Я начал вести этот дневник, так как мне нужно рассказать кому-нибудь о том, что я узнал. Записи будут спрятаны в надежном месте, чтобы до них не смогла добраться секретная служба.

Власти слишком долго скрывали от людей важную информацию, способную дать ключ к пониманию всей картины.

Раньше я работал в секретном архиве правительства. Там находились все те дела, которые были отмечены грифом «Совершенно секретно», о существовании этих папок знал только очень узкий круг лиц.

Вы спросите: как я там оказался? Ответ очень прост: я учился на Величайшего Политика Всех Времен и Народов, но понял, что мне это не подходит. Поэтому пошел работать в архив. Перед этим вытерпел еще кучу проверок со стороны секретных служб. Но я хотел рассказать вам не о себе. Я хочу открыть секрет, только наберитесь терпения. Скоро вы его узнаете. Начну с самого начала.

В один из своих обычных рабочих дней я ходил в архиве между стеллажами, проверяя, все ли в порядке. От скуки я пытался научиться крутить карандаш между пальцами, но получалось пока плохо. Карандаш в очередной раз упал, и я полез доставать его.

Он закатился глубоко, так что пришлось долго высматривать этого «беглеца». На полу под стеллажом, в самом углу лежала папка. Судя по слою пыли на ней, лежала уже не один десяток лет и выглядела не так, как все остальные папки в архиве. Карандаш был забыт, все мое внимание теперь занимала только эта папка.

Я не очень любопытен от природы и ни разу (хотите верьте, хотите – нет) не смотрел, что находится в папках в архиве, но на этот раз, любопытство взяло верх над здравым смыслом. Пытаясь не попасться в объективы камер наблюдения, я аккуратно открыл папку, но каково же было мое разочарование, когда там оказалась только видеокассета! Ни подписей, ни опознавательных знаков, абсолютно ничего там больше не было.

Размышления о том, стоит ли продолжать изучать это дело, длились всего несколько секунд. Да, я забрал эту кассету и вынес ее из архива, чтобы посмотреть дома. Вы можете осуждать меня, сам не знаю, что тогда на меня нашло, но любопытство разгорелось во мне с такой силой, что я едва осознавал, ЧТО делаю и ЧЕМ это может для меня закончиться. К счастью, у меня отличная репутация и охрана проверяла меня не очень дотошно, а кассету я спрятал хорошо, уж будьте уверены.

Домой я бежал, не чувствуя ног. Я буквально ввалился в комнату, закрыл дверь и, даже не снимая ботинок, побежал к проигрывателю. То, что я увидел, навсегда изменило мою жизнь. Мне хотелось бы, чтобы ее увидел каждый из вас, так как рассказчик из меня ужасный. Я попробую передать общий смысл, но если не получится, и вы не сможете постигнуть суть, то знайте – мне очень жаль, что я не писатель.

Первые секунды экран был абсолютно черным. Раздавались только какие-то странные помехи. Потом я увидел комнату. Обычную комнату, с письменным столом, картинами и большим шкафом в углу. В самом центре стояла кровать. На ней кто-то мирно спал. Судя по постельному белью с большими розовыми цветами, это была женщина. Лица ее видно не было.

Камера начала медленно приближаться к кровати, но на расстоянии трех шагов внезапно остановилась. Теперь я четко (насколько позволяло разрешение) мог видеть женщину. Не могу утверждать, что она была красива, так как спящие люди выглядят весьма несимпатично для меня. Она была полновата – это я точно разглядел, так как одеяло сползло и закрывало ее ноги только от колен и ниже.

Нет, вы не думайте, она была одета в пижаму, состоящую из майки и штанов, так что ничего неприличного в этом не было. Я заметил, что с двух сторон кровати начали приближаться какие-то тени. Различить, что же это такое, было невозможно. Я буквально прилип к экрану, ожидая, что произойдет. Тени подходили все ближе и, когда стало возможно понять, что это, я в ужасе отшатнулся подальше от телевизора.

Это были волки! Самые настоящие волки! Они были больше, чем обычные, как мне показалось. Признаюсь, я струсил. С нервами у меня всегда были проблемы, так что я выключил кассету, боясь увидеть, что будет дальше. Тут уж никакое любопытство не могло заставить меня включить ЭТО снова.

В горле пересохло, хотелось отключиться, так что я пошел к холодильнику и выпил за час весь ящик пива, который был у меня. Я пил одну банку за другой, глядя в черный экран телевизора и думая о том, что увидел. Обычно я не пью, у меня не возникает такого желания даже по выходным, а пиво покупаю, чтобы угощать друзей, которые приходят в гости. Но мне было страшно.

Я быстро напился и выпал из реальности. Когда проснулся, было два часа ночи. Идти на работу нужно было только послезавтра, так что я решил еще поспать, но мой мозг, видимо, решил по-другому. Я постоянно видел перед собой эту чертову запись. В моей голове возникало все больше вопросов, ответов на которые не было. Я мучился до шести утра, но потом все же уснул.

Когда я проснулся, голова болела нещадно, но дальнейший план действий теперь предстал передо мной четко. Мне нужен был кто-то, кому я смог бы довериться, с крепкими нервами, знанием техники и не болтливый. К счастью, у меня есть такой друг. Он ученый. Так что я позвонил ему и договорился о встрече в маленьком тихом ресторанчике.

Когда мы встретились, я описал ему ситуацию, стараясь не сильно вдаваться в подробности. Хоть он и был моим другом, но полностью доверять в этом мире можно только себе, да и то не всегда. Он все понял. Я увидел по его взгляду, что он все ПРАВИЛЬНО понял. Он предложил мне пойти к нему и посмотреть кассету там, ведь вдвоем было бы куда проще во всем разобраться, но я не мог даже думать об этом.

Вел я себя при этом более чем странно. Был нервный, дерганный, а когда он предложил посмотреть кассету у него, я так резко встал, что стул с грохотом повалился на пол. Я, конечно, извинился, быстро попрощался с ним и вышел на улицу.

Придя домой, я ходил по комнате из угла в угол, как дикий зверь в клетке, пока совсем не выбился из сил. Спал в ту ночь очень плохо, постоянно просыпаясь и оглядываясь, так как боялся, что волки подберутся и ко мне. Утром меня разбудил телефонный звонок. Звонил мой друг, которому я вчера отдал кассету, имя его я вам называть не буду. Пусть будет просто «друг».

– Привет! У меня для тебя новости, но нужно чтобы ты приехал как можно скорее – радостно сказал он в трубку.

Я пообещал, что приеду через час, повесил трубку и пошел одеваться. От мыслей и вопросов, заполнявших мозг, разболелась голова. Но, как только я вышел на улицу, всё изменилось. На дворе стояла весна. Яркий свет заливал улицы, цветы на клумбах горели яркими пятнами, воздух был чист. Я вдохнул полной грудью и забыл обо всем. Просто шел и наслаждался днем. Очнулся я только у квартиры своего друга. И тут же меня придавила действительность. Я вспомнил, зачем пришел.

Друг радостно встретил меня, потащил в комнату и начал шепотом горячо рассказывать мне о чем-то. Я ничего не понял, о чем ему и сообщил. Он только улыбнулся, и знаком предложил мне сесть на кресло напротив телевизора. Я сразу понял, он хочет показать мне все содержимое кассеты. Меня трясло, я пытался вырваться из комнаты, но он крепко держал меня за плечи, а потом, когда мои крики начали превращаться в один длинный и пронзительный крик, резко ударил меня по щеке.

– Послушай меня, тебе нужно это посмотреть. Если ты так боишься, то думай о том, что я рядом. Ты сам заварил эту кашу, так что обратного пути нет, – сказал он мне.

Я сник, но заставил себя подойти к креслу и сесть в него.

– Еще одно. Я хочу спросить, ты слышал что-нибудь, когда смотрел запись? Хоть один звук? – спросил он, вставляя кассету, но еще не нажимая на кнопку воспроизведения.

– Нет. Сначала были какие-то шумы, но они быстро прошли, а потом была тишина, – ответил я, внутренне содрогаясь от страха.

– Так вот. Там был звук, только все было очень тихо, так что я усилил звуковую дорожку, чтобы можно было разобрать слова.

Он нажал кнопку и сел в кресло, стоящее рядом. В самом видео ничего не изменилось, кроме того, что после черного экрана и непродолжительного шума кто-то сказал: «Отряд 2041. Начинаем». Дальше было тоже самое, так что описывать продолжу с того же момента, на котором остановился в прошлый раз.

Когда волки подошли к кровати, случилось неожиданное. Что-то похожее на беззубый рот из кожи, отделилось от живота женщины, спящей на кровати, и вцепилось в волка. Этот «рот» обхватил бьющегося волка и держал несколько секунд. Мне показалось, что волк уменьшился, но я еще не мог оценить насколько.

«Рот» отпустил волка на пол и исчез под майкой. Волк лежал на полу и на него было больно смотреть, так как от него остался только скелет, обтянутый кожей.

– Отступай! Срочно! Я позабочусь о нем. Беги же! – полушепотом прокричал голос второму волку, который замер в нерешительности.

И этот оклик был вовремя, так как «рот» уже снова появился и нацелился на вторую жертву, но волк успел отскочить и бросился бежать куда-то из комнаты. Человек, чей голос был на пленке, подошел к усохшему волку, поднял его одной рукой, чертыхнулся и выключил камеру.

Я сидел как громом пораженный, но сознание уже приняло тот факт, что оставить этого так нельзя. Я должен был найти разгадку. Мой страх совсем прошел, уступив место желанию разобраться в этой чертовщине.

– Слушай, может это просто вырезка из какого-нибудь фильма ужасов? – спросил я.

– Нет. Мне кажется, нет. Не похоже на это. Такое чувство будто это снимали в естественных условиях.

– Но как это возможно, черт подери! Это похоже на какую-то дурацкую фантастику, к тому же, малобюджетную. Скажи честно, ты веришь во все это? В то, что это может быть правдой.

– Да. Верю. Но может это и неправда. Нам нужно узнать наверняка, иначе это не даст нам спать еще очень долго.

– Но что нам делать?

– Я попробую узнать что-нибудь об этом у себя в институте и, может быть, в нескольких других. Копнуть, так сказать, в области науки. А ты попробуй узнать, есть ли по этому поводу что-нибудь в архиве. Сможешь?

– Я даже не знаю, ведь камеры… Риск слишком велик… Меня могут посадить…

– Ладно. Я все равно попробую, а там посмотрим. Если ничего не найду, то и черт с ним. Просто забудем об этом, хотя, по правде сказать, это будет не легко.

Мы посидели еще, разговаривая то на отвлеченные темы, то о том, что нас действительно занимало, а потом я ушел домой.

***

Еще одна ночь без сна – взвешивал все «за» и «против». Я же не какой-то там супергерой из дурацкого фильма или не менее дурацкой книги, который внезапно из скромного тихого и трусливого парня неожиданно превращается в спасителя всей Вселенной. Не избранный, но мой друг был прав в двух вещах.

Во-первых, это я заварил эту кашу и мне нужно со всем этим разобраться. Во-вторых, мы не сможем больше спокойно спать, пока не разберемся с этим, ведь есть (хотя и мизерный) шанс, что это может оказаться реальностью. Это действительно ужасно, поверьте мне, когда все твои мысли сконцентрированы лишь на одном.

Уже перед выходом на работу я принял решение – я не отступлю, я найду хотя бы упоминание об этом, а если не найду, то так уж и быть, значит все это просто кусок глупого фильма ужасов. В моей голове сложилась идеальная схема, как можно перехитрить камеры наблюдения и получить доступ к нужным мне папкам. А нужны мне были всего несколько стеллажей: «2000-2099», «О», «В». Все стеллажи я просмотреть бы все равно не смог, даже за всю жизнь, тем более, вчитываясь, но со ключевыми мне показались моменты: 2041, волки, отряд.

Я потратил на поиски несколько недель, так как действовать приходилось очень осторожно, но я нашел! Там было несколько папок с нужными мне цифрами. Как всегда, нужной оказалась предпоследняя папка. Она была очень объемной, так что прочитать ее всю сразу я не мог, пришлось читать частями.

Я выписал все, что смог. Так что представляю вам весьма сжатую выжимку того, что я понял из всего дела:

«Отряд профессионалов 2041. Состоит из трех специальных членов, двое из которых являются «кусателями», а один – куратором и связным.

Проведено 2368 миссий. 2367 из них успешны.

В результате последней миссии один из членов отряда пострадал и умер.

Причина известна, но невозможна с точки зрения действительности. Доказательная запись утеряна.

Для сохранения в секрете данных куратора, вся информация переведена в специальный отдел. Копии можно найти в специальном отделе архива … института».

У меня чуть сердце не выпрыгнуло от счастья! Я не мог попасть в специальный отдел, даже не знал, где это, но вот с институтами… Повезло так повезло! Я даже задумался на несколько секунд. Может быть, все же я супергерой из дурацкой истории? Избранный? Но все это быстро прошло.

Вечером я позвонил своему другу и назвал ему институт. На этом моя «миссия» была пока что закончена. Ответа я дождался только через две недели. Забыть об этом деле совсем я не мог, но и думать постоянно перестал, просто занимаясь своими делами и ожидая новой информации. Наверное, подсознательно я боялся того, что мой друг может найти.

Сознание незавершенности давило. В моих чувствах шла тихая, вялая, может даже немного ленивая борьба. Страх и любопытство. Страх за свою шкуру и желание узнать, довести до конца то, что начал.

Мы с другом договорились встретиться на этих выходных и поехать по указанному им адресу. Имя человека и его адрес я раскрывать, конечно же, не буду. Доехали мы туда быстро, так как у моего друга была машина, но уговорить найденного нами джентльмена поговорить с нами о том, что нас интересовало было непросто. Мы весь день подступались к нему, он просто нас игнорировал. Пришлось приехать и на следующий день. Всё воскресенье мы потратили также на уговоры, но это ничего не дало. Тогда мой друг оставил в почтовом ящике свою визитку, и мы уехали. Расстроенные, злые и уставшие. Мы договорились больше не думать об этом и забыть всё, как злую шутку.

Сказать было проще, чем сделать. Я злился еще дня три после этой поездки. Столько трудов, столько сил было приложено, а результата никакого нет. И всё из-за одного человека, который не хотел нам ничего говорить. Но потом я остыл, можно сказать, даже забыл обо всем этом. Жизнь снова вошла в привычную колею: работа, дом, встречи с друзьями.

Через месяц мне позвонил мой друг. Сказал, что у него важный разговор ко мне и я немедленно должен к нему приехать. Все это не вызвало бы во мне никаких подозрений, если бы он позвонил ни в три часа утра, но я все же собрался и приехал.

– Он согласился, только ехать нужно прямо сейчас. Залезай, – сказал он, и я молча залез в машину.

Я не буду нагружать вас всеми подробностями этой встречи, а расскажу только главное – наш разговор.

– Не знаю кто вам это рассказал, ребятки, но берегитесь проблем, мой вам совет, – сказал он, проницательно посмотрел на нас и затянулся сигаретой.

– Мы сами… – промямлили мы и опустили глаза в пол.

– Да, я был куратором, но начинать нужно не с этого. Я расскажу вам сказку, а вы можете верить или не верить, как будет угодно. Люди и волки раньше поддерживали хорошие дружеские отношения. Волки часто помогали людям проделывать сложные операции по выкачиванию жира из боков людей. Всё это, как вы понимаете, делалось только с дозволения людей, и только ночью, чтобы людям не было страшно. После операций не оставалось никаких следов и это было абсолютно бесплатно, так что люди были счастливы. Волки же так питались. К тому же они перерабатывают жир куда быстрее людей, поэтому для них это не составляло никаких проблем.

Неизвестно, было ли так всегда, но сорок лет все было хорошо, а потом… – он надолго задумался и в глазах его появились слезы, он раскурил новую сигарету, так как старая погасла уже как две минуты, и продолжил, – пятнадцать лет назад всё изменилось. Когда я начал работать в отряде, мне было всего двадцать лет. Практика «кусания за бочки», как мы её называли, продвигалась успешно. Я любил свою работу и своих компаньонов. Но произошло то, чего не ждал никто. Если, как вы утверждаете, вы видели запись, то должны знать, что там случилось. ЭТО просто высосало моего верного волка.

Я глазам своим тогда не поверил. Жир просто стал живым и высосал весь жир из другого существа. Как такое вообще возможно? Это было ужасно, но не мы одни пострадали. Такие случаи стали происходить со всеми отрядами. После еще пары таких случаев мы получили доклад о том, что Жир стал вести себя агрессивно. Он уже не нападал только на одного члена отряда, он пытался уничтожить всех, при этом становясь все больше. Люди не понимали почему они толстеют, они впадали в панику и обвиняли во всем нашу службу и волков, которые не хотели больше работать. Волки покинули нас. Они ушли в леса и одичали.

Люди пытались больше двигаться и меньше есть, но не всем это помогало. Жир на боках не хотел уходить. Причины столь странного поведения Жира не знал никто, так что это дело просто закрыли и забыли о нём. Люди тоже забыли об этом, но присказка осталась, только приобрела негативный оттенок. Теперь вы знаете.

Мы сидели, кажется, минуты две не шевелясь, с открытыми ртами, и смотрели на него. Он не выглядел стариком, но было такое чувство, что жизнь его хорошо потрепала, хотя в нем была видна сила, сквозившая в каждом уверенном медленном движении его тела, во взгляде и в спокойствии, исходящем от него.

Мы поблагодарили куратора и поехали домой. Всю дорогу проехали молча, сложно было уложить всю информацию в голове, еще сложнее было в это поверить, но мы знали, что каждое его слово было правдой.

Прошел еще месяц. За этот месяц особо ничего не произошло, внутри меня все будто успокоилось. Я довел всё до конца. По крайней мере то, что мог. С другом мы за этот месяц не общались ни разу.

Только через месяц я снова услышал его голос. Он позвонил мне домой вечером в пятницу, был очень взволнован и, кажется, пьян. Просил меня приехать к нему. Желательно – без промедления, иначе грозился сойти с ума.

У меня не очень много друзей, а таких как он – больше нет, так что я не долго размышлял о том, стоит ли мне ехать к нему или нет.

Да, он был пьян. Еще не сильно, но уже путал некоторые слова, ему нужно было выговориться, и я не мешал ему. Я приведу здесь наш разговор без его ошибок и оговорок.

– Я проводил исследования все это время… – сказал он и выпил еще виски.

– Исследования чего?

– Жира. Я исследовал Жир на боках одной своей знакомой. И теперь я всё понял… Мы едим что-то неправильное.

– Что ты имеешь в виду, говоря «неправильное»? Ну да, мы едим канцерогены, химию там разную…

– Ну нет, дело не в этом. Хотя и в этом тоже. Сложно объяснить… То, что мы едим, не является вообще едой. Это чистая химия. Даже овощи, фрукты, шоколад… Абсолютно всё – чистейшая химия. И таких соединений нет на планете Земля. Их просто не существуют.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не смогу тебе объяснить, прости, ты не учёный и вряд ли поймешь все формулы. Я могу только сказать тебе что я изучил семена помидоров сейчас и тридцатилетней давности, которые остались у моей мамы. То, что мы выращиваем сейчас – никакие не помидоры. Всему этому у меня только одно объяснение, и оно безумно…

– Мало ли мы слышали безумного за этот год, друг мой? Говори.

– Ну… Что-то случилось со всей нашей едой. Её просто заменили чем-то… Ну не знаю… Инопланетным. Знаю, звучит нереально, немыслимо, но формулы… Таких просто не существует… – он опустил глаза на опустевший стакан, налил себе еще и спросил, – Ты не против, если я закурю?

– Нет, конечно, не против, тем более что это твоя квартира.

– Мне кажется, всё это сделано не просто так. Не знаю зачем… Может быть ради эксперимента, а может они выращивают на наших боках Жир как домашнее животное… Бред, да, знаю… Но мне страшно. Как только я узнал это, я больше не могу открывать холодильник.

Мы сидели молча. Я верил ему, но мне нужно было больше времени, чтобы переварить всю эту информацию. Он начал засыпать, и я ушел.

Домой я пришел уже поздно ночью. Сел в кресло и уставился на холодильник. До меня постепенно начал доходить смысл его слов.

«Как может не существовать этих соединений, если мы видим те же самые продукты?» – думал я.

Я медленно, нетвердыми шагами подошел к холодильнику и открыл его. Там было почти пусто, только два блюда в кастрюлях, но в нижних ящиках должны были находиться овощи. Если бы я увидел там обычные овощи, то это бы успокоило меня. Но то, что там было…

Ещё вчера там было два нормальных помидора и три обычных огурца, я купил их несколько дней назад. Сейчас там лежало что-то зелено-коричневое, формой точно повторяя огурцы и помидоры. Я разрезал один из «помидоров», оттуда вытекла вязкая жидкость розового цвета, похожая на пережеванную жвачку.

Мне стоило больших усилий заставить себя закрыть глаза и попробовать ЭТО. Вкус помидора. Неплохого такого свежего спелого и вкусного помидора.

«Гипноз!» – пронеслось у меня в голове.

Нас всех загипнотизировали. Но зачем?

Ответ на этот вопрос навсегда останется тайной.

Я долго сидел и смотрел на этот «помидор». Мне больше не хотелось жить. Казалось, что мои бока уже начинают разрастаться и захватывать моё тело.

Я понял – мы зря с этим связались. Именно поэтому, я записал всё это.

Я избавлюсь от всей еды и запру квартиру, а ключ выкину или уничтожу. Им не победить меня, так как я больше не буду ничего есть…