может что угодно: перенесенная пищевая инфекция, прием препаратов, стресс, дисбактериоз и т. д.
У многих людей СРК начинается после перенесенной кишечной инфекции. Эту форму болезни так и называют: постинфекционный СРК. Проблема в том, что возникшее воспаление в кишечнике делает его стенку очень чувствительной.
Теперь даже минимальные раздражители, которых человек раньше не замечал, вызывают боль в животе и нарушают моторику кишечника. В итоге люди месяцами, а то и годами после перенесенной пищевой инфекции мучаются от неприятных симптомов.
Но все же основная причина СРК – это психологические проблемы. Не те, с которыми кладут в психиатрическую больницу, запирают на ключ и пичкают препаратами, превращающими человека в пускающий слюни овощ. СРК вызывает депрессия, тревога и ипохондрия. Наш мозг влияет на функцию кишечника, поэтому при психических расстройствах появляются боли в животе, запор или диарея.
Запустить СРК могут и лекарственные средства. Чаще всего это нестероидные противовоспалительные препараты, глюкокортикоиды, антибиотики или растительные слабительные. Они нарушают слизистый барьер, повышают проницаемость кишечника, убивают полезных бактерий и влияют на моторику.
Когда к врачу обращается пациент с болью в животе, запорами и поносами, то доктор сразу подозревает СРК. Но установить этот диагноз «на глаз» он не может, потому что это диагноз исключения. Гастроэнтеролог должен тщательно обследовать больного и убедиться в отсутствии органических заболеваний. Если человека обследовали, ничего не нашли, а симптомы есть, то констатируют СРК.
Самые точные методы диагностики – колоноскопия и биопсия. При колоноскопии можно осмотреть весь кишечник изнутри. Но для того чтобы исследование было информативным, к нему нужно правильно подготовиться. Иначе кишечник останется «грязным», и врачу трудно будет что-то рассмотреть на его стенках.
При хронических заболеваниях кишечника в нем прогрессируют предраковые изменения. Появляются полипы, развивается дисплазия эпителия. Если с этим ничего не сделать, то дисплазия становится тяжелой, а затем из этого эпителия растет злокачественная опухоль. Чтобы избежать рака, нужно своевременно лечить хронические заболевания кишечника, а не терпеть их. Необходимо проходить колоноскопию один раз в 10 лет, чтобы обнаружить и удалять полипы.
К сожалению, большинство людей никогда не обследуются, даже если имеют стандартный набор кишечных симптомов: боль в животе, метеоризм, нарушения стула.
Они игнорируют признаки болезни: списывают симптоматику на нервы, занимаются самолечением, чистят кишечник, прибегают к народной медицине. Итог: более половины злокачественных опухолей обнаруживаются на поздней стадии, когда вылечить болезнь уже нельзя, а можно только подлечить.
Болезни кишечника не лечатся чистками. Это направление альтернативной медицины очень популярно: люди ставят клизмы, проходят гидроколонотерапию, принимают слабительные и сорбенты. Но в действительности очищение кишечника нужно только в случае острого пищевого отравления, перед колоноскопией или хирургической операцией. Остальным людям чистить кишечник нет смысла, так как он не может и не должен постоянно сохраняться в «чистоте». Пока мы едим, в кишечнике накапливается содержимое, и это нормально. Главное – чтобы проницаемость кишечной стенки не повышалась, чтобы микробы хорошо себя чувствовали, чтобы правильно сокращались мышцы, и не было очагов хронического воспаления. Тогда у вас не будет никаких симптомов, в кишечнике не появятся полипы и опухоли.
Мне хочется верить, что вас подтолкнули к прочтению этой книги банальное любопытство, пытливый ум и неподдельный интерес, а не серьезная болезнь. Но как подсказывает мне практика и жизненный опыт, чаще всего такие книги читают, когда у самого читателя, его детей, родителей или родственников есть проблемы. Иногда люди чувствуют дискомфорт и неприятные симптомы, но думают, что это обычное несварение, и не могут осознать свою болезнь. Уверен, что кому-то моя книга поможет принять этот факт и быстрее приступить к лечению недуга.
Но мы живем в самой лучшей стране на свете, помнишь? Именно поэтому только у нас есть фольклор про наше отношение к здоровью. Пока гром не грянет, мужик не перекрестится. Пока жареный петух в кишечник не клюнет. Пока рак на горе не свистнет. Именно по этой причине такие книги часто читают люди, уже имеющие проблемы с пищеварением. Я обращаюсь к вам: начните хоть как-то, любым способом избавляться от этих проблем! Начните с проверки своего желудка и кишечника и с поиска причин, тогда восстановление здоровья станет следующим логичным шагом.
Иногда нам кажется, что мы остаемся одни наедине со своими проблемами. Иногда мы чувствуем отчаяние или безысходность, когда не получается вылечиться. Иногда нам говорят, что так у всех или это хроническое и надо продолжать с этим жить. Я уверяю вас, что вы не одиноки. Таких людей и проблем очень много. И мы собираемся в группу, чтобы вместе их решать. Мы собираемся в Гастро-группу, чтобы вернуть себе здоровый желудок и здоровый кишечник, здоровый желчный и здоровую поджелудочную. Присоединяйтесь и вы к работе в Гастро-группе, чтобы стать здоровыми, составить себе план и определить конкретные шаги для решения проблемы.
Вы прочитали книгу и уже большие молодцы! Я рекомендую вам прочитать ее два раза с интервалом в неделю и сделать конспект. Когда вы будете читать и конспектировать, то лучше поймете то, о чем идет речь. И самое главное, у вас появятся новые вопросы, ответы на которые вы сможете найти в других моих книгах.
И помните: практически все проблемы пищеварения можно и нужно решить!
Доктор Вялов Сергей Сергеевич
Overqualified гастроэнтеролог, гепатолог, к.м.н., MD, PhD
• 14 лет работы и 25000+ пациентов
• Опыт работы на западе: клиника Charite, Берлин, Испания и Чехия
• 160+ научных статей и 20+ книг для врачей
• 2850+ лекций для врачей РФ и СНГ
• Руководитель Гастро-центра клиники «Ланцет»
• Международное партнерство: AGA, UEGW, EASL – американская и европейская гастроэнтерология
• Первый врач с дополненной реальностью (AR augmented reality) в России
Эксперт федеральных телеканалов:
• О самом главном (Россия 1)
• Я худею (НТВ)
• Контрольная закупка (Первый)
Фильмы на Первом канале
• «Бактерии. Война миров» (2017)
• «Грипп. Вторжение» (2018)
• «Иммунитет. Токсины» (2021)
Доктор ведет открытый проект «Наболевшие вопросы», где все желающие получают ответы на свои вопросы бесплатно.
Официальный сайт
1. Thrift AP. Determination of risk for Barrett’s esophagus and esophageal adenocarcinoma. Curr Opin Gastroenterol. 2016
2. Zhao Z, Pu Z, Yin Z, et al. Dietary fruit, vegetable, fat, and red and processed meat intakes and Barrett’s esophagus risk: a systematic review and meta-analysis. Sci Rep. 2016
3. Iwakiri K, Kinoshita Y, Habu Y, et al. Evidence-based clinical practice guidelines for gastroesophageal reflux disease 2015. J Gastroenterol. 2016
4. Salvador R, Dubecz A, Polomsky M, et al. A new era in esophageal diagnostics: the image-based paradigm of high-resolution manometry. J Am Coll Surg. 2009
5. Martínek J, Akiyama JI, Vackova Z, et al. Current treatment options for esophageal diseases. Ann N Y Acad Sci. 2016
6. Vaezi MF. Review article: the role of pH monitoring in extraoesophageal gastro-oesophageal reflux disease. Aliment Pharmacol Ther. 2006
7. Hashmi S, Rao SS, Summers RW, Schulze K. Esophageal pressure topography, body position, and hiatal hernia. J Clin Gastroenterol. 2014
8. Malhotra A, Freston JW, Aziz K. Use of pH-impedance testing to evaluate patients with suspected extraesophageal manifestations of gastroesophageal reflux disease. J Clin Gastroenterol. 2008
9. Zalvan CH, Hu S, Greenberg B, Geliebter J. A Comparison of Alkaline Water and Mediterranean Diet vs Proton Pump Inhibition for Treatment of Laryngopharyngeal Reflux. JAMA Otolaryngol Head Neck Surg. 2017
10. Fass R, Sifrim D. Management of heartburn not responding to proton pump inhibitors. Gut. 2009
11. Kellerman R, Kintanar T. Gastroesophageal reflux disease. Prim Care. 2017
12. Ratcliffe EG, Jankowski JA. Gastroesophageal reflux disease and Barrett’s oesophagus: an overview of evidence-based guidelines. Pol Arch Intern Med. 2019
13. Rodriguez-Castro KI, Franceschi M, Miraglia C, et al. Autoimmune diseases in autoimmune atrophic gastritis. Acta Biomed. 2018
14. Vannella L, Lahner E, Annibale B. Risk for gastric neoplasias in patients with chronic atrophic gastritis: a critical reappraisal. World J Gastroenterol. 2012
15. Rodriguez-Castro KI, Franceschi M, Noto A, et al. Clinical manifestations of chronic atrophic gastritis. Acta Biomed. 2018
16. Zhang Y, Weck MN, Schottker B, et al. Gastric parietal cell antibodies, Helicobacter pylori infection, and chronic atrophic gastritis: evidence from a large population-based study in Germany.
17. Early DS, Lightdale JR, Vargo JJ 2nd, et al, for the ASGE Standards of Practice Committee. Guidelines for sedation and anesthesia in GI endoscopy.
18. Zagari RM, Rabitti S, Greenwood DC, Eusebi LH, Vestito A, Bazzoli F. Systematic review with meta-analysis: diagnostic performance of the combination of pepsinogen, gastrin-17 and anti-Helicobacter pylori antibodies serum assays for the diagnosis of atrophic gastritis.
19. Sipponen P, Maaroos HI. Chronic gastritis.
20. Genta RM. Differential diagnosis of reactive gastropathy.
21. Aldoori WH, Giovannucci EL, Stampfer MJ, Rimm EB, Wing AL, Willett WC. A prospective study of alcohol, smoking, caffeine, and the risk of duodenal ulcer in men.
22. Schubert ML, Peura DA. Control of gastric acid secretion in health and disease.
23. Lanas A, Chan FKL. Peptic ulcer disease.
24. Azhari H, Underwood F, King J, et al. The global incidence of peptic ulcer disease and its complications at the turn of the 21st century: a systematic review.
25. Ford AC, Marwaha A, Lim A, Moayyedi P. What is the prevalence of clinically significant endoscopic findings in subjects with dyspepsia? Systematic review and meta-analysis.
26. Lanza FL, Chan FK, Quigley EM, for the Practice Parameters Committee of the American College of Gastroenterology. Guidelines for prevention of NSAID-related ulcer complications.
27. Strand DS, Kim D, Peura DA. 25 years of proton pump inhibitors: a comprehensive review.
28. Huffman JL, Schenker S. Acute acalculous cholecystitis: a review.
29. Donovan JM. Physical and metabolic factors in gallstone pathogenesis.
30. Sitzmann JV, Pitt HA, Steinborn PA, et al. Cholecystokinin prevents parenteral nutrition induced biliary sludge in humans.
31. Rubens DJ. Hepatobiliary imaging and its pitfalls.
32. Knab LM, Boller AM, Mahvi DM. Cholecystitis.
33. Sulzer JK, Ocuin LM. Cholangitis: causes, diagnosis, and management.
34. Center SA. Diseases of the gallbladder and biliary tree.
35. Wang HH, Liu M, Clegg DJ, Portincasa P, Wang DQ. New insights into the molecular mechanisms underlying effects of estrogen on cholesterol gallstone formation.
36. Dauer M, Lammert F. Mandatory and optional function tests for biliary disorders.
37. Behar J, Corazziari E, Guelrud M, Hogan W, Sherman S, Toouli J. Functional gallbladder and sphincter of oddi disorders.
38. Littlefield A, Lenahan C. Cholelithiasis: presentation and management.
39. Walters JR, Tasleem AM, Omer OS, Brydon WG, Dew T, le Roux CW. A new mechanism for bile acid diarrhea: defective feedback inhibition of bile acid biosynthesis.
40. Redwan AA. Multidisciplinary approaches for management of postcholecystectomy problems (surgery, endoscopy, and percutaneous approaches).
41. Banks PA. Epidemiology, natural history, and predictors of disease outcome in acute and chronic pancreatitis.
42. Pezzilli R. Etiology of chronic pancreatitis: has it changed in the last decade?.
43. Kawa S, Hamano H, Ozaki Y, et al. Long-term follow-up of autoimmune pancreatitis: characteristics of chronic disease and recurrence.
44. Tezuka K, Makino T, Hirai I, Kimura W. Groove pancreatitis.
45. Dominguez-Munoz JE, Drewes AM, Lindkvist B, et al, for the HaPanEU/UEG Working Group. Recommendations from the United European Gastroenterology evidence-based guidelines for the diagnosis and therapy of chronic pancreatitis. Pancreatology. 2018
46. Owens SR, Greenson JK. The pathology of malabsorption: current concepts. Histopathology. 2007
1. Green PH, Lebwohl B, Greywoode R. Celiac disease.
2. Malik TF, Panuganti KK. Lactose intolerance.
3. Alyami J, Spiller RC, Marciani L. Magnetic resonance imaging to evaluate gastrointestinal function.
4. Vanuytsel T, Tack JF, Boeckxstaens GE. Treatment of abdominal pain in irritable bowel syndrome.
5. Sarna SK. Molecular, functional, and pharmacological targets for the development of gut promotility drugs.
6. Di Stefano M, Miceli E, Mazzocchi S, et al. Visceral hypersensitivity and intolerance symptoms in lactose malabsorption.
7. Toorenvliet B, Vellekoop A, Bakker R, et al. Clinical differentiation between acute appendicitis and acute mesenteric lymphadenitis in children.
8. Husebye E. Gastrointestinal motility disorders and bacterial overgrowth.
9. Kastin DA, Buchman AL. Malnutrition and gastrointestinal disease.
10. Saltzman JR, Russell RM. Nutritional consequences of intestinal bacterial overgrowth.
11. Vardy PA, Lebenthal E, Shwachman H. Intestinal lymphagiectasia: a reappraisal.
12. Nikaki K, Gupte GL. Assessment of intestinal malabsorption.
13. Quigley EMM. The spectrum of small intestinal bacterial overgrowth (SIBO).
14. Wei L, Ratnayake L, Phillips G, et al. Acid suppression medications and bacterial gastroenteritis: a population-based cohort study.
15. Garcia Rodriguez LA, Ruigomez A, Panes J. Acute gastroenteritis is followed by an increased risk of inflammatory bowel disease.
16. Aune D, Chan DS, Lau R, et al. Dietary fibre, whole grains, and risk of colorectal cancer: systematic review and dose-response meta-analysis of prospective studies.
17. Pala V, Sieri S, Berrino F, et al. Yogurt consumption and risk of colorectal cancer in the Italian European prospective investigation into cancer and nutrition cohort.
18. Tsoi KK, Pau CY, Wu WK, Chan FK, Griffiths S, Sung JJ. Cigarette smoking and the risk of colorectal cancer: a meta-analysis of prospective cohort studies.
19. Cho E, Lee JE, Rimm EB, Fuchs CS, Giovannucci EL. Alcohol consumption and the risk of colon cancer by family history of colorectal cancer.
20. Benard F, Barkun AN, Martel M, von Renteln D. Systematic review of colorectal cancer screening guidelines for average-risk adults: Summarizing the current global recommendations.
21. Stryker SJ, Wolff BG, Culp CE, et al. Natural history of untreated colonic polyps.
22. Kim DH, Pickhardt PJ, Taylor AJ, et al. CT colonography versus colonoscopy for the detection of advanced neoplasia.
23. Lu PL, Mousa HM. Constipation: beyond the old paradigms.
24. Cuomo R, Cargiolli M, Cassarano S, Carabotti M, Annibale B. Treatment of diverticular disease, targeting symptoms or underlying mechanisms.
25. Feingold D, Steele SR, Lee S, et al. Practice parameters for the treatment of sigmoid diverticulitis.
26. Agrawal D, Rukkannagari S, Kethu S. Pathogenesis and clinical approach to extraintestinal manifestations of inflammatory bowel disease.
27. Langholz E. Current trends in inflammatory bowel disease: the natural history.
28. Johannesson E, Simren M, Strid H, Bajor A, Sadik R. Physical activity improves symptoms in irritable bowel syndrome: a randomized controlled trial.
29. Bercik P, Verdu EF, Collins SM. Is irritable bowel syndrome a low-grade inflammatory bowel disease?.
30. Schmulson MJ, Drossman DA. What is new in Rome IV.
31. Quigley EMM. The gut-brain axis and the microbiome: clues to pathophysiology and opportunities for novel management strategies in irritable bowel syndrome (IBS).
32. Spiller R, Garsed K. Postinfectious irritable bowel syndrome.
33. Quigley EMM. Are diets the answers to colon ills? Food, irritable bowel syndrome and the microbiome.
34. Nawawi KNM, Belov M, Goulding C. Low FODMAP diet significantly improves IBS symptoms: an Irish retrospective cohort study.
35. Principi N, Cozzali R, Farinelli E, Brusaferro A, Esposito S. Gut dysbiosis and irritable bowel syndrome: The potential role of probiotics.
36. Ford AC, Moayyedi P, Chey WD, et al, for the ACG Task Force on Management of Irritable Bowel Syndrome. American College of Gastroenterology monograph on management of irritable bowel syndrome.