От АВТОРА.

О чем будет этот роман-фэнтези? Кто его знает… Только все ЭТО будет происходить не на нашей планете. А где? Где-то в ДРУГОМ месте и в ДРУГОЕ время.

Десять лет назад.

Она шла, по еле видимой тропинке, что пересекала цветущее поле. Шла и напевала, поглядывая под ноги.. Ей обязательно надо найти, ту травку, какую хотела мама и именно сегодня, в День весеннего равноденствия и рано утром, до восхода солнца. А определить ее можно по синеньким метелкам.

- А вот и она! – вскрикнула девушка и ринулась в сторону, где недалеко торчали кустики с синими листочками и цветами в красную крапинку. Она присела перед ним и поднесла руку к верхушке. Тонкие огненные ниточки магии потянулись к растению и ладошку стало покалывать.

- Ну, вот! А мама сказала, что не найду. Девушка звонко засмеялась и резко выдернула кустик вместе с корешком из земли. Кустик пискнул и прихватил ладошку своим стебельком и корешками.

- Ах, ты, проказник! – вскрикнула она и шлепнула другой ладонью по макушке растения.

Тут же ослабились путы и цветки осыпались на землю. Девушка резко встряхнула ладонью кустик и внимательно осмотрела растение. Цветков уже не было и он начал менять цвет. Кустик стал …красным!

- Все правильно! Это он, – пробормотала она и быстро затолкала его в мешочек из плотного серого материала. Отряхнув руки от земли и остатков цветов, двинулась в обратный путь. Ей хотелось подпрыгнуть от удачи! Она ЕГО нашла! И значит у нее есть ДАР! Значит она сможет, как и мама, стать Целительницей! Значит сможет поступить в школу целителей, который находится в том же городе, что и теперешняя ее школа.

- Ах, какое счастье, что семь лет ее унылой учебы в серединном училище закончились, она, получив Красную аттестацию, уже завтра пойдет на НАСТОЯЩИЙ выпускной бал! С белым платьем! Как же долго она ждала этого дня! - мурлыкала она в пол голоса, - Все уже позади, и серое здание, с высокими железными магическими воротами, и чопорные учительницы с постными лицами, и легкомысленные соученицы, болтающие только о нарядах и молодых людях, училище которых находилось напротив.

Они встречались, под присмотром льдистых глаз воспитательниц два раза в год на вечерах, устраиваемых мэром города перед учебным годом и в новый год Весеннего равноденствия.

- И вот завтра – последний! Выпускной!

Девушка закружилась, запела уже в полный голос, и бросив шляпку на траву, упала на спину. Она улыбалась небу, облакам, теплу и солнцу, что начинало вставать у горизонта. Она была молода и счастлива! У нее была красавица мама с добрыми глазами, любящий отец и отличный брат, который должен приехать на практику из столичной Академии военных искусств. Он там учился на боевого мага, как и отец, который также закончил ту же Академию, а потом женился на матери целительнице и увез ее на границу в крепость у Портала, сначала лейтенантом, а теперь возглавлял гарнизон полковник Логинэт Даррон.

- Здесь мы и родились с братом, сначала он, а потом через пять лет и я. Теперь брат уже закончил второй курс и сегодня его увижу, - улыбалась она, глядя в небо, - Как же я соскучилась по его озорным черным глазам! Так странно получилось, просто смешение красок! У мамы зеленые глаза и светло-каштановые волосы, у папы черные глаза и черные волосы! У брата, были волосы, как у мамы, а глаза папины, а у меня черные волосы папы, а вот глаза мамины – зеленые.

- Я счастлива! – закричала она, - Ты слышишь, небо! - и радостно засмеялась. Вдруг, девушка увидела в небе черную точку. К земле стремительно приближался дракон, Черный дракон. Она даже не успела испугаться, как огромный сторожевик затормозил в воздухе и завис прямо над ней. Приподняв голову, взглянула на чудовище-великана и заметила, как тот внимательно посмотрел на нее. Потом фыркнул и …рванул вверх, стремительно исчезая в небе.

- Интересно, что это было? Она даже не успела испугаться, все произошло так быстро. Единственно, что запомнилось, так это его черный глаз с вертикальным золотым зрачком.

- Надо же! - прошептала девушка и, поднявшись на ноги, проследила за, все еще скрывающейся вдали, точкой, удаляющегося дракона.

Подняв мешок с травами и шляпку, отряхнула юбку и быстро побежала по тропинке к четко виднеющимся, стенам крепости. Это я - Элинэт Даррон и мне семнадцать лет. В этой крепости мой дом и я люблю его всем сердцем. И меня тоже любили в этом военном гарнизоне, начиная от сторожей на стенах и, кончая, слугами. Воины в крепости несли нелегкую службу пограничников и стражей Портала.

- Открывайте ворота! – крикнула, стоявшему на навершной башне постовому, и он, смеясь, с поклоном, прокрутил ворот. Степенно войдя в ворота, оглянулась на улыбающегося воина и, весело фыркнув, побежала к двухэтажному дому, дому моих родителей, моему любимому дому с двумя высокими деревьями на углу. Между ними отец смастерил качели и я, сидя на них, читала любимые книжки и где меня, чуть, не убил брат, когда начал раскачивать все сильнее и сильнее. Ах, как я тогда испугалась! Но не закричала, а просто крепко зажала кулачками твердые веревки со всей своей пятилетней силой. Потом папа еле-еле смог разжать мои пальцы. Мама даже побелела от страха и ругала брата. И только отец, взяв на руки, тихо сказал:

- А ты у меня, молодец! Я горжусь тобой! Потом Роб, мой любимый братишка, бормотал извинения и даже заплакал. Я простила его сразу и никогда больше не вспоминала его, такую мальчишескую слабость. Он это ценил и доверял мне. А я – ему. Взбежав на крыльцо, толкнула дверь и прошла в столовую-гостиную.

- И где же ты была, в такую рань? – услышала, встревоженный, голос мамы.

- Вот! – и протянула мешочек с магическим корешком, - Видишь, я его нашла! Гордость распирала меня. Но мама покачала головой.

- Ах, Элинэт, Элинэт! Мы же с папой тебя просили не выходить одной за ворота крепости. Сейчас неспокойно на границе и в нейтральных землях. Опять зашевелились Ящеры. И я поняла, как она расстроена, раз назвала меня полным именем ЭЛИНЭТ. Конечно, все меня зовут Эли, но приставка «нэт» всегда добавляется к имени моего рода, папиного рода. Вот и брата зовут не Роб, а Робинэт Даррон. Бросившись к маме, обняла ее и пропела.

- Ах, мамочка! Я так счастлива, что мне просто стыдно!. Разве так бывает? - Бывает! - мама поцеловала в щеку, - Но я прошу тебя, будь осторожней. Даже драконы, стали чаще летать.

- То-то я увидела там, в поле, одного Черного дракона.

- Как это, "увидела"? – удивилась мама.

- Представляешь, он даже спустился ко мне, когда я лежала в траве и так быстро. И он такой огромный! - и сделала страшные глаза. Мама только покачала головой.

- Ах, Эли, Эли!

- Ну ничего же не случилось, правда, и тебе не надо беспокоиться, ведь мне уже семнадцать, и я уже большая, и уже завтра, мой выпускной бал в губернаторском дворце! И мне, так хочется, надеть мое белое платье! Оно такое красивое! Все искрится и сверкает! Это мой первый бал в жизни! А ты была в этом дворце?

- Да, была, когда закончила Высшую школу целительства. Там и познакомилась с твоим отцом.

-Ой мама, а можешь мне все-все рассказать? Ну, пожалуйста!!!!!

Мы сели за стол, мама щелкнула пальцами около его крышки, чайник нагрелся и сразу потянулся знакомый запах травяного утреннего чая, что мы все так любили. Я тоже так умела и, вообще все бытовые дела уже могла делать самостоятельно: нагреть чайник, вскипятить воду, очистить одежду и свою комнату от пыли и даже зажечь магический светильник-шарик, правда, маленький, как ночник. А сегодня увидела и узнала о себе еще больше, когда нашла магический «папоротник жизни». Я правда не сказала маме, что еще увидела огненные магические нити. Да и зачем ей говорить и беспокоить. Она сразу же запретит мне учиться в школе, а я так хочу туда, хочу стать, как она и, чтобы папа мной гордился! А еще поняла, что у меня не 45 процентов сил, как положено целительнице, а больше. И если сейчас скажу, то не пустят, так как мама сказала, что с силой более этих процентов, больного можно просто убить или мага выжечь при лечении.

Нас детей, по приказу Императора, всех, и мальчиков и девочек, с десяти лет проверяли на магический процент. И не важно, из какого ты рода или вовсе безродный – ВСЕХ! Особенно тех, у кого родители не имели магической силы. У кого свыше 20 брали в школы давали образование и они могли рассчитывать на более удачную жизнь. У кого выше 35, то могли и училище закончить, такое как я. А у меня было 45 и мне предложили на выбор Высшую школу или Академию. Я выбрала школу и уже, в конце лета, поеду на собеседование, так как все бумаги и мой Красный аттестат, приняты. Осталось собеседование. Я его не боялась. А теперь что-то надо делать. Ладно, подожду Роба, он-то что-нибудь придумает.

- Мам-м-м! - протянула я, - Ну давай, я тебя слушаю.

- Да-да, - отстраненна сказала мама, как будто вслушиваясь в себя, в свои воспоминания.

- "Мне исполнилось 21, когда я заканчивала Высшую школу и готовилась к диплому и Дню Весеннего равноденствия. Весь наш последний курс готовился к балу во дворце губернатора. Я с мамой, твоей бабушкой, уже месяц как, шили мне наряд. Ты же знаешь свою бабушку, она будет дотошна в каждой мелочи, особенно, что касается наряда для выхода в Свет.

Конечно, я знала прекрасно свою бабушку, мамину маму, леди Милли дер Кроуди и свою няню Кукли, что была еще няней мамы. Ведь я же семь лет жила при ней и, училась, в этом жутком училище, где провела все эти годы . И если бы не бабушка и няня! Когда, по выходным, приходила в ее дом, наш дом, то меня всегда встречала веселая бабуля и милая Кукли. Бабушка смеялась над моим нежеланием там учиться, а нянюшка все старалась закормить пирожками и булочками. Покачивая головой она жаловалась.

- Смотри, Милли, какая же она худенькая! Вся в мать! Та тоже такая была все время, пока училась. Одни глазищи! Но, я отвлеклась. Мама продолжила.

- Свое зеленое шелковое платье я надевала с удовольствием. Уж сколько в него вложено было моих нервов! Мне уложили волосы в прическу и, перед зеркалом, то что в гостиной, ты знаешь, я увидела себя и обрадовалась. Это платье так шло мне и так нравилось! А еще и эта вечерняя прическа!

- Подожди-ка, - сказала твоя бабушка, - Я сейчас. Она вернулась с каким-то футляром и открыла его передо мной. Я ахнула! На белом шелке лежали серьги, ожерелье и браслет из изумрудов и бриллиантов. Бабушка протянула его мне. -Это, твое! Бери! Ты стала взрослой и ты заслужила. Это наши фамильные драгоценности и они передаются, по наследству, старшей дочери в роду. А ты одна. Теперь это твое. Когда-нибудь, когда родишь дочь и она станет взрослой и самостоятельной, ты также подаришь ей это. Я с удовольствием надела все на себя. Няня всплеснула руками.

-Как же ты похожа на свою мать! Милли, она вся в тебя!

- Да, - согласилась бабушка, - и я ею горжусь! И так я уже на пути во взрослую жизнь. Когда мы с бабушкой вошли в зал, мажордом объявил.

- Леди Милли дер Кроуди с дочерью Эвелин! Бабушка, гордо выпрямив спину, пошла прямо к губернатору, что стоял с женой. Я видела, как вспыхнули его глаза, и как скривилась его женушка. А потом взглянул на меня удивленно.

-Леди, как же ваша дочь на вас похожа! – склонился к ее руке. Так что, это прозвучало во второй раз за тот вечер. А потом был бал! Меня приглашали и приглашали! И, когда уже совсем устала, то прошла к бабушке, что сидела в окружении других дам, о чем-то оживленно разговаривших. Подошла к ним и бабушка представила меня. И опять прозвучала та же фраза из уст одной из них.

- Ах, Милли, как она на тебя похожа, просто ты в молодости! А потом захотелось пить и отошла к столам с напитками. Передо мной стояли разноцветные стаканы и я не знала, какой же мне взять.

- Вот, возьмите этот, - неожиданно прозвучал мужской голос за спиной. Я обернулась. Передо мной стоял лейтенант, в форме пограничника, и протягивал мне зеленый стакан.

- Он так идет к вашим глазам, - сказал молодой воин.

- Спасибо! – прошептала я и поняла, глядя в его такие теплые черные глаза, - Все! Я пропала!

Он пригласил меня танцевать. Положив руку ему на плечо, почувствовала тонкий горький аромат, что исходил от него. Это была полынь. Я же травница и этот запах узнаю из тысяч других.

Мы танцевали танец за танцем, а потом убежали на балкон и там целовались. Там он сказал, что влюблен сразу и навсегда и попросил еще о встрече. Всю ночь я вспоминала его черные глаза и этот умопомрачительный запах полыни". Она замолчала, как будто вспоминая тот вечер. И улыбалась.

- Ну, и потом? - дернула ее за локоть.

- Потом он узнал, где я живу, напросился в гости, познакомился с бабушкой, попросил моей руки и… все!

- Что значит, "все"? – я удивилась.

- Всё. Я защитила диплом, он приехал ко мне, мы сыграли свадьбу и он увез меня сюда. А потом я родила Роба и тебя! – закончила она свое повествование и щелкнула меня по носу.

- Мама, вот скажи правду, ты ведь никогда не жалела о своем выборе? Никогда?

- Никогда! Я люблю твоего отца, а он меня и нам хорошо вместе. А теперь и с вами! - засмеялась мама.

- Ах, мне бы так! – я вздохнула.

- Будет-будет! - весело сказала мама, глядя на мою кислую рожицу . Послышался шум на крыльце и я, быстро выскочив из-за стола, взвизгнув, попала в объятия брата.

- Роби! Это ты, братишка. Как я тебя ждала! – выпалила на едином дыхании, глядя брату в глаза. Это были папины глаза, такие же теплые и немного озорные.

- Подожди! Я весь в пыли! – засмеялся Роби, отстраняя меня, - Ох, какая же ты у меня красавица! То ли повзрослела, то ли посвежела здесь, на домашнем воздухе.

Потом его обнимала и целовала мама. Вскоре подошел и папа и мы все вместе обедали, и папа с мамой смеялись над нашими с братом пикировкам за столом. Были интересные рассказы брата о его последней практике, о делах в столице и Академии. А, уже вечером, накрыли столы на площадке перед домом, повесили магические фонарики и мы, вместе с папиным заместителем дир Гором, высоким, кряжистым с длинными седыми волосами и карими глазами, а также с темным егерем-эльфом Кьянти и Мастером-магом Нуром, сидели за праздничным ужином. Мужчины пили вино за нас, детей полковника, которого уважали и ценили, за целительницу жену, верную спутницу пограничника.

Я смотрела на них и мне было их жаль, ведь так может пройти вся жизнь, вот как жизнь Гора, что ровесник моего отца, а все одинок.

- Пап, а почему Гор не хочет жениться и сюда привезти свою жену? Он же не так стар.

- О, это долгая и трагическая история и я, потом, как-нибудь, расскажу, ладно? Он смотрел на меня своими черными глазами и в них была ласка. Прислонившись к его плечу, вдруг, почудилось что ли? От него пахнуло... ароматом полыни.

- Ух, ты! – подумала я, - А ведь и правда, полынь. И мне этот аромат тоже уже нравится.

- Спой нам, Эли, - вдруг сказал Роб.

- И правда, спой нам что-нибудь, дочка, давно я не слышал твоего милого голоска! Я кивнула, соглашаясь. Роби бросился в дом и принес мне лютню. Пальцы привычно пробежали по струнам.

- А что спеть? - спросила я

- Спой про девушку и воина, - попросил брат. Настроив инструмент, сделала вдох и полилась баллада о светлой и трагической любви. Затихли разговоры за столом и, даже, прильнули к окнам воины в казармах, а некоторые вышли во двор.

У меня был не очень сильный голос, но хороший музыкальный слух, как говаривала учительница музыки в нашем училище «Леди вперед!», где нас учили не только предметам: истории, географии, экономики, философии и логике, но и домоводству, музыке, умению ходить, петь, танцевать и держаться за столом. Ужас! Как вспомню! Зачем? Ведь сейчас никто не смотрит умею ли я правильно держать вилку, и той ли ложкой буду есть пирожное или рыбу.

Закончив грустную песню, увидела, как наш строгий и невозмутимый Гор, смахнул слезу.

-Надо же! И что это с ним? Неужели от моей баллады так растрогался. А может мне показалась? Мужчины опять выпили за любовь, а потом принялись обсуждать какие-то военные планы и меня мама потянула в дом. Я не хотела идти, но папа приказал отчаливать спать, так как завтра у меня БАЛ!

- Ой, как же я забыла! Да-да, завтра бал и мне надо хорошенько выспаться, а еще к бабушке. И потом и платье и все-все, что к балу положено.

С этими мыслями я и уснула.

Утром, после завтрака, папа и Роб ушли по своим делам, а мне надо было собираться. Доставлять меня, личным папиным порталом будет дир Гор, так как папе некогда, а потом он вернется за мной. Папа не мог оставить гарнизон, что-то там у них на границе, «зашевелилось». Что там шевелится я не знаю, да и зачем мне – у меня БАЛ!!

Уже через два часа все было готово и папа с Робом пришли меня проводить, пожелать счастливого пути и веселого праздника. Я решила занести их общий портрет на кристалл. Папа с Робом обняли за плечи нашу маму, и я сжала свой фото кристалл. Изображение улыбающихся родных, осталось в памяти голубого камня.

Мама меня обнимала и целовала, папа шептал "будь умницей, зеленоглазка моя", а Роб увещевал не заводить скороспелые романы в моем нежном возрасте, а то «он приедет и все руки-ноги моим кавалерам пообломает». Я показала ему язык и все засмеялись. Раздался щелчок и шипение открывающего портала. Дир Гор подтолкнул меня вперед, но что-то остановило и я оглянулась. Там стояла моя семья: мама грустно и, немного тревожно, смотрела на меня, папа нежно обнимал ее за плечи и что-то шептал на ухо, а Роб, улыбаясь, погрозил мне пальцем: –«Смотри у меня!» - шептали его губы.

Как будто холодная ледяная рука сжала мое сердце и вмиг наполнила страхом! Но потом сразу все прошло и, махнув им рукой на прощанье, я вошла в портал.

Портал и есть портал, для быстрого перемещения. Вот мы уже во дворе дома бабушки и она спускается с парадной лестницы. Я, смеясь, попадаю в ее теплые объятия. Подошедший Гор наклонившись целует ей руку

- Леди. Ваша внучка доставлена, как видите в целости и сохранности. Ну, а мне позвольте откланяться. Дела на границе.

- Не останетесь отобедать, дир?

- Извините – нет. Граница ждет.

- Вот так всегда с этими мужчинами – дела на первом месте, ну мы, даже не на втором.

-Что Вы, леди, - усмехнулся Гор, - все в этом мире совершается только во имя вас. Они общались как старые знакомые, и я все никак не могла понять, откуда они знают друг друга. Ведь перенос меня сюда Гор делал раза три-четыре. Чаще всего это делала мама, потом Роб и папа. Почему я никогда не обращала внимания , что и Гор знаком с бабушкой? А ведь он по возрасту близок к папе. А может быть это из-за нее наш Гор до сих пор не женат? Ой, нет, не может быть! Глупости все это.

Я смотрела на них, затая дыхание.

- Надо же, я думала, что моя бабушка холодная и надменная, а она вот так просто ведет диалог с мужчиной.

-Вот мне бы так, - почти завидуя, - Ну, ничего, какие мои годы, вспомнила поговорку бабушки, когда жаловалась на свои промахи, - Научусь обязательно. И надо бабушку расспросить, откуда она его знает. Интересно, расскажет ли мне, где и когда состоялось их знакомство раньше?А оно было, и в этом я не сомневалась.

Гор еще раз поцеловал руку бабушки, и исчез в сиянии портала. Она стояла, в задумчивости, и смотрела ему в след.

- Бабушка, - взмолилась я, - Ты уже придешь, наконец?

- Да-да, моя дорогая, уже иду, - и легко взбежала на крыльцо.

- Никогда не замечала, что ты знакома с Гором. Это что за история, а? – захихикала я.

- Много будешь знать – скоро состаришься.

- Ну, бабушка! Ведь это какая-то история из твоей жизни? Расскажешь?

- Когда-нибудь, обязательно. А сейчас пошли обедать, отдыхать и …готовиться к твоему балу!

- И-и-и! – взвизгнула я и бросилась в дом.

Уже через несколько часов меня старательно, в несколько рук и при советах бабушки, одевали, причесывали, подкрашивали. И уже так не терпелось увидеть себя в этом замечательном платье, которое я с ее помощью, заказывала у модистки и долго терпела все процедуры примерок. Наконец, меня отпустили, оглядев со всех сторон и я с нетерпением спустилась в гостиную к тому самому зеркалу, нашему фамильному, чтобы оглядеть себя. Там отразилась юная девушка в белом платье с горящими глазами. Пена кружев окутывала от плеч и до пола, волосы тяжелой черной волной спадали, аж до самого пояса. Голова была украшена белыми мелкими цветами, что создавали образ венка и набор украшений, которые подарил отец. Он, как ничто, подходил мне к этому наряду: капельки бриллиантов в ушах, небольшой кулончик на шее и тонкий браслет на руку. Все было в такой гармонии, что я закружилась от счастья.

- Ну-ка, ну-ка! – услышала голос бабушки, - Где там, наша красавица? Она спускалась по лестнице, оглядывая меня с удивлением и восхищением.

- Уж точно, что ты, моя внучка! Только масти другой. Да-а-а…Но это даже еще интересней. Все, поехали! Негоже опаздывать на первый свой бал!

Элинэт

Подхватив юбку, двинулась следом, и бабушка нажала кристалл переноса. И вот мы уже на специальной площадке перед домом губернатора. То тут то там звучали щелканье порталов и команды слуг, отправляя подъехавшие кареты, на специально отведенные места.

Мы поднимались по парадной лестнице и мое сердце уже готово было выпрыгнуть от волнения. И хотя в этом здании Собрания я бывала и не раз, но это ведь были дневные ученические балы и в других залах.

Само здание было расцвечено магическими светильниками разных размеров и цветов и они переливались, создавая сполохи радуги, которые растекались по стенам и лестнице. Звуки голосов и музыки охватили меня и наполнили предвкушением чего-то необычного, чего-то странного и таинственного.

Я крутила головой, поспешая за бабушкой и не заметила, как голос мажордома громко произнес.

- Леди Милли дер Кроуди с внучкой Элинет!

И мы двинулись дальше к паре, что стояли на возвышении. Это были губернатор с женой. Бабушка церемонно склонила голову, в знак приветствия, и протянула руку мужчине. Его жена посмотрела на нее, прищурив глаза, и, поджав губы, кивнула.

- Ах, леди Милли, вы, как всегда, прекрасны! А это ваша внучка?- обратил он на меня свой взор. Я присела в книксене.

- Рад видеть тебя, дитя мое! -проговорил пожилой мужчина с уставшим лицом

Впервые я видела губернатора так близко и с интересом смотрела на него. Груз забот за долгие годы правления, сказывался и это было заметно. Но его внимательные глаза, с какой-то чертовщинкой, говорили, что этот человек умен и хитер. В нем чувствовался тертый калач.

- Да ну, его, - подумала я и еще раз склонилась в книксене.

Мы с бабушкой прошли дальше в зал.

Вокруг уже шумела говорливая толпа наряженных девушек и юношей с пожилыми дамами и мужчинами, перетекая друг в друга, сливаясь и распадаясь, как ручьи в весеннюю распутицу. Девушки выделялись в этой радуге всех цветов и оттенков, своими белыми платьями, а юноши светлыми костюмами и было понятно, кто на этом бале выпускник. Я видела некоторых своих согрупниц и ребят, с которыми были знакомы. Одна из девушек метнулась ко мне с криком.

- Эли, я еле тебя нашла! – и остановилась, присев в книксене.

-Мадам!

-Ты с кем здесь, Лилиан?- спросила бабушка

- С мамой и сестрой, - ответила подруга. К нам уже подходили две дамы, очень похожие на мою подругу и на друг друга. Обменявшись приветствиями и похвалив наши наряды, они направились в сторону кушеток, что стояли вокруг танцевальной площадки, о чем-то беседуя. В городе, почти все знали друг друга и это не удивительно, что прожив довольно много лет в одном месте, высший свет отслеживал не только рождения и смерти поколений родов, но и помолвки и свадьбы, соединявшие местных отпрысков. Особенно сегодня, на этом балу, все было так актуально: высматривались будущие претендентки и претенденты на создание новых пар.

- Ах, Эли, - затараторила Лил, - мы уже давно здесь и я видела и моего Кони и твоего Слави. Он уже всюду искал тебя, а ты все не идешь и не идешь. Я поморщилась. Не очень-то хотелось вновь с ним встречаться, после того, как в прошлый наш вечер, здесь на осеннем балу, в ознаменование начала последнего года обучения, после танца, он потащил меня на балкон, якобы освежиться, и схватив в объятия начал целовать. Это было так неожиданно и странно, ведь я еще ни с кем не целовалась.

- Отпусти, немедленно! – прохрипела, упираясь ему в грудь и отворачивая голову. Но он прижал к стене, не давая вырваться, и впился в мои губы. Было больно и неприятно. Не так я себе представляла первый свой поцелуй. С силой оттолкнула его.

- Не смей, слышишь, не смей больше приближаться ко мне !- повернулась и ушла.

-Эли, ты все не так поняла! – Слави догонял меня, пытаясь остановить.

- Все я правильно поняла! – я вырвалась из его рук и бросилась бегом по коридору в дамскую комнату. Захлопнув за собой дверь, подлетела к зеркалу и взглянула на свои губы.

- Ну вот, так оно и есть! – с отчаянием всхлипнула, - Теперь все увидят! Стыд и злость заполнили меня до краев.

- И что же мне так не повезло!

Я читала в книжках и представляла, каким будет этот поцелуй! Но моим мечтам не удалось сбыться. Все было просто и так противно.

- Ах, сколько было говорено и обсуждено с подругой ночами, когда все уже спали, сколько представлено обстоятельств, при которых слова любви должны были покорить наши сердца и поцелуй, как завершение всех романтических ухаживаний. Долгожданный, совместный, как венец наших чувств! И что сейчас? Сорванный поцелуй, от которого вспухли губы, - сокрушалась я. Потрогав верхнюю, пальцем приподняла ее над зубами. Там была кровавая отметина.

- Ну вот, твоя первая печать и первый урок, - с грустью отметила я. Вернувшись в зал, нашла Лил.

- Что? Что случилось? –затормошила меня подруга, глядя на мое расстроенное лицо.

- Первый поцелуй, – прошептала я с отвращением.

- Судя по твоему выражению лица, это было ужасно. Да? – вопросительно смотрели на меня серые глаза подруги.

- Не то слово, - и рассказала свое приключение. Она сочувственно ахала.

- Не обращай внимание. Ведь он так тебя любит, что не сдержал своих сильных порывов, - оправдывала моего поклонника Лил.

- А почему бы ему это мне не сказать вначале, перед этим…этим..,- и почувствовала, что вот-вот слезы ручьем польются из моих глаз.

- Эли, дорогая, успокойся, прошу тебя. На нас уже оглядываются некоторые. А мы не должны дать им повода для новых сплетен, – тихо уговаривала меня подруга.

Да уж, она права. Мы и так были у многих на устах, когда два самых богатых и перспективных юноши проявили повышенный интерес к нам и оказывали знаки внимания. Зависть сделала свое дело: тихие шепотки, злые взгляды и сплетни за нашими спинами. Но мы гордо поддерживали друг друга. И хотя моя подруга еще ранее, предыдущей весной, уже целовалась со своим Кони и дело близилось к помолвке, мой кавалер все никак не подступал ко мне ближе, чем хотелось бы. Только пожатие руки и пылкий взгляд. И вот сегодня такой результат! Я вздохнула.

Познакомилась с Лил два года назад, при весьма щекотливых обстоятельствах. В один из вечеров, что организовывали наши воспитатели для практики этикета наших обоих училищ. Шарканье и поклоны, учтивые комплементы и тягучие танцы, под внимательными глазами наших воспитательниц, мне надоели и я решила покинуть это занудство, направляясь к себе на этаж. Но, чтобы не столкнуться в ними и не отвечать: - "И куда же, вы направились, леди? Где должны находиться в данный момент?" и еще кучу всяких других, я пошла другим путем.

Все здание за пять лет учебы выучила наизусть и знала коридоры и закутки, которыми можно незаметно пробраться в наши спальни и даже на кухню, минуя комнаты наших сторожей воспитательниц. А на кухню мы часто бегали за печеньем и сухариками, которыми нас снабжали сердобольные дежурные кухарки. Тихо, почти на цыпочках, двигалась по полутемным коридорам, останавливаясь и прислушиваясь к незнакомым звукам. И я его услышала, этот звук, звук стонов и пыхтенья. Выглянув из-за угла, при свете темноватого светильника, увидела сцену и остолбинела - около стенки стояли двое парень и девушка. Парень, придавив девушку к стене чувствуется с силой, зажав одной рукой ей рот, второй пытался поднять юбку. Девушка сопротивлялась, но силы были не равны и это было заметно по тому взгляду, в котором был ужас, который просто кричал о помощи. Все у меня внутри остановилось, а потом накрыло такой мощью и ненавистью, что я уже, не помня себя, налетела на парня, схватила на воротник тужурки, и с силой оторвала от девушки. Увидев мое злое лицо, от неожиданности скорее всего, он отпустил ее и, развернувшись, бросился ко мне. Толкнув в грудь, прижал к стене и рыча в лицо: - «Ах ты дрянь!», поднял руку для удара. Я обмякла с мыслью: -" Это конец? Он меня убьет!" - зажмурилась. И тут услышала крик: -«Не сметь!» - и... удара не последовала. Открыв глаза, опешила. Юноша, с которым мы только что танцевали, перед моим исчезновением из зала, стоял рядом, перехватив руку негодяя. Тот попытался второй рукой ударить заступника, но тот, как -то вывернулся и дернул его за руку вниз. Парень охнул и со стоном опустился на колени.

-Отпусти! – прохрипел он моему спасителю.

-Отпущу, как только ты попросишь прощения у этих леди, - процедил он сквозь зубы, удерживая противника. Тот дернулся и попытался вывернуться, но в это время с криком:

-Что случилось, Слави? - подбежал еще один, судя по всему друг этого Слави.

- Да вот, пытаюсь научить хорошим манерам одного ублюдка и просить прощения у этих двух леди, - проговорил он зло.

- И судя по всему, тебе это удалось. А где же вторая ? - и он обернулся к противоположной стене, где бледная, со смятым лифом платья, стояла девушка, с ужасом наблюдавшая за нами.

- Вам помочь? – спросил юноша, с участием в голосе.

- Нееетт, - пролепетала она, глядя на высокого шатена, который склонился над ней.

- И все таки, вам необходима моя помощь, - и предложил свою руку. Она с дрожью протянула свою. Потом он подвел ее ко мне и поставил рядом.

- Итак, сударь, мы ждем! – прорычал спаситель, пнув того коленом в спину. Весь красный, перекосившись от злобы, негодяй процедил сквозь зубы.

-Прошу прощения!

- Не слышим! – ткнул его еще раз Слави.

- Прошу прощения! – уже громче, со злым отчаянием, прохрипел тот.

- Вот, так-то лучше! А теперь вы леди, - обратился он к нам, - Прощаете ли данного субъекта? Мы быстро закивали головами. Спаситель подхватил парня за ворот и поднял на ноги.

- Чтобы ноги твоей около сих леди никогда не было, - и толкнул его к выходу из коридора. Тот пробежал от толчка по инерции несколько метров, повернулся и крикнул злобно:

- Погоди! Еще встретимся! - и бросился вниз по лестнице. Мы с интересом смотрели ему вслед, но голос Слави вернул нас в действительность.

- Разрешите, милые леди, представится: Славикус Нермеда, а это, - показав на шатена, - Мой друг и одногруппник Конируэл Враза! - наклонив голову, щелкнул каблукам сапог, - Можно просто Слави и Кони.

- Элинэт Даррон, можно просто Эли, - сказала я

- А я Лилиан Косси, можно просто Лил, - тихо всхлипнув, прошелестела девушка, заливаясь краской и разглаживая свое потрепанное платье.

- Прошу вас, не переживайте так, пожалуйста, - протянул Слави, - Мы рады такому неоднозначному нашему знакомству. Вас куда отвести? Может быть в дамскую комнату?

- Нет, - качнула я головой, - Я пойду, пожалуй, к себе. А эта девушка пусть решает сама, - и я повернулась к Лил.

- Нет-нет, и мне надо в свою комнату! - вскрикнула она торопливо.

- Судя по всему, вы не знакомы? - спросил Кони обращаясь к Лил.

- Увы, - сказала я, и Лил отрицательно махнула головой.

- Но это был смелый поступок, - обернулся ко мне Слави, - Помочь незнакомой девушке и вот так, отчаянно, полезть в драку.

- А вы считаете, что надо было смолчать? – огрызнулась я.

- Конечно нет. Обычно девушки начинают визжать и кричать от страха, но вы ринулись в бой. Похвально. Уважаю. И у меня есть предложение, давайте скрепим наше общее знакомство бокалами с соком и еще немного потанцуем. Лил вопросительно взглянула на меня, и я, приняв главенство, кивнула положительно.

- Согласны. Только у меня будет просьба, поклянитесь, что никогда, ни при каких условиях этот... эпизод не будет достоянием других и случившееся здесь, останется между нами, – сказала я твердо.

- Клянемся! – ответили хором мальчики.

- А как вы оказались здесь, позвольте спросить?- поинтересовалась я у Слави. Он пожал плечами и ответил, что хотел представиться и познакомиться после нашего танца, но меня не увидел и, оглядываясь, заметил край моего платья уже при повороте за угол. Поспешил за мной, а Кони решил догнать друга. И вдруг эта сцена.

- Да, признаться, - сказал Кони,- все это неспроста!. – и засмеялся.

Переглянувшись с Лил, мы тоже засмеялись. И тут же рухнула наша скованность и страх от пережитого.

Оправившись, под руку с ребятам, мы спустились в зал, где пили соки, танцевали и смеялись, вспоминая эту необычную историю. Расстались довольные вечером и договорились писать друг другу на кристалл. Такие стационарные кристаллы-порталы стояли и у нас и у ребят в училище.

На следующий день Лил переехала ко мне в комнату, уговорив мою соседку перейти на свое место в ее комнату, с расчетом, что за это она оставит на кровати свое кружевное покрывало. Та, увидев такую роскошь, согласилась и все остались довольны. С тех пор, уже два года, мы были близкими подругами и собирались после окончания вместе поступать в школу целительства, а наши кавалеры, тоже вместе, в Академию боевых искусств.

Лил, как-то сразу нашла общий язык с Кони, и рассказывала про их интересную любовную переписку, а у меня были только разговоры о делах сегодняшних и планах на будущее. Казалось, что высокий и крепкий телом блондин с голубыми глазами и слегка неправильными чертами лица, стеснялся меня, и при встречах впадал в какой-то ступор.

- Мол, можно? Я тебе не надоел еще? И я начинала злиться, но глядя на его такое расстроенное лицо, смягчалась и разрешала брать себя за руку. Не скажу, что он мне не нравился, нет, но чувствовала, что это еще не ОН. И все тут. А уж после того самого поцелуя, так и вообще видеть его не могла и месяц не отвечала на его письма, где он просто умалял его простить за несдержанность и грубость. Писал, что полюбил меня с первого взгляда и был всегда робок, потому что, смущен моей красотой и твердым характером. И Лил уговаривала меня простить Слави.

- Ведь он от любви ко тебе такое сотворил. Вот я с Кони уже год вместе и нам хорошо, и мы пара, - уговаривала меня подруга. Думают и дальше продлить свое знакомство, проверить чувства, аж до окончания учебы и получения дипломов. Так, по крайней мере, им обещали родители, после обоюдного знакомства.

Да они и были парой: полноватая Лил среднего роста, с русыми вьющимися волосами и серыми глазами и Кони, крепыш шатен с карими глазами. И мы со Слави тоже подходили друг другу внешне: выше среднего роста зеленоглазая брюнетка и высокий голубоглазый блондин Но, я не знакомила его со своими родными и запретила это делать и ему, на что тот неоднократно пенял мне, приводя в пример своего друга и мою подругу. И все таки я, каким-то седьмым чувством, понимала, что не могу на это согласиться. А вот дружбу одобряла полностью. Он хотя и расстраивался, но соглашался.

И вот наш выпускной бал, и Слави ищет меня, по словам Лил. Вздохнув, согласилась, и она быстро скользнула в толпу, а я присоединилась к компании бабушки и родных Лил.

Музыка вдруг стихла и на возвышение, в конце зала, взошел губернатор и поднял руку, призывая к вниманию.

- Прошу тишины, господа и леди. Сегодня мы, в очередной раз, приветствуем наших выпускников. Рады сообщить, что эти ребята прекрасно закончили серединные училища и готовы вступить на новую стезю науки в высшие школы и Академию. Мы гордимся достижениями наших выпускников уже на этом этапе и прошу поддержать аплодисментами их имена.

Он зачитывал по кристаллу фамилии учеников с Красными аттестациями и, среди них было и мое имя. Всех названных, попросили подняться к губернатору, и я, смущаясь таким вниманием, тоже вышла вместе с остальными отличниками.

Гром аплодисментов грянул, как только губернатор представил каждого из нас. И еще он сказал, что по просьбе его и Совета округа, обратились к Императору, чтобы самых лучших учеников принимать в высшие Школы и Академию без вступительных экзаменов. И были одобрены. Наступила тишина, а потом зал взорвался рукоплесканиями. Мы оторопели..

- Молодцы!, - шепнул губернатор, и громко сказал, - Они это заслужили. Под аплодисменты и туш, спустились с подиума, и я направилась к бабушке. Она поцеловала меня в щеку, сжала мои плечи и прошептала.

-Я горжусь, тобой, моя дорогая! Губернатор, поздравив нас еще раз, объявил бал.

Наконец-то! Все отошли к стенам, освобождая площадку для танцев и губернатор, взяв за руку свою жену, вышел с ней в центр. Грянула музыка, закружились еще пары и их становилось все больше.

Я смотрела на танцующих и досадовала на Лил с ее обещанием найти наших друзей. Но ни ее, ни ребят не было. И тут подошел молодой человек и попросил разрешения у моей бабушки, пригласить меня на танец. Она согласилась, и я с удовольствием вошла в круг. И вот на очередном повороте, наконец увидела, как Лил с ребятами продирается сквозь толпу к нашим женщинам. Они поздоровались и мама, что-то выговаривала Лил, а Кони оправдывал ее, держа за руку. Моя бабушка тоже что-то спрашивала у Слави, и тот, почтительно, ей отвечал, а она кивала его словам.

- Интересно, о чем это они там договариваются, без меня?. Бабушка уже давно была в курсе всех моих личных дел и одобряла, что никаких любовных историй, вот дружба, так пожалуйста. Музыка умолкла, и мой кавалер подвел меня к нашей компании. И тут увидела глаза Слави.

- Ах, с каким восхищением он на меня смотрел! И мне было приятно.!

Начался новый танец, и мы вошли в танцевальный круг. Притянув за талию к себе ближе, Слави шептал мне на ухо комплименты и про мою красоту и про красивое платье, и про нас с ним в будущем, и про свои чувства. Но, ведь, мы расстанемся и встретимся вероятно не скоро. Отмахивалась от его слов, я смеялась. Мне было хорошо, я была счастлива! Потом были еще другие танцы и другие кавалеры. Я запретила Слави все время удерживать меня рядом с собой, так как хотела почувствовать весь мир и услышать комплементы не только от него и Кони, но и от других в этом зале. Веселилась, глядя на хмурое лицо моего парня, когда меня приглашали другие. Но я хотела танцевать! И танцевала!

В какой-то момент остановилась передохнуть, и выпить напитка, что стояли в многообразии на столах.Лил не было, куда-то пропали с Кони, наверно спрятались для поцелуев, Слави тоже куда-то исчез. Подойдя к столу, где стояли стаканы из разноцветного стекла, я замерла, а потом протянула руку к одному из них.

- Нет, возьмите вот этот,- прозвучал бархатный мужской голос за моей спиной. Я стремительно обернулась. Предо мной стоял высокий черноволосый мужчина с резкими чертами лица и черными глазами, в которых даже не видно было зрачков.

- Он так подходит к вашим глазам, - мягко произнес он и протянул мне зеленый стакан с соком.

- Где-то я уже это слышала, - промелькнула мысль в голове и тут же исчезла, - И если вы не возражаете, я хотел бы попросить вас подарить мне танец. Он внимательно смотрел на меня, как будто просил не разочаровать его. Машинально кивнув ему, припала к стакану . И если бы там был яд, я бы все равно его хлебнула под его взглядом. Он завораживал, и обещал что-то волшебное. Я подала ему руку, и он повел меня к центру зала. Положив пальцы на плечо незнакомца, я почувствовала, как по нему прошла легкая дрожь, и когда он положил руку на мою талию и сжал другую в своей, то такую же дрожь почувствовала и я.

И начался этот необыкновенный танец! Его сильные и нежные руки обвивали меня, как будто лаская, приподнимали в танце вверх и тут же ловили и поддерживали внизу, а его тело переливалось под моей рукой, что лежала на его плече, а потом как-то незаметно скользнула на грудь. И вот музыка кончилась и мы остановились, а он все еще держал меня в своих объятиях. Я прислонилась к нему и вдруг услышала знакомый запах. От него пахло полынью! Откинула голову и взглянула в его лицо с удивлением. А он смотрел на меня и его губы шептали что-то, как будто он говорил, но я не слышала. Меня увлекал этот чудный аромат, аромат моего счастья!

Неожиданно для себя, я всем телом прислонилась к нему, а он, как будто ждал этого, и его сильные руки нежно прижали меня к своей груди. И в этот момент меня обдало холодом. Я мгновенно отстранилась от него и бросилась бежать. Не знаю куда, не знаю зачем, но мне надо было бежать и прятаться от этого человека, бежать, бежать..

Чьи-то руки поймали меня в охапку и знакомый голос остановил мой бег.

- Куда ты? Что с тобой? Тебя обидели? – услышала и остановилась.

- Нет-нет, просто …мне надо в дамскую комнату. Проводишь меня? Слави, прижав к груди мой локоть, двинулся по коридору в сторону этих комнат. Подведя к одной из них, сказал, что меня подождет. Я заскочила в пустую комнату, подбежала к зеркалу и увидела свои пылающие щеки. Наклонилась над водой, опустив туда руки. Вода успокоила меня и даже вернулся цвет лица. Но глаза, мои глаза, сверкали каким-то необыкновенным светом. Я не узнавала себя, я не понимала, что сейчас произошло! Кто этот мужчина? Что было со мной? Я только помнила его черные внимательные глаза, теплые руки и губы, красиво очерченные мужские губы, которые что-то шептали мне. А еще его запах, умопомрачительный, тонкий, горький запах полыни! И тут я вспомнила, откуда знаю про этот запах. Так пахло от отца. Вот почему мне стало так хорошо рядом с ним, так тепло и спокойно.! С моих губ сорвался стон.

- Почему я убежала, почему даже не узнала кто он? Зачем я это сделала? Надо вернуться, надо найти его, узнать имя, представиться самой! Я уже знала, что без него не смогу жить! Выскочив из комнаты, схватила за руку поднявшегося Слави, и рванула в зал, дернув его за собой.

-Не спеши, - пытался затормозить меня друг, - Объясни что случилось?

- Потом, все потом, -повторяла я, как во сне, и тащила, оглядываясь вокруг, выискивая незнакомца. Я ныряла между парами и танцующими и искала эту высокую стройную фигуру в черном костюме. Но увы. Его не было нигде. И тут мы натолкнулись на Лил с Кони. Она схватила меня за руку и встревоженно сказала, что меня искала бабушка и сказала, что это срочно.

-Бежим к ней! -и мы все рванули к месту, где она сидела. Я увидела, что бабушка стоит ко мне спиной и что-то читает в кристалле, а рядом стоит почтовый посыльный. Сердце екнуло, и я сразу вернулась в действительность. С волнением подбежала.

- Что-то случилось? - уставилась на нее.

- Не знаю, но прибыл порталом Гор и просит срочно вернуться домой. Мы раскланялись со знакомыми и я простилась с друзьями.

- Скажи потом нам, ладно, - попросила Лил, - Мы будем переживать.

Я кивнула и с бабушкой, почти бегом, бросились из зала на портальную площадку. Один щелчок и мы шагнули в свой двор. Поднялись по лестнице в гостиную, где стоял Гор. Лицо его было ужасно! Сердце мое ухнуло и больно сжалось.

- Что? – вскрикнули мы с бабушкой хором.

- Все очень плохо, - выдавил он сквозь зубы и опустил голову.

- Говори, – выдохнула бабушка И Гор начал рассказывать, а у меня перед глазами разворачивалась картина моего горя

После того, как мы скрылись в портале, мама смахнув слезу повернулась с к папе, а он тихонько сжав ее плечи, поцеловал в волосы и прижал к себе.

- Ну, что ты, что ты. Скоро наша красавица будет дома. А сейчас надо радоваться за нее и желать ей удачи и хорошего настроения. Роб хмыкнул и двинулся к казармам. Отец повел маму домой и вскоре вышел на крыльцо. Раздался свист – один короткий, другой длинный – это значит: - «Иди ко мне». Роб выскочил из какой-то двери и бегом кинулся к отцу.

Свист. У отца был секрет – тайный свист. Его знали только четверо в этой крепости отец, Гор, Роб и…я. Да-да! Отец меня тоже научил ему, втайне от мамы. А когда я его спросила почему, он сказал, что не хочет ее пугать. Почему бы она должна была пугаться, я не поняла. Сначала, просто было так интересно переговариваться с Робом или с папой таким вот свистом и я быстро научилась, даже свистела с выражением. Если надо было тихо подозвать, то свист был тихим, где надо быть осторожным, свист был отрывистым, где можно отдыхать, спокойным и плавным. А могла свиснуть и сильным: – В атаку, за мной!

Мама качала головой и выговаривала отцу, что девушке это ни к чему, а отец целуя ее, смеялся и оправдывался:

– Пригодится

Сегодня у Портала был день прохода для граждан государства Дроггов, а иначе Ящеров. Отец всегда присутствовал, когда был их день, потому что не доверял им и на то были причины. Их разъезды частенько переходили свои границы и рыскали по нейтральной территории, чем напрягали наш гарнизон. Тогда объявлялась тревога, и малый вооруженный отряд, под командованием Гора вылетал из стен крепости навстречу нарушителям. Но те, покружившись, убирались обратно на свою территорию. Они провоцировали людских пограничников, как бы проверяя их готовность к отражению. Потом, отец с Гором долго обсуждали свои действия и отец что-то доказывал ему, а Гор молчал и только кивал, отрицая, но каждый раз приходили к согласию и пожимали друг другу руки.

К открытию отправились отец, Роб, мастер-маг и эльф-егерь. При Портале находилась дежурная группа из десяти пограничников, которая следила за порядком прохождения караванов и брала мзду за проход.

Сейчас там скопилось приличное количество повозок, лошадей, людей. Слышались крики, ругань и хрип животных. Кавалькада всадников, с отцом во главе, остановилась у Портала. Все спрыгнули с коней и эльф отвел животных к спецпривязи. Роб и маг двинулись к воротам портала. Оглядев колышащуюся массу, отец покачал головой и оглушительно свистнул три коротких раза «Начинай!» Маг вставил в углубление портального столба кристалл и он загорелся фиолетом. Зазвучал сигнал и все засуетились в караванах, выстраиваясь в очередь друг за другом. Теперь надо подождать, когда загорится еще один кристалл, который зажжется рядом. И вскоре зажегся уже красным цветом, и снова раздался громкий сигнал. С той стороны готовятся открыться ворота.

Марево Портала, шириной в двадцать метров, растаяло, говоря, что уже можно двигаться вперед. Выдвигались одновременно с этой и с той стороны, справа из Рудди двигался поток в Дроггию, а слева начал входить поток караванов из нее. Все шло как обычно и уже показались первые погонщики рабочих ящериц, впряженных в повозки другганцев. Находясь в человеческом обличии, они погоняли своих тягловых, останавливаясь перед камнем оплаты, опуская в прорезь деньги и, когда загорался кристалл пропуска, двигались дальше. Ритуал обычный стандартный и известный с одной и другой стороны. Кстати, при касании руки на специальную плоскость , мог загореться кристалл и дать сигнал, что этот объект везет товар контрабандой или запрещенный на территории Рудии.

Когда уже половина купцов с товарами покинули портал, а другая половина с Дрогии выползла из него, произошла заминка, прозвучал сигнал о неучтенном товаре. Отец быстрым шагом отправился к проверочному камню.

И вот тут началось. Купцы и их сопровождение из Дрогии, соскочили с повозок и стали оборачиваться в трехметровых боевых Ящеров. Закричали люди, заржали в страхе кони. Ящеры бросились в разные стороны, по пути разрывая всех, кого могли достать, то есть любую живую плоть. В своей ипостаси, они были просто хищники и, не даром, при подписании мирного договора с Дрогией, было особо указано, чтобы на других территориях, где придется Ящерам находиться, они не должны оборачивать в свой натуральный вид. И хотя они были цивилизованы и умны, у них еще были воины, которые тоже могли оборачиваться в людскую видимость и тогда, при возвращении в свою ипостась, им не было равных по силе и жестокости.

Маг пытался перекрыть портал и ему помогал Роб, но ящеры врывались, перекидывались и их становилось все больше и больше. Отец, эльф и, уже поредевшие воины пограничники, а так же боевые маги сопровождения караванов, пытались сдерживать ряды зловещих ящеров. Но силы были не равны. Отец засвистел «Закрыть портал срочно». Роб и маг уже выдернули кристалл из паза портального столба и вставили кристалл закрытия. Марево постепенно начало закрывать вход на другую сторону, но скопилось много боевых ящеров на нашей стороне и они рвали людей на части.

Отец с Робом стоически отражали удары, уничтожая своих противников, давая людям отступать и прятаться. Сражение продолжалось более получаса и, уже стала слабеть защищающаяся сторона, и уже много было убитых и раненых. Отец и Роб потеряли друг друга в схватке. И вот раздался один свист. Это свистел отец, проверяя сына. Ответа не было. Сам же он был ранен и совсем ослабел, но продолжать сражаться.

Вскоре показался отряд людей-пограничников, что пришли из крепости, и сразу врезался в бой. Теперь перевес явно был на стороне людей. Отец прислонился к повозке и сполз на землю. Его мутило от потери крови и плетью висела левая рука. Тут он услышал любимый голос и ловкие руки жены, стали ощупывать его.

-Потерпи, дорогой мой, я скоро.

Потянулись лучики заживления от рук целительницы и поползло покалывание по телу отца. Он открыл глаза и увидел любимые зеленые глаза, в которых плескалась тревога и забота. Она потянулась к отцу, и он обнял ее здоровой рукой, прижав к себе. И в этот момент дрогнули оба. Пущенный ящером меч с силой вошел в спину мамы и прошил оба их сердца насквозь. Они умерли сразу и одновременно. Так отец с мамой и не узнали, что Роб погиб у Портала, защищая мага, который вставлял в паз закрывающий кристалл. Ящер оторвал ему голову и разорвал на части тело.

- Я и моя спецкоманда, наконец-то, добив последнего ящера, искали их, - продолжал свой рассказ Гор, - Они лежали около повозки и сжимали друг друга в смертельном объятии. Я упал на колени перед ними и мне стало страшно. Начали подходить к нам другие воины и люди из каравана, оставшиеся в живых. А потом принесли и останки Роба на воинском плаще. Его нашел маг, и эльф помог собрать. Мы похороним их на нашем военном кладбище в склепе «Памяти и Скорби» за стенами крепости, со всеми воинскими почестями. Их имена, по традиции, будут занесены навечно в книгу "Памяти героев-пограничников".

На этом закончив свой страшный рассказ, он горестно вздохнул, опустив голову.

Стояла тишина и только тихо плакала няня Кукли и всхлипывали, утирая слезы, слуги . Бабушка сидела бледная натянутая, как струна, и только остановившийся взгляд выдавал, как трудно ей было сдерживать себя. Но она держалась.

Меня колотило мелкой дрожью и зубы стучали от ледяного холода. Бабушка встала и сказала, глядя на меня, чтобы Кукли напоила успокоительным и попросила Гора, чтобы он помог нам дойти до моей спальни. Кукли побежала за лекарством, а Гор, подхватив меня на руки, поднялся на второй этаж, Там положил на кровать и тут же появилась няня с моей горничной. Они помогли мне раздеться, напоили лекарством. Кукли укутала одеялом и притушив светильник, приказала горничной остаться здесь и проследить за мной, а сама отправилась в комнату бабушки.

Гор спустился в гостиную и присел в кресло. Рядом, ему на стол, служанка поставила кувшин с вином и высокий стакан. Гор вскинул голову и вопросительно посмотрел на служанку.

-Госпожа приказали! - и молча ушла.

Гор посидел и налил свой первый стакан.

* * *

Я проснулась с дикой головной болью. Все тело ныло и ломало, как во время тяжелой болезни. И тут вспомнила, что случилось вчера и, перевернувшись, зарылась в подушку лицом.

- Неужели я сплю и все произошедшее вчера только мой страшный сон? Перевернувшись вновь на спину, открыла глаза и прислушалась. В доме стояла какая-то странная тишина.

- Где все? - привстала я на кровати.

- Кукли! - закричала я, но она не ответила. Потом встала и вышла из комнаты.

- Кукли!- вновь позвала я.

Вдруг из дальней комнаты, выскочила служанка и, увидев меня, зажала рот рукой и бросилась бежать. Сердце забилось в тревоге. Там, откуда выбежала девушка. находились покои моей бабушки. Я подбежала к двери и рывком открыла ее. В комнате были Гор, Кукли, лекарь и две служанки, которые убирали какие-то тазы и кровавые тряпки. Все повернули головы, глядя на меня, застывшую в дверях.

- Кукли, что это?- спросила я срывающимся голосом. Она всхлипнула и закрыла ладонями лицо. Лекарь развел руками, как бы показывая, что сделать ничего не смог.

- Эли, - и ко мне шагнул Гор. Я вдруг все поняла – бабушки уже нет.

-Как это, Гор? Что это? Голова закружилась. Меня сковал ужас. И, на мгновение, почувствовала, как чьи-то руки подхватили меня и стали звали по имени. Но я уже ушла в спасительную темноту.

Неделю я металась в горячке. Как-то летним утром, открыв глаза, уставилась в потолок своей комнаты.

- Жива, - подумала я, - Что же дальше делать? Теперь осталась одна. Одна на всем белом свете! Жалость к себе наполнила сердце.

- Что же делать, как дальше жить.? Зашевелилась, повернулась и обнаружила, спящую рядом в кресле, Кукли.

- Няня, - тихо позвала ее. Она открыла глаза и с удивлением посмотрела на меня. Вдруг ее взор прояснился, она охнула, подскочила ко мне со словами

- Наша девочка очнулась! Слава богам. Ты полежи, полежи, я скоро, - и ринулась из комнаты. Вскоре я услышала голоса и суета наполнила мой дом.

- Вот уже это МОЙ дом, - с кривой усмешкой подумала я и горестно вздохнула.

Вскоре послышались шаги и в комнату вошел лекарь.

- Ну-с, милая барышня, как себя чувствуем? – спросил он и поднес ладонь к моей голове.

- Уже лучше намного. Думаю, что уже завтра, вы можете вставать, но не перетруждаться и не плакать, ладно? Я кивнула.

-Отлично! Желаю здоровья, - и вышел из комнаты. Внизу его ждала Кукли и, только что вышедший из портала, Гор.

- Как у нее дела? – обратился он к лекарю.

- Все уже позади, -ответил тот, - Думаю через недельку-другую она уже будет в порядке. Бедная девочка! Вынести такой психологический удар и взрослому-то сложно. Удивительно сильная психика, - подытожил он свои слова, - Если будет что-то не так, вызывайте сразу, – обратился он к Кукли. Та закивала головой и ушла на кухню.

Дверь открылась и в комнату ко мне вошел Гор. Его страдающие глаза смотрели на меня с жалость и теплотой.

- Ты, как? – спросил он, присаживаясь на край кровати.

- Ничего, - ответила я.

- Что-нибудь хочешь?

- Хочу домой.

- Нет, ты еще слаба. Вот станешь на ноги и тогда…А еще тебе надо готовиться к высшей школе.

- Я не хочу, - сказала я и отвернулась.

- Девочка моя, надо жить дальше. До школы еще два месяца. Выздоровеешь, встанешь на ноги, примешь своих друзей. А то они уже все ноги оттоптали, сюда прибегая, и особенно твоя белокурая подруга. Очень о тебе печалилась.

- Лил, - улыбнулась я.

- Вот видишь, и парень этот Славикус, тоже переживает заметно. Твой кавалер что ли? - спросил Гор и хитро прищурился. Я фыркнула.

-Нет. Вот еще. Просто школьный приятель.

- Ах, школьный, ну-ну, - протянул Гор и замолчал, гладя мою ладошку.

- Гор, - сказала я твердо, - Хочу домой! Он замер, будто прислушался к своему внутреннему голосу.

- Давай так сделаем. Где-то через две- три недели, как схлынет горячка обновления гарнизона в крепости, я заберу тебя домой, ладно? Я с улыбкой кивнула.

- Вот и ладненько, – сказал он вставая, - А сейчас будь умницей и постарайся выздороветь. Даешь слово?

- Да, – ответила я. Гор наклонился, поцеловал меня в волосы и вышел.

Через два дня я уже вставала, а потом меня посетили мои друзья Лил с Кони и Славкиус. Пришли с коробкой пирожных и огромным букетом цветов. Увидев мое изможденное лицо, не стали спрашивать ни о чем, и так все знали. Лил рассказала, как закончился разом бал, после того, как ушли мы с бабушкой, как замолчала музыка и вышел на подиум губернатор. Он и рассказал притихшему залу, что происходит на границе у портала: - "Там идет бой, и надо желать нашим отважным воинам-пограничникам силы и мужества".

- Все расходились по домам, и где-то уже слышались всхлипывания, женщины плакали не скрывая слез. Мужчины были хмуры и сосредоточены. А наши мальчишки все рвались к вам домой. Я их еле угомонила, сказав, что им там будет не до вас. И тут она вдруг примолкла и испуганно взглянула на меня.

- Ничего, - кивнула ей, - Ты права, тогда у нас здесь был сослуживец папы. И вдруг остановилась на слове ПАПА… Все сразу замолчали. Я взглянула на ребят и мучительно улыбнулась.

- Ничего-ничего…простите...- прошептала я и, повернувшись к ним спиной, медленно побрела к себе в комнату. Легла на постель и закрыла глаза.

И вдруг будто что-то прорвалось. Рыдания охватили меня и я кинулась в слезы, как в спасительную воду, которая омывает раны души. Вокруг забегали няня и служанки, позвали лекаря. Тот приехал, посмотрел на меня, всю зареванную и сказал:

- Не волнуйтесь. Все нормально. Произошел прорыв. Теперь она пойдет на поправку.

А потом были будни и тяжелое для меня время. Опять приходила Лил и рассказала, что они с Кони уже обручены, что она ждет вызова на экзамены в Высшую школу, что ребята уехали в столицу и будут поступать в военную Академию, и что все мне передают приветы и желают выздоровления. Я благодарила и просила Лил, при случае, передавать .им тоже и желала всем удачи.

- А может быть, ты тоже? - спросила осторожно подруга

- Нет, - ответила я и нахмурилась. Поболтав еще полчаса, Лил засобиралась домой Я не стала ее удерживать. Подойдя к окну, увидела, как на портальной площадке стоит и смотрит на меня. Вот она махнула мне рукой и вошла в портал. Я вздохнула.

- Когда еще нам придется увидеться? Не знаю… Мое прекрасное детство и юность кончились в один день, в день моего Первого бала! Моего огромного горя...

Гор приехал ко мне через полтора месяца. Очень извинялся. Дела шли туго. На границе было сложно.

-Может быть останешься здесь? Там неспокойно.

- Нет, домой, - сказала я твердо. И Гор вздохнул, отчаявшись меня уговорить остаться.

- Домой. Так домой. Собирайся. Уже через час мы сходили по лестнице к порталу. У дверей стояли слуги и желали нам доброго пути. А няня плакала. Слезы катились по ее морщинистым щекам. Она все говорила мне в спину:

-Прощай, моя дорогая девочка! Я повернулась и порывисто обняла ее.

-Не плачь, еще увидимся. Она покачала головой.

-Вряд ли.

Ах, как она была права! Больше я ее не видела. Через год она умерла.

Портал щелкнул, и мы вступили на камни крепости. Я вновь увидела родные стены, наш дом с качелями и лавочки вокруг стола, где мы часто сидели вместе. Как давно это было! Будто века прошли…

Гор проводил меня в дом.

- Там все по прежнему. Никто туда не ходил. Через полчаса я зайду за тобой и мы пойдем к твоим, - хрипло сказал он и вышел, оставив меня одну. Я поняла, куда мы пойдем. Присела на краешек стула в столовой-гостиной.

- Все по прежнему в доме, ничего не изменилось. Просто теперь здесь все мертво. Здесь поселилась смерть.

Страх и тоска сжали мое сердце, и я поспешила на воздух. Села на лавочку и все еще дышала, дышала, как будто кто-то сдавил мою грудь обручем. Голова немного кружилась. Немного погодя, встала и пошла прочь от дома. Около конюшен было оживление. Показался Гор и вывел двух лошадей, и я пошла к нему навстречу.

-Тебе какое седло? Может дамское? -спросил он, глядя на мое платье.

- Нет, обычное. Взлетела сама на свою лошадку, которую еще к десятилетию подарил отец, каурую кобылку Жужку. Она была смирной, и я быстро научилась ездить на ней. А потом с удовольствием скакала наперегонки с Робом и все смеялась, что мало тот ездит там, в своей Академии и скоро совсем разучится седлать коня. Он смешно злился, догонял меня и легонько стукал по спине стеком, мол, а теперь ты догоняй. Я вспомнила и вздохнула.

-Как давно это было.

Мы ехали быстро. Кладбище было недалеко. Это даже не было кладбищем в простом классическом его понимании, скорее это был склеп, в котором и замуровывали урны с прахом воинов-пограничников. Остановив лошадь, спрыгнула с нее и нарвала небольшой букетик полевых цветов. Гор тоже слез. Так мы молча дошли до места, где лежала вся моя семья.

- Прошу тебя, Гор, не ходи за мной, ладно. Дай мне побыть с ними одной. Гор молча кивнул и взял мою лошадь.

Я вошла под темные своды склепа. Щелкнула пальцами и зажгла маленький светильник. Лестница вела вниз, и я начала спускаться, держась за стену, так как меня слегка покачивало. И вот зал «Памяти и Скорби». Когда-то давно, еще будучи совсем маленькой, сюда меня как-то привел отец. Он показал это место и рассказал, какие герои лежат здесь и что мы должны всегда их помнить и почитать.

-И теперь тЫ здесь с мамой и братом. Наверно вам там хорошо вместе, а мне тут без вас так страшно и одиноко, - всхлипнула я. Присев на каменную плиту перед стеной с урнами моих близких, где золотом уже написаны их имена, положила к стене букетик полевых цветов. Мысленно, я была сейчас рядом с моими родными, рядом с семьей. Закрыла глаза и тихие слезы скатывались по моим щекам. Вдруг услышала запах полыни, запах моего отца.

- Наверно это от букета, - подумала я, - видимо сорвала ветку полыни, когда его собирала. Но тут услышала тихий голос, как будто издалека меня звал кто-то:

-Эли…Эли…

-Папа?... голова закружилась и я сползла в темноту.

"Глаза медленно открылись и передо мной расстилался луг, тот самый, на котором я тогда нашла мамин корешок. Оглянулась и опять услышала голос:

- Эли…Эли…

- Папа! Где ты? – отчаянно закричала я. И тут увидела, двигающуюся ко мне навстречу высокую мужскую фигуру. Она приближалась все быстрее и быстрее. И я бросилась к нему..

-Папа! Сильные родные руки, подхватили меня, прижав к груди.

- Дорогая моя девочка, зеленоглазка моя! – шептал голос отца, - Не плачь, не надо плакать. Мы с тобой и будем всегда. Я пришел, чтобы помочь тебе начать, уже без нас, новую жизнь и она будет сложной, но интересной. Ты должна быть сильной. Ведь ты всегда была такой. И запомни, что в Крепости, ты найдешь настоящую семью. А мы будем следить за тобой и, когда будет совсем трудно, то мы придем…мы придем… Голос удалялся и тут я увидела, их всех втроем, как тогда, в тот самый день перед балом, когда покидала родной дом. Отец обнимал маму за плечи и она … улыбалась.

-... а еще ты встретишь любовь… - сказала мама.

- Когда?- спросила я.

- Уже скоро… Роб стоял рядом и помахав мне рукой, крикнул:

- Сестренка!…будь счастлива! …

И они исчезла я закричала отчаянно:

- Не оставляйте меня здесь одну! Возьмите с собой! - но услышала твердый ответ мамы:

- Не сейчас, моя девочка, не сейчас!...

- А когда?

- Еще не пришло твое время, сестренка ! – ответил мне Роб.

-Я люблю вас! - кричала им в след…- Я люблю вас… И опять этот голос

-Эли….Эли…"

С трудом открыла глаза и увидела, склонившееся надо мной, лицо Гора. - Эли! Девочка моя, что случилось? Что с тобой? Поняла, что лежу на поляне перед склепом, и Гор придерживает мою голову.

-Что? – прохрипела я, - Как здесь оказалась?

- Я нашел тебя, лежащей без сознания на полу склепа, когда прошло уже достаточно времени. Что-то произошло? – встревоженные глаза Гора смотрели на меня с укором, - Мне надо было идти с тобой.

- Нет-нет! Со мной все нормально. Просто я увидела папу с мамой и Робом. Гор встревожено смотрел.

- С тобой все хорошо? Может быть вызвать лекаря?

- Нет, не надо,- сказала я, вставая на ноги, - Это был просто сон.

- Да-да…может быть. После таких переживаний, - забормотал Гор

- Ты сможешь сама доехать?

- Может быть мне пройтись пешком, еще как-то кружится голова.

- Давай ко мне в седло. Идти довольно далеко. И чувствуешь ты себя неважно, судя по лицу. Он сел на коня и протянул руки.

-Иди ко мне.

Посадив перед собой, тронул удила и мы двинулись к крепости. Моя лошадка шла за нами, прикрепленная к седлу Гора. Прислонившись к его груди и обняв за талию, мне уже было спокойно. Впервые за эти последние дни. Вздохнув, Гор поцеловал мои волосы:

- Все будет хорошо, дочка!

Я бродила по дому уже неделю, и все валилось из рук. На душе было тяжело, здесь все напоминало прошлую жизнь. Часто, сидя вечерами в кресле гостиной, вызывала на своем кристалле изображение моих родных, которое сделала в тот последний день. Всплывала картинка, где они были живы, улыбались, махали рукой мне на прощанье. На прощанье… как видно навсегда. Отчаяние охватывало все сильнее и сильнее и мое тело каменело в этой тоске и печали. Слез не было, была горечь потери. И никакого выхода не видела. Что же делать? Что же делать? Помогал только сон. И, закутавшись в плед, дремала в кресле в наступивших сумерках с надеждой увидеть во сне моих родных. Но увы, темнота приходила и укрывала своим пологом без всяких сновидений.

Вот и сегодня очнувшись, обнаружила себя сидящей в кресле. Выглянула в окно. Было утро, еще совсем раннее.

- Надо брать себя в руки, хватит хныкать, - подумала я, - Я знаю, что надо делать.

Решительным шагом отправилась в умывальню, чтобы привести себя в порядок. Взглянула на себя в зеркало и …оторопела! Там на меня смотрело другое лицо, не мое! Волосы потускнели и через все темя тянулась полоса седой пряди, глаза потемнели и как будто затянулись болотной тиной, лицо побледнело, между бровями легла глубокая морщина, губы посерели. Я скривилась. Плеснув на себя воду, утерлась полотенцем и еще раз посмотрела в зеркало. Изображение осталось прежним. Мне не показалось. Тяжело вздохнула.

- Так тому и быть!

Поднялась в комнату Роба, нашла его тренировочный костюм, надела, заплела волосы в тугую косу военного образца, вплетая тонкий кожаный шнурок, и сбежала вниз по лестнице. Быстрым шагом я направилась на плац. Навстречу мне попадались новобранцы, которые спешили на построение. Я подалась за ними. И вот появился Гор, стремительно двигаясь по плацу. Повернув голову, заметил меня.

- Эли? – медленно проговорил, не узнавая, - Что с тобой случилось?

- Эли умерла, - четко ответила я, - Меня зовут НЭТ! Дир Гор, разрешите встать в строй? Он молчал, вглядываясь в мое лицо.

Десять пар глаз молодых новобранцев с любопытством смотрели то на меня, то на командира. И Гор произнес, с досадой:

- Разрешаю. Твой позывной, отныне, «Меченная». Кивнув, четким шагом проследовала в конец шеренги.

В группе Гора у воинов не было имен, были позывные и они были по числам, которые им присваивались по построению: «Первый», «Второй» и так далее. И если кто-то погибал, то следующему присваивался позывной погибшего. Так на многие годы службы это имя закреплялось за воином. И даже отслужив положенный десятилетний срок, этот позывной так и закреплялась за ним. Только в секретных документах разведки кроме него рядом, писалось настоящее имя и время службы.

Гор, не глядя на меня, крикнул:

-Внимание! Правое плечо вперед, друг за другом на тренировочный плац, марш!

И мы побежали. Выйдя за ворота, по специальной дорожке уже за стенами крепости, наша группа побежала к плацу, над которым колыхался магический купол, переливаясь всеми цветами радуги. Рядом стоял наш гарнизонный маг, который и приподнял его. Увидев меня, он удивился, и это еще мягко сказано, он оторопел. Подошедший Гор что-то ему говорил, а тот смотрел в мою сторону удивленными глазами. Потом кивнул, словно соглашаясь и еще раз внимательно посмотрел на меня. Гор вошел под купол. Маг, закрыв полог, двинулся в сторону крепости. Через три часа он вернется сюда, чтобы вновь открыть его и выпустить нас, хотя и в экстренных случаях это мог сделать и сам Гор. Тогда маг передавал ему кристалл открытия. Но это происходило не всегда, так как сам кристалл при его действии отбирал много магических сил и потом эти силы долго и тяжело восстанавливались.

Этот тренировочный плац я знала и неоднократно бывала здесь, как с отцом, так и с Робом. А еще чаще, сама прибегала и смотрела с любопытством, как гоняет по этому плацу свою группу Гор. В этом он был безжалостен с строг. И не даром его разведывательно-диверсионная группа, называющаяся «Летучим отрядом», была известна в воинских кругах, не только нашего округа, но и в высшем военном Совете при Императоре. Теперь и я член этого отряда, с позывным «Меченная» - равная среди равных, как пояснил мне впоследствии Гор.

И начались мои тренировки:бег, препятствия, снова бег. Каждый час Гор давал десять минут отдыха и все начиналось сначала. Бег, препятствия, бег… Разрешалось помогать друг другу - так сплачивалась команда: каждый должен чувствовать каждого. Через три часа, когда казалось уже нет сил, пришел маг и открыл купол, и мы уже еле бежали в крепость на отдых и завтрак. А потом в крепости, на другом плацу, начиналась отработка с холодным оружием и каждый определялся, кому какое оружие ближе. Мне, оказалось, метание ножей, чем я усердно и занималась, оттачивая мастерство до автоматизма.

Еще со мной отдельно начал заниматься маг. Это был старый воин, молчаливый и въедливый. Характер его соответствовал его внешности: был он среднего роста, с совершено седыми волосами, с серыми глазами, которые цепко вглядывались в человека. Когда-то давно, он также закончил Академию и служил боевым магом. Но время шло и сменялись воины, а маг оставался здесь, как неотъемлемая часть крепости. Когда я расспрашивала отца сколько ему лет, тот отмахивался и говорил, смеясь, что об этом знает высший военный Совет и.. сама крепость.

Все звали его Мастер. Он начал тренировать меня магическому бою, а именно азам по плетению защиты и магическим лучам смерти. Когда впервые, привел на отработку на полигон, я совсем не ожидала, что это так сложно, хотя понимала, что этому надо учиться в Академии. Мастер успокоил и уверил, что покажет самое простое, что я смогу и самостоятельно выучить, но сначала попросил меня показать свои силы. На полигон мы пришли втроем: я, Мастер и Гор. Мастер показал мне, как надо сцепить пальцы обеих ладоней, сосредоточиться и силой толкнуть их от себя вперед. Сделала все действия после его слов, мне это было не трудно, я помнила, как это делали и отец и Роб и Гор с Мастером. Сосредоточилась и толкнула руки вперед. И… ничего не произошло. Я не поняла. Гор прищурился.

- У нее мало магии для такого луча. Она должна была поступать на целительство. Мастер повернулся ко мне и увидел мое опечаленное лицо.

- Еще раз! Вновь сцепила пальцы, сложила ладони и резко толкнула вперед. И опять... ничего не произошло. А потом еще и еще раз. Тишина. Мастер прищурился, а Гор покачал головой.

- Я же говорил, что вряд ли. Ничего не выйдет, малый процент, Мастер согласно кивнул.

- Да ты прав, - и, увидев мое опечаленное лицо, успокоил, - Не расстраивайся! Этот луч редко можно применять. А вот выставлению защиты я тебя научу. Даже с твоим потенциалом получится. И они развернулись к выходу. Я опустила голову и вдруг на меня нашло какое-то зло.

- Да разве я могу не сделать это! Могу! Повернувшись к стене с мишенью, сцепила руки и толкнула их вперед. Огненный луч сорвался с моих ладоней и с силой ударил в дальний макетный щит. Удар, взрыв и он разлетелся на мелкие куски. Я оцепенела.

- У меня получилось? У меня получилось! - вскрикнула я. Мастер и Гор вздрогнули и резко развернулись.

- У меня получилось! – закричала подбегая к ним.

- Хорошо-хорошо, – погладил меня по плечу Гор, - А сможешь еще раз?

- Я попробую! - и повернулась к щитам. Сосредоточилась и выбросила ладони вперед. И снова сорвался луч и на этот раз он был не просто огненным, а с белой окантовкой по краям и следующий щит был сожжен, а остатки разлетелись в разные стороны. С довольной улыбкой повернулась к моим спутникам.

- Ну и как? Их лица! Это надо было видеть! Они не просто замерли от увиденного, они смотрели на меня с ужасом.

- Никогда не видел ничего подобно, - отмерев произнес Мастер,- Слышал и читал, но не видел такую мощь. И потом через паузу обратился к оторопевшему Гору:

- А ты? Тот мотнул головой.

- Никогда.

- Это под силу только Архимагу, – подытожил Мастер.

Гор кивнул.

- Слушай меня, девочка. Видимо тебя либо плохо тестировали, либо твои стрессы сыграли тоже важную роль и подняли твой магический потенциал. Только с этих пор, мы с тобой начнем серьезно тренироваться, чтобы ты смогла управлять этой силой. И советую научиться держать себя в руках, контролировать свои эмоции. Или же ты, нечаянно, можешь убить кого-то. Ты же не хочешь этого?

- Нет, Мастер.

- Вот и ладненько. Начнем помаленьку. Каждый день, мы будем приходить сюда и по часу отрабатывать все необходимые действия. Поняла? Я кивнула,

- Да, поняла. Гор по отечески похлопал меня по плечу

- Молодец! Рад за тебя, дочка! - и ушел с полигона.

И началось: Мастер показывал, как плести сетку личной защиты, как работать лучами с большей или меньшей интенсивностью. Было очень трудно все запоминать, но я старалась изо всех сил, потому что понимала, что это необходимо не только мне, но и поможет моим товарищам в сложной ситуации.

А потом пошли будни военной крепости: тренировки на плацу, тренировки на полигоне, работа на конюшне с лошадьми и их обкатка - привыкание к хозяину. В отряде каждый конь знал своего ездока, знал и понимал его слова, посыл рукой или ногами. Спала мало, так как приходилось вставать очень рано и выматывалась за день так, что падала от усталости. Тело болело, каждый мускул был как камень, стон срывался с губ, но я крепилась и твердила.

- Так надо, так надо!

Я втягивалась постепенно в режим и тяготы воинской службы. Гор не делал никому из нас поблажек. Он тренировал свою группу настойчиво и целеустремленно. И уже через три месяца тренировок тело было сильным и ловким, освоила легкую магическую защиту и умела справлять с силой луча, мой конь слушался меня с полу касания. Наша группа могла выполнять маневры на лошадях. Мы могли тихо ходить, взять языка и, спеленав его магическим шнуром, доставить по назначению. А уж работать с холодным оружием, так это для меня стало полным удовольствием. Я была лучшей по метанию ножей, за что меня хвалил Гор и даже гордился, и еще мне удавались бои с саблей, и ни один поединщик не мог со мной справиться, я выматывала любого, уходя от противника то в стороны, то под его руками, заходила со спины, вертелась так, что они не успевали ухватить мои выпады и отбивать их. Я не сражалась, я танцевала, и мне это нравилось.

И вот наступил тот день, к которому мы шли все это время. Сегодня утром мы выстроились на плацу в полном вооружении разведчика: в черный кожаный костюм, черную шапочку со специальной шлейкой, которая затягивался под подбородком, ремни с личным оружием и притороченная к седлу сабля. У меня на поясе в специальных ножнах находилось еще шесть ножей по три с каждой стороны.

На плац вышел Гор, Мастер маг и егерь эльф.

- Внимание! – выкрикнул Гор, - Сегодня мы принимаем в «Летучий отряд» новых воинов. Все вы прошли обучение и показали себя знающими и подготовленными к службе. Сейчас произнесете клятву и получите знаки отличия. И с этих пор у вас не будет имен, будут только позывные, и прошу, даже на отдыхе, об этом не забывать.

- Первый! Первый воин из наших рядов побежал к командирам. Остановился перед ними, приложив ладонь к сердцу.

- Клянусь защищать Рудию телом и душой! И отдать за нее свою жизнь! Гор протянул ему знак отличия коробочку, в которой находились два кругляша. С этой коробочкой он подошел к магу и тот взяв один из них приложил к запястью. Надавил и кругляш вошел в тело. Ни один мускул не дрогнул на лице Первого. А потом от кругляша остался только узор на коже – небольшой круг, а в нем две красные молнии. Такой же знак Мастер поставил и на шее, под косой. Эльф надел на шею кулон - знак гарнизона, который являлся еще и личным маячком, чтобы была возможность при случае только гарнизонным кристаллом отследить место его пребывания. Потом вызваны были и все остальные. И вот моя очередь. Я была взволнована, но виду не подавала и, как учил меня Мастер, уже умела держать в руках свои эмоции.

-Меченная! – выкрикнул Гор. Я подбежала к нему. Приложив ладонь к сердцу произнесла клятву и получила коробочку со знаками. Когда маг вдавил в запястье кругляш, почувствовала сильнее жжение, не ожидала, что так будет больно. Но стерпела, не скривилась и увидела довольные глаза Мастера. А когда склонила голову для другого под косой, он прошептал на ухо

-Молодец! Хвалю! Егерь надел на меня маячок.

- Сегодня вы стали полноправными воинами государства Рудия! - громко заговорил Гор, - Мы поздравляем вас от имени Императора, высшего командования и нас, присутствующих перед вами командиров. С этого дня ваша жизнь подчинена выполнению любого приказа. Мы надеемся, что вы не посрамите чести пограничника, как не посрамили ее воины, чье место вы сегодня заняли. И если вы примите смерть, то ваши имена будут вписаны золотом в зале Памяти и Скорби. Да будет так!

- Да будет так! – хором прокричали мы.

Прошло три года.

- Капрал Нэт!, - послышался крик, - Вы дома?

- Дома! – я вышла на крыльцо и увидела парнишку-вестового. - Чего орешь, людей разбудишь.

-Вас срочно требует дир Гор. Он находится около почтового кристалла.

- Хорошо. Скажи скоро буду, - буркнула я и вернулась в дом. Приняла холодный душ, переплела волосы, натянула кожаный мундир и без оружия вышла во двор. Быстрым шагом дошла до помещения с почтовым кристаллом. Там уже стояли все командиры гарнизона и Гор с магом и эльфом.

- А, вот и Капрал!- воскликнул Гор, - Давай сюда. Читай,- и ткнул пальцем в кристалл. Там был приказ о готовности всего гарнизона к возможной провокации со стороны Ящеров. Гор продолжил.

- Советую проверить готовность всех подразделений. Сегодня будет день открытия торговых ворот Портала. Прошу быть сосредоточенными и готовыми к любым действиям, как у ворот, так и в крепости. Усилить двойным составом дежурную группу у Портала.

- Кьянти, - обратился Гор к эльфу, - тебе с твоей группой также усилить ребят на Портале. Эльф кивнул.

- Нуром, прошу тебя, будь предельно внимателен при открытии. Как только что заподозришь, закрывай Портал самостоятельно. Я удивилась. Надо же, впервые слышу, чтобы Гор назвал Мастера и эльфа по имени и при всех, значит дело серьезное.

- Теперь тебе, Меченная. Собери своих и двигай в сторону Портала. Поищи незаметные места для них. Понаблюдай, прощупай обстановку, как ты умеешь. Я кивнула.

- Остальным быть готовым к выступлению полным составом гарнизона, а сторожевикам быть внимательными на стенах и воротах. Вопросы? Нет вопросов. Все по местам. Меченная останься на минуту. Вновь кивнула и отошла к кристаллу.

Командиры спешно покидали помещение почтового кристалла, где, впрочем, всегда собирался весь состав по надобности или в случае чрезвычайности.

- Нэт, сегодня может быть жарко у Портала. Возможен прорыв. Прошу тебя, дочка, будь внимательна. Я конечно прибуду в случае чего на место, но для этого надо время. Боюсь за тебя. Когда-то я потерял своих дорогих друзей – твою семью. И никогда себе этого не прощу. Поэтому, не геройствуй! Твое дело наблюдение и еще раз наблюдение. Еще не хватало и тебя потерять. .

- Ну, что ты, Гор! Ты же меня знаешь, что я очень осторожна! Да и как могу оставить тебя одного, такого старого и больного! – и отскочила в сторону, когда тот попытался схватить меня за руку.

- Ах, ты маленькая плутовка! - он все же поймал меня и, заключив в объятия, прошептал на ухо, - Береги себя. Если с тобой что случится, мне, старику, больно будет! – и поцеловал в волосы, - Иди, готовься! – легко подтолкнул к выходу.

Он боялся всегда за меня и, когда только начинал выводить свой «Летучий отряд», где я была совсем еще новичок несмысленышь, и в период моего становления в разведке. А уж когда я стала его заместителем и мне присвоили звание «Сержант», то и вовсе терял голову, все не веря в мои способности. Я долго доказывала ему свой профессионализм. Моя молодая на грани отчаянность в деле, которая вызывала в моих товарищах поддержку, у Гора только недовольство и тревогу.

Да и понятно. С тех пор, как погибли мои родители, он заменил мне их всех сразу и навсегда. И я приняла его заботу и внимание. Гор переехал в мой дом и занял комнаты на нижнем этаже, не претендую на комнаты моей семьи, особенно кабинет отца. И я была ему благодарна за это.

Часто читала книги папы о военном деле, листала его карты, перечитывала историю нашего государства и всех государств в целом. Иногда, с непонятными вопросами, обращалась к Гору, когда он с кружкой домашнего пива сидел в гостиной у камина и, как мог, объяснял. Иногда мы спорили с ним по вопросам исторических сражений, рассматривая карты, иногда по поводу наших вылазок на нейтральную территорию. А когда меня повысили в звании и присвоили офицерское звание «Капрал», Гор передал мне командование отрядом. И уж тут мы всегда обсуждали все планы наших вылазок. Я никогда не пропускала советов Гора, Мастера и Егеря и они всегда с удовольствием делились своим военным и житейским опытом.

Иногда, теплыми вечерами, садились за папин стол во дворе, теперь уже нашего с Гором дома, чтобы отдохнуть, выпить пива или вина, послушать последние новости или рассказы, которыми иногда баловал нас Мастер. Он оказался просто отличным рассказчиком. Я, конечно, не употребляла спиртное, но с удовольствием пила травяной чай из тех травок, что часто готовила мама. И еще: я уже не пела и даже не брала лютню. Мои руки огрубели от оружия и удил коня. Раньше меня просили это сделать, но я отказывалась, а потом они поняли и перестали. Я была им благодарна за чуткость. Ведь мое пение и лютня напоминала о волшебных днях моей юности и моей семье. Боль утраты слабела, но и не уходила из сердца, и только седая прядь, потемневший цвет глаз, и морщинка на переносице, как знак страданий, напоминали о трагической потере. А иногда даже забывала обо всем, когда мы сидели холодными вечерами с Гором у камина, и я читала ему что-нибудь из военной истории.

Как-то одним из вечеров, в паузе чтения, Гор спросил не хочу ли я поступить в Академию военных искусств. Я удивленно вскинула на глаза.

- Странно, что ты об этом говоришь.

- Ну, почему же странно. У тебя к этому есть все предпосылки и характер тоже. Твое воинское звание дает тебе право без экзаменов поступать на любой факультет.

- Я могу не пройти тестирование на магичность. Ты же знаешь, что у меня чуть более 45 процентов.

- А вот Нуром говорит, что у тебя намного больше, раз ты такие чудеса с лучом смерти вытворяешь и защиту освоила не только личную, но и парную. Тебе уже скоро 21 год и я хотел бы, чтобы ты получила, наконец, образование, раз не пошла в школу целительства. Я нахмурилась, вспоминая прежнюю жизнь и друзей, которые уже скоро будут заканчивать учение и получать дипломы.

- Дочка, - придвинул свое кресло Гор и обнял за плечи, - Ты знаешь, что я хочу как лучше для тебя. Вот если меня не станет, то что тогда? Не будешь же ты жить здесь, в этом гарнизоне? Тебе надо получить профессию и устроить личную жизнь: создать семью, родить детей. Я фыркнула.

- Что ты говоришь. А как же я брошу тебя, наш дом, ребят?

-Ну, во первых свято место пустым не бывает. Вон и заместитель твой хорош. Поднатаскала ты его правильно. А жить здесь постоянно, значит закопать себя окончательно и на это я пойти не могу. Говорю тебе серьезно. Подумай, ладно?

- Я подумаю. - и я уткнулась ему в плечо. Гор поцеловал мои волосы и простившись ушел в свою комнату. А я еще долго сидела, вспоминая отца и маму, Роба и его желание учиться в Академии, рассказы об тамошних учителях и своих друзьях-сокурсниках, о вечеринках и девушках Мне-то он рассказывал об этом тайно, чтобы мама не узнала, но отец знал. Роб был с ним откровенен и в своей учебе и в личной жизни.

Оставив воспоминания, приказала своему заместителю Сержанту, чтобы он собрал команду по тревоге и дала на все час времени, а сама ушла в дом поесть и одеться по походному. Сегодня нам предстоит рутинная работа у Портала. Мы частенько делали это и раньше, и мои ребята точно знали свои места и свои действия при необходимости. Правда, еще не было такой открытой информации о возможностях прорыва, а уж учения мы проводили постоянно. Через полчаса мы выдвинулись. Именно сегодня был День весеннего равноденствия и именно в такой день три года назад погибли мои родные. Я ахнула и сердце заполнила непонятная тревога.

- Все-все. Надо взять себя в руки! - прошептала я.

-Вы о чем это, Капрал? – спросил, рядом ехавший Сержант.

- Нет, ни о чем! - поперхнулась я, - Надо же, уже вслух разговариваю. Надо последить и за этим. Негоже давать повод для сомнений, особенно в отряде.

Сержант пожал плечами и отвернулся. Может быть ему и показалось. Он знал Меченную, как смелого и сдержанного командира, молниеносно решающего непростые задачи в ходе их рейдов. А уж магические способности вообще всех восхищали! Они-то тоже могли управлять своими, создавать защиту и подпитывать свою регенерацию, но против магии Меченной просто младенцы. И хотя она, практически, никогда их не применяла в походах, они наблюдали ее успехи на магическом полигоне и часто слышали восхищенные вздохи не только ребят, но некоторых проверяющих из округа боевиков-магов.

Не доезжая до портала сто метров, я приказала всем занимать свои места и приготовить кристаллы наблюдений. Спрыгнув с коней, мы отвели их в приметную балочку, которую выбрали заранее на учениях и дежурствах, и растеклись по местам плана номер «один». А еще были планы номер «два» и « три» с другими местами и скрытыми точками. Это я придумала, хотя всегда утверждала, что эти выдумки моего отца, которые вычитывала в его дневниках.

Внимательно рассмотрела в виженкристалл всю территорию перед Порталом. На площади стоял шум и крики, как и всегда перед открытием. Людская волна кружила и толкалась, пока воины пограничники выстраивали караваны в правильный порядок провода через Портал – слева выходили с нашей территории, справа входили на нашу сторону. Группа эльфа тоже наблюдала за всей этой кутерьмой. Складывалось именно такое впечатление, но оно было ошибочным, потому что после последнего прорыва Ящеров, были усилены наряды дежурств и группы таможенников. Разведчики при этом также присутствовали. Да и сторожевики Драконы больше уделяли времени этим прохождениям. Они не только подавали сигнал в крепость при прорыве, но даже могли принять непосредственное участие, о чем и была договоренность обеих государств. А также внесение в военный закон «О не применении магического оружия, если дракон подлетает ближе чем на сто метров к очагу боя», так как не сможет, это огромное существо, отвернуться от луча-смерти.

Раздался первый звон, говоривший об открытии Портала с нашей стороны, а через некоторое время и второй. И пошло движение в обе стороны. Уже полчаса двигались потоки и пока все было спокойно, но не спокойно было на душе у меня. Что-то должно случиться. Что?

И тут произошел сбой, как будто кто-то отключил наш Портал. Потухли сразу все кристаллы, но закрывающее марево не сработало. Оно и может сработать только в случае включения кристалла «закрытие», а тут он просто выпал из паза, как будто там и не держался совсем. Мастер-маг пытался вставить его на место, но все было без толку – он выпадал из держателей. Караван остановился, но задние повозки напирали, сталкивая передних на обочины.

Крики и паника охватили толпу. Между ними сновали наши пограничники, пытаясь навести порядок. Но уже и наши, и караваны Ящериц смешивались, сея хаос и неразбериху. Вдруг огромный Черный Дракон рванул с неба со страшным рыком пролетел, едва не задев врата Портала. И в этот момент из него хлынул поток перевернутых Ящеров-воинов. Их заметно было по красному большому шипу на голове и становилось все больше. Они сметали на своем пути и своих и чужих, рвали на части всех подряд.

Наши группы и стража караванов вступили в бой. Увидев жуткую картину, я приказала Сержанту, вместе с частью ребят, обойти их с тыла и отсекать от Портала помогая группе эльфа, а сама выдвинулась со своей частью, пытаясь отсечь часть каравана и повернуть их назад. Ребята четко выполняли свою работу по развороту своих и чужих, и внимательно наблюдали за другими ящерицами, опасаясь их перевертывания. Кто их знает, вдруг и здесь есть воины! Хотя их проверяли на камне, но все же надо быть на стороже.

Я обернулась и увидев Первого рядом, крикнула ему:

-За мной! - и с его помощью пробиралась к Мастеру, чтобы помочь тому в восстановлении маревой защиты Портала. По ходу била лучами смерти Ящеров, которые пытались нас остановить. Луч ловко резал их и я смогла приблизиться к Мастеру, а Первый продолжал защищать нас с тыла, прикрывая спину.

- Что происходит? – закричала я Мастеру. В этом аду криков и рыка плохо было слышно, даже находясь рядом.

- Не держится кристалл «закрытие» и я не могу начать плести марево, - прокричал в ответ маг, - А почему, не могу понять.

- Давай я попробую вставить.

Маг передал мне этот кристалл. На учениях, мы неоднократно делали это вместе и держали марево. На тот самый случай, его обязаны защищать немедленно при таких катастрофических ситуациях

Я вставила кристалл в паз, но он выпал. Повторяла действия снова и снова – все тот же результат. За моей спиной Мастер, присоединившись к Первому, охраняли меня от нападок Ящеров. Тем, видимо, надо было не позволить нам закрыть портал, и они все лезли и лезли. И тут я вспомнила, как в одном из исторических хроник, про семилетнюю войну, один из магов-боевиков закрыл Портал, не убирая рук от кристалла и держал его до тех пор, пока другой маг не затянул проход маревом и, тем самым, решил исход сражения. Правда, он лишился руки и выгорел дотла, то есть, его магический потенциал не восстановился вовсе.

В этот момент над Порталом, со страшным ревом, вновь пролетел Черный Дракон, будто предостерегая от чего-то. Окликнув мага, вставила кристалл. Он загорелся и зазвенел. Мастер обернулся и побелел от ужаса.

- Нэт! Убери руку, Нэт!

- Закрывай быстрее этот паршивый Портал!, - кричала я.

Кристалл звенел и гремел и, ящерицы, услышав этот звон, поворачивали обратно, убегая в Портал, а наши ребята били их у входа, не давая скрыться. И уже подтянулся Гор со своим отрядом, а я все держала кристалл, который нагревался все сильнее. Жгло руку, держать было больно, упал мой личный щит от убывающей магии. Но я видела, как уже Гор помогает Мастеру плести марево закрытия и все ближе и ближе подвигаются они ко мне. Голова закружилась от слабости и я уперлась в кристалл обеими руками. В это время вновь спикировал Черный дракон и принялся подхватывать мечущихся Ящеров и рвать их прямо в воздухе. Я чувствовала, как силы тают: ноги дрожали, колени подкашивались. Боли уже не ощущала. И когда поняла, что падаю в обморок, почувствовала, как сильные руки подхватили меня и тут же уплыла в бессознательность.

И почему-то вновь, услышала запах полыни...

Очнулась у себя в комнате и не могла понять как это произошло.

-А где все? Сил было мало, тело не слушалось, руки слегка ныли. С трудом подняла их к лицу и увидела повязки на них. И тут вспомнила наш бой, ребят и забеспокоилась, как они там все ли живы? И сколько я уже здесь нахожусь?

- Эй! - позвала я. - Есть здесь кто-нибудь?

Нажала на кристалл вызова служанки. Она вбежала сразу же.

- Ой! - и ринулась вниз с криком, - Она очнулась, господа! Тут же послышался топот ног. В комнату буквально ворвались Гор, молодой лекарь, что появился недавно в крепости, Мастер, Сержант и Первый.

- Ты как себя чувствуешь? – выпалил Гор.

- Нормально, - улыбнулась я. Лекарь поводил руками надо мной, оценивая состояние, и констатировал хорошее улучшение и физически и магически.

- Как быстро получилось восстановление? Ведь я читала, что тот воин, что так сделал во время войны, сильно пострадал, а я вот ничего не чувствую: руки перестали болеть и магия восстанавливается.

- Ох, уж эти начитанные молодые люди! – вздохнул Гор. - Вот если бы не Генерал, что дал тебе свою кровь, была бы тоже, как и твой исторический герой. Тьфу-тьфу!

- Какой еще Генерал? Вы о чем?

- Да она же этого не помнит! - сказал Сержант. - Мастер расскажите ей. Вы же там были рядом. Гор присел на мою кровать, а Мастер с лекарем с Сержантом и Первым рядом на стулья. И Мастер начал свой рассказ.

- Когда я услышал твой крик, что ты держишь кристалл и он зазвенел, обернулся и чуть не лишился дара речи – ты держала его в пазу рукой. Я пытался помочь тебе, но ты кричала про марево и его закрытие и это было главнее. Я начал плести и все поглядывал на тебя, как ты, морщась уже, держала на кристалле обе руки. Понимал, как тебе больно, но уже не мог оторваться от плетения. Тут подбежал Гор и принялся мне помогать и все спрашивал, где ты. Я не сказал ему, что ты делаешь, иначе он бы не дал нам закончить полог. Я понимал, что потом он убьет меня. Но сейчас ты, и только ты, сможешь его удержать с твоим-то потенциалом. И все еще надеялся, что не выжжет кристалл тебя полностью. А потом заметил, как растаял твой щит. Значит силы стали убывать. Мы уже почти закрыли портал, когда я услышал рев Дракона и увидел, как прямо в воздухе перед нами он оборачивается и на землю спрыгнул человек в форме воздушного стражника. Он быстро кинулся в нашу сторону и в тот момент, когда ты уже падала без сил, подхватил на руки. Мы уже подбегали к нему, когда ты подняла голову и, открыв глаза, сказала: - Это вы? - и обмякла. Потом он с тобой бросился к таможенному камню, и положил на него.

Повернувшись к нам прорычал:

- Что случилось?

- Она держала кристалл закрытия руками, - выдохнул я. Гор вскрикнул и схватился за голову.

- Тихо, - приказал генерал, - Я смогу ей помочь. Дайте нож, - и протянул руку. Я подал ему свой кинжал.

- Держите голову и попытайтесь открыть ей рот. Он резко провел кинжалом по своему запястью и тут же приложил его к твоему рту, Нэт. А потом сжал твои челюсти и снова приложил руку.

- Все. Теперь все будет хорошо. Срочно ее к лекарю. И пока мы искали и привели коней, он все смотрел и смотрел на тебя и на лице его читалась тревога. Вскоре, кивнув нам, бегом кинулся на дальнюю площадку, подпрыгнул, в прыжке обернулся, и уже Черный Дракон все быстрее и быстрее улетал в небо и исчез за горизонтом. Гор доставил тебя сюда в крепость к лекарю.

- Когда я узнал, всю эту историю с драконом, то сразу понял, что у тебя, Нэт, все будет в порядке, – перехватил рассказ лекарь, - Ведь даже немного драконьей крови в человеке дает толчок сильной регенерации и полному восстановлению магии. Только потом… - и он замолчал, озираясь на Мастера и Гора.

- И что потом? – удивилась я

- Да ничего,- поспешил сказать лекарь.- Все будет хорошо, и это главное.

Вскоре все ушли, кроме Сержанта. Я попросила его рассказать про наших ребят и что он видел на площадке боя. И он сказал, что ребята все целы и только у двоих легкие ранения,но они быстро восстановятся, как и обещал целитель. Рассказал, как сражалась его группа, как потом присоединились пограничники из отряда гарнизона, как отступали ящеры, а воины их догоняли и убивали, не давая нырнуть в проход. Как Мастер и Гор закрыли полог и, как спустившийся Черный дракон, прямо на лету выхватывал лапами ящеров и разрывал их с диким ревом на части прямо в воздухе.

- Вот это была битва! - и он рубанул рукой воздух от восхищения. - А ты просто герой, капрал! – сказал, глядя на меня Сержант. - Как это ты только смогла! Столько спасла людей, всех нас. Мы все гордимся тобой, а наши ребята особенно и шлют самые лучшие пожелания здоровья. Он встал, приложив ладонь к сердцу отчеканил «Честь и Слава». Склонил голову щелкнул каблуками повернулся и исчез за дверью. И тут же вошла служанка.

- Вам что-нибудь надо?

- Нет, спасибо, отдохну, пожалуй. Только, как придет Гор, пусть поднимется ко мне.

- Хорошо, я передам. Откинувшись на подушки, прикрыла глаза.

- Кто же этот Генерал? И почему я почувствовала запах полыни. Папин запах? Нет, он отличался от папиного, но был очень похож. И почему я сказала «Это вы». Кто-то, кого я раньше знала? И эти сильные руки, такие знакомые…Не могу понять. Не могу вспомнить.

И с этими мыслями заснула.

Вечером пришел Гор и принялся ругать за своеволие, за то что совсем не думаю о себе и о нем тоже, о его старости, о ребятах, которые уже привыкли ко мне и с моей стороны жестоко, так резко бросать их. И еще много чего. А я смотрела на него и улыбалась.

- Как все же хорошо, что он у меня есть мой Гор, и Мастер и мои ребята. Вот они и есть моя семья, о которой говорил отец в том сне в склепе. Приподнявшись, обняла его, поцеловав в щеку.

- Я благодарю тебя, мой Гор. И спасибо тебе за любовь, за внимание и заботу. Всю свою жизнь я буду помнить об этом. Гор, как-то уж по-старчески вздохнул и поцеловал в голову. А потом отодвинул и строго сказал.

- И все же пороть тебя некому! - и засмеялся.

Уже через два дня я начала вставать, а через неделю вышла на тренировку вместе с ребятами. А еще через неделю пришел приказ из штаба Высшего Совета, где сообщалось, что приказом Императора государства Рудия Капрал Элинэт дер Даррон награждена орденом «Серебряная звезда» Первой степени за заслуги перед императором и государством, и вызов на торжественное награждение в столицу в императорский дворец. Все меня поздравляли и, даже наша кухарка, прослезившись, поцеловала меня и сказала, что как бы была рада моя мама и мой отец. После этих слов мне взгрустнулось.

В столицу меня доставлял порталом Гор. Я было сказала, что уже не маленькая и умею управляться с местным порталом, но тот был неумолим и я сдалась.

-А что, пусть идет со мной. Мне поддержка не помешает.

Я оделась в свой военный парадный кожаный костюм черного цвета разведчика со всеми положенными по статусу регалиями: шитьем по куртке серебряной нитью, а по стойке и обшлагам шел узкий серебряный кант. Волосы заплела в косу ремешком с серебряным оплетением. Увидев меня в таком наряде, Гор крякнул и сказал, что в платье я была бы краше. И на мой удивленный взгляд добавил:

– Но и так отлично выглядишь!

Вышли на площадку и Гор открыл портал, приглашая пройти меня вперед. Я замешкалась, а потом взяла себя в руки и шагнула.

Мы оказались на спец площади императорского дворца. Да-да – это была целая площадь! То рядом, то вдали, раздавались щелчки и открывались порталы. Из них выходили мужчины в мундирах всех родов войск, в гражданских костюмах и дамы в вечерних нарядах. Стоял гул голосов и шелест платьев. Многие узнавали друг друга и кланялись, и все целеустремленно двигались ко дворцу.

Я смотрела на белокаменное чудо и не могла оторвать глаз. Перед нами начиналась широкая лестница покрытая ковром и по ней чинно, поддерживая своих дам, поднимались мужчины. Мы с Гором тоже двинулись следом. Вошли в огромный вестибюль с высоким витражным потолком. Я загляделась и чуть было не упала, хорошо Гор поддержал под локоть. Мы двинулись дальше по широкому и светлому коридору к помещению, где и должно состояться торжество награждения. Вместе с другими людьми вошли в огромный зал: окна и двери были инкрустированы золотом, на стенах искуснейшие гобелены на исторические темы, вокруг ходили мужчины и женщины раскланивались и образовывая новые ручейки из тел, то расходились, то группировались в новые образования.

Остановившись на краю зала, огляделись и тут к нам подошел молодой военный в позолоченном мундире и, представившись адъютантом Императора, пригласил нас пройти за ним и повел, сквозь толпу, почти к самому трону. Сказал, что бы мы стояли тут и никуда не уходили. Посмотрел на меня, улыбнулся, кивнул и ушел. Сзади послышался приглушенный голос:

-Кто это?

Дальше потек этот шепоток за наши спины. Я посмотрела на Гора. Он стоял спокойно и расслаблено, и я удивилась его такой выдержке. Наклонившись, тихонько сказала:

- Ты такой спокойный, как будто каждый день видишь все это и Императора. А я вот просто трясусь от страха. На что он ответил в пол голоса:

- Девочка моя, я столько раз смотрел в лицо смерти, что смотреть в лицо Императору мне не страшно, а даже интересно. Не успела отреагировать, как раздался стук торжественной трости об пол и громкий голос глашатая возвестил:

- Его императорское величество, Аливантин Шестой!. И по образовавшемуся коридору из людских тел двигался Император, попутно кланяясь знакомым лицам. Мужчины склоняли головы, а женщины приседали в поклоне.

Мы стояли на углу этого коридора, перед самым троном. Подойдя к нам ближе, Император приостановился, пристально глянул на меня, потом на Гора и кивнул. Мы тоже опустили голову в кивке и щелкнули каблуками, на что Император улыбнулся и прошел дальше. Поднявшись на тронное возвышение, где уже стояли высшие советники военные и гражданские, он поздоровался с ними и обернулся в зал, не садясь в кресло, поднял руку, призывая к тишине. Зал замер.

- Дамы и господа! Сегодня торжественный день и сегодня мы приветствуем героев Четвертого округа, кто своими героическими действиями не допустили провокаторов на земли Рудии. И это были не только наши пограничники, но и представители других государств, за что им отдельная благодарность. Как я уже и говорил, что только в сплочении всех сил, мы сможем победить, не смотря ни на что. Мы уже послали ноту протеста государству Дрогга за столь попустительское отношение к вверенным им порталам и беспрецедентную по своей жестокости провокацию в мирное время. На расширенном Совете, обсудили и решили - еще одна такая попытка и мы разорвем отношения с этим государством и заберем у них пограничный Портал. Правда, нам будет трудней обмениваться товарами с государством Буара, но у них и у нас есть морские караваны и мы сможем, для расширения торговли, снизить акцизы на их товары и обеспечить охрану нашим морским флотом.

В зале захлопали.

- Но хватит о политике, - продолжил Император, - теперь о наших героях. Их подвиг оценил я и народ Рудии, и их имена останутся в истории нашего государства. Я хочу назвать их, принести благодарность и повышение в звании.

Адъютатан Императора сжал в руке кристалл и появились в воздухе имена, которые выписывались в воздухе и таяли. Их было около двадцати и среди них имя Гора, Мастера, и мое. Так интересно было видеть, как магическим огнем рисовалось перед Императором и залом мое настоящее имя Элинэт дер Даррон. А потом отдельная благодарность и награждение представителей других государств и среди них был наш эльф-егерь. И еще прозвучало имя Генерала от государства Драконов. Я прислушалась и посмотрела на кристалл. Из него потянулась магическая струйка и прямо передо мной было написано - Стивэн Бануэр.

-Это не тот ли Генерал, что помогал мне?- екнуло сердце. Раздался туш и зазвучали аплодисменты. И тут Император вновь поднял руку.

- А сейчас дамы и господа, я хочу представить вам героиню сего торжества, Капрала вооруженных сил Рудии Элинэт дер Даррон.

И Император протянул ко мне руку, приглашая подняться к нему. Смущаясь, я взбежала по ступеням и встала рядом с ним, повернувшись лицом к залу.

-Это она, держала кристалл, пока закрывали портал, - продолжил свою речь император - Это она повторила подвиг героя семилетней войны, который не пожалел здоровья и жизни за свою родину. Именем государства Руддия мы жалуем вам орден «Серебрянная звезда» за ваш подвиг. Протянул руку и ему поднесли открытую коробочку. Взяв красивую серебряную звезду на синей ленте, надел ее мне на шею. Я выпрямилась и приложила ладонь к сердцу.

- «Служу Отечеству и Императору». Все зааплодировали.

- Хочу сказать, - продолжил Император, - что Капрал из потомственного воинского рода. Ровно три года назад, вот также, при попытке прорыва этого же Портала, погибла вся ее семья: отец, командир гарнизона полковник Логинэт дир Даррон, мать, целительница Эвелин дер Кроуди и брат, студент Академии воинских искусств Робинэт дир Даррон. Их имена вписаны золотом на стенах Академии, где они учились и высшей школы целительства, где училась Эвелин. Почтим их память молчанием.

Мужчины склонили головы вслед за императором, а дамы присели в поклоне.Затем Император продолжил:

-Память остается к ушедшим за грань, а нам надо продолжать жить. И обернулся ко мне.

- Вам милый Капрал, по закону я не могу присвоить следующее звание, вы и так носите с честью этот младший офицерский чин. Но хочу предложить следующее – поступить в Академию военных искусств по ходатайству Высшего военного Совета и меня лично. Обещаю вам полное обеспечение, а также открытие счета от имени государства. Казна выделяет на ваше имя один миллион золотых.

В зале зашумели одобрительно, а может завистливо. Смотря кто. А вот Гор посмотрел на меня с гордостью и подмигнул.

Император ждал от меня ответа.

– Я подумаю! - и покраснела. Тут зазвучал туш и вновь раздались аплодисменты. Это были не просто аплодисменты, это были овации

Я стояла рядом с Императором еще больше смущаясь. А Император, приобняв меня за плечи, тихо сказал:

- Не тушуйтесь, дорогая моя! Вы это заслужили! - и повернулся в зал. - А теперь - бал!

- Вы подарите мне танец, Капрал?- обратился он ко мне с легким поклоном.

- С удовольствием! - и подала ему руку Он повел меня по ступенькам в зал, в котором сразу же образовалось свободное место в центре. Зазвучала музыка. Я положила руку на плечо, одетого в белый с золотом мундир Императора. Он опустил свою на мою талию. Сделал первое движение и мы понеслись под кругу. Он приподнимал меня, поворачивал в другую сторону, прижимал к себе и снова отталкивал. Сначала я была напряжена его умению и той легкости, с которой он скользил по паркету, а потом расслабилась и тело само вспомнило всю мою танцевальную науку, что нам вбивали в училище. Я забыла про все на свете, глядя в улыбающееся лицо стареющего Императора и отдалась его сильным рукам и музыке. И когда она смолкла, он остановился и поблагодарил, церемонно целуя мои пальцы.

- Вы отлично танцуете, ваше величество», - краснея, сказала я.

- А вы прекрасны во всем, даже в этом военном костюме, моя дорогая.

И тут вдруг поняла, что мы танцевали одни в кругу и все на нас смотрели и опять смутилась. Император провел меня к Гору и, пожав ему руку, поблагодарил за службу. Гор вытянулся перед ним: - « Служу Отечеству и Императору», и щелкнул каблуками. Император махнул рукой советниками к выходу и они покинули зал. Музыка начала новый танец.

- Ну что? - склонился ко мне Гор. - Не откажешь своему старому больному Гору пройтись в танце?»

- А что, ты умеешь танцевать? - я хитро прищурилась.

- Ах, ты маленькая интриганка, - засмеялся Гор. - Вот я сейчас покажу тебе и старого и больного! - и повел в круг. Танцевал Гор не хуже императора, и я оценила это вслух, глядя на улыбающегося Гора.

- Нашла с кем сравнивать,- ответил Гор. - Наш Император поднаторел в танцах за свою жизнь, а вот я несколько подзабыл, гоняя вас по плацам.

- И все равно, - сказала я, - ты самый лучший Гор в мире. Он привлек меня к своей груди и, поцеловав в висок, вновь закружил в танце. Я поворачивалась вместе с ним, идя по кругу и мои глаза стали выхватывать из толпы танцующих лица других людей.

И вдруг я наткнулась на знакомые глаза. Сердце вдруг забилось сильно-сильно. Даже Гор заметил,

- Что-то случилось? Ты себя хорошо чувствуешь. Ишь вся побледнела. Может хватит танцевать? Я отрицательно качнула головой.

- Нет, неужели он или мне показалось? Повернула голову и не нашла его.

- Показалось! - подумала я.

Закончился танец и Гор предложил пройти к столам с освежающими напитками. Мы взяли по бокалу и выпили, а потом Гор налил себе в бокал вина. В это время кто-то окликнул его по имени. Он обернулся и глаза его удивленно распахнулись. К нам подходил высокий крепкий мужчина средних лет и, улыбаясь, протягивал ему руку. А потом они обнялись, похлопывая друг друга по спине.

- Рад видеть тебя, дружище, - произнес незнакомец. - И поздравляю со званием. Гор поблагодарил и представил мне мужчину.

-Капрал, разреши представить тебе моего сокурсника и друга, начальника Северного гарнизона Первого округа, полковника Тибора Свега. Я протянула ему руку.

- Очень приятно, полковник. Рада знакомству. Друг моего друга и мой друг. Тибор наклонился и поцеловал мои пальцы и, сжав их, поздравил с наградой сказав, что не сомневался, что у Гора такие героические воины.

Я решила оставить их вдвоем, чтобы не смущать при мужском разговоре и, взяв бокал с соком, сказала, что хочу выйти на балкон, подышать свежим воздухом. Гор попытался меня остановить, мол ты нам не можешь мешать, но я успокоила его:

- Если вдруг ты меня не найдешь, буду ждать тебя на портальной площади.

Огибая мужчин и женщин, направилась к балкону. Очень хотелось свежего ветра после духоты зала. Балкон был просторным. Балясины его украшали зеленые лианы с цветами. Освещение было спокойным и можно было затаиться от любопытных глаз, свернув в сторону. Выбрав наиболее закрытый угол, подошла к перилам, поставила на него бокал и вздохнула всей грудью.

- Устала? - вдруг услышала я. Этот бархатный голос и я узнаю из тысяч других. Резко повернулась и, сразу, оказалась в кольце теплых рук. Эти руки притянули к своей груди и я услышала знакомый запах полыни.

- Это ты? – прошептала, еще не веря своему чуду. - И это не сон?

- Да это я и это не сон,- ответил мне дорогой голос. Откинув голову, посмотрела ему в лицо. На меня смотрели черные глаза, любимые глаза. Сердце стучало так сильно, что казалось, выпрыгнет из груди и в этот момент под моими руками я почувствовала биение его сердца: оно билось так же сильно, как и мое.

- Эли…Эли... Моя зеленоглазка! - произнес он шепотом и склонился к моим губам.

Его губы очень осторожно прикоснулись. Мое сердце ухнуло и голова закружилась.

Ах, как сладки были его губы, как прекрасен и ярок был этот миг! Как я хотела, чтобы он не останавливался, чтобы продолжался вечно!

Потом он нежно целовал мои глаза, лоб, щеки все сильнее и увереннее.

- Это был мой Первый поцелуй, первый! И самый настоящий! А тот сорванный украдкой Слави, я уже не помнила. Поплыла куда-то... Наверное в счастье! И уже сама уже целовала его неистово, как будто боялась проснуться и потерять его. Стонала от его уже бешенных поцелуев, и мое тело почти слилось с его телом.

- Весь мир пошел бы прахом! Я уже не слышала ни музыки, ни голосов. Мне нужен был только он, только его губы и его руки! Я готова была ему отдаться прямо здесь и сейчас! Это было какое-то сумасшествие! Он застонал и легонько меня оттолкнул, почувствовав мое напряжение.

- Успокойся, душа моя! Не торопись. Не мучай ни себя ни меня. У нас все еще впереди. Я тебе обещаю. Но я уже не могла его отпустить. Обняв за шею все целовала и целовала его глаза, губы, подбородок и шептала:

- Я люблю тебя, я очень тебя люблю! Он с силой прижал меня к себе и потом мягко отодвинул.

- Я не свободен сейчас и не смогу побыть с тобой, моя Эли. Выпей сока и подыши, ладно. Я приду.

Я кивнула. Он повернулся и ушел в зал. И тут вдруг вспомнила, что не поблагодарила его за свое спасение, тогда возле портала. Теперь я знаю, что там был именно он, мой Генерал - Стивэн Бануэр!

Прождав его некоторое время, занервничала. Его все не было.

- Элинэт, ты где? - вдруг услышала голос Гора и вышла из угла, шагнув ему навстречу.

- Ну что, не устала? Будешь еще танцевать?

- Почему бы и нет,- решительно двинувшись за ним в зал.

- А где твой друг? Что-то я его не вижу?

Я оглянулась в поиске полковника.

- О, он скоро будет и очень просил, чтобы ты подарила ему хотя бы один танец.

- С удовольствием!

Когда вошли в зал, я остолбенела: передо мной, почти в центре зала, стоял мой Генерал затянутый в черный с золотом мундир и рядом с ним высокая блондинка в шикарном платье с открытыми плечами. Синие сапфиры украшали ее точеную шею. Одной рукой она держала шлейф своего платья, а другая лежала на предплечье Генерала и оживленно что-то ему говорила, а он смотрел на нее и улыбался.

Мой взгляд был по видимому таким пристальным, что Генерал поднял голову и увидел мои глаза. Лицо его слегка побледнело. Он опустил голову, прислушиваясь к тому, что говорит блондинка. Я же не знала, что мне делать.

- Как? Я его там ждала, а он оказывается тут и с какой-то дамой. Стоит и улыбается... А как же наши объятия и поцелуи там, на балконе? Или это просто его такая вот блажь – целовать тайно «Героя сражения»?

И тут появился друг Гора.

- Еле отвязался от всех этих адъютантов Императора. Балаболы. От военного дела там один мундир. Не люблю этих лизоблюдов, только время отнимают, а мне хотелось бы потратить его на моего друга и его очаровательного Капрала. Гор передал вам мою просьбе на танец ?

- Да конечно, - по инерции кивнула я. Полковник протянул мне локоть и мы двинулись в круг. И тут с возгласом: - «О, это Бануэр!» - полковник потянул меня к Генералу. Тот, увидев его, улыбнулся, и протянул руку для приветствия.

- Рад видеть вас, полковник.

- А уж как я рад Генерал. Давненько вы не бывали в наших местах. Уж не переселились вы навсегда в Южный округ?

- Нет, не переселился. Позволь представить тебе, дорогая, полковника крепости Северного округа, моего друга Тибора Свега. А это Леди Илеэтина – моя невеста. Она протянула руку и полковник поцеловал ее пальцы.

-Рад знакомству. Наконец нашлась женщина, что покорила это холодное сердце. Я покачнулась.

- Ну, а этого очаровательного Капрала я представлять вам не буду, - сказал полковник, - Ее представил всем нам сам Император. Стивэн склонил голову, а его спутница, слегка скривившись, надменно кивнула. Усилием воли, я подавила свои эмоции и кивнула в ответ:

- Рада знакомству. И тут же, глядя прямо в такие любимые, сказала:

-Хочу поблагодарить вас Генерал за услугу, что оказали вы мне там, у Портала.

- Ну, что вы Капрал, какие церемонии. Думаю, что когда-нибудь и вы поможете мне.

- Я не забуду... своего долга, Генерал, – кивнув, щелкнула каблуками, и заметила, как помрачнело его лицо и потухли глаза.

Но тут заиграла музыка. Полковник попрощался с парой и повел меня в танце. Я еле держалась, и уже не хотелось танцевать, мне хотелось плакать. Я вдруг почувствовала, как дрожь прошла по всему телу и мои ноги стали ватными. Еле удерживая себя в руках, попросила полковника извинить меня и отвести к Гору срочно. Он остановился, посмотрел внимательно в мое лицо и кивнул. Обходя танцующие пары подвел к другу, а Гор и сам уже спешил ко мне, с тревогой на лице.

И тут я заметила Генерала и его глаза, в которых стоял немой вопрос. Гор обхватил меня за талию и они повели меня к выходу. Я практически висела у них на руках. В голове билась только одна мысль:

-Не упасть. Дойти. Не показать свою слабость.

- Эли, девочка моя, что случилось? - допытывался Гор Я молчала и только дрожь сотрясала тело. Меня знобило.

- Тибор, может ты ответишь мне? Что произошла? Я же видел, как вы подошли к Генералу о чем-то говорили и пошли танцевать. А потом сразу вот такой результат.

- Гор, я сам ничего не понимаю. Вдруг Элинэт побелела и ей стало плохо. Может быть в связи с ранением. Я слышал об этом деле. После такого почти не выживают.

- Да, нам повезло. Рядом оказался Генерал Бануэр и он напоил ее своей кровью.

- Что сделал? – воскликнул полковник.

- Напоил своей кровью. Сказал, что это ее спасет.

- Он не спас ее, он ее погубил, - прошептал Тибор.

Это было последнее, что услышала я в тот вечер. Мои колени подогнулись и, уже в падении, поняла, что меня подхватил на руки Гор.

Открыв глаза, не узнала окружающей обстановки. То что не дома, поняла сразу. Я лежала на мягком диване одетая, под потолком светил магический шарик. Резко села и голова закружилась, слегка затошнило. Огляделась. Это был чей-то будуар. Окно, что серело напротив, было украшено тяжелыми шелковыми шторами, ниспадающими волнами до пола. Рядом с диваном, на котором сидела, находился резной низкий столик с букетом свежих цветов в изящной вазе. Около стояло мягкое кресло. На полу под ногами белый пушистый ковер, а в углу располагалось целое женское царство – белый с золотом туалетный столик с зеркалом, мягкий стул, рядом письменный стол со множеством ящиков и ящичков. И здесь тоже стояли в вазе цветы. Я поняла, что здесь обитает женщина, при том женщина замужняя.

- Но почему здесь, и где я? И вдруг с особой четкостью вспомнила вчерашний вечер, торжество награждения, танец с Императором и его, моего Генерала. Тяжкий стон сорвался с губ и я отчаянно вцепилась зубами в свою руку. Еще не хватало, чтобы меня услышали. Встала, покачнувшись, и вышла из комнаты.

Будуар находился на втором этаже незнакомого дома. Тихо прошла по лестнице и у слышала за углом, внизу, приглушенные мужские голоса. Сердце екнуло.

- Тише. – сказала я себе, - не стоит волноваться. Ты же и не в таких переделках была. Сейчас все проясним, - крадучись, прижимаясь к стене, подошла к углу коридора и уже отчетливо услышала голос полковника Тибора. Остановилась, прислушиваясь к последней реплике.

- Как ты мог? Как ты мог? - громко спрашивал он кого-то. - Ты, что не понимал что нельзя было это делать? Пауза.

- Ну, что ты молчишь?

- Я не мог поступить иначе, понимаешь, не мог!- отчаянно почти кричал знакомый голос. О, кто это? И сердце ухнуло вниз. Неужели он? Опять он или я уже схожу с ума? И зачем он здесь?

- Я люблю ее, понимаешь, люблю и уже давно,- продолжал генерал.

- Объяснитесь, как давно?- услышала я напряженный голос Гора. И тут я затаилась.

- Три года назад, - начал свое повествование генерал, - я делал, как всегда, дежурный облет вашей крепости, Портала и нейтральных земель. Было раннее утро, перед Днем весеннего равноденствия. И вдруг услышал ЗОВ и мой Дракон вздрогнул и ринулся вниз к какой-то поляне. Медленно спустился. Там увидел молодую девушку, которая лежала на спине среди травы и цветов. Опустившись ниже, я внимательно рассмотрел ее и понял, что это от нее шел зов, это она звала моего Дракона.

- Подождите, генерал, что-то я не совсем понял, что значит звала вашего Дракона? – сердито вмешался в рассказ Гор.

- Понимаете полковник, - продолжал генерал, - мы, Драконы, постоянно ищем себе пару и, увы, не всегда ее находим. Но уж если услышали зов, то уж тогда спешим к ней, своей половине и связываемся брачными узами навсегда. Вот и здесь, мой Дракон определил мою пару и я решил на ее посмотреть, чтобы затем познакомиться уже в человеческом обличии.

- А в чем тогда выражался тот зов у нее? – снова спросил Гор.

- Она …пела! – с отчаянием произнес Стивэн.

- Пела? – переспросил удивленный Гор

- А потом еще, лежа на траве, закричала «Я люблю тебя небо» и мой Дракон услышал.

Я зажала рот ладонью, чтобы не ахнуть от удивления. Да-да. Именно в этот день, там на поляне, я прокричала эту фразу и ко мне спустился тот Черный дракон. Я даже испугаться не успела и только запомнила странный вертикальный зрачок с золотым ободком. Неужели это был он?

Мне очень захотела посмотреть на всех, кто находился внизу. Потихоньку приблизившись к краю стены, заглянула вниз. В ярко освещенной столовой, на кожаном диване, сидел мой любимый генерал, закрыв лицо руками. Перед ним вцепившись в спинку стула стоял злой Гор, а рядом, за большим столом, расположился Тибор. На столе стояла бутылка и два бокала с недопитым вином. Судя по всему, генерал прибыл позже моих друзей и этот разговор был откровенным и неприятным для них всех.

- И что ты сделал потом? Выходит она тебя знала? Где же вы познакомились? – спросил Тибор.

- На следующий день, на балу у губернатора, – ответил тихо генерал отнимая ладони от лица.

- Где-е-е?- прошипел Гор

- А где я еще мог с ней познакомиться? – вскинулся Стивэн. И продолжил.

- Я узнал ее сразу. Она была восхитительна, в своем платье с белым венком на голове. А когда взглянул на ее лицо и увидел эти поразительно зеленые глаза, понял, что пропал сразу и навсегда. Мой Дракон довольно заурчал соглашаясь со мной. Я пригласил ее на танец и почувствовал всем своим существом, что и она приняла меня, что еще очень робко и недоуменно ее тело начало движение ко мне. Мои руки не казались ей чужими и ее дыхание участилось. Я понял, что и дышать мы стали вместе.

И тут Гор заскрипел зубами в отчаянии.

- Бедная моя девочка! – прохрипел и он тяжело опустился на стул. Взяв бокал, залпом осушил его.

- И что было дальше? – спросил Тибор у генерала.

- Я так и не смог ей представится. Вы все знаете, что в тот день произошел прорыв на вашем Портале полковник, - обратился он к Гор и тот кивнул опустив голову.

- Я искал ее, чтобы продолжить наше знакомство и необходимо было представиться ее родне. Как потом узнал, она была на балу с бабушкой, но уже они ушли. и почему-то так быстро. И только потом мне сообщили о прорыве и, что произошло в том бою.

Гор застонал и закрыл лицо руками. Тибор налил ему в бокал вина.

- С сожалением, - продолжил генерал, – я узнал, что там погибла вся ее семья Тут я всхлипнула и повернулась лицом к стенке. Внизу стояла тишина.

- Ну, все таки, скажи, почему же ты не решился на брачную церемонию за эти три года? Или передумал?

Я замерла.

- Нет, конечно. Ждал. когда она сможет успокоиться после такого удара. Я понимал, что мое предложение пока не уместно, надо было дать ей время. И, потом, она хотела поступать в школу целительства, как узнал позже и думал мы сможем уже в более спокойной и доступной обстановке увидеться, познакомиться и обручиться. Я дам ей возможность закончить школу и мы поженимся.

Я застонала.

- И что же вам помешало? – продолжил полковник.

- Мой отец, – скривился генерал.

- Что значит, твой отец? – переспросил Тибор

- Спустя три месяца, после того трагического случая, я собрался объявить своей семье, что нашел свою пару и ее зовут Элинэт дер Даррон, что она из древнего благородного рода воинов рудийского государства. И честно, я не ожидал такого взрыва отрицательной эмоции моего отца. Он мне запретил и думать о ней, говорил, что я обязан жениться на драконнице из рода Серых драконов, чтобы поддержать в государстве силу нашего правящего клана, что он не может расторгнуть давнюю, оказывается, договоренность с Серым кланом о скреплении, наконец, семейными узами, наших противников и мирном существовании в нашем государстве. Кричал, что надо думать о перспективе правление нашего рода, а не идти на поводу своих личных эмоций.

- Отец, - я пытался пробиться к его разуму, - но это же моя пара. Как ты можешь сам не понимать это. Даже мой Дракон признал ее.

- Ничего. Возьмешь в любовницы. А официально Илиэтинэ станет твоей женой. И прекратим спор навсегда. Знай, - сказал отчетливо. - Я не дам тебе моего официального согласия на этот брак.

Бросившись вон из дворца и обернувшись, долго летал в отчаянии.

- Ах, как мне тогда не хватало ее, моей Эли! Хотел тут же лететь к ней, просить руки и если что, просто схватить ее и улететь куда глаза глядят, подальше и от отца и от политики и быть всегда только с ней, моей любимой. Полетел к своему схрону в горах, чтобы как следует в спокойной обстановке обдумать все произошедшее и наметить дальнейшие планы. Я долго ходил и все-таки решил, еще раз проверить настоящее ее состояние на возможность встречи. Ведь прошло уже три месяца и она могла уже успокоиться. Мне собрали всю информацию и тут я, с прискорбием, узнал, что она уже стала членом вашего отряда, дир Гор, и приняла клятву верности государству Рудии. И понял, что опоздал, опоздал катастрофически! – и он снова охватил ладонями лицо. - А потом подумал, что может быть и хорошо, что не успел познакомиться ни с ней ни с ее семьей и не дал Элинэт какой-то надежды, но твердо знал, что только она может быть моей женой, женой, а не любовницей.

Он замолчал и вздохнув, продолжил:

- И я дал отцу согласие на обручение с Илиэтинэ Вскоре оно и произошло, - и генерал опустил голову.

Я тихо сползла на пол и, охватив лицо ладонями, застонала.

Это был конец!

- И все же, - потребовал Тибор, - почему же, зная о своих свойствах крови, ты ее напоил? Ты знаешь, что теперь будет? Ведь она не сможет жить без тебя. Уж теперь-то она крепко с тобой повязана? – зло бросил в лицо Стивэна полковник.

- А ты считаешь, что после всего этого я дал бы ей умереть! – подскочил на ноги генерал,

– Ты что думаешь, я не понимал, что делал в тот момент. Я обязан был спасти свою пару, обязан, иначе мне было не жить на этом свете! - и застонал.

- Ну, ладно, - примирительно похлопал его по плечу полковник, - я понимаю тебя. Ты был в отчаянии, понимаю и твой прилет на злополучный Портал и твои действия, в открытой помощи и даже твой оборот после. Но ты же понимал, как подставлялся сам? Вы же подписывали договор о не вмешательстве на стороне государств альянса. И не к лицу, именно тебе, генералу, члену тайной канцелярии, так непрофессионально работать.

- Я там находился всего полчаса, что и объяснил рудийцам, то есть своим специальным планом, а каким, я не обязан озвучивать. Хотя, помочь дружественному государству, я был обязан и тем более, что не срабатывал кристалл закрытия и я знал почему. Вот на общем Совете я это и озвучил потом. А тогда, я несколько раз пролетал и наблюдал, когда все-таки кристалл начнет действовать. Ведь это и есть мой вопрос. Услышал его звон, понял что они справились и скоро произойдет закрытие Портала. И вдруг у меня сильно забилось сердце и все тело пробила дрожь. Я понял, что она там внизу и она умирает. Она держала руками этот проклятый кристалл и вокруг нее уже не было даже защиты. Тогда я стал защищать её. А потом увидел, как она падает, потеряв все свои силы и, моментально обернувшись в воздухе, еле успел подхватить на руки. И уже я не думал ни о политике, ни о врагах, ни о соратниках - мне надо спасать только мою любовь, любым способом, даже таким.

-Да-а-а… - протянул Тибор, - дела-а! И что же теперь будет и с ней и с тобой? И уже в голосе полковника зазвучало даже сочувствие, а Гор, опустив голову, покачал ею.

- Я опомнился сразу, когда взлетел. Но уже было поздно. Понял, что привязал ее крепче, чем было раньше. Но и мне же станет еще труднее без нее. Уже моя кровь звала меня. Я убеждал себя, что если с ней не встречаться и не думать постоянно, то справлюсь. А лЕкаря крепости попросил в письме не рассказывать о нашей способности, только о здоровье и быстром восстановлении. И он обещал.

И тут мне стало понятно, почему замолчал лекарь, когда его спросили о воздействии крови и почему он так странно себя повел. А потом на мой вопрос в чем дело, просто ушел от ответа.

- Так что же произошло вчера, на балу? Вы можете ответить? Зачем этот демарш с представлением невесты? Я ведь заметил, как побледнела Элинэт, – спросил .полковник

- Я уже знал, что на приеме увижу ее и решил сам себя подстраховать, пригласив с собой Илиэтинэ. Думал, она отвлечет меня от мысли, увидеться с Эли и не позволит даже отлучится на миг. Но, когда увидел, как она танцует с Императором и как он ее к себе прижимает, мой мозг взорвался.

- Не отдам, - твердил мой Дракон. - Забери ее срочно!

И я сдался. Проследив за ее выходом на балкон, пошел за ней. Благо Илиэтинэ ушла в дамскую комнату. Думал хоть рядом постою с ней, хоть как-то угомоню свое сердце и успокою разум. Но она по странному стечению обстоятельств сама пришла в мой угол. Я затаил дыхание. Но когда она поставила бокал на перила и вздохнула откинувшись, то руки мои просто сами поймали ее в объятия. Она ахнула и меня узнала. Я почувствовал ее близко-близко ,и не смог оторваться ни на миг, и она тоже испытывала ко мне такие же чувства. Мы забыли обо всем, мы были как одно сердце, одно дыхание, одна жизнь. А потом я отстранился от нее и решил или прямо сейчас поставлю в извесность Илэтинеэ о разрыве помолвки, или уже никогда не увижу мою Эли. Попросив ее меня подождать, вышел в зал и направился прямо к Илиэтинэ, сообщить о своем решении, что свадьбе не быть и я прошу меня простить.

Тут я затаила дыхание.

- Но меня перехватил адъютант Императора, с просьбой через полчаса прибыть в его кабинет для переговоров по весьма срочным делам. Я согласился и подошел к Илиэтинэ с сообщением о моей об отлучке и необходимости ей самостоятельно вернуться домой без меня. А с Эли встретиться и все рассказать.

- В этом уже нет необходимости! – сказала я, спускаясь по лестнице из своего укрытия. Мужчины обернулись и онемели. Я стояла бледная и спокойно смотрела на них.

- Ты все слышала? – удивился Гор

- Да, так получилось. Извиняться не имеет смысла.

- Эли, – Стивэн шагнул мне навстречу. Я подняла руку.

– Нет. Не надо ко мне подходить.

- Но как же так, Эли, я должен тебе все объяснить! – и Стивэн еще раз шагнул ко мне.

- Не стоит, генерал, - вновь подняла руку, останавливая его. - Все что мне было необходимо услышать я услышала. И хочу вас заверить, что можете быть спокойны и успокойте ваших родных и невесту, – тут я скривилась, но взяла себя в руки, – что никогда, слышите. никогда не буду искать встречи с вами и не дам вам повод для встречи со мной.

Мужчины замерли. Я резко повернулась и начала подниматься на второй этаж, в ту комнату, где очнулась сегодня утром.

- Генерал! Я запрещаю вам видеться с Капралом Элинэт Даррон, - в голосе Гора слышался металл. - Где бы вы ни были и что бы ни случилось, вы не смеете больше права подходить к ней без моего дозволения. И говорю это как официальный опекун и как командир. Вы поняли меня генерал?

- Да, - услышала я ответ и с силой захлопнула свою дверь.

Ничком упала на диван. В голове было пусто, один серый туман. Я услышала, как внизу опять звучали мужские голоса. Они то ли разговаривали, то ли спорили. Мне уже было все равно. Потом все стихло. И вдруг что-то почувствовала, и меня потянуло к окну. Слегка отодвинув занавески, выглянула. Внизу, стоял Стивэн и, запрокинув голову, смотрел вверх. И тут он меня увидел. Мы стояли и смотрели друг на друга. В его глазах читала такое страдание, что сердце мое сжалось от боли. Слезы полились ручьем. Я понимала, что вижу его в последний раз. Его губы шептали:

- Прости, любовь моя!

- Прощай, моя любовь! – шептали мои.

Я понимала, что еще одно мгновение и я взорвусь изнутри. Надо было кончать это страдание и прошептав в последний раз « прощай», с трудом отвернулась от окна. Через некоторое время услышала, как щелкнул, закрываясь, личный портал генерала.

И вот тут не сдержалась. Крик вырвался из моей груди. И он был... страшным!

Прошло шесть месяцев.

Проснулась под стук осеннего дождя. В комнате сумрачно и прохладно. Было очень рано и вставать не хотелось.

- Ура! - вспомнила я, – Сегодня у меня отдых на целый день и можно еще поспать. Уж очень тепло было под одеялом и мерзко за окном. И провалилась в сон.

« Увидела я себя запыхавшуюся, уставшую. Оказалось, что тащу что-то очень тяжелое и ужасно дорогое для меня. Что это? Натужно хрипела «не умирай, только не умирай». Силы были уже на исходе, но я тащила и тащила тюк сквозь холодный дождь и туман. За спиной шли враги и они могли отнять у меня эту любимую ношу. Мне обязательно надо спрятаться. Где-то здесь должна быть расщелина. Шарю руками и не могу найти, но знаю, что она здесь и в этом спасение. И вот удача, я нашла ее и уже втягиваюсь с ношей во внутрь. Хочу открыть тот тюк и посмотреть на то, что мне так нужно в жизни и обязательно спасти, но никак не получается. Начинаю отчаиваться, а потом рву мешковину пальцами. Они заледенели и не слушаются, а я все рву и рву и слезы катятся из глаз. Слышу тихие стоны и все не могу разорвать путы, чтобы помочь и в отчаянии кричу.

-Отец! Помоги мне! Прошу тебя! И он появляется из света и смотрит на меня со спокойной улыбкой.

-Не спеши, - говорит он, - У тебя все получится. Только сейчас ты должна это оставить. Там за углом ждут твои ребята. И ты им нужна. Выглядываю и вижу, как ящерицы рвут одного за другим моих воинов и понимаю, что мне надо сейчас сделать выбор или та дорогая ноша или мой «Летучий отряд». Я мечусь между ними, не зная, что предпринять и кричу, кричу…»

Я проснулась с пересохшим ртом вся в поту. Что это было? Такой сон? Или еще что-то? И что это за ноша?

Очень хочется пить. Встала и прошла в умывальню, нашла кувшин с водой. Жажда отходила медленно. Плеснула в лицо и глянула в зеркало. На меня смотрела я с отекшим лицом, с серой кожей и припухшими глазами. Глаза? Глаза были того же болотного цвета, ничем не изменились за полгода. И волосы. Они были тусклы и торчали в разные стороны. Глядя на себя, задумалась:

- Как сильно за это время я изменилась и внешне и внутренне. Эта седая прядь в волосах придавала мне лет... А ведь только вчера, мне исполнилось всего двадцать один! И именно вчера, все поздравляли меня с совершеннолетием, а потом угощались. Мужчины пили пиво и вино за мое здоровье. И никто не пил за мою красоту. Я хмыкнула и криво усмехнулась.

- Ну, да, за вот такую красоту только и пить.

А я вот так и не привыкла к спиртному. Хотя вчера под веселые шутки ребят, пыталась пробовать это делать, но Гор сделал страшные глаза и приказал отставить.

- Все, мой милый Гор, - хмыкнула я тогда, - твои приказы теперь касаются только воинских дел. Я уже совершеннолетняя и могу делать все что хочу. А чего я хочу?

Помолчала собираясь с мыслями. – Поесть.

Быстро приведя себя в порядок, сбежала вниз и увидела в столовой Гора, который уже позавтракал и пил чай.

- А вот и моя дочка! Что так рано? Не спится?

- Доброе утро! – чмокнула, как и всегда, в подставленную щеку,

- Не спится почему-то. Привыкла вставать рано.

- Тогда давай ешь. А я пойду, еще много дел, – и накинув плащ с капюшоном вышел в дождь.

-Брр! - меня передернуло, - В такую погоду высунуть нос-то страшно не хочется.

Передо мной стоял завтрак и ждал чайник горячего "маминого чая". Я его уже допивала чай, как в двери застучали. Служанка открыла и я услышала голос адъютанта Гора. Вышла в прихожую.

- Капрал! Вас срочно требует к себе командир. Кивнув, прошла в комнату одеваться. Накинув плащ, быстрым шагом дошла до штаба гарнизона. В кабинете Гора уже столпились все командиры и Мастер маг. Не было только эльфа.

- Внимание, господа! Пришло секретное донесение из главного штаба и оно касается нас, почему я и созвал вас всех. На нейтральные территории начались интенсивные вылазки ящериц. Они не пытаются проникнуть за нашу территорию, но рыскают по всем направления. Ищут что-то. Что это и зачем ищут нам неизвестно. Рекомендуют укрепить границы двойными пограничными нарядами, проверять каждый день утром и вечером марево портала и кристалл закрытия, подготовить отряды на случай внезапного нападения на крепость. Все поняли? Вопросы? Выполнять. Капрал и Сержант «Летучего» останьтесь. Когда все покинули помещение Гор взглянул на меня и вздохнул:

- Ну, вот и отдохнула!

- Что случилось?

Гор подал мне информационный кристалл. Я и Сержант начали читать приказ Высшего военного Совета о встрече, принятии и доставки ценного груза порталом в столицу в Тайную канцелярию Императора, и также указано место и время встречи.

- Это будет одна единица, - звучало в приказе, - Его следует быстро принять от контрабандистов на нейтральной территории. Операцию и ее разработку возложить на местное командование и его разведывательную группу «Летучий отряд».

Втроем, мы провозились почти три часа, разрабатывали планы операции. План А, Б и В повторяли несколько раз. Карту с путями прохода и отхода забивали в каждый из десяти кристаллов. Потом вернулся егерь. Он проверял свои задумки по поиску новых путей. Так у нас появился еще и план С. На всё про всё, до встречи с ценным грузом, оставалось не больше полутора суток.

- Ну кажется все, - вздохнул Гор, - Итак, Нэт. Ты забираешь всех своих ребят и вам час на подготовку по полной форме. Время действий пять суток. Доводим вас до границы и ждем пять дней. Потом войдем на нейтральную территорию вам навстречу. Где, ты знаешь. Выполнять.

- Собирай ребят, - приказала я Сержанту, - Форма одежды два-один, плюс продукты на пять суток и кристалл лекаря, ну и сам знаешь, что еще. На все у тебя час. Сержант кивнул и исчез в мареве дождя. Я двинулась к дому, чтобы подготовиться.

Ничего неожиданного в походе не было. За три с половиной года всего навидалась и ко всему была готова. Неоднократно, я и мои ребята наводили шороху на границе и потом долго таскали ящериц за собой, ускользая по нейтралке. Эти щелчки по их носу, давали хоть какое-то удовлетворение за мою исковерканную жизнь. Пленных не брали. Такова установка командования. Да и зачем они нам. Но иногда, по нейтралке, шли банды контрабандистов орков и вот тогда нам приходилось тащить их тушки сутками, прячась в наших схронах. Мне отчаянно везло. Всегда выпутывалась из самых сложных ситуаций, а главное выполняла задание и выводила целыми ребят. Вот поэтому Гор и рекомендовал меня командованию, как самого сметливого и сдержанного командира. И главное хорошо знающего местную территорию и местные реалии.

И хотя Гор с тяжелым сердцем отдал мне свой отряд, теперь же «Летучий» с «Меченной» во главе, знали и у нас и по ту сторону границы. А «Меченной» меня назвал сам Гор, за седую прядь, что появилась у меня после смерти моей семьи.

Когда отряд появлялся в наших трактирах и постоялых дворах, нас старались не трогать и обходить стороной, ибо слава «Летучего» шла впереди него. Бандиты тут же исчезали, если приграничные караваны прикрывались нашим отрядом. А уж если мы появлялись перед Порталом, то дисциплина и порядок был, пока не проходил последний караван. Очередной проверяющий из центра, видевший меня на учениях во главе отряда или на плацу, то его кривая улыбка исчезала с лица мгновенно, глядя на мои успехи в выбивании учебных целей на большом расстоянии. А когда они интересовались, почему Гор доверил женщине такую способную им вынянченную единицу, о которой даже знают в столичном совете, то он смеялся:

- Вот скажите мне, господа, кто в основном наш противник? Правильно – мужчины. И у них примерно однотипные взгляды на ситуации.. И вот перед вами во главе отряда девушка: сильная, ловкая, с нетривиальным подходом, гибким умом и сильным магическим даром, а рядом с ней юные воины и все как один, в нее влюблены и готовы за нее жизнь положить. Ну, и кто выиграет в этом бою? – и хитро улыбался.

Проверяющие понимающе качали головой и … ставили положительный отзыв о готовности воинского подразделения.

Через час мы выезжали из ворот крепости. Гор должен был проследить за нашим переходом, а бойцы забрать лошадей обратно. Полковник внимательно осмотрел каждого из отряда и, пока ребята разминались после получасовой езды, Гор еще раз быстро прошелся со мной и Сержантом по разработанным планам и подчеркнул, что будут ждать пять дней. Я кивнула. Гор обнял меня.

- Надеюсь на скорую встречу. И будь внимательна, - наставлял напоследок, целуя.

Уходили двумя группами. Первую с пятью разведчиками возглавляла я, вторую с другими пятью Сержант. Идем параллельно друг другу не отвлекаясь и не задерживаясь. Сержант с ребятами идет обычным путем, тем, которым ходят даже контрабандисты. Это короткий путь к границе ящеров и его группа будет отвлекать их при обнаружении. Мы же идем более окружным, скрытым путем, и не задерживаемся, даже если услышим шум битвы. Если у того будут вдруг раненые, то оставляем в схронах. У каждого есть маячок и в кристалле карта. Сможет справиться с ранением, то движется назад, если нет - остается на месте и ждет подмоги. Если же не сможет вырваться из осады врагов, то знает, как поступают разведчики – в руки живыми нельзя, все равно убьют, а перед этим еще и выпотрошат, ментально, все секреты. Приказ, что кристалл с картой магически распылить, но не оставить врагу. От этого зависят жизни остальных, никто не отменял.

Двигались быстро и скрытно. Знаки отличия оставлены, кроме знака принадлежности к армии государства Рудии, что на запястье и шее. Но такие носили все воины, где бы они ни служили, так что наша идентификация была засекречена.

Скоро совсем стемнело. Дождь лил не переставая. И несмотря на спец плащи из кожи морских рыб, что шили специально для армии и флота, казалось, морось проникла под одежду и уже холодила тело. Вот и первый наш схрон. Залезли все вместе в маленькую пещерку. Здесь были приготовлены места для отдыха и сна. Наскоро перекусив и немного полежав, давая отдых ногам, вскоре бесшумно выскользнули из схрона, и, вверившись карте, быстро зашагали по еле заметной тропе, поднимаясь на плоскогорье нейтральной полосы. Каждые десять минут ходьбы останавливались и прислушивались. Пока было тихо. Так мы шли еще три часа. И уже к середине ночи достигли второго схрона, где и провели четыре часа, до начала следующего утра. Перекусив и сверившись с картой, я поняла, что мы не выходим из времени до встречи.

Пять часов мы двигались узкими гористыми тропами по ущелью вплоть до следующего схрона и повалились от усталости на сухой пол. Уже казалось, что и плащ не спасает от мороси и холодного ветра, так сильно дуло в ущелье. Спали до вечера. Потом снова в путь. Пока не выходили из графика. Уже осталось совсем недалеко до назначенного места и время позволяет, но я настойчиво тянула своих к цели.

Темнело быстро и дождь прекратился. А вот и уступ, где находилась щель последнего схрона. Этот схрон был контрабандистским и мы знали его.

Пусто и тихо. Время еще было. Решили отдохнуть, и я выставила дозорным Первого с вижен кристаллом, с которым виделась окрестность на сто метров даже в темноте. Вскоре услышала два коротких свиста «внимание объект». Я научила ребят этой азбуке, которую мы с Робом постигали еще в детстве. Частенько она выручала нас.

Вышли из схрона и заняли свои места по обычному плану: я с кристаллом опознания впереди, рядом двое моих бойцов, чуть позади еще трое невидимые. Первый передал мне кристалл. По «вижену» я определила двоих орков. У них на плечах был груз, в виде длинного ящика или тюка. Три коротких свиста от них - «мы на месте», ответ два коротких и один длинный от нас - «Готов к встрече». Это были сигналы всех контрабандистов. Они подошли ближе и опустили ящик на землю. Орк протянул кристалл опознания. Я дотронулась рукой – желтый. Орк положительно хмыкнул. Протянула свой. Тот тоже дотронулся – желтый.

- Верно, – сказала я.

Услышав мой голос, орк склонился надо мной и проговорил на общепаранском:

-"Меченная»?

- Да, - ответила на оркском

Тот довольно хмыкнул, потом повернулся и сказал на своем «сдавай». Второй с трудом подтягивал груз и бормотал «если б не деньги». Первый орк склонился надо мной и сказал на своем языке:

- Мое имя Карс. При следующей встрече готовься стать моей женой, - и захрюкал довольный.

Они повернулись и исчезли в темноте.

- Что, он тебе сказал? – осторожно спросил Первый С удивлением я взглянула на него:

-А в чем проблема?

-Я так понял, что он тебе угрожал? – спросил воин.

-Это не имеет значения, – и взмахнула рукой. Ребята подтянулись ко мне.

- Беритесь за веревки и срочно несите к нашему новому схрону по плану Б.

Я шла впереди, четверо ребят с грузом за мной, один замыкал цепочку. Мы двигались быстро. Кто из ребят уставал нести, замыкающий вставал на его место. Так они могли отдохнуть не теряя темпа.

Этот схрон был дальше предыдущего и ребята уже тяжело дышали, а темп снижался. Я тоже пыталась помочь нести груз, но мои руки молча и решительно отводили. Уже перешли на ходьбу. Еще немного и мы достигли первого схрона. Все вздохнули с облегчением. Втащили груз в пещерку, залезли сами и, наконец, вытянули ноги.

- Как ты думаешь, Капрал, что это за груз? Уж больно тяжелый и какой-то текучий? – спросил Первый.

- Не знаю,- я пожала плечами, – Да и вам ни к чему. Приказ получить и доставить. Первый кивнул. Больше вопросов не было да и силы надо экономить.

Отдыхали час. До утра оставалось совсем немного. Впереди опасное плоскогорье. Это была неизвестная тропа и мы должны идти днем, а это не очень хорошо. Зато к следующему схрону к нам должна присоединится наша вторая группа и тогда станет полегче. Я не знала, что с ними и где они сейчас, но доверяла Сержанту, хотя ситуации бывают разными.

Ребята притихли. Задремали. Я сидела на страже, дав им отдых, ведь они еще и груз несли.

- Что они там сказали за текучесть какую-то?

Подползла на четвереньках к завернутому в одеяло грузу и решила исследовать его руками.

Уже светало и я увидела ровные жесткие края, обмотанные веревкой.

- Похожа на коробку, но странно, что верх мягкий какой-то. И тут меня разобрало женское любопытство и я начала ощупывать груз руками. Трудно, что-то понять, мешало одеяло.

И вдруг у меня под руками раздался стон, человеческий стон. Отпрянув, вскрикнула. Разом пробудились ребята.

- Что? Что случилось? С испуганными глазами показала на груз.

- Там..там…человек?

- Что значит, человек? Мы что, несли человека? Тебе не показалось? - спросил Первый

- Н-н-ет, - ответила, почти заикаясь. Оторопело, мы смотрели друг на друга, будто еще не веря. И тут снова раздался стон.

Я бросилась к грузу, вытащила свой нож и начала резать веревки. Первый помогал с другой стороны. Наконец, они были срезаны и мы аккуратно распарывали одеяло. Стоны становились все чаще и громче. Это был мужской голос, значит там был мужчина.

- Потерпи, миленький,- бормотала я,- Потерпи, уже скоро. С моей стороны показались ноги и я отпрянула от их вида: они были изуродованы, пальцы перебиты, ногти выдернуты и вместо них кровавые волдыри из уже засохшей крови.

- Где лицо?

-Там! Осторожнее с ножом! - крикнула я.

Сердце вдруг забилось все сильнее и сильнее. Оттолкнув Первого в сторону, начала быстро руками рвать ткань одеяла. Она трещала и плохо поддавалась. Я почти рычала обламывая ногти. Края плотной ткани резали мне ладони, а я все рвала и рвала. Первый хотел помочь, но услышав мой рык, опустил руки и только удивленно смотрел на меня. Снова раздался стон и голова мужчины под моими руками начала поворачиваться из стороны в сторону, будто он задыхался. Тело начало выгибаться, стоны все усиливались.

- Режьте одеяло по боками. Аккуратнее.

Ребята ножами осторожно срезали полотно почти у самой твердой поверхности. Наконец, надорвала последний слой и показались нос и губы. И мужчина часто задышал, открывая рот. Отодвинув одеяло, надрезала остатки ткани со лба и головы. И наконец оголила все лицо и всю голову. И отшатнулась. Вместо лица было кровавое месиво: нос перебит, глаз не видно из-за сильных отеков.

- Пить! – прохрипел мужчина.

Достав свою флягу, осторожно приподняла голову и поднесла ко рту. Израненные и опухшие губы жадно припали к воде.

- Тихо-тихо, - говорила ему ласково, – Не спеши. И в этот момент, он поперхнулся и начал кашлять. Приподняла голову и наклонилась к нему.

- Не спеши. Все будет теперь хорошо.

Тут увидела, что один глаз внимательно смотрит на меня.

- Как ты? -.склонилась я ниже, прямо к его лицу.

- Не узнала меня? – прохрипел мужчина, - Посмотри внимательно.

И вдруг я поняла кто это. Глаза мои расширились и я охнула:

- Стивэн?

Он прикрыл глаз, соглашаясь.

- Нет-нет! Не может быть! Этого не может быть!

- Как видишь, может!- прохрипел Стивэн и закашлялся.

Я придержала ему голову. Хрипы вырывались из его груди, надрывались кашлем легкие.

- Дать еще воды? - и поднесла флягу к губам.

Он опять жадно пил, а потом откинулся навзничь.

- Еще долго вы там?

Повернулась к ребятам и увидела жуткую картину: передо мной предстало тело Стивэна полуголого с еще одними веревками, которые крепко связывали его всего от плеч до колен. Края груза, что были твердыми, оказались досками и создавал каркас коробки.

- Режьте, - приказала я, - И будьте осторожнее.

И вот уже Стивэн освобожден от веревок. Разрезанное одеяло и доски сдвинуты.

На улице уже расцвело и стало отчетливо видно, во что превратили это прекрасное тело те, в чьи руки он попал.

- Кто? – прошептала ошарашено, - Кто это сделал?

- Потом, все потом, - прохрипел он, - Это вы меня должны доставить в крепость?

Я кивнула.

- Хорошо. Надо двигаться. Время, - прохрипел он, прикрывая глаз.

Опять кивнула.

- Тогда вперед! – прошептал Стивэн и попытался подняться.

- Куда ты? – я резко вскинулась, - Тебе нельзя так сразу.

- Время, милая моя девочка, время работает не на нас. Смотри, уже полное утро и так понимаю, что мы еще в начале пути.

Я все никак не могла придти в себя и, с ужасом, все оглядывая и оглядывая его.

- Капрал, - шепнул мне на ухо Первый. – Пора.

- Да-да, – закивала я. – Надо как-то привести Стивэна в порядок. И начала решительно снимать с себя плащ.

- Отвернитесь! – Приказала ребятам

- А я прикрою глаза. Можно? - Спросил, улыбаясь разбитыми губами, Стивэн.

-Можно, - ответила машинально.

Рывком стянула куртку и сняла нательную рубаху, потом также быстро оделась и вытащила из кармана «лечащий «кристалл.

- Положите его на одеяло. – И начала водить им над телом Стивэна, отмечая, попутно, красные сполохи.

Еще со слов мамы, знала, что над переломами, кристалл вспыхивает красным, а над гематомами синим. Я водила по телу кристаллом и слезы текли по щекам: его прекрасное тело было сплошным переломом и синяком, даже лицо сильно пострадало.

- Не плачьте, Капрал, - прохрипел Стивэн,- Не к лицу разведчику слезы.

Я скрипнула зубами и взяла себя в руки. С помощью ребят и кинжала, разрезала на полосы рубашку и еще двое тоже скинули свои. Первый держал его, а я промывала раны на груди и спине. Потом протерла их специальной травяной настойкой от воспаления и перетянула полосами ткани грудь и голову. То же самое сделала и с руками. Хорошо, что не было переломов только трещины, но ногти рук вырваны. Осторожно оттирала его и пеленала. Тело еще ничего, а вот с ногами было хуже. Там нужен был целитель. Постаралась не сильно стягивать больные места. Он даже этого не выдержал, застонал. Дала ему выпить микстуру снимающую боль.

- Ты как? -Я наклонилась к нему.

Он вздохнул и прикрыл глаза:

- Спасибо, мне уже лучше.

- Первый, слушай приказ, - повернулась к рядовому. - Сейчас вы выходите по одному из схрона и оглядываете территорию, как положено. Потом, если все нормально вытаскиваете доски и веревки связываете их вместе в виде носилок, оставляя петли для переноски на четверых. Застилаете остатками одеяла и ждете моей команды. Все понятно?

- Понятно, – сказал Первый, и они выползли из схрона.

- Отлично командуешь, - хрипло произнес Стивэн.

- -Молчи-молчи, – зашептала я и принялась осторожно обтирать ему лицо мокрым куском материи.

- Так это ты груз, который мы должны были забрать? - Удивленно спросила шепотом.

- Нет, конечно. Груз со мной.

- Где с тобой?

- Тебе не надо это знать, поверь и не обижайся. Я помолчала.

- Мне по статусу не положено обижаться.

- И все таки обиделась.

- С чего ты взял?

- По твоему голосу понял.

- Да? - Протянула я. - А еще что ты понял?

- Что ты любишь меня.

- Еще раз скажешь это и уже второй глаз видеть не сможет

Стивэн как-то хрипло засмеялся и сразу закашлялся.

- Лежи тихо. Будешь так смеяться, то сбегутся все ящерицы, чтобы посмотреть, кто это у нас такой смешливый появился. - А сама уже начала улыбаться.

Появилась голова Первого.

- Капрал, все готово. Кругом пока тихо.

- Пусть зайдут двое сюда и двое около входа. Тащите тело наружу. – Выползла из схрона.

Ребята аккуратно положили Стивэна на импровизированные носилки. Я хотела укрыть его своим плащом, но ребята не дали мне это сделать и подали свои. Закутав его и подложив один под голову, приказала двигаться тем же порядком, что двигались три часа назад. Только медленнее, боясь лишний раз травмировать Стивэна. Поняв, что дико опаздываем, приказала прибавить темп, но Стивэн застонал и ребята сбавили шаг.

Подняв руку, остановила команду.

- Значит так, - начала уверенно. - Мы опаздываем, но нам надо теперь обязательно встретить нашу группу. Ты,- указала на Пятого, - двинешься вперед до второго схрона, где нас должен ждать Сержант с ребятами и, рассказав о нашем положении, выдвинитесь к нам навстречу. Мы же, как можно ускоримся и будем двигаться к вам. Приказ понятен?

- Да, – качнул головой разведчик.

- Будь внимателен. Мы поднимаемся на плато. Он кивнул еще раз, рванул с места, и уже через две минуты его фигура исчезла за массивами камней.

Поднимаясь на плато, я вертела головой во все стороны, выхватывая любое движение, любой шорох. Пока все было тихо и только слышно, как под ногами шуршат камни и песок. Ветер усилился и я поправляла плащи, укутывая Стивэна.

- Давай я понесу, - сказала Первому. – А ты пробегись немного вперед и осмотрись, особенно за поворотом. Он посмотрел внимательно на меня, как бы оценивая и кивнул. Я подхватила петлю носилок. Тяжело. Закусив губу, не подала виду. Вскоре вернулся Первый.

- Все спокойно,- и забрал у меня петлю.

Шли уже два часа, сменяя друг друга. Начало смеркаться. Вскоре показался второй схрон. Мы оживились. Заглянув внутрь поняли, что ребят здесь нет и не было, и только нож Пятого, лежал у входа острием показывая вперед. Видимо, он побежал дальше не останавливаясь. Мы расположились в схроне, который был намного шире и выше первого. Прошли уже две трети пути. Осталось совсем немного и нас встретит Гор. Ребята аккуратно поставили носилки и повалились на пол. Я посмотрела на них, кто более менее не такой уставший, и позвала Четвертого.

- Тебе разведку и дежурство, – отдала ему виден вижен кристалл. - Через два часа заменю Разбудишь, если засну. Четвертый кивнул и вышел. Уже начинало плавно темнеть. Осмотрела Стивэна. Он хрипло дышал, но спал от успокоительного. Оно было рассчитано на шесть часов сна. Ребята тоже заснули и, прислонившись к стене, я тоже прикрыла глаза.

- Вот как странно получается, - думала я. - Судьба соединила нас, словно сопротивлялась моим прежним словам. Тяжелый вздох сорвался с моих губ.

- Нельзя покорятся судьбе, нельзя. Вот принесем его в крепость и пусть начальство с ним разбирается. С этими грустными мыслями незаметно уснула. Проснулась от того , что кто-то тряс меня за плечо.

- Капрал?

- А? Что? -Открыла глаза.

- Это я, Четвертый. Ты просила разбудить через два часа.

- Хорошо, – прошептала я, вставая. – Как обстановка?

- Все пока тихо, – ответил Четвертый

- Ты ложись и спи. Даю на сон тебе два часа. Хватит?.

- Хватит, – кивнул тот и, закутавшись в плащ, пристроился на мое место.

Я вышла на воздух. Пахло дождем и дул пронзительный ветер. Поежившись, принялась наблюдать в вижинкристалл окрестности. Было тихо. Так прошло два часа и уже серело.

- Надо будить ребят и двигаться как можно быстрее.

Настроение поднялось. Войдя в схрон, разбудила ребят и подсела к Стивэну. Хорошо опала с лица отечность и на меня смотрели уже оба глаза, мои родные оба глаза.

-Доброе утро, - сказала, наклоняясь к нему.

- И тебе доброе, – прохрипел он.

- Ты уже лучше выглядишь, – прошептала я. Он закрыл глаза и улыбнулся.

- Ребята завтракать, оправиться и оглядеться. Через двадцать минут трогаем. Остался последний рубеж. Ребята оживились, позавтракали и вскоре вышли.

- А ты почему не ешь? – Спросил меня с тревогой Стивэн.

- Я не хочу пока. А вот тебя напою травяным чаем маминого рецепта. Думаю что понравится. Налила кружку воды из фляжки, вылила туда один и пузырьков из своих запасов и щелкнув пальцами, подогрела. Он был не горячий, но теплый. Отпила немного, поднесла к его губам, приподняв голову. Он глотал чай и смотрел на меня с такой любовью, что мое сердце вновь забилось и так захотелось его поцеловать, что аж потемнело в глазах. Почувствовала, что он перестал пить и очнулась. Промокнула ему губы куском ткани.

- Ну как?

- Вкусно, – и вдруг сказал, глядя в глаза. - Поцелуй меня!

Я машинально склонилась над его лицом и осторожно прикоснулась к его губам.

Подняв руку, он обнял меня и прижал к своей груди, и я опять услышала, как сильно бьется его сердце рядом с моим.

- Эли, любимая моя. Я так тебя люблю, так по тебе тоскую, что моя душа надрывается. Прости меня за причиненные тебе страдания. Я же страдаю еще сильнее. Ты моя боль и моя любовь. Что же нам делать дорогая?

- Ах, как хотела я сказать ему, что тоже его очень-очень люблю, и что все ему уже все простила и готова быть с ним в любой ипостаси, лишь бы быть рядом!

Но сказала:

- Что вы, Генерал. Вас ждет невеста. Так что наши пути, увы, опять расходятся. Помолчав, поднялась и вышла из схрона.

Ребята взялись за носилки и двинулись вперед. Шли уже три часа. Погода менялась в худшую сторону, темные облака обложили небо, дул холодный ветер. Мы не встретились со второй группой и продолжали ход. Опаздывали катастрофически, да и Стивэн начал бредить. Еще утром, когда его целовала, обратила внимание, что он очень горяч. И несмотря на то, что у Драконов, по сравнению с людьми, быстрая регенерация, видимо внутренние повреждения были очень сильными, а лекарских знаний ни у меня ни у ребят не было. Отряд тормозился из-за малого хода. Это напрягало, да еще и не было вестей от группы Сержанта и, посланного им навстречу, Пятого. До границы оставалось хорошим ходом семь часов, но мы не могли прибавить ни шагу из-за ухудшающегося состояния Стивэна. Приходилось часто останавливаться. И вот перед нами самая тяжелая часть пути – ущелье, с единственной тропой, которую знали все, и уже за ней можно было вздохнуть свободно до самой границы. За уступом я остановила группу. Осмотревшись, почувствовала что-то неладное в этой тишине, и решила послать на разведку.

- Второй, - подозвала я, - тебе надо осмотреть спуск и осмотреться внизу. Что-то подозрительно и сердце не на месте. Свиснешь, если все в порядке. Второй кивнул, спустился и пропал из виду. Ребята всегда доверяли моей женской интуиции и не оспаривали приказы.

-Подождем, - сказала оставшимся. - Отдыхайте пока. А сама начала осматривать Стивэна. Он был в беспамятстве и очень горячим. Тщательно укутав его, принялась просматривать ущелье. И вдруг раздался тревожный свист «один длинный». Он обозначал – рядом враг. Ребята вскочили на ноги и посмотрели на меня

- Приказывай, Капрал. Я растерялась. Еще не приходилось мне бывать в подобной обстановке. Если бы не раненый Стивэн, мы бы вышли из такой ситуации, не привыкать. Но куда девать генерала? Ах, если бы хоть еще бы один схрон впереди! Но мы же не знали какой груз получим и что это полуживой человек. И тем более самый дорогой мне человек!

- Слушайте приказ. Я не знаю, что там произошло, где группа и разведчики. Думаю, что за нами ведется охота. Вернее не за нами, за ним, - и кивнула на носилки, - Мы любой ценой должны доставить его по назначению. Я не знаю, что за ценный груз у него, судя по всему информация. Таким образом, его жизнь в приоритете. В ущелье не пойдем, там нас ждут. Есть еще одна тропа, но она ведет в горы, в обход этого ущелья и довольно сложная. Мне ее предложил егерь, перед походом и даже вы не знаете о ней. Это был наш самый последний вариант возвращения.

Ребята подхватили носилки и рванули вперед. Все медленнее и медленнее мы продвигались по еле заметной тропе и все чаще приходилось отдыхать и следить за состоянием Стивэна. Оно ухудшалась на глазах. Я судорожно пыталась придумать очередные действия нашей группы и как донести генерала живым. Погода все ухудшалась. Ветер усилился так, что даже находясь рядом с ребятами мне приходилось напрягать голос. Молнии и гром сотрясали горное ущелье. Скоро должен начаться ливень, возможен оползень и тогда мы не сможем идти дальше. Надо искать убежище для раненого. И я решилась.

- Слушать мой план, – почти кричала сквозь вой ветра и грохот грома. - Сейчас мы ищем подходящую щель и прячем раненого. Третий и Четвертый возвращаются, и по старому пути пытаются выйти к Гору и предупредить о нашей задержке, а так же рассказать о получении живого груза в этой точке. Егерь знает, где это. В бой не вступать ни при каких условиях. Постараться дойти …хотя бы одному. Все понятно? Ребята кивнули. Я приобняла каждого, Первый пожал им руки. Я понимала, что в сложившейся обстановке посылаю их на смерть, но они были воинами и давали клятву.

Ребята исчезли в темноте. Оставшийся Первый, начал искать место укрытия или какую-нибудь расщелину, потому что дождь, уже накрапывал и нам надо было думать о раненом. Разведчик вернулся и прокричал, что нашел подходящую недалеко. Мы подхватили раненого, Первый под мышки, а я за ноги. Дождь усилился и мы почти промокли, когда тот прокричал:

- Капрал, сюда!

При свете молний, я увидела небольшую нишу. Там могли поместиться только два человека. Первый сидел на входе, прикрывшись плащом и смотрел, как я старалась привести в чувство Стивэна. Приподняв ему голову, пыталась напоить остатками укрепляющей настойки. Он проглотил и открыл глаза:

- Где мы?

- Еще на нейтралке, - кричала я. Грохот грома сотрясал небо и горы.

- Что думаешь делать? - Прохрипел Генерал.

- Я отослала своих ребят за помощью. Здесь только я и Первый. Надо подождать.

- Наклонись ко мне, - кивнул Стивэн. Я наклонилась к самому лицу.

- Послушай меня и не перебивай, а то мне и так тяжело говорить. У меня есть важная информация. Эта информация не должна попасть в руки Ящеров. Под моими волосами, справа, ты нащупаешь бугорок. Там находится маленький кристалл. Он должен быть доставлен в Тайную канцелярию императора. Судя по всему, у вас есть план отхода и вы не сможете проделать его вместе со мной. Вытащи этот кристалл и срочно доставь его по назначению. Меня же оставьте здесь.

Повернув его голову, аккуратно начала искать под волосами бугорок. Волосы слиплись от крови и грязи и я еле его нащупала. Нажав на основание, почувствовала, как вместе с кристаллом течет на пальцы его теплая кровь. Стивэн застонал от боли и отключился. Обтерев его об остатки одеяла, на котором лежал раненый, протянула кристалл-горошину Первому.

- Ты, доставишь его в крепость.

-Нет! – Мотнул он головой. – Я не оставлю вас одних.

- Да как ты смеешь ослушаться приказа командира! – Вскрикнула, глядя на него.

- Если с тобой что-то случится, с меня спросит и Гор и ребята. Да я сам себе не прощу! – Кричал Первый.

- Со мной все будет хорошо, - прокричала, глядя ему в лицо. - Послушай. Я не брошу Стивэна тут одного, просто не имею права. Ты пойдешь один и сможешь, просто обязан ради нас, доставить шифровку в крепость. Здесь, на егерском кристалле, я сделала пометку, где нас искать. Думаю, что пяти часов тебе хватит, чтобы дойти и еще пять часов, чтобы найти нас. Это время я постараюсь продержаться и поддержать генерала.

- Он, генерал? Этот тот самый генерал, что помог нам на портале и твоем спасении?

- Да. Теперь ты знаешь, кто это. Тем более, я очень надеюсь, что ты сможешь Ты просто не имеешь права не дойти. И это уже не приказ, Первый, это моя личная просьба. И учти, если что случится, то у тебя есть только один выход – уничтожить себя, а с ним и тайный кристалл. Первый внимательно посмотрел на меня, потом согласно кивнул головой. Я передала ему горошину с шипом и тот, поморщившись, воткнул ее в кожу под волосами. Потом протянул руку для пожатия и задержал мою ладонь

– Меня зовут Эртин. Прошу тебя, продержись. Я вернусь за вами, чего бы это мне не стоило.

Подскочил и исчез в потоке дождя.

Я прислушалась. Гром уже перестал сотрясать небо и землю и только дождь стоял стеной. Но в нишу не проникал. Послышался стон раненого и я склонилась над ним.

- Как ты? - Спросила осторожно приподнимая его голову – Дать воды? Он кивнул и припал к фляге.

- Почему ты здесь. Я ведь просил тебя отправиться с донесением, – прохрипел Стивэн.

- С ним я отправила Первого. Не волнуйся он сильный воин и он поторопится. К тому же я дала ему и кристалл-карту, где отметила наше местоположение. Думаю, что через сутки к нам придет помощь. Надо только продержаться.

- Почему ты не пошла с ним вместе? Я же приказал тебе.

- Жене своей будешь приказывать, понял.

- Ты, моя жена, – вдруг сказал Стивэн, - и никто не сможет тебя заменить в моем сердце. И ты не послушалась моего приказа. А я все же генерал и старше тебя по званию.

- Ты у себя может и старший по званию, а здесь я генерал. И здесь мое слово – закон. Понял. Он откинул голову и хрипло засмеялся

- Узнаю характер, моей любимой. И подчиняюсь.

- Вот так-то лучше. Давай отдыхай. Тебе еще пригодятся силы.

Принялась устраивать его поудобнее. Стивэн закрыл глаза и я поняла, что он уже спит. Привалившись к стене, тоже попыталась заснуть. И вдруг вспомнила свой сон, что снился мне перед нашим походом.

- Да-да, что-то очень знакомое дождь, ребята, ящеры, дорогая мне ноша и смерть рядом. Открыла глаза и зажала рот от крика. Это был не сон! Теперь я поняла, что это за дорогая ноша, и что это за выбор между ним и ребятами, который мне предстояло сделать.

- Нет, только не это! И тут раздался стон. Стивэн начал метаться и бредить. Увидела, что его трясло как в лихорадке, по телу пробегала дрожь, оно было холодным, как лед. Заметалась:

- Что же делать? Потом сняла всё с себя и легла рядом с ним, прижавшись к ледяному телу. Мое тепло могло согреть, это могло помочь. Его трясло, а я наклоняясь над ним, все шептала и шептала:

- Прошу тебя, не умирай, прошу тебя. Я так тебя люблю, что не смогу жить без тебя! Слезы катились по щекам, а я целовала его лицо и прижималась к его холодному телу. Через некоторое время почувствовала, как он потеплел и уже спокойно задышал. Склонившись над ним, увидела, как Стивэн открыв глаза, посмотрел на меня и улыбнулся. Мне показалась улыбка была счастливой.

- Какой удивительный сон! И как прекрасна ты в нем, моя дорогая, – и закрыл глаза. Я быстро оделась, вспомнив, что сижу обнаженная и он это видел.

- Ну, ничего, - успокаивала себя, смущаясь, - как он сказал - это только сон. Пусть так и будет.

Время шло медленно. Уже пошли вторые сутки нашего ожидания, а помощи все не было.

- Как-то там мои ребята? Что с ними, и сможет ли Первый сообщить про наше убежище. Иначе просто не знаю что делать. Останется только умереть вдвоем. Прилегла рядом с любимым и обняла его, прикрывшись остатками одеяла. Стивэн спал беспокойно и хрипло дышал.

-Вот и наше первое ложе, - подумала я усмехнувшись, и еще крепче обняла его. Незаметно уснула.

И мне приснился мой отец. Он тихонько звал меня и тормошил за плечо «Проснись Эли…проснись…» Резко открыла глаза. Кто-то действительно касался моего плеча и называл мое имя. Сначала не поняла, а потом ахнула – Стивэн! Да это он звал меня. Наклонилась к нему:

- Что случилось, родной мой?

-Послушай меня, любимая. Ты должна сделать так как я попрошу. Силы мои на исходе, но есть выход для нас обоих.

- Какой? – Воспряла я.

- Ты должна подтащить меня к обрыву и столкнуть вниз.

Я обомлела. Посмотрела на него и переспросила:

- Что я должна сделать?

- Любимая моя, послушай. Я же Дракон и могу обернуться. Столкнув вниз, я обернусь и даже с теперешними силами смогу долететь до гарнизона и сообщить о твоем убежище. А ты мне пообещаешь, что никуда отсюда не уйдешь, до прибытия помощи.

Я замолчала обдумывая его слова. Было в этом предложении реальное зерно.

- Хорошо, согласна. А что нужно сделать, чтобы пополнить твои силы, чтобы я была уверена, что ты не погибнешь долетев до земли и успеешь обернуться?

Стивэн прикрыл глаза и замолчал.

- Что ты молчишь?

- Мне хватит сил, поверь, – процедил нехотя.

- Или ты мне говоришь, что надо сделать или мы погибнем оба, – потребовала я. Он молчал. Наклонившись к нему, поцеловала его раненного лицо, разбитые губы.

- Ты должен мне сказать, слышишь. Ты просто обязан выжить, иначе я себе этого не прощу. Я так тебя люблю, что мое сердце разрывается от горя, глядя на тебя. А ты еще и просишь, чтобы я тебя столкнула вниз? Неужели, ты думаешь, что я сделаю это! Пусть мы погибнем, но погибнем вместе. И я приму смерть в твоих объятиях с радостью.

- Хорошо. Я не позволю тебе умереть. Мне нужна живая кровь. - И посмотрел виновато. - Совсем немного.

Распахнув от неожиданности глаза, я сразу поняла – ему нужна моя кровь! Ведь он тогда влил в меня свою и теперь, смешавшись во мне, она могла ему помочь обрести силы. Кивнув, решительно взялась за нож. Подставив походную кружку, резанула запястье. Кровь тонкой струей потекла в емкость. Голова закружилась и я качнулась.

- Хватит! – Закричал Стивэн. – Остановись немедленно! Наполнив кружку, перетянула запястье жгутом и, приподняв ему голову, поднесла свою еще теплую кровь ко его рту.

- Пей! – Сказала, глядя ему в глаза. – Я возвращаю тебе свой долг. Он посмотрел на меня внимательно и начал глотать. Выпив все до конца, откинулся на спину устало.

- Зачем столько много?

- Я хочу быть уверена, что всё пройдет так, как ты сказал, и что тебе хватит сил. Что делать дальше?

- Дай мне немного времени. А пока отдохни сама. Иди ко мне. Я прилегла к нему, положив голову на плечо. Он прижал к себе и поцеловал в висок.

- Ты знаешь что сейчас произошло?

- Что? – Выдохнула я

- Полное наше слияние. Теперь навсегда ты моя, а я твой. И где бы я ни был, ты всегда сможешь теперь знать, жив я или умер. Это ритуал у нас Драконов: ты должна при этом принять мою кровь, а я твою. И если мой Дракон не отверг ее, то этим подтвердил, что мы с тобой пара, и что мы сможем иметь детей, наших общих детей. Но в этом есть и отрицательный момент.

- Какой?- Прошептала я.

- Если ты погибнешь, то и я сразу умру.

- А если ты?

- Нет. Ты не умрешь. У тебя ведь нет ипостаси дракона. Я замерла.

- Тогда и мне не жить! - Сказала я твердо, глядя ему в глаза. А потом меня как будто прорвало. Обхватив руками его лицо целовала и целовала, а слезы текли и текли. Стивэн сжимал меня в своих объятиях и приговаривал, целуя:

- Моя, навсегда моя! Никому тебя не отдам! Мы лежали, обнимая друг друга, и я задремала у него на груди.

Толчок и его хриплый голос:

- Пора, моя любимая. Проснись. Уже пора. Светает. Открыв глаза, увидела его уже сидящим на полу. Вскочила радостная.

- Тебе лучше?

- Да лучше, благодаря твоему лекарству, дорогая! – Улыбнулся он. - Видишь и даже голос начал возвращаться и руками можно двигать. Сейчас ты поможешь мне добраться до края обрыва и я сам попробую спрыгнуть.

- Да-да, сейчас!

Я начала подниматься. Он остановил меня. Обхватив ладонями мое лицо и, глядя в глаза, начал говорить восхитительно любимым голосом:

- Подожди! Послушай меня, Эли. Где бы я ни был, я всегда смогу тебя спасти. Только одна просьба, если тебе будут говорить, что меня уже нет, не слушай никого, слушай свое сердце и оно тебе подскажет жив я или уже умер. Ты поняла меня, родная? Я кивнула. Прижав к себе, он захватил своими губами мои, припав в долгом поцелуе. Голова моя закружилась, по телу прошла теплая волна, волна желания. И так она была сильна, что я выгнулась в его руках. А он все продолжал меня целовать, и я стонала под его жаркими губами, вцепившись ему в плечи.

- Еще немного ...еще … еще... - просила я. И тут услышала, как застонал и Стивэн, как дрожь прошла по его телу. Тут же он оттолкнулся от меня и, встряхнув за плечи, скрипнул зубами:

- Потом, всё потом! У нас еще будут часы счастья! Веришь мне?

- Да, верю!- Прошептала я.

- Помоги мне сейчас. Подхватив под мышки, я потащила его к выходу. Он помогал мне руками. Ноги не слушались. Видимо слишком тяжелыми были переломы. Подтянув к краю обрыва, помогла ему сесть. Перекинув вниз ноги, он повернулся ко мне:

- А теперь, тебе надо сильно толкнуть меня в спину.

- Нет-нет! - Проговорила отступая от края. – Я не смогу!

- Сможешь! - строго сказал он. - Ты должна смочь! Я опять помотала головой.

– Нет!

И отвернулась в страхе.

- Посмотри на меня, родная! Ну посмотри, прошу тебя!

Я обернулась. Он сидел упираясь руками в каменную площадку.

- Мне будет трудно оттолкнуться самому. Ты должна сделать это ради меня, ради нас. Чем сильнее ты толкнешь, тем успешнее будет полет и я сумею обернуться. Поверь мне. Прошу тебя.

Я пришла в себя и кивнула, соглашаясь.

- Вот и молодец, вот и умничка! Слушай меня. Соберись и, как только я крикну, сильно толкни. Поняла?

- Поняла, – прошептала я, как во сне.

- Иди ко мне. Присядь рядом.

Я присела. Он посмотрел в мои глаза и тихо, отчетливо произнес:

- Я. Тебя. Люблю

- И я тебя люблю. Очень.

Он кивнул и повернувшись лицом к бездне, уперся руками для толчка и крикнул:

- Давай!

Собрав все свои силы, я толкнула его в спину. Выпрямилась и замерла. Потом услышала жуткий крик. Крик моего любимого!

В голове пронеслось:

- Я его убила!

Сердце сжалось, колени подогнулись, и темнота накрыла меня с головой.