Черная макушка, скользящая вверх-вниз между ног не вызывает никаких эмоций. О чувствах так вообще молчу. Я словно проклят. Мои чувства принадлежат другой. И когда я успел так вляпаться??

Мне уже мало того что предлагает Жасмин или просто приелось. Я и так очень много времени потратил на эту девку, а сейчас и удовольствие иссякло.

Хватаю выкрашенные гладкие волосы и собрав их в кулак, заставляю шлюху заглотить глубже. Напоследок. Может быть хоть так, образ надменной суки, что сейчас временно обитает в доме моего, вылетит из моей головы?

Но этого не происходит. Ни через секунду, ни через три минуты. «Подруга» моего Янниса крепко въелась под кожу, отравляя собой кровь. Затуманивая все мысли. Спутывая их.

Шлюха между моих ног начинает задыхаться и я слышу накатывающие рвотные позывы. Отпускаю ее и откидную задыхающуюся девку в сторону.

Брюнетка вытирая губы, отползает от меня. Боится. Бойся! В ее глазах застыли слёзы и немой вопрос «за что?».

Да, я блядь знаю о ее чувствах ко мне. И то что она не от хорошей жизни стоит на коленях, но ответить взаимностью ей я не могу. Понять не могу, на что она надеялась. Хватит того, что я выкупил эту девку и ее никто кроме меня не трахает. Но сегодня я зол. Ей придётся терпеть все что я с ней сделаю. Или не сделаю… пошло все к черту!

— Пошла на хер отсюда и не попадайся больше мне на глаза! — натягиваю обратно джинсы и застёгиваю ремень.

— Арон, — жалобно скулит Жасмин, сидя на полу.

Пора прекращать наши встречи. Она мне давно не приносит удовольствия и я не мать Тереза, чтобы о ком-то заботиться. Если бы у этой шлюхи была хоть капля мозгов, за те деньги которые я отваливаю за неё, она бы могла к черту свалить отсюда, потеряться и начать новую жизнь. А вместо этого она стоит на коленях с моим членом во рту и надеется, что между нами вспыхнет искра. Надеется, что я выкуплю ее, и украшу тонкий безымянный пальчик правой руки увесистым бриллиантом.

На хер оно мне нужно? Я даже настоящего имени ее не знаю. Тем более у меня есть проблемы посерьёзнее.

— Наши встречи закончились! Дальше петляй сама. Я слышал у Рыжего на тебя стоит, не вздумай упустить этот шанс. — Брезгливо бросаю. — Может хоть он оправдает твои надежды?

— Арон! Нет! Стой! Не отдавай меня ему! Я тебя умоляю! — застывшие слёзы превращаются в неконтролируемый поток воды, и брюнетка взрывается воплем.

Терпеть не могу всю эту женскую сырость. Ни разу она меня не пробирала. Сейчас тоже нет никакого сожаления.

Равнодушно взглянув на неё, молча забираю свою вещи. Кидаю на столик несколько купюр и выхожу, хлопая за собою дверью.

Ноги моей здесь больше не будет. Эта дыра подобно гниющей трясине засасывает твои деньги и тебя с головой. Нужно будет сказать Мирану, чтобы пересмотрел свои взгляды по поводу этой точки. Пусть сдирает с них больше, если они хотят остаться на плаву.

За какую-то ничтожную секунду мое настроение падает ниже плинтуса. Не понимаю, куда ещё ниже то? Вспыхнувшее желание отправиться в бар и найти себе переключений, гаснет сохраняя мои кулаки в целости и сохранности. Лучше мне поехать домой и постоять под ледяным душем. Завтра Миран попросил быть со свежей головой. Речь пойдет о давнишнем подрыве депутата. Наружу вспылило дерьмо, которое должно было утонуть несколько недель назад, а вместо этого, дерьмо разворошил один следак, которому явно жить надоело.

Устало растерев лицо я проворачиваю ключ в зажигании намереваясь отправиться домой и выспаться. Но почему-то через пятнадцать минут, я подъезжаю к паркингу элитной высотки, где находится двухуровневая квартира моего брата.

Я сам не соображаю, как переступаю порог его жилища и оказываюсь в темном коридоре. Как бесшумно шагаю к двери за который скрывается гостевая комната. Туда, где ни о чем не подозревая спит эта чертова ведьма, будоражащая мое сознание и подсознание тоже…

Я чувствую себя настоящим хищником на охоте и… лучше бы Валерии не оказалось там.

Лучше бы Ольга соврала про потом, заставивший Леру остановиться у них с Яннисом.

Опустив ладонь на дверную ручку, медленно выдыхаю. Под моим несильным давлением ручка слегка скрипит и дверь открывается явив моему взору ахеренную картину.

На кровати, залитой лунным светом, лежит полуобнажённая Она… При виде ее упругих ягодиц во рту пересыхает. Делаю шаг вперёд.

Чуткий сон Валерии исчезает без следа, и женщина подрывается с места. Смотрит на меня сонным взглядом не понимая, что происходит.

— Что ты здесь делаешь? — слышится ее испуганный голосок и у меня окончательно едет крыша.

Я плотно закрываю за собою дверь с удовольствием осознавая, что в квартире мы одни. Практически.

Вот ты и попалась! Сейчас ты ответишь за все!

Один месяц до событий пролога.

Взрыв. Мощная взрывная волна разносит осколки автомобиля в разные стороны. Крик. Вопль. Рёв вблизи припаркованных машин. Кровь…

Я не видела этого, но воображение играет со мной злую шутку дорисовывая ужасные картинки и новые подробности.

Мой мозг до сих пор отказывается верить в произошедшее и предпочитает находиться в каком-то эфемерном сне, отгораживая меня от жестокой реальности.

Вчера утром моего любимого Андрея не стало. Этого не может быть… это какой-то дурной сон.

— Лера! — Яннис поднимает свой мудрый взгляд обращаясь ко мне, вытаскивая из вязких мыслей. — Ты ни в чем не виновата. Ты не знала Андрея. У него было очень много тайн и ты… — запинается от одного звонкого удара ложки о чашку, чего обычно не может позволить себе мужчина из-за аристократических манер. Но сегодня мы все взвинчен. Яннис откладывает ложку на блюдце. Делает глоток кофе и добавляет: — Ты, в том числе.

— Я… — замолкаю, проводя взглядом рядом проходящего официанта, пододвигаюсь ближе и почти шепотом: — Я спала с ним пять лет! Я знаю этого человека лучше других! Если бы только… мы поругались вчера.

— Знала… — исправляет, игнорируя мои следующие слова. — Поэтому я настоятельно рекомендую тебе переждать бурю у меня. Арон — мой младший брат приезжает в город. У него появились неотложные дела и поэтому я буду рядом с ним. Давать зелёный свет, так сказать. Вся квартира в твоём распоряжении. Я буду появляться только ночью. Ты не подумай, мои намеренья приличны.

— Зелёный свет? — ухмыляюсь, пропуская мимо крайнюю фразу о приличных намерениях.

Я знаю кто такой Яннис Адамиди. И под покровом ночи — он отнюдь не педантичный аристократ, представитель греческой диаспоры. Но он верный, и думать о «неприличный» намерениях глупо.

— Меньше знаешь — крепче спишь, Лера. — Улыбается в ответ. — Меньше знаешь — крепче спишь… Незачем тебе забивать голову моим младшим братом.

— Да, ты прав. У меня своих проблем хватает… Но что скажет Ольга? Она никогда меня не любила, и держала наш с Андреем секрет в тайне от жены, только из уважения к тебе. Не уверена, что она будет рада моему присутствию.

— Ольга уехала к матери. — Коротко отвечает Яннис. Я знаю этого мужчину пять лет так же как и Андрея и я научилась определять, когда он хочет улизнуть от разговора. Сейчас происходит именно это. По какой-то причине он не хочет говорить со мной о своей дрожащей Ольге.

— Вы снова поругались? Опять глупая ревность с ее стороны?

— Мы не будем говорить об этом.

Таким о разом Яннис закрывает тему. После, мужчина лезет в карман своего пальто. Через мгновение на столе появляется серебристая связка ключей.

— Я настоятельно рекомендую тебе не появляться сегодня у себя в квартире или на работе. После того как мы допьём кофе — поезжай ко мне.

Я не маленькая девочка за которой нужно приглядывать. Какая ещё буря? Я — никто. Зачем кому-то охотится на меня? О нашей связи с Андреем знали единицы, но из вежливости к Яннису я киваю и отворачиваюсь к окну.

Меня снова утягивает во вчерашнее утро. Воспоминания проецируют кадры нашей ссоры и меня начинает трясти. Если бы я только не отпустила его вчера… если бы только не поссорили. Я не понимаю, что на меня нашло…

Тошнота подступает к горлу и я неосознанно хватаюсь за шею, царапая кожу.

— Лера, с тобой все в порядке? — Яннис обеспокоено смотрит на меня.

Нет, черт возьми! Я не в порядке! Мне хочется об этом прокричать во все горло! Но разве кто-то по-настоящему услышит меня? Разве кто-то поймет?

Мой ответ прерывает телефонный звонок. Это к лучшему. Я не хочу сейчас разговаривать. Мне бы снова научиться дышать.

— Нет, я не на месте, — долетает до меня приглушённый голос друга. — Подожди меня, я скоро приеду, — слушая ответ собеседника, Яннис продолжает смотреть на меня. Накрывает рукой мою руку успокаивающе сжимая ее. — Да… не нужно! — его голос становится ледяным и судя по всему абонемент сбросил вызов, потому что Яннис откидывает телефон на стол. — Вот же неугомонный мальчишка!

— Кто?

— Арон.

Не успев произнести имя своего родного брата, как я замечаю движущуюся по проходу чёрную тебя.

Молодой человек внушительных размеров прет как танк в нашу сторону. Его чёрные глаза цепляют затылок Янниса, а затем фокусируется, но мне, пуская вдоль позвоночника непривычный холодок.

Так вот как выглядит этот мальчишка? Он абсолютная противоположность своему брату.

Остановившись напротив нас, Арон бесцеремонно выдвигает стул и, умостившись на нем закинув ногу на ногу, пялится на руку Янниса, которая до сих пор накрывает мою. Выдергиваю свою руку и прячу обе под стол.

— Деловая встреча, значит? — Арон недовольно цокает языком глядя перед собой. — А Ольга точно в курсе, как в твоём понимании выглядят деловые встречи?

— Замолчи Арон! — холодно произносит старший Адамиди. — Я ждал тебя только к вечеру.

— Ну, извини что помешал трахнуть в обед красивую Суку, — разводит руки в стороны и переводит свой отчуждённый взгляд на меня. Выплёвывает с отвращением: — Как обычно, вкус у тебя безупречен.

Хватит! Я не обязана это выслушивать. Мне плевать что себя надумал этот глупый мальчишка, я не собираюсь ни перед кем оправдываться. Тем более, если это не правда.

Проигнорировав ключи от квартиры Янниса я резко поднимаюсь со своего места, становясь предметом всеобщего внимания. Плевать на манеры приличия. Я сейчас не в том состоянии, чтобы придерживаться их.

— Хорошо дня, Яннис, — коротко киваю своему другу намеренно избегая этого сопляка и решительно покидаю их компанию.

Оказавшись в салоне своего авто, осознаю что я не такая железная как мне этого бы хотелось. Во второй раз за пять лет, я позволяю эмоциями прорваться наружу. Первый раз подобное случилось два года назад, когда я намеренно лишилась ребёнка.

Слёзы горячими дорожками обжигают мои щёки и я не сразу понимаю от чего меня так накрыло. То ли из-за того, что меня только что нарекли Сукой, то ли из-за того, что моя жизнь полетела к чертям собачьим. Скорее всего и то, и другое.

Вытерев мокрыми салфетками чёрные разводы под глазами я смотрю в зеркало оценивая масштабы катастрофы.

Глядя сейчас на меня сложно представить, что кого-то может заинтересовать предложение трахнуть меня в обеденный перерыв. Бессонная ночь залегла темными кругами под глазами. Искусанные от нервов губы распухли от солёных слез. Сейчас смотря на своё отражение видно, что сорок не за горами, хотя мне никогда не давали столько лет. Обычно, все думали, что мне тридцать, максимум тридцать два. Но сейчас точно никто не усомниться, что мне тридцать шесть.

Вытерев остатки подтёкшей туши я решаю, что мне срочно нужно ехать на работу. Дома я точно не смогу вынести одиночества, а на некогда обожаемой работе, я надеюсь что смогу хотя бы начать нормально дышать. Девочки обязательно отвлекут меня пустой болтовнёй.

Моя любимая работа — это цветочный бутик, где создаются самые красивые композиции на любой вкус и праздник. А помогают мне в этом четыре прекрасные девушки. Их неординарное мышление и мой деловой подход помогают нам вот уже который года держаться на плаву и быть первым цветочным магазином в нашем городе.

Это мое детище. Я люблю всей душой это место и лично контролирую каждую собранную композицию. Часто сама выезжаю для украшения локаций.

Этот магазин я получила в виде некой компенсации, когда Андрей был абсолютно уверен что я сделала аборт…

Зачем я положила свою жизнь к ногам человека, который даже не мог нормально показаться со мной на людях? Зачем я столько лет была в роли любовницы ни на что не претендуя? Зачем я себя лишила прелести стать матерью спросите вы меня? Все очень просто. Я любила Андрея. Я была готова слепо выполнить любую его прихоть, лишь бы он продолжал быть рядом. Я была слишком самостоятельная и такие, ни к чему не обязывающие отношения, меня полностью устраивали. Мои тело и душа принадлежали ему, а ум зарабатывал деньги помогая быть независимой.

А сейчас, он ушёл… забрав мою жизнь с собой, оставив никому не нужную независимость.

Человеку нужен человек, каким бы сильным и самостоятельным он не казался бы со стороны.

Заехав на стоянку у цветочного бутика я замечаю, что мое привычное место занято. Какой-то дискомфорт селится в области солнечного сплетения и интуиция подсказывает уезжать отсюда. Если бы я была не настолько убита горем, возможно я бы прислушалась к ней, так как она меня никогда не подводила. Но сейчас я просто игнорирую это чувство и паркуюсь рядом с незнакомой тачкой.

Выйдя из машины, из авто напротив, синхронно со мной выходит высокий светловолосый мужчина.

— Добрый день! Валерия Липницкая? — окликает меня незнакомец и лезет во внутренний карман своей куртки. — Меня зовут Флоров Степан Алексеевич. Я расследую убийство Санина. Думаю вы наслышаны об этом.

Мужчина вынимает из кармана удостоверение и показывает его мне.

— С чего вы взяли, что я знакома с Саниным?

— В узких кругах ходят слухи, что вы тесно общались с городским депутатом.

— Ну так возвращайся обратно в свои узкие круга и продолжайте дальше собирать сплетни. Извините, я очень спешу.

— Нет, Валерия Анатольевна, вы всё-таки уделите мне внимание, — преграждает мне путь своей массивной фигурой. — Вы можете знать то, что поможет следствию. Зайдём в вашу цветочную лавку или пройдём в мою машину? — легкий кивок на авто.

Ещё чего? Наедине с ним я точно не останусь. Его удостоверение может оказаться обычной подделкой, а если Янник прав и на меня началась какая-то охота, то мне не стоит садиться в незнакомую машину.

Выжидающий взгляд псевдо-следователя заставляет поежится. Я выбираю первый вариант, потому что при свидетелях и куче камер видеонаблюдения он точно ничего мне не сделает.

— Идите за мной! — командую и обхожу машину с другой стороны.

Под пристальные взгляды своих сотрудниц я прохожу мимо них, и молча поднимаюсь на второй этаж. За мной бесшумной тенью движется следователь.

Когда мы с ним остаёмся наедине в окружении стен моего кабинета, напряжение, которое все это время разрасталось во мне с невиданной силой достигает своего пика и мне приходиться приложить массу усилий, чтобы не подав виду снять с себя верхнюю одежду и занять рабочее кресло.

А далее происходит невообразимое. Я ловлю на себе заинтересованный взгляд этого Степана Алексеевича. Вот же кабель!

— Что вы хотите от меня услышать? — закрываясь, складывая руки на груди, произношу ровным голосом. Я ненавижу такие липкие взгляды. Для меня их обладатель сразу же падает на дно по шкале моего уважения.

— Я задам несколько вопросов, а вы уж постарайтесь ответить на них честно. — От его заинтересованности не остается и следа. Мгновение. Один взмах ресниц и передо мной сидит собраный, нагоняющий страх человек.

— Приступайте, — равнодушно бросаю я, старательно пряча тревогу. — Но предупреждаю, вы напрасно тратить своё время.

— Валерия, на первый взгляд вы выглядите довольно-таки серьёзной девушкой, поэтому перестаньте ломать драму и нас будет проще установить общий язык.

Вот хамло! Мне и так проблем хватает, так кто-то сверху мне решил подкинуть ещё и этого?

— Кроме сексуального удовольствия между мной и Саниным ничего не было, — произношу ледяным тоном и получаю дикое удовольствие, оттого как вытягивается лицо псевдо-следователя.

Он явно не ожидал услышать подобное, ну а мне все равно. Может быть, так он быстрее свалит отсюда.

— В последнее время Андрей Юрьевич не говорил, что ему кто-то угрожает? — Степан Алексеевич шумно глотнул и достал блокнот с ручкой.

— Нет. Мы мало разговаривали, — вру, — не любили отвлекаться от важного дела… ну вы поняли какого.

— Валерия, — его тон предупреждает, что я хожу по тонкому льду. Вот только ему меня не в чем обвинять. Я чиста как белый лист. Поэтому смело иду дальше.

— А что вы хотите услышать от любовницы депутата? — резко поднимаюсь со своего места и упираюсь ладонями в столешницу.

— Вас часто видели вдвоем в закрытом покерном клубе Янниса Адамини…

— А куда Андрей должен был ещё водить свою любовницу? В любимый ресторан своей жены? Где каждый из персонала любит и восхищается Мариной Саниной? Вы наверное совсем не разбираетесь в таких играх.

— Я к тому, что может вы были свидетелем каких либо стычек между Саниным и гостями Адамиди?

— Не было такого! Какого черта вы прицепились ко мне Степан Алексеевич? Кроме секса между нами с Саниным ничего не было, — парирую очередной порцией лжи, — тем более, он не посвящал меня в свои дела или рассказывал о потенциальных угрозах, которые сыпались на него со всех сторон. Так как Санин имел скандальную репутацию. Я думаю вам это известно, раз уж вы нарыли информацию обо мне.

— Я вас понял, Валерия, — следователь поднимается и поправляет свою одежду. Затем кидает на стол визитку. — Если вы вдруг ещё что-то вспомните, обязательно свяжитесь со мной.

Когда за следователем захлопывается дверь, я падаю обратно в кресло. Чувствую себя выжатым лимоном. В висках пульсирует острая боль и усталость, взявшаяся из ниоткуда, заставляет прикрыть глаза.

Мне нужно хорошенько выспаться. Завтра я должна быть как минимум в себе и ощущать контроль над собственным телом.

Завтра похороны. Я приняла решение присутствовать на них и плевать, что мне не избежать скандала, когда Марина увидит меня. Лично мы с ней ни разу не пересекались. Но я уверена, что жена Андрея в курсе с кем спал ее муж последние пять лет.

Горькая улыбка касается моих губ, и я дотрагиваюсь до них. Наверное я просто сошла с ума… По-другому не описать моего состояния.

Домой я возвращаюсь к девяти вечера. Работа стала для меня легким успокоительным и мне удалось немного прийти в себя.

Оставив машину на своём парко-месте под навесом, я неспешна зашагала к подъезду. Впервые за всю жизнь я пожалела, что не курю. Сигарета сейчас была бы очень кстати.

Поднявшись на свой этаж я замерла возле двери. Мне даже не понадобились ключи, дверь была уже слегка открыта. Страх медленно растёкся по всему телу, заставляя сердце пропустить удар. Двумя пальцами тихонько толкаю дверь и моему взору открывается бардак из разбросанных вещей, который украшал длинный коридор.

Здравый смысл пробивается через густой страх и я так же тихо прикрываю дверь.

А вдруг там кто-то есть?

Сделав несколько шагов назад, трясущимися руками я достаю из сумки телефон.

Нужного абонента не приходится долго искать. Имя Яннис стояло первым в быстром наборе.

— Кажется, в моей квартире кто-то есть. Или был… точно не могу сказать. — Произнесла я, когда на том конце прозвучал голос Адамиди.

Арон

— Если ты не хочешь работать в моем клубе, то я тебя познакомлю с Мираном Доганом, — Яннис расправив плечи, бесшумно постукивает пальцами по укрытой белоснежной скатертью столешнице. — Он как раз сейчас ищет парней спортивного телосложения, для того чтобы разбираться с должниками.

— Ты меня вышибалой хочешь пристроить? — не поднимая на него взгляд, я продолжаю таращится в свой телефон. Мне честно говоря по хер. Просто не упускаю возможности побыть костью в горле, моего любимого брата.

— Ты же не захотел работать охранником в моем клубе. — Достает телефон и водит пальцем по экрану. — Скажешь Мирану, что ты мой брат.

— Я знаком с Мираном, — цокаю языком.

Брат поворачивается в мою сторону. Его лицо вытягивается от удивления, от чего меня пробирает на смех:

— Да, такое бывает Яннис. Иногда я сам завожу нужные связи.

— А если без шуток? — рычит мне в ответ. — Откуда ты его знаешь?

— А если без шуток, — выравниваюсь и наплевав на то, что несколько пар глаз уступлены на меня потягиваюсь, разминая шею. — Пару дней назад я выполнил одну грязную работу для него. Мне хорошо заплатили. — Ухмыляюсь.

— Какую к черту работу? — Яннис закипает от злости. Похоже сам того не понимая, он зацепился за какую-то важную ниточку, сопоставив пару фактов.

Признаюсь честно, мне нравится бесить его. Поэтому и далее щедро плескаю масло в огонь:

— Ты за своей жизнью пересматривай, — с отвращением произношу, — А то совсем нюх потерял. Шлюх приводишь в публичное место.

Мне, правда, жаль Ольгу. Эта девушка не заслуживает к себе такого отношения. Она души в Яннисе не чает, а брат решает сходить налево. Спору нет. Та брюнетка то что нужно. Но вашу ж мать! Ольга ни чем не уступает ей. Как он может трахать эту Суку, когда в квартире скучает его собственная красавица?

— Если я ещё раз услышу от тебя хоть одно плохое слово в сторону Валерии — пеняй на себя.

— Неужели все так серьезно? — морщусь. — Как же хорошо она должна раздвигать ноги, чтобы ты с такой лёгкостью послал на хер младшего братишку? — злобно скалюсь. — А как же твои клятвы на могиле родителей?

На это, кстати, мне тоже по хер. Просто меня до дрожи выбешивает его поведение и манеры держаться на людях. Он сам — не лучше меня, а строит великую цацу.

— Я предупредил тебя! — поднимается и накидывает на плечи пальто. — Позвони Мирану сегодня же. Хватит тебе без дела мотаться по городу.

— Да, папочка! — делаю знак официантке и пересаживаюсь на место брата. Снимаю куртку, откидывая ее на соседний стул.

Смотрю, как брат перехватывает смазливую девушку и что-то говорит ей. Затем уходит прочь.

— Добрый день? — звонко звенит в ушах приветливый голосок. — Могу ли я вам предложить меню?

Девушка убирает из-под моего носа недопитые чашки с кофе и я замечаю, что мой педантичный брат с замашками аристократа голубых кровей, забыл свой телефон последней модели.

Положив телефон себе в карман, я с недовольством отмечаю, что сегодня нам предстоит еще раз встретиться. Кладу его в карман.

Возвращаю взгляд на улыбающуюся официантку и мне нравится то, что я вижу. Упругая задница обтянута длинной юбкой. Прозрачная блузка подогревает интерес. Я без проблем могу разглядеть ее грудь, чем собственно и занимаюсь, вгоняя девочку в краску.

— Могу порекомендовать блюдо от шефа… — сипит она и, когда я поднимаю голову выше, встречаясь с карими глазами, девушка вовсе замолкает.

Интересно, она прочитала в моем взгляде, что я ее уже трижды поимел в подсобке? Судя по тому как горит ее лицо — прочитала.

— Неси сюда своё блюдо от шефа, — откидываюсь на спинку стула, кривя губы.

Даю сто баксов, предложи я ей что-нибудь другое, она бы не сопротивлялась. Ох уж эти провинциалки, приехавшие вкусить хорошей жизни…

Я решаю немного по-наглеть. И после того как завершаю трапезу, приглашаю Мирана встретиться в этом ресторане. Негласно, этот столик — мой рабочий кабинет на сегодня. Администратору, конечно, такая идея не понравилась, но моя новая знакомая в лице кареглазой официантки, смогла его убедить. Такжке, этому поспособствовали несколько крупных купюр в виде моральной компенсации.

Спустя тридцать минут возле моего блестяще-чёрного Гелендвагена паркуется серебристый BMW. Оттуда выходит высокий мужчина в деловом костюме. Небрежно взглянув по сторонам, он направляется ко входу.

Тот самый задрод-администратор расстилается при виде Мира и указывает в мою сторону.

Вот же жополиз. Терпеть таких не могу.

Через пару минут Миран молча заминает место напротив меня и молча разглядывается.

У него правда тяжёлый взгляд и я понимаю, почему тот администратор растёкся передним лужицей.

Мне повезло в этом плане. Я отбитый наглухо. Мне посчастливилось родиться без чувства самохранение и я считаю это своим преимуществом нежели недостатком.

— И снова здравствуйте, — произносит Миран. — Не думал, что мы с тобой так быстро пересечемся.

— Прошёл слушок, — цокаю и наваливаюсь всем корпусом на стол, — что ты ищешь вышибал для грязной работы. Уверен, я подхожу по всем параметрам.

— А я не уверен, — отрицательно качает головой мужчина. Сплетает пальцы в замок и я замечаю одну маленькую деталь. На его безымянном пальце, блестит золотое кольцо. В прошлый раз не было его. Неужели и у таких мудаков бывают семьи?

— Почему же это? А если я скажу, что меня послал Яннис Адамиди? — начинаю сразу с козырей, чтобы не затягивать разговор. Резко я осознал, что меня до безумия привлекает задница той официантки и мне все-таки хочется затащить ее в подсобку.

— Откуда ты его знаешь? — глаза Мирана становятся еще чернее, но лицо остаётся неизменным.

— Он мой брат. Ладно, давай без кумовства. Мне правда нужна работа, больно понравился этот город. О событиях минувшей неделе предлагаю забыть и начать все с чистого листа. — Протягиваю ему руку.

— Завтра приходит в восемь вечера, — пожимает руку в ответ. — Посвячу тебя в тонкости моего бизнеса. — Его тон резко меняется, и Миран начинает выискивать глазами официантку: — Как тебе здешняя кухня? Пиздец голодный.

— Сейчас это милая девочка, — указываю на подоспевшую кареглазую знакомую, — Тебе все расскажет.

В принципе сегодняшний день можно считать продуктивным, если не брать во внимание пару моментов. Сгладить мне их поможет мое вечерние приключение, которые я запланировал несколько часов назад.

Когда администратор мягко намекнул, что они скоро закрываются, и мне пора делать ноги отсюда, я направиляюсь прямиком к служебным помещениям.

Свою кареглазую официантку я нахожу сразу же. Она прямом смысле врезается в меня, когда я попадаю в коридор.

— Ну, привет! — чуть ли не рычу от удовольствие, поймав в лапы желанную добычу.

Мои руки сразу же включаются в игру и начитают собирать в гармошку ее узкую юбку.

— Что… — задыхается она, — Нам нельзя…

— Можно! Я разрешаю! — сверкаю глазами. — Не подскажешь, где мы можем уединиться?

— Там, — тычет пальцем в дверь напротив.

Умница.

Затаскиваю сговорчивую девчонку в подсобку и не медлю. Мне ещё Яннису нужно телефон отдать.

— Но… — пытается слабо возразить кареглазая, когда я расстёгиваю ее блузку.

Мои пальцы жадно обхватывают грудь в прозрачной чашечке и во рту собирается слюна. Сожрал бы…

Закрываю ее рот своим и задираю юбку на талию. Пальцами нахожу треугольник белья и бесцеремонно вторгаюсь внутрь. Она уже мокрая, как я и предполагал.

Член в джинсах приятно тянет, намекая что ему уже пора оказаться в ней, но тут девка снова открывает свой рот.

— Я не стану без презика!

— У меня его нет! — проталкиваю два пальца во влажное лоно. — Знаешь, где найти?

— Да, — стонет мне в ответ. — У нашего су-шефа их полно!

— Сгоняй по-быстрому! — хлопаю ее по ягодице, подгоняя.

Уверен что вернётся. Так течь и не получить удовольствие, просто непозволительно.

Поправляю член и облокачиваюсь о стену, ожидая. Решаю залезть в телефон брата. Порыться в его грязном белье, так сказать.

Пароль угадываю с третьего раза. Яннис удивил меня. Паролем служит мая дата рождения, которую я вбил чисто по приколу.

Сразу захожу в переписку и первым висит диалог с некой Валерией Липницкой. Открыв фотографии на иконке, я быстро узнаю девушку. Это же та шлюха, которую я видел в обед.

— Сука… красивая.

Через мгновение, экран вспыхивает вызовом и на дисплее высвечивается то же имя. На секунду я теряюсь, как школьник, которого застали на просмотре порнушки.

Трясу головой и прихожу в себя. Вот так совпадение.

— Да, — отвечаю на вызов.

— Кажется, в моей квартире кто-то есть, — звучит испуганный прелестный голосок. Как оргазм для ушей. Я не преуменьшаю. — Или был… точно не могу сказать. Ты можешь ко мне приехать?

От ее голоса вдоль позвоночника ползут мерзкие мурашки и член снова дёргается, уже уверенно желая другую. Какое-то долбанное чувство царапает внутренности ржавым гвоздем, заставляя сорваться с места.

— Могу! — рычу в трубку. — Адрес диктуй.

Сука…

Лера

— Адрес, диктуй! — незнакомый голос режет по натянутым нервам и я еле удерживаюсь, чтобы не сбросить вызов.

— Яннис? — зачем-то осторожно переспрашиваю. Хотя понимаю, что это совершенно не он.

— Не угадала, — отвечает ледяным тоном мужской голос. — Арон.

Арон. Услышав имя младшего Адамиди, у меня словно гора упала с плеч. Я уже подумала, что подонки выставившие квартиру добрались и до моего друга. Но это все лишь Арон.

— Ты можешь передать трубку Яннису?

— Нет, — все тот же ледяной тон.

— Ясно, — устало выдыхаю. — Тогда передай брату, что я звонила.

— Ты блядь цацу великую из себя не строй! — рычит мне в трубку. — Адрес быстро назвала и, чтобы ждала меня возле подъезда. В квартиру соваться не смей. Поняла меня?

Если бы я была немного в ином положении, я бы по-другому ответила этому борзому мальчишке. Но страх, правда парализовал меня и я была рада любой помощи. Поэтому… я диктую ему адрес и покорно спускаюсь.

Через восемь минут в наш двор залетает чёрный джип и со свистом останавливается в паре метров от меня.

Все свои вещи я кинула в машину, а сама предпочла остыть в ночной прохладе ноября.

Арон выбирается из авто и идёт ко мне. Его приближающаяся чёрная тень не предполагает ничего хорошего.

Я уже жалею, что трубку взял именно он. Где черт возьми носит Янниса?

— Ле-е-е-ра… — парень с отвращением цедит мое имя. — Прежде, чем мы поднимемся, скажи мне это ты, та дрянь, которая разрушила брак моего брата? — чёрные глаза с призрением смотрят на меня. Будто выжигают дыру. Ещё чуть-чуть и вся одежда вспыхнет прямо на мне.

Откуда в этом юнце столько ненависти?

— Да, Арон, — на его пренебрежение хочется отвечать тем же. Я не привыкла чтобы об меня вытирали ноги. — Я любовница! Вот только не твоего брата.

Выплёвываю слова чуть ли не в лицо ему. Тут же осекаюсь, отступая назад. Младший брат Янниса бессовестно вывел меня на эмоции и я не заметила насколько близко к нему подошла.

Арон хватает меня за руку и дёргает на себя. В его глазах стоит беспросветная тьма. Все эмоции скрыты под толстым слоем опасности. И, несмотря на то, что этот парниша младше меня на много лет, в данный момент маленькой себя ощущаю я.

Его взгляд — острое лезвие. Оставляет на мне невидимые следы. Чего он хочет от меня? Признание в том, что якобы разрушила брак Ольги и Янниса? Так это не так! Я сама, лично их познакомила. И хоть сейчас я не особо часто общаюсь с подругой, но это не из-за того, что я стала третьей в их постели.

— Если ты приехал выяснять какие нелепые отношения, не трать время! Я вызову полицию и они быстро разберутся.

— Разберутся? — заходится смехом. — Ты серьезно? Разберутся они… на хер тебя пошлют. В этом и будет заключаться все разбирательство. Ладно. Пошли. Яннис обещал отречься от меня, если я косо посмотрю на тебя. Если оставлю в беде — точно прикипает где-то. — Отпускает меня и идёт к подъезду. Продолжает ухмыляться. — Какая квартира?

— Что? Стой! Куда ты? — бегу за ним.

Арон находит мою квартиру без труда по взломанному замку. И когда я догоняю его и вхожу в коридор, застаю парня возле комода за разглядыванием моего нижнего белья.

— Что ты здесь делаешь? — захлопываю распотрошенный ящик и закрываю собой комод.

— Я здесь никого не нашёл.

— Спасибо, я уже это поняла.

— Ночевать здесь не безопасно, — говорит очевидные вещи. Расхаживает по моей спальне как по своей. А через мгновение уже оказывается на моей кровати. Пружинит на ней, испытывая на прочность матрас:

— Так, кому ты перешла дорогу?

— Не твоё дело! — складываю руки на груди.

— А может быть и мое, раз Яннис с тобой так настоится. — Его взгляд снова застилает привычная тьма и парень перестаёт пружинить. Поднимается и идёт ко мне.

Не ожидая такой реакции, делаю шаг назад. Врезаюсь поясницей в комод.

Арон останавливается напротив меня, возвышаясь. Разглядывает меня, когда я подняв голову в ответ не прячу взгляд.

Что мне может сделать этот мальчишка?

Я чувствую, за непробиваемой стеной его самоконтроля кипит гнев. Когда его рука неожиданно тянет к моему лицу, я забываю как дышать. Сильнее вжимаюсь в предмет интерьера и замираю.

Пальцы Арона всего лишь заправляют прядь моих темных волос за ухо, открывая лицо. А мне кажется, что он хотел свернуть мне шею.

— Почему у тебя телефон Янниса? — вдруг задаю неуместный вопрос. Слова льются из меня шепотом.

— Он забыл его. Вот сейчас поедем и вернём его брату. Собери необходимые вещи. Или ты хочешь здесь ночевать? Но тогда нам придётся делить кровать. — Дергает уголком губ.

От подобного откровенного хамства, я открываю рот, но звук не идёт. Как можно быть настолько самоуверенные в свои… А сколько ему, кстати?

— Я буду ждать тебя в машине! — Арон наконец-то покидает мое личное пространство и мне наконец-то становится чем дышать. — Только не задерживайся.

Говорит со мной так, будто делает какое-то одолжение. Но я не нуждаюсь в его помощи. Пусть проваливает отсюда. Зачем он вообще приехал сюда, если на дух меня не переносит?

После ухода Арона обвожу свою жилплощадь невидимы взглядом. Кромешный ад… хочется замкнуться в ванной и раствориться в собственном горе. Но, в очередной раз собрав всю волю в кулак я делаю то, что велел Арон — собираю небольшую дорожную сумку.

— В мою машину! — летит мне в спину приказной тон, когда я распахиваю дверь своего белого седана.

— В смысле? — не понимающе смотрю на парня.

— В прямом! Пусть твоя машина остаётся здесь. — Выкинув окурок в урну, он забирается в свой джип.

И что это все значит?

Решаю не спорить. Усталость вдруг начала подкашивать ноги и отключать мозг. Переизбыток эмоций за последние двое суток дошёл до своего максимума. Мне просто хочется куда-то лечь и прикрыть глаза. Хоть на секундочку забыть о том ужасе, в котором я отчаянно барахтаюсь.

— Куда мы едем? — задаю вопрос, когда захлопываю пассажирскую дверь. В салоне его авто очень приятно пахнет. Запах дурманит и заставляет откинуться на спинку сиденья. Успокаивает. Странно. Здесь я себя чувствую в абсолютной безопасности.

— К Яннису! — коротко отвечает Арон, и заводит мотор. Машина рычит под стать хозяину, но на удивление очень плавно двигается с места.

Мы едем молча. На каждом светофоре я чувствую на себе его взгляд. Он без стеснения блуждает по мне: колени, бёдра, руки, которые сомкнуты в крепкий замок. Он разглядывает мой профиль. Царапает скулу, обжигает взглядом шею… Мне хочется прикрыться от него. Меня ещё ни разу не разглядывали с таким пристрастием. Кожа начинает зудеть. Его взгляд настолько пристальный, что с лёгкостью пробирается под слои моей одежды.

— Что? — не выдерживаю и поворачиваюсь, встречаясь с огромной чёрной бездной его глаз. Арон не хорошо щурится глядя на меня и его взгляд замирает на моих губах, когда я неосознанно прикусываю нижнюю.

— Меня просто выбешивают такие, как ты.

Очень приятно. Но мне как-то все равно на его мнение и чувства. Он — никто. После сегодняшней ночи наши пути больше никогда не пересекутся.

— Ну, так останови машину и я выйду. Чтобы ещё больше не раздражать тебя.

Арон издаёт смешок и возвращает взгляд на дорогу.

— Если ты спишь не с моим братом, то с кем?

— Это уже не имеет значение, — устало выдыхаю и складываю руки на груди. Отворачиваюсь к окну: — Тебя, так точно не должно волновать.

Арон резко бьет по тормозам и я, чуть ли не влетаю в приборную панель. Перед нами очередной красный, а передо мной разгневанное лицо Арона Адамиди. Он схватил меня за подбородок и легонько дернул заставляя смотреть на себя:

— Если я блядь ввязался в это дерьмо, то я должен знать с кем имею дело. Моя тачка засветилась возле твоей выставленной квартиры. Или ты такая дура, что думаешь тот кто выставил ее не приставил к тебе слежку? — замирает. Его испепеляющий взгляд еле заметно тухнет. — Что-что, но на дуру ты не похожа.

— Зелёный, — шепчу и легонько киваю в лобовое стекло.

— Вижу, блядь! — Арон отпускает меня и сжимает обе ладони на руле. — Говори!

— Он мёртв, — так же шепотом отвечаю. — Я уже ни с кем не сплю. И в любовницах числиться больше не собираюсь. Он был исключением…

— Тебя трахал сгоревший депутатик? — на лице парня замирает настоящее удивления. Я бы сказала секундный шок, с которым он умело справляется.

Как?!

Меня поражает другое. Парень в городе день судя по всему. Откуда он знает Андрея, и как он смог так быстро сложить два плюс два?

В квартиру Янниса я захожу второй. Провожаю взглядом огромную спину Арона, который небрежно передает брату телефон и молча уходит в неизвестном направлении.

Здесь я впервые. Мельком оглядываясь и получаю эстетическое удовольствие от безупречного вкуса Янниса. Уверена дизайн не дело рук Ольги.

— Что это все значит? — Яннис непонимающе смотрит то на меня то, на удаляющегося брата и не может понять, что здесь происходит. Честно говоря — я и сама плохо это понимаю что именно.

— Мою квартиру выставили, — шевелю губами прижимая к себе сумку. Такой разбитой, уязвимой и незащищенной я себя ещё никогда не чувствовала.

Мой друг недовольно поджимает губы. В его глазах застывает упрёк. Но вслух он конечно же этого не произнесёт.

— Иди за мной, — Яннис забирает у меня сумку и куда-то идёт. Плетусь вслед за ним. Время давно перевалило за одиннадцать и накопившийся стресс накрывает меня очередной волной усталости.

Как все это выдержать?

Яннис заводит меня в комнату похожую на кабинет. В то же время комната напоминает небольшую библиотеку. Вокруг множество стеллажей с книжными полками. Возле окна массивный стол. Напротив, у стены, диван. Рядом кресло. В это кресло мужчина бросает мою сумку, а мне жестом указывает сесть на диван.

Откуда-то Яннис достает бутылку с алкоголем медного цвета и два стакана. Налив в оба, Адамиди занимает место за рабочим столом:

— Что случилось?

— Я пришла домой, а дверь открыта, — устало откинувшись на спинку дивана, прикрываю глаза. — Вокруг все вещи разбросаны. Я сразу позвонила тебе, но трубку взял Арон. Сказал, приедет и разберётся.

— Я забыл телефон в ресторане, где мы обедали, — ровно произносит друг.

— На тебя это не похоже! — открыв глаза отвечаю.

— Знаю. Я рад, что Арон нашёл мой телефон и пришёл тебе на помощь. Обычно это не в его принципах.

Иронично фыркаю и закатываю глаза.

У него очень странные принципы и сам он очень странный.

— Завтра утром я вызову клининг. Тебе сменят замки. Также на некоторое время приставлю к дому и твоему цветочному магазину охрану.

— Завтра, Яннис, я пойду в полицию. Хватит с меня этой нелегальной чертовщины. К чему это привело Андрея? Забыл? — вспыхиваю как спичка от короткого контакта с теркой для зажигания. — Я все расскажу этому следователю и пусть он дальше этим занимается сам. Я просто прошу у тебя разрешения переночевать одну ночь. В отель не хочу ехать, но если придётся…

— Какому следователю? — Яннис хмурит брови.

— Ко мне в цветочный сегодня приезжал следователь. Степан Алексеевич, вроде. Фамилию не помню. Каким-то образом он узнал о моей тесной связи с Андреем и начал расспрашивать, что я знаю.

— И что ты ответила, — чуть ли не рычит.

— На дурочку съехала, — фыркаю, складывая руки на груди. — Давай, хоть ты не будешь меня считать идиоткой. Мне хватило компании твоего брата и его пренебрежительных взглядов в мою сторону.

— Значит так, Валерия! — Яннис поднимается со своего места и, подхватив два стакана, приближается ко мне. Передаёт мне один стакан и обратно возвращается к столу. Облокачивается о деревянный срез стола. — Я никогда не считал тебя идиоткой! Но если ты сейчас начнёшь рубить с горяча, полагаясь на свои эмоции, возможно, я пересмотрю свои взгляды. Этой ночью ты останешься у меня. Утром мы все проснемся с новыми силами и решим, что делать дальше. Я все ясно изложил?

— Ясно! — бурчу в ответ и в один глоток выпиваю содержимое стакана. Огненная жидкость обжигает горло, и я начинаю кашлять.

Ещё несколько секунд каждый новый вдох отдаётся жжением в ротовой полости, но через минуту это проходит. Вот бы все остальное так быстро возвращалось в норму.

— Полегчало? — в тоне Янниса редко можно уловить нотки иронии. Обычно он всегда ведёт себя сдержанно. Его крайне редко, практически никогда не возможно вывести на эмоции. Но сейчас в голосе Янниса звучит неприкрытая ирония и это меня заставляет улыбнуться.

— Нет, — качаю головой, цепляя пальцами ручку сумку. — В какой комнате мне можно переночевать?

— Выбирай любую на втором этаже. Рекомендую ту, которая рядом с ванной.

Яннис вынимает из кармана телефон и будто бы теряет ко мне интерес. Я принимаю это как знак, что мне пора идти. Стакан оставляю на низкой тумбе возле дивана и выхожу за дверь.

Не успеваю сделать новый шаг, как врезаюсь во что-то твёрдое и приятно пахнущее. Арон без усилий помогает мне удержать на ногах.

Неужели он здесь подслушивал?

Одариваю парня недовольным взглядом и замечаю, как медленно двигаются его челюсти. Во второй руке, вижу пачку какого-то печенья.

От его тела исходит жар. Он передаётся и мне. Я тысячу лет не робела в присутствии мужчины, а сейчас происходит именно это. Это начинает меня раздражать.

— Отпусти! — сбрасываю его руку со своей талии и обхожу его. Надеюсь завтра наши пути точно разойдутся.

Ночь кажется бесконечно длинной. На новом месте никак ни уснуть. Гробовая тишина давит на голову, и я решаю встать. Сделав несколько кругов по своей комнате, я выхожу в коридор. Над потолком тускло горит бледно-желтая подсветка и вокруг стоит такая же мертвая тишина.

В этой не объятой квартире три человека, а мне кажется, что я здесь одна. Внезапно, самый большой страх детства выбирается наружу и я снова начинаю бояться темноты. Тех выдуманных монстров, которые в ней отчаянно пытаются скрыться, чтобы в самый неожиданный момент накинуться меня.

Только со временем я узнала, что большинство монстров не боятся света. Они попросту эволюционировали, придумав маски в виде человеческих лиц и надевают их. Срастаясь с ними.

Решаю, что стакан холодной воды будет сейчас очень даже кстати, поэтому иду по направлению подсветки, надеясь, что она меня приведёт в нужное место.

На кухне меня ждал сюрприз. Увидев Арона уткнувшегося в яркий монитор телефона я испугалась. Моим первым порывом было сбежать подобно трусливой зайке. Не понимаю, почему этот юнец на меня так действует?

Парень сидел в темноте, поэтому не сразу замечает меня, а когда заметил, смотрит из-подо лба.

Я стараюсь игнорировать цепкий взгляд, который царапает обнаженные участки тела и наливаю себе воды. Оборачиваюсь. К такому как он, опасно стоять спиной.

Рядом с Ароном лежит все та же коробка с печеньем, а рядом стоит бутылка. Похоже на виски, но в темноте не разобрать.

— Будешь? — подталкивает ко мне бутылку, заметив, что я смотрю на неё.

— Нет, — делаю глоток из стакана, и прижимаю холодное стекло к губам.

— Отличное снотворное! — будто бы читая мои мысли, произносит он.

— Я не употребляю алкоголь. Крайне редко.

Сегодня как раз был этот случай. На ближайшее пять лет я свою норму выпила.

— Как это? А как же ещё расслабиться?

— Есть уйма способов помимо алкоголя.

Моментально жалею о произнесённых глазах, потому что даже в темноте, вижу как глаза Арона вспыхивают.

— Покажешь? — его голос слегка хрипит и я чувствую эту хрипотцу в собственном горле. Тихо откашливаюсь и допиваю воду.

На секунду мне даже кажется, что мы с ним сможем нормально поговорить, но как оказалось — просто показалось.

Мне нужно обходить его десятой дорогой, потому, что, то как я себя сейчас чувствую рядом с ним, похоже на настоящее безумие. С каждой секундой находясь рядом это безумие становится ярче. Оно заражает каждую клетку, и она перестаёт подчиняться моему сознанию.

— Спокойной ночи, Арон. — Выпаливаю я и собираюсь уходить пока не случилось ничего плохого.

Его прямой острый взгляд пробирает до мурашек. Энергетика, которой обладает этот парень, слишком тяжёлая для меня.

— У меня просто не укладывается в голове, — летит мне в спину его ледяной голос, — какого это рушить чужую семью? Я понял, что Яннис тебя не трахает, но Санин… блядь… — он бесится так и не подобрав слов.

Я тоже не могу подобрать слов. Считала ли я себя дрянью? Поначалу — да. Надеялась ли я, что он бросит свою Марину и их сына ради меня? Поначалу — да. Рухнул ли мой мир, когда я поняла что ничего кроме секса мне не светит? Да.

Но потом все улеглось. Потом я привыкла. Потом случилось самое страшное — я смирилась. Убедила себя в том, что мне не нужна вторая половинка для жизни. Убедила себя в том, что мне достаточно «таких» отношений. А все потому что я любила его. Но несколько месяцев назад что-то пошло не так. Что-то сломалось. Я устала. Я хотела все это закончить, но Андрей не отпускал. Мы много ссорились, но ночью нас мирила кровать. Он начал чаще оставаться у меня, чаще назначать встречи. Понимал, что теряет меня… Я стояла на своём.

Вчера утром была очередная, такая же ссора, а через несколько часов его не стало.

За своими мыслями я совершенно не заметила, когда Арон успел поднять и преградить мне путь своим внушительным телом. По сравнению с ним я ощущаю себя крошкой, которую очень легко раздавить. И у него это получится. Я чувствую это.

— Ты такая красивая, — неожиданно произносит он, — неужели тебе в кайф быть на вторых ролях? Просто, интересно, что у тебя в голове?

А мне интересно, что в голове у него. Потому что по взгляду, он меня уже давно раздел и отымел прямо здесь. Я всегда вижу когда мужчина хочет меня. Я этот не просто хочет…

От безумных мыслей тянет внизу живота. Тело покрывается мурашками.

О Боже, Лера! О чем твою мать, ты думаешь?!

— Это не твоё дело! Уйди с дороги!

— Не уверен, что Санин ахеренно трахается, — будто бы сам себе доказывает, — значит здесь все очень просто. Ты повелась на бабки?

Звонкая пощёчина оглушает ту мертвую тишину, которая так сильно давила на меня. Моя рука жжёт. В воздухе повисла опасность. Я даже не успела отдёрнуть руку, как Арон хватает меня за запястье и, резко дергает. Разворачивая, прижимает к столешнице.

— Ещё раз вытворишь подобное, ты очень сильно пожалеешь об этом. — Он прижимается ко мне своим телом. Я чувствую, как твердеет его пах когда я начинаю дёргаться, пытаясь выбраться из мертвой хватки. — Поняла?

Арон

— Ещё раз вытворишь подобное, ты очень сильно пожалеешь об этом. Поняла?

Меня ведёт от ее близости. От того как ее идеальная фигура смотрится подо мной. От того как бархатная кожа горит под грубыми пальцами.

Она мне отвесила пощёчину? Я даже на секундочку выпал из реальности. Таких наглых любовниц я ещё не встречал. Не то, что у меня большой опыт, но я знаю на что способны эти суки. Хотя вина лежит на обоих. Насквозь прогнившие люди. Но она…

Черт! С ней все не так! От этого меня кроет ещё сильнее, а когда эта дрянь так близко… когда в ноздри забивается приятный сладковаты аромат — вообще башку сносит. Хочется разложить ее прямо здесь и сейчас, и доказать что редкий секс с женатиком это ничто по сравнению с тем, как умею я.

Убеждаю себя, что это все из-за обломившегося перепихона в подсобке. Это не она вызывает во мне такое дурманещее желание. Это не ее мне хочется до острых покалываний в кончиках пальцев. Я просто хочу. Просто, так сошлись гребанные звёзды… и мои руки оживают.

Отвожу ее кисть за спину и прижимаюсь к ней всем корпусом. Чувствуй ведьма, что ты делаешь со мной! А что я могу сделать с тобой.

Что он там говорила про удовольствие? Да. В моем списке только одно мне приносит настоящее удовольствие. Это секс.

Лера начинает глубоко дышать и ерзать. Своими движениями ещё больше заводит меня.

Пальцы находят узкую полоску кожи между ее пижамными шортами и топом, и я чувствую, как от моих прикосновений появляются мурашки. Блядь.

— Что ты…

— Тише! — рычу ей на ухо и таким образом оказываюсь возле шеи. Как маньяк вдыхаю ее запах, наполняя ею лёгкие.

Я, блядь, сам ни хера не понимаю! Зачем распустил руки, когда я ее призираю?

Сейчас призрение куда-то испарилась. В моих руках она и ее тело покрытое мурашками. Я тупо не могу себя отдёрнут. Не слышу собственных мыслей из-за ее оглушающего дыхания.

— Арон.

Арон. Мое имя из ее уст приобретает особый оттенок, одновременно срабатывая как спусковой механизм.

Я резко разворачиваю ее к себе лицом и хватаю за скулы. Ее глаза находят мои. Они такие же чёрные. Настоящее зеркало души. Но там ещё есть что-то. То что заставляет член в джинсах дернутся с новой порцией возбуждения.

Ее маленькие кулачки упираются мне в живот. Очень слабое сопротивление, Лера. Меня так не сдвинуть. Попытайся лучше. Иначе…

Лера становится на носочки. Похоже я ей делаю больно. Ослабляю хватку и резко сокращаю расстояние.

Я вжимаюсь в ее губы, заставляя ответить мне. Она отвечает, но не так как мне этого хочется. Валерия мычит мне в рот и мне приходится совсем немного усилить давление. Я сжимаю пальцы на ее щеках, а вторая рука ныряет под короткие шорты, сжимая упругую ягодицы.

Она впускает меня. Это длиться секунду и больше похоже на искры неуправляемого оголенного провода. Бьет током обоих. А затем она кусает меня за губу. До крови. Не жалея сил.

— Совсем головой поехал? — тяжело дыша, Лера приглушенно шипит. — Ты что себе позволяешь, мальчик?

Мальчик?!

Провожу пальцами по нижней губе, стирая выступившую кровь.

Действительно, какого хера я творю?!

Молча отступаю от неё и, схватив пачку с печеньем и телефон ухожу.

Ровно в восемь вечера я иду по длинному коридору. На входе мне сказали, что Миран Доган находится в самой дальней комнате. Там его кабинет. Рекомендовали не беспокоить мужчину ближайшие пятнадцать минут. Эти рекомендации летят мимо меня.

Дойдя до нужной двери, не церемонятся, я захожу без стука.

Мужчину застаю в своём кресле сидя в профиль ко мне. Громко хлопаю дверью, привлекая внимание к своей персоне и прохожу к длинному кожаному дивану.

— Хватит, детка, — тихо произносить мужчина и я свожу брови. Мне послышалось или нет? Надеюсь, послышалось.

Неожиданно рядом с Мираном, из-за стола выныривает чёрная макушка эффектной брюнетки.

С каждым мгновением пока она судя по всему поднимается с колен, я ахрениваю ещё сильнее. А когда она выравнивается в полный рост и я вижу ее огромный живот, моя челюсть просто отваливается вниз. Она беременна.

— Я надеюсь, ты меня понял, Мир? — девушка демонстративно вытирает уголки своих пухлых губ и отходит от него. Хватает свою сумочку, которую я до этого не заметил и идёт к выходу, совершенно не замечая моего присутствия. — И поставить уже чертов замок на эту дверь! — рычит напоследок и скрывается за дверью.

— На экзотику потянуло? — я до сих пор смотрю вслед той девки и не могу отойти от увиденного. Я много чего видел в этой жизни, но чтобы такое… блядь… Она же беременна!

— Рот закрой, — отзывается Миран, — и не смей плохо думать о моей жене.

— Твоей жене? — медленно перевожу взгляд на мужчину.

Точно, у него же кольцо появилось. Вот получается откуда оно.

— Пиздец, не подскажешь, где таких жён делают?

— Где надо! Ты сюда трепаться пришёл? Я не в том настроении. — Миран поднимается со своего места и идёт к высокому шкафу. Оттуда вынимает верхнюю одежду. — Мне нужно отъехать. Возьми у Тощего координаты «Белой Розы» и забери у них долг. Сделай так, чтобы максимум они вернули его завтра. Все понял?

— Да. В каком размере долг?

— Три штуки. Зелёных.

— Понял. Кто такой Тощий?

— У входа стоит. Ты сразу поймёшь. — Миран накидывает на плечи пальто и забирает со стола папку. — Деньги принеси мне завтра в это же время.

Мой новый «бизнес партнер» собирается уходить, но неожиданно замирает, схватившись за дверную ручку.

— Ты блядь не знаешь, где в это время кроватки продаются? — с заминкой спрашивает Миран.

— Какие кроватки?

До меня не сразу доходит, а когда доходит…

— Для младенцев!

— Не-е-е… — пытаюсь сдержать смех. Получается это крайне паршиво. — Это точно не в моей компетенции.

— Плохо! Ты должен быть всесторонним! — отвечает Миран и уходит.

«Белой Розой» — оказывается место обитание шлюх. Не самый роскошный бордель, который мне приходилось видеть, но тоже сойдёт.

Забираю из багажника биту, пальцы второй руки окольцовываю кастетом и уверенно иду во внутри.

Особых поручений как именно я должен выбить у них долг не было, поэтому я решил действовать по своему усмотрению.

Дверь открываю с ноги. Сразу же привлекаю к себе внимание обитателей злачного места.

Не церемонясь располагаюсь на диванчике, скидывая ногой все что находилось на невысоком столике напротив.

— Мне, пожалуйста, главного позовите.

Из какой-то комнаты на шум выпархивают два цепных пса напоминающих охранников.

Взглядом даю понять, что лучше ко мне не приближаться. Парень то я весьма непредсказуемый, тем более когда моя голова весь день забита одной мелкой ведьмой.

Так что я с удовольствием спущу пар, разбив несколько лиц.

— Чем я могу вам помочь? — из ниоткуда появляется худой сгорбленный мужик с обдолбленым лицом. Тощий сказал, что «Белой Розой» управляет какой-то Леший. Вот этот черт подходит под его описание.

— Я пришёл передать привет от Мирана, — невозмутимо произношу я и вижу, как из-за стойки появляется милое создание с чёрными волосами. Всего на секунду в ее глазах проскальзывает страх, но потом она берет эмоции под контроль. Закрывает половину лица маской и продолжает наблюдать за происходящим.

— Миран, джаным(«дорогой» тур.), наш самый уважаемый гость. Друзья Мирана — наши друзья! — начинает мне заливать какую-то чушь.

— Миран попросил забрать долг, — поднимаюсь, намекая что у меня нет времени выслушивать весь этот бред.

— Да, дорогой. Сейчас все подготовим. Миран говорил, что ты зайдёшь. А пока ты ждёшь, можешь провести время с удовольствием. Жасмин!

Девушка у стойки отлипает от своего места и подходит к Лешему.

— Самая лучшая девочка Жасмин, поможет тебе скоротать ожидание.

— Я разве сюда пришёл трахать твоих баб? Где лежат деньги? Я без комплексов — сам возьму.

— Нам нужно пятнадцать минут.

— Я жду! — плюхаюсь обратно на диван и засекаю время.

Леший шепчет что-то той девке и как по щелчку пальцев все исчезают кроме неё.

Она молча подходит ко мне и садится на низкий столик, с которого я предварительно все смел.

У неё красивая фигура. И лицо красивое. Я успел это заметить перед тем, как она натянула на лицо эту кружевную дешевку.

Конечно же, это все не то. Просто замена моим настоящим желаниям. Достойная замена, стоит отметить. Но у неё в глазах нет того, что я увидел в глазах Леры. Здесь полое стекло. Ни намёка на стоящие мысли.

Черт! Снова это женщина без разрешения забралась мне в мозг.

Вчерашняя ночь была очень близка к провалу. Моему собственному провалу всех принципов. Что ты за человек, если не верен сам себе?

Это просто тупое животное желание. В Валерии нет ничего. Просто мне нужно спустить пар.

— Что ты умеешь?

— Все!

Так уж все?!

Хмыкаю, недовольно поджимаю губы. Ещё раз окидываю взглядом ее хрупкую фигурку и останавливаюсь на темных волосах. Сойдёт.

— Куда идти?

— Туда, — кивает в сторону ближайшей к нам двери.

Оказавшись наедине, не медлю. Разворачиваюсь девку к себе спиной и загибаю возле первой попавшейся поверхности.

Она пытается как-то извиваться, чтобы соблазнить меня. Трогает себя. Постанывает от собственной ласки, и черт возьми это действует. Эта игра меня заводит.

— Где резинки?

Жасмин отталкивается от комода и начинает раздеваться. Снимает с себя кружево в тон маски и остаётся в одних трусиках.

Из комода она достаёт серебристый квадратик и рвёт его зубами.

Мне быстро надоедает это дешевое представление. Лучше бы продолжала себя трогать.

Разворачиваю ее снова лицом к комоду и рву ее блядские трусы. Заполняю одним толчком и просто бездумно имею, до громких шлепков сталкивающихся тел.

— Только попробуй вякнуть, — предупреждаю ее, когда слышу как Жасмин начинает наиграно постанывать.

В нашем совокуплении нет ничего приятного, особенно для неё. Поэтому пусть даже не пытается играть в эти игры.

Через десять минут я возвращаюсь более менее уравновешенным.

По стойке смирно, меня уже ждут трое: Леший с пакетом денег для Мирана и его двое перепуганных псов, недо-охранников.

— Все ли вам понравилось? — интересуется хозяин борделя.

— Это за твою Жасмин, — игнорирую его вопрос, забирая долг. Вынув из кармана личные деньги, отчитываю несколько купюр. Кладу сверху ещё парочку: — А это моральная компенсация. Я покупаю эту девку минимум на месяц. Узнаю, что ты ее подкладываешь под других, к херам здесь все сожгу. И плевать, что за это мне сделает Миран.

Я сам до конца не понял, что я делаю. Но решаю пусть она побудет запасным вариантом. На случай если сильно буду зол.

Лера

Ещё несколько секунд кручу в пальцах упаковку противозачаточных таблеток и без раздумий выкидываю ее в мусорное ведро. Теперь они мне незачем. Я пользовалась таблетками ради Андрея. Просто он любил заниматься сексом без резинки. Говорил, ему нравится ощущать меня, а детей он не любил. Точнее, любил только своего «законного» сына.

Я чувствую себя на самом дне, без возможности подняться обратно, а ещё краски сгущает этот надменный мальчишка, младший брат Янниса.

Какого черта он полез ко мне? Какого чёрта я почувствовала то, что не должна была чувствовать?

Я где-то свернула в неправильном направлении и теперь моя жизнь летит под откос.

Радует одно. Сегодня я в своей квартире. Яннис, как и обещал, поменял замки и вызвал клининг. А ещё по ночам теперь под окнами дежурят его ребята из клуба. Охраняют меня будто я какая-то принцесса. Бред…

Смотрю на свой наряд подобранный специально под похороны и меня начинает одолевать сомнение. Не слишком ли вызывающе?

Изначально, я вообще хотела произвести фурор. Надеть ядовито-красное пальто. Но потом решила, что я не в себе. Наряд нужно выбрать поскромнее. Поэтому я остановилась на чёрных брюках и чёрной прозрачной блузке. Пальто решила взять чёрное.

Желающих провести Андрея Санина в последний путь оказалось больше сотни. Помимо его родных, знакомых и незнакомых, здесь ещё присутствовали СМИ.

Мы с Яннисом старались держаться в стороне и не привлекать внимание. Но вытянутое бледное лицо Марины — вдовы Санина устремилось в нашу сторону, как только мы пришли. Она смотрела на меня прямым взглядом и медленно шевелила губами. Я уверена, она проклинала меня.

Решаю переключить своё внимание и сразу же сталкиваюсь взглядом со смутно знакомым мужчиной. Его ровные скулы и светлые волосы освежают память и я обращаюсь к Яннису:

— Возле Егорова, стоит тот следователь, который заявлялся ко мне. Степан Алексеевич.

Следователь коротко кивает мне и дальше продолжает беседу с Егоровым.

— Впервые его вижу, — Яннис берет мою ладонь и кладёт на своё предплечье. — Подозрительный. Он не нравится мне.

Я благодарна другу за поддержку. Бесконечного благодарна.

— Только этого не хватало! — приглушенно рычит мой спутник.

— Что? — волна внезапного страха накрывает меня и я начинаю взглядом блуждать по собравшимся. Кого же он так увидел, что настолько встревожился?

— Арон! — чеканит Яннис.

Только его здесь не хватало!

Арон, как обычно, никого не замечая, прокладывает себе путь через толпу скорбящих, приближаясь к нам.

— Какого черта ты здесь делаешь? — рычит на него брат.

— Пришёл выразить своё почтение усопшему.

— Серьезно?

— Нет, конечно! — Арон прячет руки в карманы темных спортивных брюк и рассматривает толпу. Избегает встречи со мной. — Есть очень срочный разговор. Подождать не может.

А я стою как вкопанная. Его появление застало меня врасплох, в самом плохом смысле этого слова.

Пытаясь отделаться от глупых воспоминаний, я снова ловлю на себе внимательный взгляд следователя. Его брови взлетели вверх. Кажется, он удивлён и одновременно осуждает компанию в которой я нахожусь.

Закатываю глаза. Этого мне ещё не хватало. Какая на хрен ему разница с кем я стою?

Моя немая бурная эмоция не остаётся незамеченной. Арон резко поворачивает голову в ту сторону куда я смотрю и, когда он возвращает свой взгляд ко мне, внутри все леденеет. Арон будто бы выворачивает меня наизнанку, даже не прикоснувшись.

Какое он имеет право на меня так смотреть? Осуждать? Ревновать?… да, черт возьми, мне это не показалось. Я не могу настолько двинуться головой.

— Яннис, я отойду ненадолго.

Я хочу побыть одна. По-человечески проститься с мужчиной, которого любила на протяжении стольких лет. Несмотря на то, что наши отношения не дотягивали до «человеческих». И несмотря на то, что последние месяцы я отчаянно стремилась к их окончанию.

Я нашла укромное место и осталась там до тех пор, пока не пришло время заключительной процедуры погребения. На это я точно не стану смотреть.

Никому не сказав ни слово, я иду на парковку. Пока там никого нет, я смогу быстро уехать отсюда.

Идя по мокрому асфальту парковки, слышу параллельно со своими шагами чужие. Не успеваю обернуться, как в спину мне летит вопрос:

— Какую же вы интересную компанию себе выбрали, Валерия. Братья Адамиди, весьма занятные личности.

Он что, караулил меня?

.

— Степан Алексеевич, если не ошибаюсь? — разворачиваюсь мерзко скрепя шпильками по асфальту.

— Не ошибаетесь, — мужчина останавливается в нескольких метрах от меня.

С неба начинает капать мелкий дождь и я хмурюсь, желая поскорее оказаться в своём авто. Вот зачем он за мной пошёл?

— Если вы преследуете меня, желая узнать ещё какие-то грязные подробности, которые могли произойти между мной и Саниным, то ничего нового я вам не расскажу. А в остальном, Вас совершенно не должно касаться какую компанию мне стоит выбирать, а какую нет.

— Напрасно вы так, Валерия. Я уверен, ваши друзья не те, кем хотят казаться.

— У каждого из нас свои скелеты в шкафу. Это тоже вас не касается.

— Касаетесь, — мужчина резко перебивает меня и делает шаг навстречу, — особенно, когда эти скелеты напрямую связаны с умышленным поджогом машины Санина.

— О чем вы говорите?

— Один проверенный источник заявляет, что в убийстве депутата замешан некий Арон Адамиди. Пройдемте ко мне в машину. Я подробнее объясню и изложу суть моего преследования за вами.

— Что? — слетает с губ на выдохе. Что за бред?

Но этого мне не удаётся произнести вслух, потому что отчётливо слышу, как меня кто-то зовёт:

— Лера! — из-за спины следователя появляется темная фигура Арона и не менее тёмный взгляд скользит по мне. — Тебя в детстве не учили, что со взрослыми незнакомыми дяденьками садиться в машину категорически запрещено!

Арон обходит следователя и схватив меня за руку тащит мимо моей машины.

— Там моя машина! — тихо возмущаясь, пытаясь остановиться. Шпильки бесполезно скользят по асфальту, издавая жуткий скрежет. — Стой! Куда ты меня тащишь?

Его огромная ладонь крепко сжимает мою до тех пор, пока мы не оказывается возле его джипа.

— За тобой нужен глаз да глаз, маленькая ведьма! — нервно выплёвывает и открывает для меня пассажирскую дверь. — Садись, давай!

— Как ты меня назвал? — удивлено вскидываю брови. Маленькая ведьма? Мне не послышалось?

Ответом парня служит опасный оскал, который он мне демонстрирует. Желание дальше задать какие-либо вопросы моментально отпадает. В этот момент начинает усиливаться дождь и мне приходится залезть в его машину. Как минимум, для того чтобы переждать ливень.

— Кто это был с таким мудацким выражением лица? — Арон забирается в авто и громко хлопает дверью. Стряхивает капли с чёрных волос и обратно зачёсывает их назад. — Любовник очередной?

В этот раз мой взгляд заставляет Арона замолчать. За кого он меня принимает? Какого черта это вообще его интересует? С каких это пор у мужчин такой явный интерес ко мне? У них что, есть какой-то скрытый радар, который считывает свободна женщина или нет? Обычно, я не была столь популярна.

— Это следователь, который что-то вынюхивает. — Объявляю я ледяным тоном и вижу как дёргаются желваки на юном лице.

— Понятно! — неожиданно голос Арона становится безразличным и пожав плечами, он заводит мотор.

— Э… Куда? Что ты делаешь?

— Отвезу тебя домой!

— Не нужно, я на колёсах!

Арон резко дёргается в мою сторону и от неожиданности я врезаюсь лопатками в дверцу. Сердце пускается вскачь, а тело наоборот деревенеет.

— Ты чего такая дёрганная? — ухмыляется. Вижу как пальцы Арона приближаются к моему лицу и движутся далее. Парень цепляют ленту ремня безопасности и тянет на себя. — Просто пристегиваю тебя!

Он тянет ленту вниз и не специально или наоборот же — специально, задевает ребром руки мое бедро. Снова дёргаюсь как от разряда тока. Мне кажется, там останется ожог. Я чувствую, как горит кожа в том месте.

— Там моя машина, — упрямо произношу. Просто я не хочу оставаться с ним наедине, пусть даже это просторный салон его крутой машины.

— Дай, ключи. Вечером пригоню. — Протягивает мне открытую ладонь. — Это для твоей безопасности.

Не смотрит на меня. Смотрит как дворники гоняют воду по лобовому стеклу.

— У меня сегодня много дел!

— Ничего. На такси покатаешься. Тебе денег дать?

— Пошёл, ты! — не сдерживаюсь. Хватаюсь за ручку и тяну на себя. Дверь не поддаётся. Этот сукин сын заблокировал ее? И когда он только успел?

— Ты слышала, — буднично продолжает этот подонок и, посмотрев по зеркалам, сдаёт назад. — В городе поджигают тачки. Депутаты мрут как мухи, а те кто хоть как-то в курсе дела — ещё быстрее. Поэтому будь благодарна, что мой брат настолько дорожит вашей дружбой, что беспокоится о твоей безопасности.

— О-о-о! Ничего себе, — не сдерживаюсь от сарказма. Рядом с этим психом сложно держать эмоции под контролем. — Что же произошло, Арон? Ты больше не подозреваешь что я сплю с твоим братом, разрушая его брак?

— Я пересмотрел свои взгляды. Тем более ты не в его вкусе. Яннис любит блондинок.

— Да? — ирония не прекращает литься из меня. Поэтому не подумав я добавляю: — А в чьём же я вкусе?

— В моем!

Его ответ звучит как гром среди ясного неба, а ледяной тон пробирается под кожу, заставляя загустеть кровь.

Арон

В ее квартире горит свет. Вижу, как женский мелкий силуэт бродит туда-сюда. Нервничает, наверное. Видела что пригнал ее тачку и ждёт когда же я всё-таки поднимусь к ней?

А я не тороплюсь. Специально медлю докуривая сигарету. Главно, не упустить момент, потому что она может решить сама спуститься за ключами даже несмотря на этот проливной дождь, который никак не прекращается с самого утра.

Лера снова выглядывает в окно. Я вижу на ней какие-то шёлковые тряпки похожие на пижаму. Спать собралась? А вот я не хочу. Во мне кипит уйма эмоций и все они не совсем хорошие.

Предусмотрительно перед встречей с ведьмой я заскочил в «Белую розу» снять напряжение, но кажется, это не помогло. Увидев ее в этих шёлковых тряпках напряжение с новой силой ударило в пах. Почему она на меня так действует?

Банальное «нельзя»? Запретный плод сладок? Так может трахнуть ее и дело с концом?

Открываю дверь ее белого седана и выхожу под ливень. За минуту пока иду к подъезду, промокаю практически насквозь. Бешусь ещё сильнее.

Нет чтобы сейчас находиться где-нибудь в баре и наслаждаться тем, как алкоголь превращает кровь в яд, так ноги притянули меня именно сюда.

Зайдя в подъезд выбираю ступеньки. Может физическая нагрузка поубавит мой пыл? Черта с два. Когда я наконец-то добегаю до восьмого этажа, чувствую — это не помогло.

Больше не в силах терпеть громко стучу в дверь. Лера открывает сразу же, будто бы ждала меня.

Ждала меня… иронично ухмыляюсь собственному идиотизму. Она не меня ждала. Она свои гребанные ключи ждала.

В подтверждение моих мыслей, Валерия протягивает ладонь вперёд и тихо произносит:

— Ключи, пожалуйста.

Сучка! В квартиру-то не впускает! Ничего. Я зайду без приглашения.

Сейчас ее шёлковые тряпки прикрыты не менее симпатичным халатом. Но это не мешает острым соскам виднеться даже через столько слоев. Темные волосы собраны в высокий хвост, открывая вид на изгиб шеи, на острые ключицы. Я вижу, как быстро пульсирует ее венка под кожей.

Она нервничает? А с виду не скажешь. Застыла на пороге как статуя. Божественно красивая статуя. Может быть вся проблема во времени суток? Почему-то ночью мне особенно сильно хочется узнать что она скрывает под своей одеждой?

— Арон! — произносит с нажимом мое имя и я будто бы просыпаюсь. Делаю глубокий вдох. В нос неожиданно бьет запах кофе. Цепляюсь за это.

Отодвигая девушку в сторону, бесцеремонно вторгаюсь в ее личное пространство. Закрываю за собою дверь.

— Отблагодаришь кофе? — снимаю с себя мокрую куртку и вещаю ту на крючок.

— В смысле отблагодаришь? — вижу, что ей не нравится эта затея. Незаметно Лера плотнее затягивает узел на своём халате. — Это была твоя идея оставить там мою машину. Так что…

Делаю шаг в ее сторону и она тут же отскакивает от меня. Улыбаюсь. Поиграем?

— Кофе, Лера! — звучит как приказ, но хрипотца в голове выдаёт меня с потрохами.

Кажется, она тоже услышала завуалированное «Я останусь здесь на всю ночь, если ты не приготовишь этот херов кофе!».

Недовольно фыркнув, она разворачивается и сворачивает за угол, где располагается ее огромная кухня совмещённая с зоной отдыха. Не удерживаюсь. Оцениваю ее вид сзади и удовлетворительно ухмыляюсь. То что нужно, несмотря на то, что мелкая.

Блядь, я не уйду отсюда, пока не получу своего! Пока не получу ее!

Я с особым извращённым удовольствием пристально слежу за раздражёнными движениями Валерии. Как она громко стучит чашками, как она плескает в них из турки горячий кофе. Как шипит и тихо ругается, когда несколько капель обжигают ее запястье. Как снова пытается затянуть свой чертов пояс на халате. Она совсем не понимает, что для меня это совсем не преграда? Мне секунды хватит, чтобы разорвать его на мелкие кусочки.

С каждой минутой прибывая здесь, я завожусь все сильнее. И это не только из-за похотливого желания отыметь ее возле этой столешницы, пока она нам разливает кофе. Во мне просыпается что-то тёмное. Что-то плохое. Что-то ненормальное. Я начинаю опасаться этих чувств. Потому что, они затуманивают разум и толкают на ужасные поступки. Боюсь, моя сила окажется преимуществом против Леры. Боюсь, что мне это понравится.

Когда ее скользкий халат сползает с плеча, меня прошибает током.

— Сахар? — сквозь зубы интересуется Лера, так и не поняв что я уже оказался за ее спиной.

— Нет, — рычу ей в затылок и вижу, как из ее пальцев выпадает ложка, звонко ударяясь об поверхность столешницы.

Мои руки опускаются на хрупкие плечи и медленно спускают с них халат.

Одуреть! Ее кожа такая мягкая и бархатистая наощупь. Во мне просыпается дикое желание оставить на ней следы.

— Отойди от меня! — рычит Лера сквозь зубы, глубоко дыша. Пальцами сжимает столешницу и прижимается к ней. Надеясь, таким образом увеличить расстояние между нами.

— Не могу отойти.

И это чистейшая правда. Кристальная, я бы сказал… Я прирос к этому грубанному месту и не могу сдвинуться с него. Она как магнит — притягивает к себе.

Мне становится мало этих детсадовских прикосновений. Я хочу большего. Я хочу ее! Прямо сейчас. В эту минуту. И плевать на последствия.

Лера шумно вдыхает наверное, чтобы озвучить очередной протест, но я тут же ее осекаю:

— Молчи!

Непослушные руки ложатся на идеальный изгиб талии, и я толкаю ее на себя. Хочу чтобы она почувствовала настолько сильно я дурею от ее близости.

А она? По-прежнему выпускает свои иголки? Пора бы их по обламывать.

Хватаю ее за волосы и разворачиваю лицо в бок. Впиваюсь, нет вгрызаюсь в мягкие губы получая сдавленное мычание в ответ. Нет не этого я хотел.

Что я творю? Что она творит со мной? Какого черта она вообще появилась на моем пути? Чтобы свести с ума? Тогда это у неё отлично получается. Я обезумел.

Развязываю узел пояса, и халат соскальзывает к нашим ногам. Я наконец-то почти получил доступ к желаемому. К ее телу.

Нужно закрыть этот проклятый гельштат, а дальше у нас разные пути. Звучит эгоистично? Но мне плевать. Мне всегда было плевать на чужие потребности или желания.

— Стой-стой! — она пытается вырвать из моей хватки. Пытается достучаться? Не получится. — Арон, мне больно!

Лера снова проделывает этот трюк и кусает меня за губу. Вырывается и тяжело дыша, пятится назад.

— Тебе лучше уйти! Мы забудем что здесь только что произошло.

О, нет! Я не хочу чтобы ты это забыла.

— О чем забывать, Ле-е-ра? Ничего же не произошло?

— Вот и отлично! Уходи! — она смотрит на меня суровым взглядом пытаясь прикрыться.

— А если я не хочу?

— Тебе придётся! Из этого ничего хорошего не выйдет!

— А может быть я этого и добиваюсь.

— Я тебе не шлюха, которую ты можешь трахать, когда тебе вздумается! — взрывается криком, наконец-то показывая живые эмоции. Они поднимаю со дна тёмной души мутный ил и мою планку срывает окончательно.

Я подлетаю к ней и за руку дёргаю на себя.

— Я не говорил, что ты шлюха! Но трахнуть, я тебя хочу!

В ее глазах застыла тревога и еле уловимая тень страха, которая очень быстро рассеивается. Она смотрит на меня, а меня ведёт. Ведёт от ее пробирающегося под кожу взгляда. От ее приятного запаха. От ее красоты. Она такая красивая…

Я замечаю родинку под нижней губой и два маленьких колечка на середине уха. Это сережки? Интересно, у неё есть татуировки?

Опускаю руку на шею и некрепко сжимаю пальцы. Притягиваю ее к себе и Лера поддаётся. Подчиняется мне. Это приятно.

В ее глазах вспыхивает крошечный огонёк. Гнев?

Хватит!

Снова разворачиваю ее спиной к себе и опускаю руку на живот. Лера вздрагивает, когда моя рука движется вверх, а когда я нахожу ее грудь с острой вершиной, чувствую как сильно бьется ее сердце.

Блядь…

Кусаю ее шею, оставляя мокрый след. Всасываю мочку уха, слыша как учащается ее дыхание. Но она напряжена, как натянутая струна.

Не переставая сжимать округлую грудь, второй рукой проскальзываю под пижамные шорты. Дурею, когда осознаю что там нет белья. А когда мои пальцы добираются до нежных влажных складочек, я окончательно теряю голову. Большое нет никакого подобия ласки. Мои движения становятся нетерпеливыми и дергаными.

Именно в этот момент, Лера решает подлить масла в огонь, срывая с цепей всех чертей, которые находятся на низком старте:

— Если кто-то об этом узнает… — угрожающе предупреждает она.

Дальше ее слова не идут, потому что заставив ее прогнуться, я оказываюсь глубоко в ней.

Я хватаю ее за шею и тяну на себя, заставляя наши тела соприкоснуться.

— Что будет если кто-то узнает, что я сейчас трахаю тебя на кухне?

Лера

— Этого больше не повторится! — цежу ледяным тоном. Поправляю пижаму и иду в сторону ванной. — Выход сам найдёшь!

Боже, что я творю! Это что вообще только что было?

Все тело до сих пор горит. Я до сих пор чувствую прикосновения его пальцев на коже. Будто бы он до сих пор жадно ее мнёт. Впивается пальцами, оставляя красные следы.

Это настоящее безумие. Мне хочется отмыться от него и навсегда забыть, что я смогла настолько сильно опуститься. Как я могла позволить самовлюблённому паршивцу, воспользоваться этим секундным наваждением?

Этого не повториться. Этого никогда больше не повторится!

Зайдя в ванную, избегаю своего отражения в зеркале. Мне противно на себя смотреть, потому что между ног до сих пор приятно ноет. Я запрещаю себе думать о том, что в какой-то момент мне было приятно. Все что он делал со мной, приносило какой-то извращенное удовольствие. Я могла с ума…

Это все неправильно. Не нормально. Так не должно было быть. Я не должна была этого допустить.

Становлюсь под горячие струи и закрываю глаза. Вода приятно обволакивает тело, погружая в воспоминания, которые произошли всего пару минут назад. Его крепкие руки везде… его колючий подбородок царапает спину и плечи, а губы всасывают кожу, оставляя на ней багровые следы.

Тело покрывается мурашками несмотря на горячую воду.

Черт!

Открываю глаза и смотрю на своё плечо. Там следы — доказательства моей ошибки. Беру мочалку и начинаю что силы тереть, надеясь смыть багровые пятна. Не получается…

Черт!

Швыряю мочалку в стену и кричу в закрытую ладонь. Не помогает. Я до сих пор его чувствую. Особенно там…

Выдыхаю. Выключаю воду и решаю что нужно поскорее уснуть. Без таблеток не получится. Поэтому, обмотавшись мягким полотенцем, я хватаю пузырёк со снотворным и выхожу.

Иду на кухню, по пути замыкая дверь на замок. Несколько раз проверяю себя, дергая за ручку. Замкнула.

Выливаю кофе в раковину и набираю чистой воды. Две таблетки, и надеюсь меня отключит. Иначе, за ночь я сожру себя в самокопании.

Поставив стакан к чашкам, медленно выдыхаю. Распускаю волосы, пряча следы на плечах. Спать.

На утро просыпаюсь от многотонного тарабанящего звука. Еле открыв глаза, поднимаю голову вверх. За окном серо и до сих пор идёт дождь, будто бы вчерашний день так и не закончился.

Голова гудит. Общее состояние — отвратительное. Мне кажется, я проспала весь день. Откидываюсь обратно на подушку и зажмуриваю глаза.

От постороннего громкого звука раздающегося из-за двери со стороны кухни, резко подрываюсь с места. Сон как рукой снимает, а сердце начинает громко биться о грудную клетку.

Оглядываю спальню на предмет самообороны, но ничего подходящего не нахожу. Стоп. У меня под кроватью должны быть гантели. Полтора килограмма, правда. Но и это сойдёт.

Крепко сжимаю в руке в гантель, и бесшумно выйдя из комнаты ахаю, когда вижу незваного гостя.

— Как ты сюда зашёл? — изумлённо произношу я.

Арон, как ни в чем не бывало, сидит за моим кухонным островком и уплетает мой суп.

— Я отсюда и не уходил! — внимательно рассматривает меня. Его взгляд останавливает на моей руке крепко вцепившейся в гантель. Брови медленно ползут вверх, а губы искажает ироничная ухмылка: — Ты меня этим хотела грохнуть? Недурно! — больше не сдерживаясь, парень начинает громко смеяться.

— Что это значит: «не уходил»?

Не могу разделить его веселья. Я сейчас нахожусь в настоящем ступоре. Насколько я вчера была не в себе, что не заметила постороннего человека, когда вышла из ванной?

— То, что я уснул на твоём диване. Кстати, очень мягкий! — возвращает свой взгляд в тарелку и продолжает с аппетитом есть. — Это ты готовила? — тычет ложкой в тарелку с супом. — Божественно!

— Завтра я закрываю казино. У меня будет что-то типа вечеринки для своих. — Телефонный звонок Янниса застал меня, когда я закрыла цветочный. — Я хочу, чтобы ты стала моим «плюс один». Пора возвращаться к жизни Лера.

Обрываю свой мимолетный порыв согласиться, потому что ещё не знаю как смотреть Яннису в лицо. Я переспала с его братом и по ощущениям, будто бы изменила ему. Я ужасный человек. Яннис не заслуживает такого друга.

— По твоему затяжному молчанию, смею предположить, что ты хочешь отказаться. Но отказ я не приму, Валерия. — Говорит с нажимом.

Вот такой он — мой друг. Чувствует меня полностью, а что будет когда мы с ним окажемся лицом к лицу? Он все поймёт, а я от стыда провалюсь сквозь землю? Я до сих пор не могу простить себе то, что случилось несколько дней назад.

Я безумно благодарна, что судьба больше не сталкивает нас с этим надменным мерзавцем, но себя по отношению к Яннису, я тоже чувствую себя мерзавкой.

— Вопросов не возникнет? Сам подумай, мой «плюс один» умер, а ты обычно ходишь на такие мероприятия с супругой, — наконец-то отвечаю я.

— Будут все свои, — чеканит Яннис. — Я хочу выпить. Расслабиться. Ты знаешь, что я себе могу позволить подобное только в узком кругу людей.

Как и я… — мысленно произношу.

— Хорошо, Яннис! Ты меня уговорил. Во сколько мне быть на месте?

— Я пришлю за тобой в восемь вечера.

Сбрасываю вызов и резко оборачиваюсь. Врезавшись в высокую фигуру все это время стоявшую позади меня, вскрикиваю от неожиданности.

— Боже! Зачем же так подкрадываться? — прикладываю руки к груди и пытаюсь отдышаться.

— Я не хотел вас напугать, извините! — произносит уже знакомый следователь Степан Алексеевич.

— Вы меня преследуете? — обхожу мужчину и иду к своему авто. — Очень на это похоже.

— Получается, что да. Вы не могли бы уделить мне время?

— Сейчас я очень занята.

— А когда вы свободны?

— Вы меня на свидание хотите позвать? — издаю смешок. Мое состояние очень близко к истерике. — Если — да, то у меня нет времени на это.

— Я хотел бы с вами поговорить об Ароне Адамиди и об его причастности к делу Санина.

Я замираю и оборачиваюсь. Недоверчиво оглядываю следователя, но из-за того что он находится в тени уличных фонарей, не могу прочесть ни единой эмоции.

— Откуда такие выводы? — сдержано спрашиваю.

— Я вам все изложу во время личной встречи. Не на улице, понятное дело.

— А почему именно я? — развожу руками. — Идите и преследуйте его брата, Янниса.

В самом деле, причём тут я? Какое мне вообще дело до этого Арона? Тем более я не верю в его причастность к смерти Андрея. Арон приехал после случившегося.

— Мне кажется, что вы можете помочь следствию и совершенно не хотите в это впутывать Янниса Адамиди.

— Вам кажется, Степан Алексеевич. Но я встречусь с вами только для того, чтобы вы наконец-то отстали от меня. У вас есть визитка? Я позвоню вам послезавтра.

Я смотрю я маленькие пузырики, что без остановки поднимаются на поверхность сладковатой жидкости в моем бокале, и пытаюсь расслабиться. Вроде бы все на своих местах. Я в компании знакомых людей, с которыми приятно находится. С которыми можно быть самой собой. Но что-то внутри меня бунтует. Протестует. Будто бы вот-вот случиться что-то нехорошее. От этого чувства становится некомфортно в груди.

Смачиваю губы шампанским и облизываю их. С таким раскладом, я этот бокал буду тянуть до глубокой ночи и не факт, что выпью до конца. Меня это полностью устраивает.

Яннис весь вечер не отходит от меня, но сейчас его наконец-то утянули в мужскую компанию выпить крепкий виски и выкурить сигару. Егоров откуда-то привёз очень хорошие сигары, но я уже в это вникать не стала. Я ушла к дальним диванам и наблюдала за медленно протирающей атмосферой.

С каждой минутой мне становилось не по себе. Внутренности будто бы выкручивало, а по венам текла настоящая обжигающая кислота. Не знаю, что со мной? Но я привыкла доверять своей интуиции. Сейчас что-то произойдёт.

Я была приятно удивлена, что в круге приближенных Янниса, не оказалось его младшего брата. Не знаю как бы я вела себя в его присутствии. В их присутствии. Я до сих пор не могу взглянуть Яннису в глаза и поверхностно отвечаю на его вопросы. Наверное, мое поведение он списывает на боль утраты, но к этому ещё присоединился мой стыд и ненависть к себе.

В очередной раз облизывая губы после постановочного глотка, и мой взгляд цепляется за открывающуюся дверь. Первой в зал заходит невысокая брюнетка в красивом облегающем платье. Ее волосы волнами скользят по плечам и спине, а на лице красуется броский макияж. Я ее никогда не видела.

Мое тело непроизвольно напрягается. Почему-то я вижу в ней угрозу и не собираюсь этого скрывать. Очень надеюсь, что она ошиблась заведением.

Яннис сказал здесь будут только свои. Эту девушку, смахивающую на эскортницу со вкусом — вижу впервые.

Обведя зал глазами покерный клуб, ее взгляд вдруг застывает на мне, хотя в зале полно женщин. Она смотрит на меня слегка прищурившись и в моей голове невольно закрадывается мысль, что может быть я ни единственная любовница Андрея?

От этого становится противно и я делаю полноценный глоток шампанского. А когда я вижу кто заходит следующим и, когда вошедший обнимает незнакомку за талию и шепчет ей что-то на ухо, шампанское чуть ли не идёт носом.

Рядом с этой девкой появился Арон. Положив руку на талию, он удерживает ее как свою собственность.

Меня сейчас стошнит.

Арон тоже мгновенно находит меня. Честное слово, мне кажется, я выбрала самый центральный диван, но на самом деле я сижу практически в мертвой зоне.

Демонстративно закатив глаза, таким образом высказав Арону немое пренебрежение, я отворачиваюсь от них, напоследок заметив как его губы дергаются в ироничной ухмылке.

Придурок!

Решаю наградить своим вниманием жену Егорова. Депутатская жена рыжего, как одержимая сидит за покерным столом и проигрывает семейный бюджет. Станиславу лучше бы оторваться от курения сигар и отдёрнуть свою благоверную от карт, иначе случиться как в прошлый раз…

— Арон? — голос Янниса проходится мурашками по моему телу.

Я заставляю себя не смотреть на них. Я не дам Арону такого удовольствия. Он никто! Пусть занимается своей шлюхой.

От мысли что он привёл с собой настоящую шлюху, становится мерзко. Какого черта он полез ко мне в трусы, когда у него есть собственная давалка?

Я ненавижу его!

— Очень удивлён твоему приходу, — сдержано произносит Яннис. — Кто твоя спутница?

Естественно Янниса волнует этот вопрос. Левых глаз и ушей сегодня не предполагалось. Мало ли в какую сторону заведёт их приватный разговор, а теперь всем придётся контролировать себя.

Даже Егоров переполошился. Вон, идёт отдирать свою жену от покерного стола.

— Это Жасмин, — расслабленно произносит Арон. — Моя спутница. Надеюсь ты не против.

Я чувствую как в этот момент взгляд Арона скользнул по мне, остро режа кожу. Такое чувство, будто бы он у меня это спросил.

Я — точно не против! Иди затрахай ее до полуобморочного состояния! Перестань только на меня так смотреть.

Какого черта я вообще обращаю на них внимание? Я пришла сюда отвлечься, а не заниматься ерундой. Но к сожалению мое настроение летит в низ и мне не подвластен над ним контроль.

Я делаю глоток, потом ещё одни. И так я не замечаю, как мой бокал оказывается пуст.

— Он привёл сюда шлюху, — Яннис бесшумно опускается на диван рядом со мной и передаёт мне новый бокал.

Я с благодарностью принимаю прохладный искрящийся напиток. Оказывается, он приятно остужает меня, заставляя отключить голову.

— С чего ты взял, что это шлюха? Вполне прилично выглядит.

Яннис награждает меня суровым взглядом и я понимаю, что мне лучше замолчать.

— У моего брата нет проблем со вкусом. Даже из дерьма он сделает конфетку, а некоторые попросят ещё, — кивает в сторону Егорова, который липким взглядом изучает формы спутницы Арона.

— Я никогда не понимала, зачем тебе дружба с этим Егоровым? Отвратительный тип.

— У каждого свои достоинства и недостатки, Валерия. А некоторые просто позволяют слабостям вскружить голову.

Яннис говорит это так четко, что у меня закрадётся мысль, будто бы он в курсе и моей слабости, но как я совсем скоро узнаю, Яннис говорил о себе. Точнее о своей семье. Об Ольге, чья слабость практически разрушила их семью.

Делаю глоток шампанского и морщусь. Яннис замечает это и впервые за вечер улыбается.

— Кислое, — подхватываю его улыбку. — Предыдущее было лучше.

— Тогда тебе нужен розовое, — забирает у меня бокал. — Сиди. Сейчас все исправлю.

— Нет, я сама, — хлопаю его по колену и поднимаюсь. — Что-то я засиделась.

У стойки с шампанским, я немного теряюсь. Содержимое в бокалах выглядит практически одинаковым. Не буду же я отпивать из каждого бокала? Хотя, меня забавит эта идея. Мне хотелось бы посмотреть на лица присутствующих, застав они подобную картину.

Беру первый попавшийся бокал и, интуиция не подводит меня. Делаю глоток. Во рту становится приятно сладко, а по ногам медленно растекается слабость.

Разворачиваюсь и врезаюсь в каменную грудь. От столкновения, на запястье поливается шампанское. А после этого, я чувствую как на моей талии мгновенно появляется чужая рука, доставляя знакомую боль.

Поняв, что передо мной действительно Арон, я резко дёргаюсь назад, но он не отпускает меня. Впивается пальцами в ткань платья, желая пробраться под него.

В голове самая настоящая каша от громких слов, которые мне хочется прокричать ему в лицо, но вместо этого мой язык прирос к нёбу, а тело закаменело и не может сдвинуться с места.

Эта близость влияет на меня не правильно, и если она продлиться еще хоть секунду — нас заметят.

— Твоя спутница скучает, Арон! Иди развлеки ее!

— Ты ревнуешь? — слегка склонив голову набок, интересуется он.

— Нет, — грубо отвечаю, наградив его пренебрежительным взглядом.

Арон резко дергает меня на себя. Его взгляд темнеет, губы превращаются в тонкую линию:

— Когда ты так смотришь на меня, мне хочется свернуть тебе шею, — шипит мне в лицо. Его взгляд медленно опускается на мои темно-красные губы, а затем ползёт вниз. К глубокому вырезу декольте. Я слышу как он громко тянет воздух через нос.

— Арон…

Рядом с нами появляется утонченная фигура его шлюхи, но парень не спешит меня отпускать. Закрывает своей громадной спиной от посторонних глаз, создавая впечатление, что мы просто общаемся. Но и это уже очень странно выглядит, так как у нас нет ничего общего с младшим братом Янниса.

— Ты меня нас познакомишь? — продолжает Жасмин приторным голоском.

Арон

— Красивое платье, — мельком оглядываю стройную фигуры Жасмин и открываю перед ней входную дверь покерного клуба принадлежащего моему брату.

Я не смог упустить возможность побесить его своим присутствием.

То, что Лера оказалась не его любовницей — это ничего не значит. Ни она, так другая. Обычно, на такие мероприятия приходят именно с любовницами. Вот я сейчас на неё и взгляну.

Яннис совсем невзначай, случайно обмолвился, что у него в клубе сегодня закрытое Патти.

Ну, и ещё одна причина почему я здесь — это один банкир с довольно-таки громкой фамилией Достоевский. Миран попросил составить на него «досье». А где лучше всего узнать человека, как не на закрытой вечеринке? Умеет же Яннис выбирать себе друзей.

Впрочем, я уверен, что это все вынужденная дружба. Он — Адамиди. И единственное, что нас связывает помимо одной крови — это безупречная интуиция. Мы насквозь видим людей, если нам не мешают эмоции.

Мои эмоции отключены. Уверен, свои Яннис тоже давно выключил. Это объясняет, почему его некогда обожаемая супруга, сейчас живет у своей матери.

Зайдя в накуренное помещение, мой взгляд моментально цепляется за яркую брюнетку с ядовито-красными губами в дальнем углу.

Когда понимаю, кто это — все мои планы летят к чертям собачьим. Я почему-то думал, что Лера откажется и не посетит сегодняшнее мероприятие. Забьётся в свою норку и будет зализывать раны. Но она здесь.

Как и всегда, Лера выглядит безупречно. Вот только этот надменный взгляд меня дико раздражает. Хочется избавиться от него. Заставить, чтобы больше никогда не посмела на меня так взглянуть.

— Интересная компания, — пищит возле меня моя временная игрушка. Я даже и забыл, что пришёл не один.

— Не то слово! Пойдём, познакомлю с главным.

К моему огромному удивлению, Яннис сегодня был один. Формально. Реально, он стаял в компании того самого банкира и ещё двух мужчин, раскуривая сигару.

Увидев меня, он изобразил весь свой скудный набор эмоций и двинулся ко мне.

— Арон? Очень удивлён твоему приходу, — произносит Яннис, оказавшись рядом. — Кто твоя спутница?

Жасмин он не оказывает должного внимания. Я малость просчитался. Янниса больше смущает мое присутствие и поведение. Меня это заводит в тупик. Не такой реакции я ожидал. В отношениях между Яннисом и его женой, до сих пор остаётся недостающий пазл.

Не то, чтобы меня особо заботила личная жизнь брата, но таких, как Ольга, больше нет. И если он причинил ей вред, я причиню вред ему. Причём, собственными руками.

Ольга одна на миллион. Тем более, она носит их ребёнка под сердцем. Но вместо того, чтобы находиться рядом с женой, Яннис предпочитает компанию своих друзей лицемеров, раскуривая дорогой табак.

— Это Жасмин, — наконец-то соображаю, что нужно что-то ответить. — Надеюсь, ты не против?

Знакомя брата со своей игрушкой чувствую, как моя правая щека воспламеняется. Я знаю откуда это. Безошибочно угадываю, когда дёрнув голову вправо, встречаюсь взглядом с Валерией.

Неужто ты ревнуешь, моя девочка? Значит, мне не показалось тогда. Той ночью, я действительно слышал сдавленный стон удовольствия?

Пиздец…

Меня просто начинает трясти от осознания, того что тот спонтанный секс был не односторонней связью.

Все резко меркнет. Становится неинтересным. Пресным. Мне уже по барабану, нахера я сюда пришёл? С кем? Что там за банкир?

На первый план снова выползает желание. Тупое желание подмять ее под себя. Сломать.

Она гребанная брешь в каменной стене моего самоконтроля, и когда она рядом — я теряю себя. Это дико раздражает.

— Кто этот мужчина? — подаёт голос Жасмин, когда Яннис оставляет нас одних.

— Что? — пытаюсь избавиться от вязких мыслей, в которых я делаю с Валерией что-то очень плохое на том чертовом диванчике. — Это мой брат. Понравился? — прищурившись наблюдаю, как Яннис взяв бокал с шампанским, садится рядом с Лерой. Моей Лерой.

— Не очень, — бездумно отвечает Жасмин. — Старый. И вы совсем не похожи.

— А если он хорошенько заплатит? Тебе не по хер? — язвлю. Уверен, поставив Яннис перед ней стопку баксов, как миленькая раздвинула бы свои стройные ножки. Бесит.***

Пытаюсь вникнуть в разговор, который случайным образом развернулся между мной и банкиром. Но взгляд то и дело цепляется за желанный утонченный силуэт девушки, которая сейчас подошла к стойке с алкоголем.

Не в силах больше контролировать желание прикоснуться к ней, я мысленно посылаю все к чертям и, шепнув Жасмин, чтобы развлекала банкира, ретируюсь в нужном направлении.

Оказавшись напротив с ни о чем не подозревающей Валерией, как одержимый тяну носом ее аромат. Чувствую, как острые иголки возбуждения прокалывают кожу насквозь, а во рту становится сухо.

Перед моими глазами ее голые острые плечи, а темные волосы старательно пытаются их скрыть от моего пронизывающего взгляда.

Лера резко разворачивается и врезается в меня. С особым удовольствием поддерживаю ее за талию и легонько толкаю на себя.

Вот ты и попалась!

Она смотрит на меня испуганным взглядом, но за секунду он превращается в пренебрежение.

— Твоя спутница скучает, Арон! Иди развлеки ее! — тихо шипит мне.

— Ты ревнуешь? — слегка склонив голову набок, интересуюсь я.

— Нет!

За секунду мое желание превращается в что-то неконтролируемое и дикое. Она сплошной обжигающий яд и я подсел на неё как на самый сильный наркотик не боясь отравиться и сдохнуть.

Меня раздражает тот упырь, в кого я превращаюсь рядом с ней, но это просто невозможно контролировать.

Мне одновременно хочется закрыть ей рот. Заставить испариться, чтобы не продолжала сводить меня с ума, и в то же время, схватить ее за руку и утащить отсюда, чтобы больше никто не смог взглянуть на неё. Чтобы она открывала свой рот только для того, чтобы издавать стоны удовольствия.

— Когда ты так смотришь на меня, мне хочется свернуть тебе шею, — еле сдерживаю себя чтобы не воплотить сказанное в реальность.

— Арон, — позади слышу приторный голосок Жасмин и раздражение, проносится ознобом по всему телу. — Ты нас познакомишь?

Какого хера она сюда пришла? Я ей сказал развлекать банкира.

Женщины, блядь! От них одни проблемы!

— Не горю желанием! — Лера реагирует быстрее меня и выпутавшиеся из моих рук, отступает назад. — Следи получше за своим молодым человеком! — ядовито выплёвывает. Делает несколько глотков и со звоном опустив бокал на стойку, идёт в сторону, куда запрещено заходить посторонним. В сторону кабинета моего брата.

Веду плечами и приглушенно рыча как разъярённый зверь, срываюсь. Следую за ней. Доигралась.

Нахожу ее через несколько секунд там где и предполагалось. Она стоит ко мне спиной у окна в кабинете брата.

Громко хлопаю дверь и она испугано дёргается увидев меня.

— Только не говори мне, что думала что я не пойду за тобой!

Испытываю ее взглядом и демонстративно проворачиваю дверной замок. Упиваюсь секундной вспышкой страха в ее глазах. Все правильно моя дорогая. Сейчас меня стоит бояться. Я сам себя боюсь.

— Я вообще о тебе не думала! Иди продолжай веселиться. Оставь меня в покое! — складывает руки на груди.

— Какая наглая ложь, Валерия! И зачем мне куда-то идти, если все веселье сейчас начнётся именно здесь?

Лера снисходительно фыркает и снова отворачивается не воспринимая мои слова всерьез.

— Мечтай!

Ей стоит отдать должное, держится она на все сто. Покер фейс на пять с плюсом. Но я то вижу, как она мелко дрожит. Как отчаянно сжимает пальцы в кулак, чтобы не выдать себя с потрохами.

Лера

Не знаю как я выгляжу со стороны, но внутри меня переполняют эмоции. Зачем он пошёл за мной? Сейчас случится что-то плохое. Снова.

Выпитое шампанское подстегивает и мне хочется дерзить этому глупому мальчишке.

Мальчишка… А и сама недалеко ушла, раз ввязываюсь в эту глупую детскую игру.

— Хватит, Арон! — намеренно не поворачиваюсь к нему. Тупое желание позлить его — берет верх. — Уходи отсюда. Твоя спутница скучает.

Спутница. Это просто ходячее недоразумение. Как ему не стыдно с ней показываться на людях? Хотя… у каждого свой способ зарабатывать деньги, а насчёт Арона, я совершено не понимаю что у него в голове и что им движет?

Конечно же Арон никуда не уходит. В чёрной зеркальной глади окна, я наблюдаю как он приближается ко мне. Вздрагиваю, когда грубые ладони опускаются на мою талию и больше не шевелюсь. Впитываю его касания? Нет! Просто надеюсь, что моя молчаливая безучастность взбесит его и он уберётся к чертям.

Но мое тело играет против меня. На коже появляются предательские мурашки, и я слышу как Арон удовлетворительно хмыкает.

— Тебя плохо обслуживает твоя спутница?

— Чего ты так к ней прицепилась? — хрипло пролетает возле уха, царапая колючим подбородком кожу плеча. Сейчас, когда я на высоченных каблуках, мы практически одного роста.

— Это противно. Меня тошнит от того, что ты был с ней, а теперь касаешься меня. Убери руки!

— Хорошо, я больше ни к кому не притронусь.

— Ты издеваешься надо мной? — резко оборачиваюсь и дёргаюсь назад, не ожидая что Арон настолько близко ко мне. Его губы чуть ли не касаются моих. — Тебя в зале ждёт отличный экземпляр. И по возрасту отлично подходит.

— В смысле? — непонимающе сводит брови на переносице. — Возраст здесь причём?

— Мне тридцать шесть лет, Арон! Все твои игры я вижу насквозь. Проходила.

Арон на секунду зависает, разглядывая меня будто впервые видит. Мне становится не по себе от такого пристального внимания. Хочу уйти отсюда.

В кабинет Янниса я пришла за своими личными вещами, так как намеривалась уйти отсюда прочь. Пришло время наконец-то это сделать.

Обхожу парня. Мне удаётся сделать все лишь один ничтожный шаг, потому что в следующее мгновение, Арон хватает меня за руку и больно дергает на себя.

— Ни хера ты не видишь, Лера! — ядовитые летят в меня, а после, его губы впиваются в мои.

Мычу ему губы, и пытаюсь оттолкнуть от себя этого нахала. Что он себе позволяет? Сколько можно вот так беспородно вторгаться в мое личное пространство?

Арон запутывается пальцами в моих волосах и собирает их в кулак. Удерживает меня, не позволяя отвернуться.

— Что-то мне подсказывает, что ты ни хера и не понимаешь, — отстраняется от меня, позволяя жадно глотнуть воздух. — Хочешь, я за пять секунд разлажу твою скудную жизнь по полочкам, хотя нет, — скалится. — Лучше я покажу чего ты в е эти годы лишалась.

— Арон, — шиплю, — убери меня свои руки!

Его свободная рука собирает в гармошку низ моего платья. Пальцы больно впиваются в обнаженное бедро.

— Я чего-то не понял. Только что ты хотела отпугнуть меня разницей в возрасте? Так вот твоя проблема не в этом. Твоя проблема в том, что ты мертвая оболочка. Красивая до одури, но мертвая. Что-то тебя сломало, и это не смерть твоего ненаглядного депутата. Здесь что-то другое. — Замолкает. Опускает взгляд на мои губы, а его непослушные пальцы обхватывают мою ягодицу. — Мне кажется, я могу исправить ситуацию.

— А не много ли ты на себя берёшь, мальчик?

Я моментально жалею о сказанном. В чёрных обжигающих глазах Арона разгорается настоящее пламя и если бы он мог закрыть рот, он бы обязательно это сделал. Вместо этого, с его губ слетает грубое «Сука» и я больше не чувствую «почву» под ногами. Он нагло поднимает меня на руки и, как какую-то тряпичную куклу, закидывает на плечо.

— Стой! Отпусти меня! Куда ты меня несёшь? — пищу, срывая голос.

— Подальше от свидетелей! — рычит в ответ он.

.

В игровом зале, в присутствии людей Арон ведёт себе немного скромнее. Мертвой хваткой вцепившись в мою руку, тащит к выходу. По пути ловлю несколько заинтересованных взглядов, заметивших нас и пытаюсь найти глазами Янниса, чтобы тот хоть как-то повлиял на ситуацию.

— Попробуй только вякнуть! — предупреждающе рычит Арон, выталкивая меня из зала.

— Куда ты меня ведёшь? Там остались мои вещи! — протестую я, всеми силами пытаясь остановить эту огромную машину под названием Арон Адамиди.

Мы выходим на улицу и меня начинает трясти от холода. Парень ускоряет шаг, и через мгновение мы оказываемся возле его джипа. Бесцеремонно затолкав меня в салон, закрывает дверь. Слышу щелчок блокировки.

Арон куда-то уходит, оставляя меня одну. Неужели дальше праздновать пошёл, а меня здесь оставил, чтобы я глаза не мозолила?

Оглядываю салон и вижу его кожаную куртку. Надеваю ее на себя. Холодная одежда заставляет ещё больше дрожать, но через минуту становится теплее, а через две я снова вижу чёрный силуэт Арона. Он идёт один, в его руках мои вещи.

Когда парень садится за руль, кидая мои вещи на заднее сиденье, я продолжаю играть в молчанку и отворачиваюсь с окну.

Он заводит мотор и мы куда-то едем. Едем на большой скорости. Решаю пристегнуться. Ночной город встречает нас пустыми дорогами и зелёными светофорами. Будто бы назло. Издеваясь.

— Куда мы едем?

Ответить у Арона не получается, потому что он отвлекается на телефонный звонок. Внимательно взглянув на экран он недовольно фыркает и отключает телефон. Откидывает его назад.

— Куда мы едем, Арон?

Он молчит. Пальцы сильнее впиваются в обшивку руля.

В результате мы оказываемся на каком пустыре недалеко от черты города. Подальше он любопытных глаз, где можно творить все что угодно. Мне это начинает пугать.

Арон глушит мотор и смотрит невидящим взглядом перед собой. Колеблется. Что-то взвешивает. Я незаметно пытаюсь попытать удачу и тянусь к ручке. Бесполезно щёлкнув, естественно она не открывает дверь.

Арон медленно поворачивает голову и смотрит на меня. От этого взгляда хочется раствориться, но получается только ещё сильнее вжаться в сиденье.

Щелчок. После от меня отлетает ремень безопасности. Арон замечает на мне свою куртку и еле заметно дергает уголком губ.

Ему смешно?

Хочется съязвить, но черт знает что у него в голове. Мне хочется целой и невредимой убраться отсюда, а если я открою свой рот — этого не получится.

Арон медленно тянется ко мне. Е го пальцы цепляют подбородок. Теперь мне не отвернуться.

— Что ты делаешь? — шепчу одними губами. Затем чуть громче: — Отвези меня домой. Или не домой. Просто открой дверь, я сама уйду.

От его обжигающего взгляда становится не по себе. Рука медленно перемещается на шею и пальцы легонько окольцовывают ее. Вторая рука насильно раздвигает мои колени и начинает двигаться вверх, задирая мое платье.

— Арон, не делай этого?

— Почему? — впервые за это время заговаривает. — Ты не сопротивляйся и тебе тоже понравится.

Как это не сопротивляйся? Я должна сопротивляться. Потому что как только он коснулся, тело начало играть против меня.

Одно прикосновение и тело покрывается колючими мурашками, пуская под кожу ток. Его движения требовательные и наглые и почему-то именно это поведение вызывает во мне бурю эмоций. Неправильных эмоций. Непозволительных чувств, неконтролируемых ощущений.

— Не нужно, — скулю от отчаяния и собственной беспомощности. — Это ни к чему хорошему не приведёт.

— Я этого и добиваюсь!

— Арон, — мой визг тонет в нашем поцелуе. С плеч соскальзывает его куртка и он откидывает ее назад.

Легкое нажатие на щёки и я впускаю его. Во всех смыслах этого слова впускаю. Его руки везде. Беспрепятственно изучают мое тело. Раздевают. Он больше не заставляет меня, потому что я сама льну к нему.

С ума сойти.

— Иди ко мне, — Арон тянет меня на себя.

— Нет, нет! Не нужно!

Его взгляд подчиняет. Прогибает. Арон дергает меня на себя, и я оказываюсь у него на коленях.

От такой откровенной позы, платье трещит по швам. Мне кажется, Арон был бы счастлив, если оно полностью разорвалась. Но он всего лишь заводит руки мне за спину и дергает молнию вниз.

— Расслабься, — хрипит он когда перед его глазами появляется моя грудь скрывающаяся за кружевной тканью.

Его совет не помогает. Я чувствую как мне в промежность упирается его налитый член, он этого волна тёплого возбуждения разливается внизу живота.

Похоть. Это не контролированное дикое чувство захлестывает нас с головой.

Кто мог подумать, что между ненавистью и страстью такая тонкая грань. Я ее с лёгкостью переступаю в который раз напоминая себе, что этого больше не повториться.

Его запах начинает сводить с ума. Он пахнет властью, уверенностью и безумием.

В этот момент мне даже сложно назвать его мальчишка, потому что сейчас он совершенно на него не похож. Передо мной мужчина, который знает чего хочет и в данный момент он хочет меня.

Я теряю голову от этого осознания. Если я уж здесь с ним, то пусть от этой «ситуации» получат удовольствие оба.

— Это не повториться! — шепчу глядя на его губы.

— Кажется, мы это проходили, — не скрывая иронии, произносит он.

Его руки гладят мои бёдра и пробираются выше, а мои руки цепляют низ его тонкой кофты и тянут вверх.

О Боже!

Мне открывается вид на груду мышц. Хочется прикоснуться к каждой и в этот момент я чувствую как пальцы Арона через ткань начинаю ласкать чувствительную точку.

Судорожно выдыхаю и впиваются ногтями в его плечи.

— Нет! Смотри на меня! — поддевается мой подбородок, заставляя взглянуть в бесконечную тьму его глаз. Там опасно. Очень опасно. Можно разбиться если нырнуть.

.

— Тебе нравится это, да? Нравится, когда все по твоему? — царапаю его кожу. Его пальцы пробираются под кружевную ткань моего белья. Оно уже позорно мокрое.

— Да! — Арон щурится. — Но я готов сделать, так как хочешь ты. — В глазах не единого намёка на иронию. — Может мне сделать так?

Он наклоняется ко мне и кусает через бюстгальтер затвердевшую вершину соска.

Шиплю от острых ощущений, возбуждаясь ещё сильнее.

— Или так?

Его губы оставляют влажный след на моей шее. Я поддаюсь вперёд, подставляя чувствительное место ласке. Зарываюсь пальчиками в чёрные волосы и ахаю, когда его пальцы оказываются во мне.

Арон совершенно не чувственный любовник. Его движения резкие, а поцелуи глубокие. Иногда, доставляющие боль.

Я в жизни бы не подумала, что буду получать удовольствие от подобного. Что стану заниматься сексом в машине… это не похоже на меня. Только этим я себя и успокаиваю. Какое-то приятное наваждение. До безумия приятное.

— Помоги мне, — парень опускает красноречивый взгляд на свои джинсы и кивает: — Расстегни. Я хочу почувствовать тебя.

Слабыми пальцами я хватаюсь за пояс его джинсы и проталкиваю пуговицу из петли. Тяну молнию вниз.

Арон приподнимается вместе со мной и спускает джинсы с нижним бельём вниз.

Он больше не медлит. Приводит слова в действие. Сдвинув в бок белье, размазывает головкой выступившую влагу по складочкам.

От предвкушения кружит голову. А он будто бы решает подразнить меня. Надавливает на вход и снова скользит к чувствительной точке.

— Что-то не так?

Мои глаза закрыты, но я по интонации улавливаю, что его губы кривит ехидная улыбка.

— Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? Здесь. На переднем сиденьи своего гелика, а Валерия?

Он заправляет за ухо упавшие на лицо пряди, заставляя открыть глаза.

— Хочешь?

— Да!

Резкий толчок, срывает с моих губ стон. Он во мне, а его пальцы больно впиваются в ягодицы.

— Покажи мне, как тебе нравится, — намекает, что дальше я должна все делать сама. — Можешь рассказать.

Пытаюсь привыкнуть к его не маленьким размерам и насаживаюсь на его член. Глубже. Быстрее.

— Вот так моя девочка, — Арон хвалит меня, прижимаясь своим горячим телом. — Не сдерживай себя.

Какая же я девочка? Но парадокс в том, что рядом с ним, на самом деле я ощущаю себя именно так. Девушкой в крепких объятьях взрослого мужчины.

Мои стоны становятся громче, как и его толчки. Арон взял ситуацию в свои руки, и теперь он насаживает меня на свой член. Быстро и глубоко.

Мне ничего не остаётся, как впитывать удовольствие. Тянусь к его губам и целую их. Арон моментально отвечает, кусая мою нижнюю губу. Часто дышит продолжая толкаться в меня. Продолжая всасывать мои громкие стоны. Я не могу из сдерживать. Мне сейчас очень приятно и, черт возьми, пусть он об этом знает.

— Ты меня с ума сходишь, — рычит мне на ухо, за секунду до того, как меня накрывает оргазм. — Ты и представить себе не можешь как…

Я просто обмякаю в его руках, пока он продлевает мое удовольствие и не достигает своего. Тяжело дышу, уткнувшись в его шею.

— Блядь! Здесь где-то были салфетки, — Арон тянется рукой за водительское сидение.

— Ты можешь… — произнести «в меня» язык не поворачивается, поэтому я говорю немного иначе: — Я принимаю таблетки.

Пара глубоких толчков и Арон кончает в меня. Я чувствую, как до сих пор сжимаю его член от бесконечного удовольствия.

А ещё, я чувствую горячее семя, которое медленно стекает по внутренней стороне бедра, когда Арон наконец-то выходит из меня.

— Я тебя ненавижу!

Это правда. А ещё я ненавижу себя. За то, что позвонила себе чувствовать эти запретные ощущения. За то, что кончила, находясь сверху нем.

— Меня это устраивает, — Арон нежно целует меня в губы и передаёт салфетку. — Я согласен на такую ненависть. — Ухмыляется, запуская по телу новую порцию колючих мурашек.

Арон

Сегодняшнее утро решаю начать с дел, которые откладываю вот уже несколько дней. Пока мой собственный демон удовлетворён и мирно посасывает у меня под рёбрами, я решаю навестить Ольгу — жену моего брата. Лично узнать, что у них произошло и как-то поспособствовать скорейшему решению конфликта.

То, что брат не спит с Валерией это я уже уяснил и очень рад подобному развитию событий, а с остальным я думаю можно разобраться просто поговорив.

Вдавливая кнопку дверного звонка и терпеливо жду. Секунд через тридцать из-за двери слышится женское «Кто?» и я расплываюсь в улыбке:

— Арон! Пришёл отведать твоей фирменной лапши.

— Арон! — дверь распахивается и ко мне навстречу вылетает изящная блондинка. — Я очень рада тебе видеть! — жмётся ко мне. — Лапшу не обещаю, а уткой с апельсинами угощу. Проходи!

Ну, как можно было от такой отказаться? Эффектная. Красивая. На любителя, конечно… Она до сих пор худая. Так и не скажешь, что мальку в ее животе практически полгода.

— Помимо того, как обнести твой холодильник, я приехал узнать нужна ли какая-то тебе помощь и конечно же, хотелось бы с тобой поговорить насчёт Янниса.

Сидя за обеденным столом смотрю, как Ольга суетится, накрывая его для меня. В голове сразу же всплывает суп, который я недавно ел у Валерии. Эта сука прилично мне запудрила мозги. Два дня ее не видел, а в ушах до сих пор слышатся ее стоны. Ни о чем другом не могу думать. Все в конечно итоге сводится к ней. Вот тому и пример.

— А что Яннис? — испуганно спрашивает Ольга, заполняя своим беспокойством мою голову. Слышу звон. Будто из ее пальцев выпало что-то металлическое.

Вот это мне уже не нравится. Если мои догадки, что Яннис ее тронул, подтвердятся — я сегодня же убью его. И плевать на все клятвы. Родители давно сгнили в гробах и вряд ли мы с ними встретимся на небесах, чтобы они мне дали подзатыльник. Моей совести, как и чёрной душе место в аду.

— Он тебя ударил? — рычу, еле сдерживая себя на грёбанном стуле.

— Кто? Яннис? — морщит лоб. — Нет, конечно! Как ты вообще мог подумать о своём брате подобное?

Меня успокаивают ее слова. Медленно выдыхаю и расслабляю плечи. Тогда я не вижу причин ее нахождения здесь.

— Почему ты тогда живешь у матери? Из-за того что он трахнул другую? Ну, если это не повторилось, думаю можно найти в себе силы простить его. Как-никак, но вы ждёте общего ребёнка. Я хочу чтобы Натан рос в полноценной семье.

Почему-то Ольга никак не реагирует на мои слова и я начинаю задумываться над сказанным. Это у меня все просто, а вдруг она другого поля ягода. Из тех, кто верит в любовь.

— Ну, хочешь, я набью ему морду за то что у него встал на другую? — пытаюсь разрядить обстановку. Но она ни черта не разряжается. Нутром чую — сейчас я услышу то, что мне крайне не понравится.

Ольга коротко смеется и ставит передо мной тарелку с ароматной едой.

— Не нужно, Арон. Ты всегда был очень добр ко мне… — еле заметно улыбается. Меня начинает беспокоить ее поведение. Передо мной вроде бы привычная Ольга, а вроде бы и нет.

— Потому что ты мне нравишься! В самом адекватном смысле этого слова. До недавних пор я считал тебя образцом идеальной жены, а ваш с Яннисом союз для меня был нечто крепким и неразрушимым. Яннис полный идиот, но я считаю он заслуживает прощения. Хотя бы поговори с ним.

Вонзаю вилку в сочный кусок, но так и не доношу его до рта. Тихое бормотание жены брата выбивает, я бы сказал, вышибает меня из колеи на сумасшедшей скорости.

— Не Яннис… — произносит Ольга, присаживаясь напротив. Смотрит на свои пальцы, боясь поднять взгляд на меня.

— Не понял? — теперь моя вилка с грохотом падает в тарелку. — Что ты имеешь в виду?

— Не Яннис изменил мне. Я ему. — По ее бледным щекам начинают течь слёзы, а во мне срабатывает долбанный переключатель.

Я ненавижу женские слёзы. Они выводят меня из себя, заставляя закипать изнутри.

— Я не знаю чей это ребёнок. Яннис сказал когда у меня будет срок в шесть месяцев мы сделаем ДНК, и если ребёнок окажется его, мы сядем за стол переговоров.

Что-что, но из Янниса не искоренить Адамиди. Семья для нас все. Самое большое счастье и самое ужасное проклятье. Мне казалось, проклятье коснулось исключительно меня, ведь эти двое были так счастливы в начале своего пути.

Мне становится мерзко. Я только что окончательно разочаровался в женщинах. Сука! Чего ей нахватало? Зачем она так поступила?

— Арон, скажи что-нибудь? — умоляюще лепечет Ольга, захлёбываясь слезами.

— Я не голоден. — Произношу ледяным тоном, отодвигая от себя тарелку.

Я не мой брат и не обладаю колоссальной выдержкой или терпением. Одно дело физическая измена, когда ты трахнешь красивое тело слегка поехав рассудком, а другое… когда вот так вот. Теперь мне ясно поведение Янниса. Пазлы сложили.

Мне очень жаль, брат…

Мне нужно уйти отсюда. Иначе я натворю бед. Ольга мне больше не кажется образцом идеальной женщины. Сейчас я перед собой вижу очередное смазливое личико. И только один ничтожный процент, что под ее сердцем возможно бьется сердце моего племянника, заставляет меня молча подняться и уйти. Не разнесся к чертям все вокруг.

Такое чувство, что не только Яннису вонзили нож в сердце, но он достался и мне.

Лера

— Честно признаться, я очень удивлен, вашему звонку. — Следователь смотрит на меня поверх увесистого меню и снова возвращает глаза к перечню блюд.

— Ничего удивительного, — сухо бросаю в ответ. — Я привыкла сдерживать свои обещания.

Кроме одного! — укоризненно мне подсказывает второе Я. С издевкой, я бы сказала.

Я обещала себе, что Арон больше не притронется ко мне. Но, то что между нами произошло несколько ночей назад в его машине, не похоже на то, что я выполнила своё обещание. Я даже разрешила ему кончить в меня. Вот идиотка!

Хорошо, что я до сих пор принимаю противозачаточные. Стоп. Не принимаю. Я же выбросила их в день похорон.

Осознание, что я уже некоторое время не пью противозачаточные таблетки и у меня был незащищенный половой акт, ударяет как гром среди ясного неба.

Руки начинаю мелко дрожать и, похоже, мое волнение отразилась и внешне. Степан Алексеевич, снова вернул свой взгляд к моему лицу, слегка прищуриваясь:

— С вами все в порядке, Валерия? Вы как-то резко побледнели.

— Да, все хорошо! — резче чем планировала, отвечаю я. — Давайте приступим скорее к разговору. У меня не так много времени.

Сама не знаю зачем я согласилась на эту встречу, наверное интерес взял надо мной вверх. Интерес о том человеке, о котором планируем говорить.

Откладываю от себя меню. У подошедшего официанта заказываю себе чашку американо без сахара. Аппетит куда-то исчез.

— Ну, хорошо, — следователь тоже откладывает меню и, сделав заказ, пододвигается ко мне, упираясь локтями в белую скатерть.

Я специально выбрала наш с Яннисом любимый ресторан. Здесь мне намного комфортнее. А ещё здесь есть мертвые зоны для приватных встреч. Личных бесед, где отсутствуют посторонние уши. Этот ресторан был любим не только мной и Яннисом, а также мной и Андреем.

— Давайте перейдём к главному, без всяких прелюдий так сказать, — приглушенно продолжает мужчина. — Я хочу вам предложить помочь следствию. А именно, втереться в доверия к Арону Адамиди и рассказывать нам о всех его планах.

Сначала мне кажется, что я ослышалась, такими бредовыми мне кажутся его слова. Потом, видя что он выжидающе молчит пытаясь получить от меня какую-то реакцию, я тупо произношу:

— Зачем?

— Арон преступник, который умело ускользает от закона. Я уверен, именно он виновен в поджоге автомобиля Санина. И делал он это под четким руководством Мирана Догана.

Я совершено не понимаю, что здесь происходит. А ещё больше я не понимаю зачем, он мне предлагают слежку за Ароном, когда я так отчаянно пытаюсь избегать от этого юнца. Арон влияет на меня неправильно. Поднимает на поверхность непозволительные чувства о существование которых, я даже и не предполагала.

— Лично я не вижу никакой связи между Ароном и Андреем. Арон появился в городе позже.

— Это вы так думаете, — следователь переводит взгляд на загоревшийся дисплей своего телефона. — Яннис Адамиди, кстати, тоже не такой белый и пушистый, как кажется на первый взгляд. — Чисто между прочем произносит мужчина вчитываясь в пришедшее сообщение. В его тоне я улавливаю что-то похожее на шантаж. Легкий намёк. Мол, не захочешь сотрудничать — пострадает Яннис.

— Вы мне угрожаете, Степан Алексеевич? — медленно произношу я.

— Ни в коем случае, Валерия Анатольевна! Просто если дело пойдет дальше и кто-то копнет глубже, то полетят головы. Янниса ваша, кстати тоже! — взгляд голубых глаз концентрируется на мне, безжалостно пробираясь под кожу. Пытаясь выковырять какую-то эфемерную правду из меня. Моральная ощущает я очень отчётливо. Меня это начинает раздражать.

— Я здесь причём?

— А вы знали, что ваш цветочный магазинчик вот уже как несколько месяцев заложен. И заложен он именно Мирану Догану. Чувствуете связь?

— Нет? — как умалишённая качаю головой в разные стороны не веря в услышанное.

С цветочным были некоторые проблемы касательно собственности, но Андрей заверял меня, что это пустяковые дела и решающиеся они по щелчку пальцев. Он постоянно откладывал этот вопрос, а потом дело и вовсе сошло на нет, потому что проблем больше не возникало. Выходит, цветочный бутик мне не принадлежит полностью, а только на словах покойного Санина? Вот сукин сын!

— А я вам объясню. Предположительно, Андрей Санин заложил цветочный Мирану и не выполнил условия возврата долга. Миран руками Арона забрал долг по своему. Так что ждите в ближайшее время гостей и в своей лавке.

Чушь какая-то! Он несёт полнейшую чушь. Пока я не поговорю с Яннисом, я не намеренная больше вести этот диалог.

Какая неловкая ситуация. Я точно не собираюсь в ней быть третьей лишней, точнее — четвёртой.

Взглянув на Янниса, я вижу как крепко сжата его челюсть и через сомкнутые зубы, он чуть ли не прорычит на брата:

— Арон! Что это ещё значит? — его ледяной взгляд метнулся к парню, и если бы у Арона была не такая непробиваем энергетика, он бы точно прогнулся под натиском.

— Я решил, что вам нужно поговорить! — как ни в чем не бывало, произносит младший Адамиди.

Я понятия не имеет что произошло между Яннисом и Ольгой, но интуиция подсказывает, что что-то категорическое. И самое странное, что Яннис не особо чувствует себя виноватым, в отличие от своей жены. Ольга пряча глаза, рассматривает стыки напольного кафеля.

Жуткая картина. Я никогда не видела, чтобы настолько сильный и самоуверенный человек, выглядел так ничтожно.

— Не слишком ли много ты на себя взвалил? — Яннис продолжает испепелять брата взглядом, а я решаю что это идеальный момент, чтобы уйти.

Мое копошение не остаётся незамеченными и, под пристальные взгляды собравшихся я молча покидаю эпицентр ада. Мне личных проблем достаточно, пачкаться чужими я не хочу.

Черт. Сережки. Только у порога я вспоминаю, что забыла их на столе. Ладно, пусть лежат. Сейчас нет никакого желания возвращаться туда. Если Яннис их выкинет, я не обижусь.

На работу приезжаю в подавленном настроении. Я привыкла, что это место дарит умиротворение и уют, а сейчас мне хочется к чертям сжечь этот бутик.

Переступив порог цветочного, замечаю на себе обеспокоенный взгляд своей сотрудницы. Вета стоит возле стола, собирая букет. Решаю, что это лучший способ отвлечься. Сменяю верхнюю одежду, на фирменный джинсовый фартук и присоединяюсь к ней.

Ее лёгкость и непринуждённость всегда удивляли меня, но сегодня девушка была особенно хмура, что на неё не похоже.

Может в воздухе что-то растворили?

— Ты сегодня как никогда витаешь в облаках, — забираю из ее рук ленту и сама перевязываю упругие стебли роз.

Не знаю зачем, завожу этот разговор. Просто тишина начинает давить на меня. Мысли то и дело возвращаются к Арону, затягивая меня в непроглядную бездну.

— Лера, что по-вашему любовь? Извините за бестактный вопрос, но вы долгое время одна. Вы пока не встретили «того самого» человека?

— Наверное, не встретила… — кусаю нижнюю губу. — Для меня любовь — быть самой собой. Не прятать чувства.

На словах это все очень просто. Так просто было и у нас с Андреем поначалу. Запретные чувства, адреналин. А потом вдруг выросли какие-то границы. Пришло принятие, множество запретов и тайных встреч.

— А какая любовь лучше? Когда головой или сердцем? — не унимается Вета.

— Для меня лучше взрывоопасная химия, но ты не слушай старую женщину, — в шутку произношу, — сейчас я быстро тебя столкну на кривую дорожку.

Сама того не осознавая, я будто бы говорю об Ароне. Нет! Глупости какие. У нас с Андреем тоже была особая химия. Поначалу…

— Какая старая женщина, вам только тридцать шесть, — широко улыбается, заражая и меня своей открытой улыбкой. А когда неожиданно со звоном отворяется входная дверь, ее улыбка сползает с лица.

Дёргаю головой в ту же сторону и сердце пропускает удар.

В бутик заходит младший Адамиди. Его взгляд заволокло тьмой. Он весь в чёрном. Настоящий демон. На шее больше нет пластыря. Там теперь красуется чёрный узор. Новое тату.

— О Боже! Это Арон, — шепчу отряхивая руки о фартук. Не верю своим глазам. Какого черта он здесь делает?

— Кто такой Арон? — еле слышно с опаской произносит девчонка.

— Младший брат Янниса. Потом объясню.

Обхожу рабочий стол и направляюсь к парню. Увидев меня, он нехорошо щурится и ускоряет шаг.

— Не забывай свои побрякушки у Янниса дома! — суёт в раскрытую ладонь мои сережки и резко отдергивает свою руку, будто я прокаженная. — Ольге такое не нравится.

Во мне начинает закипать злость. Ольге такое не нравится, серьезно?

Как удачно снова открывается входная дверь. На пороге появляется не самый приятный человек в мире. Ефим — тот ещё мудак. Молодой человек Веты. Хотя не такой уж он и молодой. Прибирал к рукам юную девушку и теперь вертит ей как вздумается. Но сейчас я рада ему. При Вете, я не хочу выяснять отношения с Ароном.

Киваю Вете, мол можешь выйти.

Дожидаюсь пока она сбежит, надеясь, что и Арон испариться. Но он будто бы только этого и ждал. Ждал, когда мы останемся наедине.

.

— Мог бы не утруждаться! — сжимаю украшения в кулаке и иду к мусорному ведру. — Тебе делать нечего, Арон? Не уверенна, что Оля прям с пеной у рта кричала, заставляя тебя убрать эти серёжки со стола. Зачем ты сюда пришёл? — выкидываю сережки. Они мне больше не приносят удовольствие.

Разворачиваюсь, глядя на парня с вызовом. Только он может так, с лёгкостью взбаламутить мои эмоции. Вывести из равновесия, заставив потерять контроль.

Такое чувство, будто бы ему это нравится. Выводить меня из себя. Это особенный вид кайфа, который знаком только Арону.

Ненавижу.

За считанные секунды Арон оказывается возле меня. Хватает за локоть и дергает на себя. Я очень близко к его лицу. Ощущаю на губах тёплое дыхание и еле уловимый запах сигарет.

Я не знаю что случилось. Как вообще могло это произойти? В тот момент я просто утратила контроль над собой и впилась в приоткрытые губы юнца.

Низ живота опаливает волна возбуждения. Грубые руки впиваются в меня мертвой хваткой, ещё больше распаляя желание. Это настоящее безумие.

Арон удовлетворенно рычит. Я через поцелуй, чувствую его ухмылку. Чувствую своё поражение.

— Куда? — он поднимает меня на руки и задаёт вопрос прямо губы.

— В смысле, куда? — через поволоку исступления, пытаюсь взглянуть на него.

— Куда мне идти, чтобы трахнуть тебя? Наверх? Хотя я не прочь свидетелей. — Кивает на входную дверь, иронично хмыкая.

Это было достаточно отрезвляюще.

А на что я надеясь, когда кинулась на него с поцелуем? Думала он сыграет по правилам, которые даже мне не известны?

Я не могу произнести ни слова. Мозг неожиданно включился, заставляя осознать весь масштаб происходящего. Я поцеловала Арона.

— Отпусти, — еле слышно шепчу.

— Ещё чего? — рычит мне в ответ.

Я смотрю поверх его плеча в панорамное окно в надежде, что Вета вот-вот зайдёт и спасёт меня от собственной глупости. Но то что я вижу, приводит меня в настоящий шок. Заставляя забыть о неожиданно глупом порыве.

— О Боже, что он делает?

Вета и Ефим сидят в его машине, и сейчас он схватил девушку как крошечного провинившегося котёнка и пытался что-то вытрясти из неё.

— Кто? — Арон отпускает меня. Тоже поворачивается голову к окну.

— Ефим! Он сейчас ударит ее? — в ужасе произношу я. — Сделай что-нибудь!

— Я? А мне какая разница? — равнодушно дергает плечами. — Пусть сами разбираются.

— Мне есть разница! — на эмоциях выкрикиваю я. — Арон, сделай, пожалуйста, что-нибудь. — Ноль реакции. — Хорошо, если не сделаешь ты, сделаю я!

Решительно иду к выходу, но Арон перехватывает меня.

— «Сделалка» ещё не выросла! — рычит в ответ и выходит на улицу. Бегу вслед за ним.

Арон подходит к красному Порше Ефима и стучит в окно. В этот момент, Вета вылетает из машины и мчится ко мне.

— Быстро внутрь! — приказываю ей и с благодарностью киваю Арон.

Он недовольно поджимает губы. В его глазах застывает опасный блеск. Будто бы его собственные демоны разожгли огонь и ждут жертву для жертвенного сожжения.

Ефим открывает дверь, но не выходит. Арон быстро ныряет внутрь. Через секунду выныривает, стирая с костяшек кровь.

— Нельзя обижать маленьких! — долетает до меня голос Арона и я закрываю рот ладонью, осознавая что он только что ударил человека.

Порываюсь узнать, все ли с Ефимом в порядке? Ведь если Арон с ним что-то сделал, то это было по моей инициативе. Но я ведь хотела защитить Вету. Вовремя отдёргиваю себя. Арон идёт в мою сторону.

— До вечера, — подмигивает мне. — Теперь за тобой должок.

Арон садится в своё авто, а меня душит ощущение, будто бы я только что подала душу дьяволу.

Арон

Я получаю колоссальное удовольствие, когда мой кулак соприкасается с небритым лицом мудака, который вроде как хотел тронуть малышку с огромными глазами. Какая никакая, но разрядка.

Я понятия не имею, какого хрена я пошёл на поводу у Леры? Почему-то, когда она начала искренне просить за эту малолетку, внутри меня что-то щёлкнуло и мозг перестал работать. Какой-то неконтролируемый инстинкт заставил сделать все возможное, только бы не было этого испуганного выражения на ее до одури красивом личике.

Ещё м сережки эти проклятые…. Чуть не прогорел с ними. Детский сад. Кому расскажи, не поверят что-то такой придурок отчаянный.

Естественно, Ольге по хер на забытые Лерой цацки, а мне это лишний повод навестить Валерию. Я думаю, что жена брата была бы даже рада, если бы Яннис переспал с кем-то. Око за око. Но мой праведный братец ещё тот блюститель супружеских нравственностей и как оказалось, не может позволить себе такой роскоши, как измена.

Узнав причину, почему Яннис и Ольга живут отдельно, я был готов сам придушить эту женщину, но решил все же притащить ее к брату и заставить их поговорить. Я точно знаю, что у неё под сердцем живет мой племянник. Моя интуиция покруче любого теста ДНК, вашу мать.

А сейчас, моя интуиция подсказывает мне, что Лера сегодня проведёт эту ночь со мной, задыхаясь от нескончаемых оргазмов. И пускай она будет послушной девочкой, иначе Лера впитает всю мою злость, которая накапливалась в течении дня.

Мне ещё в «Белую Розу» нужно заскочить. Забрать очередной долг Мирана. А там как всегда без происшествий никак. Обычно, Жасмин сглаживает острые углы, но сегодня я особенно не хочу ее. Я хочу Леру. Эту дрянь, которая сама только что накинулась на мои губы.

Не ожидал. Признаюсь честно. Это она зря сделала. Теперь я на хер никуда наденусь. Она как гребанное наваждение и пока я не насытился ею.

— До вечера. Теперь за тобой должок. — Подмигиваю ей, уже предвкушая в какой позе она отдаст мне этот должок.

Ее испуг растаивает не оставляя и следа. Да его смену приходит привычное пренебрежение. Вот бы стереть его раз и навсегда. Руки так и чешутся. Ее поведение наводит меня на мысль, будто бы я не достоит ее. Это чувство заставляет кипеть изнутри. Своим поведением она делает хуже только себе.

Чего ей нужно? Переспим несколько раз, пока она мне не приесться, пока не раскушу ее и разойдёмся. Ей же не привыкать. С депутатиком у неё были куда сложнее отношения.

Сажусь в машину и завожу мотор. Нужно поскорее решить свои дела и наслаждаться вечером. Первым делом самолёты, так вроде говорится?

Переступаю порог злосчастного места и в глаза сразу же бросается лысеющая рыжая голова смутно знакомого мужика. Он стоит у стойки и требовательным голосом что-то втирает девушке.

Падаю на свой любимый диванчик и жду, когда главный по разврату вынесет мне долю Мирана.

— Извините, на данный момент Жасмин не может оказывать услуги. Ближайший месяц, так точно.

В ответ на девушку льётся отборная ругань, а я ухмыляюсь.

Вспоминаю, откуда мне знакома его морда. Он присутствовал на празднике жизни брата. Фамилию не припомню, но его наличие здесь, очень даже кстати здесь.

— И что это за сосунок, который выкупил ее на месяц? — брызжет слюной рыжий. — Как такое вообще возможно? Она что, какой-то абонемент в спортзал?

Ну да. Можно и так сказать. Соки из тебя все высосет.

— Это я! — медленно чеканю. Не такой туз в рукаве я хотел иметь, но все же лучше, чем ничего.

Мужик поворачивается ко мне и смиряет пренебрежительным взглядом.

— И кто ты такой? — выплёвывает вопрос.

— Арон Адамиди.

Не люблю козырять своей фамилией, но сейчас особый случай. Вы бы видели как вытянулось его лицо, услышав ее.

— Иди, — стучу по кожаной обивке, как какой-то шавке, — присядь. Поговорим.

Недовольно поджав подбородок, он выполняет мой приказ. Подходит, но садится в рядом стоящее кресло.

— Понравилась Жасмин? Могу одолжить на сутки за услугу.

— Какая услуга? — его круглое лицо краснеет от злости, а жирные пальцы тянуться за платком. Какая прелесть.

Неужели ему так понравилась Жасмин? Или все-таки дело в моей фамилии? Чертов Яннис и его безупречная репутация в некоторых кругах.

— На вечере у Янниса, где тебе так понравилась шлюха, был банкир.

На мне все ещё висит должок, касательно того банкира. Миран терпеливо ждёт, но его терпение не резиновое и мне треплом не хочется выглядеть.

— Ну?

— Хочу с ним приватную встречу.

— Неделя!

— В смысле, неделя?

Ждать неделю?

— На неделю отдаёшь мне эту красивую суку. За твой счёт, разумеется.

Вот же жирный мудак! Почувствовал мнимую нить контроля над ситуацией? Хер ему, а ни неделя. Два дня максимум и это не из-за того, что девка качественно сосет, а из-за что это каким-то тупым образом цепляет мое Эго. Мне никто не манипулирует, тем более шлюхами.

Банкир скользкий тип, но в крайнем случае подберусь к нему через брата.

— Два дня. Либо у тебя на неё будет ещё месяц стоять, — ровно произношу. — И платить я, разумеется, не собираюсь.

Немного помедлив, он соглашается. Протягивает мне свою потную ладонь, от которой я конечно же отказываюсь.

— Идём! — поднимаюсь и направляюсь к комнате Жасмин.

Идя по тускло освещенному коридору не испытываю ровным счётом ничего. По похотливому взгляду этого жердяя, предполагаю что ни хера приятного ближайшие два дня девочке не светит. Но разве это должно меня волновать?

Зайдя в комнату Жасмин, застают ее на чёрных простынях. Ее бледное полуобнажённое тело очень красиво контрастирует на них. Увидев меня, красотка расплывается в игривой улыбке, но стоит ей заметить третьего, эта улыбка сразу же меркнет.

— Она твоя на два дня. Можешь делать с ней все что хочешь. — Громко осведомляю, чтобы услышали все.

В глазах Жасмин вспыхивает страх и она начинает медленно отползать к изголовью кровати, нащупывая свою маску. Блядский атрибут этого борделя. Каждая шлюха была обязана скрывать своё лицо. Для меня Жасмин делала исключение.

— Арон, что здесь происходит? — не своим голосом спрашивает девушка.

Подхожу к ней и цепляю дрожащий подбородок. Залитые ужасом голубые глаза впиваются в меня, умоляя сказать что это какая-то шутка.

— Ничего личного, Жасмин, — нежно очерчиваю контур ее нижней губы, — это просто бизнес. — Оглушаю ее заезженной фразой, которая имеет в данной ситуации прозрачный смыл. Все так и есть. Я ее продал на два дня ради личной выгоды. — Если тебе будет легче, — добавляю тише, забивая последний гвоздь в ее гроб, — можешь представлять меня, когда он будет тебя трахать.

Отпускаю ее. Отхожу.

— У тебя два дня! Не теряй время! — свои последние слова адресую рыжему извращенцу и перед тем как уйти, замечаю что он и правда не собирается терять времени. Пальцы метнулись к ремню, а сальный взгляд уже вовсю облизал хрупкую фигуру девчонки.

Удовлетворенный спонтанно идеальному раскладу дел, решаю что ждать наркомана владельца не хочу и, так, как я нахожусь недалеко от его собственного кабинета, решаю навестить должника первым.

Не думал, что сегодняшний день задастся так хорошо. Его херовое начало, предполагало обратное.

Лера

Я намеренно задерживаюсь допоздна на работе. От слов Арона, что теперь на мне висит какой-то должок, внутри поселилось отвратительное чувство. Какой к черту должок? Но ощущение, что его слова не пустой звук держат меня в тисках, не давая расслабиться весь день.

В общем концу дня я была взвинчена до предела и выжита как лимон. Жутко хотелось вернуться к себе домой и закрыться в квартире на все имеющиеся замки.

На парковке возле дома я тоже проторчала немало времени. Думала, если его огромная машина завернет к моему дому, я тут же сорвусь с места и поеду ночевать в отель. Ночь в отеле куда лучше, чем оставаться с ним наедине, позволяя темноте расцветать во мне.

Но я даже и подумать не могла, что когда наконец-то окажусь в своей квартире, заперевшись, столкнусь нос к носу с непрошенным гостем, который черт знает как пробрался сюда и сколько времени провел здесь, вот так развалившийся на моем удобном диване.

— А ты, смотрю, не особо спешила…

Его голос нарушает гробовую тишину, и я подскакиваю на месте так и не успев включить освещение. Ключи выскакиваю из пальцев и со звонким эхом ударяются об кафель, точно так же как и мои надежды на спокойный вечер.

Я медленно оборачиваюсь и наконец-таки вижу его, лихорадочно осознавая, что только что сама нас заперла в этой квартире.

Гашу внезапный порыв схватить ключи и вылететь из квартиры. В конце концов я не глупая импульсивная юная особа, а взрослая женщина, которая в данный момент находится на своей территории.

— Как ты зашёл? — беру себя в руки и начинаю снимать верхнюю одежду. Поднимаю ключи. Вешаю их на крючок.

— Через дверь, — забавляется ситуацией, которая абсолютно не забавляет меня. — Подумал, через окно будет слишком вычурно.

— Где твоя машина? На парковке ее нет. — Все также спокойно пытаюсь прощупать почву, а ощущение такое, будто я иду по острию ножа.

— Ну, так это специально. Чтобы тебя не отпугнуть.

Я слышу шорох. Будто бы Арон встал и начинает медленно сокращать между нами расстояние, накаляя ситуацию до предела.

Он ещё не подошёл, а я уже чувствую как мое тело покрывается мурашками. Острыми иголками. Жаль что они не могут защитить меня…

— Арон, тебе лучше уйти! — хочу сказать это твёрдо, уверенно. А получается надломленно.

— Куда же я уйду, Лера? — он выходит из темноты под свет уличного фонаря, что пробирается через окно, будто настоящий демон. Его глаза сверкают, а на губах застыла привычная ухмылка. Он обязательно сейчас произнесёт какую-то глупость, от которой сердце пропустить удар.

— Значит уйду я!

— Никуда ты не уйдёшь!

Не успеваю делать шаг, как Арон хватает меня за локоть и дергает на себя. Впивается взглядом в мои губы и приглушенно рычит:

— Проложим на чем остановились? Весь день на тебя стоит. Думать нормально не могу.

— Так пойди и сними напряжение со своей шлюхой! — резко выпаливаю я. И вот, снова, на те же грабли. Он так умело подстёгивает и я взрываюсь на эмоциях.

— Не вставляет она меня, — его рука опускается мне на поясницу, и я упираюсь животом в каменный пах. — Меня вставляешь ты!

Почему эти глупые слова так сильно действуют на меня? Почему рядом с этим мальчишкой становится все так сложно и через чур?

— Давай просто продолжим то, на чем остановились в обед?

— Не продолжим! — отталкиваю парня от себя. Пока у меня ещё остались хоть какие-то силы сопротивляться — я буду это делать. — Иди опустошай мой холодильник. Или ещё что… а лучше уходи отсюда! Я устала и хочу в душ!

Отступаю от него и направляюсь в ванную. Нужно будет, проведу там всю ночь. Вот только слова, которые долетают до меня через секунду, пугают до чёртиков своей решительностью, заставляя замереть на месте.

— Душ? — иронично замечает Арон. — Отличная идея. Как я сам до этого не додумался?

.

Я не успеваю закрыть за собой дверь в ванную. Мне мешает нога Арона. А потом, наглая рука парня и вовсе дергает ее на себя, заставляя испытать настоящее отчаянье. Его взгляд красноречивее любых слов. Чёрные глаза уже отымели меня у того умывальника.

В горле застревает ком. Он мешает говорить и дышать, поэтому дальше действует Арон. Мое замешательство его наглостью парень расценивает по своему. Расценивает как согласие.

Один шаг и я в плену. В плену его рук, глаз, губ.

— Арон…

— Замолчи. Отключи голову на одну ночь, — рычит мне в губы.

— У тебя все так просто, — выдыхаю в ответ.

— А зачем усложнять, когда оба хотят друг друга?

— Слишком много в тебе самоуверенности.

— Да? — чёрные глаза опасно сверкают, а ладонь бесцеремонно проталкивается под одежду. Его пальцы нагло собирают выступившую влагу и Арон демонстрирует мне, растирая ее по пальцам.

Боже…

— Ещё вопросы будут? — но потом передумав, он добавляет: — Хватит трепаться, Лера!

Закрывает мой рот своим, срывая с губ стон и начинает раздевать меня. Тело до сих пор помнит его прикосновения, но мозг все равно протестует. Впрочем, недолго. Когда поцелуй становится глубже и влажнее, я сдаюсь. Расслабляюсь в сильных руках и вступаю в игру.

Отключить голову на одну ночь? Можно попробовать. Деваться-то уже некуда.

У него красивое тело. Сильное, молодое. Его хочется трогать, скользить, царапать…

— Покажи мне себя настоящую. Со мной можно. — Нашептывает змей искуситель. — Я точно не осужу.

— После, отстанешь?

— Не обещаю, — пялится на мое кружевное белье.

Я раздеваю его, а он меня. Целуясь, мы оказываемся в просторной душевой кабинке. Он не перестаёт меня разглядывать. Впервые за все время мы видим друг друга без одежды при достаточном количестве света. Становится неуютно. Мне не двадцать пять, как этому юнцу…

Из-под потолка начинает литься вода. Его разукрашенный натренированный торс покрывается мелкими каплями.

— Зачем столько тату? — не удерживаюсь, повторяю пальцем узор на коже. Под пальцем ощущаю, как от моих прикосновений появляются мурашки.

Арон рвано выдыхает и опускает голову вниз, наблюдает за моими прикосновениями. Этот момент кажется очень интимным. Я переступила очередную черту и теперь мне действительно интересно что обозначают эти узоры? Что они скрывают?

— Хватит, — он хватает меня за руку и заводит ее за мою спину дергая на себя. Вжимая меня в себя.

Я ощущаю животом его налитую плоть. Облизываю губы, слизывая капли воды.

Арон неправильно расценивает это действие и неожиданно его огромная ладонь ложится мне на плечо, надавливания. Заставляя опуститься на колени.

— Даже не думай, что я стану тебе сосать! — вскидывают голову и зло шиплю.

— Ну ладно, — как ни в чем не бывало дергает плечами. — Стоило попробовать. Тогда по старинке.

Арон разворачивает меня спиной, прижимая к ледяной стеклянной перегородке грудью, а сам пристраивается сзади. Не медлит. Входит меня.

Еле слышно скулю от неожиданного давления. У него не маленький размер. Мне нужно привыкнуть иначе — это игра в одни ворота.

— Мне подождать? — неожиданно раздаётся позади. Арон будто бы услышал мои мысли.

Он начинает касаться меня. Его прикосновения медленные, нежные. Это расславляет. Он ласкает спину, сжимает грудь, гладит живот. Играет с моим телом, а оно проигрывает.

Пальцы касаются чувствительной точки и начинают кружить вокруг неё. Шумно выдыхаю, надеясь звук льющейся воды заглушит мой стон.

Вторая рука ложится на шею и Арон глубоко толкается во мне. Ещё раз. Ещё… Указательный палец очерчивает мои губы и проскальзывает в рот. Обхватываю его. Меня окончательно ведёт.

Его толчки медленные и глубокие, а пальцы другой руки настойчивыми движениями ласкают клитор. Сжимают, надавливают, невесомо касаются чувствительных складочек и потеряв голову от накатывающего удовольствие я начинаю посасывать его палец, хотя минутой ранее была достаточно категорична.

Что он со мной делает?

— Привыкла? — наигравшись, он снова окольцовывает мою шею и ускоряет темп. — Блядь… так узко… я сейчас кончу.

— Не в меня, — задыхаясь шепчу.

Черт, я до сих пор не купила противозачаточные.

— Ты сказала, что на таблетках.

— Закончились!

Не думаю, что он в курсе всех тонкостей принятия противозачаточных, поэтому ляпаю первое, что приходит в голову.

Арон грубо матерится, но выполняет просьбу. Доведя меня до оргазма он еле успевает выйти из меня и кончает прижавшись к ягодицам.

— Тебе никогда не хотелось семью? — Арон лежит у меня в ногах и нежно гладит их. Эти невесомые движения снова заставляют чувствовать накатывающую волну возбуждения, несмотря на то, что его член вышел из меня пятнадцать минут назад. Такими темпами он сделает из меня нимфоманку. Потому что каким-то чудным образом, все, что бы Арон не делал со мной, приносит удовольствие.

Но, а сейчас? Чего он добивается сейчас? Тело мое поучил, теперь пробирает в душу?

— Я конечно с трудом представляю тебя домохозяйкой у плиты, ну а дети? Ты разве никогда не хотелось такую же красивую дочку как ты? — он дергает голову в мою сторону, и наши взгляды встречаются. В его чёрных глазах нет иронии. Я впервые вижу там абсолютный штиль и умиротворение. А ещё там если еле уловимая тень интереса. Ему правда интересна моя жизнь?

Давно я ни с кем не говорила по душам.

— М… я была беременная… — тяну на себя край простыни. Откуда не возьмись, появилась острая необходимость прикрыться. Наверное это защита подсознания, потому что сейчас оголяется моя душа.

— Ты потеряла ребёнка? — его пальцы, выводящие незамысловатые узоры на коже, замирают. Голос снова становится ледяным.

Хуже… я добровольно убила своего ребёнка, потому что была самой настоящей тупицей, думающей не о том о чем действительно стоило.

Этот бурный ответ оседает исключительно в моих мыслях, а вслух я произношу другое:

— Я сделала аборт.

— Зачем? — искренне не понимая, Арон смотрит на меня. Поднимается на локтях, чтобы лучше меня видеть. А мне вот наоборот — хочется спрятаться, а лучше провалиться сквозь землю. Об этом думать противно, а говорить вслух ещё хуже.

— Потому что его потенциальный отец, который вовсе не хотел становиться отцом, решил что ему это не нужно. А я… а я думала что я люблю этого потен отца. Люблю настолько сильно, что смогу жить только ради него и себя и никакие дети нам не нужны, раз для него это не важно.

— Блядь, только не говорить сейчас, что ты так красиво завуалировала своего депутатика. Потенциальный отец… и прочая херня.

— Это вообще-то не твоё дело, Арон! — чувствую, как к горлу подступает ком. Я не разревусь перед ним. Мою изречённую душу, которую я затоптала глубоко в себе — ему не увидеть. — Я не понимаю к чему этот разговор? Ты хотел мое тело, бери!

— Теперь я хочу твою душу, — невзначай бросает он и продолжает: — То есть, ты сделала аборт из-за того, что эта мразь не захотела принимать ребёнка?

— Арон, хватит! — голос дрожит, как натянутая стена. Вот-вот лопнет.

— Вот же мудак! Трахал тебя, трахал, ещё и сухим из воды вылез? Ему повезло что он сдох, иначе я бы лично его придушил.

Это была последняя капля. Эмоции, которые столько лет душили меня изнутри, находят брешь и выливаются наружу.

Я отворачиваюсь от Арона и собираюсь уйти в ванную, потому что слёзы горячими дорожками обжигают щёки, а из груди вот-вот вырвется сдавленный всхлип.

— Стоять! Мы не договорили! — Арон хватает меня за щиколотку и тянет на себя.

— Доволен?! — рявкаю на него, демонстрируя своё раскрасневшееся и заплаканное лицо.

— Доволен! — рычит в ответ. — Хотя ни хера не доволен. Женские слёзы вызывают у меня обратный эффект. Только не говори, что ревешь из-за своего мудака. Потому что он настоящий мудак если заставил тебя сделать аборт. Я бы никогда в жизни не поступил бы так. Нужно было б и десятерых воспитал бы.

— Даже если бы это был ребёнок от Жасмин? — на эмоциях выпаливаю я.

— Ну, ты блядь не сравнивай!

— Ну, а вдруг я для Андрея была своя собственная Жасмин? Я просто смирилась с этим. Знаешь, мальчик, любовь — такая дрянь!

— Не знаю! — зло выплёвывает. — Если бы Жасмин залетела от меня, я бы купил ей квартиру и замкнул бы ее там с ребёнком, пока тому не исполнилось бы восемнадцать. Но слава Богу с реакцией у меня все нормально. Знаю когда вытащить. К слову, я предпочитаю трахаться в резине. Так что…

— Да? Что-то я не заметила.

— Ты гребанное исключение.

— Приму за комплемент, — невесело ухмыляюсь.

— Принимай, как хочешь! — Арон откидывается на кровать и закидывает руки за голову. Смотрит в потолок.

— И да, Арон, — еле слышно произношу, — я всегда хотела дочь…

.

— Я тоже, — немного помедлив еле слышно произносит он, — такую же красивую, как и ты.

Что?

Арон поворачивает голову в мою сторону и снова возобновляет движение пальцев по моей коже. Его взгляд чёрные, сверкающий, но что там скрывается в глубине души мне так и не понять.

Для чего все это? Зачем эти разговоры?

Они действуют на меня плохо, заставляя взглянуть на этого юнца с другой стороны.

Мое сердце до сих пор не отошло от накатившихся эмоций, но сейчас оно начинает стучать с новой порцией адреналина, потому что Арон поднимается и начинает ползти ко мне.

Его пальцы накрывают мои колени и скользят вниз к бёдрам, по пути собирая в гармошку белую простыню, которая служила хлипкой преградой к моему обнаженному телу.

Его движения медленные, плавные. Взгляд из-подо лба пробирает до костей. Я знаю, Арон снова хочет заняться со мной сексом — это я могу прочесть в его взгляде беспрекословно. Но там есть ещё что-то другое… то что запечатано для меня под семью замками.

— Расслабься, — крупная ладонь накрывает мой подрагивающий живот, а темная макушка ныряет между ног, разводя колени в стороны.

— Арон… что ты…

Дальше слова не идут, потому что я со стоном валюсь на подушки.

С ума сойти…

Его наглый язык раздвигает нежные складочки и толкается в чувствительную точку. Это действие заставляет тело вспыхнуть огнём.

Пальцы впиваются в простынь, сжимая ее в кулаки. Такого со мной ещё не было. Обычно оральный секс был моей участью. Андрей никогда не опускался передо мной «на колени».

Да и мне этого не хотелось. Однажды, очень много лет назад. Мой первый молодой человек предложил мне попробовать подобные ласки, но то что он делал там своим языком не приносило мне ни капли удовольствие, поэтому такой вид секса я исключила из списка приносящих удовольствие. Я вполне могу обойтись классическим стилем и не классическими позами для разнообразия.

Но то, что сейчас вытворяет Арон — сводит меня с ума. Хочется кричать и умолять его, чтобы он не останавливался. Чтобы продолжил это порочное удовольствие, хотя б ещё на несколько минут.

Каждое движение отзывается во мне неконтролируемой бурей ощущений. Новой порцией влаги, которую он с особым извращенным удовольствием слизывает.

Боже… это настоящее безумие.

— Все, Арон… хватит…

— Не хватит! — его хриплый голос рассыпается мурашками по телу, а когда ладонь накрывает грудь, пропуская между пальцами сосок — я готова разлететься на части. Секс с Ароном наполняется новыми красками.

Сколько же у него было девушек, что он обладает таким опытом?

Черт…

Быстрые движения его языка скручивают внизу живота узел возбуждения. Неконтролируемого, желающего взорваться громкими стонами.

И я взрываюсь. Арон добивается своего. С его именем на губах я кончаю, получая в ответ удовлетворённое рычание.

Неожиданно Арон подхватывает меня под ягодицы и резко погружается, глядя прямо в глаза. Не знаю, что Арон там увидел, но уверенна — это играет против меня, потому что с лица этого парня не сходит удовлетворённое выражение.

К моему огромному удивлению, Арон не берет меня в своей излюбленной грубой манере. Его касания отдают нежностью и это меня подкупает. Возможно, я ещё не отошла от порочного удовольствия, но я толкаюсь в него, намекая что хочу «глубже» и обвив руками крепкую шею, сама впиваюсь в губы. Арон жадно целует в ответ. Всасывает из меня весь воздух будто бы самому нечем дышать.

В этот момент я начинаю чувствовать к нему то, что ни в коем случае не должна чувствовать.

— Понравилось, — не спрашивает, утверждает прямо в губы.

— Понравилось, — чего скрывать. — В этом «вопросе» у тебя похоже много опыта. И сколько же девушек имели такого рода удовольствие?

— Ни одна! — чеканит. Слова пробирают до костей. Они сквозят честностью.

Это заставляет меня растеряться и Арон пользуется этим.

Его толчки становятся быстрыми и отрывистыми и из-за очередной волны удовольствия, я совсем упускаю тот момент, когда он без разрешения кончает в меня.

— Как дела на любовном фронте? — произношу с иронией, подглядывая как Яннис блуждает невидящим взглядом по строкам меню.

Невооружённым взглядом видно, что его что-то беспокоит. И судя по тому что в последний раз мы расстались, когда его порог перешагнула Ольга — проблема заключается в ней.

— Любовном фронте… какое уместное сравнение ты подобрала, — сухо произносит друг и громко захлопывает меню. — Пожалуй остановлю свой выбор на чёрном кофе.

— А я наоборот. Не откажусь от из фирменного блюда и десерта. И да, потом можно чашечку кофе.

— Мне очень приятно видеть тебя в таком приподнятом настроении. Признаюсь честно, на долю секунды мне показалось, что я теряю тебя.

— Мне тоже так показалось, — коротко отвечаю не желая продолжать эту тему.

На днях я поняла, что отношения с Саниным были огромнейшей ошибкой. И как хорошо, что последний месяц я все-таки дошла до этого осознания и пыталась всеми силами выйти из них… Как бы Андрей меня не удерживал.

Сейчас я совершаю не меньшую ошибку, но Арон уже больше недели не появлялся на моем пороге, поэтому скорее всего я мальчику наскучила.

В какой-то степени я благодарна ему за необычный и незабываемый опыт. После него осталось приятное послевкусие.

— А мне вот наоборот, хотелось бы узнать что происходит в твоей жизни.

— Принятие, — пожимаю плечами. — Я расскажу тебе взамен на ответную информацию. Что произошло между такой и Ольгой? Ты же в ней души не чаял.

Конечно я не расскажу Яннису о том, что неделю назад кувыркалась с его младшим братом. Я до сих пор не могу смотреть ему в глаза. На острые скулы, темные брови… переносицу. Куда угодно. Только не Яннису в глаза. Да и эту встречу я оттягивала как могла. Целую неделю у меня вечно возникали непредвиденные обстоятельства. Но сегодня я согласилась пообедать, потому что у Янниса начали бы закрадываться сомнения не скрываю ли я от него что-то?

Он как никто другой может почувствовать, что я что-то утаиваю. Мне этого не нужно. Не люблю врать Яннису.

— Мне сложно об этом говорить, сразу начинаю себя чувствовать беспомощно никчемным. И хоть ситуация обернулась в мою пользу, мне сложно принять Ольгу обратно. Я пока не готов. Ведь я правда в ней души не чаял.

Яннис прерывается, потому что возле нас появляется официант и мы делаем заказ.

Он — как и ранее говорил, заказывает одно кофе, а я непонятно почему заказываю себе еды на нескольких человек.

Когда нам приносят наши заказы, я заставляю Янниса продолжить.

— Да и рассказывать тут не о чем…

— По твоему задумчивому виду, мне кажется есть что, — окидывают взглядом все тарелки и пододвигаю к себе блюдо от шефа. Запах чеснока моментально ударяет в нос и к горлу подкатывается ком. Кажется, я переборщила со своими желаниями поесть.

— Ольга переспала с Тимофеем, — звучит как гром среди ясного неба. Чтобы не смотреть мне в глаза, Яннис отворачивается к окну так и не протиснувшись к кофе.

— Что? — чуть ли не давлюсь воздухом. — С Тимофеем? Твоим водителем? С ума что ли сошла?

— Это ещё не все, — горько продолжает он, — раз хотела узнать — слушай дальше. Она переспала с ним и забеременела. Потом клялась что ребёнок от меня. Что с Тимофеем у неё ничего не было. Сказала, была лишь одна приватная встреча, представляешь?

— Что с Тимофеем? — не живым голосом спрашиваю я, потому что слишком шокирована услышанным. И потому что я знаю — это человек может быть жестоким.

Водителя Янниса я не видела уже где-то три месяца. Последнее время Яннис сам за рулем. Говорил ему так больше нравится.

— В общем после долгих бесед, мы сошлись на том, что Ольга делает ДНК-тест и если мое отцовство подтвердится, мы продолжим беседовать. На днях мое отцовство подтвердилось.

— Как ты узнал о них…

— Случайно наткнулся на разговор, который по своей тупости забыл удалить с видеорегистратора этот недоумок.

— Что с Тимофеем?

— Нет его больше! — резко отвечает он.

— Как это нет?

Яннис замялся не желая отвечать на мой вопрос.

— Я попросил прослушать их телефона и убедился в своих подозрениях, хотя Ольга все отметает. До сих пор твердит, что тогда до секса у них ничего не дошло. Я не верю ей. Но какое-то проклятое чувство внутри меня гложет и не даёт возможности разорвать до конца с ней отношения.

— Ты убил Тимофея? — еле слышно шевелю губами я.

— Отослал из города, — недовольно выдыхает. Отворачивается к окну, будто бы снова что-то недоговаривает. — Пригрозил, если он вернётся, отрублю ему руки и ноги! — как ни в чем не было мужчина тянется за своим кофе.

А я наоборот, отодвигаю от себя тарелку с едой. Меня почему-то резко начало тошнить и весь аппетит куда-то улетучится. То ли это из-за чеснока, но что-то подсказывает, что в этом виноват Яннис.

— Я отойду на минутку, — поднимаюсь со своего места.

— С тобой все нормально, — Яннис резко подрывается за мной обеспокоено глядя. — Ты побледнела.

— Да, все хорошо! Я сейчас вернусь.

Зайдя в уборную, тут же прикрываю нос ладонью. Никогда не замечала что в этом месте такой отвратительный ароматизатор. Сегодня что-то не так с моим обонянием.

Смотрю на своё отражение. И правда бледная. Ещё бы. После такого рассказа не только побледнеешь. Как Янниса мог все время молчать и вариться в этом сам? Я не представляю каково ему сейчас…

Умываюсь, чтобы хоть как-то прийти в себя и возвращаюсь. Мой друг уже допил кофе и сидит, внимательно читая что-то на телефоне. Его вид внушает страх. Брови сведены, а челюсти плотно сжаты.

Проковырявшись в еде, прошу официанта убрать от меня все блюда кроме десерта.

На удивление, десерт оказался очень приятным. Я его даже успеваю съесть больше половины, но потом, отложив свой телефон Яннис пристально начинает смотреть на меня. Так что вдоль спины пробегает холодок.

— Что случилось? — непонимающе смотрю в ответ.

— Когда ты собиралась рассказать, что спишь с моим братом?

.

— Что? — вмиг теряюсь. Все слова вылетают из головы. Таким поведением я выдаю себя с потрохами. — Ты о чем?

Яннис откладывает телефон и складывает перед собой руки сжатые в замок. Его взгляд режет без ножа, желая докопаться до истины.

— Я, как внимательный старший брат, не проигнорировал твои слова и поставил своих людей следить за Флоровым и Ароном. Я узнал много интересного, но на поверхности оказалась твоя связь с Ароном. Как такое могло произойти, не поделишься?

— Я… я не понимаю о чем ты говоришь… не знаю, что наплели твои люди, но это все ложь… Тебе стоит пересмотреть свою охрану.

— Валерия, — снисходительный тон и кривая полуулыбка убивают меня окончательно. — Давай опустим все эти оправдания и приступим к главному. Я не вправе вмешиваться в твою личную жизнь, но связь с моим братом лучше прекратить.

Я потеряла способность говорить. Мне очень сложно ему врать. Мне стыдно и хочется провалиться сквозь землю, все лишь бы не присутствовать при этом разговоре. Чувствую себя какой-то школьницей, которую отчитывает папа за то, что она встречается с плохим парнем. С каким-то наркоманом из плохой компании.

Я не могу возразить, не могу оправдаться, не могу взбеситься… единственное, что я могу — это подняться и уйти.

Разбираться почему мне не стоит связаться с Ароном я не собираюсь. Это и так понятно. Мы разные. У нас разные пути. Наша связь была ошибкой, но признать это в лицо Яннису не хватает смелости и сил.

Поэтому я молча поднимаюсь и ухожу. Пусть думает что хочет. Не буду осуждать его если он плохо обо мне подумает. Я сама о себе не высокого мнения. Повестись на соблазн мальчишки, могла только самая отчаянная женщина.

Черт… как все перепуталось… Какой он к черту мальчишка?! Он взрослый мужчина, который знает чего хочет от жизни. Его максимализм испариться, а во всем остальном он ни чуть не уступает Яннису.

— А знаешь что? — резко падаю на место и у меня начинает кружиться голова. — Нет никакого объяснения тому, что я переспала с Ароном. И не раз, кстати. Можешь призирать меня и ненавидеть…

— Он партия не для тебя, Лер, — обрывает меня мужчина. — Вы слишком разные. И лучше прекратить ваши встречи, пока не случилась беда.

— Какая беда?

Выжидающие смотрю на него, но друг не спешит отвечать на мой вопрос. Он что-то скрывает, но в этот момент мне глубоко наплевать что.

Не дождавшись ответа я ухожу. Во мне кипит множество эмоций, половине из которых на не могу подобрать причину.

Закрывшись в собственном авто я ещё некоторое время смотрю как на лобовом стекле появляются капли воды и стекают неровными ручейками. Ноябрьский мерзкий дождь сейчас идеально подходит под мое нынешнее состояние.

Меня тошнит. Болит голова. Меня раздражают окружающие запахи… да ещё и Яннис со своими претензиями. Может он и за мной следит?

Я решаю остаток дня провести дома. Пишу Вете сообщение, что она сегодня за главную и выруливаю в сторону дома. Но перед этим нужно заехать в аптеку и купить что-нибудь от головной боли.

Заехав в ближайшую аптеку и выложив фармацевту свои симптомы, удивляюсь когда девушка протягивает мне тест на беременность.

— Я не беременна!

— Вы уверенны? Потому что ваше состояние и описанные симптомы очень напоминают беременность.

Она издевается надо мной?

— Я не беременна! Я принимаю…

Слова дальше не идут, а перед глазами яркими вспышками воспроизводятся сцены, где мы с Ароном занимаемся незащищенным сексом.

Не может быть…

Молча кинув деньги и забрав розовую упаковку я покидаю аптеку.

Не может быть…

С этими мыслями я стою через полчаса в ванной и таращусь то на инструкцию, то на своё бледное отражение в зеркальной поверхности.

От этого бессмысленного созерцания меня отвлекает звук дверного звонка. Я хватаюсь за это как за спасательную ниточку и оставив все как есть, выхожу из ванной.

Утопая в собственных мыслях, по глупости забываю взглянуть в глазок. А когда распахиваю дверь, вздрагиваю от ужаса.

Передо мной стоит побледневший Арон. На его лбу испарина, а правая рука зажимает окровавленное левое плечо.

— Я войду? — еле слышно произносит он и не дожидаясь ответа вваливается в мою квартиру.

— О Боже! Что с тобой?

— Шальная пуля, — нехорошо улыбнувшись он прислоняется к стене и оставив на ней, кровавый след, съезжает на пол.

— Да не мельтеши ты так!

До меня долетает голос Арона, когда я хожу туда-сюда, пытаясь трясущимися пальцами набрать номер скорой.

Мне удалось, не без помощи самого парня конечно же, перетащить его на диван и сейчас развалившись на нём, Арон чувствует себя вполне комфортно.

— Что? — останавливаюсь напротив него.

— Если бы я знаю, что ты так бурно отреагируешь, точно бы сюда не сунулся. Мне казалось я тебе безразличен, — дергает бровью. На его бледном лице это выходит совсем не иронично, как задумывалось. Слабая попытка скорее всего.

— Твоё плечо, Арон! Может быть тебе еще и по мозгам отрикошетило?

— Брось! Обычная царапина. Но если ты очень сильно переживаешь за диван, я куплю тебе новый. Такой же.

— Нужно куда-то позвонить! — нервно трясу телефоном. В подобной ситуации я впервые и черт возьми, я не могу собраться.

— В скорую не вздумай звонить! — рычит на меня, взглянув из-под лба. На белом лице его чёрные глаза смотрятся особенно устрашающе.

— А куда? — беспомощно шепчу.

— Яннису, — недовольно фыркает. — Брату звони.

Так и сделаю. Яннис… почему я сразу о нем не подумала? Его хладнокровное спокойствие сейчас будет очень кстати.

Я набираю номер друга, совсем позабыв о нашей обеденной встречи и обеспокоенным тоном, прошу его приехать ко мне не вдаваясь в подробности. Надеюсь мой голос был достаточно внушительным, чтобы друг без всяких расспросов приехал ко мне.

Яннис приезжает через пятнадцать минут.

— Что происходит? — летит меня, как только я распахиваю перед Адамиди дверь.

— Там Арон… он ранен! — мой голос срывается. Сквозит истерикой.

Мужчина отодвигает меня в сторону и проходит в квартиру. Брата находит сразу, так как моя квартира это огромное пространство без простенков, разделённое на зоны. Отдельные комнаты — ванная и спальня. Но Арон находился не в спальне.

— Когда ты успел потерять голову? — Яннис подходит к младшему брату и рассматривает его плечо.

— Ну, так это благодаря тебе я оказался у Мирана, — ухмыляется. — Нужно было учесть мой вспыльчивый характер.

— Идиот! — рычит на него и поворачивается ко мне. — Где здесь можно вымыть руки?

— Там. Ванная. — Указываю в нужную сторону.

— Ты что впервые здесь? — неожиданно задаёт вопрос Арон.

— Да, в отличие от тебя. Без приглашения не прихожу. — Намекает, что ему известно о нашей связи.

Плевать. Главное, чтобы с этим идиотом Ароном все было в порядке.

— Лера, — слышится буквально через секунду. — Подойди, пожалуйста.

Что там ещё? Мыло не может найти?

Зайдя в ванную, на меня рушится осознание, зачем меня позвал Яннис. Замираю. Каменею. На умывальнике лежит тест на беременность и развёрнутая инструкция. Мужчина оглядывает все это хмурым взглядом и переводит взгляд на меня.

— Это, что?

— Это. Ничего. — Быстро захлопываю дверь, и начинаю собирать разбросанные предметы. Заталкиваю все это в нижний ящик. — Мой свои руки.

Черт из-за этой ситуации с младшим Адамиди, я совсем забыла о тесте. И кто теперь идиот?

— Ты что беременна? — сквозь зубы, приглушение спрашивает Яннис.

— Нет! Не знаю…

— Кто отец?

— Я не знаю, Яннис! Иди, пожалуйста, разберись со своим братом. Ему нужна скорая, а он наотрез отказывает ее вызвать.

— Лера, чей это ребёнок?

— Андрея, ясно? — как можно тише рычу. — Это Андрея ребёнок!

Конечно же это ложь. Ребёнок от Андрея умер ещё зародышем, и после этого я ни разу за все время не пропустила приём противозачаточных.

И только в день похоронен, я выкинула таблетки в урну, думая что они мне больше никогда не понадобятся.

— Ты уверена?

— На все сто процентов! — продолжаю лгать. Сама пропитываюсь ложь. Так будет лучше. — Мой руки и иди к своему брату.

Выхожу из ванной и тут же натыкаюсь на потемневший взгляд Арона.

— Он что ли заблудился там? — прищурившись, спрашивает Арон.

Парень не должен был услышать наш разговор. Это не возможно.

— Не мог найти антисептик.

— Ну вот и все! — через два с половиной часа мучительного молчания, мужчина, который вроде как имеет медицинское образование, одобряющие хлопает Арона по перевязанному плечу. — До свадьбы заживет! — удовлетворительно хмыкает и поворачивает к Яннису: — У тебя брат счастливчик!

— У меня брат — идиот! — грубо произносит он.

Этого худощавого мужчину с серым лицом и впалыми щеками, привёл в мой дом Яннис.

Доверия он не внушал, но Адамиди заверил, что Прохоров профессионал своего дела и если Арон не хочет светиться — это единственный вариант предоставить ему необходимую помощь.

По виду Арона, казалось парню абсолютно плевать, что происходит вокруг. Казалась, его совсем не беспокоит дырка в левом плече. Болезненный вид, выдавало лишь бледное лицо.

Как оказалось, «Васильевич» — выездной врач для избранных. Он молча проделывал все манипуляции, а мы молчали вместе с ним.

Я в растерянности наблюдала за происходящим, Яннис тоже пристально следил, будто бы что-то понимал в этом, а Арон все это время проторчал в телефоне. Даже бровью не повёл, когда этот недо-доктор ковырялся в его ране. От обезболивающего он отказался, поэтому я и представить не могу какая сильная у него должна быть выдержка.

Все это время, я не только наблюдала, но и тонула в собственных мыслях. Боролась. Противились. Но в конце концов проиграла.

Пока врач бурно рассказывал Яннису как нужно делать перевязку, я незаметно прошмыгнула в ванную комнату.

За эти два часа, я себе внушила что не беременна. Это просто какой-то гормональный сбой. Стресс… или что-то другое. И чтобы подтвердить свои мысли, решаю достать тот злосчастный тест и сделать его.

Убедившись, что дверь в ванную комнату заперта, под фоновый шум мужских голосов я ещё раз пробегаюсь глазами по инструкции. Выполняю все пункты и жду. Ожидание оказывается невыносимым. Эти пять минут длятся целую вечность. А ещё меня одолевает страх… Что если я все-таки беременна? Как быть? Аборт? Нет. Ни за что! Это я уже проходила. Но мне ведь уже давно не двадцать… Я в замешательстве.

По истечении времени, трясущими пальцами я переворачиваю полоску и забываю как дышать. Две ярко-красные полоски «смотрят» на меня, обжигая все внутренности огнём.

— О Боже… — выдыхаю еле слышно.

Выбрасываю тест в урну. Следом летит все остальное: помятая инструкция и коробка.

О Боже… во мне развивается новая жизнь. И это ребёнок Арона… Он не должен об этом узнать. Яннис думает, что я беременна от Андрея, а Арон вообще об этом не узнает.

Не могу объяснить откуда, но неожиданно у меня появляются силы. Я четко осознаю, что хочу этого ребёнка. Вряд ли судьба снова подарит мне такую возможность.

Решено. Я рожу ребёнка и подарю ему самую лучшую жизнь. У меня все получится. Мне больше никто не нужен.

Не выхожу из ванной ещё спустя несколько минут. Мне нужно время привыкнуть к новому положению дел. К жизни, которая за ничтожную секунду перевернулась на триста шестьдесят.

Открыв дверь, я натыкаюсь на Арона. Он будто бы чувствовал…

— Все нормально? — слегка сдвинув брови, его обеспокоенный взгляд изучает мое лицо.

— Да. Отлично! Это не у меня нужно спрашивать. Ты как?

Опускаю взгляд вниз и пытаюсь обойти его. Мне сложно смотреть ему в глаза. Я решила лишить его ребёнка. Нужно ещё и с этим смириться.

— Ты уверена? — Арон закрывает собой путь. Из-за внушительного телосложения, ему это очень легко удаётся. — Ты будто бы не здесь.

Арон

Слегка морщусь, когда сдираю с себя лейкопластырь. Откидываю бинт и его в раковину. Вытаскивать пулю было не так мерзко, как отдирать эту дрянь от себя. Обрабатываю шов и снова заклеиваю дырку.

Я бы с особым извращённым удовольствие заставил Леру сделать мне перевязку, но эта малышка куда-то умчалась. Утром сгоняла в аптеку, купила что нужно. Загрузила ванную и ее как ветром сдуло. Сказала скоро вернётся и приготовит ужин.

Если бы я знал, что она станет такой заботливой, раньше бы под пулю кинулся.

Это Миран виноват. Сукин сын. Предупреждать нужно, что не все его должники дружат с головой. Ну и мне хороший урок. Больше я с ними беседовать не буду. К черту мелочиться с ними.

Теперь у меня заслуженный выходной. Ещё мою железную леди после ужина разведу на секс и можно с уверенностью сказать, что кажется я сдох и попал в рай. Для меня ни разу ужин не готовили. Мать ни в счёт.

Хотя последние сутки, Валерия не в духе. Может я реально перегнул сунувшись к ней. Испугал девочку? Хер знает.

Нужно ее как-то расшевелить.

Собираю грязные бинты и выбрасываю их в урну. Взгляд цепляется за какую-то розовую упаковку с беременной дамой. Отодвигаю в сторону весь хлам и достаю прямоугольную коробку.

«Тест на беременность».

Охуеть!

Дальше копаюсь и нахожу какую-то полоску с двумя красными линиями.

Это что ещё за хрень?

Достаю телефон и фотографирую эту дрянь Ольге. И следом набираю ее номер.

— Да, — слышится ее бодрый голосок на том конце.

— Я тебе фотку бабскую скинул, а ну быстро расшифруй!

А сам переворачиваю коробки и вижу что «две полоски» обозначает «положительно».

— Кто-то скоро станет папочкой? Вместе коляски в парке будем катать? — радостно щебечет Ольга через пол минуты. После ее воссоединения с моим братом, она заметно повеселела.

— Ты мне сейчас хочешь сказать, что это обозначает беременность? Ты уверена?

— Как ни странно, но ты по адресу обратился. Да. Это обозначает, что тот кто делал этот тест — беременный.

— Пока, — сбрасываю вызов, и чувствую холодок вдоль позвоночника.

Ахереть.

Эмоций нет вовсе. На меня напал какой-то ступор. Если я все правильно понимаю, Лера беременна от меня?

В районе солнечного сплетения лопается горячий пузырь. Все внутренности закипают. Но это приятное жжение.

Ахереть.

Не судьба ли это?

Улыбка сама ползёт на лицо. Ощущения странные. Я даже напрочь забываю о боли в плече.

Прячу полоску в карман джинсов и оборачиваюсь назад. Там хлопнула входная дверь или мне показалось?

Выхожу из ванной и вижу Леру. Она, как всегда, выглядит сногсшибательно, но сейчас ещё особеннее. Безупречный макияж, вылизанная одежда. Пакеты в руках…

Подхожу к ней и забираю пакеты. Нечего моей женщине тяжести тягать. Блядь, если бы знал что она поехала за продуктами, доставку бы вызвал.

Так вот почему она была такая загадочная? Она ещё вчера узнала о беременности. Я понял, что с ней что-то не так, но чтобы такое…

Мне до безумия хочется сгрести ее в охапку. Сжать покрепче…

— Ты чего такой радостный? — вдруг долетает до меня ее голос. Ее хмурый взгляд изучающе смотрит на меня. Лера снимает пальто не отрывая от меня глаз.

У меня нет ответа. Есть конечно, но я пока не собираюсь палиться о том что мне все известно. Подожду. Посмакую.

— Что на ужин? — выкладываю содержимое пакетов на столешницу.

— Паста. Я вижу тебе уже лучше, так что после ужина можешь не задерживаться. Я уверена, в твоей квартире тоже имеется очень мягкая кровать.

.

— Имеется, ты права! — отвечаю без заминки. — Хочешь убедиться в этом?

Несколько секунд она теряется в непонимании, а потом мило хмурит брови.

— Иди к черту! — фыркает мне. — Я переодеваться! Только попробуй пойти за мной!

Ну, вот зачем она мне это сказала? Провоцирует? Пойду ведь!

Подумать не мог, что буду сохнуть так сильно по особи женского пола. Ее и особью обозвать, язык не поворачивается. Особи обычно тупые с перекачанными губами, которые очень уместно смотрятся на члене. Такие губы засосут по самые яйца и не заметишь. А здесь…

Здесь все серьезно. Лера — моя женщина и конечно же, я как хищник следую за ней. Выждав совсем чуть-чуть, дав ей возможность скинуть больше одежды.

— Арон! — рычит она, когда я тихо прикрываю за собой дверь. — У тебя проблемы со слухом?

Скорее с головой…

Я застал ее в нижнем белье у зеркала. Черт, мне показалось или она рассматривала свой плоский живот?

— Красивая, — в горле пересыхает. Голос становится сиплым.

Лера мечется глазами по комнате, желая найти то чем можно прикрыться, но к моему огромному счастью все ее вещи лежат далеко.

Ей остаётся только насупившись, сложить руки на груди, прикрывая пышные полушария.

— Выйди!

— Не-а.

Подхожу к ней впритык и разворачиваю к себе спиной. Смотрю на наше отражение. Руки сразу приходят в действие. Ложатся на ее талию, покрывающуюся крупными мурашками.

— Смотри как мы ахуенно смотримся вместе.

Она меньше ростом. Ниже на голову. Раздета. Практически. А я больше неё в два раза. У неё смуглая кожа. Короткие чёрные волосы. Карие глаза. Родинка возле губ. Я хочу облизать эти губы.

Я вижу как торчат ее соски через тонкое кружево лифчика. Их я тоже хочу облизать…

— Мы совершенно не подходим друг другу. — Неожиданно ее голос разгоняет мои пошлые фантазии, которые я был намерен осуществить через секунду.

И только сейчас я осознаю насколько она скована. Стоит неподвижно в моих объятьях. Она вообще дышит?

— Тебе так кажется, — опускаю руки на смуглый живот и Лера дёргается.

Значит это правда. Беременна.

— Арон выйди! Я хочу одеться.

— А я хочу чтобы ты разделась.

— Обойдёшься!

Целую аккуратное плечико и чувствую как девушка начинает дрожать.

— Арон! — решительность в ее голосе становится болезненной. Но я, все же попробую стереть эту решительность. Впервые, что ли?

Накрываю ладонью кружевной треугольник, который совершенно ничего не скрывает и пробираюсь пальцами под нижнее белье. Там меня ждут. Какая же ты лгунья, Валерия.

Разворачиваю ее лицо и целую. Не отталкивает. Умничка.

Раздвигаю пальцами горячие складочки, размазывая выступившую влагу. Белье полностью пропиталось ей.

Хочет и молчит? Глупая.

Во мне кипит возбуждение. Бурлит. Обжигает. А ещё меня рвёт на части от другого.

От того, что в скором времени я стану отцом и матерью моего ребёнка будет она.

— Ты когда планировала сказать? — отдираю ее от себя, заглядывая в глаза. Больше не могу молчать. Хочу это услышать от неё лично.

— Что? — теряется.

— Это! — лезу в карман и достаю полоску, которую нашёл совсем недавно. Тест на беременность. — Что ждёшь ребёнка от меня. — Демонстрирую свою находку.

Если до этого Лера была напряжена, то сейчас она превращается в настоящий камень. А когда оживает — отлетает от меня как от Дьявола.

— Что? Как ты…

— Признаюсь честно, по мусоркам я обычно не шарюсь. Единичный случай. Но я не жалею.

— Кто… — она подлетает к одежде лежащей на кровати и быстро одевается. — Кто тебе сказал, что это твой ребёнок?

Удар под дых и контрольный в голову. Та боль в плече ничто по сравнению с тем, что я испытываю сейчас. К собственному удивлению сейчас я испытываю много чего, но на поверхность выныривает гнев, крепко берущий в свою власть.

Как это не мой ребёнок?

Лера

— И давно ты подсела на зелёный чай? Насколько я помню, ты всегда пила исключительно кофе. — Ольга хватается за свой чайничек с травяным чаем и наливает содержимое в чашку.

Моментально ударивший запах в нос, застревает комом в горле вызывая тошноту.

— Я конечно была удивленна твоему предложению попить чай где-нибудь. А ещё больше я была удивлена, что ты отказалась прийти в гости к… Яннису.

Ольга намеренно акцентирует на этом внимание, что она там не хозяйка. Потому что, похоже, до сих пор не может назвать дом Янниса «их» совместным домом.

Да. Не хотела бы я оказать в подобной ситуации. Сложно понять кто прав кто виноват, но как по мне, теперь, доверие будет крайне сложно заслужить и вряд ли они смогут вернуть былые отношение.

У меня тоже не все гладко. Перед глазами до сих пор стоит разгневанное лицо Арона. Я буквально слышала, как разбила его сердце и надежды в дребезги. Я думала он убьёт меня в тот момент. В прямом смысле этого слова.

Чувствую ли я себя отвратительной сукой, лишившей отца ребёнка? Я чувствую себе даже хуже…

Но это мой выбор. Какая у нас с Ароном может получиться семья? Никакая.

Мы разные. А ещё у нас огромная возрастная пропасть в одиннадцать лет. Для меня это веский аргумент.

У меня не только перед глазами стоит разгневанное лицо парня, но ещё в ушах до сих пор звучит оглушающий грохот закрывающейся двери. Арон с такой силой долбанул ею, что мне казалось она рассыпется на мелкие кусочки.

— Мы с Яннисом разошлись в интересах. Не думаю, что он сейчас захочет видеться со мной.

— Вы и не увидитесь. Он редко днём бывает в той квартире. Приезжает только глубокой ночью. Так зачем ты позвала меня? Неужели соскучилась?

— Мне нужен номер твоего гинеколога и чтобы об этом никто не знал.

Наша встреча — была вынужденной мерой. Мне не особо хотелось стоять в очередях или искать гинекологов. А у Ольги с этим проблем нет. Уверенна, Яннис выбрал для неё лучшего врача.

— Того, кто ведёт твою беременность, — аккуратно добавляю, поднимаю на неё глаза.

— Ты беременна? — сведя брови, хмурится Ольга. Будто сама не верит, что об этом спросила.

— Так ты мне дашь номер или нет?

— О Боже! Это ребёнок от Андрея? — прикрыв ладонью рот, изумлённо произносит.

И почему я не подумала, что обратиться к Ольге, будет бредовой идеей? Она никогда не отличалась чувством такта.

Честное слово, лучше бы я переступила через свою гордыню и обратилась к Яннису. Было бы больше толку.

— Стоп! А не от Арона ли ребёнок? Ты же вроде на таблетках с Саниным сидела. Он категорически против детей был. А Арон мне на днях звонил. Весёлый такой был. Прислал фото положительного теста. И знаешь что самое странной? Тест был на фоне плитки в ванной комнате очень похожую на ту, которую ты пять месяцев из Италии ждала. Я на всю жизни запомнила это мелкую мозаику.

Черт! Все она знает. Какая исключительно память, вашу мать.

— Если Арон узнает, что это его ребёнок — быть беде! Арон думает, что я беременна от Андрея.

— Ты с ума сошла? А что будет когда он узнает?

— Он не узнает, ты поняла меня? А если узнает, честное слово… я не знаю что с тобой сделаю! — выпаливаю не сдерживаясь. Потом добавляю спокойнее: — Ты единственная, кто об этом знает.

Слишком много лжи в последнее время. Решаю, что ей не нужно знать о том что ее муж в курсе кто отец ребёнка. Но я почему-то уверена, что Яннис не проболтается. По каким-то необъяснимым причинам, он против нашей связи с младшим Адамиди. Как в старые добрые времена и здесь мы на одной волне, хоть и не разговариваем.

.

— Ты совершаешь огромную ошибку! — откинув светлые волосы за спину, Ольга лезет в сумку за телефоном. — Я дам тебе номер моего врача, но сперва ты выслушаешь меня.

Напряжённо выдыхаю, но не возражаю. Хочу поскорее закончить с этим. Меня очень сильно тошнит. Неужели теперь так будет всегда?

— Арон, самый лучший из мужчин, которого только можно себе представить.

— Ты не задумывалась, что он лучший только для тебя? — выпаливаю не задумываясь. — Из-за твоей связи с его братом, у тебя некий туз в рукаве.

— Не перебивай! — отмахивается от меня и кладёт между нами телефон. — Под его неприятностью и вульгарностью скрывается настоящий мужчина, который никогда не оставит в беде. Он никогда не рубит с горяча. Всегда разузнает что к чему из разных источников, а после выясняет отношения.

Да? Мне так не показалось, когда он долбанул мою дверь в крепление. Хотя мне очень повезло. Теперь минус одна проблема. Я уверена. Мне хватит сил со всем справится самой.

— А ещё Арон будет замечательным отцом. Именно он нашёл ту клинику, где я сейчас обследуюсь. Именно он выбрал мне врача, чтобы тот вёл беременность, — продолжает Ольга.

Ее последние слова взывают у меня мурашки. Это неожиданно.

— А что делал Яннис?

— Яннис, как обычно, был занят. Тогда Арон приехал на пару дней и все организовал. А когда мы с Яннисом разошлись из-за глупого недопонимания, именно Арон заставил поговорить брата со мной.

Интересно, с каких это пор измена считается глупым недопониманием!

— Я помню, что Арон тебя привёл.

— Так вот! Лера, ты совершаешь глупую ошибку. Только из-за банальной женской солидарности и то что ты тоже не мало сделала для меня, я сохраню это в секрете. Но если ты не расскажешь Арону кто настоящий отец твоего ребёнка — быть беде. Ты не задумывалась, что он начнёт рыть?

Не задумывалась. Мне кажется я сделала ему больно, и он поверил в мою ложь. Боль настолько ослепила его, что он забыл о том что я говорила о противозачаточных…

— Я подумаю.

Даю ложное обещание. Ведь я уже подумала и менять ничего не собираюсь. Если бы было возможно, я бы даже уехала из города. Но может Арону станет скучно здесь и он сам уедет?

— Записывай номер, — холодно произносит Ольга.

Сохранив номер я облегченно выдыхаю. Наконец-то можно убраться отсюда. Завтра же запишусь на приём к врачу и стану на учёт.

Это все так волнительно и необычно. Кажется, будто бы в моей жизни все становится на свои места. Но какой-то привкус горечи на языке не даёт в полной мене насладиться моментом.

— Я надеюсь ты меня услышала! — напоследок кидает Ольга, когда я собираюсь уходить. Я так и не притронулась к своему чаю, но оставляю несколько купюр на столе.

— Я тоже надеюсь что мой секрет так и останется секретом.

С каким-то нехорошим предчувствием я возвращаюсь в цветочный бутик. На меня не могли так подействовать слова Ольги касательно Арона. Он молодой парень у него вся жизнь впереди. У него обязательно будут дети. Это просто дело времени.

Тщетно… как бы я не старалась, меня не убеждают собственные мысли. Наоборот, становится ещё хуже.

Глупости… это наверное те пресловутые гормоны беременных женщин. Его просто нужно выбросить из головы. Он очень отчётливо закрыл за собой дверь. Пусть это будет жирной точкой. Зачем ему спать с женщиной которая беременна от «другого»? Правильно. Незачем.

Когда я подъезжаю к цветочному у меня перехватывает дыхание. Мне сразу бросается в глаза красный Мерседес вдовы моего бывшего любовника. Женщина стоит возле входа и командует людьми, которые просто выносят мой магазин. В прямом смысле берут и выносят все его содержимое.

Какого черта?

— Что здесь происходит? — оказавшись за секунду возле бывшей жены Андрея, рявкаю на неё.

— О, Лерочка! Здравствуйте!

— Ты что делаешь? — захожу внутрь и вижу переруганные лица Веты и Лиды.

— Убираю лишний мусор! — ёрничает Марина.

— Какого черта? Это моя собственность!

— Серьезно? А по документам моя!

Эта нахалка достаёт из папки какие-то бумаги и суёт мне в руки документ который подтверждает ее слова.

Я смотрю на документ, где чёрным по белому написано, что собственником данного помещения является Вячеслав Андреевич Санин. Это сын Андрея, которому восемь лет. И до его совершеннолетия, собственностью владеет мать — Марина Санина. Я не понимаю как такое возможно, но со стороны выглядит довольно-таки законно. Реалистично.

Все-таки у Андрея нашлось чтобы время оформить собственностью. Правда не на меня, а на своего сына.

Урод.

— Хотя знаешь, — Марина начинает расхаживать по взад-вперёд с интересом разглядывая помещение: — У тебя здесь все так красиво, уютно и со вкусом. И магазин твой в городе у всех на слуху. Поговаривают, у тебя здесь чуть ли не самые лучшие цветы. Возможно, я разрешу тебе здесь работать, но только подо мной. Отныне твой бренд — мой бренд.

— Может быть тебе ещё машину и квартиру отписать? Или вернуть бриллианты, которые Андрей подарил мне на пятую годовщину? Ты можешь заглянуть в мусорку. Кажется, я там их оставила. Девочки, — обращаюсь к своим подчинённым, — на сегодня рабочий день окончен. Я вам позвоню.

Обойдя суку Марину, я поднимаюсь на второй этаж. Забираю некоторые вещи и ноутбук. Я держусь уверенно и стойко, хотя внутри у меня будто бы взорвался настоящий вулкан. Я задыхаюсь, а кровь превратилась в уничтожающую лаву. Она испепеляет меня изнутри.

Когда я спускаюсь на первый этаж, напичканное ботексом лицо Марины выглядит не так весело, как пять минут назад. Она что-то кричит рабочим, которые все это время в поте лица выносят мои вещи, а у входной двери я замечаю знакомую фигуру.

Высокий блондин в дутой куртке, хмуря брови следит за происходящим.

Черт! Кого судьба еще мне подкинет сегодня? Может быть сам Санин поднимется из могилы и придёт пожелать хорошего дня?

— Здравствуйте, Валерия! — следователь подходит ко мне и окидывает взглядом полупустое помещение. — Что здесь происходит?

— Почему бы вам не поинтересоваться у вдовы Санина? Вы же расследуете дело ее покойного мужа, так какого черта вы пристали ко мне?

— Там Марина Санина? — указывает на эту змею.

— Да, все верно!

— Отлично, она мне тоже нужна.

Флоров быстро переключается на неё. Обменявшись стандартным приветствием, мужчина достаёт смартфон и начинает показывать какие-то фотографии.

— Мы предполагаем, что взрыв произошёл из-за самодельного взрывного устройства, детонация которого, вероятней всего произошла от пульта. То есть подрывник знал когда именно нужно нажать кнопку, чтобы лишить вашего мужа жизнь. По вашей наводке мы проверили ту станцию техобслуживания и предполагаем, что взрывное устройство могли подсунуть именно там.

Дальше я решаю не слушать, так как это больше меня не касается. Но все же следующая фраза следователя заставляет меня замереть на месте и продолжать впитывать информации.

— Вы знакомы Арона Адамиди? Сможете осознать его по фотографии?

— Арон Адамиди? Нет? Впервые о таком слышу. Он как-то связан с Яннисом Адамиди?

— Они родные братья. Это фото с камер видео наблюдения. Здесь мы четко видим, как некий молодой человек в чёрной кожаной куртке останавливает возле машины вашего покойного супруга на несколько секунд. По виду можно подумать, что у него развязались шнурки… Вам знакомо внешность этого человека?

Фролов стучит пальцем по экрану, увеличивая изображение и показывает Саниной.

— Нет, — она качает головой. — Впервые вижу. На Янниса он точно не похож.

— А вам, Валерия, знакома его внешность? — Степан обращается ко мне, и я вздрагиваю. Перевожу взгляд на дисплей и «лавовая» кровь обжигающая мои внутренности резко застывает, заставляя органы сжаться.

Я даже неосознанно приближаюсь к ним, хотя этого не требуется. Подхожу просто для того, чтобы убедиться что воображение и зрение не играет со мной. Что я не настолько поехала головой. Но к сожалению со зрением было все в порядке. На фото я четко вижу профиль Арона.

.

— Впервые в жизни вижу этого человека, — в голос вкладываю все равнодушие, что имеется и для большей убедительности, пожимаю плечами.

— Ну да, конечно! — фыркает следователь и снова обращается к Марине: — На данный момент — это главный подозреваемый.

Находиться здесь, я не имею ни малейшего желания. Развернувшись, иду к выходу.

Внутри обжигает неприятное чувство. Отвратительное. Мерзкое. Огромная часть меня рвётся позвонить Арон и сказать ему, чтобы быстро убирался из города.

Желание позвонить парню с каждой секундой становиться все больше и больше и когда я захлопываю автомобильную дверцу, уже на автомате тянусь за телефоном и набираю сообщение Ольге:

«Мне срочно нужен номер Арона!»

Через минуту телефон вспыхивает входящим звонком. На дисплее отображается незнакомый номер.

— Да, — коротко отвечаю.

— Что хотела? — режет без ножа ледяной тон Арона.

— Мне нужно с тобой поговорить. Ты можешь ко мне приехать?

В трубке повисает неуютное молчание и я начинаю ерзать на месте, кусая губы.

Зачем он тянет резину? Не хочешь видеться, так и скажи. Я сброшу вызов, и моя совесть будет чиста. Практически. Я по крайней мере пыталась предупредить. Далее — не мои проблемы. Пусть дальше Яннис печётся о своём младшем брате.

Когда я уже начинаю жалеть об этом звонке, Арон оживает:

— Где и во сколько?

— Через час у меня.

Решаю быстрее отделаться от него. Чего время тянуть? Расскажу о том что мне известно и пусть проваливает.

— Хорошо. Через час у тебя. — Сбрасывает вызов, а я завожу мотор.

Через час раздаётся одиночный звонок в дверь. Я знаю кто это, потому что зачем-то стояла у окна и видела как чёрный автомобиль медленно заехал во двор.

Внутри медленно разрастается буря. Мне нужно успокоиться. Я запрещаю себе думать, что этот парень вызывает во мне подобное волнение. Моя ложь не выльется наружу. Я просто не хочу, чтобы его ложно обвинили в смерти Санина. Ведь он не мог этого сделать. Его банально не было тогда в городе.

На фото я видела дурацкое совпадение. Может монтаж? Вдруг его хотят подставить? Пусть знает об этом.

Больше ни секунды не медля, иду к входной двери. Открываю и впускаю в свою квартиру мрачную двухметровую тень.

Арон держится отстранённо, но это не мешает ему чувствовать как дома. Обойдя меня, не проронив ни слово, он идёт к дивану.

Хорошо. Тогда я тоже не буду терять времени.

— Я тебя пригласила предупредить, — выбираю безопасное расстояние и начинаю свой монолог: — Некий Степан Алексеевич Флоров очень сильно интересуется твоей персоной. Он следователь и ведёт дело Санина. Я говорила об этом Яннису, не знаю, предпринял ли он какие-то меры или нет? Говорил ли брат об этом тебе, но судя по тому что мне сегодня попалось фото, где ты якобы подкладываешь взрывное устройство под автомобиль Андрея, дело набирает обороты.

Медленно выдыхаю и пытаюсь считать его эмоции. Тщетно. Парень будто бы смотрит сквозь меня, и по виду больше походит на статую, нежели на человека.

Хочется подойти и хорошенько встряхнуть юнца. Я тут пытаюсь важной информацией обезопасить его жизнь, а он будто бы воды в рот набрал. Ну что за глупости?

Неожиданно Арон оживает и цокает языком. Откидывает голову на спинку дивана и рассматривает потолок. Потом возвращается в обратное положение и находит мои глаза.

— А если, — слегка прищуривается, заставляя кожу покрыться мурашками. — Я скажу, что это я грохнул папашу твоего ребёнка. Сдашь меня следоку?

Я смотрю в его глаза, пытаясь понять издевается ли он надо мной или нет. Мой мозг не может усвоить подобную информацию и поэтому просто отторгает ее. Арон не убийца. Забить до полусмерти — возможно. Но я не уверена, что младший Адамиди способен умышленно убить человека. Точнее не так: Я в принципе не верю, что Арон на это пойдёт.

— Я не верю тебе! Это полнейший бред, — цокаю языком. Напряжение превращается в легкий дискомфорт. Высказав свои опасения, меня слегка отпускает.

Его реакция, точнее полнейшая ее отсутствие немного раздражает, но не более. Поэтому я поднимаюсь и направляюсь к кухонному гарнитуру. Я знаю что беременным нежелательно употреблять кофе, но сейчас мне крайне необходим допинг в виде чёрного эликсира бодрости.

— Это все, что я хотела тебе сказать. — На всякий случай оповещаю парня, что не намерена его больше задерживать. Кажется Арона не впечатлила моя кратковременная вспышка заботы. Пусть так.

— Серьезно? — стоя спиной, я слышу как Арон поднимается. — Как-то мало эмоций, учитывая что он имел тебя херову кучу лет. И чего это ты вдруг так забеспокоилась о моей безопасности?

Сама не могу ответить на этот вопрос. Списываю все на бушующие гормоны. Не может же ребёнок такое со мной вытворять? Он или она слишком мал, чтобы понимать что папаша в опасности.

— Не заводись, хорошо? Не нужно на меня орать и показывать свой характер. Я устала… я пригласила тебе, чтобы высказать простое человеческое беспокойство, — резко замолкаю, понимая что ляпнула лишнее. — То есть я хотела сказать…

Внезапное чужое прикосновение, заставляет замолчать. А через секунду оказываюсь лицом к Арону.

— Арон, — он закрывает мне рот поцелуем и подхватив под ягодицы несёт на диван.

Я не понимаю, что произошло? Где случился тот переломный момент от «Я убил Санина» до «наши вещи со стремительной скоростью разлетаются по моей квартире». Но все что происходит между нами сейчас не похоже на романтическую вспышку неконтролируемой страсти. Это больше походит на ощущение чувства превосходства. Его превосходства. Он таким образом наказывает меня?

— Арон, не смей!

По его взгляду вижу, что он задумал что-то нехорошее.

— А на что ты рассчитывала, когда звала меня сюда? Что я прискачу, выслушаю весь твой бред и тихо поджав хвостик уйду? Я не мальчик на побегушках. Я не отличаюсь хорошими манерами как мой старший брат. Я моральный урод, для которого нет ничего святого…

Он нависает надо мной огромной тенью. Отползаю к противоположной стороне дивана, но это катастрофически крошечное расстояние не спасёт от неконтролируемой махины без тормозов по имени Арон Адамиди.

Он не в себе. Он потерял контроль. От меня ничего не останется, если он сорвётся. Черт возьми! Как мне это прекратить?

— Ты меня не тронешь!

— Это ещё почему? Думаешь меня остановит твоя беременность?

Передо мной не человек. Демон, Дьявол… Его взгляд пробирает до костей. И я впервые в жизни осознаю, что боюсь этого парня. Он не шутит. Его мысли — мне не известны. И если глаза — это зеркало души, то сейчас я вижу в его душе неконтролируемую ярость. Почти звериную. Вот этот Арон способен на убийство.

.

— Да! Думаю остановит! — хватаюсь за последние ниточки, которые подкидывает отчаянье.

Нет. Он не сделает этого. Нет. Я не верю.

— Знаешь, на секундочку я допустил ядовитую мысль, что смогу воспитать этого ребёнка. Представляешь какой бред творится в моей голове? Представляешь насколько я двинулся? Но потом перед глазами стало твоё лицо, когда ты мне рассказала об этой беременностью. И у меня поехала крыша. Никогда не думал, что смогу настолько близко подпустить к себе женщину. Я на короткое мгновение забыл, почему не подпускал… Но, блядь, спасибо, что освежила память.

Он обхватывает мои щекотки и резко дергает на себя. От неожиданности взвизгиваю. Арон ложится на меня прижимаясь всем корпусам, и предупреждает:

— Не рви связки. Тебе это не поможет.

— Пожалуйста, Арон… не делай этого.

Грудную клетку начинает распирать от ноющей боли. Нет это не из-за того, что тяжесть его тела придавила меня. Меня разрывает на части от жестокой издевки судьбы. Это его ребёнок и он может сейчас меня лишить его.

Ну давай же, Лера! Скажи это! Просто скажи и он остановится. Скажи ему, что у тебя под сердцем его ребёнок. Он обязательно остановится. — Неистово вопит внутренний голос.

А остановится, ли?

Я начинаю размахивать руками, пытаясь оттолкнуть его от себя. Я бью его уже не жалея силы. По щекам текут горячие дорожки. Я даже не заметила, как начала реветь. Но мои слёзы явно его не трогают. Никакой реакции. А точнее, Арону надоедает все это. Он хватает мои руки и переворачивает на живот, заставляя уткнуться лицом в подушку.

Я слышу как жалобно трещит ткань, но ничего поделать не могу. Слова не идут, я беспомощно скулю в подушку, пытаясь выкрутиться из-под него.

— Я ненавижу тебя!

— Плевать.

Он клеймит мое тело болезненными прикосновениями. Ранит душу.

Он не сделает этого… нет. Не надругается. Этого хочет мой мозг, но его действия говорят об обратном.

Ему бессмысленно что-то говорить. До него не дойдёт, не долетит. Не пробьётся. Но в самый последний момент, когда я чувствую, как его плоть намеривается грубо втолкнуться в меня, я шиплю:

— Это твой ребёнок! Внутри меня твой ребёнок! Арон! — это не я кричу, это подсознание спасает меня от неминуемой гибели, к которой обязательно приведёт меня ещё одна оборванная жизнь. Я почему-то уверена, что Арон меня не собирался щадить. Наоборот, с какими особым извращение, он хотел меня лишить этого.

Время замирает. В буквальном смысле становится осязаемым. Оно тянется жёваной резинной бесконечные минуты, и только потом я ощущаю, как его пальцы перестают впиваться в мою кожу. Он отпускает меня и я быстро отползаю от бездушного зверя.

Лицо красное. Губы искусаны и опухли от соленых слез. Я сдираю со спинки дивана плед, пытаясь обернуться им.

— Ты лжёшь! — тихо произносит он, поправляя спортивные штаны.

— Пошёл вон отсюда! — сползаю с дивана и отхожу к окну. — Ещё раз ко мне приблизишься, я сама пойду к тому следователю и скажу что ты причастен к смерти Андрея. Будь уверен, он мне поверит!

— Ты лжёшь! — рявкает Арон, подлетая с дивана.

Я прекрасно понимаю в какой лжи он меня обвиняет. Уверена, он пропустил мимо ушей мою угрозу о походе к следователю.

— Ты идиот? — рявкаю в ответ и на эмоциях перестаю контролировать свою речь. Не желая того, сама раскрываю все карты: — Или у тебя с памятью проблемы? Я перестала принимать противозачаточные, в день похорон Андрея. Тупо выкинула их в мусорку, потому что посчитала что они мне больше не понадобиться. А когда у нас случился секс в твоей машине, я уже не пила их. Подумала ничего не случиться, так как давно принимала противозачаточных…

Он смотри на меня непроницаемым взглядом. Даже представить боюсь о чем он там думает, но мои слова явно до него не долетают. Ну и хорошо. Пусть не верит.

— Пошёл вон отсюда, Арон! Проваливай! Я тебе не прощу за попытку изнасилования! Ты меня слышишь?! Хотел доказать, что ты физически сильнее? Доказал! Хотел наказать, взяв против моего согласия? Это все на что ты способен! Катись к черту!

Арон

— Арон, что у тебя с лицом? — положив руки на выпирающий живот, на меня уставилась Ольга.

— А что с ним? — недовольно фыркаю и провожу рукой по лицу. Будто бы так просто можно стереть эту чертову усталость, которая залегла чёрными кругами под глазами.

— Ты словно съел килограмм лимонов.

— Очень смешно! Я смотрю токсикоз закончился, жизнь наладилась и все? Юмор вернулся в твою жизнь?

— Ну ты и язва, Арон Адамиди!

— Какой есть!

— Не поделишься, что с тобой?

А чего ж там? Можно и поделиться. Только с чего начать? С того что я чуть не стал насильником? Или с того, что я возможно стал потенциальным папочкой?

Бред собачий! Я блядь не верю в это!

Эта сука специально так сказала, чтобы остановить меня. Чтобы я не натворил делов. А я бы натворил. Агрессия вытеснила здравый смысл.

— Это все сложно, Ольга. Боюсь ранить твою нежную душу! — язвлю и протягиваю к себе чашку дымящегося чая с мятой. — Яннис скоро приедет? Мне нужно с ними перетереть одно дело.

— Скоро. Как раз есть время мне все рассказать. — Не унимается она. — Это связано с… Лерой?

Поднимаю на неё глаза, пытаясь понять не послышалось ли мне и вижу что не послышалось. Девушка смотрит на меня все тем же прямым взглядом, невесомо поглаживая свой живот. Будто на что-то намекая.

И я же сука не тупой осел. Красноречивее она говорить не может. Но все равно кошу под дурака, крепче сжимая чайную ложку. Кажется, метал сейчас треснет в моей руке, как графитовый карандаш.

— Может быть ты мне хочешь о чем то сказать? — уточняю на всякий случай.

— Может и хочу. Но не знаю как ты отнесёшься к этому. — Увиливает от ответа.

— Ну, а ты начни. А там посмотрим.

— А если я обещала молчать?

— Не ломай мне тут драму, хорошо? Кому ты блядь обещала? Лере?

— Лере!

— Что ты обещала Лере? — в кухню заходит Яннис.

Отлично. Вся семейка в сборе. Сейчас я уже жалею, что помог этим двоим возродиться из пепла доверие.

— Лера беременна от Арона! — громко заявляет Ольга, заставляя нас замереть.

К моему огромнейшему удивлению Яннис очень быстро отходит от полученной информации в принципе, как и я.

— Ты знал? — рявкаю на него. — Подожди, Оленька, тебе тоже сейчас достанется. Начнём по старшинству.

— Я так понимаю для тебя тоже это не новость, — ровно произносит брат. — А ты когда узнала? — смотрит на свою жену.

— Вчера она сама мне сказала, когда просила номер проверенного гинеколога, — щебечет та.

— А ты когда узнал? — продолжаю рычать на брата.

— Какая разница? — отвечает он. — Кстати, спасибо за восстановленную запись с видеорегистратора…

— Я очень рад что смог оправдать в твоих глазах Олю, и что твой бывший водитель кормит червей где-то в лесном массиве, но если ты не ответишь на поставленный вопрос, честное слово, составишь ему компанию.

— Арон! — возмущённо смотрит на меня Ольга.

— Помолчи, дорогая! Видишь взрослые разговаривают.

— Я узнал, когда тебя латали. Специально попросил не говорить Леру о том, что отец ребёнка именно ты. Рад, что она прислушалась к моим словам. Жаль, что у Ольги язык ее держится за зубами! — с упрёком смотрит на свою жену.

— Он имеет право знать! Это и его ребёнок.

— Все, не ори на нее! — откидываю погнутую ложку на стол. — Мне Лера сама в этом призналась. Вчера.

— С чего бы это? — Яннис полоснул меня свирепым взглядом, а у меня внутри вспыхнула неконтролируемая ревность.

Пусть лучше за своей женой приглядывает и видео до конца досматривает, чтобы потом не обвинять невиновных и не выставлять на полгода из дома мать своего ребёнка.

— С чего бы она мне это рассказала? — криво ухмыляюсь. Поднимаюсь со своего места и хлопаю брата плечу. — О, дорогой мой брат. Тебе лучше не знать о моих рычагах давления.

Мне самому от себя противно, но взбесить моего вылизанного брата — это святое.

.

— Мне не нравится твой тон! — Яннис заметно напрягается, а я наоборот. Внутри появляется какая-то лёгкость. Миссия выполнена.

Хмыкаю своему собственному дебилизму и решаю, что пора сваливать отсюда. Мне ещё к Мирану нужно заскочить.

— Ладно, ребятки! С вами хорошо, но без вас ещё лучше. Спасибо за чай, но мне уже пора.

— Куда ты собрался? Мы ещё не договорили!

— Договорили, Яннис! Здесь не о чем больше разговаривать. Разбирайся со своими делами.

Вкратце о ситуации Янниса и Ольги. Как оказалось, никакой измены не было. Ольга сказала это намеренно. Но была интрижка с ее охранником, бывшим водителем Янниса. Пацан был приставлен к Ольге, чтобы выполнять все ее хотелки. Возил туда-сюда. Пакеты со шмотками, например, доносил до квартиры и прочей херней занимался…

В этой истории виноваты все. И Яннис, то что не уделял своей жене достаточно внимания, и Ольга что не устояла перед соблазном, и пацан, который случайно влюбился в жену своего босса. Думаю здесь можно поставить точку. Это их семья и их скелеты. Мне бы разобраться со своими. Как теперь быть с Лерой? Как к ней подступить?

Пока доезжаю до Мирана, извожу себя лихо. Даже подумываю сгрести Леру в охапку и отвести в Грецию. Там, на моей родине, в чужой стране ей сложно будет противиться мне.

Идя по коридору к кабинету турка, слышу позади какую-то возню. Меня это не должно касаться, здесь часто происходит настоящая чертовщина. Я должен был уже привыкнуть к этому, но мне никак. Но никак… обычно в такие ситуации я не лезу.

Но когда я слышу своё имя, звучащее за спиной, которое режет по ушам нечеловеческим воплем, дёргаюсь.

— Арон, стой! Пожалуйста, спаси меня! — умоляюще просит женский голос.

Оборачиваюсь и вижу смутно знакомую девушку с большими заплаканными глазами.

— Заткнись! Совсем двинутая? — рычит на неё Кабан.

— Мы знакомы! Я — Вета! Ты приходил к Валерии в цветочный. — Мелкая начинает прыгать, выглядывая из-за плеча Кабана, привлекая мое внимание. И добивается своего, все-таки.

— С-сука! — разворачиваюсь всем корпусом к ней и недовольно поджав губы, смотрю на это недоразумение.

Как она вообще сюда попала? Будь на ее месте какая-то другая девица и глазам не моргнул, но эта мелкая воспользовалась запрещённым приемом. Точнее именем.

— Ну все, дрянь, ты допрыгалась! — Борзый грубо хватает за лицо.

— Руки от неё убрал! — рычу на него. Кажется теперь — она моя проблема.

— Арон, мы не хотим проблем. Вы можете идти куда шли. — Голос Борзого меняет окрас, а пальцы, разжавшись, спускаются к девичьей шее.

Меня давно бесят эти двое, там третий ещё где-то затерялся. Я бы сейчас не отказался почесать кулаки об их морды. Больно много во мне скопилось лишней энергии.

— Куда ее ведёте? — смотрю на неё слегка прищурившись.

— К Мирославу Андреевичу. Уплата за долг.

Блядь! Тупой долг! Не могла она быть чем-то другим? Миран любит долги. Хер так просто отдаст. Хотя… за ним должок. За простреленное плечо. А ещё я впервые вижу, чтобы турок брал долг глупыми девочками.

— Хорошо, ведите!

— Что? — беспомощно лепечет она.

— Пошли, цыпа! — мерзко хмыкает Борзый.

— Нет, я никуда не пойду! — начинает кричать и биться в истерике. Ревет, когда они проходят мимо меня.

Терпеть не могу эти женские хитрости. Да, я понимаю. Ей сейчас страшно. Но если б она сейчас одному дала бы по яйцам, толку было б больше.

— Арон, дальше мы сами! Ваша помощь не понадобится. — Пугливо оборачивается Борзый.

— Я и не собирался помогать. Я только посмотрю. Больно интересно, что Миран сделает с ней. Или с вами, — еле слышно добавляю.

Миран конечно обожает изымать долги, но вроде живым мясом не принимает. Хотя, может с лёгкостью отправить ее в бордель.

.

Пока разворачивается возня вокруг этой мелкой любительницы приключений, я в уме прикидываю: спасение болтшеглазки, зачитается мне перед Лерой в виде благого дела, или все-таки придётся ползать у неё в ногах? Хотя этот вариант мне крайне не подходит.

— Отпустите меня! Я ничего не сделала! Это какая-то ошибка! Эти придурки меня совершенно не слышат. Вы здесь похоже на самого нормального, должны понимать, что это все неправильно! — верещит мелкая.

— Я думал, мы с тобой закончили! — Миран прожигает мою переносицу, не обращая никакого внимания на девушку.

— Как оказалось — нет, — пожимаю плечами и подхожу к столу. — Скажи мне Миран, с каких это пор, долги молоденькими девочками берём? Похоже, ещё и не совершеннолетними? В одиночную опять захотелось?

— Самому интересно, с каких это? — Миран переводит свой гнетущий взгляд на Худого и Борзого и я в прямом смысле вижу как их души, если такие конечно же имеется у них, проваливаются в пятки.

Да, я понимаю их. Ощущать праведный гнев Мирана, то ещё извращенное удовольствие, а вот наблюдать за этим чистый кайф.

Каким образом развяжется эта ситуация меня абсолютно не волнует, а вот положение этой девочки, очень.

Мелкая — мой пропуск к Лере. Грех им не воспользоваться.

— А с мелкой, что собираешься делать? — как можно непринуждённее интересуюсь я, легким кивком указывая на перепуганную девчонку.

— Язык за зубами умеет держать? — недовольно цокает Миран, поглядывая на неё.

— Думаю, умеет, — ухмыляясь, возвращаюсь к дивану, где затаив дыхание сидит Вета. Разместившись рядом, поворачиваюсь к ней: — А, красивая, что скажешь? Язык за зубами умеешь держать?

Она кивает как заведённая не в силах произнести и слова.

— Миран! — дверь распахивается и в кабинет заходит Кира, жена Мирана.

Интересный у меня период в жизни, однако. Почему-то вокруг меня переизбыток беременных. Ольга… Кира… Лера. Лера! Особенно Лера.

— Только вякни, Вета, — вовремя перехватываю цепкий взгляд Киры и соображаю, что быть скандалу, если Вета откроет рот. — И ты — труп!

— А что здесь происходит? — Кира переводит свой пристальный взгляд на Вету. Смотрит как кобра перед нападением. Беременная кобра. Такие вообще бывают? Забавно наблюдать за этим со стороны. Но, сейчас самое время делать ноги. Как ни странно, Вета пока что мне нужна живой для достижения собственной цели.

Пока Миран пытается искусно отвлечь свою жену, я решаю что сейчас самое время свалить. Понятия не имею на что способна Кира, но и проверять нет желания. Пусть Миран сам объясняется со своей женой.

— Поднимайся, мы уходим! — командую.

Пошатываясь, Вета поднимается с места. Бледная, заплаканная. Такое себе зрелище.

Через пару минут находясь в машине и заводя мотор, немного раздражаюсь. В мои планы не входило везти эту мелкую прямо к Лере, но она попросила отвезти именно к ней.

Я думал подвести девчонку домой, а там женская болтливость сделала бы своё дело, но вышло все через одно место. Теперь мне придётся передать это недоразумение прямо в руки Леры.

Ну, поехали… вечер и не предполагал быть томным.

Лера

Откидываю взглядом трёхэтажный современный медицинский центр, где принимает гинеколог Ольги и мой в перспективе, и не могу отделаться от легкого волнения. Внутри порхают бабочки щекоча своими нежными крылышками внутренности.

Моя первая встреча с малышом… в голове столько вопросов, а за спиной ещё больше проблем. Но я решила разобраться с ними потом. Сегодня, этот день, я посвящу себе и своему ребёнку. После УЗИ устрою шопинг. Загляну в детские магазины, присмотрю мебель. Я вчера придумала где можно поставить кроватку…

А ещё вчера я видела Арона. Я была крайне удивлена его появлением у меня дома, особенно в компании заплаканной Веты. Сердце оборвалось вниз, и ещё длительное время стучало в области пяток. Я подумала, что Арон как-то навредил ей, но тогда, почему привёз ко мне? Пазл не складывался. Потом оказалось, что Арон спас ее. Такого я точно не ожидала. Не знала как реагировать на произошедшее, но Арон помог и с этим. Передав мне «в руки» Вету, он молча уехал.

Это к лучшему.

А сегодня утром я оставила бедную девушку высыпаться. Решила не шокировать Вету своим положением, да и в принципе больше никому не хочу рассказывать о беременности. Это моя тайна, моя жизнь и я сама выбираю как мне поступать. Мнение окружающих — это их собственное мнение, в котором я точно не нуждаюсь.

Закусив губу тянусь к дверной ручки. Выхожу с машины. Сегодня необычно солнечный день. После затянувшихся ноябрьских дождей, подобная погода ощущается настоящим чудом. Я принимаю это за хороший знак и, оценив свой внешний вид в зеркальной поверхности стекла, я иду ко входу.

Здесь не многолюдно. Внутри стильный, «стерильный» ремонт, приветливый персонал и чистый воздух. Да, именно так. Почему-то здесь дышится по-другому. Знаете, не так как пропитанных хлоркой и спиртом больницах.

Подхожу к полукруглой стойки, за которой спряталась разговаривающая по телефону обаятельная девушка, и терпеливо жду пока она закончит.

— Здравствуйте, меня зовут Ирина. Я могу вам помочь? — отложив телефон и записав что-то в блокнот, она смотрит на меня с улыбкой.

— Здравствуйте, я записала на приём к Мирошниченко. Валерия Липецкая.

— Одну минуту.

Ее глаза скользят по монитору, а пальцы быстро стучат по клавиатуре, но через секунду аккуратно подведённые брови сходятся на переносице и девушка поднимает не меня обеспокоенный взгляд:

— Извините, но на это имя нет записи.

Как это?

— Все правильно, — за спиной раздаётся мужской голос, подобно выстрелу в самое сердце, — там должно быть написано Валерия Адамиди.

Я боюсь обернуться. Мне кажется, это какое-то глупое наваждение. Мне показалось, послышалось. Я поймала глюк в конце концов, но позади меня не может стоять Арон.

По вмиг изменившемуся лицу девушки, которая кстати стала резко отвратительной, понимаю что это все по-настоящему. За спиной Арон.

— Да, все верно. Валерия Адамиди на девять тридцать. Бахилы справа от вас. Поднимайтесь на второй этаж. Кабинет номер семь. Ожидайте там, вас пригласят.

— Что ты здесь забыл? — набираюсь смелости, чтобы развернуться и упираюсь в крепкую грудь. Арон оказался ближе чем мне этого хотелось.

Парень молча вытаскивает с отверстия две пары бахил и одну передаёт мне.

— Сама справлюсь! — специально игнорирую его подачку. Вынимаю пару и иду к дивану чтобы натянуто бахилы на обувь. Арон следует за мной.

Мне сложно понять что за эмоции у него на лице, потому что я старательно избегаю зрительного контакта. Внутри меня до сих пор порхают те бабочки, будто бы ребёнок рад неожиданному появлению отца. Но мой мозг противится. Я не рада этому. Я просто в ярости.

— Уходи отсюда, Арон! Тебе здесь нечего делать! — приглушенно рычу, стараясь не привлекать внимания.

Арон и так выглядит очень «ярко» посреди светлого антуража в своей чёрной бандитской одежде, так и я ещё на эмоциях не могу сдержать возмущение.

В ответ молчание. Он натягивает мои нервы до предела, добиваясь своего. Каким-то образом догадывается, что я не уйду прочь. Я бы могла. Правда, мой уход и запись к другому врачу решил бы ряд проблем, но черт возьми я уже настроилась на сегодняшнее знакомство с малышом. Почему из-за этого наглого мальчишки я должна менять свои планы?

— Арон, серьезно, зачем тебе это нужно?

Его взгляд сквозивший ироничным «ты прикалываешься?!», ставит точку в этом бессмысленном монологе. Я поднимаюсь и направляюсь на второй этаж к кабинету номер семь.

— Как ваше самочувствие, Валерия? — высокая женщина в белом халате, делает какие-то пометки на бумаге, совершенно не обращая никакого внимания на Арона. Наверное, это нормальная практика, когда мужья сопровождают своих жён в такие места, но Арон не мой муж.

— У меня все хорошо. Никаких жалоб нет.

Есть, конечно, одна, но вряд ли акушер-гинеколог поможет мне избавиться от молчаливого Арона. Тени, которая никак не хочет исчезнуть и пусть мою жизнь яркие краски.

Когда он вот так ведёт себя — это даже страшнее, чем когда он кричит или давит, надламывая.

Непонятно, что творится в его голове? Теперь то я понимаю, что Арон не безобидный мальчишка и ждать от него можно всего чего угодно. Иногда он превращается в настоящего Дьявола и пусть не думает, я не простила его поступок. Мне просто не хочется закатывать сцен при незнакомом человеке. Но без сцен увы никак…

— Липецкая Валерия Анатольевна, тридцать шесть лет, все верно?

— Да, все правильно.

— Мы сейчас заполним документы и приступим к осмотру. Я правильно понимаю, вы у нас планируете становиться на учёт?

— Да!

— Нет, неверно! — с запозданием оживает Арон. — Вы сделали существенную опечатку в ее фамилии.

Валентина Олеговна поправляет очки и внимательно вчитывается в мою фамилию.

— Там не Липецкая, а Адамиди!

— Арон! — через чур эмоционально окликаю его. — Если тебе что-то не нравиться — уходи отсюда!

— Это мой ребёнок и он будет носить мою фамилию. Ты — тоже!

— Ребёнок ещё не родился и к тому времени как это случится, твоё решение поменяется множество раз.

— Ни в этом случае! — безапелляционно заявляет парень. — Пишите Адамиди!

— Нет! — чуть ли не подпрыгиваю на стуле.

— Так, молодые люди! — встревает в нашу перепалку врач, — Я сейчас отлучусь на пятнадцать минут, а вы пока решите все свои разногласия. Договорились?

Валентина Олеговна уходит, оставляя нас наедине. Я сразу становлюсь бесхребетной под пристальным давлением чёрных глаз. Оказывается, наличие постороннего человека, наоборот вселяло какую-то уверенность. А сейчас я слаба перед ним.

— Чего ты добиваешься? — кусаюсь из последних сил.

— Ты не запретишь мне участвовать в жизни моего ребёнка!

— Ну так он ещё и не родился.

— Я должен быть уверен, что ты ничего с ним не сделаешь.

— Как это? — распахнув глаза, быстро моргаю.

— Ну, не знаю… это ты у нас любительница делать аборты!

По не зажившей ране, ржавым ножом. Его слова вонзаются глубоко в меня, заставляя сердце замереть.

Я не знаю что ответить. От боли причинённой его словами, сковывает горло.

Я отворачиваюсь от Арона, удерживая горькую обиду, но потом понимаю, что меня здесь ничего не держит. Встаю и царапнув вылизанный кафель острыми каблуками, направляюсь к двери.

— Куда собралась? — Арон подскакивает вслед за мной.

— Я тебе не игрушка! Катись к черту!

— Стоять! — он останавливает меня. Хватает за талию и разворачивает к себе.

— Убери руки! — шиплю на его вольность перешедшую все границы. — Ты не имеешь права нас касаться! Меня касаться! — поспешно исправляюсь.

Арон смотрит на меня сверху вниз крепко сжимая в своих руках. Будто бы боясь, что я испарюсь. А я обязательно испарюсь. К черту уеду из города, чтобы он больше никогда в жизни не нашёл меня.

Арон

Эта мелкая сучка избегает меня больше недели. Я что как щенок должен скакать за ней и выпрашиваться внимания или разрешения, участвовать в жизни собственного ребёнка пусть даже он и не родился?

Плевать мне что он ещё совсем маленький червячок. Он мой, и я хочу чтобы уже сейчас за ним был надлежащий уход.

Да, я соглашусь что взболтнул лишнего на приеме у врача, но слов обратно в глотку не затолкать, и она должна понимать, что только ухудшает своё положение кусаясь со мной. В любом случае я буду участвовать в ее положении, а потом в полноценной жизни ребёнка. Мне судьба вручила настоящее чудо, я не стану пренебрегать этим подарком.

Дура! Как она может не видеть моих порывов?

Я на грани. Во мне кипит множество эмоций. Они не самые лучшие. Они отравляют мои мысли толкая на неправильные поступки. Нет, я не жалею о сделанном или сказанном, но какое-то мерзкое чувство, потом начинает грызть меня изнутри, оставляя загнивать раны. После, заставляя совесть вгрызаться меня и думать не причинил ли я ей вреда?

Какие-то эмоциональные качели уносят меня то вверх, то вниз, заставляя болтаться над пропастью. Чувствую себя куском говна, честное слово… и это все она виновата. Лера заставляет меня испытывать все эти мерзкие ощущения. Если это пресловутая любовь, то я все правильно по жизни делал. К черту все отношения. Мне только нужен мой ребёнок.

Со злостью захлопываю дверь своей тачки и под моросящий дождь, вжав голову в плечи, бегу к особняку, где в рабочее время обитает мой «работодатель».

На улице декабрь, какого черта до сих пор льёт этот проклятый дождь? Пора бы уже зиме вступить в свои права. Люблю зиму. Ничего так не радует глаз, как белое морозное полотно укрывающее изуродованный город.

— Привет! — без стука врываюсь в кабинет Мирана стряхивая с себя ледяные капли. Избавляюсь от верхней одежды. — Какие планы на сегодня?

— Как обычно к тощему нарику заскочи, и ещё хотел об одном попросить. На горизонте маячит следователь. Он многое о себе возомнил. А ещё сученыш увёл у меня одно помещение на бульваре. Может, знаешь, там цветы продавали. Короче, это помещение мне проиграл Санин, депутата помнишь?

Так, стоп! На бульваре я знаю только один цветочный магазин именуемый «Бутик». А следователь — это тот о котором конечно же Лера мне все уши прожужжала.

— У следователя фамилия случайно не Флоров? — озвучиваю мысли вслух. Напрягаюсь. Колючее напряжение проходится по телу, заставляя чувствоваться себя неуютно.

— Флоров. Знакомый? — удивлённо смотрит на меня Миран.

— Мне его убрать? Заставить в лесу потеряться? — перехожу сразу к делу.

Вот и до следователя добрались. Я не прочь на ком-то выплеснуть скопившуюся злость.

— Не-е-т! — с особым удовольствием, Миран откидывается на спинку своего кожаного кресла, понимая, о чем я. Зуб даю, Миран сам скучает по тем временам, когда его руки были по локоть в крови. Люди не меняются. — Убрать мы всегда успеем. У червяков в лесу скоро случиться несварение если мы будем закапывать каждую гниду. Давай-ка мы с ним поиграем.

— Рассказывай. Только у меня будет одно условие. За тобой ведь должок, помнишь? — дёргаю давно затянувшимся простреленным плечом. — По завершению, хочу это помещение на бульваре себе.

Не знаю, на хера мне это помещение, но «два плюс два» в голове складывается моментально.

«На хера?» — шипит змеей внутренний демон, — «Чтобы порадовать Валерию».

Судя по всему, она осталась без денег. Теперь у меня для неё будет подарок. Если заслужит.

Через час я еду по объездной. Я пообещал Яннису покататься с Ольгой. Ей нужно купить кое-какие вещи для детской, заодно и сам приценюсь. Потом я решил заскочить в бордель. Соберу «дань» и немного сниму напряжение, но моим планам не удаётся свершиться, потому что Ольга переиграла свой день и у неё появился новый извозчик.

— В смысле, все отменяется? — рычу в трубку, чуть ли не кроша телефон в кулаке.

— Я не хочу тебя отвлекать, дорогой. Меня Лера отвезёт куда мне нужно. Все равно она у нас ночует. Ее затопили, представляешь? Я думала таких неуклюжих нет в элитных новостройках.

От потока новой информации голова идёт кругом. Что блядь происходит?

— В общем, извини за беспокойство. На сегодня ты можешь быть свободен, — шутливо произносит Ольга.

А мне совершено не до шуток. Впервые в жизни мне хочется послать ее на хер. Женщина! Она такая же тупая, как и все представительницы женского пола.

Сбрасываю вызов, и откидываю телефон.

Не знаю, что меня больше бесит. Ольга, со своими внезапным всплеском гормонов? Лера, которая обратилась за помощью к Яннису, а не ко мне? Или мои собственные ощущения, которым я никак не могу найти объяснение.

Я зол! Я дико зол на эту суку, которая не подпускает к себе и заставляет меня чувствовать, то что я чувствую. Я будто бы нажрался пепла и теперь не могу дышать. В грудине ломит, голова не соображает.

Ударив ладонями по рули я давлю на газ. Чуть ли не черканув впереди ехавшую машину, иду на обгон. Если бы сейчас передо мной выросла стена, я бы без раздумий въехал в неё. От смерти меня спасёт мой отменно сконструированный немецкий конь, а вот мозги — я надеюсь, встали бы на место.

Все мои планы на сегодня летят коту под хвост, но одно дело остаётся незаконченным.

Свернув налево, я еду в бордель. Заберу деньги, и навещу Жасмин. Ей придётся сегодня хорошо поработать.

Черная макушка, скользящая вверх-вниз между ног не вызывает никаких эмоций. О чувствах так вообще молчу. Я словно проклят. Все мои чувства принадлежат другой. И когда я успел так вляпаться?

Мне уже мало того что предлагает Жасмин или просто приелось. Я и так очень много времени потратил на эту девку, а сейчас и удовольствие иссякло.

Хватаю выкрашенные гладкие волосы и, собрав их в кулак, заставляю шлюху заглотить глубже. Напоследок. Может быть хоть так, образ надменной суки, что сейчас временно обитает в доме моего, вылетит из моей головы?

Но этого не происходит. Ни через секунду, ни через три минуты. «Подруга» моего Янниса крепко въелась под кожу, отравляя собой кровь. Затуманивая все мысли. Спутывая их.

Шлюха между моих ног начинает задыхаться и я слышу накатывающие рвотные позывы. Отпускаю ее и откидную задыхающуюся девку в сторону.

Брюнетка вытирая губы, отползает от меня. Боится. Бойся! В ее глазах застыли слёзы и немой вопрос «За что?».

Да, я блядь знаю о ее чувствах ко мне. И то, что она не от хорошей жизни стоит на коленях, но ответить взаимностью ей я не могу. Понять не могу, на что она надеялась. Хватит того, что я выкупил эту девку и ее никто кроме меня не трахает. Но сегодня я зол. Ей придётся терпеть все что я с ней сделаю. Или не сделаю… пошло все к черту!

— Пошла на хер отсюда и не попадайся больше мне на глаза! — натягиваю обратно джинсы и застёгиваю ремень.

— Арон, — жалобно скулит Жасмин сидя на полу.

Пора прекращать наши встречи. Она мне давно не приносит удовольствия и я не мать Тереза, чтобы о ком-то заботиться. Если бы у этой шлюхи была хоть капля мозгов, за те деньги которые я отваливаю за неё, она могла бы к черту свалить отсюда, потеряться и начать новую жизнь. А вместо этого она стоит на коленях с моим членом во рту и надеется, что между нами вспыхнет искра. Надеется, что я выкуплю ее и украшу тонкий безымянный пальчик правой руки увесистым бриллиантом.

На хер оно мне нужно? Я даже ее настоящего имени не знаю. Тем более у меня есть проблемы посерьёзнее.

— Наши встречи закончились! Дальше петляй сама. Я слышал у Рыжего на тебя стоит, не вздумай упустить этот шанс. — Брезгливо бросаю. — Может хоть он оправдает твои надежды? Будешь его второй любимой женой.

— Арон! Нет! Стой! Не отдавай меня ему! Я тебя умоляю! — застывшие слёзы превращаются в неконтролируемый поток воды, и брюнетка взрывается воплем.

Терпеть не могу всю эту женскую сырость. Ни разу она меня не пробирала. Сейчас тоже нет никакого сожаления.

Равнодушно взглянув на неё, молча забираю свою вещи. Кидаю на столик несколько купюр и выхожу, хлопая за собою дверью.

Ноги моей здесь больше не будет. Эта дыра подобно гниющей трясине засасывает твои деньги и тебя с головой. Нужно будет сказать Мирану, чтобы пересмотрел свои взгляды по поводу этой точки. Пусть сдирает с них больше, если они хотят остаться на плаву.

За какую-то ничтожную секунду мое настроение падает ниже плинтуса. Не понимаю, куда ещё ниже то? Вспыхнувшее желание отправиться в бар и найти себе переключений, гаснет сохраняя кулаки в целости и сохранности. Лучше мне поехать домой и постоять под ледяным душем. Завтра Миран попросил быть со свежей головой. Речь пойдет о давнишнем подрыве депутата. Наружу вспылило дерьмо, которое должно было утонуть несколько недель назад, а вместо этого, дерьмо разворошил один следак, которому явно жить надоело.

Устало растерев лицо я проворачиваю ключ в зажигании намереваясь отправиться домой и выспаться. Но почему-то через пятнадцать минут я подъезжаю к паркингу элитной высотки, где находится двухуровневая квартира моего брата.

Я сам не соображаю, как переступаю порог его жилища и оказываюсь в темном коридоре. Как бесшумно шагаю к двери за который скрывается гостевая комната. Туда, где ни о чем не подозревая спит эта чертова ведьма, будоражащая мое сознание и подсознание тоже… Он зря дал мне комплект ключей от своей квартиры.

Я чувствую себя настоящим хищником на охоте и… лучше бы Валерии там не оказалось. Лучше бы Ольга соврала про потоп, заставивший Леру остановиться у них с Яннисом.

Опустив ладонь на дверную ручку, медленно выдыхаю. Под моим несильным давлением ручка слегка скрипит и дверь открывается явив моему взору ахеренную картину.

На кровати залитой лунным светом, лежит полуобнажённая Она… При виде ее упругих ягодиц во рту пересыхает. Делаю шаг вперёд.

Чуткий сон Валерии исчезает без следа, и женщина подрывается с места. Смотрит на меня сонным взглядом не понимая, что происходит.

— Что ты здесь делаешь? — слышится ее испуганный голосок и у меня окончательно едет крыша.

Я плотно закрываю за собою дверь с удовольствием осознавая, что в квартире мы одни. Практически.

Вот ты и попалась! Сейчас ты ответишь за все!

Ее перепуганный взгляд — особое извращенное удовольствие, а ещё я замечаю в ней перемены. Видимые перемены во внешности.

Нет, она не стала блондинкой, и моя любимые родинки у губ по-прежнему украшают ее красивое личико. За те дни, пока она избегала меня, девушка сильно похудела.

Она морит себя голодом? Или ей плохо? Припоминается, у Ольги на первых месяцах беременности был какой жуткий токсикоз. Может быть эта дрянь и у Леры?

Осознание того что моя женщина мучается, немного успокаивает мой гнев, вызывая жалость. Сейчас не хочется ее наказать. Сейчас хочется забрать ее боль себе.

Лера

Почему, когда мы с ним остаемся наедине, всегда допускаем множество ошибок? Почему, когда он вот так на меня смотрит, кислород в моих лёгких сжигается за считанные секунды и мне становится нечем дышать?

Мы с ним не Инь и Янь, мы не два сапога пара… Мы совершенно разные души, который по непонятным причинам притягиваются, а должны были попросту не пересекаться.

Зачем он пришел сюда? Почему он не оставит меня в покое? Почему глубоко во мне оживает тщательно скрытая радость при виде его? Хотя я ненавижу его…

— Зачем ты пришел? Ты еще не устал бегать туда-сюда?

Вот! Вот это настоящая я. Наши отношения бессмысленны и невозможны.

— Честно? — его тихий голос отзывается дрожью по всему телу. — Сам не знаю. Это гостевая? Кажется, здесь была отдельна ванная.

Как ни в чем не бывало, Арон начинает исследовать комнату.

— Хочу смыть с себя этот чертов день и мы поговорим.

— Я не хочу говорить! — принимаю удобное положения, прикрывая одеялом открытые участки тела.

— Мне все рвано, — устало произносит он. — Я сейчас вернусь. Уйдёшь — пожалеешь. Я серьезно, Лера!

Раздеваясь на ходу, парень направляется в ванную комнату. И когда Арон наконец-то доходит к душевой кабинке, на нем не остаётся одежды. Отличное освещение белого света падает на смуглую кожу, открывая взору натренированное мужское тело украшенное чёрными узорами.

Парень намеренно не закрывает за собой дверь.

Хочет чтобы я любовалась им? Не дождется!

Но мой взгляд то и дело возвращаться к душевой кабинке, где через прозрачное стекло усыпанное крупными каплями, прослеживается мужской силуэт.

Он просто не выносим!

Нервно выдохнув, я поднимаюсь с кровати и иду, чтобы закрыть дверь.

Хочет поговорить? Хорошо, поговорим. Зачем же издеваться?

Да, именно издеваться, потому что в последнее время мне дико хочется секса. Я уже дошла до того что само удовлетворяю себя, но мне этого мало.

Токсикоз ненадолго отпустил меня и теперь появилась новая проблема.

Нет, я ни как голодная кошка мысленно кидаюсь на каждого мужчину, но черт возьми обнаженное тело Арона сыграло со мной злую шутку.

Сегодняшний день не задался с самого утра, когда я проснулась от неожиданного дождя капающего из-под потолка… притом, что я спала в своей кровати.

Просто Казанова живущий этажом выше, захотел сделать себе джакузи в спальне. И вот к чему это привело.

Это привело к тому, что я попросилась переночевать к Яннису, потому что в отеле меня раздражал запах моющих средств. Я думала хоть здесь обрету покой, но что-то пошло не так. Появился Арон.

Подхожу к окну и отодвигаю штору. За окном немая ночь, по крайней мере так кажется глядя из моего окна, а внутри меня начинает закипать кровь.

О чем он хочет поговорить? Разве мое игнорирование не дает понять, что я не хочу с ним ни говорить, ни пересекаться?

Если намёк не понятен, повторю в очередной раз в лицо.

Я не улавливаю того момента, когда Арон выходит и ванной и бесшумной тенью оказывается за моей спиной.

Вздрагиваю, когда его пальцы окольцовывают мою шею сзади и он разворачивает меня к себе.

Вторая рука пробирается под шелковый топ моей ночной пижамы и опускается на пока еще плоский живот.

Опасным взглядом он смотрит прямо в глаза, четко проговаривая следующее:

— Это мой ребёнок! И ничто это не изменит, хочешь ты этого или нет.

Из одежды на нем белое полотенце. Рывок и я впечатываюсь в мокрую грудь. Затем горячий язык, облизав мои губы проталкивается вглубь, вызывая внизу живота настоящий пожар.

Арон крепко сживает мою шею, заставляя подчиниться и я подчиняюсь до конца не понимая: это из-за того, что парень сильнее меня или из-за того, что я хочу его?

Его размеренное дыхание щекочет мою шею. Я знаю, Арон не спит. Его пальцы нежно подрагивают на моем животе, а в обнаженные ягодицы упирается налитый член.

Интересно, он знает, что я тоже не сплю. Скорее всего знает. Просто не хочет потревожить тот вакуум в котором мы сейчас находимся.

Я понимаю его. Мне самой страшно пошевелиться.

Сейчас мне спокойно. Во мне поселилось стойкое чувство, что я нахожусь в крепких руках… объятьях.

И пусть через минуту лопнет этот восхитительный мыльный пузырь и голос разума начнёт подсовывать свои ядовитые мысли, о том что мы не пара и это все полнейший абсурд, но я хочу поставить этот момент на паузу притворяясь, что я до сих пор сплю.

— Я хочу тебя, больше не могу терпеть. Знаю, не спишь.

Его слова опережают дерзкие действия всего лишь на какое-то ничтожное мгновение.

Я даже распахнуть глаза не успеваю, как внутри ощущаю ноющее давление. Арон проводит пальцами по складочкам, раскрывая меня для себя и заставляет прогнуться, чтобы оказаться еще глубже.

— Ах… — не в силах больше притворяться, завожу руку назад и зарываюсь пальчиками в короткие волосы.

Возле губ появляется большой палец. Он очерчивает их и поникает внутрь. Впускаю. Обхватываю палец, посасывая. Ласкаю языком загрубевшую подушку.

— А с членом так сделаешь? — парень тихо смеется кусая мочку, засасывая вместе с сережкой.

Свободная рука накрывает грудь. Арон прижимает меня к себе и начинает трахать. Быстро. Дерзко. Как он любит.

Замечая, что я замираю в его руках, замедляется.

— Тебе не нравится?

Молчу. Выпускаю изо рта его палец.

— Я хочу услышать правду, Лера? Как ты хочешь? Для меня это важно. Хочу почувствовать как ты кончаешь. Это как наркотик для меня.

— Медленнее… — еле выдавливаю из себя, сгорая от стыда. Хотя не только от стыда сгораю. Все эти откровенные разговоры здорово заводят. — Глубже…

— Медленно — без проблем. Но глубже, — с заминкой добавляет: — ты же там не одна.

— Маленький срок. Ты никому не навредишь.

Арон осторожно начитает раскачиваться во мне, пуская по телу ток.

— Так?

— Да… да… — хватаю ртом воздух.

Не знаю, чувствует ли он эти мелкие разряды, которые прошибают мое тело или нет, но я их точно чувствую.

Рука на груди оживает, а мужские губы застывают на шее.

Я теряю голову, перестаю контролировать себя. Перехватываю его руку и накрываю ей клитор. Показываю еще одно чувствительное место. Показываю как нравится мне. Управляю его пальцами.

— Сучка, — слышится довольное рычание и его толчки становятся смелее.

— Арон…

То есть я хотела сказать «О Боже»…

Похоже голос разума дал сбой.

— Нравится? — шипит над ухом змей искуситель.

— Нравится…

— Кончишь для меня?

— Да… да…

И я это делаю. Взрываюсь чувственным оргазмом на мелкие частицы. Мне кажется, я даже перестала слышать стук собственного сердца, которое до этого бешено билось.

— Блядь, Лера!

Похоже его «финиш» происходит только из-за моего «финиша». Арон не планировал так быстро кончать.

Его огромная грудная клетка быстро бьется об мою спину и я очень отчетливо слышу как тарабанит его сердце. Как сперма толчками изливается во мне.

Его пальцы до сих пор по инерции ласкают чувствительную точку продлевая удовольствие, заставляя бесконечно дрожать в крепких руках.

— Я хочу чтобы ты уехала со мной на родину. В Грецию.

Обязательно было портить такой момент?

— Ты же знаешь, что я не поеду…

— Знаю. На всякий случай решил поинтересоваться. Вдруг ты сейчас в хорошем расположении духа?

Идиот!

Теперь мне смешно. Какой же он…

— Но я хочу, чтобы ты знала, — продолжает парень, освобождая меня от порочной близости, — Я был бы счастлив, если бы ты согласилась. Тебя здесь ничего не держит. Тебе понравится Торони.

— У тебя там дом? — поворачиваюсь к нему, укрываясь одеялом.

— Да, родительский. Оставили в наследство.

Арон откидывает одеяло в сторону продолжая разглядывать меня. Ему нравится мое тело, я успела это заметить. Но от пристального внимания, хочется прикрыться. У меня нет комплексов. Но когда тобой начинает любоваться двадцатипятилетний парень, становится не по себе.

— Что случилось с вашими родителями?

— Яннис не рассказывал? Удивительно.

— Яннис обычно не многословен.

— Нашего отца настигла карма, он погиб в автокатастрофе со своей любовницей. Так мать узнала, что отец ей не верен.

— О Боже…

— Яннис знал о похождениях отца. Тогда, мальчиком, я был глубоко удивлён, мягко говоря… ведь отец не подавал ни малейших признаков. Мать умерла от горя, так как она любила до беспамятства отца. Никто даже и подумать не мог, что он изменяет. Всю мою короткую жизнь пока я был с ним знаком, отец нам с Яннисом твердил, что кроме семьи нет ничего важнее. Это самое главное, что должно быть у человека. Мы с Янисом самые близкие люди и должны всегда заботиться друг о друге невзирая ни на что.

Арон замолкает и перекатывается на спину. Мне вдруг захотелось его как-то успокоить. Льну к нему, укладывая голову на каменную грудь.

— Мне было восемь когда я стал сиротой. Яннис естественно взял надо мной опеку. На могиле матери клялся, что никогда не оставит меня одного. Его клятва длилась ровно десять дет. Когда мне стукнуло восемнадцать, Яннис уехал устраивать свою жизнь здесь. У него кстати неплохо вышло. За семь лет он стал большим дядькой с отличным прессом денег в кармане, но вот обещания он свои не сдержал. Хотя… поначалу, когда у них все завязалось с Ольгой… я был правда счастлив за него. Я даже был готов забыть всю ненависть к нему.

— Неужели Яннис был жестоким старшим братом?

— Не то слово, Лера, — ухмыльнувшись, запрокидывает голову вверх. — Он лупил меня за плохие отметки.

— Я не верю в это! Яннис самый добрый человек которого знаю.

— Мой отец тоже ни разу в жизни не подал виду, что изменяет. За те восемь лет которые я с ним прожил, он был примерным семьянином, заботливым мужем. Достойным отцом, который вкладывал в наши головы правильные мысли. Возможно, если бы я не был так привязан к матери, я бы, как и Яннис простил его.

Не укладывается у меня в голове личная драма парня. Глядя на него, мне казалось это Арон способен на жестокость, измены, неправильно расставленные приоритеты. А оказалась…

— Яннис добр к тебе потому что ты ему важна. Я думал он спит с тобой. Казалось все до безобразия просто. Он беспрекословно выполняет наставления отца. Даже начал вести двойную жизнь. А оказалось все куда сложнее. Ты его друг. Вот почему он дорожит тобой.

— Хорошо… Яннис плохой брат, а ты тогда хороший?

— Нет, Лера! — тихо смеется. Его смех отдаёт горечью во рту. — Я еще хуже. Но во мне есть один изъян. Поэтому я хочу увезти вас отсюда.

Его рука опускается на мой живот и начинает гладить его.

— На родине мне проще уберечь вас.

Слова Арона въелись под кожу. Они казались такими честными, такими искренними. Я поверила его словам. Во мне осела мысль, что парень стал бы отличным отцом, хотя пока что это только мысль. Ощущение…

Я не знаю как мне быть… но я больше не стану ему препятствовать. Разумеется, в чужую страну я не поеду, но и ограждать Арона от беременности не стану. Хочет заботиться? Я отнесусь к его желанию с уважением.

Не секс ли на меня так повлиял? Может гормоны? Может быть все вместе?

Сегодня вечером я возвращаюсь в свою квартиру, но мне предстоит еще целый день провести в гостях у Янниса.

Слыша мирное сопение слева, решаю что пара вставать. Приму душ и спущусь на кухню. Почему-то чертовски хочется кушать. Удивительно. Такое со мной впервые за последние несколько недель. Обычно по утрам меня тянет только по обниматься с унитазом. Даже нормально зубы почистить не могу. А тут, вдруг захотелось покушать.

Необычно то, что мне хочется чего-то конкретного. Мяса.

Смотрю в зеркальное отражения на свой плоский живот и провожу по нему рукой.

— Может быть там мальчик? Маленькой мужчина, с ненасытным аппетитом как и у его отца?

Улыбаюсь глупости произнесенной вслух. Откуда у меня вообще такие мысли?

Перед тем как забраться под горячие струи, бросаю короткий взгляд на зеркало и замечаю порозовевшие щеки.

Я смущаюсь? Этого еще не хватало!

Взрослая женщина, а веду себя как глупая девчонка.

В кухне меня встретила Ольга. Женщина сидела за барной стойкой держа в руках дымящуюся чашку с кофе.

Запах свежесваренного напитка отозвался тихим урчанием в желудке.

От кофе я бы тоже не отказалось. Как заядлый кофеман, я скучала по нему.

— Доброе утро! Как спалось? — не отрывая взгляда от экрана телефона, интересуется Ольга. — Слышала у тебя были ночные гости? — дергает бровями.

— Гость до сих пор спит.

— Выжала из паренька все соки? — наконец-то поднимает на меня взгляд и смотрит «с подтекстом».

В ответ посылаю ей злобный взгляд, давая понять что я не собираюсь сплетничать на эту тему.

— Я хочу есть, — иду к холодильнику. — У вас есть что-нибудь съедобное? Например, мясо?

— Не знаю, — снова опускает глаза в экран. — Чувствуй себя как дома. Через два часа вернётся Яннис с доставкой. Может быть там будет что-то мясное.

Через два часа я умру от голода. Не собираюсь игнорировать желание поесть. Я две недели ждала возможности нормально питаться. Да, каких две недели? Аппетит у меня пропал задолго до беременности. Не хочу вспоминать причину.

Значит, чувствую себя как дома? Мне дважды повторять не нужно.

Через час, я себе на тарелку кладу сочный кусок жареного стейка. Зачем-то я пожарила два, хотя заведомо знала, что не осилю второй. Ольга тоже отказалась. Оказывается, она не ест жаренного. У нее потом начинается сильная изжога.

Второй кусок так и остался лежать не тронутым.

Пододвинув к себе тарелку с салатом, я еле сдерживалось, чтобы не накинуться на ароматный кусок. Аккуратно отрезаю небольшой кусок и перед тем, как погрузить его в рот, упиваюсь ароматом.

Божественно…

— Доброго утра!

Как раз в тот момент, когда я с наслаждением пережевываю приготовленную мною еду, в кухню вваливается сонная фигура Арона.

— Я пришел на запах, — он скользит взглядом по кухонным поверхностям и останавливается на нетронутой порции стейка.

Запрещаю себе думать, что второй кусок я жарила как раз для него. Это очевидно, но я все равно блокирую эти мысли.

— Пиздец, Как вкусно пахнет. — Растирает сонное лицо.

Арон подходит к оставшейся порции и подхватывает ее. Садится напротив меня, звонко ударяя дном тарелки о столешницу.

— Ольга, ты как знала что на завтрак нужно готовить питательное, — Арон так аппетитно вгрызается в кусок, что у меня самой слюнки сейчас потекут. — Ахереть! Это самое вкусное, что ты готовила.

— Так это не я, — супруга Янниса давится тихим смешком. С интересом наблюдает за нами, позабыв о своем телефоне.

Черные глаза встречаются с моими, и я опускаю вилку на стол. Его взгляд изменился. Я это заметила еще после утреннего «пробуждения». Сейчас в нем ни капли призрения, иронии или отстраненности. Сейчас он глубокий и проникновенный. Открытый. Притягивающий. В такой взгляд запросто можно влюбиться.

.

— Прекрасно готовишь! Очередной твой плюс. — Не отрывая взгляда, Арон смотрит на меня.

Стесняясь, опускаю глаза в тарелку. Боже… откуда это у меня?

— Не буду вам мешать, — через чур сладко произносит Ольга. — Если понадоблюсь — я в библиотеке.

Ольга уходит, оставляя нас наедине.

Когда я успела превратиться в малолетку с вечно краснеющим лицом? Мне противно от самой себя. Я всегда была сильной и самостоятельной. Равнодушно принимала комплименты. А сейчас, любое слово, взгляд, прикосновения Арона заставляют гореть снаружи и изнутри.

Неожиданно, Арон поднимается и начинает обходить стол. Он уже что-то придумал и твёрдо намерен воплотить свои мысли в реальность.

— Что ты делаешь? — испуганно взвизгиваю и вжимаюсь в спинку стула.

— Хочу отблагодарить, — ухмыляется.

— Так ты еще не доел. Арон! Не смей! В любой момент сюда может кто-то войти! Мы не у себя дома. — Мигом понимаю как именно он хочет отблагодарить. Он как танк прет на меня и мои слова — это слабая преграда, точнее — никакая. Он не слышит или не хочет слышать.

— У себя дома? — блаженно растягивает слова и останавливается напротив. — Мне нравится как это звучит. Тогда нам срочно нужно поехать к себе домой. Но для начала…

Парень разворачивает меня вместе со стулом и дергает наверх. Отодвигает в сторону тарелки и усаживает меня на ледяную столешницу обеденного стола.

— Арон… давай хотя бы в спальню пойдем… это же неприлично.

Его сонный взгляд приобрел хищный прищур. Возможно, парню понравилось идея перебраться в спальню и продолжить «благодарить» меня там. Но запал желания неприличного секса на кухонном столе уже не погасить, и когда я понимаю, что мне не избежать этого, из ниоткуда приходит спасение.

— Я надеюсь вы не собираетесь заниматься сексом на моем безумно дорогом обеденном столе? — Тихий голос Янниса, проходится острыми иголками вдоль позвоночника.

Я подлетаю со своего мести и пытаюсь быстро привести себя в порядок. Наглые пальцы Арона практически успели раздеть меня.

Отворачиваюсь от мужчин, быстро проталкивая пуговицы в отверстие.

— Ой, только не говори, что ты ни разу не делал этого на свое безумно дорогом столе? — язвит Арон. — Или аристократичный Яннис Адамиди предпочитает классический секс в миссионерской позе на кровати?

Боже! Арон, закрой рот! Я просто сейчас сгорю от стыда. Чувствую себя дочкой, которую отец застал с плохим парнем. Да что же со мной такое?

Мне хочется оправдаться, но я вовремя осекаю себя. С чего бы это?

— Привет, Яннис. Я сейчас все уберу.

— Домработница уберет, — перебивая, рычит на меня Арон, — а мы вроде как собрались в спальню!

— Что могло привести к подобному? — я смотрю перепуганным взглядом на доктора, который выдавливает приличную порцию геля мне на живот и размазывает его датчиком по поверхности покрытой мурашками.

Утро сегодня началось ужасно. Я заметила кровь, там где ее не должно было быть.

— Пока не придут анализы, ничего конкретного сказать не могу. Сейчас посмотрим, что покажет ультразвуковая диагностика. Но я рекомендовал бы пару дней полежать в стационаре. Срок небольшой поэтому может быть угроза. Под наблюдением больше вероятности, что мы сохраним беременность.

— О Боже…

— Не нужно волноваться, — успокаивает меня врач. — Возможно, это просто отслаивается плацента. Такое бывает. Незначительные выделения допустимы. А еще на время нужно забыть о половом акте.

Тут без проблем. Думаю и Арон будет солидарен со мной. Он воздержится если стоит вопрос о жизни его ребенка.

— Вас интересует пол ребенка? Или вы из тех кто устраивает праздник по этому поводу?

— Интересует, — шевелю пересохшими губами. — А уже видно?

— Могу сказать с точностью семьдесят процентов у вас будет девочка.

— Девочка? — я крайне удивлена услышанному. Ведь все это время мне казалось, что под сердцем я ношу мальчика. — Вы уверенны?

— С точностью на семьдесят процентов. Стопроцентный результат вам дадут после двадцатой недели.

Девочка… мне теперь придется свыкнуться с этой мыслью.

На УЗИ врач никаких отклонений не заметил, но я решила прислушаться к его совету, и остаться под присмотром пока не станет известно, что опасность миновала.

— Это ваша палата, — медсестра открывает передо мной дверь в одиночную палату похожую на номер дорогой гостиницы и начинает все подробно рассказывать. — А еще у нас есть чудесный ресторан на первом этаже. После сдачи анализов, вы можете на лифте спуститься и ознакомиться с меню.

По внешнему виду палаты, не сомневаюсь что на первом этаже отличный ресторан и не удивлюсь если он имеет звезды Мишлен, но мне необходимо съездить домой и взять некоторые вещи, если я уж решила остаться здесь. Банально, мне необходима зарядка для телефона.

Когда я утром столкнулась с неприятностями вогнавшие меня в абсолютный ступор, ничего кроме как набрать номер такси и озвучить адрес клиники которую Арон выбрал для Ольги я не смогла. Слишком испугана была.

— Нет, деточка! Какие вещи? Ты должна лежать и не двигаться. Звони папаше, пусть он этим занимается.

Легко сказать. Если папаша узнает о моем состоянии, кажется он тут все к чертям разнесет, нежели привезёт мои вещи.

Оставив меня одну в палате, медсестра сказала ожидать пока меня ко мне не придут за анализами. Покрутившись немного у окна, я все-таки решаю позвонить Арону.

Ольгу, по понятным причинам я не собираюсь беспокоить. Янниса, точно не попрошу о подобном. Я еще не отошла от последней нашей встречи. Он и так приютил меня на несколько дней. Хватит с него моих проблем.

Вета… — В голове неожиданно всплывает имя помощницы.

Точно, я же могу позвонить Вете. Она привезёт мои вещи.

Как назло Вета не берет трубку и мне ничего не остаётся, как позвонить Арону.

— Слушаю, — звучит через динамик его голос сразу же после первого звонка. Будто бы он только его и ждал.

Да, конечно, Лера! Он сидел и ждал твоего звонка! Наверное, просто держал телефон в руках, поэтому так быстро и ответил.

— Привет. Мне нужна твоя помощь…

.

Через час дверь в палату распахивается и Арон переступает порог моей временной обители. Его лицо бледное, а глаза по-дьявольски опасны. Он быстро ими сканирует меня лежащую на кровати. После, его взгляд останавливается на пластыре, скрывающий сгиб руки.

— Ничего не трогай! — парень опускает на низкий столик у входа мою дорожную сумку вместе с бумажным пакетом, и куда-то испаряется.

По телефону мы с ним договорились, что через полчаса он заедет ко мне и заберёт ключи от квартиры. Вместо этого, он приехал через час с моими вещами и каким-то пакетом. Судя по всему там еда. Я отсюда чувствую этот умопомрачительный запах.

Когда нервы отошли на задний план, мне вдруг снова захотелось есть и спать. Это наверное такая защитная функция организма, такой способ восстановления. После того как у меня взяли все необходимые анализы, меня просто выключает.

Игнорирую приказ Арона и подхожу к вещам которые он принёс. Сперва лезу в сумку. Это моя сумка и там точно мои вещи. Откуда у него ключи?

Во втором пакете была еда, я не ошиблась. А еще, завернуты в отдельный пакет предметы личной гигиены.

Вы только посмотрите на него? Я сама бы не додумалась притащить это все… Отказывается, в критической ситуации он способен быстро принимать решения и здраво мыслить. В отличие от меня…

Из еды первым мне попадается бульон. Я открываю крышку и с аппетитом начинаю его есть. В голове вспыхивает мысль, что сейчас я бы не отказалась от пиццы. Боже… я ее лет девять не ела.

— Вкусно? — позади раздаётся знакомый голос и я вздрагиваю, не ожидая, что Арон мог так быстро вернуться. Разворачиваюсь к нему и ставлю контейнер на стол.

Я была так увлечена поглощением еды, что не заметила как хлопнула дверь, оповещая меня о возвращении моего «спасителя».

— Да, очень… спасибо тебе… — с запинкой выговариваю слова.

Арон подходит ко мне и касается пальцами щеки. Нежно ведет по коже, очерчивая скулы:

— Ты напугала меня. Не делай так больше. — Обеспокоенный взгляд скользит по моему лицу, не зная за что зацепиться. Словно ищет изъян.

Но мне правда лучше. Нет изъяна, успокойся!

Открываю рот и просто выдыхаю, потому что вторая рука парня ложится на живот, накрывая его:

— И ты не смей больше вытворять подобного, слышишь меня? — строго выговаривает будущий папаша, будто бы ребенок под моим сердцем его и вправду слышит. — Ничего пока не понятно, — Арон отпускает меня. Скидывает чёрную куртку и устало падает в кресло. — Подождём пока не придут анализы.

— Ты останешься здесь? — пячусь к окну. Внезапно меня накрывает такой теплотой и благодарностью, от того что именно он здесь. От этого чувства мне становится не по себе.

— Конечно, останусь! — смотрит на меня, словно я сморозила глупость. — Я взял всего понемногу. — Кивает на сумку. — Кажется, ничего не забыл.

— Откуда у тебя ключи.

— Сделал дубликат. Давно сделал.

Не зная чем возразить на подобную наглость, отворачиваюсь к окну. Во мне слишком много всего. И благодарность и возмущение. Меня по-настоящему штормит. Мне нужно отвлечься.

Вид из моей «пятизвездочной» палаты выходит на парковку, где, кстати, я не замечаю машины Арона.

— Ты сюда на такси приехал? — вдруг для меня это становиться важным. Или наоборот, мозг лихорадочно ищет темы для продолжения разговора. Отвлечься не выходит.

Поворачиваюсь к нему.

Парень прислоняет палец к губам и отвечает на звонок вибрирующего телефона.

— Я не могу сейчас говорить! — рычит в трубку. Но с каждым услышанном словом на той стороне, его лицо искажается злостью. Арон поднимается на ноги и быстро шагает к двери.

— Я своими руками убью этого гребанного следака! — последние, что удается услышать мне перед тем, как за парнем захлопывается дверь.

Арон

Мне хочется напялить на пальцы кастет и смотреть как мой кулак влетает в мудацкое лицо этого уебка следака. Раз за разом смаковать, как металл врезается в плоть, разрезая ее. А потом, обязательно, пройдет кровь. Ее будет много. Она будет доставлять мне не меньшее удовольствие… Как и его расквашенное лицо.

У меня сегодня явно отвратительный день. Следак… тачку забрали на штраф стоянку. Миран со своими претензиями.

Мне сейчас как никогда хочется взять Леру в охапку и увезти ее домой. Я знаю мой дом станет и ее домом тоже. Обязательно станет. Она влюбится в тот цветник, который много лет назад развила мама.

Просто нужно поскорее закончить дела и увезти ее отсюда.

Пинаю ногой дверь первого попавшего бара и решаю снять напряжение с помощью старой доброй выпивки. Понимаю, что Лера будет не в восторге, но и в больнице мне нельзя было оставаться. Я бы разнес ее к херам.

Звонок Мирана застал меня врасплох. Новость, что следак охотится за моей головой и уже предпринял все меры для моей поимки, и не новость вовсе. Но она наслоилась на неблагоприятное состояние Валерии и у меня снесло крышу.

Я просто убью его и дело с концами. Заберу Леру и растворюсь в Греции будто бы меня и вовсе здесь не было.

Но сначала я выпью.

Этот хер думает, что я убил Санина? Ну так правильно думает. Интуиция — зачет. Я тот человек, который нажал на кнопочку и привел взрывчатку в действие, которую ранее прикрепили к тачке люди Мирана.

Жлоб Санин перешел границы вседозволенности и Мирана это зацепило. Я крайне удивлен, что ни Лера, ни Яннис не видели какая Санин двуличная тварь и продолжали заглядывать ему в рот. Дорожить его дружбой.

Какая к черту дружба? Какая к черту любовь? Он нагло пользовался ими…

Я бы не раз нажал на ту кнопку. Ни капли об этом не жалею, тем более после того что стало мне известно.

Он заставил сделать ее аборт… сдуреть…

Да, мне точно нужно выпить, иначе я задохнусь от собственных мыслей.

Мне нужна свежая голова, чтобы разобраться со следаком.

Зайдя в бар, сразу же натыкаюсь на знакомое лицо. Точнее затылок. Кучерявый парень в компании какого-то амбала, сидит у барной стойки. Иду к ним.

— Что празднуем? — решаю разбавить их компанию своим присутствием. Мне тоже, кстати, не помешает компания. Иначе я за себя не ручаюсь. — Арон, — протягиваю руку через кучерявого к его другу.

— Михаил, — «друг» отвечает на рукопожатие.

— Кстати, видел как вы перепехнулись на столе, — Обращаюсь к кучерявому: — Стол мы расшатали ещё до вас.

Не расшатали, конечно. Но язык бежит впереди меня, желая подраконить парня.

На днях я заскакивал в цветочный и был очень удивлен, увидев порнушку в архиве видеонаблюдения.

— В смысле? — у кучерявого вытягивается лицо и чует моя интуиция, ему хочет вмазать мне как следует.

— Все видео с камер наблюдения автоматически, параллельно заливаются в облако. Но я уже удалил его, не переживай.

Успокаиваю его. Ухмыляюсь. Понимаю паренька, сам бы психанул, услышав подобное. Может я зря сделал, что уехал от Леры? Ее присутствие и нежный голосок, возможно успокоили бы меня быстрее?

— Очень на это надеюсь, — фыркает мне в ответ.

— Эй ты! В чёрной футболке, — подзываю к себе бармена. — Налей мне чего-то в два раза крепче, чем у этих двоих. — Киваю в сторону моих временно знакомых. Нам явно не по пути, но их компания в данной ситуации мне комфортна. Куда лучше гиен Мирана или шлюх.

Со шлюхами, кстати, покончено. Моя жизнь дала новый виток и я не упущу возможность быть рядом с Лерой и малышом. Моим, черт возьми, малышом.

— Кто это? — подает голос молчаливый Михаил.

— Я не особо понял кто он, но вроде адекватный. — Отвечает кучерявый.

— Кто, я адекватный? Э-э-э нет… я совсем неадекватный. — Тихо смеюсь. — Как насчёт после нашего спонтанного застолья, сотворить небольшое преступление? — передо мной ставят стакан чистого виски и, осушив его в один глоток, я всем корпусом поворачивается к пацанам: — Мне нужно сжечь тачку одного приставучего следака.

.

.

— Забираю свои слова обратно, насчет того, что он нормальный. — Немного помедлив, кучерявый фыркает и отпивает из своего стакана. — Ни хера он не нормальный.

— Это вы просто мало выпили! — отмахиваюсь.

— Я вообще не пью! — заявляет Миша.

Да, компания так себе… А как же плеснуть в кровь старого доброго адреналина?

— Мне этот следак, как кость в горле. Со мной вы или нет, мне как-то все равно. Сегодня я настроен на барбекю.

Давно я так не напивался, признаюсь честно. Алкоголь застревает комом в горле и я его с усилием проталкиваю в себя. Зачем? Да сам не знаю… Просто хотелось забыться таким образом и все последующие действия спихнуть на неадекватность. Мол напился, что было не помню.

Уже изрядно пьяный, я замечаю фигуристую девчонку с розовыми прядями за ушами. Она яркое пятно в этом убогом заведении. Все мельком оглядывались и украдкой подтирали слюни. Даже скудная женская половина, что собралась здесь не упускала возможности с завистью взглянуть на красотку. Ее было трудно не заметить, особенно, когда эта особь неожиданно засеменила к барной стойки, за которой восседали мы.

— Мальчики! — она кладет свои наманикюренные пальчики на плечи кучерявому и Мише. Запах ее духов долетает и до меня, будоража рецепторы. Слишком сладко.

Пару месяцев назад, я бы еще час назад отутюжил ее в туалете и глазом бы не моргнул. Такие легкомысленные и легкодоступные идеальные кандидатки на секс без обязательств, а сейчас меня выворачивает от ее многослойности на лице и сладкого аромата духов. Хочется сжать ее надутые губы и выдавить весь гель, или какой хреней они из накачивают?

— Вы здесь не скучаете? — продолжает она приторно-сладким голоском. — Не хотите присоединиться к нам? — коротко кивает в сторону столика откуда пришла, где на нас глазеют две пары глаз. Самая смелая, что ли?

Нимфа вопросительно изогнув бровь смотрит в мою сторону, негласно сообщая, мол она забила меня. Еще чего? Опоздала!

Ее многообещающее предложение, растворяется в нашем молчании. Похоже, не только у меня есть любимая, которой не хочется изменять. И когда я успел таким стать? Раньше бабы для меня было расходным материалом, а сейчас? Посмотри-ка как я заговорил?

— Я пас! — первым оживает кучерявый.

Миша медленно поворачивается ко мне и слегла, ошарашивает сказанным:

— А пошли ка мы лучше сожжем тачку твоего следака?

Челюсть чуть не роняю, честное слово. От него я точно подобного не ожидал. Сидит себе смирно тут, потягивая свою «нулевку», спортсмен, как я понимаю… и тут такое…

— Отличное предложение! — ударяю своим стаканом об горлышко его бутылки. — Валим.

— Извини, красивая, — не унимается кучерявый. — Меня дома малышка ждет. Перед выходом, она нацепила на меня трусы верности. Никак не снять.

— Идиот! — ржу с него.

— Да, Мих! Я поддерживаю твою идею, Арон. Пошли зажарим твоего следака. — Хлопает меня по плечу.

Под утро, еле передвигая ноги, я заваливаюсь в больницу, где лежит моя девочка.

От меня воняет бензином. Вид — хорошо потрепанный. Голова раскалывается. С губ не сползает блаженная улыбка.

Ювелирная работа, мать его. Ни свидетеля, ни одной камеры видеонаблюдения, но послание было послано.

Что сейчас начнётся? Вроде как я негласно подтвердил свою причастность с поджогу депутатика.

— Молодой человек! Стойте! Вы куда собрались? — пищит дежурная медсестра, когда я бреду на начищенному полу.

— Адамиди Валерия. Кажется, она в пятьдесят третей… но не факт… — стучу себе по лбу. — Кстати, в какой она? Не напомните? Я — нет…

Вот придурок!

— Время для посещений с девяти утра начинается. Я не могу вас пропустить в палаты. Сейчас пять утра! Вы в своем уме?

— Слегка нет.

— Я сейчас вызову охрану! — подскакивает с места, бегая по мне испуганным взглядам.

— То есть, вы меня не пустите к супруге?

— До девяти утра — нет!

Супруга… Как же приятно произносить это вслух. Моя супруга.

Блядь… что-то явно я перебрал. И Мишаню еще споил. Он и правда оказался спортсменом, который лет пять в рот ни капли алкоголя не брал.

— Хорошо, тогда я подожду здесь! — падаю в первое попавшееся кресло. — И не советую я вам вызывать охрану. Накостыляю им на раз-два. Толкните меня в девять, пожалуйста… — вынимаю из кармана телефон и кидаю его перед собой.

Веки становятся свинцовыми. Глаза закрываются и я проваливаюсь в бездну, где в царстве Морфея я окончательно безжалостно падаю на дно.

!!!!!! Есть опечатки, МНОООГОО!!!! Исправлю их в течении пары часов!! зато глава вышла очаровательная!)

Лера

Утро стало для меня беспокойным, тревожным. Я не люблю больницы. Я ужасно переживаю за ребенка, хотя понимаю, что своими переживаниями только усугубляю свое состояние. Мне тревожно из за Арона. Он вчера вечером вышел из палата и до сих пор не дал знать о себе. Я уже на грани, чтобы связаться с Яннисом и попросить друга, чтобы тот узнал что с его неугомонным братцем.

Но Яннису звонить так и не приходится, потому что Арон оказывается намного ближе. Перед носом, можно сказать.

Идя по холлу клиники я натыкаюсь на развалившееся тело в кресле. И все бы ничего, но в этом «теле» я узнаю отца своего ребенка. Вот так новости…

Мне кажется, я вмиг покрываюсь краской. От мизинчиков пальцев до корней волос на макушке, превращаюсь в одно сплошное красное пятна. Боже, как стыдно…

Что он здесь делает? Да еще и в таком неподобающем виде…

Замираю как вкопанная, не зная что делать. Может подойти и разбудить его? А может пройти мимо?

Черт возьми! Ну не могу же я оставить его здесь в таком виде.

— Арон! Эй! — выбираю первый вариант. Подхожу к нему в плотную и начинаю быть по колючим щекам. — Подъем!

Парень недовольно кривится, а потом неожиданно распахивает глаза. Цепкие пальцы окольцовывают мое запястья, сжимая мертвой хваткой.

— С-с-с… — шиплю от боли. Лучше бы я прошла мимо. — Аккуратнее!

— Привет, — его губы расползаются в улыбке, будто бы он только сейчас уловил кто перед ним. — Я скучал…

Он обхватывает мою талию и дергает к себе на колени. Понять то он понял кто перед ним, а вот где он находится, кажется не до конца осознает.

А еще от него жутко воняет бензином. Чем он занимался вчера ночью.

— Представляешь, меня к тебе не пускали. Им повезло, что я был в хорошем расположении духа.

— Молодец! Делаешь успехи! А теперь быстро поднимайся и иди за мной.

— Куда? Здесь так удобно… — утыкается головой в мою грудь. — Ты ахеренно пахнешь!

Что не скажешь от тебе!

Быстро оглядываюсь по сторонам и снова пытаюсь вразумить этого несносного мальчишку.

— Арон, пожалуйста… давай мы быстро уйдём отсюда. В палате нам будет еще удобнее, поверь мне!

Сейчас начла седьмого. Скоро начнут приходить врачи. Будущие мамочки уже вовсю ходят и сдают анализы. Я не хочу чтобы они застали подобную картину.

— Верю! — бурчит. — Веди меня. Уже начались часы приема?

— Нет!

— Ну и хер с ними!

Поднимаюсь на ноги и пытаюсь потянуть его за собой, но мне не сдвинуть эту груду мышц, если он мне не поможет.

— Арон, выспишься у меня в кровати! Вставай!

— Встаю, встаю, мамочка! Только не кричи! — хмыкает и качаясь, поднимается на ноги. Звонко шлепнув по ягодице, Арон обновляет меня и, спрятав руки в карманы, бредет по коридору в нужном направлении. Первым заходит в палату.

Как только я закрываю за собой дверь в палату, оказываюсь прижата к деревянной поверхности. Арон разворачивает меня к себе и схватив за лицо, впивается в губы.

Ощущаю на языке запах перегара. Он пил всю ночь?

— Я скучал, — рычит мне в губы, хаотично сживая меня. От сонного Арона ни осталось и следа. Черные глаза затуманены, губы слегка приоткрыты. Грудь ходит ходуном, будто бы он не может надышаться кислородом.

— Не думай, что ты можешь всю ночь шляться где попало, а потом приходит ко мне и заявлять, что скучал. Если скучал, ты бы не ушел отсюда.

Я не играшка! Он не будет мной играть когда ему вздумается. Если хочет быть рядом, пусть считается со мной.

— У меня были на то причины, — хмурит брови.

— Ну так иди разбирайся со своими причинами дальше. Зачем сюда пришел? Ты видел себя?

Моя злость обоснована. Его притягательность не вскружит мне голову. Я вчера убедила себя, что он станет неплохим отцом и у мы с ним возможно, получиться построить отношения? А сегодня он заявляется сюда пьяным и «подгорелым». Пусть знает — я не буду терпеть подобное.

— Где ты был?

— Блядь, не сейчас Лера! — огрызается и отходит в сторону. Сдавливает виски.

— А когда? Когда через неделю за тобой придут менты? Ты меня просишь бросились все и уехать с тобой в другую страну. Такое решение должно приниматься основываясь на полном доверии. А какое доверие у меня к тебе, если ты мне ничего не говоришь, да еще в таком виде заявляешься!

— Ты мне решила вынести мозг?

— Нет, дорогой! Я взрослый человек, который привык держать под контролем свою жизнь. Который не любит неожиданные сюрпризы, особенно тогда, когда существует угроза жизни моего будущего ребенка.

— Нашего! — рявкает в ответ.

— Не знаю, Арон, — складываю руки на груди. — Если ты себя будешь так дальше вести, то моего.

— Как так? Прибегать к тебе по первому звонку? Организовывать тебе самых лучших докторов? Возвращать тебе цветочный магазин? Я в жизни столько ни для кого не делал!

— Так может и не нужно всего этого!

— Замолчи, а? Голова пиздец как раскалывается.

— Пить меньше нужно! — фыркаю и направляюсь к кровати. У меня кружится голова. Возможно этого от того, что из меня снова выкачали литр крови, а возможно это все из-за Арона. Что со мной? Я же могу его сейчас послать ко всем чертям, так почему у меня не поворачивается язык это сделать.

— Я вчера малость оторвался, — Арон неожиданно возникает напротив меня и удивляет еще сильнее тем, что становится на колени. Обвивает руками ноги и кладет на мои колени подбородок. — С кем не бывает?

Его гнев утих. Сейчас он спокоен и максимально собран, несмотря на свое похмелье.

— В баре случайно встретился с кучерявым женихом твоей аварийной Веты и его другом. Представляешь, Вера и кучерявый тоже ждут ребенка.

— Надеюсь о нас ты ничего не говорил?

— Не-а! Есть еще кое что, о чем ты должна знать, раз ты не хочешь чтобы между нами не было секретов.

Мне не нравится его тон, он подразумевает под собой опасные последствия.

— Я имею прямое отношение к подрыву Санина. Это чистая правда. Я нажал кнопку и устройство сдетонировало. А вчера с ребятами мы подожди авто следака. Такое себе послание, чтобы он перестал копать под меня.

— Ты дурак… — медленно выдыхаю.

— Больше меня не любишь? — иронично ухмыляется. Его пальцы оживают и начинают вырисовывать узоры на моей коже, от этого она сразу же покрывается мурашками. — Но все еще хочешь…

Придурок! Как можно быть таким легкомысленным?

— Ну так как? Тебе стало легче от правды?

Я смотрю, как закрытые веки Арона слегка подрагивают. Наверное, ему что-то сниться. А судя потому как его брови хмуро сдвинуты на переносице, снится ему не самый приятный сон.

Парень разместился в кресле и я не завидую его спину и шее после пробуждения. Он там спит практически весь световой день. Утром ускользнув на пару часов, он вернулся переодетый и вкусно пахнущий. Завалился в это кресло и не встанет.

Он сегодня рассказал мне шокирующие подробности, но я не могу сказать, что потрясена. Нет. Я просто нахожусь в каком-то вакууме, который очень хорошо защищает мою психику. Меня больше волнует, где он был вчера, нежели то что он причастен к смерти Андрей.

Я смотрю на его бледное лицо и темные круги под глазами. Он сейчас выглядит невероятно юным. Как этот мальчишка планирует содержать семью. Устроить мою жизнь в чужой стране.

Мне почему-то хочется прикоснуться к нему.

Бесшумно спрыгиваю с кровати и крадусь к Арону. Сажусь на подлокотник и касаюсь пальцами колючей щеки. Арон моментально перехватывает мою руки, крепко сжимая кисть. Будто бы и вовсе не спал, ждал этого вторжения. Но мутный взгляд говорит об обратном.

Реакция хорошая. Тут не поспоришь.

— Что ты делаешь? — слегка хрипит он. Смотрит по сторонам пытаясь разглядеть что-то в полумраке палаты. — Сколько времени?

— Начало седьмого, — тихо говорю.

— Я весь день проспал?

— Да…

— Так что ты делала?

— Мне захотелось к тебе дотронуться, — говорю правду.

Я сейчас стою перед сложным выбором. Мое существование, которое я считала настоящей жизнью, оказалась пылью в глазах. Может стоить начать новую жизнь с Ароном? В новом месте? Что мне терять? Верно — нечего.

— Ты красивый, — не перестаю гладить его. Не знаю, что со мной. Интересно, к чему это приведёт, если дальше вести себя так, как подсказывает сердце…

— Что с тобой? Тебя накачали чем-то? — дергает бровью. — Может я сплю? — его голос понижается до неузнаваемого сипа.

Арон впервые кажется таким уязвимым. Будто бы я его не по щеке глажу, а пробралась под ребра и сжимаю его сердце. Оказывается оно у него есть.

— Может быть я спала все это время?

Окончательно перестаю контролировать свою речь.

— Что с тобой? — Арон настороженно хмурится и выравнивается. Отпускает мою руку.

— А тебе не нравится?

— Больше пугает, чем нравится.

— Не привык когда тебе достаётся что-то просто так?

— Привык все выгрызать зубами. Блядь, я сплю!

Тихо смеюсь. Веду рукой по плавно вздымающей груди и замираю там, где сумасшедше бьется сердце.

— Когда ты рядом всегда так, — тихо объясняет. — Не могу это контролировать.

— А что будет, если я сделаю так?

В меня вселился бес, не иначе. В адекватном состоянии я бы не стала так откровенно лезть на рожон.

Я склоняюсь к нему и прижимаюсь к приоткрытым губам.

Арон рычит в губы и тянет меня на себя. Заставляет сесть сверху. Его огромные ладони опускаются на мои ягодицы, крепко сжимая их.

— Не дразни меня, девочка!

Девочка…

В любой другой момент я бы брызнула сарказмом, но сейчас мне хочется быть для него именно ней: девочкой в крепких и дерзких руках.

— Еще скажи, что ты меня любишь?

Улыбнувшись, мотаю головой. Упираюсь в его лоб своим лбом.

— А я вот, кажется, люблю…

Его слова вызывают острое покалывание между лопаток. Я не готова ответить взаимностью, пусть не смотрит так на меня. Пока — не готова. Может быть, позже…

— Ты уедешь со мной? — тихо интересуется.

— Я думаю над этим. И это не просто слова, Арон. Я правда, серьезно думаю над этим.

— Повтори еще раз.

— Что? — вопросительно смотрю на него, не улавливая смысл просьбы.

— Мое имя… произнеси его.

— Арон…

— Еще раз.

— Арон, — улыбаюсь.

— Хочу тебя!

— Ты же знаешь, что нельзя.

— Знаю, но это ничего не меняет. Ты как наваждение. Никогда ни к кому не испытывал подобного. Ты моя брешь. Единственная, кто может мне навредить. Глубоко пробраться под кожу и отравить кровь… — Арон замолкает и хитро добавляет: — Но ты тоже хочешь меня. Я не верил в эту дичь, но встретив тебя я чувствую, что и ты меня хочешь. Признай.

Если уж мы подняли такие откровенные темы и ночь уместно скрывает наши лица, оголяя души, то и ты Арон, слушай правду:

— Могу с уверенностью сказать, что ты перевернул мой мир. Возможно, и не в самую лучшую сторону.

— Ой, ну на хера ты начинаешь? Хорошо же все шло, — отмахивается. Его тон наполнен иронией.

— Но ты подарил мне ребенка… — продолжаю слегка надломанным голосом. В носу начинает зудеть, а в глазах застыли предательские слезы.

— Это ты мне подарила ребенка. Никакую другую женщину я не вижу матерью своих детей.

— Детей? — смахиваю слезы. — Давай пока остановимся на одном.

— Еще чего? — недовольно фыркает парень. — Мне не нужны эгоисты в семье. Хватит дяди Янниса.

Пропускаю мимо ушей его недовольство и издевательство в сторону родного брата, и ложусь на него. Вживаюсь своей грудью в его, а лицо прячу в изгибе шеи.

Арон теряется на несколько секунд, не понимая что ему делать дальше. Потом нерешительно касается пальцами моей спины и начинает гладить вдоль позвоночника.

Я не знаю как объяснить то, что происходит у меня внутри. И вряд ли есть объяснение подобным чувствам.

Представьте, что у вас вместо грудной клетки огромная сквозная дыра. С каждым годом она увеличивается. Разрастается. Достигает критических размеров и в один прекрасный момент ты привыкаешь к этому. Понимаешь, что это твое нормальное состояние.

Ты леденеешь. Черствеешь. Пустеешь. Твой круг общения наполняется такими же «дырявыми» людьми… А потом случается что-то ненормальное. Появляется человек, который полностью собой закрывает это отверстие. Он наполняет тебя, при этом безжалостно ломая каждую кость. Он переделывает тебя. Заполняет, не оставляя зазора для бреши.

Если я для Арона слабое место, брешь… то для меня он — наоборот. Каким-то удивительным способом он возвращает меня к жизни. Я думала, что жила находясь в недо-отношениях с Андреем. Оказалось я оживаю рядом с этими ненормальным мальчишкой. Он подарил мне смысл. Этот смысл живет под моим сердцем.

Я как минимум должна быть благодарна Арону…

Прижимаюсь крепче к парню. Вдыхаю его незнакомый, слегка дикий запах. Парень зарывается пальцами в мои волосы и начинает массировать кожу голову.

— Любишь меня, — довольно заявляет он. — Чувствую это.

— Для тебя это так важно? — выдыхаю ему в шею. — Так важно услышать, что я люблю тебя?

— От тебя — да!

— Я думала, ты не из таких…

— До тебя я тоже так думал. — Арон перемещает руки на мою талию, намекая чтобы я поднялась. — Мне кажется, ты неудобно сидишь. Давай переберемся на кровать.

Прошла неделя. Меня выписали из больницы, убедив меня, что состояние у меня отличное: без патологий и прочих отклонений. Прописали специальные таблетки от токсикоза, от которых меня тошнит еще сильнее. Но я нашла другое лекарство. Действует незамедлительно. В крепких объятиях Арона, я чувствую себя намного легче. Удивительно…

— Не планируешь переезжать? — вопрос Ольги, которая сидит напротив вводит в ступор.

Женщина пришла навестить и составить мне компанию. Или я ей. У Янниса и Арона возникли какие-то непредвиденные обстоятельства, которые требуют срочного решения. Они пропали куда-то на весь день.

Ольга задала этот вопрос таким тоном будто ей что-то известно.

— Что? — пытаюсь взять себя в руки, но голос все равно звучит растерянным.

— Ну у тебя же однокомнатная по сути. Я просто привыкла к огромной площади нашей квартиры и в твоей мне, кажется, развернуться негде. А когда появится малыш…

— Тебе что-то известно? — смотрю на нее. Прищуриваюсь. — Как давно вы с Ароном лучшие подружки?

— Перестали ими быть, как только ты появилась в его жизни! — недовольно хмурит бровки. — Но это же Арон. За все время пока мы с ним знакомы, я успела его хорошенько выучить. Он уже давно должен был сгрести тебя в охапку и увезти на свою территорию.

Ее фразочка показалось мне двусмысленной и прошлой, но я зацепилась за другое. Я вот все никак не разгадаю Арона. Он по-прежнему для меня закрытая книга. Такой простой и сложный одновременно.

Ему нравится мой обыкновенный суп с лапшой и домашний уют, и в то же время он способен убить не моргнув и глазом.

— Я никогда не воспринимала его всерьез, скажу честно!

Мне бы не очень хотелось откровенничать с Ольгой на подобные темы, но с кем как ни с ней? Она как никто хорошо знает изнутри семью Адамиди.

— Зря! Арон достойный кандидат.

— Так почему же ты живешь с Яннисом? Со старшим братом познакомилась раньше? — ухмыляюсь, складывая руки на груди.

Серьезно! У них и разница не такая большая. Возможно Арон бы ей подошел больше.

— Арон хороший малый. Добрый. С огромным сердцем. Но он не симпатичен мне. Рядом с ним нужно постоянно держать себя в руках. Его доброе сердце за секунду может поглотить никому не известная тьма и все… эти эмоциональные качели не для меня. Мне больше привычно холодный самоконтроль Янниса.

— Забавно, но ты меня упорно толкаешь к нестабильному Арону.

— Ты делаешь его лучше, а он делает тебя живой. Несмотря на тяжелый токсикоз, у тебя святятся глаза. — Подытоживает женщина.

Поворачиваю голову к окну, где черная гладь стекла делает из него зеркальную поверхность. Там и правда виднеются два огонька. Они исходят от меня. От моих глаз.

За окном уже темно, а наших мужчин еще нет. Наших… это так уместно и непринуждённо звучит.

— Где их носит? — будто бы читая мои мысли, Ольга пододвигает к себе телефон и смотрит на часы. — Половина девятого уже.

— Яннис тебе не сказал, куда они едут?

— Нет, но я догадываюсь. — Ольга блокирует телефон и переводит взгляд к окну. — Яннис настоятельно рекомендовал Арону полюбовно разобраться со следователем.

Полюбовно? Ну, тогда Арон его не послушал. Ведь горячее пламя, пожирающее кузов автомобиля Степана Флорова в ряд ли можно было назвать пламенем любви. Это совсем неполюбовное решение проблем.

Удивляюсь сама себе. Почему я так спокойно отношусь к информации, которая мне известна? Может быть, потому что Арон сказал правду? Признался мне в содеянном и ничего не утаил? Или просто мозг отказывается воспринимать услышанную информацию. Может быть, мне сложно признать, что человек способен сотворить подобное? Убить. Быть причастен к убийству…

Щелчок дверного замка заставляет меня вздрогнуть. Мы с Ольгой одновременно, как по щелчку пальцев дергаем головами в сторону коридора и ждём, кто же сейчас появился там.

Я слышу копошение. Насмешливую интуицию родного голоса, затем первым из-за стены появляется Яннис. Я даже не смотрю на друга. С замиранием сердца, жду появления Арона. И когда он наконец-то появляется, сердце пропускает удар.

Парень выглядит обычно. Нет никаких видимых изменений. Настроение — приподнятое. Арон тоже взглядом находит меня и как танк прет в моем направлении, не замечая никого вокруг. Даже с Ольгой не здоровается.

Оказавшись напротив, парень обнимает мое лицо ладонями и притягивает к себе. Прижимается губам и не медля глубоко проталкивается языком. Тихо стону ему в ответ.

— Похоже мы здесь лишние! — через барабанящий пульс в ушах, до меня долетают слова Ольги.

— Я скучал! — Арон отрывается от меня и легонько чмокает в нос.

— Голодный? — почему-то интересуюсь только у Арона, напрочь забыв об окружающих.

— Дико!

— Собирайся, — басит Яннис, поторапливав супругу.

— У меня ужина на всех хватит, — быстро спохватываюсь выглядывая из-за плеча младшего Адамиди.

— Нам уже пора, — ровно отвечает Яннис, ставя точку в этом бессмысленном диалоге.

Чета Адамиди уходит, оставляя нас с Ароном наедине. Оставляя меня в лапах голодного зверя. Но я и не против.

— А можно мне начать с десерта?

Арон с рыком зарывается в мою шею и я уверенна, он съест меня если ему разрешить.

— Как прошел сегодняшний прием у врача? — его горячие дыхание пробирается под кожу.

— Все хорошо, меня отпустили на две недели. Сказали наслаждаться своим положением.

— Ну и как? Наслаждаешься?

— Сейчас уже да… к сексу нет никаких противопоказаний, — неожиданно для нас обоих выпаливаю я.

Арон отстраняется назад и вскинув бровь, рассматривает меня, мол, кто я такая? Меня подменили? Я сама в шоке, если что.

— Но, сначала ужин! — возвращаю себе контроль над мыслями и речью.

— Я сейчас поем и засну на тебе, — хмыкает парень. — Пиздец, как устал. Если поем, завалюсь спать.

Арон подхватывает меня на руки, намекая что тема закрыта.

— Нет! — смеюсь. Его движения щекочут меня. Выскальзываю из мужских рук и отхожу к холодильнику. — Я перец для кого фаршировала?

— Хочу нафаршировать тебя! — пошло кидает.

— Уже! — не сдерживая улыбку, глажу по животу.

— Ты такая красивая сейчас, — на его губах играет улыбка, а взгляд очень серьезный.

— В смысле? — ловлю себя на мысли, что мне хочется пококетничать с ним.

А не стара ли ты для этого, а Валерия?

Когда я в последний раз с кем-то флиртовала? Никогда.

— В прямом. Вот сейчас. Когда смешаться по-настоящему.

— Дурак! — разворачиваюсь к холодильнику и открываю его. Дверца тут же захлопывается перед моим лицом. Это Арон ее захлопнул.

Его руки ложатся на талию и дергают на себя.

Парень сгребает все предметы с кухонного островка в сторону и усаживает меня на него.

— Трахну тебя прямо здесь, моя упрямая девочка! — шипит мне на ухо.

Широко разводит мои колени в стороны и устраиваться между ними.

Помнится наш первый секс был именно здесь. На кухне. Тогда он больше походил на принуждение. Удовлетворение животной потребности.

Сейчас все иначе. И то слово, которое только что Арон подобрал для описания, того что происходит сейчас между нами совершенно не подходит.

Нет, он не трахает меня. Он занимается со мной любовью.

Не бывает столько нежности в «трахну тебя прямо здесь». Его бережные прикосновения кружат голову и доводят до исступления.

Трахал он меня в первый раз, а сейчас мы занимаемся любовью.

Я нетерпеливо освобождаю его от одежды. Он резкими движениями рвет на мне мою одежду, а когда без прелюдии Арон оказывается во мне, я стону, царапая его натренированные плечи.

— Еще! Давай громче! — Арон подстегивает меня, толкаясь глубже. Быстрее. Резче.

Я не контролирую это, стоны сами срываются с губ.

— Сейчас ты тоже красивая. Еще покрасивее. — Он смотрит на меня не отрывая взгляда. Впитывает каждую эмоцию. Каждый стон. Каждый взмах ресниц.

— Поехали со мной домой! Поехали! Ты не пожалеешь! Мы месяц не будем вылазить из постели. Мы забудем зачем нужна одежда.

— Я беременна, не забывай! — строго напомнить не получается, потому что его рука накрывает грудь, а пальцы сжимают сосок. Затем зубы прикусывает твёрдую вершину.

— Я буду нежен, — осведомляет меня. — Пока ты беременна. А потом…

Я опускаюсь на столешницу спиной, а перед глазами оживают картинки его слов.

Вода, горячий песок и мы забыли зачем нужна одежда…

Настоящее безумие.

— Ты поедешь со мной? — Арон поднимает меня, и в таком пикантном положении мы перемещаемся на диван. Вот только теперь я сверху.

Его пальцы сжимают мои ягодицы и проскальзывают к запретному углублению. Массируют чувствительное место, добавляя еще больше удовольствия в чашу запретной страсти.

— Я поеду с тобой! — тяжело дыша искренне заявляю я. — Я хочу увидеть твой дом.

— Какие непредвиденные обстоятельства вы сегодня решали с братом?

Наша разгулявшаяся страсть утихала. Теперь кухонный островок использовался по назначению, а именно на нем стоит еда и Арон наконец-то заканчивает поглощать тот фаршированный перец, который я приготовила для него.

Арон не смотрит на меня. Молча ест. Ну ладно, задам этот вопрос чуть позже. Все равно не слезу.

— Плохи дела, — неожиданно начинает говорить парень. — Даже моему всемогущему братцу не под силу их решить. А Мирану по хер. Ему важнее собственная шкура. Если я подумаю сказать ментам, что в убийстве депутатика замешан турок, сразу же получи пулю в лоб.

Он так спокойно говорит и таких страшных вещах… У меня начинают трястись руки.

— В общем, мне нужно уехать отсюда к утру.

— К утру? — в изумлении ахаю.

— Да, детка, — он опускает голову и мелкие капли с коротких мокрых волос падают на стол. — Чуть не забыл. У меня для тебя сюрприз. Хотел раньше отдать, но было не до этого.

Арон поднимается с места и уходит в коридор. Без стеснения разглядываю его голый торс, покрытый черными узорами. Наверное я сошла с ума, потому что в такой сложной ситуации, я ловлю себя на мысли, что мне нравится все в этом парне. Даже эти глупых татуировки, сейчас выглядят завораживающие.

Арон возвращается через пару секунд, держа связку ключей на вытянутой руке.

— Я сменил замки. Надеюсь ты не против.

— Что это?

Правда, я даже и представить не могу от чего эти ключи? От его сердца?

— Ключи от твоего цветочного. — Объясняет Арон.

— Откуда? В смысле? Ты шутишь?

— Нет, — криво улыбается. — Мне подвернулся вариант и я его не упустил. — Затем Арон задирает ладони к верху и поспешно добавляет: — Я никого не убивал, чтобы их заполучить. — Смеётся. — Даже не думай об этом.

— Дурак! — толкаю его в грудь, потому что он успел подойти максимально близко и забираю ключи. Рассматриваю их. Они кажутся такими чужими. То место кажется таким чужим…

— Я надеюсь, ты сейчас не думаешь отказать от своих слов?

Поднимаю на парня голову и не верю своим глазам. Арон сейчас выглядит таким беззащитным… забавно за этим наблюдать.

— Ты совсем не доверяешь людям? — откидываю на столешницу ключи.

— Женщинам, в меньшей степени.

— Я завтра же выставлю это место на продажу. У меня давно уже есть покупатель, который мечтает из моего цветочного сделать ресторан.

Арон смотрит на меня, выискивая намек на ложь. Возможно, я бы тоже сомневалась услышать подобное. Но увидев эти ключи и поняв откуда они, в моем сердце ничего не ёкнуло. Меня больше будоражит этот взгляд, наполненный надежды.

Какой-же он все-таки… Совсем не злой и не страшный монстр.

— Арон, я говорю правду! Я не передумала уезжать с тобой.

— На рассвете мне нужно будет уйти отсюда. Яннис за мной приедет, — он делает шаг, и пальцы опускаются на плечо. Сдвигают в сторону тонкую ткань скользкого халата, он сползает вниз оголяя плечо.

С последнего нашего секса прошло не больше часа, а я снова хочу его. Это будто бы наш безумный, делающий нас зависимыми, собственный язык любви.

Мне хорошо, когда он настолько близко.

Кто б мог подумать, что из самостоятельной женщины, я превращусь одержимую, желающую рядом иметь сильное плечо на постоянной основе.

Почему мне было удобно с Саниным? Потому что наши отношения были по звонку. Да, было приятно, но чувство собственной свободы было приятнее. Мне нравилось, что он приходил и уходил, когда мне захочется. Мне нравилось, что он не оставался на ночь. Иногда мне казалось, что я люблю его и мне достаточно всего того, что Андрей мне предлагает, но на самом деле я не понимала, что творю и насколько я одинока…

До тех пор, пока Арон не появился в моей жизни. До тех пор, пока его напор не сломил меня и не показал, что забота — это не пустые слова, а действия подкрепленные поступками.

Иногда, даже без слов…

Он знал насколько дорог мне цветочный. Я могла бы сейчас все послать к чертям и восстановить любимое дело. Я могла послать к чертям его…

Но он все равно отдал мне ключи, хоть и сомневается до сих пор.

— Я приеду к тебе через неделю. Как продам помещение. Но могут возникнуть проблемы…

Во время вспоминаю, что Санин так и не переоформил его на меня. Он оставил помещение своему сыну.

— Нет никаких проблем. Это мой подарок и он исключительно твой. Все официально. Не прокопаешься.

— Как? Как ты это сделал?

— Это все ты! Тупо сводишь меня с ума. Даже эгоистом быть не получается.

Неожиданно одна мысль сменяется другой, и черные глаза вспыхивают опасным огоньком.

— Но я не откажусь от благодарности за проделанную работу. — Толкается в меня пахом.

— Тебе только повод дай? — поджимаю губы сдерживая улыбку.

— Без повода могу снова взять тебя не отходя от кассы, но куда приятнее посмотреть каких масштабах достигнет твоя благодарность. Ну, и возможно, я не увижу тебя неделю. Дай насытиться.

Я беру Арону за руку, чем ввожу в ступор и веду в спальню. Заставляю сесть на край.

Медленно снимаю с себя одежду. Миллиметр за миллиметром оголяя кожу, наблюдаю как это приносит ему сильные муки.

Я знаю что он привык «брать» когда и сколько хочет, но сейчас я инициатор нашей близости и мы будем играть по моим правилам.

Мое тело еще не изменилось. Все такое же привлекательное. Мне нечего стесняться, находясь перед ним в неглиже.

Я подхожу к Арону впритык и чувствую на своих ягодицах жадные прикосновения. Арон пытается лечь на спину, утянув меня за собой.

— Нет!

Опускаю руки к его спортивным штанам и оттягиваю резинку вниз, освобождая налитый член.

— Я… думал… ты… — впервые Арон не может подобрать слов. Настолько он шокирован.

— Молчи!

Накрываю головку губами и скольжу вниз по стволу.

— Блядь!

Над моей головой слышится сдавленный рык, а волосы сгребают в мертвую хватку.

Я не люблю оральные ласки особенно в женском исполнении, но моя благодарность достигает размеров вселенной.

Арон многое для меня сделал. И это не те проклятые ключи.

Он делает меня живой. Он подарил мне смысл. Он подарил мне дочь.

Оглядываясь по сторонам, я ничего не чувствую. Ни злости, ни обиды, не печали. Это место стало совсем чужим.

Я сюда вложила душу, а ее растоптали и перемололи, а о деньгах вовсе молчу…

Когда-то этот цветочный магазин был моей отдушиной, местом где я чувствовала себя собой… сейчас он больше походит на мою прошлую жизнь — кромешный бардак. Только сейчас я понимаю насколько она была ненормальная.

Вокруг разбросаны коробки, оборваны полки. Шторы выглядят так, будто ими подтирали «одно место»… Ад…

На второй этаж я даже не хочу и подниматься.

Я сегодня договорилась встретиться с покупателем. Специально приехала пораньше, а вдруг внутри что-что уколет и я не захочу продавать это место. Просто сдам его в аренду и буду получать ежемесячно деньги.

Ничего не укололо. Наоборот, мне хочется как можно скорее убраться отсюда и забыть об это месте навсегда.

Я не видела Арона пять дней. Я думала эта процедура пройдёт быстрее и я улечу к нему на следующее утро, но на следующее утро я изменила решение. Мне в голову пришел другой человек, которому я хочу продать цветочный. И вот я сейчас жду встречи с ним.

Позади меня тихо хлопает дверь и я оборачиваюсь. В помещение заходит высокий кучерявый парень по имени Матвей. Он жених Веты. Моей цветочной феи, которая однажды упада мне как снег на голову.

— У вас тут как после Армагеддона, — он пинает коробку лежащую у него пути и подходит ближе. — Зачем звонила? Да еще и по секрету…

— У меня к тебе деловое предложение. Не хочешь обзавестись недвижимостью?

— Этой? — обводит взглядом полупустое помещение. — Здесь нет былого шарма.

Он прав… здесь больше нет ничего. Меня здесь ничего не держит. Я хочу к Арону. Эта разлука в пять дней кажется невыносимой. Я не думала что можно так сильно скучать по чьим-то рукам.

— Но Вете здесь понравится, — добавляет Матвей. — Сколько хочешь?

Озвучиваю сумму и опираюсь о стол. Здесь становится нечем дышать.

— Чего так мало? — складывает руки на груди. — С документами проблемы?

— Нет. С документами все в порядке, — достаю их из сумки и кидаю на стол. — Просто я хочу поскорее отсюда убраться, — бросаю расплывчатую фразу.

Но похоже Матвей понимает что к чему. Его лицо озаряет широкая улыбка, а глаза лукаво прищуриваются:

— Все-таки ему это удалось? О, он так переживал по этому поводу. Хотел сгрести тебя в охапку и утащить домой в тот же вечер.

— Ты о чем?

— Об Ароне! Это ты же к нему хочешь убраться.

— Ну, это уже не твое дело, Матвей, — криво улыбаюсь. Все внутри меня, уже предвкушает встречу с Ароном. Нет времени поставить парня на место.

— У меня нет таких денег сейчас. Если ты готова к рассрочке, я рад осчастливить Вету и приобрести это помещение.

— На какое время тебе нужна рассрочка?

— Полгода. Не больше.

— Договорились.

Отдав Матвею ключи и документы, выдохнув я решаю где-то перекусить. В какой-то степени отпраздновать. Я только что поставила жирнющую точку распрощавшись с прошлой жизнью и перевернула страницу. Теперь все с чистого листа.

Глажу животик через одежду и поднимаю голову вверх. С неба начинают сыпать пушистые снежинки. Они мягко «целуют» мой нос и щеки и я жмурюсь от удовольствия. Наконец-то этот проклятый ноябрь позади.

Я не изменяю своим вкусам и, местом для «празднования», я выбираю старый-добрый и не маловажно проверенный ресторан. Но я совсем забыла, что это не только мое любимое место и когда я замечаю затылок Янниса, невольно замедляю шаг. Вот сейчас внутри что-то колет. Мой лучший друг сидит за «нашим» столиком в гордом одиночестве и ожидает свой заказ.

Никогда не считала себя трусихой, но именно сейчас, мои ноги приросли к полу. Я не могу сдвинуться с места. Боюсь.

Я чувствую стыд? Нет. Это что-то другое…

Прилагаю все усилия и делаю шаг к «нашему» столику. Молча сажусь напротив друга.

Яннис слегка удивившись складывает руки в замок и подпирает ими подбородок. Отворачивается к окну. Там, пушистые снежинки уже вовсю пустились танцевать, устилая промерзшую землю и крыши авто белым полотном.

— Добрый день, — возле меня появляется новенькая официантка. — Я могу принять у вас заказ? Или вам нужно пару минут на изучение блюд?

— Ей то что и мне, — четко произносит Яннис, так и не обернувшись.

— Кофе? Пока будете ожидать заказ? — сияя белыми зубами не унимается девчонка.

— Да. Капучино. — Тоже отворачиваюсь к окну. Там и правда разыгралось завораживающее действие.

Как оказалось Яннис заказал себе мои любимые блюда. Неужели он скучает? Решил заместить мое присутствие моей любимой едой? Он же терпеть не может трюфель.

Мы едим в полном молчании. Даже взглядами не обмениваемся, и когда Яннис неожиданно заговаривает, я чуть ли не подпрыгиваю.

— Как все изменилось за пару месяцев. Человеку, который терпеть не может перемены — это дико. А теперь ты уезжаешь.

— Неужели ты будешь скучать по мне? — вытираю уголки губ салфеткой и убираю ее в сторону. Сама облокачиваюсь на спинку стула. — У тебя через пару месяцев появится ребенок. Тебе не до меня будет.

— У тебя кстати тоже… кто б мог подумать. И я не о том, что у тебя не могло быть детей.

— Я тебя понимаю, Яннис. Не стоит оправдываться. Теперь наши дети могут пойти в один класс. Если ты, конечно, переедешь в нам.

К нам…

— Греция… еще одно событие не укладывается в голове.

— Я люблю его, Яннис! — неожиданно выпаливаю. Впервые произношу эти громкие слова вслух… и не Арону. — Я люблю твоего брата и ты прав. Все очень сильно изменилось за пару месяцев. А самое главное — я чувствую себя живой.

Яннис ничего не отвечает. Переводит это разговор на то, что хочет сам, лично отвести меня в аэропорт. Я ему сказала, что это произойдет очень скоро. Моя бы воля, я бы улетела прямо сейчас.

СПУСТЯ ТРИ ДНЯ…

Яннис катит мой чемодан, рассказывая о погоде в Греции. За окном уже лежат сугробы. Вчерашняя метель превратилась в строки Пушкинского произведения «Мороз и солнце день чудесный…».

— Я до сих пор не привыкну к зиме. Все-таки солнце мне ближе. — Говорит Яннис.

— И поэтому ты приехал в самый унылый город в мире, где солнечные дни можно пересчитать по пальцах? — смеюсь.

— За то тут короткие зимы.

— Да. К вечеру эта зимняя сказка превратится в грязную кашу под ногами. Но это все не важно, Яннис! — стучу его по плечу и забираю чемодан.

— А что важно, умная девочка?

— Важно, чтобы рядом с тобой был любимый человек. Да? — улыбаюсь. Играю бровями. — И тогда самый унылый город, в сердце превратится в самый яркий. Не обижай Ольгу, хорошо? Она хоть себе на уме, но безумно любит тебя.

— Хотел бы я сказать подобное Арону…

Яннис перехватывает мою свободную руку и в аристократической манере подносит тыльную сторону к губам. Целует ее. Напоследок добавляя:

— Я очень рад, что мой брат нашел свое счастье в такой удивительной женщине как ты!

ПРОШЛО ПОЛТОРА ГОДА…

— Арон, где моя подушка? Ты ее опять себе забрал? — зову мужа.

Пытаюсь умоститься на диване, чтобы покормить нашу девочку, но без удобной подушки — это невозможно. Спина ужасно ноет и если я хотя бы пять минут посижу в неудобной позе — настроение на весь день испорчено.

Без сомнения Арон помогает мне с Лили. Он постоянно носит ее на руках, сам купает и если бы у него были развиты молочные железы уверенна, что мой муж сам бы ее с удовольствием кормил. Но иногда, доченька просто не слазит с моих рук. У нее сейчас режутся зубки и она постоянно висит на груди ища успокоение. И я не против. Мне нравится наше единство, наш контакт, но чертова спита портит все волшебство.

— Принёс я твою подушку! Не бурчи!

В комнате появляется мой смуглый красавец в одних шортах.

— Нужно было заказывать две подушки. Низкий поклон производителю. Чертовски удобные штуки.

Арон кладет подушку мне под спину и опускается на корточки, поглаживая пальцами мои колени. Сейчас я тоже практически в одних шортах.

— Лили, дашь папочке тоже попробовать? — хитро прищуривает Арон, щекоча малышку за ступню.

Дочка начинает ворочаться и недовольно кряхтеть. Будто бы все понимая, опускает ручку на вторую грудь, пряча ее от пожирающих глаз.

— Это пиздец, так красиво выглядит. Никогда не устану смотреть как ты ее кормишь.

— Эй! Тише! — шикаю на него. — Извращением отдает.

— Она ничего не понимает, успокойся!

— За то я все понимаю! Покормлю ее, уложу спать и тогда я вся твоя. Яннис с Ольгой и Натаном приедут только вечером. У нас впереди предостаточно времени.

— Ловлю тебя на слове, детка! Но я никуда не уйду отсюда. Хочу посмотреть.

Лили засыпает во время «трапезы». Похоже она не так есть хотела, как успокоиться и уснуть. Перекладываю малышку в кроватку и тихонечко закрываю за собою дверь. До приезда четы Адамиди, осталось около пять часов. Я думаю мы все успеем. Арон обещал помочь с готовкой. Он умеет запекать обалденную рыбу на гриле.

— Попалась! — Арон ловит меня возле дверей и перекинув через плечо, спускается на первый этаж.

Закрываю рот ладонью, чтобы не разбудить своими визгами малышку.

— Начнём с гостиной, потом переберемся на террасу и закончим на пляже.

— Какие у тебя грандиозные планы, Арон Адамиди! — хихикаю. — Не боишься что Лили Адамиди внесет свои коррективы?

— Не внесет. Мы с ней договорились! — Арон опускает меня на диван и подмигивает: — Яннис остановится у нас на четыре дня, не думаю что им захочется лицезреть как я люблю свою жену на столе террасы.

— Ты специально купил дом на отдалённом клочке, чтобы «любить» меня у любом уголке?

— Моя умная девочка, ты никогда не разочаровывала меня.

Арон сдирает с меня топ и облизывает грудь. Спускается поцелуями ниже и развязывает зубами завязки на моих шортах. Стягивает их вместе с нижним бельём вниз.

— Кормление тебе к лицу, — ухмыляется, таращась на мою грудь.

— Даже не думай, что после завершения кормления я увеличу ее.

Мне так с ним легко. Я не боюсь сболтнуть глупость. Не боюсь показаться через чур умной. Не боюсь быть настоящей. С каждым днем Арон открывает во мне новые грани. Наш секс до сих пор мне не пресытился, я даже пошла на поводу у этого пошлого мальчишки и попробовала эксперименты. Но это все останется за дверьми нашей спальни.

— Ну раз ты не хочешь увеличивать грудь, то мы продлим это состояние, — в глазах парня сверкает давно забытый блеск тьмы и я чувствую за этим последует что-то не хорошее. Сейчас Арон примет решение, забыв обо мне.

— Ты о чем? — тону в его прикосновениях не до конца осознавая серьезности его намерения.

— Я хочу сына, — его горячее дьявольское дыхание обжигает ушную раковину и я толкаю ему навстречу, как только крупная головка оказывается внутри меня.

— Ты в своем уме? У бассейна перележал? Мы вроде договорились остановиться на одном ребенке.

— Хочу сына, Лера!

— Мы обсудим это в другой раз…

Эта тема требует чистого разума, а сейчас мой разум занят приближением желанного удовлетворения. Я сейчас могу наобещать все что угодно, а потом не смогу отказаться от своих слов.

— Я уже все обдумал.

— Я принимаю противозачаточные, ты забыл?

— Мы уже это проходили… Ты месяц их не принимаешь. Я все обсудил с твоим гинекологом и заменил волшебную коробочку полезными витаминами, которые не навредят ни тебе, ни Лили. Это будет твой подарок на мой день рождения.

Кажется, я забыла упомянуть что сегодня Арону двадцать семь? С днем рождения, милый. Но я совершенно не готова к таким подаркам. В таком-то «положении»…

Арон кончает в меня в тот момент, когда я взрываюсь на мелкие частицы собственного удовольствия. Мой муж, рыча, падает на меня, продолжая плавно двигаться.

— Ты серьезно? — отползаю от него. Давно он не ставил меня перед фактом. Обычно мы все обсуждаем. Приходим к решению вопроса вместе. Я не планировала больше детей. Лили мне несложно досталась несмотря на возраст, но второй ребенок…

— Вполне! — хватает меня за щиколотки и притягивает обратно. Подминает под себя. — У нас будет два чудесных ребенка. Только два. О десятерых я не прошу.

— Яннис хочет нанять нянечку для Натана, — Ольга делится с нами новостями, эмоционально размахивая огромной тарелкой с салатом. Косится на меня: — Ты представляешь, наличие чужой женщины в доме… которая. Котора! Будет воспитывать моего сына!

— Честно, нет! — забравшись с ногами на стул, я полу-присутствую на нашем семейном ужине посвященному дню рождению Арона. Я до сих пор под впечатлением от его слов. Вот же гад! Спелся с моим гинекологом и они мне подменили таблетки! Не удивлюсь если они через неделю пойдут вместе играть в гольф.

— Ладно, — достойно выдерживает на себе суровый взгляд своего супруга и меняет тон. — Что ты подарила Арону? Рассказывай! — искренне интересуется поглядывая на манеж, где играют Натан и Лили.

— Сына! — гордо заявляет мой муж.

— Сына? — хором переспрашивают Яннис и Ольга, изумляюсь. Бегают глазами от него ко мне.

— Арон сам выбирал подарок не смотрите так на меня. И почему ты думаешь что это сын? Вы с Робертом, моим гинекологом, — коротко объясняю присутствующим, — каким-то волшебным-то образом умеете и пол ребенка предугадывать?

— Роберт врач от бога!

— Мужчина? — уточняет Яннис. — Никогда бы не подумал что ты доверишь Леру в таких вопросах мужчине.

— Заткнись, а?

Ольга и Арон начинают смеяться, а я продолжаю смотреть на Янниса. Беру руку Арона, которая все это время лежала на моем колене и ныряю под нее. Арон охотно меня обнимает.

— Ты будешь крестным, — шепчу Яннису одними губами. Я так решила. Сама.

Впервые в жизни я вижу как губы Янниса дёргаются в улыбке. Искренней улыбке. А я впервые в жизни ловлю себя на мысли что я счастлива. Сейчас все, как и должно быть. Все на своих местах.

Я люблю Арона и подарю ему десять заветных детей. Шутка. Двоих точно будет достаточно.

Конец