Юрий Винокуров, Олег Сапфир Кодекс Охотника. Книга VII

Глава 1

Анна, с абсолютно невозмутимым лицом, подошла ко мне и взяла под ручку, затем крепко прижалась и заглянула мне в глаза.

Учитывая, в каком состоянии я находился, я непроизвольно хмыкнул.

– Ты свое красивое платье запачкаешь.

– Ничего страшного. Новое куплю, – широко улыбнулась девушка. – Это мне всё равно не нравится.

– Потому что оно не красное? – предположил я.

В ответ мне достались слегка надутые губки, которые тут же растянулись в милой улыбке.

Присутствующие за столом смотрели на нас с разным выражением лиц. В основном, это был интерес. У некоторых возмущение. Даже во взгляде главы семьи Голдсмитов отсутствовала ненависть, только раздражение.

– Поехали домой, что ли? – кивнул я.

– Секундочку! – сказала Анна, и потащила меня за руку. – Хочу тебя кое с кем познакомить.

Под гробовое молчание она подвела меня к сухенькой старушке – с виду – натуральный божий одуванчик. Подозреваю, ей сто лет в обед уже исполнилось. При этом она улыбалась во все тридцать два своих фарфоровых зуба, а в немного блеклых от старости глазах светился ум и неожиданное веселье.

– Бабуля! Это Александр. Александр, это Сара Абрамовна, моя бабушка.

Бабуля благосклонно протянула мне свою руку. Я хотел её взять, но посмотрел, на что похожа моя рука. Вытер ее об костюм, но сделал ещё хуже. Поэтому просто улыбнулся, и кивнул головой.

Я предполагал, что платье этой древней бабулечки стоит, как мой «Буревестник». Это, конечно, не точно, но проверять мне не хотелось.

– Очень приятно! И простите, я боюсь вас испачкать.

– Какой предупредительный у тебя молодой человек, Аннушка, – улыбнулась бабуля. – Я тоже очень рада знакомству.

Её цепкий взгляд пробежался сначала по мне – от кончика заляпанных кроссовок, до слипшихся от слизи тварей волос, а потом по Анне. Старушка задумчиво перевела взгляд на свои руки, каждый палец из которых был унизан большим перстнем.

– Хотела я тебе отдать своё родовое кольцо, внученька, – сокрушенно покачала головой старушка, глядя на старый родовой перстень Голдсмитов. – Но подозреваю, что оно тебе уже не понадобится. Вот, – она аккуратно сняла с пальца золотое кольцо с большим переливающимся камнем.

Иномирный бриллиант! У меня в голове сразу же щелкнула счётная машинка, со звуком, как в игровых автоматах вылетает джекпот. Да, по настоянию Анны мне пришлось изучать самый ценный лут Разломов. Вот этот брюлик я пропустить не мог. Стоил он… да дохрена он стоил!

– Вот, держи, внученька, – протянула она ей камень.

– Бабушка, но это же… – начала Анна.

– Держи-держи! – добродушно усмехнулась бабуля, а затем перевела взгляд сперва на молчащего Голдсмита, и таких же ошалевших Рокфеллеров. – Вот это, – назидательно сказала она, – называется камнем! А не то, что вы, поцы, здесь предлагаете.

– Спасибо, бабуля, – Анна надела кольцо на палец, и крепко обняла старушку.

Та светилась удовлетворением, и аккуратно похлопала её по спине.

– Всё-всё, идите детишки. Занимайтесь своими молодыми делами. А с вами, Александр, я думаю, мы ещё встретимся и поговорим. Есть у меня одна тема.

– Так может, вы заедете к нам в гости в усадьбу? – неожиданно для самого себя сказал я.

– Может и заеду! – залихватски сказала бабуля, с торжеством оглядывая всех остальных родственников. – Всё, молодёжь, покедова. Нам тут нужно ещё утрясти кое-какие дела.

Я кивнул, и мы с Анной вышли на улицу.

– Какая бодрая у тебя бабуля!

Анна была несколько напряжена, ведь вокруг стояли десятки гвардейцев Голдсмитов, хотя и с опущенным оружием, но в полном боевом снаряжении. Однако, видя мой пофигизм, также начала потихоньку расслабляться.

– О, бабушка Сара – легендарный персонаж! Вот только не уверена, что было правильным решением приглашать её к нам.

– Почему? – удивился я.

– Ну, тебя же раздражает моя деловитость и экономность.

– Экономность! Ха-ха! – засмеялся я, но не стал обижать девушку, называя всё своими именами. – Да нет, я уже привык.

– Так вот, по сравнению с бабулей, я… – Анна на секунду задумалась. – Ну, это как сравнивать мое и твое отношение к деньгам.

– Хрена се! Всё настолько плохо?

– Почему плохо? Графиня Сара Абрамовна Голдсмит – богатая женщина… Очень богатая. Кто-то считает её одной из богатейших женщин мира, но достоверно это неизвестно. У бабули свои секреты и она умеет пускать пыль в глаза. Ты думаешь, Ротшильды, Рокфеллеры и прочие ведутся на моего отца, при всём моём уважении, отличного юриста, но, тем не менее, являющегося хоть и главной лягушкой, но на очень отдаленном болоте?

– Да, в принципе, я так и думал, – ответил я.

– Это далеко не так, – сказала она. – Папа нищий, по сравнению, с бабушкой.

– Ну у тебя и сравнения! – покачал головой я.

Я примерно представлял, со слов Анны и собственных источников, размер капитала Голдсмита. Но если он нищий… Ладно.

– В свое время она такие дела проворачивала, что о ней во всем мире шептались. Капитал свой бабуля заработала, в том числе, и используя эту скандальную репутацию. Несколько историй были тогда в ходу, к примеру: «Если вы не подпишите этот договор, я звоню Саре. Тогда вы его всё равно подпишете и еще останетесь должны».

Мы вышли на крыльцо, и я широко улыбнулся. Да, гвардейцев Голдсмитов было две-три сотни, а моих три десятка. Вот только разница была очевидной.

Два «Буревестника», не глуша двигателей, под полными щитами, слегка подрагивая от вибрации, стояли так, что их нельзя было повредить одномоментно массированной атакой. Их стволы были направлены – один в сторону усадьбы, другой в сторону казармы.

Третий же «Буревестник» висел в воздухе неподалёку. Подозреваю, что оборудованный полным боекомплектом ракет, он был готов в случае чего оставить от усадьбы одну большую, но очень глубокую воронку.

Краем глаза я заметил, что из ниоткуда около соседнего «Буревестника» проявился Призрак, и отсалютовал мне двумя бутылками дорогущего вискаря, забравшись внутрь машины. Я про себя усмехнулся. Надо их со Шнырькой познакомить. Похоже, они имеют схожие наклонности.

Я подошёл к машине, пнул под жопу Затупка, который запрыгнул внутрь, аккуратно под ручку пропустил вперед даму, и уселся рядом.

– Саша, откуда взялось пятьдесят миллионов на счету? – нахмурилась девушка.

– А-а-а, так их Андросову вернуть надо.

– Вернуть? В смысле?

– Да я позвонил Андрюхе и попросил одолжить денег на сутки. Много. Ну, он и кинул пятьдесят лямов.

Анна закатила глаза.

– Это же только за осуществление перевода пятьдесят тысяч мы просто отдадим в качестве комиссии!

Я засмеялся.

– Да ладно! Ведь оно стоило того?

Анна тоже улыбнулась, вспоминая лица родственников.

– Оно того точно стоило!

– Ну вот, а теперь давай выпьем.

Я полез в холодильник и достал дешевую прозрачную пластиковую бутылку и два хрустальных бокала, которые пока что ещё были живы. Я неприязненно покосился на Затупка и на ту клетку, которую построили для него. Конечно же, он перегрыз металлические прутья. Его вольная душа требовала свободы. Надо что-то придумать с этим Разрушителем.

Я налил из пластика пузырящуюся жидкость и передал нахмуренной Анне.

– Это что еще за шмурдяк? – удивилась она.

– Это? Это шампанское «Империал», самое дорогое, которое только можно найти в этом мире, – улыбнулся я.

– А почему в пластиковой бутылке? – Анна всё ещё хмурилась, но понюхала и осторожно пригубила, блаженно закатив глаза. – Вкусно!

– Ну, а куда ж его сливать? – хмыкнул я. – Не в тетрапаки же из-под портвейна, который оказался в нарядной таре у твоего бати.

Анна понимающе кивнула и пристально посмотрела мне в глаза.

– Ну, что? За что выпьем?

Я открыл рот и тут же его закрыл, глядя на подаренное бабулей кольцо.

– Ты знаешь, дорогая. Я хотел сделать тебе предложение, вот только боюсь, что кольцо твоей бабули я в ближайшее время вряд ли переплюну.

– Да, кольцо бабули… – отмахнулась Анна. – Вообще-то ты мне уже подарил отличное кольцо, если ты не помнишь.

– В смысле, подарил? – удивился я.

Она протянула руку, на одном из пальцев которой скалилась большая морда медоеда.

Анна усмехнулась.

– Ведь ты уже давно сделал свой выбор, не так ли?

Имение герцога Доброхотова,

город Якутск

– Забавно-забавно, – комментировал герцог, листая на компьютере переданные службой безопасности данные своей новой игрушки. – Слышь, Прошка, – кивнул он своему начальнику гвардии, – Мне всё больше и больше нравится моя затея. Игнатова-то Галактионов прибил так, походя. Перед этим ещё местного криминального авторитета нагнул. Хах! По кличке Король. Ты что-то про него слышал?

– Конечно же, слышал, Ваше Светлость. Мы даже имели с ним кое-какие контакты по части… гхм, – он немного смутился, – оптимизации логистики через приграничные районы в сопредельные государства.

– Контрабанда, что ли? – усмехнулся герцог. – Чего ты мямлишь, Прошка? – неприязненно скривился он. – Говори всё своими словами!

– Но… – смутился начальник гвардии.

– А с другой стороны, – тут же поменял тему герцог, – Не хватало мне ещё всякую шваль запоминать.

Он листал дальше.

– А вот это любопытно! Знаешь, кто планировал отобрать у него Галактионовку?

– Конечно, знаю, Ваше Светлость. Это же я вам этот отчёт создавал, – начал Прошка, но тут же смутился, увидев, как внезапно изменилось выражение лица герцога. – Простите, я не хотел вам грубить.

– Знай своё место, холоп! – скривился Доброхотов. – Знает он! Я тебе за это деньги плачу!

Он снова успокоился.

– Так вот, эти столичные, с одной стороны – красавчики! Так копать под Императора, чтобы не узнала служба безопасности империи – это нужно суметь! – он перевёл взгляд на своего службиста. – А то, что об этом знаю я – это не твоя заслуга.

Начальник гвардии послушно кивнул головой.

– Знаю, Ваше Светлость! Это исключительно ваша…

– Да-да, моя! А с другой стороны, эти недоделанные революционеры предлагали объединить силы, дебилы! Мне неинтересен имперский трон. Зачем? Чтобы управлять такими дебилами, как они? Нет уж, извольте! У меня есть всё, что только можно купить в этом мире за деньги. А власть… Власть ведь развращает, Прошка, так же? – герцог, закинув голову назад, рассмеялся своей веселой шутке.

Потом он вдруг резко вскочил из-за стола и упал на пол, сделав пятьдесят отжиманий.

Прохор терпеливо дождался, когда его эксцентричный повелитель, приверженец здорового образа жизни, закончил свои упражнения. Для его возраста, надо признать, он был в очень хорошей форме.

– Итак, он думает, что лишил меня бойцов и ударил по моему карману? Ну, что же… Теперь нужно нанести симметричный удар! Мы должны уничтожить его бойцов и ударить по его карману, – снова улыбнулся герцог, и сладко потянулся, глядя в окно. – Ох, какое сегодня милое зимнее солнышко. Затопи-ка баньку, Прошка. Попроси Сюзанну, чтобы подобрала мне для компании двух новеньких помоложе.

* * *

Я задумчиво смотрел на построенную передо мной маленькую армию – гвардию рода Галактионовых.

Сто четыре человека.

Все, как один – опытнейшие бойцы, стояли в подобии строя. Заставлять стоять по стойке «смирно» отставных кадровых офицеров, некоторые из которых были в два раза старше меня, или заниматься строевой подготовкой – было тупо.

Рядом со мной стояли Волк и Астахов. И еще Призрак – я пока не знал, куда точно определить этого странного, но безусловно полезного, человека.

– Так в чём проблема, Волчара? – в очередной раз спросил я, любуясь на свой механизированный парк.

Три мощных «Буревестника», «Тигр», старая «Ласточка» и платформа с зениткой – составляли боевую механизированную часть моего силового блока. Да, всё это было разномастным, но тем не менее.

Восемь фур, укреплённых и переоборудованных в подобие броневиков, в принципе, могли выдержать выстрелы из крупнокалиберного пулемёта. Их тоже можно было условно считать боевыми.

Ну и ещё разный трофейный автопарк был частично приспособлен к боевым действиям. Вон, как те четыре пикапа, у двух из которых в кузове стояли крупнокалиберные пулемёты, а у двух гранатомёты.

– Ну, проблема в том, что мы собрали всех людей, в верности которых мы уверены на сто процентов. Но тебя это количество, я так понимаю, не устроит, – уточнил он.

– Ты мне ответь, – хмыкнул я. – У Алмазного Короля десять тысяч гвардия. Да, я знаю, что каждый из наших стоит десятки врагов. Но всё равно перевес слишком велик.

– Ты с Анной-то посоветовался? – скривился Волк.

– А о чём я должен с ней советоваться?

– Об увеличении бюджета, – хмыкнул Потапов.

– А чё с ней советоваться? Как я скажу, так и будет. Кто в доме главный?

– Ну-ну, – широко улыбнулся Потапов.

– Что ты мычишь? – нахмурился я.

– Не, ну так-то ты в доме главный. Но вот что касается денег…

Рядом сдержанно заулыбались Призрак и Астахов.

– Бараны, – беззлобно сказал я, частично признавая их правоту. – Ну а какие предложения и пожелания? – спросил я.

– Есть ещё примерно четыре сотни знакомых ребят, всё ещё находящихся на действующей службе. Вот только у них пенсии, семьи, а многие оказались патриотами, более серьёзными, чем я предполагал.

– И? – предложил я развить ему мысль.

– Саша, при всём уважении, барон в Иркутске… Ты широко известен среди ваших, – он кивнул на Астахова, чем вызвал вторую улыбку на лице Гриши, что было практически невероятно.

Две улыбки за день! Григорий не выдержал, протянул руку и похлопал Потапова по плечу.

– Ваших? Так ты теперь тоже наш, – сказал он, кивая на белое кольцо Истребителя, что Потапов, увидев нелепую смерть в глубине Эпицентра «людей без кольца», теперь, похоже, даже спал с ним.

И да, он затребовал кольца для всей своей гвардии, просто на всякий случай. Но это было не трудно, поэтому я разместил заказ у Архипа.

– Так вот, – продолжил Волк, ни мало не смутившись фразы от Григория. – Простых людей, вроде нас, – он кивнул в сторону гвардейцев, вызвав у меня ещё одну улыбку от его шутки про «простых людей», – Больше интересуют твои достижения в реальном мире. Я думаю, если твои подвиги распространятся не только среди Истов, но и среди обычного населения, то многие смогут передумать. Опять же, при всём уважении, денег нужно сильно побольше.

Он замолчал и посмотрел на задумчивого меня.

– Больше славы и больше денег, – хмыкнул я. – Кажется, мы можем сделать всё это в один присест, – я поднял улыбающееся лицо и оглядел своих товарищей. – Нам надо грохнуть Алмазного Короля и его доблестную гвардию.

Волк нахмурился. Астахов скривился. Только Призрак безмятежно улыбался.

Я всё-таки предполагаю, что у него не всё в порядке с кукухой! Снова пришла мне в голову мысль, глядя на его лицо. Чем-то он мне напоминает моего Затупка со способностью Шнырьки. Страшный человек!

– Придётся потратить много денег, чтобы сделать эшелонированную оборону. Я знаю, у него есть авиация, – покачал головой Волк.

– Оборону? – засмеялся я. – Перепахать поля? Настроить дзотов? Нет уж, это не наш метод! Как говорил кто-то из великих: лучшая защита – это нападение!

Кажется, невозмутимый Волк икнул.

Глава 2

Усадьба рода Голдсмит

г. Иркутск

– Мама, вы в этот раз были не правы… – серьезно, но сдержанно, обратился Рафаэль к своей матери. – Я понимаю, что вы желаете ей только всего самого лучшего. Но не забывайте, что я отец и глава Рода. Мне решать ее судьбу, думая не только о ней, но и о нашем будущем.

– Ой, ви только посмотрите, какой решала нашелся, – закатила от смеха глаза Сара. – Ты, Рафик, еще даже в моих глазах поцом не перестал быть после случая с этим позорным шампанским, а уже лезешь к мудрой женщине со своими упреками.

Рафаэль был в гневе. Такого позора он давно не испытывал, да еще и перед всем Родом. Но должен был согласиться, что Александр поступил эффектно. И если в будущем этот молодой человек добьется успехов, то он, несмотря на свои претензии, все равно всем будет говорить, что работал и помогал еще молодому и зеленому барону.

Но это вряд ли… Столько врагов и столько проблем сейчас накопилось у Галактионова, что выжить там нереально, практически. Хотя ходят слухи, что он, возможно, будущий Абсолют. Да он может даже сейчас назвать человек двадцать, не задумываясь, о которых также говорят. Скорее всего, из них даже одного Абсолюта не получится. Кроме того, потенциальные Абсолюты недолго живут. Не все хотят допускать усиление чужого Рода. Да, Империя, по хорошему, должна пресекать попытки устранения потенциального Абсолюта завистниками и недоброжелателями, но… Империя такая большая!

– Вы обрекли свою внучку на верную смерть, – наконец-то он выдохнул и сказал матери все, что думал. – Ее смерть будет на вашей совести. Я хотел сделать, как лучше…

В один момент добрая и снисходительная улыбка старой женщины изменилась на хищный оскал, и Рафаэль сделал три шага назад. Он помнил… Он знал… Этот взгляд… Именно после такого взгляда разваливались корпорации и самые крепкие дела, которые были врагами его матери.

Однако в этот раз, как появился этот взгляд, также быстро он сменился на усмешку.

– Мудак ты, Рафик, и совсем не меняешься, эх… – грустно вздохнула женщина. – Одна надежда у меня на внученьку… Она, как раз, молодец! Пошла против всего Рода, и смогла устроиться в жизни. И не простила… Не забыла… – уже тише принялась шептать старушка.

Вот только Рафаэль ее прекрасно слышал, и побледнел наполовину от злости, а на другую – от ужаса. Он понимал, о чем говорит его мать, и помнил то свое решение, и его ужасные последствия. Именно тогда он стал не Рафаэльчиком у матери, а последним поцом…

– Не хорони раньше времени Александра, – опять нарушила тишину Сара. – Лучше готовь кладбище… Оно понадобится большое…

Мужчина не разделял ее веры в молодого парня, и тут было все непросто.

– Шесть моих клиентов работают против Галактионова, и люди они далеко непростые.

– Непростые? – приподняла она с издевкой одну бровь. – А какие тогда? Может… алмазные?

Рафаэль выпучил глаза от удивления. Ведь его дела имели особую секретность, и доступа к ним не было ни у кого.

– Откуда вы…

– Что… откуда? Забыл, с кем ты общаешься? – еще один разочарованный вздох. – Ты забыл, Рафик, что в мире есть вещи покрепче алмазов. Иногда такие вещи могут сломать не только защиту класса Титан+++, но и судьбу.

На это ноте их разговор закончился только по одной причине, что женщине надоело общаться с сыном. А вот с внучкой она еще с радостью пообщается. Ее же вроде в гости пригласили…

* * *

Приехав домой, Анна просто вся сияла, и не сводила глаз с кольца, которое ей подарила бабушка. Должен признаться, что женщина она интересная, и глядя на нее, я увидел такой стержень в глазах, которым можно пробить насквозь дракона. Причем не простого, а черного…

Вообще удивительно, что власть в Роду не находится в ее руках. Рафаэль, по сравнению с ней, всего лишь жалкая тень, которая никогда не достигнет ее высот. Глаза они такие… зеркало души.

Сейчас я лежал в ванной и отмокал после веселой прогулочки, и переписывался с Анной, которую распирало от новых ощущений и эмоций.

Я сделал свой первый шаг, хотя и не планировал делать его так рано. Однако ее семья вынудила меня. Это была черта… Которую ты либо переступаешь, либо она пропадает навсегда, закрывая этот путь. Я сделал свой выбор! Теперь осталось подумать, как быть дальше. Но одно я знаю точно, Анну я уже не отпущу. Она моя! Впрочем, я думаю, что и она не захочет, чтобы я ее отпустил. Нужно было видеть ее улыбку, когда я появился в дверном проеме.

По дороге домой я рассказал ей вкратце о нашей поездке, и что там было. Она даже слегка всхлипнула, когда услышала про Олафа, ей стало жалко и саму Хельгу.

Хорошенько отмокнув в ванной, я пошел обедать с Анной где мы все время, практически, молчали и каждый думал о своем, а потом я спустился в подвал.

Подвал… Какое простое слово, и как много оно таит за собой. Если задуматься, то у меня там под землей находится целый мир из тварей разломных, а я бегаю по другим разломам. С другой стороны, зачем мне зачищать его сейчас? Как тут говорят – оставь и не трожь, это на Новый год!

Да и моим питомцам нужно развиваться. Они регулярно ходят сюда, правда, как оказалось, с той стороны сюда тоже приходят.

Проверил Красивую, у нее и ее выводка дела идут вроде неплохо. Натаскали себе всяких веток и корней. Построили норки и облагородили их. Когда я приближаюсь, то меня они воспринимают нормально. Хорошая она воспитательница, научила, кто здесь главный.

А вот и она, бежит радостно ко мне и хочет, чтобы я ее погладил. На нее я потратил примерно час своего времени, а затем направился к Бурбулису сорок там какому-то. Он даже внимания на меня не обратил, лишь показал, что занят. Сидит за крутой аппаратурой в больших и модных наушниках и что-то слушает.

Анна, по моей просьбе отслеживала его историю посещений и активность в сети. Кажется, франт всерьез решил стать певцом, освоил музыкальный синтезатор и запилил несколько видосиков в музыкальный видео-сервис, и теперь радуется, как ребенок каждому хорошему отзыву. Правда, он уже пару раз ненавязчиво уточнял у Анны, как вычислить хейтеров по АйПи, и сколько стоит переслать на время картину в столицу. Анна держалась, как могла…

Блин, а я хотел взять его с собой на дело, а теперь думаю, что пусть остается. Все же охрана дома тоже важна.

Пожалуй, пойду еще поем, а затем напишу Волку.

– Звал? – зашел на кухню свежий, и без следов усталости на лице Волк.

– Ага, присаживайся… и бери тоже, – подвинул к нему тарелки с тарталетками.

За меню у нас отвечала Анна, и иногда блюда, которые нам готовили, меня удивляли. Я уже и забыл, когда ел простую картошку. Но должен сказать, разнообразие – это клево.

С Волком мы быстро обсудили дела наши насущные, и пошли работать. А работа была интересной. Я решил провести с ними тренировку, в которой принял личное участие.

– Ну, кто из вас бессмертных решит первым выйти против меня? – встал я в центр рукотворной «арены», и обвел всех взглядом.

Должен сказать, что у многих не было опасения, а одно лишь веселье. Новые кадры, но они еще не прошли со мной интересный путь, и не удивлялись моим способностям на каждом шагу. Только можно сказать, что старики улыбаются и пропускают вперед молодежь.

– Давай, я попробую… – вышел вперед новенький, мужик лет так сорока пяти.

Георгий Акиян, так его звали, и он тоже пришел по рекомендации Волка. Он лично за него хлопотал, как о человеке повышенной порядочности. Типа, у него честность и порядочность в крови.

Произошел с ним один случай, когда он во время командировки купил себе фрукты и еды на неделю вперед, пока они жили в расположении. Под это выделялись им деньги, и проблем никаких не было. Правда, появились они потом, когда оказалось, что их агент из этой восточной страны решил слегка подзаработать, выдав им частично фальшивые деньги, почти половину суммы. Это всплыло только через месяц, когда Акиян вернулся уже в Империю, и тогда узнал об этом. По словам Волка, он первым же делом оформил себе отпуск, и полетел обратно за свой счет. Нашел ту самую лавку, с той самой женщиной, и вернул ей деньги, но уже настоящие. Хотя он и не знал на самом деле, сколько он ей дал фальшивых, да и вообще, были ли у него фальшивые, но эта мысль его съедала каждый день. При этом, выполняет приказы он без проблем, я за такое переживал. Мол, зачем мне человек с такой кристальной совестью, но Волчара меня успокоил. По понятиям Георгия, если плохой приказ отдает командир, то страдает совесть того, кто отдал приказ. А вот тогда с едой было его личное решение.

Странный мужик, но я его принял сразу. Нам такие нужны, чтобы Затупок на их фоне хоть немного выглядел адекватным. Он, кстати, сейчас сидел тут и яростно царапал стену. Недавно отремонтированную, между прочим! А его даже никто не остановил.

Мысленный приказ, и в помещение через минуту входит Кара, пока Георгий готовится к поединку. Карамелька медленно подходит к занятому Затупку, и со всей дури бьет его лапой по затылку.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш… – зашипел бедняга, отлетая от нее.

Кара в ответ на него взглянула таким испепеляющим взглядом, что он сразу поник и, повернувшись спиной, побежал прочь, при этом смешно виляя задницей.

– Спасибо Кара, только ты знаешь как с ним нужно обращаться.

– Мяу! – покладисто кивнула она мне.

Моя кошечка подошла ко мне, и прежде, чем уйти, грациозно потерлась об мою ногу, показывая свою привязанность и любовь.

– Как договаривались, можешь сегодня на кухне взять кусок мяса побольше.

Ну да, я ее подкупил… А что такого? Затупок тут громко царапал стену и пыхтел, так сказать, отвлекая людей.

Я бы, конечно, поставил в спарринге кого-то из своей гвардии против него. Вот только он, падла такая, может укусить, и превратит умного гвардейца в тупого. Будут вместе бегать и пускать слюни. Вон, даже дефективный голем куда-то пропал, не выдержав «любви» медоеда. Возможно, покончил с собой, не вынеся такого тупого друга, но это еще неточно.

Вот теперь можно начать спарринг, когда наступила относительная тишина.

– Начинай, Георгий, я жду, – поманил его к себе рукой.

И он начал…

Неплохой боец, которого подвело незнание противника. Он наносил усиленные удары так, как его учили, а я неуклюже отбивался, делая вид, что мне сложно. Выждав момент, когда он допустит ошибку, я вмазал ему с ноги в грудь. Его доспех выдержал, но остался висеть лишь на добром слове и его надеждах.

К слову, он допустил ошибку только через сорок семь секунд. А это неплохой показатель.

– Чего такой недовольный? Понимаю, что рукопашный бой не твоя специализация, – я помнил его дело. – В следующий раз готов выйти с тобой на бой с любым холодным оружием, которое выберешь сам.

– Хм… – задумался мужчина и улыбнулся, – даже на танках можно?

Теперь пришла моя очередь улыбнуться.

– Жора, – по-дружески подошел и помог ему подняться, так как он лежал после последнего моего удара. – Даже на кораблях… Ты еще не понял, что против лома нет приема? А Галактионов – это лом! Охрененно здоровый и опасный, сука, лом!

Еще шесть раз мне приходилось выходить на середину площадки, и показывать разные новые приемы для гвардии. При этом старался комментировать их ошибки и учить. А потом уже за всех взялся Волк, и тогда они поняли, насколько со мной было хорошо. Но не все было так просто… Одному бойцу я случайно сломал палец на руке. Удар вышел сильнее, чем я рассчитывал, а он захотел его заблокировать. Теперь придеться найти залегшего на дно Андросова, и притащить сюда в гости.

Блин… Пятьдесят миллионов! Точно!

Мои ночи не бывают спокойными, вот и сегодня только прилег. Уже думал, что наконец-то смогу расслабиться, как появился начальник разведки с наполовину съеденным мороженым на палочке.

– Ш-ш-ш-ш-ш-шлуш-ш-ш-ба ш-ш-шовет, – серьезно сказал он мне.

– Что на этот раз? – не было тяжелых вздохов или усталости, а только легкий страх.

Я боялся, что он скажет, мол, там снова шпион или какая-то непонятная проблема. А мне просто хотелось кого-то прибить. Кого-то покрупнее и пострашнее. Чтобы его можно было еще долго-долго пинать… ногами.

– Ш-ш-ш-ш-шабаки… Ш-ш-ш-штук ш-ш-ш-шешнадшать…

Оооо! Вот это я понимаю – хорошие новости.

– Показывай! – приказал я ему, уже одеваясь и натягивая пояс с перевязью для меча. Аквила готова, я готов, и враги тоже, вероятно, готовы. Интересно только, к чему готовы они?

Шнырька не стал требовать мороженку или впихивать мне чужое нижнее белье за работу, как он это любит делать, а сразу показал.

Засада довольно интересна, территориально – возле деревни Игнатовка. Причем, вся засада не на моей территории, а совсем рядом. Их там человек тридцать, да еще и с тяжелой техникой. Нужно дать втык Волку за то, что пропустил. Хотя, потом Анна даст втык мне, что я нанимаю так мало людей. Для двух имений моих сто человек с хвостиком весьма малое количество. Особенно если учесть, что большинство моих гвардейцев, хотя и супер-бойцы, тренируются и выполняют задания, да и вообще – для караульных они овер компетентны, но нужно взять кого-нибудь попроще.

Хм… а вот еще шестнадцать. С двух сторон обложили, гады, и сейчас проводят разведку.

Стоп… Какая разведка? Они ведь готовятся к обстрелу. Там неподалёку припаркована бронетехника, и они оттуда носят ящики с боеприпасами. А это что? Миномёты? Два орудия? И они сейчас наводят их на имение Игнатова?

Хана им…

– Волк! Красный код!!! – звоню ему, быстро сбегая вниз. – Поднимай всех! Людей в Игнатовке спрятать в подвалы. Враг готовится ударить минометами и артиллерией.

– Суки… – только и прорычал Волчара, и бросил трубку. – Сейчас ребята им покажут!

– Нет! – крикнул я, поняв, что он имеет в виду тех гвардейцев, которые охраняют бывшую усадьбу Игнатовых. Скорее всего, ребята справятся, но они оставят без защиты свои семьи. Хотя я и не видел больше диверсантов, но лучше не рисковать.

Но какие же ублюдки! Накрыть мирных людей в мирном поселке! Уроды!

Снова кипиш и снова сборы. Не прошло и пяти минут, как мы уже полным составом выезжали в сторону Игнатовки.

Судя по всему, они все еще возились со своими орудиями. Модели были очень старыми, как я понял из тех, «что не жалко бросить». Именно так они и собирались поступить.

Но при этом сама операция проделана идеально. Техника должна была остаться здесь, может ее на месте уничтожат. Поэтому взяли старую, но переместить ее сюда без сучка и задоринки многого стоило. Возможно, даже артефакты использовали. Я слышал когда-то об артефактах, которые убирают шум в любой технике. Минометы были готовы, но уроды копошились, чтобы произвести все залпы одновременно.

Как бы мы не спешили, но мы не успели. Эта две дуры, фиг пойми какого калибра, сделали свой первый выстрел. И тут же загавкали минометы. А нам еще минуты две ехать.

Но его услышали все.

– Доложить о потерях и разрушениях, – быстро связался Волк с немногочисленными гвардейцами в Игнатовке, что подоспели туда, будучи в дозоре неподалёку.

Я-то знаю, что потерь и особых разрушений нет… Но все равно неприятно, что такой случай вышел.

В последний момент, когда они опять готовились стрелять, в одном из орудий сначала спусковой механизм заел, но они его починили с помощью молотка. А потом и рычажок наведения сделал незаметно для них несколько оборотов в обеих пушках. Чистая случайность!

Суки… Теперь в озере, куда они попали, рыба всплыла, а ведь там жила красноперая форель. Надеюсь, хоть не всю убили…

Ну, а мины не долетели до посёлка. Видимо, неизвестные перестраховались, а может минометы взяли на случай отражения атаки моей гвардии.

– Волк… – спокойно обратился я к нему. – Смена планов… Нам нужно попасть в западный лес.

Я в душе не гребу, где этот западный лес. Я вообще придумал это только-что. Зато Волк меня сразу понял, и для других все выглядит совсем не подозрительно.

Шнырька уже транслировал Волку всю картину, и он знал, куда ехать.

Мы чуть не попали в ловушку. Шнырька работал на все направления. Крутил им рычажки, воровал детали, которые даже я не понимал, для чего нужны. Но без них пушки не стреляли, и враги громко матерились. А еще мой мелкий Шнарк исследовал по кругу всю территорию.

Вот так и нашел на одной поляне еще сразу восемь таких пушек, и человек сто охраны. Они сидели под защитой сильных Одаренных и артефактов, ожидая нас.

План у них был простым – мы должны были пойти и уничтожить те две пушки, которые работали по поселку. А затем они накроют нас со всех орудий, даже не церемонясь со своими. Теперь, с виду бесполезные минометы, стали понятны – они хотели произвести как можно больше шума.

Интересно, они обрадуются, когда мы появимся у них за спиной?

Когда оставалось около километра, я принял решение остановиться.

– Волк, пусть идут две группы вперед! – скомандовал я ему, на что Потапов тут же кивнул, и две группы людей по двенадцать человек каждая, словно тени, растворились в близлежащих кустах. – Остальные пусть страхуют и отсекают тех, кто попробует улизнуть. И да, на этот раз пленных не берем. Бить по мирным? О чём они, вообще, думали?!

Если заедем на Буревестниках напролом, то всем врагам будет хана. Нападем неожиданно – врагам без шансов, но вот хана будет еще и их технике.

Я так не хочу… Сандр увидел новые игрушки, и уже хочет их. А еще я вижу, как блестят глаза у Волка. Он не стал спорить со мной и говорить, что он лучше знает, как все сделать. И про потенциальные потери промолчал. Видимо, мой приказ был адекватным, иначе он бы обязательно возразил. За что я и люблю с ним работать. Да, я всё знаю про магию и холодное оружие, но по части огнестрела мне есть чему поучиться у отставного спецназера.

Ну, а потери? Все были воинами, хорошими воинами, и знали на что шли. Тем более, что я точно знаю, как их минимизировать.

– Я пошёл! – кивнул я, и быстро побежал к нужному месту. За спиной я услышал сокрушенный вздох Волка и пару крепких словечек.

Я сразу же отдалился от них, набирая скорость, чтобы выиграть время. Как только достаточно оторвался, то призвал двадцать два орла. У них задача простая. Видишь противника – убей его с одного налета. Они не все стояли на поляне, а заняли позиции в лесу, и сейчас держат периметр, но с той стороны, с которой думают, что мы придем.

За орлами пошли волки, и даже тройка каменных медведей.

И самое главное, что я придумал, так это оставил Затупка дома, чтобы он ничего не натупил в самый неподходящий момент, взяв с собой Кару и Цербера.

Ну, что же… Охота начинается! Нам всегда нужны трофеи. А еще немного веселья!

Глава 3

Лазарет Центра Истребителей монстров

город Иркутск

Хельге давно не было так стыдно. Честно говоря, в её жизни почти никогда не было места стыду. Во-первых, из-за правильного воспитания, в результате чего девушка вела себя исключительно согласно строгим заветам Рода и отца. Ну, а во-вторых, испытывать стыд принцессе Северного Королевства – вы серьёзно? Да, это несколько отдавало высокомерием и снобизмом, но тем не менее, как говорил отец, лишняя рефлексия не способствует становлению воина. Начинаешь сомневаться в себе – жди беды. А стыд – это в какой-то мере тоже самое сомнение в себе или своих поступках.

Однако то, что случилось сейчас, заставило испытывать принцессу прямо-таки дикий стыд. Она понимала в глубине души, что её вины в произошедшем нет. Маршрут самолёта был проложен после тщательного изучения, и эти две иномирные твари, попавшиеся на их пути, выглядели, как досадная случайность. Ну, для всех, кроме её отца и его Службы Безопасности. Но это совсем другая история. Прожив долгую жизнь, полную опасностей, отец ничего и ничего не оставлял на волю случайности. И если в появлении летающих тварей виноват кто-то из ныне существующих людей, король Северного Королевства обязательно до этого докопается.

Поднятый на уши иркутский Центр не добавлял девушке спокойствия. Двенадцать групп пошли в Эпицентр на её поиски. Среди них были потери. Да, все они не дошли до центра, некоторые даже не вошли в Разлом. Но погибли два человека, пятеро были ранены в результате нападения диких тварей. А ещё одна группа еле унесла ноги, когда наткнулась на неожиданную миграцию «диких» людей, которые каким-то образом умудрялись жить на территории Эпицентра. Жить годами, а то и десятилетиями. Каким образом они взаимодействовали с тварями – оставалось загадкой для всего остального человечества. Но абсолютно не было загадкой их отношение к людям и Истребителям. Как правило, их стычки заканчивались гибелью. Да, в большинстве своём гибли Истребители.

Вот и сейчас четверо раненых и оставленный бронетранспортёр – можно сказать, что группе повезло. Всё это рассказал Андрей Андросов, который лично занялся восстановлением её разума и тела. Странная ситуация – в лазарете Центра находились хорошие Одарённые-лекари, которые несмотря на их снобизм, такой характерный для врачей, без разговоров уступили королеву юному княжичу, признав его превосходство.

А еще девушка была смущена своей неожиданной реакцией, направленной на её спасителя. Да, Александр повел себя, как герой, совершив невероятный поступок. Кроме этого, он вынес Олафа и Юргена с их оружием, даже захватил тела пилотов. Очень достойный поступок!

Но вот стоило ли ей рыдать у него на плече? Хельга каждый раз заливалась краской, вспоминая об этом моменте. Ей было стыдно за свое поведение, но… эти сильные руки и голос, что успокаивал её, давая чувство защищенности и уверенности.

Она разговаривала со своей мамой, и та озаботилась подарком юному Андросову. Какой всё-таки маленький мир. Её мать – могущественная Снежная Королева была обязана отцу Андросова. Теперь же её дочь лечит сын Андросова.

С телом у Хельги всё было в порядке. А вот с Разумом… Именно поэтому, проконсультировавшись с отцом, Андрей оставил девушку на три дня в коме, дав перевозбуждённому разуму успокоиться.

Он почувствовал и, примерно, воссоздал картину произошедшего. И у него было всего два вопроса. Точнее – одна благодарность и один вопрос. Благодарность адресовалась Вселенной за то, что девушка выдержала это испытание. А вопрос заключался – как, чёрт побери, Галактионов, мало того, что это пережил, так ещё, судя по всему, справился с первопричиной этого тяжелого состояния?! То, что он справился, свидетельствовал его же отчёт о закрытии чёрного Разлома. Да, на нём всё ещё висел статус проверки, не позволяющий добавить репутацию Истребителю. Но кажется, этот временный статус в данном случае будет перманентным. Трудно представить, что кто-то из инспекторов пойдёт проверять ТУДА.

Король Ульрих одновременно испытывал чувства ярости и благодарности. Ярости к чуть было не произошедшей трагедии, и благодарности к барону Галактионову. Он серьёзно рассматривал возможность прилететь в Иркутск и поблагодарить героя лично, но дела королевства этому не способствовали. Поэтому в Иркутск отправилась Снежная Королева, которая вот уже два дня не может согласиться с Александром о встрече.

Но у молодого барона был всё это время тупо отключён телефон. Его секретарь вежливо говорит, что «как только, так сразу», а его помощница виртуально разводит руками, так же говоря, что ничем не может помочь. И, не привыкшая к такому, Королева злилась. Её совсем не успокаивали слова Андросова-младшего, что в случае с Галактионовым – это нормально. Ещё больше её злила фраза, сказанная с целью развеселить, но произвёдшая абсолютно противоположный эффект, что «Лучший способ встретиться с Галактионовым – это устроить какую-нибудь эпическую зарубу, и он тут же появится сам». Это, кстати, было мнение не только Андрея, а всех Истов Центра.

Через день Хельгу официально выписывали. Снежная Королева была полна решимости сесть в машину, и без звонка и предупреждений явиться в Галактионовку. Уж если она решила кого-то отблагодарить, то она это непременно сделает. Хочет этого вторая сторона или нет.

* * *

Некоторые спросили бы меня – зачем мне нужна гвардия, если я ношу внутри себя силу намного более смертоносную. Ну, тут есть нюансы.

Иномирные твари, которых я сейчас материализовал, отлично проявляют себя в Разломах против других тварей. Это происходит из-за того, что противостоящие мне противники хоть сильные и злобные, но, как правило, тупые.

Прожив долгую жизнь и повидав на своём веку огромное количество чудовищ, я встретил всего несколько из них, что были умнее среднестатистического человека. В «среднем же по палате», чудовища с разгромным счётом уступали человечеству, которое в своём доме, на матушке Земле, вне Разломов с удовольствием использовало смертоносные игрушки развитой цивилизации.

Моих тварей встретил шквальный огонь. Успеха им удалось добиться только с первыми караульными, рассеянными по периметру в лесу. Стоило одному из них поднять тревогу, как вся группа врагов, до этого находящихся в состоянии сжатой пружины, распрямилась и начала чётко отрабатывать приказы командиров.

Похоже, в этот раз Алмазный прислал ребят посерьезнее. Либо же, в отличие от первой группы, нынешние меня немножко зауважали. С одной стороны, уважение – это хорошо. А вот с другой – я бы предпочитал расправиться с ними без лишних потерь.

Взрывы гранат, всполохи огня, крики и вопли перемешались. Гвардейцы Доброхотова оставили позиции около бесполезных сейчас орудий, укрывшись за бронёй бронетранспортёров, что использовались в том числе и в качестве тягачей. БТРы развернули орудия и открыли огонь по моим тварям. Судя по тому, как разлетелся в клочья один из пещерных медведей, буквально перед этим выдержавший половину очереди, снаряды в ленте были разбавлены антимагическими боеприпасами. Предусмотрительно и неприятно, да. Неприятно для меня.

Ожидаемо, лучше всего сработали птицы. Их резкое пике из темноты достигло результата. Удар клюва иномирного орла пробивал пехотный шлем как картон. Головы гвардейцев взрывались как спелые арбузы. Вот только их товарищи не зевали. Из двадцати птиц, на второй заход удалось пойти только восьмерым. Ещё минус восемь вражеских солдат после второго пике и воздушной армии у меня не осталось.

Вот пал последний пещерный медведь, забравший с собой одного и покалечив второго бойца. И Шнырька мне показал, что обе группы моих бойцов уже вышли на позицию.

Я быстро окинул взглядом поле боя, размышляя – призвать ещё зверей или посмотреть на работу своих бойцов. Отметив, что мои твари поработали неплохо. Треть врагов была убита. Ещё часть ранены, некоторые критически. Поэтому я всё-таки решил дать шанс своим бойцам. Тем более, что враги были в замешательстве. Нет, паники и растерянности среди них не было, что подтверждало моё мнение о том, что нам противостоят хорошие бойцы. Но всё-таки наша атака стала для них большим сюрпризом – очень неприятным сюрпризом.

– Группа «Альфа» на позиции. Группа «Виски» на позиции, – раздался у меня в гарнитуре доклад командиров группы.

– Работаем! – тут же раздался голос Волка.

И парни начали «работать».

Я стоял неподалёку. Мне не нужно было подходить близко, у меня есть Шнырька.

Я уже почти было скривился от действий моих гвардейцев, ведь они открыли огонь… конечно, очень точный и смертоносный огонь, но совсем не по тем целям, по которым нужно было. За броневиками скрывалась пятёрка сильных Одарённых, которые и положили почти всё моё монструозное войска. И именно с них надо было начать…

Упс! Сорян, парни…

Один из Одарённых, за которым я сейчас наблюдал, схватился за шею, из которой уже торчал знакомый зеленоватый кинжал. Похоже, Паша Ким прислушался к моим рекомендациям, потому что за долю секунды на моих глазах чёрное пятно яда вместе с кровью распространилось в голове Одарённого. Вся кожа почернела, глаза лопнули, со страшным хрипом Одарённый помер от сильнейшего яда. Очень неприятно помер.

А вот и одна за другой полетели сюрикены русского самурая Такеши. Эти звёздочки он притащил с собой, и они тоже были непростые. Да, противники у него тоже сегодня были достойные, поэтому одной, даже двух не хватило, чтобы пробить доспех. Но я был свидетелем, как он за секунду совершает с двух рук шесть бросков. И именно так получилось и сейчас. Из шести звёзд две достигли цели, «уронив» ещё одного Одарённого.

А потом из ниоткуда возник всклокоченный Призрак с неестественно горящими в темноте глазами. Шнырька работал ещё и в качестве микрофона, поэтому до меня долетело радостное «Сюрприз!!!», с которым мой неадекватный боец насадил одного за другим, как бабочку на иголку, двух сильных Одарённых.

Последний успел среагировать, бросив в него огненную технику. Вот только Призрак со зловещим хохотом ушёл из нашего мира, а огненный шар врубился в борт стоящего рядом БТРа, снеся у того башню. Ни хрена себе сила! Да он сам как чёртова пушка! Но эта «пушка» смогла произвести только один выстрел.

Из тени, не так эффектно, как призрак, возник Ким, в руках у которого было ещё два ножа. Голова Одарённого неестественно откинулась назад, когда его горло одним движением слева направо было перерезано. Ну а дальше уже виденная мной картинка – почерневшая кожа, лопнувшие глаза.

Вот так, за несколько секунд, враги остались без своих командиров. И вот тут-то они всё-таки поддались панике. Но, с другой стороны, я их прекрасно понимаю.

Точные выстрелы невидимых снайперов выбивают твоих товарищей слева и справа. Скупые расчётливые очереди винтовок косят других. Непонятное расплывчатое пятно со зловещим смехом возникает тут и там. И твои боевые товарищи падают, разрубленные практически надвое. И посреди всей этой катавасии откуда-то с неба раздаётся тонкий, но очень восторженный писк, от которого почему-то кровь стынет в жилах.

– Ш-ш-ш-шабакам ш-ш-ш-шабаш-ш-шья ш-ш-шмерть!!!!

Командир первой обнаруженной группы оказался парнем не очень смелым, но с очень здоровым чувством самосохранения. Видимо, получивший оповещение от умирающих товарищей основной ударной группы, он побросал пушки и миномёты и прямо сейчас, не мало не скрываясь, улепётывал прочь.

Это мне всё показал Шнырька. Я нажал на клавишу передатчика.

– Волк, это Сандр.

Да-да, я взял себе позывной «Сандр», поддавшись романтике войны, привнесённой Волком, ведь произносить «Александр Галактионов» по рации долго. Походу, все решили, что это сокращение моего имени. Но мне-то отзываться на это очень привычно.

– Там кое-кто свалить решил, – я «переключил» Шнырьку на него, и Волк тихо ругнулся.

– Работаем! – буркнул он. – Разреши поднять «Буревестник» в воздух.

– Разрешаю, – кивнул я, понимая, что иначе мы их не догоним.

Неподалёку раздался гул и над поляной пронёсся один из моих «Буревестников», как раз с гулом забирая колёса внутрь и выводя наружу пилоны с ракетами.

– Ты там поаккуратнее, – не удержался я, чем вызвал весёлый смех у Волка.

– Повредим только то, что необходимо повредить, – засмеялся я.

– Ну да, я так и думал.

Волк «Плюшкин» ещё похуже чем я. И если есть хоть один шанс захватить вражескую технику, то он этим воспользуется.

Я вышел на поляну, которая сейчас была ярко освещена горящим БТРом, попавшим под дружественный огонь. И ещё несколько костров поменьше были раскиданы по округе, что являлись результатами применения техник, либо взрывов гранат.

Мои гвардейцы уже стояли по периметру. Лицо, оснащённое прибором инфракрасного видения, дёрнулось в мою сторону. Рука на винтовке на полсекунды напряглась и тут же расслабилась. Гвардеец опознал меня, коротко кивнул и продолжил наблюдение.

Я пошёл дальше, пытаясь разобраться, кто здесь командиры групп. Все мои ребята выглядели как какие-то персонажи из фантастических книг. Последнее специальное снаряжение и оружие на лицах – спецшлемы с навесными приборами инфракрасного наведения. Для меня все они были на одно лицо. Отличалась лишь тройка ассассинов. Ну и Призрак, который задумчиво сидел на корточках около какого-то трупа, и рылся у него в кармане.

Я заинтересовался и подошёл ближе. На моих глазах этот странный чувак вытащил курительную трубку с каким-то табаком, уселся на землю и деловито начал её набивать.

– А как ты узнал? – заинтересовался я, ведь я видел, что он не шмонал всех подряд, а целенаправленно подошёл к этому бойцу.

– По запаху, – улыбнулся он, достав зажигалку, и глубоко затянулся, блаженно прикрыв глаза. Выпустив дым, он протянул мне. – Будешь?

– Курение вредит вашему здоровью, – автоматически сказал я.

Конечно же, я не поверил про его уникальный нюх. Хотя этот человек полон сюрпризов.

Оставив кайфующего бойца, я пошёл осмотреть трофеи.

– Отличная арта! – хлопнул по стволу одной из шести пушек гвардеец и откинул забрало.

Я опознал под ним улыбающееся лицо Игоря Харченко – командира группы «Альфа».

– Имперская разработка, последняя модификация. Кажется, им ещё и двух лет нету. Не все регулярные подразделения имперской армии ими еще оборудованы, а тут гляди-ка, – одобрительно сказал он.

– Хорошая штука? – хмыкнул я, даже не пытаясь показаться знатоком.

– Отличная! – сказал он. – И боеприпасов хватит, чтобы устроить маленькую победоносную войну, – улыбнулся Игорь. – Обрати внимание, командир, – он кивнул на отдельно лежащие возле каждой пушки ящики, которые, в отличие от обычных деревянных, были сделаны из металла, причём не простого металла. – Антимагические снаряды. Дорогая штука!

– Эффективные? – тут уж меня действительно обуяло любопытство.

– Ну, скажем так, один такой снаряд при прямом попадания «Буревестник» выдержит. А вот если бы его накрыл совместный залп всей батареи, – он сокрушённо покачал головой. – Тогда могли бы возникнуть проблемы, – он тут же улыбнулся, – Хотя попасть в «Буревестник» – так ещё задача!

– Это да.

Я услышал далёкие взрывы ракет и тут же раздался голос Волка:

– Остатки врага ликвидированы. Собираем трофеи и выдвигаемся на базу.

– Принято, – хмыкнул я и огляделся. – Ну что же, давайте поступим так же, как дядя Волк. Соберём трофеи и отправимся на базу.

Замок Годдартов, подвал

г. Кёнигсберг

Прусское Княжество

Генри Годдарт скривился от слишком пронзительного крика, что издал его братец. Неплохой Одарённый, он был слишком умным и слишком жадным, чтобы не попытаться. А ещё слишком завистливым. Отец не зря оставил Род на Генри, а не отдал его Фрицу. Он знал, что у своего среднего сына разума сильно больше, чем у старшего и младшего. Причём старший Герман просто улетел на другой континент заниматься своими делами, а вот младший не смог простить возвышения Генри, хоть и являлся долгое время фактически правой рукой. Но сейчас он перешёл все границы.

Генри был готов даже простить его развлечения со своей супругой, ведь братьев у него всего двое, а жён может быть сколько угодно. Но он не мог ему простить то, что уже некоторое время он фильтровал информацию в угоду своей любовницы – этой шлюхе Аманде, к которой, надо признать, Генри испытывал достаточно тёплые чувства. Это был главный косяк Фрица. Он предпочёл главе своего Рода эту распутную дрянь.

Генри даже был готов простить и, надо сказать, прощал периодическое воровство из бюджета Рода, эти жалкие копейки его непутёвый братец тратил на свои извращённые развлечения. Бог с ним, оно не критично. Преданность – это единственное, что требовал Генри от своего младшего брата. И тут он не справился…

Очередной вопль с виду невредимого человека, прикованного к стулу, потряс подвал для пыток. Напротив него сидел сухенький китаец, по виду запредельного возраста. Его лицо напоминало мятый пергамент. Узких глаз практически не было видно. Была видна лишь довольная ухмылка его тонких губ. Мастер Ляо был экспертом по добыче информации. Ему не нужно было даже дотрагиваться до своего «пациента». Он всё делал дистанционно, воздействуя на нервные окончания жертвы. Он очень хорошо знал и, более того, любил своё дело.

Вот и сейчас он виртуозно играл на нервных окончаниях Фрица, как виртуоз на музыкальном инструменте, касаясь нужных клавиш или струны в нужное время, чтобы получилась прекрасная симфония. В данном случае – симфония боли.

– Пощади! – заорал Фриц. – Ты же брат мне! Я тебе всё рассказал! Я отдал тебе все данные! У меня больше ничего нет! Ничего!!!

– Я это знаю, – кивнул Годдарт.

И он это действительно знал, ведь рядом с мастером Ляо сидел молодой паренёк с безумным взглядом – его дальний родственник с интересным даром, который он взял к себе на службу, такой себе своеобразный «детектор лжи», который практически со стопроцентной вероятностью определить, говорит человек правду или врёт.

Генри получил всё, что он хотел. Собственно, сейчас та боль, которую испытывал его старший брат – это было своеобразным наказанием. Он пока не хотел его убивать, ведь этот убогий прав – он его родная кровь и брат. Опять же, что делать с Амандой – он ещё не решил. Пока что она не знает о том, что её сообщник во всём признался. И Генри, будучи очень прагматичным человеком, при этом очень амбициозным, мог понять её действия. Она тоже таким образом пыталась бороться – бороться за их сына. Амбициозная женщина, но, чёрт побери, какая же она шлюха!

– Ляо, надави побольше. И смотри, чтобы не сдох. Но этот козёл должен ответить. И если можно, Мастер, – широко улыбнулся Генри, – направь всё своё умение этому кобелю куда-нибудь между ног.

Глава 4

Имперская Канцелярия

г. Санкт-Петербург

– Присаживайтесь, господа, – устало сказал пожилой мужчина.

Коротко кивнув, князь Потёмкин и герцог Хрулев последовали указанию старшего, усевшись за огромный стол.

Кроме канцлера – светлейшего князя Михаила Федоровича Румянцева, в просторном кабинете больше никого не было, и это было странно.

– Что ж вы, Иван Геннадьевич, голубчик, не сдюжили доклад в одно лицо-то сделать? – криво усмехнулся канцлер, косо глядя на Хрулева.

Начальник Иркутского Центра и глазом не моргнул, не ладились у него отношения со светлейшим князем. Василий Петрович относился к этой ситуации флегматично, полагая, что с канцлером ему точно детей не крестить, а вот Румянцев… Ну, это его личное дело.

– Дело в том, Михаил Фёдорович, что Галактионов – прямой подчиненный герцога.

– Никакой он не подчиненный, – устало вздохнул старый Ист. – И никогда им не был. Он вольный Ист. Я вам сто раз уже говорил.

Канцлер бросил быстрый недовольный взгляд в сторону Хрулева, и тут же повернулся к Потемкину.

– Продолжайте, князь. Пожалуйста…

– Да-да, Михаил Фёдорович! – Потёмкин также одарил герцога неприязненным взглядом, совсем того не впечатлившим. – Итак, Истребитель второго класса барон…

– Уже второго? – не сдержал своего удивления канцлер. – В деле, что вы мне переслали, было указано, что он 2-го класса!

– А в базе не судьба посмотреть? – тихо хмыкнул Хрулев, заслужив еще два пронзительных взгляда.

– Извините, моя недоработка, не углядел! – тут же «прогнулся» князь. – Так вот, барон Галактионов…

Дальше следовал краткий пересказ деяний барона Галактионова за последнее время. Хрулев глубоко вздохнул и слегка прикрыл глаза. Он всё это знал, ведь именно его люди готовили отчет, что они привезли с собой, а не тот, что неделю назад получил канцлер.

– Как же вы, голубчик, не углядели и послали Галактионова в Сенегал? Он же был уставшим, да и его сил было явно недостаточно? – светлейший князь ласково посмотрел на Потёмкина, как на бестолковое дитя.

– Но… – оторопел Потёмкин. – Вы же сами сказали…

– Ма-а-а-алчать!!! – внезапно побагровел канцлер, и стукнул кулаком по столу. – Удивительная некомпетентность! Пожалуй, я пересмотрю причины этого международного инцидента, и вашу роль в его возникновении!

Хрулев уже «проснулся», еще до громких криков канцлера, сразу после странной реакции Потёмкина и внимательно переводил взгляд своих умных глаз с одного на другого.

– Это полное досье?! – канцлер немного успокоился и потряс свежепринесенной папкой.

– Так точно, Михаил Фёдорович! По моему приказу герцог Хрулев собрал всю интересующую информацию по потенциальному Абсолюту Галактионову.

– Что скажете, Василий Петрович? – обратился канцлер к старому Исту. – Это так? Он действительно может стать Абсолютом?

Хрулев молча смотрел на, фактически, второго человека в Империи и добродушно улыбался. В глазах у него не было не то, что страха, даже напряжения не было.

– Ну, определенный шанс есть, – кивнул он, после раздумья. – И составляет он пятьдесят процентов, или станет или нет!

Короткий смешок в бороду, которым завершился этот ответ заставил канцлера слегка побагроветь от гнева.

– Князь, оставьте нас вдвоем! – внезапно обратился канцлер к Потёмкину, даже не поворачиваясь к нему, а продолжая пристально смотреть на герцога. Тот тоже не отводил взгляда, продолжая добродушно улыбаться.

– Да, конечно! – Потёмкин подхватился и быстро выкатился из кабинета.

– Чего ты добиваешься, Петрович? – со вздохом осведомился канцлер.

Эта безобидная фраза, однако, вывела старого герцога из себя.

– Какой я тебе «Петрович»?! Ты потерял право называть меня так, когда… – тут он запнулся и горестно махнул рукой. – А, о чём с тобой говорить? Можно я просто вернусь в Иркутск и мы снова заживем спокойно, занимаясь своими делами, далеко друг от друга?

– Это была не моя инициатива выдергивать тебя в Питер.

– Я знаю, – кивнул герцог. – Но, так совпало, что у меня тут образовались дела. Вот и совместил неприятное с полезным. Я могу идти?

– Не передумал? – нахмурился канцлер.

– Нет! И сколько бы ты меня не спрашивал – мой ответ всё еще будет «нет»!

– Свободен! – махнул канцлер, откидываясь на спинку кресла.

Отдав шуточный салют, старый Ист вышел из кабинета.

– Ты всё слышал? – задал канцлер вопрос в воздух.

Неприметная дверь позади него бесшумно растворилась и в кабинет из скрытой ниши проскользнул молодой человек.

– Да, слышал!

– Ты видишь, к чему привела твоя некомпетентность? Я когда говорил тебе устранить Галактионова?

– Но Михаил Фёдорович, вы же прекрасно знаете все нюансы…

– Знаю! – прервал молодого канцлер. – И это бесит меня еще больше!

– Дядя Миша, – осторожно начал молодой. – Вы же второй человек в Империи, почему бы вам просто не использовать силовой ресурс Империи?

– Алёша, ты дурак? – усмехнулся канцлер. – Вот вроде Вселенная силушкой не обделила, а ума не доложила. Именно поэтому я второй человек в Империи, потому что знаю, что никогда нельзя смешивать дела государственные с личными!

– Извини, дядя, – понуро склонился Алексей.

– Лети в Иркутск и разберись окончательно. Сам. Лично. И чтобы быстро! Вот, почитай, – он бросил толстую папку с личным делом Галактионова. – Времени у тебя не так много. Если Император узнает, что Род Галактионовых возрождается, то… будет очень плохо. В первую очередь тебе! Это понятно?!

– Да, Михаил Фёдорович!

Канцлер кивнул.

– И еще. Хрулев. Задолбал меня старый хрыч. Разберись. Но чтобы без сучка и задоринки!

* * *

Вот что за люди? Я был без связи всего пару дней, а уже всем нужен. Многие за это время пытались связаться со мной через Анну, словно, раз я глава Рода, то у меня не может быть своих дел. Но дел у меня было очень много…

Вот сейчас мы буксируем новенькую артиллерию, и под нее у меня просто космически грандиозные планы. Правда, эти планы требуют дополнительных расходов.

Впрочем, все расходы себя окупят, и даже принесут неплохую прибыль. Ведь защита своего дома – это та вещь, на которую я не собираюсь жалеть денег.

– Волк, дальше без меня, – дал ему команду по рации, которую мне впарили для удобства.

– Понял! Если что, наберу! – ответил он мне.

Работы у них было много, но до утра должны вроде управиться. На повторное нападение я не рассчитывал, а если и будет, то товарищ Шнырька присмотрит за ними. У него задача, если что, посодействовать Волчаре, и доложить сразу мне.

Если уже нарисуются проблемы, то я буду действовать максимально быстро и жестко, а именно – отправлю к ним сержанта Затупка.

Прибыв домой, весь грязный, я сперва отправился в душ, и лишь только потом спустился к заспанной Анне, которая сидела возле камина с кофе в руках и старалась опять не уснуть.

– Как все прошло? – спросила она у меня с любопытством.

– Довольно неплохо, потерь нет, – начал с главного, присев напротив нее. – Трофеи тоже хорошие, но вот людей в Игнатовке здорово напугали. Мне это совсем не нравится…

От этих мыслей мои кулаки сами по себе сжались, и из меня вышла легкая аура гнева.

Не люблю я такое… Выходит, что я обязан даровать им безопасность и спокойствие, а у меня это не очень выходит. Понятно, что люди в этом мире привыкли к такому, и никто здесь не застрахован. Тут скорее работает правило «адекватного возмездия». Если у сильного Рода уничтожат десяток деревень, то это норма. Но вот как он отомстит, это будет его личным делом. Я вот не хочу мстить за погибших, но и держать гвардию в каждой деревне тоже возможности нет. Наверное, в этом мире ни у кого такой возможности нет. Разве что у рода всего три деревни.

Хотя, о чем это я? Они же напали именно на деревню, а не на имение. Уроды… Я не кровожадный но я рад, что они все сдохли.

Ну ладно… Я кое что придумал, специально для таких случаев.

– Я выполнила твою просьбу, и уже завтра сюда прибудет бригада строителей, – сообщила мне девушка. – Расскажешь, что ты придумал?

Ох, а какое любопытство горит у нее в глазах.

– Мы немного перестроим наш дом, и сделаем из нашего него укрепленный замок, – рассказал, что мог.

– Информативно, – хмыкнула, с улыбкой на лице, Анна.

– Как получается… – пожал я плечами, и вдруг притянул ее к себе поближе и обнял.

– Ладно уговорил, завтра сама все увижу, – прижалась она ко мне.

Так мы просидели минут тридцать, за которые девушка говорила, а я молчал и слушал. Денег у нас не так много осталось, а дел вообще вагон и сто одна тележка, которые, как маленькие детки, тянутся за папой-вагоном, и ни на миг не отстают.

Нужно сперва решить вопросы с Андросовым, а потом уже с Хельгой и ее семейством. Они что-то хотят от меня, но я пока ничего не понял. Вероятно, хотят поблагодарить за спасение.

Утром я узнал… Мне лично позвонил ее отец, и самое интересное, как он смог дозвониться на мой выключенный телефон.

Просто утром, когда я еще спал, меня разбудил Волк и сказал, что к дому направляется военная машина. Он еще что-то уточнял, но я не понял. Понял лишь одно, что машина была последней модели, но не наша, а иностранная. Из нее вышел здоровенный мужчина северной наружности и постучал в дверь.

Ему открыли, и он попросил передать мне телефон. Как только я взял его в руки у себя в спальне, как пришел вызов.

Суровый у нее отец, ничего не скажешь. Вроде благодарит, а такое ощущение, что сражается. Конечно, я не я, если бы проиграл в такой битве, и держался молодцом. Он пару раз что-то пытался мне сказать, повысив при этом голос, но ничего у него не получилось.

В самом конце разговора он в приказном порядке попросил у меня совета, мол, как он может меня отблагодарить, чтобы это не задело моей чести, и в тоже время смотрелось относительно прилично в лицах остальной знати.

Я уже примерно знал, кто ее отец, хотя он и словом мне не намекнул.

И тут я предстал перед выбором. Как мне поступить? Мне то ничего не нужно, но он так это у меня спрашивает, делая это в приказном тоне. Думаю, что легкая встряска эмоций ему не повредит.

– Я бы не отказался от двух зенитных орудий – «Глас Иерихона» девятого поколения, в модификации на артефактной основе, которые работают только от операторов, уровня не ниже учитель, и подпитка происходит только классом желеек не ниже «желтого».

Мужик поперхнулся.

– Вы там что сбивать собираетесь? Боевые дирижабли класса «Уничтожитель»? – но быстро взял себя в руки. – Благодарю за совет! – и закончил наш разговор.

Сандр и неизвестный мужик, который является отцом Хельги – 1: 0.

Хотел произвести на меня впечатление, вот и удачи! А то сияет он своим пафосом, видите ли…

Весь прикол в том, что я сам об этой вещи узнал чисто случайно и то, когда читал последние новости. Мол, Императорский дворец в этом году установил себе такие модели, и это вызвало фурор. Ведь они производились только на святой земле, которая является духовной родиной Анны. Там такая очередь на них… Впрочем, нафиг та очередь, там цена нехилая, да и не каждому государству или компании, а тем более Роду, они их продадут. Ноу-хау в мире технологий!

Хотя, несмотря на все плюсы, мало, кто может их потянуть. Простые модели на низкой энергии не отличаются от тех моделей, что есть уже на вооружении. Ну, разве что высокой ценой, а вот те, что я попросил, требуют колоссальных затрат в желейках.

Скажем так, чтобы заполнить полный боекомплект одного такого орудия, нужно хренова туча дорогущих желеек.

Вообщем, я весь такой довольный собой, пошел заниматься важными делами. Ну да, пошел принимать пищу, но разве это неважно? Все в жизни важно, если приносит тебе удовольствие.

В обед ко мне приехали строители, и мой дом снова стал безопасным, а кошелек потерял немного в весе.

– Вы уверены, что хотите именно этого? – наверное, в десятый раз, переспросил меня главный прораб от подрядчика.

– Уверен…

– Но вы же понимаете, что это глупо и малоэффективно? Я сомневаюсь, что эти башни могут пригодиться.

– Уверен! – вздыхаю, и в одиннадцатый раз отвечаю ему.

– Тогда у меня больше нет вопросов, – появилась улыбка на его лице, и он потер руки. – Смету сейчас подобью, и мы готовы приступать через… – он задумался, а затем дернул рукой, чтобы оголилось место с часами. – Тридцать восемь минут, и мы у вас со всем нужным.

– Быстро, однако, работаете… – вроде только получили заказ, и уже почти сразу приступают к делу.

Виконт Смородин лишь довольно улыбнулся на мою похвалу.

– На то мы и лучшие.

И с этого момента началась работа по-полной. Как я ненавидел себя за это все. Дело в том, что идея была полностью моей, и мне же приходилось следить за ее исполнением, чтобы они, не дай бог, не накосячили.

К работе были привлечены все, даже Волк. У него была важная миссия, которую он выполнил, надеюсь, как полагается. Бедняга сменил свой меч и винтовку на линейку-рулетку, и бегал…бегал…бегал… По сто раз все измерял.

А строители, кажется, теперь думают, что Галактионов тот еще пафосный малец. Вот только подумать, зачем ему двенадцать башен и башенок с местом для приема гостей? Ладно, если бы одну большую, но двенадцать маленьких… И еще с личным винным подвалом в каждой. С разными входами и помещениями для жилья, в которых будут жить слуги, обслуживающие все это.

– Может хоть купол сделаем, а не навес из брезента? Оно же смотрится просто ужасно… – взмолился на меня прораб. – Вы поймите, моя душа просто стонет от такого обращения.

– Всегда хотел открытую башню, а брезент летом снимем, и мы сможем проводить приемы на свежем воздухе.

Лицо прораба скривилось, и он закатил глаза, но спорить больше не стал.

Сейчас постройка смотрелась очень странно и муторно… Как необычное желание богатенького аристократа. Есть у них такая фишка – создавать всякую глупость, чтобы удивлять других. Но ведь так и должно все смотреться.

Все строительство заняло в сумме три дня, за которые я, по правде, не включал телефон, чтобы не отвлекаться. А зачем?

Когда последний кирпичик был выложен, и последняя сложная магема для усиления наложена, меня попросили оплатить всю работу.

Пол миллиона… Мой хомяк повесился, а Анна лишь тяжело вздохнула.

– Надеюсь, оно того будет стоить, – обнимая меня со спины и глядя на эти причудливые башенки, вздохнула она.

– С каких это пор, моя дорогая Анна, ты стала во мне сомневаться? – окинул ее довольным взглядом.

Мне нравилось, что мою задумку так никто и не понял. Лишь Волк был в курсе всего, ну и Шнырька, который следил, чтобы работяги ничего лишнего не сделали, и заодно не всунули никуда свой нос. Когда они строили очередное странное помещение, мне приходилось делать избалованное лицо и говорить что-то, типа – «а вот здесь будет жить мой фикус».

Они были привыкшие уже к такому.

После отъезда работяг я наконец-то смог пару часов отдохнуть в тишине, а не следить за всеми. Вот только отдых нам снится…

– Открывай! – скомандовал я альфе-голему.

И он открыл.

– При-и-и-и-и-и-нимай детей… – услышал я слова в своей голове.

Спустившись в подвал, я уперся в выстроенных в ряд шестерых маленьких големов. Еще до начала строительства я попросил провести с ними разговор, и обучить их по полной. Он был рад, что дети будут при деле и будут получать энергию. Есть у големов такая фишка, что им нравится быть занятыми делами, но такими, при которых ничего делать не нужно.

Камни, блин…

Я сграбастал в тачку всех шестерых и потащил их за собой.

Дальше оставалось выбрать нужные мне башни, и поместить в каждую по голему.

Прикольно, что когда я оставлял мелкого на башне и говорил, что это его дом, он сразу принимался за работу, и светясь от радости. Я подключал их к источнику, и щедро делился энергией. На третьем таком големе мое кольцо потеряло один ранг. А когда закончил работать с последним, то кольцо имело красный цвет, хорошо не как у новобранцев. Зараза… Теперь придется идти и все исправлять. Но, пожалуй, это будет уже не сегодня, и даже не завтра.

Настолько щедро я сейчас поделился своей энергией, что теперь мое тело трясет от истощения, а от голода кружится голова.

Зато големы начали поглощение башни, и теперь они одно целое с ней.

Пройдет некоторое время, и големы станут этими самыми башнями. Здорово я придумал… В самом крайнем случае, эти башни сами могут напасть на врага, вот он удивится.

Хотя до уровня моей главной двери им далеко. Они еще довольно хрупкие и вряд ли смогут легко трансформироваться. Но я и не спешу, все это задел на будущее.

– Должна признаться, это выглядит многообещающим, – оценила Анна изменения с башнями. – Смотри, они сами на себя наносят украшения.

Девушки, что с них взять. То, что у нас теперь шесть живых башен, для нее не особо важно. А вот то, что они сами стали себя украшать, очень даже.

– Это еще не все… – таинственно произнес я ей прямо в ухо.

– Знаешь, я уже боюсь того, что может быть дальше.

– Не бойся… – я сам боюсь, хотел сказать, но сдержался. – Волчара! НАЧАТЬ ОПЕРАЦИЮ – ЗУБЫ!

Дааа… с придумыванием названий у меня так себе дела состоят. Я еще даже Церберу кличку не выбрал.

Стоило мне отдать команду, как все началось. Я прикидывал, как это будет выглядеть, но даже я не рассчитывал такого размаха.

Из гаражей стали выезжать машины с бойцами Рода, снаряженные в полную боевую экипировку. Весь этот транспорт, с громким гулом, стал разъезжаться во все стороны. В этой операции, наверное, было задействовано все и вся. Не видно было только Буревестников, но это только в первое время.

– Мы что, едем на войну? – слегка обескураженно спросила Анна.

– Да нет, – отмахнулся я. – На войну я и сам могу сходить. Мы тут проводим свою операцию.

Поток машин не останавливался, а когда все же они разъехались, то послышался новый гул, да еще какой.

К нам подлетели три Буревестника, которые тащили на стальных тросах три новенькие имперские артиллерийские пушки.

– Вот значит, что ты задумал, Галактионов… – с открытым ртом, от увиденого или от удивления, произнесла Анна.

– Ну да, ты же у нас умная, слишком быстро догадалась.

– С тобой я не ощущаю себя умной. Ты ломаешь всю логику и правила.

Хотя тросы были стальными, но пушки весили, ой, как нехило, и те, в свою очередь, скрипели и стонали. А машинкам тоже было нелегко. По-хорошему, стоило нанять спецтехнику, но ведь тогда это все перестанет быть сюрпризом. С горем и матами, но пушки были установлены в свои башни, и Буревестники полетели за новыми.

Всего поставили их шесть, а в будущем должно стать больше. После установки и закрепления бойцы натянули купольные брезенты, а я еще добавил легкой иллюзии, которая должна все это чудо скрывать.

В это самое время все подъезды к моему имению контролировались гвардией. Непрошеный гость не проедет и не увидит лишнего.

А через несколько дней или неделю големы закончат поглощение башни, и начнут наращивание уже каменного купола, который по нужде будет разъезжаться в стороны, оголяя эти пушки.

Я прикинул, что раз любой может приехать и выстрелить по особняку, то пусть и особняк сможет в ответ выстрелить.

Никто даже не узнает о них, если все сделать грамотно. Шнырька любого разведчика обнаружит, и мы его ликвидируем, а затем шмальнем. Пусть тогда гадают, что случилось, и кто это сделал.

Хотя пушки и были установлены, но это лишь капля в море. Сейчас мы присматривали за гвардейцами, которые таскали в эти самые башни тяжелые ящики со снарядами, и приблудами для них. Через два часа Волков сказал, что их очень мало, и нужно купить еще. Вот только нам, фиг, кто такое продаст, ведь этот товар редкий и специфический.

Но я знаю одного человека, который должен мне на тысяч двести товаров из своих складов. Как только Хрулев вернется, а я пробивал информацию, что он не в городе, то я к нему зайду в гости.

А пока у меня в планах побегать по Разломам, чтобы собрать как можно больше энергии, и передать ее моим башенкам. Ведь чем быстрее они закончат с трансформацией, тем быстрее мы получим дополнительный козырь в рукаве.

Вообще я запитал големов очень интересно на само это место. Они теперь будут не только от меня брать энергию, но и из места силы. Постепенно эти башни станут неприступными. А лет через пятьсот один такой камень станет настолько прочным, что даже десяток Абсолютов его не сломают. И это даже в том случае, если големы покинут это место или умрут. Неважно… Процесс запущен. Мои вечные огневые точки когда-то появятся в этом мире.

Думаю, я молодец, и теперь могу пойти спокойно поесть, а затем зачистить с десяток Разломов.

Да, я помнил про свое обещание – вести войну на чужой территории, вот только Шнырька доложил мне, что Алмазный Мудак имел на этот счет собственное мнение и решил мне устроить еще один сюрприз. Хитрый, зар-р – раза!

«Ну, спешка нужна при ловле блох», – флегматично думал я, впиваясь зубами в большой и сочный стейк…

Глава 5

Я проснулся с трещащей от боли головой и с ощущением, что ночью кто-то заполз мне в рот, и там умер. И это я ещё не бухал. Такой сброс энергии, опустошивший моё внутреннее хранилище – не мог пройти бесследно для организма. Это было своего рода «энергетическое обезвоживание». Но оно того стоило.

Судя по тому, что показал мне Шнырька, мне нужно находиться во всеоружии, примерно… Я посмотрел на часы… Ну, примерно, полтора часа у меня есть. Как раз успею душ принять и пожрать что-нибудь, ведь война-войной, а обед по расписанию.

Тут я понял, что проснулся не просто так, а от звонка коммуникатора, который хитрый Волк установил возле моей кровати, зная мою тягу к отключению на ночь мобильного. С другой стороны, он клятвенно пообещал, что не будет меня беспокоить без особой причины. Видимо, причина действительно была.

– Алло? – взял я трубку.

– Саша, к тебе гости.

– Так убейте их. Меня зачем тревожить?

– Да не, это нормальные гости, – сказал Волк.

– А такие бывают? – спросил я, посмотрев на часы. – Тем более, в такое время! Точно не бывает…

– Командир, проснись! – громко сказал Волк. Голос его звучал немного раздраженно.

Я с наслаждением почесал голое пузо, пару раз вздохнул, отгоняя остатки сна, и постарался быть серьёзным.

– Ладно, кто там?

– Королева Северного Королевства Лагерта и графиня Сара Голдсмит.

– Хера се… – удивился я. – Они что, вместе приехали?

– Ну… не совсем. Королева опередила графиню всего лишь на пятнадцать минут. Но все эти пятнадцать минут я пытался до тебя дозвониться. Ты же сказал никого не пускать.

Я внезапно улыбнулся.

– А как отреагировала королева?

Волк понизил голос, как будто находился где-то рядом с человеком, которому не нужно было это слышать.

– Да ты знаешь, на удивление, адекватно, учитывая, что целую королеву не пускают к захудалому барону.

– Но-но, попрошу! Впускай их.

– Их – это всех?

– Нет, блин, королеву ещё немного помаринуйте! Впускайте только бабушку.

– Хорошо, сделаем, – абсолютно спокойно сказал Потапов.

– Эй-эй! – заорал я. – Стоямба! Я пошутил! Обоих впускайте!

– Да я понял. Только не удержался, – заржал Потапов и положил трубку.

Трындец! Воспитал еще одного юмориста на свою голову.

Я посмотрел на свои голые ноги и аккуратно засунул в мохнатые тапочки, которые мне подарила Анна. Подтянул повыше белые трусы в сердечки, и пошлёпал в ванную комнату, как на полпути кто-то забарабанил в мою дверь.

– Не заперто, – хмыкнул я.

Конечно же, это была Анна, выглядевшая безупречно, с лёгким макияжем, и очень возбуждённая. Увидев меня, стоящего посреди комнаты со скорбным видом, она остановилась.

– Ой! Ты не одет…

– Почему не одет? – удивился я. – Вот труселя модные. Одна девушка подарила. И тапки – тоже её подарок. Хорошая девушка, хочешь познакомлю?

– Не время для шуток, Александр, – абсолютно серьёзно сказала Анна. Было видно, что она очень нервничает.

– Ты из-за бабули, что ли, так переживаешь?

– Из-за бабули? Да, конечно, я переживаю. А ещё знаешь, кто с бабулей едет?

– Ну да, королева северного королевства.

– Сама Снежная Королева – здесь, у нас! – закатила глаза Анна. – Я оказалась права – Хельга ее дочь!

– Умница, – сказал я. – Хвалю тебя и твою интуицию. Можно, я всё-таки схожу в душ?

– Но они будут здесь через пять минут!

– Это не повод отказываться от утренних процедур, – назидательно покачал я пальчиком. – Иди и встреть их, что ли. Кофе их напои, или что они там пьют. А я под душем немного в себя приду.

И я пошлепал дальше в ванную, оставив возмущенную Анну посреди комнаты. Тем не менее, я слышал, как хлопнула дверь. Девушка побежала выполнять моё распоряжение. Зная свою Анну, она сделает всё в лучшем виде.

Я открыл кран, и тугая струя горячего душа ударила мне в лицо. Кайф!

Я протянул руку и, ожидаемо, не обнаружил геля для душа. Вместо него стояла пена для ванны. Опять Шнырька ванну принимал, и всё передвинул.

– Слышь, ты, чистюля, – сказал я в пустоту. – Ты когда моей ванной пользуешься, возвращай всё на место. А то запрещу и будешь как в прошлой жизни – в грязных лужах купаться!

– Ш-ш-ш-андр ш-ш-шлоб! – произнёс Шнырька, появляясь рядом со мной.

Тем не менее, он держал в лапках бутылочку с гелем и осторожно протягивал мне, чтобы не намочиться.

– Спасибо, – сказал я, и бросил в него банкой с пеной, которую он ловко поймал. – Храни её там, где-нибудь у себя. Один хрен я ею не пользуюсь. Пена со вкусом мороженого. Серьёзно?

– Ниш-ш-шего ты не понимаеш-ш-ш-шь… Гряш-ш-шнуля! – обиженно сказал питомец.

И быстро исчез, прежде чем я в него не запустил мылом.

Я намылил мочалку и минут десять тщательно оттирал себя, пока кожа не покраснела, и кровь снова не побежала по всем жилам. Разогнал метаболизм ещё энергетически, и через десять минут я снова был готов нормально думать и функционировать.

Накинув халат, я почти было вышел из комнаты. Но потом вспомнил, что у нас гости. Вздохнул и потянулся к спортивному костюму. Вздохнул ещё раз, и надел цивильный – с белой шелковой рубашкой под ним. Глянул на себя в зеркало – вылитый жених. И спустился вниз.

Ожидаемо, Анна справилась. Три женщины сидели внизу и весело щебетали. Если не знать, кто они такие, можно было сказать, что это три поколения одной семьи – мама, дочка и внучка собрались за воскресным завтраком, чтобы немного посплетничать. Хотя платиновые волосы королевы существенно отличались от тёмных кудрей бабули и внучки.

– Доброе утро! – сказал я.

– Здравствуй, Александр, – улыбнулась королева.

– Приветствую вас, молодой человек, – сказала бабуля.

– Давно не виделись, – кивнул я королеве.

– Так вы знакомы? – не выдержала Анна.

– Не то, чтобы знакомы, но мы виделись один раз. На тот момент уважаемая королева предпочитала инкогнито.

– Так было нужно, – сказала она.

– Вот и хорошо, – я посмотрел на часы. – Дамы, я ни на что не намекаю, но примерно через полчаса вас здесь быть не должно.

– Фу, как грубо, – весело улыбнулась бабушка Сара.

А вот королева нахмурилась с лёгким налётом раздражения или обиды.

– Не очень-то гостеприимно, Александр. Ведь мы даже не обсудили наши дела.

– Хмм… Извините, – хмыкнул я. – Возможно, это прозвучало невежливо, спишем это на мой плохой сон, но это в ваших же интересах. Дело в том, что примерно через час здесь начнётся маленькая локальная войнушка.

– Да ты шо? – восхитилась бабуля. – И кто эти поцы?

– Да так… – уклончиво ответил я. – Есть тут один деятель.

– Доброхотов, старый псих, все никак не угомонится? – проявила потрясающую осведомленность Сара.

Собственно, скрывать мне было нечего, поэтому я кивнул.

– Рад, что у нас с вами совпадает его диагноз. Хотя у меня один вопрос – как он стал монополистом в алмазной отрасли с таким характером?

– О, молодой человек, это долгая история. В полчаса не уложимся, – хмыкнула Сара. – Хотя я бы предпочла остаться и посмотреть, чем это всё закончится.

– Я, с вашего позволения, тоже, – неожиданно сказала королева.

Тут я немного прифигел. Я же не могу выставить их силком. Как-то это не по-джентльменски.

– Дамы, вы, возможно, меня не поняли. Тут реально будет война! Летит боевая авиация.

– Так это же здорово! Я на это хочу посмотреть. А по поводу меня, не беспокойтесь, – бабушка Сара достала из соответствующего возрасту декольте интересный амулет.

– Защита класса «Абсолют»? – улыбнулся я. – Дорогая штучка! Хотя я вас немного успокою – ядерным оружием в нас кидаться никто не собирается.

– Вот и чудненько! – сказала бабуля.

Индивидуальный щит класса «Абсолют», который она мне продемонстрировала, реально мог выдержать попадание ядерной бомбы и уберечь человека от его последствий. Фактически, он давал полную неуязвимость на определённое время. На какое? Тут уж зависит от каждого конкретного артефакта, этого я понять не мог. Дорогая штука, реально дорогая. Да к чёрту, она ОХРЕНИТЕЛЬНО дорогая! Хотел бы я иметь несколько штук таких. Нет, не для себя. В первую очередь, для Анны. Ну и так, про запас. И с этим артефактом я точно буду знать, что с человеком ничего не случится.

Я перевёл взгляд на королеву, которая тоже улыбалась.

– Ну, подобного артефакта у меня нет, но будь уверен – со мной тоже ничего не случится.

– Как я могу быть в этом уверен?

– Ну вы же навели про меня справки. Не так ли? – в этот момент она хитро посмотрела на Анну.

– Ну да, – сказал я.

– И что говорят обо мне в сети?

– Эмм… – я задумался.

Конечно же, я не настолько интересовался, а Анна ещё не успела мне рассказать, но кое-что всё-таки знал.

– Вы про оборону Королевского Замка пятнадцать лет назад?

– Ну, это было давно… Но да, это было показательно, – немного кокетливо, как будто хвастаясь новым платьем, произнесла королева.

– Саш, там всё было в порядке. Несколько сотен наёмников королева сдерживала с парой десяткой людей до прибытия короля. Подозреваю, что она и сейчас справится.

Я с уважением посмотрел на Снежную Королеву. Так-то я уловил только верхние уровни ее силы. Не удивлюсь, если она является Высшим Магом. У таких людей я предпочитал не трогать душу и не залезать внутрь. Они очень чувствительно относятся к таким вопросам, и могут немного рассердиться. А то, что они почувствуют моё «сканирование» – это вообще не обсуждается.

Интересно… В который раз я задал себе вопрос – а кто тогда у неё тот милый мужчина-муж, который интересовался наградой?

– Итак, выгнать я вас всё равно не могу… – я сделал паузу и внимательно посмотрел на женщин.

– Нет, Сашенька, не сможешь, – подтвердила мои догадки Сара Абрамовна.

– Однозначно, Александр, не получится, – также мило улыбнулась королева, и они переглянулись друг с другом. Вот она – женская солидарность.

Я вздохнул.

– Ну, тогда у нас есть ещё немного времени, чтобы обсудить то, чего вы хотели. Вас не напрягает общество друг друга? Или мне нужно дать вам аудиенцию по-отдельности, – я не смог удержаться от подколки.

– Да нет, ничего секретного. Про спасение моей дочери уже знает весь мир. А даже если бы не так, то госпожа Голдсмит узнала об этом по своим каналам, – улыбнулась королева.

– Уважаемая Лагерта! Мне льстит, и мне безусловно приятно, – улыбнулась Сара Абрамовна. – Ну а цель моего визита – ознакомиться с вашими делами, с твоего позволения, конечно. Возможно, я смог дать пару умных советов своей внучке.

– Мы пройдём в мой кабинет? – посмотрела на меня Анна.

Конечно же, мы это обсудили. Она сама знала, что показывать и рассказывать, а что нет. Собственно, особой тайны из нашего финансового положения не было.

Мы договорились, что она расскажет об открытых «источниках дохода», умолчав о моем резерве. Ну и, собственно, о Разломе под моим уже замком – тоже знать не стоило.

– Да, конечно же.

Они поднялись вверх.

Снежная Королева внимательно на меня посмотрела.

– Хороший ход, – кивнула она. – У меня вопрос: какие у тебя планы на мою дочку?

От неожиданности я поперхнулся кофе, который полез не в то горло.

– Александр, без обид, – нимало не смущаясь моей реакции, продолжила Снежная Королева. – Ты понимаешь, что Хельга не твоего уровня? Сильно не твоего уровня?

Я внимательно посмотрел в глаза женщины и внезапно понял почему её называли Снежной Королевой. Ноль эмоций было в её взгляде, лишь расчёт и заинтересованность.

– Да это и дураку понятно, – хмыкнул я. – Вот только почему вы считаете, что ваша дочь мне интересна?

Вот тут я попал в точку. Глаз у королевы дёрнулся. Похоже, такого ответа от меня она не ожидала. Как же так?! Жалкий барон не заинтересован целой принцессой?! Ну, привыкайте, Ваше Королевское Величество.

– Разве это не так?

– Абсолютно не так, – сказал я. – При всём уважении к вам, – сделал алаверды я, – Хельга… как бы это сказать… слегка холодновата для меня. Мне кажется, я недостаточно в душе снеговик, чтобы составить ей пару.

Тут я увидел, как глаза королевы опасно сузились. Во все стороны повеяла волна холода.

– Ты сейчас говоришь о моей дочери! – практически прошипела женщина.

– Ну вот, кофе остыл, – я внезапно расстроенно посмотрел в кружку.

Льдом он, конечно, не покрылся, но пить его уже было не вкусно. Я встал и вылил его в раковину, подставив кружку в автомат и нажав кнопку для новой порции.

– Уважаемая королева! Вы приехали сюда хрен знает откуда, чтобы рассказать, что я недостоин вашей дочери? Вы могли бы это сделать по телефону! Смысл было тратить ваше драгоценное, без сарказма, время, чтобы донести это до меня лично? И знаете, что самое смешное? Я с этим где-то согласен и более того – мне сильно похрен. А ваша единственная и глубоко любимая вами дочь, я уверен, найдёт себе избранника… по температуре, – не сдержался я. – Точнее я хотел сказать – по сердцу.

Аура убралась. Женщина взяла себя в руки, но всё ещё смотрела на меня недоброжелательно.

– И знаете что? – решил я. – Мой вам совет – заберите Хельгу отсюда. Она сильная Одарённая. Гораздо сильнее, чем хочет показаться. Я думаю, ей вполне по силам качаться в японском Эпицентре. Возьмите её туда. Я думаю, что это будет полезнее для неё. Да и, при всём уважении к иркутскому Центру, политические движения вокруг него мне абсолютно не нравятся.

В первый раз я увидел глубокое удивление и интерес в её глазах.

– А ты очень умён для такого юного возраста. Ты об этом знаешь?

– Конечно же, знаю. Мне через одного все говорят.

Я уселся рядом с королевой. Потом потихоньку подумал и отсел от неё подальше. А то опять у меня кофе охладится.

– То есть Хельга для тебя… – начала королева и я её бесцеремонно перебил.

– Другом я её назвать не могу. Но приятельницей – вполне. Именно поэтому я и дал приятельский совет отправить её подальше от Иркутска, чтобы её эмоции не довели до беды, в первую очередь – её саму.

– Я согласна с твоими выводами, – сказала королева. – И я рада, что мы с тобой поговорили. А по поводу моего «не ровня»… Наверное, мне нужно было извиниться. Хотя я говорила всего лишь правду.

– Да ладно, – махнул я рукой. – Проехали. На правду не обижаются. Итак, о чём вы ещё хотели со мной поговорить?

Тут у меня ожила рация.

– Александр, дозоры показали – они приближаются.

Я взглянул на часы и поднял голову на королеву.

– Мои извинения, но мне нужно переодеться. Костюм у меня всего один и он может заляпаться.

– Да, понимаю, – сказала она.

– Не передумали оставаться?

– Нет, не передумала, – улыбнулась женщина.

– Может быть проследуете в машины к вашей гвардии?

На улице стояли модифицированные «Тигры», в которых было безопасно.

– Да вы знаете, я, пожалуй, останусь здесь. Здесь отличная терраса и, насколько я чувствую, – женщина встала и положила руку на камень дома, – Что охрана у этого дома не хуже моего «Тигра».

Я улыбнулся. Она подтвердила мои догадки насчет уровня её силы. Так быстро и ненавязчиво просканировать защитные системы моего замка – дорогого стоило.

– Хорошо. Если вам что-нибудь понадобится, – я повернулся и вспомнил, что отпустил на сегодня весь обслуживающий персонал. – То сделайте это сами, – хмыкнул я и пошёл наверх, столкнувшись на лестнице с Анной, которая осторожно помогала бабуле спуститься по лестнице.

– Саша, ты куда? – спросила девушка.

– На маленькую, но очень победоносную войну, душа моя. Королева осталась в столовой.

– Я, пожалуй, составлю ей компанию, – ласково улыбнулась старушка. – Аннушка, проводишь? Оставим войну для мужчин.

– Да-да, бабуля, конечно же.

И они почопали вниз. А я пошёл наверх, чтобы переодеться в спортивки.

Ничего не могу с собой поделать. Спортивный костюм – это было одно из самых гениальных изобретений этого мира. Удобно и дёшево. Тем временем это превратилось в мою своеобразную фишку. Фиг с ним…

Я быстро переоделся и взлетел вверх. Над моим кабинетом на чердаке строители сделали что-то вроде пульта управления с тактической боевой станцией, на которую завязали артефактный радар и всю оборону дома, около которой склонился Волк.

Кстати, строителей я сегодня тоже отпустил. Мне не нужна была их защита. И только сейчас меня осенило – Алмазный же не дурак, и он точно знал, что сейчас у меня находятся имперские строители. Он осознанно шёл на конфликт. Неужели он смог просчитать меня и знал, что я откажусь от них, оставив исключительно свои силы для противостояния с ним? Ну тогда он хитрее и умнее, чем я думал.

Красные точки, что показались вдалеке, мой полуартефактный военный пульт, купленный за большие деньги, тут же идентифицировал как четыре ударных вертолёта «Чёрная Акула» и восемь транспортных вертолётов «Катран». Именно их, затратив сумасшедшее количество желеек, показал мне два дня назад Шнырька, подслушав разговор на военной базе Доброхотова. На одной из военных баз. На самом деле, у герцога было что-то вроде Частной Военной Компании под прикрытием гвардии.

Анна начала рыть кое-какую информацию. Самую дешёвую мы взяли у Организации, но основная надежда у меня была на Шнырьку и на Призрака. Да-да, на Шнырьку не напасёшься желеек – работать на таком расстоянии, да и человек как-то надёжней. Поэтому Призрак был уже в пути с заданием усложнить жизнь Доброхотову на его территории и подготовить почву для моего вторжения.

Да, моё вторжение безусловно будет молниеносное и беспощадное, как удар серпом по яйцам. Помнится, так говорил один из классиков. И эта аналогия мне очень пришлась по душе.

Я видел, как в вертолёты, прокачанные в том числе магически, грузится элита гвардии Доброхотова. Шестьдесят четыре гвардейца – по восемь в каждый вертолёт. И вот снаряжены они были… Когда я показал Волку, тот присвистнул. Нельзя сказать, что мои парни были хуже, но у Доброхотова использовалась сборная солянка со всего мира. И в отличие от моих парней, что предпочитали скрытые задания, эти были экипированы как настоящие штурмовики – крепкие и, сука, опасные! Но это они так думали…

Через несколько минут гул винтов уже уловил мой слух. Геликоптеры шли низко, особо не скрываясь. Ожидаемо у них была стёрта какая-либо идентификация. Да, мы определили их тип, но вот принадлежность определить было невозможно. Она была искажена и затёрта, дабы не осталось даже остаточного следа кому принадлежат эти машины. Разумно, учитывая, что официальной войны мне объявлено не было. Это могли быть какие-нибудь отморозки. Я хмыкнул, ещё раз посмотрев на характеристики машин и вспомнив вооружение гвардейцев. Очень, до неприличия богатые отморозки!

– Как думаешь, какой у них план? – спросил я у Волка.

– Да думаю не хитрый. Сравнять усадьбу с землёй, а потом добить выживших. Грубо, тупо, но эффективно.

– Не могу с тобой не согласиться, – сказал я.

На этот раз Доброхотов решил перестраховаться. Четыре ударных вертолёта и шестьдесят четыре штурмовика для одной усадьбы занюханного барона – серьёзная заявка на победу.

– Петрович, готов? – спросил Волк в рацию.

– Так точно, ваш бродие! – ответил мой главный специалист по «охомячиванию» Разломов.

– На счёт три!

– Понял.

– Раз, два, три. Давай!

Вдалеке расцвёл еле видный купол силового поля. Да-да, когда я согласился добровольно-принудительно погасить стоимость желеек для поддержания купола, там была функция выкупить оборудование. Учитывая тонкую настройку этого, не побоюсь сказать, шедевра артефакторной мысли, снимать его и переставлять в другое место – не имелось возможности.

Наводившие его специалисты привязывались по местности, используя структуру земной почвы именно здесь, стороны света и много чего ещё… В общем, это был штучный товар. Просто так перенести его в другое место было нельзя. Нет, они могли забрать кое-какие компоненты, но по сравнению с общим долгом эти самые компоненты стоили такие крохи, что я с чистой совестью забрал их себе, оплатив недрогнувшей рукой. Ну не, вру – немного дрогнула.

В итоге, Петрович вернулся к истокам и целые сутки раскочегаривал свою адскую машину, на холостом ходу закидывая туда щедрой рукой желейки. Щит был готов и по моей команде возник прямо перед летящими винтокрылами.

Ударные вертолёты летели парами «ведущий – ведомый», и оба ведущих долбанулись в силовое поле как в каменную стену. Идущие следом за ними пилоты имели, надо признать, хорошую реакцию. И они могли бы отвернуть, если бы не природа силового поля – она как будто отпружинила впереди идущие машины в своих товарищей. Через секунду два огромных взрыва раздались вдалеке. Горящие обломки посыпались на землю, вызвав горестный вой у Волка, который, в принципе, понимал, чем всё это закончится, но надеялся, что как-то получится забрать их без потерь.

Щит такого удара не выдержал и замерцал. Тут же вышел на связь Петрович.

– Мне докидывать желейки? Боюсь, щит щас рухнет!

– Секунду, Петрович, секунду.

Я смотрел на красные точки, затем на «картинку» от Шнырьки. Идущие транспортники зависли на несколько секунд в воздухе и пошли на посадку.

– Вырубай, к чёртовой бабушке! А то этот грёбаный щит меня без штанов оставит, – крикнул я ему.

Поле моргнуло и исчезло, кажется, озадачив бойцов противников, которые уже высыпались с вертолётов, но тут же застыли в растерянности, видимо, думая – возвращаться им обратно, чтобы подлететь и десантироваться сверху, или идти уже пешком.

– Батарея, огонь! – скомандовал Волк.

Големчики открыли амбразуры и шесть стволов моей новой артиллерии синхронно рявкнули, посылая снаряды под яростные матюги Волка.

Да, вертолёты «Катран» имели силовые артфакторные щиты, которые они тут же выставили, как только коснулись земли. Но в мои новые пухи были заряжены анимагические снаряды. Рвануло знатно!

– Кучно легли! – хмыкнул я, когда четыре из восьми вертолётов исчезли в облаке взрывов.

Ещё оставшиеся четыре нехило посекло осколками. Ну а сколько выжило из штурмовиков – одному богу известно.

– Огонь! – скомандовал Волк еще раз. Еще волна взрывов раскидала незадачливых штурмовиков во все стороны.

И еще один контрольный залп завершил очистку.

– «Альфа», работаем! «Виски», работаем! «Браво», работаем! «Дельта», работаем!

Да, в лесочке в засаде сидели четыре группы по двенадцать человек, которые сейчас присоединились к веселью.

Рядом раздался голос Волка:

– Парни, отстреливайте их, пожалуйста, поаккуратнее!

– Принято, – раздался смешок одного из командиров и весёлый смех остальных ребят.

Моя гвардия вступила в бой с очень сильным противником. Но единственную эмоцию, которую они сейчас испытывали – это было безудержное веселье.

Интересно, они такие всегда были, или это я так плохо на людей влияю?

Видя, что штурмовикам Доброхотова осталось жить недолго, я отозвал Шнырку показать, что творилось у меня на террасе.

А там дамы, которые где-то раздобыли полевые бинокли наблюдали за дракой и попивали чаёк.

– Ой, Аннушка, ну ты видела тех поцев? Кто ж так воюет? А твой Александер разумный юноша… Он точно не из наших? Таки, держись за него крепко!

– Ой бабуля, почему-то покраснела Анна…

Тут я попросил Шнырьку показать Королеву, что отошла с телефоном в сторонку. Я услышал только часть разговора.

-.. да, всё как мы обговаривали! Он? Нормально всё восприял… Нет… Знаешь, что милый? Пожалуй, я немного здесь задержусь… Да как тебе сказать… Да мы всё пробили, но этот мальчик оказался ох как непрост!.. Да-да! Ты не ослышался! Меня не подменили и это я говорю в здравом уме и трезвой памяти! Всё, целую!

Королева Лагерта задумчиво посмотрела на смущенную Анну. И мне очень не понравилось выражение её потрясающе красивого лица…

Глава 6

С горем пополам я выпроводил благородных дам из своего поместья. Я еще держал себя в руках, и вежливо отвечал на неудобные вопросы, такие как:

– Откуда у меня такое количество желеек, чтобы поддерживать очень мощный щит?

– Где я взял «Буревестники», учитывая, что это экспериментальная модель? Причем, я даже не поинтересовался, откуда они вообще узнали об их существовании.

Кроме того, от острого взгляда королевы никуда не делись мои трансформированные/модернизированные/супер-модные башни. Королева Лагерта подтвердила мои догадки. Разобравшись в природе вещей, она очень сильно заинтересовалась, где я смог найти целых два голема. Я сначала смутился, а потом понял, что с террасы видны всего две башенки, а остальных она не увидела. Оказывается, что эти каменные тупицы были большой редкостью.

И напоследок, я выдержал целую лекцию от Сары Абрамовны по поводу того, как нужно вести дела, и что она, таки, сделает из меня приличного человека. Я вежливо поблагодарил, а она сказала, что очень рада, потому-что ее любимая внучка наконец-то собирается замуж не за поца, а за умного и разумного, а ещё красивого… меня. Ну, а деньги – вещь приходящая. Кому это не знать, как госпоже Голдсмит?

Она видела ещё возможности. Абсолютно случайно у неё на планшете оказалась полная карта моих имений. Там, кажется, было посчитано не только каждое фруктовое деревце, но и похоже, каждая рыбка в реке. Интересные сведения, я даже не знал, что такие существуют.

В общем, против неё я ничего не имел. Да и против королевы тоже. Хотя направленность бабули была экономической, а вот Лагерты – военно-практической.

Сегодня явно не мой день. В самый последний момент, когда я выставил их наружу, заставив усесться в машины, откуда-то, из-под пола, выскочил голем-дегенерат, которого я не видел уже почти целую неделю. И надо же такому случиться, что выскочил он именно сейчас. Перебирая короткими ножками, и как всегда, задом наперёд, он устремился прямиком в сторону Снежной Королевы. Я не успел ничего сделать, как северная красавица слегка повела в сторону тонким пальчиком, и мой дегенерат застыл, как жук в капле янтаря. Только здесь голем был в куске льда. Очень нарядно получилось, между прочим!

Я не удержался, и хлопнул себя по лбу. Дегенератам нет покоя! Не мог он подождать, чтобы вернуться в семью на полчаса раньше или на полчаса позже?!

С хрюканьем, из-за моей спины, выскочил Затупок. Судя по его виду, он сперва обрадовался, а потом расстроился. Радостным, что его братан, наконец-то, объявился. Расстроенный, что братана сковала невиданная сила. Он сразу без затей напитал свои когти силой, и расхерачил этот лёд. Как всегда, не рассчитал, и осколки льда полетели во все стороны, каким-то чудом не задев моих гостей.

Бдзынь!

– Упс! Пардоньте, – сказал я, увидев как большой кусок льда сбил зеркальце с бронированного лимузина госпожи Голдсмит.

Освободившийся голем ловко увернулся от объятий Отморозка, и побежал дальше.

Бум!

– Упс! И снова здравствуйте, – буркнул я, глядя на приличную вмятину на бронированном боку «Тигра» королевы.

Я задумчиво почесал затылок.

– Я стесняюсь спросить, а чего у вас машинки такие хлипкие?

Две пары глаз уставились на меня с недоумением.

– Это не машинки у нас хлипкие, – медленно и разборчиво начала королева. – Это у тебя зверинец странный! Ты знаешь, что это за машина? – кивнула она на свое авто.

– Ну да, «Тигр», – улыбнулся я. – У меня такой же. Один, правда, – расстроенно вздохнул я, чем заслужил заинтересованный взгляд королевы.

– Значит, ты знаешь прочность его дверей? Как этот шкет мог помять такую дверь? – она кивнула на дегенерата, который не успел убежать далеко, а провалился в открытую решетку ливнёвки газона. И сейчас оттуда торчали только его ноги. Несмотря на то, что он был надёжно зафиксирован в земле, в своей голове он, видимо, продолжал бежать.

– Без понятия, – сказал я. – А ваше зеркало….

Сара Абрамовна широко усмехнулась.

– Йосик, деточка, – обратилась она к своему телохранителю. – Покажи Саше, какие у нас дверцы.

Здоровенный охранник с устрашающего вида штурмовой винтовкой подошёл ко второму зеркалу, и со всего размаха долбанул по нему прикладом. Гвардеец Сары Абрамовны был достаточно силён, я это видел. Да и приклад был окован металлом. Зеркало слегка блямкнуло, но осталось на месте.

Я повернулся к Отморозку, который орал и вырывался, так как стоящий сбоку Волк невозмутимо наступил ему на хвост, и так и стоял, не давая тварюшке побежать дальше. Затупок прекрасно знал, что Волка злить не стоит, поэтому выражал свое возмущение только громкими криками.

– Слышишь, тупица, ты зеркало уважаемой Саре Абрамовне сломал. У меня два вопроса. Как ты, млять, это сделал? И как теперь будешь расплачиваться?

Сбоку раздался тихий смех старушки.

– Я тебя умоляю, Санечка. Всё в порядке. Есть такая наша пословица: «Хорошо, что деньгами».

– Мне неудобно, серьёзно, – ответил я ей.

Хотя, конечно, неудобно мне не было, но этикет этого требовал.

– Неудобно штаны через голову надевать, деточка, – продолжала сыпать шуточками бабуля. – Всё, Аннушка, – она потянулась к Анне, и та поцеловала ее в морщинистую щеку. – Я уехала. Не кашляйте! Позже созвонимся.

И как молодая, запрыгнула назад. Кортеж с ходу стартанул в Иркутск.

Королева задумчиво посмотрела на торчащие ноги голема.

– Сколько? – спросила она у меня коротко.

– В смысле? – прикинулся я дурачком.

– Сколько ты хочешь за этого голема?

– А-а-а… – открыл я рот, и тут же его захлопнул.

Первой мыслью было сказать – забирайте безвозмездно, то есть, даром. Через секунду меня задавила жаба. А потом мне стало его почему-то жалко. Всё это за одно мгновение пролетело у меня в голове, и я сказал.

– Не продаётся.

Рядом ахнул Волк и зашипела Анна. Да, они оба знали, сколько проблем нам доставляет этот маленький тупица, и были слегка удивлены. Да, к чёрту! Я сам был удивлен, почему его не продал.

– Ты уверен? – изогнула красивую бровь королева.

– Нет, не уверен, – честно признался я. – Но прямо сейчас я не готов.

– Ладно… Тогда пообещай мне одно – если ты захочешь его продать, то первой позвонишь мне.

– Это я могу вам точно обещать, – кивнул я.

– Ну, тогда прощайте… – она сделала паузу. – Ребятки, – оглядела нас всех. – Я задержусь еще в Иркутске на некоторое время, по делам. По какому телефону мне лучше всего с тобой связаться?

Она пристально посмотрела мне в глаза, увидев моё замешательство.

– Муж сказал, что ты кое-что попросил в качестве награды за спасение нашей дочери.

– Да, попросил, – сказал я. – Но уверен, что это дело не быстрое.

– Ты плохо знаешь моего мужа, – широко улыбнулась королева. – Ладно, буду звонить на все ваши номера, – она опять сделала паузу. – В общем, на все.

После ее улыбки мне захотелось отключить коммуникатор внутри дома. Почему-то мне кажется, что она реально в состоянии достать любого человека. Очень целеустремлённая парочка!

* * *

Когда гости уехали, Анна ушла в дом, а мы с Волком пошли к месту боя. Мои гвардейцы мародёрили… гхм… то есть, собирали трофеи. Рядом пыхтел Волк, как паровоз.

Я не выдержал и повернулся к нему.

– Ты чего пыхтишь-то, друг мой?

– Не нравится мне всё это… – сказал он.

– В смысле, не нравится?

– Который бой, а у нас ни одной потери.

– Так радоваться нужно! – хмыкнул я.

– Так чему радоваться, херовая примета! – сказал Потапов. – Я всегда заботился о своих парнях. Но получалось так, что если больше трёх боёв я никого не терял, то чем дальше… – он глубоко вздохнул. – Даже не хочу говорить.

– Вот вы, вроде, суровые спецназеры. Имперские офицеры, хоть и отставные. Глазами бутылки открываете, подковы гнёте голыми руками, но как дети, в самом деле! Откуда взялось столько предрассудков?

Волк удивленно посмотрел на меня.

– Работа у нас такая нервная. Да и традиции…

– В жопу твои традиции! – не выдержал я. – При всём уважении, – поправился, увидев, как его перекосило. – Не терять людей – это нормально! Привыкай к этому.

Волк серьёзно кивнул, а затем посмотрел на меня.

– Постараюсь.

– Не надо стараться, надо делать! – хмыкнул я. – Всё, пошли заниматься твоим любимым делом – подсчитывать награбленное… тьфу ты… заработанное!

А добыли мы прилично. Технари сказали, что четыре вертолета «Катран-8м», последняя разработка Империи, используя то, что осталось от взорванных машин, в качестве доноров, вполне можно восстановить. Вот только оборудование нужно, а по-хорошему, рембаза. Я закатил глаза, представляя себе, сколько это будет стоить.

И тут вступился Волк, который считал каждую копейку.

– Он прав, командир. Мы постоянно в Центр с «магарычом» летаем. А ещё там с нами «через губу» разговаривают, и в первую очередь, свои машины обслуживают. И я их понимаю. Я вообще удивляюсь, как ты договорился, чтобы нам помогали.

Как-как… Жопой об косяк! – подумал я, вспомнив Хрулева, который всё ещё не вернулся в Иркутск, и свой депозит. Похоже, вместо смертельных ништяков мне придётся брать унылую фигню, типа станков и оборудования, для автомастерской. Хотя, необязательно это брать в Центре. Вероятно, это можно купить в другом месте.

– Для этих машин – нет, – покачал головой Волк.

Упс!

– Я что, вслух говорил?

– Ну да. Ты в последнее время часто вслух размышляешь. Выспаться бы тебе хорошенько. Мне кажется, ты переутомился.

– Спасибо вам, мама, но нет! – огрызнулся я своей лысой няньке.

– Обычным гражданским оборудованием тут не обойдешься, – размышлял Волк. – Если делать рембазу, то и оборудование должно быть соответствующим.

– Жизнь – боль, – подвёл я итог. – Может продадим парочку вертолетов?

– Я тебе сейчас продам! – мгновенно побагровел Волк, и тут же спохватился. – Извини, командир! Бес попутал… В смысле, я категорически против.

– Да, я уже понял. А что со снаряжением?

Стоявший рядом Москаленко сказал.

– Из шестидесяти четырёх комплектов сорок два нужно только постирать, и можно использовать. И ещё десяток можно восстановить. А двенадцать, к сожалению, восстановлению не подлежат.

– Ну, и хер с ними, – махнул я рукой. – Может… что-то из них продадим? – я посмотрел на Волка. – А, всё, вижу-вижу. Ничего, значит, не продадим. Но тогда… – я широко ухмыльнулся. – Джентльмены, вам пора в Разлом! А то, почему Гриша в одиночку за вас отдувается?

– Хе-хе… – внезапно загыгыкал Волк.

– Ты чего лыбишься?

– Гриша не в одиночку ушел.

– В смысле, я что-то упустил?

– Так он же Истребителей себе в помощники взял. В смысле, Истребительниц!

– О чём это ты? – всё ещё недоумевал я.

Тут уже удивился Волк.

– Ну, он же при мне тебе докладывал, что для рейдов нужны Истребители с Дарами поддержки. У нас, – он широко провёл рукой, – только боевики. А ты разрешил ему действовать по своему усмотрению.

– Я так и сказал? – задумчиво почесал я голову. – Бухой, что ли, был?

– Да нет, трезвый. Бежал ты куда-то, торопился, думы свои, как всегда, думал.

– Наверное… и кого он взял?

Тут суровые спецназеры заулыбались, причем, все как один. Москаленко дал затрещину своему молодому заму.

– А ты чё лыбишься, ты вообще женат!

– Да я же только посмотреть, – обиделся его подчинённый.

– Так, ребята, задолбали! Вы о чём?

– Дык, два Щитовика, Лекарь и ещё один Менталист. Металисточка… Такая себе, сисястая! Гхм… – мечтательно прищурился Потапов, но тут же вернулся в реальность. – В общем, все, как одна, девушки… молодые девушки!

– Вот Гриша, вот сукин сын! – воскликнул я.

Я вспомнил, что у него было два хобби – алкоголь и женщины. Причем, женщины были после алкоголя. Как только я его «закодировал», Гриша некоторое время грустил, и теперь второе его хобби стало единственным. И тут уже он дал стране угля. Мог бы и сам догадаться. Ладно, гляну кто там… и что там.

Я повысил голос.

– А вам всё равно в рейд придется идти. У Гриши на планшете есть прикидки, откуда можно вынести много всего вкусного и нужного. И это не обсуждается, – увидел я, что Волк открыл рот, чтобы возразить. – Не хочешь продавать ништяки, иди и зарабатывай деньги. Всё, разбирайтесь здесь дальше без меня, – хлопнул я его по плечу, а затем развернулся к дому.

* * *

Я достал телефон и набрал Астахова. Приятный девичий голос сказал мне, что «абонент – не абонент». Я хмыкнул, и достал планшет. Ну да. Гриша утром еще сообщил мне, что идет в рейд. А вот и Разлом, в котором он находится уже два часа.

Я набрал другой номер.

– Петрович, как дела? Всё в порядке, ничего не взорвалось?

– Да всё отлично. Заглушил я эту адскую машинку, как и просили, вашбродие!

Петрович находился рядом с генератором щита.

– А ты кого с Астаховым послал?

– Так Ваську, племяша моего.

– А телефон Васьки дашь?

– А что случилось? – насторожился Петрович.

– Да ничего. Так, для информации.

– Ага, хорошо, сейчас скину.

Блынькнуло сообщение, и я почти уже набрал номер, а потом задумался. Григорий взрослый мужчина, Разлом пятого ранга. Я пробежался по именам. Четыре женских имени – молодые Истребители. Тут мне в голову пришла дурная мысль, что подкинул мне Волк – или всё-таки Истребительницы? Две шестого класса, а две ещё вчерашние курсанты, без класса.

Кажется, Григорий не зевал, и получил новый, с пылу с жару. А ещё рядом, возле их имен, не было титулов. Похоже, Одарённые – простолюдинки. Ладно, хоть тут не накосячил. Не хватало мне еще каких-нибудь истеричных баронесс, или кого повыше. А хотя, без моего согласия, вряд ли бы он взял кого-нибудь из благородных. Тут я вспомнил, как мы с ним это раньше обсуждали.

Так, ладно, надо бы и самому в Разлом сходить – задумчиво подумал я, как вдруг, на мою голову упала большая синяя белка.

И сразу, после этого, большая красная молния сбила меня с ног. Я уселся на задницу, а сбоку два раза раздалось – «плюх-плюх». Я поднял голову. Гидрометцентр оказался неправ. Сегодня у нас осадки из синих белок. И счастливая Кара, которая уничтожала их одну за другой. На Карамельке сверху сидел Шнырька, и радостно визжал.

– Белки ш-ш-ш-шуки! Мощ-щ-щи их!!!

Я на секунду задумался. Похоже, в моём Разломе – «локальном рае» для Карамельки – случилось переполнение, и эти тварюшки полезли наружу. Хотя, кажется, белкопад уже закончился. Кара подошла ко мне, и потерлась об ногу, умиленно заглядывая в глаза.

– Ма-а-ала боли! – прокомментировал Шнырька. – Белки долш-ш-шны ш-ш-ш-штрадать!

– Хрена се…какой ты кровожадный, – сказал я, и посмотрел наверх. – Тут такие дела… Я могу подогнать «Буревестник», и отвезти вас наверх. Вы их там всех сразу замочите, и всё… Белок никогда больше не будет.

Шнырька заткнулся, а Кара задумалась.

– Нет, я могу, правда! Устроим геноцид этим тварюшкам. Не зря же они синего цвета. А может, они заразные?

Кара фыркнула и отрицательно покачала головой.

– Так что, не подходит? – уточнил я. – Оставим их в покое для периодической забавы?

Карамелька страдала прямо на моих глазах. Она ненавидела белок, и хотела их всех уничтожить. Но она была девочкой умной, и понимала, что тогда её веселье быстро закончится. Она вздохнула, и молча побрела назад. Шнырька продолжал сидеть у неё на шее. Он повернулся и махнул рукой.

– Пуш-ш-шть ш-ш-шивут! Пока ш-ш-што!

И попытался изобразить демонический смех. Правда, в его исполнении это было больше похоже на звук спускаемой шины.

Тут в меня сзади врезался мохнатый шар. Это Затупок, как всегда, затупил и опоздал на место боя. Бегая от одного трупа белки к другому, он расстроился, обоссал один из них, и помчался за своими новыми товарищами, надеясь, что возможно опять попадется что-нибудь интересное.

Я уж было озаботился, где Цербер, но потом вспомнил, что малыш растет потихоньку, и всё время спит. Эти три головы, управляемые одним разумом, были у него достаточно сложными. И он реально сейчас был, как большой ребенок – много ел и спал. Ну что ж, пусть отсыпается. Хоть кто-то сегодня меня не достанет своими выкрутасами.

БАМ! БАМ! БАМ!

Я повернул голову. Это голем-дегенерат стучался спиной о пуле-маго-непробиваемое стекло, которыми были закрыты у нас подвальные приямки.

– Хрен ты угадал, тупица каменная! – довольно улыбнулся я.

БАМ! ДЗЫНЬ!

Со звоном разлетелось стекло, и голем провалился внутрь в подвал.

– Твою ж мать! – протянул я расстроенно, и услышал сверху звонкий смех.

Анна стояла на открытом балконе с чашечкой кофе.

– Анюта, солнышко! А Смородин давал гарантию на свою работу?

– Давал, – весело сказала Анна. – Но потом посмотрел на твоих… гхм… милых питомцев, и решил ее быстренько отозвать. Ну, в смысле дать её только за деньги.

– Ах, он и жадная жопа! – вознегодовал я. – И что, мы повелись?

– Нет, конечно! – хмыкнула девушка. – Этот же контракт составляла я. Есть у нас гарантия, есть. Сейчас позвоню им, пусть поменяют.

Из подвала доносились странные звуки.

– Ах, ты кусок камня… УБЬЮ!!!

ДЗЫНЬ! – разбилось второе стекло уже изнутри, и наружу вылетел дегенерат, и побежал куда-то в сторону леса.

– Сволочь какая! Ты знаешь, сколько колонка стоит?! – это был рассерженный Бурбулис.

Похоже, этот маленький идиот вломился в его музыкальную студию.

Я покачал головой. Вот как так получается, что вместо приятной размеренной жизни, вокруг меня творится хаос и разрушения? Ведь в прошлой жизни такого не было. Точно не было. Кажется…

Аэровокзал

г. Иркустк

– Привет, сестричка! – широко улыбнулся Андрей, видя, как из лифта причала для дирижаблей выходит ослепительно красивая девушка в дорогом брючном костюме, а два гвардейца вывозят следом за ней чемоданы.

В этой прекрасной одетой и утонченной девушке вряд ли, с первого взгляда, можно было распознать чрезвычайно сильного Истребителя. Кольца Истребителя не было видно под перчатками. Хотя, изящный узкий меч, висевший у неё на плече и сделанный из очень дорогих металлов, немного намекал на это.

– Здравствуй, братец! – без улыбки кивнула Екатерина. – А что случилось, где твоя суженая?

– Да я ей сказал… – замялся Андрей.

– Не сказал, что уехал меня встречать? – хмыкнула Екатерина.

– Ну, да… Она же у меня любопытная.

– А ты, как будто не такой, – рассмеялась Екатерина.

– Нет, конечно, я не такой.

– И ты совсем не хочешь меня спросить, нахрена я сюда приперлась?

– А чего тебя спрашивать? – тихо буркнул Андрей. – Из-за Галактионова ты сюда явилась, конечно же.

– Что ты сказал?! – повысила голос девушка.

Андрюха замялся.

– Да нет, ничего, – начал мямлить он, по привычке.

Авторитет старшей сестры всегда был непререкаем. А потом внезапно вспомнил, что он уже не просто маленький мальчик, а состоявшийся Лекарь, один из лучших в Империи, а по совместительству, Истребитель 5-го класса. Да, он, конечно, не дотягивает по рангу, но в конце-то концов, тварь он дрожащая или право имеет?

Он распрямил плечи и сказал.

– К Галактионову ты прилетела! Чего тут гадать?

Екатерина сперва нахмурилась, а затем озорно улыбнулась.

– Вижу, братишка, что ты повзрослел за это время. По крайней мере, яйца у тебя сталью налились. Не боишься тумаков огрести, как в детстве?

– Нет, не боюсь, – покачал он головой.

– Вот и ладно, – сказала она, кивая на его машину. – Поехали, перекусим, что ли. А ты мне последние новости расскажешь.

– Последние новости про Галактионова?

Девушка сразу посмурнела.

– Так, не перегибай. А то точно тумаков огребёшь. И нет, ты всё ещё ничего не сможешь мне противопоставить. Я это точно знаю!

Глаза Екатерины опасно сверкнули, и Андрей быстро сказал.

– Всё-всё, шутки про Галактионова на сегодня закончились. Поехали ужинать. И вообще, я очень рад тебя увидеть.

– И я тебя… – Екатерина села рядом с братом, и широко улыбнулась. – Так, о чём это я… Расскажи-ка мне, братец, как там мой жених поживает?

Глава 7

Последние события выдались довольно интересными. Должен признаться, что мне впечатлил приезд двух гостей намного сильнее, чем нападение.

Сколько у меня было в жизни таких сражений, даже не счесть, и всегда они заканчивались одинаково, а вот женщины… С ними всегда нужно быть осторожным. Слегка зазеваешься, и потом проблем не оберешься. Даже Бессмертная Гидра может убежать в ужасе, если посвятить ее в эти проблемы. Но должен признаться, что на Анну приезд бабушки произвел впечатление. Она уже два дня ходит и сияет, а местные ее теперь немного боятся.

Сара словно заразила Анну своим совсем не старческим задором, и девушка теперь перебирает все дела Рода, буквально по кусочкам. Вероятно, это даже хорошо, но надеюсь, что это быстро пройдет, а то иначе мне будет худо.

Стоит начать с того, что Анна посвятила Сару во все наши дела. Нет… Конечно она спросила у меня разрешение, и я его дал. Но боюсь, что даже не получи она его, Сара все равно была бы в курсе. Очень интересные у нее таланты и подходы к делу. Хотя она вся такая умная и серьезная, но я смог ее шокировать. Как же она удивилась, когда узнала о доходах Рода, и на ком они держатся. А все дело в том, что восемьдесят процентов тяжелых нетрудовых доходах лежат на моих хрупких плечах и моей добыче.

– Да он что, собирается до конца своих дней воевать? – это она, кстати, не о Разломах спросила. – А когда у вас детки будут, то расходы вырастут заметно и в несколько раз. Да ему Империя станет мала, и он начнет объявлять войны уже другим государствам!

Хах… Бабуля… Мне нравится ход ее мыслей, и я не понимаю, что в этом плохого? Враги всегда, во все века, были хорошим способом обогащения. Анна тоже улыбалась, я отчетливо это видел. Ведь мой мелкий начальник разведки показывал цветные картинки.

Если с Сарой все было относительно просто, то вот с Лагертой, пожалуй, промолчу. Почему-то у меня сейчас стойкое чувство, что с ней будет интересно, но непросто.

Эх… Лагерта – сильная и волевая женщина. Думает, что все у нее под контролем, и балом правит она. Вот только за моей улыбкой и наивными глазами не стоит тот пацан, которого она видит перед собой. Пусть только попробует со мной поиграть и увидит, что даже Снежные Королевы могут растаять.

Но это все мелочи… Не думаю, что она всерьез решится на игру с мелким бароном. Скорее всего, попытается использовать меня для своей пользы и пользы своего Рода. Если Хельга имеет ко мне какие-то чувства, то Снежная Королева может попытаться использовать их, чтобы направить дочь в нужное русло, а потом она сама поймет, что не ровня мне.

Тут тоже возникает спорный вопрос. Охотники всегда вызывали у женщин повышенный интерес. От нас так просто не сбежать, особенно, если мы не захотим этого.

– Вы уверены, что точно пришли по адресу? – спросил у меня военный, который охранял вход в Разлом.

– Да-да, понимаю, обмельчал немного, но вот мои документы. А на кольцо не обращай никакого внимания… Это я после тяжелой травмы еще до конца не восстановился.

Кажется, моя отмазка сделала военного еще более задумчивым. Он, вероятно, не может понять, какого хрена я прусь в этот Разлом, если еще слаб и болен. Но мне это совсем неважно, главное, что он не будет распространяться об этом.

А если и будет, то кто ему поверит? Подумают, что внимательно не рассмотрел, а может просто ошибся, ведь он простой рядовой. А пометку в базе Истов я ставить не стал. Зачем? Нужно же всего лишь прокачаться. С барышнями я кольцо снял и в карман спрятал, а тут уж я как-нибудь так разберусь.

– Хм… Проходите, господин Ист второго класса, – боец еще раз сверился с базой, где чёрным по белому был написан мой класс, вежливо и учтиво кашлянул в кулак, а затем уступил мне дорогу.

Этот Разлом был очень любопытным. Я уже давно посматривал на него, но до сих пор собирал информацию, делая свои выводы. Он не был слишком сильным, всего лишь красного уровня. И там не водились, прям, ужасные и опасные монстры. Но почему-то его не могли закрыть уже больше двух месяцев. А еще, в нем погибло уже тридцать два человека.

Официально он был объявлен мутным. Решили, что в нем есть скрытые фишки, которые не по зубам мелочи, и напротив его названия стояла приписка – «Советуем удержаться от посещения данного Разлома». И обратный отсчет до «потенциального выброса». С его приближением, Хрулев, скорее всего, направит сюда спец-дежурку его вычистить, но пока всё всех устраивало.

Ну да, он же не выпускает наружу монстров, зачем лишний раз его трогать, вдруг сам пропадет? Вот только он сам по себе не пропадет, как я думаю.

Зайдя в Разлом, первым делом, я решил ничего не делать. Я уже знаю, что здесь есть своеобразный грот, в котором под ногами не камень, а песок. Не простой песок, который используют в строительстве, а такой, который бывает только в самых жарких пустынях.

Непонятно, откуда он взялся, и почему здесь так сухо, несмотря на то, что это грот. Я бы даже сказал, что здесь очень жарко.

Ладно, это я сегодня не в духе. Все я знаю, и другие тоже знают. Этот песок заряжен магией, и дает нехилый такой жар. Отличная вещь, если поместить его в камин, а может в грелку. Вечный тепловой двигатель? Возможно, но вот только вынести его отсюда невозможно. Уже пытались, и не раз. Он остается здесь, а люди уходят домой с пустыми руками и емкостями.

Читал я про такие Разломы, которые охраняют свои владения, и чтобы вынести что-то, нужно сперва закрыть весь Разлом. А как это сделать, никто не знает.

Уселся я на теплый песочек, и достал из рюкзака термос с холодным чаем. Сегодня я был налегке, у меня из экипировки только меч и рюкзак для добычи. Всех своих питомцев я оставил дома, и намекнул, что они могут порезвиться в подвале.

На улице меня ждал Паша Ким и Такеши Свиридов, которых Волк отправил меня сопровождать. Как по мне, водители и сопровождающие из них неплохие, хотя и сильно разговорчивые, но такие уж они… диверсанты/убийцы и просто хорошие парни. А еще они очень резкие, и когда меня мурыжил военный, то мне пришло сообщение от Кима, что они могут его усыпить или убрать. Интересные методы, но явно не для такой ситуации. Военному повезло, он вернулся целым и невредимым. Нужно не забывать, что шуток бывшие спецназеры не всегда понимают, и даже в шутку не стоит просить их кого-то убрать. Ведь уберут же, сволочи такие…

Пока я наслаждался своим чаем, то Шнырька присылал мне доклад за докладом, а также работал курьером. У моих ног уже собралась целая горка из различных ништяков, которые он нашел здесь. Интересными лично для меня были песчаные кирпичики, на которых были вырезаны разные рисунки. Тонкая и древняя работа, а в места выемок была нанесена краска.

Хоть песок отсюда и не вынести, но вот кирпичи легко. Я уже понял, почему песок не поддается. Когда-то здесь был уничтожен кристалл, и он раскололся на множество мелких кусочков, которые затерялись в песке, и каким-то чудом превратились в него же. Теперь весь этот песок и есть кристалл. Уничтожить песок? Это вам не иголку в стоге сена найти. Там можно просто сено сжечь, а затем магнитом пройтись.

Здесь, впрочем, тоже можно долбануть чем-то сильным. Или призвать, скажем, дракона, вот только смысл? Монстры и разные твари здесь больше не появляются, как я вижу. Но тут завелись существа намного хуже, чем монстры, вот они и вредят.

Чем больше я узнавал от Шнырьки, тем больше удивлялся. А еще росла моя коллекция кирпичиков, и было их уже двенадцать штук. Думаю, что не буду их продавать, а вмонтирую в своих големов. Создам своеобразный пароль из кирпичей. Нужно будет дотронуться к них в определенном порядке, чтобы открылась комната. А то голосом слишком палевно все выглядит, а так закосим под хитромудрый артефактный механизм. Ну, это так, для чужих. А вообще-то это были сильные энергетические артефакты. К сожалению их можно применить только к условно неживой материи. Что ж! У меня такая есть! Интересно, а если этот кирпич с руной огня вмонтировать в Дегенерата, он спалит мне к хренам усадьбу?

Я покачал головой; Что за дурные мысли в голову лезут? Кажется я перегрелся.

Ох, зачем… Зачем я вспомнил про артефакты. Сразу в голове всплыл образ Сары и ее артефакт абсолютной защиты. Хочу таких штук десять! Есть мысли, как сделать из них нечто интересное, но денег мне не хватит. А если хватит хотя бы на один, то я даже нигде не найду такой артефакт. Они не продаются простым баронам.

Когда я попросил Шнырьку спи… позаимствовать его у нее ненадолго, чтобы внимательно изучить, он назвал меня «больш-ш-шым ш-ш-шутником» и сбежал. Не хочет или не может мелкий его взять. И я его понимаю… Такая мощь.

А мелкий все равно еще слабый… Вот раньше он бы провернул такое легко, со смехом.

Блин, интересно выходит. Я, оказывается, даже меч мог не брать с собой, настолько здесь все просто. Но должен признаться, что есть своя изюминка в этом месте. Не зря меня Архип попросил, по дружески, проверить его. Именно он дал наводку, так как отсюда не вернулась группа вольных Истов, с которой он сотрудничал. Видимо, прикипел он к ним душой, раз обратился ко мне с такой просьбой. А может его сердце требует мести или хотя бы разобраться в том, как это произошло.

Зная уже всю ситуацию, я спокойно стал загружать добро в рюкзак, не особо рассматривая его. Всякие монеты, как золотые, так и оловянные. Украшения цельного типа, но были и сломаные, и разрубленные. Даже кусочки кожаной одежды. Шнырька учится и тащит все, что находит по дороге. Как показал опыт, никогда не знаешь, где найдешь что-нибудь ценное.

Этот кусочек мужской штанины может быть старше, чем сама земля и может стоить целое состояние. А может быть просто мусором, который не так уж и много места занимает.

Мелкий в этот раз был в ударе, и набрал столько всего, что мне пришлось делать три ходки к «Тигру», где спецназеры лишь одобрительно кивали, глядя на все это добро.

Возможно, на этой волне они и стали приятелями с Волком. Вижу, как горят его глаза одобрением и довольством. А еще, они слишком много проводят время с Призраком. Сошлись, мать их, на профессиональном интересе. Что они там, сорок тысяч способов подохнуть обсуждают? Интересно, а много хранится в пространственном инвентаре Призрака? Может в Род я впустил хомяка? Кстати, от него всё ещё нет доклада. А по времени он уже должен быть у Доброхотова.

Разобравшись наконец-то с трофеями, в этот раз я пошел в нужное мне место в Разломе. Здесь было много разных пещер и лазов, которые мне были неинтересны. Моя дорога проходила, можно сказать, по главному проходу, который постоянно выводил в большие помещения, усыпанные песком. Приходилось напитывать ноги специальной методикой, чтобы бежать, как по земле, и не буксовать.

Вообще-то, песок – хорошая вещь, и на нем нужно уметь сражаться. Это, в некотором роде, целое искусство. Тут можно спокойно создать пыльную завесу или ослепить врага. А если рассыпать действующий парализатор по песку, от которого у тебя есть иммунитет, то и битва закончится намного быстрее.

Бегу и никого не трогаю, и никаких проблем пока не вижу. Бежал так минут тридцать, за которые успел заскучать, пока не добрался до своей цели. Впереди находилась огромная пещера, усеянная барханами из песка и торчащими из-под земли каменными сталагмитами. Выглядела она довольно интересно, и по идее, ничего особенного там быть не могло, но оно, я точно знал, было.

Мне оставалось лишь повернуть направо и выйти через извилистый туннель с плоскими шлифованными стенами из известняка. Но это ведь будет слишком скучно. Призываем крыс… Много крыс… Штук пятьдесят, а нет… Перестарался, задумавшись. Вышло пятьдесят одна. Но ничего…

– Назначаю тебя генералом крысиных войск – говорю я пятьдесят первой крысе, которая отличалась от остальных своими размерами и еще тем, что у нее был всего лишь один глаз. Второй она, вероятно, потеряла где-то в ожесточенной битве не на жизнь, а на смерть.

Шесть лет назад

Крысиный Разлом

Отряд людей, который пришел его зачищать, был не слишком собран и ответственен. Этот Разлом давно мешал людям, и они обратились к местным властям, чтобы те помогли его закрыть, как можно быстрее. Те, в свою очередь, обратились с прошением в Центр, а Центр уже выписал награду за его закрытие.

В десять тысяч деревянных был он оценен, что было немалой суммой. Отряд, который принял заказ, очень удивился, узнав, что на закрытие у них есть целый месяц, и так хорошо платят. Плюс была еще доплата за потраченное время. Это стало основным фактом, почему они решили быстро его не закрывать.

Сам Разлом был многоуровневым, вот только люди этого не знали, как и не знали, сколько там существует уровней. Они остановились на первом и считали, что им сказочно повезло. Ведь крысы очень слабы, и они могли спокойно убивать за день не меньше полсотни штук. Такими темпами, они были уверены, что очень скоро его зачистят. Но им захотелось растянуть этот процесс на весь месяц, чтобы получить за это дополнительные деньги.

С того момента Крысиный Разлом стал для них вторым домом, в котором они спали, ели и веселились, а деньги капали.

Так продолжалось ровно двенадцать дней, пока однажды ночью к ним не пришел рейд с нижних уровней, и не сожрал их всех, оставив от них одни лишь кости. Впрочем, кости тоже крысам пригодились, и они утащили их к себе на нижние уровни.

Тем рейдом командовал молодой сын вождя, которому отец поручил эту легкую работу, и парень ликовал. Сколько лет он учился и тренировался, чтобы стать лучшим, чем отец. И часто работал на износ, а здесь все вышло настолько легко и просто, что он даже удивился этому и слегка разочаровался. Но ликование оказалось преждевременным.

У людей было с собой много вкусной еды, которую крысам еще не приходилось видеть, и они принялись пожирать ее, как свой законный трофей.

Вот тогда-то молодой крыс, наевшись, решил утолить свою жажду и отпил из лужи, которую создала странная стеклянная вещь. Из нее вытекала полупрозрачная жидкость, которая была очень похожа на воду, только запах был каким-то странным.

Как результат, нажравшись водки, молодой крыс по дороге домой часто падал, и его лапки постоянно заплетались. Уже почти у самого дома его конкретно так занесло на повороте, когда все перешли на бег, и он на полной скорости влетел в торчащий из-под земли корень. Так бесстрашный воин своего племени, не заработав в бою ни малейшей царапины, потерял свой глаз, напоровшись на корешок.

* * *

– Я ощущаю, что ты не простой, – говорю я крысу-боссу. – Повеселись, и заодно повесели меня, а затем вы будете свободны! Ты же хочешь свободы? Возможно, в следующей жизни ты станешь интеллигентной крысой в каком-то своем крысином мире, и у тебя будут здоровыми оба твоих глаза.

Не знаю, зачем с ним говорю, наверное, мне просто нравится наблюдать за тем, как он внимательно следит за мной и кивает при этом головой. Разумная крыса? Почему бы и нет? Даже гоблин может закончить магическую академию. И такие случаи бывали…

Крысы быстро сообразили, что им нужно сделать, и уже были готовы услышать мою команду.

Я призвал еще двух пещерных медведей, и когда они на полной скорости помчались в ту пещеру, при этом громко рыча, я отдал приказ выдвигаться и крысам.

Хм… А это нормально, что крыса-босс бежит по стенам? Он что, лохматая ниндзя?

Не помню, как я получил ее душу. Вроде умная крыса, неужели, в слайма влетел? Глупая смерть…

Сам также не остался стоять на месте, а постепенно продвигался вперед, при этом создав перед собой иллюзию. Тот, кто посмотрит в это место, ничего не увидит, кроме того, что здесь пусто и никого нет. Такие называются зеркальными обманками.

Первыми, как и положено, в пещеру влетели медведи, и стали грести своими могучими лапами по песку, бегая по кругу.

Когда первый, с проплешиной на морде, забежал в центр, то песок под его ногами прогнулся и рухнул вниз, вместе с медведем. Я услышал, как трещат доски, и как ревет медведь, который упал на магические копья, которые торчали внизу. Он сразу не умер от такого, ведь тварюшка здоровый, и сейчас пытается сломать копья. А в него с двух сторон начинают прилетать болты и магия.

Внизу сидели люди в специальных выемках, которые караулили неудачников, что могут попасться в ловушку. Один медведь умер, а второй еще бегает, но он действует им на нервы. Из песка начинают подниматься фигуры, которые засели в своих нишах в засаде. Они откинули бамбуковые покрытия, обтянутые кожей и присыпанные песком.

Понял… Мишка наступил на одну такую нишу, и раздавил сидящего там хилого парня с арбалетом. Вот почему другие не стали разбираться в ситуации. Не у всех ниши были соединены в туннели с другими. Кажется, они тут вручную все обустраивали.

На вид эти люди были из восточной страны, но из какой, не могу сказать. Но Шнырька мне показал их довольно точно, и я видел у каждого на предплечье одинаковые татуировки, которые свидетельствовали об одном клане.

Дома спрошу у Анны, может она что-то знает, а если и не знает, то уверен, что очень быстро будет в курсе всех дел и новостей. Удобно, когда у тебя есть такая умная Анна.

Пока я медленно подходил, то туда уже добежали крысы, и теперь, одновременно, во многих местах происходит переполох. То тут, то там, песок ходил ходуном, и из него вылетали покусанные люди. Крысы довольно неплохо передвигались под песком, в полуразрушенных узких проходах, что недотепы сами же обустроили, и легко находили свои цели, которые думали, что они в безопасности.

Я же пока не вмешивался и ждал, пока главный покажет себя, и решит помочь своим людям. Он сидит под песком в лазе, который напоминал небольшую комнату с кроватью и столом. Там был запас еды, а еще кладовые для трофеев.

А трофеев тут было в достатке. Кажется, слухи о количестве погибших людей были слишком занижены. Здесь погибло намного больше. Только сейчас Шнырька принес мне десять колец Истов, и среди них те, на которых были свежие следы крови.

Весь секрет в том, что этот Разлом, в некотором роде, уникальный. У него было два входа. Один находился в нашей Империи, а вот второй я, пожалуй, сегодня узнаю, куда ведет, и чем он мне будет полезен. Есть мысли, как обыграть все в свою пользу.

Мои мысли прервал огненный шар, который кто-то выпустил по крысе, но само собой, промазал, и он сейчас летел в меня.

Вот удивились люди, которые и так были заняты, когда пустое пространство пошло рябью, и разбило огненный шар.

А затем и вовсе пропало.

– Привет! – помахал им рукой с улыбкой на лице. – Я тут мимо шел, и ничего не трогал, честно-честно…

Эх… Не понимают они меня, иначе зачем кидаться всякой гадостью и бежать ко мне? Бойцы из них не очень сильные, они здесь побеждали за счет внезапности, да и ловушки неплохо работали. Такие себе, разбойники с большой доороги! Козлы, одним словом…

Шнырька уже спер все зарытые ловушки, на которые я мог наступить и покалечится, или просадить свой доспех. Разворот на месте, и быстрый наклон вперед, при этом мое оружие крутится со мною, и легким движением вонзается в спину и разрезает хребет врага на две половины. Спина, вроде не пострадала по виду, а ходить человек уже не может, и падает, как подкошенный. Следующий лишается куска своей челюсти в тот момент, когда додумался рубануть меня по колену.

Я напитал до упора свое колено, и сместил его в сторону, снося челюсть врагу. Он погибла раз и навсегда, как воин.

А вот ее владелец – нет, он сейчас лежит и воет, как Дикий Шмурдюк.

Эх, какое у них вкусное мясо, но как тяжело их ловить. Орут на весь лес, и если не убить их сразу, а дать испугаться, то описается на месте, и все… Тот запах уже ничем не вывести.

У нас так бывало воров помечали, обливая мочой Шмурдрюка. Месяца два все будут знать, что рядом ошивается вор. Конечно, если у него нет лишних золотых на специализированного мага.

Хоть я и вертелся, и рубил их налево и направо, но крысы убивали больше. Они заползали под одежду и вгрызались в людей, выбивая их из битвы.

– А вот и ты! – улыбнулся я в ту сторону, где должен был вылезти их босс.

Вот только я уже потерял интерес, да и не понимают они меня, а как я погляжу, он не собирается биться, а бежать. Даже документы с собой взял.

Наивный бородатый мальчик… У тебя уже просто чехол, все документы Шнырька давно спер.

Дабы не тратить время, создаю подобие Кракена, который падает прямо с потолка за спиной у главного. Он как раз вылез и увидет его. Запускает в Кракена жменькой песка, которая должна стереть его тело в пыль.

Да только не судьба… Это иллюзия, а вот пещерный медведь – не иллюзия, который хватает его за руку, а затем впивается в доспех. Взмах второй рукой, и мишка падает на песок без части черепа. Весело наблюдать, как он старается и пыхтит, во все стороны разбрасывая свои техники, но так и не понимает, где иллюзия, а где настоящий противник.

– А вот и я! – мой меч вонзается ему в область ниже сердца. – Неплохая у тебя техника, но опыта маловато, так что сорян!

– Проклина… бя… – он пытается выговорить слова уже на нашем языке, а я улыбаюсь, глядя в его серьезное лицо.

Потом он падает, а я лишь качаю головой. Хотел повесить посмертное проклятие. Глупец, мои души его сожрут, как сочный стейк, и не подавятся. Впрочем, он не умер, так что ничего не получилось бы.

Зачем мне убивать того, кто в теории мне все расскажет? А у меня на улице сидят два головореза, и я стопроцентно уверен, что им он все расскажет.

Когда в пещере остался только я и крысы, которых от пятдесят одной насчитывалось теперь ровно десять, во главе с одноглазым.

– Ты хорошо сражался, – похвалил я крысу, протягивая руку. – Дарую тебе имя Один, а теперь вы можете быть свободны!

Дарование имени – это как некий ритуал, который, по слухам, поможет монстрам и прочим существам стать сильнее. А я человек не с самой слабой душой, так что имя, да еще от меня, может здорово ей помочь в следующей жизни. Моя посланная энергия души нашла отклик в его душе, и там засверкала, как новогодняя елка. Чем-то мне понравилась эта крыса.

Хм… Они могут быть свободны, я им сказал, но какого хрена они стоят и никуда не уходят?

Все выстроились в шеренгу и смотрят на меня, как на вождя.

Сука… Вождь… Неужели у них только вождь может даровать имя, и теперь я им стал?

Ну, приехали… Если приведу домой крыс, то Анна точно меня из дому выгонит. И придется организовать свой бродячий цирк. Интересно, Затупок пойдет со мной или Анна купила его полностью?

Глава 8

– Так, убогие! – громко скомандовал я. – А ну, самоликвидировались, к хренам!

Они даже глазом не моргнули, лишь одноглазый командир что-то пропищал, и все остальные крысюки встали на задние лапки и выстроились в ровный рядок, кажется, даже по росту.

– Ну что ж! – зловеще ухмыльнулся я. – Тогда придётся мне вас ликвидировать. Если вы не хотите добровольно валить в ваш крысиный рай, то я укажу вам туда дорогу!

Я замахнулся Аквилой, «рядовые» заметались туда-сюда, затем замерли, не решившись покинуть строй, а вот одноглазый меня удивил.

Он флегматично закрыл единственный глаз, вытянулся, как суслик и… натурально отдал воинское приветствие! Только по его дрожащему тельцу было понятно, что новоявленный Один всё-таки боится. Но, тем не менее, он готов принять смерть от руки Вождя.

– Сука!!! – выругался я, пока никто из благородных меня не слышит. – Вот что с тобой делать прикажешь, гад такой?

Один осторожно открыл глаз и понял, что убивать его никто не собирается. Затем осмотревшись, рассерженно запищал, наводя порядок. Все «рядовые» тут же вернулись в строй. Стоят и смотрят на меня… так, сука, доверчиво!

– Гадское гадство! – резюмировал я. – Ладно… Анна! Но вас же Затупок сожрет! А потом обоссыт! И Кара ему в этом поможет! Не обсыкать, конечно, она девочка культурная, но убить точно поможет! Вы же почти, как белки, только без хвостов! АДМИРАЛ ШНЫРЬКА!

– ЙА! – тут же образовался у меня на плече Шнарк, натянувший на себя парадную фуражку, вот только саблю где-то оставил.

– Принимай командование! – кивнул я. – Твои братья по разуму!

– Эта крыш-ш-шы! А я – ш-ш-шнарк! – покрутил лапкой у виска Шнырка, настороженно глядя на меня.

– Да пофиг! – кивнул я. – Командуйте, герр адмирал!

Шнарк спрыгнул у меня с плеча, и пошел туда-сюда вдоль строя, заложив лапки за спину, как заправский командир.

– Ш-ш-ш-шлушай ш-ш-шуда, ш-ш-шалаги! Еш-ш-шли будете плохо кащ-щ-щаться, то ш-ш-шдохните! Еш-ш-ш-ли будете кащ-щ-щаться хорошш-ш-шо, то тош-ш-ше ш-ш-шдохните! Но!

Шнырька остановился, и театрально поднял палец. Кого-то он мне сильно сейчас напоминает!

– Тогда Ш-ш-шандр вас ош-ш-шивит! Ш-ш-штобы вы могли ш-ш-шдохнуть ш-ш-шнова и ш-ш-шнова! Потомуш-ш-шта ш-ш-што?

Шнырка сделал драматическую паузу, и внезапно громко заверещал, да так крысюки аж подпрыгнули от неожиданности.

– ПАТАМУШ-Ш-ШТА ТУТ Ш-Ш-ШПАРТА-А-А-А!!! АXXАХАХА!!! – зловещий хохот у Шнарка снова не получился, но он эффектно скрылся в тени, чтобы охладить горло мороженком, ведь сегодня он произнес непривычно длинную для себя речь.

– Охрененно ты помог, спасибо, – хмыкнул я.

«Паш-ш-шалуста!» – раздалось откуда-то сверху.

Я вздохнул.

– Слышишь, Отец всех богов! Отзови свое воинство. Не насовсем. А сам пока останься.

Одноглазый крыс послушно кивнул и, одна за другой, крысы стали исчезать, ожидаемо не уходя насовсем, а возвращаясь ко мне в Душу, и удобно устраиваясь сверху. Я почувствовал какой-то подвох, поэтому сказал Одину.

– А ну-ка! Призови их назад!

Крыс снова кивнул, и через секунду его маленькая армия материализовалась передо мной, абсолютно без моего согласия и содействия!

– Ну, охренеть! – расстроился я. – Это что? Я для тебя теперь что, бесплатная камера хранения? Это твоя армия, вот у себя в душе их и храни!

Крыс странно на меня посмотрел, и отрицательно замотал головой, как бы намекая, что он так не умеет. Почему это всё происходит со мной?!

– Ладно, хрен с вами… – тяжело вздохнул я. – Убирайтесь… Хотя, стоп! Шнырька!

Рядом образовался Шнарк. Уже без фуражки, но в белоснежном слюнявчике, и мордочка у него была в чём-то белом. Точно, жрал!

– Ш-ш-шта? – недовольно осведомился он.

– Научи крысюков, что мы берем, а что нет. Пусть тебе помогут лут собрать.

Шнырька угрюмо кивнул, на секунду исчез, а затем опять появился, но уже без слюнявчика и с чистой мордочкой.

– Ущ-щ-щитесь, ш-ш-шалаги! За мной! – и вся банда разбежалась по округе, скрывшись под землей в поисках ништяков.

Я же сел на попу ровно, достал свой термос, и с удовольствием допил холодный чай, на закуску похрустев не растаявшим льдом на дне. За это время передо мной нарисовалась достаточно большая груда… откровенного хлама.

Дело в том, что снаряга этих смуглых ребят очень дешевая. Некоторое оружие даже было сделано из обычных «земных» сплавов. Форменное самоубийство для любой группы Истов.

Хотя, учитывая, на кого охотились эти упыри, выбор был вполне оправдан. Я так понял, что они полагались на ловушки и на своего босса – действительно неплохого Одарённого.

Я неторопливо перебирал кучу, безжалостно откидывая в сторону дешевый металлолом, и вскоре у меня получилась увесистая вязанка, состоящая из оружия, сделанного из «иномирных» материалов.

Шнырька свалил доедать, рядовые крысы спрятались у меня в душе, а я взвалил на спину «узелок», ухватил за ногу бесчувственное тело, и потащил его волоком к выходу из Разлома. Тут песок – ничего с ним не случится, а если и случится – то и хрен с ним, упырем.

Из Разлома я вышел первым, и со звоном кинул тяжелый сверток на землю. Рядом швырнул тело беспамятного злодея, а затем громко свистнул.

Тут как тут образовались Ким и Свиридов.

– Грузите в машину, – кивнул я и повернулся к солдату. – Так, боец! Сейчас из Разлома вылетит птичка! В смысле – крыска… Она наша! Не убивать! Ясно?

– Так точно, ясно, вашбродие! – кивнул офигевший военный, который офигел еще раньше, когда я мешки с барахлом, один за другим, таскал из Разлома.

– Вот и хорошо! – кивнул я, и мысленно позвал Одина.

Тот тут же появился из Разлома и замер, с интересом принюхиваясь и оглядываясь.

– Давай, двигай к транспорту! – кивнул я в сторону «тигра», и тварюшка неторопливо пошла в нужном направлении.

А я повернулся к бойцу.

– Ты давно тут дежуришь?

– Третья смена, сутки через трое, – охотно доложил солдат.

– А почему сам?

– Так Разлом «уснувший», минимальная категория опасности. Да вы сами знаете, чего я вам рассказываю? Я больше для порядка и регистрации.

– Точно, уснувший, – покачал я головой, и достал телефон.

Не хотел я до допроса смуглого в Центре панику поднимать. Да и инфа может быть интересной. Интересной лично для меня. Так что, немного подождем.

– Волчара! А кто из гвардейских групп сейчас свободен?

– Ну, «Альфа» Москаленко сейчас отдыхает, а еще…

– Отлично! – я перебил своего начальника Гвардии. – Пусть берут побольше мяса, мангал, палатки, и летят сюда. Я сейчас геолокацию сброшу. Пару-тройку суток пусть здесь отдохнут. Я потом расскажу поподробнее, а ты их по телефону проинструктируешь. И это! Не бухать! Это почти боевая операция!

– Как экипировать?

– Для противодействия людям, возможно, Одарённым. В нашем мире.

– Ясно. «Буревестник»?

– Нет, пусть «Ласточку» возьмут, – один хрен стоит и пылится. Да, и боевую фуру с палатками.

– Принято! Отбой!

Я развернулся, но меня окликнул солдат.

– Вашбродие? А Разлом вы закрыли?

– Нет, – покачал я головой. – Не закрыл. Его невозможно закрыть. Да, пожалуй, и не нужно. Сейчас приедут мои ребята. Хорошие парни, шашлыком тебя угостят. Только не нужно о них пока никуда докладывать. Хорошо? – я мило улыбнулся, а боец почему-то икнул.

– Так точно!

– Вот и отлично, – я пошел к «Тигру».

Возле него Паша и Такеши с любопытством рассматривали «скучающего» крыса, который показательно, разве что не зевал, показывал, что ему пофиг на обращенное на него внимание.

– Знакомьтесь, это Один! А это… гхм… мои ребята, – хмыкнул я. – Залазь в машину.

Я открыл дверь, и Один шустро забрался на заднее сиденье, усевшись почти по-человечески на задницу. Честно говоря, мне показалось, что он сейчас пристегивается. Но нет…

Сзади раздалось деликатное покашливание.

– Чего тебе, Паша? – повернулся я.

– Командир, мы тут с парнями немного почитали о Роде Галактионовых. Так вот, там было написано, что Галактионовы приручали абсолютно лютые хреновины! – он немного сбился, так как хорошо умел убивать, а не разговаривать. – Нет, вы не подумайте, вы тоже вполне себе… блин…

– Лютая хреновина? – улыбнулся я.

– Прошу прощения, – смутился ассассин.

– Да ладно, я тебя понял, – хмыкнул я. – Вас похоже интересует, когда я из Разлома боевого слона вытащу или розового единорога?

– Точно! – подал голос Свиридов. – А лучше какого-нибудь дракона! Чтобы огнем плевался или напалмом! Какого-нибудь без крыльев, но, сука, опасного! Кавалерию бы создали!

– Где ж я тебе Бульбулятора тут возьму? – удивился я.

– Буль… кого? – в свою очередь удивился русский самурай.

– А забей! Поехали уже! – и я полез в машину, невольно качая головой. Такеши только что, сам того не ведая, описал одну страшную тварь из моего прошлого мира – смесь крокодила с гиппопотамом, что плевалась натуральной высокотемпературной плазмой. А ведь реально, дюжина таких тварюшек, и можно их в лобовую атаку отправить на танковый полк. Но не факт, что местная бронетехника сдюжит.

Мы тронулись в сторону усадьбы, и тут зазвонил телефон. Я глянул на имя абонента, улыбнулся, и поднес трубку к уху.

– Здравствуйте, Андрей Иванович!

– Привет, Сань, – почему-то шепотом начал мой друг. – Моя сеструха в Иркутск прилетела, с тобой встречи требует.

– Требует? Хах! – рассмеялся я. – А ты чего шепотом? Она за спиной стоит, что ли – контролирует?

– Нет, – прошептал мой товарищ по инерции.

– Ну, тогда хорош шипеть, говори нормально.

– Гхм… ладно, – Андрей вернул нормальный тембр голоса. – В общем, Катюха сейчас в Иркутске, и попросила встречу с тобой организовать, как будто у нее нет твоего телефона!

– А что, есть? – заинтересовался я.

– Конечно, есть!

– А что там было насчет «требует»? – уточнил я.

– Ну-у-у… Это ж Катюха, – снова сдулся Андрей. – Она так разговаривает. Я не виноват.

– Слушай, Андрюха. Вот слушаю тебя и офигиваю. Мощный Лекарь! Надежда Империи и гордость Рода! Ты чего ее так боишься?

– Ты просто ее еще не знаешь, – буркнул Андросов. – Вот подожди! Женишься – огребешь!

– С хрена ли?! – искренне удивился я.

– «С хрена ли»… что? – осторожно уточнил друг. – Женишься? Или огребешь?

– И то, и другое, друг мой! – хмыкнул я. – В общем, я согласен! Так и передай своей суровой госпоже… ха-ха! Я хотел сказать – сестре! Нравятся мне строптивые женщины, ничего не могу с собой поделать. Надеюсь, она хотя бы умная, как ты?

– Эмм… Ну, да, очень!

– Вот и хорошо! Я просто люблю женщин с характером, но, при этом, умных. Чтобы ума у них хватило придержать свой характер в некоторых случаях, когда общается со своим мужчиной.

Андросов на другой стороне издал звук, похожий на звук спускаемого воздушного шара.

– Когда встретимся? Может сегодня вечером?

– Нет, сегодня мы в Разлом идем.

– «Мы» – это кто? – навострил уши я.

– Ну, Катюха и я. Хочет посмотреть на меня в деле. Света еще, Хельга, Смолин…

– Старая добрая компания? Одобряю! Кто рейд-лидер?

– Конечно Катя!

– Почему «конечно»? – удивился я.

– Потому что… – начал Андрей и прервался. – А! Когда узнаешь ее – поймешь!

– А Хельга не против?

– А кто ее спрашивать будет?

Удивительное дело! Вот она реальность Истребителей! Будь ты хоть принцессой, в рейд тебя поведет более опытный Ист, если только ты не подловила его на «обязательном Разломе», и не засунула к себе в группу. Да-да! Я не злопамятный, но память у меня хорошая.

– Тогда позвони, как освободишься, хорошо?

– Сань, не бросай еще трубку! – всполошился княжич.

– Да не собирался я, что случилось?

– Я чего звонил… – неожиданно замялся Андрей. – Нам до вашей встречи нужно обязательно встретиться, и кое-что обсудить.

– Размер приданого? – заржал я. – Я думал, что это с твоим отцом я обсуждать буду.

– Дурак! – возмутился товарищ. – Я серьезно! И это не телефонный разговор.

– Да я не против, в принципе, – кивнул я сам себе. – С тебя – обед… или что там по времени получится. И удачи в рейде!

– Спасибо.

– Кстати! – тут уже я вспомнил об одном человеке. – Долгорукова на связь не выходила? Где она, вообще?

– Так в Японии, ты не смог, а я… а я не полетел, – вздохнул Андрей.

– Очканул? – хмыкнул я.

– Фу, Саша! Что за словечки? Ну да, очканул немного…

– Правильно сделал! Молодец! – похвалил я друга. – Бояться – это нормально. Даже я боюсь.

– Да ладно, не заливай!

– Вот чего ты… Я же подбодрить тебя хотел, а ты всё испортил! – усмехнулся я. – Короче, ты мне нужен живым и здоровым. А в Японию мы обязательно еще смотаемся, дай сейчас мне только пару дел завершить. Накормим Светку суши, а Аньку… Гхм… Говорят там мясо «вагю» вкусное. В прошлый раз я так и не попробовал. А Японские Разломы никуда не денутся! Всё, пока!

Только я положил трубку, как раздался звонок по защищенной связи портативного передатчика, встроенного в торпеду «Тигра». Свиридов рулил, поэтому трубку взял Ким.

– Здорово, братан! Как сам?! Сейчас!

Он протянул мне трубку.

– Братан? – удивился я. – Алло?

– Привет, командир! Призрак на связи!

Теперь все ясно.

– Привет! Я честно говоря, начал немного волноваться. Чего так долго?

– Стреляли, – флегматично заметил моя невидимая, но очень карающая, длань.

– Кто стрелял? – офигел я.

– Да были тут… – в своей манере продолжил Призрак. – Теперь уже не смогут.

– Тебя обнаружили и идентифицировали? – с беспокойством осведомился я, ведь если это так, нужно менять планы.

– Ты меня ни с кем не путаешь? – хмыкнул боец. – Меня? Обнаружили? Идентифицировали? Конечно же нет, хотя кое-что неприятное у меня для тебя есть. Готов?

– Призрак, блин? Мне Бурбулиса с его театральными эффектами хватает! Что там?

– Алмазный Мудак потратил много денег на оборону. Очень много денег!

– Мудак? Ты где это услышал? Он, как-никак, целый герцог!

– От тебя услышал!

– Гхм… Гхм… Ну, ладно. И что?

– А то, что имение Доброхотова защищено лучше, чем Золотой Запас Империи, точно говорю!

– А откуда ты знаешь, как защищен Золотой Запас Империи? – подозрительно поинтересовался я.

– Гхм… Гхм… Да фигня-война! Я тебе про Доброхотова рассказываю. Тут реальная крепость! Но, знаешь, что самое интересное?

Он снова сделал паузу, и я стал закипать.

– Твою мать, Призрак! Задолбал!

– Самое интересное, – как ни в чём не бывало продолжил мой мега-ниндзя. – Что все эти артефакторные ништяки и укрепления делали известные тебе братья Смородины, прикинь?

– Прикинул, – кивнул я. – И что? Они не отдадут, и не продадут инфу. Репутация у них железобетонная!

– А кто говорит про «попросить» или «купить»?

– А… О… Ыыыы… – надо признать, Призрак уловил суть проблемы. Как там пелось в детской песенке?

Что мне снег, что мне зной, что мне дождик проливной, когда мой верный Шнарк со мной!

– Что еще? – вернулся я в реальность из своих грёз.

– А еще этот денежный мешок вербанул кучу сильных Одарённых. Я их только по внешнему виду определяю и по оружию, но вечером пришлю пакет данных – кажется, тут очень непростые ребята.

– Почему так думаешь? – поинтересовался я.

– А потому что двоих я узнал. Бывший командующий силами спецопераций Империи в Западном округе, полковник Панкратов. И бывший начальник штаба сухопутных войск Империи, генерал-лейтенант Марьянов.

– Впечатляет, – кивнул я. – Пенсионеров подобрал?

– Скорее, перекупил. Им еще полтоса нет.

– А чего же они так воюют топорно? – не выдержал я.

– Походе, они с нами пока играют.

– Убивая своих людей и гробля технику? Реально? – хмыкнул я.

– Абсолютно реально, – ответил Призрак серьезно. – Я пару разговоров записал, тоже перекину. Похоже, Мудак еще тот… мудак!

– Это даже не обсуждается, – хмыкнул я. – Отбой! Жду инфу!

А сам откинулся на спинку кресла и задумался. Поиграть решил? Ну-ну…

Дирижабль «Кассиопея»

Петербург-Иркутск

где-то над территорией РИ

Василий Петрович Хрулев сидел в ресторане, за столиком около окна и задумчиво смотрел на простирающуюся внизу зелень тайги.

Он сделал глоток чая и скривился.

– Да что ж за мочу вы делаете? Как такую хрень пить можно? – тихо проговорил он сам себе.

Ну, ничего, уже скоро он будет в родном Иркутске, и выпьет нормально чая с хорошим медком. Вот только… Возможно, дело было не в чае, а в его настроении. Точнее, в отсутствии такового.

Эта клоунада у канцлера… Ведь, он мог легко отказаться от этого фарса, сославшись… да на что угодно! Вот только ему нужно было попасть в столицу, чтобы кое с кем увидеться. Разговор был нетелефонный, поэтому личное присутствие было обязательным.

А Румянцев и, тем более, Потёмкин? Первый не любил его за слишком близкое знакомство с Императором, и нежелание Хрулева выполнять все его распоряжения. А второй, вообще, занимал, по праву его, Хрулева, место главного Истребителя Империи.

Император, помнится, сильно расстроился, когда Василий Петрович отказался от назначения. Ну не мог он находится так близко от этого Румянцева! Как Император не видит его гнилое нутро?

Император. Именно о его судьбе терзали герцога плохие предчувствия. Он хотел их опровергнуть, либо подтвердить. К сожалению, они подтвердились. Императора не было в столице уже третий месяц.

Официальная причина отсутствия – личная инспекция границ Империи. А если, конкретней, то Арктического Эпицентра. Существовал один такой, практически на Северном Полюсе.

В принципе, довольно безобидный, твари оттуда, как правило не добирались до берегов Евразии или Северной Америке. Но, тем не менее, в ужасных климатических условиях там был организован Арктический Центр РИ.

И вот тут была большая проблема! Дело в том, что по молодости, нынешний Император, как любой из императорской семьи проходил обязательное обучение в Центре Истребителей и ходил в Разломы. Именно там они познакомились, будучи курсантами в одной группе.

На тот момент, будущему Императору очень нравилось эта охота. Будучи чрезвычайно сильным Одарённым уже в юном возрасте он с большим удовольствием ходил в Разломы, где и сдружился с молодым Хрулевым. С грустью покинув Иркустк, тем не менее, он часто наведывался туда «на охоту».

Сидя в уютном домике Хрулева в сосновом лесу на окраине Иркутска, под медовуху и хорошую закуску, уже действующий Император пенял товарищу на то, что он родился не в то время. Уже больше двадцати лет прошло с таинственной смерти его отца и Империи не было ни одной хорошей войны! Так, постоянные стычки с монголами и китайцами. Да еще Коронат в Европе воду мутит. Но ничего подобного «западной компании», что блестяще провел его дед, показав европейцам где раки зимуют!

Император ценил Хрулева за прямоту и преданность. Устав от столичных интриг он улетал в Иркутск. Будучи человеком импульсивным и вспыльчивым, Император постоянно ввязывался в какую-то авантюру лично. То рейд в Радужный Разлом, не дождавшись Абсолюта, то атака на монгольских рейдеров силами пограничного гарнизона, то…

Что там произошло, в Арктическом Эпицентре, Хрулев понятия не имел и это его очень тревожило. А еще в свободном доступе отсутствовал сильнейший Абсолют Империи Александр Пушкин. И это тоже как бы намекало…

– Здравствуйте, Василий Петрович! Позвольте присоединиться? – молодой голос оторвал Хрулева от размышлений.

Он поднял голову и нахмурился. Перед ним стоял и дружелюбно улыбался молодой человек, дорого одетый и безупречно выглядящий. Вот только, Василий Петрович точно знал, кто это такой.

Граф Алексей Антонович Румянцев, сын родного брата канцлера – покойного Антона Федоровича. Командир Силового Крыла Канцелярии, а фактически – цепной пёс дяди с индульгенцией от Имперский Канцелярии на практически любое действие во имя Империи и Императора. Очень неприятный человек. И очень опасный!

В голове у герцога с отчетливым щелчком сложился «пазл».

– Твой дядюшка с ума сошел? – недружелюбно поинтересовался Хрулев. – Он решил ликвидировать Галактионова твоими руками?

– Вы что? Как можно? – наигранно возмутился Румянцев и уселся без приглашения за стол.

– Ты, Алексей, ври да не завирайся. А я-то старый дурак думал, что за люди грузят снарягу как для локальной войны? Со слепу не разглядел герба канцелярии.

– Потому что герба нигде не было, – хмыкнул граф. – Да и по сумкам было невозможно понять, что внутри. Так что ваша «слепота», уважаемый Василий Петрович очень недостоверна! И да, кое-чему из этого вы сами меня научили!

– Я учил тебя биться с тварями, а не с преданными Империи и Императору людьми!

– Да полно вам, Хрулев, – внезапно перестал улыбаться молодой человек и его лицо сразу стало каким-то хищным и опасным. – С чего вы взяли, что моя цель – какой-то занюханный барон? А не кое-кто более крупный, неудобный и… выживший из ума от старости?

Глава 9

Одарённый из Разлома оказался крепким орешком, причём сразу по двум причинам.

Во-первых, он долго молчал, пока Волк не рассердился и не сказал своим ребятам – «жечь по полной». Ожидаемо, специалистами по добыче информации оказались Павел Ким и Такеши Свиридов. Я всегда знал, что не может по доброй воле нормальный человек идти в диверсанты и ассасины, должно быть что-то от природы. За что-то эти два вечно прищуренных товарища сильно не любили остальное человечество, хотя за своих они стояли горой. В общем, хорошо иметь их в друзьях.

И это ещё Призрак был в тысячах километрах отсюда. Подозреваю, находись он рядом, бедному пленному Одарённому было бы совсем тошно.

Да-да, я знаю про всяческие военные конвенции. Но, во-первых, он не был военнопленным, а уродом, который исподтишка завалил много хороших Истов. А во-вторых, он был уродом, который завалил много хороших Истов. Этого было для меня достаточно.

В общем, вторая проблема была, когда этот козел наконец-то заговорил. Вот только языка, на котором он общался, никто из знакомых не знал. Это был определённо какой-то арабский диалект, причём основной арабский, на котором говорили в Персии, я знал. Турецкий тоже. Это было вроде что-то знакомое, я почти улавливал смысл, но в последний момент этот самый смысл от меня ускользал. Кроме того, если бы этот дебил ещё так не орал, может в чём-нибудь и разобрался.

В общем, клиент «созрел». Вот только это было бессмысленно.

Мы как раз с Волком размышляли, что делать. Паша и Такеши от безделья испытывали новый прибор для развязывания языка. Клиент орал, мы морщили лбы.

Вдруг к нам зашёл недовольный Бурбулис.

– Чего вы тут разорались? У меня дебют на следующей неделе, а я сосредоточиться не могу!

Он посмотрел в сторону орущего пленного, и что-то пробормотал на языке, удивительно похожим с языком пленника.

– Ты что ему сказал? – удивился я.

– Что он сам сын шлюхи. И если он ещё раз откроет свой поганый рот, я ему вырву язык без всякого сочувствия.

– Ты его понимаешь? – удивился я.

– Ну да, понимаю, – пожал плечами Бурбулис. – Ну, так и что? Если у вас самих рука не поднимается, то давайте я его убью! Станет тихо, и я пойду заниматься своим творчеством.

– Так-так-так! – остановил я его. – Секундочку! Откуда ты знаешь его язык?

Тут Бурбулис добродушно усмехнулся и ловко подкрутил свой ус, явно наслаждаясь возникшей ситуацией.

– А тебе не показалось странным, что я русский откуда-то знаю?

Тут я озадачился и почесал репу.

– Нет.

Бурбулис звонко рассмеялся.

– Ну, я бы сказал, что ты тупой. Но я точно знаю, что ты не тупой. Ладно, спишем на то, что у тебя не голова, а «Дом Советов», чтобы это не значило. Есть у меня такая способность. Не знаю откуда, но я мгновенно получаю информацию о языках. Она как будто мне в голову загружается. Как в этих ваших… компьютерах, вот! – нашел аналогию франт, и очень этому обрадовался.

– Хороший навык, – задумчиво протянул я. – Ты и мечник, и полиглот. Может у тебя ещё есть какие-то неведомые способности, о которых я не знаю?

– Конечно же, есть! – подбоченился Бурбулис. – Я же говорю, через неделю у меня прослушивание в столичном оперном театре.

– Чего?! – снова охренел я.

Тут Бурбулис нахмурился.

– Ты бы хоть поинтересовался, дружище, чем я там занимаюсь. Я же не просто так из подвала не вылезаю. Я строю себе эту, как её… репутацию!

– Подожди, это тебе в Питер лететь нужно?

– Нет, не нужно, – засмеялся Бурбулис.

Он достал из кармана телефон, что-то тыкнул, и у меня блямкнуло оповещение. Я заглянул.

«Бурбулис 44-ый, наследный…» – дальше перечислялись титулы на пол страницы – «…приглашает Вас в друзья!».

Я хмыкнул и нажал.

– Это что такое?

– Пфф! – опять нахмурился Бурбулис. – Я в этом мире без году неделя, а ты тут родился, и ты не знаешь, что это такое? Гениальное изобретение человечества – социальная сеть! Через нее все продвинутые люди общаются. А не вот это вот всё, – он определённо развёл руками.

Я тяжело вздохнул.

– Мне бы времени побольше… И всё равно бы я в соц. сети не полез, – задумчиво проговорил я. – Ведь есть же более интересное времяпровождение…

– Баня! – сказал Волк.

– Водка! – подхватил Паша.

– Бабы! – счастливо зажмурился Такеши, и от переизбытка чувств нажал приблуду в своей руке, которая нажала что-то на руке у пленника. У того затрещал палец, и смуглый заорал еще громче.

Бурбулис заржал.

– Ишаков вспоминает! Но это времяпровождение так себе…

– Ладно, оставим пока в покое твое прекрасное прошлое, – тут я сбился. – Кстати, ты случаем не планируешь покинуть меня ради мировой славы и известности?

Бурбулис глубоко вздохнул.

– К сожалению, я не могу себе это позволить. Ты слишком юн и неопытен, чтобы я оставил тебя наедине с этим жестоким миром.

– Гы-гы, – сбоку заржал Волк.

– Гы-гы-гы! – поддержали его Паша и Такеши.

– А-а-а! – заорал пленник, которого Свиридов опять случайно потревожил.

– Так, короче… – я повернулся к ассасинам. – Уберите вы эту вашу… как она, блин, называется.?

– Это называется «Сви-Ки», – охотно пояснил мне Свиридов.

– Что за хрень?

– Ну, это наши фамилии – Свиридов и Ким. Мы запатентуем её и будем продавать задорого, – он показал свое страшное изобретение для пыток. – Думаю, будет нарасхват. Времена нынче тёмные. Как сказал господин Бурбулис – мир жестокий.

– Короче… – прекратил я эту клоунаду. – Бурбулис, мне нужно, чтобы ты кое-что перевел.

– И после этого я смогу его убить? – поинтересовался Бурбулис.

– Ну, посмотрим, чем закончится допрос, – сказал я обтекаемо. – Но орать он точно не будет, и мешать тебе тоже.

– Приемлемо, – сказал Бурбулис. – Что ты хочешь узнать?

– Я хочу узнать, откуда они взялись в том Разломе, и какое резиновое изделие их надоумило сделать то, что они сделали. Ну, и, собственно, где находится выход.

Бурбулис кивнул.

– Понял.

И забурчал что-то. Пленник его слушал, в какой-то момент скривился и коротко бросил ему в лицо.

Бурбулис без замаха ткнул ему пальцем под дых, и тот скукожился, пытаясь выблевать содержимое пустого желудка. Франт посмотрел на меня с небольшим смущением.

– Он опять мою маму помянул. Извини…

– Да не, ничего, продолжай, – заинтересовался я. – Только ещё раз покажи, куда ты его только что ткнул?

Я наклонился, и рядом услышал жаркое дыхание товарищей. Конечно же, все спецназеры точно также наклонились поближе, как подростки на школьной перемене в туалетах для мальчиков рассматривали порно-журнал, что спёр их гордый одноклассник у своего папашки.

– Да вот сюда, – Бурбулис ткнул еще раз, и пленник опять захрипел.

– Чё-то он посинел, командир, – нахмурился Свиридов. – Как бы кони не двинул.

– Да-да, точно. Дайте ему водички, что ли, – сказал я. – Короче, продолжай, – повернулся я к Бурбулису. – Я думаю, он понял, что был не прав, и оставит твою маму в покое.

В общем, оказалось, что выход из Разлома находится на побережье в районе Персидского залива. А допытываемый нами человек есть вождь кочевого племени бедуинов. Этот Разлом они открыли достаточно давно. В нём раньше даже водились песчаные скорпионы, которых бедуины уничтожали, ведь их яд отлично ложился на копья и стрелы, вызывая мучительную смерть своих врагов.

Да, в этом кочевом племени были сильные Одарённые, а кольца у них были неизвестно откуда, передавались по наследству многие века и берегли их, как зеницу ока! Ведь иногда лут из одного Разлома по стоимости превосходил месячный доход от торговли товарами, полученными в результате тяжелого и изнурительного труда.

Так они и ходили потихоньку, фармя монстриков ради нужного ингредиента. Но потом, в один прекрасный момент, открылся вход с другой стороны, и занятые уничтожением скорпиончиков бедуины столкнулись с Иркутскими Истребителями.

Проблемой наших была в том, что внутрь зашла группа из четырех человек. А бедуины привыкли фармить скорпионов по старинке – охотиться группой, и было их там почти пять десятков. В общем, после непродолжительной битвы, Истребители из Иркутского Центра полегли, а бедуины поняли, что на свете существует более качественное оружие и снаряжение, которое они видели изредка, когда приезжали купцы из Персии, чтобы купить у них верблюдов, овец или домотканые ковры.

Умный вождь смекнул, в чем его выгода, и в Разломе стала постоянно дежурить ватага, уничтожающая Истребителей. Один раз туда зашло шестеро Истов и чуть было не положили всех бедуинов. Скорее всего, это была дежурная группа Истов. Бедуины еле справились, и решили поменять тактику. Теперь они сидели в засаде, и сами выбирали время атаки.

Таким образом, в Разломе погибло сорок два Истребителя. Насколько я помнил, кадровых из них было восемнадцать, остальные вольники и друзья Архипа. Кстати, надо к нему наведаться.

– Всё, теперь можно его убить? – как ни в чём не бывало поинтересовался Бурбулис.

– Пока нет.

Я увидел, как нахмурился франт.

– Не-не, пытки окончены! Посадите его в карцер, – кивнул я. – В этот, как его… антимагический.

– Естественно, – кивнул Волк. – Сделаем.

Я только начал изучать подвальное помещение усадьбы. Еще далеко не везде был, уж слишком много там было ходов. Но вот небольшую тюрьму я нашёл, причём было две одиночные камеры, рассчитанные на Одарённых. Попадая внутрь, человека ментально прибивало, и он не мог использовать свой Дар.

Когда я рассказал об этом Анне, она тут же зашипела и сказала ни в коем случае никому не рассказывать. Дело в том, что технология изготовления таких камер у человечества отсутствовала напрочь. Просто камень, из которого была облицована камера, достали из Разлома – очень редкий и чрезвычайно дорогой материал. Анна ещё удивилась – для чего нужны были эти камеры Роду Галактионовых. Насколько она знала, в Империи такие были только в столице для высокопоставленных пленников, подозреваемых в государственной измене.

Ну, вполне возможно, что кто-то из Великих Родов имел что-то подобное. Хотя, зачем держать пленника? Это его ещё кормить надо, проще просто уничтожить. Нормальная аристократическая логика, чего уж.

Как бы то ни было, но штука весьма полезная, вот заодно и пригодилась. Не хватало, чтобы он мне проблем у меня же под задницей устроил.

Счастливый Бурбулис пошёл дальше музицировать. Я же с Волком пошёл в усадьбу. У меня было еще два дела – заглянуть к Архипу и смотаться в Центр. Уже Хрулёв должен был давно вернуться, а он мне всё ещё должен.

– Ты читал отчёт Призрака? – спросил я у Волка.

– Конечно, читал, – сказал он. – Как ты думаешь, бомбанем Смородиных?

Я удивлённо посмотрел на него.

– А вы точно бывший капитан Имперского Спецназа Андрей Потапов или тебя подменили каким-то бандосом?

Волк, похоже, обиделся и пожал плечами.

– На войне – как на войне, – сказал он.

Я хмыкнул.

– Вот поэтому нас и боятся окружающие страны. Понабирают беспредельщиков на службу, а потом их реабилитировать долго. Вот скажи мне, друг мой, если бы я тебя не подобрал, где бы ты сейчас был?

– Известно где – на небесах, – пожал плечами Волчара.

– Да не… Если бы не было тюрьмы, если бы ты просто ушёл на пенсию. Вот как бы тебе на пенсии жилось?

– Да нормально жилось… Купил бы землицы, домик, жену бы завёл, – он задумался. – Трёх! Детишки бы пошли, охоте бы их учил.

Я не выдержал и заржал.

– Ты вот в это всё реально веришь?

– Ну да, а что? – спросил Волк.

– Ясно. Не о чем мне с тобой говорить.

– Да что такое, командир?! – возмутился Потапов.

– Что такое? Да я, честно говоря, изумился, почему столько чрезвычайно квалифицированных людей – твоих товарищей так просто бросили пенсию. У многих из которых, между прочим, была твоя мечта! – я ткнул ему в грудь пальцем. – Дом, жёны, детишки… И с радостью присоединились ко мне. Но чем больше я с вами общаюсь, тем больше понимаю, что ни хрена из вас мирных людей не получится! Раненые вы на всю голову…

Волк хмуро на меня посмотрел, соображая, обидеться ему или нет.

Я хлопнул ему по плечу.

– Ну, это я без обид говорю. Хорошо, что вы ко мне попали. Я добрый, я за вами посмотрю.

Тут уж Волк не выдержал и заржал.

– Это ты добрый???

– А разве нет? – теперь уже удивился я. – К своим, так точно.

– Не, ну к своим – да, согласен, – сказал Волк.

– Это я к чему… Никто Смородиных «бомбить» не будет. Виконты делают хорошее дело, выполняют свои обязательства, сотрудничают со мной, даже скидки дают. А я с ними так по-скотски поступлю?

Волк хитро на меня посмотрел.

– А может, причина в том, что их охраняет Имперская Служба Безопасности?

Я невольно улыбнулся.

– Конечно, и это тоже. Хотя это больше звучит для меня, как вызов. Однако мы пойдём другим путём.

Я подошёл к «Тигру», уселся на переднее сиденье и нажал кнопку шифрованной связи. На той стороне взяли трубку, раздались какие-то звуки, выстрелы, взрывы, и совершенно беззаботный голос Призрака.

– Командир, это срочно? А то я тут немного занят.

– Я быстро, – сказал я. – Хотя, если тебе совсем неудобно…

– Не-не! – прервал Призрак. В трубке раздался чей-то истошный крик, как будто кому-то в брюхо вонзили меч. – Я вполне могу разговаривать.

– Тогда слушай сюда…

Имение Доброхотова,

город Якутск

Алмазный Король был не в духе. Нет, он улыбался, ведь он провёл прекрасную ночь в обществе новеньких молоденьких наложниц, утром провел чудесную медитацию, выпил апельсиновый фреш и позавтракал пророщенной пшеницей из Разлома, что, по идее, должна была дать бодрость и крепкое здоровье. Вот только запаса хорошего настроения не хватило на доклад Прохора.

– Конвой, что шёл с рудника – Имперский, с грузом необработанных алмазов, подвергся нападению.

– Ты мне это уже говорил, – нахмурился Король. – Я ещё раз спрашиваю – КАК?! Два гусеничных броневика, переделанных из последней модели Имперского штурмового танка «Прорыв» – штучный заказ. Четыре «Акулы» – прикрытие с воздуха. И восемь БТРов «Пантера» на земле. Я ничего не путаю? Именно таким конвоем мы перевозим алмазы с рудников?

– Ничего, Ваша Светлость. Именно таким.

– Так вот, я ещё раз повторю – КАК?! На них что, напала Первая Ударная Имперская Армия, во главе с самим Императором?

Прохор напрягся. Глава Гвардии Рода, опытнейший Одарённый, пожилой ветеран – у него по спине ручьем тек пот, а руки взмокли настолько, что он их постоянно вытирал об штаны.

– Мы не знаем. Дело в том, что в какой-то момент, без предупреждения, один из броневиков свернул в сторону, ну… вы знаете. Он проезжал в этот момент по узкой дороге возле ущелья и рухнул в пропасть. Когда мы до него добрались, экипаж и внутренняя охрана были уже мертвы – погибли в результате ударов холодным оружием. А содержимое сейфов отсутствовало.

– Прошка… – очень ласково посмотрел на него Король. – Я задам тебе один вопрос. Помнится, механики постоянно жаловались на то, что третий контур защиты у броневиков, что защищает машину от проникновения «бесплотников», постоянно барахлил и жрал целую кучу желеек. Скажи мне, что у этого броневика артефакторный механизм был в порядке и он работал в момент нападения.

Старый Прохор, прослуживший верой и правдой сорок лет своему господину, смертельно побледнел, открыл рот, чтобы что-то ответить, но у него перехватило горло.

Максимилиан продолжал мило улыбаться, и эта улыбка не сулила ничего хорошего собеседнику.

– Или ты снова будешь мне задвигать, что «бесплотников» в Империи давно не осталось? Что эксперимент признан неудавшимся и опасным, и последнего ликвидировали давным-давно ради имперской безопасности и вся эта артефакторная приблуда – пустая трата ресурсов? Ведь ты мне этого не скажешь, правда?

* * *

Когда мы подъезжали к Центру, нас обогнало несколько машин с полицией, скорые и военные машины. Их всех мы, как законопослушные граждане Империи, конечно же пропустили вперед. Когда подъехали к проходной, я поинтересовался у сержанта, который подошел проверить наши документы.

– Боец, что за кипиш?

– Беда у нас, господин Галактионов! – абсолютно серьезно сказал военный, который уже знал меня в лицо. – Герцога Хрулёва привезли, он без сознания.

– Что случилось? – уточнил я у него.

– Потерпел крушение дирижабль. Вы что, новости не смотрели? С утра рассказывают, по всем каналам…

– Нет, не смотрел. А в чём причина?

– Подозревают теракт.

– Ясно, – кивнул я. – Давай, к лазарету, – сказал я Волку. – Только не торопись, хочу глянуть.

Достал планшет и посмотрел последние новости.

Да, действительно. Уже почти возле самого Иркутская рухнул дирижабль «Кассиопея». Погибло полторы сотни людей. На борту находился начальник Иркутского Центра Хрулёв, а кроме этого, силовая группа Имперской Канцелярии во главе с ее командиром – графом Румянцевым.

– Трындец… Серьёзно?! – я сказал это вслух, так что Волк обернулся.

– В смысле?

– Теракт на дирижабле, на котором летит силовое крыло Тайной Канцелярии? Либо этот террорист чёртов гений, и я хочу нанять его себе на службу! Либо нам и зрителям задвигают какое-то фуфло!

Волк хмыкнул.

– Согласен, странновато.

«В результате крушения сильно пострадал известный и любимый всем Иркутском начальник Центра Истребителей монстров – герцог Василий Петрович Хрулёв. Кроме него выжили лишь командир силового крыла Канцелярии – граф Алексей Антонович Румянцев и несколько его подчинённых. Остальные люди погибли. Редакция нашего канала приносит соболезнования семьям погибших. Завтра в Иркутске объявлен день траура».

Рука потянулась к телефону и я вызвал Андросова. Облом! Телефон у него был выключен. Я заглянул в планшет и увидел, что они всё ещё находятся в Разломе. Видимо, аппетит приходит во время еды. Они уже закрыли один Разлом и пошли во второй. Жаль, Андрей бы мне сейчас очень пригодился.

– Дальше нельзя! – передо мной встал охранник.

– Боец, это же я.

– Я знаю. Никому нельзя. Приказ полиции.

– Марь Ивановна! – заглянул я через плечо и увидел заплаканную секретаршу. – Это я, Галактионов! Можно мне к Деду?

Марья Ивановна подошла. Лицо у нее было красное, глаза заплаканные. Она вытирала лицо платочком.

– Пропустите его, это Галактионов. И он… – она замялась.

– Лекарь! – сказал я. – Души лечу.

Боец замялся. Стоящий рядом с ним капрал, что был старше, кивнул, и мы прошли внутрь.

В одиночной палате лежал Хрулёв. Честно говоря, мне было больно видеть этого человека в таком состоянии. Без сознания, и сразу было видно, сколько ему на самом деле лет. Под белой простынёй виднелись руки с капельницами и голова. Одна рука, практически, полностью почернела от ожогов, вторая была целой. А вот лицо, как ни странно, не пострадало. Всё те же всклокоченные седые волосы, аккуратная голова и закрытые глаза, как будто старый Ист уснул.

– Здравствуйте, – кивнул я пожилой женщине, двум девушкам и одному молодому человеку в чёрном комбинезоне, без знаков отличия. В очень знакомом комбинезоне. Похожие я видел у своих новых гвардейцев, что остались у них со старой службы. Никаких знаков отличия, никаких опознавательных знаков. Военная разведка или что-то похожее.

Лет мужчине было где-то за тридцать. Он мог быть как поручиком, так вполне, возможно, и полковником. На таких постах растут быстро. Тем более, я видел, что у него несомненно сходство с Василием Петровичем. То есть, это был его сын, а значит, как минимум, он был правильно воспитан.

– Разрешите представиться, барон Галактионов, – сказал я.

– Хрулёв Дмитрий Васильевич, – подтвердил он мои догадки.

– Здравствуйте, Александр. Вы меня знаете? Я супруга Василия Петровича, – улыбнулась она, держа лицо. Видимо, это давалось ей с трудом. – Вася многое о тебе рассказывал в последнее время. Спасибо, что зашёл.

– Что с ним? – уточнил я.

– Физическое состояние удовлетворительное. Но лекари не могут вывести его из комы. Что-то повреждено в нём на энергетическом уровне, и они не понимают, что. Андрея Андросова ждут из Разлома. Сделали запрос в столицу. Самое плохое, если в течение суток его не выведут из комы, то он останется таким навсегда, – женщина затряслась в рыданиях. – Именно это чёртовы врачи почему-то знают точно!

Я незаметно просканировал душу своего человека, которого я, вероятно, могу назвать старшим товарищем. Старшим не по званию, не по умениям, и даже не по возрасту. Просто было в нём что-то такое, за что я ему был благодарен.

Как же ты встрял в такую бодягу, уважаемый Василий Петрович? – подумал я про себя. И да, дело тут не на пять минут. Что ж, мы вернемся позже.

– Разрешите откланяться? Я уверен, что с Василием Петровичем всё будет хорошо. Если что-то нужно… – произнёс я дежурную фразу.

– Да-да, Александр. Спасибо! – кивнула она.

Я повернулся и пошёл к выходу, скользнув глазами по Хрулёвы-младшему. И этот взгляд мне совсем не понравился. Как бы этот молодой мужчина не натворил чего-то неразумного.

* * *

– Подзабыл ты меня, Саша, – беззлобно поприветствовал меня Архип и широко улыбнулся, протягивая свою лапищу.

Я с удовольствием протянул руку и пожал её.

– А где же продолжение, Архип? Насчёт того, что я нашёл себе кого-то более выгодного, чем старый ворчливый лавочник.

Архип не выдержал и засмеялся.

– Такого ты от меня никогда не услышишь. Я же не девка капризная, которая пеняет своему другу на то, что он нашел молодую и красивую, и что дело совсем не в том, что она себя запустила, отрастила жирную жопу и ходит по дому в сальном халате и с немытыми волосами.

– Ха-ха! – засмеялся я. – Вот именно за это я тебя люблю, и никогда не брошу. А твоё описание очень сильно похоже на личные переживания.

– Это совпадение, – хмыкнул Архип.

– В общем, по поводу твоей группы, за которую ты просил, – я достал из кармана перстни и высыпал их на прилавок. – Прости, но я не успел.

Архип нахмурился.

– И что там за твари были?

– Там были не твари, а люди. Я, надеюсь, не нужно говорить, что весь разговор между нами.

– Саша, не обижай меня, – сказал Архип.

– Ну, я всё равно это сказал. В общем, Разлом двухсторонний. Второй на территории Персидского залива и местные товарищи, которые нам совсем не товарищи, обосновались там и вырезали наших Истов.

– Ублюдки! – скривился Архип.

– Ну, этих нехороших людей я порешил. С Разломом пока не знаю, что делать. Он незакрываемый – кристалл разбился и осколки превратились в песок.

– Ясно, – кивнул Архип. – Что-то интересное привёз?

– Привёз, – хмыкнул я. – Выгружайте, – сказал Волку по гарнитуре. – Ребята на заднем дворе, пойдём, посмотрим.

Пока мои ребята вытаскивали весь лут, я наслаждался чашечкой кофе, предложенной Архипом.

– А ты почему без кольца? – спросил Ист, кивнув на мой палец, на котором было только родовое кольцо Галактионовых. – Плохая примета. Разве не знаешь?

– Да я не верю в приметы, – засмеялся я. – А с кольцом небольшой конфуз случился. Хочешь поржать?

Я полез в карман, достал свое прозрачное кольцо, которое как только надел на палец, загорелось красным цветом.

– Прикинь, позорняк какой? Знаменитый барон Галактионов – Истребитель пятого класса!.. Эх, Архип, отомри!

Я посмотрел на старого Иста, которому было далеко не до смеха. Он неотрывно смотрел на кольцо, и в глазах у него одновременно читался ужас и…. надежда.

Глава 10

Чем дальше в лес, тем больше драйва! Ведь каждый Охотник знает, что самые сильные твари живут в глубинах. Но в этой пословице есть две стороны одной медали.

Сильные в глубинах, а хитрые возле входа. Именно такие твари всегда прячутся, маскируясь на самом видном месте и пожирают слабых людей, которые не ожидают в самом начале встретить сильного противника. Ну, на крайний случай, кролика или облезлого зайца.

Это я очень сильно утрирую, пока сижу в кафешке, рассуждая о своих делах. Хрулев… Его явно решили убрать. Моя чуйка подсказывает, что это дело, вероятно, связано со мной. Но убить целого герцога, главу Центра Истребителей да еще так грязно? Зачем им это? Если сделали, видимо, есть какая-то причина.

Я уже навел справки и узнал, что Румянцев вышел из этого крушения совершенно без травм, и сейчас вернулся в столицу.

Размышляя, я взглянул на часы, да, он уже должен быть в Питере. А главное, как быстро ударил он по тапкам, когда от его силового крыла остались лишь жалкие слезы.

Жаль, очень жаль… Я бы хотел с ним поговорить и узнать, как он смог задеть душу Хрулева. Проблемы с душами – это моя специальность. Мой быстрый осмотр показал, что дела у деда хреновые, и это еще мягко сказано. Я не уверен, что в этом мире есть много людей, которые ему могут помочь. Возможно, старший Андросов сможет, если напитает его таким количеством своей энергии, что выдавит душу со второго душевного плана на первый. Вот только, скорее всего, такое лечение его убьет.

Думаю, это все-таки был артефакт. А если нет, то мне стоит убить Румянцева и всю его семейку.

Кто еще, как не Охотники, могли знать истинную ценность души, и что игры с ней не приводят до добра. Если он сейчас умрет, то даже я не смогу точно сказать, будет ли у него хорошее посмертие, или же его душа навсегда завязнет на этой планете.

Духи тоже существуют, и мы на них охотимся. Только, как правило, духами становятся именно разумные, в основном, как раз люди. Не встречал я ни одного духа гоблина или дракона.

Врачи ошибались, когда говорили, что у него всего день, а потом его уже не вытащить. Все возможно, если знать, как работать с его душой. Я вот знаю, но есть некоторые нюансы, и мне стоит над этим задуматься. Стоит ли овчинка выделки?

Возможно, это будет ловушкой на меня. Я часто работаю довольно открыто, и если кто-то меня заподозрил в манипуляции с душами, то вполне может устроить мне нежданчик в душе у Хрулева.

Даже молодые Охотники могут влиять на души, но на это у них уйдет много времени, а еще для этого требуется предельная концентрация. То есть, молодой Душелов может часами стоять в трансе, не видя ничего перед собой. В такой момент может появиться убийца и забрать его жизнь. Конечно же, я не молодой Охотник, и мне не нужны такие ухищрения. Я смогу оторвать драгоценные бубенчики каждому убийце, который явится ко мне, в каком бы состоянии я не находился.

С другой стороны, убийц может и не быть… А вот если Хрулев вдруг выздоровеет, то это выдаст меня с потрохами.

Тут тоже странная ситуация, ведь мне по сути, должно быть пофиг. Я хоть сейчас могу заявить о себе на весь мир, и клал я болт на то, что подумают мои враги и конкуренты. А я уверен, что конкуренты будут. Сразу найдется хоть один Род, Орден или же клан, который умеет делать что-то похожее, правда, на очень посредственном уровне, но зато считает себя особенным.

Это только мои мысли… Всего этого может и не быть. В любом случае, с Хрулевым нужно что-то делать или не делать. Но уже сегодня нужно принимать решение.

Жалко мне было деда. Он мне импонировал, с ним было легко и приятно общаться, а сколько крови я у него выпил своими выходками. Но он не старался меня сломать, а наоборот, принял правила моей игры и подстраивался под ситуации. Так что он, как минимум заслужил, чтобы я подумал над его спасением.

Время еще есть…

Вдруг зазвонил мой телефон, я сразу поднес его к уху.

– Есть новости, дорогая? – мягко спросил я Анну.

Даже через телефон я услышал, как Анна довольно выдохнула. Ей нравилось, когда я называл ее дорогой, и вообще, ей нравилось слышать от меня нежные слова.

– Я узнала информацию о Румянцевых, как ты и просил, сейчас все тебе перекину, – удивительно, ведь не прошло еще и двадцати минут с того момента, как я дал ей задание. – Сильный и довольно опасный Род. Я о них и так знала, да о них все знают – как никак, глава Рода – Канцлер Империи, но сейчас копнула глубже.

– Отлично, спасибо! Я наберу тебя позже.

– Буду ждать.

Ждать долго ей не пришлось.

Информация была занимательной. Из нее я могу судить, что этот Род во все времена стремился к власти, и у них прямо на Роду написано добиваться ее любыми способами. Их предки несколько раз был замечены в грязных делишках, из которых выходили, как ни странно, без потери репутации и с нехилым профитом. Так, сто лет назад было что-то, связанное с захватом власти в одной из провинций. Но поскольку весь тот Род был вырезан, они остались белыми и пушистыми.

Для общественности создали легенду, что Род Варваржановых, на который они напали, являлись предателями родины. Предоставили доказательства, которые нашли на их землях, и за это еще получили награду от прошлой власти. Ну, естественно, кроме отжатой земли.

Ох, как я люблю такие личности. С ними никогда не бывает скучно, и таких я не раз встречал в прошлой жизни.

Сейчас для меня нынешнего это намного опаснее, чем раньше, но от этого не менее веселее. Значит, Румянцевы хотят поиграть. Что ж, поиграем… Как-то много любителей игр на одного Галактионова, ха-ха!

Набрал снова Анну, и попросил ее собрать информацию о всем имуществе Рода Румянцевых в Иркутске.

Что-то я в последнее время сильно увлекся ударами по карманам врагов.

Может пора зайти прямо в лоб, и работать на чистой силе? Хм… Так я раньше делал всегда.

Пока Анна искала для меня информацию, объявился Шнырька.

– Ш-ш-ш-ш-шука-а-а-а-а!!! Ш-ш-ш-ш-шакалы!!! – зашипел он мне на ухо, давая понять свое настроение.

– Показывай! – скомандовал ему, и откинулся на спинку своего кресла.

Удобно, когда в каждом уважающем себя заведении есть приватные кабинки, на тот случай, если к ним зайдет аристократ. Здесь можно спокойно взаимодействовать со Шнырькой, заодно подкармливая его.

Шнырька, как всегда, сработал на высоте, и я получил интересные данные, которые, ой, как мне нужны сейчас. Не зря я решил посетить эту кафешку, которая находилась возле больницы, где сейчас лежал Хрулев.

Где-то в столице Империи

– Ты облажался… – из телефона звучал суровый голос канцлера. – Тебе поручили совсем простое дело. Знаешь, мне кажется, что ты не отнесся к моим словам серьезно, и тебя стоит наказать. Ты забыл наш девиз?

Молодой мужчина бледнел на глазах, и ему вдруг очень захотелось провалиться прямо под землю. Впрочем, у него есть возможность там оказаться. Он прекрасно знал, что случается с теми, кто расстраивает дядю. Непростой человек, который не любит в жизни многие вещи, и одна из них – это невыполнение поставленных задач.

Вот от этого Алексей и побледнел. Он, конечно, сын родного брата канцлера и тот перед смертью отца обещал присмотреть за племянником, но не уверен, что этот статус может спасти его, если князь Румянцев решит, что он больше не полезен или подвел его.

– Прошу прощения, дядя, – парень постарался придать голосу, как можно больше сожаления. – Хрулев оказался не так прост, как мы считали. В его документах стояла неправильная информация о силе его Дара. Он, как минимум, на один ранг выше, только все вышло настолько плачевно не из-за этого. Слишком неожиданно все случилось, а я не взял с собой больше людей, чтобы не вызвать лишние подозрения.

Старый канцлер и, по совместительству, глава Рода РУмянцевых лишь тяжело вздохнул.

– Леша-Леша… Ты знаешь, как я «люблю» отмазки? Ты мне предоставляешь сейчас именно их… – Михаил Фёдорович не спешил продолжать свой монолог, прекрасно понимая, в каком состоянии сейчас находится его племянник, и давал время тому промариноваться. – Твоя глупость стоила мне времени на улаживание этого инцидента. Теперь Хрулев – жертва, и ходят даже разговоры о представлении его к награде. Пусть это и посмертно, но мне неприятно.

Князь Румянцев имел давние счеты с Хрулевом. Мужчина не то, что посмертно награждать его не хотел. В мыслях у него было подождать полгодика после его смерти, и вообще стереть весь его Род и даже упоминание о них. Благо, сделать он мог это очень легко.

Конечно, он не был психом, но от всей души не любил бесполезных людей. А Хрулева он считал именно таким. Старик, который своей силой и умением мог помочь Империи, просиживал свои задницу в захолустье и возился с работой, с которой мог справиться любой другой, менее полезный человек.

Видите ли, у Хрулева было такое призвание, и свою профессию он менять не хотел. А может это было и вранье самому себе все это время. Румянцева просто бесило, что он дважды предлагал Хрулеву присоединиться к нему, и дважды получал отказ.

– Я лишь частично не справился. Как бы там не было, а Хрулев умрет или никогда больше не придет в себя – это неважно. Главное, что его больше нет! – послышалась уверенность в голосе у парня. – А насчет награды я все решу. Напрягу смежников, и попрошу накопать что-то на Хрулева или создать. Очерним его Род, и может свяжем с черным ковеном? Могла ведь убитая горем жена, не приходящего в себя герцога, обратиться к темным для помощи?

Князь довольно хмыкнул, показывая свое одобрение.

– Начинаешь исправляться, – похвалил он своего племянника. – Я даже опять думаю, что не зря тебя лично учил. Ты был моим лучшим учеником, и мне неприятно видеть твои неудачи. Ведь я могу принять их на свой счет. А ты знаешь…

Не успел он договорить, как его прервал звонок телефона по очень важной линии, которую даже он не мог проигнорировать.

Мигом связь с племянником оборвалась, и Алексей остался один, еще слушая прерванные гудки. Несколько десятков секунд ему понадобилось, чтобы осознать произошедшее, и убрать телефон от уха.

– Достало… – выдохнул парень, и дрожащими руками налил себе дорогого и терпкого рома из бутылки в стакан. – Долбанный старик… Будь проклят он и весь его Род! Я им еще покажу!

С каждым глотком и каждой новой порцией выпивки парень все больше закипал. У него по жизни амбиции были не меньше, чем у дяди, а тщеславия еще больше. Именно из-за него он и пострадал. Задание было простым, и сделать его можно было проще. Подорвать дирижабль, и потом уже найти выживших. Если таковым был бы Хрулев, сделать так, чтобы выживших не оказалось совсем.

Но нет… Гадство… Парень лично хотел сообщить Хрулеву о его устранении. Хотелось заглянуть герцогу в глаза и насладиться его страхом и паникой, когда тот поймет, что ему пришел конец.

Кто же мог подумать, что тот реально окажется сильнее? За утаивание такой важной информации его могли снять с поста директора Центра. Кто при своем уме будет так рисковать? Оказалось, нашелся один.

С этого момента все пошло наперекосяк, когда он сообщил о его незавидной судьбе. Страха в старых умных глазах не показалось, как и ничего другого, кроме презрения.

Завязалась битва. Затем случился взрыв дирижабля. Были потрачены редчайшие и дорогие артефакты, что, вообще-то граф приберег для разборок с Галактионовым и его новой гвардией. Алексею пришлось своими руками добивать выживших, но искалеченных подчиненных, которые могли стать свидетелями.

Увы, но вылечить их он бы не смог, это вызвало бы лишние вопросы от их семей и прочих ненужных подозрений. Ведь тогда они могли отправиться на пенсию, и им потребовались бы определенные выплаты за травмы на особо секретной операции. А операции ведь никакой и нет… Просто просьба дяди.

Честно говоря, он дал слабину, когда первым самолетом рванул в столицу. Людей у него осталось мало, артефакты потрачены. Алексей не признался бы никому другому, но он в какой-то момент растерялся. Когда каким-то чудом державшийся на ногах, частично обожженный, а частично обмороженный старый герцог, с безумной ухмылкой на лице, не то, что не ушел в глухую оборону, а пошёл в атаку против нескольких ликвидаторов, молодой граф использовал то, что не должен был использовать.

Если бы этого не случилось, возможно кое кто пострадавший из его команды был бы жив. Но, Алексей не оставил их в живых в том числе из – за своего поведения в бою – недостойного Командира Силового Крыла Имперской Канцелярии.

Прокручивая раз за разом в голове прошедший бой, здраво оценивая свой потенциал – очень сильный потенциал, без преувеличений, не хуже, чем у Хрулева, Румянцев-младший с горечью признал, что проиграл поединок воли старому никчемному старику из провинции! И чуть не сдох из-за этого!

Парень находился в своем любимом ресторане, в который пригласил друзей. Как знал, пришел раньше, и это способствовало тому, что никто не стал свидетелем этого разговора.

Убивать друзей ему не хотелось, да и бред это все. Все они дети совсем непростых отцов, которые являются не последними людьми в Империи.

Посидев и подумав, он понял, что не сможет спокойно отдыхать, рассказывая друзьям о теракте на себя любимого, в котором он выжил, если не закончит начатое дело.

Конечно, Хрулеву и так скоро придет конец, но можно сделать это все лучше.

Он взял телефон, и набрал номер своего человека.

– Слушаю вас, Алексей Антонович, – раздалось в трубке.

– Геннадий, слушай команду, – не было ему дела до формальностей и этикета, и он сразу перешел к делу. – Направь несколько команд в Иркутск и закончи это дело. Ты знаешь, что с собой взять. Забирай НЗ. И сделай все чисто.

– Понял, будет сделано… – услышал граф именно то, что и хотел.

– Отчитаешься мне утром, и поверь, я хочу слышать только хорошие новости, а иначе… – сделал он паузу. – Лучше тебе не подводить меня, – остался доволен граф своим положением и реакцией подчиненного.

В такие моменты он себе сам нравился особенно сильно, ведь напоминал своего дядюшку. А дядя был его самым главным авторитетом, которому он подражал с малых лет, и в будущем надеялся занять его место. Ведь дядя не бессмертный…

* * *

Дверь вылетает от удара с ноги и разлетается, хотя и была, зараза, крепкой, но моя нога под усилением явно сильнее.

Три человека, которые в этот момент как раз распаковывали вещи из своих черных спортивных сумок, среагировали, на мой взгляд, слишком медленно.

Конечно, они сразу потянулись к оружию, но оно еще было в сумках. При себе у них не было ничего, ведь они работали под прикрытием и одеты, как обычные спортивные парни после пробежки. Такая себе маскировка… Кто пойдет бегать с таким баулом? А он был у каждого.

– Кто… – только и успел выговорить один из них.

Договорить он не успел, так как получил мой клинок в свое сердце и затих. Он едва успел наложить на себя доспех, а я такой плохой Сандр, взял и пробил его, даже не заметив. Как боец – он так себе.

Остальные двое оказались проворнее, и все же успели выхватить клинки, а нужно было средства связи хватать, убегать и требовать себе в помощь кавалерию. Правда, не позволил бы я им этого сделать, но оружие без проблем. Если хотят помахаться, то я всегда рад.

Напали они на меня синхронно после того, как переглянулись между собой, и решили отделаться грубой силой. Не было каких-то супер-сильных техник, а все только на физике, хоть и усиленной Даром.

Сразу видно, что не хотят парни провалить операцию, но силенок маловато, чтобы со мной тягаться. Я конкретно знал, что они пришли за Хрулевым, и это не добавляло им очков благости в карму.

Несколько минут размахивания мечами, за которые я даже не успел размяться, и все закончено. Скучно, но эффективно.

Убраться я здесь оставил кислотного слайма, чтобы не оставлять следов, а вот их сумки забрал и уже внизу закинул в свой транспорт, в котором сидел Волчара.

То, что про меня узнают, я не боялся. Специально выбирал маршруты движения таким образом, чтобы даже в камеры видеорегистраторов машин не попадать. Шнырька знал свое дело, и делал его на отлично. Еще бы, чтобы он работал плохо. У него такой расход мороженого, что окупать его как-то нужно.

– Ух… какие игрушки! – восхитился Волк, когда открыл одну из сумок. – Это же явно непростое ведомство было.

Знал он прекрасно, что это за игрушки, и что за ведомство, судя по тому взгляду, который бросал на меня, вкупе с улыбкой.

– Случайно нашел, – пожал я плечами.

– Кто-то потерял, а нам все надо, – тоже в ответ пожал он плечами, показывая, что ничего не имеет против.

– Согласен… Кстати, я прямо чувствую, что сегодня еще что-нибудь найду. Не хочешь сходить со мной?

Ой, как его перекосило… Сейчас, как щенок, перед носом которого помахали сахарной косточкой, он выглядит.

– Я… Хочу… – ну, дожились, Волк ломается. – Но… Буревестника одного не брошу… Они же, суки… Все колеса обоссут.

Кто они, я не понял, но его понимаю.

– Ну, тогда ты на охране.

– Хорошо, – аж отлегло у него.

Отличная новость это то, что Волк полностью уверен в моих силах, раз готов отпустить одного. А то первое время все пытался хоть кого-то всунуть мне в напарники на помощь.

– На всякий случай, вызови наших, и эту территорию нужно взять под контроль, – решил я перестраховаться.

Хоть сама больничка охранялась, силами Центра и Империи нехило и находилась в защищенном месте. Вот только рядом, за ее территорией, были жилые дома и прочие здания.

Вот так я и нашел первых убийц, когда они попросту вскрыли замок случайной квартиры, и зашли в нее, чтобы организовать там свою базу. А если в тот момент домой вернулась бы семья, и там были дети? Понятно, что все в расход, и от этого мне мерзко на душе становилось.

– Готово, парни сюда прибудут через час, – отчитался Волк и отошел дальше, продолжая говорить по телефону.

Думаю, лишняя защита не помешает, и, на всякий случай, подстраховка. Сам я тут не могу до самой ночи дежурить, у меня еще одно дело запланировано, и до него осталось буквально пару часов. Эх, как все, так сразу.

Ладно идем в следующее место, а именно на подземную парковку, где стоит один неприметный бусик, а в нем сидят двое оперативников с аппаратурой для связи и прослушки.

С ними у меня вышло еще проще, и ради прикола я приказал слайму сожрать машину вместе с телами. Перед этим не забыв забрать все, что могло иметь ценность. Удобно, когда дорогостоящая артефактная техника хранится в чемоданах. А дальше дело техники – наложить на себя иллюзию и донести их к нашему транспорту.

Больше Шнырька никого не нашел. Рядом было много гвардейцев Рода Хрулёвых, которые ошивались здесь или сидели по квартирам, которые наспех были выкуплены. В самой больнице тоже его людей хватало, которым выделили отдельные комнаты.

Кстати! А ведь я так и не узнал, кто глава Рода Хрулевых. Василий Петрович никогда и словом не упоминал свой Род, а я чего-то затупил. Он же целый герцог! Род должен быть богатым и могуществественным. А я его только, как начальника Центра, всегда воспринимал.

Думаю, что гвардейцы неплохо справятся со своей задачей, и моя помощь может быть не нужна, но зачем рисковать? Дед мне еще пригодиться, он хоть адекватный, и с ним легко договориться.

На часах сейчас было шесть часов, а к нему можно только ночью прийти. И то, нужно будет пробраться незаметно вовнутрь, и мне не хочется светиться.

А пока я, пожалуй, займусь одним интересным делом.

Мой «Буревестник» мчался навстречу новым приключениям, а Волк радовался, как большой ребенок, ощущая его мощь и скорость. Мы не экономили, и машинка показала себя с лучшей стороны. Неудивительно, что всего лишь за два часа мы прибыли на место. А место это находилось на земле Доброхотова. Да, у Алмазного Короля были земли по всей Империи и охранялась они, как надо.

Чтобы не попасть в поле зрение и не спалиться, пришлось взлететь и на бреющем, почти касаясь верхушек деревьев пролететь над лесом, чтобы не оставлять никаких следов шин на земле. В расчетной точке я спрятал припаркованный «Буревестник» вместе с Волком, и дальше отправился один.

Небольшой заводик по переработке перьев, вот чем было это место. Словно шутка надо мной, если бы только мои братья из прошлой жизни узнали, на какое дело я отправился. Со стыда сгореть можно.

Герцог был настолько эксцентричен, что имел фабрику по производству своей линии одежды и украшений из кожи и перьев разных птиц и животных! Причём добывались они с тушек зверюшек как из нашего мира, так и из Разломов. Кроме этого, конечно же, всё было дико эксклюзивно и для украшения конечно же использовались драгоценные камни.

Обычное, ничем неинтересное место, кроме того, что приносит неплохой доход. Но оно было дорого именно для самого герцога, словно его хобби или любимое дитя, которым он занимается и оно доставляет ему радость в жизни. Настолько любимое, что имело сразу тройную линию артефактной обороны.

Зайди я на сам на завод, и сигналка сразу сообщит о чужаке охране, а ее на объекте немало. Хотя я и могу всех перебить, но это время и ненужные жертвы.

Интересная у меня жизнь, подумал я, сидя на полянке и ожидая, чего там Шнырька разведает. Мог бы, конечно, и в самом «Буревестнике» посидеть, но тогда Волк заподозрит мои способности по изыманию чужого добра. Вот вроде опасное место с отличной охраной в этот раз она по настоящему хорошая, а не то что было у Игнатова. Весь завод обнесен добротным забором, даже вышки были, и еще уверен, что здесь не одна тревожная кнопка.

Алмазный поц хорошо умел охранять то, что лично принадлежит ему. Все думаю, как он отреагирует, когда узнает о своих пропажах? А они будут… Уже Шнырька приходил ко мне несколько раз, и скидывал добро под ноги.

На третий раз, он мало того, что в одной лапке держал артефактный кабель, что вел к установленному артефакту, который являлся двухметровым литым диском. Тот был весь исписан рунами и прочими магическими штуками. А сколько еще всего в нем было, даже мне с ходу было не разобраться. Кроме того, судя по всему, это управляющий артефакт, к которому подключен весь защитный контур завода.

Крутой артефакт, но как только пропал управляющий кабель, так все и потухло, к чертовой бабушке.

Ой, как они сейчас там бегают и суетятся, а Шнырька мало того, что кабель притащил, так в другой руке держит мороженку.

Из интересного – он спер три артефакта поменьше размером, но никак не меньшей важности.

Один я уже сходу могу назвать – это малый защитный купол. На вид обычный хрустальный шар, от которого фонит магией. Если его подключить к моему особняку, то он может выдержать несколько ударов Одаренных или выстрелов артиллерии. Но вот если он будет установлен радиусом до одной комнаты, то это уже серьезная защита. Цена, вероятно, не меньше миллиона. Да, я готов дать миллион, вопрос в том, кто продаст мне такую штуку? Наверное, никто… Слишком мала моя репутация.

А Шнырька таких два спер…

Остальные артефакты я еще не расшифровал, но главное, что они помещаются в сумки.

Напоследок, уже по собственной инициативе шутник-шнарк хаотично повыдергивал важные части с производственного оборудования. Сначала заморгал и пропал свет, а затем потянуло дымком. Нет, не вкусным шашлычным, а горящей провдкой, как бывает при коротком замыкании. Пора сматываться!

Поэтому я направился к транспорту, и не говоря ни слова, закинул сумки в багажник, а затем скомандовал Волку убираться отсюда побыстрее. А то мы полностью вывели из строя их защитный контур, еще похоже что-то подожгли, и охрана почему-то вдруг занервничала. Даже не знаю, что для них хуже. Прое… потерять артефакты или то, что об этом узнает Доброхотов.

– Вот это ты дал, конечно… – пораженный моей выходкой, высказался Волк. – Взять и прямо в душу плюнуть Алмазному, ха-ха-ха!

– То ли еще будет, Волчара! Этот поц еще не знает, с кем связался, – на моем лице расплылась довольная улыбка.

Вот только я ее быстро спрятал и удивился. Вот же Сара… Ее фраза прямо в душу мою запала, и теперь не хочет оттуда выходить.

– Как бы он всю свою гвардию не пригнал к нам, – с легкой надеждой улыбнулся этот псих. – Потом думай, где их закапывать.

– Как где? У меня там знаешь какой подвал большой… у-у-у-у! Закачаешься.

А сам подумал, что есть кому их скормить, в случае чего.

– Вас сразу домой везти или в госпиталь? – напомнил мне он, что не все дела еще сделаны.

– Давай сперва домой, а потом уже в госпиталь, – после короткого раздумья решил я. – Надо вытаскивать деда с того света. Он еще не отвоевал свое… Кроме того, я думаю, что он захочет отомстить…

Глава 11

«Легендарное Оружие Архипа»

г. Иркутск

Немного ранее

Архип Глыба – в прошлом один из самых перспективных Истребителей Империи, сидел за прилавком и неотрывно смотрел на своё кольцо, которое медленно крутил в руке.

Блынькнул колокольчик, и в магазин ввалилась шумная стайка молодых Истов.

– Магазин не работает, – хмуро бросил Архип.

– Да ладно, Архип! Ты же круглосуточно работаешь! – удивился один из ребят.

– Без выходных и проходных, точно! – подтвердила девушка.

– Магазин. Не… Работает, – отчётливо по словам ответил Архип, чем заслужил странные взгляды.

Ребята немного охренели. Вечно улыбчивый и доброжелательный хозяин «Легендарного Оружия» выглядел странновато.

– Архип, с тобой всё в порядке? – сделал ещё одну попытку Вольный. – Мы тебе лут принесли, – и он показал мешок. Это точно всегда поднимало настроение старого лавочника, никогда не упускавшего выгодную сделку.

Но в этот раз что-то пошло не так. Массивное тело лавочника приподнялось, он вытянул руку, указательным пальцем показывая на дверь.

– Вон!

– Но… – вмешалась девушка.

– ВОН!!! – повысил голос Архип.

Парень открыл рот, но девушка его уже дёрнула, что-то прошептала на ухо, и они, покачав головой, вышли на улицу.

Архип нажал кнопку, и бронированные ставни опустились снаружи магазина, отрезав его от улицы и от внешнего мира.

Архип размышлял и прикидывал варианты. С первого момента, как он познакомился с Галактионовым, он подозревал, что с ним что-то не так. Причем, интуиция старого торгаша это самое «что-то не так» интерпретировала в выгодном для него – Архипа – смысле.

Интуиция его не обманывала. Она же дала совет вести дела с Галактионовым предельно честно, что было вполне в духе самого Архипа. Нет, он иногда проводил сомнительные сделки, но только с теми, кто этого заслуживал – со всяческим отребьем. Так-то Кодекс Чести, присущий Истребителям, Архип сохранил в своём сердце, несмотря на то что давно уже этим самым Истребителем не являлся.

Так вот, всё шло хорошо. Галактионов делал ему выручку намного больше, чем несколько ватаг Вольных. Сперва Архип удивлялся, потом просто к этому привык. Он знал, что каждое появление Галактионова принесёт ему еще несколько монет в копилку. Копилку, которая только недавно начала пополняться, ведь всё время до этого Архип тратил сумасшедшие деньги, полученные от бизнеса, только на одно – на восстановление своего утекающего потенциала.

После того злополучного рейда, пятнадцать лет назад, за восстановление его здоровья сперва взялись медики Центра. Не справившись с задачей, его отправили в столицу. Он даже летал в Японию, лекари которых специализировались на «разломных болячках». Вот только, несмотря на то, что диагноз был поставлен быстро, методов лечения в мире не существовало. Его силы падали, а энергия вытекала из него непредсказуемо и неравномерно, более того, непонятно по какому принципу.

За пятнадцать лет он потерял четыре класса Истребителя, и это было лишь верхушкой айсберга. Вместе с потерей накопленной разломной энергии, он терял все свои навыки, полученные в течение долгой, почти пятнадцатилетней карьеры Истребителя. Он даже пытался снова пойти в Разломы, чтобы накопить энергию, но это тоже закончилось неудачей. Новая энергия просто не заходила внутрь его тела, никак не влияя на хранилище. Так что это все было без толку.

Сначала Империя махнула рукой на Архипа. Затем Центр, в лице Хрулёва, развёл руками, признав несостоятельность своих лекарей. И вот Архип остался один на один со своей проблемой.

Сначала он начал пить. Ещё во время лечения его бросила жена, забрав двух дочек, и уехав в неизвестном направлении. В тот момент, как он начал пить, от него отвернулись почти все друзья. Честно говоря, результат был предсказуемым – он должен был спиться до смерти, что сделать с его мощным здоровьем было достаточно сложно. Но он бы справился, если бы не Хрулёв, который в один прекрасный момент буквально за шкирку вытащил его из запоя и заставил подписать бумаги. Контракт на поставку двадцати простеньких разломных мечей для нужд Центра.

Протрезвев, Архип с горькой улыбкой хотел порвать этот контракт, и снова пойти за водкой. Пенсии по инвалидности вполне хватало для этой цели. Но его глаз зацепился за приписку. Пожилой герцог от руки написал в уголке: «Не просри последний шанс, Архип. Больше его у тебя не будет». Почему-то это запало ему в душу.

Архип собрал волю в кулак, и первую партию мечей выкупил за остатки своих накоплений, перепродав Центру с небольшой наценкой. Потом ещё одну. И ещё.

В какой-то момент у него появились клиенты вне Центра. Репутация его постепенно начала восстанавливаться. Он смог открыть магазин. И у него, к удивлению, оказалось очень хорошее чутьё. Хоть и нельзя было сказать, что деньги потекли рекой, но он стал вполне состоятельным гражданином.

С появлением денег у него появилась надежда. Он начал испытывать нетрадиционные методы лечения. Всё, до чего мог дотянуться. Пару раз его это, практически, убило. Но он пытался. Бросил он свои попытки ровно год назад, когда ему исполнилось пятьдесят лет, и он решил, что, вероятно, хватит испытывать судьбу. Тем более, вторая из дочерей собралась замуж, и ей нужно собрать хорошее приданое.

Да, конечно же он смог наладить отношения с семьей. Как только у него пошли деньги в гору, тут же нарисовалась его бывшая суженая. Однако Архип выстроил отношения исключительно с дочерями, помня о предательстве жены. Хотя, конечно, он бы не дал умереть от голода бывшей супруге.

Всё было хорошо, и год назад он махнул рукой на свою мечту. За это время энергии осталось всего лишь на пятый класс, и он уже смирился с неизбежным. Ровно до сегодняшнего момента, пока внезапно не увидел, что, наверное, самый быстрорастущий Истребитель на его памяти – юный барон Галактионов со смехом предъявил ему красное кольцо. За несколько суток он упал со второго класса до пятого, и это его совсем не волновало. Более того, этот молодой человек, похоже, веселился, считая это очень забавным.

Архип, подумав, собрал волю в кулак, и рассказал свою историю. К чести Галактионова, улыбка сразу же исчезла с лица юноши, когда он начал рассказывать подробности.

Пятнадцать лет назад. Черный Разлом. Энергетические сущности. Понимание, что справиться они не могут…

Товарищи падали, один за другим, без памяти, но ещё живые. На ногах стоять остались только он и его напарник – вечный соперник Вербицкий. Оба были самыми сильными бойцами в этом рейде. Перспективные Истребители первого класса, кандидаты в Абсолюты. И тогда Игорь предложил Архипу свалить из Разлома подобру-поздорову, оставив своих товарищей внутри. Архип до сих пор жалеет, что не дал в рожу этому трусу. Это был его последний шанс на такое. Сейчас до Абсолюта Вербицкого он уже вряд ли доберется. Но в тот момент, измотанный боем, он к стыду своему испытывал похожие чувства. Вот только, в отличие от Вербицкого, он собрал волю в кулак и отправил того наружу, попросив забрать с собой товарищей.

Он сдерживал тварей ровно два часа, что должно было хватить остальным для того, чтобы выйти из Разлома, и только потом начал отступать. Как же он удивился, когда через пару сотен метров он увидел валяющихся в беспамятстве товарищей, а Вербицким рядом и не пахло.

Он тащил своих друзей столько, сколько смог. Но он не мог одновременно нести товарищей, и отбиваться от врагов. И в один момент помутненный разум, измученный несколькими днями беспрерывной битвы, отключил сознание, и включил своеобразный «автопилот».

Архипа как будто «вырубило». И когда он очнулся, то понял, что лежит снаружи Разлома, и вокруг нет никого, в том числе, и группы сопровождения. Кое-как добравшись до ближайшего блокпоста, он позвонил. Чрезвычайно удивленный Хрулёв перехватил трубку у диспетчера, сказав, что Вербицкий доложил, что вся группа, кроме него, полегла.

Архипа эвакуировали. Две недели он находился на грани жизни и смерти. А когда он пришёл в себя, еще до того, как он понял, что заболел странной болезнью, ему рассказали, что был очередной всплеск активности Эпицентра, и его радиус стремительно расширился, оставив этот Разлом глубоко внутри. И добраться до него невозможно.

Архип был опытным Истребителем и торговцем. Он хорошо считывал эмоции. И наводящие вопросы Галактионова были очень странными для восемнадцатилетнего парня, пусть и совершившего дикий рывок по силе, но при этом просто не успевшего набраться опыта. Но он как будто знал, о чём спрашивает.

Да, в том Разломе были энергетические сущности. Да, именно Архип, на тот момент, лучше всех справлялся с ними, имея прокаченный навык Подавления Энергии. Кажется, когда он это сказал, в глазах Галактионова сверкнуло уважение. Ну, в принципе, он и сам знал, что его Дар – это чрезвычайно редкий и ценный. Он как раз позволял эффективно сражаться против энергетических сущностей, и сильно затруднял противодействие ему Одарённых. Ведь он мог при хорошем раскладе просто блокировать их способности.

Архип невесело усмехнулся. Помнится, было очень мало желающих вызвать его на дуэль в своё время.

В общем, несколько вопросов было об этой битве и о его способностях. А затем тот задал вопрос, который он вообще не ожидал услышать: чувствовал ли он… Это сложно было описать словами, поэтому Александр, с его разрешения, положил свою руку ему на голову и просто передал образ. Всё ещё здоровый Архип чуть не потерял сознание от этого. Этот жест Галактионова как будто активировал закрытый уголок памяти, который он до этого даже не осознавал. Да, так и было. Энергетиками кто-то управлял. Кто-то очень сильный. И, что самое страшное, что каждую ночь, КАЖДУЮ ГРЁБАНУЮ НОЧЬ, эта тварь являлась ему во сне, чтобы отобрать у него часть энергии. Вот только после пробуждения он про неё абсолютно забывал.

– Как? Что? Откуда ты это?.. – попытался спросить ошеломленный Архип, на что Галактионов только кисло улыбнулся, а затем попросил показать ему Разлом на карте.

Архип трясущимися от волнения руками ткнул в то место, ожидая увидеть разочарование на лице парня. За пятнадцать лет этот Разлом не сказать, что был в самом центре, но находился достаточно глубоко.

Галактионов его снова удивил, широко улыбнувшись и просто ляпнув.

– Приемлемо.

А потом просто затолкнул небольшой спич. Он ничего не обещал. Он всего-навсего спросил, готов ли Архип составить ему компанию в этот Разлом, ЕСЛИ он туда соберется.

Конечно же, Архип был готов. На что Александр улыбнулся, хлопнул его по плечу и сказал, что он с ним позже свяжется. Ему сперва нужно решить кое-какие проблемы.

Архип находился как будто в прострации, но когда брякнул колокольчик открываемой двери в тот момент, как Галактионов открыл её на выход, Архип не выдержал и крикнул.

– Что ты хочешь за свою помощь?! Я готов на всё!!!

Александр на секундочку задержался, оглянулся и весело сказал.

– Свои люди, сочтёмся.

И, посвистывая, удалился.

* * *

Волк отвез меня в усадьбу, где мне нужно было подготовиться. В первую очередь, я забежал в хранилище и забрал оттуда одну из трёх имеющихся у меня жёлтых желеек. Я таскал с собой оранжевую, но этого было маловато. Мне нужен был быстрый и мощный буст.

Под ногами путались соскучившиеся по мне питомцы. Я по дороге потрепал за ухом Затупка, погладил Кару, и бросил мячик Церберу, который тот притащил, чтобы я с ним поиграл.

Кого-то не хватало…

Ах да, у меня же теперь есть Крысюк! Но он пошёл исследовать подвалы, по своей крысиной привычке, и я его не останавливал. Я просто выдал чрезвычайно умной крысе мешочек с желейками, с помощью которых он мог поддерживать свою материальность вдали от меня. Почему-то мне этого было не жалко. Кажется, у меня появился очень перспективный питомец.

Кстати, встретили его мои питомцы на удивление нормально. Первой его заприметила Кара, которая сидела под порталом с синими белками в тщетной надежде на новый «белкопад». Она подошла к Одину, который самоотверженно ждал её прихода, проинструктированный мной. Собственно, инструктаж заключался в двух словах «не дергайся», он так и сделал. Кара подошла, аккуратно обнюхала его, легким толчком уронила на землю, подхватила когтями за шкуру и подняла в воздух, покрутив перед собой. Похоже, она удостоверилась, что это не белка, и потеряла к нему весь интерес, заглянув мне в глаза и мяукнув, указывая на портал, висящий в воздухе.

– Карамелька, вот ты вроде самая умная среди моих питомцев, но эти белки сводят тебя с ума. Ничего не изменилось со вчерашнего дня. Шнырька уже ходил на разведку и, уверен, тебе тоже докладывал. Переполнения ещё нет, подожди еще пару неделек.

Кара тяжело вздохнула и отправилась по своим кошачьим делам.

Потом мы подошли к дому. На крыльце лежал Цербер, который открыл в целях экономии энергии один глаз на одной голове, оглядел лениво крысюка, а затем перевернулся на другой бок и продолжил дремать. Этот меня тоже особо не беспокоил.

Но тут, с шумом и грохотом, из-за угла выскочил сперва бегущий задом-наперёд голем, а за ним нёсся Затупок, точными ударами лап направляя своего братана в нужную сторону. Вот эта парочка меня как раз больше всего напрягала.

Они неслись прямо на нас, и Один не выдержал. Ну, Отморозок, честно говоря, напугать может, умеет, практикует! Тут я не могу обвинить Одина. Вот только то, что он сделал – меня очень удивило. Крысюк подпрыгнул, запрыгнул на плечи голема, и что-то запищал ему на ухо. В результате этого голем ускорился и побежал в два раза быстрее. Затупок сперва застопорился, потом обиженно заорал и помчался за ними. Так они и скрылись в яблочном саду. Я хотел побежать за ними, но потом махнул рукой. Ведь выживают сильнейшие? Так и получилось.

Через два часа они уже дружно втроем бегали вокруг усадьбы. Один сидел на голове у големчика и управлял им. Получалось у него гораздо эффективнее, чем у Затупка, и, похоже, тот проникся уважением к разуму у крысы, которого не было у него самого.

Анна же всегда была девочкой крепкой. Крыс она не боялась. Кусочек сыра с её рук Один сразу взял. Это полностью удовлетворило девушку, и она просто махнула рукой.

– Пусть живёт.

В общем, со своим зверьем я разобрался. Анну, походя, в щёчку поцеловал. В очередной раз выслушал от Волка лекцию о том, что в одиночку мне передвигаться не стоит, тем более, ночью. Запрыгнул в джип и покатил в сторону Центра, ведь там меня ждал один бессознательный старик.

Нельзя сказать, что Центр и лазарет плохо охранялись. Как раз можно сказать, что охранялись они… ого-го! Вот только этой ночью там возникла аномалия. Несколько раз выключался свет. Потом, одна за другой, погасли камеры по всему периметру, однако, почти сразу же опять включились. За это время мышь не успела бы пробежать в зону, прикрывающую камерами. Поэтому охранники в караулке записали об этом инциденте, но тревогу не подняли.

Мышка, возможно, и не пробежала бы, а я смог. Несколько манипуляций, и вот я уже осторожно забираюсь внутрь находящейся на третьем этаже палаты Хрулёва через открытое изнутри окно с помощью Шнырьки.

Весь лазарет спал, даже дежурные. Медсестра поклёвывала носом, а два охранника снаружи палаты Хрулёва тихо травили друг другу байки, чтобы не уснуть на посту, ведь они точно знали – если сон медсестры Дед простить мог, то сон бойца на боевом посту точно нет. И их совсем не волновало, что этот самый Дед лежит сейчас за спиной на грани жизни и смерти. Это же Дед, он обязательно выкрутится!

Я уселся возле кровати, тихо, чтобы не шуметь, и достал из кармана желтую желейку. Привычно закинул её внутрь. У меня уже не только изжоги не было, но даже глаза перестали вылезать из орбит после этого маленького энергетического взрыва внутри меня. Тело прокачивалось, и я этому был очень рад.

Я осторожно прикоснулся к душе Истребителя, и нырнул внутрь. Сегодня мне понадобится очень специфическая душа, что жила у меня в Хранилище. Неизвестный артефакт «выбил» душу Хрулёва с привычного места, погрузив ее на нижний уровень. Охотники называли этот уровень Лимбом – местом, куда душа уходит после смерти, и дожидается своего распределения – либо воскреснуть в новом теле, либо раствориться и слиться с энергией во Вселенной.

Кто бы ни был этот человек, сотворивший артефакт, он явно имел схожий с моим Даром Душелова навык. Такое нельзя было создать искусственно. Этот навык необходим был для создания артефакта. Встретиться с ним? Так что восстановление Хрулёва было и в моих интересах тоже. Мне обязательно нужно было знать, кто это сделал, для того, чтобы понять, где он взял этот артефакт. Теперь стало ясно, что люди с похожим Даром на Земле есть. Хотя, в восемнадцать лет, используя влияние своего «отца», я штудировал родословные благородных Родов всего мира в поисках чего-то похожего. И, конечно же, не нашёл. Но я подозревал, что оно есть, и в чем сейчас убедился.

В принципе, я мог бы сработать своеобразным «проводником», выведя Хрулёва оттуда. Вот только данное действие останется навсегда у него в памяти, и он точно поймет, кто обязан его вызволению. А я уже понял, что если информация о Душеловах в этом мире тщательно скрывалась, то это было сделано с какими-то намерениями. Я на 99 % был уверен, что Хрулёв не раскроет моё инкогнито, но всегда есть место случаю. Не зря существует поговорка – «если знают двое, знает и свинья». Так что я пошёл другим путём.

Аккуратно перебрав свой океан душ, я отправил в Лимб одну очень неприятную тварь, что давно лежала у меня в Хранилище. Да, Хрулеву придётся постараться, чтобы победить её, ведь именно после этого остаточная энергия твари вытолкнет его душу обратно. И да, существует вероятность, что герцог не сдюжит. Но насколько бы не был мне близок этот человек и та информация, которую он мог мне дать, но всё же я был, в первую очередь, Охотником и следовал правилу – «выживает сильнейший». Если Хрулёв не справится, так тому и быть. Ладно, слукавил. Я немного знаю деда и был уверен в нём, на эти самые 99 %. Ха-ха!

Запустив душу, я быстро спустился вниз. Шнырька произвёл в обратную сторону выключение-включение ненужного мне уже оборудования. И вот я уже сижу за пределами Центра, на опушке соснового леса, и наблюдаю за битвой, развернувшейся возле души Хрулёва.

Прошло 34 минуты, и наконец-то моё лицо растянулось в довольной улыбке. Почти за полтора километра от меня, на больничной койке тело старика выгнулось дугой. Он открыл глаза, и глубоко вдохнул.

Лазарет «Центра Истребителей Монстров»

город Иркутск

Василий Петрович открыл глаза и понял, что его тело свело судорогой. А ещё он не понимал, где он находится, и почему из его тела торчат провода. Потянув руку, он зашипел от боли. Поднеся ее к глазам, он увидел, что остаточные ожоги, после противостояния с врагами, всё ещё остались. Лекари неплохо поработали, но пару дней должно пройти до полного заживления. Кожа все еще была очень чувствительной.

Лёгкая паника овладела старым Истом. Но не зря он был одним из самых здравомыслящих людей Империи, и не зря получил такую большую должность. Он просто заставил себя ничего не делать – не двигаться, а только дышать. Постепенно к нему возвращалась уверенность, а затем нахлынули воспоминания.

Сражения с Румянцевым и с его людьми. Вот он выбил двух идиотов, которые слишком полагались на свою мощь, но совсем забыли о том, что в структуре заклинания важна точность. Хотя, откуда они могли знать, что старый герцог обладает навыком изменить плетение заклинания прямо в процессе его воспроизведения. В итоге, оба исчезли в яркой вспышке высвободившейся энергии. Он шагнул к Румянцеву. По глазам видел, что сильный молодой и сильный Одарённый явно сейчас думает, как оказаться отсюда подальше. Но только он ему такое не позволит.

Хрулев произвёл атаку и увидел, как его заклинание пропадает, ударившись в странный амулет, в панике сорванный с шеи Румянцевым. Он выставил его перед собой в вытянутой руке…

А потом наступила темнота. Не было ни тоннелей, ни яркого света. Он просто провалился в темноту. Отключились все чувства. Он мог только размышлять и перебирать всю свою жизнь по кусочкам.

И в конце всего этого – неведомая тварь, которая решила сожрать его душу. Василий Петрович не понимал, откуда он это знал, но знал это точно. Он так не сражался никогда в жизни. Ни в том радужном Разломе, где сопровождал погибшего старого друга и наставника Абсолюта. Ни в той войне, когда враги окружили его группу в стылом редколесье Тундры. Ни на том задании Императора, после которого он окончательно решил уйти на покой. Нет, самая яркая его битва была сейчас. И победитель забирал его душу.

Что ж, он победил. И теперь осталось сделать то, что нужно сделать. Император, который это ему запретил, находился неизвестно где.

– Это и в твоих интересах, мой старый друг, – Хрулёв протянул руку, и с улыбкой поднял телефон.

Конечно же, его супруга-умница знала привычки своего любимого мужа, что он никогда не ложится спать без своего телефона около тумбочки. Она привыкла, что он мог в любое время дня и ночи проснуться и сделать какой-то звонок, либо же кто-то звонил ему. В общем, начальник иркутского «Центра Истребителей Монстров» Хрулёв всегда должен был оставаться на связи. И его кома, граничащая со смертью, не могла послужить оправданием тому, чтобы рядом с ним не было телефона.

Он взял телефон, и по памяти набрал номер, которого не было в телефонной книжке.

– Слушаю, – тут же раздался голос, как будто на дворе не стояла ночь.

Это было ожидаемо.

– Активировать скрытую ячейку, и собрать всех в течение трех дней. Передайте им, что они снова на службе. Код красный. Шестой Чистильщик опять в деле.

– Палач пробудился? – раздался в трубке спокойный голос.

– Его разбудили, – улыбнулся Хрулев, и нажал кнопку отбоя.

Вот если бы только эту улыбку увидел сейчас Румянцев… Да… любой из Румянцевых. Скорее всего, через пять минут они уже были бы на пути в аэропорт, откуда спецборт увёз их куда-нибудь подальше от Иркутска, от такого немощного с виду, но улыбающегося старика.

Глава 12

По возвращению домой меня переполняло чувство удовлетворения. Хрулев – старый воин, меня не подвёл, и смог выкарабкаться.

Вначале меня одолевали сомнения, не переборщил ли я с тварью, которую к нему отправил. Были варианты и попроще, вот только проще – не сказать, что лучше. Битва действительно должна была быть на грани всего его существования, а иначе он мог потерять частичку себя после пробуждения. Я по нему сразу понял, что он в норме, раз глаза не лопнули, и хвост не вырос.

Теперь мне нужно будет навестить его и поболтать о делах, а еще лучше, услышать интересную историю о тех, кто это сделал и как именно.

Эх… Почему мне кажется, что целый герцог не должен передо мной отчитываться? Если он сейчас такой добрый и мирный, то это не значит, что потерял хватку. Просто мужчина на пенсии и занялся делом, чем-то вроде хобби, а Родом там вроде заправляет кто-то другой.

Вот только так было до того момента, пока я не вернулся домой.

– Ты уже прибыл. Все прошло успешно? – встретила меня возле дверей Анна и крепко обняла, прижавшись всем телом… всем тёплым и ароматным телом, но без лишних вольностей.

Умеет, чертовка, себя показать.

– Даже не знаю, что мне с тобой делать – восхищаться твоему уму или начинать бояться его?

Конечно, тут и гадать нечего, о каком деле идет речь. Хотя я ей и не рассказывал, но она как-то узнала.

– Ой, тут все просто, – мило улыбнулась девушка и после этого, кашлянув в кулачек, быстро вернула себе деловитость. – Звонили от герцога Хрулева… Ты приглашен через три дня на бал в честь его выздоровления. Он тебя хочет видеть лично и знаешь, что? – пока я усмехался и думал о том, какой резвый старик… – Ладно не знаешь, и так понятно. Тебе разрешили взять любое количество людей с собой. Его жена, а звонила именно она, специально подчеркнула этот момент.

– Действительно, интересно. Если что – они не знают о моем вмешательстве, – на всякий случай сказал ей, как себя там вести.

– Мог бы и не говорить, я сама знаю, как ты любишь вести дела, – еще одна улыбка, и после этого девушка развернулась, и пошла в сторону своей спальни.

Она так красиво сейчас виляет своей филейной частью передо мной. Это можно расценивать, как приглашение?

О, Кодекс! Как же давно я не ходил по бабам. Нужно что-то с этим делать. Изменившиеся отношения с Анной подсказывают мне, что я уже не смогу спокойно ходить по сторонам. Как бы все не испортить. А еще есть другие девушки, которые также очень ревнивые и у которых на меня, кажется, планы. Вот она простая и спокойная жизнь. Вроде никому ничего не должен, но все так сложно.

А ведь Кодекс обещал веселье… А тут… Жизнь – боль.

Такс… что мы имеем по делам… я могу уже идти спать? Вызвал Шнырьку, и на разведку. Спустя пару минут я понял, что покой мне только снится, и спустился в подвал. Пока топал недовольно к подвалу, я размышлял по дороге, что нам дает эта информация от Хрулева. Вроде, на первый взгляд, это кажется мелочью. Ну, бал и бал… Ну, разрешил прийти с любым количеством людей, что здесь такого?

А здесь все не так просто. Обычно дают запрос на количество проводимых с собой людей, особенно, когда это касается гвардии. Ведь кому захочется впускать к себе в дом целую армию. А вот мне он разрешил, значит… доверяет, а может догадался, кто поспособствовал его выздоровлению. В любом случае, это неважно, ведь он ничего не докажет.

Дело может быть еще проще, если он ищет союзника. Я особо не интересовался его Родом, но не думаю, что он, прям, так силен или известен. Подозреваю, что-то непростое, и очень знатное. А ведь если задуматься, это мой косяк. Я должен был знать о нем все!

Сделал себе зарубку в памяти – завтра попросить Анну подготовить мне полный комплект бумаг о Роде Хрулевых. Конечно, в общих чертах я что-то знаю, но лучше быть готовым до приема.

Зашел в подвал и выругался. С первого взгляда было понятно, что здесь что-то не так. Очень сильно не так… Много трупов тварей валялись по всему полу.

А ведь у меня холодильники не безграничные. Где мне их всех хранить? А то, что хранить нужно, это факт. Вдруг решу заняться алхимией, а здесь столько всяких ингредиентов пропадает.

Вот и еще одна головная боль на меня свалилась. Нужно построить нормальные магические камеры, в которых все это можно хранить. И строить придется в подвале, куда не стоит допускать работяг, работающих на чужой Род.

Эх… Снова нужно дать Анне задание – подготовить варианты решения.

– Ты уже в теплой постели пьешь свое какао? – после недолгих гудков проговорил я в трубку телефона.

– Тренируюсь еще… – получил я ответ от запыханного Волка.

Шнырька как раз дошел до него и скинул прямую трансляцию, как он тренируется с гвардейцами. Интересный он мужик, все таки. Тренируется всегда и везде, и даже чем-то меня в прошлой жизни напоминает. Я тоже сперва был таким же психом, а потом стал достаточно силен, после чего пошли тренировки другого рода.

– Тогда спускайся с командой в подвал, нужно трупы грузить.

– Шесть минут… – ответил он мне, после того, как глянул на свои часы.

– Принял…

Для этой партии точно место будет, а вот следующие… уже не знаю.

Вот же дилемма – жалко упускать добычу и скармливать ее слизням, но и прерывать тренировки Одина тоже не хочется. А это все устроил именно он, да еще как всё устроил, паршивец!

Я сейчас через Шнырьку наблюдаю за этим маленьким гением. Крыса сидела на голове у Голема, а рядом был Затупок, весь в крови и вражеских ошметках. Кровь тоже была не его. Этого, как выразилась бы бабушка Сара, поца, хрен пробьешь. Впереди сражались муравьи и другие существа с ящерами, у которых на спине висели странные шары.

Я сразу заметил, что он сделал. Это было необычно, но злости во мне не вызвало. Теперь я осознал, что делал мелкий все это время. Я думал, что он так часто запрашивает у меня дополнительную энергию, а оказалось, он тягает слабые души из меня. Притом такие души, которые мне и за бесплатно не надо, у меня их и так полно. Крысы, всякие птицы, и прочие ползучие гады. Но самое удивительное, что он всеми ими управляет, и делает это вполне успешно. Он, мать его, применяет тактику и стратегию, и они его слушают!

По моей щеке стекла слеза, которую я сделал из иллюзий. Неужели хоть кто-то из моих питомцев начал применять тактику?

Я счастлив! Кажется, у Адмирала Шнырьки появился конкурент. Генерал Один! Или Генералиссимус?

В подтверждение моих слов, когда из бокового входа вырвалось сразу три ящерицы, и на их спинах взорвались шарообразные отростки, из которых стал выходить синий дым, армия отступила, а вперед рванул Затупок. Он держал их столько, сколько понадобилось остальным, чтобы разобраться с другой группой.

Интересно получилось, когда птица, которую не помню, где нашел, но она максимум, что может сделать – убиться об противника, влетела ящерице в глаз, где и застряла, сразу умерев.

Свою задачу выполнила так сказать перед смертью, и ослепленного на один глаз ящера укусила змея, в которой яду-то мало. Но вцепилась хорошо и надежно с той стороны, где глаза уже нет.

Сука… Если не будет у меня детей на старости лет, то сделаю Одина своим преемником!

Посмотрев еще немного, я пошел тихонько к себе в спальню, не желая мешать моим питомцам. Пусть развиваются…

Утро застало меня врасплох, ты спишь и не видишь снов, но тело и разум твои отдыхают, приятная нега расходится по всему телу, и думаешь – еще часок и буду вставать. Но нет, в комнату забегает Анна и радует тебя приятными новостями.

– У нас происшествие! – с порога сообщает Анна, глядя серьезным взглядом на меня. – Против тебя, кажется, уже начали работать. Думаю, не стоит говорить, кто?

Вот, блин, Анна… Она реально думает, что я догадался, о ком она говорит? Да у меня врагов немало, как бы. Кто из… них всех?!

– Ань, если у нас под домом не стоит армия, а лучше две, то пожалуй, новости не особо важные… Я еще посплю часик, хорошо? – решил не играть с ней в загадки.

Ну, правда, если нас не атакуют, то ничего страшного я не просплю.

– Эх… Как ты так можешь… Всю интригу сломал, – обиженно покачала она головой, глядя в мою сторону. – У тебя завтра суд.

– Да? – сразу поднялся я в положение сидя. – Это что-то новенькое… И за что меня будут судить? Где я уже нагрешил?

Для понимания, суды здесь обычное дело для аристократов, а для таких, как я, так вообще удивительно, что их еще не было пару десятков. Ведь работаю я не так филигранно и чисто, как остальные. Мне проще пойти напролом.

– Тебя обвиняют в уничтожении графа Игнатова и бандитском захвате его имения, – стала она вводить меня в курс дела. – Думаю, это дело рук Румянцева.

– Может и его, а толку-то? Разберешься? – лениво зевнул, показывая свое отношение к этому суду.

– Разберусь, – кивнула Анна, и еще раз обиженно взглянула на меня. – Мог бы хоть для приличия изобразить панику или обеспокоенность? А то как-то даже неудобно…

– Я? Нет! – качаю головой и улыбаюсь, глядя на красивую Анну. – Не вижу проблем в этом деле, да и подставой пахнет. У меня там все было по закону. Но если вдруг посадят или еще чего, то просто сбегу и угроблю Румянцевых.

– Румянцева? – поправила она меня.

– Нет! – отрицательно замотал головой. – Всех…

На этом мы с ней закончили разговор, и я отправился принимать пищу, которая мне сейчас очень нужна. Организму требуется восстановление после тонких работ на душевном уровне.

Сегодня, прям, день новостей… Я только успел сожрать пару тостов с ветчиной, как начали раздаваться звонок за звонком. У меня возникло такое ощущение, что за моей жизнью следят другие намного больше, чем я сам.

Позвонил Андросов и сообщил, что успешно завершили свои Разломы, и даже при этом никого не потеряли. Какие они молодцы. А еще поинтересовался, что за суд, хотя и сам знал. Говорит, что родовые юристы уже просматривают дело, насколько это возможно, и роют на заказчика. Ведь он точно был уверен, что это заказное, и спрашивал меня, не знаю ли я, кто это сделал. Я не дал ему наводку, пусть юристы и разведка отрабатывают свои деньги.

Вот мой Шнырька жрет, как стадо голодных детей, мороженки, но сколько пользы он приносит. Даже сейчас, пока я разговаривал с Андросовым, он показал картинку возле Разлома, что находится недалеко от имения. Показал он не только мне эту картинку, но и Каре, и у нее в тот же миг появились срочные дела. Она даже свое мясо не доела, но пригрозила лапой Затупку, который сразу довольно заулыбался, видя ничейную еду.

Наверное, самый интересный момент, если говорить о питомцах – это Один…

– Еще добавки? – спросила его Анна.

Почему она у него спрашивает? Ну, так он сидит с нами за общим столом. И ест из тарелки маленькими палочками, которые сам себе выстругал из дерева.

Он, как истинный интеллигент, сидел и ел свое спагетти. Вот только нервничал почему-то. Видимо, непривычно ему было такое отношение к своей особе. Один, в свою очередь, старается подражать нам, и глядя, как Анна обедает, копирует. Даже, после того, как запачкает мордочку, вытирает ее скатертью. Почему я уже ничему не удивляюсь?

Так вот, вернемся к Андросову. Он пообещал помочь, хоть я раз десять говорил, что справлюсь сам.

Затем мне позвонил сын Хрулева и просто сообщил, что с отцом все хорошо, а в конце передал очень интересное послание.

– Отец просил вам передать, чтобы вы почитали о Роде Румянцевых, а то при прошлой вашей встрече ничего не знали про канцлера своей империи. Он желает с вами пообщаться на эту тему на приеме.

Я поблагодарил его за приятную новость, и в конце пожелал отцу крепкого здоровья и поменьше волнений. А еще добавил.

– Говорят, что иногда даже очень важные люди ломают шеи. Как вы думаете, из какой пьесы эта фраза?

– Наверное, там говорилось о войне.

– Верно… Всего вам хорошего.

Вот такой у нас вышел разговор.

Затем я доел, и принялся разбираться с документами, которые принесла Анна. Она, прям, была переполнена сил и энтузиазмом. Я только и успевал читать ее доклады, которые она распечатывала и прикрепляла к ним счет, когда использовала услуги посредников.

Я теперь знал много информации о Румянцевых, и мало о Хрулеве. Ведь первые были сейчас в приоритете.

Чем больше узнавал, тем кровожаднее становилась моя улыбка. Сколько у них разного добра, и как многим они владеют. О гвардии почти ничего не сказано, кроме её большого количества. Канцлер имел, по долгу службы, хорошие выходы, и делал упор не на количество, а на качество. У него не было Абсолютов, и он вообще не интересовался Разломами. Но зато были Магистры и Великие Магистры на побегушках.

Скоро будет весело. Как минимум, известно о четырех Великих Магистрах, а это, ой, какая не слабая сила. Думаю, что один такой может сравнять весь мой особняк с землей, правда, если дома не будет меня или Затупка… Или Бурбулиса… Или гвардии… Или големо-башен… Ой все, ладно! Один Великий Магистр моему дому не страшен! Но вот четыре!

Моя кровь в кои-то веки стала пылать, а глаза приобрели блеск. Алмазный мудак и Румянцев – два противника одинакового уровня, которые обладают связями, силой, деньгами и властью. И они в одно время решили действовать против меня.

Правда, кажется, Алмазный только против меня, а вот Румянцев косвенно решил завалить меня, проходя мимо. Он больше против Хрулева, и сейчас у старика начнут умирать соратники и друзья, если ничего не сделать.

Кстати, о сделать…

– Все готово? – набрал я Волка, и спросил о деле.

– Да, мы готовы выдвигаться!

– Тогда ждите меня через полчаса.

Ну, а что? У меня суд на носу, и он будет в столице. Мне нужно, как следует, к нему подготовиться.

Для этой поездки пришлось арендовать целый самолет. Моя жаба психует… Но своего нет, что поделать, а лететь на дирижабле долго. Можно и на вертолетах, но тоже долго, и расход топлива с желейками выйдет дороже, чем частный чартерный. Конечно, можно снова же попросить у кого-то, но не люблю быть должным. Вот и выходит, что всю дорогу смотрю на кислое лицо Волчары. Не хотел он расставаться со своим Буревестником.

В столице нас уже ждали машины сопровождения, которые снова же пришлось арендовать. Одни расходы… Был вариант организовать большой чартер, в котором предусмотрена перевозка техники, но цена… Тут даже Анна, которая летит со мной, сразу согласилась, что не стоит. Вот только Волк психовал, что мало безопасности. Бронированные Тигры и БТРы его не устраивали.

– Хлам… Какой же хлам они сдают в аренду. Да здесь даже пушки не смазаны нормально… Ты посмотри, башня клинит и полный оборот делает на две секунды медленнее, – не мог угомониться Волк. – Вот почему ты не согласился взять технику у Андросовых или Долгоруковых? Они же предлагали! Бесплатно!

– Не хочу быть должником, – хмыкнул я, и мы закрыли тему.

Я же отключился от всего, и ждал прибытия в отель.

Выбрал не слишком дорогой вариант, зато снял целый этаж. Все-таки со мной было двенадцать человек из гвардии и Анна. Затупка, Кару и Цербера я оставил дом охранять, а вот Одина взял с собой, у меня на него есть планы. Я специально спешил сюда прибыть пораньше, ведь планов было много.

– Я буду у себя, мне нужно подготовиться, пожалуйста, не меня не беспокоить, – уставшая, но уверенная в себе Анна, с документами в руках, поспешила в номер.

А я что? Я тоже пошел к себе пару часиков поспать, пока другие пашут. Ведь в этом и заключается работа барона? Разве нет?

Самое интересное началось вечером, когда я с Волком, по старинке, отправился обедать в ресторан.

Ресторанчик был для знатных особ, и мне пришлось по быстрому заехать и купить Волку нормальный костюм, чтобы он походил на делового человека.

Сколько мне сил стоило уговорить его надеть это… Ну, на самом деле, всего два раза попросил, но ведь должен был один?

В «Святой Розе» повара специализировались на приготовлении блюд из разломных созданий. Самое дорогое блюдо стоило полмиллиона, и называлось оно – запеченный костный мозг черного единорога. Вот уж не знал, что этот ингредиент такой ценный здесь. Выходит, я в прошлой жизни сожрал годовой бюджет Империи? А может и даже больше, ведь я любил это дело, что уж скрывать! И да, я не знаю, кто придумал байку о том, что единороги – милые и няшные существа. На самом деле – они злобные твари! Особенно – розовые…

– Босс… При всем уважении, но я не буду это есть, – выдавил из себя сразу побледневший Волк.

– А фто такое? Вкуфно же… – издевался я над ним, поедая глаза семиликого грифона.

Деликатес, мать его, даже в моем мире, а здесь видно где-то открыли ферму в Разломе, и продают, как обычное блюдо. Такие маленькие глазки, но очень сочные.

– Кажется, я понял, почему у вас столько врагов. Вы же ненормальный, – выдохнул мужчина, и сжав кулак, закинул в себя один глаз.

– Ты жуй-жуй, не торопись глотать, – вкус, конечно, тот еще, но как я уже говорил, это деликатес.

Пока мы спокойно проводили время в ресторане, разговаривая о делах Рода, в другом месте происходили очень странные события.

На территории завода по производству бумаги из канализации вылезла одноглазая крыска.

Ничем неприметная крыса стала осматриваться, а затем села на попу в позе лотоса. Если бы ее кто-то сейчас увидел, может быть даже умилился.

Но ее не увидят, ведь Шнырька ее глаза, которые показывают ей и мне сейчас всю территорию этого завода. Завод серьезный, и принадлежит тоже серьезным людям. Одна доля у Вербицких, а другая у Румянцева.

Хорошо, наверное, работать на высокой должности, когда твой завод поставляет бумагу всему министерству. Я бы даже сказал, что очень прибыльно. Вот я и решил исправить это дело.

Я ощущал внимание Одина к разным деталям, которые он заприметил. Мы сейчас пользовались одним каналом Шнырьки, но мой опыт сильно превосходил его. Он не мог еще закрыться и, пожалуй, никогда не сможет.

Один очень разумен, и я сразу понял, что он продумывает каждое действие в нескольких вариантах развития событий. Не ищет простых решений, а смотрит более обширно. Даже я бы пошел напрямик, а он… Крыса, что тут сказать.

Пока он сидел и, как казалось, медитировал, вокруг него уже столпилась целая армия крыс. Всего на это дело я выделил ему 777 особей. Хорошое число, мне оно нравится, и приказал нанести максимальный ущерб, на который они только способны.

Я прикидывал, что они сожрут бумагу и проводку, что меня вполне устроит.

Вот только теперь не был уверен. Зачем он так внимательно изучает несущие балки завода? А для чего подсчитывает количество вооруженных людей здесь? Зачем обратил внимание на кнопку вызова подкрепления?

Стоп! А вот когда он стал прикидывать расстояние до Иркутска, и сколько крыс нужно для транспортировки техники… аху… удивился даже я.

Мне кажется, что я пригрел у себя на груди монстра, который только в начале своего развития.

Мысленный приказ на начало операции, и одновременно обращение к Шнырьке для трансляции Волку. Он должен это обязательно увидеть.

Крысы, словно ниндзя, стали разбегаться парами и группами, каждая к своим целям и по своему заданию.

Ой, Румянцев… А где завод? Мыши съели…

Глава 13

Один пытался. Серьёзно пытался. Подготовительная работа была произведена идеально. Крысы, как настоящие камикадзе, самоотверженно перекусывали силовые кабели, и тут же сгорали, как фениксы во вспышке короткого замыкания.

Слаботочка телефонной связи и камер наблюдения также были безжалостно уничтожены. Там, правда, мышки держались лучше. Сломанные камеры наблюдения не давали понять охранникам, что произошло. Больше всего меня восхитило ювелирное начало активных действий. Мне кажется, начало массового уничтожения всех и вся совпало с точностью до секунды.

Откуда это серое чудовище так четко дружит со временем?

Шнырька показывал суету внутри завода. Охранники с воплями пытались разобраться, в чём дело. Но в темноте сделать это было достаточно сложно.

Один из них споткнулся об выскочившую, неизвестно откуда, крысу и покатился вниз по лестнице, сломав себе шею. Еще один идиот принялся стрелять из автомата по разбегающимся бойцам Одина, за что получил в глазницу маленькой птичкой.

Вот склады готовой продукции, где ввиду больших запасов товара и ограниченного контингента крысюки пользовались тактикой «что не съем, то понадкусываю». В какой-то момент я не понял, проявили ли они свою инициативу, резко поумнев под командованием Одина, либо всё-таки крысюк дал задачу, но сразу в нескольких местах склады с бумагой ярко вспыхнули, а Шнырька показал мне одобрительно кивающего головой одноглазого крысюка. Точно, этот засранец придумал!

А когда в технологическом помещении один крысюк смог открутить вентиль у кислородного баллона, а второй, стоя сверху с откупоренной канистрой машинного масла, аккуратно вылил его на выходящий кислород, тут уже я всерьез озаботился. Что за монстра я пригрел?! После того, как вдали расцвел огромный огненный взрыв я восхищенно присвистнул.

А ещё мне показалось, что у мыша, вылившего масло, на лбу повязана какая-то белая тряпочка, и в последний момент она пропищала что-то типа «Банзай!».

Да это просто праздник какой-то! Я смотрел на территорию завода, где что-то взрывалось, что-то горело, что-то с грохотом рушилось и ломалось. Засмотревшись на всё это, я пропустил момент, как меня кто-то дёрнул за штанину. Я опустил вниз голову, рядом стоял Один. Очень расстроенный Один. Речи его я не понимал, но вот эмоции считывал. Крыс был расстроен, что не справился. Он не смог спереть всё оборудование для своего Вождя, ведь силы мышей и прочей мелочи у него были очень ограничены.

Я аккуратно сел на корточки и погладил его по короткой мягкой шерсти головы.

– Ты всё отлично сделал. Осталось только прокачаться, усилить армию, и можно тебя на Монгольское Ханство натравить. Интересно, если я замочу Хана, я могу эти земли оставить себе? Или Империи вернуть придётся, – я хмыкнул и выпрямился.

Глядя, как работает Один, я понял, чем ещё смогу ему помочь. Есть у меня несколько интересных душ, и если сводить его в свой Духовный Мир на экскурсию, я смогу его сильно усилить. За него я, по крайней мере, более спокоен, чем за Отморозка, после посещения которого, «души в душе» у меня бурлили до сих пор.

Квартира Алексея Антоновича Румянцева

г. Петербург

Алексей Румянцев потянулся в постели, проснувшись от звонка телефона, бесцеремонно выдернул руку из-под лежащей рядом голой подруги. Тычком спихнул вторую на пол и потянулся к телефону. Если этот телефон звонил, его надо было брать всегда.

Это был дядя.

– Доброе утро, Лёшенька. Как твое драгоценное?

Алексею очень не понравился его голос и тон. Чрезвычайно не понравился. Поэтому он быстро залез в тумбочку, достал оттуда белую желейку и закинул в рот, поморщившись, чтобы экстренно прогнать кровь по жилам и уничтожить токсины с похмелья.

– Мне больно, – пожаловалась та девушка, которую он сбросил на пол.

За что получила сильную оплеуху и отлетела в сторону.

Алексей полностью сконцентрировался на телефонном звонке.

– Всё хорошо, канцлер.

– Опять предаешься пьянству и разврату, – голос канцлера не спрашивал. Он утверждал.

Алексей сглотнул. Отпираться было бессмысленно. У канцлера везде были свои глаза.

Да и что тут отпираться. В обычные моменты, когда всё шло по плану, личная жизнь Алексея интересовала родного дядюшку чуть менее, чем вообще никак.

– Как дела с пополнением Силового Крыла, племянничек? – всё так же ласково поинтересовался дядюшка.

– Всё хорошо. Кандидаты обозначены, тестирование проводится.

– Тестирование проводится? Ты знаешь, что означает в русском языке окончание «тся» и «ться», Алексей?

– Да, знаю.

– Нет, похоже, не совсем правильно ты знаешь, раз употребляешь слова в таком ключе. Тестирование не может проводиться само по себе. Оно не живое существо. Тестирование нужно проводить! Конкретному человеку. Конкретному ответственному человеку, назначенному на эту почетную должность. А кто у нас командир Силового Крыла Имперской Канцелярии? Не напомнишь мне, племяш?

– Я… – выдавил из себя Алексей.

– Головка от кия! – внезапно взорвался канцлер. – Ты что мне задвинул, урод?! Сказал, что Хрулёв не выкарабкается?!

– Конечно не выкарабкается, дядя. Я же использовал артефакт Безмолвных. Там без вариантов. Вы же сами знаете, как он действует. День-два потрепыхается и сдохнет.

– Точно?!

– Сто процентов!

Алексей, если и был в чём-то уверен в этом мире, то это в том, как работает редкий и дико дорогой артефакт Безмолвных – странного культа, без места приписки и реальных лиц, которые через третьи руки продавали похожие артефакты за бешеные деньги.

– Хрулёв очнулся!!! – продолжал орать канцлер. – Он! Сука! Очнулся!!! – продолжал кричать в трубку Румянцев-старший. – Ты некомпетентный дебил! Я же приказал тебе доделать работу!

– Дядя, я пытался, но мои люди…

– Молчать!!! – снова раздалось в трубке. – Секунду, у меня звонит параллельный телефон.

Алексей обрадовался передышке и потянулся рукой к бутылке выдохшегося за ночь, и уже теплого шампанского. Жадно пригубил его, вслушиваясь в то, что говорит дядя. Он слышал только обрывки слов, но звучали они странно.

– Что? Завод бумаги? И что ещё? Еще три завода? Кто?! Нет, я мог бы предположить, что это дело рук Галактионова. Пофантазировать, что у него есть такие возможности. Но он, сука, находится в Питере! Как в одну ночь могли быть уничтожены заводы в Иркутске, Красноярске и Якутске?! Их же разделяют тысячи километров! Разобраться! Сгною в карцере! Делай свою работу, сволочь!!!

Алексей судорожно сглотнул, и большим глотком допил шампанское.

– Тварь! – раздалось уже громче. Видно было, что его дядя уже вернулся к трубке.

Алексей понятия не имел, кого он имел в виду, поэтому просто промолчал.

– Приходи в себя, и мигом ко мне. Кто-то решил ударить прямиком по нашему Роду.

– Да-да, конечно, дядя! Сейчас, – обрадовался перемене темы Алексей.

– Стой, – снова очень ласково сказал дядя. – У меня один вопрос. Надеюсь, у тебя хватило ума перед покушением на Хрулёва не выёживаться и не открывать наши планы, а конкретно, что это личная месть от Румянцевых?

Алексея пробил дикий пот. А ещё у него от страха разжался сфинктер мочевого пузыря, и переполненный за ночь пузырь с облегчением опустошился прямо на роскошную кровать. Один из сильнейших Одарённых Империи только что обоссался, как ребенок.

* * *

Мы шли к судебному залу совещаний. Анна как всегда выглядевшая безупречно, бесконечно тараторила, описывая, сколько пунктов и законов нарушила Российская Империя, обвинив нас в незаконном присвоении имущества Игнатовых.

Да-да, истцом выступало государство, что было одновременно и странно, и понятно. Странно, что крайне редко Империя вмешивалась в разборки между своими Одарёнными, если уж с ними не творился конкретный беспредел. Понятно, что тут все дорожки вели к Румянцеву-старшему. Алмазному Королю было не до этого. Ну, в смысле, он этим не занимался, предпочитая играть в свою игру. А Румянцевы были достаточно сильным Родом, но для чего-то он решил показать государственную силу.

Я внезапно остановился, взял Анну за плечи, и аккуратно проскользнул в боковой коридор, прижав её к стене.

– Аннушка, посмотри на меня.

Она прекратила тараторить, и взглянула на меня.

– Успокойся, всё будет хорошо. У тебя всё получится.

– Да-да, я знаю, Саша, – удивлённо посмотрела она.

– А если не получится… Я подчеркиваю – я сам не верю в это «если». Так вот, если не получится, тогда включим план «Б». Ты знаешь, какой у нас план «Б»?

– Спустить с цепи Затупка? – улыбнулась Анна.

Я засмеялся.

– Ну, вообщем, я не это имел в виду. Но мне кажется, что твой план даже лучше! Единственное, что после него обычно трофеев не остаётся. А те, что остаются, будут обоссаны.

– Постираем, – засмеялась Анна.

– Умница моя! – я наклонился и нежно поцеловал её в губы, а она ответила на поцелуй.

Затем я отстранился, и взял её за руку.

– Так что, пойдём?

– Пойдём.

Подходя к залу, я увидел стоящую возле дверей гвардию в цветах рода Голдсмит.

– Почему я совсем не удивлён? – хмыкнул я, глядя, как близоруко щурясь, госпожа Сара Абрамовна Голдсмит с улыбкой шкандыбает к нам, расставив руки для обнимашек.

– Аннушка, солнышко моё, здравствуй!

Анна наклонилась, и поцеловала бабушку в щёку.

– Моё почтение, Сашенька, – она протянула мне свою руку.

Я уже хотел манерно её поцеловать, но та ловко ухватила меня за шею, и притянула к себе для троекратного поцелуя.

– Я тебя умоляю, Саша! К чему этот официоз? Мы уже, практически, семья!

Я увидел, как она задорно подмигнула Анне после этих слов, и та немного покраснела.

Да бабуля огонь! Такой палец в рот не клади.

– Знаете, что я вам предлагаю, детки? – сказала она. – Вы идите куда-нибудь, покушайте. Здесь в двух зданиях ресторан хороший есть. Так я вам скажу, там заливная рыба чистый цимес, вам нужно это обязательно попробовать. Ресторан держат правильные люди, и голодными вас никогда не оставят.

Я хмыкнул и посмотрел на Анну, которая почему-то нахмурилась.

– Решать тебе, ты мой юрист.

Анна несколько раз перевела взгляд с меня на бабушку, а – затем сказала.

– Бабушка, ты же знаешь, как я тебя люблю. Но это мой Род, и моя ответственность. Я знаю, что ты бы сделала лучше, но я должна сделать это сама. Ты меня понимаешь?

Бабуля перестала улыбаться, на секунду ловким движением спустила свои очки на нос, взглянув на внучку поверх них.

– Так ты не хочешь, чтобы я была рядом?

Анна снова секунду подумала.

– Нет, бабушка, со всем уважением.

– Йосик, деточка, – не глядя, протянула Сара руку, в которую плюхнулась толстая папка. Она тут же протянула её Анне. На лице у неё сразу появилось деловое выражение лица. – У тебя есть семнадцать минут, чтобы ознакомиться. И это не обсуждается, – она повысила голос. – Ты меня уже порадовала, внученька. Но то, что находится в этой папке, сильно облегчит тебе дело. Так подходит?

– Так подходит, бабуля, – она улыбнулась и наклонилась для поцелуя. – Я пошла изучать!

Я дернулся в сторону, но Сара остановила меня.

– Постойте, молодой человек. Не мешайте вашему юристу ознакомиться с важной информацией, не надо. Я имею пару слов сказать за ваше счастливое будущее. Вы позволите?

– Конечно, – кивнул я.

– Собственно, мине интересно, когда ваша свадьба с моей внучкой, молодой человек?

Я испытывал двоякие чувства. Как старый независимый Охотник, я не любил, когда на меня давили. А как Александр Галактионов, который испытывал нежные чувства к Анне, и уже сделал свой выбор, я просто улыбнулся. Александр Галактионов возобладал. Я с улыбкой достал телефон. Порывшись в фотогалерее, я протянул телефон заинтересовавшейся графине.

– Изумительно! – сказала она. – Это то, что я думаю?

– Не знаю, о чём вы думаете, но это алмаз, очень похожий на рекордный алмаз, добытый неделю назад на руднике Доброхотова. Как мне говорила Анна, крупнейший за последние десять лет и, кажется, на него аукцион был запланирован на выкуп. Прикиньте, какое неожиданное совпадение?

– Верно. Вы-таки читаете светскую хронику? – улыбнулась она.

– Нет, – сказал я. – Но у меня есть человек, который этим занимается.

– У Аннушки хороший вкус, – она внимательно посмотрела на меня. – Вот только после этого в той же светской хронике было сказано, что по техническим причинам аукцион отменяется на неопределенный срок. Поползли даже слухи о том, что этот алмаз исчез. Может его украли? – она заговорщицки понизила голос, при этом улыбаясь.

– Нет, что вы. Где я, а где украл. Этот алмаз абсолютно не имеет никакого отношения к тому. Они просто чересчур сильно похожи. В данный момент он находится в Японии, где местные мастера пообещали мне сделать изумительное ожерелье.

– Почему вы не сделали его огранку в Петербурге? – улыбнулась бабуля.

Я рассмеялся.

– Очень хорошая шутка, Сара Абрамовна. Очень!

– Я-таки знаю, – сказала она. – А вам палец в рот не клади, откусите по самый локоть! То есть вы ждёте возвращения вашего заказа?

– Ну, а вы как думали, – посерьезнел я. – После того подарка, который вы ей дали, как иначе я мог бы переплюнуть вас?

– При всём моём уважении, но ты дурак, Сашенька, – захихикала бабулька совсем по-женски. – Вот вроде смотрю на тебя, и ума у тебя, что касается стратегии и ведения боя побольше, чем у всех моих ровесников, вместе взятых. И я забываю, что тебе на самом деле восемнадцать лет. Ничего ты не знаешь о девушке. Да если бы ты ей гайку железную в качестве кольца предложил, то она была бы в десять раз счастливее, чем от того кольца, которое подарила я. Дело же не в подарке, а в том, кто дарит этот подарок.

Я немного смутился, задумавшись. На что бабуля ожила.

– Но твой подарок хорош! Прям, хорош! – одобрительно сказала она. – Так что продолжай, действуй.

Она посмотрела на часы.

– Так, мне надо бежать. Ещё одно…

– Что, уважаемая? – спросил я.

– За приданое от семейства Голдсмитов несу ответственность я. Предвосхищая твой вопрос – я так решила. Ты будешь приятно поражён.

Я пожал плечами.

– Не будет обидой для вас сказано, что мне абсолютно всё равно на приданое. Я вполне могу обойтись без него.

– Ты делаешь мне больно, мальчик мой, – театрально закатила глаза Сара. – Никогда не говори такие ужасные вещи. Иначе в один прекрасный момент деньги отвернутся от тебя, я точно знаю.

Она хихикнула, и потянулась ко мне за прощальным поцелуем.

– Тогда и я задам вам один вопрос, – на мгновенье стал я серьезным.

– Что такое?

– Я по поводу матери Анны. Вы же понимаете, что я распутаю это дело, и доберусь до причины заказчиков? И что все они, скорее всего, умрут долгой и мучительной смертью. Мне очень бы не хотелось, чтобы среди них были вы.

С лица бабули слетело всё веселье. Скулы заострились. Она сейчас была похожа на змею, готовую к броску.

– Скажу тебе так, Саша. Моя совесть чиста. Но я тебе не советую влезать в это дело. Очень сильно не советую, ради тебя самого и моей внучки.

– Я вас услышал, – кивнул я. – Но, конечно же, я поступлю по-своему.

– Ясно, видимо, поэтому моя внучка выбрала тебя, – смягчилась бабуля, и протянула руки. – Лично я к убийству своей невестки никакого отношения не имею, я тебе в этом клянусь.

– Спасибо, Сара Абрамовна, – я наклонился, и поцеловал её.

Видно было, что у бабули испортилось настроение, но держалась она, как королева. Это было понятно по её резким окрикам, когда четыре здоровенных амбала шустро последовали за маленькой сухонькой, но такой могущественной бабулей.

Суд прошёл в тёплой и дружественной обстановке. Анна разбила все аргументы обвинения в пух и прах и, в конце концов, государственный обвинитель был рад закончить это дело миром. Ведь в какой-то момент нарисовался неиллюзорный шанс иска в сторону государства. Там было всё – превышение полномочий, подтасовка данных, подлог и коррупция. В общем, через час все обвинения были сняты.

Мы вышли из зала суда, и я включил телефон, который, по условиям нахождения в зале, необходимо было выключить, и сразу посыпались СМС-ки о пропущенных звонках.

– Что такое, Саш? – увидев, как изменилось моё лицо, тут же спросила Анна.

А я уже набирал.

– Алло, Волк, что там?!

– А, Саша, всё хорошо, – сказал Волк. – Уже всё хорошо.

– Что значит «уже»? – спросил я.

– Да тут было кое-что странное… – он замялся.

– Да хорош сиськи мять, говори, как есть.

– В общем, подкатило два моторизованных батальона ЧВК-шников с нехорошими намерениями сровнять наш замок с землей.

– Доброхотов или Румянцевы?

– А хрен их знает! У Хрулёва спроси.

– В смысле, у Хрулёва? – удивился я.

– Да эти уроды расставили артиллерию, завели двигатели у танков. Я уже было собрался гасить их из всех стволов, как тут до меня дозвонился Василий Петрович. Он сказал, чтобы я ничего не делал, и дал контакт своего сына.

– И что?

– Сразу приехал его сын. Один с водителем. Пошёл и перетер о чём-то с этими ЧВК-шниками. Те быстренько собрались и съеба… в смысле, уехали, и след простыл. А Дмитрий Васильевич Хрулёв подошёл и сказал, что герцог Хрулёв всё так же ждет тебя на торжественном приёме. Затем он тоже укатил вдаль. Вот такие пироги с котятами… – хмыкнул Волк.

– Ясно. Следите за периметром. Я вылетаю обратно.

– Слушаюсь.

– Что там? – спросила Анна.

– Подставой было это заседание, и мой вызов сюда. Хотели наше поместье бобмануть, но что-то пошло не так. Ты, кстати, накопала по Хрулёвым все, что я просил?

– Я копала, Саша, честно. Но упёрлась в один момент, за который организация попросила… знаешь сколько?

– Сколько?

– Десять миллионов рублей!

– Ёкарный бабай! Так может Хрулёв, на самом деле, наш Император замаскированный? Что ещё может стоить таких денег?

– Я понятия не имею, – сказала она. – А у тебя и не спрашивала, потому что у нас и денег таких нет.

– Это верно. Но что-то мне подсказывает, что он мне сам может это рассказать, – хмыкнул я.

– Мы уже улетаем? – с грустью посмотрела на меня, и тяжело вздохнула Анна.

Я посмотрел на часы.

– Ну… Бабуля тут заливную рыбу рекомендовала. Никогда не пробовал. Это вкусно?

– ТакоЭ… – покрутила рукой Анна, и улыбнулась. – Национальное блюдо. Бабуля его обожает, а вот я не очень.

– Сколько у нас сейчас свободных денег, тех, что не зарезервированы для обязательных платежей?

Анне даже не нужно было заглядывать в телефон.

– Четыреста девяносто тысяч восемьсот сорок семь рублей. Копейки я не помню.

– То есть тысяч сто мы можем смело потратить? – я улыбнулся. – Дорогая, пойдем и съедим какой-нибудь нормальный стейк, и прошвырнемся по магазинам. Мне кажется, тебе нужно обновить гардероб.

– Уииии… Саша! – она бросилась ко мне на шею, и стала осыпать поцелуями, но потом на секунду отстранилась. – Мы, правда, пойдём мне за покупочками?

Я улыбнулся. Суровый юрист, которая только что стерла в пыль пожилого государственного обвинителя, сейчас вела себя, как девчонка. Но, с другой стороны, она и есть девчонка, только для меня.

– Правда-правда… – кивнул, и мы вышли из зала суда.

Глава 14

– Ух ты… Эрик, ты только глянь, какая женщина! А идет под руку с таким доходягой. Пожалуй, я так просто это не оставлю. Девушка, не желаете познакомится поближе?

И это мы еще даже до ресторана не дошли. Только зашли в местный торговый центр, где цены немного выше, чем в других местах, и бедным людям не по карману. А все потому, что Анна по дороге сломала каблук.

Поскольку тут находилось все рядом, а я джентльмен, то предложил ей не вызывать парней на помощь, а отнести ее на руках.

Так вышло, что два великовозрастных придурка сразу заприметили красоту Анны, и простую одежду, которая была надета на мне. А еще я был без оружия, так как шел на судебное заседание, и там были свои правила. Да и что может случиться в столице Империи?

В общем, я сейчас выгляжу вылитым терпилой, которого два неместных аристократа решили прессануть. Возможно, в другой обстановке это было бы мне интересно, но сейчас они нацелены на мою Анну.

– Они не из наших… Говор у них Английского Королевства, – дала мне подсказку на ухо Анна, которая не особо переживала за меня, а скорее за время. – Если представиться сразу, то они могут уйти.

Вот только представляться нужно не мне, а ей. А так идея была неплохой, но зачем? Ведь тогда совсем скучно будет.

– Смотри и наслаждайся, – успокоил я девушку, нежно глядя на нее.

Не знаю, правда, вышло ли… Фиг его знает, какой он, мой добрый взгляд.

Парни подходили все ближе и понимали, что явно я их расслышал, а раз не повернулся, то не уверен в своих силах. Такое действие сразу расценивается, как слабость, и дает зеленый свет на тупую агрессию. Шнырька показал мне, как на их лицах уже гуляет довольная гримаса. Не факт, что девушку получат, но со мной точно повеселятся. Слышал о таком, когда благородная влюблялась в простолюдина, и потом ее шантажировали недоброжелатели. Делай, что говорим, и твой любимый не пострадает. Правда, это работает только тогда, когда Род девушки слабее Одина, или же никто не должен знать об их отношениях. Я же специально стоял к ним спиной и делал вид, что меня здесь нет.

– Кажется, нам повезло, – слышу, как тот, которого звали Эриком, довольно давит лыбу и ускоряет свой шаг.

Анна тоже их слышала, и уже было хотела высказать все, что думает о них. А они и, вправду, идиоты… Здесь совсем недалеко, всего лишь через одну улицу, находится ее бабушка, которая прибыла с лучшей гвардией их Рода. Впрочем, как я понял, ее слова хватит, чтобы пришло на помощь еще несколько Родов, если припрет. Бабуля успела многим помочь за свою жизнь, и получила их в свои должники. Нужно быть очень осторожным, чтобы не попасть в ее сети. Впрочем, у меня опыта будет побольше.

Голова у меня работала быстро, но было сложно сделать выбор между разными вариантами действия. Столько всего могу сделать интересного, что не могу определиться. Из-за того, что времени было мало, я остановился на одном пафосном варианте, который не причинит этим двум вреда, кроме морального.

– Прошу прощения, вам нужна помощь? – хотя и начинали они по-дерзкому, но подошли с довольно грамотными словами, которые их могут спасти, если они ошиблись, и я благороднее их или сильнее.

Теперь они смогут все списать на то, что решили помочь девушке, и плевать им на то, что помощь ей была не нужна. Она же не вырывается из моих рук, а просто смирно лежит и наслаждается.

– Вы это мне? – поворачиваюсь вместе с Анной к ним и вижу, как на их лицах застывает форменный ужас.

– Мы… – мямлит тот, которого звали Эриком – Мы…

– Вы? – приподнимаю одну бровь, и буравлю их взглядом. – Что вы? Хотите мне помочь? Считаете, что девушка весит слишком много?

А вот теперь уже Анна хмурится, и не понимает на кого смотреть злым взглядом – на меня или на них.

– Мы… Мы… Просим прощения, подумали, что возможно вам нужна наша помощь и… решили ее предложить.

На парней было жалко смотреть. Они за эти секунды, кажется, постарели на лет шесть, а то и десять. А их вещи можно было выжимать от обилия пота, вызванного нервами.

Я же сдерживал себя, чтобы не заржать. А вот Анна продолжала хмуриться, так как не понимала, что сейчас происходит. А у нее такая натура, что она хочет все знать и понимать.

– Свободны! – даю им отмашку головой, так как на руках держу девушку.

Парней сдуло, как ветром.

– А ты говоришь, что я варвар, – взглянул на Анну. – Во мне живет великий дипломат, как видишь. Я победил их словами.

Анна прищурила глазки.

– Не знаю, в чем подвох, но точно узнаю, – как же сверкают ее глаза, видно, что ее уже не остановить.

Жаль ее расстраивать, но правды она не узнает, если только я сам того не захочу.

Нейтральные воды Балтийского моря

Дирижабль «Принц Чарльз»

– Еще водки!!! – орет на неторопливую прислугу Эрик, и залпом выпивает остатки только что принесенной бутылки.

– И мне! – поддерживает его друг Бернар, который сидит с таким же безумным выражением на лице.

Интересно было то, что до сего дня они не любили такие плебейские напитки. Но что поделать, если их излюбленное вино и шампанское было не лучшим помощником в данном деле.

Парням нужно было срочно снять стресс, а этот не благородный напиток подходил лучше всего, по словам их отцов.

А как же все хорошо для них начиналось. Они отправились в путешествие по Империи, дабы посмотреть, как живут имперцы. Этот туризм был одним сплошным праздником, в котором они кутили и отдыхали с красивыми девушками, а там таких, к их сожалению, было намного больше, чем на их родине.

Бывало даже, что дело доходило до дуэли, но не зря же они были наследниками своих Родов, и их с детства обучали боевому искусству. Хотя, по правде говоря, они не были тупыми, и не лезли в те места, где можно было нарваться. Не лезли до сегодняшнего дня…

– Да кто, мать его, мог подумать, что Абсолют будет одет, как долбанный простолюдин, и окажется в таком месте?! – не выдержала психика Эрика, и парень заорал. – Имперцы… Все у них, не как у простых людей… Суки…

От обиды за пережитый стресс парень швырнул свой стакан об стену каюты, которая, на минуточку, была четырехместной, а жили они здесь только вдвоем.

– Никто… Друг мой… Никто не мог знать… Ты видел его глаза? Я в них увидел демонов… Улыбка… С такой улыбкой Гедион Шестой шел уничтожать еретиков.

Вспомнились Бернару уроки истории об одном очень сильном, но сумасшедшем человеке из прошлого, который убивал просто за косой взгляд в свою сторону. И даже убивал ближайших соратников, за что его прозвали Гедион Одинокий, а в народе уже приписали и продолжение. Гедион Одинокий, но, сука, сильный.

– Знаешь… – вдруг нарушил тишину Эрик. – Не знаю, как ты, а я больше в такие игры не играю. Пошло оно все… Лучше, как говорит отец, найду себе невесту и заживу спокойной жизнью.

– Я тоже об этом думаю, – дрожащими руками поднес Бернар стакан к губам и выпил, словно там был лимонад.

* * *

Как же я хотел заржать, и как ржал Шнырька. Два неуча реально повелись на иллюзию кольца Абсолюта. Этого, правда, мне показалось мало, и я добавил еще немного своей ауры вокруг, и на молодых парней смотрела сама смерть.

Видно было сразу, что они оценили, на кого хотели наехать. Я о них уже все знал. Еще перед моей легкой шуткой Шнырька проверил их документы, и у них были билеты на дирижабль. Такие интересные билеты, которые не имели даты и времени. Дорогая штука, которой можно в любой момент воспользоваться, да еще не на одних рассчитаны, а на целый штат слуг.

Вообщем весело… мне было. А вот парни, знающие последствия игры с Абсолютом, нескоро в себя придут.

После этого маленького инцидента я купил Анне новые туфли, и моя гордая львица уже смогла сама шагать, хоть и посматривала на мои руки, прикидывая наверное, как ей сломать и эту новую пару.

Затем направились в ресторан, где проблем вообще ни с кем не было, хоть и поглядывали смертнички на Анну заинтересованным взглядом.

Сила… Сила, и еще раз сила… Я был прав! В любом мире правит только она, и если ты слаб, то у тебя все отберут.

– Хорошее заведение, бабуля знает толк в высокой кухне, – довольно произнесла Анна, прижимаясь к моему плечу, когда покидали это место.

– Голубцы были супер, – не мог не согласится с ней. – А вот гумус я не понял…

– Хумус!!! – поправила меня Анна.

– Он самый, ладно, что у нас дальше? Надо возвращаться, но ты вроде за столом говорила, что есть дела в столице. Почему я о таких не слышал?

– Наверное, потому-что я занимаюсь твоими делами. Ты всегда говоришь не беспокоить тебя, и разберись сама, – принялась копировать она мою речь.

– Правильно говорю, – закивал я в ответ. – У нас же как? Ты занимаешься бумажками и скучными делами, которые приносят тебе удовольствие, а я…

– А ты убиваешь всех, и приносишь деньги в семью, все верно, – перебила она меня, и продолжила мои же слова, словно с языка сняла.

Дела у нас здесь, действительно, были важные. У Анны – это встреча по моим земельным делам в какой-то там администрации, а вот у меня. Встреча… с Андросовым, но не младшим.

Сама встреча была назначена сегодня Анной, и она мне говорила мимоходом, что если меня не посадят, то придется идти к Андросову. Вот тут я и задумался… может нафиг ту победу в суде?

Но как-то не сложилось. Раз победил и на свободе, то придется идти. Конечно, лучше было бы сходить с Анной, но она занята, а потому поехал один.

Едем к нему в поместье, и никого не трогаем… Дорога вела по трассе одной из императорских шоссе. Сразу видно, что дорога не зря носит имя одного из предков императора. Вся ухоженная, казалось, даже трещины здесь нереально найти, не говоря уже о других проблемах. Но ведь я Сандр, и с легкостью нахожу не только трещины, но и проблемы.

На одном из участков трассы, вдоль леса, с обеих сторон я заметил что-то странное. Шнырька вдруг стал очень нервным и подозрительным.

Ходит туда-сюда в тени, и при этом матерится под нос. Я обратил на него внимание и попросил доложить об обстановке.

– Ш-ш-ш-ш-шука! Ш-ш-ш-ш-шакалы! – сплюнул он на пол броневика. – Ш-ш-ш-ш-шделали Ш-ш-ш-ш-што-тттооо – протянул он своим голосом мне на ухо и вновь пропал.

А затем мне в глазницу стала транслироваться интересная картинка. Я бы даже сказал – увлекательная.

В лесу сидела засада, которая ждала меня в трех километрах дальше по пути следования.

То, что ждали меня, это факт, так как в руках у одного был планшет, на котором мигала точка, движущаяся по карте. Шнырька все четко показал, и тут даже гадать не нужно, что произошло.

Первой мыслью было то, что нам умудрились повесить маячок, за что сразу же получил нагоняй Шнырька. Мелкий обиделся на такое обвинение, но машину проверил еще раз, и ничего не нашел.

Выходит – не вешали, а он был там изначально. Просто кто-то получил доступ к нему. Ну, если подумать логично, то арендованный транспорт мог иметь отслеживающую систему. Нелогично только то, что они раздают кому попало доступ к ней.

Долго думать, что и как, не стал. Засада была грамотной, там только техники штук двадцать, а у меня всего три броневика.

Лезть на рожон? Да, конечно, я бы с радостью, но не вижу в этом смысла. Ведь реально спешу, а эта засада позже отберет много моего времени, которое придется потратить на объяснение с местными полицейскими и другими структурами власти, ведь столица. А у меня как бы и дома проблемы уже появились. Возможно, в этом и есть план, чтобы меня подольше задержать.

Короче, это главная дорога, и по ней все ездят. Вот эта засада была как раз на ней, а я, такой нехороший человек, взял и свернул на одном отрезке в лес, а затем деревеньками и лесными дорогами поехал к озеру, и вдоль него выехал на нужную мне трассу.

Как итог, ходовая часть в моем транспорте, вероятно, сильно подустала, но зато засада была позади. Лишь Шнырька показывает, как неизвестные мне бойцы быстро собирают артефакты и другие спецсредства, и отправляются в погоню.

Да только куда им… Эффекта неожиданности уже не было, и мы спокойно мчимся к Андросову-старшему.

А ко всему прочему нам навстречу уже едет его гвардия. Ну, а что? Я позвонил и спросил его, что за парни ждут меня в лесу. Тот сразу и отправил своих бойцов.

Интересно даже посмотреть на этот бой, если он будет, ведь ждали меня явно обученные люди. Ни одной отличительной метки. Документов там тоже не было обнаружено, что говорит об их профессионализме.

Но, увы, я уже не увижу этого боя, а лишь послушаю потом в пересказе, если расскажут. А если нет, то Анну попрошу узнать.

Сам же я направляюсь дальше, к поместью Андросовых. Оно, кстати, не было главной усадьбой Рода, а было чем-то вроде дачи.

– Волчара, все хорошо у вас? – пока еще было время, решил набрать его и узнать, что там дома, а то не звонит.

– Все в порядке, новых проблем пока не выявили, – отрапортовал он. – Все в полной боевой готовности, наблюдение ведется, мышь не проскочит!

Даже не хочу знать, что там за повышенный уровень такой, но молодцы, что работают.

– У вас все хорошо? Мне бойцы доложили, что вы объехали засаду. Были проблемы?

Блин, расту в его глазах. Он уже даже не переживает, и научился верить в меня. После такого количества проведенного со мной времени, он знает больше других. Не удивлюсь, если потом буду идти на штурм родового поместья Алмазного, а он мне такой – «Возвращайтесь не сильно поздно, а то у нас с вами тренировка запланирована на вечер».

Бойцов тоже хорошо он муштрует. Когда сообщил о засаде, то никто не задался вопросом, откуда я знаю, и может я ошибся или пошутил. Просто все молча стали делать то, что должны, в таком случае.

– Да какие там проблемы, – вздохнул я. – Засада там была не особо сильной… Если бы не спешил, то домой вернулся с новой техникой, а так пришлось объехать. Одно разочарование…

Волк тоже вздохнул, и я ощутил грусть в его голосе. Кажется, мой Волк превращается в долбаного хомяка на должности прапорщика. Волнуется за имущество Рода больше, чем я.

– Ты мне лучше, Волчара, скажи, почему ты после завода все-таки уехал? Что мне теперь тут делать одному? – стал я наезжать на него, добавляя в голос обиженные нотки. – Я понимаю, что ты не хотел оставлять без присмотра родовое имение, и это правильно. И чуйка твоя сыграла! А еще, наверное, ты сволочь такая за Буревестников переживал больше, чем за меня. Но кто теперь своей физиономией будет пугать гвардейцев Андросовых? Мне им что, Одина показать?

Я уже так сильно привык к тому, что он меня сопровождает на такие встречи. Нравится смотреть, как охрана моих собеседников нервничает, и следит за каждым движением Волка, ожидая чего угодно. А Волчара от этого тащится, и иногда выкидывает резкий взмах руки когда мне надо подать что-то чем ужасно всех бесит.

Хорошая у него слава… и лицо страшное.

Я думал, что от моих слов, которые я произнес в шутку, Волчара хоть смутится или начнет оправдываться, да фиг там плавал.

– Вы сами, как маленькая армия, а имущество и дом остались одни… – без капли стыда произнес он.

– Эй!!! – всполошился я, когда услышал знакомый звук. – Это что там шумит? Мотор Буревестника?

Звук, как появился, так быстро и пропал.

– Нет…

– Все ясно с тобой. Ладно, если что, я на связи.

Волчара все не мог отказаться от своих мыслей об улучшении Буревестников. Он вызывал своих друзей и знакомых, уже не бойцов, из надежных и проверенных, и вербовал их к нам на службу. Предпочтение предоставлялось сейчас всяким технарям и механикам. Он увидел в Буревестниках большой потенциал, но по его словам нужно довести до ума, и тогда одна такая машина сможет сражаться против целого мехбата, а то и двух Имперской армии. Он прямо таки был маньяком в военном деле. Сколько мне стоило нервов выслушать его речи, что он думает об необходимости проверки разных боеприпасов для таких машинок, чтобы на каждую ситуацию использовать эффективное, а не долбиться головой об стену. На его слова я сказал, что смогу головой стену пробить, а он лишь рукой махнул.

Мимо нас промчалась гвардия Андросовых, и она внушала. На перехват отправили тридцать боевых машин. Не любят они шутки шутить, и не любят, когда их гостей обижают, как я погляжу. Хотя, по факту, я жених их дочери. Хм… Интересно, могу ли я теперь называть Князя Андросова папой? Может попробовать?

Доехать пораньше, как планировал, не получилось, все же… я принял решение притормозить дать призрачный шанс преследователям, чтобы те ускорились. Сам же, в свою очередь, напитал Шнырьку до отказа энергией, и отправил шпионить. Интересно, зараза, чем все закончится. Лучше опоздаю, но такое действие не пропущу.

Меня ждало разочарование, причем полнейшее. Думал, встретятся две колонны, и у них завяжется тяжелый и кровавый бой! Прямо рядом со столицей! А тут такие вертолеты! И самолеты имперские! «Кто тут безобразничает?» Трах! Бах! Веселье! Вот так я думал скажу своим внукам, когда буду рассказывать эту историю. Но нет…

Они встретились, и главные вышли поговорить.

В итоге, преследователи представились каким-то тайным отделом, и сказали, что имеют полное право ездить, куда им захочется. Андросовцы согласились, но напомнили, что рядом находятся земли Андросовых, и их это нервирует. Те сразу дали заднюю, и смягчили свои риторику, заявив, что проводят учения в целях повышения уровня боеспособности своего отряда. К такой формулировке не прикопаться. Единственное, что документов не было, и они поехали вместе с Андросовскими людьми в город, дабы подтвердить свои полномочия на бумаге.

Выходит, что Румянцев снова меня заказал своим псам? Или это кто-то другой? Да фиг тут поймешь, кто против кого. Впрочем, мне и не нужно особо понимать. Бей всех, кто бежит на тебя, и гладь всех, кто лежит рядом с тобой в постели. Вроде так говорил старый Мак?

Или же там было – бей всех подряд, а потом разберешься, кого погладить? Вот реально не помню. И тут причина не в моей плохой памяти, она у меня отличная. А просто старый Мак любил эту поговорку говорить каждый раз по-новому, в зависимости от ситуации. Там даже были слова по типу «Прибей всех».

«Ну, наконец-то!» – хотелось мне выкрикнуть, когда мы подъехали к дому Андросова, и «ОТСТУПАЕМ!!!» хотелось заорать, когда я увидел, как меня на крыльцо вышел встречать Князь и… любительница ризотто!

Стоп! А она что здесь делает? Стоп! А о чём она так мило с Андросовым беседует! Стоп! Бли-и-и-ин… Колечко поверх перчатки Рода Андросовых и она явно не мама Андрюши! Ага… А еще меч, что я подарил…

Катерина?! Опа-ча!!! Она же в Иркутске с братцем по Разломам бегала! Когда вернуться успела? И Андрюха, гад такой, не предупредил! Неужели, еще за ту книжку обижается?

– Подстава, однако… – протянул я размышляя, как мне быть или вернее куда бежать.

– Ш-ш-ш-ш-шволочи ш-ш-ш-шакрыли, – вздохнул Шнырька, глядя, как ворота за нашими спинами захлопнулись. – Ш-ш-шандру кабш-ш-шдец!

– Закрыли, – тоже тяжело вздохнул я.

– Каш-ш-ш-ш-шдый ш-ш-шам ша ш-ш-ш-ш-шебя… – с такими словами свалил Шнырька.

А ему чего боятся? Предатель теневой…

Нет… Он не предатель… Он Крыса… не в обиду Одину будет сказано.

Мало того, что ситуация для меня и так неловкая, и я не знаю, что делать. Так еще и этот мелкий придурок не убежал насовсем, а появился через несколько секунд. Положил мне в руку женское кружевное белье, и с озорной улыбкой пропал. Беленького цвета!

А как же твое «Н-н-н-н-надо»???!!! НИИИИНННАДООО!!! Да только кого это интересовало?

Глава 15

Мы сидели на широкой веранде за большим столом с белыми скатертями и ели охренительно вкусное… Угадайте, что? Правильно – ризотто!

Я хмыкнул и повернулся к Катерине.

– Не понимаю, зачем ты гоняешься за этим блюдом по всему миру, если у тебя дома такие прекрасные повара?

Нахмуренная девушка, настроение которой, похоже, не сильно отличалось от моего, в первый раз с нашей встречи и представления улыбнулась.

Андросов же старший, не сдержавшись, рассмеялся.

– Так это Катя сама его и готовила.

– Ого! – искренне изумился я, и посмотрел на девушку с уважением.

Катя покачала головой.

– Только есть один нюанс. Я люблю есть ризотто, а не готовить его.

– Да, Катюша редко радует нас своими кулинарными изысками. Но к твоему приезду решила сделать исключение.

– Папа! – вскинулась девушка.

– Всё, молчу-молчу!

Я смотрел на Ивана Васильевича Андросова. Несомненно, один из самых богатых Родов в Империи, к тому же ещё и влиятельных. Сейчас главу Рода можно было хоть к больному месту прикладывать – настолько он был мил и благодушен. А я пытался понять, в чём подвох. На крыльце мы перекинулись буквально парой-тройкой вежливых слов. Нас представили и провели внутрь, где сразу усадили за стол. Ах да, Андросов ещё распорядился, чтобы накормили моих гвардейцев. Я дал на это своё «благословение». Думаю, если бы здесь хотели меня убить, то сделали это быстро и легко.

Рядовая дача, говорите? Если убрать в сторону мои «големные» башни и кучу денег, вложенных на улучшение с помощью строительной фирмы Смородиных, то эта «дачка» дала бы фору моей усадьбе. По крайней мере, ничего подобного в Иркутске я не видел. Да, я знал, что Андросовы богаты. Но, чтобы настолько…

В общем, Андросов-старший любезно сказал, что сперва гостя принято накормить, а потом уже и о делах говорить. Учитывая, что сейчас я, нимало не стесняясь, уминал третью тарелку божественного ризотто, то переход к делам откладывался. По крайней мере, Ивану Васильевичу хватило одной тарелки, и сейчас он пил чаёк, с улыбкой поглядывая то на меня, то на Катю. Катерина же за всё это время не успела съесть даже первую порцию, кушая чрезвычайно аккуратно и деликатно.

– Итак, Александр, – осторожно начал Иван Васильевич, глядя, как я отодвинул от себя тарелку и отрицательно покачал головой на предложение добавки, – Что-нибудь выпьешь?

– Давайте уже о делах, Ваше Сиятельство, – я еле сдержался, чтобы не икнуть.

Реально блюдо было выше всяких похвал. Но заливать алкоголь до решения вопросов мне не хотелось.

– Я слышал, что в ближайшее время будет объявлено о твоей дате свадьбы с Анной Голдсмит. У меня верные сведения?

Я улыбнулся, но не стал отрицать.

– Да, верные.

– Вот об этом я и хотел бы поговорить, – сказал он. – Дело в том, что мы тут посоветовались, и хотели предложить тебе сыграть вашу свадьбу с Катериной первой. Все затраты, расходы я, конечно, возьму на себя, – тут же поправился князь, что вызвало у меня весёлую улыбку.

Смущение прошло. Да и смущение у меня было исключительно из-за неудобной ситуации, в которую я могу поставить человека. Ведь я считаю его своим другом – Андрея Андросова. А так, по большому счёту, самому Роду Андросовых я ничего не должен. Ругаться с ними, конечно, было глупо, но и потакать им я не буду, если это против моих личных интересов.

– У меня один вопрос. И он не к вам, Иван Васильевич, – со всем уважением добавил я. – Катя, с чего ты вдруг взяла, что я хочу на тебе жениться?

За столом наступило гробовое молчание. От двух сидящих за столом сильных Одарённых повеяло большой силой. Причём эта сила разительно отличалась, примерно, как плюс и минус в батарейке. Если от Андросова-старшего шла сильная мощная волна тепла, которая может обхватить тебя и задушить в тёплых объятиях, то от Кати повеяло холодом. И нет, это был не физический холод, которым, к примеру, славилась Хельга и её Род. Это был холод души. Я с таким сталкивался в прошлом мире.

Улыбка слетела с моего лица, ведь все обладатели подобного Дара были мёртвые сущности, сдохшие давно и крепко. И чтобы хоть как-то продлить своё реальное существование, они тянули из живых их жизненные силы, просто для того, чтобы ещё немножко потрепыхаться на этом свете и почувствовать теплоту жизни. Ну, или до того момента, когда они встречались с нами – Охотниками.

Я приложил большое усилие, чтобы не вскочить или хотя бы не отъехать на стуле в сторону. Екатерина не делала никаких угрожающих жестов, но мой опыт вопил о том, что от неё исходит охренительная опасность.

Несколько секунд напряжения, и тут лицо Кати растянулось в улыбке, и душевный холод мгновенно пропал.

– А кто тебе сказал, что я сама стремлюсь выйти за тебя замуж? – широко улыбнулась она.

– Хмм… – нахмурился я. – А к чему тогда весь этот спектакль?

Катя весело засмеялась, а я внимательно присмотрелся к ней снаружи, не решаясь залезть внутрь. Да нет, снаружи она выглядела абсолютно живой, тёплой и, надо признаться, очень красивой девушкой. Никакой нежитью тут и не пахло.

– Это батюшка что-то себе надумал, – она кивнула на Андросова, который тоже успокоился, хотя и выглядел немного смущенным.

– Саша, об этом я и хотел с тобой поговорить. В планах было обсудить все наедине без Катерины, но она… – он бросил короткий взгляд на Катю.

– Но «она» была категорически против, – рассмеялась Катерина Андросова. – Ненавижу, когда моя судьба решается за моей спиной.

Я невольно одобрительно кивнул и посмотрел на князя, который слегка улыбнулся. В глазах у него, когда он смотрел на дочку, читалась любовь, и какая-то грусть.

– Сейчас мы поговорим с тобой, Саша. И чем бы ни закончился наш разговор, я хочу, чтобы он остался в этой комнате. Я могу на это рассчитывать?

– Конечно, – серьезно кивнул я.

– Дело в том, что Катерина получила Дар Жнеца или, как он называется в простонародье, Анти-Лекаря, – начал Андросов.

– Это проклятье Родов с Даром Лекаря. И в частности, моего Рода. Жнец появляется раз в несколько сотен лет. Его появление абсолютно нельзя предсказать. Чем сильнее родители, тем больше вероятность того, что именно у них проявится этот ребёнок. Как правило, среди моих родственников, которые хоть сами и являются хорошими лекарями, но им далеко до меня, ни разу не было Жнеца. В последнюю тысячу лет этим Даром награждались только дети главы Рода. Возможно, это насмешка судьбы над нами, теми, кто считает исцеление других высшей честью и благодатью.

Лицо у Кати потемнело. Её отец озабоченно нахмурился.

– Извини, дочка.

– Ничего, пап, я привыкла.

– В общем, с помощью этого Дара Жнец высасывает жизненную силу из своих жертв. Кроме этого… – он замолчал, задумчиво почесывая бороду, и глядя на меня оценивающе, как будто раздумывая, говорить мне или нет. – Есть вероятность, что Жнец также цепляет человеческую душу. Мы это точно не знаем. Записи это не подтверждают. А Катерина, как ты понимаешь, проверять это не особо стремится.

Я открыл рот, и тут же его закрыл. Пожалуй, приберегу эту информацию на потом. А так-то чего гадать, я точно знаю, что сначала из тела выскальзывает душа, как пробка из бутылки, а за ней и жизненные силы. Тоже мне, высшая математика! Хотя в этом мире в некоторых сферах человечество, как слепые котята.

– В общем, у Катерины этот Дар проявился намного раньше восемнадцати лет. В двенадцать лет погибла служанка, и с тех пор Катя не прикасается ни к одному живому человеку, – он кивнул на её руки. – Вот, защитные перчатки немного нивелируют его эффект. Прикоснувшись в них, никто не умрёт. Но эффект, я тебе скажу, будет очень неприятный.

Тут взяла голос Катя.

– Да-да, отец знает, о чём говорит. Он трижды проверил это на себе.

Я снова открыл рот, чтобы спросить «Зачем?», но потом снова захлопнул. Ну, конечно же, ответ в том, что отец хотел помочь дочери. Именно из-за этого и Андрей пошёл в Разломы. Он мне говорил тоже – чтобы помочь сестре. Вот только чем он сможет ей помочь, если даже я это сделать не в силах.

– В общем, ты сам понимаешь, – продолжил разговор Андросов-старший. – Что среди остальных Родов Дар Кати – это секрет Полишинеля. Да, из неё получился отличный боец. Как ты сам видишь, второй класс Истребителя в двадцать пять лет, на моей памяти, получили немногие. В том числе и ты, – он посмотрел на меня, нахмурившись. – А где, кстати, твоё кольцо Иста?

– А… Дома. В гостинице оставил. Не люблю хвастаться, – хмыкнул я, который всё ещё не набрал нужный класс, а после общения с Архипом понял, что демонстрировать его налево и направо – глупо.

– Плохая примета, – нахмурилась Катя.

– Да, спасибо, я знаю.

– Так вот, – терпеливо продолжил Андросов-старший, – Дело в том, что я хочу заключить с тобой сделку. Ты возьмёшь в жёны Екатерину. Я за неё дам отличное приданое. Ты получишь в союзники наш Род. А я получу сильного зятя, живущего у чёрта на куличках, который может постоять за себя и за свою семью, и которому я смогу верить.

– Так, стоп! – сказал я. – Мой интерес я понял, а вот с вашим проблема. Из всех ваших причин верно только то, что живу я у чёрта на куличках. Сильный Одарённый? В мире есть Абсолюты. Который готов позаботиться о себе и своей семье? Ну, так-то вы правы. Вот только два вопроса. Почему вы так в этом уверены? И почему уверены, что я возьму её к себе в семью?

– Так, папа, этот разговор ни о чём, – Катя встала из-за стола. – Мне противно слушать, когда обо мне говорят, как о каком-то товаре. Я не просила тебя об этом. Лучше я буду ходить в Разломы до конца своей жизни.

– Сядь, дочка!

Верно говорят, что и тепло убивает. Сейчас глаза Андросова сверкнули, и от него снова полилась такая волна мягкой силы, которая буквально придавила Катерину сверху, и она снова уселась за стол. Не удивлюсь, если Андросов имеет ранг Высшего Мага, а может и Мага вне Категорий. Анна узнавала – официально это не зарегистрировано. Но учитывая любовь аристократов к таинственности – это совсем ничего не значит.

– Отвечу на твой вопрос, – сказал Андросов. – Мой ответ будет состоять из нескольких частей. Первое – мой сын Андрей, он рос среди сверстников не менее, а то и более знатных и сильных, чем наш Род. Но ни одного человека за свою короткую жизнь он не смог назвать другом. А вот про барона Галактионова я услышал буквально через две недели после того, как он улетел в Иркутск. И знаешь, с каким эпитетом это было произнесено? «Мой друг Саня»!

Я открыл рот, чтобы возразить, но князь поднял руку.

– Не перебивай. Второе – как ты знаешь, мы очень влиятельный Род и у меня везде свои люди. Предвосхищая твой вопрос, Андрей очень неохотно делится информацией о тебе. Именно из-за того, что считает своим другом и не хочет подставлять. И это я уважаю. Мой сын становится настоящим мужчиной. Но кроме Андрея, у меня есть ещё множество источников информации. И все твои последние дела и события, что происходят вокруг тебя – этому подтверждение. Да о чём тут говорить, – он кивнул на Катерину. – Ты знаешь, сколько мы искали этот меч?

– Не-а, – сказал я. – Но подозреваю, что долго.

– Триста сорок пять лет назад он пропал. Я даже не буду спрашивать, где ты его нашёл. Хотя, учитывая, что пропал он в районе Байкала, об этом догадаться не сложно. Тут другой вопрос – КАК ты его нашёл. Но об этом, если ты захочешь, расскажешь сам.

Андросов ещё долго рассказывал все преимущества такого союза. С каждой минутой мне становилось всё грустнее и скучнее. А ещё периодически я поглядывал на Катерину. По ее лицу было видно, что девушка реально в шоке, и совсем не рада. Вроде всё, что говорил Иван Васильевич, звучало хорошо и здорово. Вся куча ништяков усилит меня. И всё было бы логично, кроме одного. Я не понимал, зачем это нужно мне. Не понимал, зачем это нужно Кате. Да, я понимал, зачем это нужно Андросову и его Роду. Хотя всё-таки выбор они могли сделать другой. Но как раз это меня волновало мало. А ещё меня дико интересовал Дар Катерины. Я такого не видел никогда. Во всем мирах, которые я посетил, этот Дар был присущ исключительно мёртвым. Как он оказался у живого человека? С этим мне очень хотелось разобраться.

В один прекрасный момент я понял, что зря теряю время.

– Иван Васильевич, извините, – прервал я его очередные, очень грамотные и логические рассуждения. Не будем терять время друг друга. Первая свадьба у меня будет с Анной. Это однозначно.

– Но…

– Никаких «но». Простите, Иван Васильевич, но этот мой окончательный ответ. Что касается нашей свадьбы с Катей, я пока не говорю «нет».

– Как великодушно, – хмыкнула Катя. И мне кажется, в её голосе прозвучала обида.

– Но Александр… – тут же начал Андросов.

– Помолчите, я вас прошу, – похоже, у Андросова-старшего был культурный шок. Вряд ли кто-то позволял себе общаться с ним подобным тоном, но мне было похрен. Реально похрен. – Андрей говорил, что у вас одна жена, которая родила вам двух очаровательных детей. Это так?

– Да, так, – сказал Андросов.

– Что-то мне подсказывает, что её не вручили вам, как переходящий приз. Что это был ваш осознанный выбор. Ваш и её. Верно?

– Верно, – кивнул Андросов, понимая, к чему это ведёт.

– Вот и у нас с Анной было также. Это осознанный выбор. Мне прекрасно известно, что среди аристократов практикуется полигамия. Мир вокруг жесток, наследники часто гибнут, Род нужно укреплять, и вот это вот всё. Вот только я пока не знаю, как к этому отношусь. Не было у меня в этом опыта, понимаете? Я смотрю на Катерину и вижу перед собой очень красивую девушку и очень сильного Одарённого. И, честно говоря, мне похрен на её проклятый Дар.

Тут лица собеседников удивлённо вытянулись.

– Да-да, похрен. Думаю, что с таким Даром Катерина должна получить человека, любящего и ценящего её такой, какая она есть. И, боюсь, что я могу не подойти на эту роль. Хотя бы потому, что мы, практически, незнакомы.

Андросов снова попытался что-то вставить, но я снова повысил голос.

– Минуточку, я почти договорил. Да, я привык добиваться всего своей силой и не рассчитывать ни на кого другого. Но отказаться от поддержки такого могущественного Рода, как ваш, было бы просто глупо. И ещё, в мире есть очень много людей, намного хуже меня. Я не хочу, чтобы Катя попала впросак.

Тут девушка рассмеялась.

– Как великодушно с твоей стороны.

– В общем, – не обратил я внимания на её пассаж, – если у Катерины здесь нет особых дел, то я предлагаю проследовать к нам в Иркутск. Мы походим по Разломам, познакомимся поближе, и побеседуем с вами снова, по прошествии некоторого времени.

– Александр!!! – очень громко крикнул Андросов.

– Да не кричите вы, – хмыкнул я. – Я уже закончил. Можете говорить. Хотя нет! Еще одно. Я не даю никаких гарантий. Не только потому, что сам скептически к этому отношусь, но зачем мне жена, которая… которой я… короче… вы посмотрите на неё – похоже Екатерина на влюблённую невесту? Как мы жить будем, мать?

– Галактионов, ты вообще страх потерял? Да кому ты сдался такой… красивый?!

И снова могильный холод. И снова напряженная Андросова.

– Вот о чём я говорю! – торжествующе и очень некультурно ткнул я пальцем в девушку. – Может, просто разбежимся? Вы там свой пресс-релиз выпустите. Типа. «Молодые не нашли взаимопонимания и посрались в хлам!» Ха-ха! Без обид!

– Хм…извините, но нет, – сказал Андросов. – Нам подходит то, что ты предложил. ПРАВДА, КАТЯ?

– Да, отец.

Екатерина снова «потухла» и кивнула, но сила никуда не делась. Она билась внутри неё, стараясь выбраться наружу. Характер у неё ого-го! Не зря Андрюха так с ней себя видет! Ну что же. Тем интересней будут рейды. Что-то мне подсказывает, что боец она отличный. Не хуже, чем кулинар…

– Я хотел сказать как раз по поводу Разломов, – продолжил Андросов. – И примерно понял, что доставляет вам больше всего удовольствия в этой жизни.

После его слов я улыбнулся, и ничего не сказал.

– Используя свои связи, хочу предложить вам один интересный Разлом, который, думаю, вполне вам по силам, – он достал планшет и посмотрел. – Вот это вы сможете вытащить оттуда. Интересует?

Я посмотрел внимательно и хмыкнул.

– Как сказала бы одна старая и очень мудрая женщина – такоЭ!.

Достал свой планшет и посмотрел на карту Истов. Ожидаемо, этого Разлома на моей карте не было.

– А почему его нет? – осторожно начал я.

– Именно из-за этого. Из-за содержимого Разлом находился, так сказать, не в свободном доступе. Но используя свои связи, я могу организовать вход вам туда.

Я задумчиво почесал затылок.

– Ну, на безрыбье…

– Так! Стоп! – стукнул по столу Андросов. – Видит Император, не хотел я разглашать эту инфу, но так и быть. Завтра я передам вам такую инфу, о таком разломе, который вам обоим будет по душе. Очень сильно по душе! Подходит?

– Буду благодарен, – серьёзно сказал я.

– Надеюсь, игра стоит свеч, – пожала плечами Катерина.

– Вот примерно такого рода мелкие любезности я смогу оказывать вам, если вы присмотрите за моей дочерью.

– Папа! – снова начала Катя. – Это кому ещё за кем нужно присматривать!

Он широко улыбнулся.

– Ну… или ты присмотришь за Александром.

– Ха! Ха-ха! – я демонстративно похлопал в ладоши.

Он посмотрел на меня, а затем на неё, и широко улыбнулся.

– Мне почему-то кажется, что вы неплохо поладите. Кстати… А что за странный платок торчит у тебя из нагрудного кармана? Он кружевной, что ли?

Имение герцога Доброхотова

г. Якутск

– А, Прошка… А мне кажется, без одного глаза тебе даже лучше. Брутальнее, что ли.

– Да, Ваша Светлость, – угрюмо поклонился Прохор.

– Ты же понимаешь, что я с тобой обошёлся очень лояльно за твой косяк с конвоем?

– Да, Ваша Светлость, – без эмоций сказал Прохор.

– В следующий раз это будет не глаз, а твоя голова. Ты это понял?

– Да, Ваша Светлость, – как робот повторил Прохор. Прохор, верой и правдой служивший Роду Доброхотовых двадцать лет, бывший одним из самых сильных Одарённых в округе, но, тем не менее, покорно давший выколоть себе глаз после небольшой, как он считал, промашки. Не зря Алмазного герцога боялись даже свои люди.

– Ну, вот и хорошо. Слышал, ты выяснил, кто пытался напасть на усадьбу Галактионова?

– Да, ЧВКшники – группы «Спартанцы» и «Стервятники». Сильные, но не лучшие ребята. Дислокация – Красноярск.

– Кто их нанял?

– Информация точно не подтверждена, но всё указывает на Румянцевых.

– Ух ты! Канцлер? – развеселился Доброхотов. – Знаешь, эта игра становится всё интереснее и интереснее. Если б кто-то другой влез в мою игру, то просто потерял бы голову. А канцлеру Империи так просто бошку не отшибить. Придётся мне что-то придумывать. Интересно…

Он упал на пол, и быстро выполнил ещё пятнадцать отжиманий. Потом повторил тридцать приседаний, достал модную бутылочку с водой, и с наслаждением сделал пять глотков.

– В общем, Прошка, слушай сюда. ЧВКшники – это неинтересно, а Румянцеву никакого убытка не будет. Давай сделаем так – здесь у него есть заводик в Якутске. Сожгите его безжалостно и беспощадно! Покажем свои намерения.

Глава 16

– Лизочка, солнышко моё, ну что ты начинаешь?

Если бы кто-то сейчас увидел Ивана Васильевича Андросова, то немного офигел бы. Ведь Иван Васильевич всегда выглядел добряком, поддерживая имидж великого Лекаря. Но дело в том, что все знали, что характер князь имеет жёсткий и неуступный. А по-другому оставаться наверху пищевой цепочки просто не получилось бы. Какой бы ты Дар не имел, и какие бы отношения с Императором у тебя не были, сожрут и не подавятся.

«Лизочка», в девичестве – Элизабет фрайин фон Рихтгофен, хмурилась и негодовала. Глядя на эту ухоженную красивую женщину, никто в здравом уме не сказал бы, что ей идёт пятый десяток. Сколько в этом было от потрясающего благосостояния Рода, а сколько от любящего мужа, по совместительству лучшего Лекаря в Империи, сказать сложно. Но выглядела женщина, произведшая на свет двух замечательных детей, причем, что после первой дочери она едва не умерла, просто потрясающе.

Андросов души в ней не чаял, да и Элизабет, отличаясь острым умом, также беззаветно любила своего мужа, вовремя подсказывая и направляя его. Не было у Ивана Васильевича лучшего советника, чем любимая супруга. И сейчас она была недовольна.

– Вот как ты мог, Ваня? Как ты мог пообещать то, чего у тебя нет? Ты же мне сам говорил, что Галактионов – это не какой-то лопух из провинции, с ним нужно вести себя осторожно. И опять же, повторяя твои слова – честно. Или что-то поменялось?

– Нет, солнце моё, ничего не поменялось.

Иван Васильевич курил трубку, стоя возле открытого окна веранды и аккуратно выпускал дым на улицу, зная, что супруга не одобряет его дурную привычку.

– Ты знаешь, милая, впервые за последний десяток лет я просто растерялся. Разговор немного свернул не в то русло. И ты же знаешь нашу Катеньку, её характер. Она взяла и шарахнула своим Даром. Нет, конечно же, не на полную силу, а так, слегка. Но ты же знаешь, что такое «слегка» у нашей Катюши? Так вот, Галактионов даже не поморщился, что очень и очень странно. Если в начале разговора я ещё рассматривал варианты разрыва помолвки, то после этого я понял, что хочу дать ребятам шанс.

– Какой шанс, Ванечка? Погибнуть от тварей в Разломе? Шанс прибить друг друга самостоятельно? О чём ты говоришь? Ты, лучший Лекарь Империи, а возможно и во всем мире, не смог справиться с проклятым Даром нашей дочери. Неужели ты думаешь, что с этим справится юный мальчишка, при всём уважении к его характеру и заслугам?

– Я не знаю, Лизонька, – покачал головой Иван Васильевич. – Но ты же доверяешь моей интуиции? Вот и сейчас она подсказывает, что я всё сделал правильно.

– Да, я доверяю твоей интуиции, дорогой. Вот только, как ты там выразился – «информация, от которой у вас обоих захватит дух»… Где ты возьмёшь эту информацию?

– Я не знаю, дорогая. Пока не знаю, – поправился Иван Васильевич. – Но у меня есть ещё примерно пятнадцать часов, чтобы барон Галактионов имел право назвать Ивана Андросова балаболом. И я не собираюсь тратить впустую ни секунды этого времени.

* * *

– Интересно, а сколько в предложении твоего отца было собственной выгоды, а сколько – желания дать нам пообщаться? – хмыкнул я в период короткого передыха, вытирая Аквилу взятой с собой тряпочкой.

– Примерно пятьдесят на пятьдесят, – слегка улыбнулась Катерина, присаживаясь рядом. – И это, я тебе скажу, очень необычно для аристократии. Пятьдесят процентов чужих интересов, и пятьдесят своих – так, практически, не бывает. Обычно перекос в сторону личного – восемьдесят на двадцать, а то и девяносто на десять.

– Тут я соглашусь, – кивнул я. – Понаблюдал уже за местными деятелями.

– Местными деятелями? – приподняла бровь Катерина. – Слушаю я тебя, Галактионов и меня не покидает мысль, что ты как будто не из этого мира.

Я в этот момент как раз пил водичку, и не сдержался, слегка хрюкнул, подавившись.

– Да, конечно, я с Марса прилетел, – попытался перевести все в шутку.

– Нет, конечно же, мы тщательно изучили твоё прошлое. Александр Галактионов – сын Елены Галактионовой и Андрея Галактионова, родился восемнадцать лет назад в Мюнхене в Прусском княжестве. Мать не пережила твоего рождения, а отец погиб на дуэли, когда тебе ещё не исполнилось и пяти лет. Отец был слабым Одарённым со стихийной магией, а мать имела родовой Дар Приручителя, но не смогла развить его в полной мере. И помешал этому и именно ты, когда убил её, появившись на свет.

Катерина рассказывала «мою» биографию спокойно и без эмоций. С другой стороны, человек несущий смерть всем окружающим, вряд ли может быть эмоциональным.

– Близких родственников у тебя не было. Последняя запись о твоём пребывании в приюте Святой Макарены, в том же Мюнхене, в возрасте четырёх лет. А вот дальше… Дальше ты исчез, натурально исчез, – качала головой Катя. – А ведь четырнадцать лет ты чем-то занимался!

– Легко исчезнуть, когда у тебя нет ни родового кольца, ни родственников, – пожал я плечами. – Из приюта я сбежал и занимался то тем, то этим, – хмыкнул я.

– Сбежал из приюта? А твоё воспитание? – она снова «переключилась» на официоз, как будто вещал робот. – Подтверждённо знает шесть языков, чрезвычайно хорошо обучен обращению с оружием, потенциальный Дар Приручителя не соответствует возрасту. Развит не по годам. Мне продолжать? – спросила Катя.

– Хорошая у вас разведка, – хмыкнул я. – Но могли бы и просто так спросить, я бы все рассказал.

– Ну вот, я у тебя и спрашиваю. Как это всё получилось, барон Галактионов?

– Иди сюда, – заговорщически понизил голос, махнув рукой. – На ушко скажу.

Я обернулся, но Астахов и дюжина моих гвардейцев-разломщиков были в стороне. Она заинтересованно наклонилась, и я ей тихо прошептал.

– Просто я чёртов гений!

Заинтересованность на красивом лице девушки сменилась недопониманием, а потом обидой.

– Ты вообще можешь быть серьёзным, барон?

– Очень редко, княжна, очень редко, – засмеялся я. – Вот Разлом зачистим, и сразу стану серьёзным. Подозреваю, что у тебя в рукаве предложение от твоего батюшки, от которого я не смогу отказаться?

Разлом действительно был любопытным. Интересен для многих, но очень интересен для Рода Андросовых. Разлом имел жёлтый ранг, и внутри него водились неприятные, но нельзя сказать, что сильные твари.

В местном мире они относились к многочисленному типу человеко-зверей – полуразумных тварей с разумом человека, а силой и способностями животных. Конкретно, эти напоминали то ли ангелов, то ли летучих мышей, которые парили под высокими сводами пещеры и обладали стихийными техниками, что позволяло им не приближаться к нам слишком близко.

В прошлом мире, среди Охотников, они назывались «дефективами». Это точно отображающее смысл прозвище было дано им из-за свойства их душ. Они не были человеческими, но и не были душами тварей. И среди Охотников постоянно шёл диспут – можно ли воспользоваться этими душами.

Однозначного запрета не было, но большинство всё-таки старалось этого не делать. В отличие от полностью человеческих душ, Охотник не сходил с ума, его сила даже увеличивалась. Вот только терялась концентрация, и временами были случаи, когда у такого «объевшегося недодушами» Охотника в ответственный момент могла дрогнуть рука, и меч мог пройти мимо цели. Либо же заклинание, в лучшем случае, не срабатывало, а в худшем наносило вред ему самому.

Всё это было не доказано, на уровне домыслов. В принципе, считалось больше плохой приметой. Но учитывая, что Охотники были очень суеверны, то эти «недодуши» большинство из нас просто не забирало. Ну, и я был среди этого большинства.

Так что данный Разлом лично для меня, с точки зрения пополнения Хранилища Душ, был малоинтересен. Он мне интересен той добычей, что здесь была. А был здесь Источник Энергии – иномирный артефакт, похожий на алтарь, который, в принципе, по своим свойствам был похож на энергетический кристалл, который подпитывал большинство обычных локаций. Только этот энергетический источник отличался тем, что его можно было вынести из Локации. И некоторое время он исправно поставлял разломную энергию владеющему им человеку или группе людей.

Да, он был как бы аккумулятором, который в какой-то момент истощался, оставаясь просто иномирным камнем. Но, тем не менее, это был чрезвычайно редкий артефакт, что позволял получать энергию тем Одарённым, которые, по какой-то причине, не ходили в Разломы. Конечно же, стоил этот источник очень-очень дорого. Ну, а Андросову он был интересен по роду деятельности в качестве стационарного заменителя дефицита желеек. Этот артефакт мог принести много добра или зла, в зависимости от того, в чьи руки он попадёт.

В общем странно, что этот Разлом до сих пор не закрыли. Хотя здесь были свои нюансы. Он находился за Периметром Эпицентра, и добраться туда было непросто. Но у меня на этот случай были «Буревестники». Так как я выступал своеобразным таксистом, то я и диктовал условия. Во-первых, никакой гвардии Андросовых – это я обозначил сразу. Во-вторых, никаких других Одарённых, кроме моих гвардейцев.

Если после моего первого условия Катя нахмурилась и неодобрительно покачала головой, но согласилась, то со вторым она согласилась даже без раздумий. Своего брата, который немного поднялся в её глазах, она уже воспринимала, как Истребителя. Но как старшая сестра всё ещё заботилась о его здоровье.

А Хельга и Светлана Морозова в качестве наших спутников почему-то ее не устраивали. Короче, поехали мы нашим теплым коллективом. Благополучно прибыли, стараясь не выделяться, с помощью Шнырьки выбирая самый безопасный путь, буквально пару раз встретившись с дикими монстрами, успешно переехав их тяжёлыми машинами.

К слову сказать, Катерина сразу заметила моё красное кольцо. Удивила она меня тем, что у неё даже бровь не дёрнулась. Тем более, она даже не задала вопрос. Девушка была полностью настроена на битву, и это было достойно уважения. Какое отношение имеет цвет кольца к предстоящей битве? Правильно – никакого. Да и внутри она себя показала просто отличнейшим бойцом.

Я был любопытнее Андросовой, поэтому поинтересовался, какого хрена она делала на верхних ярусах Муравейника с такой силой. На что Катерина сказала, что она всегда относится к делу ответственно, и это была просто разминка перед походом на нижние ярусы. И только молодому и борзому новичку в тот момент это было знать совсем необязательно.

А ещё она сняла перчатки. Честно говоря, я ожидал увидеть какие-нибудь чёрные руки со скрюченными когтями. Но нет, ничего подобного – обычные женские ручки. Тонкие изящные пальчики, на которых было два кольца: горящее голубым кольцо Истребителя второго класса и родовое кольцо Андросовых, которое наперекор всем правилам она взяла в Разлом. Но хотя почему наперекор? Я своего медоеда тоже не снимал. Чего бояться? Не понимаю этих аристократов. Если тебя завалят внутри, то какая разница, где будет твоё кольцо? Мне его и передать-то некому.

Эти зверо-люды по полной оценили прелесть Дара моей новой спутницы. За ней приятно было наблюдать. Волна Боли, которую она выпустила перед собой, скрючила несчастных тварей, и те, как переспелые груши, посыпались на пол.

Катя сделала несколько шагов вперёд, свистнула сталь, и её родовой меч по имени «Милосердие» принялся крошить врагов. Твари сдохли на месте, кроме одной, которая быстро отошла от шока, и набросилась на девушку сзади.

Я контролировал ситуацию и заметил, что Катерина всё видит, поэтому решил не вмешиваться и досмотреть представление до конца. Оно того стоило. Девушка молниеносно скользнула в сторону, пропуская тварь мимо себя, и просто влепила ему подзатыльник, для чего ей пришлось слегка подпрыгнуть, ведь тварь превышала её ростом на две головы. Казалось бы, небольшой невинный подзатыльник.

Вот только, прямо на моих глазах, серая кожа существа скукожилась и осыпалась прахом, а его мощный скелет мгновенно превратился в кости, на первый взгляд, пролежавшие в земле пару сотен лет – без любого намёка на сухожилия и остатки мяса… Они просто осыпались грудой на пол.

– А она чертовски хороша, – раздался сзади тихий голос Гриши.

– И не говори, – покачал я головой. – Отличный бой, – сказал я девушке.

– Спасибо, – серьезно ответила та.

– И как часто ты можешь такое изображать? – я кивнул на груду костей.

– Не слишком часто, – покачала головой она. – Мне доставляет это определённый дискомфорт.

Я не мог прикоснуться к Екатерине из-за её Дара, но я мог дистанционно ее прощупать. Я почувствовал, как душа человеко-зверя втянута внутрь тела Андросовой. Я не мог разглядеть, кто там ещё, но там явно были другие души. Кажется, среди них была пара-тройка человеческих. Возможно, я ошибаюсь, но самое странное было то, что они бились внутри, как будто в заключении, не растворяясь и никак не усиливая девушку, а скорее наоборот…

– Голова разболелась? – участливо спросил я у Екатерины.

– Откуда ты знаешь? – вскинулась она, глядя мне прямо в глаза.

– Да ты скривилась как-то после этого, – попытался отмазаться я.

– Хмм… Да, немножко, – сказала Катя.

Но из того, что я чувствовал, ни хрена это не «немножко». Тварь сейчас билась в истерике, ударяя по самой душе девушки, и активируя все болевые точки. И помочь я ей сейчас не мог.

– Знаешь что, Катя? Не надо повторять этот трюк с этими тварями, оно того не стоит.

– Да что ты знаешь обо мне? – скривилась Андросова.

– Знаю немногое, но догадываюсь о многом, – я убрал улыбку с лица. – Слушай сюда, у тебя же похожие приходы бывали после того, как ты убивала людей с помощью своего Дара.

– Откуда… – начала Катя, но она была девушкой умной, поэтому тут же прикусила губу, и просто кивнула. – Да, так и было.

– А когда ты с помощью Дара убивала разломных тварей, то боли не было. Был дискомфорт, а через некоторое время, примерно через сутки-двое, тебе становилось легче, и ты как будто даже усиливалась. Так? – продолжал допрос я.

– Да… – задумчиво произнесла Катя.

– Так вот, конкретно этих тварей не нужно убивать своим Даром. Они… – я попытался подобрать нужный эпитет, – Несъедобные.

– Несъедобные? О чём ты говоришь? Я тебе что, людоед? – снова взъерепенилась молодая княжна.

– Нет, Катюша, – улыбнулся я. – Ты не людоед, ты хуже! Мы поговорим об этом попозже, обязательно поговорим. А пока нам надо зачистить эту Локацию.

Я свистнул ребятам, и пошёл вперёд. За спиной раздалось.

– Да кто ты такой, Галактионов, чёрт тебя побери?!

Усадьба герцога Хрулёва,

город Иркутск

– Отец…

Дмитрий Васильевич сидел на диване с кружкой чая и фирменным мёдом, что подсунул ему батя, и смотрел на того с нескрываемым чувством изумления. Он как будто видел его в первый раз. От того веяло силой и мощью. Да, его отец всегда был сильным и опытным Одарённым, уважаемым повсеместно, и являвшимся личным другом Императора. Вот только сейчас с ним что-то произошло. Обычно улыбчивый и простоватый для такого титула и положения человек, сейчас вел себя, как будто с него слетела вся эта шелуха.

Теперь уже стало ясно, что она была исключительно для того, чтобы окружающие воспринимали его «своим парнем». На кого сейчас его батюшка не походил, так это на «своего парня». Да, к чёрту, он помолодел лет на двадцать! И в движениях появилась скорость и неотвратимость. Неотвратимость быстрой и мучительной смерти для всех, кто станет у него на пути.

А ещё Дмитрий не знал, что у них в особняке есть тайная комната, в которой сейчас отец задумчиво перебирал кое-какие предметы, явно имеющие боевое применение. Но сам Хрулёв-младший – командир элитного спецподразделения Империи – по долгу службы обязанный знать почти все смертоносные штучки в мире, кое-что из этого не мог идентифицировать.

– Отец, почему ты мне ничего не рассказываешь?

– Потому что рано, Дима. Я тебе и так многое сказал. Есть у меня предположение, что Император в опасности. Более того, возможно, он уже мёртв.

– Но как ты можешь такое говорить?! – вскинулся Дмитрий.

– Легко и непринуждённо, – грустно улыбнулся Хрулёв-старший.

– Если это так, то надо поднимать армию, надо что-то делать. В конце концов, это по моей прямой специализации. Хочешь, я вызову своих парней?

– Это не совсем так, – покачал головой Хрулёв. – Тут всё гораздо сложнее.

– Допустим, я тебе поверил. Но кто это мог сделать? Коронат, Китай, Монголия или наши милые друзья – Северное Королевство?

– Всё не так просто, – снова загадочно повторил Хрулёв. – Всё не так просто.

– А как же Центр?

– Ну, во-первых, я ненадолго. А во-вторых, за ними есть кому присмотреть. Ты же помнишь Архипа?

– Лавочник? – удивился Дмитрий.

– Непростой он лавочник. Самое главное – он мне должен, и я верю ему.

– Подожди… верить? – тут Дмитрия осенило. – То есть ты думаешь, что это кто-то внутри Империи?

– Я этого не говорил, – усмехнулся Хрулёв. – Пока не говорил. И ты не говори такое. В общем, на некоторое время я исчезну. Возможно, я буду не в доступе, но я обязательно позже отзвонюсь.

Раздался голос его гвардейца.

– Василий Петрович, к вам пришли. Говорят, вы ждёте.

– Да, запускай.

– Ничему не удивляйся, – предупредил Хрулев-старший своего сына.

Дмитрий Васильевич повернулся, дверь открылась, и зашёл худощавый человек неопределённого возраста, с не запоминающейся внешностью, без абсолютно всякого выражения на лице. Как-то слишком много «незначительного и безэмоционального».

– Здравствуй, Палач! – сказал человек, и впервые улыбнулся. – Давненько мы не виделись.

– Привет, Призрак. Что случилось такого, что ты решил лично встретиться со мной? Я уже понял, что ты выпал из обоймы. Скажу честно, это откровенно хреново, но ты имеешь на это полное право.

– Да, знаю, я действительно бесценный, – без улыбки, как само собой разумеющееся, ответил Призрак. – А увидеться с тобой захотел исключительно из-за нашего совместного прошлого. Я хочу лично рассказать тебе причину моего отказа.

– Это необязательно, – сказал Хрулёв.

– Да, я это знаю, но всё же. Я уже состою на службе у Рода.

Тут Хрулёв неверяще посмотрел на него.

– Ты? На службе? У Рода? Не верю! Твою душу захватила иномирная тварь? Где тот анархист, который не признавал авторитетов? И что за предложение тебе сделали, от которого ты не смог отказаться?

– Анархист остепенился, – пожал плечами Призрак. – А предложение… Это просто моя интуиция. Честно говоря, я даже не оговаривал денежный вопрос.

– Ну, это как раз неудивительно. Деньги тебя никогда не интересовали, – сказал Хрулёв. – Но что за Род? Я бы сказал, что это королевское семейство, если бы ты не был сейчас передо мной в Иркутске. А то, что ты к императорскому роду Империи не поступил на службу, я точно знаю. Да тебя бы просто убили на подходе. Так кто этот великий человек?

Призрак первый раз за всё время улыбнулся.

– Ну, великим его еще назвать нельзя. Пока нельзя… Но чувствую, он скоро им будет. В общем, я поступил на службу к барону Галактионову.

Хрулёв не выдержал, и хлопнул себя по лбу.

– Вот я старый дурак! Мог бы и сам додуматься.

Глава 17

У меня было достаточно времени оценить Катю, как бойца и не только, пока мы проходили этот Разлом. Она оказалась довольно интересной в плане своих способностей. Первичная оценка была не совсем точной. Если я сперва думал, что ее Дар схож с моим, то теперь точно знаю, что это не так.

Она не складирует души, и даже не собирает их. Это что-то другое, и не совсем история из моего прошлого мира. Я бы даже сказал, что у нее Дар первостихий или что-то в этом роде. Она близка к смерти, однозначно являясь при этом живой.

Думаю, что если она сможет взять под контроль свой Дар, то сможет в будущем лечить. Но не так, как все остальные Андросовы, нет… Далеко не так… У нее будет узкий спектр лечения, и довольно редкий. Например, вылечить проклятие или порчу. Да-да, такое тоже существует и довольно часто использовалось в прошлом мире. Хотя и в этом тоже. Аристократы немало денег тратят на защиту и артефакты, что считается особо действенным против этой гадости.

С другой стороны, тут еще играет большую роль Дар у «задетого» человека. Чем сильнее Дар, тем быстрее он сжирает порчу. И действительно большие проблемы они могут доставить только простым людям без Дара и способностей.

Вся специфика Дара Катерины заключалась сейчас в том, что она временно забирала в плен души и выпивала эманации смерти, которые испускал человек или существо перед кончиной.

Неплохой Дар, и душам не вредит. Даже можно сказать, очищает их, делая чище перед отправкой дальше. Ну, а что при этом человек помирает? Так-то побочный эффект «лечения души». Зато там, на небесах или в другой жизни спасибо скажут. Ха-ха! Но при этом они будут все равно сопротивляться, ведь очищение – это боль для душ, и им это не нравится.

А вот это самое «очищение» – даёт Катерине силы, и хорошо дает! То есть она перерабатывает боль и страдания, «забирает» их и превращает в чистую энергию, которая усиливает её саму.

Если с иномирными тварями всё происходит легко и просто – очищение, усиление и «лети птичка в свой загробный мир!», то с людьми у неё возникают проблемы. Так просто человеческие души не очистишь, ей бы Учителя толкового, вот только, похоже, в этом мире считают этот Дар проклятием и воспользоваться им никто не умеет. Вот и страдают. Нужно подумать, короче. Крепко подумать!

А вообще… Гхм… А ведь Катя-то получается в перспективе натуральная ИМБА! В этом мире привыкли письками меряться, в смысле – «видимым и осязаемым». То есть физические драки, силовые техники и вот это вот все. И в почёте – силовые «решалы».

Тех же, кто наводит порчу, проклятие и прочую лабуду, во-первых, ненавидят, а во-вторых – боятся! И противодействия им почти нет. Даже Лекари не всегда могут справиться с насланным проклятием, особенно, когда оно поражает душу. Хотя нет вру… Читал что порчи выжигают силой, вот только лечить укус комара раскаленной кочергой через задницу – такое себе… А вот Екатерина… Она просто «сожрет» проклятие, усилиться а затем сожрет и незадачливого автора проклятия! Очень удобно иметь такую рядом с собой… Так, стоп, Сандр! Не торописька! Размечтался тут…

– Сейчас бы ризотто… – вздохнула девушка, присаживаясь на камешек.

– Ага! – не мог не согласится с ней. – Вискаря со льдом тоже не помешало бы.

– Пффф… – наморщила он свой носик, – шампанского холодного…

О том, что сейчас бы еще провести ночь с одной или двумя прелестницами, я решил не говорить. А то вдруг захочет меня прибить. Конечно, я ничем ей не обязан, но ведь женщины очень нелогичные существа. Да и не выйдет у нее ничего. Не хочу разрушать ее мир и показывать, что не способен умереть от ее Дара.

Отдых проходил нормально, и без проблем. А иначе и быть не могло, ведь его организовал я.

Шнырька все разведал, и я скомандовал привал, давая возможность бойцам и девушке отдохнуть. Лично мне было скучновато, хотя должен согласиться, что Разлом интересный, но не настолько, сколько ожидается от следующего. Того самого, который ее отец подготовил для нас.

Этот же Разлом сейчас был полон всяких зверо-людей. Одни летающие, другие бегающие, были и плавающие, а вот ползающих еще не видел.

Ничем особым они не выделялись, кроме сильного тела и злобного внешнего вида. Встречались и такие, которые были подобны ящерицам и имели зеленую чешуйчатую кожу. Одного завалил, который напоминал лохматого вепря с такими же клыками. Странно это… Обычно – один Разлом – один вид тварей. Ну, хорошо, два, три… А тут прямо зоопарк какой-то!

Убивать их было легко, так как очень мало интеллекта было в их башках. Жизнь в пещерах не шла им в радость. Сама локация тоже заслуживала отдельного упоминания.

Все думают, что это пещеры, но это лишь частично так. Если мы пройдем еще около километра, то выйдем в лесочек, который появился среди непроходимых гор, и там тоже есть спуск в другую пещеру. Еще есть подземная река, в которой плавают странные твари, похожие на русалок и акул. Такая себе смесь странных любовных отношений.

– Александр, вы не хотите немного отдохнуть? – подошел ко мне один из гвардейцев, и указал на миниатюрный лагерь, который они разбили.

В лагере пылал костер, на котором уже стоял чайник и заваривался ароматный кофе. Люди перекусывали тем, что взяли с собой, и просто отдыхали.

Видно разницу наших походов. Для меня это словно я возвращаюсь домой, Разлом – мой дом родной. А остальные напряжены, и внимательно следят за каждым шорохом.

– Спасибо, но я не устал, – поблагодарил бойца. – Вы лучше отдыхайте, а я пойду на разведку, и скоро вернусь.

– Один? – не понял он, шучу я или нет. – Не положено, как бы… – замялся гвардеец.

– Отдыхай! – похлопал я его по плечу и, развернувшись, зашагал прочь.

– Подожди, я с тобой! – окликнула меня девушка.

Еще одна беда на мою голову. Как же я привык в Разломах делать то, что мне хочется, и не возиться с лишним грузом.

– Тоже отдохни, – проигнорировал ее желания. На удивление, девушка послушалась. Не всё так плохо!

Но один товарищ со мной все же отправился. Тяжело было отказать Затупку, он и так тупой, да еще и упрямый.

Кстати, вел он себя сегодня супер-культурно, чем порадовал. Но думаю, все равно придется краснеть за него, не может быть все идеально.

На разведку пошел не зря, так как Шнырька доложил мне о проблемах. В нашу сторону двигался большой отряд зверо-людей, похожих на волков.

Я по доброте душевной, а еще своей природной алчности решил отправиться сам. Таким своим деянием я дам людям время отдохнуть, а еще получу всю энергию себе. Да, вместе с несъедобными зверо-людьми были их питомцы – похожие на волков, вот их-то души я с удовольствием «скушаю».

Встречать всех решил по-хитрому, хотя мог и в лицо, но нужно не сильно испачкаться, ведь я сегодня с девушкой. Как же было хорошо одному ходить по Разломам.

Дабы не работать самому, я забрался на выступ так, чтобы меня не могли легко достать. Затем накинул на проход иллюзию, и теперь вместо него все будут видеть сплошную стену. А на стену накинул другую иллюзию, но уже прохода. Перед ненастоящим проходом оставил стоять Затупка, который так и не понял, что он приманка. Но думаю, что ему плевать на все это.

Сидит на жирной жопке довольный медоед, отчего только непонятно, и лижет камень, который лежит перед ним.

А я лишь качаю головой, глядя на эту картину.

– Лицо Рода, сука…

Нализавшись камня, он вдруг чихнул, и ударился об него носом, и конечно сразу подумал, что это камень виноват. Убивать камень он не стал, но наказать, по его логике, требовалось. Как итог… камень был обоссан.

Через минуту появились враги, и тут ему уже было не до камней, хотя он и выискивал следующий, который хотел облизать или обоссать, так я и не понял.

Они ворвались, на задних лапах, вполне по-человечьи, а вот морды у них были уже волчьи.

Затупок обрадовался новым «друзьям» и что-то весело улюлюкая, побежал к ним. Но они не оценили его дружелюбие, и не стали останавливаться всей толпой, а подумали, что двоих сотоварищей вполне хватит. Ну и несколько ручных тварей. При этом я не видел, чтобы они общались между собой, возможно у них есть легкая телепатия стаи.

Пупсик обиделся при виде того, что вся толпа пробегает мимо, огибает его, и бежит прямо в стенку. У него от удивления аж глаза вылезли из орбит, он же считал себя сильнейшим и непобедимым.

А тут его прямо таки облили презрением. Первый волчара, прибежавший к нему, умер от разрыва пасти. Медоед своими лапами сразу разорвал ее. Второго он ударил в живот, пробил его, и зацепившись там за внутренности, потянул их на себя. Волчара в агонии лупил его своими когтистыми лапами, а медоед смотрел на него, как на гав**о. Если бы он умел говорить, то уверен сказал бы – «И это ты называешь ударом, поц?»

Затупок презрительно ухмыльнувшись, нанес свой удар, при этом держа врага за внутренности.

Что я могу сказать… Размотал он волчару… В прямом смысле этого слова.

В то время за его спиной тоже было интересно. Волко-люди добежали до стены и… некоторые убились об нее. Бежали быстро и резво, были полностью расслаблены, и вышло так, что просто сломали себе шеи.

Конечно, всех таким способом не убить, но тоже неплохо. А чтобы битва была точно выигранной, без потерь для моего внешнего вида, а точнее, модного спортивного костюма, что всё еще оставался сравнительно чистым, я призвал на помощь пещерного медведя.

Когда он зарычал на всю пещеру, я вначале испугался, чтобы мои не рванули сюда, но все было в порядке. Шнырька мне показал, что они даже не услышали.

Медведь и Затупок быстро разобрались с врагами, но их было мало, не больше тридцати штук. Еще и такие нежные, умирали от одного удара лапы.

Шнырька за это время нашел, откуда они прибыли, и как оказалось, есть логово, в котором около сотни голов. Сотня голов, конечно, могут доставить проблемы. Я обратил внимание на своего израненного мишку, который был еще жив, но ему было хреново, мягко говоря. Серьезных ран ему не нанесли, лишь царапины, но те начали гнить буквально на глазах.

Попросил мелкого проверить еще раз их логово и найти, что это за когти такие. Выяснилось, что они их смачивают в крови каких-то гусениц, которые обитают здесь. Для себя запомнил не подходить к ним без лишней нужды, а вот с логовом решил сразу разобраться, чтобы не ударили мне в спину.

Призвал трех каменных черепах, двадцать летучих мышей и пятнадцать змеек, а еще, как вишенка на торте, одного кислотного слизня. Затем вспомнил про крыс, у меня их дофига. Отправил и их сотню. Жаль, Одина не взял с собой – вот бы одноглазый сейчас повеселился! Завершил все тремя пещерными медведями.

Свою задачу я выполнил, и думаю, что лагерю мохнатых гавнюков наступит конец.

– Собери там все ценное, и сложи в мой рюкзак. Что не влезет, то сложи где-то у входа, – дал приказ Шнырьке.

– Ш-ш-ш-ш-шлушаюсь и повинуюш-ш-ш-шь! – появился рядом со мной Шнырька в темно-фиолетовом балахоне, который закрывал его мордочку капюшоном, и отвесил полупоклон.

Пока возвращался назад, то мониторил ситуацию с логовом, там все шло штатно. Зверо-люды умирали быстрее, чем моя армия.

Когда я вернулся на свою стоянку, там уже половина дела была сделана.

– Тебя долго не было, проблемы? – спросила нахмуренная Катя, и вопросительно посмотрела на меня.

Видно, что она не устала, ей просто здесь было скучновато. Конечно, я же не пускал ее в места, где было слишком опасно. И вообще, этот Разлом странный, что-то в нем не так. Слишком легкий, а приз сладкий. И до самого конца некоторые группы доходили, но алтарь так и не забрали, что вообще нелогично. Шнырька посмотрел туда лишь мельком, в своем быстром рывке, ведь далеко было, а лишнюю энергию тратить не хотелось. Все равно, по ходу дела, дойдем.

– Никаких проблем, там все чисто, – с улыбкой отвечаю ей и подаю руку, чтобы помочь встать.

Вот только я забылся. Она только с иронией на меня поглядела.

– Тогда стоит завершить привал, и дальше выдвигаться. Не хочется здесь оставаться на ночевку.

– Почему это? – удивленно выпучил я глаза. – Боишься замерзнуть? Так я могу согреть, не переживай.

Девушка оценила шутку, улыбнувшись.

– Боюсь… твой труп будет теплым первых пять минут, а дальше мне все равно придется остаться одной.

Какая она жестокая, и в сказки не верит. Ведь выпустила при отце силу, и я не умер. И даже не закашлял… Могла бы сообразить, что к чему. Или думает, что это отец заблокировал ее влияние, чем спас меня?

Все может быть…

Мы закончили привал, и двинулись дальше.

– Никаких проблем, говоришь? – хмыкнула она при виде растерзанных тел людо-волков.

– Так, а какие проблемы? Всего лишь маленькая кучка дефективов, не больше.

Ну, не мог я серьезно относиться к тем, кто сам убился об стену. Сюда бы Одина, и он в одиночку мог захватить весь этот Разлом. Но Один молодец! Он остался охранять поместье, я ему полностью доверяю. Такого малого, фиг, проведешь, а пока на нас никто не собирается нападать, он не теряет времени зря, и прокачивается в моем подвале.

Уже пришлось часть не особо интересных частей монстров тайно отвезти к Архипу. Он, слава Кодексу, не задает лишних вопросов и понимает, что есть темы, которые не стоит поднимать. И это было в первый раз, когда добро повез не я, а Волк. Справился он нормально, и теперь сможет постоянно выполнять эту функцию для меня. Специально звонил Архипу и узнавал, все ли в порядке. А то он тоже своенравный человек, и с кем попало дел вести не будет.

– Так и не было проблем, – даю ответ, переступая через волчару с порваной пастью и запахом аммиака.

Когда только успел Затупок? И какого размера у него мочевой пузырь? Может он как у Шнырьки – подпространственный и безразмерный? Какое-нибудь чёртово озеро мочи, что требует выхода через маленького медоеда? Да ну, нафиг!

Двигались мы плавно и размеренно. Битвы были короткие, и не слишком много встречалось врагов, так как мы зашли на территорию летающих существ, когда вышли из пещеры. Вот с ними, вообще, песня.

Убиваешь штук двадцать, а остальные сами разлетаются в разные стороны. Как в одном анекдоте, который я подслушал в Центре. Когда убиваешь одну муху, все улетают готовиться к похоронам. Юмор так себе, но под ситуацию подходит.

– Не вижу их, – сообщает Катя, готовясь применить одну из своих техник.

– Смотри внимательнее, они могут выскочить в любой момент, – говорю я, сдерживая улыбку.

Моя шалость напрягла всю группу, и они стали всматриваться в крону деревьев. Вся фишка в том, что эти летающие полу разумные твари имеют способности хамелеонов, и могут мимикрировать с поверхностью.

Вот теперь группа и шарахается каждого дерева, ожидая нападения. Только Андросова и Астахов выглядят спокойно – вот что значит опытные Исты. Мои гвардейцы-разломщики, не боясь никого из рода людского, всё ещё с осторожностью относятся к разломным тварям. И правильно делают – целее будут!

Не знают они, что эти твари за всю свою историю не теряли стольких своих собратьев здесь. Для них смерть десятка-двух – невосполнимая потеря, если учитывать, что их гнездо насчитывает всего полсотни.

При этом оно находится высоко в горах над одной из пещер. Вот пещера интересная, а гнезда нет. Шнырька показал мне, что там есть остатки от присутствия человека. Все стены расписаны магическими ритуалами, которые я не понимаю. Может техника и методика совсем другая, и я этого не знаю и не понимаю, или просто время уничтожило большую часть фрагментов, и теперь это все не имеет смысла.

Прошли мы лесок и направились в новую пещеру, которая у входа решила преподнести сюрприз.

– Подождите меня, – останавливаю отряд, и захожу первым.

Как же все охренели, когда в тот же миг меня проглотила здоровенная пасть змеи, которая растянулась на весь проход.

– Командир!!! – услышал я крик своих гвардейцев.

Вот что вы кричите? Мало того, что спасать надо, так еще криком созывают всех тварей с округи. Нужно будет поработать с ними над этим моментом. Конечно, это замешательство не длилось долго, но и его может хватить в другой ситуации.

Сейчас лупят по морде змеи всем, чем можно, так как ее морда перекрыла вход в туннель.

Главное, падла такая, вырыла себе туннель, и лишь голова под потолком висела для атаки.

А если она сожрет больше, чем сможет вместить? Дура же застрянет в своем тунельчике.

Знал ли я о змее? Конечно, знал… Пошел, потому что дурак? Нет… Это обучение для моих гвардейцев, и честно говоря, кидал понты перед Андросовой. «Хороший понт – дороже денег» – это знает каждый Охотник, особенно когда торгуется, беря контракт на очередную тварь. Р-репутация!

В момент, когда змея думала, что проглотила меня, еще до того как ее пасть закрылась, я просто вытащил меч, и сделал два точных и сильных удара. Один пробил кость черепа изнутри, и дошел до мозга. Второй разрезал ее щеку, через которую я выпрыгнул, чтобы не оставаться в зловонной пасти.

Одной из причин моего поступка было то, что я знал – тварь сильна, и не хотел доводить до длительной битвы. Ведь гвардейцы мои все еще нужны. И они, как ни крути – начинающие Исты, за обучение которых я в ответе. Конечно, они не раз еще будут оказываться в похожих ситуация но тогда, пожалуй, моя совесть будет чиста. Можно сказать, что это профессиональное. Охотник не любит терять своих птенчиков на лёгких прогулках.

– Помогите мне! Кажется, она сдохла, – слышу знакомый голос моего персонального Иста – Гриши Астахова. – Черт, да осторожно, не убейте босса!

Мне было грустно и смешно.

– Что же ты за падла такая? – тихонько зашептал себе под нос, глядя на все это.

Даже Катя сейчас не может скрыть свои переживания на лице. Она, скорее всего, переживает, что друга брата убили, когда она была рядом или боится получить нагоняй от отца.

Все стараются… Почти все…

Затупок, сука, лижет камни, и плевать ему, что хозяина там сожрали. Сожрали? Ну и фиг с ним, Аннушка – главное целая, а она ему постоянно пузико чешет, да и кормит вкусно.

Когда вернемся, я отдам его в секцию дрессировки служебных собак. Может кнут, пряник и электрошокер научит его хоть какой-то дисциплине! Хотя… Задолбаюсь компенсацию родственникам погибших кинологов-инструкторов платить. Эх! Всё самому! Всё самому!

Хозяин святое!

– Его здесь нет… – слышу, полный печали, голос Кати.

Почему-то мне стало ее жаль, как бы еще не расплакалась.

– Сожрала уже? – а это кто такой у нас умный? – Ай!

А вот и карма настигла его в виде подзатыльника.

Когда меня обнаружили, я сидел у входа, и жевал бутерброд.

– Долго вы своего господина и жениха спасаете. Меня там уже три раза эта падла переварила, – кинул им упрек, смотря на них с веселой улыбкой.

– Ты… – дошло до Кати, как я их развел.

– Хм… – пришлось встать, и сделать пару шагов назад. – А чего это у тебя ручки так светятся?

Ух… Не стоит злить Катю… Не знаю, что в голове у этой фурии, но это точно было не назвать играми. Она реально целилась в меня своими сферами, которые и камень плавили, а если попадет в живого, то и мой уже немного пожеванный костюм прожжет и душу в рабство заберет, минут на десять.

– Успокойся, пожалуйста… – не очень хочется быть ее грушей для битья.

А она еще меч вытащила. Кажется, она мою смерть восприняла ближе к сердцу, чем я думал.

– Успокоюсь… – покладисто кивает девушка, и ее меч покрывает серая дымка. – Сейчас отрежу тебе кое-что, и успокоюсь.

– Для справки! – отбивая ее удар, произношу я. – Если ты отрежешь мне палец, то твой Дар убьет меня. А у меня дома Кара не кормлена, и Затупок еще тупой.

Девушка никак не хотела успокаиваться, она уже вошла в раж, и стала только ускоряться.

Вот он, характер…

Ладно, с этим пора заканчивать, а то только силы зря тратит, а в нашу сторону движуться очень неприятные типы. Пауки, которые плетут неправильную паутину. Шнырька все мне показал. На их паутине не вяжущее вещество, а кислота. Наверное, так даже будет надежнее, я их, кстати, уже хочу себе.

Как закончить с девушкой, у меня было два варианта. Один победить, второй уничтожить.

Решил победить…

Пропускаю ее меч над своей головой, изгибаясь, как акробат, и падаю на мостик, но в последний момент резко выпрямляюсь обратно, и совершаю эффектный прыжок с переворотом ей за спину, оказываясь сзади, чего она явно не ожидала.

– Любимая… прошу тебя, успокойся, – прямо в лицо шепчу девушке, и делаю максимально любящий взгляд.

– А???…

Катя в полном ступоре зависла. Помнится мне, Хельга на поцелуе тоже поплыла.

– Ты… – не знает она, что сказать. – Дурак…

Ее щеки заливает краска, и она отходит от меня. Всё, Катя пришла в себя. Так мне показалось вначале, но теперь я вместо агрессивной Катерины вижу смущенную девушку, которая не знает куда себя деть, и толком не может говорить.

Интересненько с ней.

Что интересного могло произойти дальше в таком дурдоме?

Конечно, многое, и все сразу. Выбежали из туннеля паучки, которые встретили «смущенную Катю» и умерли, когда она поняла, как сейчас выглядит, и насколько я выбил ее из колеи.

Убила всех!

Дальше, как назло, Затупок провалился в яму. Не знаю, кто этот умелец, но явно был разумным, раз устроил в проходе волчью ловушку, прикрытую плитой.

Колья, что были из железа, затупились об Затупка, а некоторые даже согнулись. А он живой и злой, как Кара, увидевшая белку, которую не может достать, рыча, пытался оттуда выбраться.

– Бош-ш-ш! – вынырнул мне на плечо Шнырька. – Што-то Ш-ш-ш-ш-шыкотно…

– Не понял? – повернул голову к нему, пока нас никто не видит. – Что уже случилось?

– Ш-ш-ш-ш-шопа… Шлучилаш-ш-ш-шь.

Какая жопа, я понял сразу, когда он мне показал, как наш выход из Разлома кристаллизуется, а в разных местах открываются другие выходы. Точнее, входы!

Могу себя поздравить, я стал свидетелем рождения новых Разломов. Хреново, что в Разломе, который мы так и не зачистили. Плохо то, что каждый выход имел где-то свой вход. И сейчас со всех Разломов сюда спешат разные твари. Но среди них только одну тварь можно назвать по-настоящему страшной.

Люди… Много людей, которые врываются в Разлом, и они из нашего мира.

Вот вы какие… Монголы… Кажется, самое веселое у нас впереди.

Усадьба Андросовых

Окрестности Петербурга

Иван Васильевич Андросов довольно потирал руки. Он нашёл достойный Разлом для молодёжи, осталось только, чтобы ему окончательно подтвердили его бронирование.

Андросов пил чай, курил трубку и насвистывал веселую прилипчивую мелодию, что застряла в голове с утра, и не отпускала, пока её не напоешь, когда раздался телефонный звонок.

– Иван Васильевич, звонит мужчина… Представился Андреем Потаповым, командиром Гвардии Рода Галактионовых. Соединить? – это была его секретарша.

– Конечно! – тревожно выдохнул Андросов. Его охватило плохое предчувствие. Очень плохое!

– Иван Васильевич, здравствуйте! Потапов беспокоит по поручению Александра Галактионова.

– Слушаю тебя! Что случилось?

– Разлом, куда они зашли, ушёл на перезагрузку.

– Как? Что?! Почему? – Андросов не справился с нахлынувшими эмоциями.

– Без понятия, это мне из Центра подсказали, я сам не мастак в этом, извините. Мои парни, что сопровождали рейд-группу, видео прислали. А временный начальник Центра – Архип Глыба идентифицировал это явление, назвав его «перезагрузкой». Насколько я понял, оттуда теперь не выйти, а только зайти… – Потапов замолчал, как будто сверялся с чем-то или с кем-то. – Есть шанс, но нужно специальное оборудование. Его обычно Абсолюты с собой таскают. Еще говорят, у Вербицкого оно есть…

– Спасибо, Андрей, на связи!

Иван Васильевич бесцеремонно бросил трубку, и тут же начал обзванивать своих людей. При фамилии «Вербицкий» у него в голове что-то щёлкнуло. И через полчаса он получил информацию, которую и ожидал.

Этот Разлом ему подсунули Вербицкие, даже не через третьи, а тридцать третьи руки, когда он через свои связи искал «интересные Разломы». А он, старый дурак, сам не проверил!

Князь Андросов набрал номер, и с той стороны раздался приятный женский голос.

– Приемная князя Вербицкого, чего изволите?

Глава 18

Имение Вербицких,

где-то под Петербургом

– Он не берёт трубку, Геннадий Павлович, – доложила секретарша князю.

– Звони настойчивее. Он должен быть в доступе.

Пять минут ожидания, пока князь мерил шагами свой просторный кабинет, изредка прикладываясь к бокалу с коньяком, что держал в руке.

– Геннадий Петрович, дозвонилась!

Князь быстро вернулся в кресло и взял трубку стационарного телефона, сделанного на заказ из черной кости разломной твари.

– Алло, Игорь, ты там совсем охренел?!

– Дядя… – послышался недружелюбный и не очень здоровый голос одного из трёх Абсолютов Империи. – Ты выбирай выражения. Сейчас ты с Абсолютом Империи разговариваешь.

– Сейчас я разговариваю с бестолковым племянником, с которым творится чёрт знает что в последнее время!

– Ты ничего не знаешь, дядя, – начал возражать Игорь, но князь его перебил.

– Я всё прекрасно знаю! В последнее время у тебя всё идет наперекосяк! Я уже не говорю о твоих профессиональных проблемах! Ты почти месяц не можешь закрыть второй радужный Разлом. И слухи об этом, уж поверь мне, расползлись по всей Империи! Хорошо, что сейчас Пушкина в столице нет. Но до меня дошли слухи, что Потёмкин планирует туда Алексеева отправить. Самого молодого имперского Абсолюта хотят отправить вместо тебя. Ты представляешь, какой это позор для Рода?!

– Да мне насрать на Род, – уныло проговорил Игорь.

– Что?!! – завопил старший князь. – Тебе насрать на Род?! Ах ты, щенок!!! Да как ты смеешь?! Ты всему обязан Роду! Понимаешь? Всему! Ты не представляешь, сколько усилий стоило замять ту историю с Глыбой!

– Дядя, я Абсолют, и не нуждался в помощи.

– Да, ты Абсолют. Вот только трус и подонок никому не нужен в Империи! Ты понимаешь, что в тот момент ты был на грани?! Император пересмотрел своё отношение, и он реально хотел тебя покарать!

– Да это всё слухи, дядя…

– Слухи?! Ах, ты скотина!!! – завёлся он.

– Так, дядя, хорош уже. У меня болит голова, я не сплю уже которые сутки.

– Да, и об этом я тоже знаю! Как и про проблемы с потенцией. Что с тобой творится, Игорь? До меня доходят странные сведения, что ты уже обратился к психиатру.

– Врут! – тут же быстро ответил Игорь, и по его тону князь понял, что нихрена они не врут.

Он сделал два глубоких вдоха-выдоха, намахнул полупустой стакан дорогого коньяка, и постарался успокоиться.

– Ладно, я тебе звоню не для того, чтобы поучить тебя жизни. Пока. Время пришло. Помнишь, я говорил о том «перегрузочном» Разломе, куда должна была попасть Андросова? Так вот, она туда зашла. Вот только есть один нюанс. И, судя по тому, что я слышал, эта информация тебя должна подбодрить. Вместе с ней туда зашёл Галактионов со своей гвардией. Действуем так, как договаривались. Но только ты имеешь возможность убрать этого идиота так, что никто не подкопается.

– Я не могу сейчас, дядя. Никак не могу.

– Что?! – снова заорал Вербицкий. – Ты боишься этого баронишку?

– Причём здесь «боишься»? Этот юнец борзый, да, но где он, а где я? Даже не смешно. Я реально не могу. Только позавчера вышел из Разлома. И потерял одного из своей Звезды. И сам еле унёс ноги. Я выжат, как лимон, дядя, и мне нужно время, чтобы восстановиться. Да и вообще… – Абсолют Вербицкий вспомнил, что лучшая защита – нападение. – Нахрена мне нужна эта дефективная? Её даже трахнуть нельзя.

– Трахнуть? И это говоришь ты? Ты можешь трахать кого угодно, когда угодно, и как угодно. Андросова нам нужна для усиления нашего Рода, и увеличения влияния на её отца. Я же тебе, идиоту, сто раз объяснял! Ты заходишь, спасаешь, все довольны, забывают старые обиды, и вы играете свадьбу. Да, и пусть она дальше лазит по своим Разломам. Даже если ты не захотел бы брать её в свою пятёрку. Ну сдохнет, так и ладно. Союз Родов – намного важнее. Ты ведь помнишь? Мы же с тобой сто раз это обсуждали!

– Сейчас я не могу, дядя. Физически не могу, – продолжал настаивать на своём Игорь. – Всё, пока.

И он бросил трубку.

– Да как так-то?!! – заревел князь Вербицкий, схватил бутылку, и швырнул её в дорогое зеркало из разломного хрусталя.

Зеркало со звоном рассыпалось, как и тот миллион рублей, который он потратил за него на аукционе. Но Вербицкому было не до того. Он чувствовал, что терял контроль над ситуацией. Когда-то, когда у него в Роду появился Абсолют, он понял, как устраивать дела в этом мире, и продвигать своё влияние. Он сделал многое, даже устроил несчастный случай со своим родным братом – отцом Игоря, который «не так» влиял на воспитание сына. Вот только этот Абсолют оказался сильным внешне, но очень хрупким внутри. С его непомерным ЧСВ, он не выдержал испытание «медными трубами».

Раздался звонок по телефону.

– Князь Андросов на проводе, – доложила секретарь.

Князь Андросов… Ну, по-хорошему не получилось, значит, будет по-плохому. У хорошего интригана всегда есть план «Б», и «В», и «Г» тоже.

* * *

– Стоять, никому не двигаться! – я поднял предупреждающе руку над головой, останавливая своих бойцов, которые сильно оживились, увидев живого противника.

Да, пусть у них не было сейчас огнестрельных ништяков, которыми в обычном своем «мирском» существовании они были обвешаны, как ёлка игрушками, но большинство из них владели дистанционными техниками. А ещё у них были арбалеты – вполне технологические, которые обошлись мне в кругленькую сумму.

Судя по противостоявшим нам монгольским «нетоварищам», со снарягой у них было похуже. Но зато их было раз в пять больше.

Я убрал Аквилу в ножны и пошёл вперёд, миролюбиво подняв обе руки над головой. Конечно же, до этого напитав свой доспех до предела.

– Здравствуйте, уважаемые, – легко кивнул я. – Какими судьбами?

– Шакал ты, и ишак тебе уважаемый, а не доблестные воины хана Батыя Четвёртого, владыки степи и повелителя молодых кобылок.

Я хмыкнул. Монгольский язык у меня был не в приоритете. Интересно, о каких кобылках велась речь?

Моя ухмылка не ускользнула от внимания узкоглазого вожака, и тот тут же взъерепенился.

– Эй, чё начинаешь, а?! Ты чё лыбишься, ишак? Воины хана сейчас поимеют тебя и твою женщину!

– Неужели? – недобро продолжал улыбаться я.

– А ещё всех твоих ишаков поимеют! – он провёл рукой, охватывая всех моих улыбающихся бойцов.

Я смутился и повернулся.

– Никто в монгольском не разбирается? Он реально сказал «поимеет»?

– Так и есть, командир, – кивнули сразу двое из моих бойцов.

Неудивительно. Монголы всегда были теневыми врагами Империи, а спецназовцы часто действовали на их территории, так что язык потенциального противника знали.

Я повернулся и хмыкнул.

– Слышь ты, дегенерат, «имелка» у тебя ещё не выросла.

– Александр, отойди. Мне кажется, эти степные уроды слишком много о себе возомнили, – Катя выступила вперёд.

Я сразу запротестовал.

– Эй-эй, стой! Даже не думай! Не вздумай применять против них свою Дар.

– Я и не собиралась, – пожала плечами Катя. – Я же не дура. Так, немножко шугануть. Кроме моего прикосновения есть ещё много интересных вещей.

– Да, я видел эти «интересные вещи», – сказал я. – Но пока… нет.

Сзади что-то заверещал узкоглазый, но активных действий не предпринимал.

Я прислушался.

– Последнее предупреждение! Слишь, сложите оружие и идите с нами, на! Мы обещаем вам гуманный суд нашего повелителя.

– Минуточку, – нахмурился я. – Какой суд? Ханство и Империя же не воюют. А мы сейчас Истребители, встретившиеся в Разломе. Мы должны оказывать содействие друг другу.

Мои слова вызвали весёлый смех.

– Последнее предупреждение, ишак! – ощерил неполнозубый рот первый.

Как он достал меня этим «ишаком»!

– Сорян, сержант, – посмотрел я вниз на Затупка. – Но тебе пора на боевое задание. Родина зовёт!

В этот раз не было времени эффектно раскручивать медоеда за хвост над головой, поэтому я просто схватил его за шкирку и кинул в морду вожаку монгольской бригады.

Секунда, и монгол остался без головы. Да, похоже, он был неплохим Одарённым. Я даже почувствовал, что он предусмотрительно поставил доспех. Вот только сержант Затупок тоже был не пальцем деланный. А ещё он имел неограниченный доступ к моей силе и зачерпнул, как всегда чуть больше, чем требовалось. Нет, не от природной жадности. Жадность ему была неведома. Скорее, от природной тупости.

Когда он махнул напитанной лапой, голова у монгола взорвалась, как натуральная кровавая граната, забрызгав всех его подчинённых за спиной. Затупок же, используя уже начавшее оседать на землю безголовое тело, как трамплин, оттолкнулся задними лапами и прыгнул вперёд в самую гущу врагов. Оттуда послышались ругань и крики боли.

Второй раз Затупок промахнулся, и ни к кому не запрыгнул на плечи. Он упал на землю, и просто начал отрывать то, до чего мог дотянуться – нижние конечности бравых монголов.

– Огонь! – кивнул я.

Залп арбалетов снёс первые ряды монголов. Парочка наиболее сильных сдержала недешёвые магические болты своими техниками, а я махнул рукой.

– Отходим, быстро!

– Но… – открыла рот Катя.

– Я сказал – быстро!

Мои гвардейцы, в отличие от Катерины, знали, что спорить со мной бесполезно и, на ходу перезаряжая арбалеты, побежали в указанную мной сторону.

– Но твой медоед! – открыла рот Катя, но всё же побежала впереди меня.

– А что медоед? Сержант пал смертью храбрых, переколошматив, как минимум, дюжину врагов.

– И ты так просто об этом говоришь? Твой уникальный питомец только что погиб!

– Подумаешь… Ему не впервой, – хмыкнул я, заслужив странный взгляд.

Сержант Затупок и вправду пал смерть храбрых, и сейчас валялся, высунув язык, всячески изображая павшего героя. Монголы же потратили достаточно много сил, чтобы прибить наглую зверюшку, и только сейчас с воплями и криками бросились за нами в погоню.

А ещё я увидел, что к этой полусотне (ну, точнее, уже после встречи с Отморозком – примерно четырём десяткам) присоединяются ещё их товарищи, прибегающие из двух открытых Разломов. Но вот только для них был сюрприз. Я почему начал убегать, и почему именно в эту сторону? Потому что из четырёх других Разломов, которые вели совсем не в наш мир, из них сейчас вываливались иномирные твари – злобные и, кажется, очень голодные.

– Куда мы бежим? – спросила у меня Катерина.

– Как куда? Туда, за чем пришли. За ценным лутом. Вот только немного другой дорогой.

– А откуда ты знаешь, где этот «ценный лут» лежит, и какая ведет к нему дорога?

– Вот так взял и рассказал тебе все свои секреты, – хмыкнул я. – Поверь мне, дорогая, просто поверь. Привыкай к этому слову. Если собираешься со мной сотрудничать, то эта просьба от меня будет частой.

– Вот ещё… Сотрудничать… – хмыкнула Катя.

Но я видел, что это было скорее по привычке, чем от конкретного протеста. Всё-таки, она была умной девушкой и примерно могла оценить мой потенциал, даже по косвенным признакам.

– Возможно, нам нужно выйти из Разлома, переждать всё здесь происходящее, и зайти снова? – выдвинула ещё одну теорию Катерина.

И снова я одобрительно кивнул. Всё правильно. Опытные Истребители, как и опытные Охотники, долго и счастливо живут исключительно потому, что трезво оценивают свои силы и возможности. Отступить, дать местному трындецу закончиться, и зайти обратно – решение грамотное. Вот только никуда мы выйти уже не можем.

– Окно Разлома, через которое мы зашли, превратилось в какую-то херню. Сейчас он стало похоже на каменную преграду, по которой идут волны, – постарался я описать Андросовой ту картинку, что показал мне Шнырька.

– Чёрт меня дери, перезагрузка! – скривилась Катерина. – Кажется, нас кто-то подставил!

– Перезагрузка? – удивился я. – Что это такое?

Я реально с этим никогда не встречался.

– Такое бывает. Есть нестабильные Разломы, которые исчезают в одном месте, и появляются в другом. А есть Разломы, которые пытаются перезагрузиться, но что-то у них не выходит. Как правило, они подвисают на некоторое время. Вот только внутри них происходит чёрт знает что, – Катя хмурилась, что-то припоминая. – Причём, как правило, это происходит через определённые промежутки времени. Если отец получил данные об этом Разломе, то сведения о том, что он перезагрузочный, должны были быть, и время перезагрузки тоже указано.

– Кажется, кто-то намеренно утаил эту информацию. Какая неожиданность, – хмыкнул я, махнув рукой. – Привал.

И плюхнулся на камень, доставая водичку.

– В мире аристократии кто-то подставил твоего батюшку, личного лекаря Императора. Какая неожиданность!

– Галактионов, я тебя попрошу! – голос Кати настроился на серьёзный лад.

– О чём ты меня попросишь? Не говорить правду об аристократических интригах, и что я о них думаю? Хорошо, я не буду говорить об этом. Давай поговорим о чём-нибудь другом.

Катя прищурилась, ожидая ценных указаний. Я обернулся. Мои ребята уселись, как всегда подальше, дав нам возможность поговорить.

– Слушай, я, конечно, понимаю, с твоим Даром с мужчинами у тебя никак. Но как ты свои сексуальные вопросы решаешь? Когда ты к себе рукой прикасаешься, сама у себя силы не вытягиваешь?

– Ах ты ж! – Катя размахнулась и решила влепить мне пощёчину, разом позабыв про опасность.

Я же с улыбкой перехватил её руку, и продолжал весело наблюдать за её выражением лица. Злость у неё мгновенно сменилась ужасом, когда она поняла, что натворила. Она тут же попыталась выдернуть свою руку, но не тут-то было. Я держал её крепко. Ужас сменился непониманием. Она широко распахнула глаза.

– Но как ты…

– Честно? – сказал я. – С трудом.

И отпустил её руку. Действительно, я проделал это с большим трудом. Моё нынешнее тело использовало почти весь свой потенциал, чтобы удержать мою душу внутри себя. Мне бы моё тело из прошлого мира, я бы вполне смог заняться с Катей сексом прямо сейчас. Ну, конечно, если бы она этого захотела.

Девушка раскраснелась, и выглядела очень привлекательно.

Так, стоп, Сандр! Понятно, что у тебя давно не было женщины, но не настолько же…

В общем, ощущения были неприятные, но вполне контролируемые.

На Катю же больно было смотреть. У неё только что треснул весь мир. Она не понимала, как это так – человек, с которым она только что соприкоснулась, остался живым, и при этом еще улыбался.

Как ей объяснить, что если проводить аналогию, то это примерно так, как пятнадцатитонный кран хочет поднять корабль весом в десятки раз превышающий его грузоподъемность. Единственное, что кран может сделать – выдернуть какую-нибудь плохо прикрученную штуку.

А ещё у него может к хренам поломаться стрела или сдохнуть двигатель. Да, при длительном контакте могла поломаться сама Катя, так что я особо долго контакт не держал.

Но зато, в этот момент, я сделал это не просто для того, чтобы показать Кате, кто здесь папка. В основном я это использовал, чтобы быстро провести сканирование её хранилища душ. В нём было семь человеческих душ, которые наверняка доставляли Катерине дискомфорт, ведь внутри неё им совсем не нравилось. А она, подозреваю, понятия не имела, что они там есть, и что с ними делать.

Ну, с этим я как раз могу помочь. Но основная идея не скинуть этот болезненный балласт, а научить девушку его не собирать заново. Опять же, я не был специалистом, но алгоритм был примерно понятен. Если у меня всё получится (если я вообще захочу этим заниматься), то Катя сможет стать первоклассным убийцей, а души будут пролетать через неё со свистом, отдавая часть своих сил, очищаясь и улетая на перерождение, или куда там ещё. Но здесь предстоит много работы, очень много работы.

– Как ты смог? – Катя всё недоумевала.

– Потом расскажу. Я же тебе говорил, что я чёртов гений. Ты, смотрю, не восприняла мой посыл всерьёз.

– Да как это вообще возможно?

– Так, хорош! – сказал я. – Много вопросов, – я быстренько заглянул через Шнырьку. – Там наших узкоглазых друзей немного проредили, и сейчас их гонят в нашу сторону, – я повернулся к бойцам. – Приготовиться! На двенадцать часов порядка трёх десятков монголов. Но не торопитесь стрелять. Не они наши проблема, а те, кто гонит этих бедолаг прямо на нас.

Имение Андросовых,

город Иркутск

– Господин, нас атакуют, вставайте! – посреди ночи в дверь забарабанил начальник личной охраны Андрея Андросова, что был пристален его отцом.

– Света, просыпайся!

Княжна Морозова быстро выскользнула из-под одеяла. Гвардеец тактично смотрел в сторону, но видно, что он был сильно напряжён.

На улице раздавались взрывы.

– Кто это, Сергей? – спросил Андросов, быстро одеваясь.

– Без понятия. Они без опознавательных знаков, но подготовились крепко. Похоже, там даже тяжёлая техника. А учитывая, что мы находимся в городской черте, и я ещё не вижу полицию, значит люди они не простые.

– Насколько всё плохо? – спросил Андрей.

– Я не знаю. Пока держимся.

– Можешь поворачиваться, Сергей.

Светлана была уже полностью одета, и перехватывала резинкой свои волосы в хвостик – так, как она всегда тренировалась или ходила в бой.

– Я взял на себя смелость связаться с вашим отцом. Он уже звонил вам, но телефон отключён.

– Да? – Света быстро схватила свой телефон, что стоял на беззвучном. В нём как раз был вызов. – Да, отец?

– Светлана, что происходит?

– Я не знаю. Я сейчас у Андрея. Какие-то люди штурмуют его усадьбу.

– Какие у вас силы?

– Ваше Высочество, у нас здесь четыре десятка человек без тяжёлого оружия, – вмешался по кивку Андросова его начальник гвардии. – Только у наступающих, похоже, это оружие есть.

– Вы что там, в вашем Иркутске, вообще охренели?! Тяжёлое оружие в городе, без объявления войны? Андрей, ты мне что-то недоговариваешь?

– Никак нет, Ваше Высочество. Я без понятия, что это. Сейчас попробую связаться со своим отцом.

– Бесполезно, он вне зоны доступа. Прямо сейчас я звоню в имперский гарнизон. Скоро будет подмога.

– Минуточку, князь, – перебил его Андросов.

– Что?

– Там что-то говорят по громкоговорителю.

Он прислушался. Выстрелы снаружи прекратились.

– Внимание! Вы окружены. Сдавайтесь, и никто не пострадает. Нам нужен только княжич Андросов. Княжич, вам не будет причинён никакой вред. И да, княжна Морозова может выйти прямо сейчас, и проследовать в любом нужном ей направлении. Вы не являетесь стороной конфликта, и мы приносим извинения за доставленные неудобства. Предлагаю прекратить бессмысленное сопротивление и сдаться. Повторяю – нам нужен только княжич Андросов, которому мы гарантируем полную неприкосновенность. Нам нужно всего-навсего перевезти его в безопасное место и поговорить.

– Папа, ты это слышал? – спросила Светлана у трубки.

– Да, я это слышал. Ублюдки знают, кто такие Морозовы и, походу, обсираются, – Светлана невольно поморщилась, ведь с ее милого батюшки сейчас слетел весь покров цивилизованности, и наружу вылез старый имперский волчара, что долгие годы сдерживал дальние рубежи Империи, возглавляя 1-ю гвардейскую армию Его Императорского Высочества. – Андрей, ты здесь?

– Да, здесь, Павел Константинович!

– Андрей, без обид. Отпусти Светлану. А сам выбирай одно из двух – или сдавайся, или попытайся сопротивляться. В любом случае, я обещаю тебе свою поддержку. В ближайшее время попытаюсь поставить кого-нибудь из своих под ружьё, и прийти к тебе на помощь.

– Папа! Я не брошу Андрея ни в коем случае, ты что такое говоришь? – вскинулась Светлана.

– Твой отец прав, – сказал Андросов. – Любимая, выходи. Я сам справлюсь.

– Слушай своего жениха, женщина! – вскипел Морозов-старший.

– Нет! Вы оба несёте чушь! – закричала Света. – Я останусь здесь, и мы будем сражаться. Правда, Андрей?

– Правда, любимая.

– Твою мать! – раздался очень скорбный, и очень расстроенный голос Морозова-старшего. – Какие же вы дети! Гвардеец, ты здесь?

– Так точно, Ваше Высочество.

– Береги их, подмога скоро будет. Да, я знаю, что ты не мой гвардеец, а гвардеец моего друга князя Андросова. Но если с княжичами что-то случится, уж поверь, я тебя достану.

– Папа, зачем ты… – начала Света.

Но гвардеец просто кивнул.

– Принято, Ваше Высочество. Они будут в порядке.

– Я очень рассчитываю на это, гвардеец, – ответил князь. – И в случае, если ты сдержишь слово, поверь, моя благодарность будет безмерна. Света, Андрей, держитесь подальше от боя.

– Отец, мы взрослые люди, поэтому пока!

Света потянулась и бесцеремонно нажал «отбой».

Андрей весело на неё посмотрел.

– Вместе до конца?

– Вместе до конца, любимый, – сказала Морозова. – А ты чего хмуришься?

– Да вот, в процессе хотел Саню пригласить на вечеринку. Ведь если бы я этого не сделал, он бы мне это обязательно припомнил.

– И что? – с некоторой надеждой в голосе, помимо воли, спросила Светлана. Иметь под боком Галактионова, как она уже поняла, это почти стопроцентный шанс на успех, практически, в любом деле.

– Абонент – не абонент. Похоже, он в Разломе.

– Ну что ж, тогда справимся сами, – она быстро поцеловала Андрея в губы, и перехватила свой меч.

Волосы её вспушились, как всегда было в первые секунды постановки духовного доспеха. Кажется, даже глаза у неё засветились внутренним огнём.

– Ну что, Сергей, рассказывай откуда они лезут? – повернулась она.

– Но, Ваша Светлость…

– Давай без «светлости», Сергей. Сейчас здесь я самый сильный боец, и все об этом знают, – она повернулась к Андрею, и подмигнула. – А ты сделай так, чтобы «твоя любимая попка» осталась в целости и сохранности. Сегодня тебе придётся прикрывать мой тыл…

Глава 19

Имперская Канцелярия

Отдел Специальных Технических Мероприятий (ОСТМ)

г. Петербург

(чуть ранее)

– Итак, еще раз все по порядку! – канцлер собрал всех своих специалистов «СОРМ» – «Система технических средств для обеспечения функций оперативно-розыскных мероприятий».

Он снова и снова проматывал прослушку, записанную с защищенных линий благородных Родов Империи. Ну, это они так думали.

До недавнего времени это так и было, но один «ботаник» в службе канцлера совершил настоящий прорыв, так сконфигурировав оборудование с живыми Одарёнными операторами, что стало возможно слушать всех и везде.

Светлейший князь Михаил Фёдорович Румянцев понимал, что это ненадолго, и как только слухи о новом изобретении покинуть стены Канцелярии – Рода найдут, как защитить своё общение. Но пока можно пользоваться полученным преимуществом.

Вот разговор Вербицкого и Андросова. Андросов нападает, Вербицкий защищается. Разговор идёт на повышенных тонах. Вербицкий отрицает обвинения – единственный, кто мог доказать участие Рода Вербицких в «подставе», час назад экстренно вышел с двадцать второго этажа без парашюта. Андросов нагнетает, Вербицкий начинает злиться. Начинаются взаимные упреки и обвинения, разговор выходит за рамки приличий, Андросов не верит ни единому слову Вербицкого, и не верит обоснованно. В итоге, Вербицкий бросает трубку. И тут же поднимает снова, набирает другой номер, чтобы поднять заранее подготовленную гвардию в Иркутске, что уже усилена тремя батальонами ЧВК. Все находятся на боевых позициях, ожидая приказа, и приказ следует незамедлительно.

Вот Светлана Морозова общается с отцом, который находится в натуральной ярости. Вот это плохо! Этот старый служака в гневе неконтролируем и опасен.

Вот Морозов-старший делает сразу несколько звонков. Сначала Андросову, которого заверяет в своей поддержке. затем своему старшему сыну – командиру 2-й бригады морской пехоты Тихоокеанского флота. Потом среднему – командиру 7-й гвардейской дивизии стратегической авиации. И, наконец, младшему – даже Канцлер не знает его должности и текущего местоположения, к тому же связь надежно защищена. Это плохо! Это очень плохо – иметь Морозовых врагами. Тупые фанатики!!! Как можно быть так преданными трону?!

А вот его звонок в Имперский военный гарнизон Иркутска не проходит. Связь уже заглушена. Да и гарнизон четыре часа назад выдвинулся на границу Империи, где крупные силы Монгольского Ханства решились на очередную провокацию.

Полиция Иркутска и МЧС в полном составе выехали на теракт в область, где местные бандиты взяли в заложники персонал сразу трёх отделений Имперского Банка, разбросанного в разных концах области.

Канцлер устало потёр переносицу и набрал номер.

– Слушаю, Михаил Фёдорович!

– Вербицкий! У тебя есть восемь часов. Примерно через восемь часов у тебя будет имперская армия.

– Откуда? Вы же позаботились о гарнизоне.

– От верблюда! – выругался канцлер. – Вы зачем Морозову зацепили?

– Так мы не знали, что она с Андросовым.

– Ты меня расстраиваешь, князь…

– Простите, Ваше Высокопревосходительство.

– Морозов кого-нибудь пришлет, я в этом уверен. Вам хватит восемь часов, чтобы забрать мальчишку?

– Думаю, да…

– Ты думаешь?! ДУМАЕШЬ?! А еще ты думаешь моё кресло занять! А я вот начинаю думать, что это плохая идея!

– Но Ваше Высокопревосходительство, возможно, вы окажете содействие…

– Ты вообще берега попутал, князь?! Из-за твоего непутёвого племянника закрутился этот сыр-бор, и я сделал так, что у вас есть ЦЕЛЫХ восемь часов?! И ты просишь меня «посодействовать»?!

– Извините, Ваше Высокопревосходительство, мои люди сами справятся.

– В твоих интересах, чтобы это было так. Андросовых нужно вывести из игры.

– Понял, сделаем!

* * *

Монголы оказались еще теми тараканами… Выбегают они, короче, в пещерный павильон, где полно всяких тварей, быстро осматриваются, и давай бежать назад.

Я, чет, аж удивился. А как же крики о поиметь всех, и самых красивых баб притащить хану? Ну, а что? Вот например, самка дикого пурпурного муравья точно ему подошла бы. Возможно, даже не сразу голову ему откусила.

Впрочем, убежать не получилось, твари оказались жестокими и беспощадными. А может все проще, и они просто хотели кушать. Что-то, а еду они получили! Очень много еды.

Откуда еда? Так монголы – такие сволочи! Несколько человек добежали до порталов, и вернулись уже с подмогой. Я теперь понимаю, откуда такая большая опасность для Империи с их стороны. Если за пару минут они смогли собрать почти две сотни человек, то это круто. Примечательно то, что колец там почти не было. Они использовали в этом деле костыли, которые висели на шее, вмонтированные в маленький кулончик на цепочке. Как я прикинул, этот артефакт разрушается со временем, и не собирает, практически, никакой энергии, так что для прокачки это бесполезно, лишь для входа. Но были и люди с кольцами. Только почему наши Имперские кольца продают налево и направо? Хотя, вряд ли это так… Наверное, трофеи… От этого мне захотелось разобраться с ними еще сильнее, а то… Уроды, одним словом.

Вероятно, во мне говорит прошлый я, который был Сандром. Для кого Орден не был пустым звуком, как и товарищи. А Истребители Монстров, волей неволей, всё-таки стали мне своеобразным «орденом».

– Жестоко… – прокомментировала Катя происходящее.

А она реагировала интересно. Твари жрут монголов и радуются. Они их додавили почти до тупика. При этом люди принимают свою смерть и почти не сопротивляются, а твари, наоборот, пускают слюни.

Монголы не знают, какое огромное количество их подкрепления сейчас спешит сюда. А твари не догадываются о врагах, которые войдут в их ряды, и разделят на две половины маленькое войско. Все же они многого еще не знают. Лишь только я да Шнырька-молодец в курсе. Для примера, сейчас сюда еще одна змеюка ползет. Наверное, учуяла запах крови или вибрации, тут уже неважно.

– Дальше будет веселее, не переживай! – наконец-то отреагировал я на слова Катерины. – Ты главное, если крови боишься, не смотри.

Она думала, что я несу бред, но кажется, ее сложно уже удивить после перехвата руки. Интересно, а как она поступит, если получит от меня поцелуй? Об этом стоит подумать позже, а сейчас нам нужно придумать, что делать дальше.

Моя команда не паникует, но вовсю обсуждает, как им выйти из Разлома, и что предпринять. Слышу версию о монгольском Разломе или то, что нужно вернуться к нашему и подождать, пока он откроется. Ведь есть такой шанс.

Я не влезал в их разговоры со своими мыслями, чтобы не ломать их надежд. Уже отсюда вижу, что ничего не получится. Наш Разлом, конечно, откроется, но явно не сейчас. Судя по тому, как он наполняется энергией, ему нужно около суток, а может и чуть больше. Меня, наверное, это устроит, всего лишь нужно продержаться все это время. Через монголов идти – не вариант, ведь там может быть еще больше врагов. Даже если я сам прорвусь без проблем, то вести за собой своих людей будет проблематично. А где и как мне выбраться через Монголию? Вероятно, проще подождать.

Вот и змея как раз доползла, и уже сожрала по дороге здоровенного паука, которому буквально откусила половину тела. А змея непростая, у нее зубы, не как у змеи, а как у чертового крокодила, и кусается она, как надо.

– Нам лучше убраться отсюда побыстрее, – Кате не понравилась эта змея.

Она ощутила, что она сильнее в два, а то и в три раза, чем прошлая. Возможно, это мать, а то был ее ребенок. Если так, то она может и по мою душу прийти, чтобы отомстить. А если я призову ее детеныша, то как она поступит в этом случае?

– Уходим! Только держитесь все вместе, и слушайтесь теперь меня беспрекословно, – на последней фразе я глянул на девушку.

Катя хотела что-то возразить, но не стала. Хотя вижу, что она до конца не принимает мое главенство. Просто дает мне шанс, пока не ошибусь, а потом заберет все в свои руки. Ведь она хотела пойти к монголам, и потом отзвониться отцу. Тот даже оттуда сможет нас вытащить. Разумно, но это не мой стиль!

Да потому-что боюсь, не все там гладко. Как бы хан какой-то не пришел, а они очень падки на наших девушек, и при этом очень тщеславны. Любят похвастаться своей добычей, как лошадьми. Вот тут согласен, лошади у них – одно загляденье. У Годартов тоже была своя конюшня, которая стоила пару миллионов, так три жеребца были привезены как раз из Монголии.

Отступали мы неспешно, с боем. Весь Разлом был одним большим полем боя, на котором встретились разные силы, и непонятно, чья возьмет. Что примечательно, тут все против всех были. Каждый портал в новый Разлом был за себя, и рубились все со всеми. Как ни удивительно, но твари не объединялись против людей.

– Привал! – скомандовал я отряду. – Немного отдохнем.

– А мы разве устали? – не поняла девушка причину такой команды.

Мои бойцы сделали вид, что очень заинтересовались неведомым жучком на стене, и сейчас морозятся по полной. Не хотят быть свидетелями споров с их командиром. Знали бы они, что этот жучок может прыснуть в них зловонной жидкостью, которая неделю потом не смоется, то полагаю, не уделяли бы ему столько внимания. Спас всех Затупок, который мгновенно сожрал жука… и предотвратил трагедию. Да, сержант благополучно ожил, а Шнырька провёл его «быстрой тропой» мимо врагов, вновь вернув в коллектив. Как же странно посмотрела на меня Катерина!

– Сидим… – после тяжелого вздоха, спокойно повторил приказ.

Девушку такой ответ не устроил, ведь она видит, насколько это глупо. Мы едва отошли от места сражения, и нас могут легко сожрать. Григорий, видя все это, бросил свой баул на землю, и кивнул всем остальным, чтобы брали с него пример. Видимо Катя была слишком шокирована сегодняшним днем, что сдалась и медленно опустилась на землю, а затем уставилась на меня. А что я ей скажу? Не говорить же, что там впереди ползет еще одна большая змея, которой даже я слегка опасаюсь. А со спины уже два паука и один тролль стоят и оберегают наш покой.

– Григорий, я на разведку! Спина чистая, но туда не ходим, иначе умрем, – даю ему расклад. – За нее – кивок в сторону Кати, – отвечаешь головой. – Мы просто так не выберемся быстро, и это место сейчас самое безопасное, не спрашивай – как, просто знай это. А я скоро вернусь.

– Понял! – кивнул он серьезно, и проводил мою спину взглядом.

Куда я спешил? За приключениями, конечно же.

У меня из головы не выходит та здоровенная змея, которая ползет сейчас спокойно. Мне точно она нужна в коллекцию, такая дура может легко в одиночку напасть на чье-нибудь имение, сожрать какого-то мастера или даже Абсолюта.

Однако, это не главная цель, ведь я вижу через Шнырьку всю карту подземелья, и вижу, что и где происходит. Я их оставил в одном тупике, из которого вели две дороги. По одной, самой опасной, пошел я, а с другой, по которой мы пришли, уже никто не придет, ведь мои призванные крысы сейчас копают вместе с кротами, делая обвал.

А вот куда я иду, там просто мрак, что творится.

Я уже по ходу, пробегая, убил двух жгучих улиток. Эти падлы при смерти взрываются жгучим коктейлем, который не прожигает, как кислота, но вызывают сильнейшее жжение на том месте, куда попадут. Здоровенную хладнокровную падлу я встретил, когда она почти уползла с того места, где я рассчитывал ее встретить. Когда я выбежал из проема, то лишь ее хвост увидел, который поворачивал за угол. Меня такое не устроило, и я побежал к ней. Атаковать сразу не сразу, а чуть подождал, пока она проползет глиняную местность, и дойдет до каменистого пола. Змея большая, но тупая. Я шел прямо за ней, а она игнорировала меня.

Мой меч с силой вошел ей в хвост и пришпилил его, когда пробил камень и там застрял. Реакция была мгновенной, и она стала извиваться. Вот только ей здесь не развернуться, слишком узко, а потолок от ударов по стенам стал постепенно осыпаться.

Я же не зря выбрал это место. В итоге, мой первый план провалился, она попыталась ускользнуть, но ее хвост от моего меча раздвоился, и теперь кровоточил с такой силой, что кажется, она скоро умрет от потери такой важной для нее жидкости. С другой стороны, эта хрень здоровая, и крови в ней достаточно много. А еще пытается своим кровавым обрубком достать меня, а я уворачиваюсь не только от хвоста, но и от ее капель. В один момент я все же не уследил и получил. Нет, от хвоста я увернулся, а вот камень с потолка на голову упал. Хорошо, что доспех его принял. Но оби-и-и-и-и-и-дно стало, капец…

– Хана тебе, червяк! – мои глаза опасно зажглись синим светом.

Призываю кислотного слизня, и наношу еще один порез. С первого раза не вышло, он усилил свою кожу магией, чего сперва не сделал. Наношу еще один, и еще, а затем еще очередной, и прорубаюсь до хребта. Теперь путь открыт, и я хватаю слизня за его желешку и заталкиваю в змею, а затем даю ему команду вперед. Вот теперь мне точно нужно убегать отсюда. Червяк-переросток уже бесится не на шутку, а слизняк, как шахтер со свечкой, ползет и прожигает его своей кислотой.

Убежать далеко не вышло, так как и не было куда. Я нарвался на обезьяноподобных существ с очень длинными когтями и клыками, как у тигров. Пришлось потратить на них время, так как они тоже двигались в сторону моего отряда.

В общем, вся ситуация, что сейчас происходит, мне совсем не нравится. Я тут прыгаю во все стороны, убивая тварей. А моя команда, которая должна быть в безопасности, не особо-то и в безопасности. Твари принялись копать туннель, который мои призванные завалили. Теперь всего пару существ могут реально добраться до моего отряда. А я не могу пойти к ним на помощь. Ведь с моей стороны, прям, пи… гхм… капец какой творится! Я сейчас, грубо говоря, держу в одиночку три Разлома.

– Ш-ш-ш-ш-шеф… Ш-ш-ш-ш-што Дш-ш-шелать? – вынырнул Шнырька на мое плечо с серьезным выражением на мордочке. – Ш-ш-ш-ш-шуки… наш-ш-штупают!

Эх… Адмирал Шнырька прав. Вечер перестаёт быть томным, со всех сторон наступают, а я не могу быть во всех местах одновременно. Но почему-то мне хочется веселиться. Наконец-то приключения заводят меня в места, которые заставляют будоражить кровь. В прошлой жизни мои собратья часто повторяли, когда Сандр хохочет, то кто-то умирает. Вранье…

Там, где гуляет Сандр, там всегда кто-то умирает. Такая судьба у меня или у них. А хохочу я тогда, когда… Впрочем, я по жизни весельчак, а они мне просто завидовали! Я нормальный!

Вот и закончились мартышки, так не начавшись, а мне нужно бежать в соседнее помещение, но так лень. А раз лень, то и не побегу.

Жду… Еще жду… И запускаю туда разряд молнии. Тридцать гоблинов падают замертво от цепной реакции, а еще с полсотни с визгом бегут в мою сторону.

Ну, хорошо… Еще одну молнию ловите.

Кстати, перстень у меня уже оранжевого цвета, и очень быстрое накопление энергии идет к жёлтому, третьему классу. Души павших тварей врываются в меня сплошным потоком, усиливая тело и будоражат разум. Красота!

А дальше уже ручная работа, как говорят. Добивать гоблинов было несложно, от одного удара могло сразу упасть до трех штук. Они были хлипкие, и головы их беспорядочно разлетались по сторонам. Мне хотелось убивать их только отсечением головы, такой себе своеобразный стиль или игра. За гоблинами прибежали кобольды, а эти будут сильнее, только ненамного. Задолбали они меня… Вызываем сколопендр и волков, пусть поиграют между собой. Жаль, не взял с собой Големчика, вот этот дуболом был бы здесь счастлив.

Не знаю, сколько времени прошло, но точно не менее двух часов. За это время мои уже успели два раза вступить в бой, и с легкостью победить.

Легко, наверное, сражаться, когда Затупок по моей команде принялся гавкать в сторону врагов. Конечно, сперва он не хотел лаять, он ведь не собака! И психовал ментально. Но когда услышал от меня весь спектр эмоций, что я с ним сделаю, то подчинился и выдал несколько вялых тявканий. Зато свое дело сделал, и команда вовремя среагировала.

Твари прокопали туннель, но пришли монголы, убили тварей и сами полезли. Смог лицезреть, как Катя случайно забрала душу человека, и через десять секунд чуть не упала в обморок. Слишком мало сил было у девушки, чтобы удержать хотя бы на минуту человеческую душу. Я же сказал ей не делать этого! Хотя… У нее не было выхода, мог погибнуть мой гвардеец, и Катерина поступила правильно. Чёрт! Надо это прекращать!

Ладно… Идем дальше.

А куда дальше? Нужно подумать… Может пойти и убить ящериц-переростков, или завалить мутантов-скорпионов. В итоге, вообще пошел в другую сторону, к монголам, которые до сих пор рыскали тут. Я не могу понять, какого черта они тут делают. Но Шнырька показал картинку, как они в одном месте устроили добычу руды. Видимо, им нужно все, что только может пригодиться.

Шнырька смешно матерился, что у него и-под носа увели какую-то добычу. Он потом ее, конечно же, забрал, как и все вещи вора. Теперь по этому не самому безопасному проходу бегает голый монгольчик. Шнырька даже трусов ему не оставил! Так что сам ты «иш-ш-ш-шак», узкоглазый!

Около шести часов я держал оборону, и не подпускал никого к отряду. Правда, количество врагов в этом Разломе даже не уменьшилось. Это было, мягко говоря, печально. Ведь я не действовал в режиме «на вынос», а грамотно рассчитывал свои силы. Если кто-то из людей сейчас зайдет на этот участок Разлома, то сильно удивится количеству трупов. Их стало в один момент так много, что я задумался, не призвать ли слизня, а то самому приходилось их обходить или перепрыгивать. Кольцо уже уверенно горело жёлтым цветом.

Ужасная судьба три раза настигла Затупка. Он погибал два раза смертью храбрых, а один раз ему не повезло. В последний раз он влетел в пасть смертельно израненной, но еще живой змеи. Хотел разорвать ее, но что-то пошло в самом начале не так, когда он при разгоне споткнулся о труп гусеницы, и влетел не так, как сперва себе планировал. Как итог, он застрял в ее пасти и задохнулся. Змея тоже умерла от удушья.

Две глупых смерти.

– Что с ним не так?! – не выдержала Катя, когда спокойные гвардейцы достали Затупка, и не дали Андросовой его похоронить, дождавшись, пока медоед отдуплится и захрапит.

– Никто не знает… Но могу вам сказать одно… Не дайте ему себя укусить… Последствия будут страшными! – Григорий знал историю о его «тупой слюне» и о токсинах в ней.

Что говорить, если я выдал Волку тридцать два шприца со слюной Затупка. Она теперь хранится в отдельном сейфе, и считается стратегическим запасом. Если пленный будет слишком борзым, то они применят нашу личную сыворотку правды.

Мои люди тоже уже потрепаны, но еще боеспособны, надолго ли, не скажу. К ним сейчас движется хорошо экипированная и свежая группа монголов. Вообще-то, мне сложно подсчитать, сколько монголов пало сегодня смертью странной. Одних порвали, других задрали, третьих обосс… Ну ладно, это личная фишка Затупка, и мне совсем не хочется вмешиваться в его странные игры.

А они, в свою очередь, посылают новых людей. При этом, в зачищенных местах, уже ведется добыча разной руды, да такой, которую наши даже не трогают, ведь она бесполезна в таком месте. Бесполезна из-за того, что место опасное, а найти ее можно без проблем даже в простых Разломах.

С этой новой группой, полагаю, они не справятся без потерь, а потери мне совсем не нужны. В то же самое время сейчас на меня прет большая группа тварей, с которой разбираться около получаса, не меньше. Не уйду, так моих поубивают или пленят. Уйду, так твари ударят в спину, а их много, и есть среди них проблемные особи.

Если умрет хоть один человек, то пострадает моя личная самооценка. А этого я допустить не могу. Так как же мне поступить?

А времени все меньше и меньше… Думай, Сандр… Думай!!!

Глава 20

Загороднее имение Рода Андросовых

г. Иркутск

Усадьбы Андросовых, как архитектурного ансамбля, расположенного возле города Иркутска, уже, фактически, не существовало.

Здание не отличалось какой-либо исторической ценностью или дорогими материалами, но построено оно было пару сотен лет назад для удобства пребывания самих Андросовых в Иркутске. Они часто наведывались сюда для того, чтобы помочь медикам Центра Истребителей Монстров в сложных ситуациях.

Это было взаимовыгодное сотрудничество между Родом Андросовых и Империей. Андросовы нарабатывали авторитет и получали новый опыт. Ну а Империя получала одну из лучших, имеющихся в Империи, медицинскую помощь для своих Истребителей. Поэтому, частично, усадьба была построена на дотации Империи. И в ней, так или иначе, особенно по молодости, жили все члены Рода, пока тренировались, практиковались и постепенно усиливались.

Нынешний глава Рода – Иван Васильевич Андросов очень любил эту усадьбу, и он, скорее всего, расстроился бы, если бы узнал, что все здания его любимого поместья сейчас представляют собой груду обломков. Но узнать он об этом не мог, потому что связь ещё отсутствовала, а враги всё ещё наступали.

Андрей откинулся от выпотрошенного гвардейца, влив в него очередную дозу лечебной энергии. Собратья гвардейца, как смогли, затолкали внутренности обратно, перехватив бинтами, и вколов обезболивающее. Ну, а Андрей, используя свою силу, очистил рану от всякой заразы. Что-либо другое делать – затягивать рану, способствовать экстренной регенерации – не было ни сил, ни смысла. Раненые появлялись каждую минуту, а силы у молодого, хоть и чрезвычайно талантливого Лекаря, были ограничены.

Дверь распахнулась, и внутрь залетела Светлана, выглядевшая сейчас, как валькирия из скандинавской мифологии. Вот только, если в той же мифологии валькирии забирают души воинов с поля боя, то эта конкретно валькирия Морозова сейчас изо всех сил отправляла эти души туда, куда бы они там не уходили. За грань…

Несколько диверсионных отрядов, что имели неосторожность попытаться пробраться внутрь усадьбы, дабы прекратить сопротивление защитников и выкрасть Андросова, катастрофически провалились именно из-за этой юной девочки. Больше трёх десятков трупов вполне мощных Одарённых, специализирующихся на бесшумном проникновении и диверсиях, сейчас лежали под развалинами, и всех их уничтожила именно Светлана.

Сейчас она бросила очередного гвардейца, потерявшего руку, перед Андреем и аккуратно пригладила непослушные волосы своего любимого.

– Ну, как ты, держишься? – заботливо поинтересовалась она.

Андрей горько усмехнулся. Он всего-навсего лечит, находясь в глубоком подвале в безопасном месте, а эта вчерашняя школьница вырезает матёрых волчар, что пришли сюда за ним. И она ещё спрашивает – держится ли он?

– Да, всё в порядке.

Неподалёку послышались хлопки, и округу огласил протяжный вой падающих мин. У нападавших из того, что видели защитники, было несколько бронетранспортеров и самоходных артиллерийских установок. Именно они разнесли усадьбу в клочья, а сейчас миномётами пытались добраться до тех, кто выжил.

После третьего предупреждения по громкоговорителю больше призывов сдаваться не было. Возможно, все те, кто предлагал сдаться, полегли от рук защитников. Возможно, просто поняли бессмысленность своих призывов – ни один из гвардейцев не сдался, защищая своих господ до последней капли крови. В любом случае, враги понимали, что они должны доделать работу до конца. Получится ли захватить Андрея или уничтожить, но не в их интересах было оставлять свидетелей. И защитники это прекрасно понимали.

– Как там Сергей? – спросил Андросов у Кати, интересуясь судьбой начальника своей охраны, старшего из гвардейцев.

– Держится, но походу скоро отрубится.

Сергея одновременно контузило и оторвало ногу, буквально сразу. Однако подлеченный Андросовым, он взял напарника, и их пулемётный расчёт перемещался сначала по зданию, потом по его обломкам, не подпуская врагов близко. Похоже, он всерьез воспринял слова Морозова-старшего. В случае, если они выживут, и он выполнит свой долг, конечность ему восстановят. Это его тоже должно было подбадривать. Главное, чтобы силы не закончились раньше.

– Связи всё ещё нет? – с надеждой спросила Светлана, взглянув на тяжело раненного гвардейца, который уже не мог сражаться, и в данный момент пытался хоть кого-то нащупать в эфире.

Тот отрицательно покачал головой. Андреем были посланы два лазутчика, чтобы донести просьбу о помощи, так сказать вживую, но вестей от них не было. Скорее всего, им не удалось пройти сквозь окружение врагов. Помощи было ждать неоткуда.

Снова сверху раздались выстрелы и крики.

– Внимание, атака! Все по местам!

Это значит, что враг пошёл на новый приступ.

– Что ж, я пошла, – Светлана снова наклонилась, и чмокнула жениха в щёчку. Абсолютно обыденно, как будто она сообщает о своём визите в парикмахерскую и встрече с подружками.

– Да, конечно, – Андрей задумчиво посмотрел на последнюю красную желейку, которая у него осталась.

После того, как он рассосёт её, он сможет интенсивно пользоваться Даром максимум полчаса. Учитывая, что прошло уже пять часов, а помощи нет, вокруг творилось что-то действительно странное.

Вдруг снаружи раздались сильные взрывы. Причём они раздались не рядом, а чуть подальше. Один, второй… Третий сильнее, как будто сдетонировал боеприпас.

Андрей не выдержал, и побежал наверх.

– Господин! – окликнул его Сергей, который находился в своём новом пулемётном гнезде среди обломков.

Рядом с ним напряжённо вглядывалась вперёд Светлана. Андрей запрыгнул.

– Что это?!

Всё, что он увидел, как враги, которые пошли в атаку, сейчас поспешно отходят.

Вдалеке, по периметру, слышались взрывы. С тонким жужжанием над остатками усадьбы пронеслось два странных летательных аппарата. С пилонов у них сорвались ракеты, и вдали вспухли ещё несколько огненных цветков взрывов. Внезапно в ушах раздался знакомый голос…

– Говорит командир гвардии Галактионовых! Внимание, княжич Андросов, выйдите на связь. Это Волк!

Андрей сразу оживился.

– Внимание! Говорит Андрей, мы в развалинах усадьбы.

– Господин! – устало кивнул его начальник охраны. – Зажмите кнопку передатчика.

Андросов чертыхнулся, и зажал кнопку вызова.

– Внимание! Говорит княжич Андросов, мы в развалинах усадьбы.

– Слава яйцам! – прервался монолог Волка, и в его голосе послышалось облегчение. – Сидите, не высовывайтесь. Мы вас вытащим. Альфа, подбирайте княжича! Бета, Виски, согласно плану. Дельта, что у вас?

Тут уже раздался незнакомый голос.

– Командный пункт уничтожен. Но тут чертовски много этих уродов. Пока держимся.

– Не вздумай сдохнуть, боец! – раздался суровый голос Волка. – Командир этого не одобрит.

– Принято! Дельта-один работает.

Неизвестный Андросову гвардеец со смешком отключился.

– Держитесь, королева где-то рядом, – это снова был Волк.

Андрей всё ещё был напряжён. По лёгким прикидкам, им противостояло несколько сотен врагов, и больше десятка единиц тяжёлой техники. Насколько он знал, гвардия Галактионова численностью слегка превышала сотню. Да, каждый из этой сотни стоил многих гвардейцев других Родов, но всё же это со стороны выглядело, как авантюра.

Ошеломлённые первым ударом враги начали огрызаться. Вот один из «Буревестников» дёрнулся в воздухе от близкого разрыва. А после следующего прямого попадания резко спикировал на землю. С облегчением Андрей не увидел взрыва в том месте, лишь услышал треск ломаемых деревьев. Он сильно надеялся, что с ребятами всё будет в порядке.

– Противник на семь часов! – опомнился Сергей, отрываясь от наблюдения за битвой, и разворачивая ствол пулемёта.

С опушки показались два непрерывно стреляющих БТРа и группа врагов, которые решили продолжить наступление. Это в очередной раз доказывало, что гвардии Галактионовых явно недостаточно.

В доме послышались крики, стрельба и взрывы от применения техник.

– Враг в здании!!! – закричал чей-то голос и тут же, булькнув, замолк. Еще минус гвардеец! И да, «зданием» тут уже назвать было нечего.

Светлана нахмурилась и окуталась доспехом, мило прикусив нижнюю губу, и приготовившись к бою.

Первый враг, что появился в проходе, внезапно смешно взмахнул ногами, и рухнул на пол вниз головой, захрипев и забулькал из-за перерезанного горла.

– Что за… – начал Андрей, и тут за углом, невидимые для них, раздались крики боли. Кажется, врагов прямо сейчас кто-то убивал. Кто-то быстрый и… невидимый?

Вот еще один безголовый труп вылетел в поле видимости. А вот безногий орущий боевик ползет по полу, оставляя за собой лужи крови, безумно вращая глазами и обдирая ногти с рук, хватаясь за изломанный бетон, и пытаясь убраться подальше от эпицентра хаоса и насилия.

Еще прошло полминуты, и всё стихло. Светлана нахмурилась, и тут резко сделала выпад мечом в пустоту позади изумленного Андросова.

И тут чуть в стороне, буквально из воздуха, проявился странный тип в простой одежде, взъерошенный и невзрачный, но с двумя короткими клинками отличного качества.

– Воу-воу! Полегче! – широко улыбнулся он, наблюдая за Морозовой и, кажется, определенно её опасаясь. – Виноват, хотел пошутить! Но с вашей дамой это сделать затруднительно! Молодец, девочка! Я Призрак, и я на службе у барона Галактионова!

– Да, я слышал о вас, – осторожно сказал Андрей, и повернулся к возмущенной Светлане. – Он свой!

– Откуда знаешь? – Светлана и не думала спрятать меч в ножны, а наоборот, прямо сейчас напитывала свое тело силой.

– И снова, молодец девочка! – усмехнулся человек, представившийся Призраком. – Дабы не усугублять, я отправлюсь по своим делам, а потом нас представят честь по чести. Диверсионных групп рядом нет, так что до скорой встречи!

– До встречи, – буркнул Андрей, но Призрак уже исчез.

– Ушёл, – подтвердила Светлана, прислушавшись к ощущениям, а затем немного расслабилась.

– Господин! Посмотрите! – это был Сергей.

И он указал рукой вдаль. Вражеские штурмовики почти дошли до периметра бывшего здания усадьбы, как произошло что-то странное. Чуть поодаль, из-за деревьев близкого леса, по земле прошлась идеально ровная полоса голубого цвета. По мере приближения к наступающим бойцам она разветвлялась, как молния. Послышались крики ужаса, и один за другим, наступающие враги превратились в ледяные статуи.

Напоследок рыкнув, заглохли двигатели у БТРов, которых также мгновенно обволокло инеем. Андрей отсюда слышал, как стонал металл, сопротивляясь смертельному холоду. Не было никаких сомнений в том, что произошло с его экипажем. В такой температуре люди не выживут.

Молодой княжич всегда отличался отличным зрением. Слегка прищурившись, он разглядел фигуру, стоящую на опушке. Невысокая худощавая женщина в очень дорогой технологической броне была без шлема. Её пепельно-белые волосы развевались, как змеи, на ветру. Поднятая рука слегка сдвинулась влево, и эта «тропка холода», повинуясь ей, свернула туда же, заскочив в лес, и уже теперь оттуда полетели короткие вопли тех людей, которым предстояло замерзнуть насмерть.

– Волк, это Королева! – раздался женский голос. – Оставьте усадьбу нам, мы вытащим княжича.

Короткий смешок, и холодный голос слегка дрогнул, добавив с изрядной долей кровожадности.

– Мочите козлов!!!

Слева появилась еще одна женская фигурка, выглядевшая, как сестра-близнец королевы, фактически, не отличаясь от неё габаритами. В ней, без удивления, Андрей узнал Хельгу.

Как будто дождавшись этих слов, буквально через секунды из леса, используя прыжковые ранцы, хлынули странные люди, у которых поверх высокотехнологичной брони были накидки из звериных шкур – визитная карточка элитного подразделения «Берсеркеры», Королевской Гвардии Северного Королевства.

Андрей судорожно вздохнул, поймав себя на мысли, что всё это время он не дышал. Рядом радостно рассмеялась Светлана.

– А жизнь-то налаживается! Как жаль, что Сашка это всё пропустил. Представляешь, как он расстроится?

Андрей неодобрительно покачал головой. Как в такие моменты, едва не погибнув, можно веселиться? Но потом, помимо его воли, у него самого губы растянулись в широкой ухмылке, когда он представил расстроенное лицо Галактионова и его фразу.

– Ну, как так-то?! Такое веселье, и без меня!

Кажется, этот юный барон их всех заразил своей бесшабашностью и презрением к смерти.

* * *

Проблема… С одной стороны – я легко могу призвать разных существ, и устроить натуральный геноцид всем тварям. Но с другой – я отслеживаю прогресс выхода тварюг из Разломов, им еще часов двенадцать или двадцать сюда валить… И даже если я перебью всех тех, кто вошел, вылезут другие, а я всё-таки не Бог. Пока…

Если постоянно и безостановочно призывать существ, это заберет львиную часть запаса моей силы. Там ведь прет на нас немаленькая армия. Как я обожаю эти моменты, когда нужно стать серьезным и отбросить в сторону свою новую роль. Можно стать тем Сандром, который знал, как решаются проблемы, и при этом не думал, как он будет выглядеть в глазах окружающих его людей. Ему и не нужно думать – все прекрасно знали, какой он Охотник.

Создаю технику из прошлого мира. Не сказать, что она легкая или сильная, но имеет свою специфику. Если провалить ее и допустить ошибку, то можно лишиться конечности. Именно на левую руку у меня сейчас идет вся нагрузка, там собирается энергия, которая сперва сжимается, а потом закручивается в спираль.

Использовав всю силу, я направил плетение в сторону раскрытого Разлома, из которого как раз вылез очередной паук. Идея с «перезагрузочным» Разломом навела меня на одну интересную мысль. Было одно заклинание в моём прошлом мире, которое использовалось для абсолютно бытового применения, и использовалось обычно сантехниками, просто для того, чтобы поставить временную латку на прорванную трубу, будь то питьевая вода, либо канализация. Вот только Разлом мало походил на прорыв канализации, поэтому пришлось немного поэкспериментировать и добавить туда кое-что еще. Вот именно это «кое-что» и представляло опасность для моего организма в случае провала, поэтому концентрация у меня сейчас была предельная.

Я вложил в заклинание кучу энергии, и создал натуральную энергетическую затычку, что прекратила поступление монстров в нашу сторону. Продержится она недолго, но этого должно мне хватить.

Ещё два часа времени, и вот закрыты все четыре иномирных Разлома. Остались только те, из которых выпрыгивали монголы, то есть, предположительно, ведущие в наш мир.

И я, наконец-то, присоединился к своей группе, выжатый, как лимон, голодный и злой.

– Побеседовали, – сказал Гриша, кивая на двух связанных «языков». Он быстро достал карту и показал мне. – Здесь и здесь.

Один из выходов находился почти на противоположной границе, рядом с Китаем, и был совсем «не в кассу». А вот второй примерно в ста километрах от нашей границы, и соответственно ещё больше пятиста от неё до Иркутска.

Не дожидаясь моих уточнений, Гриша продолжил доклад.

С той стороны Разлома ещё примерно три десятка «нукеров» – вооруженных монголов, что составляли своеобразную дружину по принципу наших Истребителей Монстров с монгольским колоритом. Еще было обеспечение и конвой. Не больше полусотни, в общем, вооружённых, а все остальные – около полутысячи рабочих-рабов, которых загоняют сюда на работу. Транспорт, колёсная техника.

Военных там нет. Похоже, монголы не собирались сражаться в реальном мире, а просто собирались расчистить путь для своих работяг внутри. Сейчас большинство этих «расчищателей» полегло. Я видел через Шнырьку, как твари тут и там добивали добытчиков.

У монголов явно что-то пошло не так, и сначала поодиночке, а потом группками, они направились в сторону выхода, невзирая на побои надсмотрщиков, и даже на многочисленные убийства. Я так понимаю, это в основном были рабы, потому что большинство из них имели вполне славянскую внешность. Ну, что же…

– Значит так, – я махнул рукой, вкратце описав свой план.

И мы двинулись вперёд, быстро нагнав группу монголов, и быстро уничтожив вооружённых надсмотрщиков.

– Имперцы есть? – крикнул я.

И тут же вверх потянулось несколько рук. Грязные, худые и забитые люди явно были нашими соплеменниками.

– Забирайте оружие, – кивнул я. – Но не лезьте вперед. Всё сами сделаем.

Через полтора часа мы собрали почти три сотни невольников, которые ковыляли за нами. Наша же группа разделилась. Новые твари, хоть и не лезли, но старые всё ещё бегали. Поэтому я зачем-то взвалил на себя ещё и эту ношу. Спроси меня, я бы не знал, что ответить. Но сделал то, что сделал, поэтому пойдём до конца.

Вот отсвечивает Разлом, у которого стояли два вооружённых врага. Видимо, чтобы не впускать внутрь лишних, и не выпускать тех, кто бежит. Потому-что рядом с ними лежала дюжина мертвых рабов, которых эти уроды убили, но не выпустили наружу.

Щелчок арбалетов, и монголы превращаются в подушечку для иголок, падая замертво.

– Мне нужно тридцать секунд, – повернулся я к Катерине, которая выглядела возбуждённой, но довольной. Девушка нехило так подзарядилась, пропуская через себя души тварей, и собирая их силу.

Она оказалась отличным бойцом, и умело чередовала смертоносные уникальные техники с исключительными навыками ближнего боя. Глядя на неё, я сомневался, что даже опытный Астахов сможет ей что-то предложить. Хороший из Кати получился Истребитель – годный!

После моего предупреждения она больше не трогала людей, поэтому плюс перешёл в минус, и она сейчас была бодра и весела.

– Досчитайте до тридцати, а затем выходите.

И, о чудо, Катя уже не спорила, а лишь утвердительно кивнула.

Шнырька показал, что творится снаружи. Я выскочил наружу, призвав в нужных местах нужных тварей. Два пещерных медведя, полсотни крыс, четверка броненосцев, и несколько птиц за восемнадцать секунд уничтожили немногочисленных оставшихся снаружи боевиков.

Я поднял руку и закричал.

– Не бойтесь, мы вас не тронем! Я – барон Галактионов, гражданин Империи. Все, у кого есть желание, могут пройти с нами в сторону границы. Не обещаю, что всех вас пропустят на территорию Империи, но я постараюсь это организовать.

Тут же я продублировал это на монгольском. И увидел, как собравшиеся бежать люди повернулись ко мне, глядя в глаза с трепетом и надеждой. А когда из Разлома посыпались сперва мои бойцы, а потом живые и невредимые их собратья по несчастью, они вообще оживились.

Я окинул все вокруг взглядом. Здесь стояло несколько машин, больше похожих на длинномеры для перевоза скота. Собственно говоря, эти люди скотом и являлись для своих хозяев. Дюжина цивильных автобусов, видимо, для перевозки Истребителей, и четыре полувоенных внедорожника.

– Кто может водить машины? – громко крикнул я, и вверх потянулось сразу несколько рук.

Шнырька не показал вокруг никакой опасности. Похоже, это подразделение монгольских «истребителей» было самодостаточным. А доложить о том, что что-то пошло не так, никто не успел.

Ещё полчаса мы потратили на то, чтобы осмотреть машины, раздать найденную еду истощённым людям, и разместить их по машинам.

Сразу после выхода из Разлома я увидел кучу пропущенных от Анны и Волка. А когда перезвонил, понял, что в Иркутске творится что-то невообразимое.

Анна и Волк сделали всё, что могли. Надеюсь, этого хватит. Вот только в моих интересах добраться туда, как можно быстрее. А пробираться через почти шесть сотен километров по дорогам сомнительного качества – было плохой идеей.

– Командир, – рядом образовался Дима Москаленко – в обычное время командир группы «Альфа», но уж слишком хорош он был в Разломах, поэтому, скрепя сердце, Волк отдал мне его в «разломщики» с условием, что когда он не будет нужен мне, он его заберёт себе. – Смотрите, – он развернул карту. – В двадцати двух километрах отсюда, на юго-востоке, находится военный аэродром Монгольских ВВС. Оттуда мы доберёмся гораздо быстрее.

– А ты умеешь водить самолёт? – хмыкнул я.

– Не только я, – пожал плечами Москаленко. – Кроме меня, умеют ещё трое.

– Захватить военный аэродром монгольского ханства с дюжиной людей? – широко усмехнулся я.

– Проще простого, – продолжил мою мысль улыбающийся Москаленко.

Катя недоумённо переводила взгляд с меня на моего бойца, пытаясь понять – шутим мы или нет. Я посмотрел на неё.

– Катя, при всём уважении, но ты с нами не пойдёшь.

– Почему это?

– По двум причинам. Я не могу рисковать твоей жизнью, а только своей…

– Пфф!!! – сказала Катя, – Расскажи это кому-нибудь другому.

– Ладно, есть вторая причина. Вот их, – я посмотрел на несколько сотен измождённых людей, которые смотрели на нас с надеждой, – вряд ли пропустят через границу самих. Думаю, что сперва будут против монгольские пограничники, а затем уже наши. Вот только что-то мне подсказывает, что княжна Андросова сможет сначала «убедить» монголов, а затем заставить наших хотя бы выслушать тебя. Ведь так?

Катя глубоко вздохнула, и согласно кивнула.

– Хорошо, я сделаю это. Но, Галактионов, я теперь от тебя не отстану. У меня к тебе есть очень много вопросов. Считай, что сейчас я делаю тебе одолжение, и планирую в качестве ответной любезности получить ответы на свои вопросы.

– Всё будет, Катюша, не волнуйся.

Я бесцеремонно притянул ее к себе, и неожиданно поцеловал в губы. У меня даже лицо почти не дёрнулось от той боли, что мне это доставило. Но глядя в глаза изумленной девушке, я понял, что оно того стоило.

– Ну, а что? – рассмеялся я. – Мы как бы пожениться, вообще, собирались. Я думаю, нам позволен один невинный поцелуй.

Девушка молча захлопала глазами, а затем непроизвольно дотронулась пальчиками до своих губ. Подозреваю, что это был первый поцелуй в её жизни. И пока Катерина никак не отреагировала на него, я махнул рукой.

– Москаленко, четыре бойца в распоряжении у княжны, и давайте уже выдвигаться!

Дмитрий отдал приказ, и четверо «разломщиков», быстро убрав арбалеты за спины, подхватили трофейный огнестрел, и окружили Екатерину.

Мы же запрыгнули в два подготовленных для нас джипа, и машины стартанули в сторону монгольского аэродрома, обитатели которого, уверен, жаждали поближе познакомиться с бароном Галактионовым.

Зазвонил телефон. Я взглянул на абонента. «Анюта».

– Да, солнышко?

– Саша, гвардия говорит, что на нас нападут через пятнадцать минут.

– Что?! Кто?! Кто остался из бойцов?

– Говорят, что летит двадцать четыре вертолета, но первыми усадьбы достигнут две двойки штурмовиков.

Я выругался в сторону, а Анна продолжила.

– Волк оставил две группы с Зыкиным и Караваевым, а еще есть Ким и Свиридов.

– Отлично! – хмыкнул я. – Выдергивай из подвала Бурбулиса.

– Хорошо, а кого из гвардейцев позвать для инструктажа?

– Гвардейцев? – я довольно рассмеялся. – Не нужно гвардейцев! ВЫПУСКАЙТЕ ОДИНА!!!