Валькирий часто ставят в один ряд с Драконами, Гномами, Орками или Нимфами, но это не совсем верно. Валькирии — это не совсем вид или раса, а отдельная каста существ. Хоть в последние годы своего существования они и были похожи друг на друга: высокие ростом, рыжеволосые кудри, крепкие ноги, широкие плечи… но в старые времена, которые описать по памяти сможет лишь пяток существ во всей вселенной, они были разнообразней. Говорят, встречались и гиганты и лилипуты, крылатые и четвероногие, даже легенда ходила, о Валькирии с тремя головами и шестью ногами, с родословной включающей всех пяти существ (Титанов, Ангелов, Демонов, Эльфов, Трикстеров), но в такие древние истории можно лишь слепо верить или здраво отрицать, опираясь на отсутствие весомых доказательств. Но факт остаётся фактом и под закат своей жизни Элитный Отряд Одина уже создал свой паттерн и вывел семью со схожими генами и стал её совершенствовать и селекционировать.

Рассказ я поведу от казармы одного из недавно сформированных полков, три года как выпущенного из училища. Состоял он из двухсот воинов, живших и учившихся с самого рождения вблизи друг друга. В таких условиях хочешь не хочешь, но познакомишься, если не сдружишься. Понятно, что самых интересных личностей — отсеивают в отдельные отряды, для одиночек и особо конфликтных. Так и получилось, что за три с лишком года весь отряд уже был готов к возможным нападкам на священную землю и защиту отца своего Одина, но таких нападков не было уже десятки тысяч лет и мало кто думал, что вскоре будут, но Один за свой век набрался мудрости и не стал поступать подобно Зевсу и распускать всю армию, да и видели бы вы парады в которых участвовали эти рыжеволосые воительницы. Шедевр искусства! Каждая двигается зеркально каждой, действия отлажены и точны, а программы изумительны (отвратительное и пошлое слово). Нет в Асгарде или на Небесах такой девчонку, которая бы не наряжалась на один из карнавалов в боевой костюм и с боевым (а чаще всего смешным и милым) кличем не крутились бы в толпе, задевая прохожих деревянной секирой. А прохожие не могут на них злиться, ведь хватает одного взгляда, чтобы растопить ностальгией их промёрзшие взрослостью сердца и получить в ответ ту же детскую улыбку, которая у взрослых проступает лишь в подобных ситуациях. А парни… найдите парня, который не был бы влюблён в одну из этих красавиц и знайте, что вы нашли самое редкое существо во вселенной.

В одной из комнат, рассчитанных на две секиры, лежала наша Ахия, её соседка спряталась в душе, готовясь ко сну, а она мечтала, что однажды прейдёт и её черёд сражаться и тогда: «— Берегитесь! Всем голову поразбиваю… Черепа, сколько бы их ни было, поразбиваю!». В руках сжимала секиру, а через закрытые веки было видно движение зрачков:

Ахия стоит на горе и оглядывает поле брани, войско мерзких Трикстеров-предателей, Падших Ангелов и третьесортных Эльфов во всём обмундировании готовились к кончине и заметив Нашу Героиню принялись бежать, но уже было поздно и через мгновение со всех сторон на них вышел не один отряд, а целая армия и разорвала их на кусочки. Когда не осталось больше не единого живого врага — Ахия сняла с головы секиры: несколько пальцев и чей-то скальп, а потом наколола на обратную сторону ещё тёплую голову безымянного Предводителя вражеской армии и плюнула в его клишировано мерзкую, натужную и испуганную рожу. Она шла на место сбора, футболяя чьи-то кости, отрубленные руки и внимательно осматривала лежащих на полу, на предмет полезности и к концу своего путя насобирала немало интересного. По приезду передала всё до последней слезинки в фонд Помощи Пострадавшим в Ходе Преступной Деятельности.

За её заслуги её подняли рангом и теперь она не просто рядовая Валькирия, а целый Помощник Десницы Командира и у неё даже появилась собственная помощница, которая точит ей секиру…

— Нет! Нет! Нет! — Крикнула она, не сдержавшись в порыве фантазии.

— Что случилось? — Волновалась с ванной комнаты соседка. — Нужна помощь?!

— Нет! Всё в порядке. — Успокоила Ахия. — Сон дурной приснился.

Её реакция оказалась даже сдержанной. Каждой Валькирии, при достижении возраста в сорок лет (Примерный эквивалент 17 лет у людей) выдавали — причём торжественно, с почестями, банкетами и салютами — секиру, выкованную самими Гномами и благословлённую верховными Эльфами. Гномы вообще мастера на все руки, а Эльфам нет равных в «дарующей» магии.

Ахия лежала и проклинала себя за ту мысль, что она позволит коснуться хоть одной живой душе своей любимой, родной секиры. Но вот проклятья начали стихать и Сасса вышла с душа, блеснув мокрыми рыжими локонами.

— Что снилось? — Спросила Сасса.

— Ничего особенного.

— Но ты аж вскрикнула! Значит либо что-то страшное, или…

— Что мою секиру тронула какая-то Валькирия! — Выплеснула ненависть Ахия.

— Знакома была её отвратительная морда? — Подхватила волну Сасса.

— Нет.

— А почему она решила тронуть не свою секиру?

— Это вот самое страшное. — Сказала Ахия. — Я ей сама приказала.

— Не может быть?! — Она аж рот прикрыла рукой. — Что с тобой случилось?

— Сама не знаю. Что-то на меня нашло. Наверное, один из убитых мной наложил проклятье.

— И скольких ты убила? И главное ГДЕ?

— Это было ровное поле и мы воевали против мерзких предателей. Я убила двадцать одного Ангела, семерых Эльфов и двух Трикстеров.

— Явно это был Трикстер! Все они мастаки на чёрную магию.

— Вот именно!

— А я?

— Что?

— Я была в твоём сне?

— Да.

— И скольких я убила?

— На одного меньше меня.

— Да ну?

— Нет. Правда!

— Я бы в жизни не уступила тебе в убийствах. Наверное, ты врёшь. Я убила в два, три, ПЯТЬ раз больше тебя. — И Сасса рассмеялась лёжа на койке.

Повисло молчание и думали обе Валькирии лишь об одном. Молчание прервала Сасса:

— Эх-х. — Глубоко вздохнула она. — Как думаешь, Ах, на наш век упадёт война? — Но ответа не последовало, ведь обе они знали, что уже десятки поколений Валькирий не отмечали первую кровь врага, окропившую их рукояти. — Ну может не война, а хотя бы битва! Одна, маленькая битва. Чтобы размяться и не дать застыть костям.

С этими словами потух свет и они отвернулись, каждая к своей стене. Они уснули, в надежде на воинственный сон.

* * *

Новый день начался не с построения. Один собрал все отряды и готовился дать свою пламенную речь. Войны стояли на готове и у каждой был на голове шлем, но не обычный — парадный, а боевой — без рогов.

— Войны Одина, — Начал предводитель. — Всю жизнь вы готовились к битве и вот настал тот самый день! — В строю не прозвучала и писка, но все знали, что каждый воин в душе завизжал как маленький ребёнок от новой игрушки. — Вы отправитесь со мной в бой! — Один, привыкший к пышным реакциям, удивился от сдержанности армии. — Вольно, бойцы. Даю вам право радоваться! — И по всему полигону прошло радостное, но всё же сдержанное ликование. — Есть вопросы войны? — Ни одна рыжеволосая крушительница не выступила вперёд. И правда, зачем солдату знать с кем он воюет или за что? Его задача победить. А зачем? Потому что он солдат. Но Один мудрее многих и знал, что нет лучшего солдата, чем солдата, сражающегося за собственную жизнь и жизнь дорогих ему людей. — Мы идём не в омерзительных поход, чтобы показать силу и подчинить себе миры, а идём за правое дело. Вернуть те миры, которые полагаются Асгарду, вернуть наши с вами земли и уничтожить проклятое Небесное Правительство. Эти мерзкие радикалы пошли против нас с вами и готовятся вдарить нам в спину и обрушить статую, возведённую в ту пору, когда мир только очистился от Титанов, они собираются снести символ нашего единства! Мы этого не позволим! — Каждая Валькирия, вторя вождю, прокричали его последние слова. — Я в вас верю! Вы, элитный отряд Одина пойдёте первыми и превентивно искорените ту плесень, которая прорастает у нашего сердца, где мы и пригрели эту Небесную шушару.

* * *

Ахия с приязнью в сердце вздрогнула на постели, разбудив чуткую Сассу.

— Что-то приснилось. — В расплывающейся улыбке спросила она, ожидая приятный и непринуждённый пересказ сна. — В этот раз никто твою секиру не трогал? Рассказывай, дай мне тоже по мечтать.

— Ну ладно. — Ахия сбросила с себя одеяло, зажгла свечу, пододвинула к своей кровати и приподнявшись на один локоть начала: — Мы все стоим на полигоне, а перед нами Один…

— Сам Один! — Радостно воскликнула Сасса. — Значит намечается история о походе. — Она захлопала в ладоши.

— Именно. Но сон был коротким и я не успела даже дослушать его речь.

— Да речи он умеет говорить.

Сасса и Ахия видели Одина лишь однажды, когда он захаживал к ним в академию перед началом года и тогда ему подали трибуну на целых полтора часа и всё это время он, не прерываясь вторил одни и те же тезисы, разбавляя их красочными эпитетами и описаниями мёртвых врагов. Но Валькириям нравились эти речи, хоть они были малоинформативны, но в сердца маленьких воительниц западали и лишь подстёгивали их благое желание убивать. А репутация существа, чьи портреты висели на каждом углу академии, чью биографию проходят каждый год, по чьим цитатам пишут сочинения и о личной встречи с кем, мечтает каждая ученица — лишь придавала веса его словам, отягощая каждое слово всем авторитетом Одина и не давая и на мгновение усомниться в правдивости того или иного тезиса. Включая такие абсурдные и спорные: как необходимость превентивного удара и праведность намерений по искоренению опасной идеологию. Они могут оказаться и правдой, но за всю историю не встречалось ни единого случая военных конфронтации между Асгардом и Небесами, а все конфликты решались лишь путём переговоров и уступков, что и должно было вызвать сомнение в истинности терминов. Но оставим эти рассуждения.

Много лет прошло с тех пор, как вымерли Валькирии. Хоть поход Бога Обмана и Озорства не удался, но он оставил след на каждом существе во всей вселенной, изменив мир до неузнаваемости.

Наша героиня, последняя из своего рода, осталась с вечным шрамом на душе и обожжённым лицом по обе стороны. Шрамы окаймляли её с подбородка, до макушки, а те клоки волос, которые остались на голове она срезала первым же делом, как добралась до зеркала.

Как и полагается таким же уродам как она, Валькирия поселилась на Нижних Небесах, занимаясь выбиванием долгов с бедняков. Работала на сеть кабаков, а отчитывалась перед мерзким Серафимом, недо Ангелом ублюдком, плативший ей копеечные проценты с наживы, но хоть пить давал вдоволь.

— В Элексире и Паре счастье. — Усмешливо говорила она собутыльникам.

Хоть постоянные посиделки и могли бы продолжаться вечность, но в это день в бар зашёл никому не известный Трикстер. Остроголовый парень сидел в баре, закрывая себя козырьком и держась в тени, хлестая одну кружку за другой, пугая посетителей своим пристальным взглядом на двери. Воротилы, чью родословную и в тысячу лет не отследишь, хотели выбросить на улицу загадочного посетителя, но по отмашке Серафима отстали, взяв оплату за всю выпивку, которую тот зальёт в себя.

Выложив состояние, Бельфегор продолжил осматриваться, пока в помещение не зашла Ахия. Даже те существа, которые видели её тут тысячи раз, не могли оставить её внешность в покое и не проводить взглядом, а потом стыдливо и спешно упирать глаза в стол. Но Бельфегор не был из таких и смело смотрел на неё, разглядывая шрамы, а когда взгляд перехватили, он даже не моргнул раньше положенного, а лишь поднял брови.

Валькирия перешепталась с недо Ангелом и указав пальцем на Трикстера собралась идти к нему, но тот исчез. Появился Бельфегор лишь под вечер, он открыл дверь и впустив ночь в здание в один щелчок выгнал всех посетителей, а когда Серафим смог побороть тьму и на ощупь включил свет, в баре сидели Трикстер и Валькирия.

Остроголовый нахал стукнул по барной стойке и приказал принести ему Эликсира, а потом обратился к Валькирии.

— Присаживайся, Ахия. Последняя из своего рода. — Она испуганно попыталась сбежать, но дверь закрылась намертво. — Не переживай, Серафим нас не слышит. Он только видит меня с тобой и выполняет приказы, а остальное останется в его голове как жуткий сон и скоро забудется.

— Кто ты и зачем я тебе? Как ты узнал, что я Валькирия?

— Хоть твои шрамы и спрятали рыжие волосы, но поведение, слишком… слишком элитарное. Не такое, как у остальных. А пораспрашивав о тебе: я узнал, что ты появилась в этом месте после похода Локи на Асгард. Сложив всё и попросив нужное существо понюхать тебя моя знакомая всё поняла.

— Я не стану с тобой говорить, пока ты не скажешь, кто ты и зачем я тебе!

— Ты мне не нужна. А я… — Бельфегор щелчком усадил её на стул. — Я знакомый Исиды,

— Той которая глава Дуата?

— Ага. Ты нужна Совету.

— Кто ты? Трикстер? Откуда у тебя силы, перенести всех существ? Откуда силы заставить оглохнуть Серафима?

— Я не Трикстер и не существо. Я… Я больше похож на идею. Идею силы, которая всегда на своей стороне и делает всё, чтобы её не трогали. Я Бельфегор.

— Ты тот, кто поймал Локи? Ты не похож на портреты. Как ты это сделал?

— Исида, меня слёзно попросила уговорить тебя возглавить новых Валькирий.

— Нет-Нет! Никаких Валькирий!

— Я не знаю, зачем им нужны Валькирии, но они знают, про твоё отношение…

— Нет! Не знают. Валькирии — это очень плохая идея. Это просто ужас!

— Они предложат, всё что захочешь. Тебя назначат, главной Валькирией и над тобой будет только Совет.

— Нет! Валькирии — это конченная организация.

— Продолжай.

— Я стала Валькирией, ещё до того как заговорила. Меня забрали в военный лагерь и всю сука жизнь внушали, какой Один умный, какой Один сильный. Внушали всю эту канитель про непобедимость нашего Вождя. У нас выстраивали культ личности, который и не снился людям. Каждая, Бельфегор, каждая воительница считала его сильнее Отца Нашего, Создателя. Я была готова жизнь отдать, за то чтобы понюхать его. За запах удавила бы себя. Я ещё нормальной считалась в академии. Мы десятки лет проходили тактику, математику, стратегию, историю войны… а в конце нас просто, как собак спустили на Локи. Мы вышли всей Армией, построенной в шеренги и нам дали приказ бежать, а мы побежали. Все-все из нас бы на уроках ответили, что это дикость. Начали бы рассказывать про окружения, фланги, про необходимость армии подмоги, у которых в руках не секиры будут, а хотя бы луки, а тут, нам дали приказ и мы его исполнили.

Она залпом опустошила бокал.

— Валькирии, как и ты — идея, но идея гениальная. Создать армию, из безголовых головорезов, готовых горло сестре родной перегрызть из-за приказа. Но я, не стану участвовать в этом. Не стану делать из существ монстров.

Молодой Трикстер сидел и размышлял.

— Хорошо. Тогда они без тебя создадут отряды.

— И пускай!

— А с тобой, под управлением существа, замечательно понимающего всю суть вещей, Валькирии бы смогли измениться. Но раз ты против.

— Что ты сказал?

— Когда Исида, меня попросила прийти к тебе — я ей тоже самое втёр, только с обилием крепких слов, по Михаилу прошёлся… но суть в том, что они не хотят создавать головорезов. Им нужны офицеры, командующие, учителя. Нужны элиты. Но если Один держал всех под одним флагом, то Валькирии станут возглавлять армию Мира. Судя по документам, которые остались от вашей академии, вы все были до жути образованные.

— Нас заставляли пересказывать все гениальные и провальные битвы Существ, Богов и Людей.

— Именно. Один, держал хороших управленцев в рядовом составе только потому, что они были глупы по сравнению с начальством, но нужно было им отдавать под начало других воинов, которые умеют держать оружие и не более.

Валькирия слушала.

— Знаешь, где сейчас Локи?

— Нет.

— Его сковали цепями и отправили в тюрьму, о которой знают девять существ. И армия ещё пригодится миру, когда он освободится.

— Как ты поймал Локи?

— Убил его сына, снял с него реликвию Создателя и только она смогла дать мне шанс лишить его части души.

— Думаешь, когда Локи вернётся армия поможет?

— Нет. Но она сможет дать шанс, найти то, что сможет его убить.

— Может лучше искать оружие, а не создавать армию?

— Локи заточён, десять лет назад. И всё это время я ищу такое оружие, а когда найду, то убью этого гада, а пока это не сделано… Совет пытается обезопасить себя по своему.

Валькирия достала свой вещевой куб, выложила на стол Секиру, но не ту, которую ей выдали в академии, а другую. Сделанную не из самых прочных сплавов, а из тех, которые можно было достать на Нижних Небесах, с рукоятью не из ветвей Иггдрасиля, а с обычного дерева, а вместо магии Эльфов, на ней лежала пыль.

— Ты их выслушаешь? — Спросил Трикстер.

— Ты знаешь, что считаешься тут самым неоднозначным существом?

— И почему же?

— Ты остановил Локи. Тут есть два лагеря, те кто поддерживал Локи и те кто выступал против. И ты тут один из двух, самых известных существ, а тебя либо ненавидят всей душой, либо держат в сердце и молятся на ночь тебе.

— К чему ты?

— Я читала твою биографию. Ничем не примечательный паренёк с мотивацией идёт против главного злодея всея мира. И знаешь, что? Ты не видел войну.

— Я воевал.

— Ты воевал, но не видел войны. Ты не воевал с простыми солдатами. Знаешь, что такое война? Война, это когда ты не знаешь, когда ты умрёшь. Война, это когда теряешь близких людей. А виной всё то, что власть делят верхи. Знаешь, почему я выжила?

— Локи всегда, предлагал сдаться обычным войнам.

— Он меня отпустил, а когда я просила Сиф, развернуть армию и не идти в атаку, она меня отправила к врачу одним щелчком. Из-за Одина умерла первая армия Валькирий, а по вине Сиф, вторая. Итог, один, но жертвы разные. Нет ничего страшнее, невинной смерти!

— А вы были невинны? Вы были войнами. Вы сами хотели воевать.

— Меня с детства заставляли хотеть воевать. С детства к нам на ночь подсаживали сладкоголосых Ангелов, чтобы те пели нам трели, во славу Одина. У большинства Валькирий не было такой силы воли, чтобы всему этому противостоять. Думаешь это свобода? Думаешь, если бы Сиф мне дала слово, то я бы остановила хоть одну душу, от их марша прямо в Лимб? Если бы одна из тысячи бы пошла за мной — было бы прекрасно. Знаешь, что? Один и Сиф заслуживали смерти и Создатель правильно сделал, что отправил их в Лимб.

— Что передать Совету?

— Что я видела войну и что я не хочу готовить к этому ужасу существ.