Меня зовут Эрл и я обычный офисный сотрудник огромного сайта-агрегатора. Живу я в Уокигане, по сути, пригороде Чикаго. Раньше я… Да это все не важно! К истории, которую я хочу рассказать, это не имеет никакого отношения, а положило начало этой истории мое любопытство.

Моя скучная повседневная жизнь делала меня жадным до любого нового видео и сенсации. Каждый вечер я проводил перед кабельным ТВ или за просмотром роликов в Ютуб. Ленивая пассивность могла сменяться лишь жаждой перманентных впечатлений и ожидания чего-то удивительного и сосущего под ложечкой. Мой огромный лист подписок на видеоблоги, который и без того надо было долго скролить, становился все больше. Ежевечерний аппетит офисного планктона удовлетворялся все сложнее. Бесконечные темы с плоской землей, эффектом Манделы, инопланетными кораблями, пролетающих на фоне луны и базами НЛО, имели хороший потенциал моего внимания, но все же приедались и требовали обновления. А заменить баптистского священника, клянущегося в том, что в его Библии ночью изменился текст, не так-то просто. Редкий вечер я не проводил в поисках, ленивым взглядом бегло пробегая превьюшки и заголовки рекомендованных видео, убивая час за часом свое время.

Этот вечер не был исключением и, услышав привычный звук открываемой банки пива, я снова взял мышку и стал шарить по рекомендуемым каналам, периодически вбрасывая в Ютуб интересующие запросы. Мое внимание привлек ролик, на превью которого молодой человек восседал на фантасмагорическом устройстве похожем на мотоцикл. Я вяло ткнул мышью и увидел следующее: мужчина, лет тридцати, утверждал, что ему дали на тестирование некий " ThrustenUp 131". Устройство напоминало мотоцикл из фантастического фильма. Гармоничный дизайн с турбинами сзади, небольшими маневренными соплами снизу по всей длине, агрессивным видом и сужающимся спереди корпусом для лучшей аэродинамики, одновременно напоминал спортбайк, но был крупнее и, главное, без колес.

Парень сидел на нем и рассказывал о его технических характеристиках. Также он сказал, что этой модели еще нет в продаже. Потом он положил руки на руль и нажал на газ. Небоцикл, дав вспышки пламени из нижних сопл, резко дернулся вверх, заставив меня привстать в кресле от удивления. Парень посетовал на крутой характер устройства и стал газовать мягче. Небесный монстр приподнялся почти на метр от земли и, зависнув, покачивался вишневым корпусом между ногами блогера.

Я открыл новую вкладку браузера и загуглил "ThrustenUp 131". Я просмотрел все картинки и статьи в выдаче и не нашел и намека на это устройство. Блогер, тем временем, достал из заднего кофра шлем, очень похожий на мотоциклетный, только немного сплющенный спереди по горизонтали, и, надев, смело дал газу и унесся ввысь.

Я имел большой опыт с программами видеомонтажа, в том числе с профессиональными для телевидения, и могу отличить монтаж от реальных съемок. Я и сейчас работал видеомонтажером в отделе рекламы и знаю куда смотреть и какие признаки выдают монтаж. Я вас уверяю, то, что я сейчас видел не было монтажем. Это был реальный аппарат. Я понятия не имею на каком принципе он работал, но он был настоящим.

Камера оператора снимала небесное чудо, которое резво нарезало круги метрах в тридцати над землей. Потом устройство снизилось и плавно опустилось на землю. Парень снял шлем и сказал:

— Отличная машина для малых высот! Выше сотни метров не рекомендую — жутковато. Двигатель работает ровно, без рывков и перегрузок. Честно, мне понравился больше, чем от "BMW". В продаже появится не ранее, чем через пару месяцев и, как всегда, для узкого круга ценителей.

"BMW тоже делает такие штуки?!" — удивился я.

Блогер продолжал:

— Заряда хватает… Не пробовал, конечно, полностью расходовать аккумулятор, но судя по счетчику часов на шесть в среднем режиме. Плюс багажник больше кубиков на триста, чем у того же BMW. Зонарный климат-контроль отличный, сейчас пробовал даже запахи моря.

Цену точно не знаю, но думаю будет порядка двадцати пяти, может тридцати тысяч. Желаю "F&S" удачи и хорошего будущего этой модели! — После этого он заглушил двигатель и слез со страннолета, после чего сказал типичные для концовки благодарности зрителям и закончил ролик.

Излишне говорить, что по запросу "F&S" я тоже ничего не нашел. Попался какой-то кухонный комбайн, но вряд ли он имел отношение к этой фирме.

Я посмотрел название канала. Назывался он достаточно странно: "Джон Смит". Все знают, что имя Джон самое распространенное в мире, ровно, как и фамилия Смит. Это известный экземплификант. Недаром известный фильм "Мистер и миссис Смит" назван так, потому, что киллерам нужна незаметность. Аналогично звали персонажа "Матрицы", так как агент Смит символизировал безличностного человека. Получается автор хотел скрыть свое настоящее имя и даже, как бы, указывал на это.

Перейдя на страницу со всеми видео, я обнаружил, что канал относительно новый, порядка полугода. Было выложено двадцать два ролика с периодичностью около недели каждый. При этом уже было более двух миллионов подписчиков, а у некоторых роликов по двадцать, а то и тридцать миллионов просмотров! Таким похвастать удавалось мало кому, что говорило об исключительно интересном и уникальном контенте.

Названия видео были очень привлекательными, например: "Зоопарк на Хариконе 10", "Наблюдаем за космическим крейсером", "Как попасть на XG1218 имея только смартфон", "Тест шумового бластера Irigius R" и тому подобные.

Это было очень похоже на многие каналы, которые я смотрел раньше — такие же сенсационные заголовки и картинки. Было похоже, но в тоже время нет! Я имел огромный опыт интернет-пользователя и шестым чувством давно мог распознавать и отличать фейки и погоню за хайпом от реальных стоящих вещей. И это имело запах настоящего, хотя пока и непонятного. Я чувствовал неподдельную и, пусть пока необъяснимую, правду.

Я опустил глаза на самый первый ролик, выложенный полгода назад. Он отличался от других и имел простое и скромное название: "С чего все началось". Конечно, я нажал на иконку.

Ролик был снят максимально просто — Джон, или как его звать, сидел перед камерой и объяснял кто он такой и о чем собирается делать канал.

— Мое имя… Пусть будет Джон Смит. Настоящее имя, по понятным позже причинам, я раскрывать не буду. Моя личность вас вообще не должна интересовать. Вас должны интересовать те вещи, которые вы увидите. О чем это я?

Мы все живем в определенном мире, в определенном обществе и с определенным уровнем технического развития.

Мы летаем на пассажирских самолетах между странами и континентами. Мы плаваем на морских лайнерах высотой с пятнадцатиэтажный дом, некоторые из нас летают в космос и по году находятся на околоземной орбите и даже покорили луну. И мы знаем, что таков сегодняшний мир, таково современное человечество. Но так ли это?

А что, если человечество гораздо более развитое, чем мы привыкли думать? Что, если выход человека в космос и покорение луны это что-то давно пройденное и элементарное? Что бы вы сказали, если бы узнали, что на Марсе и Ио, уже лет тридцать, находятся огромные человеческие колонии, по сути города? Что бы вы сказали, если бы узнали, что люди, да, да, чьи-то мужья и сыновья, еще в двухтысячных, победили в войне инсектоидов? Какова была бы ваша реакция, если бы вам официально объявили о том, что колонии людей есть в созвездии Ориона, созвездии Пса, в созвездиях Козерога и Лебедя? Что в системе Альфа Возничего мы так успешно торгуем с местной расой, что это составляет шесть процентов бюджета нашей страны. Что многие известные компании работают на два рынка, на известный нам официальный, делая, например, пассажирские самолеты и на теневой, делая космические челноки, станции и даже линкоры. А бюджет, выделяемый на содержание всей огромной отрасли больше военного. Кстати Кеннеди убили через неделю после того, как он затребовал доступ ко всем этим закрытым документам.

Каково себя ощутить, когда узнаешь, что наши послы находятся на девятьсот сорок восьми планетах нашей галактики и не только, а на дне нашего мирового океана триста шестьдесят гостевых и контрольных баз инопланетян?

Я прекрасно понимаю, что вы сейчас подумали обо мне — еще один фантазер-идиот, который не прочь хайпануть. Но уверены ли вы в своей осведомленности? Я сделаю вам предложение: немедленно покиньте мой канал, если вы скептики и умники, которые уверены, что все в этом мире происходит случайно и само собой, и нет никакого глобального мирового правительства. Отпишитесь и никогда не возвращайтесь!

Я покажу вам многое, но только тем, кто будет готов! Мне придется трудно. Мне надо будет доставать пропуска и дорогое записывающее оборудование, рисковать… Иногда весьма сильно рисковать, но я сделаю, что смогу!

На этом его первый ролик заканчивался. Я был заинтригован и, конечно, хотел смотреть дальше. Кликнув на кнопку подписки я посмотрел на часы. Было начало второго ночи. Завтра надо на работу и я уже буду не выспавшийся, но такого интереса я давно не испытывал. Тем не менее я пересилил себя, так как знаю, чем это кончается, и лег спать. Но попытка выспаться провалилась, так как я еще часа два лежал возбужденным от увиденного.

На следующий день я тупо пялился в экран своего офисного компьютера, ощущая разливающийся туман сна, исходящий откуда-то из затылка. Я отгонял его максимально раскрывая веки и стараясь не зевать.

Видя мою сложную мимику, Лин, программистка, сидящая наискосок от меня, улыбалась. Мы дружили. Это была славная девушка с интересной внешностью полуазиатки. Она себя шутя называла хафу, хотя и не имела японских корней.

Лин мне давно нравилась. Ее экзотическая красота полукровки, изысканность и в то же время отсутствие высокомерия, характерного для красивых девушек, ум, с которым не просто потягаться и отсутствие каких-либо шаблонов в общении, делало ее чертовски привлекательной. Я иногда благодарил судьбу, что сидел именно здесь, а не напротив, чтобы не пялиться на нее открыто. Я часто скрытно наблюдал за ней, тратя на это, наверное, до пятнадцати минут в день.

Мне нравилось смотреть как она о чем-то напряжённо думает, слегка покусывая ластик карандаша. Однажды она уронила ручку и, поднимая, обнажила, в меру мускулистые и стройные, бедра. Я так взволновался, что задел левым локтем свеженалитый кофе. Картонный стаканчик тяжело шлепнулся на пол и, освободившись от горячего напитка, радостно поскакал под стол коллеги. Я даже не стал мешать, только глянул на Лин, которая, что бы вы подумали — обо всем догадалась и натянула юбку почти до колен. Я же говорю — ум у нее выше среднего!

Мне стало стыдно, но она взглядом дала понять — не волнуйся, смотри, если хочешь. Юбку я так подтянула, для порядка.

После этого взгляда я переволновался так, что мне понадобилось срочно выйти подышать во двор, чтобы остыть.

Я понимал, что втюрился, но у меня не хватало духу пригласить ее куда-нибудь и это при том, что мы дружили и общались каждый день!

Я не был зажатым или застенчивым, я не раз приглашал девушек на свидания и запросто знакомился, но здесь будто другой случай, будто другая порода, и очень не хотелось облажаться. И каждый вечер корил себя за то, что у меня не хватило смелости или я не смог придумать уважительный повод чтобы пригласить ее. Я боялся, что я в ее пожизненной френдзоне.

И кончалось это обычно тем, что я представлял, как она идет на свидание с другим и я ее теряю навсегда. Тогда я решал, что завтра положу конец мучениям и решусь и будь что будет! Но… Наступал следующий день и глядя на ее аристократическую линию шеи и нереально красивые глаза, снова казался себе нелепым гномом, который должен благодарить бога за одну только дружбу с ней.

Сегодня был очередной подобный день, хотя на этот раз у меня была интересная тема для ее живого ума, поэтому, когда она мне кивнула в сторону офисной кухни, я, заблокировав компьютер, сразу вышел.

— Чего такой вареный? — спросила она, нажав на кнопку кофеварки.

— Нашел вчера новый канал на Ютубе. Очень интересный, смотрел до двух. Потом еще думал лежал. — Усмехнулся я.

— О чем? — Она вынула чашку и красивыми губами коснулась кофейной пены.

— В общем… Ты знаешь, что я люблю всякие темы с НЛО, зоной пятьдесят один и прочее.

— А-а-а, ну, понятно! — Она обнажила белые зубы в улыбке. — Можешь не продолжать, я все поняла.

— Не скажи. Подается все это, конечно, слишком смело, но за этим что-то есть. Есть правда. Я пересмотрел тонну подобного и могу отличить. Автор пытается донести, что в нашем мире не все так просто и не все так, как нам известно. Есть огромные теневые правительственные проекты, которые…

— Ротшильды, Рокфеллеры, Морганы, понятно. — Она снова улыбнулась.

— Подожди штампы то ставить. — Меня не раздражала, а скорее забавляла ее реакция. — Я тебе скину ролик, посмотри, потом скажешь.

— О, нет! — Она отпрянула назад, словно пытаясь избежать ненужной информации.

— Мне интересно твое мнение. — Я попытался обратиться к ее тщеславию, что обычно срабатывает со всеми.

— Ладно, — смешно промямлила она, склонив голову. — Вот умеешь ты женщину уломать.

Мы оба засмеялись.

Когда вернулись на места, я скинул ей ссылку на первый ролик и наблюдал за ее реакцией. Ее лицо оставалось почти безразличным, но потом она скривила губки и покачала головой. Что-то написала мне. Я открыл Ватсап:

"Ну так. Может в этом что-то есть. Однозначно увлекает, хотя я не сторонница теории заговоров и подобного. Где доказательства? Почему ты считаешь, что это не монтаж?"

Я ответил ей, написав — "Какая у меня профессия?"

Имелось в виду, что я видеомонтажер и должен знать все приемы и видеоэффекты.

Она снова скривила губки в знак согласия.

"Ну и что теперь делать? Зачем нам такая правда?" — написала она.

Я подумал о том, что она задала весьма серьезный вопрос. Мы каждый день создаем наше будущее, но, если учитывать, что все мы это "мир отставших" и человечество давно ушло вперед, мотивация что-то делать попадает.

"А ты представляешь какие у них языки программирования? Твой си-плюс-плюс каменновековой", — ответил я.

Она засмеялась и, пожав плечами, отпила кофе.

Я поборол желание смотреть видео на работе и наслаждался ожиданием вечера, вспоминая сколько интересного предстоит увидеть. В пять часов я, проводив Лин до стоянки, и очередной раз представив ее в качестве будущей жены, направился домой, предварительно купив четыре бутылки "Founders". На секунду я задумался, почему взрослый мужик, вместо того, чтобы пригласить понравившуюся ему девушку на свидание, спешит домой смотреть Ютуб, подобно бота́ну? Я даже остановился и подался назад, но ее "Micra" уже тронулся и выруливал к выезду.

"Так мне и надо! Буду холостым увальнем с пузом в перспективе", — подумал я.

Дома, поелозив в кресле и устроив зад поудобнее, как старый кот, открыл страницу канала Джона Смита и выбрал ролик "Наблюдаем за космическим крейсером". Откупорив первую бутылку и услышав приятный пшик, откинулся на спинку. Джон сидел за столом и крутил в руках какие-то навороченные очки.

— Привет всем моим подписчикам! Сегодня мы попытаемся увидеть настоящее небо. Не то, которое открывается нашему взгляду, а то, что скрыто. Мне удалось одолжить на день очки, которые позволят это сделать. Честно скажу, я сам еще не пробовал, поэтому искренность моей реакции будет самой настоящей.

Сейчас день, а днем, из-за мощного солнечного излучения, в них ничего не видно — вот это я уже попробовал. Поэтому я отключаюсь до вечера.

Следом шло уже вечернее включение. Джон стоял где-то за городом и держал в руках чудаковатые очки.

— Итак, все уже в курсе, что это за вещь у меня в руках. Надеваю!

Он, включив, надел очки и стал водить головой из стороны в сторону, рассматривая все небо.

— Если честно, не вижу разницы… Я ожидал другого.

Он снял очки, проверил включение, повертел их в руках.

— Скажу по секрету, такая вещь выдается только определенным службам и стоят они порядка двенадцати тысяч. Но… Я пока не оценил.

Джон снова надел их и воззрился на небосвод. Вдруг он подпрыгнул и завизжал:

— Вижу! Вот один!

Он на секунду опустил очки, убедиться, что без них этого не видно.

— Да! Это он. Теперь задача показать это вам.

Он поднес очки к камере, пытаясь все это вместе навести на невидимый объект. Спустя минуту ему удалось и на экране было видно вечернее небо, правда тоже без особых изменений.

— Секунду!

Он еще подвинул и в поле видимости появилась небольшая черточка. Я наклонился к экрану, пытаясь рассмотреть.

— Вот он! Это никакое не НЛО. Это земной корабль. А если быть точнее, крейсер типа «B», класса «Barock». Или «Barock M» или «Barock L», отсюда не видно, не суть! Я к тому, что едва ли ни с любой точки земли, всегда можно увидеть корабли охраны, заправщики, ремонтники, а если повезет и корабль гостей, то есть пришельцев. Разумеется, все они в режиме невидимости для нас. Но эти очки способны на большее, не даром они стоят двенадцать тысяч.

Он включил увеличение и черточка приблизилась, превратившись в ясно различимый прямоугольный объект с какими-то мелкими деталями по бокам. Одна из его сторон будто бы подсвечивалась. Это было настолько ошеломительно и по-настоящему, что я резко приподнялся, больно ударившись коленом о журнальный столик.

Джон тем временем продолжал:

— Эта модель имеет среднее вооружение и рассчитана на патрулирование и даже нападение. Не самый мощный вариант, но, например, город размером с Лондон может уничтожить достаточно быстро. Радиус использования таких крейсеров обычно в пределах нашей солнечной системы.

Сейчас он стоит на рейде, и вы можете рассмотреть его достаточно хорошо. Судя по его размерам, а его длина около двух километров, он на высоте… Ну, я думаю не больше сотни километров от земли, может чуть больше.

А вот как выглядит небо без этого прибора.

Джон поднял очки и оттенок вечернего неба чуть изменился. Пара тусклых звезд осталась на месте, а вот корабль исчез.

— Теперь я сменю место и отъеду подальше. Возможно там мы увидим что-то еще.

В следующей сцене он уже был километрах в тридцати от прежнего места.

— Полчаса езды и вот мы на новом месте. Я уже нашел что-то любопытное.

Камера показала сквозь очки какую-то светящуюся точку. Без очков ее также не было видно. Но увеличение не особо много прибавляло — светящаяся точка просто становилась больше, но разглядеть детально не получалось.

— Не знаю, что это такое. Слишком далеко, тысячи или десятки тысяч километров. Но, как видите, тоже объект искусственный.

Сегодня на этом с вами прощаюсь. Подписывайтесь на мой канал! Увидимся в следующем ролике!

Я допил третью бутылку сам того не заметив, пытаясь осознать и переварить увиденное. Пытался объяснить его. Если это постановка или талантливый монтаж, то кто и зачем это делает? Ради рекламы на Ютубе? Затраты на ролик, например, со вчерашним летающим мотоциклом, если это действительно компьютерная графика, обошёлся бы в тысячи долларов. Если собрали настоящий, это уже даже не тысячи. Монетизация Ютуба его бы просто не окупила. Поиск богатых прямых рекламодателей? Нет — такие покупают рекламу только у тематических каналов, а какая здесь тема? Что под ней продавать? Разве, что такие же летающие мотоциклы. Видео с мотоциклом было похоже на рекламу. Но, все-таки это все очень похоже на правду…

Логика подтверждала правдивость увиденного. Но если все это правда, то ее надо принять и привыкнуть к ней.

Раздался звонок, и я посмотрел на телефон. Звонила Лин. Я ответил:

— Привет, случилось чего?

— Привет! Особо важного нет, но я смотрела твоего Смита. Обнаружила интересную вещь.

Я удивился, что она сама, по собственной воле, стала смотреть этот канал.

— А о чем речь? — спросил я.

— Это ролик где он рассказывает про странные звуки, которые он записывал недалеко от базы в Колфаксе, — пояснила она.

— Я не смотрел его еще, — ответил я.

— Приезжай, вместе посмотрим. Покажу, что обнаружила, — предложила она, хотя я никогда в жизни у нее не был, а приехать вечером домой к девушке что-то да значит.

От такого предложения я обрадовался и взволновался. Через час я уже был у нее. Лин открыла дверь с банкой женского сладкого пива в руке. Одета она была в длинную белую рубашку и… Вроде больше ни во что.

— Проходи, смотри! — Она залезла с ногами на диван, показав голые колени. Я сначала засмотрелся на нее, потом вспомнил, что никогда здесь не был и стал рассматривать дом. Жилище всегда много говорит о человеке. Особенно если это его жилище, а не временно снимаемое.

Интерьер был модным: все в белых легких тонах, минималистично, строго, красиво и ничего лишнего. Большая гостиная, высотой в два этажа, с деревянным внутренним балконом верхних комнат переходила в большое, во всю стену, окно. Прозрачный треугольный журнальный стол стоял на белом, с длинным ворсом, паласе. Напротив окна висела абстрактная геометрическая картина. На другой стене…

— Ты чего обмер? Я тебя жду! — Она хлопнула рукой по дивану рядом с собой.

Я поспешил сесть.

— Смотри! — Она включила видео.

Джон говорил о том, что перехватил на определенных частотах любопытные, ни на что непохожие, звуки. Это походило на очень быстрый, почти сплошной писк, или точнее на восьми-битную мелодию.

— И чего это? В чем твоя находка? — поинтересовался я.

— Если эту трэшню замедлить раз в сто, можно заметить интересные вещи, — сказала она с таинственным видом и открыла аудиоредактор. Прослушав медленно эту примитивную мелодию, я спросил:

— А что можно заметить? По сути, чередование звуков на разной высоте.

— Ты просто не программист. Например, если взять любой код, то его можно разобрать на блоки или на команды. Если взять блок инструкций и задать ему определенную ноту, или детально, покомандно назначать ноты, например, в текстовом типе…

— Упростись, — попросил я.

— Ты как-то отдаленно представляешь код программы? — вздохнув спросила она.

— Очень отдаленно, да.

— Если разбивать его по шагам и давать каждому шагу свое звучание, то это будет мелодия, которая, попадая в интерпретатор, будет вызывать какие-то действия.

Допустим, мы определяем переменные и привязываем этому ноту. Потом тип первой переменной — другая нота, к примеру, на октаву выше. Даем имя переменной и это третья нота, например, еще октавой выше. И присваиваем значение. А после идет снова тип, но уже второй переменной и повторяется первая нота, если тип переменной такой же. Но имя второй переменной уже не будет таким же, и нота будет другой и так же со значением и так далее.

Она посмотрела на меня молящим взглядом:

— Ну хоть что-нибудь пойми!

— Откуда ты такая? Откуда ты знаешь еще и ноты с октавами? — взмолился я.

— Да ты шутишь? — удивилась она.

— Но ведь эта мелодия может быть чем угодно. С чего ты взяла, что это программный код?

— Ну, я, конечно, делаю исследование от обратного и просто это очень похоже. Слушай внимательно!

Она вернулась на нужное место и, снова замедленно включив эту примитивную мелодию, стала комментировать.

— Первый звук — создание переменных, новая нота — тип, третья нота — имя, дальше — значение, новая нота — тип, повтор первой, следующая нота — имя и дальше значение, новая нота — тип и так далее.

Я пожал плечами:

— Да это может быть что угодно! Зачем вообще передавать код в виде мелодии? Даже мы, на нашем тупом уровне развития, можем переслать код в виде файла по сети. Радиоволна, которая распространяется даже в космосе, может передавать файл с кодом уже сегодня.

— Не знаю. Мало ли какие у них технологии. — Она немного растерялась и потерла коленку.

Сейчас она была очень красива, а ее ум удваивал мое возбуждение. Я любовался ее раскосыми карими глазами, красивыми губами, правильными скулами. Этими обнаженными коленями, которые были сейчас близко, как никогда раньше и их так хотелось коснуться!

Неужели я у нее дома и сижу рядом с ней?! Неужели я сейчас поговорю и просто уйду? Нет! Хватит! Месяцы страданий стоят секунды решительности!

Я глубоко вдохнул и нежно, но уверенно, притянул ее к себе и страстно поцеловал в такие желанные губы. Она, для порядка, шлепнула меня рукой по плечу и больше не сопротивлялась.

Утренний свет бесцеремонно разрезал мои веки и я увидел большое окно… Не мое окно. Я приподнялся на кровати, в комнату как раз входила Лин с двумя чашками кофе.

Она была прекрасна и в отличном настроении, судя по ее едва заметной улыбке. Для меня это была лучшая ночь… Я перевел взгляд на часы, было десять минут девятого!

Я вскочил и бросился к одежде.

— Мы же на работу опоздали! Ты же тоже с восьми! Нам ехать больше часа! — вопил я, пытаясь попасть ногой в штанину.

Она же уселась поудобнее в кресло и нарочито безмятежно оперлась на подлокотник.

— Что? — чуя подвох спросил я. Она ещё шире улыбнулась. Я посмотрел по сторонам, будто надеясь на стенах найти объяснение. В конце концов не выдержал. — Чего происходит?

— Сегодня четвертое июля. Выходной, — спокойно сказала она.

Я совсем забыл! Вчера днем еще помнил, но со всеми этими событиями забыл.

Отпустив штаны, я упал спиной на диван раскинув руки. Посмотрел в окно, занимающее всю стену, открывающее вид на многочисленные виллы, парк и голубое небо без единого облака. Это было красиво. Пришла мысль в голову, а не висит ли сейчас передо мной огромный корабль?

Перевел взгляд на Лин.

— Это мне? — Я кивнул на кофе.

— Тебе.

Подойдя к ней я взял обе чашки и поставил на стол. Поднял девушку и утащил на кровать, после чего мы смеялись, дурачились и занимались всякими непристойными делами. И зачем люди придумали работу, мытье посуды и другие нудные обязанности, если можно вот так проводить весь день и лучше этого ничего нет?

Но тут я вспомнил увиденное вчера и приподнялся на локте.

— Как жить-то теперь?

— Э-э-э, ну, женишься на мне, возьмем ипотеку, нарожаем детей, — пошутила она.

— Нет, я о канале Смита. С нами то все понятно, нас ждет любовь и прекрасное будущее.

Она улыбнулась и тоже приподнялась на локте. Ее носик и губки почти коснулись меня.

— А что с каналом Смита? — не поняла Лин.

— Понимаешь, все это вроде далеко и не касается жизни, но осознавать, что ты живешь в каком-то театре, изобретая и добиваясь того, чего на самом деле люди уже давно добились. Понимать, что тысячи или десятки тысяч живут совсем другой жизнью, с абсолютно другой медициной, техникой, целями. А мы как будто играем в средневековье или в какой-то песочнице.

Представляешь сколько людей можно вылечить от рака или СПИДа теми лекарствами, которые у них есть?

Даже языки программирования — на этой же планете, где-то в других офисах нашей же страны, люди пользуются гораздо более развитыми и функциональными языками.

Все это снижает мотивацию, не находишь? — спросил я.

Она покачала головой, размышляя.

— У них шесть видов антигравитационных двигателей, а у нас пока ни одного, — сказала Лин.

— Смит сказал? Ну вот видишь! — возмутился я.

— И чего теперь делать? Если так хочется, можно к ним устроиться работать. Откуда-то эти десятки тысяч людей к ним пришли же, — логично предположила она.

— Я не знаю. Просто…

— Берем кофе и идем смотреть дальше? — перебила Лин.

Мы уселись в обнимку в гостиной, и я благодарил бога за четвертое июля, иначе мы бы уже ехали на работу и все счастье осталось бы позади. Тут вдруг до меня дошел ее план…

— Ты меня вчера позвала, помня, что сегодня выходной?

Карие глаза поднялись и вопросительно посмотрели.

— То есть ты предполагала, что я останусь на ночь и… — продолжил я.

— И, — закончила она.

Я посмотрел на нее с восхищением. Я предполагал, что могу нравится Лин, но что ей надоест ждать первого шага от меня и она сама решит мою проблему предположить не мог. Возможно наступит время и я буду бояться ее ума, но сейчас решимость и сообразительность Лин меня пленяли.

Мы выбрали ролик с названием "Охота на Шеврон". Джон, одетый в камуфляж, сидел на корточках на фоне какого-то леса и, озираясь по сторонам, говорил на камеру:

— Я нахожусь на севере мыса Канаверал, в пятнадцати километрах от одной из площадок запуска ракет.

Вдалеке, в дымке, и правда угадывались очертания стартовых вышек.

Он почти ползком добрался до расстеленного на земле куска ткани цвета хаки. Приподняв голову он кивнул на реку.

Камера снимала с высокого берега неширокой реки на другой стороне которой виднелась бетонная площадка и пара небольших строений.

— По моим разведанным перед нами, в восьмистах метрах, площадка запуска космических аппаратов малого класса. В частности, отсюда запускают "Шевроны". "Шеврон" это относительно небольшой, метров двадцать пять, космический катер, можно сказать. Имеет небольшое вооружение. Производит их всем известная корпорация "Lockheed Martin".

Объект охраняется военными, что уже о чем-то говорит.

Я понятия не имею во сколько будет запуск, но надеюсь здесь лежать до последнего. Знаю только, что запускают их почти каждый день. На этом отключаюсь до события.

Следующая сцена была сразу, хотя у него прошло несколько часов.

— Это снова я. Прошла почти половина дня и пока никаких движений я не наблюдал. Наверное, я махнул, пообещав лежать тут до победного конца. Но еще не собираюсь уходить. Прощаюсь до следующего включения.

— Слушай, а можно считать, что Джон Смит нам помог сойтись? Если бы не он, сколько ты бы еще решался? — вдруг спросила Лин.

— Фактически можно, но это не сделало погоды, я и так вот-вот уже собирался, — уверенно ответил я.

— Ну, да, — не поверила она. — Ещё бы полгода стаканчики ронял.

Мы засмеялись.

В следующей сцене Джон пристально рассматривал что-то на другой стороне реки. Видны были какие-то люди. В полной тишине прошла почти минута. Камера снимала площадку рядом с которой передвигались человеческие фигурки.

Мы с Лин пристально наблюдали, отодвинув в сторону кофе.

Вдруг Джон воскликнул:

— Вот он!

Камера резко повернулась в небо. Мы отмотали на несколько секунд назад и посмотрели ещё раз, но ничего не увидели.

— Я вам покажу на замедленном, — сказал блогер, будто услышав наше недоумение.

На замедленном воспроизведении, буквально одним кадром, промелькнул из-под земли смазанный черный объект каплевидной формы, летящий острой частью вперед под углом градусов в шестьдесят. В следующем кадре он уже был вне поля зрения. Камера быстро направилась в небо, но успеть за "Шевроном" не смогла.

Джон показал стоп-кадр на котором объект было видно.

— Ради этого, дорогие мои подписчики, я потратил целый день и рисковал. Скорость объекта не менее двух-трех тысяч миль в час, то есть около четырех тысяч километров. Обратите внимание, что объект набрал эту скорость под землей — он уже вылетел на такой скорости. Представьте какой длины тоннель должен быть скрыт под поверхностью…

После этого он показал цветной рисунок "Шеврона". Аппарат был похож на большую черную семечку подсолнуха, летящую острой частью вперед.

— Как тебе? — спросил я.

— Впечатляет. Похоже на правду. — Лин допила холодный кофе и ткнула на другой ролик Смита. Сразу переставив ползунок на середину, она нажала проигрывание. Мы увидели плохо освещенный редкими лампами коридор, который снимался скрытой камерой приспособленной где-то на груди Джона. Камера покачивалась от его шагов.

— Главное себя никак не выдавать. Я не думаю, что они чувствуют адреналин или что-нибудь подобное. Просто надо вести себя естественно и не любопытствовать, — говорил блогер.

Рядом с лампами коридор был достаточно светлым, но между ними было весьма сумрачно. Внезапно навстречу вышли две почти белые фигуры непривычных очертаний, похоже, что они были в скафандрах. По мере приближения стало ясно, что это вовсе не люди… Вытянутые назад светло-серые головы с огромными черными глазами, сильно выраженными надбровными дугами и скуловыми костями имели жутковатый вид. Я даже издал ртом какой-то звук от неожиданности.

Существа, общаясь между собой, как ни в чем не бывало, прошли мимо.

— Это большие серые. Как я и говорил, если никуда нос не совать, то сойдешь за сотрудника и тобой никто не заинтересуется, — прокомментировал Джон.

— У него алюминиевые яйца, — тихо прошептала Лин.

Мы смотрели выборочно разные видео Смита, делились мнениями, обсуждали возможность существования подобного. После видео "Зоопарк на Хариконе 10", в котором Джон прибывает в звездную систему, находящуюся в пятидесяти четырех световых годах от нашего Солнца, и показывает удивительных существ, причем не только "животных", но и посетителей с разных планет, мы сидели в шоке минут пять.

— Все-таки я не могу полностью поверить во все это. Это настолько все нереально и дико… С другой стороны, что мы можем всерьез противопоставить этому и доказать, что это монтаж и графика? Я всегда ощущала, что мы далеко не все знаем даже из того, что есть на нашей планете, — сказала Лин.

— Согласен, — сказал я.

— А поехали на Канаверал?! — предложила она и глаза ее загорелись. — В то место, где эта площадка. Реально проверим монтаж это или правда!

Предложение было заманчивым, хотя и предполагало дальнюю дорогу и риск.

— Но мы же этот "Шеврон" даже не успеем увидеть, если он и вылетит.

— Камера увидит! Я установлю камеру на одном включении на сутки.

"А ведь такое рискованное путешествие очень пойдет на пользу нашим отношениям", — подумал я.

— Как мы найдем где точно находится эта площадка? — спросил я.

— Это не проблема. Просмотрю на Гугл картах весь север мыса. Там же характерная река еще, сориентироваться не трудно, — логично предположила она.

— А если на картах затирают такие объекты? — предположил я.

— Ну реку то не затрут. Я найду.

"Это точно моя любовь", — снова удостоверился я.

Сначала мы решили лететь на самолете — это быстро и просто. Но потом подумали, а что если поехать на машине? Это могло бы стать настоящим приключением! Проехать тысячу двести миль за разговорами, музыкой и остановками так романтично. Мне кажется, это оживило бы отношения между супругами даже после тридцати лет брака. Было решено! Мы взяли по нескольку дней за свой счет и на ее "Micra", погрузив пару сумок, поехали на юг.

Я оказался прав — поездка до Флориды была полна веселья и каждый из двадцати часов дороги был счастливым.

По пути от Чикаго до Индианаполиса мы слушали Нила Даймонда и Бейонсе. Перекусив, продолжили путь до Луисвилла. Загрузившись аудиокнигой «Безгрешность» Франзена впали в уныние, которое сменилось диким хохотом перед Нашвиллом. В Атланте мы, не выдержав длительного нахождения в обществе друг друга, сняли на час гостиничный номер, поэтому до Мейкона ехали почти молча, боясь спугнуть счастье. Не доезжая до Лейк Сити мы вздремнули, так как порядком вымотались, после чего сделали последний рывок до мыса Канаверал.

Машину мы оставили на стоянке в маленьком городке неподалеку, откуда дальше пошли пешком.

Лин на себя взяла информационную часть — поиск места, прокладку маршрута и оборудование. Я же все организовал — помимо провизии взял камуфляжную одежду и, на всякий случай, большое покрывало летней камуфляжной расцветки. Взял также военные фляги, бинокль и ещё всякой мелочи, которая помогла бы в сложной ситуации.

Маршрут, который проложила Лин, подходил к месту наблюдения через реку Индиан и далее через лиственный лес, обходя поляны и другие открытые места.

Выйдя из городка и переодевшись в камуфляж, мы пошли быстро как могли, но у нас ушло на это часа четыре. Когда до той самой речушки остался километр мы стали очень осторожны, так как было неизвестно преувеличивал Смит об охране объекта или нет. И когда мы, порядком вымотанные, вышли к большой поляне, сразу издалека заметили патруль. Это был военный патруль из двух человек, который обходил периметр. Мы поняли, что дело серьезно и Джон не перегибал.

Спрятавшись за деревьями мы подождали когда они уйдут и добрались до места наблюдения. Мы не искали в точности его место, это было не важно. Расположились где-то рядом. Вид на большие вышки вдали и реку был очень близок к тому, что мы видели на видео. С высокого берега мы разглядели ту небольшую площадку с парой строений.

Мы нервничали, так как уже поняли, что вляпались в серьезное дело, а назад поворачивать уже было поздно. Если военные найдут нас, вряд ли получится сойти за туристов.

Расстелив под кустами большой кусок зеленой ткани, а покрывало камуфляжной расцветки положив рядом, мы легли. Лин установила и настроила камеру.

Первые часа два мы тихо лежали, не смея даже разговаривать. Потом немного осмелели и стали переговариваться и даже шутить. На полигоне не было никакого движения. Мы перекусили бутербродами и горячим кофе из термоса, который заправили до горловины в городке. На площадке же движения по-прежнему не было, и мы начали прикидывать сколько выдержим лежать под кустами.

Смеркалось. Под деревьями сгустились тени и медленно поползли наверх к макушкам. Я лежал на спине, разглядывая то затейливые облака, принимающие форму неведомых животных, то кудрявые темно-зеленые кроны деревьев, лениво перебирающие пальцами-ветвями на слабом ветру, когда Лин толкнула меня локтем.

— Что-то происходит! — сказала она.

Я перевернулся на живот и взял бинокль. На площадке было несколько человек. Пара из них переносила какую-то ограду, двое других что-то делали, согнувшись до самой земли.

— Будто что-то было! — вскрикнула Лин.

— Вылетел? — я отложил бинокль, который помешал мне увидеть самое главное.

— Не уверена. Надо запись смотреть. Если да, то скорость и правда адская.

— Почему нет хлопка, типичного для тела, превышающего скорость звука? — удивился я.

— Тебя только это удивляет? — Она прищурилась, потом взяла бинокль. — Это что ещё такое?

Я посмотрел в ту же сторону и разглядел вдалеке крохотный поднимающийся от земли объект. Он поднимался все выше и, приближаясь, рос в размерах. Откуда-то издалека долетал пульсирующий звук знакомого ритма.

— Вертолет! — понял я и развернув камуфляжное покрывало накрыл нас.

Нервирующий звук неумолимо приближался, пока не перешел в почти оглушительное хлопанье лопастей над самой головой.

— Если снизится, может сдуть покрывало! — крикнул я, пытаясь перекричать винт и стараясь медленно подоткнуть покрывало под ноги.

Нервозность переросла в страх. Я понимал, что если поймают, то не будут судить по закону. Я представил нас на минус двадцатом этаже какой-нибудь секретной базы, сидящих на железных стульях со связанными сзади руками. Сердце билось с такой силой и так близко к горлу, что мне казалось я могу им нечаянно срыгнуть.

Еще у них может быть тепловизор и тогда наше покрывало выглядит на их экране двумя желтыми сжавшимися от страха комочками.

Наконец, прибивающий к земле звук винта стал удаляться. Когда он затих вдали, я осторожно высунул голову.

— Как они нас вычислили? — одновременно испуганно и раздраженно спросила Лин, скинув покрывало с головы.

— Потом подумаем! Валим отсюда!

Я быстро собрал все наши вещи, замел следы и уже через десять минут мы были достаточно далеко. Первые два часа мы шли, стараясь не шуметь и не хрустеть ветками, прислушиваясь к каждому шороху, будто вокруг было полно хищников. Стало совсем темно, но мы решили не останавливаться и дойти до места.

Час спустя мы перешли Индиан, а еще через час, снова переодевшись в обычную одежду, сели в родную машину, которую я был готов расцеловать.

Начинало светать когда мы покинули маленький городок. Мы были уставшие и хотели спать. Лин забралась на заднее сиденье и подключив камеру к ноутбуку просматривала запись. Я же сидел за рулем, открыв окно и подставив лицо теплому потоку ветра, наслаждаясь подаренной мне свободой, а может и жизнью.

Я немного казался себе трусом. С чем мы, собственно, столкнулись? В нас стреляли? За нами гнались? Да может вертолет летел не по наши души. Да мало ли зачем он летел там. Но… Он же зависал над нами! Я не видел из-за покрывала, но, судя по звуку, зависал.

Я передернул плечами, представляя, чем это могло кончиться. Все-таки у Джона и правда алюминиевые яйца…

— Есть! — крикнула Лин, отчего я едва не съехал с дороги. — Вот он красавец!

Я неторопливо остановил машину на обочине. Вышел, втянув носом душистый утренний воздух и сел к ней на заднее сиденье.

— Смотри!

На экране были видны люди, которые едва двигались из-за кратного замедления. Серая бетонная поверхность площадки была невозмутима. Шли секунды, но ничего не нарушало спокойствия. Вдруг черная тень, появившись в кадре и перескочив в верхний угол экрана уже в следующем, заставила меня подпрыгнуть и удариться головой о мягкую обивку потолка.

— Значит все правда?! — Я вспомнил видео с зоопарком, с большими серыми в темном коридоре, с огромным крейсером, висящим недалеко от земли и многие другие. Значит, мы живем в игрушечном мире, играем во врачей, летчиков, инженеров, как дети в песочнице, в то время как "взрослые" люди живут настоящей современной жизнью.

— Тебе это будет мешать жить? — спросила она.

Я пожал плечами.

Мы вернулись в Уокиган и продолжили работать, пить кофе на общей офисной кухне, встречаться каждый вечер, куда-то ходить вместе, смотреть фильмы и смеяться. Я каждый день оставался у нее на ночь. Но канал Джона Смита все равно составлял неотъемлемую часть нашей жизни. Мы смотрели все новые видео и горячо их обсуждали. Я успокоился и стал воспринимать нашу жизнь такой какая она есть. А что я мог изменить? Но однажды вечером Лин позвонила мне, хотя я и так уже собирался к ней.

— Эрл, ты где?

— Уже в прихожей, выхожу.

— Давай быстрее, я кое чего накопала, — сказала она торопливо.

Не сказать, что я этому обрадовался. Раньше может быть, но не сейчас, когда я начал успокаиваться. Это могло снова разбередить душу, да и приключений, подобных поездке во Флориду, я не хотел. Но если Лин предложит какую-то авантюру, а я откажусь, кем я буду в ее глазах? Слабаком, как тем вечером в лесу?

Она открыла дверь и снова была одета в свой вечерний наряд — длинную белую рубашку и трусики. Быстро взяв меня за руку провела в гостиную и посадила на диван.

— Я тебе говорила, что пару лет назад была хакером и работала с группой "Cobalt"? — спросила она.

— О нет! — сказал я, сразу поняв к чему она ведет.

— Вижу не говорила… Ну так вот, друзья у меня там остались и мы пару недель назад вышли на их сервера, — она кивнула головой вверх. — И начали ковырять. Удалось вытащить несколько файлов, прежде чем они заблокировали брешь.

— Почему ты со мной не обсуждаешь такие вещи? Мы же в отношениях. Я не переживу, если с тобой что-то случится!

— Не преувеличивай. — Она чмокнула меня в губы. — Так вот, эти файлы — это списки сотрудников. Это списки военнослужащих космических войск!

Она открыла на ноутбуке файл в котором столбцом были перечислены сотни имен и фамилий. Я не удивился и сказал:

— Космическими войсками могут быть подразделения, просто охраняющие объекты. Например, ту же стартовую площадку.

— А вот и не совсем! Обрати внимание на названия подразделений — "Марс", "Луна-1", "Луна-2", "Ганимед-1", "П.Ц.-2" — возможно Проксима Центавра, "Барнарда-1", "EZ Водолея-1", ну и так далее. Обрати внимание — все это ближайшие к нам звезды. А также, обрати внимание, что нет чего-нибудь типа Юпитера, Сатурна, то есть газовых планет, где нельзя на поверхности разместить базу! Скажи, зачем подразделениям, охраняющим наземные объекты, давать такие названия? Зачем их ассоциировать, например, со звездой Барнарда?

— Логично, — согласился я. — Но мы же решили жить по-прежнему. Зачем ты начала копать и к тому же с таким риском?

— Женское любопытство, — сказала она и улыбнувшись, повалилась назад и увлекла меня за собой.

Вечером следующего рабочего дня я зашел в супермаркет за продуктами и, как обычно, поехал к Лин. Подойдя к знакомой двери позвонил, но она не открыла. Я позвонил еще раз, чувствуя неладное. Минуту спустя я поставил бумажный пакет с продуктами на крыльцо и зайдя за угол, подошел к панорамному окну. В гостиной был беспорядок — пластиковый прозрачный стул валялся на боку, диван был подвинут, белый палас с одной стороны был отогнут и не было ее домашнего ноутбука на своем месте! Моя душа, холодной змейкой, уползла я пятки. Волосы на голове зашевелились и в затылке появилось неприятное ощущение ужаса.

На полу, рядом с паласом, темнело несколько пятен. Из-за освещения я не мог разобрать кровь это или что-то похожее. Но судя по обстановке скорее всего кровь.

Я вызвал полицию. Они приехали быстро, минут через десять — рослый полицейский с темнокожей крепкой напарницей. Я описал ситуацию и полисмен все подробно записал в блокнот. Конечно, я не упоминал ни о каком ютуб-канале и файлах, я лишь рассказал кем мы друг другу приходимся и что я сейчас обнаружил.

Полицейский связался с начальством и получил разрешение взломать дверь. Они ее взломали на удивление легко, и, вынув оружие, разошлись по комнатам. Я пошел за мужчиной, который направился в гостиную.

В доме никого не было. На полу действительно оказалась кровь. Я, пребывая в шоке, сел на диван, с которого меня тут же согнал полисмен, под предлогом сохранности отпечатков пальцев преступников. У меня взяли данные и отпустили, рекомендуя пока не уезжать из города. Пообещали связаться при появлении первых результатов. Дом же закрыли и опечатали, а я побрел к себе пешком через полгорода.

Я понимал, что скорее всего ее исчезновение связано с атакой на сервера. Видимо их вычислили. Узнав настоящий ip-адрес можно сразу узнать адрес проживания, а уж узнать ip с их технологиями не составит труда, почему я и переживал из-за этого.

По-видимому, они забрали ее силой. Она пыталась сопротивляться, но они побили ее и уволокли в машину. Скорее всего она жива — хотели бы убить, убили бы на месте, прям через стекло. Значит нужна была живой. Будут допрашивать. На меня выйдут, если она все расскажет… На себя плевать! Все равно! Сейчас смысла в продолжении жизни не было никакого. Не хотелось ничего. Хотелось только найти ее!

Не помню первые дни после этого — я ходил на работу как зомби, что-то ел, как-то спал. На работе я постоянно смотрел на ее пустое место, вспоминая как она улыбалась мне, вспоминая все наши хорошие моменты, а у нас только хорошие и были.

Как Джон Смит помог нам сойтись, так помог и разбить наше счастье.

Из полиции мне так и не звонили, зато звонил им я каждые пару дней. Только толку от этого не было, дело вроде завели, но каких-то сдвигов не происходило, будто все уперлось в стену. Не знаю уж ограничение полномочий останавливало расследование или что-то еще.

В один из дней я позвонил в ФБР и описал ситуацию, но они ответили, что это преступление не является федеральным, они таким не занимаются и это компетенция местной полиции.

Тогда я пошел дальше и решил выйти на связь с людьми, которые, по моему мнению, похитили Лин. И я не смог придумать ничего лучше, чем плюнуть на рекомендацию не покидать город и полетел во Флориду к той клятой стартовой площадке.

Я нашел дорогу на другую сторону реки, чтобы попасть прямо на сам объект. Я хотел, чтобы меня арестовали и тогда, возможно, я окажусь где-то близко к ней.

Но после препирания с военными, которые угрожали мне оружием и заломали руки, приехал большой черный "Tahoe" и трое крепких парней, обыскав меня и отобрав все, слегка побили для смирения и отвезли километров за десять, где я едва не потерялся без навигатора.

Я еще предпринял пару попыток, о которых смысла писать нет, после чего решил пить. Да, просто заливать открытую рану алкоголем. Было больно, но уже как-то по-другому.

С работы я ушел потому, что мне было просто не до нее. Я не мог сосредоточиться ни на чем. От канала Смита я отписался и даже удалил аккаунт с Гугла. В перерывах между стаканами дешевого виски я просто лежал и смотрел в потолок. Так шли недели.

Однажды я, порядком обросший, с новой бутылкой виски и в привычном состоянии похмелья, подошел к своей двери и увидел листочек — обычный листочек вырванный из блокнота. На нем было что-то написано. Я подумал это оставил сосед, хотя до этого он никогда мне записок не писал, но мало ли.

Я выдернул листочек. На нем было лишь одно слово, написанное шариковой ручкой: "Прости".

Я не понял кого и за что надо простить. Стоял и перебирал варианты, вспоминая кто мне на днях мог нагрубить, как вдруг меня словно молнией поразило! Это же почерк Лин! Она жива?! И на свободе?! Если была здесь, почему не нашла меня?!

От волнения у меня безумно забилось сердце и не стало хватать воздуха. Я бросил бутылку, которая тяжело бряцнув о плитку, разбилась и разлила дурман чайного цвета. Выбежав на улицу, я посмотрел в обе стороны, надеясь узнать любимый силуэт. Но, по-видимому, она здесь была давно, когда еще я покупал виски в супермаркете на Эдисон Корт.

Я сел на ступеньку, пытаясь хоть немного успокоиться. Я понимал — если она не нашла меня, значит встретиться не хочет, значит искать ее бесполезно. Но поймал себя на том, что мне, впервые за эти недели стало легче. Пусть не хочет видеть меня, пусть разлюбила, главное жива, да еще и свободна! Я улыбнулся и снова перечитал записку.