Микроавтобус остановился на выезде из пустыни. Дорога здесь примыкала к основной трассе, и вдоль одной из ее сторон тянулся местный рынок камней. Торговали тут жители близлежащей деревушки, и необработанные камни россыпью лежали на длинных узких столах прямо под открытым небом.

Ивана камни не интересовали, и он остановился у крайнего стола, чтобы подождать спутников. Покупателей здесь не было, и через некоторое время одиноко стоявшая за столом африканка обратилась к Ивану на своеобразном английском языке. Из отдельных ее слов Иван понял, что она спрашивает, нет ли у него воды и продуктов в обмен на камни. Женщина была беременной, и Иван, не раздумывая, принес из автобуса большую бутыль с водой и несколько фруктов.

Женщина приняла всё молча и показала на камни, предлагая Ивану сделать выбор. Он жестами показал, что ему ничего не нужно. Тогда женщина взяла пластиковую тарелку с разноцветными камнями и вынула из нее небольшой кристалл розового цвета. Внутри камня, казалось, вспыхнула серебряная искра. «Подарю сыну», — вдруг подумал Иван, когда она протянула ему этот камень.

_____________________

Прибывшим на полигон выдали комплекты специального обмундирования и поселили их в большую, в рост, палатку, разделенную на три части. В одной части разместились Инна Валентиновна и Эрик, в другой — Ветран, третья была общей.

Ситуацию начальник полигона обрисовал следующим образом. Оба случая произошли на вертолетах, осуществлявших аэрофотосъемку местности. Пилоты, конечно, пережили сильный стресс, но не только из-за отказа органов управления машинами. Они подверглись неизвестным гнетущим воздействиям на психику.

— Эти воздействия сопровождались появлением каких-то образов? — спросила Инна Валентиновна.

— Да. Оба пилота видели женщину, тянувшую их вертолеты вниз.

— Кто-то еще из персонала полигона видел эту женщину?

Перед тем как ответить на этот вопрос, начальник помолчал, а потом решительно сказал:

— Все. Всех сотрудников преследуют ночные страхи. Женщина появляется в определённый час, и на полигон будто накатывают волны ужаса.

— Вы тоже ощущаете эти волны? — прямо спросила Инна Валентиновна.

— Врать не буду — ощущаю, — так же прямо ответил начальник.

— Как вы думаете, эти воздействия являются преднамеренными?

— Безусловно. Мы ищем источник излучения, но пока безуспешно.

— Я привез последнюю версию БРЛС, — сообщил Ветран. — БРЛС — это бортовая радиолокационная станция, — пояснил он Инне Валентиновне.

— Я знаю, — улыбнулась та. — Мы ведь тоже работаем с излучениями, только в другом диапазоне.

— Теперь ты понимаешь, Ветран, почему мы выдернули тебя сюда так спешно? — спросил начальник.

— Да. Я постараюсь закончить монтаж к вечеру. Но мне надо будет полететь на вертолете самому — пассажиром.

— Это запрещено, Ветран, ты же знаешь.

— Запрещено на машинах известного типа, но на вертолетах для аэрофотосъемки можно.

— Но именно на этих вертолетах и происходят аварии. Если с тобой что-то случится — мне не поздоровится.

— А других вариантов нет. Мне нужно всё посмотреть в режиме реального времени.

— Хорошо, Ветран. Очень надеюсь на твою наблюдательность и нестандартность мысли. Нам позарез нужно найти этот излучатель.

Начальник и Инна Валентиновна ушли, чтобы побеседовать с сотрудниками полигона, а Ветран забежал ненадолго в палатку. Эрик сидел за столом в общей части, которая при открытом пологе хорошо освещалась, и рассматривал лежащий на его ладони предмет.

— Что это у тебя такое, Эрик? — заинтересовался Ветран.

— Камень, — ответил мальчик. — Папа привез мне его из Африки.

— Можно посмотреть?

— Конечно, — Эрик протянул камень.

— Похож на необработанный розовый алмаз. Но алмаз твоему папе не дали бы вывезти из Африки — там за этим следят строго.

И вдруг молодой человек воскликнул:

— Эрик, а ты видел эту серебряную искру внутри?!

— В нашей семье ее видят все.

Ветран продолжал рассматривать камень с удивлением:

— Не знаю почему, но я уверен, что у этого кристалла есть необычные свойства.

— Ты можешь пронаблюдать их сам. Положи камень сюда, — Эрик показал на середину столешницы.

Через некоторое время в пространстве вокруг камня начало проявляться нечто наподобие узора.

— Что это?! — молодой человек был поражен.

— Это ты, Ветран, — пояснил Эрик.

— Как я? Что ты имеешь в виду?

— Это твои излучения, которые остались на камне.

— Не может быть, — не поверил Ветран. — А если ты подержишь камень в руках, узор будет другим?

— Само собой разумеется. Я ведь другая индивидуальность.

— Тогда давай пробовать, — в молодом человеке проснулся исследователь.

Узор вокруг камня, проявившийся после рук Эрика, совершенно отличался от предыдущего.

— А ты говорил, что я такой же, как ты и твоя сестра, — несколько разочарованно произнес Ветран.

— Сплетение вокруг камня, побывавшего в руках моей сестры, вообще не такое, как у тебя и меня. Но когда ты привыкнешь к виду этих узоров, то поймешь, что у нас много общего. В нас троих сильно выражена воздушная стихия.

— Эрик, ты еще и астрологией увлекаешься?

— Мама рассказывала мне об астрологии. Но я просто вижу жизнь тех, кого называют духами воздуха.

— Мама тоже их видит?

— Нет. Только мы с Сашей. И ты их увидишь, когда поверишь, что можешь сделать это.

— Послушай, Эрик! — вдруг осенило Ветрана. — Ведь этот узор — это знак человека, его сигнатура, свернутая информация о нем. Теперь ты знаешь мой знак, а я — твой. Но если камень подержит другой человек, которого мы не видим, ведь невозможно будет по узору определить, кто это был?

— Почему? — удивился мальчик. — Можно развернуть знак и увидеть фигуру этого человека.

На лице Ветрана отразилось недоумение.

— Пока мне, Эрик, понятно одно — характерный для человека знак образуется излучателями нашего организма, которых очень много. Волны, идущие от них, складываются и дают узор.

— Ты хорошо сказал — они складываются. А я умею их раскладывать. Я их раздвигаю и вместо знака получаю изображение, как на фотографии.

— Ты согласен провести эксперимент? — Ветрана снова охватил исследовательский азарт.

— Конечно. Что мне надо делать?

— Ты пойдешь в свою часть палатки. Я приведу сюда человека, которого встречу первым, и попрошу его подержать камень и положить на стол. Потом он уйдет, а ты выйдешь и дашь свое заключение.

— Хорошо. Я пока полежу у себя.

Минут через десять Ветран заглянул к лежащему мальчику и сообщил:

— Готово, выходи.

Эрик посмотрел на узор вокруг камня и нахмурился.

— Что-то не так? — обеспокоился Ветран.

— Камень держал в руках пилот, с которым ты завтра попадешь в аварию, — ответил мальчик.

— Эрик, но я ведь еще даже не знаю, с кем и когда полечу.

— Я знаю, — коротко ответил мальчик.

В это время в палатку вошла Инна Валентиновна.

— Ветран, — сказала она, — делайте свои дела и готовьтесь к трудному вечеру. Последнее касается и тебя, Эрик. На полигон будет направлено влияющее на психику излучение, которое я буду пытаться гасить при помощи приборов, разработанных в нашем институте. Будет момент поиска частоты, когда нам всем придется нелегко. Я могу попробовать экранировать вас заранее, но успех этого действия не гарантирован.

— Не надо меня экранировать, Инна Валентиновна, — попросил молодой человек. — Я, как и вы, должен прочувствовать, с чем мы имеем дело.

— И меня не надо, — поддержал его Эрик. — Мы втроем будем защищать друг друга своими излучениями.

Уродливая женщина шла по территории полигона и отвратительно шипела. Слова было трудно разобрать, но все же смысл слов проявлялся в головах: «Убирайтесь отсюда! Это моя земля!»

Мужественные люди старались держать себя в руках. Но происходящее сегодня повторялось уже не первый вечер, и общее напряжение нарастало.

Инна Валентиновна остановила в себе зарождение страха. Она была тренированным в этом отношении человеком и знала, что надо уничтожить заброшенное внушением семя сразу, пока оно не разрослось до неуправляемых размеров. Нужно было вызвать противоположный полюс качества, и она напрягла бесстрашие.

Было ясно, что источник трехмерной проекции находится где-то далеко. Но определение его местоположения не входило в задачи Инны Валентиновны. Она должна была найти частоту, на которой производится воздействие, и поставить ей помеху.

Источник усилил натиск. Злобные слова звучали в головах сотрудников полигона все громче. Инна Валентиновна физически ощущала боль, которую суммарно излучали страдающие люди. Она запустила аппаратуру поиска резонансной частоты. Когда мигание индикаторов оповестило, что вредоносная частота найдена, Инна Валентиновна инициировала процесс ее подавления.

Фигура женщины и шипящие звуки исчезли мгновенно. Головная боль прекратилась. Инна Валентиновна облегченно вздохнула, но тут же получила резкий удар в сердце. Это означало, что противная сторона выявила точку сопротивления. Инну Валентиновну окружили картины человеческих страданий. К ней тянулись руки рыдающих и стенающих людей. И среди этих людей находилась Саша, ее дочь. Инна Валентиновна замерла, глядя широко открытыми глазами в пространство.

Две руки коснулись ее — слева и справа. Одна была детской, а другая — мужской. Инна Валентиновна стряхнула с себя наведенный морок. Она благодарно посмотрела на поддержавших ее и продолжила сражение, так как нападение возобновилось на другой частоте.

Частоты сменялись одна за другой. Но наступил момент, когда очередная частота, на которой совершалась агрессия, оказалась за пределами возможностей аппарата противодействия. Тогда Инна Валентиновна прижала к себе Эрика и Ветрана, и втроем, закрывшись щитом объединенных излучений, они пережили конец этой мучительной ночи.

Поздним утром голос у входа в палатку позвал Ветрана. Пилот вертолета просил его быть готовым к полету через полчаса.

— Это тот пилот, которому ты вчера давал подержать камень? — спросил Эрик.

— Да, — ответил Ветран. — Часть твоего предсказания сбылась. Значит, шансы на аварию тоже возрастают.

Эрик протянул ему кристалл.

— Положи его в карман. Это будет часть меня с тобой.

Перед взлетом к вертолету подошел начальник полигона.

— Парни, нам надо найти источник этого безобразия, — сказал он. — Ветран, смотри в оба.

Закрутились длинные лопасти несущего винта. Возникшая подъемная сила заставила винт перемещаться вверх, поднимая вместе с собой прикрепленный к нему фюзеляж вертолета. Рулевой винт на хвосте работал синхронно с несущим, противодействуя реактивной силе и не давая машине развернуться против вращения больших лопастей. Радиолокационная станция, смонтированная в носу вертолета, посылала радиосигналы и получала ответ, преобразующийся в цветное изображение на экране. На другой экран выводились фотоснимки местности, получаемые при помощи аппаратуры, прикрепленной к днищу фюзеляжа.

Вертолет летел по заранее запрограммированной траектории. Но ни в оптическом, ни в радиодиапазоне пока ничего необычного не наблюдалось.

— А где произошли аварии? — спросил Ветран.

— При возвращении, — ответил пилот. — Их снимали на камеру снизу.

— Тогда нам, похоже, надо двигаться в тот же сектор пространства.

— Думаю, да, — согласился пилот.

При подлете к известной уже всем пилотам точке пространства неожиданно началась болтанка. В дополнение вертолет начал крутиться вокруг вертикальной оси.

— Круто! — почти весело закричал пилот. — Флаттер несущего винта и вихревое кольцо на рулевом винте одновременно! Ветран, если отстрелит лопасти — нам капец!

Пилот всем своим опытом и умениями пытался успокоить вышедшее из-под контроля живое существо, которым он считал вертолет.

— Мне нагадали скорую свадьбу, — на Ветрана вдруг сошло совершенное спокойствие.

Он достал из кармана розовый кристалл и поднял его вверх.

— Волшебный камень?! — прокричал пилот через грохот и вибрацию.

Но Ветран уже не слышал его. Он ушел глубоко в себя, представляя, что от серебристого центра камня, расширяясь в пространство, уходит голубая сфера. И камень ожил и запульсировал, посылая от себя одну голубую сферу за другой.

Тряска внезапно прекратилась. Начало затухать вращение. Вертолет плавно вышел в чистое пространство, где не было вихрей и опасностей.

Когда затихло вращение лопастей, подбежавшие люди вытащили из кабины Ветрана, так как у самого него не было сил. Они положили его на землю.

— Напитывайся от Матушки, — ласково сказал ему пилот.

Среди подбежавших к вертолету был и Эрик. Ветран протянул ему камень.

— Кристалл вращался вместе с вертолетом, Эрик, — с трудом сказал он. — На нем сейчас должны быть зафиксированы излучения всего окружающего пространства.

— Я понял твою мысль, Ветран, — ответил мальчик и положил камень на ладонь.

Вокруг кристалла начал проявляться сложный узор.

— Сейчас я разверну это сплетение и посмотрю, откуда они прилетели.

— Кто, Эрик? — молодой человек начал оживать.

— Воздушные духи. Они создали два вращающихся бублика около лопастей и не давали им работать.

— А куда же они делись?

— Их отогнали голубые сферы.

Ветран вскочил с земли.

— Эрик, ты видишь то место, куда они направились?!

— Да. Они полетели к тому, кто их послал. По дороге они поменяли цвет с голубого на красный и, долетев, сожгли его жилище, не тронув ничего другого вокруг.

Люди, стоявшие вокруг, слушали беседу молча. Не было даже намека на усмешку ни на одном лице.

— Мне надо вернуться в кабину вместе с Эриком и просмотреть фотоснимки местности, — обратился молодой человек к пилоту.

Люди хотели помочь ему, но он уже был в состоянии двигаться сам. В кабине Ветран пояснил Эрику:

— Ты увидел картину произошедшего, но нам нужно указать на карте точное местоположение сгоревшего жилья. Когда нас крутило носом вниз, аэрофотосъемка продолжалась. Аппаратура, конечно, не была правильно ориентирована, но все же что-то она сняла. Мы с тобой сейчас будем просматривать все снимки, начиная с момента закручивания вертолета. Попытайся определить тот снимок, который нам нужен.

— Да вот он, — остановил Эрик просмотр почти сразу.

Ветран пригляделся.

— Здесь, среди деревьев, есть что-то похожее на плоскую крышу.

— Ее уже нет, — напомнил Эрик.

Координаты крыши срочно передали начальнику полигона. Он снарядил группу, которая вернулась с известием, что обнаружила лишь горячее пепелище — строение выгорело полностью, но огонь не вышел за его периметр и не перекинулся на окружающий лес.

Вечером, к известному всем часу, полигон замер. Минуты шли за минутами, превращаясь в часы, но уродливая ведьма не появилась.

Инна Валентиновна сидела в общей части палатки в задумчивости.

— Ты, наверное, вспоминаешь сказку о колдуне, мама, который долго насылал на людей чары и смертоносные силы? — спросил ее Эрик.

— Да, сын. А ты помнишь, чем эта сказка завершилась?

— Помню, конечно. Нашелся более сильный человек, которого колдун ненавидел и хотел убить. Но этот человек оказался настолько защищенным излучениями своей чистой души, что отразил направленные к нему злобные силы.

— Я тоже знаю эту сказку, — вспомнил Ветран. — Разъяренные силы вернулись к колдуну, который привел их в активность, и разорвали его на части.

К палатке кто-то подошел.

— Входите, — откинула полог Инна Валентиновна.

Это был пилот, с которым сегодня многое пережил Ветран. Все вместе вышли под звездное небо и развели костер. На чай из местных трав собрались все обитатели полигона.

_____________________