В холодильнике идёт дождь.

По квартире повсюду разбросаны лужи.

Я решил, ты меня среди них не найдёшь

И завис над водой, ожидая,

как дождь сменит стужа.

В холодильнике лупит град.

А я думал, что будет оттепель.

Я не то, чтобы очень рад,

но, признаться, доволен,

что лужи закованы льдом

и стали похожи на противень.

В холодильнике — странно тихо.

Я поймал себя на мысли,

что апрель пролетел слишком лихо,

за ним туда же стремится и май.

Конечно, всё это не очень похоже на рай,

но я верил, что солнце подарит тепло,

И я из холодной и мокрой от скуки квартиры

сбегу со всех ног туда, где уже рассвело.

***

Меня научили

картины Ван Гога,

что Бог -

это Природа.

То ли изобилия рога,

то ли пуля

молодого и злого

урода,

но я запомню,

что в сене стога

больше жизни

и солнца

лучей,

чем в веренице

дней

бьюти верблюдиц,

меняющих трафик

из сторис на шёпот

рублей.

***

Пожалуйста,

не спрашивай меня,

откуда я достал эти ноты.

Бах живет не в них,

а внутри тебя,

заполняя одиночества

пустоты.

И хватая воздух

так, чтобы

жабры наружу,

ловишь ртом

Космоса

ледяную стужу.

Горла комом,

Взглядом

ледяного

блеска

От треска

ничего

и Солнца

белого диска

До кончиков

пальцев

слышишь

только качание

метронома

плавного хода

Вечности

Молчание.

Разбиваясь в созвездия на марше,

Ночь опаздывает в гости.

Стал сегодня на один век старше

Пруд за углом на Патриарших.

И без лишней суеты

И притворной скромности

Отражаются друг в друге,

Ловят сны о вечной молодости

Два старинных закадычных друга.

Змеи гремучей погремушка

Мне руки залила свинцом,

Тоски любимая подружка,

Из-за неё весь день

молчу тунцом.

Я стану на ночь

много есть,

Надену поярче

лохмотья безумия,

Закину подальше

дела в печь,

Открою пошире окно,

Ведь жёлтым давно

Уж мигает мне в такт

Ночи светофор

Полнолуния.

Сначала замечу звёзд

неба картечь,

Почувствую близость

сияния севера,

Но как же красива

полночная речь!

Пожалуй, пройдусь по карнизу

И веткам соседнего дерева…

Люди, как острова.

Встретит белый песок,

а на деле сплошь и рядом вода:

острых скал и проблем сток.

На одних островах

даже жизнь не найти.

Нет ни пения птиц,

ни стремления

что-то взрасти…

На других красота!

Вот за хвост бы поймать!

Голубая лагуна,

моря дивная гладь.

только есть момент,

без обид, но для тебя

здесь места нет.

И открывая новый остров,

сквозь пальцы время сея,

надеешься на радости источник,

а не изоляции тяжкое бремя.

Смахну паранойю,

Не съев ни одной таблетки,

Закушу время,

Прошлое посажу на коленки.

Но обещание своё не нарушу

Не буду писать тебе

Адресно в душу.

Хоть и не помню точно,

Зачем я дал его послушно,

Залив назло воск безразличия

В глаза, нос и уши.

***

Сотни лет один

и тот же вопрос

Кто мы на самом деле

Обрубок, мыши хвост

Или люди большой веры?

Мечтаем о тихой гавани,

Там счастье будет

расти на грядке,

Где обязательно станем

Сами себе хозяевами,

Забудем, как бегать

от судьбы без оглядки.

Но выбираем выстрел

Прямо в затылок мечте,

Не так, чтобы от злости,

Сколько слепой

Недальновидности

чешуи лобной кости.

И разлетается

мечта:

Кругом нет ничего.

Спёрло дыхание

От собственной

дурости,

Мгла.

***

В голове, на самом дне,

Тихо прописали.

Буду жить тогда во сне,

Раз наяву прогнали.

Там на верхушке леса,

В пересечении миров,

Плывёт многоголосие

Берёзовых китов.

Там на обратной стороне

Луны мотивы, словно пьеса.

И облака наедине.

И никакого интереса.

В голове, как в западне,

Рвутся предательски

Мысли.

Их не достанут извне:

Мыши-полёвки их ночью

Погрызли.

***

Можно прямо спрошу,

Не под водку?

Вряд ли этим тебя я разрушу.

Эти тренды происходящего

Расшатали и твою лодку,

Вынули душу?

Как тут с места не прыгнуть в пропасть?

Взял в охапку воспоминания.

Те, что крутят мою лопасть

Пограничного мироздания.

Мы привыкли терпеть настоящее.

Ведь мы дети великого прошлого!

На пороге такое же будущее,

А мне хватит сегодня

и просто хорошего.

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.