Солнце светило в спину, от этого было приятно и тепло. Погода для середины сентября стояла отличная, +25 градусов. Можно было подумать, что сейчас лето, если бы не начавшие опадать листья. Река Бешенка извивалась как лента, вокруг всё дышало свежестью. Далеко впереди виднелись высокие отроги и скалистые выступы горы Ачишхо, на которых торчали одинокие сосенки.

По дороге в сторону гор шли молодые парень и девушка с рюкзачками за плечами. Антон, так звали туриста, был одет в оранжевую толстовку с капюшоном, джинсы и кроссовки. Внешность довольно приятная — волнистые рыжеватые волосы и голубые, как арктические льдинки глаза с длинными светлыми ресницами. Парень буквально бредил горами, часто бродил по непроходимым тропам, поэтому находился в прекрасной физической форме, ловкий и сильный. Походы по горным маршрутам и ночевка в палатке под звёздным небом, лучше всего в одиночку, — вот лучший отдых, как он думал. Антон раньше пытался отдыхать в компании друзей, но ситуация напоминала басню Крылова про лебедя, рака и щуку. Один парень хотел заниматься рафтингом, другой — валятся в номере с компом, изредка выходя на балкон, чтобы выпить чашку кофе и сделать селфи на фоне гор. Третий вопрошал: «Где тут бар с красотулечками?». Молодой человек понял, что это не отпуск, а порча нервов. Вот если путешествовать с любимой девушкой, это — совсем другое дело, но пока в отношениях он не состоял.

Антон потихоньку взглянул на девушку, которая шла рядом. Она была совсем не в его вкусе. Очень на любителя, скажем честно, эта девушка. Молодому человеку всегда нравились стройные светловолосые красотки с карими глазами, а его спутница ни в коей мере не соответствовала идеалу. Невысокая, довольно полная, с пышными формами брюнетка, смуглая, с темными, будто матовыми, небольшими глазами, аккуратным прямым носом и довольно низким лбом. Ещё две толстые косы на прямой пробор до пояса… М…да. Как же её зовут? Какое-то необычное имя… Да к тому же неразговорчивая, идёт молча и о чём-то сосредоточенно думает.

Антон вспомнил, как он вчера познакомился с попутчицей. В гостинице, где он остановился, была прекрасная баня на дровах в отдельном большом коттедже. Там собралась большая компания из разномастных туристов, перезнакомились в парной, а потом все пили глинтвейн за столиками на улице под ясным звездным небом, много шутили и смеялись. Антон поделился с новыми знакомыми, что хочет завтра посетить краснополянские дольмены, те, что находятся выше по течению Бешенки. Но у молодых людей были другие планы, они собирались прыгать с тарзанки в ущелье у Форелевого хозяйства, и только эта девушка заинтересовалась маршрутом и напросилась в попутчицы. Антон надеялся, что она передумает, но утром новая знакомая уже ждала его во дворе гостиницы, чтобы вместе отправиться в горы. Ничего не поделаешь, никто его за язык не тянул. Пришлось взять с собой на маршрут эту странную необщительную девицу. Еще бы вспомнить, как же её всё-таки зовут.

— Меня зовут Мадина, — как будто прочитав его мысли, сказала девушка и неожиданно улыбнулась.

Парень отметил, что она внезапно показалась ему гораздо более привлекательной. Что за ерунда такая творится, новая знакомая начала ему всё больше нравиться. Он уже хотел ещё раз представиться, но спутница продолжила:

— А тебя зовут Антон, я отлично помню имена людей, которые мне симпатичны.

Парень почувствовал себя польщенным и тоже улыбнулся. Напряженность, царившая ещё минуту назад между ним и Мадиной, начала постепенно таять. Тем временем они дошли до развилки. На одном указателе было написано — «Дольмены», а на другом — «Ачипсинские водопады 0,8 км».

Молодые люди остановились и обсудили ситуацию. Они колебались, куда им лучше направиться. На дольмены нужно было идти по правому берегу Бешенки, а на водопады — по левому. Мадина сказала:

— Лучше, наверное, пойти к водопадам, интересно на них взглянуть, к тому же 0,8 км — это же недалеко. А потом можно перейти Бешенку через мостик и посмотреть на дольмены.

Но парень колебался. Тогда спутница добавила:

— Между прочем, вход на дольмены платный. Это считается территорией Кавказского заповедника.

— Ну хорошо, — подумав, согласился Антон. — Давай быстренько сходим на водопады, а затем пойдём к дольменам.

Ему только показалось, или Мадина чему-то обрадовалась?

Пара пошла по левому берегу реки. С одной стороны дороги был глухой забор, за которым рос фруктовый сад, с другой журчала Бешенка. Дорога шла в гору. Через некоторое время путешественники зашли в лес, состоящий из ольхи, дубов и грабов, кое-где росла дикая груша и черешня. Местность выглядела живописной. Впереди виднелись поросшие соснами горы с выходами гранита.

— Что такое — дольмены? — спросил спутницу Антон. — Я их видел в Геленджике. Похожи на большие каменные скворечники с отверстием посредине. Не понимаю, для чего они были нужны.

— Дольмен переводится с кельтского — каменный стол, — сказала Мадина. — Мнения существуют разные. Одни считают, что это древние могильники, но кости там не найдены. Эти сооружения встречаются по всему побережью. Скорее всего, они использовались для определенных ритуалов.

В этот момент попутчики увидели обломки моста через Бешенку. На другой стороне реки стояла будка, в которой никого не было. Судя по объявлению, в сезон там продавали входные билеты на посещение территории, где расположены дольмены.

— Надо же, река снесла мостик, и теперь попасть на другую сторону невозможно, — заохала Мадина. — Какая жалость! Наверное, река называется Бешенка потому, что когда она разливается, то сметает всё на своем пути.

Антон почувствовал раздражение. Напрасно он поддался на уговоры девушки. Вслух парень сказал:

— Ну что же, давай хотя бы к водопадам сходим. Там ещё какая-то купель есть, вот я вижу указатель.

— В другой раз можно посмотреть на дольмены, — предложила Мадина, заметив, что парень расстроился.

— Боюсь, что уже не в этом году, — ответил Антон. — Я завтра переезжаю в другую гостиницу, в Розу Хутор, это довольно далеко отсюда. А потом возвращаюсь обратно в Питер, уже и билеты купил на самолёт. Мадина, а ты откуда приехала?

— Я учусь в Краснодарском университете на экономиста, — ответила девушка.

— Мне кажется, ты похожа на местную жительницу, — заметил Антон.

— Так и есть, — нехотя ответила Мадина. — У меня здесь имеются родственники, они живут в ауле. Мы шапсуги, малочисленный народ. Но наши предки много веков обитали в долине Мзымты и Бешенки.

— А ты решила уехать отсюда? Вокруг же такая красота! — удивился Антон.

Мадина внезапно помрачнела.

— У родственников просторный дом и фруктовый сад. За аулом могилы предков. Вокруг фееричная природа, аж дух захватывает — горы, облака и небо! Но у нас там нет работы и негде учиться. Вот и пришлось уехать в Краснодар.

Антон понимающе кивнул.

Молодые люди тем временем вышли на поляну. Там их ожидал сюрприз в виде прикрепленного к дереву плаката с туристическими маршрутами. Длительность маршрута до Ачипсинских водопадов была обозначена — 12 километров.

— Не может быть! — воскликнул Антон. — До водопадов еще пилить и пилить. А было написано, что меньше километра! Да мы за день даже не успеем, это же всего-то 24 км по горам, если считать туда и обратно. Скорее всего, взглянуть на водопады нам сегодня не удастся.

Что же за день-то сегодня такой, все планы прахом.

— Давай сходим к купели, судя по схеме это недалеко, — предложила неунывающая Мадина.

— Ничего другого нам не остаётся, — ответил Антон. — Одно утешение — вокруг очень красиво, я даже рад, что мы сюда пошли.

— Конечно, — кивнула Мадина. — Я раньше была на дольменах, там всё по другому, выглядит довольно мрачно. Возможно, потому что рядом расположены сплошные могильники. Хотя захоронения древние, всё равно чувствуешь какую-то печаль. Здесь же картина более радостная.

На другом берегу реки местность становилась всё более гористой. Выступы гранита подходили прямо к воде. Отроги Ачишхо тоже становились всё ближе.

— Какой чудесный пейзаж! — воскликнула Мадина. — Я хочу сфотографироваться.

Она подбежала к краю Бешенки и забралась на большой камень, покрытый мхом.

Антон сделал несколько снимков. Потом он вместе со спутницей принялся рассматривать, что получилось.

— Что за ерунда! — сказал парень. — За твоим плечом, Мадина, на фоне скалы проявилось лицо мужчины.

— Правда, похоже, — удивилась девушка. — Как будто молодой мужчина с длинными волосами. Но если посмотреть не на фото, а на саму скалу, то на ней ничего нет.

— Наверное, это игра света и тени, — предположил Антон. — Просто померещилось.

Молодые люди продолжили путь, но купели всё не было.

— Где же она, в конце концов? Я устала. Если смотреть по плану, то купель недалеко, — начала капризничать Мадина.

Наконец показалось нечто, похожее на купель. Но и тут молодых людей ожидало разочарование. Объект не оправдал ожиданий.

— Я думал, это каменная чаша, заполненная водой, — поделился Антон. — А вижу просто искусственно сделанную заводь. Летом, вероятно, здесь можно искупаться. Но сейчас уже сентябрь. Остается только отдохнуть на скамьях, которые сделал какой-то добрый человек, и полюбоваться окружающей природой.

Между тем, около купели собралось довольно много разномастных туристов. Молодая девушка расположилась прямо на траве и кормила грудью малыша. Её подруга выбирала ракурс для наиболее удачного кадра. Ещё одна дама сидела на скамейке и смотрела на купель с мрачным видом, как будто намеревалась утопиться. На пригорке любительница йоги делала дыхательные упражнения. Подошли также молодые супруги с ребёнком, который везде лазил и визжал от радости. Словом, было довольно суетно.

Верхушка горы, казалось, находилась совсем близко. Было видно, как по склону передвигаются альпинисты.

— Здесь дурдом, — мрачно заметил Антон. — Давай прогуляемся дальше по тропе.

— Хорошо, — кротко согласилась Мадина. — Погода замечательная, природа — красивая. Отчего не прогуляться?

Девушка подошла к одному из деревьев. Надо отдать должное, вся растительность была весьма живописной.

— Эта ольха считается энергетически сильной, — сказала Мадина.

— Почему? — удивился Антон.

— Из одного корня выходят сразу четыре ствола. Так что можно загадывать желание.

— Ладно, — согласился парень, — почему бы не загадать? Если бы ещё сбывалось. Ты в это веришь?

— У нас, шапсугов, считается, что в деревьях живут духи. В старые времена мы поклонялись священным рощам. Особенно тем деревьям, в которые попала молния. Те вообще считались культовыми. А ещё люди, в которых попала молния, предполагалось, что они особые. Вот в моего предка попала молния, но он выжил, — вздохнула Мадина. — И теперь наш род считается священным.

— Раньше ты стала бы вождём племени, — улыбнулся Антон. — Или женой вождя.

— Или дочерью, — добавила девушка.

Они вышли еще на одну полянку. Там к дереву опять была прикреплена памятка туристам.

— Что я вижу, — наморщив лоб, прочитал Антон. — Написано, что мы находимся на территории заповедника и за это предлагается заплатить по коду через телефон, причём сделать это добровольно и по-хорошему.

— Тут ещё фотографии медведей и медвежат, — произнесла Мадина.

— А это самое интересное из размещённой здесь информации. Памятка, как вести себя, если посчастливится встретить в лесу медведя. Что же предлагается? Шуметь на маршруте, возможно, медведь и испугается.

— А если нет? — заинтересовалась Мадина.

— А если нет, — продолжил Антон, — тут предлагается ещё интересный вариант — лечь в позу зародыша и притвориться мёртвым. Возможно, медведь потеряет к вам всякий интерес.

— А если всё-таки не потеряет? — допытывалась Мадина.

— Тогда есть еще один вариант, последний, — боритесь за свою жизнь изо всех сил. Может, вам повезет, удача будет на вашей стороне, и вы победите медведя.

— Да уж, — сказала Мадина. — Кто писал такие советы? В глаза бы посмотреть. Главное, заплатите за нахождение в заповеднике и гуляйте себе спокойно, мы же вас предупредили.

Антон скептически взглянул на спутницу, маловероятно, что невысокая полненькая Мадина сможет убежать от медведя. У него, Антона, большие сомнения, что и он в состоянии справиться с диким зверем.

— Ну, наверное, хорошо, что мы не пойдем на водопады. Просто погуляем и вернёмся в гостиницу. Вряд ли здесь, так близко к людям, бродят дикие животные.

Девушка заинтересовалась большим гранитным валуном на берегу реки.

— Очень похоже, — сказала она, — что камень обработан. Смотри, какая гладкая поверхность, никакая река так не отшлифует.

— Может, это часть какого-то древнего захоронения, даже дольмена, — предположил Антон. — Интересно, здесь бывают археологические экспедиции? Мне кажется, вокруг можно найти столько раритетов. Вот, например, посмотри на скалу на противоположной стороне Бешенки, там три выступа находятся параллельно друг другу и они очень гладкие, как лист бумаги. Неужели это природа так постаралась? Похоже на то, что поработали каменотёсы. Но как это возможно? Они же очень высоко расположены и огромные по площади.

— Игра сил природы, — пробормотала Мадина.

— Никогда не поверю, — горячо возразил Антон. — Невозможно, чтобы так параллельно друг другу были отполированы три поверхности сами по себе. По-моему, это нереально.

Антон вдруг подумал, что в этих местах присутствует некая мистика. Да и Мадина показалась ему совсем непростой девушкой, у неё явно есть какая-то тайна.

Он ещё раз бросил взгляд на необычную скалу. Ему показалось, что между параллельными поверхностями скалы есть тёмное пятно, похожее на вход в пещеру. Или это просто тень?

Мадина опять как будто угадала его мысли. Девушка сказала:

— У меня такое впечатление, что в этих горах есть пещера. Или это тень такая, похожая на вход в виде двери. Может, просто кажется?

Они прошли ещё немного вперёд. Через Бешенку в этом месте был перекинут мост. Река здесь выглядела особенно широкой и бурной. Если идти по дороге через этот мостик, то дальше узкая тропка вела по направлению к Ачипсинским водопадам. Дорога шла в гору, поэтому путь был, видимо, нелёгкий.

Девушка забралась на мостик. Оттуда открывался замечательный вид на окрестности. Внизу журчала Бешенка. Бирюзовая вода весело бежала между гранитных глыб, образовывая что-то, напоминающее пороги. К спутнице присоединился Антон.

— Пора возвращаться, — сказал он. — Жаль, что по берегу отсюда не пройти к дольменам, слишком высокие здесь скалы вдоль другого берега Бешенки. Ну, да ладно, прогулка получилась совсем неплохая.

Мадина молча кивнула. Лёгкая тень недовольства промелькнула на её личике.

Антон отметил про себя неожиданно мрачное настроение девушки. В чём же дело? Они уже повернули обратно, когда парень неожиданно предложил:

— Мне всё-таки кажется, что в скале есть пещера. Время ещё не позднее. Не желаешь взглянуть, так ли это?

Мадина ответила, что да, она с удовольствием посмотрит что там такое. Антон почему-то ожидал от неё именно такую реакцию.

Они направились по направлению к странной скале. День был в разгаре. Ярко светило южное солнце. Весело журчала вода, переливаясь на свету, как драгоценные камни. Лес, состоящий в основном из ольхи выглядел, как будто его изобразил талантливый художник. Вокруг были живописные гранитные скалы с острыми выступами.

Карабкаться наверх было довольно тяжело, особенно досталось не очень спортивной Мадине. Она цеплялась за кусты, чтобы не поскользнуться и не упасть.

— Там есть пещера! — воскликнул Антон, когда они почти достигли цели. — Нам не показалось, когда мы были на той стороне. У пещеры вход, напоминающий дверь! Скоро мы дойдем и посмотрим, что там внутри!

Мадина молчала, так как подъём ей давался очень нелегко. На самом верху в гранитной скале были вырублены ступени. На небольшой площадке виднелось нечто, похожее на чашу, которую выдолбили из камня. Всё это напоминало творение рук человеческих.

Наконец, Антон подошёл ко входу и подал Мадине руку, помогая ей войти. Пещера была небольшая, длинная и узкая. Вход напоминал дверной проем. Не успели молодые люди толком оглядеться, как погода в корне поменялась. Раздались раскаты грома. Небо затянуло тучами и полил дождь как из ведра. Не могло быть и речи, чтобы при таких обстоятельствах уйти отсюда.

— Неожиданно, — удивился Антон. — Ничего не предвещало такого поворота. Только что светило солнце и вдруг такой дождь. С чего бы это?

За порогом пещеры было настоящее светопреставление. Антон и Мадина находились в недоумении. Как долго это продлится? Что за сюрпризы природы такие? Антон решил развести костёр. Молодой человек собрал небольшое количество веточек, которые были разбросаны по пещере и зажёг их. Спички, к счастью, он всегда носил с собой. Судя по всему, здесь до этого тоже кто-то разводил костер.

Антон решил изучить пещеру. Она была небольшой, длинной и узкой.

— Похоже на кем-то вырытый тоннель, — поделился своим мнением парень. — А в конце этого хода — камень. У меня такое впечатление, что за ним что-то есть.

Антон попробовал отодвинуть камень, который был сопоставим по размерам с его ростом. К удивлению, глыба легко поддалась усилиям. Молодые люди с интересом выглянули наружу и оказалось, что они вышли из пещеры с другой стороны горы.

Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Внизу сновали люди в бурках, в сапогах и с саблями. Около реки паслись лошади.

— Я не понял, — удивился Антон. — Что это такое? Кино что ли снимают?

Мадина неожиданно заплакала.

— Что это с тобой? — поинтересовался парень. — Чего ты ревёшь?

— Я боюсь, — ответила попутчица. — Ты себе не представляешь, что теперь будет!

— Барышня, ты что-то не договариваешь? — спросил Антон, нутром чувствуя, что ему удалось опять вляпаться в какую-то историю.

— Я не знаю, как тебе это сказать…, — всхлипнула Мадина.

— Ну, говори уже… как есть, — вопросительно глядя на девушку, сказал Антон.

Мадина, замкнувшись в себе, молчала. Пауза затянулась.

Внизу послышалась стрельба. Воинственного вида мужчины оседлали коней, обнажили сабли и поскакали в сторону гор.

— Мой род — очень древний, — вдруг начала рассказывать девушка. — Прапрадед и дед, а также их предки мужского пола были вождями нашего народа. Мой отец тоже, только он умер. Вообще, мой род вымирает. От всей большой семьи остались только я с дедом и мой дядя с моей двоюродной сестрой, которая сейчас вышла замуж и ждёт ребёнка. Но наша семья боится, как бы с ним что-нибудь не случилось… тем более, что это мальчик.

— А почему с ним что-то должно случится? — заинтересовался парень.

— У нас уже давно умирают мужчины, причём всё в более и более молодом возрасте, такое вот несчастье. А всё потому, что это проклятье скоро выкосит весь наш род.

— Какое ещё проклятье? — спросил Антон, который настороженно относился к подобным разговорам.

Мадина вздохнула. Она опять замолчала, видно было, что разговор даётся ей нелегко.

— Это случилось перед началом кавказской войны, в XIX веке. У нас, шапсугов, принято было поклоняться духам, которые обитают в священных деревьях. В большие праздники или перед походом на войну всё село собиралось в особой роще, где поклонялись духам предков. На поляне перед священным дубом собирались только вожди и шаман. Они совершали ритуал на удачу и приносили жертву, чаще всего — барашка, мясом которого потом угощали всех желающих. Так вот, во время священного обряда мой прапрадед, вождь нашего народа, поссорился со своим дальним родственником и они оба выхватили кинжалы. Шаман хотел успокоить их, но не успел. Мой предок в порыве гнева зарезал своего родственника. Жена убитого находилась в положении. Она была в таком горе, что не справилась со своими эмоциями, пошла и бросилась со скалы. Но перед этим прокляла моего прадеда и весь наш род. И всё это в священный для нас, шапсугов, праздник.

— Вот красава, — присвистнул Антон. — И теперь на вас висит проклятье. А что, я в такие вещи верю. А вы не пробовали как-то избавиться от этого негатива?

— Пробовали, конечно, — ответила Мадина, — но безрезультатно. Становится всё хуже и хуже. Поэтому мой дед посоветовался со старейшинами, и они нашли один метод, но он очень опасный.

— Надо же, опасный, — повторил Антон. — И какой же?

— Метод магического реализма, — пояснила Мадина. — Нужно вернуться в прошлое и предотвратить событие, из-за которого было наложено проклятье.

— Всего-то, — скептически прокомментировал Антон. — А тебя выбрали для осуществления этого великолепного плана?

— Больше некого, — грустно сказала Мадина. — Моя двоюродная сестра беременная. Сделать то, что я сказала, может только женщина из нашего рода. Так что только я могу попытаться снять это проклятье, если, конечно, всё получится, и я останусь жива.

— Так, а я не понял, что же, всё-таки, с нами произошло?

— Старейшины сказали, что в отрогах Айчишхо есть портал. Два раза в год, на осеннее и на весеннее равноденствие, можно попасть в другое время и решить проблемы, нити которых уходят в прошлое. Старейшины сделали жертвоприношение, и духи сказали им, что у меня всё должно получиться, и для этого мне дадут помощника. Я сама пойму, кто это будет.

— И этот помощник — я? — возмутился Антон. — А мы вообще-то где сейчас находимся?

— Во второй половине XIX века, если я правильно поняла.

— То есть меня втянули в эту аферу с перемещением в другое время и пытаются заставить помогать тебе решать непростую ситуацию с семейным проклятьем, даже не спросив, согласен ли я? — рассвирепел Антон. — А если у меня другие планы? Между прочем, так и есть. Скоро у меня день рождения, и я хочу встретить его со своей невестой, очень хорошенькой блондиночкой. (Что было чистой воды неправдой), а не бегать по аулам в XIX веке. Так что нет, нет и ещё раз — нет! Вы уж сами как-нибудь решайте свои проблемы!

Антон подошёл к камню, загораживающему вход в пещеру и попытался его отодвинуть, чтобы вернуться в наше время. Но не тут-то было! Камень, который так легко отодвинулся, чтобы пропустить их через портал, стоял намертво и сдвинуть его не представлялось возможным.

«Похоже, дорога в одну сторону», — выругался про себя Антон. Он с немым укором посмотрел на Мадину, девушка сердито отвернулась.

— Ну, хорошо, — сдался Антон. — Чего ты набычилась? Скажи уже, что надо сделать. И когда, наконец, откроется этот портал, чтобы вернуться в наше время? Мы что, тут Новый год встречать будем?

— Конечно, нет, — Мадина сменила гнев на милость. — Мы должны изменить ситуацию, которая привела к проклятью и можно возвращаться. А портал откроется через 5 дней, если у нас всё получится.

— А если нет?

— Духи нам помогут, они обещали, — упрямо поджав губы, ответила Мадина.

«Боже мой, всякое бывало в моей жизни, но чтобы так влипнуть! И если бы мне, хотя бы, нравилась эта девушка», — подумал про себя Антон, но благоразумно промолчал. Вслух он сказал:

— А чего же мы сидим? Давай действовать, а то за 5 дней мы можем и не уложиться. Ты же не хочешь остаться в XIX веке?

— Нет, конечно, — поспешно ответила Мадина. — Я домой хочу, хочу вернуться в университет к моим друзьям.

— Ну, хорошо, тогда говори, что нужно сделать, — смягчился Антон.

— Не знаю, — честно ответила девушка, начавшая опять заметно нервничать.

— Замечательно! Я ещё и должен всё сам решать! Духи подскажут, духи помогут! — передразнил Антон.

Мадина бросила на него испепеляющий взгляд. Антон предложил:

— Нам, наверное, нужно переодеться, иначе мы привлечём ненужное внимание странной одеждой. И потом, как нам разговаривать с людьми? Я владею только русским и английским, последним — не очень.

— По поводу общения можешь не волноваться, я отлично говорю на языке шапсугов, а он с XIX века почти не изменился. По поводу одежды я вспомнила, что нужно делать. Мы должны найти дом одной женщины, нашей дальней родственницы, и попросить её дать нам одежду.

Антон решил не расспрашивать, что будет, если они не найдут нужный дом, или женщина откажет им в помощи.

Молодые люди кое-как спустились по почти отвесной тропинке и пошли по направлению к деревне. К счастью, никто по дороге им не встретился. Через пару километров они увидели улицу, состоящую из небогатых хижин, расположенную на берегу реки Бешенки. Мадина уверенно выбрала один небольшой дом на отшибе. Это была небольшая белая, обмазанная глиной, хижина с крышей из тростника. Девушка сказала Антону, чтобы он спрятался в кустах, а сама постучала в дверь. Оттуда выглянула женщина в платке и пригласила Мадину зайти внутрь.

Девушки не было довольно долго. Антон не удержался, зашёл во двор и заглянул в окошко хижины. Он увидел скромно обставленную комнатку и очень старую бабушку в вышитой золотом на груди черкеске, которая вместе с Мадиной рылась в большом кованом сундуке, выбирая наряды.

Через некоторое время к изнывающему от нетерпения Антону вышла Мадина, одетая в национальный наряд, который очень ей шёл. Она стала выглядеть красивее и даже стройнее, вот какие чудеса может сотворить с девушкой народный костюм в отличие от джинсов. Длинное, расшитое искусной вышивкой на груди, платье бордового цвета, кованый пояс, украшенный бирюзой, тяжелые браслеты на руках и высокий головной убор, очень гармонирующий с лицом Мадины — всё это не могло не вызвать восхищения у Антона. Ему же достались простые сапоги, холщовые штаны, черкесский кафтан и шапка — папаха, которую обычно носят горцы. Бабушка дала с собой лепешки и копчёный сыр, а также бутыль с вином. Она ещё что-то горячо обсудила с Мадиной, энергично жестикулируя при разговоре. Девушка отдала Антону предназначенный ему костюм и предложила переодеться.

Когда они вышли из посёлка и пошли по лесной дороге, молодой человек, изнывающий от любопытства, наконец, засыпал Мадину вопросами:

— Как это бабушка отдала тебе такой роскошный наряд? Неужели твоё появление не вызвало никаких вопросов?

— У нас не принято задавать лишние вопросы гостю. Но я сказала, что мы с тобой бежали из Турции, где были в плену, и бабушка согласилась помочь. Я ей, правда, оставила в подарок своё золотое колечко. А она — посмотри какая прелесть — подарила мне этот фамильный медальон, сказала, что он мне сейчас нужнее.

Мадина продемонстрировала красивый медальон круглой формы с непонятными символами, надетый на шею.

— Замечательно. А мы сможем прихватить этот наряд с собой, это же просто бомба?

— Нет, мы не имеем права ничего взять в будущее. Нашу современную одежду мы должны спрятать, чтобы потом переодеться. Иначе мы не сможем вернуться в наше время. Например, вот за этим камнем.

Парень с девушкой вышли на полянку в лесу. Место было очень красивое. Внизу журчала река. На фоне голубого неба красовались горные вершины, местами покрытые снегом. Ещё кое-где встречались лесные цветы. На кустах виднелись поздние ягоды ежевики.

— Предлагаю перекусить, — сказал Антон. — У меня от голода живот к спине прилип, тем более, что нам дали с собой что-то очень вкусное.

Мадина с энтузиазмом согласилась, сообщив, что тоже очень проголодалась. Молодые люди разложили на упавшем дереве сыр и лепешки. Запах стоял просто потрясающий. «Умеют же южане готовить, — подумал Антон, — всегда уважал кавказскую кухню». Он с любовью посмотрел на бутыль с вином, которое не терпелось продегустировать. Надо дождаться Мадины, которая зашла в кустики, типа увидела там позднюю ежевику. Да, а куда же она запропастилась? Что-то её долго нет.

Антон нехотя поднялся и отправился искать девушку. Картина, которую он увидел, привела его в ступор. На траве в позе эмбриона лежала нарядно одетая Мадина, видимо, притворяясь мертвой, а над ней, не зная, что делать стоял медведь.

Парень принялся судорожно соображать, что предпринять. Можно попробовать напугать медведя. Но, где гарантия, что он не бросится на Мадину. Зверь непредсказуем. Девушка не сможет ни убежать, ни сопротивляться. Антон осмотрелся в поисках чего-то, похожего на дубину. Подходящая сучковатая палка лежала совсем недалеко от медведя. Успеет ли Антон, не привлекая внимания, добежать до неё и схватить?

В этот момент на дороге показались два всадника. Узрев вдалеке медведя, один из мужчин достал ружье и выстрелил в воздух. Зверь в панике бросился бежать, ломая на ходу кусты.

Антон вздохнул с облегчением и уже собирался выйти и поблагодарить от всей души спасителей, как увидел следующую картину, приведшую его в смятение.

Всадники спешились и подошли к Мадине, которая, судя по всему, находилась в полуобморочном состоянии. Мужчины о чем-то посовещались, после чего связали девушке руки. Антон с ужасом увидел, что к седлу одной из лошадей привязана веревка, которая тянется к группе девушек, тоже связанных. Они, видимо, пешком следовали за всадниками. «Наверное, это пленницы. И эти мужчины куда-то их ведут», — догадался Антон.

Тем временем Мадина очнулась и завизжала, пытаясь сопротивляться. Мужчина грубо прикрикнул на девушку и ударил её по лицу, после чего присоединил к группе пленниц.

Незнакомцы принялись что-то оживленно обсуждать. Один, видимо, предлагал двигаться дальше, другой же хотел остановиться на привал.

После ожесточенного спора решено было всё-же отдохнуть.

Один из всадников набрал в речке воды и напоил пленниц, которые выглядели измождёнными и жадно начали пить. Второй сел на траву и разложил нехитрую еду. Вскоре его товарищ присоединился к трапезе. Девушки сидели недалеко от них, даже не пытаясь сопротивляться или убежать. Одежда их была пыльной, волосы — растрёпанными, ноги — босыми.

«Мадина попала в плен, — судорожно соображал Антон. — События стали развиваться непредсказуемо. Нужно срочно её освобождать. Девушку жалко, да и я никогда отсюда не выберусь. Она не сможет решить сейчас свои проблемы, а другого раза может и не случиться. Но как же ей помочь? Я же не могу пойти с этой палкой на двух здоровых вооруженных мужиков».

Сумрак опустился на Красную поляну. Постепенно горы тёмным одеялом укутала ночь. На небе яркими огнями зажглись звёзды. Ясно был виден Млечный путь. Тишина и покой разлились вокруг. Но только не для Мадины. Дремали девушки-пленницы, связанные крепкими верёвками. Один из мужчин, которые захватили Мадину, спал около разожжённого ими костра, второй же бодрствовал и ворошил палкой догорающие ветки.

Девушка бодрствовала и думала, что же ей теперь делать. Положение было ужасным. По разговорам незнакомцев Мадина поняла, что мужчины, к которым она попала в плен, занимаются похищением девушек с целью нелегальной продажи в Турцию. Канал доставки был налажен, девушек горными тропами доставляли на побережье, а потом грузили на корабли и отправляли в чужую страну. Так что появился большой шанс очутиться где-нибудь в гареме Турции. Но такой расклад совсем не соответствовал планам Мадины.

Ну и денёк выдался сегодня! Одно прохождение через портал чего стоило! Да ещё этот Антон, вот ведь дали духи помощника! Вечно всем недоволен, сомневается и какого-то минимального желания помогать отнюдь не демонстрирует. Потом случилась ужасная встреча с медведем. Неожиданно пригодилась памятка, как вести себя в лесу при встрече с диким зверем. Хорошо, что у Мадины хватило ума притвориться мертвой, это обескуражило животное. Вот если бы она бросилась бежать, как первоначально хотела, то медведь начал бы её преследовать.

Только она вздохнула с облегчением, увидев вооруженных мужчин, которые спугнули медведя, как попала из огня да в полымя. Неизвестно, что хуже — стать жертвой дикого зверя или быть проданной в Турцию. Ведь если портал закроется, то она не сможет выполнить возложенную на неё задачу и вернуться назад, да ещё и окажется в рабстве. Но ничего, она же дочь вождя, и она справится! У Мадины не простая семья. Этот старинный род может пользоваться такими фишками, о которых простые люди и понятия никакого не имеют.

Приятно было встретиться со своей прапрабабушкой, та сразу поняла с кем имеет дело, у них в роду ещё и не такое бывало. Пожилая женщина дала Мадине несколько ценных советов, а также фамильный медальон, что очень мило с её стороны. Она подробно рассказала девушке, что той предстоит делать. Всё так хорошо складывалось, надо же было так вляпаться и попасть в плен. Что теперь будет? Да, а где же всё-таки Антон, почему он никак себя не проявляет? Неужели парень её бросил на произвол судьбы?

Время тянулось бесконечно. Взошла Луна. Костёр догорел и мужчину, караулившего девушек, сморил сон. У Мадины затекли руки, которые были жестоко перетянуты веревкой. Она попробовала пошевелить ими, но ничего не вышло. Нечего было и думать, чтобы попробовать освободиться самой.

Вдруг она услышала: «Псс!». Девушка увидела Антона и вздохнула с облегчением. Она поверила, что всё теперь будет хорошо. Парень попытался развязать девушке руки, но это было очень трудно. Веревки были толстые, а узлы затянуты умело. В это время проснулась ещё одна пленница и от неожиданности вскрикнула. Это разбудило мужчину, задремавшего было около костра. Он молниеносно подскочил и бросился на Антона. Его напарник, который тоже проснулся, судя по всему, был сильно пьян и не мог ориентироваться в пространстве, он вяло выкрикивал какие-то оскорбления и не представлял особой опасности.

Антон раньше увлекался единоборствами, и теперь эти навыки очень пригодились. Мужчина, противостоящий ему, был рослый и сильный, настоящий джигит. Он выхватил кинжал, с которым, вероятно, никогда не расставался. Но у Антона были хорошие учителя, к тому же фактор внезапности играл на руку. Как можно выбить оружие из рук врага он отрабатывал много раз, и вот теперь этот навык пришёлся как нельзя кстати. Приём сработал безотказно, и вот уже кинжал отлетел на несколько метров в темноту. Мужчины катались по земле, но ни один из них не мог взять верх. Наконец, Антону удалось прижать противника к земле, от точного удара в висок враг на время потерял сознание. Парень не стал даром терять драгоценное время, он связал соперника его же ремнём. Второй мужчина попытался встать и прийти на помощь товарищу. Но поскольку он был пьян и еле стоял на ногах, Антону удалось справиться и с ним, хотя противник был физически очень сильный.

Вытерев пот со лба, Антон подобрал кинжал и с его помощью разрезал веревки на руках Мадины. В это время очнулся первый мужчина и попытался освободиться от пут. Антон схватил более прочную веревку, которой были до этого стянуты руки Мадины, и связал брыкающегося противника. Мадина отважно помогала, держа мужчину за ноги. Им удалось пресечь все попытки к сопротивлению.

— Надо бежать, пока они не очухались, — сказал Антон. — К тому же нам некогда, у нас дела. Предлагаю забрать лошадей, здесь такие большие расстояния.

Мадина согласилась. Она подошла и отвязала одну из лошадей.

— А девочки? — сказала она. — Их же надо освободить!

— Ах, да! — вздохнул Антон. — Есть же ещё и пленницы.

Девушки давно проснулись и с ужасом наблюдали за происходящим.

Молодой человек взял кинжал и перерезал веревки, которыми были связаны остальные пленницы.

— Девчонки! Чего сидим? Разбегаемся, разбегаемся! — бодро предложил Антон.

Но пленницы с недоумением смотрели на него, не понимая, что нужно делать.

Тогда Мадина что-то громко крикнула им на своём языке. Девушки завизжали и бросились в разные стороны.

— А что будет с этими мужчинами? — кивнул Антон на работорговцев. — Не съест ли их медведь, мы же не звери какие!

— Не съест. Утром доберутся до поселка, там им помогут освободиться, поживут немного в домике для гостей. У нас, шапсугов, есть такой обычай — мы должны принять путника, который попросился в гости, дать ему кров и еду, а главное — ни о чём не спрашивать. Но только три дня.

— Хороший обычай! — одобрил Антон. — А интересно, он в наше время тоже действует? А то ведь можно придти, сказать: «Мир вашему дому», поселиться и отдыхать за счёт хозяев.

Спутница не ответила, неопределённо пожав плечами.

Антон и Мадина сели на лошадей и двинулись в путь. Но тут же возникли неожиданные затруднения. Если лошадь Мадины легко поскакала по тропинке, то животное, управляемое Антоном, постоянно взбрыкивало, норовя сбросить седока.

— Мой конь совершенно не желает слушаться! — пожаловался Антон. — Возникает ощущение, что он меня просто ненавидит!

— Это не конь, а кобыла, — поправила Мадина. — А ты что, не владеешь верховой ездой?

— Можно и так сказать, — признался молодой человек. — Если честно — ни разу в жизни не садился на лошадь.

— Животное норовистое, — констатировала девушка. — Ты можешь не справиться.

Чтобы подтвердить эту мысль, кобылка опять взбрыкнула, и ей, наконец, удалось сбросить Антона.

Чтобы как-то решить проблему, Мадина предложила Антону пересесть к ней и скакать на лошади вдвоем. Девушка оказалась прекрасной наездницей. Её с детства учили верховой езде в родном ауле. Антону пришлось смириться с некоторым унижением и последовать совету, ситуация не оставляла других вариантов. Медлить было нельзя, и на уроки верховой езды не осталось времени.

Они где-то час блуждали по лесным тропам и в итоге заблудились. Посовещавшись, спутники решили остановиться на привал и дождаться рассвета. Они спешились. Антон прошёл немного вперед, чтобы сориентироваться. К его удивлению, оказалось, что совсем недалеко Бешенка. Поплутав ещё немного, парень с девушкой обнаружили, что вышли к купели.

— Вот и славненько, наконец, можно отдохнуть и перекусить, — сказал Антон, — хорошо, что я запасливый и прихватил с собой лепешки и бутыль с вином.

— Ты молодец, настоящий мужчина! Благодарю за то, что ты вытащил меня из лап торговцев невольницами. Я уже боялась, что окажусь в гареме какого-нибудь бея в Турции.

— Ты, безусловно, украсила бы чей-то гарем своей сияющей красотой. А вообще, хвали меня, мне приятно, — шутливо ответил Антон.

Они перекусили лепешками и сыром, запили всё вином.

— А ты пьёшь вино? — удивился Антон. — Вы же, шапсуги, мусульмане.

— Да, мы мусульмане, но всегда были виноградарями, поэтому пьём вино, да и шашлыки из свинины тоже едим.

— А ты отважная! Взяла на себя ответственность за судьбу рода. Отважилась пройти через портал, не зная, чем всё это закончится!

— У меня были ещё очень серьёзные личные причины, — грустно призналась девушка.

— Вот как. И какие же? — удивился парень.

Мадина грустно замолчала. Потом она нехотя ответила:

— У меня умерла мама. Вернее, она пропала, но мы думаем, что с ней что-то плохое случилось.

— Сочувствую. А что значит — пропала?

Девушка не отвечала. Антона вдруг осенило:

— Твоя мать что, решила отправиться через портал и не вернулась в наше время?

Мадина заплакала. Она сказала:

— Мы с дедом уговаривали её не делать этого, но она была очень упряма. Сказала, что должна это сделать — снять проклятье, иначе она не дождётся внуков и наш древний род угаснет. Она не заручилась поддержкой духов, ни с кем не посоветовалась. Мама не вернулась, и уже год мы не знаем, что с ней. Дед подозревает, что её уже нет в живых, но я не хочу в это верить. Я должна узнать, что случилось с мамой!

— Замечательно! — воскликнул Антон. — Что я узнаю? Оказывается, задача усложняется! Мы должны не только снять родовое проклятье, но ещё и разыскать твою маму. Неплохо, если учесть, что в запасе всего несколько дней, и у нас таким образом появляется полная возможность остаться здесь, в XIX веке, во время Кавказской войны. Тебе не кажется, что духи погорячились, когда предложили меня в помощники? Что ты на меня смотришь, как упрямая коза?

Мадина, не зная, что ответить, опять прибегла к своему безотказному оружию — слезам. Антон, который не выносил женских рыданий, немного смягчился.

— Перестань реветь, пожалуйста! Я всё понимаю, мать есть мать. Но пока не представляю себе, как мы сможем узнать, что с ней случилось. Ты мне даже не сказала, каким образом мы должны предотвратить это ваше проклятье.

Мадина была рада перемене темы. Она принялась излагать те сведения, которыми обладала:

— Завтра, в день осеннего солнцестояния, старейшины должны проводить обряд — жертвоприношение духам священного для нашего народа дуба. Именно там произошла ссора моего прапрадеда с его двоюродным братом, в результате которой один убил другого. Я не должна допустить, чтобы случилось это убийство, которое дало начало родовому проклятью.

— И каким же образом ты сможешь это сделать? — ехидно поинтересовался Антон.

— Я встану между ними и брошу платок, — важно ответила Мадина.

— И это всё? — изумленно поднял брови Антон.

— Конечно. У нас, шапсугов, существует культ уважения женщины. Существует много неписаных правил. Например, если селянка заходит в комнату, то мужчины должны встать. По нашим законам, если я брошу платок между конфликтующими, то они обязаны прекратить ссору!

— И ты в это веришь! Ну, предположим… А где должен быть этот обряд жертвоприношения, я так и не понял. Далеко ли?

— Около Зеркального озера, что по дороге на Ачипсинские водопады, есть священная роща, где растет дуб — покровитель нашего рода. Вот там и должен происходить этот обряд.

— Да уж, это не близко.

— Но у нас теперь есть лошадь! Мы должны успеть, если, конечно, ничего больше не случиться.

— Ну, хорошо, сейчас дождемся рассвета и отправимся в путь, мы не можем терять даром времени!

Антон встал и хотел положить оставшиеся лепешки и вино в вещевой мешок, привязанный к седлу лошади, справедливо полагая, что провизия еще пригодится. Его внимание привлек свёрток с чем-то тяжелым, лежащий на дне. Посмотрев, что находится внутри, парень обалдел.

— Ого! — воскликнул он, не сдержав эмоции.

— Что там такое? — вяло поинтересовалась Мадина, занятая своими мыслями.

Антон развернул перед изумленной девушкой свёрток — там находилось довольно много золотых монет.

— Вот это да! Мы забрали деньги похитителей девушек. Немало они, однако, насобирали. Выгодная у них оказалась деятельность, — констатировал парень.

Мысли у Антона приняли интересный и приятный оборот. Он мысленно прикидывал, сколько может стоить это золото. Тут много можно себе позволить — это и закрытие ипотеки и новые интересные поездки. Например, в Непал, как он давно мечтал. Может, не так и плохо, что он оказался с Мадиной. Это незапланированное путешествие может принести свои бонусы. В итоге он и поможет хорошей девчонке, и, заодно, решит свои финансовые проблемы. Вот он, закон кармы, в действии.

Мечты Антона прервала Мадина. Она сказала, что нельзя брать с собой эти монеты, иначе они не смогут вернуться в своё время.

— И ничего нельзя с этим сделать? — разочарованию Антона не было предела.

Девушка хитро улыбнулась.

— Что, есть какой-то выход? — с надеждой спросил Антон.

— Взять с собой это золото, мы, конечно, не можем, — сказала она. — Но никто не запрещает нам зарыть эту находку в каком-то приметном месте. Например, вот под этим большим камнем, обработанным какими-то каменотёсами. А вот когда мы вернёмся в своё время, нам никто не мешает выкопать клад, которые мы сами же сейчас и зароем!

— Гениально! — восхитился Антон. — Мадина, какая ты умная!

Девушка польщённо улыбнулась.

Они выбрали наиболее приметный камень и зарыли под него золото.

Антон пошел к реке, чтобы помыть руки. Вдруг он увидел странную процессию.

Навстречу по лесной дороге шла толпа местных жителей. В руках у предводителя, похоже, шамана, была лопата, к ручке которой поперёк привязана палка. На этой конструкции была прикреплена кукла, одетая в национальное платье, платок и даже украшения. Антона и Мадина, попавшиеся на пути процессии были щедро облиты водой.

— Что это такое было? — удивился Антон. — Чего это они надумали обливаться?

— Это древний традиционный обычай — обращение к силам природы, «ханцгуаше», — с важным видом пояснила Мадина. — Этот ритуал проводят для вызова дождя.

В это время куклу начали топить в реке, прижимая ко дну большими камнями. Одну из девушек хотели столкнуть в воду, но та начала сопротивляться, категорически отказываясь купаться.

— Они её что, утопить захотели? — с негодованием спросил спутницу Антон.

— Нет, конечно, — ответила девушка. — Это отголосок обычаев древности, когда божеству грозы приносили настоящие жертвы. Нужно просто столкнуть в реку девушку, разумеется, умеющую плавать, но чисто символически. Одно условие — девушка должна быть из рода, освящённого молнией. Ну как, например, я.

Между тем, выбранная для этой миссии девушка почему-то не горела желанием участвовать в обряде. Препирательства продолжались и перешли в крики и ругань. Обряд оказался на грани срыва.

Неожиданно для Антона Мадина что-то громко сказала на местном языке. Всё внимание группы людей сразу же переключилось на неё. Посовещавшись между собой, старейшины подошли к девушке. Антон напрягся, он не понимал что происходит. Мадину столкнули в купель под бурное одобрение толпы селян. Девушка не боялась воды и прекрасно плавала. Проплыв небольшой круг по купели она вылезла на берег. После чего шаман счёл обряд законченным и процессия удалилась, оставив куклу лежать в воде.

— Мадина, ты с ума сошла, да? — возмутился Антон. — Какого хрена ты полезла в воду?

— Почему бы не помочь соплеменникам вызвать дождь? — беспечно сказала девушка. — Претендентка категорически отказывалась, а больше некому. Я одна оказалась из священного рода, отмеченного молнией. Шаман сказал, что у них уже давно не было дождя, и это стало большой проблемой.

— Прекрасно! Вода холоднющая и спокойно можно заболеть, да и ты вся мокрая и дрожишь. Что теперь с тобой делать? — заворчал Антон.

— Понять, простить, — ответствовала юная особа. — Я сейчас немного подсушусь и мы отправимся дальше, к ачипсинским водопадам.

— Хорошая новость! А я уж было подумал, что ты мечтаешь задержаться в XIX веке на годик — другой. А доколе в реке будет лежать сия кукла? — спросил парень.

— Кукла будет лежать, пока не пройдёт дождь, — спокойно пояснила Мадина.

Девушка разделась в кустах до нижнего белья и разложила свое платье на траве для просушивания, сказав Антону, чтобы он не смел подглядывать. Также она распустила свои мокрые косы. Антон, проигнорировав запрет на подсматривание, не смог удержаться, умирая от любопытства. Девушка показалась ему очень привлекательной. Фигуристая такая, с тёмными густыми и блестящими волосами, длинной ниже колен.

Поскольку солнце припекало со всей энергией южных широт, парень тоже решил искупаться. К его удивлению, вода в купели прогрелась и была не такой холодной, как в реке Бешенке. «Кто бы мог подумать, что недавно мы гуляли по берегу купели еще в XXI веке», — размышлял парень, с удовольствием плавая в хрустальной воде. — Человечество сейчас лишено главного блага — чистой, не испорченной хлоркой питьевой воды. Да и единения с природой тоже. Не в пример шапсугам, детям гор.

— Девушки-пленницы, которых мы отпустили на волю, кто они и как попали в руки к работорговцам? — спросил он Мадину, расположившуюся в кустах по соседству.

Сам Антон растянулся на траве и загорал, лицезрея прекрасные вершины Ачишхо.

— К сожалению, некоторые криминальные личности раньше промышляли тем, что воровали наших красивых девушек и продавали в гаремы либо к турецкому султану, либо к его пашам. Пленницы, прожив в неволе долгое время, достигали определенного возраста, когда хозяин терял к ним интерес. Тогда их часто отпускали домой с богатыми дарами, снабжали золотом и серебром. Некоторые барышни, насмотревшись на таких богатых соотечественниц, сами были непрочь попасть в гарем. Но не те девушки, которых мы освободили, они искренне страдали от разлуки с родными.

Быстро высушив одежду Мадины на южном горячем солнце, спутники, устроившись вдвоём на лошади, тронулись в путь, в сторону Ачипсинских водопадов. Перейти на другую сторону Бешенки не представлялось возможным. Река в этом месте была полноводной, с бурлящими порогами. Мостика, в том месте, где в прошлый раз молодые люди переходили Бешенку, не оказалось.

— Ну и где мост? — вопрошал Антон. — Как теперь переходить реку, а?

Наконец, поблуждав вдоль берега реки, они нашли небольшой мост в другом месте, чуть подальше. Антон увидел вдалеке скалу с тремя каменными перьями и вздохнул. Неплохо было бы вернуться через портал обратно, а то эти приключения в XIX веке порядком поднадоели. Но Мадина, разумеется, ни за что не согласится. А бросить одну девушку — это неправильно, не по-пацански. У Антона был свой, неписаный кодекс чести, который он неукоснительно соблюдал.

Дорога шла в гору и давалась лошади все тяжелей и тяжелей. Путь проходил по краю пропасти, и от взгляда вниз захватывало дух. Через некоторое время ситуация зашла в тупик. Посреди тропы, полностью закрывая собой любую возможность продвигаться вперед, лежал огромный валун.

— Что делать? — расстроился Антон. — Здесь мы не сможем проехать, совершенно исключено. Это камнепад, детка.

— Можно попробовать вернуться и воспользоваться другой дорогой, через Хмелёвские озера. Так будет более безопасно. Нам придётся вернуться в наше время и двигаться с другой стороны.

— Время уже поджимает, — мрачно прокомментировал Антон.

— Ой, только не нагнетай, пожалуйста, — огрызнулась Мадина. — И без того тошно.

Но что поделаешь, пришлось повернуть и направить лошадь в сторону Хмелёвских озёр.

— Мы с тобой, Мадина, скачем на одной лошади, как два тамплиера. У рыцарей Храма первоначально была одна лошадь на двоих, как символ аскезы. Даже на своей печати они так изображены.

— Хочешь, чтобы в следующий раз мы отправились в эпоху тамплиеров, — прищурилась девушка.

— Нет уж, спасибо огромное, я пошутил. Мне приключений в XIX веке вполне достаточно. Не надо столько экстрима, — улыбнулся Антон.

Природа вокруг была более чем красивая, если не думать, что они едут снимать проклятье… Вокруг росли вековые деревья, нежно пели какие-то маленькие птички с яркими пёрышками, изредка проглядывали величественные вершины гор. Дорога, вернее лесная тропа, имела настолько крутой подъем, что лошадь периодически сердилась и отказывалась двигаться вперед. На одном отрезке даже пришлось спешиться и вести животное под уздцы. Справа и слева виднелись густые заросли папоротников, местами уже покрасневших. Лес был преимущественно буковый.

Путники уже совсем было замучились из-за тяжести подъёма, когда они увидели просвет и вышли на плато.

Высота была около 2000 метров. Веяло прохладой.

— Не жарко, — поёжился Антон.

Мадина, это дитя гор, никак не прореагировала. Она, похоже, вообще не мёрзла.

Взору открывался головокружительный пейзаж. Небо — ярко-голубое с облаками, напоминающими взбитые белки, и изумрудные вершины гор. Мадина и Антон принялись искать озера. Наконец, они увидели озеро круглой формы, частично заросшее и сливающееся с субальпийскими лугами. Запах душистых трав кружил голову. Кругом были ромашковые поля. Побродив, они обнаружили ещё несколько мелких озёр. Здесь, около Зеркального озера, по словам Мадины завтра, в день осеннего солнцестояния, и должен был состояться обряд.

Озеро было правильной формы. Благодаря нахождению в котловине, ветер не волновал его поверхность и проплывающие облака отражались в водоеме как в зеркале. Ни один ручей не вытекал из озера, а также не питал его своей водой. Негустой туман спустился и окутал всё вокруг. У берега паслись две лошади — рыжая и белая. Выглядело это мистически.

— Если бы я был художником, обязательно написал бы этот пейзаж, — произнёс потрясённый Антон.

Неожиданно из леса на открытую местность выбежала косуля и вновь скрылась в зарослях.

— Здесь водятся волки, медведи и даже рыси, — озабоченно сказала Мадина. — Надо быть осторожнее.

В этот момент из-за облаков выглянуло солнце и туман на глазах рассеялся. Высоко в небесах парили два орла. Антон залюбовался, глядя на них. Вот уж действительно благородные птицы. Парень где-то читал, что орлы взлетают даже на высоту 7–8 километров, не каждый самолет сможет так высоко подняться.

— Ты знаешь, как орлица находит себе жениха? — спросил он Мадину. — Она кидает веточку вниз, и орел должен поймать её на лету и отдать орлице, причём из клюва в клюв. Так мудро распорядилась природа. Потому что впоследствии, если их птенец выпал из гнезда, то орёл-папа пикирует за ним и на своих плечах возвращает обратно! Кстати, эти птицы выбирают себе подругу один раз на всю жизнь, и если орлица погибает, то её партнёр на всю жизнь остаётся одиноким!

— Как романтично! — вздохнула девушка. — Эти птицы — удивительные существа!

Мадина увидела неподалёку в лесу старую заброшенную хижину.

— Здесь можно будет отдохнуть и переждать ночь, — сказала она.

Антон и Мадина вошли в домик. Здесь, наверное, иногда останавливались на ночлег пастухи. Обстановка внутри была скромная — две деревянные лежанки с одеялами, немного посуды на низком столике — это всё, что было внутри. Радовало наличие небольшого очага, так как ночью в горах холодно. Молодые люди решили собрать хворост, чтобы было чем топить.

В лесу они встретили старика, который, несмотря на очевидно внушительный возраст, ходил по лесу с большой плетёной корзиной за спиной и собирал каштаны. Корзина была почти полной, так что сбор шёл, судя по всему, весьма успешно. Мадина подошла к пожилому шапсугу и принялась оживленно о чём-то с ним говорить на своём языке. Дедушка жестикулировал и показывал девушке какое-то направление.

Через некоторое время девушка вернулась, а аксакал отправился дальше заниматься сбором орехов. Мадина села на порог хижины и о чём-то глубоко задумалась.

— Старик, прямо скажем, бодрый, — констатировал Антон. — сколько ему лет?

— Не знаю, — сказала Мадина, — Но, наверное, лет 100 или 110.

— Так много? — удивился Антон. — У вас, шапсугов, хватает долгожителей. С чем это связано?

— Мы живём в горах, пьём родниковую воду, в пище много овощей, фруктов, мёда и орехов. Самое главное, старики много ходят по горам.

Мадина отвечала рассеянно, мысли её витали где-то далеко.

— Мадина, да что с тобой, в конце концов? — спросил Антон. — Ты переживаешь, как пройдёт завтра ритуал?

— И это тоже. Но меня больше озаботила информация, полученная от старика. Я спрашивала сначала бабушку в деревне, снабдившую нас одеждой, не знает ли она что-то о чужой женщине, неожиданно появившейся в окрестностях. Но старушка ничего подобного не слышала. А вот старик мне рассказал, что в одной отдаленной усадьбе, недалеко отсюда, он встречал незнакомую женщину, которая поселилась здесь недавно. Она работает служанкой в семье одного нехорошего человека, который живёт особняком. А главное, внешность и возраст совпадает с моей мамой. У меня появилась надежда, что она жива. Не хочется даже думать иначе, хотя дед, кажется, смирился с потерей. Но не нужно тешить себя иллюзиями раньше времени, чтобы не испытать жестокого разочарования.

«Ну и денёк будет завтра», — подумал про себя Антон, благоразумно не произнеся это вслух.

— А что значит — в семье нехорошего человека?

— Этот человек совершил убийство и, чтобы семья не подверглась кровной мести, живёт не в ауле, а в небольшой усадьбе в стороне от всех.

Ночь в горах выдалась очень звёздной. Антон смотрел в окошко, он хотел увидеть падающую звезду, чтобы загадать желание. Вокруг не было никого, только он и странная девушка Мадина. В лесу громко ухала сова, подтверждая, что вокруг бродят дикие звери. Краснополянская природа, такая таинственная и прекрасная.

Мадина явно нервничала. Она молча маялась у окна и тяжело вздыхала.

— Ты боишься? — прямо спросил её Антон, видя, что уверенность девушки в своих силах тает на глазах.

— Да, — тихо призналась Мадина.

Антон решил её поддержать. Он обнял девушку за плечи, чисто дружески, разумеется. Про себя он обдумывал план завтрашнего дня. Почему-то он слабо верил в чудодейственность платка Мадины. У него была некоторая, более полезная с его точки зрения, задумка.

— Мадина, ты мне так и не рассказала, почему так сильно поссорились твои родственники?

— У моего прапрадеда Анзора была невеста — красавица Айше. Она была самой привлекательной девушкой в ауле, высокая, стройная, с тонкой талией. Очень весёлая, звонко смеялась, прекрасно пела, лучше всех танцевала… Семьи жениха и невесты были дружны и давно договорились поженить детей. Но мой дальний родственник Аслан влюбился в Айше, а она ответила ему взаимностью. Его родственники предлагали очень хороший калым за невесту, но безрезультатно.

— Вот у вас за невесту платят калым, разве это не покупка девушки как невольницы? — прокомментировал Антон.

— Вовсе нет, — обиделась Мадина. — По нашим обычаем половину калыма родственники невесты тратят на организацию торжества и свадебные подарки, а другая половина становится личной собственностью невесты.

Она продолжила рассказ:

— Тогда родственник, так и не получив согласие родителей, умыкнул невесту. Они с Айше поженились и были очень счастливы. Но мой прапрадед затаил зло. Он уехал в чужие края, скитался, но вернулся как раз перед осенним равноденствием. Когда он с Асланом случайно столкнулся на ритуальном жертвоприношении, то, будучи джигитом с горячей кровью, не сдержался и ударил соперника кинжалом. А беременная Айше с горя бросилась со скалы в пропасть, перед смертью прокляв наш род.

— Какая ужасная история! Ну что же, попытаемся остановить зло, для этого мы сюда и попали!

Утром в священной рощи у Зеркального озера начали собираться люди. Кто-то прибыл верхом на лошади, кто-то — пешком. Возле священного дерева собралась группа старейшин и шаман. Во-втором круге находились местные дворяне и воины. Там уже стоял Аслан с женой, которые еще не подозревали, что их ожидает. Мадина потихоньку показала их Антону. Он с любопытством посмотрел на Айше, невольную виновницу грядущей трагедии. Молодая женщина, действительно, выглядела очень красивой и богато одетой. Не зря черкешенки так ценились в турецких гаремах. У Айше были большие выразительные глаза, красивые брови, небольшой изящный носик с лёгкой горбинкой, пухлые губы и толстые длинные косы. Расшитый на груди золотом кафтан ладно сидел на стройной, несмотря на беременность, фигуре. Выразительное лицо украшал высокий головной убор, в ушах — изящные серьги из золота, на руках — браслеты тонкой работы.

Далее толпились простые жители аула, довольно бедно одетые.

Мадина нервничала, сжимая в руках платок.

— Твой родственник уже приехал? — спросил Антон.

— Его пока нет, — ответила девушка.

В это время солнце, ярко светившее с утра, спряталось за тучами. Начал дуть сильный ветер. В это время на быстроногом коне прискакал джигит, грозно сдвинув брови.

— Вот он! — предупредила Мадина.

Мужчина прошел во второй круг приглашённых. Вдруг он увидел своего соперника Аслана, а также красавицу Айше, которые стояли несколько поодаль. Выражение лица пришедшего изменилось, оно исказилось злобой. Он толкнул Аслана. Ссора началась. Мадина схватила приготовленный заранее платок и попыталась бросить его между пылающими гневом мужчинами, но не смогла быстро встать между соперниками и на неё не обратили никакого внимания.

У Антона была своя задумка. Ещё вчера он присмотрел увесистую дубину и собирался отоварить дворянина по голове, не дав ему даже шанса ударить соперника ножом. Переживал он лишь о том, как бы не перестараться.

Неожиданно раздался страшный раскат грома. Молния ударила, казалось, рассекла чёрные тучи и попала в Мадину. Девушка закричала и упала без чувств. Собравшиеся в ужасе заголосили. Похоже, люди, поклонявшиеся силам, управляющими ударами молний, решили, что Высшие силы разгневаны.

Антон подбежал к Мадине. Осмотрев девушку, он понял, что, к счастью, подруга осталась жива. Молния угодила ей в защитный медальон, который частично расплавился. Действительно, это было какое-то чудо. Девушка дышала, но находилась без сознания. Антон мысленно поблагодарил судьбу за то, что в своё время прошёл курсы по оказанию первой помощи. Вдохнув побольше воздуха он начал делать Мадине искусственное дыхание. Минут пять титанических усилий и девушка открыла глаза. Послышались возгласы одобрения. В глазах шапсугов девушка, в которую попала молния, становилась священной и почитаемой, и даже её потомки должны пользоваться повышенным уважением. У данного древнего народа издавна был культ почитания бога Шибле — бога молний. К тому же сигнал свыше произошёл во время ритуального жертвоприношения.

Мадина, шатаясь, подошла к своему прапрадедушке Анзору и сказала:

— Мне был знак, вы должны примириться со своим родственником, и прекратить вражду. Иначе весь наш род…, то есть ваш род будет проклят и потомки будут умирать!

Дворянин был так поражен происшедшим и словами внезапно ставшей священной девушки, что протянул сопернику руку, и они под общее одобрение примирились. Он поклялся никогда не мстить сопернику. Антон, наблюдавший с затаённым дыханием эту эпическую сцену, вздохнул с облегчением.

Старейшины, несмотря на дождь, завершили обряд. Они принесли в жертву духам священной рощи трех белых коз. Головы животных одели на воткнутые в землю шесты, часть мяса положили на свежеизготовленный помост и оставили там. Другую часть забрали с собой, это мясо должны были зажарить в ауле и угостить всех желающих.

Вечером в доме прапрадеда Мадины устроили праздник. Женщины и мужчины сидели отдельно. На столах стояли блюда из мяса, сыры, салаты, хачапури и пироги с бараниной, а также фрукты. Вино лилось рекой. Тосты следовали друг за другом. Мадина была, разумеется, в центре внимания. Не каждый день в человека попадает молния, это признак священного рода. А тут ещё девушка осталась жива, что вообще не укладывалось в головах. Конечно же, жители аула решили, что это знак свыше и если не погасить вражду между родственниками, грозившую перейти в кровную месть, то древние духи разгневаются, и тогда всем следует ждать беды.

Звучала зажигательная музыка. Мужчины и девушки танцевали отдельно. Антон любовался Мадиной, которая тоже не усидела на своём месте и двигалась с кошачьей грацией. После удара молнии она поразительно быстро оправилась и выглядела очень довольной. То ли девушка заметно похорошела, то ли парень уже привык к её нестандартной внешности. Она как будто стала выше и стройнее, возможно, от того, что ей очень шёл национальный костюм. Девушка раскраснелась, глаза сияли как звёзды, стали больше и ярче, а кожа напоминала спелый персик. Мадина встретилась с Антоном взглядом и расцвела солнечной улыбкой.

«Настоящее кавказское застолье. Весело, душевно, обалденное вино. Если бы не проблемы с матерью Мадины. Я успокоюсь только тогда, когда мы вернёмся в наше время. Хорошенький экшн получился», — думал с тревогой Антон. Он увидел, что с Мадиной решила пообщаться Айше, которая имела все шансы в этот день стать вдовой и лишиться жизни. Женщины оживленно принялись что-то обсуждать.

Через некоторое время Мадина подошла к Антону. Она сказала:

— Айше мне подтвердила, что около года назад в ауле появилась странная, необычно одетая женщина. Она ничего толком не могла рассказать о себе, так как потеряла память. Её приютила одна семья, которая живет на отшибе. Женщина там работает в огороде, кормит скот и помогает убираться в доме. Глава семьи имеет дурную репутацию, и никто в поселке с ним не общается. Когда-то по молодости он убил человека и, чтобы не навлечь на свой род кровную месть, ушёл из деревни и стал жить изгоем. Сейчас он построил дом, женился, обзавёлся хозяйством. Ходят слухи, что он зарабатывает похищением и продажей людей.

— А почему ты подумала, что странная женщина, появившаяся в деревне, — это твоя мать? — нахмурился Антон.

— Всё совпадает, — горячилась Мадина. — И описание внешности и возраст! А главное, эта женщина появилась здесь год назад, а моя мать год назад пропала при попытке пройти через портал. Действительно, если что-то пойдёт не так, можно временно потерять память. И такие случаи были!

— Вот как! Оказывается, бывает и так. Хорошо, что мы хотя бы память не потеряли!

— Хватит ёрничать! Я договорилась, что Айше с мужем проводят нас и покажут, где та усадьба. Надо взглянуть на женщину, иначе я не смогу оставаться спокойной! Однако проблема в том, что хозяин дома уже давно никого к себе не пускает и ни с кем не общается, словно хранит какую-то тайну.

Антон, только что побывавший на хлебосольном кавказском застолье, не рвался на ночь глядя отправляться в отдаленную усадьбу, но понимал, что Мадину не остановить. Что эта незнакомая женщина — пропавшая мать девушки, он очень сомневался. Пусть Мадина сама в этом убедится, а то она с него живого не слезет.

— А как зовут твою мать? — поинтересовался Антон.

— Даха, — улыбнулась Мадина, — мою мать зовут Даха, что в переводе с нашего языка означает — красивая.

Незаметно, по-английски, Мадина и Антон исчезли с праздника, который был в разгаре. За пределами аула их уже ожидали на лошадях Айше и её муж. Антону, несмотря на нелюбовь к верховой езде, пришлось самостоятельно управлять вороным жеребцом. К счастью, он оказался более спокойным и добродушным, чем предыдущее животное. Путь занял чуть более часа.

Наконец, на южном склоне одной из гор путники увидели большой дом, окруженный высоким каменным забором. Всадники спешились. Шёпотом посовещавшись с Айше и её мужем Мадина объяснила Антону, который вопросительно смотрел на девушку, план действий. Сейчас Мадина и Антон попросятся на ночлег. Хозяин дома по местным законам не имеет права им отказать и даже спросить, кто они, куда и зачем едут. Три дня он должен их кормить, поить и защищать, даже если это его кровные враги. Таковы древние законы. У них, шапсугов три кита, на которых зиждутся их обычаи — почитание старейшин, уважение к женщине и гостеприимство.

У Антона подобные утверждения вызвали недоверие и большое внутреннее сопротивление. Он уже столкнулся с местными работорговцами, для которых древние законы как будто не писаны. Заметив такую реакцию, Мадина попыталась успокоить парня. Она сказала, что Аслан будет их подстраховывать на всякий случай. А если хозяин будет к ним негостеприимен, то Айше поднимет на ноги весь аул. «Что значит — не гостеприимен? Прибьёт что ли? Так бы прямо и сказали, дипломаты хреновы», — ворчливо подумал Антон. Он спросил:

— Когда закроется портал?

— Портал закроется завтра вечером, в крайнем случае — ночью, — спокойно ответила Мадина.

— Времени практически не осталось, — предупредил её Антон.

Девушка ничего не ответила. Она решительно направилась к воротам.

«Вот ведь упрямая! Настоящий камикадзе. И меня ещё за собой тянет!», — злился Антон. Аслан в это время похлопал его по плечу и вручил ему свой кинжал. Так, на всякий случай. У самого джигита ещё оставалось ружье, что в плане защиты внушало Антону некоторый оптимизм.

Мадина постучала в ворота. Залаяли собаки. Через некоторое время вышел бородатый мужчина средних лет. Он был очевидно неприветлив. Никаким кавказским гостеприимством тут и не пахло. На любезную и вкрадчивую речь Мадины мужчина отвечал отрывисто и грубо. Глаза у него были недобрые. Антон, не понимал то, о чём идёт речь, чувствовал себя круглым дураком. Эту поездку он запомнит на всю жизнь, если, конечно, вообще останется в живых.

Мадина проявила настоящие чудеса дипломатии. Девушке всё-таки удалось убедить хозяина принять гостей. Он представился, сказав, что его зовут Байзет и пригласил путников зайти во двор. Антон огляделся. Перед домом была небольшая лужайка. Под навесом стоял длинный стол с деревянными скамьями. Неподалёку располагался небольшой флигель, похожий на домик для гостей, такие были во всех шапсугских семьях. На заднем дворе виднелись хозяйственные постройки и хлев для домашних животных. Собаки заливисто лаяли, но их привязали, и хозяин прикрикнул, чтобы они замолчали. Нежданным визитерам было предложено присесть за стол во дворе. В дом, судя по всему, их приглашать не собирались. Вышла женщина, видимо, жена хозяина. Она с любопытством оглядела гостей, но ничего не сказала. Байзет с женой, отойдя в сторонку, принялись что-то активно обсуждать, видимо, гости для них были не очень привычны. Даже на первый взгляд мужчина не вызывал никакого доверия. Было очевидно, что этот человек себе на уме.

— Как тебе удалось его убедить? Заметно, что он не пылает желанием нас принять, — тихо спросил Антон.

— Я сказала, что мы заблудились, и нам негде переночевать. Хозяин согласился после уговоров и апелляции к законам предков оставить нас на ночлег, а завтра мы должны уйти в аул.

— Я и сам не горю желанием здесь оставаться.

— Кстати, я сказала, что ты мой муж, и ты немой. Иначе будут лишние вопросы, — предупредила Мадина.

В это время к гостям подошёл Байзет, заметно подобревший. Он предложил путникам поужинать вместе с ним. Мужчина одобрительно поглядывал на Мадину и поглаживал свою бороду, размышляя о чём-то своём. От этого взгляда Антону стало не по себе.

Жена хозяина молча вынесла кувшин с вином и стаканы. Далее Антон стал свидетелем настоящей драмы, стремительно разворачивающейся на глазах. Из дома вышла ещё одна женщина, более старшая, с головой, покрытой платком, она несла блюдо с долмой. Вид у неё был несчастный. Мадина встретилась глазами с женщиной и та негромко вскрикнула. Девушка незаметно приложила палец к губам. Хозяин с удивлением и недоверием взглянул на работницу, но та сделала вид, что нечаянно споткнулась, тогда он уставился на Мадину, но та и бровью не повела, демонстрируя удивительное хладнокровие. Тем не менее Антон по реакции подруги понял, что более старшая женщина, и есть мать Мадины. Ну что же, если это так, значит они пришли сюда не зря. Антон чувствовал себя очень напряжённо, так как хозяин, определенно, был опасным человеком.

Между тем черкес сменил гнев на милость, он беседовал с Мадиной весьма любезно, что ещё больше нервировало Антона. Жена хозяина отмалчивалась и говорила односложно, пристально разглядывая девушку.

Подождав, когда Байзет ненадолго отошёл, Антон потихоньку спросил Мадину:

— Кто эта женщина, неужели это Даха, твоя мать?

Девушка молча кивнула. Она держалась молодцом, хотя заметно волновалась.

После ужина хозяин приказал постелить гостям в отдельном небольшом домике, расположенном во дворе.

Даха, которая, судя по всему, была служанкой в этом доме, пошла проводить гостей. Подойдя вплотную к Мадине, она отрывисто сказала несколько фраз. Девушка тихо ответила, после чего отошла в сторону.

— Мать тебя узнала? — спросил Антон.

Мадина ответила:

— Она очень боится за нас. Мать предупредила, что подслушала разговор хозяина с женой. Он хочет продать меня работорговцам.

— Везёт же тебе, Мадина, с работорговцами. Впрочем, я ничуть не удивлён, при твоей небесной красоте! А со мной что он хочет сделать, если не секрет? Зарезать? — поинтересовался Антон, хотя уже начал сам подозревать об этом.

Девушка промолчала, но выразительно посмотрела на спутника.

Постель была одна на двоих. Можно было бы подискутировать, кто будет на ней спать, но ложиться никто не собирался.

Антон сказал шёпотом:

— Нужно говорить очень тихо, нас могут подслушивать. Получается, если хозяин захотел нажиться и продать работорговцам такого ценного кадра, как ты, Мадина, то ночью он пойдёт за сообщниками. Ведь сейчас же нет сотовых телефонов, не так ли?

— Вероятно, ты прав. Что предлагаешь?

— Дождёмся, когда Байзет уйдёт. Берём с собой твою мать и бежим! Как ты думаешь, Аслан с женой уже вернулись в аул?

— Он сказал мне, что хозяин усадьбы — человек, пользующийся дурной славой. И меня, священную девушку, отмеченную ударом молнии, он в беде здесь не оставит. Аслан обещал ждать неподалёку с лошадьми.

— Хорошо, если это действительно так.

Через некоторое время Мадина и Антон услышали, как потихоньку открылась дверь и кто-то вышел на улицу. Антон поглядел в окошко. Байзет о чём-то переговаривался с женой во дворе. После этого мужчина вышел за ворота, и хозяйка заперла их.

— Видимо, сообщники где-то недалеко, раз он не оседлал лошадь и пошёл пешком, — прокомментировал Антон. — Ну что же, нам пора. Где они держат твою мать?

— Она где-то в доме. Мать мне сказала, что на ночь её запирали в флигеле для гостей, чтобы не сбежала. Но гостевой домик в настоящее время предоставили нам, а другого помещения я не вижу. Следовательно, она внутри хозяйского дома.

— Несмотря на то, что дом кажется большим, там всего три комнаты, — оценила Мадина. — Обычно в жилище шапсугов есть мужская половина, она же гостиная, и женская — две комнаты, так как кроме спальни есть еще и детская. Так что мать может быть либо в спальне, либо в детской.

— Понятно, детская — это самая дальняя комната от входа, — оценил ситуацию Антон.

Парень с девушкой потихоньку выскользнули на улицу и подошли к хозяйскому дому. Антон осторожно подёргал входную дверь, которая оказалась не заперта. Вероятно, хозяйка решила дожидаться возвращения мужа и не производить лишнего шума. Осторожно пройдя гостиную, они зашли в спальню и натолкнулись на жену хозяина, которая дремала на кровати, не снимая верхней одежды. Вздрогнув, хозяйка открыла глаза и от неожиданности закричала. Антон быстро зажал ей рот рукой и на всякий случай приставил кинжал к горлу. Он делал всё правильно, как в кино, и был очень собой доволен. Женщина в ужасе замолчала, но не перестала вырываться.

— Мадина, найди какую-нибудь веревку, — скомандовал Антон.

Из соседней комнаты вышла мать Мадины. Они с девушкой порывисто обнялись.

— Хватит вам нежничать, верёвку дайте какую-нибудь и кляп, а то хозяйка вырывается, как дикая кошка, — прикрикнул Антон.

Женщины засуетились. Даха принесла женский шелковый пояс и носовой платок. Поясом связали руки жене хозяина, а платок использовали вместо кляпа. В соседней комнате спали две маленькие девочки, но они даже не проснулись.

— Всё, нам пора бежать, пока хозяин не вернулся с подельниками, — сказал парень.

Антон взял на себя руководство операцией отхода, всё-таки он же мужчина.

Ворота были заперты, но Даха знала, где находится ключ. Женщина забрала ключ в спальне, где он висел на гвоздике, и быстро открыла ворота.

Ночь была звёздная, над горами взошла луна, большая и яркая. Вокруг темнел лес и виднелись невысокие горы. Непонятно, куда бежать?

— Мы, кажется, прискакали с той стороны, — Мадина показала направление откуда, по её мнению, они приехали.

— А где Аслан? Ты говорила мне, что он нас собирается ждать! — недовольно сказал Антон. — Пешком мы полночи будем идти!

Мадина пожала плечами, демонстрируя, что ей нечего сказать по этому поводу.

Беглецы быстро двинулись по дороге, хотя не были уверены в правильную ли сторону они идут. Отойдя недалеко, они увидели в кустах лошадей. Антон напрягся, но это оказался Аслан, который просто уснул и пропустил момент, когда беглецы выскользнули из ворот. Никогда ещё Антон не был так рад. Мужчина-то молодец, в трудную минуту оказался на месте и не бросил в беде.

Так как Айше вернулась в аул, лошадей было всего три. Даха села на лошадь вдвоём с дочерью.

— Ну, лошадушка, не подведи. Будет очень плохо, если ты меня сбросишь, — обратился к животному Антон, с грехом пополам усаживаясь в седло.

Отряд быстро поскакал по дороге в сторону аула. Только все было вздохнули с облегчением, как события начали приобретать опасное направление.

Послышались шум и крики. Это хозяин усадьбы вместе с двумя джигитами преследовали их на горячих скакунах. Раздались звуки стрельбы. Пули просвистели мимо Антона и чуть не попали в Аслана, который выстрелил в ответ.

«Просто как в дурном кино или страшном сне. Ну у Аслана и денёк сегодня выдался, какой-то астрологически неправильный. Только мы его спасли от одного убийства, как ему тут же угрожает другое. Айше опять замаячило остаться вдовой», — мрачно думал Антон, пытаясь хотя бы не свалиться с лошади. Парень решил про себя, что если повезёт и он благополучно вернётся домой, во что с трудом верится, то обязательно запишется в школу верховой езды.

Вдруг раздался топот копыт, и беглецы увидели всадников. Навстречу им скакал отряд, во главе с прапрадедом Мадины Анзором. Это пришла помощь, за которой, оказывается, отправилась Айше. Хозяин усадьбы, увидев подкрепление, вместе с подельниками повернул обратно и, пришпорив лошадей, решил ретироваться.

— Стрелять он уже не будет, опасаясь кровной мести, — мстительно улыбнулась Мадина. — Думаю, старейшины будут судить его за нарушение законов предков и как минимум выселят эту гниду отсюда.

Утром Антон проснулся с мыслью: «Ну и весёленький же сегодня мне приснился сон». Но увидев комнату, где он находится, парень скис. Всё, к сожалению, оказалось суровой действительностью. Над ним стояла Мадина, которая и разбудила его.

— Быстро просыпайся, — строго сказала девушка.

— Что, пора завтракать? Хачапури, хинкали — здесь всё очень вкусно, — пошутил Антон.

— Прекрати включать дурака, — рассердилась Мадина. — Я только что приватно поговорила с шаманом, он меня предупредил, что портал закрывается через час!

Антон подпрыгнул, как распрямившаяся пружина.

— Так мы же не успеем! — возмущенно сказал парень.

Он молниеносно собрался. Мадина и её мать ждали Антона, уже сидя верхом на лошадях. Они быстро доскакали до реки, переоделись в заранее припрятанную одежду, а дальше бежали бегом по горам. На нервной почве Антон даже не сразу смог найти вход в пещеру. Запыхавшись, парень отодвинул камень и, как джентльмен, пропустил вперёд Мадину и Даху. Вдруг он увидел, как внезапно проход начал закрываться. Антон повернулся боком и, удерживая из последних сил гранитную глыбу, всё-таки протиснулся в пещеру. Отверстие за ним наглухо захлопнулось.

— Успели! — подвёл итог Антон.

Мадина и её мать пытались отдышаться, оставив реплику без ответа.

Вновь всё окутал туман, и пошёл дождь. Когда он закончился, Антон выглянул из пещеры. Внизу вдоль Бешенки шла семья — молодая девушка в кроссовках и джинсах, мужчина в майке и шортах и ребёнок в яркой ветровочке.

— Ура! Мы вернулись, — обрадовалась Мадина.

Дом Мадины находился в ауле, окружённом высокими горами и лесом, вдали от цивилизации. Вокруг добротного двухэтажного особняка был разбит фруктовый сад и виноградник. На заднем дворе стояли улеи с пчёлами. За столом на лужайке во дворе сидели Антон, дед Мадины, старик с орлиным носом и зорким взглядом, и муж двоюродной сестры девушки. Они с большим аппетитом ели шашлыки, запивая добрым вином. Женщины суетились на кухне. Они пекли хачапури и что-то ещё такое вкусное.

В комнату зашла Мадина и поставила на стол шедевр из шедевров — дымящийся хачапури с румяной корочкой.

— Дед, у нас есть лопатка? Лучше сапёрная.

— А зачем это тебе, Мадина? — удивился старик.

— Нам с Антоном нужно кое-что выкопать в районе Бешенки. Небольшие археологические раскопки! — девушка подмигнула Антону.

Мадина последнее время очень похорошела. Стала более кокетливой и грациозной. Она нравилась Антону всё больше и больше. Может потому, что проклятье снялось?

Когда они остались наедине, дед спросил девушку:

— Кто тебе Антон? Жених?

— Друг, — ответила она, покраснев. — Просто очень хороший друг.

Дед ничего не ответил. Он прищурился и посмотрел на Мадину внимательным пристальным взглядом.