Черновики стихов беззубых

Украдкой ночью достаю.

Наивных слов, совсем не грубых

Листки измятые держу.

Ты видишь, гнёт в саду под ветром

Древо надежды и любви?

Оно сибирским крепким кедром

Корнями въелось вглубь земли.

В комнате светло от лампы,

Тихо. В доме ни души.

Ставлю я на людях штампы:

Ты не нужен, нужен ты.

Природа так необычайна,

Как люди разная она.

Осень что плачет так отчаянно

И затопляет города.

Судьбой – злодейкой разлучённой,

Нам вместе быть не суждено.

Тревога лишь в душе сожженной

И лишь огромное окно,

Как много слов мы говорим,

А смысл всех не знаем.

Как много глупостей творим

И их не исправляем.

Замри на месте,

Вот в невестах

Глядишь, останешься в глуши.

С противным вкусом черемши

Судьбинушка тебе досталась.

Зачем с любовью ты игралась?

Теперь за счастьем поспеши!

Шла кругом голова

И облака мелькали,

Но не от баловства

Мы от земли взлетали.

Исподлобья октября

Тучи тягостно бродили

И я по Питеру брела.

Вон гаргульи загрустили

Сверху на меня смотря,

Будто душу обнажили.

Робко, даже втихаря,

Взгляд свой к небу устремили.

Тусклый блеск от фонаря

Улицы сто лет хранили,

Под крылом у октября

Любим так, как не любили.

Я ненавижу тебя больше жизни,

Я ненавижу тебя так и знай.

Ты извини что, конечно, так вышло,

Но эти чувства себе забирай.

Так красиво стоять на краю

И смотреть не вниз, а на небо.

Я хочу так исполнить мечту-

Побывать там, где ты ещё не был.

Вот и кончилось всё,

Как обидно.

Я стою и дрожу на ветру.

Вот и кончилось всё,

Слёз не видно.

Зарыдать бы, а я не могу.

Как будто на распятье

Стою на перекрёстке,

Разорванное платье,

Из глаз красивых слёзки.

За окном непогода, метель

И закрыта в мой дом всем дорога,

Я дождусь, когда будет капель,

Вдруг увижу тебя у порога.

С тобой дружили очень долго

И были, не разлей вода,

Да вот от этой дружбы толку

Не вышло раз и навсегда.

Девочка Маша кротко жила,

Верила девочка в чудо,

Будто у кошек жизнь не одна,

Почти что бессмертья минута.

Он предавал меня стократно,

Держал на привези в цепях.

И возвращался он обратно,

И не был скуп в своих речах.

Летела стая журавлей,

А я смотрела и твердила:

–Бросаете меня теперь,

Бросаете, что б я забыла?

Полынью поросла дорога

И не виднеется тот холм,

Что в поле ждал нас одиноко,

Выглядывавший из-под волн.

Ну, здравствуй, маленький корабль,

Плывущий медленно в плену,

Озябший и местами дряблый,

Никто не ждёт тебя в порту.