В то время, когда деревья ещё не были сожжены, озёра не высохли, а по улицам ходили люди, среди прочих рядовых граждан существовал Семён. Он был чьим-то другом или бывшим другом, или не другом, а случайным знакомым подруги друга, или он вовсе не был ни с кем знаком и о его существовании никто ничего не знал…
В то время, когда деревья ещё не были сожжены, озёра не высохли, а по улицам ходили люди, среди прочих рядовых граждан существовал Семён. Он был чьим-то другом или бывшим другом, или не другом, а случайным знакомым подруги друга, или он вовсе не был ни с кем знаком и о его существовании никто ничего не знал.
Семён был общительным и открытым парнем. Если не обращать внимание на выпирающий из-под футболки круглый живот, он казался достаточно крепким молодым человеком лет 29. Чтобы не отставать от моды, Семён накачал себе бицепсы словно два мяча и отрастил редкую рыженькую бородку, которая забавно смотрелась на лысеющей голове с горбатым носом. Он же гордился своим большим носом с горбинкой и при любом удобном случае с важностью рассказывал всяческие легенды и сказки про своё многонациональное происхождение, про своих предков, которых он никогда не видел.
Проживал Семён со своей матерью Валентиной Петровной и младшим сводным братом Алёшей в двухкомнатной квартире в девятиэтажном сталинском доме в Москве недалеко от метро. Работая инженером в небольшой конторе по продажам отопительного оборудования, Семён чувствовал неудовлетворённость и заявлял, что эта деятельность не для него, что он мог бы открыть свой бизнес, вот только всегда ему что-то мешало: то денег не было, то времени не хватало или просто лень одолевала. Так как он был общительным и весёлым парнем, друзей у него было навалом. Друзья и привели его в спортзал, обучили основам борьбы, стрельбы, прыжкам с парашюта. Зависать после работы в пабах тоже научили друзья. Но всё-таки Семён был в достаточной мере культурным и в какой-то степени образованным малым, поэтому во всём знал меру — и в увлечениях в том числе.
Младший и единственный любимый брат Алёша был экспрессивнее Семёна. Благодаря темпераменту, Алёшу приметила местная московская рок-группа и пригласила его играть в качестве бас-гитариста. Это казалось для него пределом мечтаний, если не брать в расчёт его мечту о самой красивой спутнице жизни Регине, за которой он ухаживал с института, но пока так и не добился от неё окончательного положительного ответа.
Мать Семёна и Алёши была крупная, даже толстая пожилая женщина лет шестидесяти, которая планировала провести свою старость так, как хочет только она, успокаивая себя мыслью, что сыновья уже взрослые и должны, по её мнению, самостоятельно шагать по этой жизни без её помощи. Так как Валентина Петровна была на пенсии, а на общение её тянуло с прежней силой, пенсионерка вступила в секту, за членство в которой ежемесячно отдавала всю свою пенсию, и была счастлива, поскольку в ответ получала комплименты и много добрых слов.
В двухкомнатную квартиру, где проживала семья, гости, а это были в основном друзья Семёна и Алёши, приходили исключительно в состоянии алкогольного опьянения. Но в ином состоянии туда и не следовало бы приходить, потому что грязь и врезающийся в нос едкий, горький запах неизвестного протухшего животного буквально поглотили квартиру. Жильё их находилось в ужасном состоянии: липкие засаленные шторы, покрывала и полотенца, треножные стулья и столы, перекосившийся исцарапанный советский трёхстворчатый шкаф, свисавшие клочьями обои, втоптанные в паркет мусор, волосы, очистки от продуктов, которые никто никогда не убирал. Окна в квартире были настолько чёрными от копоти, что создавали вечную тень в квартире. Пыль, грязь и антисанитария царили повсюду. Вот в таких условиях жил Сёма.
Что касается отношений с противоположным полом, то у Семёна здесь было более чем непросто и тяжело. Несмотря на харизму и спортивное тело, за исключением выпирающего живота, девушки не хотели идти с ним на контакт и тем более — начинать личные отношения. Некоторых «претенденток» отпугивали его природные скромность и стеснительность, других — жилищные условия, третьих — возраст и маленький доход, а были и такие, кто без объяснений причин заявляли коротко и ясно: «Да он глупый, и всё тут!» Но вот почему Семёна, который имел высшее техническое образование, работал сметчиком-инженером и получал уверенный средний доход, называли глупым — объяснить никто не мог.
Но однажды Семёну улыбнулась удача: девушка Вера из Питера позволила ему общаться с ней и даже пригласила его на праздники в свою питерскую квартиру, где она жила с родителями. Бросив всё, он тут же сорвался и отправился к ней в надежде встретить закат в обществе любимой девушки и бутылочки вина, а затем познакомиться с её родителями, продемонстрировав своё серьёзное отношение к их дочери, а также к её жилплощади площадью около 300 кв. м. в новостройке в центре Питера. В итоге Семён познакомился с родителями Веры, но закат встречать ему пришлось одному, потому что у девушки заболел живот, она устала и вообще ей надо было срочно домой. Расстроенный Семён вернулся в Москву один и ни с чем.
Спустя пару месяцев девушка предложила Семёну переехать к ней в Питер и временно пожить у неё. Одурманенный таким неожиданным предложением Веры, счастливый, полный надежды и любви Семён, не думая ни минуты, уволился с работы в Москве и немедля начал паковать вещи. Но в ночь перед отъездом ему пришло сообщение: «Сём, наверное… я тут подумала… нам не стоит торопиться сейчас с твоим переездом ко мне… Давай отложим на время?..» Это сообщение разрушило его мечту о переезде в Питер и женитьбе на состоятельной девушке.
Убитый горем из-за такого неожиданного поворота Семён впал в депрессию, из которой не выходил полгода. Полгода он не работал, сидел дома, много думал и много спал, просыпаясь лишь к вечеру. Все дни напролёт он играл в компьютерные игры, переписывался с новыми девчонками на сайтах знакомств, ходил с друзьями в кино, занимался борьбой, стрельбой, ездой на картинге, велосипедах, а вечерами «набирался сил» в пабах. Он мечтал найти свою судьбу — ту единственную коренную москвичку в пятом поколении, к которой он сможет переехать жить, которая не будет претендовать на прописку в его двухкомнатной квартире в Москве. Он боялся, но, скорее всего, эти страхи были привиты его матерью, будто девушка, с которой он захочет заключить союз, пропишется в его квартире и, хуже всего, останется жить в ней навсегда, заодно со временем выселит и мать Семёна. И никто не брал во внимание, что в квартире, где жил Семён, прописаны его 25-летний брат и его мать, а также царили полный кавардак и хаос из-за груды мусора, который валялся всюду и распространял зловонный запах.
Свою будущую жену он искал на сайтах знакомств, на быстрых свиданиях в кафешках, в чатах и даже на сайтах эскорта. Но все девушки, с которыми он общался, его не устраивали. Одни были для него слишком самодостаточными — имели собственную квартиру, автомобиль, бизнес в Москве, и мужчина чувствовал себя по сравнению с ними немного забитым и ущербным. Другие же девушки, милые и скромные, приехали в Москву на заработки и жили на съёмных квартирах, что вызывало у Семёна сильную неприязнь. Он долго ходил по свиданиям, переписывался и познакомился с сотнями разных девушек, которые не подходили под его чёткие критерии, и это огорчало его. Но ещё Семёна огорчал тот факт, что накопленные средства стали заканчиваться и надо было искать новую работу, а он мечтал о собственном бизнесе или о том, чтобы не работать, а деньги чтобы сами зарабатывалась без его участия, или чтобы его кто-нибудь содержал. Но мать-пенсионерка, будучи прихожанкой в протестантской секте, отказалась кормить сына на свою пенсию, так как переводила весь свой доход в эту самую секту.
Однажды вечером Семёну позвонил один из его друзей и сказал, что им на работу требуется менеджер и Семён бы их устроил. Мужчина стал экспертом или, иначе, менеджером в организации по производству отопительных приборов и влачил усталую холостяцкую жизнь, которую пытался разнообразить прыжками с парашюта, пейнтболом и стрельбой по бутылкам.
В один день неожиданно произошло самое настоящее чудо, и Семён поспешил поделиться радостью со своими близкими друзьями:
— Я познакомился с девушкой! И это сущая правда… — тихонечко, чтобы не спугнуть мечту, похвастался Семён.
— Поздравляю, круто! Кто она? — поинтересовались его друзья, чтобы поддержать разговор.
— Ну-у-у… мы пока встретились только пару раз… Ещё мало времени прошло… Но она москвичка, живёт рядом с метро. Представляешь, она живёт через дорогу от моего дома! — с восторгом отметил Семён.
— Ни фига себе! — воскликнул кто-то из друзей.
— Да, так неожиданно. Познакомились через сайт знакомств, а она живёт через дорогу. Это судьба, ребята.
— Влюбился сразу, да? — вдруг спросил кто-то.
— Ну… не то чтобы… — промямлил Семён.
Спустя несколько недель Семён решился познакомить самых близких друзей со своей девушкой. Встреча состоялась в небольшой уютной пекарне в центре Москвы. Семён и Евдокия, так звали его девушку, опаздывали, пока остальные напряжённо ожидали нового члена клуба друзей.
У входа в кафе в дверях показался Семён, рядом с ним вышагивало что-то крупное, высокое, в цветном длинном платье, в ортопедических тёмно-коричневых лакированных ботинках, а на плече болталась малюсенькая бордовая дамская сумочка на цепочке. Когда оно приблизилось, можно было разглядеть непропорционально вытянутое овальное лицо с тройным подбородком, большим горбатым острым носом, ассиметрично расположенными и глубоко посаженными разной формы глазами и выпирающим вперёд детским розовым ротиком в форме бантика. На голове почти не было волос, и в некоторых местах виднелись залысины, но там, где волосы были, они казались жирными, грязными и слипшимися в сосульки. Евдокия была увешана золотыми браслетами, цепочками, кольцами и серёжками. Голос девушки подходил к её внешности. Изо рта доносился низкий, почти мужской, но очень тихий и спокойный голос, которым она будто пыталась соблазнить окружающих.
Друзья не могли понять, что такое существо делает рядом с их Семёном? Почему он сделал такой выбор? Нежное и трепетное отношение Семёна к Евдокии, прилюдное признание ей в любви ещё больше вызывало удивление и даже негодование со стороны окружения казавшегося счастливым мужчины.
— Mia amore, тебе всё нравится? — только Семён так мог называть эту даму 23 лет.
— Конечно, милый, всё хорошо… — большая продолговатая морда расплывалась в улыбке.
— Милая, я так переживаю, хочу, чтобы у тебя всё хорошо было, — рука Семёна крепко и трепетно сжимала руку Евдокии, и было видно, что он не хотел отпускать руку этого существа.
— Mia amore… что ты… всё в порядке!
Евдокия хотела есть, посему ей нужна была её рука, которую она грубо выдернула из руки Семёна.
— Ну слава богу, моя любовь! — Семён отстал от своей возлюбленной и переключился на разговор с друзьями.
После общения с Евдокией у людей обычно складывалось двойственное мнение. С одной стороны, внешность молодой девушки вызывала недоумение, неприязнь и даже страх, но с другой стороны, во время общения Евдокия позиционировала себя как интеллигентную, воспитанную барышню из богатой семьи и притом ещё абсолютно не пьющую.
— Не-е-е! Спасибо, я не пью! Мне вишнёвый сок, — тихо и скромно отвечала Евдокия на предложение выпить вина или шампанского. И девушка действительно никогда и ни при каких обстоятельствах не употребляла алкоголь.
Долгое время Семён не рассказывал никаких подробностей о своей подруге, но однажды, возможно, из-за чувства гордости, решил похвастаться и объяснил друзьям, что у девушки умерла бабушка, а в наследство оставила своей любимой внучке двухкомнатную квартиру, в которую она должна заехать, когда выйдет замуж. Сама же Евдокия — выпускница МГУ и даже работала главным редактором на Первом канале. Но что-то пошло не так и она уволилась, якобы после знакомства с Семёном. Кроме того, его даже не смутила жизненная философия девушки, которая заключалась в абсолютном безделье за счёт мужчины, который должен быть добытчиком и приносить в семью деньги, а если понадобится — самого мамонта. По мнению Евдокии, женщина не должна работать, так как из-за усталости она будет раздражительной и несчастной, а вот для мужчины преодоление трудностей, опасностей и любых рисков — в радость и доставляет ему наслаждение и удовольствие.
Поскольку Семён несколько лет мечтал о семье, домашнем очаге и детях, он не обратил внимания на её семейные ценности и в один прекрасный солнечный день во время романтического полёта на воздушном шаре подарил Евдокии толстое помолвочное кольцо из жёлтого золота с бриллиантами, сделав ей предложение руки и сердца.
Когда назначили дату свадьбы, выбрали страну для свадебного путешествия, Семён уволился с работы, чтобы, как он говорил, отдохнуть, набраться сил, позаниматься спортом и побыть с друзьями. После медового месяца на Средиземном море молодожёны вернулись в Москву. Бизнес-идея у Семёна никак не рождалась, и он решил не торопиться с устройством на работу, предпочитая сидеть дома, мечтать о собственном бизнесе и устраивать показы двухкомнатной квартиры в сталинской высотке для друзей, куда молодожёны переехали сразу после свадьбы.
Квартира Евдокии, доставшаяся ей от бабушки, бывшего члена КПСС и большого начальника, располагалась в историческом центре Москвы на Котельнической набережной. Парадный вход с арками, высокие потолки, просторные комнаты, ванна и кухня были выполнены в стиле сталинского ампира. Поскольку ремонт в квартире не делался с момента постройки дома, дух советского времени здесь сохранился. Засаленные, изрисованные детскими рисунками атласные светло-зелёные обои, скрипучий паркет, трельяж в коридоре, деревянный сервант и трёхстворчатый шкаф в комнате, железная кровать в спальне, старинный буфет, кухонный гарнитур и газовая плита на кухне погружали в забытые времена. Но всю торжественность обстановки портили разбросанные по всей квартире вещи, хрустящий под ногами мусор, осыпающаяся с потолка штукатурка, горы немытой посуды на кухне, ржавые раковины, плесень, паутина и развешанные по всей квартире икеевские рамки с фотографиями невинно улыбающегося упитанного лица Евдокии.
Евдокия была моложе Семёна и всех его друзей на пять лет, она старалась представить себя как юную, неопытную и чистую девушку, которая только-только вступает в жизнь и многого ещё не знает и не умеет по сравнению со старыми и видавшими жизнь 30-летними друзьями своего супруга. Новоиспечённая жена угощала гостей исключительно варёной морковью, картошкой, луком, консервами и докторской немного позеленевшей колбасой. Широко распахнув свои «невинные» глазки и продемонстрировав в улыбке растопыренные во все стороны длинные и широкие как лопаты оранжевые зубы, Евдокия обращалась через Семёна к гостям:
— Mia mor, я думаю, гости, наверно, сами решат, что поесть… Вот здесь есть соль, овощи, майонез, иван-чай! Каждый положит себе то, что захочет…
— Да, mia mor, конечно! — безропотно соглашался Семён и обнимал покатые жирные плечи жены.
— Я же не знаю, кто что любит, правильно? — расползалась она в милейшей улыбке.
— Mia amore, всё так вкусно! Ты зо-о-о-лото! — Семён действительно казался счастливым, и беременность супруги только подтвердила его страсть к альтернативной красоте избранницы.
Ночью, спустя 9 месяцев после женитьбы, когда пара находилась дома, у Евдокии отошли воды. Но женщина приняла решение не спешить в роддом, а подождать до утра, чтобы выспаться и как следует позавтракать. На утро Семён отвёз Евдокию в больницу. В приёмном отделении врачи обнаружили начало родовой деятельности, а на уговоры супругов отпустить их домой ответили отрицательно. Евдокию поместили в общую палату, что не мешало ей включать на всю громкость испанские песни на телефоне и танцевать любимую бачату в ожидании родов. Как только схватки усилились, женщина позвала врача.
Семён, позиционирующий себя как мачо, принял решение присутствовать на родах, чтобы понять весь родовой процесс, проникнуться женскими болями и чувствами, ощутить на себе весь родовой процесс изнутри и сделать соответствующие выводы.
После рождения мальчика, которого Евдокия нарекла Ариком, в семье Семёна воцарился порядок домостроя во главе с Семёном-добытчиком, а жене отводилась второстепенная роль уборщицы и кормилицы его сына.
Казалось бы, о такой семье и мечтал мужчина, но в злую снежную новогоднюю ночь в квартире матери в ванной Семён обнаружил холодное мёртвое тело сводного брата Алёши, которого Сёма любил больше всего на свете — и даже больше маленького Арика. Алёша был тем самым человеком для Семёна, который вёл его вперёд, несмотря на трудности и неудачи. Алёша учил старшего брата справляться с депрессивными состояниями и находить в жизни только позитив, пусть даже он заключался в прослушивании любимой музыки, любовании звёздным небом и ощущении ласкового ветра на щеках. И Семён верил брату и жил его философией. Именно благодаря идее Алёши братья объединились и купили однокомнатную квартиру в Подмосковье с надеждой, что эта квартира потом достанется Алёше и его семье, а квартира матери перейдёт к Семёну. Амбициозный, харизматичный, никогда не унывающий весельчак Алёша покончил с собой в новогоднюю ночь, совершенно забыв объяснить своему брату и матери, как им жить дальше без него.
Потеря брата сломила Семёна. Раздавила его дух и тело, уничтожила его мозг и сознание.
Миллион раз после случившегося Семён повторял жене: «Не уследил! Не предотвратил! Упустил! Моя вина… полностью моя вина!..»
Но Евдокия отказывалась поддерживать супруга в его горе и просила просто уйти из дома, чтобы не мешать ей своими переживаниями и не отвлекать её. Семён делал всё, что ему приказывала Евдокия, а она в свою очередь перестала выполнять работу по дому, готовить, убираться, стирать и ухаживать за ребёнком. В своё оправдание женщина с упреком заявляла: «Семён, я так устаю от кормления Арика, он так меня утомляет ночами своим криком! Я устала вставать каждую ночь, чтобы его покормить. Этой ночью он меня так взбесил своим ором, что я решила его не брать на руки и не кормить. Я ушла от него в другую комнату, потому что он мне надоел! Это невозможно, Семён! Я устала от бесконечной уборки, готовки, мойки посуды, полов, окон и ухаживания за Ариком! Мне нужен отдых! Мне необходимо развеяться, отдохнуть, принять ванну, сходить на массаж, в бассейне, в салон красоты, в конце концов — пораскрашивать раскраску. Я чувствую себя абсолютно несчастной и уставшей, но я не этого хотела, когда согласилась стать твоей женой, понимаешь, Семён?
Семён, естественно, не понимал слов жены и был очень удивлён предъявляемыми претензиями, потому что вся домашняя работа уже как несколько месяцев, сразу после смерти брата, легла на его плечи. Он безропотно выполнял все задания жены, ошибочно предположив, что потеря Алёши ударила по моральному состоянию Евдокии и ей нужно время на восстановление, отдых, чтобы избежать депрессии. Семён, считая, что супруга переживает боль утраты не менее сильно, чем он, поддерживал её лень:
— Конечно, Mia amore, — успокаивал он свою жену, трепетно целуя её большую волосатую руку. — Без проблем, занимайся собой, я возьму на себя весь быт, все заботы о маленьком Арике. Не волнуйся, дорогая, я хочу, чтобы ты была довольна и счастлива, и я, как твой мужчина, как глава семьи, как добытчик, всё сделаю для этого.
— Мой сладкий, я так благодарна тебе! — уже спокойным и нежным голосом отвечала Евдокия, которая, как хорошая театральная актриса, могла перепрыгивать из одного душевного состояния в другое, из сердитой недовольной фурии превращаться в нежную и ласковую принцессу. — Mia amore, и мы давно не были на море… Я чахну и болею без океана!
— Конечно, любовь моя, куда бы ты хотела поехать? Может, в Сочи или в Анапу? — предлагал наивный Семён.
— Что?! Нет уж, на русский курорт! В этот совок я не поеду! Куда угодно, только не на наш курорт! Как туда вообще можно ездить, чего там хорошего? Отвратительный сервис, омерзительный персонал, ужасная еда! Нет, только заграница — или Кипр, или Турция, или Египет, или Испания, но точно не отечественный курорт.
Евдокия умела смело и бескомпромиссно обозначать свои желания и ориентиры.
— Но, догорая, mia amore, сейчас у нас небольшие проблемы с деньгами. Видишь ли, я только устроился на новую работу, и мне надо на новом месте отработать определённое время, чтобы… гм… получить зарплату, а потом… чтобы отпуск предоставили… — заикаясь, увещевал супругу Семён, а Евдокия же дослушивала его оправдания, повернувшись к нему спиной и громко зевая, широко раскрыв рот.
Семён всегда испытывал трепет и страх перед женой, когда сообщал, что у него проблемы с деньгами и надо экономить, ведь это ужасно злило его женщину. Ещё во время букетно-конфетного периода, когда молодые только начали встречаться, Евдокия прямо и откровенно заявляла Семёну, что ей нужен мужчина, который полностью возьмёт на себя её финансовое благополучие, поскольку её предназначение как женщины — вдохновлять мужчину на заработки. Кроме того, замуж она выходит не для того, чтобы работать, но чтобы быть счастливой, а работа, риск и трудности её угнетают, в то время как мужчина должен (по своей природе) испытывать радость и удовлетворение от тягот и боли. А ещё женщина ни при каких обстоятельствах и кризисах не должна нуждаться в деньгах, и достаточное количество денег — целиком и полностью задача мужчины.
— Давай поступим так, — предложил Семён, — сейчас на недельку смотаемся в подмосковный хороший отельчик, не меньше пяти звёзд, а уже летом отправимся на Средиземное море.
— Хорошо, дорогой! Ты у меня такой внимательный и заботливый, мне так с тобой повезло! — Евдокия успокоила мужа неискренней расплывшейся улыбкой и ущипнула его за щёку своей крупной волосатой рукой. — Милый, я пойду спать. Время девять вечера, а я весь день с Ариком, он такой капризный, постоянно что-то требует.
— Но Арик вроде не капризный парень… — не услышав ответа, Семён продолжил: — Хотя, может быть… как скажешь, mia amore, как скажешь… Иди, конечно, ложись спать, я всё тут помою и приберу… и Арика помою, покормлю и уложу, а тебе надо выспаться хорошенько, ты очень устала.
После этих слов супруга Евдокия молча вставала из-за белого круглого обеденного стола и вальяжно направлялась по длинному коридору в сторону спальни, шурша по паркету шёлковым пеньюаром, а Семёну предстояло как минимум до трёх часов ночи исполнять свой «супружеский долг» в виде уборки и ухода за ребёнком.
Так, спустя два года семейной жизни Семён оказался в рабстве у Евдокии. Он обязан был исполнять все прихоти и указы жены-госпожи. Евдокия установила для мужа распорядок дня, чтобы тот вдруг чего не забыл, а на забывчивость мужа она очень злилась и даже могла ударить его своим сапогом 45-го размера по лицу или голове. Она напечатала список дел и повесила его на холодильнике на уровне лица Семёна, прикрепив магнитом с её фотографией, на которой было изображено нечто продолговатое с жёлтой кожей, усыпанной прыщами, узкими глазами, огромными ушами, носом и пухленькими невинными губками цвета нежной розы.
«Список обязанностей для Сёмы:
4:30–5:00. Подъём и гигиенические процедуры настоящего мужчины-добытчика.
5:00–6:30. Приготовление завтрака, обеда и ужина любимой жене и сыну.
6:30–8:00. Уход за ребёнком: купание, переодевание, кормление, прогулка на свежем воздухе.
8:00–9:00. Дорога до работы.
9:00–19:00. Бизнес
19:00–20:00. Дорога до дома.
20:00–22:00. Уход за ребёнком: кормление, переодевание, прогулка на свежем воздухе, переодевание, купание, кормление, укладывание ко сну.
22:00–00:00. Уборка в квартире, готовка.
00:00–00:30. Гигиенические процедуры мачо.
01:00. Отбой».
Кроме выполнения этого списка дел, Семён должен был по указанию Евдокии дарить ей каждый день белые пионы, а во время разговора употреблять определённые слова, например: «Ты великолепно выглядишь, Mia amore!», «Ты прекрасна, Mia amore!», «Ты самая лучшая из всех женщин, которых я когда-либо знал, Mia amore!», «Моя сладкая, mia amore, отдохни, ты так устала!», «Я всё сделаю, любимая, как ты захочешь!» И произноситься слова должны приятным приглушённым в полтона голосом.
Жизнь Семёна находилась под постоянным контролем и прицелом. Если он в выходной день садился перед телевизором отдохнуть с бутылкой пива, то тут же слышал:
— Семён, я не хочу, чтобы ты превратился в алкоголика. Поверь мне, я знаю, как это бывает! Такие молодые люди никому не нужны, тем более мне и в моей квартире! Ты всё сделал, что было на сегодня в списке? — в гневе Евдокия превращалась в огромный сосуд с болотистой тягучей жидкостью.
— Mia amore, я немного подустал и хотел бы отдохнуть… — Семён пытался пожаловаться своей супруге на тяжести работы, на что неизменно получал ответ:
— Семён, отдыхать может и должна только женщина, так заложено в нас генетически. Это женщины — слабые беззащитные существа, которым нужна забота и помощь. Мы нежные и трепетные создания, созданные для любви и внимания, о нас должны заботиться сильные мужчины, — отвечала двухметровая тучная женщина с десятым размером груди, с лицом, напоминающим одновременно Ждуна и Депардье. — Семён, будучи твоей женой, я перестаю чувствовать себя счастливой… Арик, хлопоты по дому, прогулки с ребёнком меня выматывают, и то, о чём я мечтала, когда была в поисках принца, то есть мои мечты о замужестве, большой семье теперь вгоняют меня в тоску и уныние. Казалось бы, вот оно — счастье, вот то, о чём я так мечтала, но сейчас я чувствую себя выдохшейся и обессиленной… Семён, психология женщины значительно отличается от психологии мужчин. Вы, мужчины, получаете удовольствие от бесконечного преодоления трудностей, от риска и стресса, женщин же пугает всё это и подавляет её женственность и утончённость. Женщина счастлива в любви к себе, в своем хобби, уходе за собой, в общении со своими подругами… Помнишь, дорогой, как ты обещал мне исполнять любые мои желания? Ну так вот, дорогой, мне так хочется вдруг сбежать от всего на свете, от семьи, из этой ужасной душной квартиры в Мексику! Это звучит странно, но это правда и это факт.
В этот момент Евдокия спокойно и незаметно забирала бутылку из рук Семёна и выключала телевизор.
— Семён, я не вижу и не чувствую заботы с твоей стороны. Разве ты можешь смотреть вот так телевизор и пить алкоголь, если твоя женщина несчастна, если у твоей женщины нет бриллиантового колье, нет загородного дома и беленького перламутрового мерсика… если твоя женщина не ездит по выходным в Париж и не купается пять разу в году в океане? Думаю, вряд ли… — она пристально уставилась на мужа узкими глазками цвета ядовитого коричного помёта и, не услышав ответных комментариев, продолжила, но уже более жёстко. — Ты разве выполнил весь список дел на сегодня?
— Да, дорогая, конечно, ты права. Сейчас я… — Семён оправдывался и унижался снова и снова.
— Надо убрать игрушки в комнате, Арик всё постоянно раскидывает, даже не понимаю, в кого он такой неопрятный… и помой ещё ванну с унитазом.
Семён понимал, что обсуждать что-либо своей женой не получится, и ему было проще выполнить все поручения супруги без пререканий, тем более Евдокия всегда одерживала верх в таких спорах.
Через несколько месяцев такого строгого режима Семён начал давать сбой, уставать и однажды всё-таки высказал Евдокии недовольство расписанием и распределением функцией между женой и мужем. Но Евдокия спокойно и рассудительно разъяснила ему свою философию относительно семьи и его роли в её семье и в её доме.
— Семён, понимаешь, одно время у меня в жизни был очень непростой период, когда я не нравилась мужчинам, отчего мне было очень больно и тяжело. Я завидовала своим одноклассницам и сокурсницам, которые встречались с молодыми людьми, а на меня никто не обращал внимания. Мальчики смеялись надо мной и сторонились меня. Я думала, что со мной что-то не так и проблема лишь во мне. Тогда я решила обратиться к психологам, чтобы разобраться в себе и в этой проблеме. И психологи сказали, что сначала я должна полюбить себя, своё тело, свою внешность, то есть начать с себя — и тогда молодые люди сами потянутся ко мне, захотят ухаживать за мной, быть со мной. Если я не будут заботиться о себе, баловать себя, отдыхать, тогда и мужчины не захотят заботиться обо мне. Знаешь, они абсолютно правы. Как только я зарегистрировалась на сайте знакомств, я сразу бросила работу на телевидении. Я поставила перед собой цель во чтобы то ни стало найти мужчину, который будет меня достоин, который полностью возьмёт на себя заботу обо мне и финансово обеспечит. Я встречалась со многими ребятами, с которыми переписывалась на сайте, я обзавелась поклонниками. Количество поклонников доходило до половины тысячи, и с некоторыми мальчиками удалось даже встретиться несколько раз. Чтобы не забывать имена ребят, я завела блокнот, куда записывала их имена, а когда они мне не подходили по параметрам, я вычёркивала их имена. Конечно, все свидания проходили по-разному: кто-то из молодых людей говорил весь вечер только о себе, другой много пил спиртного, курил, третий приходил без цветов, четвёртый предлагал оплатить счёт пополам, а некоторые говорили, что женщина обязательно должна работать и успевать делать многое по дому и ещё и за детьми присматривать. Для меня такое отношение было неприемлемо и противно. Но встречались и такие молодые люди, которые забирали на своей машине из дома, везли в дорогой ресторан, оплачивали счёт, а потом подвозили к другому ресторану, у которого у меня было назначено свидание уже со следующим поклонником. Со временем для меня это превратилось в спорт, в азарт. Но вот — на 454-м свидании я встретила мужчину, который пообещал содержать меня и взять на себя все мои жизненные и финансовые проблемы, полностью огородив от всего-всего, и я поверила ему и разрешила стать моим мужем!
Пойми, Сёма, мужчина и женщина по своей природе совершенно разные. Мужчина изначально рождается добытчиком, ему свойственно покорять вершины, добиваться целей, строить карьеру, идти на риск и испытывать неудачи и трудности, потому что он, как мужчина, получает от этого только удовольствие. Преодоление боли и страдания делают мужчину счастливым, но меня, как женщину, рождённую хрупкой и нежной, все эти преодоления препятствий не делают счастливой… Ни работа, ни домашние дела, ни уборка, ни готовка и уход за ребёнком не делают меня удовлетворённой… Поверь, я рождена получать подарки, бриллианты, цветы, отдыхать и посещать СПА, бассейн, танцы, ездить пять раз в год на море — и тогда я буду счастливой. Если я в течение дня буду убираться, готовить, ухаживать за ребёнком и мыть окна, тогда к вечеру я буду усталой, злой и агрессивной, а если днём я посплю, посмотрю сериальчик или французское любимое кино, схожу в салон красоты и угощусь в кафе любимой итальянской пастой, тогда вечером тебя будет ждать добрая и ласковая жена. А когда счастлива жена, значит хорошо и мужу, правда, дорогой? Психологи говорили, что мужчина идёт в дом ради любимой женщины и уюта, который она создаёт, а женщина, которая любит себя, излучает из себя уют и тепло. И я, как женщина, даю самое главное для мужчины — домашний уют, а всё остальное мужчины могут сами себе заработать и купить.
После этих слов Семёну многое стало ясно, но он пытался донести до жены, что она может рассчитывать только на его жалование и никаких сверхдоходов у него нет. На что Евдокия выдала следующее:
— Mia amore, у тебя есть квартира в Подмосковье, которую вы купили вместе с братом. Недвижимость сейчас дорого стоит.
— Ну да, дорогая, конечно, квартира есть, там надо сделать ремонт, чтобы можно было сдавать… Неплохой вариант, mia amore, совсем неплохой! — сглупил Семён, который не сразу понял слова супруги.
— Семён, я не понимаю, зачем там делать ремонт, если у нас сейчас нет денег? Я считаю, надо продать квартиру и жить на эти деньги, тратить на то, что мне хочется.
— Продать? Mia amore, но это память о брате, он вложил в неё душу! Он так мечтал, хотел… я не знаю… я не могу… — Семёна пугала мысль о продаже квартиры, но и Евдокию он тоже боялся.
— Почему не можешь? Семён, если твоего жалования не хватает, чтобы финансировать жену, значит надо искать другие источники. Ты мне спасибо должен сказать за совет и идею.
Евдокия оказывала на мужа сильнейшее давление и имела власть над ним как над безропотным существом, потому уже через месяц квартира в Подмосковье была продана. Теперь Семён имел достаточно денег, чтобы содержать жену и вывозить её на Кипр, в Грецию, Египет, в Турцию и Испанию. Евдокия могла ни в чём себе не отказывать и свободно, не считая, тратить деньги на процедуры, платья и украшения, представляя себя принцессой, которой она так мечтала стать с детства. Вопрос уборки, готовки и ухода за Ариком больше в семье не поднимался, так как Евдокия наняла горничную, повара и няню, которыми она постоянно была недовольна и срывала на них всю свою злость, периодически поднимая на них руку и безжалостно штрафуя.
Но через какое-то время и такая жизнь перестала устраивать женщину, ведь она мечтала, чтобы её муж был не рядовым специалистом, а бизнесменом-миллиардером в брендовых шмотках, с тремя квартирами в центре Москвы, с виллой в Италии и на большом белом коне марки «Мерседес». И всем этим она поспешила попрекнуть Семёна.
— Семён! — Евдокия всегда грозно начинала разговор, носивший просветительский для мужа характер. — Помнишь, ты мечтал открыть своё дело, иметь свой бизнес?
— Да, mia amore… конечно… Это всегда было моей мечтой… Я очень этого желал и не раз об этом говорил… Конечно, дорогая… Но почему ты об этом вспомнила именно сейчас, вроде у нас всё есть?
— Я решила вложить деньги в бизнес.
— Прекрасная идея, mia amore! — Семён был открытым и лёгким на подъём, а потому с огоньком ухватился за предложение жены. — Очень рад это слышать! Моя любимая, ты меня всегда так поддерживаешь… Но чем заняться? Я бы хотел открыть барбершоп… или… может… пекарню… Хотя… я закончил двухмесячные курсы массажиста и могу открыть медицинский кабинет, как думаешь? Мне важно знать твоё мнение, дорогая!
— Я думаю открыть детский клуб, — как всегда пафосно ответила большая и строгая Евдокия.
— Бэби-клуб? А почему бэби-клуб? Или тебе понравился клуб, в который мы ходили, когда был день рождение у моей крестницы?
— Нет, дело не в этом… И мне там совершенно не понравилось, особенно родители этой крестницы… Но сейчас я хочу обсудить с тобой именно наш бизнес, наше общее дело!
— Великолепно, mia amore, продолжай! — на подъёме воскликнул Семён.
— Было бы очень удобно, чтобы помещение находилось недалеко от нашего дома. Я бы могла отводить Арика в клуб и оставлять его там на весь день, а нянечки присматривали бы за ним… Тогда у меня появилось бы время для хобби, я буду посещать бассейн, ходить на танцы, чаще видеться с подружками… Тем более что я категорически против ужасных государственных садов и школ, которые воспитывают из детей психов. А этот клуб был бы неплохой альтернативой для развития Арика.
— Да, mia amore, дорогая, ты как всегда права… И я абсолютно с тобой согласен, — ответил Семён, который, может, и не был с ней согласен, но согласился, поскольку деваться ему было некуда.
Брат умер, мать уехала в деревню и вела затворнический образ жизни, у школьных друзей были свои проблемы, жёны и дети, и разделить горе Семёна они не могли, да и не хотели. Он остался один на один со своей семьёй, о которой он так сильно мечтал, а его семьёй была Евдокия — большое ассиметричное существо с шестью пальцами на ногах, о которых знали только её родители и он, и неговорящий сын-аутист Арик. Евдокия в полной мере почувствовала свою власть над одиноким и беззащитным Семёном и с радостью ввела для него новые правила проживания в её квартире в виде указаний, запретов и наказаний.
В течение последующих трёх осенних месяцев Семён отпраздновал открытие и закрытие детского клуба, на который он истратил все оставшиеся после продажи квартиры деньги. Он снова оказался на мели. Мужчине было очень больно и стыдно перед друзьями и перед всеми людьми за всё, что происходит с ним и с его жизнью. Где-то глубоко внутри он понимал, что путь, по которому он идёт, неверный, но добренькому и мягкому человечку не хватало сил и мужества свернуть с этой тёмной тропы, по которой он шёл рядом со своей женой. Евдокия чётко топала по намеченному ею пути, где Семёну отвела роль добытчика, охотника и раба. Женщине было совершенно безразлично, откуда и каким образом супруг принесёт деньги в дом: будет ли он зарабатывать их благодаря своему бизнесу, или устроится на работу мясником, гробовщиком, красильщиком, или украдёт деньги у своих друзей, или распродаст всё своё имущество, или оформит на себя кредит — это не имело никакого значения. Благодаря хитрым психологическим приёмам, которым Евдокия обучилась у психологов, она стала для Семёна главнее и выше матери, сына, покойного брата и даже заменила ему Бога. Её желания становились всё более навязчивыми, а она — более требовательной и жестокой. Оказавшись без работы, Семён был не в состоянии удовлетворить амбиции алчной жены, за что постоянно получал оплеухи.
— Сём, мне сейчас же нужны деньги! — Евдокия закипала от злости.
— Дорогая… mia amore… сейчас такая ситуация… надо подождать… этот клуб забрал все деньги… — рядом с ней Семён ощущал себя червяком, полнейшим ничтожеством.
— Сёма, я всё прекрасно понимаю, у мужчин бывают какие-то трудности, проблемы, но мне, как нежной, слабой, утончённой девушке, это абсолютно неинтересно, да я и не должна в это вникать! Я люблю покупать новые платья, сумочки, ожерелья, раскашивать принцесс, печь блинчики и танцевать бачату! Пойми, я хрупкое воздушное создание, которое ничего не понимает ни в бизнесе, ни в ваших мужских делах! Мужчина создан добытчиком, а женщина — утончённой и милой, и я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Тебе, как мужчине, лучше знать, как преодолеть кризис и откуда достать денег, чтобы содержать меня, ну и своего сына тоже! — Евдокия говорила спокойно и сдержанно, избегая скандала и таким образом ещё больше манипулируя Семёном.
— Конечно, mia amore, ты как всегда права! Без вопросов… да, я всё решу сам, ни о чём не беспокойся…
После таких разговоров Семён чувствовал себя обессиленным и совершенно истощённым. А чтобы Евдокию не раздражала грустная физиономия мужа, она деликатно просила его уйти из дома на улицу и прихватить с собой надоедливого приставалу Арика. После долгих ночных прогулок Семён возвращался домой с новой идей, чем радовал жену и снова получал право разделить с ней ложе.
За время брака с Евдокией Семён сильно постарел. Его сухое и серое лицо покрылось многочисленными мелкими морщинами, голова полысела, глаза потухли, а тело стало дряблым и жирным. Семён окончательно перестал следить за собой. Он носил грязные, рваные и мятые рубашки и штаны, дырявые ботинки, а вместо сумки у него был пакет-майка из продуктового магазина. Он никогда никому не жаловался на жизнь с Евдокией, даже когда его друзья открыто спрашивали, всё ли нравится ему в его жизни, всё ли устраивает, а он лишь с испугом и страхом в глазах нервно и прерывисто отвечал:
— Да… конечно… Почему спрашиваете? Всё хорошо… все нормально…
Когда Евдокия узнавала, что кто-либо из его друзей задаёт такие вопросы, встречаться с ними далее запрещалось.
Жизнь Евдокии с Семёном складывалась совсем иначе. Женитьба на Семёне была для женщины удачей, хотя она до последнего не признавала этот факт. В браке с Семёном ей не нужно было работать, заниматься домашними делами, готовкой, уборкой, стиркой, воспитанием ребёнка. Все тяготы и проблемы полностью взял на себя супруг. Евдокия целыми днями отдыхала, занималась только своим телом, посещала СПА, салоны красоты, бассейн, дышала свежим воздухом в парке, мечтала с подругами в кафешках, а также снимала видео для своего психологического семейного блога, в котором она обучала подписчиков приёмам манипуляции мужским сознанием, в результате которого мужчина превращался в послушного раба. Она давала советы, делилась своим опытом свиданий с молодыми людьми, рассказывала об отношениях с мужем. Её блог под названием «Моя первая любовь — любовь к себе!» стал пользоваться успехом, и каждые утро и вечер Евдокия размещала новые посты.
«Доброе утро, мои дорогие красавицы! Давайте сегодня поговорим о детях и ответим на вопросы: зачем вы рожаете и какой в этом смысл для самой женщины? Во-первых, вы рожаете ребёнка для того, чтобы в дальнейшем он работал на вас, дарил вам цветы, бриллианты, возил на отдых за границу, содержал и заботился о вас, любимых. Вы ничего не должны давать своему ребёнку, и вообще я против всяких вмешательств общества и государства в жизнь ребёнка, будь то посещение врачей, прививки или насильственное обучение в детских садах и школах. Исключением является только тот случай, если ребёнка вдруг самого потянуло в сторону школы, когда он случайно проходил мимо — и зашёл. С церковью то же самое. Если ребёнку захотелось войти туда, это можно позволить. В воспитании я придерживаюсь позиции, что ребёнок должен расти и развиваться самостоятельно, ему не надо помогать. Это ужасно, когда общество вмешивается в жизнь ребёнка! В детстве я всегда ненавидела школу, где меня заставляли сидеть с ровной спиной в течение всего урока, потом злые учителя ставили мне тройки всего-то за три ошибки, хотя всё остальное было абсолютно правильно. Я хочу, чтобы мой ребёнок рос здоровым и раскрепощённым, свободным от общественного мнения и влияния. Поэтому, мои дорогие, мои красивые и изумительные подписчицы, запомните: никаких поликлиник, никаких детских садов, школ и институтов в жизни вашего ребёнка не должно быть! Всё это лишает малыша сказки и делает его несчастным!»
Автор психологического блога Евдокия родилась в нестандартной семье, которая сложилась из отношений между братом и двоюродной сестрой. Так как мать Евдокии была дочерью бывшего члена КПСС, то условием для получения наследства в виде трёх автомобилей, пяти квартир в центре Москвы и руководящей должности на крупном предприятии, являлось женитьба на родственнике. Бабушка ревностно относилась ко всему, что она заработала и приобрела благодаря партии в советскую эпоху, и чтобы сохранить семейную тайну и традиции, не допустить внедрение чужой крови в их род, мать Евдокии должна быть выйти замуж только за одного из своих родственников, то есть за младшего двоюродного брата. В результате такого необычного брака появилась на свет наша героиня.
С самого детства девочка росла замкнутым, необщительным ребёнком, и внешность Евдокии только усугубляли внутренние отклонения. К пятому классу у Евдокии вырос шестой палец на левой ноге, грудь увеличилась до 10 размера, а рост достиг 2 метров. Так как одежда стандартных размеров ей не подходила, матери пришлось нанимать для дочери личных портных и сапожников. Несмотря на дорогие платья и пальто, продолговатое вытянутое лицо Евдокии, гигантский нос, непропорционально узкие вдавленные в череп глаза, набухшие красные щёки с акне и горы выпирающих жировых складок по всему телу вызывали испуг, страх, смех и жалость и у детей, и у взрослых.
Мать Евдокии искренне переживали за внешность девочки и пыталась поддерживать свою дочь, уверяя, что внешность в жизни — не самое главное и что многие великие люди, среди которых средневековые короли и королевы, не обладали выдающейся внешностью, так как были рождены, как и Евдокия, в семье родственников. Но девочка стеснялась своих родителей и обвиняла во всём своего отца, за что его жестоко ненавидела. Она предполагала, что именно отец совратил её мать, хотя мать Евдокии никогда не упрекала своего мужа в применении грубости и силы. С трудом можно было бы предположить, что этот добродушный, мягкий и немного малахольный по характеру человек, бывший работник социальной службы, мог причинить кому-либо хоть малейший вред. Но во всех своих неудачах и болезнях Евдокия обвиняла исключительно отца. Аутосомно-доминантное заболевание, заболевание крови и почек, деформацию пястных костей, шизофрению, двухкомнатную квартиру в центре Москвы, связи в верхах — вот что унаследовала Евдокия от своих родителей. Благодаря связям девочка окончила школу с золотой медалью, МГУ с красным дипломом и устроилась на главный телевизионный канал главным редактором. Но головокружительный карьерный рост не приносил Евдокии радости, ведь каждый раз, когда она приезжала на работу, она видела стройных, здоровых и ухоженных коллег-женщин, а высокие галантные парни в брендовых костюмах с золотыми запонками на дорогих автомобилях, о которых она так мечтала в детстве, кидали в её сторону презрительные взгляды.
Всё это раздражало и травмировало самолюбие Евдокии, что и привело к очередной депрессии и обострению хронической шизофрении. По совету матери Евдокия не стала проходить лечение в медучреждении, а обратилась к психологу. Именно этот специалист внушил Евдокии те принципы, за которые она с удовольствием ухватилась. По мнению психолога и известного блогера Шулёрова, автора бестселлера «Мою любовь зовут Я!», смыслом жизни любого человека является безграничная, доходящая до безумия, нарциссическая любовь к себе, которая должна полностью поглотить человеческое существо. Все действия, поступки человека должны строиться только любви к себе, а его близкие (мать, отец, муж, дети и т. д.) должны трудиться во имя его блага, создавая наилучшие условия существования индивида.
Уроки психолога нашли отклик в душе Евдокии, вселили надежду и наконец-то вывели девушку из затяжной депрессии. С помощью психолога она смогла определить свою цель в жизни, которая сводилась к следующему: отдых, расслабление, релаксация. Для достижения своей цели Евдокия зарегистрировалась на сайте знакомств, чтобы найти мужчину-добытчика, который будет целиком и полностью её обеспечивать, возьмёт на себя все житейские трудности и проблемы, будет исполнять все её прихоти и желания, чтобы она ни о чём не заботилась, ни во что не вникала, но занималась только собой, танцевала, рисовала и играла в мягкие игрушки. Девушка начала активно переписываться с молодыми людьми и посещать свидания. Уже через месяц в блокноте у Евдокии было около 200 телефонных номеров и имён поклонников. Их количество увеличивалось с каждым днём. Молодые люди серьёзно воспринимали Евдокию, и мало кто вообще обращал внимание и противился её внешности. В основном их интересовало, кем работают родители, есть ли дети, была ли замужем и почему до сих пор не вышла замуж, кем и где работает и какой её ежемесячный доход, есть ли собственная квартира в Москве… Евдокия честно отвечала на все вопросы ухажёров, задавая аналогичные в ответ. Спустя три месяца усердной переписки и свиданий с незнакомцами, Евдокия встретила того самого, который правильно ответил на все её вопросы. Легкомысленный и одинокий Семён согласился беспрекословно подчиняться и следовать «семейному плану» Евдокии: жениться на ней, но не вступать с ней в интимную связь до женитьбы, переехать жить в её квартиру, но не прописываться, финансово обеспечивать Евдокию и её ребенка и выполнять другие спонтанные желания женщины.
По мере того как подрастал Арик, Евдокия стала больше уставать и уже не чувствовала себя счастливой, как она того хотела. В своём дурном настроении Евдокия винила мало зарабатывающего менеджера Семёна, который не мог удовлетворить все её потребности. Приступы депрессии, сменяющиеся агрессией, стали носить постоянный характер.
— Пойми, сейчас лето, в квартире невозможно находиться! Кондиционера нет, вентилятора нет… повсюду валяются игрушки, бутылочки, использованные памперсы и туалетная бумага, чипсы и макароны, мои тапочки прилипают к полу… От этого кислого запаха, который стоит в квартире, можно умереть! Чего ты ждёшь? Сколько можно это терпеть? Почему ты ничего не хочешь решать? Я женщина, и я заслуживаю счастья! Я хочу уехать… сбежать на другой континент… в Мексику… подальше от тебя, от родителей, от Арика… Я хочу жить около океана, слушать голос моря в ракушках, дышать морским воздухом, кататься на лодочках и пить свежевыжатые соки!
Во время приступов психоза Евдокия плакала, смеялась, скороговоркой проглатывала слова, поэтому Семён не мог разобрать и половины того, что она хотела ему сказать. Но супруг никогда не переспрашивал жену, чтобы не обидеть. Он молча соглашался со всем, что творила Евдокия. Некоторые поступки вызывали недоумение, иногда даже протест, тогда он хватался руками за голову, глубоко дышал и пытался себя убедить, что Евдокия — это его единственная долгожданная жена и она всё делает правильно, потому что она мудрая, умная женщина, любящая жена и заботливая мать.
После одного из таких приступов Евдокия собрала вещи и уехала вместе с Ариком к своим родителям. Для Семёна это был чудесный спокойный период, поскольку его жена и ребёнок жили всё лето на даче, а он остался в городе в одиночестве. Семён был верным мужем и отличным отцом, поэтому за все три месяца, что супруга провела на даче, он ни разу не привёл в квартиру друзей или девушек. Единственное, что он мог позволить, — напиться до беспамятства в местном баре, а потом кататься всю ночь на велосипеде по Москве. Чем Евдокия дольше находилась на даче, тем больше Семён отдалялся от неё, несмотря на ежедневные долгие телефонные разговоры. Со временем мужчина перестал интересоваться её здоровьем, не спрашивал о таблетках от головы, которые она должна была пить ежедневно, и даже забывал про Арика.
В отличие от Семёна, летние каникулы на даче не приносили Евдокии спокойствия и радости, ради которых она оставила Семёна одного в Москве. Женщина надеялась, что её мать будет хорошей нянькой для трёхлетнего Арика и прекрасной горничной для неё, но гордая властная мать сорвала её планы, неожиданно заявив:
— Доня, неужели тебе так сложно справиться с маленьким ребёнком? Не вижу в этом ничего сложного! С утра надо его разбудить, подмыть, умыть, почистить зубы… потом нажарить сырничков, отварить овсяную кашку на молоке, но не на жирном, а на однопроцентном, слышишь?! Покормить этой кашкой… умыть… Потом погулять с ним, попеть песенки, почитать детские стишки, поиграть в развивающие игры. После этого привести домой, сделать гигиенические процедуры, затем приготовить на обед какой-нибудь лёгенький супчик на курином бульончике, не жирненький, Арику нельзя жирное… салатик постругать… мяско пожарить, котлетки паровые потушить, пюрешечку сделать… Затем покормить его, помыть посуду и спать уложить. А пока Арик спит, постирать, погладить, пропылесосить, помыть полы, начистить зеркала, окна, в огороде полить капусту, морковку, редиску, выкорчевать сорняк…
После слова «сорняк» Евдокия в бешенстве поднималась в свою бывшую детскую комнату на второй этаж и кричала. Она билась в истерике о стены, об пол, кровать, бросала на пол вазы, посуду, срывала шторы, выбивала головой окна, а потом, неожиданно почувствовав усталость, моментально засыпала прямо на полу.
…Телефонный звонок в три утра разбудил её.
— Да, — ответила Евдокия и, услышав в трубке плач, спросила: — Это кто? Это вы, Валентина Петровна? — она узнала голос своей свекрови. — А где Семён? Мне срочно нужен Семён! Почему вы звоните по его телефону? Кто вам разрешил?! — Евдокию нервно потряхивало.
— Сёмка сбросился с 12-го этажа этой ночью! — всхлипывала старуха.
— Как? — удивлённо и одновременно равнодушно ответила Евдокия.
— Вот так! Теперь ты свободна как птица, а Арикунчик без отца! — с упрёком произнесла старуха.
— Ну ладно… Может, не всё так страшно, как кажется на первый взгляд? Где он сейчас? — спросила Евдокия, но услышала в трубке молчание, так как старуха отрубила телефон. Евдокия тут же снова набрала номер свекрови.
— Валентина Петровна, раз с Семёном вышел такой конфуз… гм… неловко, конечно, об этом вас просить, но… вы не могли бы прибраться у нас в квартире? Просто там такой беспорядок… я не могу там ни ванну принять с лепестками роз и с игрушками, ни масочку сделать… — проныла Евдокия.
— Не волнуйся, Донечка, я всё сделаю, как ты попросила… И я уже здесь прибираюсь, — ответила старуха.
— Ну и слава богу, отлично! Спасибо вам большое! Не знаю, как бы я справилась без вас! У меня Арик, сами знаете, с ним столько хлопот… он не спит, всё время что-то требует, постоянно говорит мне «нет», я очень устала за ним носиться…
— А как же твоя мать, она разве не взяла на себя уход за Ариком? — поинтересовалась старуха.
— Нет! Она вообще мне ни в чём не помогает, я всё делаю одна! И готовлю, и стираю, и убираюсь в особняке, и присматриваю за Ариком… в общем, мне очень тяжело… плюс на мне ещё огород. Вчера, например, я прополола шесть соток… Вы вообще можете себе такое представить?!
— Бедняжечка… — словно посочувствовала старуха.
— Когда уборка будет завершена и я смогу заехать в свою квартиру? — строго спросила Евдокия.
— Сегодня же. Я уже всё убрала!
— А вещи Сёмы куда дели?
— Выкинула, чтобы тебе о нём ничего не напоминало… Донечка, я так рада за тебя, теперь ты свободная женщина и обязательно в ближайшее время найдёшь себе достойного богатого бизнесмена, который будет носить только брендовую одежду, ездить исключительно на белом коне марки «Мерседес», и у него должно быть обязательно несколько квартир в Москве, в Европе и огромная вилла на Мальдивах или Бали.
— Отлично! Вылетаю первым же рейсом! — ответила Евдокия и отключилась.
Не размышляя ни минуты, Евдокия разместила в своём психологическом семейном блоге новый пост под названием «Моё счастье в моих руках!»
«Доброе утро, мои красивые, милые и дорогие читательницы! Сегодня самый чудесный день, чтобы поговорить о вас, о ваших планах и просто мечтах. Задайте мне вопрос, и я отвечу на него. Что вас интересует, расскажите мне! А пока я хочу поделиться с вами рецептами счастья.
Любите себя и только себя! Хвалите себя, говорите себе комплименты, хвалите себя каждый день. Восторгайтесь собой, напоминайте себе, какая вы умная, красивая, талантливая, уникальная, добрая, элегантная, нежная и заботливая.
Много отдыхайте и покупайте себе подарки, балуйте массажами, маникюрами, прогулками по парку или просто расслабляйтесь в ванной.
Носите только красивую одежду. Такой бриллиант, как вы, достоин красивой огранки!
Общайтесь только с теми людьми, кто достоин быть рядом с вами. Природа создала женщин нежными, хрупкими, пугливыми, робкими, сомневающимися и нуждающимися в любви и заботе, поэтому мужчины, которые вас окружают, должны исполнять любые ваши желания.
Ищите для себя умного и решительного мужчину, который будет слушаться вас, исполнять все ваши желания и самостоятельно преодолевать финансовые кризисы.
Милые девушки, помните, что достойный мужчина не должен быть скупым и скрывать от вас своё финансовое благополучие. Его одежда и обувь должны быть отмечены значками модных брендов, на своём белом коне марки «Мерседес» он должен вас возить по самым дорогим ресторанам, а летний отпуск он должен проводить с вами в своём доме в Америке. Каждая из нас достойна только такого спутника жизни, все же остальные мужчины (рабочие, служащие, эксперты) — это мусор, который засоряет нашу планету и не даёт ей развиваться. Мои девочки, не повторяйте моих ошибок. Я вышла замуж за недостойного человека по вине моей матери, которая постоянно требовала и подгоняла меня с замужеством. Если бы не мои родители, я бы давно уже жила на Мальдивах, купалась в золоте и колотила служанок.
Запомните, мои красавицы, ничто и никто не должно мешать и вставать на пути к вашему счастью. Никакие родственники, будь то родители или дети, не должны вам мешать. Если ребёнок от первого брака (иногда отношения между мужчиной и женщиной могут быть бракованными по причине присутствия в них дефектного мужчины) встал между вами и вашим солнечным будущим, это ни в коем случае не должно вам помешать. Все эти сложные проблемы с родителями и детьми решаются очень просто. Например, если родители не дают вам спокойно жить, мучая своими нравоучениями, взваливают на вас свои функции и проблемы, вы можете прекратить с ними общение, съехать от них в другую квартиру, не отвечать на их надоедливые звонки. Если ребёнок мешает вам своими криками, требованиями и бесконечными капризами, вы можете отдать его в надёжные руки, например, в детский дом, где работают очень добрые и отзывчивые люди, педагоги и психологи высшей квалификации, профессионалы своего дела, с которыми вашему чаду будет гораздо лучше, чем с мамой. Поймите, ваш ребёнок будет счастлив, зная, что его мама счастлива. Я, как коуч, семейный психолог, без двух минут учёный, гарантирую вам: как только вы сдадите родителей в дом для престарелых, отдадите ребёнка в детский дом, то сразу почувствуете, как перед вами открывается необыкновенный мир и рушатся все препятствия для достижения счастья. Мои любимые и дорогие подписчицы, счастье — это дело только ваших рук и мыслей, и ничто не должно вас останавливать на этом пути!»
В течение часа пост собрал более миллиона лайков и больше тысячи положительных комментариев, в которых девушки и парни восхищались идеями и мыслями Евдокией: «Какая же вы всё-таки мудрая и умная женщина. Спасибо Вам за вашу помощь, за ваши советы, которые так помогают в этой жизни!», «Благодарю вас за ваши слова, спасибо, что вы есть!», «Я плачу от счастья, когда читаю ваши статьи, они великолепны, как и Вы!», «Всё правильно, всё правда, что пишете!», «Благодаря вам я пересмотрела своё отношение к жизни и молодым людям, и всё стало гораздо легче восприниматься!», «Согласна с Вами на все 100 %! Вы прекрасны, счастья вам и вашим близким!»
Утром Евдокия ничего не рассказала о ночном телефонном разговоре с Валентиной Петровной ни матери, ни отцу, будто и вовсе ничего не было. На задумчивый внешний вид Евдокии мать не могла не отреагировать и во время завтрака обратилась к ней:
— Евдокия, ты опять, да? От меня нечего скрывать… я-то знаю тебя и всё вижу! — мать Евдокии была строгой женщиной, но справедливой. Она не позволяла дочери эксплуатировать себя в качестве уборщицы и няньки для сына. Но именно из-за этого Евдокия ненавидела свою мать, так как считала, что долг матери — всю жизнь ухаживать за дочерью.
— Что опять? — Евдокия чувствовала себя усталой после ночи, и расспросы её раздражали.
— Как — что? Как это — что?! И ты ещё меня спрашиваешь?! — возмущалась мать.
— Мам, давай ты не будешь на меня давить, и мы обе сейчас сделаем вид, что этого разговора не было! — Евдокия пыталась сохранить сдержанность в выражениях и жестах, так как грубые манеры не были приняты в их семье.
— Доня, Семён в курсе, что с тобой иногда происходит, какой ты бываешь?
— Мама, не нервничай так! Семён — мой муж. Ты сама как думаешь? — после этой фразы Евдокия уже не могла сдерживаться и направилась в свою комнату собирать вещи, чтобы уехать в Москву.
«Лучше я буду жить одна в своей квартире, чем выслушивать эту старую неудачницу-маразматичку!» — так всегда Евдокия думала о своей матери и с этими мыслями, прихватив коляску с Ариком, села на электричку до Москвы.
В битком набитой людьми старой душной электричке Евдокия смотрела в окошко и мечтала. Она представляла себя прекрасной принцессой в воздушном бальном платье, бегущей по лугу за сине-зелёными бабочками. Временами она впадала в забвение и забывала, что едет в городской электричке в час пик, а на руках у неё заливается трёхгодовалый описавшийся ребёнок. Но ей всё было безразлично, ей было хорошо в своих мечтах!
Когда Евдокия с сыном подходили к своей квартире на 9-м этаже, Евдокия внезапно вспомнила ночной телефонный разговор со свекровью. Ей стало страшно и холодно.
«Как же я могла забыть… что делать? Ну ладно, надеюсь, Сёмка напоследок приготовил нам ужин и оставил достаточно денег», — так размышляла честная Евдокия, ковыряя в замке ключом, который никак не хотел вставляться. Она решила, что в квартире находится мать Семёна, и постучала. Через несколько секунд дверь отворил Семён.
— Mia mor? Вы приехали с Ариком… так рано… что случилось? Я вас ждал через две недели… — Семён был искренне удивлён, но спокоен.
Евдокия стояла в дверях и не реагировала на слова внезапно оказавшегося живым супруга. Её глаза, лицо, тело — всё застыло в странной неестественной позе. Она будто улыбалась и ярилась одновременно, хотела войти в квартиру, но тут же пятилась назад. Вдруг она заговорила с Семёном спокойным безмятежным голосом:
— На улице сильный ливень, а у Арика нет зонтика, дорогой.
— Любимая… моя сладкая! Но за окном весь день солнце, — улыбнулся супруг и обнял Евдокию.
Семёну порой нравились чудачества Евдокии. Он думал, что это обаятельно, мило и забавно.
— Да, дорогой, наверно, синоптики опять ошиблись. Вчера писали, что весь день дождь, вот я и подумала, что неплохо бы Сёме купить зонтик.
— Сладкая, ты имеешь в виду Арика?
— Ну да, Сёмочку, нашего сынишку, — Евдокия перебегала глазами с предмета на предмет и не понимала, что происходит.
— Но меня зовут Сёма, твоего мужа! — Семён снова проигнорировал слова жены и ещё раз нежно её приобнял. — Ты пойдёшь сегодня с маленьким гулять?
— Нет! Я очень устала! У меня нет сил! Мне надо отдохнуть… и… хорошенько выспаться. Я пойду в спальню, — раздражённая допросом Семёна Евдокия вырвалась из его объятий и спросила: — Ты почему сегодня дома, а не на работе? — глаза Евдокии ожили и засверкали гневом.
— Но сегодня пятница, mia amore, я по пятницам работаю удалённо, — Семён пытался оправдаться, но у него не получалось.
— Что это за работа — удалённая?! Как вообще можно работать дома? Как вам начальники такое разрешают? Или твой начальник не в курсе, что ты сейчас дома? А может, ты прогуливаешь работу, тунеядец? Я не для этого согласилась замуж за тебя выйти! Мне надо позвонить твоему начальнику и доложить обо всём!
Разгневанная, заплаканная раскрасневшаяся Евдокия дрожащими руками пыталась найти в своей маленькой дамской сумочке сотовый телефон, но, не найдя его, накинулась на Семёна с кулаками. Мужчина пытался удержать разъярённую женщину, но та смогла освободиться и, подбежав к стене, начала необузданно биться головой об стену. Остолбеневший Семён, взяв Арика за руку, молча наблюдал за происходящим, не веря своим глазам. В этот момент Евдокия оттолкнулась от стены и снова бросилась на Семёна, но на этот раз муж сманеврировал, и та с грохотом упала на пол всеми своими 150 кг. Она продолжала биться всем своим телом и головой об пол до тех пор, пока не потеряла сознание и изо рта не потекла белёсая пена.
Семён поднял Евдокию и отнёс в ванну, чтобы привести жену в чувство. Спустя час женщина уже сидела на кухне на своём похожем на трон белом высоком стуле за круглым белым столом с золотой окантовкой и ела арбуз. Она сидела с идеально ровной спиной, гордо и величаво, словно царица на троне. Напротив неё на деревянной табуреточке примостился робкий Семён и смотрел в её пустые безжизненные глаза.
— Mia amore, с тобой всё в порядке?
Евдокия в упор смотрела на Семёна и молчала.
— Mia amore… — Семён нежно взял руку Евдокии и продолжил, — я пойду к Арику.
— Арик? Я забыла Арика на даче у родителей! Семён, надо срочно к ним ехать… давай позвоним им… — Евдокия говорила, подёргиваясь, словно по ней пропускали ток.
— Mia amore, не волнуйся так! Арик дома, в соседней комнате играет с карточками… Вон, посмотри, с ним всё в порядке, а тебе не стоит так волноваться.
Евдокия замерла в ледяной позе, никак не отреагировав на слова Семёна. Её взгляд был обращён к окну, в которое она долго смотрела.
— Сладкая, дорогая моя, я взял отпуск на работе, чтобы ты смогла отдохнуть… Я понимаю, что во всём виноват непоседа Арик… и плюс твоя мама непростой человек, с ней тебе тяжело… Сладкая, я уже купил путёвку в Турцию. Мы поедем в пятизвёздочный отель за границу! Там нам будет хорошо! Только ты, я и Арик, как ты мечтала!
Но Евдокия не отводила окаменевшего взгляда от окна и молчала. Семён решил больше не досаждать своей любимой разговором и ушёл в комнату к сыну. Женщина просидела в окаменевшей позе почти полдня и только ближе к вечеру пришла в себя и отправилась принимать ванну.
Каждую пятницу — по давней традиции — Семён встречался с друзьями в баре, чтобы напиться, посмотреть футбол и снять напряжение, накопившееся за неделю. Эта пятница не была исключением для него, и мужчина до глубокой ночи пробыл в баре. Вернувшись почти под утро домой, он застал Евдокию в ванной в крови. Евдокия без сознания плавала в багровой воде, а Арик визжал, орал, стучал ногами по полу и пытался разбудить мать. Семён вытащил супругу из ванной и перенёс в кровать. Вены на руке женщины были перерезаны совсем недавно, и она была ещё жива. Через несколько минут скорая увезла Евдокию в психиатрический диспансер для выяснения обстоятельств. Врачи поставили Евдокии диагноз: шизофрения с аффективными расстройствами и предложили Семёну подержать жену в лечебнице как минимум полгода с исключением какой-либо связи и коммуникаций с внешним миром, в том числе с мужем и сыном. Семён сделал всё, как рекомендовали врачи, и только спустя полгода между ним и главврачом состоялся разговор.
— Семён Алексеевич, состояние вашей супруги по-прежнему тяжёлое, к сожалению. Мне непросто об этом говорить, но она всё так же больна, несмотря на все наши усилия.
— Да, доктор, я знаю, — Семён пытался справляться со всеми трудностями, которые ему преподносила жизнь, но не всегда это получалось хорошо, и тогда он покрывался холодными слезами.
— Ей требуется особый уход, внимательное и бережное лечение… Я вынужден присвоить ей группу, — доктор был серьёзным пожилым человеком с густыми кудрявыми волосами, притворявшимся, что понимает, как тяжело воспринимаются его слова родственниками больного.
— Да… хорошо… без проблем… Но как быть с дальнейшим лечением?
— Я выпишу ей медикаменты, нейролептики, антидепрессанты и отпущу домой, — важно и равнодушно сообщил доктор.
— Замечательно! Арик так соскучился по маме! — Семён ёрзал от переживаний и не до конца понимал, что ему говорит доктор.
— Вы понимаете, что Евдокия больше не дееспособна и не сможет ухаживать за ребёнком?
— Что?
— Ей нужен опекун. О чём я говорю уже целый час.
— Извините, я взволнован и не очень разбираюсь в врачебных делах.
— Молодой человек, речь не о врачебных делах, а о юридических, — выпуклые голубые глаза врача словно пытались донести информацию до Семёна, поэтому он говорил медленно, выговаривая максимально отчётливо каждую букву. — Я смогу отпустить её домой, только если судом ей будет назначен опекун!
— Я понял вас, Исаак Петрович, — грустно кивнул Семён.
— Аллилуйя, мой друг! Чудненько! Тогда откланяюсь.
Врач хотел выйти из кабинета, но Семён продолжил диалог.
— Доктор, я могу сейчас повидаться с женой или хотя бы позвонить ей?
— Мой друг, так вы ничего не поняли? Вам необходимо собрать пакет документов и обратиться в суд, чтобы оформить опекунство над вашей благоверной, если опекуном, конечно, пожелаете стать вы.
— Но я никогда не сталкивался с подобным… — Семён пытался быть откровенным.
— Это уже не моя головная боль. Обратитесь за помощью к юристам, в специальные агентства, сейчас многие этим занимаются. Я думаю, они с удовольствием за определённое вознаграждение вам помогут. Всё, что зависит от больницы, мы вам предоставим: справки, заключения и так далее.
— Как я понимаю, пока не будет оформлено опекунство, повидаться с женой я не смогу?
— Совершенно верно! Молодой человек, вы у меня не один. Извините, у меня назначен приём. Всего доброго!
— Всего доброго, доктор.
Обеспокоенный Семён покинул кабинет врача с ощущением пустоты и безысходности. До женитьбы на Евдокии представления о семье у него были иными. Он думал, что семья — это когда ласковая супруга любит и ждёт своего мужа, готовит ему и их троим детям вкусную еду, держит дом в чистоте и порядке, заботится о детях, ухаживает за ними, занимается их образованием; когда они все вместе большой дружной семьёй совершают пешие походы по горам, ночуют в палатках, помогают и любят друг друга. Жизнь с этой женщиной и рождение неговорящего Арика перечеркнуло все его мечты.
После посещения главврача Семён планировал навестить сына, который уже полгода жил у бабушки и дедушки, но предварительно надо было заехать на квартиру, где он жил с Евдокией, чтобы забрать подарок сыну. Дома его ждал «сюрприз». Возле двери валялась серая бумажка, похожая на газетную листовку. Семён поднял её и прочитал: «Приказываю вам в течение одного часа с момента получения повестки явиться по адресу… При себе иметь документы, указанные на обороте повестки».
В этот день Семён поехал к родителям Евдокии, чтобы повидаться с сыном в последний раз. На утро он собрал сумку и ушёл на войну, не сказав и слова ни родителям Евдокии, ни своей матери. Он боялся, что они будут его отговаривать. Повестка на фронт была его спасением от этой жизни, от реальности, от сына-аутиста, от больной шизофренией жены, от выкачивающих из него деньги родителей Евдокии, от одичавшей агрессивной матери и от всего, что он так ненавидел в родном городе. Семён верил, что воинская служба ему нужна, чтобы изменить себя, свою судьбу, стать героем и обрести настоящее мужское счастье.
С тех пор как Семён покинул родную землю про Арика никто ничего не слышал. Мальчик не был ни с отцом, ни с матерью, ни с бабушкой, ни с дедушкой, он не числился ни в саду, ни в поликлинике, ни в детдоме… о нём как о человеке исчезла вся информация из базы данных. На расспросы знакомых мать Евдокии отвечала, что Семён забрал сына с собой, а потом она забывалась и говорила, что трёхлетний сын принял решение переехать жить к Евдокии. Мальчика будто не было никогда и нигде. Даже родная мать Арика не могла вспомнить, был ли у неё когда-либо сын, или не был.
Мать Семёна Валентина Петровна новостей о сыне с фронта так ни разу и не получила. Она даже не знала, доехал ли он до передовой, участвовал ли в войне, стал ли героем… Через 10 лет без вести пропавший Семён официально стал числиться погибшим.
Евдокия до последнего своего дня вела семейный психологический блок, находясь в стенах психиатрической больницы. Она продолжала делиться с подписчицами секретами семейного тихого счастья, любви к себе, давала уроки ухода за ребёнком, рассказывала о своих новых покупках и планах на будущее:
«Мои дорогие красавицы, у меня к вам вопрос: готовы ли вы вкладывать в себя, заботиться о себе, насколько вы любите себя?..
Запомните одно-единственное главное правило: сначала надо позаботиться о себе, а потом уже всё остальные! Ещё одно главное правило: вы должны всегда и везде радовать себя! Просто так! Потому что вы этого достойны!
Я сама, мои милые подписчицы, учусь заботиться о себе и любить себя, работаю со своим сознанием, стараюсь расширить свои горизонты, привношу больше изобилия. Сейчас, например, я прохожу марафон известного психолога и коуча Евгения Зу… Мне не всегда легко позволить себе радовать себя, но это даёт такое вдохновение, появляется совсем другое настроение! Я люблю себя радовать новыми нарядами, украшениями, десертами. Из заботы о себе рождается другое отношение к себе и к окружающим, состояние любви и гармонии.
Девушки, для женской природы естественны такие состояния, как жалость, сострадание, желание заботиться, но мужчины проходят мимо, не замечают женщин, которые загружены. Но если они видят счастливую и радостную женщину, ему хочется быть рядом с такой, чтобы стать причастным к её счастью. Поэтому всё в наших руках! Гармоничные отношения в паре начинаются с любви к себе и умения наполнить свою жизнь смыслом и радостью!
Вот список ваших прекрасных фраз на сегодня: «Я хорошая», «Я красивая», «Мои желания важны», «Я достойна любви», «Меня ценят и уважают», «Я всё делаю правильно, это не ошибки, а опыт», «Я прекрасная жена, хозяйка, мама», «Я слышу себя и берегу», «Я люблю себя и ценю!»
Если вы хотите приобрести психологическое здоровье, стать увереннее в себе, понять причину своих комплексов и избавиться от них, проработать и улучшить свой семейный сценарий, узнать секреты любви к себе, подписываетесь на курс «Здоровая самооценка» с тёплыми скидками только сегодня!»