Простой офисный сотрудник Иван Молодцов в обмен на «головокружительны карьерные перспективы» соглашается выполнить, казалось бы, несложное поручение шефа, но в результате попадает в сказку, а точнее, влипает в историю.
В жизни Молодцова без приглашения появляются ведьмы, вилы и таинственный Великий Уравнитель. Мрачные события набирают оборот, а Иван все никак не может понять, в какую же сказку он попал….
История написана по произведениям Н.В. Гоголя и посвящается самому колоритному и незаслуженно забытому персонажу славянских верований, книгам по личностному росту и парадоксам позитивного мышления.
Ничего серьезного, просто развлекательное чтиво и совсем немного мрачняка для антуража.
Ведьма Рида также является персонажем цикла «Леонтоподиум».
ГЛАВА 1.
Еще сегодня утром жизнь казалась Ивану серой и безнадежно скучной. Сейчас же она приобрела багровые тона, а безнадежность стала абсолютной. Скука, правда, пропала начисто.
Под ногами смачно чавкала жидкая грязь, вокруг мерно покачивались бесконечные заросли неправдоподобно высокого красного чертополоха, а сверху, потому что ведь не сказать, что в небе, а просто сверху, ухмылялась полная луна.
Иван то и дело касался пальцами висящего на шее оберега, но даже он, казалось, перестал помогать.
Теперь уже и поверить было трудно, что все началось каких-то двенадцать часов назад.
Это утро понедельника Иван, как и всегда, начал с фитнес-клуба. В общей сложности молодой человек проводил в спортзале по одиннадцать часов в неделю, и это давало свои результаты. Не то чтобы Иван сильно любил спорт, тут скорее даже нет, чем да, но успешный перспективный молодой менеджер просто обязан хорошо выглядеть.
Положа руку на сердце, стоило признать, что из всего вышеперечисленного Иван был только молодым, да то с натяжкой – свой двадцать пятый день рождения он отпраздновал месяц назад. С успешностью и перспективностью наблюдались проблемы.
Несмотря на то, что Ивану, благодаря остаткам наследства, доставшегося от родителей, еще удавалось сохранять видимость успеха – хорошая машина, квартира в престижном клубном доме, отдых на известных в узких кругах курортах, он понимал, что застрял на позиции младшего менеджера, и с каждым годом его «перспективность» становится все эфемернее.
Все его бывшие однокурсники уже были замами начальников отделов или руководили собственными стартапами, а он все так и сидел в углу в PR-отделе корпорации «Плюс Минус».
А как хорошо все начиналось! Сколько было надежд, когда четыре года назад отец по знакомству пропихнул его на эту должность! И как не вовремя ушли родители, не оставив отпрыску никаких ресурсов в виде связей и протекции.
Хоть бы один собственный проект за все четыре года! Так нет ведь. Как был Иван подай-принеси, так и остался.
Вот именно такие невеселые мысли одолевали Ивана, когда он допивал на парковке свой белковый коктейль. Потому что личный фитнес-тренер сказал, что без белка хоть поселись в тренажерке, банки и кубики не появятся.
«Надо будет после работы купить еще пачку смеси, а то ванильная уже кончается», – сделал пометку в своем смартфоне Иван и бросил взгляд в зеркало.
Дорогие галстук и прическа выглядят идеально, на лице, как и учил тренер по личностному росту – выражение уверенности и позитива, в глазах – скука смертная. Предстоял еще один унылый офисный день.
На секунду у Ивана промелькнула шальная мысль – а не бросить ли это все к черту, но лишь на секунду. А куда? Кому он теперь без папиной протекции нужен? Идти на поклон к бывшим одногруппникам? Нет уж, увольте. А платят в «Плюс Минус», даже на его должности, вполне неплохо. Да и указывать в соцсетях место работы можно просто – «PR-отдел».
Если не уточнять, что ты – всего лишь линейный менеджер, то даже норм.
Иван вышел из машины и направился к огромному уродливому зданию из стекла и бетона, где располагался его офис.
И вот тут-то вполне нормальный, хотя и не очень приятный день свернул на дурную дорожку, которая в итоге и привела Ивана в заросшее чертополохом болото.
На ступеньках здания сидел странный тип. Мужчина лет сорока-сорока пяти с длинными черными волосами и мефистофельской бородкой был одет в кожаные штаны и кожаный же пиджак с массивными серебряными пуговицами. В руках у него было что-то вроде кожаного органайзера. Дополняли образ кожаные сапоги со шпорами.
– Зачем ему шпоры? – в замешательстве подумал Иван, на всякий случай оглянувшись на парковку.
Коня, равно как и любого другого ездового животного, в пределах видимости не наблюдалось.
Но поражала в мужчине даже не внешность, в наше время в Москве и не такое увидишь, а то, что он, несмотря на вопиющее нарушение дресс-кода, продолжал преспокойно сидеть на крыльце под носом у охранников.
Лицо нарушителя показалось Ивану знакомым, и он задержался на нем взглядом чуть дольше, чем следовало. Мужчина почувствовал это и внимательно посмотрел на Ивана колючими карими глазами.
– Простите, – зачем-то промямлил молодой человек, хотя прекрасно понимал, что извиняться совершенно не за что.
Мужчина неприятно усмехнулся и чиркнул пару слов в своем органайзере. Пробегая мимо настолько быстро, насколько это было уместно перед идущими рядом коллегами, Иван все-таки успел заметить, что писал таинственный тип эксклюзивной перьевой ручкой.
– На работу не терпится, а, Молодцов? – донеслось Ивану в спину.
По ступенькам поднимался его приятель – Руслан Галихакберов.
Иван кисло улыбнулся шутке и заставил себя остановиться, чтобы подождать коллегу, хотя желание бежать как можно дальше от странного типа крепло с каждой секундой. Вот Руслана присутствие колоритного чужаканисколько не напрягло, он аккуратно обошел сидящую фигуру, даже не взглянув на обладателя шпор и эксклюзивной ручки.
Да ладно Руслан, пофигист по жизни, он и кита в бассейне может не заметить, и три дня после посещения дантиста в бахилах проходить, но даже дефилирующая за ним главбух Алла Геннадьевна – известная фифа и скандалистка – и та отнеслась к сидящему мужчине, как к пустому месту.
А нахал, словно чувствуя замешательство Ивана, нагло улыбнулся и помахал молодому человеку пальцами, мол, иди-иди, чего встал.
И Иван почувствовал, что ноги сами понесли его ко входу в офис.
– Ну надо же, как тебя работа манит! – отпустил очередную шуточку Галихакберов, так и не нагнавший коллегу.
Алла Геннадьевна презрительно скривилась.
Иван практически добежал до своего рабочего места, не остановившись, как это обычно бывало, чтобы полюбоваться на офис-менеджера Зиночку и перекинуться с ней парой фраз. У него за спиной Зиночка обиженно надула пухлые силиконовые губки.
Но сегодня Ивану было не до этого. Тем более что он внезапно вспомнил, где видел странного типа с крыльца. По ТВ! Там все время крутили какое-то псевдо реалити-шоу, что-то вроде «Поединки магов и знахарей». И вот этот самый, с бородкой и шпорами, все время там мелькал!
Иван влез в интернет и за пару минут выяснил, что на ступеньках их офиса сегодня восседал не кто попало, а его инфернальное высочество потомственный славянский волхв, магистр природной белой и черной магии, автор научных работ по руническому гаданию и победитель последнего сезона шоу «Поединки магов и знахарей» – Лавр Бальтазар.
– Етешкины мошки, – подытожил Иван, отхлебнув кофе из кружки с надписью «В моей жизни есть место только хорошим людям и хорошему кофе».
Шоу что ли какое в «Плюс Минус» снимать собрались?
«Вот только ряженых в нашем цирке не хватало, камеральная проверка всего-то на прошлой неделе убралась восвояси!» – подумал молодой человек.
До полудня он усердно старался выбросить мага из головы и облегченно вздохнул, когда в обеденный перерыв по пути в кафе не обнаружил того на ступеньках. Бизнес-ланч, вопреки правилам запитый по такому случаю рюмкой текилы, и вовсе настроил Ивана на позитивный лад.
Он даже достал из-за пазухи свой оберег – талисман, приобретенный пару недель назад в интернете с огромной скидкой, и украдкой полюбовался на него. Заряженный на удачу, тот блистал изображениями орла, тигра и черепахи. Иван очень жалел, что на позолоченном диске нет трехногой жабы – символа богатства, и подумывал, а не припаять ли и его туда, но проблема была в том, что обращаться к кому-нибудь с такой просьбой он стеснялся, а собственные руки выросли из места, делавшего их совершенно непригодными для паяния.
Пока оберег удачу притягивал слабо – за последнюю неделю Иван дважды едва избежал аварии, получил удар током от фена в фитнес-центре и отравился порцией суши. Молодцов даже написал претензию в техподдержку магазина, где приобрел оберег, но ответа пока не получил.
Но, тем не менее, талисман ему нравился. Иван всегда старался мыслить позитивно и почти убедил себя, что оберегу просто нужно зарядится, а потом удача уж как попрет!
К трем часам дня Иван был уже уверен, что Лавр Бальтазар ему померещился.
А к половине четвертого карьера Ивана Молодцова совершила головокружительный кульбит.
– Молодцов, тебя к директору вызывают, – озадачено сообщила ему руководитель отдела Татьяна Павловна.
– К какому? – не понял с первого раза Иван.
– К генеральному, – все так же с сомнением, словно не веря своим словам, произнесла женщина.
Весь отдел внимательно прислушивался к их диалогу. Даже по клавишам перестали клацать.
– Меня? – снова спросил Иван.
– Да.
– К генеральному директору?
– Да.
– А зачем?
– Понятия не имею.
Несколько секунд Иван и Татьяна Павловна молча смотрели друг на друга, обдумывая общую на двоих мысль.
– А откуда он вообще обо мне знает? – решился озвучить ее Иван.
– Вот мне тоже интересно. Потом расскажешь, – велела начальница.
– Если выживешь, – хихикнул Галихакберов.
Вооружившись подходящим выражением лица, Иван отправился навстречу неизвестности, но уже в коридоре, вспомнив очередную цитату из литературы по личностному росту, поправил себя – навстречу перспективам.
«Каждый день на шаг приближает меня к светлому будущему», – подобрал Иван из своего богатого арсенала подходящую аффирмацию.
Было совершенно неясно, зачем генеральному директору и владельцу «Плюс Минус» Мохрову Сергею Васильевичу мог понадобиться рядовой сотрудник PR-отдела Молодцов Иван, но шанс попасть на глаза такому начальнику выпадает раз за всю трудовую жизнь.
Да и то не всем.
Поэтому всю дорогу до головокружительных перспектив Иван убеждал себя, что это именно они, перспективы, а не какой-нибудь невиданный писец.
Получалось у него, по правде говоря, не очень хорошо. Потому что он недоумевал, ну вот откуда Мохрову вообще знать о его, Ивана, существовании? Может, правда, генеральный ткнул наугад первую попавшуюся фамилию в штатном расписании?
«Нет в штатном расписании никаких фамилий, там только должности и оклады», – некстати вспомнил Иван, и это почему-то окончательно его деморализовало.
В кабинет генерального директора Молодцов вошел на ватных ногах и сразу понял, что это именно он – невиданный арктический зверь.
Генерального директора Иван узнал без труда – портреты этого моложавого брюнета с орлиным носом он видел не раз. Сергей Васильевич любил мелькать в прессе, что с его миллиардами было несложно – то он фонд какой-нибудь облагодетельствует, то вложится в разработку нано-пушки для сбивания сосулек в зимний период, то получит из рук Президента какую-нибудь очередную грамоту или медальку.
В общем, человек с деньгами и фантазией.
Девушку, сидящую за огромным столом по левую руку от Мохрова, Иван идентифицировал как дочь директора и члена совета директоров компании – Елизавету Сергеевну. Отвести глаза от декаданской красоты молодой женщины было бы, пожалуй, трудно, если бы справа от Мохрова не восседал тот самый славянский волхв Лавр Бальтазар.
– Добрый день, Иван Владимирович! – жизнерадостно поздоровался Мохров, словно они с Иваном каждый день встречались в этой теплой и незамысловатой компании.
– Здравствуйте, – пролепетал заплетающимся языком Иван.
– Вы не стесняйтесь, присаживайтесь, в ногах правды нет, – все так же бодро, но как-то двусмысленно предложил Сергей Васильевич.
– Спасибо.
Иван обошел стол слева и присел на край стула метрах в двух от Елизаветы Мохровой, изо всех сил стараясь не пялиться на ее нескромное декольте.
Девушка наградила его насмешливой улыбкой, и Иван усилием воли перевел взгляд на директора, успев, тем не менее, отметить, что госпожа Мохрова невероятно хороша собой. Тонкие черты лица, огромные карие глаза, щедро обведенные тенями, роскошные черные волосы и потрясающая фигура.
В целом Елизавета Мохрова производила впечатление готической принцессы, несмотря на то, что на ней было белоснежное платье. Слегка портил впечатление разве что слишком светлый тон лица, почти как у японских кукол.
– Ну что ж, Иван, я думаю, тебе интересно, зачем я тебя вызвал, – перешел к делу Сергей Васильевич.
– Очень! – признался Молодцов.
Мохров выдержал эффектную паузу и торжественно произнес:
– Я решил дать тебе шанс сделать блестящую карьеру в «Плюс Минус». Я давно подумываю о том, чтобы ввести должность моего личного помощника по связям с общественностью, и рад, что в твоем лице подвернулась такая удачная кандидатура.
При этом улыбался Мохров словно богиня Фортуна.
Иван несколько раз моргнул, пытаясь понять, происходит ли это все на самом деле, или он ненароком уснул на рабочем месте, и вот-вот получит выговор за просмотр фантастических снов в неустановленное время.
– Спасибо, – на всякий случай поблагодарил он, в конце концов, вежливость ничего не стоит, тем более во сне.
– Правда, для начала я хотел бы попросить тебя о небольшой услуге, – Мохров снова выдержал паузу, давая Ивану возможность отреагировать правильным образом.
– Да, конечно, все что угодно! – поспешно пообещал Молодцов.
Сергей Васильевич царственно кивнул, давая понять, что заверения в вечной преданности приняты.
– Мой давний друг, – Мохров кивнул в сторону черно-белого мага, – Лавр Яковлевич, погостит в Москве несколько дней. Я был бы очень благодарен, если бы ты организовал ему сегодня вечером небольшую экскурсию по интересующим его достопримечательностям.
– Без проблем! Я Москву как свои пять пальцев знаю, – воодушевился Иван, радуясь тому, что у присутствия Бальтазара в офисе «Плюс Минус» оказалось такое простое объяснение – друг директора.
– Вот и славно, – пробасил неожиданно низким голосом Лавр Яковлевич.
– Лавр Яковлевич немного задержится сегодня, у нас еще дела. Тебя ведь не затруднит подождать его? – не столько спросил, сколько приказал Мохров.
– Нет, я вообще не тороплюсь.
– Что ж, тогда договорились. Был рад знакомству, надеюсь, взаимовыгодному, – Сергей Васильевич дал понять, что странная встреча закончилась.
По большому счету, Иван так ничего и не понял. Ну, понадобилось Мохрову подыскать экскурсовода для своего друга-товарища, так в его распоряжении целый штат помощников, зачем дергать незнакомого клерка, да еще и обещать какие-то немыслимые перспективы? Нет, он, конечно, заслужил повышение, да и способности у Ивана куда выше средних, но Мохрову-то откуда об этом узнать?
И все таки оптимистичный по натуре Молодцов решил считать, что ему улыбнулась удача. А как же иначе? Он ведь это заслужил.
– Ну что? – спросила Татьяна Павловна, как только Иван опустился в свое кресло в углу.
– Попросили провести экскурсию по городу для друга Сергея Васильевича, – честно отчитался Молодцов.
Об обещании генерального он благоразумно умолчал. Мало ли, как еще повернется.
– А почему именно тебе поручили? – недоверчиво сверкнула очками Татьяна Павловна.
– Да понятия не имею. Может, потому что я коренной москвич? – предположил Иван.
Татьяна Павловна выразительно фыркнула и, развернувшись на высоченных каблуках, скрылась в своем кабинете. Иван запоздало вспомнил, что начальница родом откуда-то с Урала. Фырк эхом разнесся по отделу, и Молодцов, оглядев коллег, вдруг понял, что он в этой комнате едва ли не единственный москвич в третьем поколении.
«Ну вот, теперь они мне это год припоминать будут, – подумал он, – но плевать на этих олухов, мне после повышения, может, даже свой кабинет дадут. Главное, не налажать с экскурсией. Кстати, куда мне вести этого туриста?».
Тут коренной москвич понял – несмотря на все свои заверения, город он знает, прямо скажем, не очень.
Иван нырнул в интернет, пытаясь стать экспертом по всем возможным достопримечательностям столицы, и только убив на это все оставшееся рабочее время понял, что вечером они с Лавром Яковлевичем не попадут ни в Кремль, ни в Терьяковку, ни даже на Мосфильм.
«Идиот! – хлопнул себя по лбу Молодцов, - конечно Бальтазар не собирался ходить по музеям! Наверняка его интересуют бары, бордели и другие ночные развлечения!»
Надеясь, что потомственный славянский волхв задержится в кабинете Мохрова еще хотя бы на часочек, Иван углубился в составление нового маршрута.
Лавр Яковлевич не разочаровал надежд Молодцова и появился на пороге PR отдела только около одиннадцати вечера.
К этому моменту Иван успел сделаться крупным экспертом по злачным местам столицы.
– Время настало, – торжественно произнес черно-белый маг.
– Ну, так пойдемте, – натянуто улыбнулся Молодцов, выключая компьютер, – у меня полно идей на сегодняшнюю ночь. Куда бы вы хотели отправиться? Какие развлечения предпочитаете?
Волхв не ответил, величественно цокая шпорами по коридору. Звук гулко разносился по пустому зданию.
– Так куда желаете сходить? – повторил попытку Иван, оказавшись уже на свежем воздухе.
– В метро, – басом сообщил Лавр Яковлевич.
– Зачем же на метро? Я на машине, – не сразу понял Молодцов.
– Я хочу попасть в метро, – настойчиво сообщил волхв.
– Ладно. Московский метрополитен считается одним из самых красивых в мире, – растеряно пробормотал Иван.
Правда, где находится ближайшая станция красивейшего метрополитена, коренному москвичу пришлось выяснять при помощи интернет-карт.
И вообще, как выяснилось, в метро Лавр Яковлевич ориентировался куда лучше Ивана. Все так же не реагируя на попытки молодого человека завязать разговор, волхв совершил несколько пересадок, по всей видимости, направляясь к вполне конкретной точке назначения.
В результате они с Иваном оказались в последнем вагоне поезда, несущегося по ночному метрополитену.
Ивана немного напрягало, что кроме них в вагоне никого не было. Остальные пассажиры, словно по команде вышли на перрон, стоило войти Лавру Яковлевичу. Более того, никто больше не пытался подсесть на других станциях.
У Ивана даже появилось подозрение, а не использовал ли черно-белый маг какое-нибудь волшебство, но мужчина тут же прогнал эту ребяческую мысль.
– Простите, мы куда-то конкретно едем или просто так катаемся? – спросил Иван, уже и не надеясь получить от своего молчаливого спутника хоть какой-нибудь ответ.
Но тот неожиданно заговорил.
– Встретиться надо кое с кем. Скоро доедем, приготовься.
С этими словами Лавр Яковлевич поднялся, но подошел почему-то не к обычному выходу из вагона, а к торцевой двери, которая обычно закрыта.
– Мы ведь не будем прыгать в тоннель? – с нарастающим беспокойством поинтересовался Иван.
– В нужное нам место иначе не попасть, – маг достал из кармана ключ-трехгранку и, как ни в чем не бывало, открыл дверь последнего вагона, оказавшись в пустой кабине машиниста, – ну чего сидишь, пошли!
Иван вдруг понял, что ему всегда ужас как хотелось побывать в кабине машиниста метро, и ноги, как и утром на ступеньках офиса, сами понесли его вперед.
– Послушайте, Лавр Яковлевич, это не самая хорошая идея, – все же попытался протестовать Молодцов, обнаружив, что волхв уже открыл и боковую дверь, – рельсы под напряжением, да еще ходят слухи о гигантских крысах.
– Да нет там никаких крыс, их давно всех на шаурму переловили, – отмахнулся черно-белый маг.
Иван хотел еще что-то возразить, но тут в открытую дверь увидел, что они проезжают мимо какой-то странной темной платформы.
«Ремонт, что ли, делают?» – подумал он, как вдруг подлый специалист по руническому гаданию отвесил ему знатного пинка, заставив вылететь на ту самую таинственную платформу.
Пока Иван приходил в себя от такого вопиющего нарушения правил поведения в метрополитене и поднимался на ноги, поезда и след простыл.
ГЛАВА 2.
Платформа оказалась надземной, украшенной двумя статуями сфинксов.
Надземные платформы не такая уж редкость для столицы, но коренной москвич не мог припомнить, видел ли он когда-нибудь похожую станцию. К тому же, абсолютно безлюдная платформа стояла в чистом поле, что в целом не очень характерно для станций московского метро.
«Так в интернете все время пишут, что новые станции открываются, – подумал Иван, – может, и эта из новых, где-то в районе новостроек. Ну, или будущих новостроек, – поправился Молодцов, оглядывая залитое лунным светом поле, – как мы отсюда выбираться-то будем?»
Волхв, выпрыгнувший вслед за Иваном, вел себя, как ни в чем не бывало. Подумаешь, выпали из поезда.
– Пойдем, – пробасил он, спрыгивая с платформы.
– А, простите, если конечно не секрет, с кем именно вы панируете тут встретиться? – Иван затрусил вслед за волхвом, стараясь не слишком вымазать в грязи дорогие ботинки.
– С одним очень опытным проводником. Сергей Васильевич хочет нанять ее для одного особенного дела, – к удивлению Молодцова, молчавший всю дорогу Лавр Яковлевич разговорился, – крайне эксцентричная особа.
«Так он, оказывается, не турист, он по делу», – с уважением подумал Иван.
Уже через несколько минут путешествия выяснилось, что поле засажено высоченными колючими репейниками. Иван никогда в жизни не видел таких красных и крупных, но он вообще редко выбирался на природу, не облагороженную VIP отелем. Так что, может, для московских лопухов это и нормально.
– А может, мы такси вызовем? – предложил Иван, почувствовав, что почва под ногами стала чавкать.
Лавр Яковлевич остановился, как-то странно покосившись на молодого человека.
– Не стоит, тут недалеко, – проговорил он.
– Ну, тогда конечно, – бодро отозвался Иван, хотя, насколько он мог видеть, никаких домов поблизости не наблюдалось.
– А что за проводник такой? С железной дороги, что ли? – спросил он, чтобы поддержать разговор.
С каждым шагом молодому человеку становилось все неуютнее и хотелось хоть как-то разбавить тишину.
– Нет, она психогог. Слышал о таких?
– Психолог? – переспросил Иван спину Лавра Яковлевича.
– Нет, психогог, их еще психопомпами называют. Проводники душ. Неужели не слышал?
– Ну почему же, слышал. Медиумы, вроде, – Ивану совершенно не понравился такой поворот сюжета.
Вдруг черно-белый маг серьезно сбрендил? Выпрыгнул из поезда и ищет какого-то медиума в поле с лопухами. Это ведь не очень нормально?
– Медиумы – это другое, медиумы просто вступают в контакт с духами и другими существами. А психогоги показывают духам и демонам дорогу. Понял? – волхв почему-то остановился.
– Понял, показывают дорогу, – не стал спорить Иван.
Про себя же подумал: «Вот нам бы сейчас психогог не помешал. Мы, похоже, заблудились».
Но Лавр Яковлевич не разделял его опасений. Он возвел руке горе и своим зычным низким голосом проревел на все поле:
– Рида! Рида! Явись!
Иван испугано заозирался, но ничего не происходило.
– Рида! Рида! Рида!
– А может, вы ей позвоните? – предложил Молодцов, но черно-белый маг бросил на него испепеляющий инфернальный взгляд. – Ну, нет, так нет. Я просто подумал, вдруг у вас ее номер есть? – пролепетал он.
– Ты что, совсем дурак? – спросил Лавр Яковлевич.
– Конечно дурак. У нас же тут роуминг, – проскрипел совсем рядом неприятный голос, и Иван чуть не испортил свои почти новые брюки.
Примерно в метре от мужчин стояла весьма необычная дама в длинном синем платье. Молодцов готов был поклясться, что еще мгновенье назад ее там не было.
Дама была абсолютно лысой и, несмотря на ночь, в больших темных очках. Потомственный волхв отреагировал на даму как-то слишком уж эмоционально.
– О, Рида! Благодарю, что ты ответила на мой призыв! – маг низко поклонился.
– Аха. Еще раз так сделаешь в моих топях, убью. Хотя, скорее всего, в любом случаю убью, – пожала плечами женщина.
– Обожди, кровавая! У меня к тебе послание от господина Мохрова! – возвестил волхв.
Именно «возвестил», потому что иначе его способ общения назвать было нельзя.
– Пусть идет в жопу, – поморщилась Рида.
Иван хихикнул.
Лавр Яковлевич мрачно сверкнул на него глазами, а странная женщина почему-то ухмыльнулась.
– Мой господин также шлет тебе личного ассистента. Если же ты возьмешься за заказ, награда будет достойной твоих умений, – поспешил добавить волхв и почтительно склонил голову.
И тут произошло то, чего Иван не видел ни в одном фильме ужасов.
В общем, странная дама просто взяла и как-то, одним движением…
Откусила Лавру Яковлевичу голову.
Начисто.
Иван пискнул и тихо осел на землю. Он хотел зажать уши, чтобы не слышать чавкающих звуков, но руки стали ватными. Тело черно-белого мага какое-то время постояло, разбрызгивая вокруг кровь, а потом грохнулось в лопухи, которые тут же на него набросились.
– Давно хотела попробовать такой фокус, – сообщила Рида, – видела как-то на канале про природу в передаче про зеленых тараканов.
Словно ничего особенного не произошло, страшная женщина повернулась к Ивану.
– Ну, так что там за задание? – спросила она.
– Ууууууу, – тихонько ответил Молодцов.
– Так, – Рида оглянулась на тело Лавра Яковлевича и несколько секунд смотрела на него, сняв очки.
Затем женщина повернулась к Ивану и присела рядом с ним.
На этот раз Молодцов даже не смог прокомментировать увиденное никакой гласной буквой. Он просто икнул. Ему страшно хотелось потерять сознание, но его мозг категорически отказывался отключаться. Он вроде как завис.
В конце концов, не каждый день увидишь женщину с шестью глазами.
Глаза Риды располагались двумя кучками по три штуки друг над другом. Иван понял, что очки среди ночи женщина надела неспроста.
– Очень облегчает первый этап переговоров, – ответила на его невысказанную мысль Рида, – пришлось также надеть нос и уши, а то очки не держались. А вообще я дома их обычно не ношу.
Иван кивнул. На большее он был неспособен.
– Так, давай проясним ситуацию, – обратилась к нему шестиглазая женщина, – я правильно понимаю, что произошло недоразумение, и ассистентом должен был быть не ты, а вон тот безголовый покойник?
– Не знаю, – промычал Иван, – я должен был просто проводить его сюда.
Рида выругалась. Она подошла к телу волхва, потыкала в него черенком лопуха, как будто и так не было очевидно, что Лавр Яковлевич совершенно мертв, и снова вернулась к Ивану.
– Я хочу свою награду. Я люблю награды. Поэтому, раз уж так вышло, давай договоримся, что ассистентом будешь ты, – предложила она и дружелюбно улыбнулась.
Ну, скорее всего, ей казалось, что ее широкая улыбка, демонстрирующая два ряда остроконечных зубов, является проявлением дружелюбия.
Иван еще раз икнул, а затем, взяв себя в руки, кивнул.
– Итак, Молодцов Иван, для чего именно меня хочет нанять твой господин?
Иван безуспешно попытался сформулировать внятный ответ.
«И откуда она знает мое имя?» – запоздало подумал он.
– От верблюда, – любезно сообщила ему женщина, – так в качестве кого я понадобилась?
– Пси…, – то слово никак не хотело вспоминаться.
– Псина? – с сомнением предположила Рида.
– Нет, – язык наконец-то снова стал повиноваться Ивану, – психогог! Вот точно! Психогог!
– Понятно. Кого выпроводить надо?
– Не знаю. Этого Лавр Яковлевич не говорил, сказал только, что нужен опытный проводник, чтобы показать дорогу.
Рида задумалась.
– Дай-ка сюда свой талисман, – сказал она, наконец.
Иван нехотя снял цепочку и протянул оберег Риде. Та обнюхала его, попробовала на зуб, повертела в руках.
– Фуфло, – изрекла, возвращая кулон Ивану, – но, возможно, это и есть причина твоего присутствия здесь.
Иван ничего не понял, но на «фуфло» обиделся.
– Ладно, ассистент, пойдем собираться. Там по ходу дела разберемся, – с этими словами Рида развернулась и величественно двинулась в лопухи.
– Это чертополох! – строго сказала она, – за мной, рус Иван!
И вот опять ноги Ивана резво подпрыгнули и понесли его вслед за женщиной. До Ивана начало доходить, что такая самостоятельность его ног – не просто так.
Тут же выяснилось, что всего в двух шагах от того места, где состоялась их роковая встреча с Ридой, находятся какие-то руины с колоннами и деревом.
И как они с покойным магом могли такое не заметить?
– Так бы я вам и позволила все тут замечать. У меня, между прочим, объект особой секретности, а не проходной двор. Там в корнях дерева ларец, принеси мне, – скомандовала женщина.
Иван бросился выполнять поручение. У него в голове выкристаллизовалась мысль, что его благополучие и даже жизнь зависят от того, насколько Рида будет довольна своим ассистентом.
Ларец – внушительных размеров сундук – действительно нашелся в корнях дерева. Ивану потребовалось немало усилий, чтобы его вытащить.
«Прям сундук с сокровищами» – подумал Молодцов, оглядываясь в поисках Риды.
К его удивлению, он остался под деревом один.
Прямо перед ним стояли две старые колонны – черная, почти целая, и белая, наполовину разрушенная. Между колоннами располагался непонятный каменный куб, то ли трон, то ли алтарь, вокруг всего это живописно зарастали чертополохом стены некогда величественного сооружения.
А вот Риды нигде не было.
– Дерево обойди, дурень! – раздался ее скрипучий голос.
Иван не понял, как это может помочь, но спорить с женщиной, на его глазах продемонстрировавшей трюк самки богомола, он не решился.
Молодцов с тяжеленным сундуком в руках послушно обошел дерево и… увидел небольшой деревянный домик.
С той стороны дерева его не было, а с этой – был. Зато здесь, «с этой стороны» не было руин храма и колонн.
«Как-то это странно», – подумал Иван.
– Отнюдь, – голос Риды донесся из того самого деревянного домика, – ты там долго стоять будешь? Тащи сюда мой ларец!
Иван снова взглянул на домик и обомлел.
«Так не бывает. Просто не бывает. Это мне снится».
Дом стоял на кривоватых птичьих ногах.
– На свои посмотри, – огрызнулась Рида, – и не заставляй меня ждать!
Иван практически вбежал по ступенькам.
Внутри обстановка оказалась совсем не такой, какую он ожидал увидеть. Паркетная доска и современная мебель как-то не вязались с внешним антуражем жилища Риды.
– Может, мне еще и биотуалет покупать не следовало? – ухмыльнулась женщина, – клади ларец сюда.
Рида стояла у большого стола и рассматривала содержимое объемной шляпной коробки.
Иван пропустил последнюю фразу мимо ушей. Его куда больше волновал другой вопрос.
– Ты, правда, эта самая? – спросил он, собравшись духом.
– Правда. Вот это возьмем, – Рида выложила на стол большущий нос с бородавкой.
Ивана затошнило, когда он понял, что нос – настоящий.
– Я обычно обхожусь вообще без носа, предпочитаю глаза, но если меня пошлют за тем, о ком я думаю, без хорошего носа не обойтись, – рассуждала она.
– А если ты – эта самая, почему ты так выглядишь? – Иван решил не думать о содержимом коробки и сосредоточиться на светской беседе.
– А чего ты ждал? Что я кокошник напялю? Давай, пожалуй, на всякий случай еще один нос возьмем, – к носу на столе присоединился его собрат, чуть поменьше, но, помясистее что ли.
– А ты и в ступе летаешь? – спросил Иван.
Рида перевела на него взгляд и закатила все шесть глаз.
– Ну что вы все прицепились с этой ступой? Ну, было пару раз, и то по пьяни!
Уши нам понадобятся? Пожалуй, возьму одно, мало ли.
На стол, к носам, отправилось большое, с полголовы, ухо.
– Глаза. С глазами сложнее всего. Хочется все и сразу, – бормотала Рида.
Иван поставил сундук-ларец на стол и осторожно подошел к ведьме, заглянув ей через плечо.
Содержимое шляпной коробки поражало.
В ней вперемешку лежали живые глаза, сразу же уставившиеся на Ивана, носы, уши, языки и, к ужасу молодого человека, еще несколько предметов, размерам которых позавидовал бы любой секс-шоп.
«Вот сейчас я точно потеряю сознание», – подумал Иван, но из полуобморочного состояния его снова выдернул скрипучий смех Риды.
– Это для коллекции. Ну и на память, – сообщила она.
От такого объяснения Ивану стало только хуже. Он отодвинулся от коробки как можно дальше, к другому концу стола.
– Если надо, могу одолжить какой-нибудь, – предложила ведьма и расхохоталась, когда Молодцов отчаянно замотал головой.
– Ладно, с этим я закончила, – Рида аккуратно уложила отобранные органы в платочек и связала его уголки. – Теперь украшения.
Как выяснилось, Иван почти угадал, назвав ларец сундуком с сокровищами. Там оказались именно они – украшения и драгоценности. Кольца, броши, цепи, браслеты, пояса, серьги…
Покопавшись в ларце, Рида выудила то ли корону, то ли броскую диадему в виде перевернутого концами вверх тонкого месяца с прозрачным камнем посредине.
– Пожалуй, эту, – решила она, надев украшение на свою лысую голову.
– Ну, как тебе? – обратилась она к Ивану.
– Может, очки тоже стоит надеть? – предложил он, чувствуя себя очень неуютно под взглядом шести глаз, – их форма тебе очень идет.
– Да? – недоверчиво спросила ведьма.
– Придает образу законченность. Аксессуары – это все, – Молодцов почувствовал прилив вдохновения, – например, очки и шарфики просто невозможно переоценить. А там перчатки и броши – это вообще шик.
– А ты, пожалуй, прав.
Рида нацепила очки, явно ожидая комментария от своего ассистента.
– Шарман, – убежденно заявил он.
Иван свято верил в то, что если мужчина не может придумать комплимента женщине, то это его собственная вина. В любой даме всегда надеется с десяток черт, заслуживающих восхищения.
Болотная ведьма задумчиво поскребла щеку длинным ногтем указательного пальца.
– Знаешь, даже жаль, что, ты не выживешь, – вздохнула она, – ладно, пошли.
Рида прицепила свой зловещий узелок к длинной палке, закинула ее на плечо и направилась к полю чертополоха.
Понимая, что выбора у него нет, Иван поплелся за ней. Только теперь он заметил, что обуви его новая знакомая не носит.
– Местный обычай, – сообщила она.
– Слушай, – наконец решил задать давно мучающий его вопрос Иван, – а правду говорят, что ты детишек в печке жарила?
– Это врут, – отозвалась Рида, – откуда тут взяться детям? Невинные этой дорогой не ходят.
– Какой дрогой?
– Через поле Чертополоха. У невинных другие пути.
Иван постеснялся признаться, что ничегошеньки не понял из ответов ведьмы.
– Дурак потому что, – хихикнула та, – так уж водится.
Ведьма легко запрыгнула на пустую платформу и даже подала руку замешкавшемуся Ивану.
На это раз Иван оказался на другой стороне платформы, не там, где сфинксы, и в свете луны разглядел старую ржавую табличку «Платформа Кардус».
– Сейчас подойдет первый утренний поезд, и тебе надо прыгнуть так, чтобы оказаться между предпоследним и последним вагонами, – проинструктировала Рида, – а я запрыгну в пустую кабину машиниста в хвосте поезда и приду за тобой.
– Как это прыгнуть между вагонами? У меня не выйдет! – в панике замотал головой Иван, – это вообще самоубийство!
– Самоубийство – это спорить со мной. Все остальное – шанс выжить, – улыбнулась острозубой улыбкой ведьма.
– Я не уверен, – все-таки пролепетал Иван.
– Тут нет ничего сложного, тело само все сделает, просто отключи мозги. Тем более что в твоем случае и отключать-то особо нечего!
В тоннеле показался свет приближающего поезда. Казалось, что он движется на полном ходу.
– Я не смогу, – обреченно произнес Иван.
– Мне нужна моя награда! Отключи мозги, я сказала! – прошипела Рида, и Иван как-то понял, что это приказ.
Мозги Ивана тоже это поняли и в буквальном смысле отключились. Поэтому прыжка Иван не запомнил.
ГЛАВА 3.
Будильник в мобильном телефоне настойчиво пел оду «К радости». Ивану нравилось думать, что он ценитель классической музыки.
«Какой же странный сон мне приснился, – подумал Молодцов, – эх, жаль только, что и обещанное повышение – тоже сон».
– Аха. Скажи еще, что и я тебе приснилась, – проскрипел неприятный голос.
«Нет, ну нет!» – Иван сжал веки как можно сильнее.
Ода «К радости» продолжала звучать, но теперь, как показалось Ивану, с издевкой.
– Вставай, у нас полно дел до встречи с твоим господином. Надеюсь, мы оба хотим получить свою награду, – заявила Рида.
Иван мгновенно открыл глаза. Мысль о том, что у него все еще есть шансы сделаться личным ассистентом Мохрова по PR, может даже и с личным кабинетом, заставила его вновь поверить в то, что жизнь на самом деле добра, щедра и справедлива. Надо только правильно относиться к ее подаркам, которые не всегда кажутся таковыми на первый взгляд.
Правда, присутствие в квартире Ивана многоглазой кровожадной сказочной ведьмы немного диссонировало с его общим позитивным настроем, но, как говорил тренер по личностному росту: «Проблема – это лишь погрешность восприятия. На самом деле, жизнь посылает нам только возможности».
– Че? – Рида вытаращила на Ивана сразу все свои глаза.
Сегодня ее глаза распределились равномерно по всему черепу, да и при солнечном свете уже не вызывали такого жуткого ощущения.
– Я осознанно практикую позитивное мышление, – гордо сказал Иван, поднимаясь с дивана, – и верю, что Вселенная меня любит.
– А-а-а. Ты врачу об этом рассказывал? – поинтересовалась ведьма.
– Зачем? – не понял Иван.
Рида вздохнула.
– Мой тебе совет – молчи об этой напасти. А то Вселенная расстроится, когда ее любимчика изолируют от трезвомыслящего общества. У тебя что на завтрак есть?
Иван взглянул на часы.
– Ой! Я же в бассейн опоздаю! Да еще и костюм помял!
Молодцов удрученно осмотрел состояние своего пиджака. Помимо складок его теперь украшали грязь и репейники.
– Так что там с завтраком? – переспросила Рида.
– Если с уровнем сахара в крови все в порядке, то завтрак перед плаваньем можно и пропустить. Ну, или ограничится овсяным печеньем без сахара, – механически ответил Иван, все еще погруженный в невеселые мысли о химчистке.
– Овсяным печеньем? – прошипела ведьма где-то на периферии его внимания.
– Ну да. Мой тренер говорит, что завтракать необходимо, только если сахар в крови упал до критического уровня или…
Договорить Иван не успел. Он только краем глаза заметил, как Рида молнией метнулась к нему, потом шею пронзила резкая боль, все тело онемело, а через несколько секунд потемнело в глазах.
«Она меня укусила! Как вампир! Это же мой любимый галстук!» – в отчаянии подумал он.
– Ничего с твоим галстуком не сталось, я аккуратно, – услышал он все тот же скрипучий голос, когда очнулся, – но вот уровень сахара в твоей крови, хочу тебе сказать, упал ниже некуда.
Иван потер шею. Та немного ныла, но в целом ничего особенного. Правда, чувствовал он себя действительно плоховато – голова кружилась, перед глазами плыли темные круги.
– Я же говорю – сахар упал, – прокомментировала Рида.
– Ладно, в бассейн я сегодня точно уже не успею. Если хочешь, поехали позавтракаем, – предложил Иван со вздохом, взглянув на часы, – я знаю тут прекрасное кафе, у них отличное сбалансированное меню.
– Я тоже его знаю, – согласилась Рида.
К большому облегчению Ивана, перед выходом из дома ведьма собрала глаза в кучку, и они благополучно скрылись под очками. Правда, он все еще чувствовал себя не совсем в своей тарелке, сопровождая босую лысую даму в рогатой короне, но, как говорил тренер – «выход из зоны комфорта – это вход в новую лучшую жизнь».
В ответ на эту мысль Рида закатила все свои глаза.
Только выйдя из дома, Иван вспомнил, что оставил машину на стоянке у офиса.
– Ничего, сейчас такси вызовем, – сказал он Риде.
– На метро поедем, люблю с утра потолкаться, – возразила ведьма.
О метро у Молодцова остались принеприятнейшие воспоминания.
– На такси ты уже никуда не доедешь. Пробки, – аргументировала свое решение Рида.
Иван взглянул на часы. Ведьма была права. Выехав после завтрака, они действительно гарантированно залипнут.
– Ну ладно, – нехотя согласился он, – только я не очень хорошо ориентируюсь в метрополитене.
– Куда ехать-то?
Иван назвал адрес офиса.
– Всего-то делов. За час доберемся.
Молодцов искренне удивился. Он никак не предполагал, что поездка в офис на метро может оказаться такой быстрой.
– А ты уверена? – спросил он.
– Я живу в этом городе больше тысячи лет, я это метро еще в проекте видела! – возмутилась Рида.
«Ого! Вот что значит коренная москвичка», – с уважением подумал молодой человек.
– Ну что, тогда у нас полно времени. Пошли завтракать, – бодро пригласил он.
И вот тут выяснилось, что у них разные представления о хорошем кафе.
– Я хочу бургер. С двумя порциями картошки фри и десертом, – категорически заявила Рида.
– Нет! – в ужасе воскликнул Иван, – ты не представляешь, что такая еда может сделать с твоим организмом!
– Зато я представляю, что я могу сделать с твоим!
В голосе Риды прозвучала явная угроза, а один из ее левых глаз вылез из-под очков и гневно посмотрел на Молодцова.
Иван потер все еще ноющую шею. Расстраивать свою темпераментную спутницу ему совершенно не хотелось.
– Ладно. Если прекрасная дама желает бургер с картошкой, так тому и быть. Желание леди – превыше всего, – примирительно сказал он.
Рида сняла очки и снова посмотрела на Ивана всеми глазами.
Молодцов испугался, как бы кто из прохожих не заметил такую офтальмологическую аномалию, но всем, абсолютно всем, было пофиг на лысую глазастую женщину. Что сказать – Москва.
– И три соуса, – произнесла после длительной паузы Рида.
В офис «Плюс Минус» Риду, как ни странно, пропустили без разговоров. Иван был даже несколько разочарован тем, что внешность его спутницы не вызывает ни у кого хотя бы любопытства.
– Значит так, сейчас идем встречаться с твоим господином, – вещала Рида по дороге, – главное – осмотреть награду, ну и конкретно определить, чего он, собственно, от меня хочет. Тут, правда, у меня почти никаких сомнений, но лучше знать наверняка.
В приемной генерального директора Иван притормозил, собираясь попросить секретаршу доложить о них Мохрову, но Рида была совершенно незнакома с деловым этикетом.
Ни на секунду не останавливаясь, она продефилировала к кабинету Сергея Васильевича и открыла дверь, в буквальном смысле, ногой.
– Так нельзя, – в отчаянии шепнул ей Иван, пытаясь игнорировать истеричный визг секретарши.
– Это называется жесткие переговоры. Что, не слышал? – хмыкнула ведьма.
Про жесткие переговоры Молодцов, само собой слышал, но до этого момента представлял их несколько иначе.
Озвучить свои сомнения Иван не успел, дар речи временно выпал из списка доступных ему видов коммуникации. За столом Мохрова сидел весь руководящий состав «Плюс Минус», и теперь все взгляды были устремлены на него.
Иван много раз мечтал привлечь внимание начальства, но вот сейчас ему почему-то казалось, что его мечта сбылась как-то не совсем правильно.
– Сергей Васильевич, я пыталась его остановить! – влетела в кабинет секретарша, – он меня даже слушать не стал!
Ивану захотелось провалиться сквозь землю.
– Не молчи, как рыба в пирожке, скажи ему, что я здесь, – пришла на помощь Рида, которую, казалось, никто вообще не замечал.
В кабинет уже вбежали двое охранников, и Иван отчего-то фальцетом выкрикнул:
– Госпожа здесь!
Он подумал, что надо бы как-то конкретизировать, но это оказалось ненужным. Мохров мгновенно поднялся на ноги.
– Прошу всех немедленно покинуть кабинет, – приказал он.
Сказано это было таким тоном, что повторять дважды никому не пришлось. Никто даже и не пытался ничего уточнить.
Буквально через несколько секунд в кабинете остались только Иван, Сергей Васильевич, Елизавета и Рида.
– Я пришла посмотреть на награду, – сразу перешла к делу болотная ведьма.
От ее слов Елизавета вздрогнула и, поднявшись со своего места, сделала несколько нерешительных шагов в сторону стоящей у окна Риды.
– Так что случилось? – обратился к Ивану Мохов, – где Лавр?
– Я хочу осмотреть награду! – в голосе Риды послышалось недовольство.
– Вам удалось ее найти? – вопрос Сергея Васильевича прозвучал практически одновременно с фразой Риды.
– Тише, отец! – Елизавета подняла руку, – я ее слышу!
Иван залюбовался девушкой. Сегодня она была в нежном жемчужном платье с такой же лентой в черных волосах. Елизавета сделала еще несколько шагов к Риде, и теперь они стояли совсем близко.
Рядом с кошмарной ведьмой девушка выглядела еще более нежной и беззащитной.
– Она ведь прямо здесь? В этой комнате? – спросила Елизавета Ивана.
– Ну да, вон же она, – кивнул Молодцов.
«Так она невидимая!» – понял он с запозданием.
Рида тем временем сняла очки и, как казалось, с интересом рассматривала Елизавету Мохрову.
Девушка осторожно протянула руку, лишь на пару миллиметров не дотянувшись до лица ведьмы.
– Откушу по локоть, – мрачно пообещала Рида, и Иван чуть не подпрыгнул от испуга.
– Нет, Елизавета! Не нужно!
Молодцов отважно бросился вперед и буквально оттащил девушку от ее кровожадной собеседницы.
– Да что происходит? – выкрикнул Мохров.
– Спасибо. Я слышала ее, да, – мило улыбнувшись, Елизавета мягко высвободилась из объятий Ивана.
– Отец, госпожа Рида здесь, – сообщила она Сергею Васильевичу, а затем сделала глубокий реверанс в сторону ведьмы, – прошу простить мою дерзость и глупость, госпожа.
– Кое-какие данные есть, сила обратная от земли, плюс уши неплохие, – проскрипела Рида, но Иван опять ее совершенно не понял.
Елизавета снова присела в реверансе.
– Что ж, я очень рад, что наша затея сработала, – проговорил Мохров, – я, правда, ожидал, что госпожа Рида прибудет в сопровождении Лавра.
– Этот дурак совсем потерял голову от встречи со мной, – проскрипела ведьма, и Иван поежился от воспоминаний.
– Произошло небольшой недоразумение, – объяснил он Мохровым, – к сожалению, с Лавром Яковлевичем в дикой природе случился трагический инцидент.
– В дикой природе это случается сплошь и рядом, я знаю, о чем говорю, я смотрю канал о природе, – добавила Рида, пристраивая свои очки на нос.
Елизавета нахмурилась и коснулась правого уха, словно проверяя, не послышалось ли ей.
– Госпожа Рида хотела бы, прежде всего, осмотреть свою награду, – вспомнил об обязанностях ассистента Иван.
– Да, конечно, награда. Уверен, госпожа Рида останется довольна, – если Мохрова и смущала невидимость ведьмы, виду он не подал, – предлагаю для начала обсудить условия нашего сотрудничества.
Сергей Васильевич широким жестом пригласил всех видимых и невидимых собеседников за переговорный стол.
Ха! – Рида резким движением сорвала очки, и Иван замер от ужаса, представив, что сейчас снова увидит трюк самки богомола.
Но ведьма лишь со злостью швырнула очки на стол, отчего тяжелая дубовая столешница раскололась на две половины.
– Госпожа Рида настаивает на осмотре награды, – пролепетал Иван.
– Конечно. Отец, уверена, это необходимо, – обратилась к Сергею Васильевичу Елизавета.
Ее голос почти не дрожал.
Впервые Мохров выглядел растерянным. Он перевел взгляд с испорченного стола на дочь.
– Что ж, хорошо, – сказал Сергей Васильевич, – давайте сначала съездим, посмотрим награду.
Иван подумал, что он на самом деле ни черта не смыслит в жестких переговорах.
Как выяснилось, награда находилась не в офисе «Плюс Минус», а в особняке Мохровых. Туда было решено отправиться незамедлительно, ведь осмотр награды был единогласно признан делом, не терпящим отлагательств.
Рида уточнила адрес и разразилась гневной тирадой по поводу богатых жмотов, которые не могут купить себе жилье в шаговой доступности от метро.
– Я вот живу прямо у станции Кардус! – с гордостью сообщила она.
Ради капризной гостьи на крышу «Плюс Минус» даже был вызван вертолет. И, несмотря на все возражения пилота и близкое к панике состояние Ивана, всю дорогу они летели с открытой дверью, потому что Рида, по ее собственному признанию «триста лет не видела Москвы с высоты птичьего полета».
– А когда вы у нас в последний раз гостили? – с натянутой улыбкой поинтересовался Мохров.
– Да со времен Ивана Грозного сюда не выбиралась, – передала через Ивана Рида, не переставая любоваться панорамой города.
– Давненько, – покачал головой Сергей Васильевич.
Иван встревать в разговор благоразумно не стал. Все, чего ему хотелось, это оказаться на твердой земле, ну или, хотя бы, подальше от распахнутой в небо двери.
«И как только у нее эта рогатая корона с головы не падает?» – подумал он, глядя на опасно свесившуюся через борт Риду.
– Ушами держу, – поделилась лайфхаком ведьма.
Елизавета сдержала улыбку и заговорщицки подмигнула Ивану, а тот в очередной раз порадовался, что Мохров не слышит всех комментариев величайшего психогога.
– А сами вы не летаете? – вновь поинтересовался шеф у Риды.
– Госпожа Рида не любит расспросов на эту тему, – на этот раз Иван счел необходимым проявить инициативу.
– Понятно. А что все-таки произошло с Лавром? – сделал еще одну неудачную попытку поддержать разговор Мохров.
– Эту тему госпожа Рида тоже не хотела бы обсуждать, – быстро ответил Молодцов, но Рида даже соблаговолила полностью вернуться в вертолет.
– Это еще почему? Я откусила ему голову.
Иван видел, как Елизавета побледнела под слоем своей косметики.
– Госпожа Рида приняла Лавра как подарок-жертву, – тем не менее, нашла в себе силы сказать она.
Мохров удивленно посмотрел на дочь.
– Лавра?
– Ее право, – твердо ответила девушка, а Рида, рассмеявшись, снова высунулась из вертолета.
Иван незаметно отодвинулся подальше от ведьмы.
Имение Моховых оказалось стариной русской усадьбой с колоннами, арками и треугольной крышей.
– Новодел, – сообщила Ивану Рида, лишь только они покинули вертолет и зашагали в сторону усадьбы, – спроси, где моя награда.
Озвучить требование ведьмы Иван не успел.
– Награда – первым делом, мы поняли, – успокоила гостью Елизавета Мохрова, – все остальное может подождать.
Ивану уже и самому не терпелось узнать, что такое могло служить наградой, достойной способностей Риды. Насколько он понял, деньги ведьму не интересовали, а драгоценностей у нее и так целый сундук.
– Но украшения я люблю, их много не бывает, – отозвалась Рида, – другой вопрос, что удивить меня очень непросто.
– Надеюсь, у нас получится, – улыбнулась Елизавета, распахивая перед гостьей дверь особняка.
– Я тоже надеюсь. Ваш покойный маг сообщил вам, что в случае невыхода на сделку я беру неустойку? – усмехнулась Рида.
Ответить Мохрова не успела. Ведьма вдруг остановилась прямо в полном зеркал холле. Оба ее уха сместились на левую часть головы, а все глаза, наоборот, на правую. Нос Риды, казалось, замер в замешательстве, не решаясь примкнуть ни к одной из партий.
– Нам сюда, – Мохров указал на дверь, ведущую в левое крыло дома.
Ведьма поморщилась, что, учитывая некоторую асимметрию ее лица, смотрелось очень сюрреалистично, а затем выкинула фортель почище самки богомола. Она оторвала свой нос и, присев, осторожно опустила его на пол.
Нос рысью метнулся в правую половину дома.
«И что она тут хочет вынюхать?» – озадаченно подумал Иван, наблюдая, как проворный нос протискивается в щель под дверью.
Так как все это Рида проделала в полной тишине, никто, кроме Молодцова ничего странного в поведении ведьмы не заметил. В смысле ничего более странного, чем обычно.
– Что-то не так? – спросила Елизавета, вероятно, все-таки что-то заподозрив.
– Рот закрой, мухи налетят, – пробурчала Рида Ивану, – у меня просто очень подвижные черты лица, только и всего. Пошли осматривать награду.
Сказать по правде, награда Ивана несколько разочаровала.
Посреди большущего зала с десятком окон и паркетом, как в Эрмитаже, стояло пианино. Может, действительно дорогое или даже старинное, но всего лишь пианино. Иван уже приготовился к вспышке гнева со стороны Риды, но ведьма преспокойно уселась на пол, сняла с пояса свой белый узелок и достала то самое большое ухо, взятое на всякий случай. Ухо присоединилось к остальным двум ушам на черепе ведьмы. Все ушные раковины повернулись в сторону инструмента.
Подумав немного, Рида прицепила себе и нос взамен отправленного на здание. Этот нос был большим, горбатым и крючковатым, и вот теперь Рида больше походила на ту себя, какой ее обычно изображали в сказках.
– Это не просто музыкальный инструмент, – прервал было затянувшееся молчание Мохров, но Рида шикнула на него таким громким «шшшиии», что эхо прокатилось по всему дому.
«Значит, она может общаться со всеми, если хочет», – понял Иван.
– Конечно, могу. Но видеть и слышать меня – большая честь, – объяснила Рида, – все, исчезните все отсюда. Мне нужно время, чтобы оценить награду. Я позову, когда ты мне будешь нужен.
– Госпожа Рида хочет побыть в зале одна, – сообщила отцу Елизавета.
Было видно, что Мохову очень хотелось бы обсудить условия сделки, но он промолчал.
– Ну и сколько она там будет сидеть? – спросил он Ивана, когда дверь зала за ними закрылась.
– Столько, сколько посчитает нужным, – ответила вместо молодого человека Елизавета, которая, видимо, как и Иван подозревала, что Рида все еще может их слышать.
С тремя-то ушами!
– Ладно. Так что там случилось с Лавром? – теперь, когда Риды не было рядом, Мохров не скрывал раздражения.
– Она, как и сказала, откусила ему голову, – честно рассказал Иван, вновь содрогнувшись от воспоминания.
– Как это откусила? Она же не акула!
– Болотная ведьма может выглядеть, как ей заблагорассудится, и то, что она сделала – тоже ее право, – снова вмешалась Елизавета, – отец, пойми, это тебе не Лавр с его фокусами, ей больше тысячи лет!
Рида за дверью презрительно фыркнула, и все трое поспешили поскорее ретироваться.
– Сергей Васильевич! – поймал Мохрова за рукав Иван, когда они оказались на достаточном расстоянии от ведьмы и ее награды, и стало очевидно, что шеф собирается и вовсе уйти, – я могу приступить к своим новым обязанностям? Ваше задание я выполнил.
Мохров непонимающе взглянул на молодого человека.
– Ваш личный помощник по связям с общественностью, – напомнил Иван.
– Ах, да! Ну конечно.
– Отец! – Елизавета, словно предупреждая о чем-то, коснулась руки Сергея Васильевича.
– Вот что, Иван, ты отлично проявил себя, и должность, можешь считать, у тебя уже в кармане, – торжественно произнес Мохров, – я подпишу приказ сразу же, как только Рида отправится домой. И, надеюсь, ты не откажешь мне в еще одной услуге? Раз уж мы потеряли Лавра, а наша гостья хочет видеть тебя своим ассистентом, побудь при ней до ее отъезда. Тебя ведь не затруднит?
Иван хотел возразить. Пребывание рядом с Ридой его не то что «затрудняло», оно его просто сводило с ума. Но должность личного помощника генерального директора! Такой шанс выпадает один раз в жизни! И то – только самым достойным. Молодцов услышал, как произносит:
– Конечно, Сергей Васильевич. Без проблем!
ГЛАВА 4.
Иван провел день в ожидании, когда снова понадобится Риде, и в размышлениях, правильно ли он поступил, согласившись выполнить и это поручение Мохрова.
Ответа Иван так и нашел, хотя оценка награды затягивалась.
Молодцов успел осмотреть сад с прудиком, беседку со статуями и конюшню с конями. Пару раз Ивану казалось, что в траве прошмыгнул нос, но молодой человек не был уверен, нервы у него за последние сутки сильно расшатались.
После полудня Ивану подали весьма недурной и сбалансированный обед, а к вечеру еще и восхитительный ужин, который тренер наверняка бы одобрил. Ведьма все не появлялась. Иван допивал чай с эклерами, когда в огромную столовую впорхнула Елизавета.
Она переоделась в восхитительное кремовое кружевное платье и заплела свои роскошные волосы в косу. На шее девушки красовались бусы в несколько рядов, и Иван подумал, что это очень стильно. Такой фолк-лук.
– Похоже, тебе придется задержаться у нас, – улыбнулась Елизавета, – осмотр награды занял больше времени, чем мы все предполагали.
– Награда – это самое важное, – повторил Иван услышанные от Риды слова.
– А ты точно познакомился с Ридой только вчера? – недоверчиво спросила Елизавета.
Иван кивнул.
– Лавр говорил, что ты понравишься болотной ведьме, но вряд ли он понимал, чем встреча с психогогом обернется для него, – вздохнула девушка, – хорошо, что хоть тебе удалось выжить. Когда мы отправляли вас в Кардус, мы и предположить не могли, что она начнет убивать. Надеюсь, награда ее удовлетворит.
– Думаю, что если бы Рида не была довольна, это было бы очень легко заметить. Она не из тех, кто скрывает свои чувства, – глубокомысленно отметил Иван.
Неожиданно для себя Молодцов начал понимать, что Елизавета Мохрова ему нравится. Конечно, он не пара дочери шефа, у нее наверняка запланирована какая-нибудь блестящая партия, но помечтать-то можно.
– Раз ты остаешься на ночь, давай я покажу тебе твою комнату и заодно проведу для тебя небольшую экскурсию по дому, – предложила девушка.
Иван с энтузиазмом согласился. Гулять по особняку с Лизой, так он уже мысленно называл Елизавету Николаевну, было куда веселее, чем сидеть в помпезной, но пустой гостиной.
Оказалось, что его комната находится как раз в правом крыле, так заинтересовавшем Риду и ее нос.
– Это мои владения, – щебетала Елизавета, ведя Ивана по бесконечному коридору, украшенному портретами и пейзажами, – отец живет в левом крыле, комнаты прислуги и охраны тоже там. Так что тут я царица.
Тихий смех девушки растаял в тишине здания.
– Здесь находится библиотека, – Елизавета распахнула одну из дверей, демонстрируя внушительную коллекцию книг на высоченных стеллажах, уходящих по потолок. Если захочешь почитать – милости прошу.
Иван уже собрался было ляпнуть, что в его смартфоне поместится библиотека раз в десять побольше, но прикусил язык. Лиза была очаровательна, и он, как вежливый гость, выразил восхищение ее домом.
Девушка улыбнулась.
– Вот мы и пришли. Твоя комната по соседству с моей, – Елизавета указала на две двери, располагавшиеся рядом, – наша экскурсия подошла к концу.
Это было как-то необычно. Селить молодого гостя рядом с молодой хозяйкой дома, в котором насчитывалось не меньше трех десятков комнат…
Иван не понял, считать ли это намеком или все-таки просто так совпало.
– И больше в этом крыле никого? Только мы? – уточнил молодой человек.
– В смысле, тебе не бывает страшно в одиночестве? – добавил он, поняв, что его вопросы прозвучали несколько двусмысленно.
– Я не из пугливых, – кокетливо улыбнулась Елизавета, – и сегодня здесь только мы с тобой.
– Я так и думал. А дизайн у твоей комнаты очень стильный, – Молодцов предпринял еще одну попытку продлить перспективный разговор, явно подходящий к концу.
Тем более что повод для разговора действительно напрашивался. Дверь в комнату Елизаветы была выполнена в форме серой каменной арки с двумя колоннами по бокам.
– Хочешь заглянуть? Пойдем, покажу тебе настоящий стиль.
Елизавета коснулась двери, и та бесшумно распахнулась.
Иван не был старомоден, но от предложения посетить спальню молодой привлекательной девушки немного опешил. Нет, он был, конечно, что называется, всегда готов, но такое скоротечное развитие событий слегка напрягало.
«Не может же Елизавета Мохова и в самом деле?.. – в легкой панике подумал Иван. – Но ведь не дизайн же меня зовут смотреть, однозначно. Хотя может и его…»
Иван замер на пороге комнаты.
Такого от спальни милой Лизоньки он никак не ожидал. Вся комната, от пола до потолка была облицована все тем же серым камнем, что и дверь. Окон почему-то не оказалось вообще, а с потолка свисала огромная кованая люстра, в которой горело не меньше трех десятков свечей.
«А как же пожарная безопасность?» – подумал Иван, лишь бы отвлечься от предмета интерьера, который поразил его больше всего.
– Очень-очень стильно, – натянуто улыбнулся он, стараясь совсем не думать о большом черном гробе, стоящем в центре пустой комнаты, – готика, я так понимаю?
– Меня всегда привлекала эстетика смерти, – Елизавета внимательно наблюдала за реакцией молодого человека, – редко кто находит это стильным.
– Ну что ты, тут очень уютно, – соврал Иван, пятясь к выходу.
– Хочешь поближе посмотреть на мое одинокое ложе? – Елизавета обольстительно улыбнулась, – оно гораздо больше, чем кажется.
Тут даже Иван понял, что это намек, но еще он понял, что не готов. Пожалуй, впервые в жизни. Конечно, разочаровать даму бегством – позор, но гроб… Нет, это явный перебор. Даже если гроб и двухместный.
Пробормотав слова прощания, Иван поспешно ретировался в свою комнату, по дороге осознав, что дверь в спальню Елизаветы напоминает склеп.
«Нет уж, не понимаю я этот декаданс, или как оно там у них называется. Ну там смокиайз, черная помада – это нормально, некотором девушкам вообще даже идет, но гроб-то зачем? Да еще и окна в комнате замуровали, свечей понаставили, словно и вправду на похоронах. Извращение какое-то», – поежился Молодцов.
Иван с беспокойством отметил, что его дверь не запиралась на ключ, никаких замков и запоров вообще не было предусмотрено.
«Вряд ли Елизавета Николаевна станет слишком уж откровенно меня домогаться», – с нервным смешком сказал себе Иван.
Но было не по себе. Называть молодую женщину Лизонькой тоже как-то расхотелось.
Гостевая комната оказалась самой обычной – кровать, шкаф, тумбочка, стол, стул и телевизор. За дверью слева обнаружился санузел.
В отличие от комнаты Елизаветы, в этой комнате окно было, но даже роскошный вид на сад не радовал. Только вызывал острое желание выбраться туда и спрятаться за кустами. Желательно дальними.
Иван не понимал, что с ним происходит. Несмотря на вполне приличную обстановку, ему было тревожно. Находиться в комнате было просто физически неприятно.
«Это все отрицательная аура. Некоторым предметам она свойственна», – вспомнил Иван слова тренера по личностному росту.
Каким именно предметам, тренер не уточнил, но вот гробам – так наверняка.
До самого вчера Иван не выходил из свой комнаты, зависнув в интернете, но неприятное ощущение не проходило. А с наступлением темноты тянущее чувство тревоги только усилилось. Иван даже смог определить, откуда исходит это нечто, заставляющее его нервничать.
Конечно, от правой стены, которая была общей с комнатой Елизаветы.
Молодцов случайно коснулся стены рукой и обнаружил, что та холодная, словно и вправду находится в подземном склепе, а не в теплом особняке. Даже миленькие цветочки на обоях не улучшали впечатления.
Промаявшись до одиннадцати вечера, Иван так и не смог заставить себя лечь на стоящую вплотную к стене кровать. Как он ни повторял себе, что страх – лишь слабость, которую он позволяет своему сознанию, даже подходить к злополучной стене не хотелось.
Не помогла и крутейшая аффирмация «Я хозяин своего страха, и страх полностью подчиняется мне». Выходило как раз наоборот.
Кончилось все тем, что Иван, ругая себя, оттащил кровать к окну, а затем, и вовсе чертыхаясь, придвинул стол к незакрывающейся двери. Чувствовал он себя при этом жутко глупо, но, как ни странно, все эти иррациональные действия принесли некоторое облегчение, а затем и сон.
Уснул Молодцов довольно быстро. И так же быстро проснулся.
Его разбудила та самая нехорошая стена.
Некоторое время Иван пытался понять, что же с ней не так, вроде стена как стена. Цветы на обоях мерно покачивались от ветра, словно пытаясь снова убаюкать некстати проснувшегося гостя.
Подумав немного, Иван с нарастающим ужасом понял, что покачиваться нарисованным цветам не следует. Да и быть так хорошо различимыми в темноте, пожалуй, тоже.
«Вот ведь приснится такое», – подумал Иван, рассматривая беспокойный узор. И растение-то вроде знакомое – остроконечные вытянутые треугольником листья, среди которых кисточки маленьких розовых цветочков, вроде колокольчиков.
Странный сон продолжался, становясь все неприятнее: стена уже пошла волнами, словно… плавилась. Иван всем телом почувствовал исходящий от нее жар, на лице мужчины появились капли пота.
Вскоре жар сделался сильнее, накаляя воздух. Дышать стало тяжело.
«Надо проснуться, – подумал Иван в панике, – это сон, и надо всего лишь проснуться».
Но кошмар его не отпускал. Хуже того, как это часто бывает в кошмарных снах, на Ивана навалилось оцепенение, не позволяя даже пошевелиться. Оставалось только смотреть, как стена плавится, стекая куда-то в щели в полу.
Вот уже стала видна и соседняя комната, все такжеосвещенная пожароопасным свечами. Черный гроб тоже было отлично видно. В гробу в белой ночной сорочке спала Елизавета Мохова.
Не успел Иван подумать: «Вот и пусть себе спит», как девушка открыла глаза. Иван это не столько увидел, сколько почувствовал.
В следующую секунду Елизавета резко села в своей зловещей кровати и повернулась в сторону Молодцова. Выглядела она спросонья не очень – глаза отсвечивали красным, а кожа синевой.
Ивану вспомнились все эти анекдоты про то, как просыпаешься утром рядом девушкой без макияжа, но это, пожалуй, был перебор. Елизавета казалась чуть ли не покойницей.
Девушка легко спрыгнула на пол, и даже вроде как ногами это самого пола и не касаясь. Вот просто зависла в воздухе и все. А потом подплыла к кровати Ивана и улыбнулась. Зубы у нее были черными.
Вот тут Молодцов подумал, что его бредовая мысль о сексуальных домогательствах, может, и не была такой уж бредовой. Захотелось заорать во все горло. Да ну ее на фиг гусарскую честь вместе со свободой от сексуальных предрассудков. Дама не должна быть такой синей и зубастой!
Но крикнуть не вышло. Сонный морок крепко держал Ивана.
– Ну что, красавчик, развлечешь хозяйку дома? – усмехнулась Елизавета, и Молодцов поразился, каким хриплым и старым стал ее голос.
Елизавета потянула к нему свою длинную, невероятно длинною, как змея, руку, и тут Иван понял, что речь шла, скорее всего, даже не о домогательствах. Пальцы на руке тоже были длинными и ногти… Ногти легко могли сойти за ножи.
– Не надо! – беззвучно прошептал Иван, вызвав еще одну ухмылку страшного существа.
Ногти-ножи метнулись к его горлу, вокруг взметнулся сноп искр, и Елизавета вскрикнула, одернув руку.
– Что тут у нас?
Иван почувствовал, как завибрировал на шее тот самый купленный со скидкой талисман. Вокруг мужчины словно образовался защитный кокон, отсвечивающий белым светом.
«Моя энергетическая защита тверда, как панцирь великой черепахи!» – вспомнил Иван одну из аффирмаций, которая была в памятке по эксплуатации оберега.
«Я под защитой черепахи! Черепаха не даст меня в обиду!» – принялся мысленно повторять он.
Белый кокон стал еще ярче, заставив Елизавету отступить на несколько шагов. Девушка неприятно улыбнулась.
– Опять твой талисман. Всю неделю он мне мешал. И где только ты его раздобыл? Но ничего. Завтра я буду сильнее.
«Я тверд, как панцирь черепахи» – не останавливаясь, твердил Иван.
– Я приду завтрашней ночью. Посмотрим, насколько хватит твоего оберега. А теперь – спи! – Елизавета дунула на свою ладонь, с которой взлетело облачко пыли.
Пыль просочилась сквозь кокон света, заполнив его, и Иван, вдохнув несколько пылинок, послушно провалился в сон.
Да так качественно, что не услышал будильника.
Разбудил его звук открывающейся двери и недовольное бурчание:
– Понаставили тут столов.
Рида протиснулась в комнату. Иван как ошалелый вскочил с кровати, мгновенно вспомнив свой кошмар. Да уж, неприятный был сон. Молодцов не удержался от придирчивого взгляда на стенку справа – та, конечно же, была цела. Приснится же такое! Жуть!
– С добрым утром! – поприветствовал он Риду, натягивая брюки, – как прошел осмотр награды?
– Я довольна, – прошамкала ведьма, – сейчас пойдем обговаривать условия сделки, потом, если договоримся, за реквизитом.
– Реквизитом? – переспросил Иван, путаясь в рукавах рубашки.
– Аха. Если я правильно пронюхала про их планы, то мне понадобиться кое-какая утварь.
Только теперь, присмотревшись к ведьме, Иван заметил, что у той по-прежнему шесть глаз, огромный нос и три уха на голове. А вот второй нос-разведчик сидел теперь на плече Риды вроде попугая.
– Еще мне нужны новые очки, прежние я разбила. А как ты сам сказал, аксессуары – это все. В твоем случае так вообще вопрос жизни и смерти, – добавила ведьма вскользь, зачем-то подойдя к той самой стене и положив на нее ладонь, – полынь. Не люблю полынь. Разве что в абсенте.
У Ивана закружилась голова, и на секунду показалось, что нарисованные на обоях цветы шарахнулись от руки ведьмы.
– Знаешь, мне сегодня такой странный сон приснился, просто удивительно, – сорвалось с языка прежде, чем Иван успел его прикусить.
– А чего удивительного? Дурак спит, дурные сны видит, – отрезала Рида, – ну так что, ты готов сопровождать меня на переговоры?
Переговоры проходили в столовой за завтраком. Присутствовали только Рида с Иваном и Мохровы. Даже прислуги не было.
Оно и понятно. Рида соблаговолила стать видимой, и первые десять минут Сергей Васильевич молча смотрел на нее, не отводя глаз. Елизавета отреагировала спокойнее, хотя и побледнела еще больше.
За это время Рида с аппетитом умяла омлет и все тосты, принесенные на четверых, а затем, пододвинув к себе поближе кофейник, графин с апельсиновым соком и вазочку с круассанами, начала переговоры:
– Ну и чего вы хотите за рояль? Я так понимаю, вам нужен Великий Уравнитель?
Про Великий Уравнитель Иван слышал впервые. Что еще за штука такая?
Мохов с трудом, но все-таки взял себя в руки.
– Верно. Нам требуется психогог, который сумеет привести Великого У.
– Без проблем. Сюда вести? – Рида наклонила кофейник и отхлебнула из носика.
– Да. У нас тут имеется один артефакт, действие которого необходимо временно ограничить, – вступила в разговор Елизавета.
– Чую, чую, – Рида повела большим носом, и Иван отметил, что носа-разведчика при ней нет.
Опять что-то вынюхивает?
– Врата могу открыть за дополнительную плату, – предложила болотная ведьма.
– Нет, это я сама, – голос Елизаветы был елейным, но по тому, как расплылась в ответной улыбке Рида, Иван понял, что сейчас прозвучал какой-то вызов.
– Ну-ну, ну-ну. Да и невинного могу нейтрализовать за двойную дополнительную плату. И даже без Великого Уравнителя, – снова предложила Рида, – принесете свою жертву безо всяких хлопот.
На несколько секунд над столом повисла напряженная тишина, прерываемая только причмокивающим звуком, с которым Рида выпила из графина сок с мякотью.
– Мы нисколько не сомневаемся в вашей высочайшей квалификации, но, боюсь, нам хватит средств исключительно на оплату услуг психогога. Полный сервисный комплект нам не по карману, – твердо произнес Мохров.
Рида задумчиво посмотрела на него всеми глазами, а затем открыла кофейник.
– Ну и где кофейная гуща? – недовольно поинтересовалась она.
– У нас кофе-машина, – извиняющимся тоном объяснила Елизавета.
Рида неодобрительно покачала головой.
– Дело ваше. Но я вам и без всякого гадания скажу – жадность фраера сгубила. И вас сгубит. Не стоит надеяться, что дилетант справится с работой профессионала.
Елизавета вспыхнула, как майский закат.
– Я все же попробую, – процедила она сквозь зубы.
Рида довольно улыбалась. Похоже, ей удалось сказать девушке какую-то гадость, и теперь она сияла от удовольствия.
– Когда мы можем рассчитывать на проведение ритуала? – спросил Сергей Васильевич.
– Завтра вечером, а сегодня мне нужно кое-что подготовить, – Рида деловито доела последний круассан и встала из-за стола.
– Вертолет к вашим услугам, пилот будет готов через полчаса. Нам бы хотелось приступить к ритуалу как можно скорее, – сказал Мохров.
Ведьма не удостоила его ответом. Она молча выплыла из столовой, и Иван, среагировав на указующий перст шефа, кинулся следом.
Рида направлялась прямиком к вертолетной площадке.
– Пилот сейчас будет, – бодро сообщил Иван, догнав ее.
– Зачем он нам? – поморщилась Рида.
– Ну как же, мы-то летать не умеем, – опешил Молодцов, и тут же вспомнил, что этот вопрос они уже обсуждали.
– Управлять ступой и управлять вертолетом – это ведь разные вещи? – с надеждой спросил он.
– Ой, ну расскажи-ка мне, в чем такая уж разница. Залезай, – Рида категорично кивнула на пассажирское сидение вертолета.
Иван обреченно повиновался. Ведьма запрыгнула следом.
– Поехали! – выкрикнула она.
До этого момента Молодцов искренне считал, что не знает ни одной молитвы, но тут слова сами вспомнились. Вертолет взмыл вертикально вверх, а потом с бешеной скоростью понесся в сторону Москвы.
При этом Риду совершенно не напрягало, что она продолжала сидеть на пассажирском сидении.
– Первым делом заедем в салон оптики, мне нужны новые очки, перекусим, затем разделимся – ты в ювелирный салон, а я в магазин «Все для дачи», мне надо заказать вилы, купить лопату и каску, да еще организовать транспортировку рояля.
Иван, спохватившись, достал свой органайзер и принялся записывать.
– А Сергей Васильевич выделил какие-нибудь средства на накладные расходы? – поинтересовался он.
– Че? – ведьма глянула на него таким выразительным взглядом, что обсуждать вопрос дальше расхотелось.
– Ладно, это я потом выясню, – примирительно сказал он, – значит, сначала оптику?
– Да, я уже выбрала чудные очки с цветочками. Люблю цветочки, они подчеркивают женственность, - категорично заявила Рида.
– Тебе пойдет. Будут немного смягчать твой активный образ, – согласился Иван.
Он нашел на карте требуемую точку и назвал Риде адрес.
– Знаю, где это. Долетим за полчаса.
Ведьма откинулась на спинку кресла и прикрыла пять из шести своих глаз.
– Посплю немного. А то всю ночь развлекалась, в моем возрасте это уже тяжеловато.
– А мне вот сон дурной всю ночь снился, – вздохнул Иван, снова вспомнив про кошмар.
Рида захрапела.
ГЛАВА 5.
– Феерично, – с трудом подобрал Иван подходящее слово, – просто неподражаемо.
Ведьма, красуясь в новых очках, улыбнулась до ушей. Причем до всех трех одновременно. Иван заставил себя улыбнуться в ответ. Очки в пол-лица были щедро декорированы разноцветными цветами, стразами, золотыми финтифлюшками и жемчугом. Иван никогда не подозревал, что у модного бренда «такое» есть.
– Красотища, да? Всю жизнь о таких мечтала, – Рида с сожалением сняла очки, – пусть мне их упакуют в коробочку.
Иван взял очки и подошел к любезно ожидающей его продавщице, одновременно доставая свою кредитную карту. Не требовать же у Риды самостоятельно оплатить покупку. Это как-то не по-мужски.
– Я возьму эти, – сказал он, вызвав на лице девушки улыбку, сопоставимую с тем, что только что изображала Рида.
– Прекрасный выбор, эксклюзивная модель, только для особенных женщин, вашей даме непременно понравится, – щебетала продавщица.
Такой энтузиазм навел Ивана на определенные подозрения, которые тут же подтвердились.
– Шестьсот восемнадцать тысяч, – озвучила цену любезная продавщица.
Иван сглотнул. В этом месяце подобные покупки не входилив его планы.
– Это эксклюзивная модель, – еще раз повторила девушка, правильно поняв эмоции Молодцова.
Иван оглянулся. Рида сидела на белом кожаном диванчике, все так же счастливо улыбаясь.
– Мне еще нужна коробочка, – вздохнул Иван.
– Конечно! – просияла девушка.
Перекусывать, как и в прошлый раз, отправились в ресторан быстрого питания. Ивана слегка напрягало, что они летают по городу на вертолете, пакуясь на крышах ближайших домов, но пока никто не предъявлял претензий.
Рида поедала очередной бургер и красовалась в своих новых очках.
«Шестьсот восемнадцать тысяч! Три зарплаты!» – сокрушался Иван.
«Хотя, конечно, не в деньгах счастье. Счастье – это самому выбирать, на что их тратить», – подобрал он подходящее к ситуации высказывание из любимой книги по личностному росту, и на душе посветлело.
– Это эксклюзивная модель, только для уникальных женщин, – сказал он Риде, – таких как ты – уверенных в себе, сильных и свободных. А цветы действительно делают твой образ мягче.
Нос ведьмы немного съехал вниз, потянув за собой очки. Верхние глаза Риды, выглянувшие поверх оправы, казались удивленными.
– Че? – спросила она.
– Я говорю – тебе очень идет.
Рида некоторое время жевала молча, а потом тяжело вздохнула.
– Слушай сюда внимательно, юродивый, потому что я сейчас нарушаю все свои принципы.
Иван не понял, к чему было такое драматическое вступление, но на всякий случай усиленно закивал.
– Есть одна история, которая уже случалась, и вот-вот повторится, – зловещим шепотом начала Рида, остановившись только для того, чтобы бросить в рот картошку. – Так вот, история не новая, да к тому же уже записанная на бумагу. То есть, стала сказкой. И ты, по воле случая, угодил в главные герои этой страшной сказочки.
Иван ничего не понимал, поэтому доброжелательно улыбался.
– История эта на моей памяти ни разу ничем хорошим для участников не заканчивалась. Нет причин для оптимизма и в этот раз. Но так как сказка известная, а я тебе подыгрываю, шансы у тебя есть, – Рида принялась за второй бургер.
– То есть, ты думаешь, что я попал в сказку? – осторожно спросил Иван.
– Нет, недотепа! Ты не попал в сказку, ты влип в историю с плохим концом. Лучше бы тебе очень быстро вспомнить, что это за история, а то времени осталось всего ничего. Все, больше я тебе об этом ничего сказать не могу.
– Знаешь, я ничего не понял, – честно признался Иван, – я, конечно, заметил, что вокруг творится какая-то чертовщина…
– Что, правда, заметил? – ехидно поинтересовалась Рида.
– Ну, я же не дурак!
Ведьма подавилась кофе.
– Я понимаю, что ты – существо сверхъестественное, и что наняли тебя для какого-то сложного ритуала, - принялся перечислять известные ему факты Иван.
– Ничего сложного. Есть в славянских верованиях такое, как ты выразился «сверхъестественное существо» – Великий Уравнитель. Он обладает уникальной способностью, в его присутствии все обереги, талисманы и прочие артефакты теряют свою силу. Когда Великий Уравнитель рядом, рассчитывать можно только на свои собственные способности, ну или веру, кому уж что ближе, – охотно объяснила Рида.
– Так вот почему его так прозвали – Уравнитель! – вставил Иван.
– Нет, конечно! Его способность гасить артефакты тут совершенно ни при чем! Великий Уравнитель – это про другое! – строго проговорила ведьма.
Иван снова совершенно потерял логическую нить в словах Риды, а ведь только показалось, будто что-то начинает проясняться!
– Но вот Великий Уравнитель всегда центр и конец истории, в которую ты попал, – многозначительно добавила ведьма, – так что вспоминай историю про него.
– Значит, в истории есть Великий Уравнитель, я, ты и Мохровы, – подвел итог Иван.
– Лучше считай, что меня в истории нет. Я-то как раз тут случайно, только потому, что Елизавета – ведьма неопытная, ей не под силу самостоятельно призвать в ваш мир Уравнителя.
– Так Елизавета все-таки ведьма? – расстроился Иван.
– Да, хотя и слабенькая. Только слух у нее и есть, остальное – пшик. Ей, чтобы войти в силу, нужно убить невинного. Обычно невинный – это чистый душой человек, не делавший в жизни зла и даже не желавший зла. В Москве сейчас таких по пальцам сосчитать можно. Их даже меньше, чем совершеннолетних девственниц. Ты хоть представляешь себе, как в наше время трудно отыскать девственницу старше восемнадцати лет? Вообще дефицит, а для многих ритуалов требуется, – рассказывала Рида, оживленно жестикулируя пирожком, – так вот, невинных москвичей – и того меньше. В общем, Елизавета с трудом нашла одного дурня, но тот защищен оберегом.
– Знаешь, мне сегодня странный сон про Елизавету снился. И про мой оберег тоже, – вспомнил Иван.
Рида почему-то оскалилась и проигнорировала слова Молодцова.
– Если коротко, то самостоятельно Елизавета убить этого невинного не может, хотя уже несколько раз пыталась на прошлой неделе, да и сегодня ночью тоже. Ей нужно дезактивировать его защиту, для этого она решила призвать Великого Уравнителя. Я это называю тушить пожар бензином.
– А я-то тут при чем? – воскликнул Иван, совершенно запутавшись в потоке вылившейся на него информации.
– Вспоминай историю, пока не поздно, – посоветовала Рида, – сказка-то известная. Классика, можно сказать.
– Про Великого Уравнителя я вообще впервые в жизни слышу. И про двух ведьм тоже.
– Да одна там ведьма! Говорю же, меня сюда случайно занесло! Я вообще из другой сказки! Ладно, хватит сидеть, пошли за вилами. Они мне понадобятся, когда я приведу Великого Уравнителя, там кое-что поднять нужно будет, – Рида многозначительно посмотрела на Ивана и раздраженно спросила: – Ну, поднять. Ты вообще много сказок про «поднять» знаешь?
– Да вообще ни одной!
Ивану и вправду ничего не приходило в голову.
– Жертва ЕГЭ! – презрительно бросила ведьма. – Я сделала все, что смогла. Дальше думай сам.
– А почему я иду за вилами в ювелирный? – запоздало поинтересовался Иван, когда вертолет высадил его неподалеку от выбранного Ридой салона.
– Потому что вилы должны быть червонного золота, 999 пробы. Так и объясни. И обязательно скажи, что заказ срочный, я должна получить вилы к завтрашнему вечеру.
– А лопата? – спросил совершенно сбитый с толку Иван.
– Лопата, как и каска, могут быть обычными, поэтому я куплю их в магазине «Все для дачи». Плюс меня там давно интересует декоративный чертополох, так что я после шопинга заскочу домой. Увидимся вечером в имении Мохровых. И не вздумай сорвать мне заказ! – последнее наставление Рида выкрикнула уже с высоты полета очень храбрых птиц – ее вертолет стремительно взмыл ввысь.
«Ладно, любая задача – это возможность для роста над собой, – сказал себе Иван, шагая к салону, – иногда выйти из зоны комфорта бывает очень полезно. Может, золотые вилы и не самый обычный предмет, но сделать их наверняка нетрудно».
Девушка, выслушавшая пожелания Ивана так не считала.
– Вы имеете в виду золотое украшение в виде вил – кулон или, может, серьги? – вежливо уточнила она.
– Нет. Мне нужны обычные вилы из золота, – Иван развел руки, показывая, какого размера, по его мнению, они должны быть, – и забрать их мне необходимо завтра.
Милая девушка посмотрела на Молодцова как на идиота.
– Боюсь, мы не сможем взять такой заказ. На работу с каждым изделием мастеру требуется от семи до четырнадцати дней. Сначала делается эскиз…
– Да какой эскиз? Что тут рисовать? Это просто обычные вилы! Из золота 999 пробы, – возразил Иван.
Глаза девушки стали совсем круглыми.
– А вот это вообще невозможно, – твердо заявила она, – золото этой пробы очень мягкое, из него почти ничего не делают. Изделие будет просто мяться!
– Изделие такой массы, пожалуй, нет, – раздался старческий голос.
Иван обернулся и увидел благообразного старичка с абсолютно седой шевелюрой, удивительно тонкими длинными пальцами и цепким, совершенно не старческим взглядом.
– Федор Элаич? – по тому, как изменился тон девушки, Иван понял, что появившийся в зале старик – начальство.
«Лицо, принимающее решение, – сразу идентифицировал его по бизнес-классификатору Молодцов, – надо с ним работать».
Но девушка опередила Ивана.
– Молодой человек хочет заказать вилы из золота 999 пробы в натуральную величину, да еще и к завтрашнему вечеру. Я объяснила ему, что это невозможно, – затараторила она, – никто не возьмется за такую работу!
– Когда я был чуть помоложе тебя, мой учитель выполнил такой заказ, – с каким-то странным выражением лица поведал Федор Элаич.
– Правда? – хором удивились девушка и Иван.
– Чистая правда. Выполнить такой заказ можно, и я так понимаю, это всегда срочно, – задумчиво произнес старик.
– Да, и я о сроках! Нам ведь еще нужно будет приобрести нужное количество золота. Мы столько не храним! – девушка вдруг осеклась.
– Вот именно столько и храним, – вздохнул Федр Элаич.
– Как удачно, что у вас как раз есть необходимый материал! – обрадовался Иван.
– Это, молодой человек, не удача. Это, как я теперь понимаю, традиция, – снова вздохнул ювелир.
Старик потер свой гладко выбритый подбородок, словно прикидывая что-то в уме.
– Каждому настоящему мастеру раз в жизни выпадает такой заказ, вот и мой черед настал, – пробормотал он, а затем повернулся к Ивану.
– За работу я с вас денег, как в таких случаях водится, не возьму. Оплатите только золото. Приносите завтра деньги и можете забирать ваши вилы.
Иван рассыпался в благодарностях, но Федр Элаич, казалось, хотел как можно скорее от него избавиться. Он буквально выпихал молодого человека из салона, предварительно всунув ему в руку какой-то клочок бумаги на котором наспех что-то чиркнул.
«Надо же, как все легко получилось, – подумал Иван, – а я-то боялся, что с этими золотыми вилами придется побегать. Вот что значит – мыслить позитивно».
Молодцов по всем правилам позитивного мышления похвалил себя за отлично проделанную работу и только после этого взглянул на клочок бумаги в своей руке.
Настроение сразу испортилось. Позитивный настрой пропал. Абсолютно.
На небольшом листке директор ювелирного салона «Золотое руно» Голдман Ф.Э. подтверждал, что принял срочный заказ на изготовление изделия «вилы», материал – золото 999 пробы (3 кг), осина (0,5 кг), общая стоимость заказа 7 465 000 (семь миллионов четыреста шестьдесят пять тысяч) рублей.
«Как это семь с половиной миллионов?» – опешил Иван.
Таких денег у него не было.
Молодцов, конечно, являлся гордым владельцем московской недвижимости, да еще и автовладельцем, но сбережения никогда не были его коньком. Вот так что бы вынь да положь заявленную сумму – это просто нереально.
Да у него уже после покупки очков для Риды карта наверняка ушла в овердрафт.
«Нет, не могут же Рида с Мохровым рассчитывать, что я сам выкуплю эти вилы? Конечно, не могут. Сергей Васильевич наверняка все оплатит, для него-то это мелочь», – убеждал себя Иван, но в душе шевелились нехорошие предчувствия.
Не помог даже тренажерный зал, куда Иван, пропустивший уже, страшно сказать, два занятия, заскочил на пару часов.
Дома, бреясь и подбирая новый костюм, Молодцов поймал себя на том, что прикидывает, сколько можно выручить с продажи машины и оформят ли ему такой кредит под залог жилплощади. Мысли становились все мрачнее.
Так как на этот раз вертолет за ним не прилетел, до особняка Мохровых Иван доехал на такси. Неблизкая дорога и болтовня таксиста вымотали его настолько, что к концу поездки он готов был согласиться с Ридой, уверенной, что метро – лучшее изобретение человечества.
Пустующая вертолетная площадка подтвердила опасения Ивана. Несмотря на поздний час, Рида еще не вернулась. Как бы странно это ни звучало, но в присутствии многоглазой болотной ведьмы, питающей слабость к трюкам из программ про животных, он чувствовал себя лучше.
На этот раз никто из хозяев не снизошел до того, чтобы хотя бы поприветствовать гостя, и Иван, послонявшись немного по поместью и перекинувшись парой фраз с немногословной угрюмой прислугой, с тяжелым сердцем побрел в безлюдное правое крыло дома.
«Не удивительно, что никто не хочет жить в этой части имения. Тут же атмосфера – как на кладбище», – размышлял он по дороге.
Ноги просто отказывались идти к гостевой комнате и Иван, сам не поняв как, свернул в библиотеку.
«Может, поискать тут сказку, в которую я, по словам Риды, угодил? – подумал он. – Что-то про Великого Уравнителя, ведьму и вилы. Фантастический набор».
Молодой человек с тоской оглядел бесконечные книжные полки.
«Славянские мифы? Русские сказки? Что-то очень известное? Нет, я точно не читал этого. Ведьмы да, были во многих сказках, вилы тоже мелькали. Но Великий Уравнитель? Такое я бы запомнил», – рассуждал Иван, скользя пальцами по корешкам книг.
Пушкин, Лермонтов… тома, тома, тома…
Внезапно палец Ивана провалился в дырку между книгами. Одной не хватало. Полку занимали произведения Гоголя.
«Н.В.», – вспомнил Иван, скосив глаз на ближайший корешок книги.
Молодцов огляделся и только теперь заметил, что он в библиотеке не один.
На большом столе, уткнувшись в раскрытую книгу, сидел нос. Он уже успел раздобыть себе кое-какую одежду. Присмотревшись, Иван понял, что на носе (или на носу?) была шинель.
«Это ведь просто сюрреализм какой-то. Ведь кому это вообще придет в голову – живой самостоятельный нос? – устало подумал Иван. – Нос в шинели. Это как у этого, у Гоголя. Или у Горького?».
Нос хмыкнул так, что эхо прокатилось по всей библиотеке.
«У Гоголя. Точно у Гоголя, – решил Молодцов, – там нос тоже бегал. Я словно в этот бред попал».
И тут в голове у Ивана что-то щелкнуло.
«Гоголь и про ведьм писал! «Вечера на хуторе»!
Сюжет произведений Молодцов помнил смутно, поэтому он принялся открывать подряд все тома собрания сочинений в поисках нужной книги. Очень скоро он сообразил, что ему нужна именно та книга, которую решил почитать нос.
Пока Иван мучительно раздумывал, вежливо ли будет обратиться к такому необычному собеседнику «Уважаемый нос!» – нос исчез. Словно и не было его в библиотеке. Словно и не сидел он за книгой в серой шинели.
Чертовщина.
Иван осторожно подошел к столу и заглянул в книгу. «Вечера на хуторе близ Диканьки» оказались именно в этом томе.
Молодцов буквально проглотил текст.
«Ну, как-то не очень похоже», – разочарованно подумал он, – какие-то мешки, сапоги, грамоты, утопленницы, черт, заколдованные места, но при этом ни одного упоминания об Уравнителе! И зачем было столько писать? Разбирайся теперь, в какую именно историю угодил!»
Иван промаялся несколько часов, но понятнее ситуация не стала. Пришлось идти в свою комнату ни с чем.
При этом нервы у молодого человека расшатались настолько, что несколько метров до двери своей комнаты он пробежал с закрытыми глазами, чтобы не видеть «склеп» Елизаветы. В голову лезли красные свитки, проклятые места и колдуны.
«Вот ведь начитался всякой жути на ночь глядя», – с запозданием укорил себя Иван, закрывая дверь.
«И так всю прошлую ночь кошмары снились. Или это был не сон? Ведь Елизавета – точно ведьма, вот и Рида подтвердила».
Нехорошее ощущение, преследовавшее Ивана накануне, вернулось сразу, стоило только переступить порог комнаты. Иван поежился от одной мысли о том, что ему предстоит провести еще одну ночь в этом месте. Он снова передвинул кровать от стены к окну, хотя и помнил, что это не поможет.
Проворочавшись без сна с час, Молодцов решил прибегнуть к более действенным мерам. В конце - концов, он ведь любимое дитя Вселенной. Нельзя ни на секунду сомневаться в этом. Так утверждали авторы книг по личностному росту, а им можно верить. Главное – ежедневные аффирмации, осознанность и позитивное мышление.
«Я нахожусь в гармонии с миром. В моем гармоничном мире нет места ведьмам», –уверенно произнес он вслух.
Помогло, прямо скажем, не очень.
Стена с цветочками, казалось, насмешливо ухмылялась. Или это тени?
И тут Ивана осенила еще одна блестящая идея. Не отдавая себе до конца отчета в своих действиях, он достал с рабочего стола маркер и прямо на обоях вывел: «Я нахожусь в гармонии с миром», а перед кроватью – «В моем гармоничном мире нет места ведьмам».
Это была явная и неприкрытая порча чужого имущества, но, тем не менее, стало легче. Страх немного отпустил.
За следующие десять минут Иван исписал весь пол аффирмациями и позитивными утверждениями.
А через двенадцать минут молодой человек уже спокойно спал.
Через двадцать две минуты он проснулся.
Это снова началось. Полынь на стене шевелилась, а вот Иван опять не мог. Надпись на обоях пошла волнами, и вскоре просто повисла в воздухе, а стена, как и в прошлую ночь, начала плавиться, открывая соседнюю комнату с ее кошмарной обитательницей.
Елизавета, хотя Иван и понимал, что о дамах так говорить и даже думать не следует, выглядела еще хуже, чем накануне. Ее красные глаза вылезли из орбит, а вены на синеватой коже вздулись.
И вот что удивительно – светящиеся буквы аффирмаций сработали словно ограда. Напоровшись на них, ведьма взвизгнула от боли.
«Хоть бы она осталась в своей комнате!», - с надеждой подумал Иван, но Елизавета не сдалась.
Шипя, как змея, ведьма с трудом, но все-таки перебралась через висящую в воздухе надпись про гармонию с миром.
Остальные аффирмации ей, видимо, тоже пришлись не по душе.
– Ах ты, гаденыш! – возмутилась она.
Иван и сам понимал, что портить чужые обои и пол маркером – дурной тон, но почему-то не чувствовал особого раскаяния. Он сконцентрировался на том, чтобы читать про себя надписи. Это хоть немного, но отвлекало от творящегося вокруг ужаса.
Елизавета что-то злобно выкрикнула, и буквы задымились. Иван почувствовал запах гари и почему-то серы. Одна из букв на полу надулась и взорвалась, словно пузырь. Несколько красных капель попало на правую руку мужчины, он ощутил резкую боль.
«Нет, это точно не сон! Во сне не может быть так больно! – в панике подумал Иван. – Что же это за сказка такая?!»
И остальные надписи тем временем начали пузыриться и лопаться. Иван ухватился взглядом за ближайшую из них
«Ведьмам вход в мою жизнь воспрещен! – прокричал он про себя, так как вслух этого сделать не удалось из-за онемевшего языка. – Я всегда в полной безопасности!»
Фраза, которую он прочел, вдруг тоже лопнула, обдав Елизавету фонтаном белых капель света. Ведьма закричала, и Иван чуть не потерял сознание, увидев ее длинный черный язык.
А брызги от лопнувших слов прожигали ведьму, оставляя глубокие шипящие борозды. Иван хотел извиниться, но по-прежнему не мог произнести вслух ни слова.
Елизавета метнула на него полный ненависти взгляд.
– Придумал пользоваться заклинаниями? Думаешь, это тебя спасет?
Ее длинные, трупного цвета руки потянулись к Ивану.
«Я под защитой Вселенной! В моей жизни происходят только позитивные события!» – в панике читал оставшиеся аффирмации Иван.
Свет прожигал руки Елизаветы до костей, но крови почему-то не было, только кожа, съеживавшаяся как бумага и сероватое мясо. В комнате стоял удушливый запах горелой плоти.
Как и в предыдущую ночь, острые ногти ведьмы замерли в нескольких сантиметрах от горла Ивана. Его амулет с черепахой, орлом, тигром и лягушкой отчаянно завибрировал.
«Я – любимое дитя Вселенной. Я – магнит для удачи и счастья, – из последних сил подумал Иван, – я тверд, как панцирь черепахи!»
– Завтра. Завтра Великий Уравнитель превратит твои обереги и заклинания в пустышки. И тогда останемся только ты и я, – пообещала Елизавета, – и ты умрешь.
Ведьма наклонилась к нему близко-близко и лизнула его губы черным длиннющим языком.
Ивану очень захотелось проснуться. Или хотя бы зажмурится. Он вложил в это усилие всю свою волю, и у него получилось – глаза закрылись.
Ведьма расхохоталась.
– До завтра, красавчик. Спи, раз уж тебе так хочется.
Опять с ладони ведьмы взлетело облачко пыли, и Иван, как и в прошлый раз, уснул.
– Завтракать пора! – разбудил его громогласный голос Риды.
Наступил новый день. Просыпаться Ивану не хотелось. Жить тоже не очень. Болела голова, а в носу стоял жуткий запах паленого мяса.
Иван с трудом приоткрыл глаза.
– У тебя перестановка? Стол, вроде, вчера подпирал дверь, – осведомилась болотная ведьма, как и накануне проведя рукой по правой стене комнаты.
Иван что-то невнятно промычал. Рида присела и провела пальцами по полу.
– Ты тут что, заклинания писал? – удивленно спросила она.
– Аффирмации, – Иван, наконец, нашел в себе силы вылезти из-под одеяла и одеться.
Застегивая часы, мужчина с удивлением обнаружил на руке несколько свежих ожогов. Совсем как те, что должны были остаться от взрывающихся пузырей. Но как сон оставил на его руке шрамы?
– Вот это неплохое заклинание. А вот это – полная дрянь, – Рида ползала по полу, изучая написанные Иваном фразы, которые, как ни странно, полностью пропали.
Читать их ведьме этот факт нисколько не мешал.
– Рида, мне кажется, Елизавета действительно пытается меня убить, – тихо сказал Иван.
– Само собой, – с готовностью отозвалась болотная ведьма, – и завтра ночью убьет, еще до первых петухов.
– Петухов? – Иван впервые за все утро внимательно взглянул на Риду и вообще забыл, о чем спрашивал.
Даже головная боль с перепугу прошла. Такое ведь, слава богу, не каждый день увидишь.
На ведьме были ее новые очки с цветочками и бусинками и строительная каска с фонарем, надетая поверх рогатой короны. Босые ноги и синее платье были перепачканы грязью, словно ведьма работала в саду или что-то копала.
– Есть пойдешь? – осведомилась она, как ни в чем не бывало. – Я умираю от голода.
Вновь собраться с разбежавшимися мыслями Ивану удалось, только когда они оказались за столом. Этим утром хозяева к ним не присоединились, и это было очень кстати.
– Знаешь, я думаю, что попал в какое-то произведение Гоголя, – поделился своими соображениями Молодцов.
– Ну не то чтоб прям попал в произведение, просто Николай Васильевич когда-то описал одну из таких историй. Они же все время повторяются, – объяснила ведьма.
– Правда?
– Дурочки, желающие воспользоваться силой Великого Уравнителя, никогда не переведутся. Молодость глупа, что поделать, – Рида рассмеялась, хотя Иван и не понял, что ее так развеселило.
– Она убьет меня? – уныло спросил Молодцов.
Шрамы на руке болели, и разум, упорно отказывавшийся верить в реальность происходящего, вынужден был умолкнуть. Все это действительно происходило наяву.
– Если очень поторопится. Уравнитель ждать не будет. Он всегда забирает плату за свои услуги до рассвета, не любит солнца, – туманно ответила ведьма, – ты, кстати, заказал мне вилы? Я руками Уравнителя трогать не собираюсь.
Последний вопрос заставил Ивана напрячься.
– Знаешь, с вилами возникла проблема. Ты случайно не в курсе, кто их оплатит? – осторожно спросил он.
– Ты, конечно, – простодушно ответила Рида.
– Но я думал, Мохров возьмет это на себя, – промямлил Иван.
– Это еще с какой стати? Мохров – заказчик, а мой ассистент – ты. Добыть мне инвентарь – твоя обязанность. И, хочу еще раз напомнить, если сорвешь мне сделку – умрешь.
– Понимаешь, так вышло, что стоимость твоих вил слишком высокая… – закончить фразу Молодцов не успел.
А то, что произошло дальше, он запомнил только в очень общих чертах.
Вся столовая мгновенно погрузилась в какую-то непроглядную, зыбкую, дышащую и живую тьму.
Эта тьма заполнила все сознание Ивана, и он понял, что остался один. Совершенно и безнадежно. Что рядом никого нет, и больше никогда не будет. Что время закончилось, и всякая надежда умерла. Что даже смерть сюда никогда не доберется.
– Я тебе что – девочка с потертым гримуаром? Ты думаешь своей пустой башкой, с кем имеешь дело? – заговорила тьма голосом Риды. – Мне нужны эти вилы. И нет такой цены, которая была бы для этого слишком высока.
Тьма каким-то образом стала еще плотнее, и Иван почувствовал, что его вроде как уже и нет. Он почти исчез, растворился в этом ужасе, не знающем света.
– Так ты меня понял? – спросила Рида, судя по звуку, отхлебнув кофе.
Иван сумел только кивнуть, но это, похоже, вполне удовлетворило болотную ведьму.
– Ну вот и молодец, ассистент. Давай доедай свою овсянку и дуй за вилами. И не думай, что я свалила на тебя всю самую сложную работу. Мне, между прочим, еще сорок километров копать!
Мрак рассеялся, но не полностью, видимо, для того, чтобы Иван не потерял задор и мотивацию. Когда Молодцов снова обрел способность видеть, ведьмы за столом уже не было.
Иван очень ясно понял, что ему, во что бы то ни стало необходимо выкупить вилы.
И он развил бурную деятельность. Никогда за всю свою жизнь ему не удавалось в один день проявить столько активности и продемонстрировать такую результативность. К тому же он выяснил, что продать квартиру за день можно – стоит только скинуть пятьдесят процентов от стоимости. С машиной вышло и того проще, без проблем взяли со скидкой в двадцать пять процентов.
В салон Федора Элаича Молодцов вбежал за несколько минут до закрытия, но, несмотря на это, хозяин лично ждал его за прилавком.
Золотые вилы были готовы.
ГЛАВА 6.
После всех метаний, стоя с вилами у ворот особняка Мохровых, Иван осознал, что ухитрился обменять всю свою жизнь на садовый инвентарь, пусть и очень высокой пробы. В голове это не укладывалось, как, впрочем, и все события последних трех дней.
Странное поле чертополоха в метро, гибель черно-белого мага, Рида с ее фокусами, кровожадная ведьма Елизавета, какой-то Великий Уравнитель.
До дома Иван не дошел, дорогу ему перебежал нос в шинели.
«Интересно, когда нос перебегает дорогу – это хорошая примета или плохая? – подумал Молодцов, и сам же себе ответил: – Когда нос перебегает дорогу – это диагноз».
Но нос явно бежал по делам, и Иван вдруг неожиданно для себя решил сунуть нос в дела носа. Интересно же, куда тот помчался таким галопом.
Иван поспешил следом, за угол особняка, по дорожке в сад, еще раз за угол, вдоль дома. И очутился перед окнами своей комнаты.
Первое, что бросилось в глаза – огромный земляной вал, которого еще утром и в помине не было. Второе – яма прямо под окном злополучной комнаты, уходящая куда-то глубоко-глубоко вниз.
«Это еще что такое?» – удивленно подумал Иван.
– План отхода, – любезно сообщила ему Рида, появившаяся неизвестно откуда.
На ней по-прежнему были очки и каска. Фонарь на каске горел, слепя глаза.
– Когда Вий потребует свою награду, нужно быть как можно дальше от этого места. Я, конечно, выживу и в столкновении с Уравнителем, но оно того не стоит. От таких стрессов морщины появляются. Да и Вия понять можно. В конце концов, он же не обязан работать за бесплатно, как все почему-то рассчитывают, – резюмировала ведьма.
– Вий? – удивился Иван. – А он то тут при чем? Ты же говорила, что главного плохого парня зовут Великий Уравнитель!
– Ну да. Великий Уравнитель. Но, видишь ли, славяне любят все упрощать. Слова типа Лланвайрпуллгуингиллгогерихуирндробуллллантисилиогогогох в местном фольклоре не приживаются. Длинные имена попросту сокращают.
– Вий? – переспросил ошарашенный Молодцов. – Это тот, у которого веки?
– Еще какие веки! А ты думал, зачем мне вилы? В общем, скоро сам все увидишь. Елизавета откроет портал, потребует привести Вия, я быстро за ним сбегаю, после этого награда моя, и всем пока. Это мои вилы?
Иван кивнул. Он все еще пытался собраться с вновь разбегающимися мыслями. Вий отправил его способность мыслить в глубокий нокаут.
– Вилы на совесть сделали, с осиновой рукояткой – типа два в одном, – Рида одобрительно осмотрела инвентарь, – хорошо справился, хвалю. Даже жаль, что ты так скоро умрешь. Но тут ничего не поделать, Уравнитель уравняет всех. Любой, кто видел его глаза, умирает.
Мысли в голове Ивана собрались в кучку. Небольшую.
– Так Вий в итоге всех убьет? – спросил он.
– Да, я же уже говорила. Такова его такса за сеанс обезмагничивания территории. Это написано в его оферте, правда, мелким шрифтом. Но точно написано, я своими глазами видела. Не этими, конечно, у меня тогда другая коллекция глаз была, сейчас она уже не в моде. С Вийем тебе никак не совладать, он слишком силен, тут без шансов, – Рида налюбовалась вилами и разговор с Иваном ей, по всей видимости, наскучил, – ладно, не отвлекай меня, работы еще полно. Люблю, знаешь ли, путешествовать с комфортом. А то вчера ночью немного ударила этот чертов вертолет.
Ведьма закинула вилы на плечо, но вдруг кое-что вспомнила.
– Да, кстати, очки мои храни пока, мне в них под землей темно.
Протянув Ивану эксклюзивные очки и махнув рукой, болотная ведьма грациозно удалилась под землю.
Иван метнулся в библиотеку, попутно отметив, что в имени сегодня безлюдно. Видимо, хозяева отпустили всех, от прислуги до охраны.
Во всем особняке горели всего два окна в противоположных концах дома – справа, в комнате Елизаветы и в левом крыле, наверняка, в комнате Сергея Васильевича.
«Я здесь один, – понял Иван, – в смысле один я и куча монстров».
«Вий» нашелся в том же томе, который Молодцов читал накануне. Иван снова погрузился в чтение.
Вот теперь все сходилось. Мертвая панночка, призыв Вия, который сам никуда не ходит и нуждается в проводнике, ночные кошмары. Про то, что в конце они все умерли, и убил всех именно Вий, говорилось как-то не очень понятно, но Риде виднее. Она ведь не раз была очевидцем событий.
«Как же так? Должно же быть средство спастись от этого монстра. Да и от Елизаветы заодно», – в панике размышлял Иван.
Пальцы сами сжали медальон.
«В моей жизни все происходит по самому лучшему сценарию, – уверенно сказал он себе, – мне всегда сопутствует удача».
Внезапно с полки упала книга. Иван успел заметить, как любопытный нос шмыгнул за стеллаж.
«Что он там еще читал?» – подумал молодой человек.
Подойдя поближе, Молодцов обнаружил, что сброшенная носом книга лежит названием вверх. Название так поразило Ивана, что он просто остолбенел.
«Как же все просто! Какая гениальная мысль!»
Иван поплелся в свою комнату. События последнего дня так измотали его, что даже склеп уже не пугал. Подумаешь, ерунда какая. Вот он сегодня полдня просидел в риеторской фирме, вот это да – врата ада.
Иван уже по привычке отодвинул кровать от стены к окну и исписал всю комнату одной-единственной фразой-аффирмацией, подсмотренной в книге, так вовремя упавшей с полки. Чтобы не забыть. Фраза не очень тянула на аффирмацию, но звучала гениально и жизнеутверждающе.
«Все получится», – сказал себе Молодцов. У него был план. И поддержка Вселенной. И модные очки.
Ложиться спать Иван сегодня не собирался.
Полночь застала его сидящим на кровати спиной к окну, в костюме и даже при галстуке. И в очках эксклюзивного дизайна.
Иван Молодцов ждал. Он готовился к важнейшей битве в своей жизни.
Ровно в полночь полынь зашевелилась, а стена расплавилась, стирая границу между миром живых и мертвых.
Елизавета, сегодня почему-то в белом венке, уже привычно встала из гроба и плавно вплыла в комнату. Надписи осыпали ее фонтаном раскаленных брызг, но ведьма даже внимания не обратила на свою лопающуюся кожу.
– Думаешь, очки тебя защитят? – расхохоталась она, взглянув на Ивана. – Так и быть, я положу их на твою могилу.
Иван старался не обращать внимания на происходящее вокруг, он без остановки повторял про себя слова найденной сегодня аффирмации.
Световые брызги наполнили всю комнату, прожигая в теле Елизаветы бесчисленные бескровные борозды. Она, конечно, не была живой. Теперь Иван это понимал. Живое тело не выдержало бы такого.
Елизавета была покойницей. Жуткой мертвой ведьмой, тянущейся за его душой. Иван хватался за слова спасительной аффирмации, как за щит.
– Не поможет! Не поможет! Ничего тебе больше не поможет! – выкрикнула ведьма. Ее обгоревшие волосы повисли в воздухе, словно от электрического заряда и она не столько проговорила, сколько провыла: – Приведите ко мне Вия!
– Я не глухая. Незачем так орать, сейчас все будет, – проворчала Рида откуда-то из угла, и Иван понял, что вот оно – начинается.
И зажмурился, надеясь, что за очками Елизавете этого не видно.
Всю комнату, да что там комнату, наверняка все имение заполнила тишина. Именно заполнила, вытеснив все звуки.
И все же, было понятно, что что-то происходит.
Все вокруг погружалось во тьму, такую же зловещую и всеобъемлющую, как тогда в столовой. Иван, даже не открывая глаз, чувствовал этот кромешный мрак. Но тьма, призванная Ридой за завтраком, сильно отличалась от того, что Иван ощущал сейчас. Этобыла не ее сила, в комнате колдовал кто-то другой. Во мраке дышали, шевелились и стонали миллионы существ.
– Рида, девочка, подними мне веки! – услышал Иван грудной трубный голос.
– Вуаля! – отозвалась Рида.
Во тьме зажгись два светлых пятна. Даже сквозь эксклюзивные очки, даже с закрытым глазами, Иван чувствовал этот свет. Он манил, он притягивал. Все те, кто стонал в темноте, потянулись к нему.
Любопытство распирало Ивана.
«Может, хоть на секунду глянуть на это чудо? Хоть одним глазком?» – пронеслось у него в голове, но Молодцов не зря провел вчерашний вечер за чтением классики. Гоголь Н.В. на этот счет очень однозначно высказался.
«Не-не-не», – сказал себе Иван, еще крепче зажмуривая глаза и прокручивая в голове неформатную фразу-аффирмацию, подсмотренную в названии случайно выпавшей книге: «Бег – лучший способ сохранения здоровья».
– Пусть его оберег перестанет действовать! – послышался визг-вой Елизаветы.
– Посмотри на меня! – прогудел Вий.
«Пора», – сказал себе Иван.
Призвав на помощь все свои невыдающиеся актерские способности, он с душераздирающим стоном повалился на спину, в окно. Проклятая рама зацепилась за рукав, и Ивану, чтобы вывалиться наружу, пришлось изобразить конвульсии.
Но зато дальше все прошло гораздо лучше, чем Иван мог надеяться.
Вырытая Ридой яма оказалась значительно глубже, чем он предполагал, и Иван пролетел кубарем по земляному склону метров тридцать, очутившись в широком длинном тоннеле, что-то смутно напоминавшем.
В конце тоннеля, как водится, был свет. Обычный, электрический. И Иван рванул к нему. Бежать было не близко, но визг Елизаветы над головой придал прыти.
«Если выберусь, надо будет больше времени уделять кардио-тренировкам», – пообещал себе Молодцов, чувствуя, что дыхание сбилось.
Несмотря на солнечные очки, Иван задолго до финиша понял, к чему именно он бежит, но до конца отказывался верить своим глазам.
Да просто не могло такого быть.
Но было.
Перед мужчиной в свете нескольких прожекторов на рельсах, которые прямо тут и начинались, стоял вагон метро.
В вагоне стоял рояль.
– Ну, что замер? – услышал Иван голос слегка запыхавшийся Риды. – Валим отсюда! Быстро!
Ведьма стремительно неслась по тоннелю. Она уже избавилась от каски, и теперь у нее на голове снова красовалась рогатая корона. Вилы Рида воинственно сжимала в правой руке.
– Толкай! Я к рельсам электричество не успела подвести! – крикнула ведьма.
«Толкать? Вагон метро?»
У Ивана были большие сомнения, что у них получится. Но, тем не менее, он послушно уперся в вагон ладонями и чуть не полетел носом вперед, когда к нему присоединилась Рида.
Вагон обреченно скрипнул и сдвинулся, с каждым метром набирая все большую скорость.
– Запрыгивай, толку от тебя все равно нет, – проворчала Рида.
Совершив акробатический трюк, Иван впрыгнул в вагон. Ведьма запрыгнула чуть позже, разогнав их экзотический транспорт до немыслимой скорости.
– Ты прорыла ветку метро? – даже особо не удивляясь, спросил Иван.
– Аха.
– За один день?
– А что такого? Вы тоже копали бы быстрее, если бы вам не нужно было отмывать такие суммы денег, – поделилась своими соображениями Рида.
Иван не ответил. В голове было пусто.
– Отлично повеселились, да? Давно такого не было, – радостно рассмеялась Рида, – так, очки верни.
Не дожидаясь разрешения, ведьма сорвала с Ивана эксклюзивный аксессуар и водрузила себе на нос.
Вскоре тоннель влился в общую сетку метро, и вагон понесся мимо пустых ночных станций.
– Они нас не догонят? – спросил Иван.
– Кто? Мохровы уже мертвы, а Уравнитель слишком ленив и стар, чтобы бежать за нами в такую даль. Да и не станет он со мной конфликтовать ради такой мелочи. Кстати, отличную шутку ты сыграл с ведьмой. Не ожидала от тебя. Ты умнее, чем кажешься, да?
Ответить Иван не успел, но в этот раз он сомневался, что ведьма права.
– О, приехали, – возвестила Рида, прервав его размышления, – сейчас выходим. Дерни стоп кран, мне рояль нужно выгрузить.
– В метро нет стоп-крана, – устало возразил Иван.
Уверенности в этом у него не было, но так подсказывала логика.
– В этом вагоне есть. Моя инновация, – оскалилась Рида, – никак не пойму, почему вы их не делаете. Удобно же.
Стоп-кран действительно нашелся. Поколебавшись немного, Иван дернул на себя красную ручку и выгон с визгом затормозил.
«Я остановил вагон метро стоп-краном. Но рассказать об этом смогу только психиатру», – подумал Молодцов.
– Очень не советую, – беззастенчиво влезла в его мысли Рида. – Не стой как бревно, помогай выгружать! В любой момент может пойти технический поезд!
Иван понятия не имел, о чем она говорит, он просто послушно суетился возле рояля, понимая, что ведьма прекрасно справится и без него.
Инструмент был благополучно выгружен на ночное поле. Чертополохи подозрительно обнюхивали пришельца, но поумерили пыл, стоило Риде на них шикнуть.
– Жди здесь, – велела ведьма, – я отгоню вагон в депо, а ты только мешаешь.
Иван кивнул. Ему было все равно. Он чувствовал себя совершенно опустошенным и разбитым. За какие-то три дня его жизнь, да и сама реальность разлетелась на мелкие осколки.
Иван лег в чертополох и бездумно уставился на полную луну. Похоже, полнолуние здесь никогда не проходило.
Вокруг шелестел о чем-то своем кроваво-красный чертополох.
Иван не заметил, как уснул.
Проснулся он от звуков знакомой музыки, и на секунду ему даже показалось, что это – будильник, и все произошедшее ему приснилось.
Звучала ода «К радости».
«Сейчас я проснусь в своей квартире, порадуюсь, что это был дурацкий сон и побегу на работу, – подумал Иван, – ну пожалуйста. Ведь так все и есть, правда?»
Молодцов почти поверил в это, но мираж рассеялся, стоило Ивану открыть глаза.
Вокруг мирно покачивался чертополох, неподалеку сидела Рида при шести ушах, а еще чуть поодаль играл на рояле мужчина в камзоле, панталонах и белом парике.
– Всегда хотела поставить рояль в этих кустах, – сообщила Рида, заметив, что Иван проснулся.
– Здорово.
Иван некоторое время слушал музыку. Играл музыкант превосходно.
– Да, награда стоящая. Свой личный классик – это круто, – на лице Риды появилась улыбка.
– Так это был не просто рояль, а рояль с духом музыканта? – сообразил Иван.
– А ты думал. Кстати, если захочешь послушать хорошую музыку – приходи.
Иван грустно рассмеялся.
– Некуда мне теперь идти. Ни дома, ни работы.
– Вот как раз наоборот – иди куда хочешь, – возразила ведьма.
– Тебе легко говорить.
– Говорить вообще легко, – не стала спорить Рида.
– Можно, я тут останусь? Переведешь меня через поле? – спросил Иван после долгой паузы, заполненной прекрасной музыкой.
Рида зыркнула на него всеми глазами сразу.
– Дурак, что ли? Хотя, о чем это я? Дурак, конечно.
Иван почему-то даже не обиделся.
– Не для таких, как ты, этот путь через поле Чертополоха. Тебе жить и радоваться. Уматывай давай, откуда пришел, юродивый, – Рида сорвала репейник и бросила им в Ивана.
– Что мне теперь там делать? – заныл Иван, – у меня же ничего нет!
– Не моя забота! Топай-топай! Скоро первый поезд пойдет, цепляйся за него! – град репейников стал гуще, и Иван, прикрываясь рукой, попятился.
– И вилы свои не забудь, мне они без надобности! – крикнула вдогонку ведьма.
Совершенно сбитый с толку, Иван прихватил вилы, внезапно оказавшиеся воткнутыми в землю на расстоянии вытянутой руки от него.
На автопилоте он дошел до платформы Кардус. В тоннеле уже виднелся поезд, на котором Ивану суждено было отправиться в новую жизнь. С золотыми вилами 999 пробы, мощным магическим оберегом и опытом борьбы с ведьмами в качестве стартового капитала.
«Все-таки Вселенная любит меня», – решил Иван после короткого раздумья.
Где-то внизу на платформе насмешливо захихикал нос в шинели.