ПРОЛОГ

КОЛТОН

— Проклятье!

Я издаю стон от того, что делает стоящая на коленях женщина. Сжав в руках ее светлые волосы, я глубоко вдыхаю, и мои бедра сами собой поднимаются со стула в столовой, где я сижу.

Мое дыхание учащается, и столовую наполняют звуки того, как она сосет мой член. Она не очень часто давится. Нет, я очень хорошо обучил свою маленькую шлюшку.

Открыв глаза, я вижу, как она смотрит на меня снизу-вверх своими кристально-голубыми глазами, и они полны слёз. Несколько из них уже стекает по ее щекам, размазывая макияж, который она нанесла перед тем, как выйти сегодня вечером. Она могла танцевать и флиртовать с другими мужчинами, но я знал, что она вернется домой ко мне — она всегда так делает — нуждаясь в том, чтобы ее трахнули.

Это одна из причин, по которой я заставил ее жить со мной. Она всегда у меня на виду.

Слегка потянув ее за волосы, я отрываю ее голову от своего члена, а она не закрывает рот, готовая к тому, что я продолжу ее трахать.

— Такая хорошая девочка. — хриплю я, облизав губы.

Она в нетерпении высовывает язык, и по ее подбородку стекает слюна. Отпустив левой рукой ее волосы, я засовываю ей в рот три пальца, заставляя откинуть голову назад. Она быстро моргает от вторжения, и по ее красивому лицу бежит волна новых слез.

— Тебе это нравится, да, принцесса?

Она пытается кивнуть, но не может, вместо этого из нее вырываются невнятные слова.

— Да, грязная шлюха любит, когда у нее наполнен рот.

Я убираю пальцы, она втягивает воздух и тут же вскрикивает от моего удара по лицу. Он не такой грубый, чтобы причинить ей боль, но вполне ощутимый.

— Давай, скажи, — требую я.

Она ерзает на коленях в своем белом клубном платье. Глубокий вырез демонстрирует ее впечатляющие сиськи, а короткий подол едва прикрывает киску. Я собираюсь разорвать его в клочья еще до того, как закончится эта ночь.

— Колт...

Прервав ее, я снова даю ей пощечину и, все еще держа девушку за волосы другой рукой, хватаю за подбородок. Она хнычет, а я наклоняюсь ближе к ее лицу, и я плюю ей в рот.

— Скажи это, принцесса. Скажи мне, что ты моя хорошая маленькая шлюшка, и что ты сделаешь все, чтобы доставить мне удовольствие.

Некоторые женщины — заносчивые стервы, которые не любят раскрывать свою сексуальность. Рэйли Лексингтон Адамс не из их числа. Эта женщина — чистый экстаз. Тот факт, что я ненавижу ее до чертиков, делает это еще лучше. А то, что она так же сильно ненавидит меня, — просто глазурь на торте.

— Я твоя хорошая маленькая шлюшка, — стонет наконец она, снова опускаясь на колени. — Я сделаю все, что ты захочешь.

Я улыбаюсь ей.

— Пожалуйста, — умоляет она.

Ее некогда накрашенные красным губы теперь смазаны и открыты для меня, поэтому я отпускаю ее подбородок, но другой рукой все еще держу девушку за волосы.

— Докажи это, — поддразниваю ее я, откидываясь на спинку стула. Мужчины, сидящие за обеденным столом справа от меня, хихикают, но я не обращаю на них внимания.

Наклонившись вперед, она снова обхватывает губами головку моего члена, и я толкаю ее лицо вниз, удерживая член у нее во рту. Она ерзает на коленях, и я снова приподнимаю бедра, проникая глубже. От напряжения, которое я чувствую, когда скольжу вниз по задней стенке ее горла, у меня перехватывает дыхание.

Блядь, я хочу повалить ее на спину и трахать ее лицо, пока на него не кончу. Но я не могу. Не сегодня. Я знал, что она придет домой влажная и готовая. У меня был план. Который, в конце концов, осуществится. Я люблю играть в игры. Мы с Рэйли играли в них годами. И я очень быстро понял, что лучший способ ее победить — это долгая игра.

Отпустив ее волосы и сцепив за головой пальцы, я расслабляюсь на стуле, а она задыхается и сплевывает на мой член. Рэйли смотрит на меня сквозь покрытые тушью влажные и матовые ресницы. В ее великолепных голубых глазах выражение полнейшего отчаяния.

Блядь, она просто сногсшибательна.

При этой мысли я скрежещу зубами. Я это в ней ненавижу. То, как она расхаживает по городу с другими мужчинами. Как знает, что надеть, чтобы меня возбудить. И тот факт, что я чувствую в этом доме ее запах. Это, мягко говоря, раздражает. Я ненавижу эту суку всем своим существом, но даже я не могу отрицать, что хочу ее. Вот что самое дерьмовое. То, что я не могу ею насытиться.

— Не убедительно, принцесса, — говорю я ей, цокая языком.

Ее запястья связаны за спиной моим ремнем, так что она не может воспользоваться руками. Рэйли придется показать мне, на что способен ее рот. Как будто я еще не в курсе.

Ее глаза сужаются и темнеют, и она обнажает свои идеально ровные белые зубы. Хорошо. Я хочу, чтобы она разозлилась. Потому что очень скоро ее унижу.

Парни справа от меня начинают смеяться, но мы оба не обращаем на них никакого внимания. Ей все равно, кто смотрит, лишь бы получить то, чего она хочет. К тому же, она любит унижения и деградацию. Они заводят эту шлюшку.

Сделав глубокий вдох, Рэйли опускает свой открытый рот на мой член и заглатывает его целиком. От гнева ее намерение заставить меня кончить становится еще решительнее. Еще один уровень нашей игры, в которой у нее нет шансов на победу. Откинув назад голову и снова закрыв глаза, я наслаждаюсь тем, как хорош ее горячий и влажный рот.

Вскоре я чувствую, как напрягаются мои яйца, и смотрю вниз. Ее голова быстро покачивается, и я вот-вот взорвусь у нее в горле.

Собрав всю силу воли, я отпихиваю ее от себя. Рэйли растягивается на полу на боку, и я кончаю, обхватив свой член. Немного попадает мне на джинсы, но большая часть — на черный мраморный пол рядом с ней.

Я делаю несколько глубоких, успокаивающих вдохов, просто глядя, как она лежит там. Она задыхается, глаза закрыты, руки по-прежнему связаны за спиной. Ее белое вечернее платье задралось на талии, демонстрируя мне кружевные стринги бежевого цвета. Уверен, если раздвину ей ноги, трусики будут мокрыми. Открыв глаза, Рэйли подтягивает колени и умудряется поджать их под себя, чтобы сесть.

Я протягиваю руку, убираю с мокрого лица ее спутанные волосы и заправляю их ей за ухо.

— Посмотри, какой беспорядок ты устроила, — говорю я, указывая на разлившуюся на полу сперму.

Рэйли хнычет, ее тело дрожит от желания. Моя принцесса хочет еще. Шлюха никогда не насытится.

Наклонившись вперед, я обхватываю рукой ее тонкую шею, чувствуя, как учащается пульс, и нежно целую ее лицо. На вкус она как океан — соленый — от всех выплаканных ею слез, и я шепчу:

— Приберись.

Дрожа всем телом, она выдыхает мое имя.

— Колт...

— Убери это! — приказываю я, встав со стула. Я хватаю ее за волосы и пихаю лицом в пол рядом со спермой.

Она вскрикивает, но затем извивается, чтобы лечь в более удобное положение, на живот.

Я возвышаюсь над ней, поставив ноги с каждой стороны от ее задницы, которая теперь видна из-за платья.

— Вот что делают шлюхи, принцесса, — говорю я, прижимая ее лицо к холодному полу, пока она шмыгает носом. — Они убирают за собой. А ты моя хорошая маленькая шлюшка, верно?

Рэйли кивает изо всех сил и вдыхает.

— Скажи это.

— Я... я твоя хорошая маленькая шлюшка, — шепчет она, брызгая слюной.

— А теперь покажи мне.

Приоткрыв губы, Рэйли высовывает язык и слизывая сперму, размазывая ее по полу.

— Хорошая девочка, — хвалю я ее, и она хнычет. Я отпускаю волосы и убираю их с ее лица. — Все, принцесса. Все до капли. Убери за собой.

Я делаю несколько шагов назад и смотрю на нее сверху вниз. Она раскачивается из стороны в сторону, ее руки связаны моим ремнем, язык максимально высунут, чтобы слизать сперму, и я улыбаюсь. Каждый раз, когда я держу ее так, это маленькая победа.

Тут меня осеняет идея, я наклоняюсь, хватаю Рэйли за бедра и раздвигаю их. Затем опускаюсь между ними на колени.

— Я так и знал, — улыбаясь, я смотрю на мокрое пятно у нее на белье.

Поскольку ее ноги раздвинуты, а задница приподнята над полом, у меня прекрасный обзор.

Я сдвигаю стринги в сторону и провожу костяшками пальцев по ее мокрой пизде, мой рот жаждет попробовать ее на вкус. Она полностью выбрита. Я знаю, что она сделала это, думая, что сегодня ей повезет.

— Пожалуйста, — умоляет она.

От прозвучавшего в ее голосе отчаяния, мне хочется уступить и зарыться лицом ей между ног, чтобы сожрать ее прямо здесь, пока Рэйли слизывает с пола мою сперму. Но я этого не делаю, потому что это делает она. Она моя шлюха, а не наоборот.

Я шлепаю ее по заднице так сильно, что на ней остается красный отпечаток руки. Рэйли вскрикивает и пытается от меня отползти, но ей некуда бежать.

— Я говорил тебе, что ты остановилась? — спрашиваю я, поглаживая ладонью ее задницу и впиваясь пальцами в чувствительную кожу.

Она содрогается всем телом, но я слышу ее тихий ответ.

— Нет.

— Тогда продолжай лизать, — приказываю я. — Я хочу, чтобы пол был чистым, принцесса.

Я игнорирую ее тихий плач, когда она возвращается к тому, что делала, а мой взгляд снова падает на ее киску. Не в силах сдержаться, я засовываю в нее палец и прикусываю язык, чтобы не застонать вслух от того, какая она мокрая. Не хочу, чтобы она слышала, как сильно я ее хочу.

Я вынимаю его и засовываю в рот.

— Отчаяние так приятно на вкус, — говорю я, убрав от губ палец.

Парни за столом смеются, и на этот раз я на них смотрю. Они сидят, отодвинувшись от стола, чтобы лучше ее видеть. Финн сжимает в губах косяк, глядя, как Рэйли слизывает мою сперму, одной рукой он держит рукоятку ножа, а другой вертит конец лезвия. Алекс курит сигарету, его глаза прикованы к поднятой заднице. А Дженкс, ну, он делает то, что я ему сказал. Я ловлю глазами его взгляд, а затем киваю ему. Он кивает мне в ответ и убирает в карман свой телефон.

Снова посмотрев вниз на ее блестящую пизду, я ввожу в нее два пальца, заставляя ее стонать. Я знаю, что она хочет большего. Рэйли любит грубость. Я начинаю трахать ее пальцами, ее тело раскачивается вперед-назад. Она хнычет и задыхается от лижущего пол языка. Рэйли как наркоманка, которая пролила то немногое, что у нее осталось, и не хочет позволить этому пропасть.

Ее киска сжимает мои пальцы, и я чувствую, как напрягается ее тело. Я убираю их, она максимально выгибает спину, и тишину комнаты наполняет звук ее дыхания. Мне нравится ее дразнить. Заставлять ползать на четвереньках, умоляя меня ее трахнуть.

Я смотрю на пол и вижу, что она убрала большую часть пролитой мною спермы.

— Хорошая девочка, — улыбаюсь я.

Встав, я хватаю ее за светлые волосы. Затем рывком поднимаю на ноги, и под ее вскрик бросаю Рэйли на спину на обеденный стол, подминая под себя ее руки и на этот раз заставляя кричать.

— Финн, заткни ее, — говорю я ему.

Он встает со стула и снимает ремень.

— Открой шире.

Не успевает она выполнить приказ, как Финн засовывает ремень ей в рот, за зубы, а затем обматывает его вокруг ее головы. Он завязывает ремень, закрепив его на месте.

Опершись на край стола, я тянусь вверх и провожу большим пальцем по ее зубам, что прикусывают черную кожу. Ее лицо и волосы испачканы в разлившейся на полу сперме. Рэйли тяжело дышит через нос. Я хватаю почти прозрачный материал, который она называет платьем и, разорвав его по центру, обнажаю ей грудь. На ней нет лифчика. Честно говоря, я удивлен, что на ней вообще было нижнее белье.

Пробежав руками по ее ребрам, я хватаю ее большие груди и сжимаю в ладонях, заставляя ее раскачиваться взад-вперед, отчего дребезжит стол.

Рэйли переводит взгляд с меня на трех моих друзей, и я вижу, как он становится еще тяжелее. Я также замечаю, что ее соски твердеют, и она выгибает шею. Интересно.

— Кто хочет попробовать? — спрашиваю я.

Я никогда раньше не позволял им попробовать. Если быть честным с самим собой, я ненавижу тот факт, что она трахается с другими мужчинами. Но я не могу позволить, чтобы она об этом узнала. И сейчас речь идет о моем контроле над ней, а не наоборот.

Она — моя гребаная игрушка, которую можно использовать и передавать по кругу.

Финн наклоняется к ее лицу, выдыхая дым из своего косяка. Она качает головой вперед-назад, а из ее заткнутого рта вылетают нечленораздельные слова. Смеясь, он отвечает:

— Я бы не отказался.

Я поднимаю ее колени и, поставив на стол ее черные туфли на каблуках, толкаю Рэйли вверх, чтобы она оказалась в центре.

— Раздвинь ноги, принцесса, — приказываю ей я, и они раскрываются. — Такая жадная шлюха.

Я шлепаю ее по внутренней стороне бедра, издав громкий хлопок.

Она выгибает спину и пытается сбросить давление со связанных под ней рук, но Алекс кладет руки ей на шею, удерживая ее на месте на другом конце стола.

Я срываю с нее нижнее белье и просовываю в нее палец. Вытащив его, я подношу его к лицу Финна. Он раздвигает губы, и я засовываю палец ему в рот. Когда он смыкает губы, его глаза становятся тяжелыми, и он стонет из глубины горла.

Я вытаскиваю его и, приняв решение, улыбаюсь.

— Вытащи из ее рта ремень.

Алекс убирает руки с ее шеи и расстегивает ремень, вынимая его изо рта. Просунув руку ей под шею, я приподнимаю Рэйли, чтобы она села, и приближаю к себе ее лицо. Она выглядит так, будто пережила грозу — ее лицо и волосы в слезах, слюне и сперме. Она выглядит чертовски великолепно.

— Ты немного пропустила, — говорю я и, проведя пальцем по ее мокрой щеке, счищаю немного спермы и размазываю по ее пухлым губам.

Она облизывает их, а затем в ожидании открывает рот.

— Хочешь кончить? — спрашиваю я, зная, что она сделает все, чтобы кончить прямо сейчас. Я не зря оставил ее на грани.

Кивнув один раз, она умоляет:

— Пожалуйста, — и начинает плакать. — Колт, мне это нужно. Боже, пожалуйста...

— Шшш, — говорю я, мягко целую ее в лоб, а затем снова поднимаю на нее глаза. — Сегодня ты принадлежишь мне, поняла?

— Но...

— Позволь мне объяснить все предельно ясно, принцесса, — я хватаю ее за волосы и, откинув голову назад, целую Рэйли в челюсть. — Ты должна доставить им удовольствие. Но только я доставляю удовольствие тебе. Понятно?

Они знают, как сильно я ее ненавижу, и они также знают, что я убью их, если они, хоть пальцем тронут ее за моей спиной. Что я могу сказать? Я сложный человек.

Я претендовал на нее, как только встретил. И все в этом городе это знают. Еще одна причина, по которой мужчины, за которыми она охотится, не задерживаются здесь надолго.

— И тогда я смогу кончить? — нервно сглатывая, спрашивает она.

Я не могу удержаться от улыбки и припадаю губами к ее обнаженной шее.

— Зависит от обстоятельств.

— От каких? — шепчет она.

Я отстраняюсь и встречаюсь с ее красивыми, полными надежды глазами.

— От того, хорошая ты девочка или нет.

Облизнув губы, Рэйли кивает один раз.

— Всегда.

— Посмотрим.

Дернув Рэйли за волосы, я тяну ее вниз к краю стола. Укладываю в левом углу, спиной к себе. Таким образом, ее попка и киска оказываются с края стола, а голова почти свисает с другой стороны. Легкий доступ для всех них.

Финн уже убрал косяк и достал член. Судя по тому, как он смотрит на ее рот, похоже, он уже решил, что выберет.

Алекс входит в столовую, а я даже не заметил, что он вышел, но по зажатому у него в руке маслу канолы ясно, что он собирается заняться ее задницей.

Дженкс снимает через голову рубашку, расстегивает джинсы, а затем стягивает их до лодыжек и устраивается поудобнее.

Наклонившись к Рэйли, я обхватываю сзади ее колени и, подтянув к груди, фиксирую их рукой.

— Колт, — хнычет она, пытаясь сопротивляться.

Ее руки все еще связаны за спиной. Я знаю, что ей неудобно. Как плохо.

Я хватаю ее за волосы и дергаю назад, теперь она полностью откинута на край стола.

— Шлюхи не выбирают, как их будут трахать, принцесса.

Алекс и Дженкс надевают на свои члены презервативы и подходят к краю стола справа от меня, откуда свисают ее задница и пизда. Без всякого предупреждения Дженкс начинает дрочить пальцами ее красивую розовую киску, заставляя ее сильнее извиваться в моих руках.

Я опускаю свой рот к ее губам и шепчу:

— Они просто берут. А ты моя шлюха, не так ли?

— Да-а, — выкрикивает она, и мне не нужно смотреть, чтобы понять, что Дженкс трахает ее пальцами.

Алекс бросает масло канолы на центр стола, откуда оно скатывается на пол.

— Это может быть больно, — смеется он, и я смотрю, как Алекс проводит пальцами по ее попке, размазывая масло, чтобы ее подготовить. Удовлетворившись, он вводит в нее один палец.

Она стонет, дрожа всем телом.

— Сделай так, чтобы им было хорошо, — я наклоняюсь и целую ее покрытое спермой лицо. — Ты всегда делаешь мне так хорошо, принцесса. Теперь их очередь.

Рэйли зажмуривается и напрягается, упираясь ногами мне в руку.

— Расслабься, просто расслабься и прими это, — стонет Алекс. — Я знаю, что тебе нравится, когда тебя трахают в задницу.

— О, — вскрикивает она. — Боже...

Финн хватает ее лицо и откидывает голову, а другой рукой засовывает ей в рот два пальца.

Я смотрю вниз на ее красивое лицо, и слезы текут из ее глаз водопадом. Может, потому что ее тело сейчас скручено, как крендель. Может, потому, что ей нужно кончить. С этим придется подождать.

Убрав пальцы, Финн требует:

— Открой шире.

Рэйли приоткрывает губы, и он вводит ей в рот свой член.

Она раскачивается всем телом на краю стола взад-вперед. Я наклоняюсь, удерживая ее на месте, пока три моих друга занимаются с ней своими делами. Она дает мне слишком много власти над ней. Глупая девчонка. Она знает, что я только воспользуюсь этим.

— Я понимаю, почему ты трахаешь эту шлюху, хотя и ненавидишь ее, — стонет Алекс. Его член входит и выходит из ее задницы, не давая ей времени приспособиться. Но он был прав. Его член там не первый. Первым был я. И мне было нелегко.

— Правда? — смеется Дженкс, продолжая ласкать ее пальцами.

Ждет, когда Алекс закончит с ее задницей, чтобы он мог сделать свой ход. В таком положении, в котором она находится, они не могут трахать ее оба одновременно.

— Эта пизда..., — он прикусывает нижнюю губу. — Она такая охуенно мокрая.

Дженкс вытаскивает пальцы и наклоняется, проводя рукой по ее лицу.

— Почувствуй, какая ты мокрая, — усмехается он. — Но я не удивлен. Шлюхи предпочитают, чтобы их использовали одновременно несколькими членами.

Она издает нечленораздельные звуки, моргая и держа во рту член Финна. У меня возникает желание слизать с ее щеки слезы, но я воздерживаюсь. Она будет моей позже.

Финн присвистывает.

— Черт, вот это рот.

И засовывает свой член полностью ей в глотку.

Ее тело содрогается от ударов о стол, а глаза становятся тяжелыми.

— Не смей, Рэйли, — рычу я, прекрасно понимая, что происходит. Я ее обучил. — Не смей, блядь, кончать с ними.

Только я могу доставить ей удовольствие. Я предложил ее не для того, чтобы она получала удовольствие от них.

Финн опускает руку к ее лицу и зажимает ей нос, перекрывая доступ воздуха. Ее глаза расширяются, а тело бьется обо всех нас.

— Я кончаю, — первым выкрикивает Алекс.

Он врезается ей в задницу в последний раз и, захрипев, вытаскивает свой полутвердый член и отступает назад. Затем выходит из столовой, сняв презерватив.

Дженкс не теряет ни секунды и, схватив ее за бедро, вгоняет в нее свой член. Я смотрю и вижу, как низ его живота покрывает ее влага.

Я удивляюсь ярости, которая бурлит во мне, как кастрюля с водой, которая вот-вот закипит. Мысль о том, что она кончит на его член, выводит меня из себя. Но сейчас я не могу их остановить. Она никогда не позволит мне это пережить. Вот чего она ждет от меня. Быть использованным. Быть объектом. Нам наплевать друг на друга.

— Бляяяяяяядь, — рычит Финн, а затем я наблюдаю, как он напрягается и кончает ей в горло.

Выйдя из Рэйли, он отпускает ее нос, и она хватает ртом воздух, слюна и сперма вылетают из ее рта и падают на стол, к которому она прижата.

— Хорошая работа, шлюха, — он похлопывает ее по щеке, затем падает на стул и почти потеряет сознание.

— Колт... — выкрикивает она мое имя. — Я не могу...

— Рэйли! — предупреждаю я.

Если она кончит на член Дженкса, я заставлю ее об этом пожалеть. Я отлуплю эту задницу до посинения.

Дженкс выходит из ее киски, она прижимается к столу и начинает плакать еще сильнее.

— Переверни ее, — приказывает он.

Я переворачиваю ее с бока на спину, а он пододвигает ее задницу к краю. Я встаю на место Финна и наклоняюсь над краем стола, держа ее ноги прижатыми к груди. Моя голова теперь прямо над ее головой. Она смотрит на меня, по лицу катятся слезы, и я слышу, как Дженкс снова начинает ее трахать.

— Пожалуйста, — умоляет она. Единственное слово обрывается. — Мне нужно...

— Не кончай, блядь, Рэйли, — огрызаюсь я, больше злясь на себя, чем на что-либо еще. Я достаточно трахал ее, чтобы знать, что для того, чтобы она кончила, нужно приложить немало усилий. Кто бы мог подумать, что этого добьются три члена?

— Я не могу остановиться, — плачет она, всхлипывая, по ее лицу текут новые слезы. — Колт...

Я закрываю ей рот рукой и опускаю лицо к столу, чтобы прошептать ей на ухо:

— Если ты кончишь, я свяжу тебя и буду трахать до тех пор, пока ты не дойдешь до предела, а потом остановлюсь. И так снова и снова. Столько раз, сколько потребуется, чтобы ты усвоила урок. Ты меня поняла?

Ее глаза начинают закатываться, Рэйли выгибает шею, и как только я уже думаю, что она ослушается меня и кончит на член Дженкса, он выскальзывает из нее и, спотыкаясь, отходит от стола.

— Господи, чувак. Нам нужно просто привязать ее к столу и пользоваться ею всю ночь, — он облизывает губы, обводя глазами ее тело.

Ее киски ему недостаточно. Я понимаю. Этого никогда не бывает достаточно.

— Ты хорошо повеселился, — я отпускаю ее ноги и, просунув под нее руки, поднимаю обмякшее тело Рэйли со стола. Она лежит в полубессознательном состоянии на моих руках, пока я несу ее наверх.