Введение

Автор данного исследования хотя и человек верующий, но далекий от того, чтобы все достижения ученых в области антропологии считать «масонским заговором». Он согласен с теми христианскими богословами, которые заявляют: есть все основания предполагать, что Бог творил животный мир и человека методом «направленной» или творческой эволюции, то есть эволюционного креационизма. Исключение, на взгляд автора, составляет лишь создание Адама: это был, вне всякого сомнения, непосредственный творческий акт. И здесь нет противоречия: Адам создан в день седьмой Творения, а о сотворении людей говорится там, где идёт речь о шестом дне. Конечно же, автор знает о том, что существует богословское мнение, объясняющее это «возвращением, чтобы показать». Но об этом несколько ниже.

Сложность темы состоит в том, что мы не можем в полной мере опереться на святых отцов, на церковное Предание, ибо очень многое, связанное с толкованием книги Бытие, осталось в ветхозаветной «богословской корпорации» иудейских книжников: после победы христианства и отвержения ими его они скрыли это знание в массиве талмудических текстов и в тайных учениях, ревниво наблюдая за тем, чтобы оно не попало к «посторонним». Святые отцы Церкви в подавляющем большинстве случаев выступают как богословы, а не как свидетели Предания, когда размышляют и рассуждают на тему Творения мира и человека. Такова, как мы можем сделать вывод, воля Небес, воля Иисуса Христа. В этом плане представляется закономерным появление науки, раскрывающей тайны природы, в том числе и тайну появления человечества с его особенностями. Другими словами, наука в определённой мере позволяет увидеть то, что ветхозаветные книжники скрыли от христиан.

Эволюционный креационизм, думается, нисколько не умаляет роль Бога как «Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым», в чем пытаются обвинить его оппоненты. Есть что-то детское1 в нападках на эволюционный креационизм: как подметил один исследователь, из логики обскурантов вытекает, что, мол, если бы процесс Творения длился намного более шести календарных суток, то мы бы и сами смогли… Обскуранты, доказывая свою правоту, ссылаются на святых отцов Церкви: мол, нет ни одного из них, кто бы высказал мнение, будто мир сотворен не в шесть календарных суток. Это, конечно же, не так. По крайней мере, святой Ириней епископ Лионский, как представляется, прямо говорит о том, что Божий день, по меньшей мере, — тысяча лет: «…Во сколько дней создан этот мир, столько тысяч лет он просуществует. И поэтому книга Бытия говорит: "и совершилось небо и земля все украшение их. И совершил Бог в шестой день все дела Свои, которые сделал, и в день седьмой почил от всех дел Своих, которые создал" (Быт. 2:1–2). А это есть и сказание о прежде бывшем, как оно совершилось, и пророчество о будущем. Ибо день Господний как тысяча лет, а как в шесть дней совершилось творение, то очевидно, что оно окончится в шеститысячный год»2. Правда, обскуранты пытаются истолковать эти слова св. Иринея на собственный лад: он, мол, здесь, наоборот, говорит о том, что Творение совершилось в шесть календарных дней. Но что уж здесь может быть яснее: святитель Ириней епископ Лионский считал, что день Господень равен тысяче лет. Не двадцать четыре часа он длится, но — тысячу лет. То есть он полагал, что Творение продолжалось шесть тысяч лет, и мир просуществует от Адама ровно шесть тысяч лет. Откуда он взял, что день Господень равен тысяче лет? Об этом говорит Священное Писание: «Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи» (Пс. 89:5); «Одно то не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3:8). Поскольку мнение, что день Господень равен двадцати четырём земным часам, противоречит Апостольскому преданию, постольку оно является лишь теологуменом и никак не может претендовать на «согласие отцов». Другой вопрос, как понимать эту «тысячу лет»: точный срок или какое-то символическое число «полноты времени»? Вот здесь и возможно «богословское согласие» через борьбу богословских мнений. Блаженный Августин склонялся к тому, чтобы понимать этот срок символически. И автор присоединяется к его мнению: этот вопрос не является принципиальным, поскольку Тот, у Которого в руках весь наш космос, является и Господином времени.

Существует, казалось бы, явное противоречие между данными науки и богословия: ученое сообщество утверждает, что вид Нomo Sapiens окончательно сформировался около 40 тысяч лет тому назад, а богословы упорно стоят на цифре 7500 лет3. Но ученые не могут убедительно объяснить зарождение цивилизации, которое произошло около семи тысяч лет тому назад. Если к данным науки относиться серьезно и, в то же время, не ставить под сомнение время создания Адама, то можно говорить о двух этапах творения человека. Постановке такого рода вопроса способствует и Библия: вначале рассказывается о сотворении человека в шестой день, а затем, после сообщения о наступлении седьмого дня творения, вновь разговор идет о создании человека, но уже называется его имя: Адам. Уточним: о создании Адама речь идет в главе второй книги Бытие, когда рассказывается о событиях седьмого дня Творения. Это, на первый взгляд, противоречие — рассказ о творении человека в шестой и седьмой день — давно уже подметили критики Библии. Пытаясь разрешить его, большинство толкователей Шестоднева придерживаются следующего богословского мнения: мол, после начала повествования о седьмом дне Творения в начале второй главы книги Бытие составители Библии решили «вернуться» к творению человека, «чтобы рассказать» более подробно об этом. Но здесь выявляется масса неувязок, чем и по сию пору пользуются критики. Тем более что речь идёт уже не о всей планете Земля, а о рае «в Едеме на востоке», который насадил Бог, куда и был помещён человек, сотворенный, если строго придерживаться последовательности библейского повествования, не в шестой, а в седьмой день и названный Адамом. К тому же процесс его появления назван «созданием».

Вопрос о «двух творениях» давно уже поднимался в христианской среде. Имеется в виду так называемая «теория преадамизма», основоположником которой был французский теолог Исаак Пейрер. Несмотря на то, что «теория преадамизма» у части исследователей трансформировалась в полигенизм, ставший теоретической основой расизма, как представляется, нет оснований для того, чтобы сходу полностью отвергать её. Во всяком случае, ряд аргументов оппонентов, высказанных в том числе и православными богословами4, с позиции нашего времени видятся не вполне убедительными. Скажем, хотя и моногенизм не может быть подвергнут сомнению, поскольку вытекает из православного учения, не учитывался следующий момент: если для современной науки уже нет проблемы клонировать млекопитающее из его же клетки, то какие основания полагать, что Всемогущий Бог не может из клетки преадамита (а клетка — это для людей Древнего Мира «прах земной») сотворить Адама, внеся в его генотип ряд не принципиальных, но важных «уточнений»? В этом случае моногенизм соблюдается в полном объеме, однако же и преадамит остается преадамитом, по крайней мере, до определенного времени: скажем, до вкушения Плоти и Крови Христа, что, безусловно, преображает природу преадамита. Что касается самого термина «преадамит», то он представляется неверным, поскольку и «человек шестого дня» Творения несёт в себе образ Божий. Но предметно об этом несколько далее.

Следующий момент касается благословения «плодите и размножайтесь» (Быт. 1:28): оно даётся чете людей, сотворенных в день шестой Творения, то есть сразу же. Потомки Адама в лице Ноя и его сыновей получают его лишь после потопа (Быт. 9:1). Опять-таки, с помощью сложных богословских конструкций это препятствие обойти можно, но это не будет выглядеть убедительно. Каким «возвращением, чтобы уточнить» здесь можно это объяснить? Подобным образом обстоят дела и с «сынами Божьими» и «дочерьми человеческими»: да, высказывали святые отцы свои мнения по поводу этих «двух типов» людей, вплоть до того, что «сынами Божьими» предлагали считать падших ангелов. Но все это, скажем вновь, представляется крайне неубедительным.

Вот что пишет о «двух типах» людей христианский исследователь Лев Регельсон в книге «Земля Адама»: «Следующий текст: "И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их" (1:27); ВАЙИБРА ЭЛОХИМ ЭТ ХААДАМ ВЕЦАЛМУ ВЕЦЭЛЭМ ЭЛОХИМ БАРА ОТО ЗАХАР ВЕНКЭЙВА БАРА ОТА. Заметим, что здесь ДМУТАН отсутствует, и вместо этого дважды повторено ЦАЛМ: образ, отсутствие упоминания о "крови" может указывать только на сходство внешнего вида, но не сущности, т. е. речь здесь идет о преадамите, адама (ударение на последнем слоге — В.М.). В пользу этого также очень грубый характер слов ЗАХАР ВЕНКЭЙВА: букв. "самец и самка", применимые к тем полуживотным существам, какими были адама. Пророческим подтверждением существования Божественного прообраза животных адама служит образ "керубов" у Иезекиилия: "Подобие лиц их — лицо человека и лицо льва с правой стороны у всех четырех; а с левой стороны — лицо тельца у всех четырех и лицо орла у всех четырех" (Иез. 1:10); аналогичный образ повторен у Иоанна (Откр. 4:7). Было бы несообразным со всем духом Библии, — замечает Регельсон, — ставить Божьего человека в один ряд с животными: орлом, львом и тельцом; но вполне уместно в один ряд с ними поставить преадамита адама. Если АДАМ сотворен по образу Единокровного, то адама — по образу небесного херувима, керуба, одного из множества нетварных первообразов, пребывающих "окрест Божества". Итак, текст Быт. 1:27 приобретает вид: И СОТВОРИЛ ЭЛОХИМ АДАМА, ПО ОБРАЗУ ОБРАЗА СВОЕГО СОТВОРИЛ ЭЛОХИМ ЕГО, САМЦА И САМКУ СОТВОРИЛ ИХ»5, — заключает Регельсон. Выскажем здесь замечание по поводу «нетварных первообразов, пребывающих "окрест Божества"»: как представляется, нет ни малейших оснований для подобного утверждения, но подробнее об этом в первой главе.

Далеко от истины утверждение, будто бы в Церкви вопрос о «двух творениях» никогда не поднимался. Греческий богослов Панайотис Неллас пишет: «В этой перспективе (применение апофатического метода в антропологии — В.М.) несколько проясняются два столь оживленно обсуждавшихся современными богословами вопроса, связанные с сотворением человека. Я имею в виду гипотезы, высказанные святым Григорием Нисским по поводу так называемого а) "первоначального человека" (ἀϱχέγονο ἄηθϱωπο), а точнее, "первого творения" (πρώτη δημιουϱγία) человека без разделения на два пола, и б) "второго творения" (δεύτεϱη δημιουϱγία), в котором это разделение, по выражению святого Григория, уже было устроено” (επιτεχνάομαι) Богом в предведении падения, чтобы в биологических условиях обеспечить возможность приращения человеческого рода, который, если бы не падение, умножался бы "тем способом, которым ангелы размножаются до множества"»6.

Вне всякого сомнения, человек, появившийся на свет в седьмой день, создан из генотипа «человека шестого дня», то есть «от одной крови» (Деян. 17:26). Материалом для создания Адама послужил «прах земной», чем собрание генов и выглядит для человека непосвященного. Единство и родство человеческого рода подтверждается и данными современной науки…

Глава I. Антропология Херувимов

В закрытой для непосвященных части Божественной Литургии православных христиан — Литургии верных — церковным хором от лица молящихся поётся многозначительная Херувимская песнь: «Мы, таинственно изображающие Херувимов и воспевающие животворящей Троице трисвятую песнь…»7. Во многих приходах Русской Православной Церкви существует обычай: во время пения Херувимской песни миряне стоят, сложив крестообразно руки на груди, как Херувимы крылья на иконах… Особенно поражает эта сцена тогда, когда узнаёшь, кто такие Херувимы: «Посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади. И первое животное было подобно льву, второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей; и ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, который был, есть и грядет» (Ин. 4:7,8.). Зачем верующие «таинственно изображают» «животных»? Почему эти «животные» «исполнены очей»? Как понимать то, что «животные» «ни днем, ни ночью не имеют покоя»? Попробуем более внимательно прочитать Апокалипсис святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова и в нем найти ответы на эти и многие другие вопросы8.

Буквально чуть ли ни в первых строках мы находим искомое: «И когда он взял книгу, тогда четыре животных… пали пред Агнцем… И поют новую песнь, говоря:… Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени, и соделал нас Царями и священниками Богу нашему, и мы будем царствовать на земле» (Ин. 5:8-10). Текст по смыслу совершенно прозрачный и недвусмысленный: верующие во Христа всех племен и народов и есть эти удивительные «животные». Отсюда понятно, почему они «исполнены очей», «ни днем, ни ночью не имеют покоя»: на всех часовых поясах планеты живут христиане, их молитвы образуют непрерывный круг славословий.

Именно этот херувимский человек, не совсем верно называемый некоторыми исследователями преадамитом, наречённый учёным сообществом неоантропом, и был сотворен около 40 тысяч лет тому назад, в шестой день Творения, методом эволюционного креационизма. В течение относительно короткого времени неоантроп заселяет «четыре крыла» (стороны) Земли: Европу, Азию, Австралию, Африку. А затем еще «два крыла» (две стороны) Нового Света — Северную и Южную Америку. Богом этот человек был благословлен на главенство в животном мире: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт. 1:28.). Но вместе с тем Бог дал в снедь херувимскому «человеку шестого дня» только растительную пищу: «всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; — вам [сие] будет в пищу» (Быт. 1:29).

Кто-то, быть может, попытается здесь возразить: нигде, мол, ни у одного святого отца нет и намёка на каких-то «людей-животных». Это не так. По крайней мере, святитель Ириней Лионский пишет в книге «Против ересей», что такого рода представления у древних христиан имели место: «Об этих временах и Исаия, пророчествуя, говорит: "И будет пастись волк вместе с агнцем, и барс будет покоиться вместе с козлом, и теленок, и вол, и лев будут пастись вместе, и малый отрок будет водить их. И вол и медведь будут пастись вместе, и дети их будут вместе, и лев, как вол, будет есть плевы; и малый отрок возложит руку на пещеру аспидов и на ложе детей аспидовых, и они не сделают зла, и не могут погубить кого-либо на Святой горе Моей" (Ис. 11:6–9). И еще, повторяя, говорит: "Тогда волки и агнцы будут пастись вместе, и лев, как вол, будет питаться плевами, и змей будет есть землю, как хлеб; и они не будут вредить и делать зла на Святой горе Моей, говорит Господь" (Ис. 65:25). Знаю, — пишет далее святитель Ириней, — что некоторые пытаются относить это к диким людям, принадлежащим к различным народам и разных занятий, которые уверуют и, уверовав, сойдутся с праведными. Но хотя ныне это и (справедливо) в отношении к некоторым людям, из различных племен приходящим в единомыслие веры, тем не менее в воскресение праведных сбудется и относительно тех животных, как сказано, ибо Бог богат всем. И надлежит, чтобы с обновлением творения все животные покорились и повиновались человеку, и возвратились к первоначальной, Богом данной пище, — как они (первоначально) покорены были Адаму, — т. е. произрастениям земли. На иное, а не настоящее время указывает то, что лев будет питаться плевами. Это означает обилие и питательность плодов; ибо, если лев питается плевами, то какова будет самая пшеница, от которой плева годна будет в пищу львов?»9, — пишет святитель Ириней епископ Лионский.

Библия говорит о том, что и все другие животные питались в первоначальное время растительной пищей: «а всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, [дал] Я всю зелень травную в пищу. И стало так» (Быт. 1:30). Таким образом, ни о каком поедании друг друга, хищничестве в природе того времени говорить не приходится, во всяком случае, с позиции веры. Можно сказать, что это был какой-то праздник жизни, и соответственно настрою этого праздника была и роль человека. Что он делал: усмирял буйство крупных животных, водворял мир между ними, регулировал порядок на пастбищах согласно своему устремлению к божественной мудрости? Мы не знаем. Но роль «человека шестого дня», вероятнее всего, была весьма близка к этому. Невозможно допустить мысли, что в таких условиях могла царствовать смерть. Жизнь торжествовала победу.

Но чем могли различаться друг от друга люди «шестого дня», когда их становилось все больше и больше? В психологическом плане «человек шестого дня» сразу после сотворения был подобен вулканической лаве, охватывающей землю, но и с течением времени остывающей, входящей в какие-то жесткие рамки. Этому, вероятнее всего, способствовало определенное различие в климатических зонах, природных ландшафтах, зоологических сообществах. Совершенно очевидно, что поведенческий рисунок животных и человека в экваториальных (тропических) лесах, саваннах, евразийских степях, в лиственных лесах умеренного пояса был различный. Экваториальные (тропические) леса требуют постоянного бодрствования, повышенной чуткости, внимательности, то есть определенного крена в темпераменте в меланхолическую сторону. Нет, речь не идет о невозможности существования других видов темперамента в этих условиях, но именно об определенном крене в их природе. Другой вид темперамента требовали саванна и степи Передней Азии: периодически накапливать энергию для совершения мощного усилия, для выброса её в необходимый момент времени. Остывающая «вулканическая лава» Творения закрепила здесь холерический крен в темпераментах. Евразийские степи и аналогичные им места остудили «вулканический жар» «человека шестого дня» своей безбрежностью: они затребовали темперамент подвижный, относительно легко возбуждающийся, теребящий, постоянно готовый «бежать в другую сторону». Здесь неизбежно появление крена в сангвиническую сторону. Совершенно другой тип темперамента должен был складываться у людей, заселяющих леса умеренного пояса: терпеть, стойко переносить холод, ждать, копить энергию, но в определённый момент времени срывать плотину перед ней, бурным её потоком всё сметая на своём пути. Охлаждение «вулканической лавы» породило здесь флегматический крен в племенах людей-херувимов, сотворенных в шестой день Творения.

Численность людей «шестого дня» росла. Различие в темпераментах стало столь значительным, что появилась нужда в творческом человеке, который умел ладить со всеми четырьмя группами «человека шестого дня», устраивать их жизнь, способен был объединять, служить им, и, самое главное, возводить их к Богу — своему Создателю. Именно для этого и был сотворён Адам, и возрастал в Раю — особом месте Земли10, чтобы быть готовым вступить в служение объединения и обожения уже живущего на Земле рода человеческого. Но произошло грехопадение. В мир «человека шестого дня» пришли смерть, голод, жажда, страх, убийство. Изменилась и природа животного царства: появились хищники, выстроились близкие к современным пищевые цепи… «Человек шестого дня» на какое-то время перестал быть владыкою зверей земных и вынужден был искать своё место в экологической системе, для чего надо было вписаться в «биоценоз своего ландшафта»11, найти свое место — «профессию» — в экологической нише. В связи с этим произошло определенное самостоятельное перепрограммирование херувимского человека: в поведении стали явственно проступать черты тех животных, что занимали высшую ступень в определенной экологической нише, которых он теснил, борясь, так сказать, за место под солнцем. Таким образом после грехопадения и продолжилось углубление крена в темпераментах четырех групп людей «шестого дня».

Часть неоантропов, обитавшая в лесах близ экватора, без особого труда освоила свою «родную» экологическую нишу, несколько потеснив здесь отдаленных «родственников» — обезьян. Тропический лес, наполненный не только плодами, промысловыми животными, но и опасностями, подстерегающими на каждом шагу, в течение столетий отшлифовывал темперамент людей, поселившихся в нем. Известно, что темперамент — это основа поведения, поведенческого рисунка человека, животного. В обстановке постоянного ожидания опасности, требующей чрезвычайной чувствительности, способности уловить малейшие подозрительные шорохи, запахи, востребовался в полной мере меланхолический — «обезьяний» — темперамент. Представители этого вида темперамента заняли доминирующее положение в группах племен, обживших лесные тропические биоценозы. Естественно, что не исчезли и холерики, сангвиники, флегматики, но их темперамент, посредством естественного отбора, давления сигнальной наследственности, оформившейся с течением времени в первобытную культуру, дал еще больший, в сравнении с существовавшим до грехопадения, крен в сторону меланхолического темперамента — темперамента «обезьяны»: «Темпераменты имеют для всего того, что называется индивидуальностью, или личностью, для отличия одного человека от другого, гораздо большее значение, чем все структурные различия в душевных аппаратах»12.

Не осталось без изменения и тело людей из «обезьяньих» племен, поскольку «темпераменты составляют ту часть психического, которая… стоит в корреляции со строением тела»13. Легкие, прыгучие, чрезвычайно подвижные, в любую секунду готовые задать стрекача или застыть, «окаменеть», но и в то же время очень смелые, бойкие, задиристые в группе, когда отражают натиск врагов, — таков психологический облик людей-«обезьян» — «животного, имевшего лице как человек». Единственное животное, имеющее похожее на человеческое «лицо» — обезьяна.

Здесь не может быть и речи о трусости, малодушии людей племени «обезьяны», поскольку это «форма адаптации вида Нomo Sapiens в биоценозе своего ландшафта, причем не столько в структуре, сколько в поведении»14. Одним словом, если бы не было меланхолического крена в темпераменте людей, заселивших тропические леса, соответствующей корреляции тела, что закрепилось в их генотипе, то информацию сигнальной наследственности — традиции, обряды, обычаи — некому было бы передавать: после грехопадения Адама тропический лес поглотил бы неоантропа без остатка. Правда, справедливости ради, надо особо подчеркнуть, что у человека, в отличие от животных, сигнальная наследственность давила на естественный отбор, значительно ускоряя его.

Само собой разумеется, что такое положение человека-«обезьяны» в экологической нише не могло пройти незаметно мимо его сознания: обезьяна, ставшая после грехопадения Адама по существу естественным «учебником» от Бога для Херувима, обитавшего в экваториальных лесах, стала почитаться как тотем, как «брат», что нашло позднее отражение в мифологии, в религии. Так, мифология народов Южной и Восточной Азии фиксирует особое почитание обезьяны: «Хануман — в индийской мифологии божественная обезьяна… <…> Культ Ханумана… один из самых популярных в современном индуизме. Хануман чтится как наставник в науках и покровитель деревенской жизни. <…> Из Индии культ Ханумана (и культ обезьян вообще) распространился на всю Восточную Азию вплоть до Китая»15. Нет сомнения в том, что аналогичные следы тотемических воззрений существуют в мифах народов, населяющих африканские тропические леса.

По иному, после грехопадения Адама, складывалась судьба людей «шестого дня», занимавших биоценозы тропических степей, каковыми были, согласно данным исторической географии, когда-то районы Сахары, Аравийского полуострова. Относительный недостаток растительной пищи в этих местах сполна компенсировался избытком мясной: огромное количество стад разнообразных копытных паслось на этих равнинах. Основным хищником биоценозов тропических степных равнин издавна является лев. Именно его «попросил потесниться» в экологической нише, после грехопадения Адама, неоантроп, чему помогло копье: подкрадываясь в высокой траве близко к промысловому животному, группа из четырех-пяти человек охотников, выбрав удачный момент, неожиданно поднималась и совершала «прыжок льва» — ударяя с расстояния десятка шагов «копьистой пятерней» условленное животное. Частенько организовывалась и загонная охота, чему херувимского человека «обучали» львы, охотившиеся и группами: в этом случае отдельным «львом» становилась группа охотников из 3–5 человек.

Прошли столетия, прежде чем неоантроп в биоценозах тропических степей укоренился в экологической нише рядом со львом — на планете Земля появилось новое «животное», «подобное льву». Отталкиваясь от того остова, что сформировался до грехопадения Адама, и под действием естественного отбора, направляемого и ускоряемого традициями, обрядами, обычаями, у людей, «прописавшихся» в нише льва, продолжал закрепляться в генотипе крен в сторону «львиного», то есть холерического, темперамента: «Вплоть до 17 в. распространены… изображения льва в качестве атрибута гордыни, гнева, холерического темперамента…»16. Спокойный, выдержанный, пока сытый, человек-«лев» через определенный цикл, связанный с усвоением пищи, взрывается: его энергия бьет фонтаном, все органы чувств работают в интенсивном режиме, его мускулы готовы «вцепиться» в добычу яростным ударом копья. В этот момент он не укротим. Неудача не может остановить его, он вновь и вновь, пока не достигнет успеха, будет делать попытки добыть пищу. Когда же цель достигнута, херувимский человек-«лев» приходит в состояние спокойствия и невозмутимости — наступает цикл подготовки к следующему «прыжку».

Естественно, не могли не возникнуть и некоторые особенности в строении тел людей-«львов»: они отличаются высоким ростом, мускулистым торсом, длинными прыгучими ногами — словом, атлетическим телосложением. Традиции, обряды, обычаи племен-«львов» закрепляли в первую очередь те стороны культуры, социальной жизни, которые позволяли сохранить и упрочить холерический крен в темпераментах, ибо от этого зависела жизнь людей-«львов». Само собой разумеется, что в «львином» племени продолжали рождаться и жить люди с темпераментами сангвиников, флегматиков, меланхоликов, но у всех у них имело место генетически закрепленное смещение в темпераментах в «львиную», то есть холерическую сторону.

Древнейшие тотемические верования возникли не на пустом месте: вжившись, после грехопадения Адама, в биоценоз, человек-«лев» вдруг осознал, что он занимает со львом одну ступеньку в экологической нише, что лев стал ему «коллегой» по экологической «профессии», «братом» не по родству, а по жизни. Но и в то же время человеческое сознание сохраняло память о том, что человек пришел ко льву, что лев первым занял эту нишу, что он принял, пустил, «позволил» стать «братом» человеку. А отсюда благоговение, которое испытывал человек к своему тотему, ставшему, после грехопадения Адама, Божьим «учебником» для него. Память о племенах-«львах», о льве-тотеме зафиксирована в фольклоре, сказаниях, мифах народов Северной Африки, Аравийского полуострова, Иранского нагорья и территорий, прилегающих к ним: «Мифологические существа с головой льва и телом человека характерны для обширного ареала к югу от Египта [бог Апедемак в мифологии Куша (Древняя Нубия)] и в Передней Азии до ее северных районов…»17.

Но не только на равнинах, в тропических лесах живет «человек шестого дня». Значительная часть неоантропов адаптировалась к жизни в более суровых, чем тропики, условиях — в горах Европы, Азии, Северной Америки. Здесь сыграла свою роль высотная зональность. В зоне горных степей, лугов, альпийских лугов основным хищником является волк. Именно его теснили неоантропы, обживавшие эти биогеоценозы после грехопадения Адама. Относительное низкотравье лугов, степей затрудняет скрытное приближение к добыче. А потому люди, «братавшиеся» с волками, чаще всего охотились «стаей» — группой из 8-12 человек, в которой выделялись загонщики и охотники, сидевшие в засаде. Когда промысловое животное приближалось на расстояние броска копья, люди, находящиеся в засаде (чаще всего два-три человека) наносили удары в «прыжке» «клыками» — копьями.

Через столетия у людей племен-«волков» в темпераментах произошло окончательное закрепление крена в «волчью», то есть в сангвиническую сторону. Открытое пространство, длительные пробеги в поисках пищи, «стайная» охота — все это потребовало соответствующей перестройки «химизма крови», то есть природы темперамента, выразившейся внешне в умении ладить в «стае», скоро ориентироваться на местности, в способности прилагать большие усилия, настойчивость при преследовании добычи, но и, в то же время, довольно быстро «гасить» выход энергетического заряда в случае, если попытка не удалась, молниеносно переключаясь на поиск нового варианта охоты.

И здесь сигнальная наследственность направляла и ускоряла процесс естественного отбора, закрепления генотипических изменений. Естественно, и тело стало несколько иным. Человек-«волк» внешне несколько похож на человека-«обезьяну»: среднего роста, поджарый, стройный, но чуть с более длинными ногами — этакий прирожденный стайер. Подобным образом шло шлифование темпераментов людей-«волков» в биоценозах степей Причерноморья, Прикаспия, Западной и Центральной Азии, Северной Америки, где «волчьи» племена стали кочевать со стадами копытных.

Довольно скоро, после грехопадения Адама, люди-«волки» осознали свое экологическое родство с «братом»-волком, что дало начало тотемическим верованиям. Но одной характерной особенностью тотемических верований является табу (запрет) на произношение имени тотема. И если у холерических — «львиных» — племен этот запрет был рано нарушен из-за их неукротимого темперамента, то у более сдержанных племен-«волков» он держался довольно долго. На вопрос об имени тотема человек-«волк» мог с чистой совестью, не боясь «нанести вред тотему», ответить, что он «подобен орлу летящему»: орел — это «брат» волка по экологической нише, потому как у волка-одиночки и орла один объект охоты: мелкие копытные, зайцы, грызуны и т. д. И «волчьи» племена предстали перед миром Херувимом, «подобным орлу летящему».

Поскольку горные системы с лугами, степи существуют во многих регионах мира (за исключением тропиков), постольку люди-«волки», «подобные орлу летящему», появились в соответствующих биоценозах, вплоть до экосистем полярной степи — тундры, что и зафиксировала мифология различных народов мира: «В мифологических представлениях многих народов Евразии и Северной Америки образ волка был преимущественно связан с культом предводителя боевой дружины (или бога войны) и родоначальника племени. Общим для многих мифологий Северо-западной и Центральной Евразии является сюжет о воспитании родоначальника племени… волчицей… Тотемические истоки подобных мифов особенно отчетливы в типологически сходном предании рода кагвантанов у североамериканского индейского племени тлинкитов. <…> В качестве бога войны волк выступал, в частности, в индоевропейских мифологических традициях, что отразилось в той роли, которая отводилась волку в культе Марса в Риме и в представлении о двух волках, сопровождавших германского бога войны Одина в качестве его «псов»… Соответственно и сами воины или члены племени именовались волками (в хеттской, иранской, греческой, германской и других индоевропейских традициях)»18. Обратимся теперь к последнему «животному», «подобному тельцу».

Не только естественными пастбищами — степными, луговыми ландшафтами — богаты горы: редкие горные системы не имеют лесов. «Хозяином» горных лесов умеренного пояса во все времена был медведь. Именно его стали теснить в этих экосистемах неоантропы. Известно, что медведь всеяден: он не брезгует плодами, ягодами, поедает мелких животных, ловит рыбу, охотится на крупный рогатый скот, любит мед…

После столетий экологического «братания» неоантропа с медведем в некоторых горных системах мира появились племена людей-«медведей»: неторопливый, основательный, инертный увалень, человек-«медведь» в какой-то момент, не связанный с определенным циклом, взрывается — это производит ощущение бешеного потока воды из прорванной плотины. Этот дикий выход энергии необыкновенным образом преображает «медведя»: движения становятся энергичными, быстрыми, ловкими, решения принимаются с молниеносной быстротой — типичная ситуация аврала. Именно в момент близкого «прорыва плотины» у «медведей» появлялось непреодолимое желание «уложить» кого-нибудь из крупного рогатого скота: маскируясь за стволами деревьев, на деревьях, за камнями, люди-«медведи» терпеливо поджидали появление крупного рогатого, когда же он подходил на наиболее благоприятное для поражения расстояние, эта группа из 3–5 охотников набегала на животное, раздирая его «когтями»-копьями.

Традиции, обряды, обычаи быстро закрепили доминирующее положение «медвежьего» — флегматического — темперамента. И с течением веков у множества племен умеренного пояса горно-лесной зоны сформировалось обличье «медведя»: холерики, сангвиники, меланхолики «утяжелили» себя основательным зарядом флегмы. У селившихся в лесах Европы, Азии, Северной Америки неоантропов появление «медвежьего вида» происходило аналогичным образом. Но имя тотема должно быть надежно скрыто — этот запрет инертные люди-«медведи» будут соблюдать терпеливо, в соответствии со своей флегматической природой. Для ответа на вопрос об имени своего тотема люди-«медведи» прибегали к обычной для этого явления практике сравнения: он могуч, неустрашим, яростен как телец, то есть бык. И действительно, бык — это мощное, флегматичное, неторопливое животное, но в ярости он наводит ужас на людей и зверей. Для описания тотема люди-«медведи» прибегали не к помощи «брата» по экологической нише, как у «волков», а к животному, которое по темпераменту было похоже на медведя, и на которое избегал нападать даже медведь. Безусловно, что в связи с переходом к скотоводству и земледелию и принятием истинной веры в Бога Всевышнего отталкивающие «хищнические» черты людей-«львов, людей-«волков» и людей-«медведей» в значительной мере ушли в прошлое: «львы» приобрели статус «благородной силы», «волки» навсегда стали «орлами летящими», а «медведи» — «травоядными» «тельцами»…

Отметим еще один момент. Люди-«обезьяны» и люди-«волки» держались в «стае» несколько обособленно, в отличие от людей-«львов» и людей-«медведей», где группа из трех-пяти человек по сути «сливалась» в одно существо: как представляется, именно здесь находится исток интровертности и экстравертности… Или возьмем, например, спортивные игры: совершенно очевидно, что потомки людей-«волков» будут непревзойденными мастерами игры в футбол, требующей умения действовать «стаей»; напротив, потомки людей-«медведей» — дадут фору любому другому (разве что за исключением «львов») херувимскому виду в хоккее, поскольку пятерка хоккеистов — это «бегущий» «медведь», у которого «четыре лапы и пасть»… Но возвратимся к прерванному изложению.

Мифология народов гор, лесных областей Европы, Азии, Северной Америки содержит богатейший материал, подтверждающий «медвежьи», «подобно тельцу», корни большого числа этносов: «В мифологических представлениях и ритуале медведь может выступать как… предок, родоначальник, тотем… <…> Сведения о людях-"медведях" имеются в древневосточных (в частности, в хеттских) текстах. <…> Тему родства (хозяина леса) отражают табуистические названия медведя — "отец", "дед", "дедушка"… "лесовой человек"… "хозяин"… Известны и другие принципы табуирования названий медведя: русское "медведь", то есть "едящий мед"; немецкое Вar, английское bеаr, то есть "бурый". <…> …Знаменательно отождествление… в медвежьем культе в Заволжье скотьего бога Велеса… с медведем»19.

К толкованию мифов народов мира, в которых присутствует телец, необходимо подходить очень осторожно: возможно наложение древнейших тотемических верований, связанных со львом, поскольку табуистическое описание льва в первые тысячелетия существования племен-«львов», вне всякого сомнения, включало в себя и сравнение его с быком, на тотемические верования племен-«медведей».

На севере европейской части России, в Литве, Белоруссии, то есть в местах обитания «медвежьего» Херувима, краеведами найдены и описаны сотни валунов с выбитыми следами стоп человека (реже каких-либо животных). Один из первых исследователей этих загадочных камней шуйский краевед Сергей Николаевич Ильин полагал, что следы животных, выбитые в соседстве со ступней, это — знаки тотемизма, памятники первобытного культа тех животных, которых люди считали своими священными предками. Непонятно, почему краевед вывел из класса тотемов сам след ступни человека, поскольку совершенно очевидно, что такое большое количество валунов-следовиков — это материальное свидетельство тотемического культа медведя, который в тотемических верованиях сливался с первопредком в одно целое. К тому же след медведя напоминает человеческий: человеческий след — это своеобразная табу-маскировка: нельзя явно называть имя тотема, рисовать, изготавливать его изображение — это закон тотемических верований.

Но самое главное, пожалуй, почему здесь надо видеть тотемический культ медведя, заключается в следующем: валун по очертаниям напоминает затаившегося в траве, среди деревьев медведя. Камни-следовики севера Руси — это, как представляется, живая летопись тотемических верований, зафиксированное в камне поклонение мифическому первопредку людей-«медведей». Позднее, в момент разрушения первобытнообщинного строя, тотемические воззрения претерпели изменения: тотемами стали признаваться лисы, рыси, лоси и др. животные, что и было отражено на некоторых камнях (экзотические следы типа обутой ноги — это позднейшие художества, к тотемическим верованиям, конечно же, не имеющие ни малейшего отношения). И, безусловно, прав С. Ильин, утверждавший, что камни-следовики были одновременно и знаком собственности родов и племен, рубежным знаком, поскольку в каждом «медвежьем» племени существовал свой валун-«медведь» — памятник предку-тотему, которому племя поклонялось.

Естественно, что установилась и определенная корреляция между флегматическим характером и телом людей-«медведей»: чуть выше среднего — рост, несколько бочкообразное туловище, кажущиеся коротковатыми на фоне мощного торса ноги.

Проходили столетия, численность племен «обезьяны», «льва», «орла» и «тельца», росла и к третьему тысячелетию до н. э. из-за этого в ряде регионов стала складываться неблагоприятная обстановка, грозящая необратимым нарушением экологического равновесия. И тогда на мировую арену вышли адамиты.

Глава II. «Двадцать четыре старца»

В приводимом выше из Апокалипсиса символе человечества намеренно был удержан один элемент: «…И вокруг престола двадцать четыре престола, а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облечены были в белые одежды» (Откр. 4:4); «И когда Он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем… И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу… ибо Ты был заклан, и кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени…» (Откр. 5:8,9). Одним словом, «четыре животных» и «двадцать четыре старца» разъединены лишь в символе, а в жизни они слиты в одно, составляют единство «всякого колена и языка, и народа и племени». И все же они резко отличаются друг от друга: «двадцать четыре старца» — как «сыны Божьи», а «четыре животных» имеют звериные черты.

В первых главах Библии содержится разгадка этой тайны: люди-херувимы были сотворены в шестой день Творения, а в седьмой день был создан Адам, поскольку «не было человека для возделывания земли» (Быт. 2:5). В главе шестой Библии мы видим, что вместе с «сынами Божьими» существуют и «люди», у которых «дочери человеческие»: «Когда же люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены… И сказал Господь [Бог]: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым… и увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле… и раскаялся Господь, что создал человека на земле…» (Быт. 6:1–3, 5,6.).

Что это за «сыны Божьи»? Кто такие «люди», чьих дочерей стали брать «сыны Божьи» себе в жены? Сразу же отбросим мнение насчет браков людей с падшими ангелами: Бог не допустит такого извращения. Многими современными богословами единственно верным признается следующее толкование: «люди» — потомки Каина, «сыны Божьи» — Сифа. Но здесь противоречие: родители — Адам и Ева — совершили смертный грех, но, однако же, у одного сына (тоже согрешившего) потомки «люди», а у другого — «сыны Божьи», хотя про Каина сказано: «…приобрела я человека от Господа» (Быт. 4:1). Здесь частное мнение пусть и великого святого возводится в ранг догмы.

Мы помним упрямство западных богословов по вопросу о строении солнечной системы, повторяется то же самое: наука утверждает, что человек современного вида сформировался около 50 тысяч лет тому назад, а богословы опровергают это, не вникая в суть вопроса, слепо отстаивая общепринятую между собою точку зрения, прозрачно намекая на то, что доказательства ученых — «заговор против веры в Бога». Не будем спорить: в мире, в том числе и в научной среде, есть силы, жаждущие уничтожения истинной веры в Бога и возведение на её место «веры в науку», но и зерна от плевел нужно отделять… Не Священному Писанию противоречат данные современной науки о происхождении человека, а некоторым частным богословским мнениям, которые обскуранты пытаются выдать за «согласие отцов». Когда же мы, не отвергая основательные положения современной науки, верим в истинность Священного Писания, не ставим под сомнение ход изложения, внимательно изучаем его, то все сразу же становится на свои места: Адам был создан в седьмой день Творения, когда люди «шестого дня» — «четыре животных» Херувима — уже жили на земле. И когда люди «шестого дня» «стали умножаться на земле» и пришли в соприкосновение с «сынами Божьими» — потомками Адама, — тогда «сыны Божьи» увидели дочерей людей «шестого дня», что они красивы, и, соблазняясь их красотой, «брали себе в жены, какую кто избрал».

Однако чем отличается адамит от потомков «четырех животных», помимо пребывания в Раю и непосредственного общения там с Богом? В Библии об этом сказано так перед созданием Адама: «и не было человека для возделывания земли» (Быт. 2:5). После же грехопадения вновь повторяется: «И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят» (Быт. 3:23). Стало быть, одно из главных отличий Адама в умении «возделывать землю», преобразовывать её. Известно, что землю возделывают для того, чтобы получать пищу, которая является источником энергии для человека. Выходит, основное отличие адамитов — умение находить новые источники энергии, окультуривать землю. Но на земле уже жили люди — «четыре животных» Херувима, — умевшие в своей экологической нише добывать энергию, то есть пищу. Правда, со временем, когда из-за перенаселенности в биогеоценозах возникла угроза экологическому равновесию, генотип «льва», «тельца», «обезьяны», «орла» и порожденные сигнальной наследственностью традиции, обряды, обычаи оказались для их носителей ловушкой, как в песне известного барда: «Мы, волчата, сосали волчицу и всосали: нельзя за флажки!»

Необходим был человек с новым темпераментом, носитель которого, в зависимости от экологической ситуации, мог изменить рисунок поведения, традицию, обряд, обычай в сторону выживаемости, сосредоточившись на поиске путей к стабилизации пошатнувшегося экологического равновесия, при этом наставляя племя на путь веры в Бога. Лев Гумилев назвал такого человека пассионарием. Он предполагал, что пассионарность возникает в результате «вредной» мутации, начало которой дает излучение из космоса20. Резкое уменьшение пассионариев после фазы «пассионарного перегрева» Гумилев Л. Н. объяснял гибелью пассионариев из-за их строптивого характера, а также рецессивностью пассионарного признака. Вроде бы все логично, но возникает одно «маленькое» но: одна и та же «вредная мутация» у сотен тысяч людей на протяжении тысяч лет?

Гораздо более непротиворечивым, естественным, плодотворным было бы предположение следующего рода. Около семи с половиною тысяч лет тому назад на Земле, от «одной крови» людей «шестого дня», из «праха земного», создан новый человек, названный Адамом, отличающийся от уже живущих людей «шестого дня» новым темпераментом, гибким, растяжимым, подвижным, — темпераментом актера, темпераментом «глины», темпераментом чрезвычайно отзывчивого сердца, темпераментом необыкновенно чуткой души, позволяющим его носителям приноравливаться к темпераментам людей «львов», «тельцов», «обезьян», «орлов». Носители этого темперамента после потопа расселились по лицу всей земли, они слились с племенами-«животными», то есть «растворились», «спрятались» в среде четырех суперэтносов. Человек с темпераментом адамита (пассионария), поселившийся, скажем, среди людей-«львов», через дни, недели «вживается в образ», подстраивается под «львиный» темперамент: в его нервной и гормональной системах процессы начинают протекать подобным «львиному» образом. У его потомства произойдет соответствующая корреляция тела, а в случае, если мать ребенка из «львиного» племени, — процесс пойдет ещё быстрее. Это и есть, как представляется, причина «исчезновения» пассионариев.

Признак пассионарности может дремать столетия, до того момента, когда в результате каких-либо причин — того же космического излучения, например, — в биоценозе не произойдет нарушение экологического равновесия. И здесь пассионарий, уже столетия назад ставший, к примеру, «львом», проявит себя незамедлительно: он хочет жить, его существо подсказывает ему, что можно обновить традицию, обряд, обычай, то есть выйти «за красные флажки», изменить рисунок поведения племени, создать новую культуру21. Таких скрытых адамитов (пассионариев), как правило, в каждом крупном этносе оказывается довольно много, они «срывают» с себя прежнюю «шкуру» «животного» и активно ищут выход из положения: именно скрытые адамиты перевели множество охотничьих племен земли, задыхавшихся от перенаселенности в своих биоценозах, к занятию скотоводством и земледелием: в этот момент, помимо прочего, изживались отталкивающие «хищнические» черты и Херувимы приобретали благородную стать: могучего тельца, орла летящего…

Процесс вхождения адамитов в «тело» Херувимов четко зафиксировала мифология многих народов мира: мифы, в которых главное действующее лицо так называемый «культурный герой», — это древние народные сказания, отразившие это явление. Ну, а далее роль адамитов (пассионариев) постепенно сходила на нет: костяк племени устраивал свою жизнь в новом этноценозе в соответствии со своим «животным», то есть херувимским, темпераментом. Пассионариям приходилось смиряться, и вновь жизнь племени возвращалась в свое родное русло «льва, «тельца», «обезьяны» или «орла летящего».

Как представляется, совершенно очевидно и то, что появление новых языков и языковых групп, творческое их развитие, чаще всего, непосредственно связаны с адамитами: пассионарный темперамент, естественно, имеет проекцию и в сферу языка как орудия общения и взаимного понимания: «…Племенные особенности, какова бы ни была их первоначальная причина, выражаются в языке… в мифическом мировоззрении, в эпических преданиях, в основных формах быта, то есть в отношениях как ко внешней природе, источнику материального существования, так и к себе подобным. Если бы в племени не выработалась особенность психологического строя, то каким бы образом могли произойти столь существенные различия в логическом построении языков? Отчего один народ так заботится об отличении всех оттенков времени, а другой (как славянский) почти вовсе опускает их из виду, но обращает внимание на качества действия; один употребляет как вспомогательное средство при спряжении глагол иметь, другой же — глагол быть и т. д. Сравнительная филология могла бы служить основанием для сравнительной психологии племен, если бы кто успел прочесть в различии грамматических форм различия в психических процессах и в воззрениях на мир, от которых первые получили свое начало»22.

Первые адамиты, до расселения по народам, жили компактно, вероятнее всего, в районе южного Двуречья, о чем повествуют некоторые археологические находки, древность которых совпадает со временем сотворения Адама — около 4 тыс. лет до н. э., а также предания арабских племён, сохранившие в своей среде память об этом. Адамиты строили города, занимались разведением скота и земледелием, различными ремеслами. После потопа — гигантского наводнения в этом районе (о чём, помимо арабских преданий, свидетельствует и археология), погубившего почти всех адамитов, — потомство оставшихся в живых расселилось по всем континентам, племенам и народам. Пассионарная «закваска», за исключением небольшого корня, «растворилась» и «тесто» человечества стало быстро «подниматься», осваивая новые способы добычи энергии — скотоводство и земледелие.

И очень скоро численность людей достигла такого уровня, что племена «львов», «орлов», «тельцов» и «обезьян» стали входить в тесное соприкосновение друг с другом, грозившем взаимоистреблением. Но и здесь скрытые адамиты сумели найти выход, организовав жизнь племен в местах контактов — возникли города-государства, империи. В большинстве этих древнейших государств явственно проступает деление общества на четыре группы: жречество, воины, земледельцы, слуги, что вписывается в представление о человечестве как о «четырех животных»: жрецы — «львы», воины — «орлы», земледельцы (торговцы) — «тельцы», шудры — «обезьяны». Города-государства Древнего Востока представляют собой первые попытки человечества организовать жизнь различных херувимских племен в едином социуме. Это стало возможным лишь после того, как пассионарная «закваска» достаточно прочно укоренилась в «четырех животных». Города-государства, империи стали «повивальной бабкой» зарождения и развития «самобытных культурно-исторических типов», то есть цивилизаций23.

Но адамиты отличаются друг от друга нравственными качествами: среди них есть «пшеница» и «плевелы», «сыны Царствия» и «сыны лукавого». «Пшеница» адамитов во времена экологических нарушений, опираясь на свой положительный пассионарный заряд и с верой в Творца, самоотверженно осваивает новые источники энергии, создает новые традиции, обряды, обычаи, чтобы найти точку опоры этноса, спасти его от вымирания. Как правило, в эти времена, взнузданные инстинктом самосохранения, пассионарии-«плевелы» не проявляют слишком уж явно свое лукавое нутро. Но, выждав момент, они пытаются овладеть энергетическими потоками этноса, замкнуть их на себя, «купаясь» в энергии, расходуя её на удовлетворение своих эгоистических желаний, услаждая свои порочные страсти. Они превращаются в пожирателей энергии этноса — субпассионариев, то есть в «плевел», в «козлища». Думается, что не в последнюю очередь из-за угрозы распространения «плевел» среди людей «шестого дня» осуждались первые браки с «дочерями человеческими». Гумилев утверждал, что субпассионарии не могут поглощать из окружающей среды достаточное количество энергии, вследствие чего не могут приспособиться к окружающей среде. Но и в то же время он говорит о том, что они скапливаются в больших городах, чтобы «жить, не работая, паразитируя и развлекаться». В этих суждениях ряд противоречивых моментов: 1) за счет чего пассионарии живут как паразиты и развлекаются?; 2) как они могут жить и даже развлекаться, если не умеют поглощать достаточное количество энергии?; 3) разве паразиты не приспосабливаются к среде? Чтобы найти истину в этом вопросе необходимо, во-первых, исключить из числа субпассионариев душевнобольных и людей с тяжелыми заболеваниями и врожденными телесными недостатками, поскольку это, действительно, затрудняет усвоение энергии, адаптацию к жизни; во-вторых, не считать субпассионариями тех, кто покинул свою нишу из-за жестоких условий социального плана: вспомним сотни тысяч нищих в Англии во времена экспроприации земли у сельского населения — это была самая настоящая искусственно организованная «этническая катастрофа», то есть геноцид.

Субпассионарии — это люди, культивирующие в себе нравственные пороки и отвергающие путь спасения. На расчесывание своих моральных язв эти люди тратят гигантское количество энергии, они «дырявят» общество насаждением пьянства, наркомании, разврата, систем преступных сообществ и через эти «дыры» крадут энергию этноса. Это «черные дыры» общества, затягивающие в бездну своих пороков и страстей общественный труд, общественное богатство. Это целый антимир! Хотя, естественно, искреннее покаяние любому человеку и в любой момент открывает путь ко спасению.

Очень серьезная ошибка видеть среди субпассионариев лишь «дно общества»: «Финансовая аристократия, как по способу своего обогащения, так и по характеру своих наслаждений есть не что иное, как возрождение люмпен-пролетариата на верхах буржуазного общества»24. Об этом нас частенько оповещают СМИ, описывая схемы отмывания миллиардов долларов «грязных денег», которые поступают в мировую финансовую систему от оборота наркотиков в странах Латинской Америки, в Афганистане… Но вернемся к прерванной нити изложения.

Именно стараниями субпассионариев благая идея человеческого общежития превратилась в древних империях в кошмар для племен «обезьяны»: адамиты-«плевелы» «хищных» племен — «льва», «орла», «тельца» — увидели в людях-«обезьянах» огромный источник управляемой энергии для услаждения своих низменных страстей. В этот порочный круг, из-за явления пассионарной индукции, стали втягиваться и не адамиты: истинные «львы», «орлы», «тельцы». Гигантские силы, возникшие в древних империях — эпицентрах этого этногенетического котла, разорвали первобытные общинные отношения, что повлекло за собой возникновение неравенства, частной собственности и в однородных суперэтнических или херувимских средах.

Конечно, государства быстрее возникали там, где в наличии было несколько херувимских субстратов: южные отроги Кавказа, горы Ближнего востока, Иранское нагорье. Именно отсюда арии — союз племен «льва», «орла», «тельца» — двинулись в Индию, в область обитания племен «обезьяны». По пути движения ариев возникали города-государства. Дабы не раствориться в огромном океане «обезьяньих» племен, традиции, обряды, обычаи ариев не в последнюю очередь были ориентированы на то, чтобы законсервировать свой херувимский дух, пресечь половые связи между представителями разных суперэтносов. Индийские варны — это «окаменелые» формы, отпечатки племен «льва» — брахманы, «орла» — кшатрии, «тельца» — вайшьи, «обезьяны» — шудры. Лишь презрение к чандалам и другим потомкам смешанных браков уберегло «хищнические» варны от растворения в индийском херувимском океане. Но относительный недостаток адамитской «закваски» препятствовал возникновению в районе Индии обширной империи. Он же, вероятнее всего, явился причиной консервации «хищнического» духа племен «льва», «орла» и «тельца», закреплению кастового строя.

Отображая данный процесс в древних империях, человеческое сознание породило образы крылатых драконов, сфинксов, кентавров, химер: на территории империй, из-за частых браков, половых связей между представителями различных суперэтносов, появлялись люди с головой, скажем, «тельца», туловищем «льва», ногами «орла»… Однако, несмотря на это, суперэтническая «молекула» — темперамент, то есть особое устройство нервной и гормональной системы, — в любом случае будет передана потомкам по мужской линии, хотя признаки тела другого суперэтноса, человеческая среда будут давить на унаследованный темперамент, смазывая его природные черты. Ну, а подвижный адамитский темперамент будет и вовсе преподносить сюрпризы в потомстве. Отсюда и невероятное количество оттенков темпераментов, причем в столицах классических империй это разнообразие достигает своего пика. Эта психологическая палитра была отображена и позднейшими тотемическими верованиями, когда тотемами стали признаваться различные животные не из разряда «четырех», насекомые, деревья и т. д.

«Четыре животные» — это «тело» человечества. Единство человеческого рода в таком духе осознано, например, в индуизме: «фантастическое отражение внешнего мира» в сознании индусов породило веру в Брахму (Пурушу) — фантастического человека. Из уст Брахмы порождены брахманы, из рук — кшатрии, из бедер — вайшьи, из стоп — шудры. То есть индийское общество представляет собой, согласно индуизму, клон фантастического существа, похожего на человека. Но этот «земной Брахма» пока «спит»: он не может активно двигаться к социальному преображению. Причину мы указывали выше: в Индии, по всей вероятности, проживает относительно небольшой процент потомков Адама.

Кто такой Христос — Небесный Адам? Это, прежде всего, любовь к Богу и к людям. Адамиты предназначены быть проводниками этой любви. Только такого рода любовь может пробудить к вечной жизни «земного Брахму», умиротворить Африку, освободить из цепких рук мафии Латинскую Америку… Адамиты призваны быть «нервом любви» человечества. Именно при непосредственном участии обратившихся к Богу адамитов произойдет всеобщее воскресение рода человеческого. Об этом пишет Апостол Павел: «Ибо если отвержение их — примирение мира, то что [будет] принятие, как не жизнь из мертвых?» (Рим. 11:15).

От вхождения в херувимские среды была освобождена лишь малая часть адамитов в лице двенадцати патриархов — родоначальников двенадцати Израильских колен. Эта «закваска» затем, по Пришествии Христа, сыграла главную роль в деле христианизации мира: двенадцать патриархов и двенадцать Апостолов Христа — символ адамитов, вошедших в «воды» херувимских «океанов», чтобы быть «ловцами человеков» и споспешествовать Христу. Это и есть, как представляется, «двадцать четыре старца». Ещё шире, двадцать четыре старца — это символ всех уверовавших во Христа потомков Адама: «да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых» (Быт. 9:27). Но вернёмся к имперской поступи адамитов.

Мощнейшая пассионарная «закваска», наличие суперэтнических компонентов — альпийский «волчий» и «медвежий» на севере, на юге «львиный» и «обезьяний» — всё это стало пружинами механизма Римской империи. Но поскольку «обезьяний» суперэтнос к моменту возникновения Римской империи был в этом районе довольно сильно израсходован Египтом, Вавилоном и прочими древними государствами, вход пошли «суррогаты»: пленники из «львиных», «волчьих» и «медвежьих» племен, что потребовало ужесточения рабства, дабы сломать их природу. Последнее, естественно, порождало лютую ненависть свободных народов и племен к Римской империи.

Аналогичные процессы протекали и в Юго-Восточной Азии, но здесь место льва заняла другая кошка — тигр, в ареале распространения которого сформировались племена людей-«тигров»: в районе северо-востока нынешнего Китая (район Маньчжурии), в области умеренного пояса, часть неоантропов, после грехопадения Адама, вынуждена была адаптироваться в экологической нише тигра. А в монгольских степях произошло формирование «животного подобного орлу летящему», племена которого со временем заселяли и местности будущей империи: в Китайской империи этот суперэтнический компонент был задействован посредством социальной сепарации через сословие мандаринов (управляющих). Поскольку в Китайской империи всегда был в избытке «обезьяний» суперэтнос, постольку жестоких форм рабства она не знала: имперскому государству не было особой нужды в ломке человеческой природы.

Доплыла пассионарная «закваска» через Индонезию, Тихий океан и до Центральной, Южной Америки, где в горной местности сложились подходящие суперэтнические условия для возникновения цивилизации. Однако сколько-нибудь заметного числа адамитов не успело прижиться в Северной Америке, что сыграло трагическую роль во времена её колонизации: индейские племена «волков» и «медведей», лишенные пассионарной «закваски», следуя зову своей природы, традициям, обрядам, обычаям, стояли насмерть. И здесь алчность адамитов-субпассионариев — переселенцев из Старого Света — сыграла свою роковую роль: были уничтожены сотни тысяч представителей двух основных суперэтносов, плоть от плоти североамериканской земли. Но классические империи не могут существовать без опоры на «четыре ноги» — четыре суперэтноса — и поэтому в североамериканскую империю хлынул поток рабов: работорговцы толпами ринулись в тропическую Африку за живым товаром. Позднее, посредством эмиграции, североамериканская «варна шудр» стала пополняться выходцами из Латинской Америки, Индии и Юго-Восточной Азии. США — классическая империя-дракон, поскольку все суперэтнические компоненты присутствуют в них.

Как известно, в девятом веке до н. э., во времена царствования Ровоама — сына Соломона, Израильское царство раскололось на два: собственно Израильское, в которое вошли 10 колен, и Иудейское — с двумя коленами: Вениаминовым и Иудиным, потомки которых и именуются сегодня евреями. Вплоть до захвата Израильского царства десяти колен Ассирией, между ними не прекращалась ожесточенная непримиримая вражда. Подавляющее число захваченных израильтян ассирийцы увели в полон, а освободившееся место заселили другими народами. Лишь немногие представители десяти колен когда-то вернулись на родину, большинство же израильтян без особого труда «растворились» среди обитавших в Ассирии и за ее северными пределами народами как своеобразная этногенетическая «закваска». Продвижение десяти колен израильских на север, в сторону европейской части сегодняшней России, отмечено возникновением новых государств, этносов, народов. Их путь можно проследить по топонимам, языковым и культурным заимствованиям, генетическим вкраплениям. В начале первого тысячелетия нашей эры эта «закваска» достигла протославянского «медвежьего» суперэтноса и через несколько столетий на этническом небосклоне Европы, после очередного пассионарного толчка, вспыхнуло созвездие славянских этносов. Но подробнее об этом в следующей главе.

В России империя возникла позже: в ней было поначалу лишь два херувимских (суперэтнических) компонента: преобладающий «медвежий» и незначительный «волчий» (южные степи и Прикарпатье). Но запустить механизм возникновения империи помогли, как представляется, несколько моментов: 1) мощнейшая диффузия римской государственности; 2) принятие православной веры, призывающей, если существуют обстоятельства непреодолимого характера, рассматривать рабство как служение ближнему; 3) приглашение варягов25 на княжение; 4) два «волчьих» урагана: нашествие монголо-татар и натиск тевтонов; 5) множество адамитов, откуда формировался костяк духовного («львиного») сословия. Складывающаяся царская власть быстро втянула в свое окружение представителей «волчьего» суперэтноса с южных и западных окраин России и из германских племен, потому что «волки»-сангвиники являются костяком команды любой государственной машины. Это прирожденные управленцы, умеющие великолепно работать в «стае», то есть в команде. Существенная подпитка «орлиного» дворянского начала Российской империи поступала из казачьего сословия: эта этническая подгруппа, вне всякого сомнения, имеет в себе значительную частицу степного, то есть «орлиного» («волчьего») суперэтноса. Несмотря на христианское исповедование, российские субпассионарии, используя технологии социальной сегрегации, довольно быстро осуществили мероприятия по опущению части «медведей» и «волков» на рабскую ступень крепостных, создавая искусственный «обезьяний» суперэтнический массив. Недостаток того или иного суперэтнического компонента в империях, в крупных государствах преодолевался (преодолевается) за счет социальной сепарации или социальной сегрегации. Хотя, вне всякого сомнения, Православие значительно смягчало отрицательное воздействие «плевел» на внутреннюю политику имперской власти.

Есть в России уникальный этнический феномен — чечено-ингушский. Из Библии известно, что седьмой от Адама человек — Енох, живший в допотопные времена, исчез: «И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его» (Быт. 5:24). Или в другом месте: «Верою Енох переселен был так, что не видел смерти; и не стало его, потому что Бог переселил его. Ибо прежде переселения своего получил он свидетельство, что угодил Богу» (Евр. 11:5). Енох был взят, конечно же, на Небо, но это не исключает его поселения затем на земле. Думается, что мы можем предполагать связь Еноха с тем, что за Большим Кавказским хребтом появилось племя, называющее себя вайнахи — [е]нахи (буквально «мы — нахи») — самоназвание предков нынешних чеченцев и ингушей. Затем в этом монолите оформилась этническая глыба «нохчи» — люди (народ) Ноха — самоназвание чеченцев.

Правда, здесь нужно заметить, что большинство исследователей придерживается такой точки зрения: вайнахи — это народ Ноя, потому что в исламской традиции принято, что Нух — это Ной. Но мусульманская религия Еноха отождествляет с Идрисом. То есть, учитывая сходство в звучании имени, исламская традиция, естественно, будет отождествлять Ноха народа нохчи с именем Нух, потому что она не знает имени Енох. Но если Нох как прародитель вайнахов действительно является великим праведником Енохом, тогда можно говорить о необыкновенном явлении: [е]нохи как подлинные адамиты являются, в таком случае, пассионарной закваской народов Северного Кавказа и прилегающих к нему территорий, где обитают горные херувимские племена людей-«волков» и людей-«медведей».

В новейшей истории России этот пришедший «с неба» — с гор Кавказа — этнос, сыграл одну из главных ролей: а) главой и лидером непокоренного, расстрелянного из танковых орудий 4 октября 1993 года Верховного Совета Российской Федерации был [е]нах ([е]нох) — Руслан Хасбулатов; б) в Чечне в девяностые годы пролито крови «даже до узд конских», что, в условиях существующего обычая кровной мести, не знающего времен и сроков, позволяет отождествить её с «точилом гнева Божьего» (Откр. 14:17–20).

Удивительный народ вайнахи (нохчи): у значительной его части просто невероятная тяга к праведности. Как представляется, в самом этом народе, после того как Ахаматом Кадыровым было положено отторжение от чеченского общества шайтанов, как называет их Рамзан Кадыров, проступают черты коллективного Имама Махди. К слову, через пророков Всевышний называет племена, колена Израиля так, как будто бы это единый человек: смотрите, например, благословение Моисея коленам Израиля. Или вот здесь: «Мой Галаад, Мой Манассия, Ефрем крепость главы Моей, Иуда скипетр Мой» (Пс. 59:9); «И прекратится зависть Ефрема, и враждующие против Иуды будут истреблены. Ефрем не будет завидовать Иуде, и Иуда не будет притеснять Ефрема» (Ис. 11:13).

Согласно православной эсхатологии, в конце времен явятся Енох и Илия, чтобы противостоять Антихристу (по другим толкованиям — Енох и Моисей). Енох выступает как «вождь ветхозаветных сил». В Исламе же, по крайней мере его значительной части, ожидают явления Имама Махди. Представляется, что Енох и Имам Махди — это одна и та же эсхатологическая фигура. На взгляд автора этих строк, вайнахи (нохчи) и есть в лице своих достойных сынов ожидаемый Имам Махди, он же глава ветхозаветных праведников Енох.

В беседе с корреспондентом «Комсомольской правды» Александром Коцем командир сводного отряда спецназа «Ахмат» Апти Алаудинов сказал: «Всю свою жизнь я себя готовил к тому, что, когда придет пророк Иса — Иисус, я буду в его войске. Да, этому будут предшествовать определенные события. До появления Иисуса появится Имам Махди, предводитель всех мусульман. Он будет находиться в мечети, когда туда войдет Иисус. Они узнают друг друга и будут вместе молиться. Этот день ознаменует объединение войска мусульман и христиан в битве против дьявола, против антихриста. Поэтому нет ничего сверхъестественного в том, что я говорю, что мы — войско Иисуса. Мы воюем против сатанистов. И победа, которую мы сегодня одерживаем — это победа над темными силами»26.

В связи с последними событиями можно сказать, что эсхатологические прозрения витают в воздухе, но лишь со стороны, противоположной Коллективному Западу, хотя понимание того, что произошёл колоссальный раскол в человечестве присутствует и там…

Глава III. Славяне и Древний Израиль

Много написано о «загадке русской души», о необычной судьбе русского народа. Русский народ в сонме своих святых возносится до небес, а в грехах и пороках опускается до пасти ада. Это роднит его с еврейским народом: «Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея, [потом] и Еллина! Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, [потом] и Еллину!» (Рим. 2:9-10).

Отсутствие у русского народа выраженной тяги к мамоне буквально выводит из себя многих деловых англичан, японцев, янки: это несправедливо, что русским принадлежат такие большие территории и огромные природные богатства, — жалуются они на Провидение. Так почему же именно русский народ, подобно Херувиму и пламенному мечу обращающемуся, стоит на пороге земного рая по-вавилонски, прикрывая собою от жаждущих обогащения одну из самых богатейших кладовых планеты? Случайность, скажет атеист: на месте русских мог бы оказаться какой-то другой народ. Мог, но почему не оказался?

В Русской Православной Церкви существует церковное предание, приподнимающее завесу над тайной славянства, русского народа, Русского мира: «Евреи и славяне суть два народа судеб Божиих, сосуды и свидетели Его, ковчеги нерушимые…»27. В примечании к этим словам один из составителей книги «Угодник Божий Серафим» игумен Андроник (Трубачев) пишет: «Евреи и славяне выделены как хранители истины Божией в Ветхом (ветхозаветный Моисеев закон) и в Новом Завете (Православная вера)»28. Как полагают исследователи, эти пророческие утверждения церковного предания о России и славянах принадлежат святителю Антонию (Смирницому), с которым был дружен преподобный Серафим Саровский.

Существует логика веры: назовем её «пророческой логикой». Она опирается на пророчества ветхозаветные и новозаветные. Так вот, в ветхозаветных пророчествах, там, где идет речь о «двух народах судеб Божиих», они называются совершенно четко: «И было ко мне слово Господне: ты же, сын человеческий, возьми себе один жезл и напиши на нем: "Иуде и сынам Израилевым, союзным с ним"; и еще возьми жезл и напиши на нем: "Иосифу"; это жезл Ефрема и всего дома Израилева, союзного с ним. И сложи их у себя один с другим в один жезл, чтобы они в руке твоей были одно. И когда спросят у тебя сыны народа твоего: "не объяснишь ли нам, что это у тебя?", тогда скажи им: так говорит Господь Бог: вот, Я возьму жезл Иосифов, который в руке Ефрема и союзных с ним колен Израилевых, и приложу их к нему, к жезлу Иуды, и сделаю их одним жезлом, и будут одно в руке Моей. Когда же оба жезла, на которых ты напишешь, будут в руке твоей перед глазами их, то скажи им: так говорит Господь Бог: вот, Я возьму сынов Израилевых из среды народов, между которыми они находятся, и соберу их отовсюду и приведу их в землю их. На этой земле, на горах Израиля Я сделаю их одним народом, и один Царь будет царем у всех их, и не будут более двумя народами, и уже не будут вперед разделяться на два царства» (Иез. 37:15–22).

Если славяне — это народ «судеб Божиих», который стоит в одном ряду с другим народом «судеб Божиих» — евреями, то есть «Иудой и сынами Израилевыми, союзными с ним», — то они не могут быть никем иным, как «Ефремом и всем домом Израилевым». Этого требует логика веры, пророческая логика. Но и в рукописи Мотовилова, откуда мы узнали об упомянутом выше церковном предании, этот момент раскрыт: на «…территории России и внутренней Азии… живут 10 колен царства Израильского»29.

Из истории известно, что десять колен Израильских отложились от колен Иуды и Вениамина в десятом веке до нашей эры: «Когда весь Израиль увидел, что не слушает его царь, то отвечал народ царю, говоря: какая нам часть в Давиде? Нет нам доли в сыне Иессеевом; по шатрам своим, Израиль! Теперь знай свой дом, Давид. И разошлись все Израильтяне по шатрам своим» (2 Пар. 10:16).

В восьмом веке до нашей эры Израильское царство десяти колен было завоевано Ассирией (722–720 год до н. э.). Все десять колен были уведены в плен. После этого их след в истории затерялся. Лишь очень незначительная часть людей из десяти колен вернулась на родину. То есть никакого отношения к тому, что происходило во времена Первого Пришествия Христа, плененные ассирийцами десять колен не имеют.

Но через пророков Бог говорит о том, что в «конце времен» пропавшие десять колен обнаружатся и соединятся с двумя коленами, то есть с теми, которых сегодня называют евреями, воедино. Естественно, десять колен оставят язычество, уклонением в которое они и отложились от «Израиля Божия»: «Симон изъяснил, как Бог первоначально призрел на язычников, чтобы составить из них народ во имя Свое. И с сим согласны слова пророков, как написано: Потом обращусь и воссоздам скинию Давидову падшую, и то, что в ней разрушено, воссоздам, и исправлю ее» (Деян. 15:14–16).

А так это звучит у пророка Амоса: «Ибо вот, Я повелю и рассыплю дом Израилев по всем народам, как рассыпают зерна в решете, и ни одно не падает на землю. От меча умрут все грешники из народа Моего, которые говорят: "не постигнет нас и не придет к нам это бедствие!" В тот день Я восстановлю скинию Давидову падшую, заделаю трещины в ней и разрушенное восстановлю, и устрою ее, как в дни древние, чтобы они овладели остатком Едома и всеми народами, между которыми возвестится имя Мое, говорит Господь, творящий все сие. Вот, наступят дни, говорит Господь, когда пахарь застанет еще жнеца, а топчущий виноград — сеятеля; и горы источать будут виноградный сок, и все холмы потекут. И возвращу из плена народ Мой, Израиля, и застроят опустевшие города и поселятся в них, насадят виноградники и будут пить вино из них, разведут сады и станут есть плоды из них» (Ам. 9:9-14). Христианизация мира — это, не в последнюю очередь, «воссоздание скинии Давидовой падшей», то есть возвращение десяти колен из языческого пленения.

Здесь кто-то, быть может, возразит: для таких выводов нужны, мол, серьезные исторические, этногенетические, лингвистические исследования. Но судьба десяти колен Израиля — это, в первую очередь, предмет веры, а не науки. Здесь вера задает ориентиры науке, а не наоборот.

Где только ни «находили» пропавшие десять колен Израильских: в Индии, в Великобритании, в США, в Японии… Но искали не народы «судеб Божиих», а народы «судеб мирских». Десять же колен непременно должны себя проявить как народ «судеб Божиих». Они всегда, даже в язычестве, остаются в центре мировой истории. И именно они, согласно пророческой логике, должны стать твердыней христианского мира, которая есть Православие. И сегодня ещё верно замечание: «Смело можно сказать, что самая живая вера во всей своей беззаветности господствует теперь в Европе лишь у славян: какому бы вероисповеданию ни отдались они, — это самые ревностные чтители и поборники. Вспомним, что самые горячие последователи ислама в Европе — потуречившиеся сербы, босняки, так что там возникла всеобщая пословица — "нет турка без потурченика"; поляки, конечно, самые ревностные католики; даже в протестантизме многие чехи опередили немцев. <…> …Беспристрастно следует признать, что всего более славянам сродно Православие, для которого они, как будто, прямо созданы: не даром оно с самого начала распространялось у всех них, не даром оно везде, где только сохранено, благоприятствует полному развитию их народного творчества, и не даром за утрату его или искажение везде платятся славяне утратою или искажением своих народных произведений»30.

Можно в связи со всем этим сказать определенно: где имеет место Православие — там и живут потомки колен Израиля. Православие Греции — это проявившее себя «Еллинское рассеяние» израильтян, давно уже ставших греками. Только этот «магнит» позволяет не только вытянуть потомков десяти колен и «Еллинского рассеяния» из тьмы язычества, но и полностью восстановить их в «израильском достоинстве». Естественно, что потомки десяти колен в силу творческого темперамента будут первыми кандидатами в священство. Во всяком случае, наиболее активные и ревностные прихожане по большей части будут из их числа. Здесь нетрудно увидеть и следующую проблему: ослабление веры будет сопровождаться резким всплеском творческой активности адамитов (наука, искусство), которых, как уже говорилось, в каждом народе, так скажем, достаточное количество, но и в то же время станет стремительно набирать обороты духовная и нравственная деградация общества, разрушение традиционных устоев, поскольку, увы, вопрос с «плевелами» в этих условиях резко осложняется. Но вернемся к прерванной нити изложения.

Если бы искали «народы судеб Божиих», то кто бы прошел мимо того факта, что славяне, прежде всего русские, стали ядром могучей империи, а затем сверхдержавы — СССР? Кто бы не заметил, что у советского общества в 1945 году «крепость… как первородного тельца, и роги…, как роги буйвола; ими избодет… народы все до пределов земли…» (Втор. 33:17)? А уж об огромных территориях, природных богатствах и говорить не приходится: ничего подобного не было ни у одного народа Земли. Совершенно очевидно, что утверждения о десяти коленах и «двух народах судеб Божиих» в бумагах «служки Божией Матери и Серафимова» Николая Мотовилова неслучайны. Они заставляют задуматься о соединении Израильских колен в «конце времен», и побуждают присмотреться к славянским племенам более внимательно.

Собственно говоря, миру славянские народы предстали во всей своей полноте после развала Югославии и СССР. До этого времени, как правило, лишь специалисты могли точно назвать их количество. Мир после разрушения Югославии и СССР, как бы «вдруг», в одночасье, увидел, что славянских народов десять31: русские — великороссы, малороссы и белорусы, — поляки, болгары, чехи, словаки, сербы, черногорцы, македонцы, словенцы, хорваты. Это, как представляется, можно рассматривать в качестве явного «знака исполнения пророчеств». Особняком стоят боснийцы, явившие черты колена Данова…

Поразительный момент: этнический рисунок русских — русских (великороссов), украинцев (малороссов) и «вторых украинцев», то есть белорусов, — накладывается на этнический рисунок колена Иосифа, разделившегося по благословению патриарха Иакова (Израиля) на два колена — Ефрема и Манассии — и, волею Провидения, полуколено Манассиино. Это до времени было скрыто под многообразием восточнославянских племен в Древней Руси, скрадывалось под «одеждами» русского централизованного государства, Российской империи, СССР. Но сегодня «все тайное стало явным». И мы можем увидеть чёткие очертания колена Ефремова — великороссы, колена Манассиева — украинцы или малороссы, и полуколена Манассиева — белорусы, то есть «вторые украинцы». Сегодня на некоторых православных форумах идут жаркие споры: имеют право быть малороссы и белорусы или нет — всё это русские? Парадокс: да, мы все русские, но мы в то же время и великороссы, и малороссы, и «вторая половина малороссов», то есть белорусы.

Благословение Иакова сынам своего сына Иосифа и повеление Моисея о полуколене Манассиевом всё расставляют по своим местам: «И ныне два сына твои, родившиеся тебе в земле Египетской, до моего прибытия к тебе в Египет, мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон, будут мои» (Быт. 48:5); «И дал повеление Моисей сынам Израилевым и сказал: вот земля, которую вы разделите на уделы по жребию, которую повелел Господь дать девяти коленам и половине колена; ибо колено сынов Рувимовых по семействам их, и колено сынов Гадовых по семействам их, и половина колена Манассиина (выделено мною — В.М.) получили удел свой: два колена и половина колена получили удел свой за Иорданом против Иерихона к востоку» (Чис. 34:13–15).

И еще один поразительный момент. Благословение Иакова, как представляется, заложило и будущее первенство великороссов (Москва) перед малороссами (Киев), хотя Манассия был старше Ефрема: «И взял Иосиф обоих, Ефрема в правую свою руку против левой Израиля, а Манассию в левую против правой Израиля, и подвел к нему. Но Израиль простер правую руку свою и положил на голову Ефрему, хотя сей был меньший, а левую на голову Манассии. С намерением положил он так руки свои, хотя Манассия был первенец» (Быт. 48:13,14). Мы видим, в осуществление этого благословения, что первым возвысился Киев, как «мать городов русских», что крещение приняли первыми жители Киевской Руси. Но прошло время, и Москва, которая была младше Киева, возвысилась над ним. И северо-восточные племена Руси стали превосходить юго-западные и западные племена по численности и по влиянию на ход истории Русского государства. Отмахнуться от этого факта нельзя. И это тоже явный «знак исполнения пророчеств».

Благословение Моисея колену Иосифа — это пророчество о будущей державной мощи триединого русского народа, об огромных территориях и неисчислимых природных богатствах, которые даровал Всевышний России: «Об Иосифе сказал: да благословит Господь землю его вожделенными дарами неба, росою и [дарами] бездны, лежащей внизу, вожделенными плодами от солнца и вожделенными произведениями луны, превосходнейшими произведениями гор древних и вожделенными дарами холмов вечных, и вожделенными дарами земли и того, что наполняет ее; благословение Явившегося в терновом кусте да приидет на главу Иосифа и на темя наилучшего из братьев своих; крепость его как первородного тельца, и роги его, как роги буйвола; ими избодет он народы все до пределов земли: это тьмы Ефремовы, это тысячи Манассиины» (Втор. 33:13–17). Благословение патриарха Иакова такого же плана.

Даже известное греховное пристрастие, распространенное среди великороссов, отмечено в ветхозаветных пророчествах: «Горе венку гордости пьяных Ефремлян…» (Ис. 28, 1). Есть и еще одно довольно распространенное греховное явление среди нас, великороссов, — это зависть, которая порою служила питательной почвой братоубийственных распрей, и оно упомянуто ветхозаветным пророком: «И прекратится зависть Ефрема, и враждующие против Иуды будут истреблены. Ефрем не будет завидовать Иуде, и Иуда не будет притеснять Ефрема» (Ис. 11:13). Это то, что должно осуществиться в «конце времен», когда все колена Израиля видимым образом объединятся: «Посему так говорит Господь Бог: ныне возвращу плен Иакова, и помилую весь дом Израиля, и возревную по святом имени Моем. И почувствуют они бесчестие свое и все беззакония свои, какие делали предо Мною, когда будут жить на земле своей безопасно, и никто не будет устрашать их, когда Я возвращу их из народов, и соберу их из земель врагов их, и явлю в них святость Мою пред глазами многих народов. И узнают, что Я Господь Бог их, когда, рассеяв их между народами, опять соберу их в землю их и не оставлю уже там ни одного из них; и не буду уже скрывать от них лица Моего, потому что Я изолью дух Мой на дом Израилев, говорит Господь Бог» (Иез. 39:25–29). А слово Бога «тверже закона Мидян и Персов». Но пока евреи и славяне не один, а «два народа судеб Божиих».

Нижегородский филолог Евгений Позднин так раскрывает самоназвание славян: «…Этноним "славяне" происходит от этнонима "сауловены", являясь его сокращенной словоформой»32. Позднин полагал, что наших (славян) предков «звали "сауловенами" по имени первого израильского царя Саула и по имени родоначальника младшего из 12 колен израйлевых Вены, к которому Саул принадлежал»33. Предположение, как представляется, довольно обоснованное. Единственное уточнение по имени родоначальника младшего из 12 колен: его звали Вениамин, то есть, в переводе, Сын десницы. И очень сомнительно, чтобы в таком сокращенном варианте — Вен — это имя стало частью этнонима. А вот, если брать слово вен в его обыденном значении34, то все окончательно проясняется: Саула-вены — сыны, род, потомки Саула. С течением времени гласные а и у из слова Саул выпали, и слово приобрело звучание, близкое современному. Древнееврейское слово вен сохранилось в слове внук. Обратите внимание, русское слово внук — сын сына — имеет, помимо корня в[е]н, патронимический суффикс — ук. Такого рода суффиксы сохранились в белорусском и украинском языках. Вот что по этому поводу говорит доктор филологических наук профессор Валентина Лемтюгова: «Суффикс — ук (-юк) указывает на родственные отношения: Антонюк — сын, потомок Антона. Фамилии с этим суффиксом широко представлены в Брестской области, Белостокском воеводстве Польши и на территории Украины»35.

Здесь возражают, что «Саула сын» неестественно для древнееврейского языка, для которого характерно говорить «сын Саула», «сын Давида». Однако в тех местностях Ирана, что некогда были частью Ассирийского царства и куда были сосланы десять колен Израильских, до сих пор говорят не «сын такого-то», но «такого-то сын».

Известно, что между царскими родами Давида и Саула существовала вражда, которая, вероятнее всего, и послужила катализатором распада Израильского царства на две части. И хотя значительную часть «царского» племени Вениамина, из которого вышел первый царь Израиля Саул, удалось удержать в союзе с племенем Иуды, Саул мог стать знаменем центробежных тенденций старейшин десяти племен (колен).

Новый Завет говорит нам о том, что для всех иудеев было естественным в духовном смысле считать себя «сынами Давида»: «благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида!» (Мк. 11:10); «Ты устами отца нашего Давида, раба Твоего, сказал Духом Святым: что мятутся язычники, и народы замышляют тщетное?» (Деян. 4:25). Если Давид всем отец, то все иудеи — сыны Давида в духовном смысле. Здесь слово «сыны» является синонимом слова «народ». В таком случае и слова «Саула вены», то есть «сыны Саула» имели тоже значение: народ Саула, то есть первого царя Израиля.

Кто-то в связи со сказанным, быть может, опять задаст вопрос: «генетика, — как она проявится?». Повторим вновь, что вопрос о десяти коленах — это вопрос веры, а не «генетической экспертизы», науки генетики. Дело же, конечно, не в «генетическом родстве», как будто бы «генетическое родство» — это пропуск в Царство Божие или индульгенция. Спрашивают, в чем собственно вера? А кто нас освободил от веры в благословения Иакова и Моисея коленам Израильским, в том числе десяти пропавшим коленам? А кто нас освободил от веры в то, что, по слову пророка, «соберутся сыны Иудины и сыны Израилевы вместе, и поставят себе одну главу, и выйдут из земли [переселения]; ибо велик день Изрееля!» (Ос. 1:11)? Кто нас освободил от веры в «восстановление скинии Давидовой падшей»?

Никто не спорит насчет того, что множество язычников из многих народов вошли и войдут в народ Божий. Но Богом сказано однажды через пророка: «Я возьму сынов Израилевых из среды народов, между которыми они находятся, и соберу их отовсюду и приведу их в землю их. На этой земле, на горах Израиля Я сделаю их одним народом, и один Царь будет царем у всех их, и не будут более двумя народами, и уже не будут вперед разделяться на два царства» (Иез. 37:21,22). Или здесь: «В те дни придет дом Иудин к дому Израилеву, и пойдут вместе из земли северной в землю, которую Я дал в наследие отцам вашим» (Иер. 3:18). Об этом же говорит Бог устами еще одного пророка: «Непременно соберу всего тебя, Иаков, непременно соединю остатки Израиля, совокуплю их воедино, как овец в Восоре, как стадо в овечьем загоне; зашумят они от многолюдства» (Мих. 2:12).

Конечно, в Израиль входят и все христиане как духовные потомки Авраама. Но нельзя все сводить только лишь к аллегории, поскольку Бог устами пророка четко говорит: «Я возьму жезл Иосифов, который в руке Ефрема и союзных с ним колен Израилевых, и приложу их к нему, к жезлу Иуды, и сделаю их одним жезлом, и будут одно в руке Моей». И далее: «Я сделаю их одним народом, и один Царь будет царем у всех их, и не будут более двумя народами, и уже не будут вперед разделяться на два царства». И более того, Бог говорит, что это будет непременно: «Непременно соберу всего тебя, Иаков, непременно соединю остатки Израиля, совокуплю их воедино». Мы видим, что разговор идет о конкретных коленах, о разделенном Израиле, о соединении «двух народов» воедино. В реальности этого ещё пока не было.

И слова Христа говорят в первую очередь о том же: «Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь» (Ин. 10:16). И все вышеприведённые слова пророков об этом же. Да и разве мог Господь говорить «сего двора», если десять колен ещё пребывали во тьме язычества? Конечно, здесь Христос говорит и о язычниках вообще. Но и о десяти пропавших коленах в первую очередь. Об этом сказал Сам Бог устами пророка Иеремии: «Вот, Я приведу их из страны северной и соберу их с краев земли; слепой и хромой, беременная и родильница вместе с ними, — великий сонм возвратится сюда. Они пошли со слезами, а Я поведу их с утешением; поведу их близ потоков вод дорогою ровною, на которой не споткнутся; ибо Я — отец Израилю, и Ефрем — первенец Мой. Слушайте слово Господне, народы, и возвестите островам отдаленным и скажите: "Кто рассеял Израиля, Тот и соберет его, и будет охранять его, как пастырь стадо свое"» (Иер. 31:8-10).

Какие еще свидетельства нужны, кроме вот этих слов Бога: «Кто рассеял Израиля, Тот и соберет его»? То есть не наше это дело мучить себя вопросами, как это Бог сделает, как будет «проведена генетическая экспертиза»… Он сказал, — значит, будет по слову Его. И никто не запретит нам видеть очами веры десять колен Израильских. Тем более что эти рассуждения ведут начало не от ветра головы своея, а с пророческого утверждения, которое обнаружилось в бумагах «служки Божией Матери и Серафимова» Николая Мотовилова: «евреи и славяне суть два народа судеб Божиих», на «…территории России и внутренней Азии… живут 10 колен царства Израильского».

Разумеется, десять колен Израильских, впавших в язычество до плена, в Ассирийском царстве не отделялись от других народов стеною веры и закона, что, несомненно, способствовало принятию языка, преобладавшего в той местности. Естественно, какие-то конструкции, слова родного языка были сохранены. Несомненно и то, что жизнь десяти колен после пленения была искусом, приготовлением их к встрече с христианством, с Богом.

И ещё одно, как представляется, очень существенное обстоятельство: нет никаких оснований для того, чтобы искать пропавшие колена на самом краю земли, в местах отдаленных от тех, куда они были отведены после пленения. Когда царства рушились, десять племён получали относительную свободу передвижения. Причем, путь на родину и на юг был закрыт сильными царствами, на восток — горами и пустынями. Оставался один путь — через Кавказ, Причерноморье и далее в Южную, Центральную и Восточную Европу. Колено Дана ушло во Внутреннюю Азию, дав начало тюркоязычным народам: «От Дана слышен храп коней его, от громкого ржания жеребцов его дрожит вся земля; и придут и истребят землю и все, что на ней, город и живущих в нем» (Иер. 8:16).

Шиизм Ирака, Ирана, Азербайджана — это, вероятнее всего, результат «реликтового излучения» десяти колен Израиля: не все израильтяне из пропавших колен вышли в переселенческий поход или продолжили его, часть оставалась на обжитых местах, проявив в последующее время свою скрытую религиозную самость и энергию.

В свете сказанного проясняется судьба еврейства в России. Для того чтобы объективно взглянуть на этот вопрос, нужно отбросить эмоции, жажду мести, идеологические пристрастия. Еврейский народ, оказавшийся после присоединения Польши в России, в массе своей был беден, гоним и затравлен. Этот факт не отменяет и то обстоятельство, что множество финансовых воротил были евреями. Огромное влияние на рядовую еврейскую массу оказывал контролируемый ими (финансовыми воротилами) кагал. И вот именно в России произошло освобождение еврейской массы из-под власти кагала. Да, это было страшное, трагическое время. Но никто, ни один народ на Земле, кроме русского, не говорил еврейству: я твой друг, товарищ и брат. То есть произошло, в духовном плане, раскрытие души колена Иосифа: «И сказал Иосиф братьям своим: подойдите ко мне. Они подошли. Он сказал: я — Иосиф, брат ваш, которого вы продали в Египет; но теперь не печальтесь и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни» (Быт. 45:4,5). Никакого сомнения не может быть в том, что евреям Европы грозило полное уничтожение.

Впервые, со времени раскола Израильского царства, все колена Израиля оказались вместе в России, в СССР, в странах социалистического лагеря. И тотчас проявилось древнейшее и отличительное свойство Израильского народа, которое отображено в самом его названии: «Израиль (Богоборец)… — имя данное Иакову, когда он боролся с Богом в лице ангела Божия»36. Вот что об этом говорит Писание: «И остался Иаков один. И боролся Некто с ним до появления зари; и, увидев, что не одолевает его, коснулся состава бедра его и повредил состав бедра у Иакова, когда он боролся с Ним. И сказал: отпусти Меня, ибо взошла заря. Иаков сказал: не отпущу Тебя, пока не благословишь меня. И сказал: как имя твое? Он сказал: Иаков. И сказал: отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль, ибо ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь» (Быт. 32:24–28.

Это же исторический факт: именно славяне вместе с евреями в значительной своей массе боролись с Богом в СССР, в странах социализма. Да, какие-то народы уклонялись в язычество, в ереси, но Израилем, то есть Богоборцем, были лишь славяне и евреи. И именно они стали во главе тех, что одолели фашистскую чуму: «человеков одолевать будешь». Здесь нужно лишь отметить то, что богоборчество — это не сатанизм, названный сегодня трансгуманизмом37, который, начиная с девяностых годов ушедшего века, все более и более проявляется в жизни современного мира, в первую очередь на Западе. Трансгуманизм «есть желание смерти традиционного человека»38, что является устремлением «сына зари»: «диавол… был человекоубийца от начала» (Ин. 8:44). Представляется, что далеко не случайным является и то, что сегодня чрезвычайно стойкими в православной вере являются бывшие комсомольцы и коммунисты, когда-то «израильтяне», то есть богоборцы, в силу идеологии. И напрасно пытаться усмотреть здесь «оправдание гонений»: таковы парадоксы веры, таковы необычайные проявления духа «народов судеб Божьих» в мировой истории!

Невероятно усложняет судьбы народов невозможность отделить «плевелы» от «пшеницы» до «жатвы»: «Придя же, рабы домовладыки сказали ему: господин! не доброе ли семя сеял ты на поле твоем? откуда же на нем плевелы? Он же сказал им: враг человека сделал это. А рабы сказали ему: хочешь ли, мы пойдем, выберем их? Но он сказал: нет, — чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницы, оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в связки, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою» (Мф. 13:27–30). Исключено, в силу этого, до суда Христова выносить вердикт.

III.6. О претензиях ДНК-генеалогии

Но непременно кто-то вновь задаст вопрос: и все же, как соотнести вышесказанное с данными модной сегодня ДНК-генеалогии? Нет, мол, ничего даже отдаленно намекающего на то, что значительная часть славян — это потомки израильтян. Но, как известно, ДНК-генеалогия не может ничего конкретного сказать и о самих евреях. Она привела в невероятное смущение еврейский народ. Если верить ДНК-генеалогии, то современные евреи по мужской линии имеют несколько групп предков, которые никак нельзя свести воедино к Аврааму. Более того, линии священников представлены двумя, соединяющимися лишь 10–12 (!) тысяч лет тому назад.

В печали находятся и некоторые потомки русского князя Рюрика: одна ветвь, если следовать постулатам ДНК-генеалогии, характерна для финно-угров. ДНК-генеалогия сразу же предупреждает близких родственников, желающих сделать анализ Y хромосомы: может быть очень неприятное открытие, то есть случай «незадокументированного биологического отцовства». Утверждают, что в европейских странах такого рода случаи достигают 10 %…

Однако пророческая логика не допускает существование в Израиле «трех Авраамов» и более, а массовый прозелитизм не находит оснований в Писании, как и, к сожалению, дружба народов. Известно, что не в восторге от ДНК-генеалогии некоторые археологи, историки, лингвисты и даже генетики, и это очень раздражает популяризаторов этого новомодного «научного течения»: мы, мол, вам дарим датировку, а вы отказываетесь…

Но ДНК-генеалогия построена не на прочном теоретическом основании, а на гипотезе, что изменения, то есть мутации, в Y хромосоме всегда независимы от процесса обмена генами при слиянии гаплоидных хромосом, и имеют определенный шаг во времени. Отсюда возникают приводящие в смущение отдельных представителей старых наук утверждения о знании «времен и сроков». Вот что пишут о «временах и сроках» популяризаторы ДНК-генеалогии: «Методы ДНК-генеалогии позволяют узнать, когда жил общий предок, и, значит, — когда имело место «бутылочное горлышко» популяции на абсолютной шкале времени. При этом при наличии умеренной статистики, а именно при рассмотрении всего нескольких десятков или (лучше) сотен образцов ДНК потомков, можно идентифицировать времена жизни общих предков с точностью, близкой к 10 % при 95 %-ной достоверности полученных абсолютных значений времени. Так, если общий предок данной популяции жил 5000 лет назад, то при наличии (путем тестирования) сотни «гаплотипов» (так называемых «25-маркерных гаплотипов»), то есть определенных фрагментов Y хромосомы современников, потомков данного общего предка, время жизни общего предка определится с точностью 5000±530 лет до настоящего времени. Это означает, что время жизни общего предка данной популяции попадает в указанный интервал времени, между 4470 и 5530 лет назад, с надежностью 95 %»39.

Гипотеза, конечно же, очень впечатляющая. Однако в организме человека еще остается довольно много таинственного, непознанного. Всё непонятное сводить к «незадокументированному биологическому родству», прозелитизму или дружбе народов, как представляется, не очень убедительно.

В начале апреля 2016 года мир облетела сенсационная новость: «Анализ ДНК подтвердил вину европейцев в геноциде индейцев», — сообщило, например, РИА Новости. Агентство ссылается на слова генетика Бастиена Лламаса (Bastien Llamas) из университета Аделаиды (Австралия): «Удивительно, но ни один из изученных нами геномов, которые мы нашли в останках свыше ста древних индейцев, не оставил своих следов в ДНК современных аборигенов Америки. Единственный сценарий, который соответствует этим наблюдениям — полное исчезновение изолированных друг от друга популяций индейцев после того, как они начали контактировать с европейцами»40. Не будем спорить относительно самого факта геноцида: безусловно, он имел место. Но вот по поводу того, что «ни один из изученных… геномов не оставил своих следов в ДНК современных аборигенов Америки» позвольте задать вопрос: как это возможно? Не есть ли это свидетельство того, что популяционная генетика стоит перед необходимостью теоретического осмысления нового явления?

Чтобы снять противоречия и объяснить возникновение различий в Y хромосоме, сделаем предположение о том, что существует генетический механизм «молекулярного бракосочетания»: своеобразные «узы брака» Y и X хромосом. Назовем этот механизм, условно, «брачным венком». Когда сочетаются браком мужчина и женщина из чужеродных, далеких по происхождению друг от друга, народов, то в момент зачатия молекулярный «брачный венок» «делает» в Y хромосоме определенный «оттиск», который может моментально сменить гаплогруппу у сына. Соответственно, если и имеет место возможность датировки, вычисление будет носить иной, более сложный, характер. В отличие от гипотезы ДНК-генеалогии, данное предположение легко проверяется. Но вернемся к теме этногенеза.

Естественно, что десять колен Израиля с течением времени смешивались с автохтонным херувимским населением Евразии, обогащая генофонд, прививая народам специфические черты… О необычайном разнообразии генофонда Северной Евразии как о загадке говорит и популяционная генетика: «Результаты изучения генофондов мира оказались куда более неожиданны и впечатляющи, чем можно было бы предположить даже в самой острой, но непрофессиональной дискуссии о генофонде. Не в пылу полемики, а в результате специально проведенного анализа генофондов народов всего мира, мы можем сегодня утверждать, что именно генофонд Северной Евразии (основную часть которого составляет Россия) сохраняет в себе максимум характеристик общечеловеческого генофонда. Такого сходства с генофондом человечества нет ни в одном другом генофонде коренного населения мира… Если основываться только на этих свойствах и на минуту забыть, о сколь северной окраине ойкумены идет речь, то можно было бы подумать, что мы имеем дело с некой самой центрально расположенной частью мировой суши или же с прародиной человечества. Но поскольку первое предположение неверно, а второе невероятно, то тем самым мы стоим перед самой настоящей загадкой, представляющей серьезную научную проблему. В генофонде населения Северной Евразии сохранена наибольшая часть мирового генетического разнообразия… Но какие силы поддерживают это разнообразие? Ведущим фактором оказался не некий элемент природной среды, а этносы, народы»41. Попробуем разгадать эту загадку популяционной генетики, опираясь на всё вышеизложенное.

Древний Израиль, Ассирия, откуда на территорию будущей России пришли десять колен израильских, действительно находятся вблизи с «некой самой центрально расположенной частью мировой суши» и «с прародиной человечества», во всяком случае, согласно библейским представлениям. Когда границы Ассирийской империи ослабли, десять колен вышли из нового «дома рабства». За время пребывания в плену они, естественно, вошли в тесный контакт с другими пленёнными группами народов, часть людей из которых десять колен увлекли за собою. Во время продвижения на север они, вне всякого сомнения, захватывали своим переселенческим устремлением и каких-то людей из племен, через чьи земли проходили, в то же время, подталкивая на север тех, кто оказался на пути переселенческого потока. Через определенное время этот этнический поток, оставив израильские (славянские) «озера» в Южной и Центральной Европе, повернул на северо-восток и достиг Северной Евразии, где и был поглощён её огромными просторами и многочисленными племенами «медвежьего» суперэтноса, обитавшими в ней.

Генетика пока мало что говорит об особенностях Израильского народа. Однако в чём особенность народа «судеб Божьих»? Его представители отличаются от других людей не «повышенным коэффициентом интеллектуальности», а чрезвычайно подвижным темпераментом, умением «вживаться в образ», то есть проникать во внутренний мир другого человека. Именно здесь истоки особой доброты, сострадательности и сочувствия, свойственные русскому (великороссу, малороссу, белорусу) человеку. Это то свойство, которое Федор Достоевский нашёл в русском народе и определил его, как «всемирная отзывчивость». Вот как об этом говорит протоиерей Андрей Ткачев: «По всему периметру своих немыслимых, богатырских размеров Россия соприкасается со всеми культурно-религиозными мирами. Мысленно окинем их взглядом, начав оттуда, где восходит солнце. Япония — дзен и синто, Китай — конфуцианство, Монголия — ламаизм, буддизм, Средняя Азия и Кавказ — ислам. Пропустим единоверных молдаван, украинцев, белорусов. Калининград — католицизм. С евреями и протестантами мы знакомы внутри страны. Также внутри мы знакомы и со всеми остальными, но уже сам факт соседского соприкосновения по границам требует от России того, чего жизнь не требует ни от кого больше. Россия обязана учиться говорить о вере со всеми. Россия умеет быть податливой и восприимчивой. Она же по имени — женщина, а по жизни, та, что «коня на скаку остановит». Мир чужих идей она способна почувствовать как никто другой. А, почувствовав, она должна раскрыть богатство православного христианства очередному соседу с максимальной степенью доходчивости. Это — вызов времени, это — задача. Я опять докажу это из смежной области, — продолжает протоиерей Андрей Ткачев, — а не прямо из религии. Ливанов и Соломин — это лучшие исполнители ролей Холмса и Ватсона, хотя они — не англичане. Таких примеров в русской культуре множество. "Нам внятно все: и острый галльский смысл и сумрачный германский гений". Это свойство национального характера нам дано не случайно. Проповедуя иным, мы менее всего склонны штамповать их на свой манер и способны полюбить, понять и оценить уникальный лик другого. Русский проповедник может быть как Герман Аляскинский нежен со своей паствой, словно с ребенком — кормилица. Приводите мне противоположные примеры из истории. Я ни мало не смущусь, поскольку знаю, что КПД не бывает равно 100 %. Были ошибки и будут. Но я говорю о принципе, и он верен…»42.

Именно «всемирная отзывчивость» лежала в фундаменте Российской империи. Можно сказать, что «всемирная отзывчивость» — это «нерв любви» к Богу и к ближнему, дарованный Господом народу «судеб Божьих». Но этот дар может быть использован и во зло, когда израильтяне начинают служить не Богу, а мамоне, идолам, сооружая «Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным» (Откр. 17:5). В виду такого дара требования к нравственному облику «народа судеб Божьих» чрезвычайно высоки.

Порою задают вопрос: зачем нужно такого рода знание? Что оно может изменить? Зададим встречный вопрос: а зачем вообще нужно ведение? Зачем Ангел сказал пророку Даниилу «и умножится ведение» (Дан. 12:4)? Хотя здесь, как представляется, ответ очевиден: братолюбие требует разъяснения того, как относиться к тем, кто ожесточился. Апостол Павел так говорит об этом: «Итак спрашиваю: неужели они преткнулись, чтобы [совсем] пасть? Никак. Но от их падения спасение язычникам, чтобы возбудить в них ревность. Если же падение их — богатство миру, и оскудение их — богатство язычникам, то тем более полнота их» (Рим. 11:11,12). Мы видим, что богоборчество иудеев послужило спасению десяти пропавших колен Израиля, а также спасению множества других язычников.

Апостол Павел говорит о том, что ожесточение иудеев когда-то закончится: «Ибо не хочу оставить вас, братия, в неведении о тайне сей, — чтобы вы не мечтали о себе, — что ожесточение произошло в Израиле отчасти, [до времени], пока войдет полное [число] язычников; и так весь Израиль спасется, как написано: придет от Сиона Избавитель, и отвратит нечестие от Иакова. И сей завет им от Меня, когда сниму с них грехи их. В отношении к благовестию, они враги ради вас; а в отношении к избранию, возлюбленные [Божии] ради отцов. Ибо дары и призвание Божие непреложны. Как и вы некогда были непослушны Богу, а ныне помилованы, по непослушанию их, так и они теперь непослушны для помилования вас, чтобы и сами они были помилованы. Ибо всех заключил Бог в непослушание, чтобы всех помиловать» (Рим. 11:25–32). Но, заметим, слова «возлюбленные [Божии] ради отцов» и «дары и призвание Божие непреложны» целиком и полностью относятся и к десяти коленам, некогда отпавшим от народа «судеб Божьих».

Наше время характеризуется разрывом братских уз не только между отдельными людьми, но и между близкими народами. Свежий пример — Украина. Единственная сила, способная сегодня умиротворить человечество, — это воскресший во Христе Израиль, поскольку его «принятие… жизнь из мертвых». Именно Израилю дал Бог «нерв любви» — «всемирную отзывчивость». Поэтому не удивительно, что «князь мира сего» наносит удары по братским узам колена Иосифа — великороссов и малороссов, дабы истребить или соблазнить тех, кто несет в своей природе «нерв любви», что не может не вызвать ответной реакции Всевышнего: «Ярость Господа Саваофа опалит землю, и народ сделается как бы пищею огня; не пощадит человек брата своего. И будут резать по правую сторону, и останутся голодны; и будут есть по левую, и не будут сыты; каждый будет пожирать плоть мышцы своей: Манассия — Ефрема, и Ефрем — Манассию…» (Ис. 9:19–21)…

Глава IV. Всадники Апокалипсиса

Что же даёт раскрытие символов человечества, изображенных в четвертой главе Апокалипсиса? Самое главное, помимо пищи для братолюбия, на наш взгляд, состоит в том, что Откровение на глазах оживает, наполняется красками, дыханием, жизнью. Действительно, как много уже могут сказать вот эти скупые строчки: «Иди и смотри». Так говорят Апостолу Иоанну Богослову один за другим «четыре животные» по снятии первых четырех печатей: «И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить. И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч. И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей. И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай. И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя "смерть"; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными» (Откр. 6:1–8).

Мы уже понимаем, что, если «животное» говорит «иди и смотри», именно в херувимской среде данного «животного» и выходит тот или иной «всадник» на «коне». С толкованием «всадника», как представляется, вопросов не может быть: «всадник» — это символ израильтян, как явных, так и скрытых, «головой» которого является колено патриарха Иуды (Быт. 49:10), из которого и происходит по Плоти Господь и Бог наш Иисус Христос: «Не такова, как их, доля Иакова, ибо Бог его есть Творец всего, и Израиль есть жезл наследия Его, имя Его — Господь Саваоф. Ты у Меня — молот, оружие воинское; тобою Я поражал народы и тобою разорял царства» (Иер. 51:19–20). А вот как понимать «коня»… Думается, что «конь» — та часть прочих скрытых адамитов и последовавшая за ними херувимская масса, что стали «несущей опорой», «средством передвижения», то есть быстрого распространения идей и взглядов «сообщества израильтян» в херувимских средах, почему и соответствующее «животное» произносит «иди и смотри».

То, что на протяжении последних двух тысяч лет именно с христианством связана «пружина мировой истории» оспаривать сколь-нибудь серьёзно невозможно. А поскольку Евхаристия является солнцем, вокруг которого вращается христианский мир, постольку очень многие события в мировой истории не могут быть объяснены иначе, чем ситуацией с Евхаристией. Впервые на это обратил внимание замечательный православный мыслитель и богослов Феликс Карелин (1925–1992) в своих работах «Теологический манифест»43 и «Ответ на отзыв»44, опубликованных на сайте «Православный социализм как русская идея».

Основная посылка, на которой строятся умозаключения Феликса Карелина, звучит следующим образом: «Всякое существенное изменение Богоустановленного культа должно проецироваться не только в сферу эсхатологии, но и в сферу человеческой истории». Феликс Карелин рассуждает об этом так: «Евхаристическая Трапеза, соединяя человека со Христом и людей во Христе друг с другом, не только строит Церковь как общество вероисповедное, но и созидает христианскую форму общественного бытия». И чем больше «туч», закрывающих это солнце, чем дальше расстояние от него, тем плотнее «тьма века сего» вокруг человека, тем ближе к нему «духи злобы поднебесной», тем более христианин склонен к «фантастическим отражениям» природы, человека, общества.

Феликс Карелин предложил взглянуть на христианские разделения «из Евхаристической Трапезы». В таком случае, согласно его мысли, мы обнаруживаем четыре христианских исповедования: «царственное православие» с полной Евхаристической Трапезой; католичество с «сухим причастием»; умеренный протестантизм (в основном лютеранство), не имеющий Евхаристической Трапезы реально, но признающий её по вере; протестантизм крайний (кальвинизм и ему родственные течения), отвергающий Евхаристическую Чашу в принципе.

Именно ситуацию с Евхаристией Карелин видит отображенной в четырех всадниках Апокалипсиса, выходящих последовательно по снятии печатей: победоносный всадник на белом коне символизирует «царственное православие», сохраняющее Евхаристическую Трапезу неповрежденной, всадники на красном, вороном и бледном конях — «ступени евхаристического кризиса».

Святитель Кесарий (Цезарий) Арелатский (Арльский) так толкует «всадника на белом коне»: «Конь — это Церковь, всадник — Христос. Этот конь Господа с боевым луком прежде обещан Захарией таким образом: ибо посетит Господь Саваоф стадо свое дом Израиля! и поставит его, как славного коня Своего на брани. И с него будет наблюдать, и с него упорядочит [битву], и с него лук для гнева, и из него изойдут все следующие гонители (Зах 10:3−4). Мы считаем, — пишет Кесарий, — что белый конь — это пророки и апостолы. Допускаем, что конь с венцом, имеющий лук — не только Христос, но также и Святой Дух. Ведь после того, как взошел Господь на небо и открыл все, Он послал Святого Духа, слова Которого через проповедников вонзились, словно стрелы, в человеческое сердце и победили неверие. Венец же на голове — это обещания через Святого Духа, так это надо понимать»45. В Синодальном переводе стих 4 звучит так: «Из него будет краеугольный камень, из него — гвоздь, из него — лук для брани, из него произойдут все народоправители».

Архиепископ Андрей Кесарийский толкует «всадника на белом коне» следующим образом: «Итак, под снятием первой печати мы разумеем сонм Апостолов, которые, подобно луку, направивши против демонов Евангельскую проповедь, спасительными стрелами привели ко Христу уязвленных и получили венец за то, что истиной победили начальника тьмы и за исповедание владычнего имени, ради второй победы, претерпели насильственную смерть. Посему и написано: изыде побеждаяй, и да победит: ибо первая победа есть обращение язычников, а вторая — добровольный и соединенный с мучениями выход из тела»46.

Победоносный «всадник на белом коне», символизирующий Иисуса Христа, его апостолов и Церковь первых христиан, выходит, согласно историческим данным, в области преимущественного обитания Херувима «подобного льву» — Ближний Восток, Север Африки, полуостровы Апеннинский, Балканский, Пиренейский, — среди людей которого преобладает холерический, то есть львиный темперамент, что и, вне всякого сомнения, в решающей степени позволило одержать победу, видимое выражение которой «венец» — принятие христианства в качестве государственной религии в Римской империи, в Византии. Храбрость этого всадника, мощь его белого коня преодолели все препятствия, преграды и опасности.

Существенные изменения Богоустановленного культа, по убеждению Феликса Карелина, неизбежно влекут за собой последствия для внутреннего мира человека, что, в свою очередь, порождает иной взгляд на внешний мир, на место человека в нем, на отношения человека с Богом, на отношения к ближнему. Евхаристический культ установлен Самим Христом и ни один иерарх Церкви, ни один церковный Собор не могут изменить или отменить его без угрозы серьезных последствий. Но западная ветвь христианства решила по-другому. Вначале миряне были лишены Чаши, то есть излиянной за грехи мира Крови Христа, в которой Его Жизнь. «Сухое причастие», породив жажду «Крови излиянной» Спасителя, обернулось, согласно Феликсу Карелину, «большим мечом»: «И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч» (Откр. 6:4). Связь католичества с «большим мечом» невозможно скрыть: Крестовые походы, пролившие реки крови, будут всегда указывать на это.

Святитель Кесарий Арелатский так толкует «всадника на рыжем коне»: «Против победоносной и торжествующей Церкви выходит рыжий конь, то есть народ, испорченный и злой, покрытый кровью от своего всадника — дьявола. Хотя мы читаем у Захарии о рыжем коне Господа, но там он был в своей крови, здесь — в чужой. Дан ему большой меч, чтобы он уничтожил мир на земле, а именно свой мир, то есть мир земной, — ведь Церковь обладает вечным миром, который ей оставил Христос. Следовательно, — продолжает свт. Кесарий, — как сказано выше, белым конем Иоанн называет Церковь, всадником же его — Христа или Святого Духа. Лук — его Он держит в руке, заповеди Его — словно острые могущественные стрелы, направленные через весь мир прямо в сердца для уничтожения грехов и укрепления верующих. Венец на Его голове — обещание вечной жизни. Рыжий конь, — пишет далее Кесарий, — это злой народ, чей всадник — дьявол, которого Иоанн потому назвал рыжим, что тот был красным от крови многих. Относительно же того, что ему дан меч, чтобы взять мир с земли, то это значит, что люди, при попустительстве дьявола, не перестают порочным образом непрерывно среди себя насаждать ссоры и разногласия вплоть до смерти»47. Если указывать время чёткого появления на горизонте человеческой истории «всадника на рыжем коне», то это 1054 год, в который произошёл уход в раскол Западной Церкви, последствием чего стали кровавые Крестовые походы, в том числе и против Православной Церкви.

Феликс Карелин видит и более отдаленные последствия «сухого причастия»: «Если попытаться объять духовную жизнь человеческого общества в целом, то удобнее всего представить ее в виде трех концентрических окружностей, — пишет Карелин. — Во внутренней сфере пребывает культ — Богоустановленная основа религиозной жизни, в средней — индивидуальная мистика и богословское осмысление, во внешней сфере — творчество и наука. Ибо мистика и богословие откровенно живут религиозным культом, а творчество и наука тайно питаются мистическими прозрениями и богословскими постулатами. Отсюда ясно, что упразднение "Крови излиянной" в сфере сакраментальной, — замечает далее Карелин, — должно было повлечь за собой сообразные сему последствия в сфере мистики и богословия, т. е. отрицание нетварных Божественных энергий, в которых Божество изливается за пределы Своей сущности; отрицание же нетварных Божественных энергий, в которых Бог не только вечно выходит за пределы Самого Себя, но и во времени сообщает Себя Своему творению, в свою очередь, должно было стать религиозной предпосылкой всеобщего "кризиса коммуникаций" в сфере внешней:

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Того кризиса духовных коммуникаций, — продолжает Феликс Карелин, — который, разворачиваясь на протяжении столетий, действительно поразил собою всю новоевропейскую цивилизацию, проявившись во множестве аспектов: неспособность перебросить мост между субъектом и объектом в сфере гносеологии, механистическое отношение к природе, индивидуализм в нравственной жизни, субъективизм в искусстве, капиталистическое отчуждение в сфере производственных отношений и юридизм в жизни общественной», — конец цитаты.

Следующим этапом евхаристического кризиса, как убедительно показывает Феликс Карелин, стало лютеранство, отвергнувшее Евхаристическую Трапезу реально, но сохранив её по вере. Характеризуя евхаристическую ситуацию в умеренном протестантизме, Феликс Карелин отмечает: «Отвергая преложение хлеба и вина в Тело и Кровь, лютеране утверждают, что в Таинстве Евхаристии Тело и Кровь, с одной стороны, и хлеб и вино, с другой, — только сосуществуют. Так, что Тело и Кровь пребывают в хлебе и вине, с хлебом и вином, под хлебом и вином, но сама евхаристическая материя остается при этом всецело хлебом и вином. Известно, что, согласно учению Православной Церкви, Таинство Евхаристии совершается "не потому, что Тело Господа, находящееся на небесах, нисходит на жертвенники, но потому, что хлеб предложения, приготовляемый порознь во всех Церквах и по освящении претворяемый и пресуществляемый, делается одно и то же с Телом, сущим на небесах". Таким образом, поскольку протестанты лишились священства, имеющего дар реально совершать Евхаристическое Таинство, на протестантских жертвенниках хлеб предложения остается не более чем освященным хлебом», — пишет Карелин.

Но поскольку протестанты крещены во имя Отца и Сына и Святого Духа, замечает далее Карелин, есть надежда, что по молитве общины, собранной для совершения Евхаристии, Христос приближается к Трапезе, оказываясь рядом с хлебом, под хлебом и даже в хлебе. Однако в силу того, что сами хлеб и вино не становятся от этого Телом и Кровью Христа, причастники вместо Тела и Крови реально вкушают лишь обычные хлеб и вино, испытывая при этом определенное «евхаристическое» волнение. Результатом такого рода мнимой Евхаристии, как полагает Карелин, является известный германский «метафизический голод»: «Та часть народа Божия, которая в XVI веке отвергла Иерархию, не только обрела независимость, но и лишилась пастырей — теургов, имеющих власть реально совершать Таинства. Возжелав неограниченной свободы, протестанты обрекли себя на духовный голод. Евхаристическая пшеница стала для них недоступно дорогой, а вино и елей утратили силу (Откр. 6:5–6). Недаром после Лютера голод стал едва ли не сутью немецкого национального самочувствия, а германская культура — своеобразным дворцом метафизического голода. Загляните в его причудливые залы, любезный читатель! — Приглашает Феликс Карелин. — Вот иронические романтики накрывают столы воображаемыми яствами, вот лукавый Кант объявляет голод нормой человеческого существования, вот Гегель, спасаясь от голода, сосредоточенно сосет собственную лапу, а вот откровенно голодный Ницше призывает к людоедству. А вот и сам протагонист германской культуры гетевский Фауст, страстно ищущий Реального:

И где же вы, сосцы природы — вы,

Дарующие жизнь струею благодатной,

Которыми живет и небо и земля,

К которым рвется так больная грудь моя?

Вы всех питаете, — что ж тщетно жажду я?

"Елея и вина не повреждай" (Откр. 6:6) — кому сказано!

Однако не все протестанты, отпавшие от Иерархии и потерявшие Таинства, стали томиться метафизическим голодом. Наиболее радикальные из них, утратив Евхаристический Пир, охотно погасили при этом и пиршественные огни», — замечает Феликс Карелин. Но не только духовный голод сопровождал лютеранский этап евхаристического кризиса: в Германии разразились жестокие гражданские войны, приведшие и к голоду реальному.

Описывая ситуацию с Евхаристией в Англиканской (Высокой) церкви, Феликс Карелин сближает её с ситуацией в умеренном протестантизме, несмотря на наличие священства: дело в том, что епископат англиканской и старокатолической церквей лишён святительской благодати. Если это так, говорит далее Карелин, то «все три названных исповедания (лютеране, англикане, старокатолики — В.М.) в равной степени лишены реальной власти для совершения Евхаристического Таинства, и что, следовательно, несмотря на разные учения о Евхаристии, реальная Евхаристическая ситуация во всех названных Церквах оказывается совершенно одинаковой». Но такая же ситуация, добавим мы, имеет место и в русской старообрядческой церкви Белокриницкого согласия48: её «епископат» берёт начало от одного епископа, что не допускается церковными канонами. Но вернёмся к всадникам Апокалипсиса.

Конь, на котором сидит лютеранский всадник, вороной. И это, конечно же, не случайный цвет: в Реформации приняли самое непосредственное участи огромные массы «чёрного» народа, то есть беднейшее крестьянство и городские низы. Совершенно очевидно, что цвет апокалиптического коня содержит в себе и варну, то есть цвет сословия: белый — цвет святости, чистоты, символ духовного сословия; красный — символ воинственности, цвет воинского сословия; черный — цвет работного сословия. Из этого порядка несколько выпадает бледный цвет четвертого коня. Однако надо заметить, слово χλορός, которым передается цвет последнего коня, на греческом звучало и как зеленовато или бледновато-желтый, каким и выглядит газ хлор… Если брать индийскую варну вайшьев, цветом которой был желтый (по цвету земли), то основное занятие её членов в недалёком прошлом — сельскохозяйственное и ремесленное производство, торговля, ростовщичество…

Некоторые исследователи уже давно обращали внимание на то, что старообрядчеству присущи основные черты протестантизма. Вот как об этом пишет священник Михаил Воробьев: «Раскол, как и Реформация, стал полным разрывом с господствующей Церковью. Старообрядцы были убеждены в безблагодатности новообрядческой иерархии и бесплодности таинств никонианских священников точно так же, как протестанты отрицали действенность католического богослужения. И старообрядцы, и протестанты были в равной степени убеждены, что Никон и последовавшие ему патриархи, как папы и поставленные им епископы, оказались вольными или невольными служителями сатаны. В отличие от протестантизма старообрядческое движение не распространилось в других православных государствах, оставшись навсегда феноменом российской духовности51. Однако преувеличивать маргинальность старообрядчества, — подчеркивает священник Михаил Воробьев, — не стоит. Приверженцами старой веры в России были миллионы людей, и целые регионы, несмотря на широкие репрессии, до последнего времени оставались старообрядческими. Гонимые протестанты Англии — пуритане были первыми колонизаторами Нового Света, создателями новой, протестантской по самой своей сути американской цивилизации. Русским старообрядцам в силу тех же причин пришлось осваивать бескрайние дикие просторы своего собственного государства. Иногда это происходило за счет добровольного переселения в глухие места, куда редко проникало государево око (Керженец, Стародубье). Но зачастую власть сама переселяла неблагонадежных ревнителей старой веры в необжитые места… <…> Сравнение русского старообрядчества с западным протестантизмом будет неполным, — продолжает священник Михаил Воробьев, — если не заметить того факта, что именно старообрядцы стали первыми торгово-промышленными капиталистами России, провозвестниками нового типа производственных и общественных отношений. Это еще одно исключительно важное сходство исторической судьбы старообрядчества и протестантизма вытекает из одних и тех же богословских и этических проблем, которые вставали перед немецкими протестантами и русскими раскольниками»52.

Этот момент очень важен, ибо он напрямую связан с социально-экономическим развитием, порожденным ситуацией с Евхаристической Трапезой. Вот как об этом пишет Феликс Карелин в работе «Телогический манифест»: «На протяжении двух-трех столетий процесс капиталистического развития охватил весь христианский мир. При этом обнаружилась одна удивительная закономерность. Оказалось, что склонность того или иного народа к участию в капиталистическом развитии находится в строгом соответствии и в обратной пропорции к участию этого народа в Евхаристической Трапезе. Чем полнее христианский народ участвует в Евхаристической Трапезе, тем менее склонен он к участию в капиталистическом развитии; чем глубже евхаристическая ущербность христианского народа, тем более активным оказывается его участие в развитии капиталистической системы», — заключает он. История показывает, что это не просто «любопытное наблюдение», но, пусть и удивительная, а закономерность. Первые буржуазные революции произошли в странах, где торжествовал кальвинизм, который совсем отверг Евхаристическое Таинство. Те же крайние протестанты заложили фундамент буржуазной Америки. Энергичными строителями буржуазного мира стали и умеренные протестанты, составляющие большинство населения Англии и двух ведущих капиталистических стран — США и Германии. Первоначально сопротивлявшиеся капиталистическому развитию католические народы постепенно стали его твердыми участниками.

«Важным подтверждением усмотренной обратно пропорциональной связи между участием христианского народа в Евхаристической Трапезе и склонностью этого же народа к участию в развитии капиталистической системы, — отмечает Карелин, — служит закономерность в степени распространения коммунистических идей среди народов буржуазного Запада. На сегодняшний день самые сильные коммунистические партии сосредоточены там в странах католических (Франция, Италия, Испания, Португалия, Латинская Америка), слабее коммунистические идеи распространяются в странах лютеранских (Германия, Дания, Швеция), и совсем слабо в тех протестантских странах, которые в самом начале своего буржуазного пути получили закваску кальвинизма (Англия и США)». Подчеркнем особо: эта закономерность касается именно христианских народов, хотя Феликс Карелин довольно аргументировано объясняет истоки исключительной буржуазности народа Японии.

Особенно сильное подтверждение такого рода закономерности Феликс Карелин усматривает в судьбе православной России: «Что же касается народов православных, то здесь, прежде всего, следует сказать о России. Более чем семидесятилетний спор о путях социально-экономического развития России, который начался в сороковых годах прошлого века и закончился Октябрьской революцией, обнаружил крайнюю антибуржуазность русского народного характера. Почти все участники спора, — замечает Карелин, — будь то общинники-славянофилы или социалисты-западники, почвенники или народные демократы, теургическая школа религиозных мыслителей или позитивисты-народники, при всем различии своих основных посылок сходились на том, что Россия должна избегать буржуазного пути; духовное отвращение от буржуазной цивилизации явилось одной из основных тенденций в творчестве Толстого и Достоевского; наконец, русские крестьяне, несмотря на буржуазную реформу сельского хозяйства, которую с энергией проводил Столыпин, продолжали упорно держаться за сельский мир и круговую поруку. И даже марксисты-ленинцы, в начале XX века обоснованно утверждавшие, что Россия на путь капиталистического развития все-таки вступила, сделали, однако, все от них зависящее, чтобы путь этот оказался как можно более коротким», — пишет Феликс Карелин. Чуть ниже он добавляет: «То, что мы сказали о России, в значительной мере относится и к другим народам, хранящим и исповедующим Православную веру. Ни болгары, ни сербы, ни румыны, ни даже предприимчивые греки не сумели достигнуть на путях капиталистического развития никаких заметных успехов. Полнота Евхаристической Трапезы и активное служение "маммоне" в масштабах целого народа практически несовместимы», — выводит Карелин чеканную формулу.

Попытки некоторых исследователей доказать, что именно старообрядчество сыграло решающую роль в победе социализма в России тщетны: это не могло иметь место в силу его «евхаристической ущербности». Да, были отдельные личности и группы, которые демонстрировали свою приверженность социалистическим идеям, но в массе своей старообрядчество рождало буржуазный класс, который если и поддерживал социал-демократию, то только лишь как одну из сил, которая могла помочь совершить буржуазную революцию, чтобы полностью расчистить дорогу капитализму. Некоторые усматривают в «коллективном распределении капитала» старообрядцев-предпринимателей преодоление его частнособственнического характера, но это явная аберрация: представляется совершенно очевидным и не требующим каких-либо доказательств, что таким фиктивным образом они пытались защититься от угрозы неожиданной экспроприации со стороны российского государства и отдельных бюрократов, которые, как правило, не испытывали особого расположения по отношению в «свободе предпринимательской деятельности»…

Так что же получается, если принимать во внимание закон Феликса Карелина: «повалив» православие по совету троцкистов, коммунисты лишили коммунистическое движение источника силы, уничтожили духовную защиту против проникновения в народную среду либерального учения. Конечно, можно и дальше закрывать глаза на то, что не ангажированным исследователям совершенно очевидно: православная Россия в октябре 1917 года отвергла февральский либерализм и не воспротивилась социализму, а Россия атеистическая в начале девяностых годов прошлого века отвергла социализм и приняла с восторгом либерализм. Разве это может быть случайностью? Несомненно, что этот исторический парадокс свидетельствует об истинности закона Карелина.

Действительно, разве может быть случайностью то, что ни в одной из самых передовых капиталистических стран — США, Англии, Германии — коммунистические партии не являются сколь-нибудь заметными участниками политического процесса, несмотря на высокий уровень буржуазной демократии? Народы этих стран в большинстве своем протестантского происхождения, в массе своей они абсолютно равнодушны к коммунистической идее. И никакими ссылками на «буржуазную реакцию», на «происки империалистов» это не объяснишь, потому что в европейских и латиноамериканских странах с преобладанием католического населения позиции социалистических и коммунистических партий на порядок сильнее, хотя давление империалистических кругов не меньше. А если мы возьмем, например, современную православную Грецию, то истинность закона Карелина уже не подлежит никакому сомнению: Греция временами буквально кипит, бурлит «выступлениями трудящихся против всевластия капитала», коммунистические и левые партии пользуются в ней немалым авторитетом и поддержкой народа. И это в стране, где Православие по конституции является государственной религией!

Совершенно очевидно, что ортодоксальное христианство не только не препятствует распространению в среде народов, где оно является доминирующим, коммунистических идей, но и явно способствует этому. И удар по ортодоксальной Церкви влечет за собой усиление либеральных тенденций в народном духе. Почему так происходит? В чем причина? Ответ дает закон Феликса Карелина: «Полнота Евхаристической Трапезы и активное служение "маммоне" в масштабах целого народа практически несовместимы». Насильственно лишив подавляющую часть народа Евхаристической Чаши, по настоянию Льва Троцкого, коммунисты оставили народ один на один с идолом маммоны. Призыв Троцкого и Бухарина «обогащайтесь» не был случайным: он был обращен к отступившим от Евхаристии. Но таких в те времена в народе было еще не очень много. Когда же план Троцкого «повалить» религию был в основном осуществлен, тогда уже сам народ в конце восьмидесятых стал кричать на митингах: «Пе-ре-строй-ка!»…

И где сегодня тот самый «российский революционный пролетариат»? Его как корова языком слизнула. Мы сегодня отчетливо видим: революционность пролетариата напрямую была связана с воспитанием в ортодоксальной вере, на это указывает сегодня пример Греции и Латинской Америки. Разрушать, как правило, всегда намного легче, чем созидать. Открыть храмы, монастыри, обучить священников, дать свободу православной вере — это только начало длительного пути возрождения. Народ, насильственно отлученный от веры, подобен кораблю в океане, навигационные приборы которого в пьяном угаре вдребезги разнесли люди, стоящие на капитанском мостике. Его несут волны моря житейского, бросают в пучину бедствий, «левиафан» терзает его тело, «зверь из земли» подрывает его дух…

Либералы (неважно, к какой конфессии они себя относят) прекрасно осведомлены об этом явлении. Посмотрите, что пишет, к примеру, либеральный украинский профессор Ярослав Грицак в материале «Мы 30 лет боремся с прошлым. И 30 лет оно нас побеждает», опубликованном на сайте украинского журнала «Новое время»: «Покойный гарвардский профессор Игорь Шевченко предупреждал в начале 1990-х: "Советское прошлое преодолеть относительно легко, но что делать с византийско-православным наследием?" Как в том старом анекдоте о сантехнике, который был похож на Маркса, и на все требования парткома сбрить бороду отвечал: "Ну хорошо, бороду я сбрею, а умище куда деть?" Взаимосвязь коммунизма и историко-культурного наследия, — продолжает Грицак, — должна стать предметом анализа для историков и социологов. Эту тему напрасно игнорируют, относясь к ней легкомысленно. Коммунизм — лишь цветочки, омерзительные и смертоносные, но все же цветочки на дереве, вросшем своими корнями в более давнее прошлое. И выкорчевать его можно исключительно с помощью глубоких реформ»53, — заключает свою мысль Грицак.

Согласимся с Грицаком: указанная взаимосвязь действительно должна стать предметом анализа для историков и социологов. А вот с вопросом, что «выкорчевать», нужно основательно разобраться. Во всяком случае, в каждой авраамической религии есть «пшеница» и «плевелы», «сыны Царствия» и «сыны лукавого», «плод добрый» и «цветочки, омерзительные и смертоносные». И по-другому быть не может, потому что есть «древо жизни» и есть «древо смерти», дающие свои побеги и семена (Мф. 13:36–39).

Послесловие

Резюмируя всё вышесказанное, мы уже можем понять, например, почему идея «плавильного котла» порочна в корне: четыре Херувима невозможно «сплавить» друг с другом. Более того, такого рода попытки являются извращением творения Божьего, и чреваты самыми серьёзными социальными и политическими последствиями. Не потому «загорелые» люди США в подавляющей своей массе отстают почти по всем социальным показателям от белых, что такова их природа. Нет! Это следствие пагубной политики «плавильного котла», игнорирующей херувимские особенности людей. Искусственное национальное конструирование возможно лишь в отношении адамитов: значительная их часть реагируют на это быстро и охотно, как актёры в театре… Но сколько в процентном отношении скрытых адамитов в том или ином народе? Ответа на этот вопрос никто дать не может… Совершенно очевидно лишь то, что адамиты в народах не могут преобладать, за исключением народа современного Израиля. Единственным естественным фундаментом настоящего сплочения может служить лишь Евхаристическая Трапеза. Только вера во Христа способна объединить людей в действительно единую общность, где невозможно никакое насилие в отношении этнической природы: «Ибо, — говорит Апостол Павел, — все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе. Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники» (Гал. 3:26–29). Другого пути формирования действительно единой общности не существует…

Какие ещё общие выводы можно сделать из всего вышеизложенного в четырёх главах?

Во-первых, грехопадение совершил «человек седьмого дня», то есть Адам, а не Херувимы. И это грехопадение повлекло за собою повреждение всей твари, в первую очередь той, что имела контакт с адамитами: «…Земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел [Господь] Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле» (Быт. 6:11,12).

Во-вторых, «всемирный потоп» лишь отодвинул угрозу растления той «плоти», с которой адамиты вступали в контакт после потопа: эстафету растлителей понес сын Ноя Хам и его потомки. Затем к ним стали присоединяться прочие отступники от Бога, чьим символом стали золотой телец и Содом с Гоморрой.

В-третьих, Сын Божий Иисус Христос воплотился и вочеловечился в племени «сынов Божьих» — адамитов-израильтян, что, несомненно, снимает остроту вопроса «происхождения от обезьяны». Более того, Сын Человеческий как потомок Адама с момента Рождества несет в себе тот же дух жизни от Бога: «…Господь Бог вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт 2:7). А о «человеке шестого дня» лишь сказано, что он создан по образу Божию: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт 1:27). Адам же создается и по подобию Божию через дыхание жизни от Бога, что и отобразил адамитский темперамент. Призвание адамитов, помимо прочего, — быть хранителями веры во грядущего Христа Спасителя в Ветхом Завете и играть первую скрипку в деле христианизации людей «шестого дня» — в Новом Завете. Крещением во Христа обновляется подобие Божие у адамитов и творится у людей «шестого дня»: «Итак, кто во Христе, тот новая тварь» (2 Кор 5:17).

В-четвертых, «сыны Божьи», то есть адамиты, несут несравненно большую ответственность за грехопадение: геенна огненная, то есть вечное наказание, вечная погибель, — это, в первую очередь, «удел» в вечности адамитов54 в случае упорствования в «грехе ко смерти», ибо их «актёрский» темперамент своим «творчеством» во грехе оскверняет все закоулки души. Однако здесь есть одно «но»: до Страшного Суда Христова, чаще всего, невозможно разобраться, является адамитом тот или иной, скажем, американец, китаец, конголезец, француз, японец или же нет. И в этом усматривается Промысл Божий.

В-пятых, значительная часть народов людей «шестого дня», то есть из Херувимов, соблазнённых падшими адамитами, по Страшном Суде будет излечиваться от греховного повреждения: «Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева — для исцеления народов55» (Откр. 22:2). Люди, не ангажированные «классовым превосходством», давно уже подметили очевидную вещь: в среде так называемых «простых людей», где процент адамитов значительно ниже в сравнении с «элитарными слоями», скажем, лицемерие или искусная ложь отсутствуют как ярко выраженное явление: херувимский человек просто не способен к этому в силу своего темперамента, а если он лжёт, то так неумело, что ложь сразу же показывает себя. Как представляется, после Страшного Суда темперамент спасённых и исцелённых людей из народов-Херувимов будет «расшит» до адамитского, то есть творческого.

Глобальный кризис мира, свидетелями и участниками которого мы являемся, напрямую связан с тем, что адамиты, скрытые и открытые, как евреи и славяне, в массе своей уклонились от истинного пути: любви к ближнему и к Богу, жизни с Христом и движению к святости. Вместо того чтобы христианизировать чуждый маммоне социалистический строй, славяне, духовное и этническое ядро которых составляют десять колен Израильских, приняли либерализм — учение потомков отверженной части колена Иуды, являющейся ныне ядром англосаксонской элиты, названной Богом «худыми смоквами». Вся суть их — противление Всевышнему всегда и во всём. Нужно полностью забыть, что такое совесть, чтобы не видеть очевидное: всё «благосостояние» народов современного Запада, в первую очередь англосаксов, целиком и полностью построено на грабеже и притеснении народов Азии, Африки и Латинской Америки.

Капитал — это новое обличье золотого тельца, называемого Христом маммоной. Ежедневное и ежечасное служение ему перевернуло всю жизнь человечества: всё — наука, искусство, экономика, образование, воспитание, общественная жизнь — абсолютно всё направлено на его обоготворение и раболепие перед ним. Капитал требует от человека сребролюбия, подлости, низости, разврата, предательства, ненависти, извращения человеческой природы вплоть до её полного отвержения, войны с Богом и его верными служителями.

Херувимы, составляющие костяк всех народов планеты, ждут с нетерпением «принятия» израильтян (Рим. 11:15) через их обращение к Богу, как и вся страждующая от их падения тварь. Возможно ли такое обращение без Иисуса Христа? Думается, уже многим сегодня очевидно: без Второго Пришествия Господа нашего Иисуса Христа выход из нынешнего глобального кризиса человеческой цивилизации невозможен в принципе. Хотя о «дне же том и часе» Его Пришествия не знает никто (Мф. 24:36), но по тем «приметам времени», что мы имеем перед глазами, можно сказать вполне определённо: «близко, при дверях» (Мф. 24:33).

Почему именно на Россию направлены сегодня все стрелы лукавого, летящие отовсюду и наносящие раны острием искушений миллионам её чад? Ответ на вопрос очевиден: оттянуть момент обращения израильтян, погубить как можно большее их число. В отличие от наших книжников и сребролюбивых фарисеев, мироправители «тьмы века сего» и духи «злобы поднебесной» (Еф. 6:12) хорошо знают о том, где обосновались потомки десяти колен Израильских и чего от них ждать. Но и Херувимы народов Земли тоже об этом знают уже не понаслышке, во многом благодаря антиколониальной политике СССР, а потому часто вздыхают, когда речь заходит о славянах, о русских: «Ну, когда же они опомнятся…».

Давно уже назрела необходимость разобраться в духовной природе современного так называемого международного империализма в лице G7, наиболее чётко выраженного в гегемонизме США: что это за зверь такой? Почему часть людей в восторге от этого хладнокровного хищника? Впрочем, здесь никакой загадки нет: «И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света, а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды; но конец их будет по делам их» (2 Кор. 11:13–14). «Принимать вид Ангела света» — в этом суть политики власть предержащих США: сказочный уровень жизни, фантастические проекты, невероятная мощь… А через всю эту «ангельскую» личину проглядывают кровь, слёзы, нищета миллиардов людей Земли. Но разве можно говорить о социальной-экономической системе, государстве её опекающем как о духовном явлении враждебного человеку и Богу плана, то есть как о сатане, дьяволе? А почему бы и нет, если всё указывает на то, что это так и есть на самом деле?

Трудно найти что-то более лицемерное, чем, скажем, «Национальный молитвенный завтрак», курируемый Конгрессом США: кому они «возносят молитвы»? Но искусно делают вид, что молятся, а многие и сидят каждое воскресенье в церквах… «Ох, какие же набожные эти американские конгрессмены» — умиляются многие легковерные. Нет здесь никакой особой набожности, это чисто англосаксонская манера, вернее, особенность поведения элиты, заимствованная из Англии, навязанная и «народным массам», культивирующая лицемерие: нравится не нравится, но делай, как все, чтобы не быть белой вороной. Немецкий исследователь Мануэль Саркисянц в книге «Английские корни немецкого фашизма» пишет: «Ценности (или пороки), сложившиеся за время завоевания, использования и сохранения империи ее слугами, и в свою очередь сформированные антирациональным и антииндивидуалистическим воспитанием, стали традиционными для Англии; и, начиная с 1890-х годов (со времен Бенджамина Дизраэли и Джозефа Чемберлена) эти ценности были привиты и значительной части британских рабочих. В результате "добровольное подчинение единицы коллективу во имя общего блага, подчинение, поддержанное единодушной волей целеустремленного… народа", спонтанный инстинкт повиновения силам, принуждающим к социальному конформизму (инстинкт, "ставший натурой людей, т. е. развившийся в ходе истории народа"), — сделали существование тайной политической полиции в английском обществе (которое служило образцом для нацистов с их "расовым единством"), обществе, вызывавшем восхищение сначала кайзеровской Германии, а позже и немецких фашистов, совершенно ненужным. В Англии и "без концентрационных лагерей можно было поставить человека в общий строй — этого добивались за счет одного только влияния окружающих", в особенности — "за счет воздействия конформистского давления общества"»56.

Ставшая предметом гордости янки «высокая религиозность американского народа» по большей части и есть следствие «конформистского давления общества». Что касается самой религиозности, то очень верно, как представляется, ухватил её суть русский философ Александр Зиновьев: «И теперь нигде в западных странах религия так не сильна, как в США. Здесь религия вмешивается в повседневную жизнь людей, в культуру и в политику. Причем не играет роли, к какой религии причисляют себя верующие. Лишь бы это была религия. Уже один этот религиозный плюрализм говорит о том, что американская религиозность есть исторически сложившаяся форма проявления феномена совсем иного рода, чем религия, а именно — идеологии. Положение тут похоже на положение монархии в английской демократии. Это исторический курьез — безбожная идеология в лицемерной религиозной оболочке. К тому же роль религии тут сильно преувеличена. Если исследовать поведение людей научными методами, результат окажется обескураживающим: сколько бы американцы ни молились, ведут себя они в гораздо меньшей мере по правилам религии, чем явно атеистические народы Запада. Бог американцев, как и прочих западоидов, — обычные земные блага, какие им может дать западная цивилизация и какие они сами могут урвать благодаря ей», — пишет Зиновьев в книге «Запад»57.

Конечно, было бы недопустимым и опасным упрощением представлять дело так, что в английском и американском обществах вообще нет, как говорится, ничего святого. Это запрещает и Священное Писание, обращая внимание на то, что даже у живущих близ дьявола есть возможность спастись: «И Ангелу Пергамской церкви напиши: так говорит Имеющий острый с обеих сторон меч: знаю твои дела, и что ты живешь там, где престол сатаны, и что содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей даже в те дни, в которые у вас, где живет сатана, умерщвлен верный свидетель Мой Антипа» (Откр. 2:12–13). Помимо «худых смокв», составляющих ядро англосаксонской элиты, на его «периферии», а тем более в широких общественных слоях, существуют и представители других групп адамитов, представленные в первую очередь потомками Иафета, поскольку Англию накрывало множество переселенческих волн. И это не говоря уж о херувимской составляющей этих народов. К тому же даже для прямых потомков «худых смокв» существует возможность индивидуального спасения, что нельзя сказать о них как едином целом, представляющем ужасающее духовное явление. Если же к этому прибавить то, что и среди адамитов, не являющихся потомками «худых смокв», существуют «пшеница» и «плевелы», а также прямые потомки Хама (Ханаана)58, склонные в значительной своей массе к безбожию, то ситуация будет выглядеть настолько запутанной, что о «частном суде» можно и не помышлять: это просто не под силу человеку. Но однако же мы, когда речь идёт о негативных явлениях, в которых принимают участие народы и государства, ведомые своими властными группировками, можем и вправе, а порою даже и обязаны как христиане обличать, ибо разговор уже идёт о проявлении злой воли врага рода человеческого, сиречь дьявола.

Для православных христиан, впрочем, как и для ортодоксальных иудеев, важным является и определение той группы народностей, где проживают потомки Дана, ибо: «От Дана слышен храп коней его, от громкого ржания жеребцов его дрожит вся земля; и придут и истребят землю и все, что на ней, город и живущих в нем» (Иер. 8:16). И в другом месте, в благословении патриарха Иакова: «Дан будет судить народ свой, как одно из колен Израиля; Дан будет змеем на дороге, аспидом на пути, уязвляющим ногу коня, так что всадник его упадет назад. На помощь твою надеюсь, Господи!» (Быт. 49:16–18). Согласно церковному Преданию, из колена Данова выходит Антихрист. Если «орлиным взором» окинуть историю человечества, то нетрудно сделать вывод о том, что в турецком народе, а шире — среди тюркоязычных обитает основная масса потомков этого колена: на протяжении тысячелетия из областей их обитания шли нескончаемые атаки на православные народы, а Православие, как уже говорилось выше, — это верный признак присутствия колен Израиля, судить которые дано колену Дана. Конечно, как и в случае с англосаксами, и среди тюркоязычных народов существуют потомки других групп адамитов, в том числе и из двенадцати израильских колен, но то, что ядро, в первую очередь, турецкой элиты состоит по большей части из наследников Дана — это несомненно: ожесточение, с которым Блистательная Порта притесняла и гнала христиан всегда будет указывать на это, как бы это дело не приглаживать.

Но как же так, заметит, быть может, кто-то, современное государство Израиль пока вполне себе ладит с турецкой элитой, а вот Иран на дух не переносит. Как уж говорилось, в Иране, несомненно, живёт значительное число потомков десяти колен, которые не вышли в переселенческий поход. А между элитой колена Иуды и элитой десяти Израильских колен всегда были, говоря простым языком, тёрки, которые и раскололи Древний Израиль, что и вновь возобладало даже спустя тысячелетия. Но будущее всё расставит на свои места…

По слову Христа: «Но кому уподоблю род сей? Он подобен детям, которые сидят на улице и, обращаясь к своим товарищам, говорят: мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали» (Мф. 11, 16–17).

Ириней, святитель. Творения. Издательство «Паломник»-«Благовест». 1996. С. 507–508.

Речь идет о греко-православном летосчислении. Сегодняшний 2023 год (до 14 сентября) — это 7531 год «от сотворения мира». Иудейское летосчисление дает другую дату: 2023 год (до 16 сентября) — это 5783 «от сотворения мира». Некоторые христианские богословы полагают, что еврейское летосчисление ближе к истинному…

Cм., например: Макарий (Булгаков), архиеп. Православно-догматическое богословие. Т. 1. С-Пбг.: Типография Р. Голике. 1883. С. 431–438.

Регельсон Л. Хварцкия И. Земля Адама. Сухум: Издательско-полиграфическое объединение республики Абхазия, 1997. С. 215–216.

Неллас П. Обожение. Основы и перспективы православной антропологии. М.: «Никея». 2011. С. 91–92.

Песня поется на церковно-славянском, здесь же дан перевод на современный русский язык.

Нужно иметь в виду, что в Православии нет полного святоотеческого толкования Апокалипсиса. Широко распространённое мнение, что таковым является толкование архиепископа Андрея Кесарийского, неверно: он не канонизирован Церковью, в чём может убедиться всякий, заглянув в православные святцы. Недоразумение возникло, вероятнее всего, потому, что его часто путали со святым Андреем Критским.

Ириней Лионский, святитель. Творения. М.: Издательство «Паломник»-«Благовест». 1996. С. 519.

Лев Регельсон склоняется к тому, что Рай находился в районе Черного моря. В связи с этим представляет интерес слово Визант: Физант, Фисон…

Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии, М.: «Экопрос», 1993. С. 162.

Кречмер Э. Строение тела и характер. М.: Педагогика Пресс, 1995. С. 182.

Там же. С. 557.

Гумилев Л.Н. Указ. соч. С. 162.

Мифы народов мира. Энциклопедия. Т. 2. М.: Советская Энциклопедия. 1991. С. 577.

Там же. С. 43.

Там же. С. 42.

Токарев С.А. Мифы народов мира. Энциклопедия. Т. 1. М.: Советская Энциклопедия. 1991. С. 242.

Токарев С.А. Т. 2. С. 128–129.

Гумилев Л.Н. Этносфера: история людей и история природы. М.: «Экопрос». 1993. С. 262.

Проблема так называемого «малого народа», думается, напрямую связана с адамитами: таковых в крупных этносах сравнительно много. Именно они, в силу своего темперамента, являются движущей силой глобализации.

Данилевский Н. Я. Россия и Европа. М.: Институт русской цивилизации. 2008. С. 132–133.

Там же. С. 113–114.

Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Том 7. М.: «Политическая литература». 1956. С. 11.

Вероятнее всего, варяги — это «царское» славянское племя: среди «десяти колен», уведенных в плен в Ассирию, несомненно было и небольшое число представителей колена Иуды, достигших в составе «закваски» «медвежьего» суперэтноса. Во всяком случае, мы не можем проигнорировать слова Писания: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель…» (Быт. 49:10).

Коц А. Мы — войско Иисуса Христа [Электронный ресурс] // Комсомольская правда [официальный сайт]. URL: https://www.kp.ru/daily/27394/4589207/ (дата обращения: 12.02.2023).

Андроник (Трубачев), Стрижев А.Н. Угодник Божий Серафим. Том I. Издание Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. 1993. С. 353.

Там же. С. 354.

Там же. С. 353.

Безсонов П. Калеки перехожие. М.: Типография Бахметева, 1863. С. XVII.

Древний Израиль состоял из 13 колен, если учитывать то, что колено Иосифа дало начало еще двум коленам. После разделение Израильского Царства, лишь колено Иуды полностью вошло в Иудейское Царство. Значительная часть колена Вениамина также осталась в союзе с Иудой.

Позднин Е. Нестор, ты неправ! // День литературы. 2011, № 8 (180).

Там же.

Слово вен (бен) по-древнееврейски значит сын.

Лемтюгова В. Чтобы знали. [электронный ресурс] // Беларусь сегодня [Издательский дом]. URL: https://www.sb.by/articles/chtoby-znali.html (дата обращения: 12.03.2021).

Никифор, архимандрит. Библейская энциклопедия. Свято-Троице-Сергиева Лавра, 1990. С. 290.

«В основе идеологии трансгуманизма лежит тезис, что человек не является последним звеном эволюции, а значит, может изменяться и совершенствоваться без каких-либо ограничений — «до бесконечности». Трансгуманисты хотят «не остаться людьми», а наоборот — перестать ими быть, став более совершенными существами, т. е. трансхьюманами, или же нелюдями. Трансгуманисты считают, что мы живем в эпоху переходного этапа от обычного человека к постчеловеку…» Источник цитаты: Кутырев В.А. Философия трансгуманизма. Учебно-методическое пособие. Нижний Новгород: Нижегородский университет. 2010. С. 72.

Кутырев В.А. Философия трансгуманизма. Учебно-методическое пособие. Нижний Новгород: Нижегородский университет, 2010. С. 24.

Клёсов А.А., Тюняев А.А. Происхождение человека (по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии). М.: «Белые альвы». 2010. С. 186.

РИА Новости. Ученые: анализ ДНК подтвердил вину европейцев в геноциде индейцев. [Электронный ресурс] // РИА Новости [официальный сайт]. URL: http://ria.ru/science/20160403/1401116132.html (дата обращения: 12.03.2021).

Балановская Е.В., Балановский О.П. Русский генофонд на Русской равнине. М.; ООО «Луч». 2007. С 17.

Андрей Ткачев, протоиерей. Что такое «Русский мир» Патриарха Кирилла? [Электронный ресурс] // «Радонеж. ру» [сайт]. URL: https://tv.radonezh.ru/analytics/chto-zhe-takoe-russky-mir-patriarkha-kirilla-46932.html (дата обращения: 12.03.2021).

См.: Карелин Ф. Теологический манифест. [Электронный ресурс] // Православный социализм как русская идея [сайт]. URL: http://chri-soc.narod.ru/teolog_manifest.htm (дата обращения: 12.03.2021).

См.: Карелин Ф.В. Ответ на отзыв (Апология «Теологического манифеста»). [Электронный ресурс] // Православный социализм как русская идея [сайт]. URL: http://chri-soc.narod.ru/kar_otvet_na_otziv.htm (дата обращения: 12.03.2021).

Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I–VIII веков. Новый Завет. Т. XII. Книга Откровения Иоанна Богослова. Тверь: ООО Герменевтика. 2009. С. 95.

Там же.

Там же. С. 97–98.

Не говоря уж о сектах так называемых беспоповцев.

История еврейского народа. Под редакцией Ш. Эттингера. М.: Издательство «Мосты культуры».2001. С. 263.

Саркисянц Мануэль. Английские корни немецкого фашизма. СПб: Гуманитарное агентство Академический проект. 2003. С. 43.

Заметим здесь, что крайний протестантизм тоже, по существу, не вышел за пределы севера Западной Европы, где, заметим, испокон века проживал «медвежий» суперэтнос. Переселение крайних протестантов в Америку не есть выход за эти пределы. И даже наличие протестантизма в Азии, Африке и Латинской Америке, как представляется, нельзя всерьез называть «распространением», так как он настолько специфичен, что и узнать его порой бывает затруднительно: взять хотя бы отношение к седьмому дню или народным верованиям. Скорее распространение такого рода протестантизма является своеобразным «довеском» к капиталистическим отношениям, насаждавшимся в указанных регионах.

Михаил Воробьев, священник. Старообрядчество и Церковь: неизбежность сближения. [Электронный ресурс] // Фонд имперского возрождения [сайт]. URL: http://www.fondiv.ru/articles/1/296/ (дата обращения: 12.03.2021).

Грицак Я. Мы 30 лет боремся с прошлым. И 30 лет оно нас побеждает. [Электронный ресурс] // Новое время [сайт]. URL: http://nv.ua/opinion/grytsak/gricak-46645.html (дата обращения: 12.03.2021).

Этот принцип озвучен Апостолом Павлом: «Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея…» (Рим. 2:9).

Выделено мною — В.М.

Саркисянц Мануэль. Указ. Соч. С. 133–134.

Зиновьев А.Запад. М.: Эксмо. 2007. С. 342.

Вопреки широко распространённому мифу, что все потомки Хама (Ханаана) — негроиды, факты свидетельствуют об ином: в подавляющем большинстве своём они белые по цвету кожи, что лишь усиливает трагизм человеческой истории…