Глава 1.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Сегодня Хьюстон встретил меня солнечно, но достаточно прохладно. Облака лениво ползли по небу, ветер ворошил листву на деревьях, а я оказалась в огромной толпе людей. Такое происходит каждый раз, стоит лишь мне выйти на улицу. Живя в большом городе, практически в центре, со временем привыкаешь к большому количеству прохожих на улице. Многоэтажные дома стараются дотянуться до облаков, машины разъезжают по дорогам, а люди шныряют по тротуару. Жизнь кипит. Ловко проскальзывая между людьми, я подхожу к автобусной остановке, где меня уже ждут мои близкие друзья. Зои и Калеб. Я приветливо улыбаюсь и обнимаю их по очереди.

— Как прошли выходные? — спрашивает Зои — блондинка с каре и прямой ровной чёлкой.

— Ничего такого. Как обычно приходили Мэйви с Шоном, и как обычно я с ними поругалась. — я пожимаю плечами, вспоминая друзей семьи, которые всегда не очень-то мне и симпатизировали. — А ваши?

— Мы ездили в соседний штат на ферму, помните я рассказывала? К дяде Артуру. — лицо девушки озаряется улыбкой. — Похоже, я запала на нашего соседа.

Я хихикаю, а Калеб цокает языком и демонстративно закатывает глаза, понимая, что эта симпатия продлиться не долго. Зои слишком влюбчивая, и может сказать, что запала на любого красивого парня, проходящего мимо, даже если она сразу же забудет, как он выглядит. Мы с Калебом уже привыкли к этой особенности нашей подруги, однако парень никогда не понимал Зои и не поймёт. В отличии от неё, он дикий однолюб.

— Вчера была отборочная игра, — поделился с нами Калеб, запуская руку в каштановые волосы, вьющиеся у шеи, — и я остаюсь в команде.

Я от всей души поздравляю Калеба, ведь рада за него всем сердцем, а также я знаю, как дорога для него наша поддержка. Минутой позже приезжает школьный автобус. Из нашей троицы Калеб единственный, кто был со спортом на "ты". Он с самого детства играл в американский футбол, а теперь состоит в школьной команде, и ему осталось совсем недолго до звания капитана. Мы с Зоей не теряем головы от различного вида спортивных игр, как это делает Калеб, но довольно часто приходим к нему на матчи, чтобы поддержать лучшего друга. А он в свою очередь выкладывается на все сто процентов, отдавая всего себя игре.

Хотя, если уж прям задуматься на счёт спорта, я могу сказать, что всегда любила танцевать. Но не назвала бы свои танцы профессиональными никогда в жизни. Часто, когда остаюсь дома одна я танцую. Это являлось весёлым времяпровождением, к которому я возвращалась, как только мне становилось скучно или слишком одиноко. Я могу танцевать как вальс, так и просто двигать телом в такт современной музыки. Родители и друзья всегда предлагали мне и дальше развиваться в этом направлении, записаться на какие-либо курсы и оттачивать своё мастерство, но мне не хотелось. Я собиралась оставить танцы лишь хобби и не тратить на это слишком много времени, сил и денег.

Через полчаса мы уже были в школе. Несмотря на то, что учёба не доставляла мне никакого удовольствия, я очень любила ходить в школу. Не закажу, что здесь царила дружба и любовь, но ко мне все относились либо хорошо, либо нейтрально. В школе было негласное правило — не трогай никого, тогда и тебя трогать не станут. Сейчас я учусь в выпускном классе. И уже не могла терпеть и желала, чтобы учебный год поскорее закончился. Лишь об одной мысли о выпускном бале, где будут выбирать короля и королеву, у меня захватывало дыхание, предвкушение было неимоверным, даже если мне предстоит ждать этого почти целый год. Я бы очень хотела стать королевой выпускного бала. Не знаю откуда у меня взялось это странное желание, ведь я никогда не принимала участие в жизни школы и не являлась особо популярной девочкой. Однако, корона выпускного бала не была моей целью, к которой я стремилась всеми силами. Если мне выпадет такая возможность, то я приложу требующиеся усилия и постараюсь, если же нет — то даже пальцем не пошевелю. Ведь для меня корона — это секундное желание, резко ударившее в голову. Возможно, мне перехочется. А есть и другие девушку, которые мечтали об этом чуть ли не с первого класса.

Я шла по школьному коридору, направляясь на урок математики вместе с Калебом, а Зои спешила на английский. Рассказывая друг другу про прошедшие выходные, я осознала, что за каких-то два дня безумно успела соскучиться по своим друзьям. И я очень благодарна судьбе за таких замечательных людей рядом с собой. С Зои мы знакомы лет с двух, когда у наших мам, совершенно случайно, завязался разговор на улице около супермаркета. С тех самых пор, не только наши мамы стали близкими подругами, но и мы. А с Калебом мы познакомились в первом классе. Этот день чётко отпечатался в моей памяти. Тогда я заблудилась в коридорах и расплакалась. Когда прозвенел звонок, ученики разбежались по классам, а я осталась одна-одинёшенька, стоя в пустом школьном холле. Мне повезло, что проходящий мимо меня мальчик тоже опоздал. Он подошёл ко мне, и помог найти верную аудиторию. Это и был Калеб.

— Хэй, Грейс, платье зачёт! — кричит проходящий мимо парень в сером бомбере с рукавами цветом лисьего мехам и с эмблемой орла с раскрытыми крыльями на груди.

— Пошёл ты, Финниган. — без каких-либо эмоций бросаю я ему в след, а капитан школьной футбольной команды взрывается смехом со своими дружками, показывая мне большой палец вверх.

Оуэн Финниган — типичный представитель парней из категории "сила есть, ума не надо". Первое время он, довольно, сильно доставал меня, но когда мы перешли в старшие классы, то по чистой случайности оба выбрали факультативным занятием иностранные языки, и так уж вышло, что оказались за одной партой. Так мы и начали общаться. Наши отношения с Финниганом вполне спокойно можно называть дружескими, хотя я совершенно не отношусь к той группе девушек, с которыми он обычно проводит своё время. Оказалось, что Оуэн не такой болван каким я его себе представляла, но большой любитель покрасоваться своим подкаченным телом перед девчонками. И невзирая на хорошее телосложение, Калеб рядом с Оуэном смотрелся словно зубочистка на фоне дерева.

Этот день длится мучительно долго, что даже компания близких друзей это не исправит. На самом деле моя жизнь довольно обычная и размеренная. Всё идёт своим чередом и новый день почти ничем не отличается от вчерашнего. В последнее время мне всё чаще и чаще не хватает каких-нибудь острых ощущений и чего-то новенького, может быть даже приключений, но с моими родителями максимум, куда я могу уехать, так это в соседний магазин и не шагу дальше. Меня кое-как отпускали на ночёвку к Зои, а про Калеба я вообще молчу.

Наконец остался последний урок — физкультура. Как я говорила ранее, я не горю огромным желанием ею заниматься. Мистер Боу сказал девочками переодеваться и идти на беговую дорожку на разминку, а парней отправил играть в футбол или баскетбол на выбор. В облегающих тёмно-синих лосинах и в белой короткой футболке, я недовольно плелась за Зои на эту несчастную беговую дорожку, проклиная этот урок уже пятый раз подряд. Мы построились в одну линию и принялись выполнять упражнения, которые показывал нам мистер Боу. Учитель средних лет совсем недавно перевёлся работать в нашу школу, но его уже недолюбливают за то, что он слишком перегружает девушек физической работой, заставляя нас выполнять упражнения и бегать несколько кругов, в то время как парням эту часть можно пропустить. Сексист хренов. Либо же ему просто нравится пялиться на старшеклассниц. Мистер Боу — ещё одна причина моей ненависти к урокам физкультуры.

Наплевав на то, что нам велели пробежать три круга молча и без остановок, мы с Зои периодически переходили на шаг, и не затыкаясь, разговаривали. Именно наша увлечённость в разговор не позволила мне услышать фразу, которая могла бы уберечь меня от последствий моей невнимательности и ярости Оуэна, когда вражеская команда забивает гол.

— Грейс, берегись! — крикнул Финниган, но я осознала это слишком поздно.

Я даже не успела обернуться на крик, как тяжёлый мяч настиг цель и со всей дури угодил мне в затылок. Если бы этот бросок совершил кто-либо другой, то я, вероятно, осталась бы стоять на ногах, но с силой броска Оуэна у меня не было никаких шансов. Я моментально почувствовала тупую боль, ноги подкосились, а в глазах всё потемнело. Последнее, что я помнила перед тем как погрузиться в кромешную темноту — перепуганное лицо подруги, пытающейся меня поймать.

༻ ❀ •༺

— Девушке плохо, помогите! — я медленно открываю глаза от чьей-то просьбы, чувствуя чужие руки на своей талии.

Первые несколько секунд я ничего не понимала, даже не заметила, где и с кем я нахожусь. Прямо надо мной нависло лицо небритого мужчины с очень кривыми зубами — он улыбнулся, когда увидел, что я очнулась. Моргнув два раза, я поняла, что это не галлюцинации и подскочила с истошным криком. Ну уж таких людей я в школе не припомню. Отскочив от мужчины, я резко обернулась. Сердце пропустило удар, а в глазах вновь начало темнеть, и я едва сдерживаясь от нового обморока.

Теперь память начала возвращаться. Неудачный урок физкультуры, крик Оуэна, боль в затылке, большие испуганные глаза Зои и темнота…

Но сейчас же нахожусь на какой-то площади. Каменные дорожки, деревянные дома, стоящие немного дальше. Лошади, запряженные в громоздкие повозки, запах цветов в горшках перемешивался в воздухе с свежим сеном. Вокруг меня так много незнакомых людей в странных костюмах. Женщины были в платьях, у кого-то они были более пышными, чистыми и дорогими, а у других — потрёпанными и деревенскими. Они состояли из жестких кожаных корсетов поверх рубашки. На таком корсете держался лиф платья котт. Мужской костюм состоял из рубашки, дублета и «джеркина» — верхней мужской одежды.

Как я сюда попала? И что это за маскарад?

Меня охватила паника и руки тряслись, как у сумасшедшей, доступ воздуха к легким будто перекрыли, и я начала задыхаться. Я точно помню как Оуэн кинул мяч, который в последствии прилетел мне в голову, помню испуганный крик Зои и боль. Но всё это было в школьном дворе. Где, чёрт возьми, я сейчас?!

— Это какая-то шутка?! — крикнула я в толпу людей, уставившихся на меня. — Где я?

— Вы в Лондоне, леди… — подала голос пожилая дама со странной, но весьма элегантной шляпкой на голове.

Я едва не подавилась и засмеялась, мой смех граничил с истерикой. Хорошая шутка, браво, Оуэн. Засранец. Только сейчас я почувствовала странный запах. Такой чистый и лёгкий воздух, совсем не такой как в Хьюстоне. Но все мои мысли, кружащие в голове диким штормом, прервало лошадиное ржание и топот копыт. Толпа начала расступаться перед вереницей лошадей.

Ну до чего ж правдоподобно, будто я оказалась в историческом сериале. Но это пора прекращать. Мужчина, восседающий на сером коне, что был самым ближнем ко мне, смерил меня удивлённым, и в тоже время, строгим взглядом. Я не понимала в чём проблема, поэтому проследила за его ним. Ну и что тут такого? Я была одета также как и на физкультуре, это конечно не вписывалось в дресс-код маскарада, но…

— Кто вы? — спросил темноволосый мужчина лет тридцати в дублете, однако в его глазах, будто мелькнуло… узнавание?

— Эм-м, — я судорожно пробежалась взглядом по площади, — моё имя Грейс. — неуверенно сказала я, потянувшись к затылку рукой. — Здесь, наверное, какая-то ошибка, вы не подскажите, как вернуться в Хьюстон?

Вокруг послышался неодобрительный шёпот, а также осуждение от женщин, мужья которых не могли глаз от меня оторвать. Несмотря на то, что я была одета, у меня появилось такое ощущение, будто я абсолютно голая, поэтому я скрестила руки на груди, в попытках хоть как-то прикрыться.

— Откуда вы, мисс? — всадник спрыгнул с коня, подходя ко мне.

Мне до одури стало страшно неуютно, и я неосознанно попятилась назад. Его изумрудные глаза, словно прожигали во мне дыру, таким настойчивым и пронзающим был взгляд незнакомца. Доспехи гремели на высоком теле, на его лбу растянулась горизонтальная морщина, а брови сдвинулись к переносице.

— Милорд, девушка словно с луны свалилась. — пророкотала какая-то девица в ярко-красном платье с широкими рукавами, с неприязнью глядя на меня.

Милорд? Вы что смеётесь? Пора прекращать эти игры.

Когда мужчина повторил свой вопрос, я открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Я толком и думать не могла, не то чтобы говорить. На меня уставились множество пар глаз, и мне хотелось просто развернуться и убежать, но я почему-то стояла, как вкопанная и тряслась, подобно листочку при сильном ветре.

— Я… из Хьюсона? — как-будто я сама себе задала этот вопрос. Сейчас я и в таком простом факте была не уверенна.

— Что, простите? Вы в порядке? — переспросил коротко стриженный всадник. — Почему вы так одеты?

— Что? — я широко раскрыла глаза, и слова фонтаном вытекали из меня. — В смысле? Как я должна быть одета в двадцать первом веке? И нет, я не в порядке! Это маскарад? Костюмированная вечеринка? Съёмка фильма? Извините за то, что потревожила, но мне пора. Где этот поганец Оуэн? На этот раз он от меня не отделается без ущерба для своего здоровья.

— На дворе шестнадцатый век, леди Грейс. — серьёзно прервал меня всадник, и на меня будто вылили ведро ледяной воды. — О чём вы вообще говорите? — ещё сильнее нахмурил брови он, а глаза вспыхнули огнём.

Нет-нет-нет, такого быть не может. Я сплю? Может быть я впала в кому? Я щипаю себя за руку, так чтобы никто не заметил, чувствую боль и всё ещё вижу перед собой всех этих до одури странных людей. Ощущаю, как ватные ноги подгибаются, и я вновь лечу на землю, люди ахают, а всадник успевает подхватить меня. Его руки касаются свободного участка моей кожи на спине, и я вздрагиваю, по телу пробегают мурашки. Это не возможно. Я не буду падать в обморок в этом месте. Во рту пересохло до не возможности, а голова разболелась.

— Что с вами?

— Я… Я ничего не помню. — дрожащим голосом отвечаю я, стараясь удерживать себя в сознании изо всех сил.

— Вы потеряли память? — спрашивает мужчина, и я неопределённо киваю. — Тогда вам придётся проехать со мной. Вам необходимо показаться лекарю, а также переодеться. — его взгляд скользит по моей фигуре, а мне становится совсем страшно, но мужчина быстро отводит глаза.

Он ставит меня на ноги, берёт под руку и ведёт к лошади. О, нет, дядя, я на такое не подписывалась. Я хотела уже было возразить, но мужчина достал из дорожной сумки, закреплённой на седле, что-то на подобие плаща красного цвета и протянул его мне.

— Позвольте представиться, мисс. Герцог Бедфорт к вашим услугами. — я стою с приоткрытым ртом и принимаю плащ из рук мужчины в конкретном шоке.

Что мне делать? Как вообще поступать в таких ситуациях? Извините, но жизнь не готовила меня к такому. Дрожащими рукам я накидываю на плечи тяжёлую ткань, которая приятно скользит по коже, моё тонкое и дрожащие тело сразу же утопает в плаще, скрываясь от любопытных глаз.

Что за чертовщина? Если это сон, то почему я так хорошо чувствую запахи и прикосновения? А реальность это быть попросту не может. Вероятно, я спятила.

— Благодарю, — я выдавливаю из себя улыбку, и не успеваю опомниться, как большие мужские ладони оказываются на моей талии.

Одним резким движением меня подняли наверх и закинули на лошадь под мои визги. Серый конь фыркнул и сделал шаг назад, явно не обрадовавшись мне. Я вжала голову в плечи и схватилась за седло стальной хваткой. Меня подняли так легко, словно я ничего не весила.

Никогда в жизни не сидела верхом, да что уж там, я даже лошадей-то не видела никогда, только если на картинках, так как всю жизнь жила в большом городе. Хьюстон был космическим городом, так как к юго-востоку от него располагался Космический Центр. Он является частью Космического центра имени Линдона Джонсона, в котором осуществляется управление космическими полетами и проходят обучение астронавты НАСА. И сейчас я бы отдала бы всё, чтобы вновь оказаться дома, а не в этой деревне.

Герцог Бедфорт ловко взобрался на коня, сев позади меня. Он протянул руки к поводьям по обе стороны от меня, тем самым, заключив меня в, так называемые, объятия. От такого у меня чуть сердце в пятки не ушло. Господи, что же такое происходит? Мужчина развернул лошадь назад, а я зажмурилась от страха, сковавшего меня с ног до головы. Пожалуйста, можно я вернусь домой? Я готова ещё сто раз получить мячом по голове, только прошу, верните меня обратно. От дикого шока и ужаса я едва сдерживала истерику.

— Вы ездили когда-нибудь верхом, леди Грейс? — послышался голос герцога, и я отрицательно мотнула головой. Мне не хотелось ничего говорить, так как начала бы хрипеть и пищать. — Что ж, тогда держитесь крепче.

Только я успела сжать руки сильнее, как лошадь поднялась в галоп. Я громко вскрикнула, уже не в силах сдерживать себя. Солёные слёзы тонкой, едва различимой дорожкой, скатывались по щекам, а потом их сдувал сильный поток ветра. Мне было ужасно страшно. От каждого движения лошади я всё сильнее теряла равновесие, и если бы по обе стороны от меня не тянулись крепкие мужские руки, то я упала б мгновенн

Глава 3.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Меня подняли ни свет, ни заря. Солнце слепило меня всякий раз, когда я пыталась открыть глаза, а надоедливый стук в дверь так и не прекращался. Несмотря на то, что ни мама, ни папа не стали бы стучать, меня почему-то это никак не смутило. Крикнув что-то в ответ, я забралась под одеяло с головой и свернулась клубочком, прячась от назойливых солнечных лучей. Мне всё равно придётся встать с кровати, потому как в школе меня ждать никто не будет. Я открываю глаза и натыкаюсь на свои колени. Платье. Мои ноги и руки, а также и остальное тело полностью скрывает это чёртово белое платье. Этого не может быть. Я прислушиваюсь к голосам за дверью, не веря в происходящее.

— Леди Грейс, вставайте! Прошу вас, вставайте! — испуганно надрывалась Сара.

Нет-нет-нет, только не это. Я подскакиваю с кровати, словно ужаленная, ударяюсь затылком об мягкую ткань балдахина, отпрыгиваю назад к окну, мои ноги путаются в ночном платье, и я лечу на пол. Больно приземлившись на пятую точку, я осознаю, что прекрасно чувствую боль. Дверь в комнату открывается, а на пороге показывается перепуганная горничная. Она ищет меня на кровати взглядом, да вот незадача — я распласталась по полу у открытого окна, чудом не вылетев со второго этажа. Женщина всё-таки замечает меня, с недовольством и спешкой помогает подняться.

Вокруг меня опять началась суета, в общей сложности занявшая больше часа времени. Меня заставили надеть платье, но намного неудобнее того, в котором я ходила раньше. Декольте лифа принимало форму каре. Сверху его покрывала цветная узорчатая юбка котт, которая была видна из-под скошенных впереди расходившихся пол гауна. А само платье было выполнено в синих и голубых тонах, которые как нельзя хорошо подчёркивало мои голубые глаза. Когда мне предложили посмотреться в зеркало, я едва узнала себя. Мои светлые волосы были собраны наверх, но несколько завитых в спиральки локонов касались обнажённых плеч. Из зеркала на меня смотрела какая-то принцесса. Точнее, будущая фрейлина королевы. Раз служанки такие красивые и роскошные, боюсь представить как выглядит сама королева.

Всё это меня ужасно утомило, я хотела уже наконец позавтракать, так как не ела со вчерашнего вечера. Думать на пустой желудок не получалось. А мой мозг всё также отказывался принимать происходящее за действительность.

Вскоре Сара отвела меня на первый этаж в ту комнату с камином. Поначалу я двигаюсь неловко, но горничная немного помогает мне, чтобы я перестала выглядеть неуклюже. К тому же позориться в таком шикарном платье я совсем не хотела. Увидела б меня сейчас Зои, то задохнулась от зависти. Она ещё с детства была повёрнута на подобном. Всё мечтала, что к ней прискачет принц на белом коне, попросит руку и сердце, а потом они отправятся в большой замок на бал, где она будет самой прекрасной в красивом пышном платье. Если бы такой сон приснился моей лучшей подруге, то она пришла бы в такой дикий восторг, но я не она. Я сейчас тряслась от страха и неизвестности. Мне ещё никогда не снилось продолжение сна. При чем, такого правдоподобного.

Спустившись в большую и просторную комнату с камином и с красивым квадратным резным столом, на котором стояли различного рода вкусности, я предстала перед тремя мужчинами. Оба были разодеты в дорогие костюмы и точно старше меня. Герцог Бедфорд являлся обладателем коротких тёмных волос, его взгляд был пропитан не только серьёзностью, но и теплотой. По нему можно было сказать, что он точно знает себе цену. Обычно в кругу таких людей чужие чувствуют себя униженными, словно на ступень ниже, а близкие люди — расслабленно и непринуждённо. Что не скажу о втором человеке. Имени и титула я его не знала. У него были кудрявые светлые волосы и до ужаса тяжёлый взгляд, сверлящий меня с того момента, как я зашла в комнату. Морщины придавали его лицу недовольствие и делали мужчину старше. Он был на голову ниже ростом Бедфорда и примерно на пол головы выше меня. Именно он и говорил вчера с герцогом обо мне. Я не знаю почему, но он сразу отталкивал от себя. Третий же был телосложением похож на гору камней, хорошо выраженные мышцы выпирали из под одежды, а короткая кабанья шея едва ли виднелась. Человек был выше на целую голову герцога Бедфорда, и внушал мне странное чувство. Лучше его опасаться. В какой момент я стала мыслить, как Калеб?

— Леди, вам стоит поклониться. — шепнула мне Сара, склонившись в почтительном поклоне перед мужчинами. — Милорды.

Я не стала испытывать судьбу и последовала её примеру. Мне было интересно, что же уготовил для меня мой сон, хотелось узнать, что будет дальше. Неужели я попала в мир Зоиных грёз? Как раз больше узнаю про историю Англии, может быть мне пригодиться эта информация на последнем экзамене по данному предмету.

— Милорды, — я повторила за Сарой, а когда подняла взгляд, то увидела одобряющий кивок герцога.

— Позвольте вас представить. — герцог Бедфорд с кудрявым мужчиной отошли от камина, направляясь ко мне. — Леди Грейс, это Джек, виконт де Клэйнт и Уолтер Браун, начальник личной стражи.

— Очень рада знакомству. — я протягиваю мужчине руку, и виконт де Клэйнт пожимает её, ладонь у него большая и шершавая.

— Взаимно, леди Грейс.

Мы садимся за стол, пока меня спрашивают хорошо ли мне спалось и тому подобное. Ели мы начинали завтрак в гробовой тишине, то потом пошли вопросы, касаемые работы фрейлины. Меня это совершенно не радовало, но раз я попала в эту реальность второй раз, то где гарантии, что не вернусь сюда ещё? Если я обложу этих людей благим матом и сбегу, кто мне пообещает, что когда я закрою глаза в следующий раз, то мне не придётся бегать по окрестностям Лондона и бомжевать? А ведь во сне чувства точно такие же, что и в реальности. Голод вполне реален, ровным счётом как и боль. Можно сказать, что мне и так сильно повезло, что мимо случано проезжал герцог со своей свитой, а то кому известно, что со мной случилось не появись на той площади Бедфорд.

— Вашей главной задачей будет по совместительству сопровождать Её Величество и выполнение всех её приказаний, ясно? Вы обязаны развлекать королеву и её гостей, быть подле неё всегда.

— То есть я буду обыкновенной служанкой? — фыркаю я, замечая как испугалась Сара, стоящая неподалёку от стола.

Лицо виконта заметно побагровело от видимой злости, а я прикусываю язык, мысленно ругая себя. Я мечусь взглядом по комнате в поисках хотя бы какой-нибудь поддержки, но всё тщетно. Уолтор лишь сверлит меня взглядом.

— Хоть вы и будете на самой маленькой должности, это весьма почётно. — твёрдо проинформировал меня Бедфорд. — Но перед тем, как отправится во дворец, вы должны многому научиться. В том числе верховой езде, манерам и правилам этикета. У нас есть шесть дней.

— Но неужели я успею за шесть дней? Это же ничтожно маленький срок…

— Выбирать вам не приходится, леди Грейс, и не придётся более никогда. — раздражённо смерил меня взглядом Джек де Клэйнт. — Вы либо усердно трудитесь над самосовершенствованием, а после попадаете во дворец, либо ничего не делаете, дверь там. — он указал на входную дверь коротким пальцем. — Только что в намерены делать на улице без памяти? Вас очень быстро приберут к рукам местные бордели, если только раньше не изнасилуют и не убьют. Мужчины точно не будут обходить вас стороной.

Вообще-то он прав. Я не могу знать наверняка, что случится со мной завтра. Я гляжу на герцога и тот лишь кивает, соглашаясь с де Клэйнтом. От этих слов меня передёрнуло, будто я засунула мокрые пальцы в розетку. Но ведь это всего-навсего сон. Игра моего воображения и ничего больше.

— Хорошо, я согласна. Сделаю всё, что от меня потребуется. — я киваю мужчинам, и на лице Бедфорда разливается улыбка.

В комнату заходит очень красивая женщина за ручку с маленьким ребёнком. Моё внимание приковано к нежно-жёлтому роскошному платью девушки, её пшеничные локоны были собраны почти как у меня, но в отличии от меня незнакомка была увешана драгоценностями. Девочка, следующая за ней была, в буквальном смысле её маленькой копии. Только глаза у неё были зелёными, а не карими. Малышке было лет пять от силы. Даже такой маленький ребёнок был разодет как на праздник. Заметив меня, мать девочки улыбается, но это не искренняя, а скорее вежливая улыбка, а затем направляется к Бедфорду. Мужчина радостно встаёт из-за и садится на корточки, расставляя руки. Белокурая красавица отпускает руку своей матери и со звонким смехом бежит к герцогу, попадая в его объятия. Сомкнув руки, мужчина поднимается на ноги и кружит малышку. Девушка с такой любовью и нежностью наблюдает за этой картиной, а потом герцог обнимает и её, целуя в уголок губ. В это время Де Клэйнт и Браун стоят позади, заведя руки за спину.

— Леди Грейс, познакомьтесь с моей женой Элизабет и дочерью Элль. — говорит герцог, отпуская и ту, и другую из своих объятий.

— Рада знакомству. — я встаю и пожимаю руку, протянутой Элизабет. Она отвечает мне почтительным кивком и улыбкой.

— Добро пожаловать, миледи. — говорит мне малышка, и моё сердце тает. Таких милых детей я ещё не встречала никогда.

Мы обмениваемся ещё парочкой любезностями, пока за мной тщательно наблюдает виконт. Мне хотелось указать ему на то, что это не тактично, но сдержалась. Если посмотреть на ситуацию с его стороны, то и виконта, и Уолтера можно было понять. Я ведь валялась без сознания в очень странной для их одежде. Меня аж передёрнуло от осознания, то в этом мире я нахожу на самой нижней ступеньки цивилизации. Герцогиня с дочерью уходят из комнаты, выходя из другой двери, которая, скорее всего, ведёт в сад. И я вновь остаюсь наедине с мужчинами.

— Итак, — Бедфорд делает шаг ко мне навстречу, — отныне вы леди Грейс Честер — происходите из дворянской семьи, ваш отец, барон, погиб на фронте, а мать от родильной горячки. Вы абсолютная сирота, без денег и наследства, но с титулом и образованием. Вы запомнили?

Рот у меня непроизвольно открывается от удивления, я киваю. Это что ж теперь в реальной жизни я Грейс Марлоу, а во сне леди Грейс Честер — осиротевшая дочка барона? Куда же катиться моя жизнь?

— Каждый день, начиная с шести утра и до двенадцати часов дня вы будете обучаться главным обязанностям фрейлины — угождать Её Величеству. С этим вам будет помогать Сара, а также остальные в этом доме. Вы должны уметь всё. Одеть королеву, раздеть, уложить в кровать, поднять с утра. Всё что она попросит. Безоговорочно. — говорит герцог Бедфорд, а меня уже начинает крутить от этого всего. — Дальше у вас перерыв час на обед, а в два часа дня и до четырёх вас ждут тренировки по верховой езде, которые мы будем проводить по очереди с виконтом де Клэйнтом.

— Нам нужно лично убедиться в ваших способностях и видеть рост. — информирует меня виконт.

— Далее час вы отдыхаете и до десяти осваиваете все тонкости правил этикета. С этим вам поможет моя дорогая жена, а также прислуга.

— Я вас поняла. — сглатываю огромный ком ставший поперёк горла.

Меня успокаивает только то, что это сон. А также я безумно надеюсь, что я попала сюда в последний раз. При всей моей благодарности и уважении, герцог Бредфорд, я не собираюсь вставать в шесть утра, чтобы в течении дня отдохнуть только два часа. Разумеется, в слух я такого не сказала, почему-то побоялась. Я уже давно наблюдаю за тем как содрогается прислуга перед семьёй Бедфорда и виконтом де Клэйнтом, словно от этого зависит их жизнь, пытаются угодить каждой их прихоти. Неужели и мне придётся терпеть такое же унижение? Но всё равно считаю, что уж лучше так, чем на улице. Тем более Джек прав, я попросту не выживу здесь одна. Одно дело оказаться одной в двадцать первом веке, другое — в шестнадцатом.

Завтрак закончился. Мы расходимся в разные стороны дома, я следую за Сарой и ещё несколькими девушками. В конце коридора первого этажа расположилась просторная комната для прислуги. Тот факт, что меня заставят убираться, стирать и развлекать людей уже особо не впечатлял. А так оно и произошло. Мало того, что мне пришлось запоминать дни рождения важных особ, их титулы и ранги, так ещё нужно было знать как ответить на тот или иной вопрос, который мне могут задать.

Когда пришло время обеда, я провела его уже не за общим столом, а всё в той же комнате для прислуги. Сразу после короткого перерыва меня отправили на задний двор, где я вновь встретилась с герцогом Бедфордом. Тощий парнишка подвёл к нам небольшую гнедую лошадку. Я испуганно посмотрела на животное, а потом на своё длинное и неудобное платье. Задав вопрос об удобстве герцогу, он сказал мне, что переодеваться смысла нет, ведь сопровождать королеву мы будет не на войну, а на прогулку по территории дворца. Я до ужаса боялась лошадей. Они всегда в моих глазах казались слишком сильными и опасными животными.

— Подойдите к нему. — попросил темноволосый мужчина.

Я с максимальной осторожностью приблизилась к коню вытянула руку и медленно провела подушечками пальцев по гладкой шерсти. Ох, знали бы мои родители, что во снах я тусуюсь с двумя мужиками, которые старше мня в два раза, а у одного вообще семья, занимаюсь верховой ездой и танцами — они бы поседели от шока. Но вот узнай они, что меня учат домашним делам, таким как уборка, стирка и готовка, то конечно, обрадовались.

— Самое главное в общении с лошадью — не бояться её. Эти грациозные создания всё чувствуют, в том числе перемену настроения и вашу зажатость. Сидя на их спине ни в коем случае нельзя трястись от страха, но и никогда не стоит слишком расслабляться, теряя бдительность.

— Не бояться, но и не слишком расслабляться. Поняла. — я глажу коричневую густую шерсть на шее лошади, внимательно слушая наставления Бедфорда.

— Следует подходить к лошади исключительно с левой стороны и никогда не обходите её сзади. — он спокойно похлопал коня по крупу ладонью.

А дальше меня кратко проинструктировали как сесть в седло. Невзирая на то, что это казалось таким простым делом, на спине лошади я оказалась не с первой попытки. Я сразу же сжалась, вцепилась в седло как и вчера. Так, спокойствие. Нужно успокоиться.

— Не зажимайтесь, мисс. Действуйте более уверенно. — после этих слов герцог показал как правильно сидеть в седле и держать повод в руках. — Чтобы послать лошадь вперёд просто прижмите вот эту часть ноги к бокам коня. — мужчина провёл рукой от колена своей ноги до щиколотки. Я сжала ноги, и лошадь тронулась вперёд. Ой-ёй! — Выпрямите спину, смотрите только прямо перед собой, а руки опустите ниже. Отлично.

Несколько часов я слушала инструктаж про правильную и красивую осанку, меня заставляли тормозить лошади и опять двигать её много раз подряд. Герцог сказал, что в основном все конные прогулки при дворе происходят на шагу, но если потребуется нужно уметь менять аллюр. Сегодня у меня была лишь теория и совсем немного практики. Я не поднимала лошадь в аллюр быстрее шага, но даже так мне было сложно и страшно. Я всё время смотрела под копыта животного и боялась упасть, а Бедфорд каждый раз ругал меня за это. Я столько раз тупила за это время, но герцог не смел даже повышать на меня голос. Очень благородно с его стороны, я бы не выдержала. А ещё я была очень благодарна ему за то, что именно с ним первое занятие, думаю, будь на его месте виконт де Клэйнт, я бы залилась слезами, потому что матерных слов для меня он бы не пожалел.

Когда я спешилась, поблагодарила Бедфорта и пошла в дом, чтобы в свой заслуженный отдых длинною в целый час перевести дух и тупо полежать на кровати, то я поняла насколько конный спорт адский труд. Мне всегда казалось, что всё просто. Вскочил на лошадь да поехал. Сиди себе и гляди по сторонам, пока лошадка сама бежит и везёт тебя. А оказалось вовсе не так. Одно неверное или невнимательное движение, и в лучшем случае, ты рискуешь получить синяки или сломать себе что-нибудь. Ноги затекли, и теперь я ощущала противные покалывания, будто мне вонзают иголки в каждый сантиметр кожи. Представить не могу как мне ещё несколько часов слушать про этикет и манеры, ведь я уже чертовски устала и сильно хочу спать.

Через час я вновь была в гостиной с камином, где меня уже ждала Элизабет. Для меня всё ещё оставалось загадкой почему такие высокопоставленные люди выделяют мне уйму своего времени и чем-то там учат. Разве это входит в их обязанности? Правильно, нет. Я снова здороваюсь с леди Элизабет.

— Начнём с того, что не позволительно высказываться о том или ином категорическом утверждении. Вам предстоит отказаться от активного проявления своих эмоций и резкого тона. Скромность украшает женщину. Не стоит жаловаться всем и каждому на чтобы то ни было. Имейте чувство собственного достоинства. — говорит Элизабет, а я стою и слушая, завидуя её просто королевской осанке.

Её руки сложены одна поверх другой на юбке платья, а подбородок поднят вверх, но так чтобы это выглядело гордо, а не высокомерно. Я невольно вытягиваюсь, выпрямив спину и убрав плечи назад. Пусть я и буду работать служанкой, но убого и слабо выглядеть не собираюсь.

— Категорически не стоит заводить разговор о личной жизни, лучше шутите. Общество любит шутки и веселье. Не маловажным считаются походка, жестикуляция, интонация осанка и мимика.

Девушка подробно рассказывала мне все нюансы, нарезая медленным шагом круги вокруг меня. За этот вечер она рассказала мне правила знакомства и представления, а также многое другое. Под конец занятия у меня голова шла кругом. Запомнить столько всего разом. Ведь я должна изображать из себя образованную по меркам этого времени девушку. А выучить и запомнить всё это я должна всего-то за какие-то ничтожные шесть дней, в то время как девушки учатся этому годами. Как будто какой-то вызов.

— Позвольте узнать, откуда вы умеете читать и писать? — под конец нашего "урока" поинтересовалась Элизабет, наблюдая как я пишу письмо, которое она велела написать, потому что это тоже будет входить в обязанности фрейлины.

— Мои родители меня учили, это одно из немногого, что я помню. — не отрываясь от дела отвечаю я.

— Удивительно. В наше время мало образованных дев. — улыбается она, когда я отдаю ей листок бумаги и перо, которое я взяла в руки в первый раз в жизни, но судя по довольному лицу герцогини у меня всё получилось хорошо, её это устраивало. — Это действительно так, что вы почти ничего не помните?

— К сожалению, да. Я не помню как оказалась на той площади в толпе, ровным счётом как и не помню, что было до этого. — я слежу за тем, как Элизабет откладывает письмо на край стол. Её идеально чистое лицо тускло подсвечивается огнём из камина и светом свечей. Интересно, знает ли она, что я теперь дочка барона?

— Вам, наверное, страшно. — это прозвучало не как вопрос, а больше как утверждение. — Притворяться тем, кем на самом деле не являешься, да ещё и позабыть своё прошлое.

— Есть такое. — согласно киваю я. — Но больше меня интересует почему всё так стараются надо мной?

— Наша королева совсем недавно взошла на престол. Даже двух недель нет. Скоро будет её официальная коронация. А в последнее время в королевстве беда с фрейлинами. То они не нравятся Её Величеству, то Его Величеству. Это можно понять. А мой горячо любимый муж — один из приближённых лиц Его Величества. Он пообещал привезти подходящих девушек, но они долго не задерживались во дворце. А вчера он ехал домой из дома одной графини, которая вовсю рвалась во дворец, и по дороге заметил вас, миледи. — Элизабет бросает последний взгляд на часы и поднимается со стула. — Не стоит искать в этом подвоха или разбирать все детали. Вас они не касаются. Вам стоит смотреть на это как на второй шанс. Если вы понравитесь королю и королеве — разбогатеете. Многие девушки Англии мечтали бы быть на вашем месте. Вам помогли во всём, придумали историю, теперь, леди Честер, нужно лишь усердно трудиться, чтобы оправдать ожидания.

— Я буду очень стараться, обещаю. — я тоже поднимаюсь. — Спасибо вам за всё, леди Элизабет.

Я еле заметно склонилась в поклоне, Элизабет лишь почтительно склонила голову. Пожелав друг другу доброй ночи, мы разошлись. Я устало плелась своей комнате, рискуя упасть прямо в коридоре на дорогой ковёр. Плетясь к кровати, я замечаю ту длинную сорочку-платье молочного цвета. Устало вздыхаю, понимая, что мне придётся ещё снимать синие платье, а это занятие не из быстрых и одна я справлюсь вряд ли. Просить помощи мне было не у кого, а искать Сару я не хотела — было слишком лень. В конечном итоге, я расправилась с идиотским платьем, переоделась и забралась в удобную кровать. За окном было уже очень темно. Каждая мышца тела ныла от усталости, а голова взрывалась от количества той информации, которую мне предстоит запомнить.

Боже, пожалуйста, пусть я проснусь в своей квартире в Хьюстоне и никогда больше не вернусь в это поместье…

о. Но от этого не лучше. Я не известно где, еду на лошади бешенным галопом, а прямо к моей спине прижимается незнакомый мне мужик, старше меня раза в два!

Глава 2.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Спустя целую вечность, мы наконец остановились около какого-то огромного поместья. Заехав в ворота, мы направились по подъездной дорожке уже шагом. Передо мной открылась величественная панорама старинного парка, окружающего трехэтажное кирпичное здание с четкими пропорциями, с большими, от потолка до пола окнами в тонких переплетах, делающих строение воздушным и элегантным. Высокие зелёные деревья, аккуратно постриженные блоки кустов, создающие живую изгородь окружали поместье, а справа был разбит шикарный розарий.

Голова гудела, а сердце билось как заведённое. Я ощутила холод и облегчение, когда герцог слез с лошади, также как это сделали и остальные семь всадников, сопровождающие его. Я так крепко вцепилась в это несчастное седло, что не отпускала его до тех пор, пока Бедфорд силой не снял меня с лошади. Казалось, что мышцы свело, и я уже никогда не оторву пальцы от кожаного седла.

Перед тем как меня повели внутрь большого поместья, я заметила нескольких молодых юношей, забирающих лошадей и уводивших их куда-то за дом. Так, я не понимаю ничего вообще. Почему я позволила каким-то мужикам привезти себя сюда? Я даже возразить не успела, как меня завели внутрь. Первым что открылось моему взору, была парадная лестница и зал с богато украшенным живописным потолком. Это поместье принадлежало явно не бедному человеку, это стало понятно по дорогим вещам, огромной территории и прислуге, которая встретила нас у самого порога.

— Добро пожаловать, Ваша Светлость. — горничная склонилась перед герцогом.

— Сара, приведи нашу гостью в порядок. — властно сказал Бедфорд, подводя меня к ней, не тратя время на приветствия.

— Да, Ваша Светлость. — девушка, названная Сарой, почтительно кивнула и подошла ко мне. — Пройдёмте, мисс.

Я сильно обрадовалась, что в этих хоромах я не одна представительница женского пола. Мы находились в огромной резиденции. Я без лишних слов последовала за Сарой. Она была не намного старше меня, возможно лет на пять. Женщина привела меня в какую-то комнату, где мы остановились, а Сара полезла в большой резной шкаф. Я осмотрела горничную повнимательнее. Её светлые волосы были почти такого же цвета как и мои, но оттенок был намного грязнее. Мои русые локоны тянулись до копчика, а её короткие, собраны в непонятную мне причёску.

— Извините, а где я нахожусь? — мой голос содрогнул тишину.

— В поместье Бодфордов, мисс. — совсем немногословно ответила горничная, а потом подошла ко мне, велев снять плащ. — Господи милостивый! Во что это вы одеты?

Сара с таким интересом рассматривала мою одежду, а потом её пристальный взгляд метнулся к моему лицу. От такого пристального разглядывания мне захотелось отвернуться.

— Мисс, это нижнее бельё? — вопросительно подняла бровь служанка, а я аж подавилась.

— Не знаю… я потеряла память. — я решила придерживаться этой версии, чтобы не пугать людей своими вопросами, пока сама не разберусь в происходящем.

— Ох, бедняжка! Вас немедленно должен осмотреть лекарь. — она метнулась к выходу из комнаты, оставив меня совершенно одну.

Я стояла в полном одиночестве посередине почти пустой комнаты и глупо таращилась по сторонам. Горели свечи, пахло воском, казалось, что я нахожусь в каком-то музее. Глазами я нашла окно и подошла к нему. Впервые за несколько часов, проведённых здесь, я осталась наедине с собой. Я отворила окно, впуская в комнату свежий воздух. Это окно выходило на задний двор, где я увидела тех самых пареньков-конюхов, которые хлопотали над лошадьми, а с другой стороны от конюшни располагался небольшой сад. Я устремила свой взгляд в вечернее небо. Что происходит? Это больше не похоже на какой-то маскарад, но я ведь не могла перенестись в прошлое от удара мячом по голове! Значит это просто очень правдоподобный сон. Мне вновь захотелось плакать, свернувшись клубочком где-то в углу комнаты, но сейчас не время для слёз, поэтому я прижала трясущиеся руки к груди.

Через пару минут в комнату ворвались Сара и женщина постарше в чёрно-белом длинной большом платье, а голова её была спрятана под такого же цвета платком. Поначалу я решила, что она монахиня, но быстро отмела из головы эту мысль.

От меня отстали только через час. Полностью осмотрев меня, врач развернулась и ушла, а Сара велела мне снять свою одежду и сунула в руки платье, отправив переодеваться. Я ожидала, что меня заставят одеть похожие громоздкие платья, которые я видела сегодня на площади, но этот вариант был намного легче и похож больше на длинную сорочку, по всей видимости, домашний вариант.

— Мисс, позвольте я покажу вам комнату. — Сара повела меня к лестнице на второй этаж.

— Постойте, но что же я буду делать дальше? — внезапно осенило меня.

— Не могу сказать, — покачала головой Сара, — это будет решать только герцог Бедфорд.

Я заткнулась, но не от того, что получила ответ на интересующий меня опрос, а от того что если я сейчас ещё раз открой рот, то меня примут за шизофреничку. Хотя так оно, скорее всего, и есть. Меня отвели в среднего размера комнату на втором этаже в самом конце коридора по правую сторону, пожелали доброй ночи и оставили одну. Комната была выполнена в зелёных тонах, даже балдахин над кроватью был такого же цвета. Сама она была односпальной и достаточно узкой, белые простыни аккуратно заправлены и разглажены. Рядом с тумбой стоял стул обтянутый чехлом малахитового цвета, а на полу вплоть до окна тянулся красно-золотой ковёр. На тумбочке и лакированных комодах стояли канделябры с многочисленными рожками, расположенными по окружности, украшенные хрустальным убором, свечи тускло освещали комнату.

Я закрыла дверь за Сарой, обернулась к кровати и заметила на прикроватной тумбочке поднос с едой. Живот скрутило. От нервов я даже не понимала на сколько голодна. Поэтому сразу же набросилась на ужин. Я отлично различала вкус еды, и меня это пугало ещё сильнее.

После ужина я решила пойти и найти этого герцога Бедфорта и задать ему пару вопросов. Осторожно выйдя из комнаты, я вдруг поняла, что понятия не имею, где мне искать мужчину в этом огромном здании. Пройдя по коридору второго этажа, я никого не нашла, кроме закрытых дверей, поэтому приняла решение спуститься вниз. Сара дала мне мягкие туфли с широким квадратным «утиным носком», которым я тоже не обрадовалась. А ещё она забрала мои кроссовки и другую одежду. Подобно тени, я спускалась по лестнице в свете луны, падающего на мои светлые локоны через большие резные окна. Гуляя по первому этажу, я внимательно изучала каждый предмет встречающийся мне на пути. Шла я так до тех пор пока не услышала голоса.

— Она довольно красива. К тому же без прошлого. Стоит обучить её нужным манерам и отправить во дворец фрейлиной к Её Величеству. Как подарок к коронации. — до меня донёсся знакомый приглушённый голос Бедфорда.

И в каком это таком смысле "без прошлого"? Я тихонько притаилась у распахнутых дверей, наблюдая за мужчинами через небольшую щёлочку между дверью и стеной. Два человека сидели за большим квадратным столом напротив огромного горящего камина. И третий стоял чуть ближе к двери и спиной ко мне, поэтому я не поняла кто это. Герцог Бедфорт задумчиво подпирал рукой голову, следя взглядом за танцем языков пламени.

— Но откуда она там взялась? — прозвучал грубый мужской голос, и когда я выглянула из-за угла, узнала его обладателя. Это был один из всадников, которые сопровождали герцога. Знал бы ты, неизвестный, как сильно я мучаюсь таким же вопросом. — Ваша Светлость, люди не появляются из воздуха с потерянной памятью. Эта леди несла какую-то чушь на глазах у многих людей. Разве такая девушка может служить самой королеве?

— Но об этом никто больше не узнает. Мы обучим её должным образом и отправим во дворец. Её Величеству леди Грейс придётся по душе. Сейчас сложно найти хороших фрейлин. А её недуг может сыграть нам на руку. К тому же, милорды, наше время заканчивается.

— Пожалуй, вы правы. — произнёс человек у двери, и я вздрогнула.

— Пойду проверю её. — Бедфорд резко поднялся, так что по комнате раздался неприятный скрипящий звук, отъезжающего стула по гладкому полу.

Под звуки приближающихся шагов до меня дошло, что я не должна здесь находиться. Пока мужчина не дошёл до двери, я рванула назад к лестницы. Неудобная обувь сковывала мои движения, от чего я бежала довольно неуклюже. Я неслась обратно в комнату, будто за мной гонятся голодные волки. И как только я закрыла за собой двери и нырнула под одеяло, я услышала стук.

— Входите! — крикнула я, пытаясь выровнять дыхание после такого марафона. Моё сердце билось как бешенное, а в висках пульсировало.

Дверь тихонько открылась и на пороге показался темноволосый герцог очень приятной наружности, и хотя в темноте было сложно его рассмотреть, я уловила на его лице некую раздражённость и недовольство ситуацией.

— Прошу прощение за поздний визит. — он прошёл в комнату, оставляя дверь открытой. — Как вы себя чувствуете?

— Лучше, спасибо. — я выдавила улыбку, пока соображала, как я смогу сбежать отсюда в случае опасности.

Окно было открыто почти на распашку, но прыгать со второго этажа я не собиралась. Поэтому остаётся только главный выход, но путь мне преграждал Бедфорд. И пока я соображала план действий, мужчина вновь заговорил.

— Вы будете служить Её Величеству королеве Марии. Станете личной фрейлиной. — не ходя вокруг да около, отчеканивает герцог. — Это очень большая ответственность, требующая полного внимания и сосредоточенности, а также безграничной веры.

— Я могу отказаться? — мой голос дрогнул, так как я все ещё пребывала в шокированном состоянии.

— Да. Тогда я верну вас обратно на площадь.

Я натянула одеяло себе до подбородка. Что тогда я буду делать? Вернусь на площадь, а куда дальше? Конечно, я ещё проснусь и забуду этот страшный сон, но пока что я здесь. До моего пробуждения я бы не хотела таскаться по улицам в грязных лохмотьях. К тому же какая разница, если всё это просто до боли реалистичный сон? Совсем скоро я проснусь и больше никогда об этом не вспомню. Что мне терять?

— Я согласна на службу… во дворце. Это такая… эм-м, честь для меня.

— Тогда отдыхайте. Завтра обговорим все детали. — Бедфорд ушёл также быстро, как и появился.

Я даже не успела и слова промолвить, как опять осталась одна, погружённая в звенящую тишину. Я старалась игнорировать запах плавленного воска, повисшего в комнате, окружающее меня безумство и шелест листьев из окна. Глубже зарывшись лицом в подушку, я сильно сомкнула веки, заставляя себя скорее уснуть. Не знаю с чего я это взяла, но я искренне верила, что проснусь уже в Хьюстоне.

༻ ❀ •༺

Противный запах нашатырного спирта ударил мне в нос. Я резко распахнула ресницы, позволяя глазам привыкнуть к яркому свету. Перед собой я уже не видела изумрудного балдахина, вместо него надо мной свисала чья-то рука с ваткой, пропитанной спиртом. Я не понимала, что происходит из-за невероятно сильной тупой боли в области затылка. Ощущение, будто меня ударили по голове молотком. Голоса, окружавшие меня, сливались один неразборчивый звук, который лишь ухудшал моё состояние. Всё вокруг крутилось, но совсем скоро мир обрёл фокус, и я поняла, что нахожусь в школьном медпункте. Надо мной нависала медсестра, а когда гудения прекратились и стали более внятными, я узнала и своих друзей, столпившихся рядом.

— Ты безмозглый баран! — яростно шипела Зои, где-то слева от меня. — Возьми наконец свои эмоции под контроль и прекрати срываться на всех подряд!

— По-твоему я специально это сделал? — взорвался Оуэн. — У меня не было такой цели, идиотка. Это вышло случайно!

Пока они спорили, Калеб заметил, что я проснулась. Он единственный из присутствующих, кто не кричал на Финнигана. Возможно, причиной этого было то, что Оуэн являлся капитаном его команды, а может потому что просто не хотел лезть на рожон. Калеб в любой ситуации оставался с краю, молча наблюдая за происходящим, не решаясь вступить в спор или разговор.

— Грейс, ты как? — спросил парень, и всё вокруг сразу стихло.

— Грейс! — ко мне подлетела блондинка и сдала мою руку в своих ладонях. — Я так перепугалась.

— Я в порядке. — с помощью подруги я приняла сидячее положение и сражу же об этом пожалела.

Голова заболела с новой силой, в висках запульсировало, а в глазах потемнело. Левой рукой я схватилась за плечо Зои, а правой упёрлась на кушетку, где я и лежала некоторое время назад. Я быстро заморгала, пытаясь прогнать остатки сна из памяти. До чего же он был реалистичным… Я старалась забыть всё — мой страх, который я испытала за всё время, лицо герцога Бедфорда, ветер, бьющий мне в лицо во время поездки верхом, все запахи и звуки. Несмотря на это, всё равно я отчётливо помнила каждую мельчайшую деталь.

— Прости, я не хотел. — я услышала нотки вины в голосе футболиста.

Я посмотрела на него туманным взглядом, а потом кивнула, когда чётко увидела силуэт блондина, стоящего передо мной. Я приняла извинения, но прощать Оуэна так быстро я не собиралась. Меня нельзя назвать очень сильно злопамятной, но я обладала хорошей памятью, так что забуду я этот случай не скоро. Однажды, в детстве, моя двоюродная сестра Эмбер из зависти разорвала мою любимую игрушку — маленького плюшевого льва с большими чёрными глазками-бусинками и пышной золотой гривой. Я до сих пор помню, как я долго плакала, но мстить за это я ей не собиралась.

— Мисс Марлоу, у вас слабое сотрясение головного мозга. — сказала среднего возраста медсестра, а я пыталась подавить шум в ушах. — Ничего смертельно, но лучше соблюдать постельный режим. Вы можете остаться здесь.

— Не останусь, спасибо. — я встала с кушетки, на моих ногах все так же сидели черно-белые кроссовки, лосины облегали ноги, а футболка едва прикрывала пупок. Никаких платьев.

Тогда медсестра попросила Калеба и Зои довести меня до дома, и те сразу же согласились. Оуэну же я не позволила этого сделать. Я хотела побыть в окружении друзей, а от голоса Финнигана у меня болела голова.

По дороге до дома я коротко рассказала друзьям о этом странном сне, о герцогах, лошадях и красивом поместье, а также о том, что меня хотели сделать личной служанкой королевы Англии. Я пыталась превратить это в шутку, но на самом деле смешно мне не было. В груди засело непонятное ощущение, словно тяжелый камень упал мне на грудную клетку, придавливая к земли, а у меня нахватает сил, чтобы его убрать. Зои как обычно романтизировала каждое моё слово, приходя в восторг от Бедфорда, мечтая, чтобы ей приснилось что-то похожее. А вот бдительный и внимательный Калеб настороженно и довольно скептически отнёсся к моему рассказу. Он толком ничего не ответил, но по выражению его лица, можно было понять, что он задумался над этим.

Странно, что и без того молчаливый Калеб в последнее время старался вообще быть не заметным. Он никогда не бросал слова на ветер, в отличии от нашей общей подруги, и всегда прежде чем что-либо сказать, думал сто раз. Этим, к сожалению, не могли похвастаться мы с Зои. Казалось, что Калеб видит и слышит то, что не доступно остальным. Всегда замечает детали, на которые я бы не обратила внимание и прошла мимо. Да и вообще он был излишне осторожным. А Зои же действовала по принципу — сначала делаем, потом думаем. Я же застыла примерно посередине между ними. С первого взгляды мы были такими разными, но с другой стороны — дополняли друг друга.

Я вернулась домой, и не взяв ни крошки в рот, отправилась в кровать. Тело камнем упало в постель, а тяжёлые веки сомкнулись. Наконец-то этот длинный и тяжелый день подошёл к концу. Я благодарила всё и вся, что вновь засыпаю в знакомой мне кровати. Совсем скоро с работы вернуться родители, а завтра я проснусь и вновь пойду в школу, чтобы встретиться с лучшими друзьями.

Всё это было лишь сном, последствие сильного удара по голове. И ничего более. Кошмарным сном…

Глава 4.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я открываю глаза, и к моему огромному удивлению, конечности больше не болят, а мышцы не ноют. Уже нет той усталости, с которой я ложилась в кровать. Она будто испарилась. Но зато вместо этого я чётко ощущаю тупую головную боль в области затылка. Замечательно, если вчера у меня болела голова от огромного количества информации и новых знаний, которые я получила, то сегодня она уже раскалывается от того, что совсем недавно в меня прилетел мяч. Даже не открыв глаза, я понимаю то, что я наконец вернулась в реальный мир. В мою комнату просочилась запах тостов и свежего кофе, и я соображаю, что вот-вот мама зайдёт меня будить. Но у меня есть ещё пару свободных минут, я прижимаюсь лицом к подушке и пытаюсь вникнуть, что со мной происходит.

Почему стоит мне закрыть глаза я оказываюсь в Англии шестнадцатого века, а когда я их вновь открываю, то нахожусь в современном Хьюстоне — там же где и засыпала? Я устало вздыхаю, переворачиваюсь на спину, и как раз в этот момент дверь в комнате распахивается. Конечно, тут никто не будет стучаться. Я медленно приподнимаюсь на локтях и встречаюсь взглядом с мамой, которая уже была собрана. Она уложила свои короткие блондинистые волосы, на ней была белая рубашка и длинная юбка-карандаш, а серые глаза спрятались за стеклом очков чёрной круглой роговой оправе. За её спиной на кухню прошмыгнул папа, сказав мне «доброе утро».

— Ты собираешься сегодня вообще идти в школу? Если да — вставай, автобус приедет через сорок минут. — ворчит мама, потому что для неё всегда оценки в школе были намного важнее остального, она вела себя так, как-будто от них напрямую зависела моя жизнь.

Даже не дождавшись моего ответа, она разворачивается на каблуках и идёт на кухню за отцом, не потрудившись закрыть за собой дверь. Я со страдальческими стонами поднимаюсь с кровати и направляюсь вслед за родителями. На самом деле, сегодня как раз я не хотела идти в школу, несмотря на то, что я очень люблю её посещать. Я хотела рассказать своим друзьям про то, что я опять переместилась во времени или мне приснилось продолжение странного сна, но сегодня не было желания куда-то идти с самого утра, мне хотелось просто полежать дома в тишине. К тому же у меня до сих пор болела голова. В глазах немножечко темнело, ведь я толком не успела ещё отойти от сна, в висках отдавало пульсацией. Я зашла на кухню и лениво плюхнулась на стул. Как же хорошо жить в современном мире, не нужно ввозиться с этими громоздкими платьями, неудобной обувью, ведь всё это занимает очень много времени и сил.

— Можно сегодня не идти в школу? Вчера я была в травмпункте, потому что потеряла сознание на уроке физкультуры. — говорю я и беру стрелки тост.

— Почему вчера ты нам об этом не рассказала? — папа смотрит на меня будто опять чем-то недоволен.

— Ну, когда я пришла домой, то никого не было.

— Если у тебя очень сильно болит голова, то поехали в больницу.

Папа работал в небольшой компании, которая находилась буквально в доме по соседству с нашей городской больницей. Мне совсем не хотелось туда ехать.

— Нет, у меня не до такой степени болит, чтобы ехать в больницу. — мои аргументы родителям не очень нравится, поэтому я пускаюсь во все тяжкие. — У нас сегодня какая-то проверочная по истории, я переживаю за то, что я не смогу думать нормально из-за раскалывающейся головы и боюсь написать этот тест на плохую оценку, которая мне испортит весь год.

— Хорошо, ты можешь остаться, но только на сегодня. — соглашается мама, скептически глянув на меня. — Тогда сегодня уберись дома и не забудь, что мы с твоим отцом идём в ресторан вечером. Если захочешь, можешь прийти тоже.

— Спасибо, но я вряд ли выйду из дома. — на самом деле я ещё как выйду из дома, мне необходимо встретиться с моими друзьями, и я планирую сходить в нашу любимую кофейню, которая находится не так далеко от моего дома.

Мы кушаем в абсолютно тишине, мне невольно вспомнился наш завтрак с герцогом и виконтом. Есть ли мне смысл вообще играть по правилам сна или я могу спокойно пойти спрыгнуть с крыши и навсегда проснуться?

Все же после того как я проводила родителей на работу, то первым делом написала друзьям, что я не приду сегодня, а потом, взяв ноутбук, я забралась в кровать, укрылась тёплым одеялом и открыла интернет, забивая в поисковой строке «обязанности фрейлины». Не верится, что я всерьёз на это согласилась.

Несмотря на то, что я не пошла сегодня никуда, всё равно получила предостаточно знаний, потому что облазила все возможные сайты, посмотрела все возможные видео по этой теме и теперь у меня сложилось более объемное представление о моей будущей работе во сне. Также я изучила историю того времени, чтобы больше разбираться во всей этой дворцовой теме. Господи, это звучит нереально безумно и такое ощущение, будто у меня какое-то психическое отклонение. Почему все это получилось после того как Оуэн запустил мне мячом в голову? Реальность ли это или может быть всего-навсего такой реалистичный осознанный сон? Столько вопросов, но никто не мог дать мне ответы.

Успокаивать себя фактами о том, что я больше туда не вернусь, уже не могла, ведь если я вернулась вчера, то вполне возможно, что сегодня опять закрыв глаза, я окажусь в поместье Бедфордов. Если это так, то всего лишь за оставшиеся пять дней я должна сделать то, чему учились придворные дамы годами. Сидя в своей кровати, я мысленно прокручивала вчерашний день, который провела во сне, пытаясь дословно вспомнить все, что мне говорили Сара, леди Элизабетт или герцог Бедфорт.

Ещё меня интересовал вопрос почему именно Англия шестнадцатого века? Из всех возможных стран, времён и эпох я перенеслась именно туда. Я всю свою жизнь прожила в США, так почему же у меня перекинуло настолько далеко от моего дома? Что связывает меня и то время? Или это произошло по чистой случайности? Точно знать я не могла, и наверное, никогда не узнаю. В истории я была не особо сильной, поэтому у меня нет предпочтений в каких-либо странах или эпохах минувших лет. И вообще единственное, в чем как мне кажется, я была достаточно сильной — это иностранные языки, танцы и литература. Я думаю, что могла бы обсуждать любые книги часами. После каждой прочитанной книги я нередко писала Зои свое мнение об этом, и мы очень-очень долго могли разговаривать по этому поводу. Мне нравилось проводить так вечера. Иногда я танцевала. Но сейчас я не стала рисковать своим состоянием и осталась в кровати. А что по поводу языков, так они всегда давались мне легко. Например, Калеб кроме английского ничего не знает, в то время как я свободно разговариваю на французском и испанском.

Также на факультативных занятиях мы активно изучаем немецкий, но не сказать что я прекрасно его знаю. И тут я понимаю то, что на самом деле, мои любимые предметы мне намного сильнее пригодятся в моем сне, чем та же самая физкультура или английский футбол, которыми так дорожит Калеб. Или например, программирование, которым не на шутку увлеклась Зои. Также я поймала себя на очень короткой, буквально секундной мысли, что возможно это и не сон вовсе, а какая-то параллельная реальность. Но я быстро забываю это предположение, потому что это даже звучит как бред.

Через несколько часов, я всё же встаю с кровати и иду убираться в квартире. Хотя меня сильно клонит в сон, спать я не отважилась. Если я правильно поняла закономерность, то стоит мне уснуть, как я окажусь в поместье. Не хочу. Расставив всё по местам, я помыла посуду и прополисосила. Потом сняла телефон с зарядки и написала друзьям в общий чат.

Я: Как насчёт кофе в «Каталине»? Мне нужно вам кое-что рассказать.

Зои: В семь?

Я: Ага.

Калеб: Замётано.

Я гляжу на время. У меня ещё час. За это время я успела сходить в душ и накраситься. На самом деле, крашусь я очень быстро, ведь кроме туши, пудры, румян и помады не пользуюсь ничем. Я надела широкие песочные джинсы, бежевую футболку, а поверх неё оверсайз рубашку в клетку тёмно-бежевого цвета. Когда пришло время выходить, я схватила с кровати телефон и вышла из квартиры. Мне уже нетерпелось встретиться с ребятами.

Подбегая к кофейне, я увидела Зои и Калеба. Обнимаю их, и мы заходим в кофейню. Заказав то, что хотели, наша троица уселась за наш любимый самый дальний столик. Именно тогда я и начала в мельчайших подробностях рассказывать ребятам всё, что со мной произошло этой ночью. На лице Калеба все больше и больше можно было разглядеть беспокойство, в то время как восхищённая Зои улыбалась во все зубы, а её тёмно-синие глаза блестели, словно звёзды на полотне ночного неба.

— И ведь в дело в том, что я там по-настоящему устаю, я чувствую боль, различные эмоции. А вдруг это действительно не просто сон, а какая-нибудь параллельная реальность?

— В любом случае, стоит подождать сегодняшней ночи и посмотреть попадёшь ты туда опять или нет. Помни, что мы всегда рядом, и ты можешь на нас положиться. — поддержал Калеб.

— Конечно, но если это окажется правдой, то я самолично пойду к Оуэну и попрошу чтобы он мне тоже кинул мячик в затылок.

— Зои, это не смешно. — выдыхаю я, нетерпеливо ожидая свой кофе, который до сих пор не принесли. — Меня взаправду учат танцевать, убираться и скакать верхом!

— Будешь всесторонне развита. Это хорошо. — пожимает плечами блондинка.

— Ох, ладно. Это бесполезно. — Калеб обхватывает голову руками.

— Ты хочешь сказать, что разговоры со мной бесполезны?! — моментально вспыхнула Зои, прожигая парня взглядом.

Я не раз становилась свидетелем подобных стычек между друзьями. Дело в том, что Зои никогда и ничего не принимает слишком близко к сердцу и относится ко всему легко и по большей мере беспечно. А вот Калеб через чур серьёзен в этом плане. Он всё стремиться пропустить через себя. Зои вспыльчивая, Калеб спокойный. Сложное сочетание. Но никто из нас не может злиться на другого продолжительное количество времени. Рано или поздно — в большинстве случаев рано — после любой ссоры мы миримся. И даже сейчас в тёмных глазах Калеба читалась фраза: «Опять?». Я знала, что никто ругаться сейчас не хочет, но все слишком гордые, чтобы признать свою неправоту.

— Что сегодня было в школе? — мой вопрос заставил ребят одновременно обернуться на меня с благодарными взглядами.

— Оуэн подходил. — говорит Зои, и нам наконец приносят наш заказ, официант раз пять извинился за задержку, а потом ушёл. — О тебе беспокоился.

— Да? Плевать. — усмехаюсь я, обвивая тонкими пальцами чашку с горячим напитком. — Он мне порядком надоел, ведёт себя как животное, не может контролировать свою силу и агрессию, позволяет себе через-чур многое.

— Я думал, вы подружились после факультативных занятий. — вскидывает наверх густую тёмную бровь Калеб.

— Подружились, но это не мешает мне составлять о нём мнение. Я же не обязана его выгораживать и оправдывать любые его поступки только потому что мы друзья. Да и «друзья» — слишком громкое слово. Скорее, хорошие знакомые.

Мы сидели в окружении цветов, запахов кофейных зёрен и различных пирожных около часа, разговаривая обо всём на свете. Такие разговоры по душам в уютном месте всегда прибавляли мне жизненных сил и давали некий эмоциональный пинок. К сожалению, в таком спокойном и безмятежном состоянии я нахожусь только в компании Зои и Калеба, но стоит нам разойтись как всё моё желание жить испаряется в неизвестном направлении. Если меня и не ждёт ссора с родителями, то по приходу домой я как обычно буду сидеть у себя в комнате, папа за просмотром телевизора, а мама за работой в их комнате. Как можно было заметить по нашему безмолвному завтраку, так проходит каждый приём пищи да и не только он. Мы редко когда разговариваем друг с другом.

После того как я излила душу двум моим лучшим друзьям, мне стало заметно легче. Будто с плеч свалился огромный булыжник, хотя на самом деле, на мне всё ещё лежала большая ответственность. Как бы я не пыталась себя отгородить от мыслей о прошлом, в котором я взвалила на себя огромный труд, у меня не получалось. Так или иначе я возвращалась к нему. От меня во сне зависела не только моя дальнейшая судьба, но и репутация Бедфордов. Возможно, титула никто не лишиться, но если ты дал обещание королю, то его следует сдержать в обязательном порядке. Да, это проблема касается только герцога, который не справился с заданием найти фрейлин для Её Величества, но мне было очень жаль его. Герцог и его жена до сих пор были ко мне добры и любезны, а также они оба надеются на меня. Хотя, если бы помощь нужна была Джеку де Клэйнту, то я бы так не переживала. Он мне не понравился в первых секунд.

Глава 5.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Эта неделя выдалась для меня чертовски сложной. Просыпаясь каждый раз в шестнадцатом веке, я вставала раньше солнца, бежала на занятия, а ложилась спать, когда на небе уже покоилась серебристая луна. Под глазами появились фиолетово-синие мешки, вид у меня был максимально уставший, я не высыпалась, не успевала отдыхать. Ноги сводило, а спина и шея постоянно затекали, особенно на занятиях с леди Элизабет. Часами я училась танцевать — герцогиня была приятно удивлена, что я знаю основы вальса, поэтому не останавливались на этом слишком долго — а также петь и играть на фортепьяно. Это было адски сложно. Я не понимала абсолютно ничего. Из-за огромного количества материала, я не сразу ложилась спать, а иногда сидела до трёх-четырёх часов ночи изучая ноты и слова песен под тусклым светом огонька маленькой свечи.

Корсет на платье мне затягивали до такой степени сильно, что я в прямом смысле задыхалась, пару раз едва не потеряв сознание. Но с каждым моим появлением я всё сильнее привязывалась к этой семье, к поместью. Меня даже перестал злить и напрягать грузный взгляд виконта де Клэйнта, готовый прожечь во мне сквозную дырку, и присутствие Уолтера Брауна, который был тенью де Клейнта. Я научилась попросту не замечать этих мужчин, концентрируя своё внимание на вещах поважнее их персон. Ведь если бы не Элизабет, то я вылила им обоим на голову кипяток, позабыв где и с кем нахожусь.

Иногда вместо обеда я играла в догонялки с леди Элль в саду на заднем дворе, бегая между красивых вкусно пахнущих цветов по большим дорожкам. Она была маленьким лучиком света в моей истории. Такая добрая и чистая.

Я точно убедилась, что каждую ночь в реальном мире буду попадать сюда. Это был не сон. Это другая реальность. Я почти не отдыхала ни в Лондоне, ни в Хьюстоне, потому как когда в моём родном городе наступала ночь, здесь поднималось солнце и начинался мой день, а как только я закрыла глаза, лёжа в небольшой комнате огромного поместья, то сразу же приходилось вновь просыпаться и идти в старшую школу. Выходит, что я жила без сна. Но это работало очень странно. Если я ушиблась в том мире, то синяк и боль от этого ушиба не преследовали меня в современной реальности, и наоборот. Хоть физически я и отдыхала, но морально — нет. И это сводило меня с ума.

В школе дела обстояли не лучше. Моя голова была под завязку забита правилами этикета, именами важных персон, а также значимых для королевства датами и прочей ерундой шестнадцатого века. Разумеется, успеваемость немного упала. Я даже не заметила как расставила приоритеты и главным выбрала мою вторую жизнь. Да-да, вторую жизнь. Теперь у меня их две. В первой меня зовут Грейс Марлоу и я ученица старшей сколы Хьюстона, прожившая всю свою жизнь в мегаполисе штата Техас, а во второй — я леди Грейс Честер, дочь английского барона.

Со временем я перестала рассказывать Калебу и Зои про свои приключения в Лондоне, так как мои дни, проведённые там, друг от друга ничем не отличались. К тому же я больше не хотела волновать друзей этим. Калеб всерьёз беспокоился о моём психическом здоровье и не раз советовал дойти до нужных врачей. Я же этого не желала вовсе. По приходу домой, я спешу лечь спать, чтобы проснуться в Англии и на время забыть о реальности. Хотя мой подъём там вовсе не зависел от времени, когда я лягу спать, а время пребывания также не зависело от количества минут, проведённых мною во сне.

Сейчас я шла по школе, глядя сквозь учеников. Сегодня вторник. Хорошо, что хотя бы в выходные мне дали спокойно отдохнуть. Пока дома не было мамы с папой — они ездили в гости к надоедливому Шону и к его жене — я вальсировала и пела. Старалась петь, по крайней мере.

В толпе меня нашла Зои, и подхватив под локоть, потащила на второй этаж. Подруга что-то говорила и говорила, а я сжимая в руках тетради по иностранным языкам, настолько погрузилась в себя, что половину её слов пропускала мимо ушей, хотя и старалась сосредоточиться. Все мои мысли были о том, что сегодня последний день, который мне дали для подготовке. Некий экзамен.

— Ты меня вообще слышишь? — недовольно бурчит блондинка, щёлкнув пальцами перед моим лицом. — Ты в порядке?

— Да-да, бессонница — штука поганая.

— Знаю я твою бессонницу. — хмыкает девушка. — Герцог Бедфорд.

— Что-о-о? — мои глаза округлились на столько, что мне казалось, что они вот-вот вываляться наружу. — У него жена и ребёнок!

— Не стенки — подвинуться. — Зои совершенно спокойно пожала плечами. — К тому же это просто сон. Чего теряем?

— И все же это не красиво. — я поджала губы, потому что это был не просто сон.

— Кстати, когда ты в последний раз об этом говорила? В четверг? Он перестал тебе сниться?

— Да. — вру я, и язык едва поворачивается сказать такое, глядя в синие глаза подруги. — Калеб был прав. Это всего-навсего осознанный сон. Ничего более.

— Ну и хорошо, — Зои крепко обнимает меня, — а ещё у нас с тобой незаконченное дельце одно есть. — в ответ на её утверждение я вопросительно выгибаю правую бровь. — Финниган козёл. Давай на следующей физкультуре пойдём играть в футбол и хорошенько зарядим ему двумя мячами одновременно. Ты в голову, а я в…

Последние слова белокурой девушки утонули в громком визге звонка. Я их не услышала, но по губам прочитала, от чего и засмеялась. На этой ноте мы разошлись, я на немецкий язык, а Зои поспешила на её любимую информатику. Я захожу в кабинет, сажусь за свободную парту и раскладываю тетрадки на столе. Я настолько ушла в мысли, что даже не заметила как стул, стоящий рядом со мной, уже не был пустым.

— Ты специально всю неделю бегаешь от меня? — раздается довольно низкий голос Оуэна.

— Нет, не бегаю. — я пожимаю плечами и вспоминаю про то, как именно Зоя хотела ему отомстить, от этого на лице у меня появляется улыбка.

— А почему ты тогда сейчас так улыбаешься?

— Финниган, отстань от меня, я тебя стукну.

— Боюсь-боюсь. — притворно смеётся парень, я слегка замахиваюсь и легонько бью его по плечу, он театральную прикладывает руку ко лбу и откидывается на стуле назад. Не рассчитав, Оуэн громко валиться на пол, а следом за ним летит деревянный стул. Класс взрывается от хохота.

— Мистер Финниган, мисс Марлоу вам весело? — учитель почему-то делает замечание только нам двоим, хотя галдит весь класс.

— Извините, — я пытаюсь сделать виноватый взгляд, но с трудом сдерживаю хохот.

— Так вы мне надоели рассаживайтесь. Живо! — кричит мистер Кларенс — престарелый преподаватель, ростом чуть ниже меня.

Над мистером Кларенсом ученики постоянно смеялись. Он был довольно нелепым, хромал на левую ногу и вечно что-то недовольно бормотал себе под нос. Но самым главным было то, что он отлично знал предмет, который преподавал.

Оуэн смеётся, поднимаясь с пола. Своими накаченными руками он легко поднимает стул и ставит его на законное место, а сам пристраивается за парту позади меня. Целый урок мистер Кларенс не сводит с нас взгляда, но больше замечаний не делает. Финниган то и дело шёпотом разговаривал с соседкой по парте, а та тихо хихикала, зачарованно глядя на блондина. Я же особо не вслушивалась в его глупые шуточки, а старалась сосредоточиться на немецком. Сейчас для меня это было явно важнее.

Сразу после урока я пошла домой одна, так как у Калеба начала тренировка, а Зои осталась на факультатив. Я шла как обычно, не спеша, по пути заглядывая в витрины различных магазинчиков. С них на меня смотрела невысокая девушка с гладким лицом, аккуратными бровями, небольшим вздёрнутым носиком и едва ли заметными веснушками. На моём лице играла улыбка, а ямочки дополняли её. Именно эта улыбка, добрая и искренняя, по словам все моих знакомых, так сильно привлекала людей ко мне.

— Ай! — я резко оборачиваюсь, теряя из поля зрения своё отражение, и вижу мальчика лет десяти-одиннадцати, лежащего на асфальте в шестнадцати футов от меня, рядом с ним перевёрнутый велосипед, а из большого красного портфеля по тротуару разлетелись тетради и учебники.

Не задумываясь, я подбежала к ребёнку, по пути подбирая разбросанные школьные принадлежности. Пока я помогала парнишке вылезти из-под тяжелого велосипеда, который был определённо слишком большим для него, запачкала белые джинсы. Поставив мальчика на ноги, я вручила ему уже собранный рюкзак, и мы вместе подняли велосипед с дороги.

— Не ушибся? — спрашиваю я, оглядывая рыжеволосого ребёнка.

— Только нога болит, когда я упал, она застряла. Но это не страшно. — тоненьким голоском проговорил мальчик.

— Где ты живёшь? Давая я провожу тебя до дома. — я тщетно пытаюсь смахнуть пыль и грязь в джинс, оставленными колёсами велосипеда.

— Не надо. Моя мама работает вон там, — он указывает куда-то в ряд магазинов, стоящих буквально через дорогу.

— Хорошо, тогда бегом к маме. И обязательно скажи, что болит нога.

— Спасибо большое. — мальчик благодарно смотрит на меня большими карими глазами, а потом лезет рукой в портфель. Через секунду он протягивает мне маленькую ладошку, на которой лежал небольшой синий в белую полосочку значок на булавке с изображением чертополоха. — Это вам. Вы очень красивая. Извините, что запачкал одежду.

— Что ты, — я улыбаюсь ребёнку, — ничего страшного, это ведь всего лишь джинсы. Самое главное, что ты в порядке.

— Всё равно возьмите. — он сунул мне в руку значок.

— Благодарю, он не вероятно красив. — я прикрепила его к своему пудровому рюкзаку, наплевав на то, что цвета совершенно не сочетаются.

Мальчишка просиял, а затем подхватил велосипед и пошёл к пешеходному переходу. Я наблюдала за тем, как он ставит свой транспорт передвижения на велосипедную парковку, блокируя его специальными замками. И как только мальчик зашёл в небольшой магазинчик, на витрины которого было написано «сувениры», я пошла домой.

Зайдя в квартиру, я обнаружила дома отца. Он был совсем угрюмый и раздражённый. Меня очень удивило то, что он пришёл с работы так рано, ведь обычно он всегда задерживается.

— Что-то случилось? — после приветствия говорю я, проходя в зал.

— Проблемы на работе. Начальство совсем уже ополоумело. — папа обнимает меня и улыбается, чтобы скрыть своё настроение. — Как успехи в школе?

— Хорошо. — я скидываю с плеча рюкзак и оставляю его в своей комнате, которая размером в два раза меньше гостиной. — Оуэн упал со стула на глазах у всего класса.

— Это тот мальчик, который кинул в тебя футбольный мяч? — отец садится на диван.

— Да, но он кидал не в меня. Мячик отскочил от ворот.

— Не люблю футболистов. — фыркнул папа, а на его лице прояснились морщинки. Нелюбовь к спорту мне перешла именно от него.

— Калеб обожает футбол, но он хороший. — я пожимаю плечами и падаю на диван, рядом с папой.

— К слову, говоря о Калебе, твоя мать считает, что твои друзья плохо на тебя влияют. — вдруг изрекает он, а меня аж передёргивает.

— Чего? — мои глаза распахиваются, а я начинаю закипать от гнева. — Откуда ей знать, кто плохо на меня влияет, а кто нет?!

— Это её личное мнение.

— Боже… А что думаешь ты? — конечно, я бы никогда не отреклась от своего мнения, но мне было интересно послушать, что скажет папа.

— О Мэй или твоих друзьях?

— О всех.

— Твоя мама, как и я, хочет для тебя лучшего. — устало вздыхает папа, улыбаясь мне. — И если твои друзья хотят того же, то я не против.

Я сжимаю губы в тонкую линию. Мне жаль, что мама так относится к Калебу и Зои, ведь она знает их с нашего детства, а с матерью Зои — Корой, очень хорошо дружит. Это же как нужно не доверять подруге и собственной дочери? Я знаю, что мои родители хотят для меня только хорошее, но иногда это переходит границы. Я их очень люблю, ведь ради меня они пашут на работе и покупают почти всё, чтобы я не попросила. Но мне так не хватает живого общения, а не этой маленькой беседы, при которой мы обмениваемся парой фраз. Обычно меня спрашиваю «Как дела в школе?» или «У тебя всё хорошо?», на что я отвечаю «Всё отлично».

Папин телефон на кухне начинает разрываться от входящих вызовов, поэтому отец спешит поднять трубку. А остаюсь на диване одна как дурочка. Пока папа разговаривает с кем-то по телефону, я разглядываю нашу гостиную. Она такая же чистая, как и всё в этой квартире, каждая вещь стоит на своём месте, потому что мама неисправимый перфекционист и терпеть не может бардак. Почти наша квартира выполнена в чёрных, серых и белых цветах. Всё довольно строго и деловито. Минимализм — любимое слово мамы, поэтому интерьер именно а таком стиле. Исключение из этого правила — моя комната. Она будто не относила к этой квартире вовсе, что сильно раздражало маму. Комната была в стиле контемпорари. Строгих правил не существует, разве что использование недорогих практичных материалов и четкие линии. Предметов декора моей комнате было столько же, сколько во всех других комнатах квартиры вместе взятых. Небольшая кровать, постельное бельё в нежных тонах, заставленные книжные полки во всю белоснежную стену, а возле окна рабочий стол.

Я ждала пока папа закончит разговор и вернётся, чтобы поболтать со мной минут пять, но потом мне надоело пустое ожидание. Я поднялась с дивана, и взяв с кухни коробку сухим завтраком, отправилась в любимую комнату. Рассевшись на кровати, предварительно схватив книжку с полки, я принялась есть хрустящие шарики. Но не успела я прочитать даже страниц десять, как на телефон пришло сообщение.

Калеб: Грейс, мне срочно нужно с тобой поговорить, ты не занята?

Что удивительно, Калеб написал мне в личные сообщения, а не в наш общий чат, где присутствовала и Зои. На вопрос парня о моей занятости, я перевела взгляд на открытую книгу. Но мне было важнее узнать, что стряслось у друга, чем о проблемах главной героини очередного романа. Я быстро печатаю ответ.

Я: Конечно не занята. Что случилось?

Но вместо того, чтобы написать, Калеб, сразу после того как прочитал, позвонил мне по видео связи. Я даже удивилась. Приняв звонок, я лицезрела лучшего друга в футбольной форме, а его волнистые волосы были зачёсаны назад. Калеб часто жаловался на свои волосы, так как они ему мешали играть, ведь были короткими, чтобы собрать в хвост, и одновременно длинными, потому как лезли в глаза. Но мне и Зои очень нравились его каштановые кудряшки.

— Что случилось? — ещё раз спрашиваю я, но на этот раз уже в слух.

— Ты, наверное, подумаешь, что я идиот. — я сразу уловила в голосе Калеба некое волнение. — Но мне нужно тебе кое-что сказать. Ты должна знать.

— И что же это за тайна такая? — после достаточно интригующей паузы парня, не выдержав, спросила я.

— В общем…

— С кем ты тут болтаешь? О, Марлоу, как делишки? — в кадр влезла светлая копна волос Оуэна, а затем показался и сам капитан сборной команды школы. — Милая комнатка.

— Милый стадиончик. — парировала я, глядя двум парням за спину.

— Разговорчики откладывайте на потом. — язвительно улыбнулся Финниган. — У нас тренировка. — сказал он и исчез в неизвестном для меня направлении.

— Ну так что ты хотел сказать? — спрашиваю я, сгорая от нетерпения.

— Прости, что потревожил. Но, видимо, сейчас не нужное время. Давай позже. — растеряно признаётся Калеб, когда мы слышим Оуэна, кричащего о том, чтобы все игроки заняли свои позиции. По рассказам Калеба, Финниган был очень суровым капитаном.

— Что? Не-е-ет, Калеб, я ведь теперь не смогу спокойно жить!

— Извини, но мне правда пора идти. Потом обязательно расскажу.

Как только мы оба даём отбой, я возвращаются к книге. Читая строчки, я не могу выбросить из головы то, что мне так и не рассказал друг. Я решительно и раздраженно закрыла книжку, потому как не могла сконцентрироваться на словах, и продолжила жевать хлопья, копаясь в телефоне.

Глава 6.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я легла спать поздно, потому что очень боялась наступления этого дня. Проснувшись в поместье герцога Вильяма Бедфорда, я не спешила вставать с кровати. Взгляд мой прожигал оконные рамы, чувство тревоги нарастало. Последний мой визит закончился кратким и достаточно подробным экскурсом в мир дворцовой жизни. Я долго лежала в постели, бездумно пялясь на изумрудный балдахин, пока не услышала стук в дверь. Глаза метнулись к небольшим часам, мирно стоящим на столе рядом с кроватью. Ровно восемь утра.

— Входите. — крикнула я, выползая из постели.

Как я и ожидала, в небольшую комнату зашла горничная Сара. Она, как обычно, слегка поклонилась, поздоровалась со мной и вежливо улыбнулась. До сих пор не привыкла, что мне кто-то кланялся. Сара помогла мне собраться, потому как эти платья были для меня хуже уроков физкультуры. Они невероятно красивые, но так сильно давили, что я частенько задыхалась. Вот что значит — красота требует жертв. После того как на меня нацепили это платье, мы спустились в большой зал с камином. Прислуга осталась ждать у двери, а я прошла к столу, где уже собралось всё семейство с виконтом де Клэйнтом. Обменявшийся любезностями, мы принялись за завтрак.

— Ваши успехи поразительны. — улыбается Элизабет, обращаясь ко мне, сидя по левую руку от меня.

— Вы очень добры ко мне, Ваша Светлость. — я благодарно смотрю в её сторону. — По большой части это ваша заслуга.

— Бросьте, просто леди Элизабет. — она махнула своей тоненькой рукой. — Я думаю, Её Величеству королеве Марии вы очень понравитесь.

— Безусловно. — кивает герцог Вильям. — Лошади будут посёдланы через десять минут, тогда и отправимся.

— Попрошу вас учесть, леди Грейс, что вы просто ОБЯЗАНЫ понравится и королю, и королеве. — виконт де Клэйнт просто уничтожал меня своим грузным и тяжелым взглядом.

После завтрака, мы отправились к выходу из поместья. Признаться честно, мне было даже грустно покидать это место. Нам привели пятерых лошадей, красивых и статных, а на улице нас уже дожидался Уолтор и незнакомый мне мужчина. Мне повезло, потому как для меня выделали именно ту лошадь, на которой у меня лучше всего получалось ездить. Видимо, что никто не хотел, чтобы я опозорилась в королевском дворе. Прежде чем вскарабкаться на спину лошади, я попрощалась с Элизабет, малышкой Элль, которой мне будет сильно не хватать, и с горничной Сарой. Я вставила ногу в стремя, резко оттолкнулась от земли и оказалась в кожаном седле.

— Удачи вам, не легко будет прислуживать беременной королеве. — на прощанье сказала Элизабет. — Хорошего пути!

И тут я чуть с коня не грохнулась. Королева беременна? Когда они вообще собирались мне это сообщить? Рот сам собой открылся, я аж поперхнулась. Разругаться трёхэтажном матом мне не дало лишь то, что лошади пришли в движение, и вслед за герцогом Вильямом, понеслись прочь из поместья. Половину пути такой небольшой группой, я пребывала в шоке, а потом — в отчаянном волнении.

Что, черт возьми, происходит со мной? Мне было страшно. Опять. Спустя час езды в полнейшем молчании, мне надоело терпеть. Мои ноги, ровно как и спина, затекли, казалось, что я вот-вот грохнусь на землю, а холодные порывы воздуха, проникали сквозь ткань платья. Мы проезжали мимо небольших отдельно стоящих домой, полей и высоких деревьев. И я бы была рада любоваться видами страны, в которой я никогда в жизни не была, но я устала как чёрт.

Вскоре пред глазами показался невоорбразимых размеров дворец. Я с широко выпученными глазами таращилась на эту великую постройку, завораживающей с первого взгляда. Дворец Уайтхолл. Основная резиденция правящей династии в Лондоне. По коже пробежал холодок. Мы проходили это здание по истории, оно было одно из самых больших во всей Европе, пока не сгорел в семнадцатом веке, а после восстановления там снесли часть сооружений. Мне просто сказочно повезло, что я могу лицезреть этот дворец. Под стук копыт по некому подобию асфальта, мы заезжаем на территорию замка. У меня замирает сердце, а в горле встаёт ком. Меня поразило огромное количество вооружённых людей, шныряющих туда-сюда, хотя это не было чем-то удивительным. Я последовала примеру герцога и виконта, когда те затормозили лошадей. Вокруг нас, словно из воздуха, сгустились люди, подхватывая коней за узду. Всадники спешились. Когда я вновь стояла ногами на твёрдой земле, то отчаянно старалась не упасть, потому что держаться на ватных ногах было сложновато. К нам выбежал какой-то пожилой мужчина в чёрном одеянии, а воротник его прямого платья являлся белым. Он поклонился мне и четверым мужчинам, что стояли рядом со мной.

— Милорды, леди, прошу за мной. Королева ждёт. — вся вереница двинулась за ним по большим и роскошным коридорам дворца.

Разглядывая внутреннее убранство замка, я даже не заметила как мы дошли до нужных покоев. Остановившись около двери, мужчина в чёрном повернулся ко мне, слегка поправил мне причёску, а платье я разгладила сама. Мне даже не дали пикнуть, как дверь отворилась, а меня буквально заволокли в комнату. Я испуганно оглянулась на герцога Вальяма, будто щеночек попавший в беду, но тот лишь кивнул со спокойным выражением лица. Не успела я и подумать, дверь за мной закрылась, и все кто меня сопровождал, оказались снаружи. В дрожь бросило ещё сильнее. И когда я всё же решилась оглядеть большую комнату, то пришла в восторг от количества дорогих вещей, находившихся здесь. Но как только я увидела её, то внутри всё оборвалось. Практичеки в середине комнаты на мягком кресле восседала королева Мария, по обе стороны от неё стояли фрейлины. Я сглотнула ком в горле и на трясущихся ногах подошла к черноволосой девушке с бледной кожей. В свете свечей она казалась едва живой.

— Ваше Величество, — я склонилась в поклоне, нервно озираясь по сторонам. Возьми себя в руки, чёрт побери.

— Леди Грейс Честер, верно? — спросила королева. Её голос был тихим, но в неё напрямую чувствовалось то, что женщина ясно ощущает какой властью она обладает. От этого становилось страшнее. — Что ж, рада видеть вас здесь. — Мария встаёт с кресла и не спеша подходит ко мне.

— Для меня большая честь стоять рядом с вами. — я замечаю, что не только она меня изучает, но и все многочисленные фрейлины, оставшиеся за её спиной.

— Вы не самая красивая женщина, мне это нравится. — от такой грубости я аж побагровела, и едва сдерживала себя, чтобы не вякнуть в ответ что-нибудь колкое.

Я вовсе не считала себя не красивой. Но изучив мимолётным взглядом других девушек я поняла, что моя внешность довольно сильно отличается от их…

— Мне рассказывали о тебе и твоих талантах. Поговаривают, ты хорошо образована.

— Да, Ваше Величество. — я заметила насколько живот королевы круглый, он был достаточно большим, чтобы понять, что совсем скоро появится малыш. А сама королева ходила с трудом. — Я обучена грамоте и письму, в совершенстве знаю французский и испанский. А также играю на фортепьяно, танцую и пою.

Пока остальные девушки просто уничтожали меня взглядами, Мария довольно кивнула. Она тщательно скользила глазами по моему телу и лицу, внимательно изучая каждый сантиметр. Я не понимала, почему на её лице царила улыбка, но не позволяла себе задерживать взгляд на ней слишком долго, потому таращилась на подол её обалденного красного платья. В сумме с тем огромным количеством драгоценных камней, что украшают её золотые серьги, ожерелье и корону, это платье стоило в десять раз дороже, чем я сама. Я старалась не упасть в обморок от всего происходящего. Голова кружилась.

В общем, меня приняли. Герцог Бедфорд даже не сомневался, а вечно угрюмая физиономия Джека де Клэйнта впервые за столько дней, сменилась радостной улыбкой. Так непривычно было видеть его улыбающимся. У него даже разгладилось лицо, и казалось, что морщин поубавилось. Но мне хватило времени чтобы попрощаться с лордами, потому как меня моментально вовлеки в работу. Всем даже было всё равно на то, что я пол дня провела в дороге и дико устала. Ко мне приставили двух помощниц, которые должны были прислуживать мне, ведь они были по статусу ниже. Боже, знали бы они, что никакой Грейс Честер и в помине не существует. Мне помогли переодеться, а потом до самого вечера мы с остальными девушками крутились возле Её Величества. Если считать меня, то всего нас было шесть. Одеты мы были как сёстры-близняшки. У всех передняя часть платья была белая с золотой вышивкой, у трёх девушек задняя часть была нежно-розовой, а у остальных трёх, в том числе и у меня, — красной. На голове красовался арселе, по форме напоминающий русский кокошник. Основу составлял плотный чепец, он открывал лоб и волосы, которые добротно зачёсывали на прямой пробор. На чепец был надет каркас, а завершало весь этот маскарад кусок бледно-белой ткани, на подобие фаты. Он свободно ниспадал на оголённые плечи и тянулся по спине. Я ещё никогда в жизни не чувствовала себя на столько красивой, хотя у меня всё ещё остались претензии к этому грёбанному корсету.

Я познакомилась с фрейлинами почти сразу же. Самую старшую зовут Нэнси. Волосы у неё были рыжие и короткие. На большом лбу у неё уже виднелись морщины, сама она была низкая, а лицо похоже на жабье, с такими же выпученными чёрными маленькими глазками. Но её гордая осанка стала для меня напоминанием, что мне стоит выпрямить спину. Её было тридцать лет, и как положено фрейлинам, она была не замужем. По моим наблюдениям, она очень любила политические темы, поэтому на мой взгляд Нэнси была самой скучной.

По возрасту сразу после Нэнси следовала Мод — высокая черноволосая худощавая девица, которая считала себя самой важной и ценной для Её Королевского Величества, что и забавляло меня. У неё постоянно были красные щёки, будто Мод переборщила с румянами. Ей около двадцати семи лет. Квадратное лицо мод обрамляли волнистые локоны, которые скрывали её большие скулы. Королева Мария именно её чаще всего просила играть на различных инструментах, так как у Мод получалось великолепно, я даже отрицать не буду этот факт. Она могла играть на абсолютно любом инструменте.

Двадцати трёхлетняя Сьюзан отличалась милым круглым лицом с идеальными пропорциями, длинными русыми волосами и невероятным голосом. Даже когда она говорила, казалось, будто так пела. Девушка всегда звучала так мелодично, что мне сразу стало понятно почему она служит фрейлиной. Она, как и Нэнси с Мод сегодня расхаживали в розовых платьях.

Безупречной блондинке Кэрол было всего двадцать лет. Она обладала невероятно стройным и гибким телом, которое позволяло своей хозяйке полностью растворяться в музыке. Она больше всех улыбалась искренней улыбкой, а изумрудные глаза блестели. Мне достаточно быстро удалось с ней подружиться, что не скажу о Полин.

Полин моя ровесница. Надо сказать, что её стервозности и двуличию стоит поучиться девчонкам, которые тусуются с Оуэном, потому как теперь у меня просто язык не повернётся назвать их "стервами". Они ещё эту змею не видели. Полин обладала длинными вьющимися каштановыми волосами и необычными серыми глазами, которыми она смотрела свысока на всех. Мне она не обрадовалась сразу как увидела. У меня редко такое бывает, что человек выбешивает с первого знакомства, но у неё это получилось.

Остаток дня мне приходилось отвечать на любые вопросы, которые задавала мне Мария. Она оказалась вполне доброй, но всё равно строгость и власть в её голосе присутствовали. Королева целый день провела на свежем воздухе, сидя в одном из многочисленных дворцовых садах, а мы же просто кружили рядом, чтобы она не заскучала. А вечером, когда Мария вернулась в свои покои, то отпустила девушек в розовом платье. Я проклинало всё и вся за то, что у меня был другой цвет. За сегодня с так вымоталась, что хотелось кричать благим матом, развернуться и уйти. А вообще, я была бы не против поесть пиццу и посмотреть сериалы, а не вот это вот всё…

— Леди Грейс, а расскажите мне про ваши родные места. — внезапно попросила королева поздним вечером.

— Эм-м, — запнулась я, начав импровизировать на ходу, — конечно, Ваше Величество. Всякий новый день я любила гулять рядом с домом. Нигде я такой красоты не видела. Летом бескрайние поля зелёные, украшенными разноцветными цветами, словно они узоры на большом полотне. После занятий, я часто садилась под раскидистый и величественный дуб и читала. А вокруг тишина и безмолвие, лишь только слышно как лошади пасутся неподалёку. Зимой же всё покрывалось пушистым белоснежным снегом, соседские дети очень любят в снежки играть.

— Так замечательно! — улыбнулась королева, поглаживая рукой большой живот, пока кудрявая блондинка Кэрол бережно и аккуратно расчёсывала её локоны. — А чьи книги вы предпочитаете?

И вот тут меня словно по голове треснули лопатой. Мы точно проговаривали этот момент с леди Элизабет. Меня даже заставляли прочитать пару книг этих авторов. А теперь, когда на меня уставились четыре пар глаз, у меня всё вылетело из головы. Полин ехидно заулыбалась, стоя позади королевы, надеясь, что я провалюсь. Я улыбнулась, чтобы скрыть своё волнение. Господи, и почему так всегда? В самый важный момент…

— Томаса Дорана и Антуана Уайетта, безусловно. — я молюсь всем богам разом, чтобы я попала в точку.

— Не дурно. — кивает она. — Антуан Уайетт достаточно времени провёл при дворе много лет назад. Так, а теперь ступайте, мне нужно помолиться.

Я наконец-то спокойно выдыхаю. Остальные две девушки подходят ко мне, мы кланяемся, желаем Марии спокойных снов, но не успеваем дойди до двери, как она широко распахивается. Я комнату заходит мужчина. Наши глаза встречаются, и по телу проходит дрожь. Серые глаза смотрят на меня с безразличием, удивлением и укором одновременно, а я не понимаю как можно всё это сочетать в одном лишь мимолётном взгляде. В животе оборвалось, будто спускаясь по лестнице, я случайно пропустила ступеньку. Пару секунд я как завороженная таращусь на незнакомца, пока вдруг, рядом стоящая Кэрол, не тянет меня за рукав платья. Только сейчас я осознаю, что все склонили перед ним головы. Темноволосый проходит мимо нас, а я в шоке не понимаю, почему так отреагировала на его появление. Никогда в жизни я так не реагировала ни на одного мужчину.

— Ваше Величество, — радостно произносит Мария, а у меня падает челюсть.

— Моя дорогая жена. — звучит его шелковистый голос, и я забываю как дышать.

Во-первых, почему я так трясусь? Во-вторых, это, твою мать, король всей Англии собственной персоной. Передо мной один из самых известных представителей правящей династии, Его Величество король Раймонд, а я тут чуть ли по полу не растеклась. Всё-таки не каждый день видишь короля…

Нас сразу же прогнали из спальни. Пока я шла в свою комнату, которую делила с Полин (повезло, так повезло, ничего не скажешь), то пребывала в странном состоянии. Например, мне хотелось сбежать отсюда. К великому счастью наступила ночь, а значит, совсем скоро я окажусь дома и встречусь с друзьями. Боже, за что мне всё это?

Глава 7.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Просыпаясь, я уже точно знала, что от усталости в том мире, не останется и следа. Я прекрасно выспалась, и готова была покорять горы… ну, или хотя бы холмы. Сегодня день обещал быть спокойным, ведь никаких дополнительных не будет. Я встала на три минуты раньше, чем заорал будильник в моём телефоне. Слезла с кровати и пошла завтракать безмерно радуясь, что мне не нужно залезать в удушающее платье. На кухне уже кружили родители, собираясь на работу. Передо мной стояла тарелка с хлопьями. Это, конечно, отличается от элитного завтрака в поместье Бедфорд. Я всё чаще ловила себя на мысли, что я сравниваю абсолютно всё в двух разных эпохах, даже вплоть до завтраков.

— Милая, сегодня вечером мы идём в гости к Треви. — сказал папа, приглаживая короткие светло-русые волосы.

— Хорошо. — я равнодушно пожала плечами, пусть идут куда хотят.

— Ты не поняла. — мама отпила кофе из своей любимой чёрной чашки и посмотрела мне прямо в глаза. — Мы идём. Все вместе.

Ну вот, моё настроение моментально испортилось. Я смотрела в тарелку хлопьев с молоком, действительно думая утопиться в ней. Я ненавидела ходить к семье Треви, также как и не любила, когда они приходили к нам. Мэйви — лучшая подруга моей матери ещё со времён учёбы в университете. Она, как и мама, закончила один из самых престижных университетов в Штатах, и теперь трепалась об этом на каждом углу. И если мама работала в крупной компании генеральным директором, то Мэйви числилась в там же секретаршах. Да и попала она на эту работу только из-за помощи моей матери. Не смотря на это, она всячески пыталась принизить всех остальных, тем самым возвышая себя.

Мои папа и мама стоят друг друга. Оба деловые, занимают высокие должности, их уважают люди, а также оба имеют тяжелый, просто стальной характер. Гордости и важности у родителе не занимать. А что касается Шона, супруга Мэйви, то он ей возразить боится. А когда её рядом нет, то с особой напыщенностью говорит, что дома у них царит патриархат, но стоит Мэйви войти в комнату, как он затыкается. Их сын стал просто сборной солянкой, вобрав в себя почти все качества и отца, и матери.

День в школе прошёл на удивление быстро и не так нудно, как обычно. Наверно, потому что дружки Оуэна снесли с петель дверь, тем самым сорвав у нас урок математики, а потом учитель повёл их к директору, оставив наш класс одних. Я так сильно хотела рассказать Зои и Калебу о моих "снах", но что-то мне мешало это сделать. Весь день я пыталась выудить из Калеба то, о чём он так и не успел сказать вчера, но он либо уходил под предлогом того, что ему нужно подготовится к следующему уроку, либо слишком ловко менял тему разговора. Невзирая на то, что меня просто пожирало любопытство, я не стала выпытывать ничего дальше. Сегодня Калеб вёл себя слишком странно, почти не разговаривал с нами и не смотрел в глаза. Я подумала, что раз он написал мне в личные сообщения, а не в общий чат, где есть Зои, то друг просто не хотел, чтобы она о чём-то знала. Поэтому и всячески пытался меня перебить, когда я поднимала эту тему, ведь сегодня уроки совпали так, что мы ходили втроём всё время.

Вечером, стоило мне прийти после школы домой, мама заставила меня пойти и переодеться. Я пропустила её просьбу мимо ушей, потому что хотела ходить в свободной одежде, а именно — в широких чёрный джинсах и белой оверсайз худи. После различных корсетов, сдавливающих мои рёбра и лёгкие, такая одежда была просто подарком небес. Но родителям такое не понравилось. Для них обоих девушка должна подчёркивать свою фигуру, тем более у меня она была прекрасной, и одеваться как можно женственнее, но в тоже время строго, чтобы люди не думали о том, что ты слишком ветреная и легкомысленная. Честно сказать, меня это бесило не меньше похода в гости к Треви, а маму раздражало то, что на мне был надет, по её словам — мешок. Мои волосы были собраны в небрежный пучок, но ради компромисса с мамой, я изменила его на тугой конский хвост.

— Можно я останусь дома? А как же экзамены? — шмыгаю я, и выходя из квартиры, придумываю отговорки на ходу.

— Экзамены через ровно через семь месяцев. К тому же, ты обещала готовиться по вечерам. — сердито посмотрел на меня папа.

— Да, я готовлюсь, — частично вру я, так как последнюю неделю даже не прикасалась к урокам.

— Пропустишь один день, ничего с тобой не случиться. — подхватывает мама, и мне больше ничего не остаётся, как послушно идти за ними.

И вот уже через час из-за пробок, обычно я их не люблю, но сейчас они оттянули наш приезд, мы оказываемся в частном доме Треви. Снаружи дом выполнен в голубых и белых тонах, а внутри он чем-то напоминает нашу квартиру, желание Мэйви копировать мою мать выводит меня из себя. Ведь мы все индивидуальны, зачем подражать кому-либо другому?

На пороге нас встречают Мэйви и Шон. Я только зашла в дом, а мне уже хочется развернуться и сбежать. А через каких-то пять минут мы все уже сидели за столом. С двух сторон от меня были родители, а прямо напротив семейство Треви. Родители вели непринуждённую беседу, а я молча ела запечённую курицу, Тод же старательно насаживал горошины на зубчики вилки и слишком громко чавкал. Я невольно закатила глаза.

— Последний учебный год всегда был сложным. — сочувственно произнесла женщина с короткой стрижкой и сильно приглаженными каштановыми волосами.

— Это точно, когда я учился…

— Помнишь, Мэй, как мы с тобой переживали перед экзаменами? — Мэйви перебила Шона так, словно он ничего и не сказал. А я бегло зыркнула в сторону Шона Треви, который опустив глаза в тарелку, делал вид, что всё хорошо. — Я считаю, что это мы зря нервы тратили, ведь ОБЕ сдали на высший бал. — Мэйви не просто так сделала акцент на слове "обе".

— Да, помню. — отозвалась мама. — Иногда я скучаю по тому времени.

— А куда собирается Грейс после школы? — Мэйви спросила это у моих родителей, но смотрела она на меня.

— В Гарвард, разумеется. — ответила за меня мама, а я от злости сжала вилку.

Мы сто раз говорили об этом дома, и сто раз я отвечала "нет". Но они вбили себе в голову, что я должна пойти по стопам матери и учиться там, либо, как и папа, в Оксфорде. Но если Гарвард хотя бы находился в США, то Оксфорд был в Великобритании! Я и без того не собиралась уезжать так далеко от Хьюстона, и вообще надеялась поступить в местный институт. А то что мне придётся ехать либо на другой конец страны, либо вообще на другой материк, меня совершенно не радовало.

— Да-да, очень хороший выбор. — поджала губы Мэйви. — А мы вот не отправим туда Тода, посмотрим куда он захочет, тогда и будем думать.

— Но я же сказал, что хочу в Гарвард! — пискнул долговязый Тод.

— Рано пока ещё решать! — рявкнула на него его мать.

Рано, ага. У вас просто денег не хватит для его обучения, а Тоду — мозгов, чтобы попасть на стипендию. Я фыркнула. В последний раз я находилась в компании, в которой бы не хотела находиться — вчера вечером, когда ложилась спать, а моей соседкой оказалась Полин. Она ворчала себе под нос что-то вроде "принимают ведь всякое отребье", но мне было абсолютно всё равно, потому как после долгого и тяжелого дня, я сразу завалилась на кровать и вырубилась моментально.

— А парень-то у тебя есть? — не отставала с расспросами Мэйви. — Вот Тод приводил три дня назад к нам знакомиться девочку его. Красавица такая! И платья с юбками любит.

Мне так хотелось сказать, что у меня тоже есть красивый парень с кубиками пресса на животе, а в черепной коробке у него есть мозги, а не перекати-поле, но промолчала, так как мне сразу же прилетит от родителей. Нас с Тодом в детстве всё время пытались свести, но теперь мои родители понимают, что мне о таком и думать противно. Если мама хоть как-то прилично о нём отзывается, храня верность подруге, то папа на прямую твердит мне, что этот молодой человек меня не достоин.

— Нет, парня у меня нет. — впервые говорю я за весь вечер. — Потому что…

— Ничего страшного, дорогая. Не расстраивайся. — её глаза вспыхивают злорадством, а на губах расплывается довольная улыбка, хоть Мэйви и пытается придать голосу сочувствие. — Рано или поздно и ты найдёшь…

— …потому что я на данный момент занята более важными делами. Например, подготовкой к выпускным и вступительным экзаменам, так как я рассчитываю получить стипендию.

Я также перебила эту обнаглевшую женщину. Повисла тишина. Она оторопела, глупо хлопая накладными ресницами, а уши её побагровели.

— Как дела на работе, Кейн? — переводит тему Мэйви, обращаясь к моему отцу.

Я сумела заткнуть её. Папа под столом показывает мне большой палец вверх. Он быстро улыбается меня, а потом моментально принимает каменное лицо и отвечает на вопрос миссис Треви. Мама же едва заметно сдержанно и удовлетворительно кивает мне. Они гордятся мной. Я поступила правильно, что не дала ей со мной так обращаться. Ведь к моим родителям она не стала бы относится неуважительно, что не скажешь о её собственных сыне и муже. Последний, к слову, смотрел на меня с удивлением и некой завистью. Остальные разговоры я уже не слушала, так как они ушли в сторону от моей персоны. Я вытащила из кармана телефон и открыла диалог с Калебом.

Я: Я умираю от скуки. А ты чем занят?

Ответное сообщение заставило меня немного подождать, и прежде чем оно пришло, я успела выпить стакан сока.

Калеб: Ты обратилась по адресу. Скорая-я-не-дам-тебе-умереть-от-скуки-помощь у аппарата. Треви замучили? Я только вернулся с тренировки.

Я: Ага. Сейчас бы сериал посмотреть… Или послушать то, что ты вчера так и не сказал.

Калеб: Слушай, я походу повременил с выводами. Запутался. Забудь.

Я: Но мы же друзья! Так что скорая-помогу-тебе-разобраться-помощь уже на месте. Так что случилось?

Парень долго молчал, что только выводило меня из себя из-за подогретого интереса. А ещё я не могла выносить пронзительный тупой взгляд Тода. Он смотрел словно через меня. Крепко сжав телефон, я поймала взгляд светловолосого тощего парня, и тоже буравила его взглядом. Только если он смотрел глупо, то я свой взгляд я вложила все свои негативные эмоции. Казалось, что я просто матерю его глазами. Как я и ожидала, Тод через пару секунд смотрел уже в свою тарелку. Так-то. Я вернулась к своему разговору с лучшим другом, как раз когда он отправил сообщение.

Калеб: Я расскажу тебе завтра, обещаю. У нас вторым уроком история.

Я вспоминаю, что у Зои в это время физика. Почему он так сильно избегает её? Я не стала спрашивать, потому как боялась, что в таком случае Калеб вообще откажется что-либо говорить, поэтому просто ответила "окей".

— Тод, покажи Грейс дом, а то мы будем говорить о работе, вам вряд ли будет интересно. обратилась миссис Треви к сыну.

Как-будто мне и так интересно. Я не очень хотели идти смотреть дом, хотя что его смотреть, не впервые здесь, но и сидеть за столом тоже большого желания не было. Я взглянула на маму, та кивнула. Мы с Тодом вышли из-за стола и направились на второй этаж. Я иду прямо по пятам за Тодом, и про себя отмечаю, что он настолько худой, что даже я больше чем он. А то что он вдобавок и высокий, выше меня головы на две, только больше делало его похожим на скелет.

— Эта моя комната, а там кабинет. — он всерьёз воспринял просьбу Мэйви, а я сдержалась, чтобы не треснуть себя по лбу.

— Знаю, я ведь тут была, забыл? — мягко, но с заметной раздражённостью спрашиваю я, когда мы заходим к нему в комнату.

На стенах висят плакаты различных музыкальных групп, а вещи беспорядочно валяются по всей комнате. Тод плюхается на кровать, беря в руки мангу, а я присаживаюсь на небольшой диванчик. Здесь всё так как я помню, ничего не поменялось за пять лет моего отсутствия в этом доме. Да я, в принципе, и не жалею ни чуть.

— Что читаешь? — для приличия спрашиваю я.

— О, она такая интересная! — вдруг вспыхивает заинтересованностью Тод. — Читаешь манги? А в компьютерные игры играешь?

— Эм-м, нет.

Вообще-то я надеялась, что он буркнет что-то наподобие "ничего", а я со спокойной душой смогу копаться в телефоне, но не тут-то было. Тод сначала принялся пересказывать сюжет манги, которую он держал в руках, а потом резко перешёл к играм, что установлены на его компьютере. От его нудного и длинного рассказа, в который он не дал мне и слово вставить, я страшно устала. Откинувшись на спинку кресла, я прикрыла глаза и сама не заметила как задремала.

Глава 8.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я подскочила от крика, почти упав с кровати. Визг был таким мимолётным, что поначалу я даже показалось, что мне это приснилось. Но когда я обвела глазами комнату дворца Уайтхолла, то поняла, что буквально за стенкой покои беременной королевы. Встав с кровати, я побрела в комнату Марии, по пути захватив подсвечник с горящей свечой. Я постучалась, но в ответ услышала слабый и тяжёлый стон. Не сомневаясь ни секунды, я бросила открывать дверь. В постели лежала изрядно вспотевшая и испуганная королева, корчившаяся от боли.

— Ваше Величество! — я подлетела к её кровати тревожно оглядывая её.

А если это воды отошли?! В первые секунды я так растерялась, но взяла себя в руки увидев горькие слёзы Марии. Я кружила у кровати, быстро соображая, что делать в таких ситуациях.

— Полин! — рявкнула я как можно громче, казалось мой голос могли бы расслышать и в поместье Бедфордов. На пороге спальни показалась испуганная и заспанная девушка темноволосая девушка. — Быстро за лекарем! Живо!

Её глаз округлились, но та без промедлений развернулась и рванула прочь. На мой крик и жалобный стон Её Величества в спальню вбежали другие фрейлины. Через пару минут наконец-то пришла знахарка и, как я поняла, повитуха. На всякий случай.

Нас оттеснили на второй план, и теперь вокруг королевы вились врачи. Я кое-как справлялась с тряской. А вскоре моя вчерашняя усталость напомнила о себе, мышцы заныли, а голова запульсировала от столь резкого подъёма. После того как Её Величество осмотрели, нам сказали, что это не схватки и всё хорошо. Но, на всякий случай, нескольким девушкам велели остаться рядом с королевой. Поэтому я и Нэнси расселись в кресла, по обе стороны от огромной кровати. Нэнси долго пересказывала Марии сюжет какой-то книги, будто рассказывала сказку на ночь. Когда королева уснула, на улице потихоньку светлело. Я не заметила как тоже заснула под скрипучий голос Нэнси. Моё сердце наконец-то перестало бешено стучать, а адреналин в крови упал.

༻ ❀ •༺

— Ты что не слушаешь!? — обиженно и так пронзительно вякнул Тод, что я едва не соскользнула с дивана.

— Слушаю, — я быстро-быстро поморгала, заставляя себя проснуться, — конечно. Действия происходят в Средневековой Англии. Да-да.

— Испании, — поправил меня парень с недоверием в глазах.

— Точно. Испании. Да. — я поднялась с кровати, когда увидела на часах, что проспала пятнадцать минут. — Тод, родители внизу?

— Ага, в гостиной. — пока я шла к двери, он проследил за мной каким-то непонятным взглядом. — Эй, ты куда?

— Ты время-то видел? — спокойно спросила я, кивая на настенные часы, стрелки которых говорили, что уже за полночь. — Пора бы домой.

— Жаль.

— Увидимся в школе. — я небрежно махнула ему рукой, вышла из комнаты, и зевая, отправилась на поиски родителей.

Взрослых я, как и сказал Тод, нашла в гостиной. Папа явно был рад моему заявлению, что уже стоит ехать домой. Он поднялся с дивана и с наигранным сожалением сказал, что нам, увы, и правда нужно возвращаться домой. Я облегчённо выдохнула, когда мама согласилась с нами, и мы отправились домой.

༻ ❀ •༺

Я удручённо застонала, когда мне приходится вставать. Открываю глаза и вижу, что даже солнце ещё не вышла из-за горизонта, а я обязана уже быть на ногах. Бросаю взгляд на кровать Полин, ей уже помогают с платьем.

— Как можно быть такой лентяйкой? — усмехается девушка, не глядя на меня. — Уверена, что тебя вышвырнут отсюда как только узнают твою истинную натуру.

— А ты-то прям узнала меня за шесть часов? — ворчу я и встаю с кровати.

Здесь приходится просыпаться куда раньше, чем в поместье Бедфордов. Сьюзан сказала, что королева стала спать куда меньше, когда забеременела, от того и фрейлины вставали раньше. В нашу утреннюю рутину входило искупать, одеть и покормить Её Величество. Я успела устать ещё до восьми часов утра, бегая туда-сюда.

Мы находились в королевском саду. Её Величество Мария прогулочным шагом бродила мимо аккуратно подстриженных кустов и ярких цветов. Я, как и остальные, шла позади на несколько шагов. Мне уже это всё надоело, но теперь я ясно понимала, что это никакой не сон и деваться мне некуда. Судя по рассказам из дворца, попасть на службу сюда безумно сложно. Я так проскочила только, потому что герцог Вильям Бедфорд близкий друг короля. Мне очень повезло, что в тот день мимо площади проезжал именно он. Хотя о каком везении может идти речь, если я каждую чёртову ночь застреваю не понятно где.

— Скоро коронация, — мечтательно улыбнулась королева, коснувшись лепестков красной розы подушечками пальцев, — и рождество. У вас есть новогоднее настроение, девушки?

Я словно прозрела. Меньше чем через месяц Новый год. И моё день рождение. Я поёжилась. Мод и Полин сразу завязали бессмысленный и пустой разговор с королевой.

В сад зашёл король со своей свитой. Такой величественный, молодой и красивый. Острые скулы, серые глаза, похожие на туман утром, расшитый золотом костюм и блестящая корона с драгоценными камнями всё это придавало ему некого шарма, сразу показывало его статус в обществе. Мы сразу же поклонились, а он заговорил со своей женой, даже не глянув в нашу сторону. А мне вдруг сразу же стало не комфортно здесь находиться. Голова слегка закружилось, обычно я такое ощущаю перед тем как провалиться в сон. Король и королева шли впереди нас, оживлённо о чём-то разговаривая, а фрейлины и те, кто пришёл с королём, шли чуть позади. В небольшой толпе я глазами нашла герцога Бедфорда. Он кивнул с доброй улыбкой, и мне стало намного легче. Видеть знакомое лицо среди этого дурдома такое облегчение.

— Сегодня я думала, что начались схватки, но они оказались ложными. — королева любовно погладила рукой живот. — Повитуха сказала, что если бы меня вовремя не заметили, то мог случится выкидыш. Леди Грейс это предотвратила.

И тут все оборачиваются на меня. Я застываю как статуя. Ну, вообще-то если б я не проснулась, то подскочили бы другие девушки, поэтому я совсем не понимаю на кой чёрт меня так выделять. Теперь все, кто прогуливался с нами, глазели на меня. Мои щёки вспыхнули румянцем, а мне самой хотелось куда-нибудь сбежать отсюда, например, домой. Король Раймонд оценивающе оглядел меня с головы до ног. Моё тело покрылось мурашками. Хватит, хватит на меня так смотреть. Но, увы, вслух сказать это я побоялась. Всё же он король, а не какой-нибудь капитан школьной команды по футболу.

— Вы спасли моего ребёнка. — впервые за моё пребывание здесь, Раймонд обращался лично ко мне, глядя в глаза, как к человеку, а не как к предмету интерьера. — Я благодарен вам. — он произнёс эти слова с искренним блеском в его серых глазах.

Я покорно склонилась в поклоне, продолжая изнемогать от неловкости. Его взгляд так и бегал по моей фигуре, но королева Мария этого вовсе не замечала. Она была занята любованием своим животом. Мне было очень неловко, но к моему счастью, скоро все вновь пошли дальше, забыв про меня напрочь.

༻ ❀ •༺

Прошла неделя. Дни тянулись за днями, а я начала мириться с моей новой жизнью. Мне было сложно. Я даже пару раз хотела подойти к Оуэну и попросить его ещё раз кинуть в меня мяч да посильнее. Я совсем перестала рассказывать своим друзьям про другой мир. Они думают, что это просто сон, поэтому и забыли быстро. И я была этому рада. Не хочу лишний раз волновать их. Всё же от происходящего со мной я испытываю сильный шок, но обсудить это не с кем. Ведь никто не поймёт. И ещё чего доброго к психиатру отправят.

Я шагала за Её Величеством по просторному залу, где по вечерам часто собирались знатные люди и веселились. И сегодня будет точно также опять. Больше всего на свете, чем своего, ещё даже не рождённого ребёнка, Мария обожала устраивать роскошные балы. Весь дворец словно оживал в это время, отовсюду слышалась музыка, которая отражаясь от белых стен, разносилась по всему зданию, туда-сюда с высоко задранным подбородком ходили женщины в дорогих платьях, на из тонких шеях красовались украшений из драгоценных камней. Они беседовали с богатыми мужчинами, кружили в танце, пили вино. И боготворили короля и королеву, а также молились за их ребёнка. Мария всегда была в центре событий, словно вся вселенная вертелась вокруг неё. Ей нравилось внимание и лесть, которая лилась из уст каждого второго. Я редко видела улыбающуюся королеву в обычные дни, но на таких мероприятиях с её белоснежного лица улыбка не входила часами. Я всегда удивлялась, как у неё ещё не болят щеки.

Минуя банкетный зал, мы направились к какой-то толстой двери из темного дерева. Из-за неё доносилось множество громких голосов. Я узнала только герцога Бедфорда и Его Величество. Мария велела мне и Мод остаться снаружи, а остальные девушки последовали за ней в эту комнату. Когда массивные двери закрылись, и наступила тишина, я поняла, что практически не разговаривала с Мод за все дни. Даже с Нэнси у нас нашлись темы для обсуждения.

— Ну как, привыкаешь? — первая начала девушка, эта тишина явно для неё казалась неловкой. — Ты же из небольшого провинциального поселения, так?

— Да. — киваю я, тем самым давая один ответ на два вопроса разом. Я бы не хотела, чтобы она расспрашивала меня о жизни до того, как я попала сюда, поэтому нужно менять тему. — А как давно ты находишься здесь?

— Я вместе с Нэнси и Полин служила ещё бывшей королеве.

— Матери Его Высочества?

— Нет-нет. Она ушла в лучший мир при родах, а потом король женился ещё раз. И уже с королевой Элизой прожил до конца своей жизни. Я думала, что нас отдадут в прислугу Её Высочеству Анне, но распорядились иначе.

— Её Высочество Анна?

— Младшая сестра нашего правителя. Наипрекраснейшая девушка. — улыбнулась Мод.

Мимо нас проходила небольшая группа очень странных мужчин. Они как-то выделялись среди всех остальных. Их одежда совсем не похожа на ту, что носят мужчины во дворце. На всех них был дублет со свободной шнуровкой. Пурпуэн ярко-красного цвета с малиновыми рукавами, а поверх него надеты коричневые латы. На пурпуэне были разрезы, под которыми виднелась белая ткань. Костюм дополняли чулки, перевязь и пороховница синего цвета, а также черная фетровая шляпа, украшенная лентой и яркими перьями. За плечами у всех были зелёные плащи ниже колен. На ногах была обувям тупыми носками, украшенная прорезами и вышивкой. На их поясах висели шпаги. Я уставилась на них, как баран на новые ворота, попутно разглядев, что там есть и молодые парни, на вид не намного старше меня.

— Это свита посла. Мушкетёры военного дома короля Франции. — шепнула Мод, когда заметила как сильно я таращусь на них.

— А, ой. — я дёрнулась и нервно отвела взгляд.

— Её Величество рассказывала про это вчера, помнишь? — спокойным и ровным голосом проговорила девушка. — Тогда меня отпустили, а ты осталась. Ради чего они прибыли сюда?

— Не буду спойлерить. Скоро узнаешь. — я глубоко задумалась, разглядывая свои ногти, краем глаза замечая, что свита посла направляется в нашу сторону.

— Спойлерить? Что?

— Забей. — отмахиваюсь я, а потом до меня доходит.

Я будто получаю чем-то тяжелым по голове. Я испуганно смотрю на нахмуренную Мод, а проходящие мимо нас французы удивленно хлопают ресницами. И только один молодой человек шокировано пялиться на меня дольше положенного. Я настолько привыкла находиться здесь, что забываю фильтровать свою речь. Я нервно заламываю пальцы рук.

— Эм, я имела ввиду… просто это иностранные слова. Очень старые. Их уже, наверное, никто не использует, прости, забываю, что я не дома. — обращаюсь я к бедной Мод, пока с нами здороваются гости из Франции.

— Правда? — вскидывает брови брюнетка.

Она открыла рот, чтобы что-нибудь спросить, но отворилась дверь, и из комнаты вылетела недовольная королева. Она словно ветер пролетела мимо нас. Мы с Мод тревожно переглядываемся. Останется только гадать, что произошло в той комнате.

— Грейс, приведи мне портного. Срочно! — рявкнула та.

Я аж подпрыгнула на месте от неожиданности. Но ничего не сказала, а только молча поклонилась, развернулась и быстрым шагом отправилась в другое крыло, чтобы найти портного. Три дня назад мы сюда ходили с Кэрол, чтобы королеве сшили платье на этот приём. Я практически добегаю до нужных мне дверей, как из-за угла на меня налетает один из французов, которые прошли мимо пару минут назад.

— Извините, сэр. — я склоняю голову и хочу его обойти, чтобы не сильно задерживаться.

Но мужчина преграждает мне путь. Я делаю шаг в другую сторону, чтобы обойти, но он вновь не даёт мне пройти вперёд. Я с немым вопросом в глазах поднимаю голову, непроизвольно выгнув бровь.

— Спойлерить? — спрашивает он, а испуганно начинаю таращится на него, мои глаза сделались размером с блюдце, а в горле запершило. Попалась.

— Это старое слово и…

— Ага, очень. Прямиком из двадцать первого века?

Внутри меня всё оборвалось. Сердце пропускает удар. Я забываю как дышать, мои ноги подкашиваются, а голова закружилась. Наступила могильная тишина, которая позволяла слышать как быстро-быстро бьётся моё сердце. Рот открылся сам собой от шока. Что он сейчас сказал? Или мне послышалось? Хочу что-то сказать, но просто не могу выдавить из себя ничего, кроме жалобного писка, поэтому предпочитаю сохранять молчание.

— Меня зовут Теодор, можно просто Тео. Ты не отсюда, верно? — спросил молодой человек, приглаживая свои волосы. — Не бойся.

Я заметила, что он чем-то похож на Калеба. У него такие же кудрявые тёмные волосы. Но на этом сходство их заканчивается. Тео выглядит старше, тело у него куда мощнее, скулы сильно выделяются на лице, и он заметно выше. На английском он говорит с характерным акцентом, но я всё равно прекрасно его понимаю.

— Я Грейс. — хрипло отвечаю я, проглатывая ком в горле. — Откуда ты знаешь?

— С тобой тоже случился несчастный случай, и теперь ты торчишь здесь?

— Я… — мой голос опять срывается, и мне кажется, что сейчас сломаю свои пальцы. Беру себя в руки и откашливаюсь. — Что? Но как?

— Я не знаю как. Ни разу за пять лет не встречал таких, как мы. — парень обхватывает мои руки в свои ладони. — Ты оторвёшь себе пальцы.

— Пять лет? Ты здесь пять лет!? — мои руки трясутся в его тёплых больших руках, а голова идёт кругом.

— Да. А когда я стал личной стражей короля, то объездил почти всю Европу, но ты единственная не из этого века, кого я встретил. — его зелёные глаза блестят от неописуемой радости, словно я последний лучик света в непроглядной темноте, а я похоже, сейчас упаду в обморок.

— Я… я не понимаю. То есть это перемещение во времени какая-то патология?

— Нет. Тут дело немного в другом.

Откуда-то сбоку послышался голос, кричащий что-то на французском. Теодор повернул голову в сторону шума, что-то сказал в ответ, а потом обратно ко мне, в спешке дотронувшись до моих плеч руками.

— Слушай, времени нет, но нам нужно поговорить. Но не здесь. Скажи свой номер телефона, я запомню.

Я продиктовала ему номер, Теодор поблагодарил меня и убежал к своей группе. А я как вкопанная провожала его взглядом. Где-то глубоко внутри меня, появилась надежда на то, что я совершенно нормальная и не поехала крышей. У меня было столько вопросов, которые я хочу задать Тео, что прям голова взрывается. Я продолжила брести к портному, но едва ли передвигала ногами, погружённая глубоко в себя. Руки тряслись, в голове все мысли смешались в один большой запутанный комок.

Я такая не одна.

༻ ❀ •༺

Начался бал. Все вокруг танцуют, смеются, пьют и веселятся, а я стою немного в сторонке, думая о ситуации, которая произошла сегодня утром. Мимо меня провальсировала какая-то парочка, а позади них, словно из воздуха, сгустился король. Я уж чуть не поперхнулась. Настолько ушла в свои мысли, что даже не заметила как он встал с трона и подошёл ко мне.

— Ваше Величество, — я склонилась в поклоне.

— Леди Грейс. — почтительно кивнул он мне и обворожительно улыбнулся. — Мне многое рассказывали о вас.

— Правда? И что же, позвольте узнать? Небось всякие глупости?

— Ваш отец при жизни разорился, а когда вы потеряли семью, то и наследства уже не было.

— Всё верно. Боюсь представить, что со мной могло бы случиться, если бы я чудом не попала сюда.

— Значит так нужно. — сдержано кивнул Раймонд, а мне захотелось его ударить. Я попала сюда из-за того, что мне в бошку прилетел тяжелый мяч. — Как вам дворцовая жизнь?

— О, очень захватывающая. — улыбаюсь я, сдерживаясь, чтобы не коснуться своего затылка. — Такой большой дворец я вижу впервые в жизни.

— Он единственный в своём роде. — гордо ответил король.

Пока мы разговаривали про дворец и вообще всё подряд, я пыталась понять сколько ему лет. На вид точно не больше тридцати, но спросить у него это напрямую мне казалось бестактным. В общей сложности наш пустой разговор ни о чём занял около получаса. Иногда я даже забывала кто стоит передо мной, но довольно быстро приходила в себя. Нашу светскую беседу прервал седой старичок, сопровождаемый Тео и другими французами. Он поклонился королю, и они вместе ушли в другую сторону. Я опять осталась наедине с Теодором, и мне просто не терпелось вытянуть из него как можно больше информации.

— На чём передвигаются люди в двадцать первом веке?

— На автомобилях, кораблях, самолётах.

— Кто выиграл Великую Отечественную Войну?

— Ты решила устроить мне блиц-опрос? — усмехнулся парень, стоя рядом со мной с бокалом вина.

— Кто выиграл войну? — настойчиво повторила я.

— Советский Союз.

— Что такое инстаграм?

— Ты сейчас серьёзно? — фыркнул Теодор, пихая мне в руки бокал. — На вот, выпей. Ты всех так подозреваешь?

— Я каждую ночь оказываюсь в шестнадцатом веке. Так что да, я серьезно. — нервно сказала я, возвращая бокал обратно парню.

— Ты тут две недели, а я пять лет, поэтому не строй из себя шокированную девочку. Я был в шоке побольше тебя, поверь. — он вновь передал мне вино. — Ты оказываешься здесь не каждую ночь, а всякий раз, когда засыпаешь.

— Я не… — глубоко вздохнула я и перевела взгляд на этот несчастный бокал, впаривая его обратно Теодору. — И что ты пристал со своим вином?

— Не хочешь — не надо. Мне больше достанется. Истеричка.

— Я не истеричка. Просто сегодня странный день.

Тео забирает вино и делает пару больших глотков. Но он прав. Сегодня я слишком нервная. Я не хочу, чтобы парень заметил, что я за ним наблюдаю, поэтому вглядываюсь в толпу танцующих людей, потом перевожу взгляд на небольшое возвышение у стены, где находится три трона. Один сейчас пустовал, он был самым большим и располагался посередине. Трон с высокой спинкой было изготовлено в готическом стиле из дуба, расписанный золотом, четыре позолоченных фигурки львов выполняют функцию ножек трона, пространство под сиденьем трона представляет собой платформу и полость, где находится Скунский камень. На втором восседала Мария, оживлённо беседуя с девушкой, сидящей на самом маленьком троне. Наверное, это и есть сестра Раймонда, потому что я даже на расстоянии видела некие сходства. Королева взяла бокал вина с подноса и уже готова была выпить, но принцесса вовремя перехватила её руку.

— Где ты живёшь в первой параллели? — спросил Тео, оторвав меня от наблюдений.

— Первой параллели?

— Да, — важно согласился он, — эти миры параллельны. Потому что если ты вернёшься в своё время и откроешь учебник по истории, то его ты там не найдёшь, — он кивает в сторону Раймонда, и я слежу за его взглядом, натыкаясь на короля, мирно беседующего с послом.

— А дворец? Я точно помню нам про него рассказывали.

Я бы стукнула себя по лбу за то, что мне в голову даже не пришла идея заглянуть в интернет или в ту же книгу, чтобы узнать о правящей династии Англии шестнадцатого века. Но меня уже давно интересовали несуществующие в реальном мире писатели и философы, которые пользовались здесь огромной популярностью.

— Страны, города, места и даже здания одни и те же, но люди — нет. Я не знаю как это работает. Поэтому я и называю эти миры параллелями. Наша первая параллель, а это — вторая.

— Логично. — заключаю я. — Раз так, то в первой параллели я живу в Хьюстоне, США.

— Ого, далеко тебя же закинуло. — искренне удивился Теодор.

— А ты?

— Я живу в Реймсе, это не далеко от Парижа, а во второй параллели оказался в Версале.

— Так близко? Но почему же тогда я оказалась аж в Лондоне? Это же другой конец Земли!

— Мне тоже это интересно. — задумчиво сказал Тео.

— Мне столько нужно у тебя спросить! — воскликнула я, но мой порыв потух сразу, как только я увидела, что королева встаёт и направляется к выходу, ведь это означало, что и я должна уйти. — Ты точно мне позвонишь, когда мы окажемся дома?

— Точно. Беги. — парень заметил, что я неотрывно наблюдала за Марией.

Мы кротко распрощались, и я стартанула с места, пытаясь догнать Её Величество.

Глава 9.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

С самого утра я не могла спокойно существовать. Я словно приклеилась к телефону, весь день не выпускала его из рук. На меня уже обрушился шквал недовольства моих родителей из-за этого, но я не обращала внимания. В школе я не слушала учителей, и даже пропускала рассказы Зои мимо ушей, как бы я не старалась её слушать, я просто не могла. Я пыталась сосредоточиться на лучшей подруге, но всё время думала только о двух мужчинах. О Раймонде и Теодоре. От последнего я ждала звонок, боясь, а вдруг он забыл мой номер? А Раймонд просто зацепил меня. При чём ещё давно. Но за все эти дни мы с ним практически никак не контактировали, поэтому я довольно сильно нервничала, когда мы разговаривали с ним. Было в нём что-то притягательное, и это что-то меня пугало.

Под вечер наконец-то раздался долгожданный звонок. Я быстро приняла вызов, откинув тетрадь с домашним заданием куда-то в сторону от неожиданности. От волнения меня била лёгкая дрожь. Я столько хотела спросить, но боялась, что и у Теодора ответов не найдётся. Он говорил, что он никого раньше не встречал, я была первой за пять лет, тогда откуда же он мог знать о том, как действует этот мир? Как он работает и живёт?

— Грейс? — его голос прозвучал с некой хрипотой.

— Да-да, это я. — я закрыла дверь в комнату и поудобнее уселась на кровати.

— Отлично. Тогда продолжим. — проговорил Тео. — Мне интересно всё. Что поспособствовало твоему появлению во второй параллели?

— Только не смейся. Мне в голову со страшной скоростью прилетел мяч.

— Серьёзно? — хохотнул парень. — А других последствий от такого столкновения не было? Сотрясения, например?

— В этом и загадка. Лёгкое сотрясение и всё. И головная боль, конечно. Хотя я потеряла сознание. — я задумалась, вытаскивая из полки ноутбук. — А как ты туда попал?

— Автокатастрофа. — сказал Теодор, а я замерла. — Я единственный кто выжил, хотя должен был получить переломы не совместимые с жизнью, а отделался лишь парочкой синяков.

— О, Боже, мне жаль. — я поджала губы, понимая на сколько мне всё-таки повезло.

— Это было давно, поэтому ничего страшного. Старые раны зажили. — отмахнулся Тео, но в его голосе пробежала секундная дрожь, и я это уловила. Он говорил вовсе не о физических ранах. — Где ты оказалась, когда впервые туда попала?

— После того, как мне в голову прилетел мяч, я потеряла сознание. Очнулась на какой-то площади. Я думала, что это галлюцинации, но всё равно перепугалась до смерти. — я в полной мере вспомнила моё первое появление, внутри всё перевернулось. — В это же время мимо как раз проезжал герцог Вильям Бедфорд. Он искал фрейлин для Марии. Потом он решил мне помочь, привёз в своё поместье, где я ровно шесть дней пахала похлеще любой лошади с утра до ночи, лишь бы понравиться королеве. А дальше мы приехали во дворец, и меня там оставили. Как-то так.

Так странно было вновь рассказывать это кому-то. Держать в себе такую информацию я устала, поэтому выплеснула всё сразу на совсем незнакомого мне человека. Но Тео не смеялся, завидуя мне как Зои, и не намекал на проблемы с головой, как это деликатно допытался сделать Калеб.

— Я знаю Бедфорда. — задумчиво сказал Тео на другом конце провода. — Он один из приближённых Раймонда, и по совместительству, лучший друг. Он достаточно суров, когда дело касается королевства, не так ли?

— Я не знаю. — честно призналась я. — Я не удосужилась с ним такое обсуждать. Герцог Бедфорд показался мне добрым и довольно весёлым, с ним было легко.

— Он серьёзный человек, по крайней мере с чужаками. Но как ты объяснила своё появление на площади из воздуха?

— Амнезией. — я открыла ноутбук и зашла в браузер. — Я сказала, что потеряла память.

— И он поверил?

— Как видишь.

Пока Тео молчал, я в поисковой строке забила всего три слова: "Король Англии Раймонд". Среди королей числились Ричарды, Генрихи и прочие, и не одного Раймонда. Я поёжилась. Потом попыталась найти знаменитых писателей второй параллели, но во всём интернете ни слова об этом. Закрыв ноутбук, я отложила его подальше и уставилась в окно, глубоко задумываясь над ситуацией.

— А ты как там оказался?

— Машину, в которой мы ехали с друзьями, занесло. И мы на полной скорости влетели под грузовик. Отключился я моментально. Во второй параллели я проснулся в чьём-то доме. Потом мне сказали, что нашли меня без сознания на улице. Я сказал, что будто я ушёл из семьи и пошёл искать работу. Меня довольно быстро отправили в армию, а потом я поднимался по карьерной лестнице, пока не добрался до личной охраны короля. Иногда меня отправляют с важными лицами, например с послами как в этот раз, чтобы контролировать всё. А когда очнулся в современном мире впервые после аварии, то был уже в больнице. — а потом парень усмехнулся. — Ты попала во дворец всего через неделю, а я через целых три года. Смешно выходит.

Я сжала губы в тонкую линию. А ведь он прав. Если бы не Бедфорд, то и я была бы не пойми где. Считай, я буквально упала ему под ноги. Страшно даже представить, чтобы со мной стало не проехав герцог мимо в тот день.

— Значит, это точно ни сон и ни галлюцинации? Не шизофрения и так далее? — спросила я.

— Точно. — твёрдо сказал Тео. — Я получал тяжёлые ранения, видел смерть других людей. Это не сон, Грейс.

— Но зачем всё это? Зачем мы там? Почему именно мы? — я без сил упала головой на подушку, чувствую как пухнет голова.

— Я не знаю. Сам ищу ответы уже пять лет. — также безнадёжно вздохнул он.

Я услышала какие-то разговоры прямо за моей дверью и привстала на локтях. После чего раздался стук. Это точно не родители. Дверь открылась, а на пороге моей комнаты стоял Калеб. Я удивлённо распахнула глаза, сразу же принимая сидячее положение. Я жестом пригласила друга войти. Он никогда так поздно не навещал меня. Что-то произошло?

— Меня пустил твой папа. — тихо шепну лучший друг, чтобы не отвлекать меня от разговора, а я согласно кивнула.

— Грейс, ты ещё там?

— Да, — кивнула я, забыв о том, что Тео этого не увидит. — Как долго ты ещё пробудешь в… ну…

— В Англии? — подсказал Теодор.

— Да-да, там. — я не хотела говорить о таком в присутствии Калеба, поэтому надеялась, что Тео меня и так поймёт.

— Ещё два дня. Потом мы возвращаемся.

— Ясно. — я совсем не хочу, чтобы Теодор уезжал, ведь в таком случае, вновь останусь совершенно одна. Я взглядом наблюдала за Калебом, который рассматривал фотографии и книги на полках, чтобы дать мне возможность поговорить по телефону спокойно. — Слушай, мне пора. Ещё увидимся.

— Хорошо, до встречи, Грейс Честер.

Я усмехнулась и скинула вызов. Сжав телефон в руках, я принялась гадать зачем Калеб пришёл ко мне так поздно. Время уже почти десять. Я пригласила друга сесть на кровать рядом со мной, но он отказался и замер напротив меня. Его лицо выражало беспокойство, а различные эмоции было сложно прочитать.

— Что случилось?

— Ты же хотела узнать почему я звонил тебе тогда, помнишь?

Боги! Я и забыла об этом совсем! В свете последних событий, который просто взрывали мою голову, мне было совсем не до этого. Я накрыла руками лицо, мечтая избавиться от всех чужих мыслей. Сейчас я нахожусь в первой параллели, а значит и думать должна об этой жизни, а не о том что будет, когда я лягу спать. Нужно решать проблемы по мере их поступления. С Тео, правящей династией и Бедфордом буду разбираться потом. Сейчас я нужна своему лучшему другу, который всегда мне помогал, был опорой и поддержкой.

— Ты выглядишь взволнованной. Весь день сама не своя. — встревоженно спросил друг, а я еле сдержалась, чтобы не нагрубить, я понимаю, что Калеб просто волнуется обо мне. Он даже представить не сможет, что твориться в моей жизни.

— Всё нормально, правда. — отмахиваюсь я, выжимая из себя улыбку. Не хочу его волновать лишний раз.

— С кем ты разговаривала?

— А это… Да так, знакомый. — я скрещиваю руки на груди и пытаюсь моментально перевести тему. — Давай лучше поговорим о том, что тебя тревожит уже не первый день. Во-первых, ты стал слишком скрытным особенно с Зои. Во-вторых, ты её избегаешь. Скажи честно, вы поругались?

— Поругались? — его глаза удивленно округлились. — Нет-нет, мы не ссорились. Просто я… В общем я…

— Калеб?

— Я не могу с ней больше общаться как раньше! — выпалил парень, обессилено упав на кровать рядом со мной. — Я не могу смотреть на её как раньше, говорить как раньше.

— В чём дело? — искренне недоумеваю я, такое даже не укладывается у меня в голове. Скорее ад замёрзнет, чем наша троица распадётся. — Вы же с детства дружите.

— В этом и проблема, Грейс. Мы дружим. — он спрятал лицо в руках и на выдохе произнёс: — Дружим.

Я застыла на месте с открытым ртом. Я и подумать не могла, что Калеб однажды влюбится в свою лучшую подругу. Но мою плохо скрываемую радость, смыло будто волной страдальческое выражение лица Калеба. И я поняла почему он так себя ведёт. Зои всегда относилась к нему как к брату. Он навсегда будет для неё просто лучшим другом детства, но не парнем. Калеб поэтому и так необщителен в последнее время, боится сказать что-то не то. А правда разобьёт ему сердце. И он это знает. К тому же, мы оба прекрасно знаем вкус Зои на парней. Она быстрее бы начала встречаться с Оуэном, чем с Калебом. Теперь меня охватила злость на подругу. Господи, опять столько эмоций, что я готова взорваться.

— Она тебе нравится? — робко предположила я.

— Нравится? — повторяет Калеб, пробуя слово на вкус. — Мне и ты нравишься, и много кто вообще. А она как бы выше. То есть не выше тебя, нет! Я не это имел ввиду!

— Всё нормально, я поняла. Не переживай.

Увидеть Калеба таким эмоциональным удаётся далеко не всегда. В последний раз он открыто показывал весь спектр эмоций и чувств, когда его взяли в школьную футбольную команду. Обычно он такой спокойный и плывёт по жизни размерено, как по течению.

— Вот что я хотел тебе рассказать. Лучше меня Зою знаешь только ты, поэтому я хотел сказать тебе лично, чтобы узнать, что ты думаешь по этому поводу. Но по твоему лицу и так всё понятно. Я в пролёте.

— Нет! Это не так! — я мысленно ругаю саму себя за то, что не могу сдерживать свои эмоции. — Ты не в пролёте, просто… Просто нужно спросить у самой Зои. Ты так не считаешь?

— Грейс! — рявкнул темноволосый, гневно стреляя в меня взглядом. — Прошу, только ничего не говори ей. Я потом как-нибудь сам.

Ага, знаю я это его "потом". Но я всего лишь согласно кивнула головой. На самом деле это не моё дело, это касается непосредственно только самих Калеба и Зои. Мы поговорили с ним ещё полчаса о всяком несущественном бреде, а потом Калеб ушёл домой. Когда я вновь осталась одна, то села за домашнее задание по французскому. Я открыла тетрадь и огромный учебник и сразу же вспомнила о Тео.

От французского отвелко меня очень необычное сообщение, пришедшее мне на телефон полдвенадцатого ночи. Не знаю, что меня больше удивило, что мне написал этот человек или тот факт, что он вообще мне написал. Я протираю глаза, но сообщение не пропадает с экрана моего телефона.

Придурок: Марлоу, придёшь завтра на игру?

Я: На какую такую игру?

Придурок: Ну доброе утро. Завтра матч против "Быков"! Не плохо так я тебе мячом зарядил.

Я: Нет, ну точно придурок. Не знаю. Приду, если дел не будет.

Придурок: Отлично.

Я закатываю глаза и убираю телефон. Очень странно, что Калеб не рассказал мне про этот матч, поэтому что если бы Оуэн не написал мне, то я бы даже и не вспомнила, что завтра наша сборная играет со своими самыми сильными соперниками. Если гербом нашей школы был орёл и команда называлась "Орлы", то на школьном гербе соседней школы красовался разъярённый бык и их команда называлась соответствующе. Обе команды испытывали друг к другу дикую ненависть, поэтому я более чем уверена, что завтра будет не просто игра, а то ещё сражение за главный кубок.

Глава 10.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Сегодня мне опять предстояло встретиться с королём. Пару раз за ночь я просыпалась в комнате совершенно одна. В эти моменты отсутствие Полин в покоях немного пугало меня, но зато я могла не переживать, что в один прекрасный момент она задушит меня подушкой.

Вернулась она обратно часов в шесть утра. В это время я, до ужаса уставшая, собиралась встречать новый день в королевском дворце в роли фрейлины Её Величества Марии. Полин зашла в комнату так гордо и высоко задрав нос, что мне казалось, что она вот-вот запутается в ногах, глядя только в потолок. Она светилась от счастья, а на меня вообще не обращала внимания, словно я одна из многочисленных свечей, который стоят здесь на каждом шагу. Хоть мне и было интересно где она была всю ночь, я спрашивать не стала. Пусть лучше она смотрит на меня с высока, но хотя бы молча. И дурак бы догадался, что она провела эту ночь с мужчиной, поэтому я была очень благодарна этому таинственному незнакомцу, что заткнул её. Зато у меня тихое утро.

После обеда мы опять пришли к той массивной двери, но на этот раз я не осталась снаружи, а вместе с королевой вошла внутрь комнаты. Как мне кажется, это своего рода переговорная комната, где король и его приближённые решают государственные дела. Политика и тому подобные вещи всегда были для меня чем-то скучным, скорее всего от того, что я совсем вы этом не разбиралась, поэтому я не особо обрадовалась здесь находиться. Когда мы зашли, то поклонились всем присутствующим, среди которых я узнала де Клэйнта, герцога Бедфорда, Уолтора Брауна и Его Величество. Последний медленно и вальяжно поднял голову, отрываясь от карты, развёрнутой на большом столе из тёмного дерева, и осмотрел присутствующих. Несмотря на то, что рядом со мной стояла Мария, я точно поняла, что властный взгляд молодого правителя остановился исключительно на мне. Его лицо не выражало никаких эмоций. По коже вновь пробежали мурашки, и как только Раймонд отвёл серые глаза, мне стало куда спокойнее. Я, как и другая прислуга, осталась стоять позади стола, в то время как королева подошла к мужу и села на стул рядом.

Поскольку нам не разрешалось ничего говорить, во время активной беседы короля с другими мужчинами высокого статуса, я погрузилась глубоко в свои мысли. Я вспомнила про вчерашнее признание Калеба, и моё сердце сжалось. Мне так хотелось ему помочь, но я была бессильна даже здесь. В любом случае, я осторожно поговорю с Зои, так чтобы она не догадалась к чему я веду. К тому же сегодня футбольный матч, и пока Калеб гоняет по полю мяч, у меня буде уйма времени для разговора.

Также меня не отпускало странное и непонятное предчувствие по поводу завтрашнего дня. Всё же не мог Оуэн Финниган написать мне так поздно, чтобы просто пригласить на игру. Здесь явно что-то нечисто, но узнать это смогу я только завтра, так как на данный момент я нахожусь на расстоянии пяти веков от него. И вообще, как мне пояснил Тео, мы даже не в одной вселенной.

Кстати говоря о мушкетёре. Увижу ли я его до того, как он вернётся обратно во Францию? В груди что-то жалко сжалось. Тео — единственный человек, который понимает меня как никто другой понять никогда в своей жизни не сможет. Он дал так нужные мне ответы, хоть и не на все вопросы, но постарался объяснить. Он был мне совершенно чужим и незнакомым, но при этом единственным, кто разделяет мои чувства и страх неизвестности. Мне хотелось поговорить с ним ещё, но при личной встречи, а не по телефону. Но это много чем нам грозило. Нельзя так просто стоять в коридорах Уайтхолла, где постоянно ходит вооружённая стража и разговаривать про двадцать первый век. К тому же он сопровождает французского посла, а я — королеву Англии, и если мы оставим свои посты — это может плохо закончиться, ведь я уже выяснила, что происходящее вокруг не сон.

— Может быть война — это не выход из этой ситуации? А если ты сделаешь по другому? — ровным голосом спросила Мария, тем самым вернув меня в реальность. Параллельную реальность.

— Мария, — король сжал в руках пергамент и повернулся к своей новоиспечённой жене, — ты забываешься. — твёрдо сказал он, а в комнате повисла тяжёлая тишина. — Ты всего лишь моя жена, ни министр, ни канцлер. Жена. Ты не имеешь никакого права мне указывать и лезть не в своё дело! — очень грубо выдал Раймонд, со злостью ударяя кулаком по столу прямо перед Её Величеством.

Королева испуганно зажмурилась и застыла на месте, мне показалось, что она даже перестала дышать. Вот если у неё опять начнутся ложные схватки от волнения, то Раймонд сам будет ночью бегать вокруг неё! Он её пугает, а страдаем потом мы. У меня было много колких фраз, которые я бы пустила вход, если бы передо мной стоял обычный парень, но поскольку это всё-таки король, а за такое я могла и с жизнью попрощаться, я как стояла молча, так и продолжила стоять. Только теперь с опущенной вниз головой, чтобы никто не увидел, что я не согласна с тем, что происходит здесь.

Мария медленно поднялась со стула и гордо пошла прямо к двери. С достоинством. Без лишних слов. Перед тем как выйти вслед за королевой, я вновь ощутила на себе взгляд холодных серых глаз и содрогнулась. Я думала, что сейчас Её Величество пойдёт к себе в комнату, нагрубит нам, всех прогонит и запрётся там одна. Но вместо этого она, будто ничего и не случилось вышла в королевские сады. Если внутри неё и бушевал ураган, то на вид Мария была спокойна, словно штиль. Именно об этом мне и твердили Элизабет и Вильям — абсолютны контроль эмоций. Никто и никогда не должен узнать, что я чувствую на самом деле. Иначе я стану уязвимой. Для всех остальных я должна быть сильной и независимой в любой ситуации. И увидев то, как Её Величество совладала с собой, я поняла, почему мне твердили об этом постоянно. Я всё больше начала уважать Марию. Она действительно сильная женщина.

Королева спокойно подошла к роскошному кусту белых роз, протянула руку к одной девственно-белоснежной розе, пробежалась пальцами по лепесткам, а потом резко сломала её пополам с совершенно каменным лицом. Ни один мускул не дрогнул на её бледном лице. Она сорвала эту сломанную розу, и не глядя отвела руку назад. Ближе всего к ней стояла Сьюзан, она и приняла эту бедную розу из рук королевы, а та продолжила петлять мимо кустов, но уже не калеча цветы.

— У Её Величества есть отдельная комната, в которой она хранит сломанные цветы. — сообщила мне Кэрол шёпотом. — Они символизируют её боль, которую ей причинил Его Величество.

Мы молча следовали хвостиком за Марией, мой взгляд был прикован то к ней, то к сломанному цветку, лежащего на руках фрейлины, но я всё также внимательно слушала, о чём мне говорила Кэрол.

— Говорят, первыми цветами, что король преподнёс Её Величеству в знак их вечной любви, были белые розы из этого сада. Когда королева узнала, что беременна, то в этот же день узнала, что Его Величество ей изменял всё это время. И тогда она сломала первую розу. С тех пор она сама лично собирает эти цветы в отдельной комнате в подвале, как крик о душевных терзаниях.

Я поёжилась. Всё это казалось для меня жутким. Я знала, что короли любили спать со всеми красивыми девушками на своём пути, но Раймонд почему-то показался мне другим в нашу первую встречу. И я не могла попросту уложить в голове тот факт, что он изменял своей беременной жене и потом. Для меня такое поведение было диким, но мне не стоит забывать в каком веке я сейчас нахожусь. И что он король, ему нельзя сказать "нет", такое могло очень плохо закончиться. Именно поэтому и мне нужно держаться от него как можно дальше.

Вскоре из дворца вышел герцог Бедфорд. Он сразу нашёл нас взглядом. Подойдя к королеве он поклонился ей, и они как-то бегло обсудили погоду. Меня всегда бесили такие пустые разговоры, не несущие за собой абсолютно никакого смысла. Зачем говорить о погоде, если вы оба стоите на улице и прекрасно знаете какая погода на дворе? Подобные разговоры велись на балах и на различных приёмах. Смысла в них ноль, кроме, конечно, новых знакомств. А я в придачу ещё и должна знать каждого высокопоставленного человека в лицо и по имени.

— Ваше Величество, вы не против, если я поговорю с леди Грейс? — внезапно спросил Бедфорд, а я даже опешила от такого поворота, ведь после того, как мы приехали, он ещё не разу не разговаривал со мной.

— Разумеется, герцог. — она мило улыбнулась и прошла вперёд.

Бедфорд поклонился ей и пропустил остальных фрейлин, тянущихся за Марией, вперёд. Но когда мимо проходила я, мужчина ловко вклинился в ряд, но заметно замедлил шаг, чтобы мы отстали от основной группы.

— Добрый день, милорд. — я склонила голову в его сторону.

— И вам, леди. — он проделал тоже самое, хотя был совсем не обязан так делать, ведь он обладал куда более высоким статусом, нежели я. — У вас всё в порядке?

— Да, всё хорошо. — согласно кивнула я, совершенно не понимая к чему всё это. — А как поживают леди Элизабет и леди Элль?

— Прекрасно. Элль привязалась к вам и теперь хочет видеть в гостях. — улыбнулся герцог, а от воспоминаний о его прелестной светловолосой дочери я и сама не сдержала улыбку. — Скоро будет официальная коронация Её Величества. Она будет проходить в Вестминстерское аббатстве, туда придётся добираться верхом. Не сочтите за грубость, но вы всё ещё помните наши уроки?

— О, конечно. — я складываю руки в замок и опускаю на длинную бледно-розовую юбку платья. — И благодарна вам до сих пор. Я у вас в долгу, милорд. Вы мне очень помогли.

— Ну что вы…

— Нет, право, замете, если бы не вы, то чтобы я делала на той площади дальше?

— Кстати, по поводу вашей потери памяти. — герцог понизил голос до едва различимого шёпота. — Вам удалось что-нибудь вспомнить? Семью? Дом?

— Увы, — я делаю вид, что меня это задело и притворно расстраиваюсь. Мне совершенно не хочется врать Бедфорду, потому что он очень хороший человек, но по другому я не могу.

— Мне искренне жаль.

— Можно вас ещё кое о чём спросить по поводу моей легенды? — также тихо спросила я, а мужчина кивнул, внимательно прислушиваясь к моим словам. — У меня недавно спросили, где я жила раньше, где мой дом. Я сумела отвести разговор от этой темы, но боюсь, что второй раз такой манёвр мне выполнить не удастся.

— Да-да, вы молодец, что так поступили. — торопливо проговорил Бедфорт. — Что ж, пускай вы будете родом из Йоркшира.

— А обман не раскроется?

— Вы родились там, но практически сразу после банкротства переехали в одну из деревень, что находятся поблизости. — он посмотрел на меня, я согласно кивнула, давая знак, что я хорошо его поняла. — Хорошо, а теперь извините меня, но мне нужно отбыть. Было приятно увидеть вас вновь, леди Грейс. Всего наилучшего.

— До свидания, милорд. — мы кротко поклонились друг другу и разошлись в разные стороны.

༻ ❀ •༺

Я стояла на остановке, дожидаясь своих друзей. Впервые в жизни я пришла раньше ребят. Что вчера, что сегодня я не выбрасывала из головы то, что у королевы Марии целая комната сломанных и завядших белых роз. После разговора с Бедфордом ничего интересного не происходило, но всё же я успела устать, поэтому когда легла в кровать, то сразу же уснула. Но теперь мне предстоит прожить ещё один день. Это так странно, ведь у всех людей семь дней в неделю, а у меня четырнадцать. Точнее и у меня, и у Теодора.

Вскоре на остановку подошла Зои, а за ней и Калеб. С последним мы вели себя так, словно никакого разговора вчера и не было. Хотя для меня это было позавчера. Всю дорогу до школы в автобусе мы обсуждали предстоящий матч, а Калеб был особенно взволнован.

— Вчера мне вечером написал Оуэн и спросил буду ли я на игре. — поведала я друзьям, выходя из автобуса.

— Ого, похоже кто-то в тебя втюрился! — захихикала Зои, пробираясь через толпу учеников.

— Никто ни в кого не втюрился! — рявкнула я, но непроизвольно перевела взгляд на Калеба, который немного покраснел.

— Это вчера ты с ним разговаривала? — шепнул парень.

— Что-о? — мои глаза походили на блюдца в тот момент. — Нет конечно!

— Кто с кем разговаривал? — вклинилась в разговор блондинка, когда поравнялась с нами.

— Я познакомилась с одним парнем. Вот вчера мы и созванивались.

— Да? Когда ты успела-то? — удивлённо спросила лучшая подруга, заходя в здание школы. — Свадьба скоро? Чур я подружка невесты и крёстная малыша!

— Зои! — воскликнули мы с Калебом в унисон, а потом все втроём засмеялись. — Мы познакомились в… в интернете. — продолжила я и с укоризной глянула на подругу: — И ни какой свадьбы не будет. Он живёт во Франции.

— Ну это не проблема. Он может приехать сюда. — отмахнулась Зои, поправляя свои короткие волосы, смахнув с глаз чёлку. Для неё ничего в этом мире не было невозможным.

— Так. Всё. Мы с ним знакомы сутки. — я остановилась около аудитории. — У нас, конечно, много общего, но не до такой степени.

Знали бы они, что именно нас объединяет. Мы с Зои пошли на математику, а Калеб на литературу. Я не хотела говорить с подругой про Калеба сейчас, так как преподаватель был максимально строгим и не терпел когда в классе кто-то разговаривает. А все остальные уроки у нас были совместные с Калебом. Только последние два урока отменили, чтобы успеть подготовиться к футбольному матчу между двумя сильными школами. Меня обычно не очень волновал данный вид спорта, но сегодня я была настроена на победу нашей команды. Как бы меня не бесил Оуэн, но он действительно хороший капитан. Наша школьная сборная стала гораздо чаще побеждать, когда именно Финниган стал капитаном. Сразу после занятий Калеб убежал готовиться к игре, а мы с Зои сидели в кафетерии и разговаривали обо всём на свете. Я уж было хотела завести разговор к тому к чему так давно хотела, но к нам подсела десятиклассница и начала активно болтать с Зои. Обычно меня бесили такие ситуации, но сейчас я заметила новое сообщение от Теодора.

Тео: Привет, мы завтра уезжаем. Как насчёт того, чтобы встретится?

Я: Привет. Завтра? Но ты же говорил, что после завтра.

Тео: Мы закончили здесь дела, поэтому и уезжаем раньше.

Я подпёрла рукой голову, сильно сдерживаясь, чтобы не ударить себя по лбу ладонью. Твою ж мать!

Я: Тогда до завтра? Точнее до сегодня.

Тео: Да. Сможешь быть главном холле в три часа дня?

Я: Думаю, да.

Обычно в это время королева отдыхает и распускает нас на час другой. Надеюсь, что в этот раз она отпустит меня, потому что если я не попрощаюсь с Тео, то сильно испорчу себе настроение. Он единственный кто такой же как я. Только с ним в том чужом мире я чувствую себя хорошо и не одиноко. Что в первой параллели, что во второй — все точно знают, что принадлежат лишь одному миру, а я живу словно двойной агент. И если бы я не встретила Теодора, то вскоре сто процентов записалась бы на приём к психиатру. Поэтому мне было тяжело терять с ним связь там, несмотря на то, что мы спокойно можем общаться в этом мире с помощью телефонов.

— Земля вызывает Грейс, а-у! — Зои машет рукой перед моими глазами.

Я потерянно хлопаю ресницами и отодвигаю её руку от своего лица. В кафетерии практически не осталось народу, все направляются к выходу. Мы с подругой тоже выходим из здания и спокойно двигаемся в сторону стадиона. Этот матч будет проводиться на территории нашей школы, поэтому вокруг меня очень много незнакомых мне людей. Мы поднялись на трибуны и уселись в третьем ряду почти посередине. Когда у Калеба проходят тренировки, мы с Зои всегда ждали его именно на этих местах. Мимо нас прошёл долговязый блондин Дерек, протягивая значки в форме орла. Я поблагодарила парня, который был всего лишь на год младше меня, и прицепила значок к кофте в районе груди, точно также делали все учащиеся нашей школы, а ещё даже некоторые учителя. Основные цвета школы были серый и рыжий, поэтому форма на игроках и на девушках из группы поддержки была в соответствующих цветах. А вот противники ходили со значками в виде быков, а их форма была красно-чёрной.

Перед началом игры стадион гудел как никогда раньше. Но скоро началось выступление черлидерш. Девочки из нашей школы размахивали рыжими помпонами, а из другой — красными. Их танец поддержки был тоже своего родом соревнованием друг с другом, но если честно, то наши станцевали куда лучше. Во главе нашей команды черлидеров была высокая платиновая блондинка Энн Фолс — бывшая девушка Оуэна, а также самая главная стерва школы. Невзирая на её безмозглость, она хорошо знала своё дело в танцах. В этом плане она и Оуэн очень похожи. Вскоре после их выступления на поле показались команды разных школ. Они выбегали под приветствующие визги, аплодисменты и крики публики. Как только Калеб оказался на поле, то в огромной толпе всё равно нашёл нас и кротко махнул рукой.

— Орлы вперёд! — взревела половина трибун, и мы с Зои кричали вместе со всеми.

Через пару минут игра началась. Сразу же почувствовался азарт, захватывающих дух. Мы просто обязаны выиграть. Никак иначе быть и не может. Эти два предложения я и Зои твердили Калебу весь день. И теперь, когда я наконец могу поговорить с подругой, я просто не знала, что сказать ей, чтобы не выдать Калеба с потрохами. Плюс ко всему я забыла учесть, что на трибунах стоял дичайший шум, так что я едва слышала свои же собственные мысли.

А игра тем временем продолжалась…

Глава 11.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Болельщики яро поддерживали своих, сотрясая криками воздух. Игра была настолько захватывающая и сильная, что даже я так сильно болела за "Орлов", будто от этого зависела моя жизнь. Спустя долгое количество времени обе команды шли с одинаковым счётом, никто не хотел уступать, от чего матч становился более яростным. До конца игры оставалась всего минута. Я просто не смогу поверить в то, что результатом будет ничья. Но вот в последний момент Оуэн передаёт мяч своему другу, а тот неожиданно для всех направляет его Калебу. Но тот не растерялся, в отличии от обманутых "Быков", и одним чётким и сильным ударом отправил футбольный мяч в прямо ворота соперников.

Стадион просто готов был взорваться от радостных воплей зрителей, и мне казалось, что я попросту оглохну к чертям. После того как наших признали победителями, а вражеская команда, понурив головы, ушли с поля проигравшими, мы с Зои сбежали с трибун, проталкиваясь сквозь толпу людей, быстро оказались около входа на поле. От туда по очереди тянулись победители, безумно радуясь победе, и выкрикивая имя Калеба. А в самом конце шли Оуэн Финниган и мой лучший друг. Заметив их, Зои сорвалась с места и прыгнула на лучшего друга, крепко сжимая его в объятиях. Калеб от шока даже застыл, но не успел опомниться, как девушка уже отскочила от него.

— Вот почему ты меня также не поздравляешь? — усмехнулся Оуэн, глядя на меня.

— Потому что. — смеюсь я, не хочу сейчас с ним ругаться, ведь настроение у всех шикарное, поэтому я обнимаю Калеба. — Ты молодец! Вы все сыграли просто бесподобно!

— Ты всё-таки пришла. — говорит Финниган мне, пока Зои восхищённо комментирует события игры.

— Кончено я пришла. Как и вся школа, в принципе. — замечаю я, не понимая, что этому парню вообще от меня нужно.

— Просто ты не самый большой фанат футбола.

— Верно. Но это же игра против "Быков". Давно было пора утереть этим зазнайкам нос.

После моих слов на Оуэна бросается Энн, поздравляя его с победой. Пока она и другие девушки облепливают уставших футболистов с двух сторон, мы с Зои спешим убраться от быстро растущей толпы, чтобы не мешаться. Решив, подождать Калеба в небольшом парке около школы, я отправляю короткое сообщение другу, чтобы он знал, где нас искать, а сама вместе Зои направляюсь в парк. По пути мы обсуждаем игру, которая произвела на нас обеих просто непоправимое впечатление.

— Скажи честно, тебе нравится Калеб? — спрашиваю я, а блондинка давиться соком. — Ну, ты так смотрела на него после матча.

— Грейс, я просто очень рада, что мы победили и всё. — пожимает плечами девушка. — Мы же с ним дружим уже столько лет. И ты прекрасно знаешь, что такие парни, как он не в моём вкусе. А вот Оуэн на тебя точно запал.

— Чего? — я глупо уставилась на неё, хлопая ресницами. — Вот уж нет. Они же сошлись с Энн. И ты же прекрасно знаешь, что такие парни как он не в моём вкусе. — издевательски возвращаю я её же фразу, мы и обе смеёмся.

Я больше не стала касаться этой темы, чтобы не спалиться по полной, поэтому мы продолжили обсуждать матч. Через минут пятнадцать к нам подошёл Калеб, но он был не один. К моему несчастью, рядом с ним беззаботно шагал Тод. С его плеча свисал огромных размеров портфель, который был больше, чем он сам. Складывалось впечатление, что он там кирпичи носит. Калеб был ниже Треви, а тот в свою очередь куда худее. Калеб отличался свое смуглой и ровной здоровой кожей, Тод же был бледным, а в тени деревьев и вовсе походил на утопленника. Они являлись полной противоположностью друг другу, поэтому было дико непривычно наблюдать, как парни что-то спокойно обсуждали. Вскоре они приблизились к нам.

— Я помахал тебе сегодня на улице. — Тод обратился ко мне даже не поздоровавшись ни со мной, ни с Зои.

— Я помахала тебе в ответ, что ты ожидал? Реверанса? — мне не хотелось находиться в обществе этого человека, потому что я и так едва выносила, когда семейка Треви приходила к нам в гости, Тода всегда спихивали на меня, словно он был маленьким ребёнком, который сам не в состоянии ничего сделать, а не моим ровесником.

— То-од, а ты разве не в другой стороне живёшь? — медленно и с намёком протянула Зои, её голос был вязким и стервозным.

— Да, но я иду к Грейс. — тупо пожал плечами он, поправляя свои очки, съехавшие на бок.

— Что!? — крикнули мы с Зои в унисон, а я чуть ли не подавилась воздухом. — С какой стати?

— Родители отмечают повышение моего отца. Мы празднуем у вас. Тебе не сказали такую важную новость? — довольно улыбнулся Тод крайне кривой улыбкой.

— Нет, значит это не такая уж и важная новость. — спокойно произнесла я, медленно растягивая губы в улыбке, когда физиономия Тода скривилась.

Неужели вся эта чёкнутая семейка повёрнута на том, чтобы самоутверждаться за счёт других? Я попрощалась с друзьями, ещё раз поздравив Калеба с победой. Очень сильно горжусь им. А ещё я завидовала, что Зои и Калеб идут вдвоём в одну сторону, а мне приходится плестись с Треви младшим, но с другой стороны — то, что мои друзья остались наедине радовало меня. Возможно, Калеб наберётся храбрости и расскажет блондинке про свои чувства. Хотя это вряд ли.

Моей проблемой всё также оставался Тод, и я была нереально зла на родителей за то, что они ничего не мне сказали. Я весь день пребывала в прекрасном настроении и вечером собиралась позвонить Тео и поболтать с ним, а что теперь? Как я буду обсуждать с Тео Англию в присутствии Тода?

Когда мы пришли домой, то никого там не обнаружили. Ну да. Рабочий день ещё не закончился. Не успела я положить портфель в комнату, как раздался звонок. Я достала телефон, ожидая увидеть имя мамы или папы на дисплее, но то, что я увидела, меня сильно удивило. Тео звонил по видео связи. Чёрт, не вовремя он конечно! Я скинула с себя верхнюю одежду и бросила портфель к двери своей комнаты, жестом показала Тоду, чтобы он располагался на диване, а сама приняла вызов и побежала на кухню.

На экране показался уставший кудрявый темноволосый парень. На нём была чёрная футболка, а на голове солнцезащитные очки, которые в последствии он с себя снял. И я поняла, что никогда прежде не видела Тео в современной одежде. Короткие рукава футболки открывали вид на большие мускулистые руки молодого человека, на которых отчётливо виднелись сине-фиолетовые вены. Я нервно махнула рукой в камеру, пытаясь смотреть парню в глаза. В его тёмно-шоколадные глаза.

— Прости, что я так срочно, но у меня тут только что возникло предположение. Нужно чтобы ты оценила. — быстро протараторил Тео, а я про себе отметила, что он достаточно нетерпеливый. — Короче говоря, мы рассматриваем миры как параллели, верно?

— Да-а, — неуверенно протянула я.

— Параллели никогда не пересекаются, но соприкасаться могут.

— То есть, — я задумчиво разглядывала парня, представляя у себя в голове две тонкие параллельные линии, — ты хочешь сказать, что в нашем случае параллели соприкоснулись?

— Именно. — гордо кивнул Теодор.

— Но неужели до нас никто больше не оказывался в такой ситуации? — скептически спросила я, дотянувшись до яблока, лежащего на столе прямо передо мной.

— Нет. Точнее, я не уверен в этом. Но мне кажется, что нет.

— Сложно. — я так и не ем красное яблоко, а просто катаю его туда-сюда по столу.

На кухне появляется явно скучающий Треви. Он подходит к холодильнику, открывает его и нагло берёт всё, что ему понравиться. Если бы так поступили Зои или Калеб, то я бы даже бровью не повела, но это совсем другое дело. Я с особым недовольством уставилась на человека, который достал из холодильника мой любимый клубничный йогурт. Можно его задушить?

— Ты чего такая злая? — спрашивает Тео, а я резко перевожу взгляд на него. Спалилась. Теперь на меня таращиться ещё и Тод.

— Да так, мои родители решили устроить проходной двор в квартире. — шиплю я.

— О, с кем ты там разговариваешь? — Тод нагло наваливается на меня, чтобы видеть экран телефона.

— Отойди. — предупреждающе отодвигаю я стул, потому что в следующий раз этот стул полетит в Тода.

— Кто это? — кивает Треви в камеру, а я краснею по уши, пока Тео молча наблюдает за этом концертом.

Я бы очень не хотела, чтобы Тод знал про это всё, потому что он просто не умеет держать рот на замке и обязательно разболтает всё своим родителям, в особенности матери, которая потом будет донимать меня с этим. Я поднимаюсь со стула и иду в свою комнату, заперев там дверь. Надо было сразу так делать, а теперь я выгляжу глупо перед Тео.

— Прости. — выдыхаю я, надеясь, что в приглушённом свете Тео не увидит то, как я покраснела, то ли от стыда, то ли от гнева.

— Это твой эм… парень? — от его предположения у меня глаза на лоб лезут.

— Боже упаси! Нет! — пищу я. — Это сын маминой подруги.

Секунду мы смотрим друг на друга молча, а потом разражаемся смехом. После чего Тео сообщает, что ему пора идти, и мы оба прерываем связь. Я лечу на кровать спиной и бездумно таращусь в потолок. Через полчаса домой пришли родители с Треви. Я вообще не выходила из своей комнаты и никого туда не пускала. Да, я знаю, что это грубо, ведь в тот раз, когда мы были в гостях у Треви, я вообще уснула в личной комнате Тода, но сейчас у меня совсем не было настроения. Я не хотела никого видеть и ни с кем общаться тем более. Тео подкинул мне пищу для размышления во время нашего телефонного звонка про параллели, но я почему-то не могла выбросить из головы именно самого парня, а не его теорию. И вот опять я думаю совсем не о том, о чём стоило бы.

༻ ❀ •༺

Сегодня официальная коронация новой королевы Англии. С самого утра я без отдыха бегала вокруг Марии, также как и другие фрейлины да и вообще вся прислуга. Я опять закрыла глаза на то, что когда я проснулась Полин не было в комнате, потому что сегодня мне было совсем не до её ночных похождений. Мы должны были ехать Вестминстерское аббатство. В этой церкви и должна проходить коронация. Коронацию посещали многие другие правительственные чиновники и гости, в том числе представители иностранных государств.

Сама церковь была построена в готическом стиле. Большая северная дверь, через неё я оказалась в северном трансепте. Оттуда, свернув налево, я захожу в восточную часть церкви, тут расположились деамбулатории, где находятся несколько часовен. Большую часть южного трансепта занимает Уголок поэтов; также здесь находится большое круглое окно-розетка, на котором изображены одиннадцать апостолов. Один из наиболее узнаваемых элементов оформления нефа — витраж в западном окне, когда я проходила мимо, то долго глазела на эту красоту.

После мероприятия, Мария словно испарилась. Я не понимаю, как мы сумели упустить её из виду, поэтому лихорадочно озираюсь по сторонам. А ещё я хотела бы вернуться поскорее во дворец, молясь, что Тео ещё никуда не уехал. Я, Нэнси и Полин, расталкивая толпу, пробираемся ближе к центру, но и там мы никого не находим. Точнее находим, но короля. Он в прекрасном расположении духа и с улыбкой на лице подходит к нам. Мы приветственно кланяемся. Я замечаю, что он кивает Нэнси, а потом переводит взгляд на меня, совершенно не глядя в сторону Полин, словно бы её тут и нет вовсе.

— Леди Грейс, прогуляетесь со мной? — мне кажется, что спросил он это исключительно ради вежливости, потому как у меня просто не оставалось другого выбора. Даже если он нагрубит мне, то я должна повиноваться.

Я соглашаюсь, хотя мне стало не по себе, но других вариантов нет, и мы вдвоём выходим из церкви. Ну как вдвоём… на несколько шагов позади идёт вооруженная до зубов стража. Мы огибаем огромное здание, на фоне которого я чувствую себя букашкой.

— Расскажите о себе. — говорит темноволосый. — Мне интересно всё.

У меня сжимаются лёгкие, а поперёк горла встаёт ком. Неужели он раскрыл мой секрет? Если король узнал о таком обмане, то не сносить герцогу Вильяму головы и мне тоже, кстати говоря. Я поёжилась, по коже побежали мурашки, а сердце забилось чаще.

— Конечно, — я пытаюсь не выдавать дрожь в голосе, — я владею тремя языками, хорошо танцую, пою и…

— Нет-нет, вы не так меня поняли. — перебивает меня Раймонд, легко касаясь подушечками пальцев моей руки. — Мы не говорим о вас, как о той, кто работает фрейлиной, сейчас мы говорим о вас, как о личности.

— А-а, хорошо. — кивнула я, пока моё сердце отплясывало польку. — Я очень люблю читать. У меня дома были большие книжные полки.

— И чем же вас так притягивают книги?

— Благодаря им я могу сбежать от реальности, и погрузившись в выдуманный мир автора, отдохнуть от проблем. Почувствовать то, что в обыденности бы не смогла. Новые эмоции и впечатления. Также из книг можно вынести новые познания, в них найдётся ответ на любой вопрос. Некоторый истории вдохновляют меня к переменам в жизни. Книги приоткрывают доступ к коллективному разуму, поэтому можно подумать над смыслом бытия. В конце концов чтение расширяет и сознание, и кругозор.

— Что ж, если вам нравятся книги, то королевская библиотека полностью в вашем расположении. Приходите туда когда пожелаете.

— Правда? — ахаю я, округлив глаза. Раймонд смотрит на меня и наши глаза встречаются, чтобы как-то разорвать зрительный контакт с Его Величеством, я смотрю его на грудь.

Дублет был обсыпан драгоценными камнями. Я до сих пор не могла привыкнуть к тому, что нахожусь с одном обществе с людьми, которые с ног до головы обсыпаны бриллиантами, сапфирами, рубинами, изумрудами и другими драгоценностям. Фрейлинам тоже было положено носить украшения, но у нас они были маленькими и не такими дорогими, также как и мы блекли на фоне королевских особ.

— Я вам благодарна от всей души. — я беру себя в руки и кланяюсь.

Мы прогуливаемся по дорожкам около церкви, разговаривая в основном обо мне. Побродив так минут десять, король соизволил отпустить меня, так как я могла понадобиться его супруге. Пока я шла обратно в церковь, то была в немом шоке от того, что мне позволили посещать королевскую библиотеку. Бредя в своих раздумьях, я случайно увидела де Клэйнта, юркнувшего в какой-то коридор справа от меня. Я хотела с ним поздороваться, но заметив то, как он оглядывался по сторонам, заподозрила что-то не ладное. Я тихо проследовала за ним, пытаясь не шуршать платьем. Словно лисица, мужчина прокрался к какой-то комнате. Когда Джек де Клэйнт исчез за дверью, я на носочках подбежала к двери и прижалась к ней ухом. Что же он там скрывает такого? Может это какое-нибудь тайное незаконное собрание?

Они находились в здании капитула. Это здание в неоготическом стиле восьмиугольное. Посередине находится тонкий пучок мраморных колонн, поддерживающих свод. Первоначально здесь собирались монахи-бенедиктинцы, позже — Большой королевский совет, предшественник парламента, и Палата общин, а затем, в здании размещался государственный архив. Я читала, что росписи на стенах посвящены теме Апокалипсиса, а дверь, отделяющая здание капитула от восточного клуатра, считается старейшей в Британии.

— Джек, нам стоит перестать видеться. — услышав этот голос, я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть, зажимая рот рукой.

— Ваше Величество, прошу вас, — прозвучал жалки голос де Клэйнта, а потом послышались какие-то непонятные приглушённые стоны.

— Я беременна. — напомнила ему девушка.

— От меня.

— Об этом никто не должен узнать. Я хочу посадить нашего ребёнка на трон.

У меня закружилась голова, я чуть не упала. Я быстро прижала ладони ко рту, иначе бы так громко и звучно сматерилась, что мои ругания услышало бы всё Вестминстерское аббатство. Если меня застукают при прослушивании такой информации, то от меня просто-напросто избавятся. Нужно в кровь разбиться, но не попасться. Боже мой, что же будет, если об этом узнает Его Величество? Я настолько сильно находилась в поражённом состоянии, стоя у двери как столб, что еле услышала, что говорящие собираются покинуть комнату. Ударил адреналин, сердце быстро-быстро забилось, а руки онемели. Я ломанулась за ближайший угол, стоило лишь подолу платья пролететь за мной и скрыться за поворотом, как дверь открылась и в коридор вышли Мария и Джек. Но, как на зло, пошли они в мою сторону. Бежать было больше некуда, ведь тогда бы все увидели, что сначала я вылетела из коридора, а сразу через минуту Её Величество. Ей могли бы об этом доложить. Например, если бы это заметила какая-нибудь Полин, которая меня вообще недолюбливает. Поэтому я делаю три глубоких вдоха и выдоха, сжимаю кулаки и бросаюсь им навстречу. Столкнувшись лицом к лицу с ними, я резко кланяюсь и взволнованно смотрю на королеву.

— Ох, Ваше Величество, как хорошо, что я вас нашла! Мы вас потеряли! — я изображаю облегчение, прижимая руки к груди.

Тем временем сердце скачет как бешенное, в висках стучит, а я чувствую на себе тяжёлый подозрительный и недоверчивый взгляд де Клэйнта, и изо всех сил стараюсь сдерживать дрожь, молясь о том, чтобы актриса из меня оказалась намного лучше, чем шпион. Пока я взываю ко всем богам сразу, Её Величество делает невозмутимое лицо.

— Да, пора возвращаться. — она поворачивается к своему спутнику-любовнику. — Спасибо, что просветили меня в государственные дела, милорд.

— Всегда к вашим услугам. — мужчина склонился и ушёл, не забыв напоследок одарить меня странным взглядом.

— Мой муж не любит, когда я лезу в политику, но она моя страсть. Как хорошо, что виконт де Клэйнт не бросает меня и рассказывает всё происходящее. — говорит мне Мария, и мы вместе выходим к людям.

Ага, знаю я эту вашу "политическую страсть". Как я вижу, что это именно она и привела к тому, что королева носит чужого ребёнка под сердцем. Мне было очень сложно от такой информации. Возможно, я единственная на всём белом свете, кроме непосредственно Марии и Джека, обладала такими знаниями. И мне было просто не по себе. С одной стороны жалко короля, который думает, что ребёнок его, а с другой — саму Марию. Его Величество столько раз разбивал ей сердце.

༻ ❀ •༺

Мы вернулись во дворец во второй половине дня. Как я и ожидала, Её Величество пожелала отдохнуть после такого путешествия, поэтому распустила всех, кроме Нэнси. Я сразу же поспешила к главному холлу, где я заметила уже уходящего Тео. Окрикнув его, я впопыхах добежала до молодого человека.

— Я опоздала. Прости, пожалуйста. — я одной рукой облокотилась об стенку, а вторую прижала к животу, пытаясь отдышаться.

— Девушкам свойственно опаздывать. — мягко улыбнулся он, в этот раз за его спиной не развивался изумрудный плащ.

— Да, но не на час же. — я выпрямляюсь, борясь с желанием рассказать ему всё, что я сегодня узнала. — Во сколько ты уезжаешь?

— Через полчаса. Ты чего так запыхалась? Кросс бежала?

— Почти. — махнула рукой — Вообще-то один раз я участвовала в соревнованиях по кроссу.

— Так сказала, как-будто это было давно и не правда. — хохотнул Теодор, поправляя оружие на поясе.

— Это было в средних классах, отстань.

— Ты какая-то встревоженная, что случилось?

— Поездки верхом когда-нибудь доведут меня до могилы. — вру я, ведь к ним я более-менее привыкла.

Мы смеёмся. А я решаю промолчать про сегодняшний случай в церкви. В любом случае, если я всё же захочу поведать Тео такую удивительную историю, то я могу ему просто позвонить. Мы не стали оставаться на одном месте, поэтому поспешили пойти вглубь дворца. Как ни странно, тема нашего разговора больше не касалась параллельных миров. Мы рассказывали друг другу про свою жизнь до всех этих событий. Как оказалось полное имя моего собеседника Теодор Сент-Мори. Тео двадцать три года и у него была невеста, с которой они слишком сильно разошлись в характерах, поэтому и расстались.

Я хотела бы поговорить с ним ещё, но полчаса прошли, и Теодору следовало возвращаться. Я проводила его к выходу, где мы кротко обнялись. Мне так сильно не хватало поддержки и ощущении того, что я не одна, что мне не хотелось отстраняться от парня, но в отличии от меня, Тео всё ещё ясно помнил, где мы находимся. Мы и без того рискуем, если нас заметят вместе. Когда я шла обратно в комнату, то осознала, что я чувствую себя рядом с этим молодым человеком очень комфортно, как будто он мой брат, которого у меня никогда прежде не было.

Глава 12.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Над головой кружатся белоснежные хлопья. Ветра нет, поэтому они медленно падают на землю, покрывая белым цветом дороги, деревья и дома. Безлиственные кусты и деревья, словно укутанные в снежный плед. На улице, прямо напротив моего окна, соседские дети делают снеговика, звонко смеясь, играют в снежки. А воздух пронзительно морозный, щиплет щёки и кусает нос. К большому сожалению, пушистый снег долго лежать не будет и совсем скоро растает. В этом году несколько дней обещали быть по-настоящему зимними и снежными, но потом вновь быстро потеплеет.

Отворачиваясь от пейзажа заснеженного города. Я всем сердцем любила это время, время когда наша квартира на пару недель перестаёт быть строгой, чёрно-бело-серые спокойные тона меркнут на фоне других пёстрых цветов. Большая ель стоит и центре зала, окрашенная красно-белыми игрушками и гирляндами. Весь дом покрыт огоньками, на каждой двери весят рождественские венки, мешочки в форме чулок.

Рождество.

Для меня это самый волшебный праздник. Особенно я люблю ночь после снежного вечера с серебряной луной, которая заставляет нетронутый снег мерцать, словно тот усыпан звёздами.

Я разрешаю себе окунуться в воспоминания. Перед моими глазами сразу же предстаёт маленькая Эмбер на своих любимых розовых коньках. Сестра часто моргает, отталкивается от бортика с круглыми испуганными глазам и медленно едет ко мне с вытянутыми руками даже не переставляя ноги. Я внимательно наблюдаю за Эмбер, потом протягиваю ей руки в ответ, когда та оказывается достаточно близко. Наши руки в толстых вязаных шерстяных варежках хватаются друг за друга, и я начинаю двигаться спиной назад, подтягивая за собой Эмбер. Выехав на середину ледяного катка, я закручиваю нас, создаётся ощущение, что мы водим хоровод у невидимой ёлки. Поначалу Эмбер молчит, но быстро входит во вкус и подхватывает мой смех.

А вот я гуляю с Зои и Калебом, когда стала чуть постарше. Мы с Зои берёмся за руки и с разбега прыгаем в сугроб, никем ранее не тронутый. Калеб наблюдает за нами и морщиться, когда мы рушим идиллию белого снежного покрова. Зои хватает мальчика за куртку и резко тянет к нам. Калеб взвизгивает, когда падает лицом в холодный снег, а мы в то время разражаемся хохотом. Но мой лучший друг даже в детстве не любил проигрывать, поэтому быстро комкает снежный шарик и запускает в меня, а потом и в Зои. Мы пищим, когда снег попадает за шиворот и щиплет тёплую кожу. Но не прекращаем смеяться.

Я закрываю глаза и блаженно вдыхаю, вытягивая себя из беззаботных сладких детских времён, когда всё было таким загадочным, волшебным и простым.

А ещё завтра у меня день рождение. Моё настроение настолько хорошее, что его не смогли испортить даже семейка Треви, которые решили праздновать у нас. На большом праздничном столе мирно стояла, дожидаясь своего часа запечённая индейка, а также брюссельская капуста, жареный картофель и мои любимые фруктовые кексы и пирог с орехами и цукатами, пропитанный ромом и сиропом, пряничные человечки, украшенные цветным шоколадом.

Я взяла со стола эгг-ног, который является традиционным рождественским напитком, и прошла в гостиную. На мне было свободно короткое красное платье, а на голове красовался ободок с оленьими рожками, который совершенно не нравился маме, она считала это глупым и детским украшением. У меня же было приподнятое настроение с оттенком восторженности, поэтому меня не особо волновало мнение матери по поводу моих украшений.

Вскоре мы сели за стол отмечать праздник. Впервые за много недель моя голова не занята проблемами, я просто откинула всё на второй план, заставляя себя радоваться сегодня каждой мелочи. И в принципе, всё шло на удивление хорошо. После рождественского ужина, я поплелась в свою комнату на звук звонящего телефона. На этот раз я закрыла дверь на замок. Я прыгнула на кровать, схватила телефон и приняла вызов. На экране в миг появился темноволосый парень с едва заметными кудрями.

— Счастливого рождества!

— Мушкетёр! — Тео совсем не обижался, что я в шутку его так называю. Я улыбаюсь, потому что даже не посмотрела кто мне звонит, и по трём буквам в имени, поначалу подумала, что это Зои. — С рождеством тебя!

— Веселишься? — он окинул меня взглядом, остановившись глазами на ободке с рогами.

— Это Рождество я отмечаю в кругу семьи, а не друзей, поэтому стараюсь веселиться сама. Родители опять пригласили всех Треви. — вздохнула я, снимая с головы красный ободок. Тео теперь не нуждался в объяснениях, потому что уже прекрасно знал, кто эти люди. — По тебе не скажешь, что праздник сегодня. Всё нормально?

— Да, всё хорошо. — заверив меня, кивает Теодор. — Просто я не люблю Рождество, как и зиму в целом.

— Быть такого не может такого! — я театрально прикладываю руку ко лбу и откидываю голову назад. — Зима — это самое подходящее время поверить в волшебство. — я хватаю рядом лежащую красно-белую мишуру и делаю из ней подобие ожерелья.

— Это ты вешаться собралась? — усмехнулся Тео, но по его лицу пробежала тень грусти.

— Да ну тебя. — отмахиваюсь я, стягивая со своей шеи украшение. С кухни слышится голос моей мамы. — Ладно, мне нужно бежать. Ещё раз с праздником! Я бы осталась ещё ненадолго, но долг зовёт.

Мы прощаемся, и я возвращаюсь к праздничному столу. По пути я ругаю себя, что не продолжила разговор с парнем. Он выглядел подавленным, хоть и пытался скрыть это.

༻ ❀ •༺

Вчера весь королевский двор с особой роскошью отметил праздник. Сегодня королева в честь праздника разбила нас по группам. Нэнси, Сьюзан и я отдыхаем первую половину дня, а Полин, Мод и Кэрол — вторую. Я надеялась, что мне удастся выспаться, но Полин так не считала. Она специально громко собиралась, чтобы я проснулась. И у неё это получилось. Я открыла глаза с неимоверно сильным желание испепелить эту девушку или кинуть в неё каким-нибудь тяжёлым предметом. Я нахожусь во дворце уже месяц, и всё это время она всячески пытается издеваться надо мной.

Полин расчёсывала свои длинные каштановые волосы, так будто они были самой великой её ценностью. Она заметила, что я уже не сплю и злорадно сверкнула серыми глазами. Что ж, зато я в любом случае могу поваляться в постели подольше. Поэтому я демонстративно отвернулась к стене, делая вид, что я не замечаю, как громко собирается моя соседка. То она случайно уронит расчёску, то прикрикнет на служанку, то ещё чего-нибудь вытворит, но моё терпение было вознаграждено, когда та вошла в королевские покои. Я чётко расслышала как на неё кричала Её Величество Мария, которая в последнее время становилась всё тревожней и тревожней, реагировала на каждый шорох. По моими подсчётам, а также по прогнозам поветух, королева должна была родить через несколько недель.

Я лежала, сверля тупым взглядом белую стену. Я всё ещё крутила у себя в голове то, что ребёнок, которого с такой заботой и любовью носит в себе Мария, чужой. По сути у него нет королевских кровей, так как Её Величество Мария не входила в королевскую семью до того, пока не вышла замуж за короля. Я точно не знаю сколько пролежала в постели, но уснуть больше не смогла. Я поднялась с кровати и пошла собираться. Раз у меня выдалось свободные полдня, то это время я могу потратить на то, чтобы прошерстить королевскую библиотеку. Ни разу там не была, хотя получила разрешение ещё давно. Столько раз проходя рядом с этой дверью, я шла мимо, ведь у меня не хватало времени на чтение.

Я вышла из комнаты и побрела по практически пустым коридорам дворца. Мимо меня проходила только стража и никто более. Я подошла к библиотеке, и меня спокойно пропустили внутрь. Огромные стеллажи, полностью заставленные книгами, тянулись к потолку. Здесь пахло старым пергаментом и книжными страницами. Зачарованная этой атмосферой, я на ватных ногах плыла между рядами, разглядывая старинные книги. Я так была увлечена, что не услышала звук перелистывание страниц, доносящийся откуда-то сбоку.

— Доброе утро, леди Грейс. — я подскочила от неожиданности, едва не запутавшись в подоле собственной юбке.

— В-ваше Величество, — я сделала реверанс, — простите меня, я не думала, что здесь кто-то есть.

Король сидел за небольшим столом в центре комнаты. В его крепких руках была какая-то книга, названия которой я не могла увидеть с такого расстояния. Но серые глаза Его Величества не были сосредоточены на ней, они уже во всю бегали по мне. Раймонд похлопал по стулу рядом с ним. Я прижала к себе какой-то томик, взятый мной с полки, и неуверенно подошла к столу, а после опустилась на показанный стул. Нас разделяло всего десятки сантиметров. Я впервые нахожусь так близко с этим мужчиной, тем более, что после коронации Марии в Вестминстерском аббатства я вообще его практически не видела. Он так добр ко мне, а я знаю, что его жена носит под сердцем чужого ребёнка и молчу. При чём я не понимала почему я ничего не говорю. Слова как-будто застряли в горле тугим комом.

— Вас определённо что-то тревожит. — заметил Раймонд. — Сомнения растут всё больше и больше, они обвивают шею, а затем приводят палача. Советую вам разобраться в этом в ближайшем времени, чтобы потом не было последствий. Мне знакомо такое состояние.

Я наконец отрываю руки от небольшой книжки в однотонной тёмно-зелёной обложке и кручу её в руках. Как мне избавиться от сомнений, если я знаю такую тайну? Что если Джек де Клэйнт или королева Мария поймут, что это я стукач? Ведь в том коридоре была лишь я одна. Они же с меня заживо кожу сдерут. А если Раймонд мне не поверит? Я тоже сильно получу в наказание за "клевету" на члена королевской семьи. Плюсом ко всему является то, что я знаю и то, что король не ограничивается только своей женой. Так почему же она должна хранить верность человеку, который поступает с ней как с вещью? Разумеется, я против измен вообще, но иногда ко мне всё-таки приходит осознание, что я в шестнадцатом веке. Здесь правят короли, выше них только Бог, по мнению людей.

— Вы абсолютно правы. — вздыхаю я, сплетая пальцы вокруг томика. — Но это сложно.

— Порой лёгкий путь не всегда является правильным. — он откладывает свою книгу и смотрит на меня.

Наши глаза сами находят друг друга, а меня бьёт током, словно я засунула пальцы в розетку. С самой первой встречи с Раймондом, со мной происходит нечто странное. Стоит ему посмотреть на меня — моё сердце стучит всё быстрее, в горле всё пересыхает, а ноги становятся ватными.

Мои пальцы разжимаются сами собой, и в себя меня приводит глухой шлепок книги об пол. Я дёргаюсь и наклоняюсь, чтобы поднять её. Его Величество делает тоже самое, и мы ударяемся головами. Господи, спасибо, что на нем сейчас нет короны, а то мне было бы не до смеха совсем. Мы оба забываем про книгу, лежащую где-то под нашими ногами, и выпрямившись, смотри друг на друга хлопая ресницами. Мне как-будто перекрыли доступ к кислороду. Я уже хотела извиниться за это, как вдруг уголок губ Раймонда ползёт вверх, а вскоре он разражается смехом. Я впервые услышала его смех. Он был приятный и такой лаконичный. Не сдержавшись, я тоже смеюсь. Хотя это, наверное, больше похоже на нервный смех, который граничит с истерикой.

Король вновь тянется за моей упавшей книжкой, и на этот раз я не мешаю ему. Когда книга оказывается на маленьком деревянном столе, я вновь заглядываю в его серые глаза. Наши лица в нескольких дюймах друг от друга, и я чувствую странное притяжение к этому человеку. На нас словно подействовала своя гравитация, ведь его губы коснулись моих. К великому сожалению, мои мозги отключились напрочь. И вопрос: "Что я делаю?", настигнет меня значительно позже. А пока я передала бразды правления сердцу. Наслаждаясь этим поцелуем, я совершенно забываю про весь мир, он просто перестаёт существовать. Внизу живота затягивается тугой узел. Я опомнилась лишь тогда, когда массивная дверь библиотеки хлопнула, говоря о том, что мы здесь больше не одни. Я испугано отстранилась, и очень резко встала со стула, что он чуть не упал. Запутавшись в ногах, я всё же устояла и придержала стул.

— И-извините, мне пора, Её Величество у-уже верно потеряла меня. — я схватила книгу со стола, поклонилась королю и устремилась прочь.

Мои щёки горели румянцем, в горле стало сухо, как в пустыне, а руки и ноги мои дрожали, словно от холода. Я почти пролетела мимо вошедшего в комнату человека, и вспомнив, что ему тоже нужно поклониться, сделала это у него за спиной. Но из-за того, что мужчина с интересом наблюдал за мной, он обернулся, и я осознала, что это де Клейнт, а за ним и Уолтер. Господи, надеюсь, что они ничего не видели. Я опустила голову как можно ниже, чтобы Джек не разглядел моё красное как помидор лицо, и быстро поспешила прочь. Я успокоилась только когда ушла от библиотеки очень далеко.

Восстанавливая дыхание, я гуляла по всем этажам другого крыла дворца, что даже не заметила, как спустилась в подземелье. Одна дверь была открыла на распашку. Моё любопытство когда-нибудь меня погубит. Я тихонько подкралась к таинственной комнате, пока не заглянула в неё. Увиденное привело меня в немой шок. По всему полу аккуратно уложены надломленные цветы. Но их лепестки уже не были молочного цвета. Это сгнившие розы. По всей комнате были разложены гнилые, мёртвые цветы. И лишь посередине на крохотной тумбе стояла стеклянная ваза с водой. А в ней мирно покоилась единственная целая роза с алыми лепестками. Она была живой и не надломленной. Из тени в комнате показалась королева Мария в кроваво-красном платье. Это выглядело крайне жутко. Её Величество гуляла по комнате, любовно обходя каждый цветок. Она резко обернулась, а я вжалась в стену, чтобы меня не заметили. Что-то мне подсказывает, что мне пора валить отсюда куда подальше. Оглядываясь, я на носочках побежала к лестнице и поспешила к себе в комнату.

Вечером того же дня я сидела на кровати, читая ту книгу, которую я взяла из библиотеки, но слова проскальзывали сквозь мозг, не оставляя ни тени смысла. В голове всё крутились те события, что произошли со мной этим днём. Поцелуй с Раймондом, та страшная комната с гнилыми розами и ужасным запахом. Полин в комнате не было, что меня очень радовало. Вместо неё рядом со мной копашилась Кэрол, единственная, кого я могу называть своей подругой. Она глядела на себя в моё зеркало, поправляя причёску.

— "Тем и отличен от дурня мудрец, что руководствуется разумом, а не чувствами". — в слух цитирую я, удручённо захлопываю книгу. — Я глупая.

— Ничего ты не глупая. — заверяет меня блондинка Кэрол. — Ты говоришь такие разумные вещи, что порой мне кажется, что будто ты не с нашей эпохи, ну или ведьма. — она поворачивается ко мне лицом, глядя своими большими добрыми изумрудными глазами. — Вот ты уверена, что Земля круглая, но откуда ты это знаешь? И вообще у меня к тебе гора вопросов, дорогая. Ты знаешь математику, химию, биологию и другие точные науки много лучше, чем любой в этом дворце. И меня это пугает.

— Это не так. — я отрицательно качаю головой. Ну вот, опять приходиться врать. — Не слушай меня, это ведь просто ни чем не подкреплённые гипотезы. — я поднимаюсь с кровати и подхожу к двери, пора заканчивать этот разговор. — Я зайду к Её Величеству, а потом пойду помою волосы, ты со мной?

— Да, но приду чуть позже, — Кэрол подходит ко мне, — сейчас я пойду к себе. Сьюзан не легко терпеть одиночество.

Это я знала, как и то, что безмерно добрая Сьюзан однажды едва ли не подверглась изнасилованию, когда выполняла личное поручение королевы в городе. С тех пор молодую девушку пугала темнота и одиночество, ведь в тот раз она спаслась только чудом.

Мы вместе выходим из моей комнаты, но Кэрол идёт к своей соседке, а я в другую сторону. Как оказалось Её Величество уже легла спать, поэтому я поплелась в некое подобие ванной комнаты. Естественно, никаких водопроводов здесь и в помине нет, поэтому я набрала в тазик тёплой воды и кое-как водрузила его на высокий стул, пыхтя и тихо ругаясь. Опустив волосы в воду, я насторожилась, услышав позади себя шаги и тяжёлое дыхание. Возможно, всё-таки Кэрол решила составить мне компанию немного раньше? Я оторвала голову от приятной и тёплой воды, но не успела обернуться и даже вскрикнуть, как чья-то тяжёлая рука легла мне на затылок и с силой опустила мою голову под воду.

Я начала задыхаться, воздух почти закончился. Глаза сами собой широко распахнулись от дикого животного страха. Меня волной накрыла паника. Я размахивала руками и ногами, пытаясь пнуть убийцу или отцепить его руки от меня, царапая его кожу. Моё лицо полностью находилось под водой, и как бы я не брыкалась, мне не удавалось оказаться на поверхности. Лёгкие уже начали гореть, а орудную клетку разрывало от боли. Тогда я из последних сил упёрлась руками в железный таз, в надежде опрокинуть его на пол, но его по-видимому тоже крепко держали. Ужас свинцом распространялся по венам, прожигая меня изнутри, с каждой секундой мои легкие неумолимо наполнялись водой. Я захлёбывалась. В глазах стремительно темнело. Я уже прощалась с жизнью, но послышались ещё одни отдалённые шаги. Человек, который желал меня утопить убрал руку с моего затылка, но теперь я была не в силах поднять голову.

— Грейс! — истошно и испугано крикнул женский голос, и меня рывком вытащили из воды.

Я упала под ноги девушке, и кашляя, выталкивала воду из своих лёгких. Таз с водой приземлился куда-то в сторону, разливая всё содержимое на пол. Кэрол опустилась на колени, убирая мои светлые волосы с лица. В её глазах билась тревога и дикий страх. Я обняла подругу, всё ещё продолжая исторгать из себя воду.

Меня пытались убить, и если бы в комнату не вошла бы Кэрол, то убили бы. Я бы просто захлебнулась. Меня била сильная дрожь, и я не могла сказать ни слова. По моим бледным щекам бежали солёные слёзы, капая на светло-желтое платье подруги. Я сильно прижималась к Кэрол, боясь, что если уйдёт она, то вернётся тот человек. Хоть в помещении было тепло, я тряслась, словно меня выкинули в снег голышом. Поэтому я крепко вцепилась в предплечье подруги трясущимися руками, пытаясь согреться.

Я никогда ещё та не радовалась, что снова могу свободно дышать. Боже, я радуюсь, что дышу. Кэрол поглаживала меня по голову, говоря успокаивающие слова, её рука и голос тоже дрожали.

Глава 13.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

— Факт остаётся фактом, меня хотели утопить. — говорю я, сидя за столом в моей комнате. Локти стоят на краю стола, а пальцами рук я массирую себе виски, осознавая тот ужасающий факт, что я пережила покушение.

Мне до сих пор было холодно, а от воспоминаний била мелкая дрожь, поэтому на моих плечах висел тёплый плед. Хоть он и не спасал меня, однако придавал чувство уюта.

— Ты заметила хоть что-нибудь? — спросил Тоедор, нахмурившись. Ему вся это ситуация тоже особо не нравилась.

— Моя голова по уши была под водой. А как только зашла Кэрол, человек словно испарился. В таком состоянии я просто не могла побежать его догонять. — напомнила я, глядя прямо ему в глаза. — Но рука у него была очень большая. Явно не женская. И поскольку мои волосы были перекинуты на одну сторону, то его ладонь находилась практически на голой коже. Я почувствовала, что кожа на руке убийцы была мягкая. Это сузило круг подозреваемых. Человек, который пытался меня убить точно не девушка, и он никогда не занят тяжелой работой, что говорят гладкие руки.

— Я не понимаю зачем кому-то нужна твоя смерть? — задумчиво спросил мой собеседник, глядя куда-то мимо камеры.

— Я знаю одну тайну. Точнее у меня есть огромный компромат на двух очень высокопоставленных лиц. Но никто об это не знает.

— А если кто-то догадывается?

Я вспомнила выражение лица де Клейнта, когда я застукала его в коридоре с королевой Марией после её коронации. Возможно, он подозревал меня в том, что я могла подслушать, но в голове не укладывалась одна деталь.

— Один из тех, чей секрет я случайно подслушала, может это знать. Но с того момента прошло почти месяц. И каждый день после этого мы видели друг друга во дворце. — я подпёрла руками подбородок. — Зачем же им ждать целый месяц?

— Может не было подходящего случая?

— Если бы он захотел, то мог бы убить меня уже раз сто.

— Хотел убедиться в своей правоте?

— Если он подумал на меня, то он прав абсолютно. И сам это понимает. Там не было никого, кроме меня.

— Слушай меня внимательно, — Тео, ходивший взад-вперёд перед телефоном, остановился и сел на стул, — будь очень аккуратна и бдительна. Обращай внимание на любой шорох, любой звук, в особенности, когда ты одна. На любую деталь. Следи за предметами и вещами в своей комнате, возможно, тебя могут обыскать или украсть что-нибудь. Гулять по дворцу с оружием тебе, конечно, не позволят, поэтому советую выучить хотя бы самые элементарные приёмы для самозащиты. Внимательно наблюдай за людьми, и держись подальше от того, кого ты подозреваешь.

— Тео, а если я умру во второй параллели, то я умру и здесь? — взволнованно спрашиваю я, заламывая пальцы рук.

— Я не знаю. — устало покачивает головой француз. — Но проверять слишком опасно, не советую тебе это делать.

— Ясно. — удручающе киваю я, глядя в одну точку с похоронными видом. — Вот так подарочек на день рождение.

— У тебя день рождения? — удивился Теодор. — Чего же ты молчала? С днём рождения, Грейс!

— Спасибо большое. — моё лицо трогает уставшая, но искренняя улыбка.

Мы отключаемся, и я выхожу из комнаты. Глядя на ёлку, вспоминаю, что вчера обещала себе, что ничего не испортит моё настроение, но как насчёт покушения на мою жизнь? После этого я сразу отказалась от идеи закатить вечеринку на мой день рождения, к тому же мои родители никуда не собирались уходить из дома, но Оуэн сказать, что любезно предоставит своё жилище для подобной темы, ведь он всё равно планировал устроить тусовку, а теперь будет и повод. Я не сразу согласилась, но когда Зои предложила сходить в бассейн, я моментально ответила Оуэну. Хватит с меня водных процедур.

Мы встретились в большом трёхэтажном доме Финнигана. Зои и Калеб сразу же налетели на меня с поздравлениями, пообещав подарить подарки чуть позже. Вот это интрига, конечно. Но самым лучшем подарком для меня стало бы начало их отношений. С тех самых пор, когда Каллеб рассказал мне о своих чувствах к лучшей подруге, я стала их главным шиппером. Но блондинка с каре, по имени Зои, думала, что мы просто шутим.

В доме было очень много народу, половину людей я даже не знала, но стоило мне войти внутрь, как они по отмашке Оуэна хором закричали: "С днём рождения, Грейс!". Признаться, я покраснела, совершенно не ожидая такого приёма. Спрыгнув с лестнице ко мне подошёл Оуэн и заключил в свои большие медвежьи объятия. Кстати говоря, если я пыталась свести Зои и Каллеба, то Зои в свою очередь стремилась свести меня и Оуэна, что по-моему казалось плохой идеей.

— С днём рождения. — ещё раз повторил парень, освобождая меня из рук. — Развлекайтесь.

— Спасибо.

Футболист вернулся в свою компанию, а мы с друзьями пошли дальше, попутно здороваясь со знакомыми людьми. Толпа вокруг нас танцевала под энергичную и весёлую музыку, освещение в помещении менялось, мерцая разными цветами. Калеб отошёл к другим футболистам. Моя лучшая подруга схватила меня за две руки и закружила в танце. Я засмеялась, двигаясь под громкую музыку. Мы вдвоём отрывались на танцполе, ловя на себе восхищённые взгляды. Я вкладывала в каждое своё движение в танце все свои силы, забываясь напрочь, концентрируя внимание только на своём теле и музыке, выталкивая из головы всё, что меня тревожило.

Я закрыла глаза, полностью отдаваясь ритму, и запрокинув голову назад, наслаждалась танцем. Таким образом я пыталась выплеснуть свою боль, страх и другие чувства. С каждой секундой, с каждым новым движением я чувствовала себя всё свободнее и увереннее, что хотелось взлететь. Даже толпа поблизости расступалась, давая мне возможность показать себя. Но я старалась не для любопытных взоров, а для себя. Вскоре я почувствовала, что кто-то схватил меня за руку, притянув себе. Я развернулась на сто восемьдесят градусов и встретилась с дерзкими глазами Оуэна и его ухмылкой. Я усмехнулась, и он закрутил меня в танце. Мы не замечали никого в этом доме. Наш танец становился всё стремительнее, ярче, ближе… Мы больше не контролировали свои тела, предоставляя эту возможность играющей песне. Когда я вновь почувствовала на талии руку молодого человека, то резко наклонилась назад, высоко закинув правую ногу в воздух, при этом откидывая голову вниз. Я угадала с этим движением, попав ровно в последнюю ноту в самом конце песни. Более чем уверена, что со стороны это выглядело бесподобно. Финниган поставил меня на место одним рывком. Мы оба пытались отдышаться, сильно устав от танца. Музыка сменилась на более спокойную, и люди, наблюдавшие за нами, одаряя нас аплодисментами и восторженными криками, продолжили заниматься своими делами.

— А-а-а, это было просто феерически! — восторженно запищала Зои, бросаясь мне на шею. — Что на тебя нашло?

— Хочу забыться. — улыбнулась я, стирая со лба капельки пота. — Оуэн, не подскажешь где здесь кухня?

— Пошли. — он кивнул головой куда-то в сторону.

— Я скоро. — шепнула я подруге и последовала за парнем, пробираясь через толпу.

Он, как и обещал, привёл меня на кухню, где я налила себе стакан прохладной воды, так как в горле пересохло. Финниган никуда не спешил уходить, и облокотившись об кухонную тумбу, скрестил мускулистые руки на груди. Я осушила стакан почти залпом и наткнулась на внимательный взгляд Оуэна, бегающий по мне.

— Что значит "хочу забыться"? — наконец задаёт вопрос он.

— За эти сутки произошло очень много того, чего я предпочла бы не вспоминать. — нахмурилась я, прогоняя из головы фрагменты воспоминаний. — А ещё мне посоветовали взять парочку уроков по самообороне.

— Зачем тебе самооборона, если рядом всегда буду я. — довольно улыбнулся парень, а я закатила глаза.

— Если это подкат, то он глупый. — я смерила его взглядом. — И тебе напомнить, что ты лично запустил мне мяч в голову?

— Эй! Я же не специально! Долго ты ещё будешь мне это припоминать? — развёл руками мой собеседник.

— Дай-ка подумать, — я театрально поднесла руку к подбородку, сделав вид, что задумалась, — до конца твоих дней.

— Ну, спасибо. — хмыкнул высокий футболист. — Это тебе, только открой, когда будешь дома. — он достаёт из кармана небольшую красную бархатную коробочку и протягивает её мне.

— Оуэн… Не стоило, — я принимаю подарок, — но всё равно спасибо большое. — я кручу коробочку в руках, а потом убираю в сумку. — Там бомба?

— Ты принимаешь меня за террориста? — рассмеялся блондин.

Но я не успела ответить, как к нам подошла Энн и поцеловала моего собеседника в засос. Я аж оторопела от такого, но нашла для себя идеальный повод уйти, оставив этих двоих на кухне. Я быстренько ушла оттуда, пока обо мне не вспомнили, в толпе наткнулась на Калеба, с которым мы в последствии отыскали подвыпившую Зои. Проведя там ещё час, мы решили уехать, потому как наша общая подруга изрядно накидалась. Я хотела проводить Зои до дома, но Калеб заверил меня в том, что он и сам справится.

— Я в тебе не сомневаюсь, но должна предупредить. Если ты позволишь себе лишнее, Калеб, я убью тебя. И это не шутка. — сказала я ему на прощание.

Уже лежа дома в своей кровати, я вспомнила про подарок Оуэна. Потянувшись за сумочкой, я достала из неё бархатную красную коробочку. Развязав бантик, я открыла её. Увиденное меня очень сильно поразило. Внутри на мягкой подушечке лежал золотой браслет. Я в полном шоке примерила его на запястье. Боже мой. Теперь я вспомнила, что Зои уже почти два месяца уверена, что я нравлюсь Оуэну. Не стал бы он делать такой дорогой подарок обычной однокласснице. Я разблокировала телефон и зашла в диалог с ним.

Я: Ты с ума сошёл, дарить такие дорогие подарки? Надо встретиться. Завтра.

Ответа не последовало, наверное, вечеринка ещё не закончилась. Я не стала долго ждать, поэтому посмотрела одну серию сериала, которая длится полчаса, а после этого с неохотой легла спать. Точнее спать я хотела очень сильно, но я прекрасно знала, что за этим последует. И это ужасало. Я сняла с руки браслет, и положив обратно в коробочку, я твёрдо решила завтра поговорить с Оуэном, чтобы расставить все точки над "и".

༻ ❀ •༺

Я сидела в ранее не изведанной мною комнате. С одной стороны от меня стоял герцог Бедфорд, задумчиво наблюдая за тем, как языки пламени в камине, сплетаясь, снова и снова разбиваются о дрова, заставляя те потрескивать. Джек держал маску невозмутимости, но что-то мне подсказывало, что если бы здесь не присутствовал король, то мужчина бы вновь разразился недовольством и колкими фразочками в мою сторону. Но и он может не обольщаться, я доверяла де Клэйнту ровно также, как и не знакомому человеку — никак. Где-то за их спинами, как огромная гора стоял Уолтор Браун, испепеляя меня пронзительным и недовольным взглядом.

Я была сильно удивлена, когда Его Величество сам лично заинтересовался этим случаем, который произошёл со мной вчера в ванной комнате. Раймонд всё это время стоял ко мне спиной, глядя в окно, складывая в голове какой-то пазл. Я сидела за столом в полной тишине, а справа от меня, склонив голову, находилась перепуганная Кэрол. Несмотря на то, что пытались убить меня, из нас двоих больше явно боялась именно она. И ещё в этой комнате был человек, с которым мне не удосужилось познакомиться ранее. Я видела его много раз в компании короля, но ни разу с ним не говорила. Невзирая на это, всё же я знала кто он такой, а он в свою очередь был прекрасно осведомлён обо мне. Робер Линн — английский государственный деятель, лорд-канцлер, а также регент. Самый важный человек в стране, сразу же после королевской семьи. Он был обладателем сильного подбородка, чёткий скул и длинный каштановых волос, Линн собирал их в низкий хвост. Почти по всей шее у него проходил длинный и страшный шрам, который пытался скрыть белый высокий воротник. С первого взгляда он производил впечатление человека проницательного и жёсткого.

Находиться в такой компании мне было не особо комфортно. Так или иначе я была связана со всеми присутствующими. У меня есть компромат на Джека, который стоит ему жизни. Я вчера целовалась с английским королём при его живой жене, поэтому ощущала себя самой последней дрянью на земле. А перед герцогом Вильямом и Робертом Линном мне просто было стыдно. Уолтор просто-напросто мне не нравился. В конце концов я не виновата, что моя подруга не умеет держать рот на замке и при первой же возможности растрепала об этом охране, которая посвятила герцога Бедфорда, а тот и Раймонда. Я честно не понимаю зачем Его Величество сейчас здесь присутствует, ведь у него много куда более важных государственных дел, чем покушение на какую-то фрейлину. Поэтому сейчас мне вновь пришлось вспомнить всё, что со мной произошло и пересказать им. Я опасалась делиться теми деталями, к которым я пришла при разговоре по видео связи с Тео, ведь в комнате сейчас находился человек, который был единственным подозреваемым. Наша неприязнь с де Клэйнтом была взаимной ещё с самой первой встречи.

— Мы расследуем это дело. — прозвучал низкий голос Роберта. — Во дворце появился несостоявшийся убийца, это недопустимо. Он может угрожать не только вашей жизни, — он бросил короткий взгляд на меня, — но и нашему королю.

— Джек, — вдруг раздался голос Раймонда впервые за всё время, — пока ты не отправился на фронт, будешь приглядывать за леди Грейс. Если с ней что-нибудь случиться, ответишь лично передо мной.

Я, ровным счётом как и де Клейнт, разинув рот, устремила взгляд на правителя. Я была так шокирована ситуацией, что едва не упала со стула. И мне вовсе не хотелось, чтобы со мной нянчился этот мужчина. Но с другой стороны есть плюс в этой ситуации. Если это он пытался меня убить, то теперь не сможет завершить дело до конца, так как отвечает за меня статусом, а то и вовсе — головой.

— Как прикажете, Ваше Величество. — покорно склонил рыжеватую голову де Клейнт, я уловила в его голосе сильное нежелание и не согласие, вопреки своему ответу.

— Всё, что здесь произошло, останется в пределах комнаты. Никто больше не должен знать. — сообщил Робер Линн, со значением посмотрев на бедную и перепуганную Кэрол.

— Я всё поняла, Ваше Высочество. — поджала губы девушка.

— Все свободны. — твёрдо сказал Раймонд, веля все убраться из комнаты, но потом мягко добавил: — Кроме леди Честер. Я попрошу вас остаться.

Я замерла по пути к двери, услышав свою поддельную фамилию. Взглядом я непроизвольно метнулась к Бедфорду, ища в нём поддержку. Я привыкла, что меня называют по имени, так что даже забыла о существовании фейковой фамилии. Герцог заметил моё замешательство и одобрительно кивнул, закрывая за собой дверь, ведь он замыкал цепочку уходящих. Вот и опять я осталась с Раймондом наедине. Он отошёл от окна, и приблизившись ко мне, положил свои тёплые ладони на мои руки чуть ниже плеч.

— Почему ты молчала?

— Я не видела в этом случае государственной важности, чтобы тревожить вас. — честно призналась я. Хотя у меня есть определённая информация про его жену, но и здесь я молчу не понятно почему, и не зная кого в итоге я хочу защитить.

— А если бы тебя убили? — только сейчас я заметила, что он разговаривает со мной на ты.

Я промолчала, опустив голову, не в силах больше сдерживать напор светло-серых глаз. Меня трясло. До этого момента я не осознавала всю масштабность ситуации. Я ведь действительно могла погибнуть, захлебнуться в воде. Чтобы стало с мамой и папой, когда утром, войдя ко мне в комнату они обнаружили остывающий труп? Я даже близко не могу представить их горе. А мои друзья? Зои и Калеб. За все эти годы мы стаи очень близкими людьми. Я всегда считала их своими братом и сестрой. Как бы моя смерть ударила по ним? Я поняла важную вещь — моя жизнь мне не принадлежит. Жалеть об этом буду не я, а другие. Моя смерть не принесла бы мне страданий, но она бы разорвала моих близких на куски.

— В следующий раз, пожалуйста, сразу сообщай мне или страже. — Его Величество одной рукой приподнял мой подбородок, заставляя вновь смотреть ему в глаза, видимо он понял, что моё молчание — это осознание и раскаяние. — Всё же я питаю надежду, что следующего раза не будет.

Теперь всепоглощающее чувство вины съедает меня изнутри. Раймонд так добр ко мне, волнуется и даже оторвался от дел ради меня, а я не могу сказать ему пять слов: "Королева беременна от де Клейнта". Каких-то дурацких пять слов.

Неожиданно я оказываюсь в его объятиях. Я понимаю, что это не правильно. Понимаю, что делаю хуже только себе, позволяя привязываться к нему, но я не могу иначе. Он король, самый властный человек в стране, его боятся и уважают все, несмотря на то, что он достаточно молод. Раймонд может позволить себе меня женщин, как перчатки и никто ему слова не посмеет сказать. Он распоряжается жизнями всех людей, которые живут в этой стране. Король Англии и Ирландии. И кто здесь я? Для одних я девочка, потерявшая память, а для других — бедная сирота, попавшая во дворец в услужении королеве чудом. В это время ценился статус. Король и фрейлина. Смешно. Наши отношения с Раймондом не имели продолжения, они, как и мы, были обречены на провал. Мы уже дошли до финиша, так и не дойдя до старта. И всё же я не понимала почему при ясном понимании общей картины, я иду на поводу у своих чувств. Глупая, глупая дура. Раз уж на то пошло, мы вообще живём в разный вселенных, на минуточку.

На глазах выступили слёзы и чтобы спрятать их, я уткнулась лбом в плечо короля, уперевшись руками ему в грудь, но не отталкивая от себя. Раймонд прижимал меня к себе. И я поняла, что эти объятия были нужны не только мне, но и ему. Видимо, в жизни короля не так всё легко и просто как кажется на первый взгляд. Точно не знаю сколько мы так простояли, но у меня не хватило смелости ни спросить, что у него происходит, ни рассказать то, что следовало.

Уже после тяжелого дня работы я находилась в комнате у Кэрол, которая была точной копией моей. Поначалу мы беседовали втроём на общие темы, но вскоре Сьюзан ушла принимать водные процедуры, а меня аж передёрнуло от этого. Никогда больше не сунусь в ванную комнату одна. К чёрту.

— Как ты? — Кэрол опустилась на кровать, поправляя подушку. — Выглядишь как мертвец.

— Вроде хорошо. — пожимаю плечами. Я не решаю говорить с ней о том, как я сильно устаю, выполняя все приказы Её Величества. — Такое чувство, будто я бегу с крутой горки, так быстро, что не могу остановиться. Боюсь споткнуться.

— Горка не бывает бесконечной. — блондинка держит спокойное лицо, когда смотрит на меня, но в глазах её заметна бушующая тревога. — Рано или поздно ты добежишь до подножия. Вопрос в том, готова ли ты остановиться и принять то место, куда ты прибежала.

Я тяжело вздохнула и спрятала лицо в руки. Хотелось заплакать от переизбытка различных эмоций. Но для слёз не было времени. Мне нужно было набраться сил, чтобы достойно принять следующий удар судьбы и не сломаться.

Глава 14.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Наступил новый год. Ещё в сентябре я думала, что следующий год будет куда легче, чем нынешний, но я крупно ошибалась. Знала бы я тогда, что произойдёт со мной на самом неудачном уроке физкультуре в истории человечества… Осталось надеяться на лучшее. И приложить все силы, чтобы это случилось.

Я накинула на себя куртку и положила в карман бархатную коробочку — подарок Оуэна на мой день рождения. Сразу после вечеринки нам так и не удалось встретится, так как Финниган уехал со своей семьёй к родственникам, чтобы встретить Новый Год там. Я же хотела лично вернуть ему золотой браслет и объяснить почему я не могу его принять. Оуэн приехал в Хьюстон вчера вечером, но с моей стороны было бы не вежливо просить его о встречи сразу после долгой дороги, поэтому мы договорились встретиться сегодня.

— Идёшь гулять с друзьями? — спрашивает меня папа, поднимаясь с дивана.

— Не совсем.

— Это по поводу подарка? — он кивает на выпуклый карман моей куртки, остановившись рядом со мной.

— Как ты…

— Не держи меня за старого маразматика, родная. — мягко улыбнулся папа. — Помнишь мы разбирали подарки после праздников? Когда Мэй открыла шкатулку и увидела браслет, ты соврала о том, что это подарок от Калеба. Может твоя мама и повелась, но меня не проведёшь. Калеб — твой близкий друг, ты им очень дорожишь и бы не стала прятать его подарок, а сразу бы надела браслет. Но вместо этого, ты в сторону украшения стараешься даже не смотреть, поэтому и убрала его далеко, чтобы глаза не мазолило. — отец скрещивает руки на груди. — Делаем вывод, что тебе подарил это человек, который не очень тебе приятен.

— Он мне не то чтобы неприятен. — я поражаюсь папиной внимательности. — Просто он рассчитывает на то, что априори быть не может. И да, я не считаю тебя старым маразматиком.

Мы оба смеёмся, и папа разводит руки в сторону. Я, словно переносясь в детство, с улыбкой на лице обнимаю отца. У нас так мало времени остаётся на семью из-за школы и работы, что я начинаю забывать о том, что мы должны заботиться друг о друге, поэтому я была счастлива, как ребёнок, поняв, что папа про это не забыл.

— Хорошо, беги и разбирайся с этим всем. — он отпускает меня и открывает входную дверь. — Но если этот парень не поймёт с первого раза, то я с удовольствием покажу ему парочку приёмов, которые до сих пор помню со службы.

Я помню, как он учил меня обороняться в игровой форме, когда я была чуть помладше.

— Па-а-ап! — хохочу я, выходя на лестничную клетку. Тем временем папа демонстративно начинает боксировать, ударяя по воздуху, а я не сдерживая смеха наблюдаю за этим. — Да ну тебя.

Если бы папу сейчас увидели его коллеги по работе, то пришли бы в шок. Всегда холодный и отстранённый, серьёзный бизнесмен дерётся с воздухом, в шутливой форме угрожая какому-то пареньку. На самом деле, даже если бы Оуэн перешёл границу наших дружеских отношений, то не стал бы связываться с моим отцом. В основном он только на словах такой крутой и бесстрашный, но встретившись лицом к лицу с таким человеком, как мой отец, Оуэн сто процентов бы отступил. Это ещё одна причина, по которой я не хотела встречаться с ним. Может быть Финниган и физически сильный, но если на него морально надавит человек старше и поопаснее его, то тот сразу сдаться без лишних слов и вопросов.

Я вышла на улицу и направилась к небольшой аллее, где мы договорились встретиться с парнем. Невысокие деревца тянулись с обеих сторон от дорожки. Раньше, когда было больше времени на всё это мы часто с папой устраивали пробежки именно здесь. Я пришла чуть позже, чем следовало, потому как диалог с папой перед выходом не был в моих планах и времени я не рассчитала. Около одного из многочисленных высоких фонарей, я увидела блондина. Он с радостно махнул мне рукой, а я сдержанно улыбнулась. Я выпускаю облачко пара изо рта, восстанавливая дыхание. И пока я шла к нему на встречу в сотый раз продумывала то, что хочу сказать ему уже почти две недели.

— Привет, красотка. — парень крепко обнимает меня, но я не спешу слишком близко к нему прижиматься, поэтому вскоре выскальзываю из кольца его рук.

— Доброе утро. — я решаюсь не ходить вокруг до около, поэтому достаю из кармана шкатулку с золотым браслетом. — Слушай, я хочу поговорить.

— Ты же знаешь, деньги — не проблема. Оставь себе. — его взгляд сразу же упивается на красную коробочку в моих руках.

— Сначала дослушай, а потом решай. Ладно? — я набираю в лёгкие зимний колючий воздух. — Я не хочу обманывать ни тебя, ни себя. Мне кажется, что твой подарок — намёк на что-то большее, чем дружба… Но, Оуэн, я не могу. Знаю, это банально, но дело действительно не в тебе, а во мне. У меня сейчас в жизни твориться полнейший разгром, словно на мой дом обрушился мощнейший ураган, а теперь я осталась одна среди руин и беспорядка. Мне нужно разобраться в своей жизни, в своих чувствах, которые запутались.

— У тебя есть другой, да? — сухо предполагает он, не отрывая взгляда от коробочки.

— Не совсем так, но… Я же говорю тебе. — обессилено вздыхаю я, а объяснять это ему сложнее, чем я думала. — Недавно в моей жизни появился один человек, который перевернул внутри меня всё вверх дном. И просто я хочу сказать тебе, что мы с тобой не сможем стать парой. Я знаю, что ты именно на это и надеешься. Мне правда очень жаль, но я бы хотела, чтобы мы всё равно остались друзьями. Мне сейчас невероятно тяжело, поэтому я была бы рада любой стабильности.

— Я понял. — он забрал из моих рук шкатулку. — Это всё, что ты собиралась сказать?

— Да, и мне жаль…

— Мне пора, прости. — он отрешённо и раздражённо посмотрел мне за спину. — Увидимся, Марлоу.

Парень решительно прошёл мимо меня, едва ли не задев плечом. Я не стала оборачиваться и провожать его взглядом, поэтому просто побрела вперёд в неизвестном направлении, делая вид, будто ничего не произошло. Я ожидала немного другой реакции, поэтому крайне удивилась такому повороту. Гуляя по людным улицам, я задумалась, правильно ли я поступила? Возможно, я могла бы быть счастлива вместе с Оуэном, но я предпочла ему Раймонда, человека, с которым все обречено. Господи, его даже не существует в этой параллели.

Я шла по городу, скрываясь глубоко в своих мыслях, и как-то машинально лавировала между прохожими, словно спортивный автомобиль на автодроме. Раньше чтобы не произошло в моей жизни я всегда всё рассказывала Зои и Калебу, а теперь я молчу. Я чувствую, что я как-то отстранилась от них, будто водрузила невидимую бетонную стену между нами. И получалось так, что с ними я разговариваю только о том, что происходит в первой параллели. А вот с Тео мы по большей части обсуждаем именно вторую параллель. В последние время мы практически не созванивались, поэтому я держала всё в себе. Да и не происходило ничего особенно в принципе. В последний раз мы общались неделю назад. Мне не хватало моих друзей. И мне было невыносимо плохо от того, что от каждого из них у меня были тайны. Я врала всем своим близким. Мне было точно от самой себя. Такое ощущение, будто меня выворачивают изнутри, а моё сердце сжимают в кулаке. Но я же успокаивала себя тем, что это не ложь, а я просто не всё рассказываю. Я не лгу, а не договариваю. Не хочу их пугать и тревожить. Я настолько ушла с себя, что даже не заметила, что по щекам из глаз во всю бежали холодные слёзы.

— Привет! Почему ты плачешь? — передо мной остановился рыжеволосый мальчик. Я сразу узнала его по копне рыжих волос и большому количеству веснушек на носу и щеках. Пару месяцев назад я помогла ему, когда мальчик упал с велосипеда неподалёку отсюда. — Тебя кто-то обидел?

— Привет, — я моментально смахиваю слёзы с лица и натягиваю приветливую улыбку, — нет, меня никто не обижал. Просто что-то в глаз попало, наверное.

— Моя мама тоже так всегда говорит. — мальчик поджимает губы и смотрит на меня большими карими глазами. — Может быть тогда вам обеими подарить очки, чтобы защищали глаза?

Я хотела бы рассмеяться, но ребёнок сказал это не преследуя желание поиздеваться или насмехнуться, а с чистой и искренней надеждой, детской наивностью в глазах. В сердце закололо. От чего же его мать плачет? Я улыбнулась мальчику, вкладывая в эту улыбку всю свою благодарность.

— На улице прохладно. — констатирует факт он. — Тогда ты помогла мне, теперь моя очередь. Пошли. — рыжеволосый берёт меня за руку своими тоненькими пальчиками и тащит за собой.

— Куда мы идём? — я не стала сопротивляться и задала вопрос на ходу.

— Туда. — он указывает пальцем другой руки на сувенирный магазин, на который я обращала внимание в тот раз.

— Меня зовут Грейс, а тебя? — вдруг осознала я, что до сих пор не знаю его имени.

— Артур.

Я так и не поняла зачем он меня туда ведёт, но спрашивать больше не стала. Мы зашли в небольшой магазинчик, на двери которого было написано "Закрыто". Внутри пахло древесиной, а повсюду стояли различные игрушки, фигурки, магнитики и прочая атрибутика для туристов. Сувениры не принадлежали какой-то одной стране, здесь было всё. Начиная от различных флагов, заканчивая резными статуями. Я прошла вслед за Артуром, мальчишка уверенно вел меня куда-то за высокую ширму, зелёный цвет который давно выцвел.

— Магазин закрыт! — донёсся тонкий женский голос откуда-то из-за угла. А через несколько секунд от туда же выглянула невысокая женщина. — Артур, дорогой, это ты?

Она увидела меня, стоящую рядом с Артуром, я могла предположить, что эта женщина была его матерью. У неё были такие же рыжие густые волосы и брови.

— Мам, это Грейс. — он подтолкнул меня к женщине. — Помнишь, когда я ушибся, упав с велосипеда, я тебе рассказывал, что она единственная из всей толпы, кто помог мне?

— Ох, да-да помню. — она подошла ко мне, вытирая руки о фартук, надетый поверх чёрных джинс. — Я Иннес. Наконец-то я с вами познакомилась. Правда я думала, вы куда старше. — я пожала её руку, а потом удивлённо взглянула ей глаза. — Я имею ввиду, что нынче дети очень злые и большая часть прошла бы мимо. Спасибо вам большое.

— Очень приятно с вами познакомиться, Иннес. — искренне улыбнулась я.

— Мам, Грейс, садитесь. — Артур показал на небольшой столик, а потом исчез за тем же таинственным углом.

— Мы совсем недавно переехали в Штаты из Шотландии. — сказала Иннес, и мне стало понятно, что означал значок с чертополохом, который мне дал Артур. Это один из символов Шотландии. — Это был магазин моей сестры, пока она не умерла. А я не могла просто бросить работу всей её жизни.

— Приношу свои соболезнования. — я внимательно окинула взглядом мою собеседницу.

На её лице чётко выражались возрастные морщинки, а тусклые зелёные глаза смотрели на меня устало. Женщина была не намного выше меня, её длинные рыжие волосы струились по спине, опускаясь ниже копчика. Когда-то в детстве я тоже мечтала иметь настолько длинные локоны. Мы сидели друг напротив друга, и я совершенно не понимаю, что я тут делаю. Скоро вернулся Артур с двумя кружками горячего шоколада, поставил их на стол перед нами, а потом ускакал за соей порцией. Откуда он узнал, что я люблю шоколад?

Я провела в сувенирном магазине с Иннес и Артуром почти час. Вскоре у нас завязался довольно интересный разговор про Шотландию, который плавно перетекал в разговор про Хьюстон и США в целом. Мне было очень интересно болтать с ними, и я действительно отвлеклась от своих проблем. Но я не могла злоупотреблять гостеприимством, поэтому поблагодарив Артура и его маму, я наконец-то отправилась домой, пообещав напоследок, что ещё навещу своих новых знакомых.

༻ ❀ •༺

И вот всё повторяется, как в самых страшных снах. Всякий раз, когда я сталкиваюсь лицом к лицу с Робертом Линном, происходит что-то ужасное. Но только сейчас я не жертва и сижу не в тёплой комнатке с каминов внутри. На этот раз я встретилась с Линном в одном из подземелье. Меня буквально силой заставили туда придти. Это был допрос. И допрашивали очень жестко. Помимо Роберта здесь ещё находились трое стражников, один из которых Уолтор Браун, второго звали Джордж Кинсли, но мы не разу с ним не разговаривали, а третьего я не знала вообще и герцог Бедфорд. Казалось, что холодные каменные стены двигались на встречу друг другу и совсем скоро расплющат меня. Примерно так ощущалось то давление, которое на меня безжалостно оказывал лорд Линн. Крики, удары о ветхий стол — единственную мебель, которая была в комнате кроме стула — разносились по всему подземелью, что скрыто под дворцом Уайтхолл. Я находилась в диком тревожно состоянии, мне было страшно, так на меня ещё морально давили.

— Я не буду долго повторять, леди Грейс. — ледяным и твёрдым голосом заговорил Линн. — Что вам известно об этой ситуации?

О-о, мне было известно всё. Но меня так запугали, что я боялась открыть рот, готовая расплакаться в любой момент. Перед глазами всё мутнело от большого количества слёз, которых я так усердно сдерживала. В этой пустой и жуткой комнате пахло сыростью и плесенью. Я едва сдерживала дрожь в конечностях.

Я знаю всё. И никогда не забуду взгляд Раймонда, когда он увидел того новорожденного ребёнка. Пока Её Величество Мария лежала в постели, истекая кровью, он глядел на её дочь. Возможно, девочку выдало то, что она была маленькой копией Джека де Клейнта. Хотя она показалась мне такой, только потому что я знала правду. Увидели ли в ней чужую Раймонд и остальные? Я находилась в этот момент там вместе с другими фрейлинами, но стояла куда ближе к Его Величеству, чем остальные. Королю было достаточно десяти секунд, чтобы всё осознать. Он небрежно всучил малышку мне, резко развернулся и без слов покинул помещение. А спустя несколько часов я оказалась здесь. Из всех фрейлин Её Величества вытягивали информацию, потому что с нами она делилась всеми своими тайнами. Но кое-что она так никому не сказала…

— Грейс! — последовал ещё один громкий удар кулаком по столу прямо рядом со мной. Я вздрогнула и закрыла глаза. Мне показалось, что ещё одного раза он не переживёт.

— Я-я знаю немного, — прохрипела я, — но боюсь, вы мне не поверите.

— Это я решу сам. Твоё дело рассказать.

— Да… к-конечно. — я обхватила себя руками, и пытаясь придать голосу ровный тембр, продолжила: — Я невольно стала свидетелем одного разговора Её Величеством и милордом де Клейнтом.

— Где это было?

— В церкви после коронации. Её Величество просто испарилась в толпе, не сказав никому ни слова. Мы бросились её искать.

— Как мне известно, после коронации Её Королевского Величества, вы прогуливались по двору с королём, верно?

— Абсолютно. — судорожно кивнула я, пытаясь не встречаться взглядами с Вильямом Бедфордом, так как меня просто убивал стыд. — Когда меня отпустили, я продолжила поиски королевы, но наткнулась на лорда де Клейнта. Я хотела с ним поздороваться, но он подозрительно оглядывался вокруг, а потом быстро свернул в один из коридоров.

— Вы шпионили за высокопоставленным лицом? — вопросительно приподнял левую бровь Роберт Линн, убийственно глядя прямо мне в глаза.

— Я хотела просто поздороваться…

— Вы шпионили за ним? — повторил тот, будто не слыша меня вообще.

— Да. — все вокруг затихли, и даже охрана высказывала немой интерес к происходящему. — Он зашёл в здание капитула, где его уже ждала Её Величество Мария.

— И вы, разумеется, подслушали разговор?

— Да. — я сплела пальцы рук в крепкий замок, положив их на колени. — Судя по звукам, они целовались, но перейти дальше не позволила королева, она напомнила, что в положении. И тогда сэр де Клейнт сказал, что она беременна от него, но Её Величество говорила спокойно, мне показалось, что королева знает это сама.

— Что было потом? — теряя терпение спросил Линн.

— Её Величество… она…

— Леди Грейс, не заставляйте меня применять грубую силу. Я не посмотрю на то, что вы женщина.

— Она сказала… сказала, что больше никто об этом знать не должен, потому что она планирует посадить ребёнка на трон.

— Вы понимаете, что будет, если выясниться, что это клевета?

— Да. — я нервно перебирала складки на ткани платья. — Ваше Высочество, позвольте мне рассказать ещё одну вещь! — выкрикнула я, когда Роберт Линн уже отходил в двери. Он развернулся ко мне и небрежно махнул рукой, позволяя начать. — В тот день меня чуть не поймали у двери. Я притворилась, будто только зашла в коридор, потому что искала Её Величество. Королева мне поверила, а вот сэр де Клейнт… Я д-думаю, что это он пытался утопить меня тогда.

— Что ж, это определённо откроет нам глаза на некоторые детали, леди Грейс. — канцлер угрожающе приблизился ко мне. — Но почему вы молчали почти два месяца!?

— Я боялась, что мня обвинят во лжи. К тому же я была не уверена в правдивости этого.

— А что изменилось сейчас?

— У меня нет другого выбора.

— Хорошей лжи нужны подробности.

— Я не лгу, Ваше Высочество. Клянусь Богом.

— Готовы ли вы тогда сложить голову на благо правды? — он заинтересованно наблюдал за мной, изучая каждое малейшее движение моего лица.

— Если это пойдёт на благо нашему королю — да. Поэтому я не лгу. — я не совсем считала так, но по другому убедить канцлера мне не удастся.

— В последнее время вы всё больше находитесь поблизости с Его Величеством. — Линн, словно голодный коршун кружил вокруг меня, обходя стул, на котором я сидела. — Порой вы забываетесь, позволяя себе слишком многое. И это весьма объяснимо. Практически фаворитка короля. Вы будто взлетели надо всеми другими. Но знаете ли вы, леди Грейс, что убивает человека, летящего вниз? Падение?

— Приземление. — максимально спокойно произнесла я через несколько секунд раздумья, посмотрев канцлеру в глаза. — Человека убиваете приземление.

Я понимала, что это всего лишь ещё один способ надавить на меня или запугать. В голове я всё время прокручивала слова Элизабет: "Ты должна владеть своими эмоциями. Будь сдержана". Так я и держалась. Да, мне было страшно, но я не велась на эти игры с разумом. Линн посмотрел на меня в последний раз, и в его глазах я увидела одобрение. Я запретила себе заламывать пальцы.

— Спасибо за содействие в расследовании, леди Грейс. — сказал Роберт, направляясь к двери.

Меня отпустили, но чувства свободы у меня так и не появилось. Я не знала как отреагирует на это Раймонд, ведь мои слова, определенно, доберутся до него. Разозлиться ли он, когда ему расскажут, что я всё это знала с самого начала? Он придёт в ярость, вне всякого сомнения. Мы так часто начали проводить время вместе. Когда я была свободна от работы, то очень часто коротала время в королевской библиотеке с Его Величеством, а пару раз устраивали конные прогулки. Я бы сказала, что Раймонд доверял мне. А что будет теперь? А также мне не давал покоя тот факт, что теперь все узнают о делишках королевы Марии и её любовника. Я даже представить боюсь, что с ними сделают.

После допроса я вернулась в свою комнату, где уже сидела опешившая от жизни Полин. Когда я зашла, девушка впилась в меня глазами, взглядом провожая до моей кровати. Я прикидывалась, что не замечала этого, потому что мне не хотелось сейчас спорить с ней. Мне было и без того тошно. Но намёков Полин, видимо, не понимала, поэтому вскоре воздух сотряс её голос.

— Ты всё знала, да? — презрительно прищурилась она. — Поэтому ты не удивлена. — но я не отвечала ей, и открыв первую попавшуюся книгу, я попыталась начать читать, но в итоге просто бездумно пялилась на пожелтевшие страницы. — Ты ведь знала это? Отвечай!

— Кто ты такая, чтобы я отчитывалась перед тобой? — я оторвала взгляд от страницы и медленно перевела его на девушку, сидящую передо мной. — Может быть ты королева? Или старшая фрейлина? Нет. Вопрос закрыт. Не мешай читать.

— Да как ты смеешь?! — ахнула Полин и пошатнулась, как-будто я её ударила. Она поднялась на ноги, быстро оказалась рядом со мной, и выхватив книгу из моих рук, швырнула её в сторону.

— Эта книга числиться в королевской библиотеке. И если помнётся хоть одна страничка, сама будешь объяснять почему она в таком состоянии. — совершенно спокойно ответила я, проследив глазами за бедной книгой.

— Слушай меня сюда, — она схватила меня за плечо и с силой потянула к себе на встречу, — да что ты вообще о себе возомнила? А я говорила ведь, предупреждала, что нужно гнать тебя отсюда как можно дальше. В тебе нет ничего благородного. Я не удивлюсь, что ты на самом деле какая-то оборванка, обманом попавшая во дворец. Ты явно что-то скрываешь, и помяни моё слово, я узнаю это. Полетят головы, я тебе обещаю. — она зло оттолкнула меня от себя, рассчитывая на то, что я ударюсь об стену, но я вовремя остановилась.

— Это угроза? — усмехнулась я, отмечая про себя, что сероглазая девица стала куда более нервознее в последнее время, ведь раньше она не позволяла себе трогать меня, а тем более угрожать так напрямую.

— А ты не такая тупая, как я думала.

— А ты ещё и думать умеешь? — я удивлённо выгнула бровь, наблюдая как моя соседка багровеет от злости, сжимая руки в кулаках, крылья её носа стремительно раздувались. — Ударишь меня? И это по-твоему благородство?

— Да. Я, в отличии от тебя, родилась в знатной семье. Моя матушка в своё время была главной фрейлиной. А кто ты? Никто.

— Твоя мать добилась таких высот, а не ты. Что сделала ты в своей жизни сама? Не твои родители, а ты. Родилась в богатой семье? Это не твоё достижение, Полин. Это просто открыло для тебя больше дорог, чем другим. И всё же. Я осталась сиротой и без денег к тому же, но сейчас я стою здесь перед тобой. В данный момент мы равны. — я поднялась на ноги, уничтожая её взглядом, но лицо моё оставалось абсолютно спокойным. — И никакая ты не благородная, только позоришь свою семью. Бегаешь по ночам к мужчине, а приходишь под утро. Тебе платят за это, да? Опустилась на уровень обыкновенной проститутки. Что скажут твои родители?

Я обошла Полин и пошла к углу, чтобы подобрать книгу. Я присела на корточки, проверяя целая ли книжка или нет. К счастью, она никак не пострадала.

— Они бы обрадовались. — гордо усмехнулась девушка за моей спиной. — Потому что я ходила к Его Величеству всё это время.

Моё сердце пропускает удар, лицо бледнеет, а из лёгких пропадает воздух. Я начала задыхаться, едва не уронив книгу из рук. Грудную клетку словно кто-то сильно сжимал в тисках. У меня даже в мыслях не было, что она могла спать с Раймондом. Я вообразила себе сказку, где всё будет так, как я захочу, но в итоге получила нож в спину. Если я раньше, словно парила над землёй от радости, то теперь мои крылья вырвали, и я стремительно лечу вниз. Я сильно сжимаю губы, стараясь не выдавать своё состояние. Я вспомнила сегодняшний допрос. Убивает не падение, а приземление. У меня ещё есть все шансы взлететь, ну или хотя бы зацепиться за что-нибудь пока я не разбилась. Я поднимаюсь на ноги, и высоко подняв подбородок, поворачиваюсь обратно к соседке. Та стоит с улыбкой чеширского кота на лице.

— Не хочу тебя расстраивать, дорогая, но ты уже почти месяц ночуешь в комнате. — я пытаюсь говорить ровным голосом. — А это значит, что ты наскучила королю и больше ему не нужна.

Теперь моя очередь наблюдать, как мучается Полин. Самодовольной улыбки на её лице и след простыл. Она, конечно, быстро пришла в себя, но мне хватило и тех секунд, чтобы понять, что я её задела.

— А если я беременна? Ты не подумала об этом? — она всё ещё пыталась унизить меня, самоутверждаясь.

— И что? Вряд ли Его Величество жениться не тебе. Поэтому отправят тебя в другой дворец, где ты тихонько родишь себе бастарда. — я подошла к своей кровати, положила книгу, и решив, что не хочу больше здесь оставаться, направился к входной двери.

Последнее слово осталось за мной. Выходя из комнаты, я не разу не обернулась. А всё было бы сейчас нормально, не открой Полин свой поганый рот. Я бы преспокойно сидела бы за чтением, отвлекаясь от происходящего во дворце. Ведь я не хотела с ней ругаться. Но и позволять этой девушке вытирать об себя ноги я тоже не могла. Мне срочно нужно проветриться и успокоиться иначе я точно брякнусь в обморок. Походя мимо лестницы, ведущей в подвал, я услышала чей-то крик, разрывающий душу. Я остановилась и прислушалась. Вопли не прекращались, и я предположила, что там вполне могут кого-то сейчас пытать. Например, де Клейнта, чтобы тот признал свою вину. Я больше не смогла выносить эти звуки и поспешила убраться прочь. Я бы очень хотела сейчас заснуть, чтобы оказаться в Хьюстоне, где всё более-менее. По крайней мере, меня не пытаются там убить и нет дворцовых интриг. Хотелось позвонить Тео и поговорить с ним, а потом пойти в кафе с Калебом и Зои, наблюдая как они вечно переговариваются друг с другом.

Глава 15.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я сидела в конюшне, укутавшись в плащ. Кто бы мог предположить, что когда-нибудь спокойствие я найду именно в этом месте. Первым делом я собиралась пойти в библиотеку, ведь там так тихо, но побоялась встретить Раймонда или кого-то ещё, поэтому я незаметно для себя забрела сюда. Несмотря на холод и не самый приятный запах, я смогла отчистить мысли. Ржание лошадей, к моему удивлению, успокаивало меня.

Я погладила бархатный нос гнедой лошади. Глубокие карие глаза коня глядели на меня, густой пар выходил из его ноздрей, а я задумчиво смотрела куда-то сквозь животное. Недалеко от меня послышались шаги, и первым моим порывом было быстро куда-нибудь спрятаться, но я осталась стоять на месте, едва шелохнувшись. Я боялась, что это мог быть Раймонд. Но в любом случае, я не смогу избегать его вечно и рано или поздно мне придётся с ним поговорить… Если он вообще станет слушать. Я повернула голову на звук, и к моему несчастью, в конюшню зашёл герцог Бедфорд. Я всего лишь молча склонила перед ним голову, присела в книксене, а потом отвернулась к лошади.

— Так и будете молчать? — раздался его голос где-то далеко за моей спиной.

— Мне стыдно перед вами.

— Вы напуганы и это весьма понятно, но в этом нет ничего постыдного. — сказал мужчина, и обернувшись, я увидела, что он заходит в денник к серому коню. — Вас можно понять.

— Думаете, нужно было сказать раньше? — с болью в сердце спросила я, наблюдая за Бедфордом.

— Нет. — он отрицательно покачал головой. — Вам, вероятнее всего, не поверили бы. А сегодня вы держались просто замечательно. Роберт Линн был в восторге от вашей выдержки.

— Благодарю. — я на секунду задумалась, а потом спросила то, что меня тревожило уже очень давно: — Милорд, скажите, что будет с Её Величеством и сэром де Клейнтом?

— Де Клейнт пока не признал своей вины, но Его Высочество уже почти вытянул из него всё что нужно. А как только мы получим признание, то их обоих отправят в Тауэр, где приговорят к казни.

— Королеву казнят? — в горле застрял ком, дыхание спёрло.

— Верно. — мужчина вышел из денника, закрывая дверцу за собой.

— А как же ребёнок?

— Он никак не связан с королевской семьёй, соответственно, никому до него не будет дела.

— Но разве так можно? Ведь малышка не виновата в ошибках своей матери!

— Всё решает король, леди Грейс. Как он распорядится, так всё и будет. А теперь, прошу меня простить, но я должен идти. — герцог почтительно кивнул мне в знак прощания, также как и я ему. Но почти у выхода из конюшни, он остановился. — Вам стоит вернуться в замок. Вы всё ещё являетесь фрейлиной Её Величества.

Сразу же как я вернулась, меня тут же позвала королева Мария. Она сидела на кровати, укрытая большим одеялом, и держа на руках свою только что родившуюся дочку, горько плакала. Войдя в покои, я на пару секунд застыла в дверях. Я провожу целые дни рядом с Её Величеством вот уже почти три месяца и ни разу не видела, чтобы она показывала свои эмоции так явно. Её открытые страдания и слёзы ввели меня в ступор, также как если бы я наблюдала за тем, как с неба падают слоны.

Вокруг кровати королевы стояли её фрейлины, и как только подошла я, то все были в сборе. Сьюзан очень тихо пела песню на неизвестном мне языке, казалось, что это колыбельная. Королева что-то шептала на ухо маленькому ребёнку, не сдерживая горьких слёз. У меня сердце обливалось кровью, ведь я знала их дальнейшую судьбу. И все в этой комнате это знали.

Я посмотрела на Кэрол, которая стояла справа от меня. Девушку била мелкая дрожь, а сцепленные в замок руки, лежащие на юбке нежно-голубого платья, ходили ходуном. Кожа моей подруги сделалась словно фарфоровой, а завсегдатый блеск в глазах угас. Мы все были похожи на людей, которые пришли на похороны. Так и было в каком-то смысле. Как только Джек признается, а он это сделает, не выдержав пыток, он и Мария умрут. Несмотря на то, что я знаю королеву так мало, я сама готова была заплакать. Я в какой-то степени брала с неё пример. Несмотря на внешнюю холодность, она всегда была милосердной и хорошо относилась к прислуге, уважала нас, относилась понимающе, давала нам выходные и почти не тревожила по всяким мелочам. По рассказам Нэнси, мать Его Величества ничего не делала сама. Вокруг неё вились фрейлины, словно та была парализованной. Она была властной и жестокой женщиной, и если кто-то не происходил из благородной, знатной и богатой семьи, того она не считала человеком. А к прислуге вообще относилась, будто они мебель.

В комнате стояла гробовая тишина, когда сюда вошёл Роберт Линн и ещё несколько мужчин. Сьюзан запнулась, а после и вовсе перестала петь. Проходя мимо, Линн кинул на меня мимолётный взгляд. Он подошёл к кровати Её Величества и кротко поклонился. Изнеможённая Мария с мольбой посмотрела на главного канцлера королевства, но тот даже и бровью не повёл. Уставшая и обессиленная женщина крепче прижала к груди маленькую девочку, которая вела себя тихо. Она плакала только один раз — когда её впервые отняли от матери. А сейчас же слышалось тихое сопение малышки. Мне стало так холодно, будто я в нижнем белье прыгнула в холодный сугроб с головой и осталась там, так и не выбравшись.

— Ваше Величество, — начал Линн, — вы обвиняетесь в измене королю и приговорены к казни. Сегодня будете сосланы в Тауэр, завтра ваше наказание придёт в исполнение.

— Что будет с Софией? — измученно спросила королева, а Нэнси громко разрыдалась.

— Её отошлют и лишат всевозможных титулов. — отчеканил Роберт Линн. — Вечером вам предстоит перенести поездку. Готовьтесь.

Вскоре покои вновь опустели. После визита Его Высочества положение только ухудшилось. Мы и так все знали, чем это обернётся, но когда наказание произнеси вслух, призрачная надежда ускользнула раз и навсегда. Мне было невыносимо жаль и маленькую девочку, Софию, ведь она виновата только в том, что родилась на свет. Дети всегда расплачивались за грехи и ошибки своих родителей. И такое случалось часто. Пока Нэнси обливалась слезами, а Мод пыталась её успокоить, приобняв за плечи, Её Величество посмотрела на меня. Взглядом она метнулась к Кэрол, которая выглядела как мертвец, а затем — к Полин, стоящей по мою левую руку.

— Леди Грейс, подойдите, прошу вас. — сломанным голосом прошептала королева.

Все, включая меня, удивлённо уставились на неё. Я послушно подошла к краю постели. Мария поцеловала дочь в макушку и протянула ребёнка мне. Сердце пропустило удар, я приняла Софию трясущимися руками. Девочка проснулась и громка заплакала. Я перепугалась, ведь никогда ранее в жизни я не то чтобы новорожденных детей в руках не держала, я из даже вблизи-то не видела! Я неумело принялась укачивать малышку, одновременно поправляя пелёнку, в которую она была завёрнута. Королева приняла сидячее положение с большим трудом, к ней сразу же ринулась Сьюзен, чтобы поддержать её.

— Унеси её. — велела Мария, глядя на ребёнка красными заплаканными глазами, в которых отчётливо читалась боль. — Грейс, позаботься о ней на сколько твоих сил хватит. Это последняя моя просьба к тебе.

— Я сделаю всё возможное, Ваше Величество. Даю слово. — мне было настолько плохо и тяжело, что казалось, будто моё сердце кто-то сжал в кулак с невероятной силой.

Больше Её Величество не сказала мне ни единого слова, и попыталась подняться с кровати, что давалось её ужасно тяжело. Я поклонилась и вышла из её покоев, не зная куда мне теперь податься. Господи, она доверила мне свою дочь, не зная того, что я буквально недавно сделала то, из-за чего её теперь убьют. Это я рассказала Линну всё, что мне известно. В горле застрял огромный ком, мешавший мне даже дышать. На моих руках плакала София, и я не знала куда мне идти. Ничего лучше не придумав, я отправилась в лазарет, надеясь, что там я найду помощь. Зайдя в просторную комнату с множеством кроватей, я отыскала повитуху. Женщина в возрасте сразу помогла мне успокоить ребёнка, а также послала свою помощницу, чтобы та отыскала женщину, которая смогла бы выкормить ребёнка своим молоком.

— Вы совсем бледная. — сказала мне повитуха, после всех долгих манипуляций с ребёнком. — Вам нужно отдохнуть, леди, иначе вы рискуете упасть без сознания.

Она была права. Потому как я сегодня на ногах с самого утра. Под сильнейшим давлением из меня вытянули показания, потом я узнала, что не так давно Раймонд спал с Полин, на меня успели взвалить огромную ответственность в виде новорожденной девочки, и я крутилась вокруг неё последние два часа, пока она наконец-таки не заснула. И это ещё вечер даже не наступил. Напомню, что мне две недели назад исполнилось восемнадцать лет, по законам Соединённых Штатов я даже не совершеннолетняя!

— Ступайте, отдохните. — врач повела меня к двери. — Девочка слабая и должна ещё находиться под присмотром лекарей. Вы пока ничем помочь не сможете, разве что у вас есть медицинское образование.

— Спасибо большое. — я совершенно выбилась из сил, поэтому поблагодарив женщину, я взглянула на кроватку, где мирно посапывала София и вышла из лазарета.

Я шла до своей комнаты в шоке от происходящего. Почему Её Величество выбрала меня? Почему отдала ребёнка, которого так любила именно мне, а не Нэнси, например? Что может сделать восемнадцатилетняя девочка с новорожденном ребёнком? И не будем забывать, что я нахожусь не в двадцать первом веке, где развита медицина и прочее. Стоит лишь Софии заболеть обычной простудой, как это будет грозить ей гибелью. Из моих глаз медленно побежали непослушные струйки слёз, а руки и ноги тряслись как в припадках эпилепсии. Я шла вперёд никого и ничего не замечая на своём пути, пока не врезалась в чью-то грудь. Подняв голову, меня словно током ударило. Я молниеносно стёрла с лица слёзы и склонилась в поклоне.

— Ты всё знала с самого начала? — прозвучал низкий голос прямо над моим ухом.

— Да, — я посмотрела в серые глаза, которые стали причиной моих бессонных ночей. — Я не была уверена в этом. К тому же, сказав это ранее, вы бы поверили?

Раймонд сжал челюсть, заставляя свои скулы отчётливо выделяться на лице. Я сдерживала себя всеми силами, чтобы не коснуться их. Золотая корона на его голове, украшенная многочисленными драгоценными камнями, переливалась в тусклом свете свечей. Раймонд молчал, но я поняла, что он ответил бы "нет".

— Через час отправишься с Марией в Тауэр. — приказал мужчина, смотря куда-то поверх меня, а мне вновь, будто наступили ногой на горло. Раймонд не говорил больше ни слова, но всё также стоял передо мной, словно ожидая что-то.

— Как прикажете, Ваше Величество. — я поклонилась. — Позвольте мне пойти и приготовиться.

Он кротко кивнул, а я обошла его. Теперь я даже поспать не смогу. А было бы неплохо хоть на пару минут оказаться в первой параллели и передохнуть от всего этого. Мне просто было необходимо отдохнуть хотя бы чуть-чуть. У меня есть ещё час. Я забежала в комнату и на всём ходу грохнулась на кровать. Я даже не заметила, что здесь нет Полин. Как только моя голова коснулась подушки, конечности сделались ватными, я провалилась сон.

༻ ❀ •༺

Я облегчённо вздохнула, когда проснувшись, я обнаружила, что нахожусь в своей комнате в Хьюстоне. Больше не чувствовалась физическая усталость и конечности не ныть, но вот морально я была просто разбита на осколки. Вскочив с кровати, первым делом я рванула на кухню, потому что была адски голодной. Мама и папа в обнимку сидели на диване и смотрели фильм по телевизору.

— Грейс, всё хорошо? — крикнула мне в след мама.

— Да-да, просто проголодалась. — я достала из холодильника суп, и пока он разогревался в микроволновке, я писала сообщение Тео, спрашивая занят ли он или нет. А потом заметила сообщение в общем чате с Калебом и Зои.

Калеб: Видели, вышел новый фильм? Может сгоняем в кинотеатр?

Зои: Да, да и ещё раз да! Мне так понравился трейлер! А что насчёт тебя, Грейс?

Я: А я уже смотрела его. С родителями недавно ходили. Но вы сходите, фильм хороший.

Да, я решила соврать, потому что хотела чтобы друзья пошли в кино вдвоём. Не хотела быть третьей лишней. Да и настроение нет на комедии ходить. После обеда, я не дождавшись звонка от Тео Сент-Мори, собиралась пойти почитать, но родители предложили посмотреть с ними телевизор. Я не стала возражать и устроилась на диване рядышком. Но я почти не обращала внимание на то, что показывали на экране. Мне срочно нужно было обсудить происходящее со знающим человеком, но Тео не отвечал ни на сообщения, ни на звонки. Сердце кольнуло от мысли, что с ним могло что-нибудь случиться. Я попыталась отмахнуться от этого.

— Что с тобой, Грейс? — обратился ко мне папа, но я так глубоко ушла в себя, что не расслышала вопрос.

— М? — я перевела взгляд на отца, но смотрела сквозь него.

— Ты в порядке? — спросил папа, и мой туманный взгляд тут же прояснился.

— Да, всё отлично. Просто я устала. — я бы сказала, что устала больше в моральном и психическом плане.

— Устала? — усмехнулась мама. — У вас в школе каникулы, ты сутками торчишь дома и почти не выходишь на улицу. В последнее время ты всё чаще начала летать в облаках и перестала помогать по дому. Совсем от рук отбилась. От чего же ты тогда могла устать, а?

Я бы привела ей сто причин моей усталости, но всё равно это будет пустым занятием. Мне бы никто не поверил. И поэтому я предпочла молчать. Я так хотела попасть домой, думала, что хотя бы здесь смогу отдохнуть, но ошиблась. Мама не переставая заваливала меня вопросами, а я молилась, чтобы это закончилось как можно быстрее. Моя голова и без этого готова была взорваться. Совсем скоро я сяду в карету, а затем поеду в Тауэр с Её Величеством королевой Марией. Я дала ей клятву, что буду заботиться о её дочери, но как я смогу сдержать своё слово, если я всего лишь фрейлина? Наверное, стоило об этом подумать раньше, но тогда у меня просто язык не повернулся отказать. К тому же в голову закрадывались плохие мысли, ведь когда Марию казнят, куда денусь я? И что я буду делать, если Раймонд жениться на ком-нибудь? Я не могла претендовать на место его жены, но без сомнений сказала бы, что между нами точно что-то происходит. Какая-то ранее не виданная мне химия.

— Или всё дело в том молодом человеке, с которым ты вечно созваниваешься? — вдруг выдала мама, а я даже содрогнулась от такого.

— Ты сейчас серьёзно? Про Калеба? — я попыталась притвориться дурочкой, но мама сдаваться явно не собиралась.

— Ты знаешь про кого я! — рявкнула она, перекрикивая фильм. — Тод бы узнал Калеба, а это был другой парень. Кто он?

— Тод? Ты действительно поверишь какому-то Тоду, а не своей дочери? — я вскочила с дивана, яростно уставившись на свою мать. — И к тому же, какая разница с кем я общаюсь? К чему ты вообще начала этот разговор?

— Так, хватит! — папа встал рядом со мной и с упрёком глянул на свою жену. — Мэй, что ты заладила? Наша дочка уже не маленький ребёнок, и нам стоит начать её воспринимать как взрослого и умного человека. И я вполне считаю, что Тод мог и приврать.

Мама в ярости поднялась с дивана, и сохраняя молчание, удалилась в спальню, громко хлопнув дверью. Я застыла посередине гостиной, а папа поспешил выключить телевизор. Поблагодарив отца, я тоже отправилась в свою комнату. Вот и отдохнула называется. Я включила сериал на ноутбуке, чтобы хоть как-то отвлечься от всего хауса, происходящего вокруг меня. Раньше мы практически не ссорились.

Глава 16.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я стояла рядом с Её Величеством и держала перед ней подушку с украшениями. Мария трясущимися руками надевала их на себя. Мы были в одной из тёмных, сырых и пугающих комнат в башне. Холод пробирал до костей, резал лицо словно бритва, но никто не смел жаловаться. За высокими каменными стенами слышались разгневанные крики людей, занявшие всю площадь.

— Ваше Величество, пора. — сказал один из стражников.

Мария высоко подняла подбородок и гордо зашагала прочь из комнаты, вниз по лестнице и вышла на улицу. Мы шли чуть поодаль. Но меня в последний момент отправили в другое место. Но перед этим Мария напоследок обняла всех нас.

Раймонд царственно восседал на балконе в короне, золотых цепочках. Он одним движением велел мне подойти к краю балкона. Я увидела, что королева медленно поднимается на эшафот, возведённый напротив Белой башни, с каменным лицом. Справа от неё стоял мужчина с мечом. Пока она шла ей зачитывали приговор. Её Величество подошла к месту казни, сняла с себя все украшения. Десятки пар глаз наблюдали за этим, кто-то кричал, что она женщина лёгкого поведения, кто-то плакал, а кто-то просто молча смотрел.

— Я не обвиняю никого. И подчиняюсь закону, который осудил меня. Пусть Господь даст нашему доброму королю долгую и счастливую жизнь. — её громкий голос вместе с ветром пронёсся по площади. — Я прощаю судей, прощаю палача. Люди, пусть Господь хранит ваши души и днём, и ночью.

Мария пустилась на колени, Нэнси, стоящая рядом с ней завязала ей глаза тканью из чёрного бархата и перебросила волосы на одну сторону. Мария кинула последний взгляд в толпу, и те затихли. Они склонили голову перед ней, на площади была гробовая тишина, лишь пронзительный ветер свистел над нашими головами. Фрейлины помогли раздеться ей до одной только нижней юбки. Мария положила голову на подушку и вытянула руки в разные стороны, тихо произнося молитвы.

Фрейлины сошли с помоста тоже тихо бормоча себе под нос священные слова. Плачь замахнулся, и одним чёткий и резким ударом холодный металл вошёл в нежную кожу. Я содрогнулась, будто меня со всей силы ударили в живот. Я не хотела смотреть, но Раймонд, стоявший позади, не дал мне возможности отвернуться. Я открыла глаза и узрела как отрубленная голова покатилась по деревянному эшафоту, который возвышался над толпой. Раздался пушечный выстрел, оповещавших всех о конце казни. Подушка, как и меч, была в крови, а безжизненное тело бывшей королевы упало на пол. Её голову подняли за волосы и куда-то понесли. Меня едва не вырвало от этого зрелища. Я застыла в немом шоке, парализующем мои конечности. Ужас полз по коже, пульсировал в груди. Десять минут назад я стояла рядом с этой женщиной, восхищалась её выдержкой, разговаривала с ней, а теперь она мертва.

— Запомни это, Грейс, — прошептал мне на ухо Раймонд, обжигая своим горячем дыханием, — у мёртвых нет титулов.

Я истерично сглотнула и куда заметнее начала дрожать. Хотелось плакать, но я не могла, перед глазами оказалась белая пелена и люди, стоявшие на площади, казались мне размытыми пятнами. Определённо, мой сегодняшний завтрак просился обратно наружу, но я сдерживала рвотный позыв, с силой зажав рот руками. Люди стали расходиться. Боже, ведь для них подобное мероприятие — развлечение. Я уверена, что вчера, когда приговаривали Джека, здесь тоже было много народу.

Королеву… Марию казнили сегодня, потому что ждали особого палача, который не дал бы ей страдать, снеся голову одним точным ударом. А вот де Клейнту явно пришлось помучаться перед смертью.

— Пойдём, ты замёрзла. — король заботливо подтолкнул меня к лестнице, ведущей вниз. Выйдя на улицу, я собиралась сесть в карету к остальным фрейлинам, но Раймонд мне не позволил и велел сесть верхом.

— А если я упаду? — спросила я, подъезжая к Раймонду.

— Не упадёшь. — ответил тот, и выслал свою белоснежную лошадь в галоп.

Мне ничего не оставалось, как последовать его примеру. А за нами потянулась огромная вереница стражи. Холод выжигал слёзы на моём лице, а прорезающий ветер резал мне лицо, как лезвие, но чувствуя под собой тёплое животное, я начинала постепенно согреваться. Я позволила лошади бежать самой, а сама была погружена в свои мысли, в которых совсем скоро я утону.

К слову об утопленниках, если де Клейнта казнили, то это значит, что мне больше нечего опасаться во дворце?

По возвращению во дворец, мне нужно было поговорить с королём, и так как карета ещё не приехала, мы с Раймондом фактически были одни, не считая стражи. Когда он спешился, я сразу поспешила к нему, всучив свою лошадь одному из конюхов, что в мгновенье оказались рядом с нами. Я подлетела к королю, но путь мне преградил Роберт Линн. Я уж было хотела ему возразить, но король спокойно поднял руку наверх, тем самым дав знак, чтобы канцлер пропустил меня.

— Ваше Величество, — начала я, когда мы вдвоём отправились во дворец, — а что будет теперь?

— В каком смысле? — он склонил ко мне голову.

Мы шагали по заснеженной тропинке, мимо белых кустов живой изгороди. Где-то позади слышались хрустящие звуки шагов, но я привыкла их не замечать, когда нахожусь рядом с королём.

— Нас выгонят из дворца? — спросила я, имея ввиду всех фрейлин, ведь служить нам больше некому.

— Выгонят? — усмехнулся Раймонд, положив свою ладонь мне на талию. — Кого-кого, но точно не тебя, Грейс. Моя сестра давно хотела пару новых служанок, вот кто-то из остальных к ней и отправиться.

— И что мне делать тогда? Ждать появление новой королевы? — почему-то только от одной такой мысли моё сердце защемило.

Когда он был женат на Марии, я могла это перенести, ведь Раймонд не особо любил эту женщину, особенно в последнее время. Но что будет если он встретит другую? Как я буду работать на неё, зная, что человек, к которому я не безразлична, любит её? Мне стало невыносимо плохо. Хотя я понимала, что я даже и мечтать не могу о том, чтобы Раймонд остался со мной… Он ведь король, а мы с Средневековой Англии.

— А ты хочешь, чтобы появилась новая королева? — он придержал меня за локоть, заставляя остановиться прямо на ступеньках дворца.

— Мои желания не важны…

— Для меня они важны. Ответь, пожалуйста, на мой вопрос.

— Нет, — с выдохом очень-очень тихо прошептала я, а на лице Раймонда растянулась улыбка.

༻ ❀ •༺

Я, Кэрол, Нэнси и Сьюзан с похоронным видом стояли над кроватью малышки в лазарете. Только что от неё ушла женщина, которая кормила её грудью. Она не молода и у неё было трое детей, но вот имя, к сожалению, я так и не спросила. София спала, закутавшись в маленькое одеяло. И вновь в воздухе повисла гробовая тишина. Рыжие редкие и короткие волосы Нэнси больше не прятались под головным украшением как всегда, теперь их можно было спокойно рассмотреть. По ней было видно, что она снова едва сдерживала слёзы, глядя на маленького ребёночка. Круглолицая Сьюзан в последнее время была белее мела, но эмоции старалась не показывать.

— Бедная сиротка, — отчаянно всхлипнула Нэнси сломанным голосом, — ни отца, ни матери. Никого не осталось.

— Пока у неё есть мы. — заметила я, мягко дотронувшись до коренастого плеча фрейлины.

— А толку-то? — женщина посмотрела на меня своими маленькими глазками-бусинками. — Грейс, ты ведь тоже сирота… Прости, что я завела разговор.

— Всё в порядке. — грустно улыбнулась я, от осознания, что мне придётся врать в такой момент. — Я хотя бы знала своего отца.

— А как они погибли? — спросила Сьюзан, а я истерично начала придумывать что-то.

— Мама умерла при родильной горячки, а вот отец совсем недавно. Разбойники вломились в дом, украли все драгоценности, а папа просто оказался ненужным свидетелем.

— Неужели никто не взялся расследовать это?

— А кому это надо? — хмыкнула я. — Я уже давно смерилась с этим.

— Но…

— Пожалуйста, давайте закроем тему. — я на корню пресекла все остальные вопросы, ведь мне и без того было плохо.

Я опять врала и врала. Даже у кровати новорожденного ребёнка, родителей которого публично казнили, я лгала, чтобы хоть как-то успокоить фрейлин. Я сжала юбку платья длинными пальцами.

Помню, как когда-то люто жаловалась на эти наряды. Конечно, я и теперь терпеть их не могу с этими дурацкими корсетами, но всё же попривыкла немного. Мы продолжили разговор, но теперь он не касался меня или Софии и её родителей, от чего многим в этом помещении сделалось легче. В тот момент я даже не задумывалась где могут прохлаждаться Мод и Полин, и в принципе, мне было абсолютно плевать. После нашей громкой ссоры с моей соседкой мы не сказали ни слова друг другу напрямую.

Мы уже собирались отойти от кроватки ребёнка, как в лазарет влетели две раскрасневшиеся фрейлины в чёрных платьях. Так и не переоделись после казни, как в прочем, и мы. Две хорошо известные мне темноволосые девушки подскочили к нам. Нэнси грозно указала на спящую Софию, тем самым обозначив, чтобы те говорили тише.

— Пришёл приказ… — пытаясь отдышаться заговорила Полин.

— … девочку завтра отошлют вместе с, — продолжила Мод обводя нас глазами, — с Нэнси.

Вновь наступила тишина. Мне чутко хотелось выкрикнуть "что?!", но я сдержала себя, открыв рот. Сердце непроизвольно сжалось. Я не знала почему так отреагировала, ведь по сути дела, так правильнее. Нэнси взрослая женщина и ей под силу справиться новорождённой, к тому же она очень ответственная и работает здесь дальше нас остальных вместе взятых. Но с другой стороны — Мария просила меня позаботиться о дочери. Может быть, я просто стояла ближе всех к её кровати? И к тому же, если я уеду с ребёнком, то вероятно, больше никогда не увижу Раймонда. И вот опять я разрываюсь. Успокаивала себя лишь тем, что я не могу оспаривать приказы, пришедшие сверху.

— Это не всё. — лукаво стрельнула глазками Полин. — Я теперь буду служить самой принцессе. И я очень благодарна ей, что она смогла выделить меня из общей серой массы.

Мне захотелось усмехнуться, что это просто от неё пытаются избавиться, но в присутствии других я не позволила себе этого. Поэтому просто мысленно рассмеялась. Если она и дальше будет так зазнаваться, то я думаю, что Её Высочество выкинет её из дворца при первой же возможности. Когда я видела сестру Ричарда, то она мне показалась весьма адекватной девушкой.

— Остальные остаются здесь? — уточнила Кэрол, спрашивая Полин, но та проигнорировала её.

— Да. — ответила за неё Мод.

— А ещё я слышала, что король скоро жениться. — усмехнулась Полин, глядя на меня, будто ожидала, что я сейчас расплачусь здесь.

— Вот откуда тебе знать? — взорвалась Нэнси, разгневанная её поведением, она не могла терпеть сплетни.

— Надежный источник нашептал. — довольно улыбнулась Полин.

— Кто? Крысы? — вопросительно подняла правую бровь блондинка Кэрол, а я не сдержавшись в этот раз расхохоталась в голос.

Мой звонких смех подхватили Кэрол и Сьюзан, а Нэнси удовлетворительно улыбнулась. Быстро вняв резкий порыв смеха, мы обернулись к Софии, чтобы удостовериться, что она не проснулась из-за нас. Я по привычке протянула руку подруге, чтобы дать ей пять, но Кэрол вопросительно и недоумевающе посмотрела на мою ладонь в воздухе. Я вдруг осознала, что натворила и двинула руку чуть дальше, делая вид, что на самом деле хотела заправить прядь волос за ухо. Я надеялась, что никто этого не заметил, но как на зло всё это видела Полин. Никто не обратил особого внимания на этот мой идиотский жест, но вот Полин, которая видела подозрительность в любом моём движение, внимательно наблюдала за мной с таким лицом, будто вот-вот выведет мня на чистую воду. Хотя по сути, это невозможно.

После этого разговора мы пошли по комнатам. Весь вечер я сидела за книгой, изредка отвлекаясь на довольную Полин, которая порхала между тумбочек и собирала вещи. Я была бесконечно рада, что она уезжает. От одного только её вида мне становилось тошно. Я листала "Лучшее для королей" Эрми Арома со скучающем видом. На заднем фоне Полин что-то восторженно говорила о своей новой должности, а я даже и не собиралась её слушать. Как только она свалит отсюда, я перееду к Кэрол, а Сьюзан, скорее всего, к Мод. Я осознала, что теперь в какой-то степени я свободна. В последние недели после того, как Джек пытался меня утопить и его заставили следить за мной на каждом шагу, я не могла и шагу из комнаты ступить, чтобы он не знал об этом. Теперь я могу шататься по дворцу одна. К тому же я не занята круглосуточной работой. Поэтому я закрыла книгу, поднялась с кровати и направилась к Раймонду. Мне нужно его видеть.

Я побежала к покоям Его Величества, но замерла перед большой дверью, где когда-то Мария пыталась вмешаться в политику государства, но её довольно жёстко осадили. А остановилась я там, потому что услышала громкий несогласный с чем-то возглас Раймонда. Как я поняла, он с кем-то ругался. Но из-за толстой двери я ничего не могла услышать, поэтому мне лишь оставалось догадываться, что там происходит. Я не стала подслушивать, так как никакого смысла всё равно не было, а если меня ещё и застукают, то тогда простыми извинениями не отделаешься. И вообще я до сих пор относительно плохо знакома со законами и наказаниями за преступления. Не могли же они всем подряд головы отрубать на публике?

И всё же я решила подождать короля у его покоев, чтобы не вызывать к себе подозрений. Мне уже хватило того, что я подслушала в аббатстве и не могла жить спокойно несколько месяцев. Я остановилась у двух стражей, что стояли по обе стороны от двери, ведущую в королевскую спальню. Теперь стоило подумать о том, что я хочу сказать Раймонду. Но не прошло и десяти минут моего одинокого и молчаливого ожидания, как король Англии показался из-за угла. Он решительно и агрессивно широко вышагивал вперёд, а желваки ходили ходуном, пока не заметил меня. Я сделала небольшой реверанс. Вероятно, он не ожидал такого поворота, это я поняла по лёгкому удивлению, скользнувшему по его красивому лицу. Раймонд подошёл ко мне и жестом пригласил зайти в комнату, оставляя снаружи свою охрану.

— Зачем ты ходишь по дворцу одна? — спросил он, проходя в глубь комнаты.

— Сэр Джек казнён, мне не угрожает опасность. — говорю я и иду следом.

Я не раз уже находилась в его покоях. Это, определённо, была самая дорогая комната во всём дворце. Каждая накидка, простынь или балдахин над кроватью стоил так дорого, что даже если я продам все свои органы, то всё равно не смогу себе позволить подобное никогда. Комната была светлой и невероятно просторной, как три моих гостиных в Хьюстоне. На стенах висели портреты знаменитых людей — я подозреваю, что это бывшие правители — а под ногами лежал красно-золотой ковёр. Раймонд подошёл к серебряному подносу, взял графин и налил в бокал напиток. Выпив его практически залпом, он вновь обернулся ко мне.

— Де Клейнт не признался в виновности в покушении. — сказал он, а моё сердце оборвалось. — Опасность никуда не исчезла.

— Но… а он не мог соврать?

— Дорогая Грейс, его пытали всеми мыслимыми и немыслимыми способами целую ночь. Он признался во всех деяниях, но до последнего утверждал, что это не он был зачинщиком или исполнителем твоего убийства. Теперь, когда ты лишилась службы к тебе стало подобраться ещё легче, ведь ты больше не находишься в компании королевы. А стало быть и убить легко. Завтра я приставлю к тебе охрану. — он устало поднял глаза и развёл руки, приглашая меня к себе. — Тебе не чего бояться пока я с тобой. — я подошла и уткнулась носом ему в грудь. — Обещаю, что я узнаю кто этот мерзавец.

Я подняла голову, чтобы заглянуть в его светло-серые глаза. Раймонд завороженно погладил одной рукой меня по голове, а второй только прижал к себе ближе. Когда мы установили зрительный контакт, то для меня всё остальное вновь перестало существовать. Я видела только его лицо, а комната сделалась размытым пятном. Я не слышала ничего кроме его дыхания и биение моего сердца. Голова закружилась от нехватки кислорода, а потом Раймонд поцеловал меня. У меня внутри словно петарда взорвалась. Я совсем не понимаю почему так происходит, ведь это уже не первый наш поцелуй после случая в библиотеке.

Солнце уже уходило за горизонт, поэтому из окон начало отливать золотом, будто окрашивая комнату в оранжевые цвета. С каждой секундой властный поцелуй становился ближе, жарче и интимнее. Оторвавшись от моих губ, Раймонд перешёл к шее и ключицам. Я судорожно глотала ртом воздух, едва держась на ногах. Внизу живота жалобно заныло, и я подавила стон. Казалось, что меня просто разорвёт от огромного количества бабочек в животе. Мне хотелось большего, чем простые поцелуи. Никогда ещё меня не охватывало столь дикое желание, которому я просто не могла сопротивляться. Мне было необходимо расслабиться и забыться от всего, что произошло в последние дни. Я почувствовала, что корсет моего платья уже заметно расслаблен. Через несколько мгновений платье оказалось на полу, а я на большой и мягкой кровати. Резкими и грубыми движениями, Раймонд избавлялся от одежды на мне. Он провёл рукой по внешней стороне моего бедра, заставляя меня выгнуться. Король не стал довольствоваться простыми ласками, поэтому совсем скоро и сам оказался без одежды. Его движения были резкими и быстрыми, боль быстро сменилась наслаждением. Я была счастлива, что это произошло с человеком, которого я люблю.

༻ ❀ •༺

— Ты хочешь разделить комнату с леди Кэрол? — повторил Раймонд, отправляя мне в рот виноградинку.

— Да, она хорошая. — я съела виноград и улыбнулась. — Мы с ней подружились почти сразу.

— Если кто-то будет не согласен, скажи, что это мой приказ. — он с такой нежностью убрал прядь моих волос мне за ухо, что по моему телу прошла приятная дрожь.

— Благодарю.

Мы сидели кровати, укрытые белым одеялом абсолютно голые. Конечно не совсем так я представляла свой первый раз, но мне было плевать. Важно только то, что я испытываю сильные чувства к этому человеку, и по всей видимости, это взаимно. Но при этом мне было ужасно стыдно. Сегодня с утра казнили бывшую жену Ричарда, а теперь он спит со мной. Хотя всем во дворце было известно, что он не любил Марию. По крайнее мере в последнее время. Она очень любила впутываться в государственные дела, то и дело указывая Раймонду на что-нибудь, а он терпеть этого не мог.

— Мой отец был прекрасным королём, но отвратительным отцом. Он был тираном. — Раймонд смотрит на меня. — Мой самый большой страх — стать похожим на него. Он казнил моего брата лишь за то, что он стал протестантом.

— У тебя был брат?

— Да. — кивнул Раймонд. — Старший. В детстве мы часто делали канцлеру отца подлянки, а служанку матери постоянно пугали. Нам нравилось, то как она ругалась на итальянском.

Как оказалось, у Раймонда и его покойного старшего брата мать было одна и та же, а у Анны — следующая королева. Мать Раймонда была красивой темноволосой итальянкой с бронзовой кожей. Теперь понятно почему Раймонд предпочёл меня любой другой девушке в королевстве. У него, как и у отца, были другие вкусы на женщин, выбивавшиеся из общей массы.

Я не сдержала улыбки и обняла Раймонда, прижавшись его его обнажённой груди. Лёжа сейчас с ним здесь, мне сделалось так спокойно. В голове больше нет сомнений и тревожных мыслей, которые душили меня, затрудняя жизнь. Я просто не думала ни о чём. Было плевать на эти глупые параллели и проблемы, связанные с ними. Для меня теперь есть только здесь и сейчас. Я понимала, что этот райский момент скоро закончится, поэтому позволила себе насладиться полностью. У меня было ощущение легкости и полёта. Я просто лежала на широкой груди мужчины, обнимая его, а Раймонд ласково гладил мои распущенные локоны, которые ниспадали на мою голую спину. Мы ещё очень долго просто лежали и разговаривали о всякой ерунде. Да, я не люблю пустые разговоры, но с ним мне было интересно даже если бы мы принялись обсуждать погоду.

Раймонд — самый необыкновенный человек, встречавшийся мне когда-либо. При чём во всех смыслах. Мало того, что он происходил из королевской семьи, в свои года твёрдо удерживался на троне, завоёвывая всё новые и новые территории и оберегая старые, так ещё и являлся глубокой личностью. Мне, как современному человеку, очень увлекательно было слушать его точку зрения на различные темы. Когда разговор коснулся темы гуманизма, то на мой вопрос о надобности войн, Раймонд ответил: "Как гуманист я согласен, но как король — вынужден возразить". Тем самым он ещё раз напомнил мне, что он не обычный школьник из среднестатистического учебного заведения, а глава государства.

Глава 17.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я постоянно кружила над своими друзьями, тщетно пытаясь выведать у них информацию. С момента их похода в кино прошло уже две недели, а они ни словом об этом не обмолвились. На каникулах мы довольно редко виделись, но с выходом в школу всё вернулось в норму. Иногда после уроков я заходила в сувенирный магазин Артура и его матери и помогала с товаром, так как Иннес всё время путалась с наследством, что оставила ей сестра, а в благодарность она угощала меня тёплым какао и пирогами, которые у неё получались просто божественными.

В первый же школьный день Оуэн делал вид, будто не знает меня и здоровался лишь тогда, когда мы стояли друг напротив друга. Зато я отчётливо слышала как Энн на физкультуре хвасталась подарком, который ей подарил её "медвежонок" на их годовщину. И я бы даже не обратила на это внимания, но на следующей перемене я видела, как она поправляет золотой браслет. Тогда я удивленно приподняла брови и усмехнулась, а после рассказала Зои и Калебу обо всём, что случилось между мной и Финниганом. Подруга окрестила его "последним козлом на планете" и потом очень долго огрызалась на любое его действие и передразнивала, когда Оуэн что-нибудь говорил. А мне в свою очередь было всё равно на него, поэтому я вела себя так, как-будто ничего не случилось. Даже после всего я не ощущала дискомфорта рядом с этим человеком, что только подтверждало, что он мне абсолютно безразличен.

— Он разбил тебе сердце, могу я разбить ему лицо? — однажды спросила меня Зои, отрываясь от конспектов по биологии.

Мы с Калебом долго уговаривали её забыть эту ситуацию, потому как кто-кто, а Оуэн сердце мне не разбивал. Меня куда больше беспокоил Тео, с которым я не могу созвониться уже целый месяц. Он будто пропал со всех радаров и провалился под землю. Всякий раз когда я думала о нём, у меня сосало под ложечкой и было не хорошее предчувствие. За все эти дни я отправила ему целую кучу сообщений, которые он так и не прочитал и сотню звонков, тоже оставшихся без ответа, сопровождаемые одними гудками. Если бы не мои друзья и магазин сувениров, где я так часто стала пропадать, то я бы уже, вероятно, сошла с ума.

Мама всё чаще стала пропадать на работе, а домой приходила поздно и совсем без настроения. Мы с папой тревожно переглядывались, и чтобы мы не делали, развеселить маму не удавалось. Она отстранилась от нас, словно выстроив невидимую бетонную стену. Дома стало тихо как никогда. Все рождественские украшения, которые так поднимали мне настроение, мама убрала. Квартира вновь стала строгой и свободной. Минимум деталей и почти никаких украшений. Чёрно-серый цвет в интерьере угнетал, поэтому я большее количество времени проводила в своей комнате. Я сняла гирлянду с ёлки и повесила её на стены в моей спальни, а также не стала убирать рождественские украшения. Моими абсолютными фаворитами были две статуэтки — большой матово-чёрный олень, стоящий на полу, и белый полу-прозрачный ангел с арфой, украшающий книжную полку. Первую мне подарил Калеб на Рождество, а вторую — Зои на день рождение.

А что касалось второй параллели… Наши отношения с Раймондом развивались со значительной скоростью, и с каждым новым днём я всё сильнее к нему привязывалась. Но виделись мы редко, Раймонд был очень занят управлением страной. Один раз я случайно подслушала его разговор с Робертом Линном, который всерьёз полагал, что Франция готовит армию, чтобы пойти войной на Англию. Но зато мы проводили вместе много спокойных вечеров, находя утешение друг в друге. А также Раймонд приставил ко мне охрану, как и обещал. И теперь куда бы я не пошла за мной буквально по пятам следовал Джордж Кинсли, который чем-то напоминал мне Оэуна, разве что он не обижался на меня из-за ерунды и с ним можно было что-нибудь обсудить, когда мне становилось совсем скучно. Джордж являлся хорошим солдатом и невозмутимым молодым человеком с русыми, максимально короткими, волосами. Он был обладателем чистого овального лица и невероятно прямой осанкой — поначалу мне казалось, что он проглотил палку. Кинсли не отличался горой мышц, да и сам по себе был не высоким и относительно худым. Несмотря на это, он прекрасно обращался с оружием, был хорош в рукопашном бою, а также обладал доверием Раймонда.

Совсем скоро после приказа, Нэнси и София отправились в неизвестном мне направлении. Я же, как и хотела, теперь жила с Кэрол. И моя жизнь после переезда стала намного красочнее, ярче и веселее. Когда из дворца убралась Полин, у меня будто груз с плеч упал. Больше никто не следил за мной, пытаясь разоблачить в чём-то плохом. Жить в одной комнате с подругой намного приятнее, чем с такой стервой как Полин, искавшей любой повод, чтобы съязвить мне или унизить. Я делилась с Кэрол очень многим и даже рассказала про Калеба и Зои, частично солгав, что они остались там, откуда я родом.

После казни Марии у нас появилось вагон и маленькая тележка свободного времени, поэтому мы чаще стали позволять себе всякие шалости. В комнате мы примеряли новые платья и подбирали к ним украшения, которые бы идеально подошли. Иногда вдвоём с ней ускользали из-под тщательного наблюдения Джорджа Кинсли, заставляя его бегать по всему дворцу и искать нас. А когда никого не было на заднем дворе, мы играли в снежки. Конечно, балы и официальные мероприятия никто не отменял, поэтому там мы сразу же становились серьёзными фрейлинами бывшей королевы. А в перерывах между балами и ребячеством, мы занимались саморазвитием, изучая различные книги, которые я приносила из библиотеки. А Раймонд очень часто приглашал меня посмотреть на то, как он побеждает Вильяма Бедфорда в теннисе, на специально построенном корте во дворце.

Эти две недели были самыми спокойными и безмятежными для меня в обеих параллелях сразу, если не считать непонятное исчезновение Тео.

Но время — понятие растяжимое. Всё рано или поздно заканчивается. И хорошее, и плохое. Всему однажды приходит конец.

Я прогуливалась по дворцу в сопровождении Джорджа, направляясь в библиотеку, чтобы вернуть книги, которые брала на этой неделе. За окном стоял февраль. Последний месяц зимы не предвещал ничего плохого. Морозы поутихли и постепенно количество снега на улице уменьшалось. Я была в отличном расположении духа, предвкушая сегодняшнюю конную прогулку с Раймондом. Мой путь как обычно проходил мимо, как я её называю, комнаты совещаний. Что удивительно — дверь была не заперта, а немного приоткрыта. Я уловила голос короля и незаметно для себя улыбнулась. Но последующие слова Линна, заставили меня остановиться и замереть посередине коридора. От моей неожиданной остановки, идущий позади Кинсли, едва не сшиб меня с ног, отскочив в последний момент.

— Вы обязаны жениться на Элении Ганс! — вскричал Роберт. — Ваше Величество, это единственный способ скрепить союз с германскими протестантскими князьями и Карлом восьмом! Она является дочерью одного из правящего герцога Франции. Это поможет нам сохранить мир среди двух государств.

— Неужели нет других способов предотвратить войну? — нервно и весьма раздражённо бросил король.

— Если бы только такие существовали, я бы незамедлительно предложил вам что-нибудь. — поспешил сказать Линн. — Но Англия не готова к войне. Если французы нападут, мы потерпим поражение и потеряем много наших солдат. Ради всего святого, ради блага государства и вашей власти, Ваше Величество, вы должны пойти на это.

Пальцы, крепко сжимавшие книги, разжались и целая стопка сборников с громким глухим ударом повалились на пол. Из меня будто высосали жизнь, дыхание спёрло, а глаза устремились в одну точку. Я словно пыталась разглядеть призрака где-то далеко. Я даже не заметила, как Джордж присел и быстро поднял книги. Мой мир рухнул в одночасье. Руки задрожали, а кровь отхлынула от лица, тем самым заставляя меня побелеть. Теперь я ничем не отличалась от снега, лежащего на земле. Такая же холодная, бледная и с каждой секундой постепенно исчезаю с лица земли. Большая дверь распахнулась полностью, из проёма показалась недовольная физиономия Его Высочества.

— Что здесь происходит!? — рявкнул он на нервах. — Леди Грейс, что вы здесь забыли?

— Грейс? — послышался до боли знакомый голос у него за спиной, а вскоре с Робертом поравнялся и сам виновник события.

Наши глаза встретились. И я уловила как Раймонд вздрогнул. Я застыла посередине коридора подобно мраморной статуе где-нибудь в музее. Я даже забыла поклониться, хотя этот жест приветствия уже вошёл в привычку. Настолько я забылась. Король оттолкнул Линна и быстро оказался рядом со мной. Я не разрывала с ним зрительный контакт, поэтому теперь мне пришлось поднять голову, ведь мужчина был куда выше меня. Раймонд протянул руки, чтобы коснуться моих плеч, но я отшатнулась как от прокажённого. Я знала, что он пойдёт на всё ради Англии и людей, которыми он правит. И если выбирать между какой-то неприметной девушкой и целой страной вместе с мировой репутацией, он безоговорочно выберет второе. И я не могла винить его в этом. В конце концов я с самого начала понимала, чем всё может обернуться. Ясно и чётко осознавала, что Раймонд не просто паренёк со двора.

— Грейс, — спокойно сказал король, но в его серых глазах я наблюдала тревогу, — пойдём, нужно поговорить. Джордж, ты свободен.

— Н-не стоит. — запнулась я, и жестом остановила Кинсли. — Я шла в библиотеку. Мне нужно вернуть книги.

— Джордж отнесёт их. — твёрдо сказал Раймонд, тем самым приказывая моему сопровождающему отлучиться, и я услышала удаляющиеся шаги за моей спиной. — Пройдёмся.

— Но, Ваше Величество! — крикнул нам в след Роберт, но Раймонд оставил эту реплику без внимания.

Мы в абсолютной тишине шли по пустым коридорам дворца, и казалось этому маршруту не будет конца. Я едва переставляла свои ватные ноги. Мне ничего не хотелось сейчас слышать, однако просто развернуться и уйти я не имею права. И единственный вопрос крутился в моей голове бешеным ураганом.

— И как давно? — охрипшим голосом спрашиваю я.

— Сразу после смерти Марии, — ответил он, понимая меня с полуслова.

— Месяц. — подытоживаю я. — Зачем тогда всё это? — я обессилено показываю на себя.

— Я не хочу этого брака, как же ты не понимаешь? — отвечает Раймонд, остановив меня. — Но я не могу жениться на тебе. Грейс, моё решение может либо погубить страну, либо укрепить. Я не в восторге от этого, и если бы был выбор, то я не задумывая выбрал тебя.

Я лишь киваю, потому что я всё понимаю. Даже у такого сильного монарха могут быть связаны руки. Я осознаю, что мои чувства и прихоти просто смехотворны на фоне той угрозы, которая нависла над целым государством. И его может спасти только этот брак, союз между двумя странами. Мне стоит вбить в голову то, что это чёртово Средневековье, а не добрые детские сказки с хорошим концом, которые так любит Зои.

— Я знаю. — с похоронным видом сказала я. — И я всё понимаю.

— Грейс…

— Когда свадьба? — поинтересовалась я, обнимая себя за плечи.

— Эления Ганс будет здесь через двое суток.

— А мне о такой мелочи знать не обязательно? — я пожалела о сказанном, сразу же как эти слова вылетели из моего рта.

Потому что я здесь никто. Передо мной не обязан отчитываться сам король. Я с ужасом застыла на месте, понимая, что Раймонд может просто развернуться и уйти, или чего хуже, накричать на меня также, как он срывался на Марии.

— Я собирался тебе это сказать. — он поджал губы. — Но ты была такой счастливой, что я просто не мог…

Я шумно выдохнула и вздрогнула. На этот раз меня пронесло, но отныне нужно лучше следить за своим языком.

— Ясно. — кивнула я. — Значит ли это, что я буду её фрейлиной?

— Ты одна из лучших. — казалось бы, что сам король похвалил меня, но я вовсе не обрадовалась, голова пошла кругом.

— Нэнси тоже прекрасная фрейлина. К тому же служит верой и правдой большое количество времени.

— Она сослана заботиться о бастарде. — напомнил мне Раймонд, то что я и без него прекрасно знала.

— Так поменяйте нас должностями, Ваше Величество. Для меня будет непростительным унижением служить Элении. — я посмотрела на страдальческое лицо Раймонда. — К тому же перед смертью Марии, я дала клятву, что позабочусь о Софии.

— Мария была грязной шлюхой.

— Я просто хочу сдержать данное мною слово. Прошу вас, Ваше Величество. — несмотря на это, я всё равно скучала по бывшей королеве, а при воспоминаниях об её отрубленной голове, по телу пробегал холод.

— Ты меня бросаешь? — горько усмехнулся мужчина, нервно мотнув головой.

— Нет. Я никогда не смогу вас бросить. — признаюсь я. — Но я не могу целыми днями ничего не делать, ровно также как и служить Элении Ганс. Я знаю, что выбирать я не могу. Но позвольте хотя бы немного привыкнуть к этой ситуации. Мне не будет здесь покоя.

— Я не хочу тебя терять.

— Не потеряешь. — я ласково касаюсь рукой его щеки, не могу больше себя сдерживать. — Я всегда буду с тобой. Помнишь? Чтобы не произошло… Но мне нужно собраться с мыслями, а заодно сдержать клятву.

— Полтора месяца достаточно?

Раймонд сжимает мою руку. Меня пробивает дикая дрожь, грудная клетка невыносимо сжимается, в горле встаёт ком, а горячие слёзы щипят глаза, но я не позволю себе расплакаться на глазах у короля. Полтора месяца без него. Как же это долго. Стук сердца словно замедлился. Как бы больно мне не было, но я согласно киваю.

— Уедешь, когда сюда вернётся леди Нэнси. — скрепя сердцем проговорил Раймонд, пытаясь сдержать невозмутимое лицо. — Хочу видеть тебя сегодня вечером.

Он развернулся и ушёл в обратном направлении, а я молча провожала его взглядом, пока король не скрылся за ближайшим поворотом. Когда я пришла в себя, то огляделась и увидела, что стою прямо напротив своей комнаты. Мимо прошёл Уолтор и остановился рядом со мной. Мы поздоровались, но вдруг где-то рядом хлопнула дверь, и я испугано подскочила. Подсознание напоминало мне, что человек, пытавшийся меня утопить всё ещё ходит по коридорам этого дворца безнаказанным, а Джорджа Кинсли нет рядом, ведь он отправился в королевскую библиотеку. Я судорожно обернулась на испугавший меня звук. Оказалось, это из своей комнаты вышли Мод и Сьюзан. Они обе остановились рядом со мной, внимательно разглядывая меня. Уолтор, заметив девушек, удалился, сославшись на какие-то дела.

— Что случилось? Ты бледная, как приведение. — сухо поинтересовалась высокая Мод.

— Я просто…

— И где твой охранник? — перебила Сьюзан и опять кинула в меня укоризненный взгляд. — Опять сбежала от него?

— А, да. — я натянула на своё лицо фальшивую улыбку. — Если увидите его, скажите, что я у себя. А то будет бегать по всему дворцу.

— Это безответственно с твоей стороны, Грейс. — Мод прошла мимо меня, потряхивая длинными тёмными волосами. — Когда-нибудь такие игры закончатся плохо.

— Она права. — поспешила поддержать свою новую соседку Сьюзан. — Не испытывай судьбу.

— Да-да, больше не буду. Спасибо. Мне пора. — я кротко помахала девушкам и быстро зашла в комнату.

Кэрол сидела перед зеркалом и причёсывалась. Заметив меня в отражении, она спросила тоже самое, что и Мод минуту назад. Кэрол врать я не собиралась, поэтому плюхнулась на кровать и удручённо уронила голову в руки. Кэрол обернулась и пробежалась по мне изумрудными глазами, пытаясь выяснить причину моего поганого настроения. Она поднялась со стула и присела рядом со мной, положив свою тёплую маленькую ладонь мне на плечо. Я посмотрела на неё слезящимися глазами и рассказала всё, что только что произошло. А также не забыла упомянуть про мой отъезд на полтора месяца и возвращение Нэнси. Кэрол была единственной кому было известно про наши отношения с Раймондом.

— А что будет когда ты вернёшься? — спросила она, поглаживая меня по спине. — Будешь фрейлиной Элении Ганс?

— Похоже на то. Но я не знаю, до этого нужно ещё дожить.

— Конечно доживём. Ещё и переживём. — возмутилась длинноволосая блондинка. — Грейс, мне действительно очень жаль, что так случилось. Но в данном случае, Его Величество поступает как должен. Это его долг перед страной.

— Я всю жизнь думала, что короли всемогущие, делают всё что им вздумается.

— Скажи ещё, что они целыми сутками развлекаются, а за них всё решают остальные. — усмехнулась девушка, а я кивнула в ответ, потому что я именно так и думала всё детство. — Но всё оказалось совсем не так, как ты ожидала?

— Совсем не так.

— Ну, ничего. Ты сильная, справишься, а я буду рядом. — я не стала перебивать её и говорить, что я скоро уеду, а Кэрол останется здесь с Нэнси.

— Спасибо тебе за всё, Кэрол.

Глава 18.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Мы с Зои выходим из кабинета математики и идём в кафетерий, где должны встретиться с Калебом. Все три дня я ходила как убитая и толком не спала и не ела. Именно поэтому лучшая подруга тянет меня пообедать. И невзирая на проблемы, я натягивала фальшивую улыбку и пыталась веселиться с друзьями. Если у меня плохое настроение, это не значит, что я должна портить его всем окружающим.

— Знаешь, я не могу больше молчать, но прошу тебя, ни говори Калебу ни в коем случае! — перед входом в кафетерий Зои притормозила меня, а я вопросительно подняла бровь. — Честно, не понимаю как такое могло случиться.

— Умоляю тебя, не тяни.

— Мне кажется, что я влюбилась, — она сделала паузу, а я взмолилась всем богам одновременно, — в Калеба.

Уверена, что вся школа слышала мой громкий писк. Я завизжала как маленькая девочка, которой подарили щенка на день рождение, и бросилась подруге на шею, едва не задушив её. Проходящие ученики странно оглядывались на нас, но мне было глубоко всё равно. Я мечтала это услышать с того момента, когда мне в своих чувствах к Зои признался Калеб. Всё это время я была главной свахой, потому что если был шанс оставить их наедине в подходящий момент, я незамедлительно им пользовалась. И похоже, что ни мои старания, ни Калеба не прошли даром.

— Ты ведь всю жизнь считала его другом?

— Да, но в последнее время я будто узнала Калеба с другой стороны. — смущённо произнесла Зои. — Я начала понимать, что мои чувства к нему меняются после Нового Года. Не знаю с чем это связано, но я словно впервые с ним познакомилась. Просто типаж парней, которые нравились мне раньше… Все они были козлами и не раз разбивали моё сердце. Вот я и решила попробовать нечто новое. А если Калеб воспринимает меня только как подругу?

— Так, — я повела её в кафетерий, выглядывая Калеба в толпе, — он так не считает. Я думаю, вам нужно поговорить.

— Что? Постой, Грейс! — но не успела она мне возразить, как мы подошли к столику, который занял для нас кудрявый парень.

— Ребят, вы тут подождите. Мне надо… надо… короче мне просто надо. — я улыбнулась, круто развернулась и пошла прочь.

Эта новость дико подняла мне настроение. Я даже не понимала, почему я так поступила и оставила их там вдвоём. Просто я так долго надеялась на их отношения, ведь они казались мне идеальной парой, людьми, которые просто созданы друг для друга. Именно поэтому я и хотела, чтобы они наконец-то всё решили между собой. Пока я убивалась по Раймонду, то даже не замечала странное поведение Зои. Она как-будто сражалась с желанием мне что-то рассказать, но при этом боялась. Я была бы несказанно счастлива, если бы хотя бы кто-то из нас получил, то чего хотел. Даже не представляю реакцию Калеба на её признание.

Поскольку у нас была большая перемена, я накинула на себя куртку и вышла во двор. Несмотря на то, что до конца учебного года ещё почти три месяца, всё уже обсуждали выпускной. Об этом мне напомнила Энн, подошедшая к небольшой группе девочек у стадиона. На ней была шуба бурого цвета и ярко-красная помада, а волнистые волосы ниспадали на её плечи. Она что-то сказала этим девочкам, а потом направилась ко мне постукивая каблуками высоких сапожек. Я отвернулась, чтобы уйти, но она меня окликнула. Чёрт!

— Грейс Марлен, подожди.

— Марлоу. — сквозь зубы прохрипела я.

— Чего? — она захлопала длинными ресницами.

— Я Марлоу.

— Без разницы. — отмахнулась та, а на её запястье блеснуло украшение, которое до недавнего времени было моим. В этот момент к нам подошёл Оуэн. — Я хотела напомнить, чтобы ты голосовала за меня и Оуэна, как за королеву и короля выпускного бала, ясно?

— Красивый браслет. — усмехнулась я, и полностью проигнорировав её вопрос, принялась наблюдать за тем как потупился рядом стоящий Финниган.

— Скажи, да? — польщённо улыбнулась девушка, не понимая намёка. — В любом случае, ты поняла меня?

— А разве уже выбирали кандидаток? — вопросительно удивилась я.

— Нет, но это не к чему. Всем и так всё понятно.

— Мне, например, не понятно. — поморщилась я, обводя взглядом школьный двор. — Неужели нет девушек достойных этого звания?

— Ч-что? — опешила Энн, явно не ожидая от меня ничего подобного. — Ты, случаем, берега не попутала?

— Случаем, нет, не думаю.

— А я думаю…

— Не надорвись.

— Грейс! — рявкнул на меня Оуэн, а я лишь закатила глаза, потому что эти двое испортили мне всё настроение. — Энн, я тебя догоню.

— Но…

— Я сказал, я тебя догоню. — черлидерша, бросив на меня ненавистный взгляд, ушла обратно в школу. — Что ты делаешь? Ты ведь сама не захотела.

— Не захотела чего? — я совершенно не понимала, чего он от меня хочет, и мне вообще хотелось уйти отсюда, потому что я замёрзла.

— Встречаться со мной, а теперь закатываешь сцены. — серьёзно произнёс Оуэн, а меня аж пополам согнуло от накатившго смеха. — Что такое?

— Ты это серьёзно? — я расхохоталась сильнее. — Ты думаешь, что я из-за тебя? Брось, не смеши меня.

— Я не понимаю тогда, что происходит… — опешив от моего смеха, пробормотал футболист.

— Не мудрено. — хмыкнула я. — Слушай, у меня в жизни сейчас кучу проблем, поэтому я и срываюсь, за это и извиняюсь. И эти проблемы никак, даже самым мелким образом, с тобой не связаны.

— Ты набросилась на Энн из-за ерунды.

— Она сама на кого хочешь наброситься, Оуэн. К тому же, я не собираюсь за неё голосовать.

— Если ты считаешь, что она не достойна короны, так выйди наконец из тени и сама поборись с ней.

— Отличная идея. Надо подумать. А теперь прошу меня извинить, мне пора. — я круто развернулась и вернулась в школу, оставив парня одного на улице.

На самом деле, я сказала это не всерьёз. С одной стороны я очень хотела быть номинанткой на корону, а с другой — мне уже так надоели эти короли и королевы, что хотелось придушить саму себя лишь бы больше ничего про них не слышать.

Перемена закончилась, и я направилась на литературу. В кабинете я не застала ни Зои, ни Калеба. Очень надеюсь, что они сейчас вместе прогуливают урок. Наш учитель заболел, поэтому его заменял достаточно молодой практикант, буквально недавно закончивший университет. Многие девочки из потока не могли им налюбоваться, а я же не отрывала взгляд от телефона. Меня уже сильно беспокоило то, что Тео не отвечал мне на звонки. В голову лезли дурные мысли и отвертеться от них с каждым разом было всё сложнее и сложнее. Тянулось время мучительно долго. Практикант оказался весьма нудным рассказчиком, а пристальные взгляды Финнигана — раздражали. Рядом со мной каким-то волшебным образом оказался Тод, и я едва сдержалась, что бы не закатить глаза, потому что учитель в этот момент посмотрел в мою сторону. Мне хотелось ударить Тода по голове пеналом, потому что он разболтал своей матери о том, что я разговаривала с Теодором, хотя его это касаться ни коем образом не должно. Впервые за пятнадцать минут урока я решила послушать о чём же нас вещает наш временный учитель, но мне на телефон пришло новое сообщение. Я быстро разблокировала его, а пульс участился. Неужели мушкетёр решил вспомнить о моём существовании?

— Я вам не мешаю, мисс…? — послышались слова учителя, и Тод ткнул меня локтем из-за чего я не успела даже посмотреть кто мне отправил смс.

— Марлоу, сэр. — я судорожно спрятала телефон в тканевый пенал. — Извините.

— Поднимитесь, пожалуйста. — попросил он с небольшим раздражением, и я повиновалась. — Не желаете рассказать, чем таким интересным можно заниматься на уроке литературы?

— Мне пришло сообщение.

— А разве телефоны не под строгим запретом? Или вы не ознакомлены со школьным уставом, мисс Марлоу?

Сидящая за партой справа от меня Энн, довольно усмехнулась и некоторые последовали ей примеру. Честно сказать, я не понимала почему она так нравится людям. Девушка представляла собой ровным счётом ничего, кроме бесконечной стервозности, раздутого эго и завышенной самооценки. Да, она красивая, богатая и популярная, но дружить с человеком только из-затого? Как по мне, это глупость.

— Извините. — ещё раз, но чуть громче повторила я не понимая, зачем весь этот цирк.

— Литература — это искусство, в котором следовало бы разбираться. Она формирует границы понятий и учит грамотности. Мне очень жаль, что вы вместо того, чтобы слушать меня, грубо нарушаете устав школы.

— Не сочтите за грубость, но я неплохо разбираюсь в литературе. — я спокойно посмотрела на учителя. — У меня всегда по этому предмету стояло отлично. — я наблюдала за тем, как мужчина, который на вид был не старше Раймонда, бегло пробежался взглядом по ведомости с оценками. — Я люблю читать и читаю много. И я извинилась за свой проступок, такого больше не повториться.

— Любите читать? — повторил он, а потом лениво снял с лица очки с овальными линзами в чёрной оправе. — Вероятно, вы читаете всякого рода фанфики и прочую ерунду.

Первой засмеялась Энн, а остальные её с великой радостью поддержали. И через секунду кабинет наполнился издевательскими смешками в мою сторону. Но я осталась непоколебимой, хоть это и задело моё самолюбие. Храня достойное молчание, я ждала пока они вдоволь насмеются. Новый учитель уже добился моего презрения, хотя мы знакомы даже меньше получаса. Я понятия не имела зачем он ко мне прикопался, но по всей видимости, ему доставило огромное удовольствие, когда он унизил меня на глаза у всего потока. Я не спешила садиться на место, хотя мужчина явно дал понять, что наша с ним дискуссия закончена. Но я знала, как поставить его на место.

— "Самая низкопробная дрянь всегда приводит толпу в восхищение, ибо значительное большинство людей заражено глупостью". — процитировала я, когда в классе стало тише.

— Что вы себе позволяете? — вспыхнул учитель, даже немного покраснев от гнева.

— "Похвала глупости". Эразм Роттердамский. — я едва заметно улыбнулась. — Сатира в форме иронического самовосхваления.

Я закончила и молча опустилась на стул. В классе воцарилась гробовая тишина. Эту цитату я выбрала не просто так, ведь она была адресована Энн, Оуэну и непосредственно, самому учителю, которые так сильно любили привлечь к себе внимание, унизив кого-то, чтобы самоутвердиться. Ведь отчитывали меня только что с самодовольной улыбкой на лице. Надо было видеть лицо учителя в этот момент. Я его уделала. После этого в аудитории повисла абсолютная тишина на пару секунд, но вскоре ошарашенный практикант пришёл в себя и бодро перевёл тему. До конца урока он ни разу даже не взглянул на меня, а я как и обещала — больше не прикасалась к телефону.

В мою сторону больше не слышалось ни единого смешка, а по окончанию урока многие разнесли по всей школе то, что только что случилось. Но мне было всё равно. Внутри я была разбита, ведь мне придётся провести полтора месяца в доли от Раймонда и Кэрол, а когда я вернусь, у короля будет новая жена. Зачем же тогда я согласилась на это? Всё как нельзя просто. Я надеялась, что за это время моя некая одержимость этим мужчиной поутихнет. Да, я буду мучиться, но зато когда вернусь, не буду так изнемогать от боли при виде его с Эленией Ганс. Я не давал гарантий, что всё получиться именно так, но я надеялась всем сердцем.

༻ ❀ •༺

Все с самого утра бегали туда-сюда в ожидании дочери французского герцога. Я вовсе не хотела её видеть, но могла допускать, что её может сопровождать Тео. Тогда-то я и разберусь с этим наглецом. Сегодня ночью я не ночевала в своей комнате, а провела её с Раймондом. Это стало нашей прощальной ночью. Мы долго разговаривали, пока не уснули в обнимку. Мне было горько осознавать, что сегодня я уже засну на в тёплых объятиях Раймонда, а где-то далеко-далеко от него в полупустом замке с плачущим ребёнком рядом.

Я вышла из дворца с Кэрол, Мод и Сьюзан к главной дороге. Подъехала небольшая ничем не приметная карета, из неё вышла маленькая слегка полная рыжая женщина. Нэнси. Мод, которая раньше делила с ней комнату, первая побежала навстречу и обняла Нэнси. Не скажу, что они были подружками. Мы все относились к Нэнси как к наставнице, к тому же она была старшей фрейлиной и всегда помогала нам в различных вопросах. Мы по очереди поздоровались с ней, и когда дело дошло до меня, женщина с маленькими тёмно-карими глазами посмотрела на меня с огромным уважением:

— Ты поступаешь верно, Грейс. Я горжусь тобой. Не все смогли бы променять жизнь при королевском дворе на изгнание с чужим ребёнком.

— Я дала слово Марии.

— Знаю. Поэтому и горжусь. — она похлопала меня по спине и поднялась по ступенькам во дворец.

Я польщена, но она не знает всей правды. Конечно, я стараюсь держать свои обещания всегда, но если бы не этот союз — который я просто не могу называть браком — то я бы не уехала отсюда. Несомненно, я и без того мучилась, что обещала покойной королеве позаботиться о её дочери, а в итоге ничего не сделала. Но теперь моя совесть будет спокойна.

Я поднялась вслед за остальными и скрылась за громадными стенами. До приезда Элении Ганс оставались считанные минуты, когда мы закончили пить чай в общей большой гостиной. Нэнси рассказывала, как она жила. Оказалось, что их отослали в небольшое поместье, меньше поместья Бедфорда, по которому я, кстати говоря, почему-то очень скучала. Несмотря на то, что у меня не очень радужные воспоминания о том месте, ведь я пережила огромнейший стресс и каждый день выбивалась из сил, но когда вспоминаю про поместье, в груди расползается приятное тепло.

Мы отставили пустые чашки, и отправились встречать дочь герцога. Я видела, что мои вещи уже собрали и погрузили в отельную карету. И с печалью наблюдала за тем, как переносят сундуки. Я уезжаю. Этот дворец стал мне домом, где я обрела любовь и дружбу. А теперь я уезжаю из-за какой-то девицы. Но я предпочитала думать, что я это делаю ради себя, чтобы не мучатся. Заодно избавиться от работы. Разумеется, мне придётся порхать вокруг ребёнка, но тот хотя бы говорить не умеет. А как я уже не раз упоминала, что я не могла терпеть до ужаса тупые и пустые разговоры, не несущие в себе никакого, даже самого маленького, смысла. А ещё Эления скоро станет женой человека, которого я люблю. Для меня же будет лучше, если я уеду. Но я дала себе обещание, что обязательно вернусь сюда. А обещания я привыкла держать.

Как только мы собрались в переполненном тронном зале, я сразу же глазами нашла несчастного Раймонда. В его глазах больше не блестела радость, а сам он весьма раздражённо постукивал указательным пальцем по подлокотнику. Он судорожно бегал глазами по набитому людьми залу, пока не нашёл меня. Король улыбнулся, надеясь получить мою поддержку, и я вернула ему улыбку, пусть и слабую. В памяти всплывают слова, сказанные им вчера вечером после захода солнца: "Она не сравниться с тобой ни в чём, кем бы она не была". Я поёжилась, словно от терпкого холода. Я цеплялась за эти слова, как утопающие за спасательный круг. Но ведь Раймонд ни разу не видел Элению, соответственно, не мог знать её.

Настал тот час, которого ждали все присутствующие, кто-то с трепетом, кто-то с большим любопытством, а кто-то со смертельной неохотой. Но это было неизбежно. Послышались многочисленные шаги и вскоре в помещении показалась высокая фигура. На ней было тёмно-фиолетовое длинное платье, а на голове чёрная вауаль, прикрывающая лицо. Её корсет был настолько сильно затянут, что мне показалось, будто девушка сейчас лопнет, бедняжке явно было нечем дышать. Но с задачей корсет справился на все сто, тело девушки явно привлекло внимание окружающих. Она вышагивала медленно, словно у неё была какая-то цель, а подбородок держала высоко и не оглядывалась по сторонам. Я сжала в кулаке юбку своего белоснежного платья, но более-менее успокоилась, когда заметила скучающий взгляд Раймонда. Интересно, о чём он думает в данный момент? Ему почти на блюдечке с золотой каёмочкой преподнесли богатую, и я уверена, красивую невесту, а он сидит, будто на похороны пришёл. Но я определённо рада его реакции. Все разговоры стихли мгновенно.

Эления Ганс подошла практически впритык к трону и сделала книксен. Раймонд поднялся, подошёл к девушке и осторожно приподнял вауаль. Я не видела её лица, так как она стояла спиной ко мне, но на лице Раймонда не дрогнул ни один мускул. Я нервно сглотнула. Всё-таки стоило уехать рано утром. Но потом я вспомнила одну из причин, по которой захотела дождаться приезда Элении.

Я повернула голову в совершенно другом направлении — точнее ко входу — и попыталась разглядеть её спутников. Они выстроились в линейку, наблюдая за своей госпожой. И посередине стоял мужчина, которого я быстро узнала и сразу же захотела придушить. Чёртов Теодор Сент-Мори. Даже из далека я узнала его лицо и кудрявые тёмные волосы. Вот засранец. Я облегчённо выдохнула. Значит он живой. Ладно, поговорю с ним позже.

В этот момент Эления Ганс как раз развернулась лицом к людям. Угольно-чёрные волосы обрамляли плоское бледное лицо. Она улыбалась, но мне показалась похожей на утопленницу. Карие глаза не выражали никаких эмоций. Я пошатнулась. Оказывается, мы с ней полные противоположности. По крайней мере внешне. Мы были абсолютно разными: я низкая, она — высокая, мои волосы были пшеничного цвета, её — чёрными, как воронье перо, моя кожа теплого-медового оттенка, её — бледная, словно фарфоровая, мои глаза изумрудно-зелёные, её — тёмно-карие, и даже моё платье молочно-белое, а её тёмно-фиолетовое.

Люди стали расходиться, и меня с общей массой вынесло в коридор. Мимо меня проковыляла Нэнси, недовольно мотая головой, что-то бубнила себе под нос.

— Бледна как мел, — расслышала я, — в гроб краше кладут!

Нэнси удалилась, а за ней поспешили остальные девушки. Я задержалась на месте до тех пор, пока коридор не опустел полностью. Я заметила движение слева у колон и нырнула в ту сторону, пока меня не нашёл Джордж, иначе при всём желании не смогу поговорить с Тео. Его как раз я и застала. Француз улыбался и хотел было меня обнять, но я с размаху дала ему такую звонкую пощёчину, что вероятно её услышали все обитатели дворца.

— Ты чего? — опешил парень, отступая от меня на два шага.

— Я чего? Ты чего! — возмутилась я, размахивая руками. — От тебя ни слуху, ни духу целый месяц, идиот! — я ещё раз треснула ему кулаком по плечу. — Резко забыл алфавит, что не мог мне написать или пароль от телефона? Ты вообще видел сколько я тебе названивала? Я думала, что ты помер давным-давно!

— Тише ты, тише. — Тео скрутил меня, чтобы я перестала бить его. — Ради Бога, дай мне объяснить, истеричка.

— Ты сейчас навстречу Богу и полетишь. — угрожающе фыркнула я, а потом скрестила руки на груди. — Пять… четыре… три… два…

— Грейс! — прервал меня Тео. — Ты успокоишься или нет? — я перестала считать и теперь грозно глядела на француза, требуя объяснений немедленно. — Хорошо, спасибо. Я в коме.

— Чего? — я всё прекрасно расслышала, но не могла поверить в услышанное.

— Авария. — он тяжело вздохнул и уронил лицо в руки. — Похоже мне не стоит никому больше доверять руль.

— Ты в коме, потому что попал в аварию? Святые небеса… Но как…?

— Последнее, что я помню, так это то, что после Нового года я возвращался обратно домой. Но у меня раскалывалась голова, и мой друг вызвался повести машину. Ехать нужно было всего полчаса, но в нас на бешеной скорости влетела легковушка, выехавшая на встречку. Удар и всё. И вот я уже месяц здесь. Даже не знаю, что случилось со мной и друзьями. Нас было пятеро в этой машине.

— Боже мой, — ужаснулась я, прикрывая руками рот, — мне очень жаль. Прости, что накричала.

— И избила.

— Не преувеличивай. Просто ударила пару раз. — я глубоко выдохнула. — Я думала, что с тобой что-то случилось. И волновалась. Всё это время у меня было плохое предчувствие.

— И ты была права. — согласно кивнул он. — Ладно, хватит обо мне. Слышал, что Марию казнили.

— Помнишь я говорила про секрет, который я знала? Я думала, что из-за него меня и пытались утопить. — я сделала паузу, и продолжила, когда собеседник ещё раз кивнул: — Так вот. Я случайно подслушала то, что Джек де Клейнт оказался отцом ребёнка, которого носит Мария. — густые брови Тео стремительно ползли всё выше и выше. — Я не знаю как Раймонд… то есть Его Величество об это догадался, но как только он взял на руки новорожденную девочку, сразу же сказал, что она не его. Нас таскали на допросы, а потом после пыток Джек сознался. Его и Марию казнили буквально на следующий день.

— Да уж, — хмыкнул Теодор, — постой, тогда тебе больше нечего бояться?

— Нет. Его Величество сказал, что де Клейнт так и не сознался в покушении даже под страшными пытками. Поэтому теперь за мной постоянно таскается Джордж Кинсли.

— Кинсли? Я его знаю. — задумчиво произнёс Тео, дёрнув правом уголком губ, словно пытаясь, что-то припомнить. — Пересекались пару раз, но не общались. Выглядит болезненно, как-будто вот-вот в обморок брякнется.

— Эй! Он военный и мастер своего дела. К тому же ему доверяет король, а я…

— Доверяешь королю. Я понял, особенно после того, как ты несколько раз хотела назвать его по имени. — хитро улыбнулся собеседник. — У вас явно что-то есть, я прав?

— Это уже не важно. Если ты не заметил, то ты собственной персоной привёз ему невесту. — напоминала я, а сердце обливалось кровью. — И ещё я сегодня уезжаю. Буквально через полчаса.

— Куда это? — удивился Теодор, и я коротенько рассказала ему про Софию и моё состояние. — Твою ж мать. А я наоборот остаюсь здесь.

Я горько усмехнулась и только открыла рот, чтобы что-то сказать, как слишком близко послышался голос Джорджа, который искал меня. Пульс участился в разы. Нельзя чтобы меня увидели с Тео. Нельзя. Я молниеносно, толкнула француза в нишу в стене, а сама быстро вышла из-за угла, специально налетев на Кинсли, и потащила его в совершенно другую сторону от Тео, говоря о том, что решила прогуляться по дворцу перед отъездом одна. Мы вышли на улицу, где меня уже ждала карета. Из головы моментально улетучились сотни вопросов, которые я хотела задать Тео, потому что я увидела перед собой Раймонда. Он стоял на предпоследней ступеньке, а где-то позади маячили герцог Бедфорд и Уолтор.

Глаза защипало и они предательски наполнились слезами. Я не буду плакать. Не здесь и не перед этими людьми. Я кинулась в объятия Раймонда почти сразу, как увидела его. Сердце болело настолько, будто его вот-вот раздавит огромный кулак. Меня будто кромсали изнутри. Я уткнулась ему в грудь, изо всех сил сдерживая солёные слёзы.

— Она мне не понравилась, — шепнул он мне на ухо, и я горько рассмеялась.

После я попрощалась с Сьюзан и Нэнси, потому как Мод не посчитала нужным меня проводить и осталась с Эленией. После коротких объятий и остальные убежали туда же. Осталась только Кэрол. Моя лучшая подруга, которой мне будет смертельно не хватать. И ведь здесь даже нет мобильников! Я и не придавала этому большое значение, пока мы все находились на территории одного, пусть и большого, дворца. А теперь, когда я уезжаю за много миль, меня распирало недовольство. Кэрол со слезами на глазах прижала меня к себе, повторяя, что будет очень скучать и чтобы я там не унывала, а также обещала мне писать. Я пожелала ей тоже самое, а потом она ушла, чтобы познакомиться с Ганс. Я подошла к Бедфорду. Вместо привычных наклонов головы, Вильям протянул мне руку. И я её пожала. Благодаря ему я и оказалась в этом дворце, познакомилась с Раймондом, Тео и Кэрол. Я была ему столь благодарна, что хотела обнять, но этикет не позволял мне это сделать. Поэтому мы лишь обменялись рукопожатиями.

— Моё поместье не далеко от того дома, леди Грейс. — он улыбнулся мне. — Думаю, моя жена и дочь будут рады вас навестить.

— Буду ждать с нетерпением. — искренне сказала я.

Герцог отошёл от меня на пару шагов. Мне стало совсем плохо и холодно, а из лёгких как-будто выкачали кислород. Раймонд подал мне свою мягкую ладонь, чтобы помочь залезть в карету и отошёл, закрывая дверь. Я заметила, что Кинсли уже сидел верхом на поданной ему лошади. Карета двинулась, но я неотрывно глядела на Раймонда, что позволило мне заметить, как с его губ бесшумно слетела фраза, которая заставила моё сердце сгореть. "Возвращайся скорее". Я уже не сдерживала слёз и плакала в пустой карете. Снаружи слышались топот копыт, и то как скрипят колёса. Я спрятала лицо в руки, по которым вскоре скатывались горячие слёзы, но на холоде они быстро остывали. Я посильнее завернулась в тёплый дорожный плащ. Лошади с каждой секундой всё дальше и дальше увозили меня от дворца, от Раймонда, от друзей. Это было сугубо моё решение, и я должна с этим смериться. Полтора месяца вдали ото всех. А рядом незнакомые люди и новорожденный ребёнок, оставшийся сиротой на следующий день после своего рождения. Я покачивалась в такт движения кареты, огни замка со стремительной скоростью отдалялись, пока не остались совсем позади.

Мы въехали в ночную темноту.

Глава 19.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Моя апатия достигла своего апогея. Прошёл ровно месяц, а мои эмоции словно застыли на месте, остались в далеком прошлом. Заботиться о маленьком ребёнке куда сложнее, чем мне могло казаться. Я очень плохо спала, чаще всего не высыпалась. Хуже всего, что ночью мне приходилось дёргать и Лауру, которая кормила Софию своим грудным молоком. Но я пыталась не показывать негативных эмоций рядом с Софией.

Зои и Калеб начали встречаться, соответственно, проводили время вместе почти всегда. А я оставалась третьей лишней. Так странно, что буквально недавно я сгорала от нетерпения, чтобы свести ребят и была счастлива за них, а теперь из меня как-будто вырвали сердце. Я совсем не видела друзей вне школы. И у меня больше не было Раймонда. Мы с ним переписывались, отправляя друг другу письма, но ответа приходилось дожидаться два дня, а то и больше. Мне казалось, что я осталась совсем одна да ещё с маленьким ребёнком в придачу. Мать-одиночка. Господи, как я вообще докатилась до такого? Почему Мария попросила заботиться о Софии именно меня? Не то чтобы я ненавижу девочку, напротив — я к ней сильно привязалась за эти дни, но мне сложно, как в моральном плане, так и в физическом.

Тео недавно выписали из больницы. Как только он вышел из комы, то позвонил мне, но я не стала заваливать его вопросами, поэтому всё ждала его выписки. И теперь, спустя столько много времени — почти два месяца, мы оба сидим у экранов своих телефонов. Оказалось, что не всё в жизни так безнадёжно, потому что Теодор очень поднял мне настроение. Я так боялась, что с ним что-нибудь случилось, а теперь он совершенно живой смотрит на меня через телефон. Правда его правая рука была замурована в белоснежный гипс, а под левым глазом красовался огромный сине-фиолетовый синяк, но мне было всё равно на это.

— Мушкетёр, скажи, пожалуйста, как там во дворце? — наконец перешла я на давно волнующую меня тему.

— Эления стала королевой, была и свадьба, и коронация. — осторожно сказал он, будто боясь меня задеть, но я и без него это знала. — Ходит вся такая важная, командует всеми, гоняет прислугу туда-сюда. Когда она жила во Франции, то не позволяла себе многое, что теперь делает регулярно. Но, кстати говоря, король ходит недовольный. Постоянно срывается на ней, не позволяет ей и лишнего слова сказать при нём, предпочитает, когда Эления молчит, постоянно говорит: "Ты кажешься куда умнее, когда твой рот на замке". Я точно не знаю, но мне кажется, он носом землю роет, как бы от неё избавиться.

Я не поощряла такого обращения с женщинами, и помню, как мне хотелось треснуть Раймонда по лицу, когда он накричал на Марию. Но мне было приятно, что Эления не стала мне заменой. Когда мы оставались с Раймондом наедине, то он с удовольствием слушал мои рассказы. Мы много разговаривали, читали друг друг книги. Мне польстил ответ Сент-Мори, а где-то глубоко внутри меня разлилось приятное тепло.

— Ясно. — я очень сильно пыталась не подавать виду, как я рада, но получалось довольно плохо.

Последний месяц выдался для меня мучительным и мои надежды на то, что спустя столько времени я позабуду о Раймонде, а мои чувства угаснут не сбылись. Я до сих пор его любила. А ещё за столько времени я впервые услышала радостную новость.

— А ты сама-то как? — спросил Тео. — Тяжело с мелкой?

— Я устала. — на выдохе ответила я. — София мне нравится. Она не плачет каждую секунду от нечего делать, довольно приятный ребёнок. Но всё же иногда мне приходиться подрываться среди ночи.

— Но это не единственная причина твоего состояния, не так ли?

— Верно. — киваю я и обессилено падаю на кровать. — Мои лучшие друзья, помнишь я о них говорила, Каллеб и Зои, начали встречаться. Совсем недавно я была рада такому событию, но потом они стали как-то забывать меня. Наше непобедимое трио распадается и в конце концов останется дуэт.

— Да уж… Они явно не понимают кого теряют.

Я прыскаю со смеха, а Тео наблюдает за мной с улыбкой. Мы познакомились с ним при невероятно странных событиях, никогда в жизни не виделись, но при этом общаемся как старые друзья. По правде говоря, я бы безумно хотела увидеть Тео в современном мире, где нам не нужно будет прятаться и шептаться чтобы поговорить. Но есть небольшая проблема — океан, который нас разделяет.

— Сегодня должны приехать Бедфорды. — говорю я, чтобы перевести тему с моих друзей, мне всё равно неприятно их обсуждать.

— У тебя с ними нестандартные отношения.

Это было правдой. Жили бы они в двадцать первом веке, то наша странная дружба не вызывала бы абсолютно никаких подозрений. Но они живут в шестнадцатом веке, к тому же носят титул герцогов, а я там всего лишь фрейлина. Невзирая на это, я всё равно считаю их своими друзьями. Элизабет и Вильям позаботились обо мне в самый сложный и переломный момент в моей жизни, дали крышу над головой, тёплую постель, горячую еду, возились с обучением, а потом привезли во дворец.

— Я считаю их друзьями, на сколько это позволяет общество и этикет того века. — говорю я, поджимая губы. — Что стало бы со мной, если бы мимо не проезжал герцог Бедфорд тогда? Который раз задаюсь этим вопросом. Ведь я оказалась на площади в лосинах и топе.

— Ты права, тебе крупно повезло. — искренне соглашается со мной парень. — Страшно представить куда бы тебя занесло. К тому же ты девушка.

Я не стала спорить с ним и называть сексистом, потому что он прав. Я слишком хрупкая и совершенно не умею драться, любой мужик бы скрутил меня в два счёта, а потом ищи-свищи. Я задумчиво пялилась в одну точку, по коже пробежал холодок. Незаметно для себя, я начинаю заламывать пальцы рук.

— А что насчёт покушения?

— Ничего. — я пожимаю плечами. — Даже Раймонд не знает. Иногда мне кажется, что это сделал призрак, и не оставив ни одну улику, просто исчез.

— Даже во второй параллели так не бывает. — возражает мне Тео, хмурясь, уголок его губ вновь непроизвольно подрагивает. — Он найдётся, я уверен. Кто тебе ещё мог желать смерти кроме Джека?

— Не знаю, может быть Полин? Фрейлина. Мы жили с ней в одной комнате до тех пор пока она не уехала.

— Уехала? — удивлённо поднял густые тёмные брови парень. — Такая тёмненькая и до ужаса надменная? Она сейчас в Уайтхолле и служит Элении.

— Серьёзно? — усмехаюсь я, а ведь я знала, что она всё равно вернётся. — В любом случае, она хотела меня выгнать из дворца, но вряд ли убить. У неё кишка тонка, а пафоса слишком много.

— Но ведь это был мужчина? Может она кого-то подкупила?

— У него была гладкая кожа на руке, не забывай. — я отрицательно качаю головой. — Значит, что он из высшего общества. У простой фрейлины нет ни денег, ни возможности подкупить такого человека. К тому же большинство знатных мужчин точно не будут в восторге работать на какую-то служанку. Значит, он действовал сугубо в своих интересах.

— Ты точно ничего не помнишь больше? — спрашивает Сент-Мори и внимательно и пытливо смотрит на меня. — Звуки? Одежда? Хоть что-нибудь?

— Точно. — твёрдо говорю я, мысленно возвращаясь в тот вечер. — Может быть… звуки? Тео! — я закричала так громко, что собеседник вздрогнул, а за дверь послышалась тихая ругань отца, похоже я его напугала. — Господи! Дыхание! Он тяжело дышал, как-будто пробежал ни одну милю, но руки у него не тряслись. Такой странный хрип. Скорее всего у него проблемы с лёгкими.

— Ты гений. — улыбнулся темноволосый парень. — Я поищу людей, подходящих под описание во дворце.

Я поблагодарила его, и вскоре мы распрощались. Я пошла на кухню, чтобы поесть, а заодно извиниться перед папой за мои визги. К счастью, он не стал спрашивать кто такой Тео.

༻ ❀ •༺

Я провела рукой по коротким редким рыжеватым волосам Софии. Девочка лучезарно мне улыбнулась и захихикала, сверкнув карими глазами. Я не сдержала улыбку и поцеловала малышку в щёку. Своими маленькими, коротенькими и пухленькими ручками она обвила мою шею и потёрлась своей щекой об мою. У меня никогда не было ни сестёр, ни братьев, но сейчас, держа Софию на руках, я почему-то воспринимала её как свою маленькую сестрёнку. Я часто рассказывала ей сказки, которые я знала. В большинстве своём они были прямиком из будущего, но я не уверена, что когда малышка вырастет, то вспомнит их.

И вспомнит ли она меня? Я никогда не задумывалась о том, где буду через несколько лет. Буду ли я всё также жить двумя жизнями? Если да, то останусь ли во дворце? А если нет, то что должно произойти вообще, чтобы такое случилось?

Я провела с Софией пару часов и уложила в кровать, когда девочка заснула на моей груди. Кому расскажу, что нянчусь с чужим новорожденным ребёнком — не поверят. Но сейчас, стоя перед деревянной детской кроваткой, я в который раз убеждаюсь, что нахожусь здесь не только из-за обещания, данного Марии, но и из-за самой Софии.

Я мерила шагами комнату. С первого этажа послышался какой-то визг, но я отмахнулась от этого. Наверняка это Лаура. К моему большому удивлению, она была крайне неуклюжей. Могла запутаться в собственных ногах, идя по ровному полу, или потеряться в трёх соснах, когда мы выходили гулять на улицу. Лаура часто обжигалась на кухне об горячие кастрюли или сносила своим платьем вещи. Однажды, она случайно уронила на пол горящую свечу. К счастью, сгорел только гобелен в моей комнате, но остальной дом остался целым и невредимым, как и мы. Конечно, некогда тёмно-красный гобелен пришлось выкинуть, так как от почёрнел и наполовину сгорел, без него пустая деревянная стена смотрелась крайне уныло и голо.

К вечеру должны приехать Бедфорды, Элизабет прислала мне письмо вчера. Я очень надеялась, что их внезапный визит поднимет мне настроение, а заодно я узнаю о ситуации в Уайтхолле. А что касалось небольшого дома, в котором я сейчас находилась, то я бы назвала свою жизнь тихой и размеренной, без дворцовых сплетен и интриг. Конечно, ведь здесь жила только прислуга, двое солдат — Уолтор и Джордж — и мы с Софией. Сплетничать было попросту некому да и не о чем. Мне не очень нравился странный и молчаливый Уолтор, поэтому чаще всего я проводила время с Джорджем или со служанками. В доме было всего два этажа. На первом жили слуги в двух комнатах, а на втором мы с малышкой в одной. Также кроме спален были две ванных, гостиная и кухня. На этом наша роскошь заканчивалась.

В дверь спальни постучали. Я пошла открывать и увидела перед собой Уолтора Брауна. Кстати говоря, он был сопровождающим Вильяма, когда тот нашёл меня на площади. И после этого постоянно ошивался где-то рядом. Я множество раз видела его как и во дворце Раймонда, так и в поместье Бедфордов, но не разу до переезда сюда не говорила с ним. Ему доверяли, поэтому и приставили ко мне. Уолтора прислали ко мне буквально три дня назад, но за это время мы успели привыкнуть друг к другу. Тем более раньше виделись очень часть.

— Джордж пошёл за дровами. — сказал он, тяжело дыша надо мной.

— Хорошо. — кивнула я. — Позови, пожалуйста, Лауру, Софии нужно поесть.

— Она занята.

— Тогда, может быть, кого-нибудь другого? — мне совсем не понравился тот тон, с которым он мне ответил.

— Все заняты. Готовят обед. — сказал, как отрезал Браун.

— Я сказала приведи мне Лауру. Сейчас же. — я слегка повысила голос, придавая звучанию жестокости.

— Она занята. — повторил тот и положил руку на дверь, чтобы я не закрыла её.

Я впилась взглядом в его большую ладонь. Идеальная кожа. Мягкая. По мне пробежались мурашки. Быть того не может. В меня будто угодил заряд молнии, и я застыла как парализованная. Нет-нет-нет. Это смешно до абсурда, а я просто себя накручиваю. Но что тогда Уолтору нужно от меня сейчас? Он тяжело дышал. В голове сразу всплыл наш сегодняшний разговор с Тео. И пазл в голове сложился.

— Проблемы с лёгкими, Уолтор? — дрожащим голосом спрашиваю я, не понимая, почему раньше я этого не замечала? Хотя я никогда и не вспоминала о такой детали, пока Тео не спросил.

— Курю много. — только теперь я посмотрела ему в глаза.

Натянутый злобный оскал был страшнее открытой ярости. Страх быстро распространился по моему телу, меня бросило в дрожь, а сердце на секунду пропустило удар. На глаза будто опустили невидимые шоры, и весь мир исчез, кроме одного человека, которого так долго разыскивали, а он всё это время был рядом. Кровь от головы отлила в ноги, я готова была сорваться с места и бежать, бежать так далеко, как только смогу. Первым моим порывом было резко захлопнуть деревянную дверь, но Уолтор давно опередил меня, придержав её рукой. Я отступила назад, и с первым же шагом я поняла, что в комнате находиться маленький ребёнок. Ни в коем случае я не подпущу его к Софии. Чего бы мне это не стоило.

— Это ты. — я собрала остатки силы в кулак, пытаясь заговорить Брауна, параллельно соображая, что я могу сделать в этой ситуации. — Ты меня хотел утопить.

— Я. — его признание, словно вонзило мне нож в горло. А ведь только вчера я сидела с ним за одни столом и пила чай с пирогом. — И не только утопить. Я много раз пытался тебя убрать, но ты всё так-то ускользала прямо из пальцев.

Я вспоминаю те самые моменты, когда мы оставались одни. Он прав. Мужчина толкнул дверь и медленно надвигался на меня, как хищник на жертву. Он был как живая гора, которая вот-вот меня придавит. Я судорожно сглотнула, смочив сухое горло, и осторожно попятилась назад. Мои глаза бегали по спальне, пытаясь найти достойное оружие, чтобы защититься, но это не оружейная лавка и никто не рассчитывал, что мне придётся отбиваться от такого громилы с прямым настроем убить меня.

— Зачем? — мой голос предательски дрогнул, а я заприметила стеклянный и тяжёлый графин с водой на столе около окна, котором я часто пользовалась, когда просыпалась среди ночи.

— Глупый вопрос, девчонка. — хохотнул он, не убирая с лица безумную улыбку. — Кроме меня никто не заметил… Никто.

— Что не заметил? — я завела руки за спину и попятилась к окну.

— Ты ведьма. — на полном серьёзе проговорил тот, и в другой ситуация я бы рассмеялась, но сейчас я едва ли не умирала от ужаса. Было совсем не до смеха. Всем же известно, что в это время ведьм сжигали? — Я всё время наблюдал за тобой, следил. Ты подобно змее, заполсшей в дом. Отравляешь всё вокруг. А ещё ты грязная лгунья. — он говорил это с такой ненавистью, а глаза горели ярким пламенем. Я едва сдерживалась, что бы не заплакать, ведь отчасти он, чёрт возьми, прав. — Если бы не ты, то меня повысили. Но тут из воздуха образуешься ты, про меня забывают. А ведь я сын рыцаря! Мой отец служил ещё король Эдмунту, его боготворили. А что со мной? Конечно, лучше помогать пробиваться в свет никому не известной шлюхе и лгунье, чем уважаемому человеку со знаменитыми предками. Я бы предпочёл сжечь тебя на погребальном костре. Но я так давно этого ждал. Мне даже оружие не нужно. Я задушу тебя голыми руками. — разум Уолтора заслонила дикая зависть, а я в это время упёрлась спиной в подоконник. — Ты украла моё место!

— Ты хотел быть фрейлиной? Мог бы сразу сказать. Прости, но я слабо представляю тебя в платье.

Моя правая рука сильно сжимает тяжеленный графин, а Браун подсаживается на крючок, который я специально закинула ему, и яростно рыча, бросается прямо на меня. Я со всей силы делаю резкое движение рукой, и стекло разбивается прямо об лоб громилы. Вода и осколки летят на пол, прямо под ноги. Моё сердце бешено колотиться, я в мгновенье оказываюсь у детской кроватки, хватаю на руки ребёнка, пока Уолтор приходит в себя. Я знаю, что он гонится за мной, но я не могу оставить Софию в одной комнате с этим монстром. Я выбегаю с плачущей девочкой из спальни, закрыв дверь прямо перед кривым носом Уолтора. Слышится глухой удар. Это он влетел головой в дверь. Не мешкаясь, я бегу на первый этаж, чтобы найти хоть кого-нибудь из прислуги. Ноги не слушаются и заплетаются, я боюсь упасть с лестницы. Страх пронизывает меня изнутри, но я пытаюсь успокоить Софию, шепчу ей на ухо хорошие слова, закутывая в одеялко. За моей спиной слышится хруст дерева и тяжёлые шаги. Уолтор следует за мной по пятам. Но в это время я уже на первом этаже.

— Помогите! — кричу я, забегая на кухню, где сейчас должны трудиться все слуги, и замираю в немом шоке, а голос срывается на пронизывающий до костей крик.

Я стою в луже тёплой, вязкой алой жидкости. У моих ног, также как по всей кухни лежат неподвижные тела. Лаура покоилась на обеденном столе, перепачканном кровью. Её глаза закатились под веки, а на шее чётко виднелись фиолетовые следы от больших пальцев. От увиденного меня кидает в ступор, и пока мозг осознаёт всё это, сердце стучит быстрее.

А шаги уже совсем близко. Я уже откровенно плачу, руки трясутся. Это чудовище убило всех в этом доме. И убьёт меня с ребёнком, если я продолжу стоять на месте. Я перепрыгиваю через тело, едва не подскальзываясь в лужи крови. Подбегаю к Грегу, он сидел на стуле, на его лице застыла гримаса ужаса. У него прямо из груди торчал огромный кухонный нож. Одной рукой я ближе прижимаю к груди ребёнка, а второй хватаюсь за рукоять и вытаскиваю из плоти некогда живущего человека длинный нож, и направляю его прямо на убийцу. Он стоит напротив меня со спокойным лицом, словно нет здесь вовсе никаких мертвецов, которых он собственноручно убил, а со мной он просто хочет поговорить.

Гробовая тишина. И только плачь Софии держит меня в реальности. В ушах звенит, а на глазах слёзы. Адреналин пульсирует в крови, а страх плавленным свинцом растекается по моим венам. Подол моего нежно-розового платья в крови, также как и правая рука с окровавленным ножом. Мысли путаются в голове. Я не знаю, что делать и куда бежать. Дом далеко от любой цивилизации, а я в ловушке на кухне. Мне не справиться с Уолтером никогда в своей жизнь, даже без двухмесячного ребёнка на руках.

— Тебе некуда бежать. — прозвучал пугающе спокойный голос Брауна, а он перешагнул через труп, мужчина словно знал о чём я думаю и озвучил мои мысли.

— Прошу, только не трогай ребёнка. Она здесь не при чём.

— Она всё равно умрёт. Можешь не стараться. Бастард, не имеющий ценности, её мать была потаскухой, а отец последней мразью, незаслуженно получившим титул.

— Отпусти нас, ум-моляю. — я пячусь назад, спина упёрлась в стену. — Я ведь фаворитка короля, ты наверняка это знаешь. Я попрошу для тебя любой титул, который пожелаешь. Только дай нам уйти. Я… я сделаю, всё что ты…

— Закрой свою поганую лживую пасть, отродье! — он крик сотряс голос, заставив рыжеволосую девочку на моих руках громче закричать. — Ты думаешь, я тупой? Отпущу тебя, а ты сразу сдашь меня.

— Н-нет, я не сдам… никогда…

Но меня не желали слушать. Я крепче сжала нож и вспоминала все молитвы разом. Боже, пожалуйста, помоги мне, помоги Софии. В коридоре послышался шорох и в здание ворвался потрёпанный Джордж, отвлекая внимания Уолтера от меня. В целой куче трупов я даже не заметила, что Кинсли здесь нет. Но теперь он стоит передо мной живой, и совсем крохотная надежда на спасение поселилась внутри меня. Молодой человек ошарашенно остановился в дверном проёме с охапкой наколотых дров. Он быстро оценил ситуацию. Я с ребёнком стою с кухонным ножом, направляя его на Брауна. Мы в кровавой комнате с трупами, а на моём лице написан холодящий ужас. Парень ловко кидает всю древесину в громилу и выхватывает из ножен длинный блестящий меч, но Уолтор не отстаёт и берётся своё оружие. Сталь находит сталь, раздаётся режущий уши лязг. Они бьются насмерть, каждый удар мечей ясным звоном отдаётся у меня в голове.

— Бегите! — кричит мне Кинсли, загоняя Уолтора в угол.

Хоть Браун больше и шире Джорджа раза в два, но у Кинсли было преимущество. Уолтор слишком грузный и медленный, что давало Джорджу немного форы. Он же был ловким и быстрым. Я не стала досматривать бой до конца, прошмыгнула мимо дерущихся, и рванула к входной двери, оставляя за собой кровавых следы. Тело сразу же обдало холодным мартовским воздухом. Изо рта пошёл горячий пар, и я постаралась закутать Софию ещё сильнее. Я не знала, что мне делать. Пешком я точно далеко не уйду в домашнем-то платье. Я вновь развернулась лицом к небольшому дому, прижимая к груди ребёнка. Я смотрела на распахнутую дверь, ожидая, что скоро там покажется силуэт Джорджа. Он скажет, что опасность миновала и успокоит меня. Ветер пронизывал меня до костей, но я не обращала внимание на холод и стук зубов, а также на дрожь в теле. Я ждала Джорджа Кинсли, как спасение. Больше не оставалось никаких вариантов. На улице начало темнеть, но всё же меня можно было разглядеть. Уолтер бы догнал меня в три счёта.

Я гладила по спине девочку той же рукой, которой держала её. Не хочу прикасаться к её невинному и чистому телу правой рукой, испачканной в чужой крови, и сжимавшей нож. Я сама была готова упасть в обморок от происходящего кошмара, но успокаивающе покачивала Софию, поцеловав его в огненно-рыжие волосы. С ней мне очень тяжело отбиваться от Брауна, к тому же моя рука затекла, я её уже не чувствовала, но я не брошу её, только ради того, чтобы спасти свою жизнь. Я подняла заплаканное лицо к стремительно темневшему небу.

— Мария, — зашептала я, — помоги своей дочери.

И на пороге дома наконец показалась затемнённая фигура. Моё сердце подпрыгнуло. Из далека я не поняла кто это. Человек вытянул руку вперёд, у него там что-то было. Похоже на маленький мешочек… Я нахмурилась, силуэт кинул мешок мне под ноги. Я внимательно следила за движение непонятное предмета. Что-то круглое прикатилось прямо к моим ногам. Перевернулось последний раз, и на меня смотрели широко раскрытые глаза. Это отрубленная голова! Я отпрянула и громко-громко закричала.

— Джордж! — взвыла я, словно волк на луну.

Последние капли надежды ускользали словно вода. Меня тянуло вниз к земле, больше не было сил стоять на ногах. Я содрогалась от каждой слезы, которая скатывалась по щекам. Грунт под ногами Уолтора хрустел. Мужчина надвигался на меня очень широкими шагами, как нечто неизбежное. Я развернулась и из последних сил заставила себя бежать вперёд, ноги подкашивались, утопая в грязи, а перед собой я видела лишь бледную пелену. Я бежала, спотыкалась, поднималась и бежала дальше. Я убегала от смерти. В самом прямом смысле этого слова.

Уолтор быстро оказался рядом, схватил меня за волосы, и грубо дёрнул в сторону. Я свалилась, как тряпичная кукла. Я уверена, что сильно ушиблась, но из-за выброса адреналина ничего сейчас не чувствовала, кроме всепоглощающего смертельного ужаса. Браун навис прямо надо мной, протягивая руки к моей тонкой шее. Я была обречена на смерть, ясно понимала, что на этом моя жизнь закончиться. Я больше никогда в жизни не обниму маму с папой, не посмеюсь с Зои и Калебом, не созвонюсь и не обсужу что-нибудь с Тео и никогда не увижу Раймонда. Я размахивала ножом, пытаясь отогнать от себя этого ублюдка, как-будто это что-нибудь изменит. Я умру здесь, вдали от всех, с маленьким ребёнком на руках. Я плакала, грудь словно сдавил огромный камень. Точным ударом Уолтор выбил из рук единственное моё оружие. Его большие и короткие пальцы сомкнулись на моей шее. Это конец.

Воздух сотряс громкий хлопок. В ушах звенит, а мой затуманенный взгляд не позволяет быстро понять ситуацию. Всё? Неужели я уже мертва? Но неожиданно для себя я чувствую сильный запах пороха, а тяжелое тело Брауна повалилось в сантиметре от меня с громким глухим звуком. Вокруг него быстро распространялась алая кровь. Я не понимала, что происходит. Настолько я была перепуганной, что для меня будто всё погрузилось в густой непроглядный туман. Рядом слышатся шаги, кто-то подбегает ко мне и пытается забрать ревущую Софию, но я не отдаю ребёнка, крепче обнимая девочку, я ползу назад.

— Грейс, милая. — слышится знакомый мне испуганный тихий голос, возвращающий меня в реальность. — Тише-тише, это я. — постепенно размытое пятно перед моими глазами преобразовывается в Элизабет. — Давай-ка, поднимайся. Я подержу ребёнка.

— Н-нет. — я опираюсь о леди Элизабет и встаю на ноги, но Софию по прежнему никому не передаю.

Я пустым взглядом обвожу местность. Из дома выбегает герцог Бедфорд, а за ним его охрана. Я совсем забыла, что они должны были скоро приехать. Но меня продолжает трясти. Слишком близко ко мне лежит безжизненное тело двухметрового Уолтора. Недалеко от дома карета, запряжённая двумя гнедыми лошадьми, и ещё несколько посёдланных коней рядом. Уолтор был так занят своей местью, что даже не заметил эту вереницу, выехавшую из чащи леса. Элизабет придерживает меня, к нам подходит Вильям с обеспокоенным выражением лица. Он видел, что твориться в доме.

— Леди Грейс, он вас не тронул? — волнующейся голос герцога Бедфорда заставил меня осмотреть саму себя. Я не могла говорить, силы кончились. Поэтому просто просто отрицательно покачала головой.

— Милый, её трясёт. — тёплая небольшая ладошка Элизабет легла мне на спину.

— Отведи её в карету, мы соберём вещи и вернёмся в поместье. — велел он.

Леди Элизабет не стала задавать лишних вопросов и молча повела меня в сторону кареты. Мне помогли забраться туда, а потом обернули в тёплый дорожный плащ. Я уткнулась носом в маленькое тельце Софии и беззвучно заплакала, пытаясь скрыть слёзы от сидящей напротив сильно обеспокоенной Элизабет.

Господи, неужели это правда? Я живая. Я спасла себя и ребёнка. Мы в безопасности.

В безопасности.

Глава 20.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я выпустила из рук маленькую Софию только тогда, когда мы приехали в поместье Бедфордов. Девочку сразу же унеси слуги, чтобы успокоить, помыть, накормить и уложить спать. А тем временем, я сидела в большой гостиной у камина, а леди Элизабет растирала мне плечи. Я была бесконечно рада, что нахожусь в этом доме, здесь и начался мой путь. Страх отступил, но осознание произошедшего до сих пор крутилось в моей голове. Руки дрожали, а мои тонкие пальцы обхватывали края горячей чашки с чаем так сильно, что вот-вот она треснет. Тёплый свет языков пламени, танцующих на дровах, мягко подсвечивал мой лицо. Элизабет пыталась заставить меня поесть, но мне даже крошка в рот не лезла. Я бесстрастно глядела перед собой пустым, туманным взглядом, глаза слегка сузились и приобрели тусклый оттенок. Я не обращала внимание ни на что, а слух был сосредоточен на потрескивании полен в камине.

— Я оповестил Его Величество. — в гостиную зашёл герцог Бедфорд.

Я медленно посмотрела на него. Мужчина беглым взглядом пробежался по комнате, а потом посмотрел на меня. Его губы были плотно сжаты, а уголки губ опущены. Брови Вильяма вытягивались в прямую линию, на лбу образовались несколько поперечных морщин. Он сожалел и ему было… стыдно? Нет-нет, он здесь ни в чём не виноват. Я поднялась с большого продолговатого пуфика, не спуская расстроенных глаз с Бедфорда.

— Не вините себя. — мой голос дрогнул, я постаралась собраться.

— Я посоветовал Уолтора. Я не знал…

— Прошу вас, — я отрицательно покачала головой и взяла ладонь Элизабет в руку, — вы ни в чём не виноваты. Наоборот. Пребудьте вы на минуту позже, нашли бы ещё двух трупов. — после моих слов по коже герцогини пробежали мурашки. — Вы, в который раз спасаете мне жизнь. Я обязана вам по гроб жизни.

Втроём мы молча смотрели друг на друга около минуты. Герцог Бедфорд не просил меня рассказать, что случилось в том доме, за что я ему очень благодарна. Я отставила чашку чая, а потом пошла принять ванну. Мне было просто необходимо смыть с себя весь сегодняшний день, всю кровь… Ужасающие воспоминания о произошедшем никуда не делись, то и дело просачиваясь в мой разум. Синее лицо Лауры, зарезанный Грег, сумасшедшая улыбка Уолтора, тяжесть рукояти ножа, крепко сжатая в моих руках тогда, до сих пор чувствуется.

После тёплой ванны, Сара принесла мне чистое новое платье и помогла одеться. В памяти проплыли добрые воспоминания о том, что произошло со мной в этом поместье. Как я впервые оказалась в этой комнате, как Сара впервые затянула на моей талии тугой корсет, как меня учили ездить верхом, как я играла с Элль в обед. Я горячо поблагодарила Сару и спустилась на первый этаж. Несмотря на то, что я уже несколько часов нахожусь в полной безопасности, я шарахалась от каждого звука, голос подрагивал, а каждое моё движение было неуклюжим, будто я только что вышла из под наркоза.

— Я доверил тебе её жизнь! Сказал, что отвечаешь головой! — рычал чей-то до боли знакомый голос. — Даже если она споткнётся я должен это знать!

Я сразу же узнала говорившего человека, поэтому влетела в гостиную на всех парах. Перед собой я увидела его. Человека, которого я так надеялась разлюбить, из-за которого я и уехала в тот ужасный дом. Человека, при виде которого моё сердце трепыхало, которого я любила больше всего на свете, также сильно как и ненавидела.

Раймонд гневно шипел на бедного Бедфорда, опустившего голову вниз. Казалось, что если он поднимет глаза, то король просто испепелит его на месте своей яростью. Мой приход не остался незамеченным. Все присутствующие повернули головы в мою сторону. Наши взгляды с Раймондом пересеклись, и моё сердце ёкнуло. Я рванула на встречу его теплым объятиям, словно я всё ещё убегала от Уолтора, а Раймонд был моим единственным спасательным кругом. Я по инерции врезалась в тело мужчины, и тот сомкнул вокруг меня руки. В его объятиях так спокойно. Я чувствую тепло его прикосновений и успокаиваюсь. После чего король отпускает меня, а я склоняю голову и приветствую всех собравшихся.

Через десять минут мы все сидели за большим столом, за исключением Элизабет. Я разглядывала Раймонда. А он изменился. На лице присутствовала лёгкая щетина, глаза были уставшие, щёки немного впали. После моего рассказа о том, что случилось наступила тишина. Роберт Линн тоже был выбит из колеи, хоть и пытался это скрыть за задумчивостью. Он повернулся ко мне. Я заметила, что он был без воротника и на шее открыто красовалась белая полоска шрама.

— Вы пробыли там три дня. Почему он ждал?

— Раз в три дня Джордж Кинсли ходил за дровами, и Уолтор об этом знал. Наверное, дождался того момента, когда он уйдёт, чтобы лишний раз не отвлекаться. Но Д-джордж, — я запнулась, перед глазами всплыла его отрубленная голова, — Джордж пришёл намного раньше, видимо что-то забыл.

— А как же приезд лорда Бедфорда? — Линн приподнял бровь.

— Уолтор не знал об том. — я похвалила себя, что не стала трепать языком лишний раз, иначе бы он попытался меня убить в более подходящий момент. — Письмо принёс Джордж, я прочитала, но никому не сказала. Забыла.

— Что ж, ваша забывчивость спасла вам жизнь, леди Грейс. — видимо Роберт подумал о том же самом. — И вы спасли ребёнка, несмотря на то, что за вами гнался убийца. — я кивнула, не в силах сказать, что-либо, а Раймонд крепче сжал мою руку. — Вы невероятно храбрая девушка.

— Завтра возвращаемся в Уайтхолл. — раздался голос короля рядом со мной. — Милорд, я надеюсь вы не против, если мы останемся на ночь здесь?

— Для меня это честь, Ваше Величество. — склонил голову Бедфорд.

Я очень слабо улыбнулась Раймонду. Неужели я вернусь обратно во дворец? И увижу Кэрол с Тео?

Но сейчас я хочу лишь одного — лечь на кровать, закрыть глаза и провалиться в крепкий сон.

Мы с королём зашли в мою комнату. Хозяева предлагали ему спальню побольше, но он отказался, решив остаться со мной. За это ему я очень благодарна. Не хотелось сейчас оставаться одной.

— Я тоже еду с вами? — спрашиваю я, поворачиваюсь лицом к королю.

— Разумеется. — отвечает он, но замечает некое замешательство на моём лице. — Ты не будешь служить Элении, не волнуйся.

— Правда? — расцветаю я.

— Да, ты будешь свободной девушкой при дворе. С отдельными покоями. — мужчина вернул мне улыбку.

༻ ❀ •༺

Мы сидели с Зои и Калебом на биологии вместе. После всего того, что со мной случилось, я твёрдо решила, что никогда не отрекусь от дружбы с этими двумя и буду держаться за них двумя руками. Сегодня с утра мы встретились и поговорили, и ребята извинились за своё поведение, пообещав, что такого больше не повториться. Сейчас мы вместе с Зои обсуждали идею Оуэна, чтобы я вписала своё имя в список кандидаток на титул королевы выпускного бала, который будет проходить перед вручением аттестатов в начале лета. На подготовку оставалось около двух месяцев. Я сказала Зои, что одна участвовать не буду, а только при условии, что запишется и она.

— Тебя вся школа уже месяц обсуждает! — возразила мне подруга, поправляя свои короткие волосы.

— Не преувеличивай.

— Она говорит правду, Грейс. — вмешивается парень, запуская руку в волосы, которые вились у шеи. — Также как и того новенького. Как я смотрю, он тоже не из робких.

Я проследила за взглядом тёмных глаз Калеба и тоже посмотрела на рыжеватую макушку Маккензи Муррей. Если я внезапно прославилась из-за столь дерзкой выходки на уроке литературы, то Маккензи за то, что чуть не сломал Оуэну нос. Многие были свидетелями этого происшествия после физкультуры.

— Эй, рыжий, приходи на вечеринку в пять. — крикнул однажды Финниган в след Маккензи, а потом оскалился. — Ой, точно. У тебя же по расписанию пятичасовой чай с королевской семьёй. Передавай королеве привет!

Муррей оказался куда сильнее, чем казался на первый взгляд. Он достаточно худой парень, и я никогда бы не подумала, что могла бы произойти следующее — Маккензи быстро оказался рядом с Оуэном, обхватил его голову рукой и со все силы ударил того об железную дверь спортзала. Без злости, без лишних угроз, с таким спокойным лицом, словно он смотрит фильм.

— Шуточки про британцев оставь при себе. — сказал тогда Муррей и молча удалился.

С тех пор он обозначил, что к нему лезть лучше не нужно. Финниган минут десять не мог остановить кровотечение из носа. Больше Маккензи никто не трогал. Этот парень вёл себя весьма странно. Ни с кем не дружил и не разговаривал без надобности. Если бы я не видела того, что он сделал с Оуэном, то могла бы предположить, что Маккензи является серой мышкой. Он держался в стороне от всего мира, будто разговор с кем-то из учеников считалось для него непомерной низостью. Но меня он заинтересовал не этим, а то что был британцем. Я не раз отмечала его специфический акцент, которому сама пыталась подражать, когда оказывалась во второй параллели. Поэтому для меня британский и американский английский слились воедино, и даже в первой параллели я говорила так, словно прожила в Соединённом Королевстве не один год.

Зои и Калеб не понимали моё интерес к этому парню, также как и не понимали какое теперь большое значение имела для меня Англия. Будто смотря на Маккензи, я ощущала крошечную связь с Раймондом. Это очень глупо. Чёрт, нельзя видеть связь между людьми, если они всего лишь одной нации! Это тоже самое, что осуждать всех немцев за Гитлера.

— В любом случае, — ко мне повернулась Зои, — подавай заявку.

༻ ❀ •༺

Я зашла в сувенирную лавку. Раздался звон колокольчика над дверь, и из под прилавка выглянула Иннес. Женщина подошла ко мне и обняла. В последнее время она начала мне платить за то, что я помогаю ей. Сумма была не особо большой, но и я не настаивала. Меня всё вполне устраивало. К тому же мне просто нравилось проводить время здесь с ней и Артуром. После школы я не спешила возвращаться домой. Там было скучно, потому что весь день я была одна, а когда приходили родители, я уходила к себе в комнату, чтобы лишний раз не попадаться матери под руку.

— Сегодня работы нет. — сказала женщина с насыщенными огненно-рыжими локонами. — Но ты можешь остаться на пирог, скоро придёт мой сын.

Я согласно кивнула и села за небольшой столик. Посетителей было не очень много, поэтому Иннес спокойно отходила от прилавка за ширму, а я приглядывала за людьми, гуляющими по помещению и разглядывающими различные фигурки, магнитики и статуэтки. Из подсобки выбежал как всегда улыбающийся Артур. Я встала из-за стола, ребёнок побежал обнимать меня. Иннес принесла нам чай и огромный абрикосовый пирог, а потом убежала за кассу. Мы с Арту уселись друг на против друга, мальчик рассказывал мне события, которые произошли с ним за те три дня, которых меня здесь не было. Вчера, например, я ездила с родителями к семье Треви, где накричала на Тода за то, что не умеет держать язык за зубами, а потом он весь вечер восхищался новой компьютерной игрой.

Я слушала Арту, но всё равно мои мысли были заняты второй параллелью. Я невольно посмотрела на чистую правую руку, в ней была зажата чайная ложка. Всего лишь ложка. Всё хорошо. Уолтор мёртв, а я возвращаюсь к своей привычной жизнь. Только вряд ли я когда-нибудь смогу забыть этот кошмар, что-то во мне точно изменилось. Но сейчас я тряхнула головой, пытаясь выкинуть все мысли и придерживаться моего негласного правила: проблемы второй параллели — это проблемы второй параллели. Соответственно, я буду беспокоиться об это непосредственно во второй параллели. Иначе жить просто невозможно. Сейчас я нахожусь в первой параллели, и должна жить здесь и сейчас. И Тео полностью согласен с моей политикой, говорит, что сам придерживается этого правила, в противном случае можно сойти с ума.

Я вслушивалась в истории маленького мальчика, а заодно следила за людьми в зале. Мой взгляд зацепился за смутно знакомого человека. Худой парень разговаривал с Иннес, а потом обернулся и двинулся в мою сторону. Маккензи! Мои глаза округлились до размера блюдца, а брови удивлённо взмыли вверх. Что он тут делает? Увидев, меня, парень также опешил, а его мысли будто остановились. Но всё же опустился на стул рядом с Артуром. Маккензи косо на меня посмотрел, слабо смыкая тонкие губы.

— Марлоу, ты знакома с моим братом? — спросил Маккензи, его голос отличался от того голоса, которым он разговаривал в школе, он будто не такой безразличный и отстранённый. И ещё я удивлена, что он знает мою фамилию.

— Братом!? — мой рот раскрылся сам собой.

Я напрягла внимание, глаза быстро бегали по двум мальчикам, цепляясь за любую деталь их внешности. И действительно, после я обнаружила некое сходство, но оно было до того слабое, что я бы никогда в жизни не догадалась, что они из одной семьи. Артур активно закивал головой и радостно посмотрел на меня.

— А ты откуда её знаешь? — спросил маленький… Муррей?

Тогда не складывалась одна вещь… Иннес и Артур из Шотландии, а Маккензи британец. Шотландия, конечно, входит в состав Соединённого Королевства, но всё же нации разные. Да и по разговору можно было точно понять, что Маккензи говорил с сильным британским акцентом, отличающимся от акцента Артура и Иннес.

— Мы учимся в одной школе. — ответил Маккензи, а потом Артур коротко, но зато очень ярко описал наше знакомство. — Так вот о ком он без умолку болтает. — усмехнулся парень. — Ты знаешь, что он правда думает, что ты супергероиня? Арти просто уверен, что дома в шкафу ты прячешь красный супергеройский плащ, а ночью спасаешь всех жителей США с целым отрядом таких же супергероев. Спит и видит, как присоединяется к вам.

— Мак! — сипло вякнул Артур, обильно краснея. — Это н-не правда! Он всё врёт!

Я очень хотела рассмеяться, но понимала, что тогда задену чувства Арту. Я прикусила внутреннюю сторону щеки, давясь смехом. Перед глазами возникла до абсурда смешная картинка: я стою на крыше высотки, красный плащ развивается на ветру вместе с моими светлыми волосами, глаза обрамляет такая же красная маска, а по обе стороны от меня стоят Калеб в зелёном трико, Зои в розовом, а Тео в синем.

— Ничего страшного, — мотаю головой я, всеми силами прогоняя эти образы из головы, — я сама раньше верила, что моя лучшая подруга фея и просто не хочет мне признаваться. — заговорщецки понизила голос я, лукаво посматривая на Арту, которого явно утешило моё признание. — Но у меня нет плаща в шкафу, к сожалению.

Потом мы продолжили есть, но на этот раз Артур не спешил ничего рассказывать. Он стыдливо опустил голову и уткнулся взглядом в стол. Иннес пару раз подходила к столу, в последний раз она что-то шепнула Маккензи на ухо, а потом также быстро ретировалась к покупателям. Я внимательно наблюдала из-под лобья за тем как изменилось выражения лица в Маккензи, а потом он скривил губы, наморщив нос. Мне стало очень интересно, что же такого ему сказала женщина, но я промолчала, посчитав, что спрашивать будет не очень тактично. В тишине мы просидели ещё минут пять, пока Макензи не заговорил:

— Собралась стать королевой на балу? Я видел список.

— Ага, это спонтанно вышло. — я не знаю зачем соврала, ведь на деле это решение я обдумывала много дней, а записалась только сегодня. — А ты не хочешь стать королём?

Но от части это и впрямь было неожиданно. Поначалу я не собиралась участвовать, но слова Оуэна в школьном дворе почему-то натолкнули меня на эту мысль. К тому же меня горячо поддержали Зои и Калеб.

— Я считаю это глупостью. — отрицательно покачал головой парень, а потом поднёс к губам чашку чая, а я не специально глянула на время. Шесть. И мысленно усмехнулась.

— Что же глупого в обычном конкурсе?

— Конкурс от выборов тем и отличается, что участвовать может кто угодно. — парень поставил чашку в блюдце, и закинул в рот кусочек мягкого и сочного пирога. — А то, что происходит на выпускном балу — называется выборами. Люди голосуют за своих фаворитов. Стало быть, чтобы выиграть нужно быть популярным и нравится большинству.

— Хорошо. Тогда почему ты считаешь выборы глупыми?

— Я считаю глупостью моё участие, а не сами выборы. — он нервно дёрнул бровями. — Я не собираюсь становиться местной знаменитостью за два месяца, тратить кучу сил и средств на подготовку, чтобы три минуты постоять на сцене с дешёвой короной, купленной на блошином рынке, говоря абсолютно дебильную речь, которую можно найти в интернете.

— Во-первых, корона не дешёвая. — спокойно отозвалась я с некой холодностью в голосе. — Во-вторых, тебе и стараться не нужно уже. То, как ты приложил Оуэна головой об дверь знает вся школы. А он, кстати говоря, самый популярный парень. В-третьих, если придумать торжественную речь самим, то не найдёшь её в интернете. — я сильно сжала скулы, постукивая пальцами по деревянной столешнице.

— От тебя так и прёт пассивной агрессией. — усмехнулся Маккензи, пронзая меня ленивым взглядом.

— А от тебя прёт грубостью. — парировала я. — Я задала тебе совершенно обычный вопрос, а ты ответил целым не нужным сочинением, хотя мог сказать одно простое "нет".

— И ты бы не спросила почему?

— Не спросила. — согласилась я, отставляя пустую чашку.

— Значит не всё так безнадёжно, как я думал. — он вальяжно откинулся на спинку стула, а мне невероятно сильно захотелось запустить ложку ему в лоб.

— Приму это за комплимент. — я поднялась с места, взяла свою чашку и тарелку. — А теперь прошу меня извинить, но боюсь, что мне пора. Пока, Артур!

— Проводить тебя? — спросил старший Маккензи, а его брат прощально помахал мне рукой, так как его рот был под завязку набит пирогом.

— Уж как-нибудь сама дойду. От меня же веет пассивной агрессией.

— А от меня грубость.

— Верно, поэтому не будет действовать друг другу на нервы. Увидимся в школе, Муррей. — тряхнув волосами, я гордо зашагала за ширму, чтобы отнести посуду, а потом и вовсе вышла из магазинчика, чувствуя на себе пронзительный взгляд Маккензи.

Глава 21.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я лениво продрала свои глаза. Рядом в абсолютной тишине лежал Раймонд. Он смотрел куда-то перед собой, лицо его выражало глубокую задумчивость. На переносье ярко выражены две вертикальные складки, а брови из дугообразных сделались горизонтальными. Тёмные волосы небрежно торчали в разные стороны, одной рукой мужчина обнимал меня. Мне нравился такой Раймонд. Я много раз наблюдала его спящим. И от того человека, которым он является днём не остаётся и следа. Он похож на усталого котёнка. Такой обычный, спящий, милый. Ночью на нём нет этой короны, дорогих костюмов и драгоценностей.

— Доброе утро, — сказала я, потянув руки вверх.

— Доброе. — Раймонд провёл ещё несколько секунд в трансе, а потом повернулся ко мне. — Как спалось?

— Прекрасно. — я улыбаюсь и принимаю сидячее положение, натягивая одеяло до подбородка. — О чём ты думал?

— О сегодняшнем дне. — после небольшого молчания ответил мужчина. — Хорошо, что ты проснулась так рано, чем быстрее будем во дворце, тем лучше.

Он резким движением сбрасывает с себя одеяло и встаёт. Ну вот опять. Не успели мы проснуться, а его мысли уже заняты страной и всякими хитрыми политическими ходами. Поэтому я больше люблю ночь. Тогда мы разговариваем на разные темы, а Раймонд выкидывает из головы все обязанности короля, а также почему-то только ночью мой язык поворачивается обращаться с ним на "ты". А как только встаёт солнце, мы оба обязаны вернуться из нашего маленького рая. Он снова становится для меня Его Величество, а я для него леди Грейс. Я понимаю, что для шестнадцатого века такое вполне даже нормально. Но я ведь не отсюда. Я всю жизнь жила в двадцать первом веке, росла с мамой и папой, которые и днём и ночью вели себя одинаково. Но я знаю, что такого в моей жизни никогда не будет. Ни в одной из двух жизней не будет.

Я вздрагиваю всем телом. Молча наблюдаю за тем, как по одному-единственному слову Раймонда в комнату подтягиваются слуги и начинают хлопотать над королём. Как долго я ещё так буду жить? Много ли вечеров буду проводить с Раймондом или когда-нибудь это прекратиться? Меня раздражает, что я не могу ничего контролировать в этой ситуации. Я даже представить не могу, что может случиться завтра. Какие на этот раз интриги и заговоры мне предстоит распутать? Чьи смерти наблюдать? Какие преграды преодолеть, чтобы наконец-то начать жить спокойно?

༻ ❀ •༺

Мы заходим в дворец. Как же я рада вновь здесь оказаться. Незаметно для самой себя Уайтхолл стал моим домом. Когда я уезжала, на тропинках всё ещё лежал пушистый снег, хоть уже и потихоньку таял, а сейчас здесь нет ни намёка на его существование. Я попрощалась с Раймондом и герцогом Бедфордом и поспешила найти Кэрол. Я быстро отправляюсь в ту часть дворца, где расположены комнаты фрейлин. Наконец-то я здесь. Дверь моей бывшей комнаты находится прямо передо мной. Интересно, кто теперь там живёт? Словно услышав вопрос, который я задала себе в голове, входная дверь распахивается и от туда выбегают Сьюзан и Полин, но заметив меня, резко останавливаются, как вкопанные. На одном лице выражается радость, а на другом — негодование.

— Грейс! — Сьюзан сразу бросается мне на шею и обнимает, в то время как Полин недовольно кривиться. — Я не знала, что ты так рано вернёшься.

Темноволосая девушка, стоящая позади Сьюзан, что-то проворчала, но я смога расслышать: "Лучше бы вообще не возвращалась."

— Рада видеть тебя, Сьюзан. — я отпускаю из своих объятий фрейлину в каком-то тусклом голубом платье. Помниться, когда мы служили Марии, то сами щеголяли в новых одеждах и украшениях.

— Как тебе там? Понравилось? — спрашивает девушка, и по её искреннему интересу я поняла, что никто не знает, что произошло в том доме.

— Тихое и спокойное местечко. — я натягиваю на лицо улыбку, а в голове проносятся ужасающие картины — вся кухня залита кровь, вокруг мёртвые люди, громкий надрывистый плачь Софии, отрубленная голова Джорджа у моих ног. По спине пробегает холодок, а меня передёргивает. Прочь-прочь-прочь! Я вновь фокусирую внимание на Сьюзан.

— Хорошо, расскажешь потом что да как, а то мне нужно спешить сейчас. Если ищешь Кэрол, то она пока у Её Величества. Я передам ей, что ты вернулась. — говорит она, и удаляется по коридору направо, за ней плетётся Полин, прожигая во мне дыру одним лишь взглядом.

И я рада тебя видеть, Полин. Я усмехаюсь своим же мыслям. Но уж лучше находиться с ней, чем с Уолтором. Девушка хоть и проявляет агрессию, но зачастую она пассивная, что нельзя сказать про Брауна. После слов Сьюзан, я вспоминаю, что не только Полин я не особо желаю видеть, но и эту Элению Ганс. Я вспоминаю, что она выглядит как ходячий мертвец и покрываюсь мурашками. Если Кэрол сейчас занята, то я лучше пойду найду свою новую комнату, куда уже приказали отнести мои вещи. Покои находились на втором этаже и были в два раза больше моей старой комнаты. Просто шикарное помещение. Рядом с кровати стояли сундуки с вещами, поэтому я принялась их разбирать, чтобы скоротать время. На это ушло чуть больше часа, а потом я вышла из комнаты, чтобы всё же отыскать Кэрол или Тео, который тоже должен находиться здесь. Он, к слову, как и остальные понятия не имеет, что мне пришлось пережить совсем недавно.

Я бродила по коридорам дворца, прислушиваясь к любому шороху и вглядываясь в каждую деталь. Обыскивать дворец таких размеров оказалось бесполезным занятием, так что я просто вышла во двор, где так сильно любила проводить свободное время Мария. Прямо передо мной пристала странная картина: Эления гуляла под руку с Робертом Линном и что-то очень активно обсуждала. Я нахмурилась, неужто она хочет повторить захватывающую судьбу прошлой королевы? Эления, конечно, похожа на капризную дурочку, но Роберт не был лишён мозгов. Отнюдь. Я незаметно соскользнула со ступенек и затерялась в кустах живой изгороди, подкрадываясь к этой парочке. О чём они могли говорить? Я напрягла свою память и вспомнила, что это именно Линн посоветовал Раймонду жениться на этой женщине. Что-то тут явно не чисто. Я пробежала вдоль деревьев и кустарников по дорожке, придерживая юбку платья пальцами, чтобы она не так сильно шуршала. Мне нельзя выдать своего присутствия. Роберт Линн не клинический идиот, в отличии от де Клейна, его уже не обманешь дешёвым спектаклем. Когда я оказалась достаточно близко к ним, то увидела позади парочки всех фрейлин и расплылась в улыбке. Я так сильно по ним скучала.

— Что делаешь? — раздаётся шёпот над моим ухом, кожу обжигает горячее дыхание, и я едва не падаю в большой и аккуратно подстриженный куст. Сердце отбивает чечётку, в крови распространяется адреналин.

Я резко разворачиваюсь к источнику звука. Передо мной с улыбкой чеширского кота стоит довольный мушкетёр. Во мне боролись два желания: обнять его или задушить и бросить в этот чёртов куст. Несмотря на испуг, я улыбаюсь и сильно тяну парня за руку, чтобы тот скрылся за полулысой живой изгородью. Тео был одет в синий служебный костюм, который современному человеку показался бы смешным.

— Шпионю. — также шепчу я в ответ, будто делаю это каждый день и нечему тут удивляться.

— Как тебе не стыдно, Грейс. — он точно смеётся надо мной. Ну да, не каждый день увидишь, как я в пышном средневековом платье ползаю между кустарников, подслушивая нынешнюю королеву и главного канцлера Англии. То ещё зрелище.

— Отвали, а. — фыркаю я. — Мне одной кажется, что их поведение странное?

— Да, одной. — согласно кивает парень. — Но вот если нас с тобой заметят вместе в этих драных кустах, то странным это будет для всех. Так что давай-ка убираться отсюда пока не поздно. Заодно расскажешь какого чёрта ты тут делаешь.

— Шпионю. Сказала же.

— Я имею в виду, что ты делаешь во дворце.

— А-а, долгая история. — отмахиваюсь я, не спуская глаз с Линна и Ганс. — Расскажу как-нибудь по телефону.

— Грейс…

— По телефону, — грозно шепчу я.

— Боже, ты не исправимо упрямая, как баран. — Теодор устало закатывает глаза.

— Тише! — вякнула я, когда Эления и её спутник остановились не далеко от нашего куста.

— И какой смысл сидеть здесь? Ты же даже ничего не услышишь.

— Я вроде умею читать по губам, — я слегка высунулась из-за живой изгороди, старательно наблюдая за устами Элении, — лошади, небо, водка. Стоп, какая водка? Нет, не умею.

— Господи, за что мне такое? — Тео резко потянул меня обратно в укрытие, а потом высунулся сам. — Она говорит, что всё идёт по плану и благодарит за активное участие. — темноволосый парень свёл брови к переносице, на лбу появились не глубокие складки, уголок губ дрогнул. — Какой ещё план?

Мы ошарашенно смотрим друг на друга несколько секунд. Наступила звенящая тишина, шестерёнки в моей голове крутятся с большой скоростью, а в глазах застыло некое подозрение. Опять какие-то заговоры и интриги? Тео смотрит на меня, не сложно догадаться, что он в таком же состоянии, что и я.

— Валим. — шепчу я, понимая, что больше сидеть смысла здесь нет, а если попадёмся будет очень хреново.

Пригнувшись, мы трусцой бежим вдоль живой изгороди на одних только носочках, двигаясь, словно мы преступники какие-то. Добежав до конца здания, мы сворачиваем за угол и бежим дальше. Моя цель — задний двор, конюшня. Только там мы сейчас сможем спокойно всё обговорить. Там практически не бывает людей, а лошади точно не станут нас осуждать за подслушивание. Мы проскользнули в конюшню, где содержались обычные служебные лошади и закрыли за собой дверь. Я пыталась отдышаться, пока Тео ходил взад-вперёд передо мной.

— И как это понимать? — нахмурился тот, небрежно махнув рукой в сторону.

— Не знаю. — отвечаю я и выпрямляюсь. — Но могу сказать, что именно Роберт Линн настаивал на этом союзе, говорил, что он скрепит узы между Англией и Францией.

— Союзу конец, Грейс. — качает головой мушкетёр. — Даже мне видно, как сильно Его Величество хочет избавиться от Элении. Он ищет любую лазейку, любой выход как бы отделаться от этого. Все знают, что Раймонд упёртый и доводит дело до конца всегда. Рано или поздно, он найдёт способ развестись с ней, и я уверен, церковь даст на это добро.

Одна часть меня от услышанного хотела бегать и прыгать до потолка от счастья, но другая — понимает, что как только Эления отправится домой без кольца на безымянном пальце, начнётся война. Вряд ли Раймонд сможет в этот раз выйти из воды абсолютно сухим. Как бы сильно я не хотела бы радоваться, мои губы лишь на секунду дрогнули в облегчённой улыбке, потом я взяла себя в руки.

— Значит, мне нужно помочь Раймонду.

— Следить за королевой? Ты хочешь пойди под суд? — горько усмехнулся Тео, запуская руки в густые тёмные кудри.

— И да, и нет. — я решительно взглянула на друга. — По возможности буду следить за ней и собирать информацию, пусть даже по кусочкам. Не волнуйся, я не попадусь.

— Чтобы быть достаточно в курсе событий, ты должна всё время находиться рядом с ней. — он многозначительно посмотрел на меня.

— Да. — киваю я, осознавая, что я вновь выбираю страдать вместо заслуженного отдыха.

— В подружки ты ей точно не напросишься. — мотает головой Тео. — Эления мне доверяет больше, чем тебе, ведь она, как и вообще весь дворец, знает ради кого король с ней разведётся. — после этих слов я обильно заливаюсь краской. — Ты не должна опять становиться фрейлиной. Это глупо. Она ни слова не проронит в твоё присутствие. Кто поверит, что ты по доброте душевное собралась служить ей? К тому же, таким шагом ты только вызовешь подозрения.

— Тео, у меня нет другого выхода. Иначе ближе к ней не подобраться.

— Она не единственная кто в этом замешен, помнишь? Эления Ганс куда больше довериться мне, потому что она знает меня много лет, чем тебе. Но вот Роберт Линн…

— … ещё одна фигура в этой игре.

— Верно. А ещё он вряд ли будет фильтровать свой базар при тебе. Во-первых, он привык, что ты постоянно рядом с королём. Во-вторых, для здешних мужчин женщина — глупенькое и миленькое создание, не способное мыслить также глубоко, как мужчина. Он не почувствует в тебе угрозу.

— Хорошо, ты прав. — соглашаюсь я, потому что слова моего друга имеют под собой фундамент. — И ты действительно станешь мне помогать? Ведь это, в какой-то степени, предательство родины.

— Никто не узнает откуда пошла утечка. К тому же если мы выиграем, им уже будет поздно искать крысу. — говорит Тео, а я внимательно наблюдаю за ним. — Игра. Это игра. И они проиграют, вот увидишь. — парень расплылся в довольно улыбке, а он оказывается любит азарт.

— Но зачем тебе это?

— Небольшое разнообразие в мою жизнь. И да, я помогу тебе при одном условии, — в моих лёгких кончается воздух, — ты в подробностях расскажешь мне почему ты вернулась раньше времени.

— Ты как-будто не рад. — наигранно обижаюсь я.

— Напротив. Но мне кажется, что что-то случилось. По рукам?

— По рукам. — я пожимаю его протянутую руку.

Глава 22.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

— Так всё и закончилось. — я зажимаю телефон между ухом и плечом, пытаясь достать с портфеля мелочь на автобус. — Мне кажется, что я уже в неоплатном долгу перед Бедфордами.

— Как же я сразу не догадался… Уолтор. — хмыкнул в телефон Тео. — Я видел этого громилу пару раз, но когда начал искать людей с затруднённым дыханием, то он уже уехал.

— Если бы тогда не помог мне вспомнить эту деталь, то я бы до последнего не понимала, что происходит. — я взяла средство связи в руку, поправляя не послушные локоны, которые так и норовили прилипнуть к блеску на губах. — Но я почти сразу догадалась, что к чему. Это дало мне некоторую фору.

Я позвонила Тео сразу как только вышла из дома и рассказала события того ужасного вечера. Перед моими глазами уже виднелась нужная мне остановка, но ни Калеба, ни Зои я так не наблюдала.

— Это всё, что ты хотел знать?

— Пока да. Чем займёшься сегодня?

— А я, случаем, не упоминала, что стала претенденткой на звание королевы выпускного бала?

— Ого-го, — восхищённо протягивает парень, — я смотрю у тебя ничего такие цели в обеих параллелях.

— О, нет. — отшучиваюсь я, широко улыбаясь. — Это разные вещи, на самом деле. Здесь мне просто наденут корону на голову и с улыбочкой пошлют далеко и надолго из школы, а вот во второй параллели не всё так просто.

— Да-да, а потом ты родишь наследничков Раймонду, и будете жить припеваючи. — хмыкнул Тео, и мне почему-то захотелось увидеть его реакцию.

— Не исключено. — мы оба разрываемся от смеха.

— Чур, я крёстный!

— Да без проблем. Только вот вряд ли Раймонд обрадуется.

— Я думаю, он меня пошлёт.

— Если честно — я тоже.

От смеха я едва ли не сгибаюсь по полам. Перед глазами почему-то всплыло шокированное лицо Раймонда, если бы я ему рассказала об этом. Даже представить не могу его реакцию. И всё же лучше не рисковать. Несмотря на то, что мы сейчас с Тео шутим, где-то глубоко в душе, я понимаю, что до такого реально может дело дойти. И самое плохое, что никто меня спрашивать не будет о том, что хочу ли я этого или нет. К тому же, в то время рожать в восемнадцать — вполне обычное явление. Многие и раньше детьми обзаводились, а кто-то вообще всходил на трон в возрасте пяти лет, как отец Раймонда, король Эдмунт. Мне совсем не нравилась эта прерогатива. К тому же там с медициной была полная беда. После пережитых мною событий, я как-то не особо горю желанием умереть после родовой горячки или от обыкновенной простуды.

— Как ты ещё держишься? — внезапно спрашивает Теодор, переставая хохотать вместе со мной.

— В каком смысле? — непонимающе сузила глаза я, приближаясь к автобусной остановке.

— Если так подумать, тебе на голову такое бремя свалилось. Твоя жизнь, в буквальном смысле, перевернулась с ног на голову. В конце концов, тебя дважды практически убили, спихнули заботу о ребёнке, тебе за очень короткое время пришлось привыкать ко всему: речи, акценту, поведению, одежде, мимике. Ты справилась куда быстрее и лучше меня. Я свыкся с этим только через год, но при этом я жил практически в одиночестве, и у меня было достаточно времени, а ты практически сразу попала в самое сердце Англии, умудрилась хорошо влиться в средневековую жизнь королевской знати, да ещё и не свихнуться.

— Ты мне льстишь. — я чувству, как мои щеки слегка приобретают розовый оттенок. — Классика философской рефлексии учит, что в меняющемся мире надо и думать по-новому.

— Удивительно. — восхищённо произнёс парень. — Ты действительно один из самых сильных духом людей, которых я знаю.

— Нет, ну точно льстишь. — мы опять смеёмся. — Тео, не выгораживай и себя. Провести целых пять лет в таком дурдоме тоже далеко не каждый сможет.

— У нас получился какой-то обмен любезностями. — более-менее успокоившись, говорит Тео, и я представляю, что он сейчас сидит и улыбается.

— А почему бы и нет, собственно говоря? Кстати, как твоя рука?

— Гипс сняли, всё хорошо. Врачи сказали, что скоро буду как новенький.

— Это же отлично, мушкетёр. — радуюсь я, а Тео хохочет. Вскоре я замечаю идущую ко мне парочку, и машу своим друзьям. — Ладно, мне пора идти, скоро автобус уже приедет. Увидимся, Тео. Не забывай о нашей супер-шпионской миссии "Выкинуть Элению из Уайтхолла".

— Я бы скорее сказал "Предотвратить войну". — с наигранной укоризной ответил мне он.

— Да, и это тоже, конечно. — хихикаю я.

— До встречи, шпионка не доделанная.

— Эй! — пищу я, но парень уже скинул звонок.

Вот козёл. Между прочим, я успешно проследила за Джеком де Клейном однажды… Успешно для себя. Всё же с моего лица не уходит улыбка. Тео обладает удивительной способность всегда поднимать мне настроение и боевой дух. К тому же он появился в моей жизни в самый трудный для меня момент и помог принять всё. Справилась ли я без него? Что было бы если я в разговоре с Мод держала язык за зубами и лучше думала головой? Тео тогда прошёл бы мимо. В который раз моя глупость и забывчивость спасает меня.

Когда к остановке подбегают Зои и Калеб, то практически одновременно с ними приезжает автобус. Раньше мы всегда ехали вместе с Зои и всю поездку хихикали не весть о чём, то теперь она всегда садится с Калебом. Девушка смотрит на меня извиняющимся взглядом, а я прикладываю уйму усилий, чтобы не расстроиться у неё на глазах, поэтому просто безразлично пожимаю плечами. Я прошла в конец автобуса, рассчитывая занять моё уже излюбленное место, но всё вокруг было занято, а к футболистам подсаживаться я не решилась. Я глубоко вздохнула от безнадёжности происходящего. Но с другой стороны я прекрасно понимала Зои. И если бы здесь был Раймонд я бы села с ним или с Зои? Но, к счастью, а может и нет, его попросту не существовало в этой параллели.

— Что встала, как истукан? — я резко посмотрела налево, где Маккензи освобождал место рядом с собой, перебрасывая портфель себе на колени.

— Спасибо, — я опустилась рядом с ним, чувствуя удивлённые взгляды остальных.

— Такая себе из тебя королева. — усмехнулся он, не отрывая глаз от меня. — Даже согнать человека с кресла не можешь.

— Я не токсичная сволочь, чтобы так поступать. — объясняю я, но меня уже раздражает его поведение. — Я хотя бы людям нос не разбиваю из-за невинной шутки про британцев.

— А зря, наверное. — он расплывается в странной кривой улыбке. — Спрашивай.

— Что? — уставившись на парня, я хлопаю длинными ресницами.

— То что тебе интересно. Я же вижу. Ты задалась этим вопросом ещё вчера.

— Хорошо, ты сам попросил. — удивлённо отвечаю я. — Если вы с Артуром братья, то почему ты британец, а он шотландец?

— Всё максимально просто, Марлоу. — он поворачивается ко мне всем корпусом, а его портфель соскальзывает на пол. — У нас разные отцы. И когда Иннес развелась с моим отцом, он забрал меня в Англию, в страну, где он родился.

— Ты зовёшь свою мать по имени?

— Она чужой мне человек. — небрежно пожал плечами Маккензи.

— А почему ты тогда приехал к ней сюда?

— Отец умер, я не хотел оставаться в доме, где абсолютно всё напоминает о нём. А моя мачеха та ещё дрянь.

— Сожалею. — я понурила голову. — Прости, что завела этот разговор.

— Ничего. Я же сам просил.

Какого знать, что твой отец не только твой отец? Если бы мне сказали, что у папы есть другая женщина и ребёнок, разбило бы мне это сердце? Я думаю да. Я очень люблю своих родителей и не хочу их не с кем делить, поэтому для меня их развод станет просто ночным кошмаром. Я отогнала не прошенные мысли и посмотрела в окно. Мимо проплывали высотные здания, магазины и люди. Маккензи, сидящий рядом со мной, тоже посмотрел в окно автобуса. У меня появилось время рассмотреть его. Тускло-рыжие небрежно торчащие во все строну волосы, могли быть доказательством того, что парень несколько раз их красил, вероятно, пытаясь избавиться от цвета. В отличии от Артура и Иннес веснушек у него не было от слова совсем. Прямой нос с небольшой горбинкой, лицо худое, как в принципе и он сам, подушечки пальцев стёрты. Играет на гитаре? На нём была обычная чёрная толстовка и серые джинсы.

Всю оставшуюся поездку мы сидели молча. Когда автобус наконец остановился, мы вышли и сразу же пошли в разные стороны. Меня догнали Зои с Калебом, которые весьма удивились моему выбору спутника в этой поездке. Мы пришлось им рассказать, что произошло вчера, когда я зашла сувенирный магазин. Не успели мы и ступить на школьный порог, как на нас вихрем налетела Энн, едва не снеся меня с ног.

— Ты участвуешь? — она сузила глаза, между её аккуратно выщипанными бровями появились вертикальные складки. — Забери заявку, сейчас же!

— Нет. — с непроницаемым видом отвечаю я.

Девушка напротив меня сжала зубы, что мне казалось, что если бы не толпа учеников, то я бы расслышала скрежет. Она сжала кулаки, шумно выдохнула, резко развернулась на каблуках и с высоко поднятым носом продефелировала в здание школы.

— О-о, она точно считает тебя серьёзным противником. — проговорил Калеб, глядя в след черлидерше.

— Да-а, злая как бык. Либо просто встала не с той ноги. — поддержала Зои, и мы вместе проследовали за Энн в школу.

Пока тянулись длинные уроки, я всё размышляла, как можно было вытащить нужную мне информацию из Роберта Линна? Всё же он не мальчик из подворотни, а второй человек в Англии. В голове крутилась целая вереница вопросов, но ни на один из них у меня не нашлось ответа. Также я волновалась по поводу предстоящих экзаменов, и соответственно, выпускного бала. Мне придётся посоревноваться с Энн, а убедить учеников голосовать за меня не очень простая задача. Хоть я никогда не являлась не заметной девочкой в школе, назвать меня популярной вовсе нельзя. Плюсом ко всему необходимо было найти спутника на выпускной вечер, и что-то мне подсказывает, что я точно знаю, кого выберет Зои, что Маккензи не придёт на бал — с его-то отношением к данному мероприятию — и, что Тода просить составить мне компанию я не буду, пусть если он даже останется последним парнем на Земле. Разумеется, Оуэн пойдёт с Энн. Я не особо сильно хочу приходить одна, хоть в этом и нет ничего постыдного.

༻ ❀ •༺

Мы с Кэрол находились в моей новой комнате, пока у блондинки был обед. Служба у новой королевы оказалась ужасной. Помимо фрейлин, с которыми я работала рука об руку до недавнего времени, Эления привезла ещё троих девиц из Франции. Я рассказала Кэрол, что после событий минувшей ночи Софию отправили в другой дом, где за ней хорошо присматривают. И всё же меня будто что-то гложило изнутри. Вроде, я и выполнила предсмертную просьбу Марии, но на душе легче не становится. Я так привыкла к маленькой девочке, что теперь даже странно не слышать её плачь по ночам и смех с утра, хотя я не могу не отметить, что рада тишине. На время она останется в поместье Бедфордов.

Я не видела Раймонда со вчерашнего дня, после того как мы приехали, зато будто на зло, мне постоянно попадается на глаза Эления. Бледнолицая, через чур самоуверенная, с задатками деспотичности девушка, пыталась основательно пустить корни в этом дворце. Она оказалась жадной, а жеманство, пожалуй, было главным её качеством. Эления чем-то напоминала мне робота, действовавшего на основе множества программ. Казалось, девушка вовсе лишена добрых чувств. Иной раз она даже пугала меня не только внешностью живого утопленника, но и своей натурой, характером и поведением. Было понятно почему она ни коем образом не понравилась Раймонду. На её фоне даже бывшая королева Мария казалась законченной оптимисткой и просто богиней добра, чести и милосердия.

— Я бы никогда и не подумала на Уолтора, — разочаровано качает головой моя подруга.

— Обычно убийцами и оказываются, те на кого по началу и подумать глупо. — томно вздыхаю я, по коже бегут мурашки. — Но давай забудем это, ладно? Всё хорошо, что хорошо кончается.

Но всё закончилось не совсем хорошо, по крайней мере не для всех. Я не рассказала Кэрол о некоторых деталях специально. Я представляю её реакцию на нескольких трупов под моими ногами и на отрубленную голову. Кэрол слишком впечатлительная, а я не хочу пошатнуть ё психику. Я также умолчала о Джордже Консли, которого мне было бесконечно жаль. Если бы он не задержал Уотора Брауна, то тот бы придушил меня ещё на кухне. Я винила себя в его смерти также сильно, как и в смерти остальных людей, тех кто находился там. Ведь у них есть семья, друзья и дети, которых я лишила близкого человека. Я буду помнить их всегда. Невзирая на то, что эти люди были убиты руками Уолтора, я ощущала их кровь на своих руках. Мне было противно от самой себя.

— Если меня отпустят пораньше, я зайду к тебе? — спрашивает длинноволосая девушка, поднимаясь со стула.

— В любое время дня и ночь, Кэрол. — я дружелюбно ей улыбаюсь. — Неужели вас так сильно гоняют?

— У меня свободного времени за день только пятнадцать минут на обед, а ночью приходится подрываться раза два, как минимум. То Её Величеству слишком жарко, то очень холодно, то она захочет воды, то справить нужду. Но не мне её осуждать. Она всё-таки королева, а я знала на что иду.

— Но ведь Её Величество привезла ещё трёх девушек!

— Да, которым она разрешает отдыхать полчаса в день. Королева любит их гораздо больше остальных. Рассказывает более волнующую информацию, и не поднимает француженок в три часа ночи, чтобы они подали ей стакан воды со стола, стоящего в паре дюймах от постели. — на её чистом лице образовались фиолетовые круги под изумрудными глазами, которые девушка пыталась спрятать под косметикой. — Больше всех Её Величество гневается на Нэнси. — Кэрол не одобрительно мотает головой.

Я всегда очень уважала Нэнси. Не только из-за возраста и объёмного багажа знаний, но и за её отношение к людям. Эта очень добрая, хоть и строгая женщина стала мне наставницей, когда я только сюда прибыла. И мне было тяжело слышать, как обращается с ней и другими фрейлинами новая королева, но опять-таки я ничего не могла с этим поделать. Только поскорее неведомо откуда найти на Элению хороший компромат, помочь Раймонду устроить развод и отправить эту девицу восвояси, обратно во Францию. Слишком много она о себе возомнила.

— А Полин? Почему она вернулась во дворец? — спрашиваю я, и мы вместе выходим в большой коридор.

— Её Высочество осталась недовольна её, вот и отправила обратно.

После этого мы расходимся в разные стороны. Мне нужно найти либо Ричарда, либо Тео, либо Роберта Линна. Даже не знаю кто является сейчас более приоритетным. В любом случае, я должна быть на стороже и прислушиваться к абсолютно разным разговором, возможно, кто-то что-то да знает. И всё же я не могла понять, чем всё-таки могут быть связаны француженка, дочка герцога Эления Ганс и британец, главный канцлер Роберт Линн?

Я застываю прямо на месте, а на головой, как в мультфильмах, словно появляется горящая лампочка. Где можно найти информацию обо всех и обо всём? Если и не в королевской библиотеке, то в личном кабинете Линна. Во второй одной соваться я даже пытаться не буду — гиблое дело, учитывая количество охраны, а также последствия, если меня поймают. Я, конечно, люблю по геройствовать, но это уже что-то на грани абсолютного маразма. Поскольку я понятия не имею, где сейчас прохлаждается Тео, а время поджимает, я отправляюсь в архивы. Вряд ли нужные мне записи есть в обычной библиотеке, в которую вхож любой простолюдин, поэтому я бегу в королевскую. Стража меня пропускает без лишних вопросов, потому как уже все знают кто я такая, и если кто-нибудь оставит меня ждать у двери, знают, что за этим последует. Точнее кто. А когда на тебя направлен гнев короля Англии, остаётся только молиться.

Остаток дня я тщетно провела среди книг, в некоторых местах отсыревшего пергамента, кучи записей и пыли. Мои глаза уже устали от напряжения, а веки закрывались сами собой. После моего чудесного спасения от Уолтора по ночам меня стали мучить кошмары, поэтому я совершенно не высыпаюсь. Я устало смахнула с лица прядь светлых волос, и отложила в целую гору летописей ещё одну рукопись. Ничего. Ровным счётом ноль. Я откидываюсь на спинку стула и безнадёжно вздыхаю. Что вообще я ищу? Неужели, я волшебным образом отыщу одну единственную бумажку, где разом будут все улики? Нет, определённо на сегодня хватит, пока не поехала моя крыша.

Когда уже последняя надежда ускользала из моих пальцем, подобно воде, взгляд впился в маленькую бумажку на полу, которая, вероятно, выпала из какой-то книги. Я потянулась за ней, подняла и прокрутила её в руке. Это не просто бумажка. Судя по не ровному срезу, её откуда-то вырвали. Она была сильно скомкана, но как бы сильно я не старалась, я не смогла понять, что на ней написано. Всего три слова на неизвестном мне языке. Я осмотрелась, но нигде больше не обнаружила ничего похожего. Я убрала маленький листочек в лиф. Нужно узнать, что там написано. Может быть это не бессмысленный набор слов.

Где-то впереди раздались глухие шаги, а через несколько секунд из-за стеллажей показался Раймонд. Уголки моих губ поползли наверх, мне сразу стало спокойнее. Та суматоха, которая ощущалась в этой комнате буквально пару минут назад, исчезла. Раймонд улыбнулся сразу, как увидел меня.

— Так и знал, что найду тебя здесь. — король подошёл к столу, где лежащее на нём книги, почти полностью скрывали меня. — Что ты делаешь?

— Я решила… посмотреть эти записи. Нашла много интересного. — я кивнула на стопу листов. — Как дела у тебя?

— Теперь отлично. — он подошёл ко мне, жестом руки велел мне приподняться, сел на стул вместо меня, а потом притяну меня за талию и усадил к себе на колени. — Неужели тебе интересно копаться в пыльных древних бумагах?

— Это бывает увлекательно. — я поняла, что Раймонд перевёл тему, поэтому подыграла ему. — Я прочитала о семи греческих мудрецах и пролистала пару мифов.

— Как насчёт тенниса? — спросил он, уткнувшись мне носом в волосы, горячие дыхание мужчины прямо-таки обжигало мою мягкую кожу.

— А разве это "не женское дело"? — припоминаю я фразу, которую не так давно слышала от него самого.

— Вот и посмотрим, справишься ты или нет. — король усмехается мне в шею, обвивая в кольцо рук мою тонкую талию, а по моей коже наперегонки бежит табун мурашек.

— Спорим, я тебя выиграю? — ехидно улыбаюсь я, ведь он-то не знает, что я уже играла в теннис и не раз.

— Если так, то проси у меня что угодно. — я поворачиваюсь к королю лицом, чтобы наши взгляды встретились. — Но если ты проиграешь, а я в этом не сомневаюсь, то уже я спрошу что-нибудь с тебя.

— Мы не можем поиграть просто так?

— Можем, но согласись, это весьма нудно.

— Я согласна. — я даже не спрашиваю, что он будет требовать с меня, ведь у меня во владении нет ничего такого, чем бы Раймонд уже не обладал, потому что мне просто хочется уйти отсюда и развлечься.

Кто бы не хотел сыграть в теннис с королём Англии? Не каждый мужчина удостаивается такой чести, а про женщин я вообще молчу. И вот через несколько минут мы на специальном корте. Я была здесь несколько раз, когда наблюдала за игрой Раймонда и герцога Бедфорда, но никогда не думала, что смогу сыграть сама. Специальных костюмов для женщин здесь не нашлось — я удивилась бы, если было бы наоборот — и поэтому мы сразу зашли на площадку в том, в чём были. Раймонд подал мне ракетку и мяч, предложив начать. Обычно в этой комнате много людей, наблюдающих за Его Величеством, но сейчас кроме нас здесь не было совсем никого, что меня очень сильно радовало.

༻ ❀ •༺

Последний мяч проскакивает в считанных дюймах от меня и продолжает прыгать дальше. Я проиграла. Устало протираю влажный лоб и ловлю победный взгляд Раймонда. Он не тычет мне своей победой в лицо, не кричит, что знал о том, что у меня не было ни единого шанса перед них, а просто самодовольно улыбается. Конечно, я играла в теннис пару раз, но Раймонд занимается этим намного чаще. Я подхожу к мужчине, возвращая ему ракетку. Я почему-то даже не опечалена своим положением.

— Должен признать, Грейс, это было сильно. — король возвращает наши ракетки на место и с некой гордостью и щепоткой шока смотрит на меня. — Где ты так научилась играть?

— Нигде, наверное от природы. — невинно улыбаюсь я.

— Ты удивительная девушка. — устало ухмыляется он. — И на балу танцуешь, и книги читаешь, и ребёнка спасаешь, а теперь узнаётся, что ты даже в теннис играть умеешь.

— Так уж получилось. — смущённо смеюсь я, махнув рукой.

— Я бы хотел проводить с тобой куда больше времени…

— Я тоже. — горько вздыхаю я. — Я скучаю по тебе.

— Скоро так и будет, потерпи немного, прошу тебя.

— Ты что-то придумал? — спрашиваю я с надеждой, что Раймонд посвятит меня в свои планы, но как и ожидалось, мужчина мирит меня строгим взглядом.

— Да. — кивает он. — Уже поздно. Ты устала. Иди отдохни.

Я не решаюсь спорить, потому как он прав. Я ужасно выдохлась за сегодня. За окнами уже стемнело, а мне не терпелось уже сходить в душ, надеть чистое и лечь в тёплую постель. Я быстрым шагом направлялась в свои новые покои, но замедлила ход, когда неподалёку заметила Тео и ещё парочку незнакомых мне французов. Меня будто кольнуло в области, где я пару часов назад спрятала найденный отрывок из письма. Нужно как можно скорее показать его Тео, возможно, он знает этот язык. Просто подойти и заговорить с ним я не могла, потому что он находился в окружении других солдат. Ладно, как говориться — кто не рискует, тот не пьёт. Вместо нужного мне поворота я пошла дальше. Нужно сделать максимально невозмутимый вид, будто я направляюсь куда мне нужно. Но вот не задача, Тео стоит ко мне спиной. Твою ж…

— Леди Грейс! — крикнул лысый француз с длинными усами и поклонился. — Добрый вечер.

— Добрый. — я тоже едва склоняю голову в знак приветствия, но из-за того, что он позвал меня по имени — неизвестно откуда он вообще его знает — все остальные, в их числе и нужный мне парень, обернулись и также поприветствовали меня.

Я впиваюсь глазами в тёмные глаза Теодора и взглядом и лёгким движением головы показываю ему на коридор справа. Куда я, собственно, и пошла. Я очень надеюсь, что Тео понял мой намёк, поэтому когда прошла пару метров, остановилась у большого окна. Прождав десять минут, я уже собиралась идти обратно, но вскоре в поле моего зрения показался Тео.

— Заставлять даму ждать не прилично. — фыркаю я.

— Ты спятила? — шёпотом кричит на меня разгневанный парень. — Там был главнокомандующий.

— Да хоть Папа Римский, дело есть. — я пальцами пытаюсь вытащить из лифа платья помятую бумажку.

— О-о, да ты извращенка. — многозначительно играет бровями Тео.

— Мне тебя убить сейчас или как-нибудь попозже? — я закатываю глаза, а в моей руке оказывается заветный отрывок, который я всучила парню, стоящего напротив меня.

— Любовная записка? А ты плохая девочка….

— Читай! — рявкаю я, стараясь не перейти на крик.

Теперь уже очередь темноволосого закатывать глаза, но он всё-таки разворачивает бумажку. Я внимательно наблюдаю за тем, как его тёмные глаза пробежались по содержимому. Густые брови шоколадного цвета сдвинулись ближе к переносице, между ними появились вертикальные складки. Улыбка сползла с его лица, Тео поднял на меня странный взгляд. Он будто был испуган, удивлён и одновременно находился в замешательстве.

— Где ты это нашла? — волнительно спросил он прокручивая бумагу перед глазами, в свете свечей легко можно было что-то не заметить.

— Какой это язык? — отвечаю я вопросом на вопрос.

— Латынь.

— И что там написано?

— «… обещенна. Война с Шотландией». И дата стоит. Январь этого года. Это точно письмо, но имя отправителя специально кто-то размазал. Где ты это нашла?

— Я решила перевернуть архивы в библиотеке и из какой-то книги выпал этот листок. Не знаю из какой именно. — я нахмурилась, впившись глазами в смазанное имя.

— Не может быть. Я просмотрел все книги и этого там точно не было. — он отрицательно мотает головой.

— Потому что я рылась в королевской библиотеке, балда. — жаль, что здесь нет телефонов, потому что я бы сфотографировала это шокированное лицо Теодора, а потом в шутку шантажировала его. — Ты чего?

— Чего? Ты глупая? — усмехается он. — Грейс, это кусок порванного письма, в котором говорится про войну с грёбаной Шотландией и датировано оно январём этого года!

— А какой прок нам от этого клочка? — я весьма агрессивно выхватываю бумагу из рук парня. — Ты верно заметил — письмо порвано. А если его порвали на тысячу частей, а в эту книгу он попал случайно? Хоть это библиотека и королевская, туда доступ имеют много людей. Как ты собрался искать получателя письма? По чёртову отпечатку пальца?

— Нет, не по отпечаткам. — он задумчиво глядит в окно, уголок губ привычно дёргается. Я заметила эту его привычку ещё давно, и не знаю почему, но мне нравится это движение. — Ведь ведётся запись кто получает книги и когда кто их возвращает?

— Да, но какой смысл? Книгу, в которой была эта бумажка могли сдать и в январе, и вчера. И мы не знаем какая это книга.

— Но если в списке сданных книг за эти несколько месяцев будет числиться имя Роберта Линна?

Я открыла рот, чтобы возразить, но потому также резко его закрыла. Это уже совсем оптимизм на грани фантастики. Я поначалу хотела напомнить, что когда-то мы подозревали в покушении на меня Джека де Клейна, а на деле это оказался совершенно другой человек. Но ведь в этот раз мы оба точно слышали, что Роберт и Эления что-то затевают. По крайней мере, если верить способности Тео читать по губам, а я верю.

— И что ты хочешь сделать? Найти этот учёт? — спрашиваю я после минуты молчания. — Мне никто не даст по доброте душевной посмотреть этот список, Тео.

— Придумай что-нибудь, Грейс, ты же умная.

— Три минуты назад ты назвал меня глупой.

— Это не правда. Я просто на нервах.

— Что случилось?

— Не здесь. — качает головой собеседник. — Позвони мне после обеда, я расскажу, что я знаю. А сейчас пора расходиться.

— Хорошо. — я поджимаю губы. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Глава 23.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я гуляю по квартире туда-сюда. Полчаса назад я поссорилась с мамой, потому что она не хочет изменить в этом доме ничего. Ей не нравятся ни живые цветы, ни чуть больше различных украшений, ни животные. Она предпочитает строгость и минималистичность во всём: от квартиры и рабочего места до одежды и общения. Мама на грани нервного срыва уже много недель, но как бы я не спрашивала у ней, что случилось, как бы не хотела помочь, она отказывалась от помощи. Просто воздвигла высокую и плотную кирпичную стену, где она с одной стороны, а мы с папой с другой. Даже мой отец не знает, что делать. К психологу мама идти отказывается. А у меня сердце болит, когда я смотрю на неё в таком состоянии.

Но сегодня она очень сильно меня обидела, заявив: "Какие у тебя могут быть проблемы? Живи и радуйся". Для меня эти слова оказались острее бритвы и очень задели. Я понимаю, что она не имеет абсолютно никакого понятия, что твориться в моей жизни, да никто не имеет ни малейшего представления, кроме Тео. Но в последние дни я старалась ей рассказывать больше про мою обычную жизнь — про школу, друзей и мои волнение по поводу выпускного, чтобы совсем не терять с ней контакт. А она просто взяла обесценила мои проблемы и ушла из дома. Предполагаю, что к Треви. Я никогда в жизни так сильно не ссорилась с матерью. И самое тяжёлое, что она не кричала и не бесилась, в этом случае я бы сослалась на порыв гнева, и что на самом деле она так не думает, но мама сказала всё это на немного повышенных тонах будучи совсем спокойной. Тихая злость страшнее открытой ярости. Папа бы заступился за меня, но к великому сожалению, он сейчас на работе, а я в сотый раз меряю шагами квартиру в гордом одиночество. Суббота явно не задалась с самого начала.

В голову лезут не прошенные мысли, и чтобы их отогнать, нужно сосредоточиться на чём-то другом. Например, пока я в первой параллели я могу продумать детали плана, а уже во второй параллели — действовать. Есть у меня пару идей…

༻ ❀ •༺

— Здравствуйте, — я стою рядом с библиотекарем.

— Леди Грейс, несказанно рад, что вы вернулись! Без вас во всё дворце пусто. — морщинистый старик с моноклем в чёрной роговой оправе растянул дряхлую улыбку.

— Спасибо, мистер Бон. — улыбаюсь я, а сама шарю глазами по его рабочему столу. — За время моего отсутствия я совсем уже забыла должна ли я вернуть какие-либо книги обратно? Не могли бы вы посмотреть, пожалуйста?

— Ох, да, конечно-конечно, обождите минутку. — седовласый библиотекарь тянется за огромной папкой с записями всех посетителей.

Он открывает тетрадь, и прищурившись правым глазом, спрятанным за круглой линзой, висящей на цепочке, просматривает все записи. Но он не замечает, что я делаю тоже самое, но ищу вовсе не своё имя. Почерк у старика небрежный, как-будто он всегда пишет второпях и не на столе вовсе, а где-то на коленке. Декабрь, январь. Но дальше страницу он не переворачивает, конечно, ведь остальное время я провела не в Уайтхолле.

— У вас нет задолжностей библиотеке, леди Грейс. — пожилой человек поднимает на меня глаза, а я мигом отвожу пристальный взгляд от тетради. Верно говорит, не моего имени, ни Роберта Линна там нигде и в помине нет.

— Благодарю вас. — я задерживаюсь у рабочего места мистера Бон дольше, чем стоило, это не ускользает от внимания старика.

— Чем могу ещё быть полезным?

— Эм, да. — киваю я. — Я уже который день не могу найти "Историческое зеркало" и "Римские деяния", вы лучше всех знаете эту библиотеку, поможете найти эти произведения?

— Отличный выбор, эти две книги являются самыми знаменитыми в наше время. — он медленно поднимается со стула. — Конечно, я сейчас принесу их, обождите, пожалуйста.

И он в развалочку удаляется в самое сердце библиотеки. Я провожаю старика взглядом, и как только от теряется в огромном количестве книг и полок, я резко разворачиваю папку, оставленную им на столе, к себе. Руки трясутся пока я быстро листаю пожелтевшие страницы записной тетради, стараясь как можно быстрее просмотреть содержимое каждого листа.

— А вот и прекрасные сочинения! — слышится голос за стеллажами, я судорожно оборачиваюсь, но мистера Бона нигде не видно.

Тогда я возвращаюсь к записям, которые намного труднее читать в торопях, так ещё и пытаться разобраться в этих кривых каракулях. Февраль. Чьё-то имя и фамилия вычеркнуто синими чернилами. Я напрягаю зрение и вглядываюсь в перечёркнутые буквы. Роберт Линн. Несмотря на то, что я так и предполагала, моё сердце пропускает удар. А вдруг эта бумага ни коем образом не связана с ним, и это чистой воды случайность? В любом случае, я резко закрываю тетрадь и возвращаю её на место. Возвращаюсь туда же, где стояла, когда уходил мистер Бон, и буквально через полминуты в поле моего зрения оказывается престарелый библиотекарь с двумя томиками в руках.

༻ ❀ •༺

Отлично, я узнала, что Роберт Линн действительно был в библиотеке и даже брал какую-то книгу. Но откуда мне знать, что оторванный кусочек письма принадлежит именно ему? Во дворце много людей, которые посещают королевскую библиотеку, и ещё больше людей, которые получают почту. Правда это письмо было с весьма странным содержанием.

"…обещана. Война с Шотландией."

Кто кому обещана? При чём здесь Шотландия, если на данный момент ведётся дело с Францией? И почему письмо написано ни на английском, ни на французском, и даже ни на шотландском, а на латыни?

Я устало падаю на кровать. Когда я возвращалась в Уайтхолл мне почему-то казалось, что все сложности позади и теперь меня ждёт размеренная спокойная жизнь. Голова просто пухла от неимоверного количества вопросов, которые пока остаются без ответа. Слышу звук стука в дверь и кричу "Входите". На пороге оказывается немного раздосадованный отец. Он проходит в комнату и садиться на кровать. На его лбу намного отчётливее показались горизонтальные складки, чем обычно. Я сажусь рядом и молча жду пока он расскажет, что его тревожит. Хотя я и без того это знаю.

— Мне жаль, что она тебя обидела. — наконец говорит папа.

— Не извиняйся, это не твоя вина. — я мотаю головой, мама ушла вчера к Мейви и осталась на ночёвку. — Я беспокоюсь за неё, но возможно, ей чем-то поможет Мейви. В таких случаях, обычно, стоит надеяться на друзей.

— Но мы её семья, Грейс. — возражает папа. — И это не в стиле твоей матери.

— Что случилось на работе? — я стремлюсь немного увести тему, потому что глубоко в душе я отчётливо понимаю, что он прав.

— Компания, в которой работает Мэй на грани банкротства.

— А для неё работа превыше всего.

— Когда мы познакомились, она уже была обручена с работой. Ей сейчас очень нелегко. Я не прошу тебя простить маму, просто постарайся понять её.

— Я понимаю. Но кому сейчас вообще легко? — хмыкаю я. — Почему она ставит свои интересы и проблемы выше других?

— Ты же знаешь её…

Папа замолкает, и над нами нависает звенящая тишина. Каждый думает об одном и том же. Для меня мама всегда казалась очень сильным человеком, краткой и точной, но и у таких людей есть чувства и эмоции, которые иногда берут вверх. Она срывалась редко, но метко. В последний раз, когда прорывалась её невидимая дамба, мама оборвала все связи со своими родителями. Это произошло в месте, которое всегда будет ассоциироваться у меня с бабушкой и дедушкой, несмотря на то, что я их плохо помню. Небольшой деревянный домик, кристально чистое озеро в лесной чаще, окружённое величественными деревьями, а совсем недалеко ферма, на которой всю жизнь проработал дедушка. Мне тогда было пять лет, и единственное, что я помню — кричащую маму и плачущую бабушку, просившую у неё прощение. Я робко проковыляла из комнаты в гостиную. Помню это непонимание происходящего, когда я просила маму не ругаться на бабушку и дедушку, но она грубо дёрнула меня за руку и закрыла обратно в спальне. А на следующий день мы уехали, и мама запретила своим родителям приближаться ко мне. Стоило мне хотя бы попытаться поднять эту тему, она всячески пресекала любые расспросы. До меня до сих пор оставалось загадкой то, что произошло тринадцать лет назад в загородном домике у озера в штате Миннесота. Я даже не знаю живи ли они ещё или нет, а если нет, то где похоронены. Мамин строгий характер передался ей от её отца — коренастого низкого мужчины. Помню, что у него в последний день нашей встречи была почти лысая голова, а у бабушки длинные бледно-русые волосы с примесями седеющих волосков. Это единственное, что я о них знаю. И имена — Руфус и Амелия. В то время как у всех детей было две бабушки и двое дедушек, я была окружена только родственниками по папиной линии. Если даже задуматься, я понятия не имела есть ли у моей родной матери братья или сёстры, возможно у меня уже даже есть кузены, но я никогда об этом не узнаю.

Я понимала состояние отца. Оба в глубине души мы боялись, что вдруг эта ситуация повториться? Что если теперь она откажется от нас? Я покачала головой, не веря собственным мыслям. В конце концом не могла же мама просто так оборвать абсолютно все связи со своей семьей, возможно, они сделали, что-то непростительное. Моя мама страшна в гневе, но она не клиническая идиотка.

— Поговорим с ней, — предлагаю я отца, повернув голову к нему, — всё будет хорошо. Даже самые хорошие всадники порой падают, но если в них есть сила духа и храбрость — они поднимаются на ноги, и несмотря на страх и боль, вновь садятся в седло. Мама сильная. Она справиться, а мы поможем.

— Ты права. — признаёт папа и обнимает меня. — Но откуда ты знаешь про всадников?

— Есть у меня знакомые. — улыбаюсь я, вспоминая тренировки в поместье Бедфордов.

После этого мы с папой пошли в магазин, правда сначала я хотела отказаться и поседеть дома, но потом поняла, что он очень тоскует по маме, которая не явилась до сих пор, поэтому я вышла из зоны комфорта. На улице было не очень холодно, что меня даже как-то расстроило. Уже весна. Я так любила волшебную зимнюю пору, а теперь мне вновь придётся ждать целый год и молиться, чтобы выпал нормальный снег. В детстве я мечтала жить где-нибудь в Норвегии или Швейцарии. Да и сейчас бы не отказалась от этим умопомрачительных пейзажев с горными хребтами. Каждый год лелеяла мечту узреть Альпы в непосредственной близости. И невзирая на мою безграничную любовь и преданность Хьюстону, я бы выбрала снег и зиму, потому что для меня это время года самое настоящее проявление сказки.

— На пасху к нам приедет Джереми. — сказал папа, пропуская меня в магазин.

Джереми Марлоу являлся папиным младшим братом, но разница в возрасте у них была всего лишь два года. В последний раз я видела Джереми и его семью почти ровно год назад — на Пасху. Это была нашей маленькой традицией на этот праздник. Каждый год мы ездили друг к другу, а в этом же году их очередь навещать нас и Хьюстон. Джереми был точной копией папы, только на пол головы ниже и шире в плечах. Отец рассказывал, в их в детстве многие считали братьев близнецами. А вот его жена, Офелия, была полной противоположностью моей мамы — открытой и весёлой душой любой компании. А их дочери в этом году должно исполниться семнадцать. Чём-то наши семьи были даже похожи.

— Ты не рада?

— Наоборот! — восклицаю я, и взяв тележку, опираюсь локтями на её ручку. — Мы все праздники отмечаем с Треви, как-будто застряли а необитаемом острове и людей больше вокруг нет. Словно на этой семейке свет клином сошёлся. День Калумба, — я загибаю палец, — День Благодарения, Рождество, День Мартина Лютера Кинга и даже Хеллоуин! — после того как я загнула пятый палец, я развожу руки в разные стороны под сдержанный смешок отца. — Я не переживу ещё и Пасху. Тем более это единственное время, когда я вижусь с Эмбер. А она ведь моя двоюродная сестра!

— Я знаю, дорогая, но что поделать. — папа берёт с полки продукты и складывает в тележку.

Брат моего отца со своей семьёй жили в небольшом штате Мэн на другом конце материка. Именно расстояние мешало нам с Эмбер видеться. Я не стала думать как несправедлива жизнь, потому что кому как ни мне это знать? Почему-то я подумала об однообразии всех праздников, которые прошли, и мне это не понравилось. Единственный день, который сильно отразится в моей памяти — это четырнадцатое февраля, и то только из-за того, как нелепо Калеб брякнулся в снег с подарком для Зои, и как мы с подругой пытались достать его оттуда. Это было весело. Легкая улыбка скользнула по моему лицу, и я окончательно потеряв отца из виду, завернула почти пустую тележку за стеллаж.

— Ты чего спишь? — спросил знакомый голос совсем рядом.

Я вздрогнула, но не показала виду, а потом повернула голову налево. Рядом с полками всяких чипс и сухариков стоял Маккензи. Я удивилась как его могло занести в мой район в позднее время, если он жил вообще в другом месте. Я подтолкнула телегу к нему и кивком поздоровалась.

— А ты что тут делаешь?

— Ты не ответила.

— Ты тоже. — лукаво ухмыльнулась я. Мне нравился характер Маккензи, хоть сам парень меня иногда и бесил.

— Отвечать вопросом на вопрос невежливо, что б ты знала. — парень слегка наклонил голову на бок, рассматривая меня. — Не знал, что ты любишь печь пирожные. И шоколад.

Я проследила за его кивком и поняла, что в основном в полупустой тележке лежали коржи, формочки для кексов и мука. И огромная плитка шоколада, по которому я просто с ума схожу. Я слабо улыбнулась. Папа любил готовить, готовка занимала его мысли, когда тот переживал или нервничал, и заставляла сконцентрироваться исключительно на рецепте. Моим занятием, которое бы отвлекало меня от тяжести и бренности будних дней были танцы. Я танцевала практически каждый день в своей комнате, пытаясь выплеснуть эмоции в таком формате, вместо того, чтобы кричать и плакать.

— Ты многое обо мне не знаешь, Муррей. — я вновь подняла глаза на него.

— Например? Какие у тебя скелеты в шкафу? — он вопросительно поднял бровь.

— Их достаточно, чтобы задавить того, кто попытается открыть этот шкаф. — я захлопала длинными чёрными ресницами. — Я не буду обсуждать это в супермаркете.

— Я просто хотел сказать, что поддержу тебя на выборах.

— Серьёзно? — мои глаза округлились, а губы сложились в букву "О".

— Ага, — он небрежно пожал плечами, — это как настоящие выборы. Можно остаться в стороне, но всё равно хочешь попробовать побороться за фаворита…

— Так я твой фаворит? — усмехаюсь я.

— Из двух зол нужно выбрать меньшее — это ты. — Маккензи опёрся руками о противоположную сторону моей тележки. — Я не переношу Энн на дух.

— Я расценю это как комплимент, имей ввиду. — я дёрнула тележку на себя. — Мне нужно идти, но я буду благодарна тебе, если те сдержишь своё слово.

— Я не собираюсь его нарушать. Увидимся завтра, Марлоу.

Губы парня слегка дрогнули в улыбке, и он исчез в толпе посетителей. Что ж мне не помешает его голос в копилку. Всё же было странно видеть Маккензи в этом районе в такое время. Ладно, похоже, что я уже придираюсь. Я нашла папу, несущим продукты на руках, мы оплатили покупки и вернулись домой. По дороге мы вспоминали прошлогоднюю пасху, когда мы ездили на пикник за город. Ту весну я могла по праву назвать самой лучшей весной в моей жизни, в основном благодаря Зои и Калебу.

Когда мы вернулись домой, то обнаружили мамину чёрную шубу на вешалке и высокие сапоги такого же цвета. Сняв верхнюю одежду, я вместе с папой прошли в гостиную, надеюсь, что с мамой всё хорошо. Она сидела на большом белом диване и что-то печатала на компьютере сосредоточенным видом. Она подняла острый подбородок и стрельнула в меня глазами. Её короткие идеально прямые тёмно-русые волосы едва касались плеч. Папа говорил, что когда они только познакомились локоны у мамы были куда светлее, потом она начала краситься.

— Мэй. Что нового? — спросил папа, не желая на прямую задавать по-настоящему волнующий его вопрос, потому что знал, что маму это может задеть.

— Кто-то скупил акции компании. Мне нужно закончить договор. — ответила мама.

Мы с отцом переглянулись и спокойно выдохнули. Если она говорит о работе в таком тоне, то всё действительно хорошо. Возможно, ночёвка у Мэйви Треви дала какие-то плоды. Я помогла папе разобрать пакеты, а потом и приготовить банановые кексы, которые он так любил. Сколько себя помню веселилась и чувствовала себя умиротворённо рядом с папой, а мама для меня всю жизнь была неким строгим экзаменатором или надзирателем. Мама учила меня вести себя в обществе, пытаясь держать меня в узде на коротком поводу, в то время как папа старался расслабить верёвки, чтобы их дочь веселилась.

После ужина я сразу же ушла в свою комнату, думаю родителям стоит выяснить отношения наедине. Да и у меня есть дела. Я села за стол, позвонила Тео по видео звонку и поставила телефон перед собой. Пока я ждала ответа, достала тетради и учебники по английскому и истории. Спустя какое-то небольшое количества раздражающих гудков на экране смартфона отобразился Тео в домашней одежде и мокрыми тёмными волосами, торчащими в разные стороны. Он выглядел мило.

— А я-то думал, ты про меня совсем забыла.

— Плохо думал. — говорю я, пробегаясь взглядом по странице учебника. — Как успехи?

— Я тут посидел, прикинул пару мыслишек и… в любом случае, нужно быть отбитыми на голову чтобы сделать это. — на выдохе сказал Теодор, сел на стул и перестал трясти камеру. — Пробраться в кабинет Линна… Мы с тобой либо герои, либо дебилы-суицидники. Если хотим умереть, можно просто спрыгнуть с моста.

— Тео, — я тяжело улыбаюсь, потому как согласна с ним на все сто, — давай считать себя героями. И кстати, прыгать с моста весьма обычно, никакой изюминки в этом нет.

— Посмотрите на неё! Ещё и изюминки подавай. — по-доброму усмехнулся друг, и я засмеялась. — Ладно, а если серьёзно, то план такой…

༻ ❀ •༺

Я нашла короля идущего в сопровождении стражи на теннисный корт. Каждый понедельник в первую половину дня Раймонд играл в теннис и собирал огромное количество зрителей.

— Кто будет вашим противником в этот раз? — спросила я, когда мы почти подошли к нужному дверному проёму.

— Герцог Вильям Бедфорд, мой старый друг. — ответил Раймонд, а меня пробрало до мурашек, значит придётся действовать, удача не на моей стороне сегодня.

— Вы же вроде в прошлый раз играли? — ненароком напоминаю я, делая из себя невиннейшее создание. — Когда я училась ездить верхом, мой отец старался каждый раз мне находить разных лошадей, чтобы я умела обуздать любого коня, на спину которого сяду. Тем самым тренируя и навыки.

— И он правильно делал. — согласился король, и остановившись, посмотрел на меня. — Думаешь, нужен кто-то посильнее на этот раз?

— Могут предположить, что хорошим соперником стал бы Его Превосходительство. — я потупила взгляд. — Но, разумеется, решать вам, Ваше Величество.

— Нет-нет, ты права. — он повернулся к мужчине с оружием. — Найти Роберта Линна и привести ко мне. — стражник кивнул и быстро скрылся за поворотом. — Я хочу, чтобы на игре присутствовала и ты, Грейс.

Я кивнула с улыбкой, но пошатнулась. Игра началась через десять минут, и как на зло, меня протолкнули в самый первый ряд. Я дотронулась до пальцами до сетки, которая огораживала корт от людей, тепло и с поддержкой улыбнулась королю. Я должна исчезнуть отсюда, но вернуться до конца матча. Времени меньше часа. Я бочком осторожно протискивалась между людьми, подошла к двери и начала наблюдать за игрой с этого места. Раймонд бросил в мою сторону улыбку и замахнулся, чтобы отбить мяч, и вот тогда я тихо скользнула в тёмную нишу и исчезла в дверном проёме. Поскольку однажды я сама играла с королём, то знала, что как только игра начинается, он уходит в неё с головой. Что несомненно, играло мне на руку.

Незаметно оказалась в раздевалке и стащила из кармана канцлера большой увесистый ключ, будем надеяться, что это верный. Помню, как в детстве мы с Зои воровали конфеты со стола, а потом убегали, чувствуя себя заядлыми преступниками, но это нас веселило. Калебу не нравилось нам помогать, но отказываться от карамельных конфет он не хотел, иначе бы пришлось ждать ужина. И, скажу я, наши "вылазки" всегда оставались успешными, и мы не разу не попадались. По крайней мере, я так думаю.

Чтобы не привлекать внимание стражи, я крадущимися движениями и перебежками добралась до нужного корпуса, и наконец до кабинета Роберта Линна. Выглянув из-за угла я заметила гвардейцев, мирно стоящую у дверей. В другом конце короткого коридора я заметила Тео. Я кивнула ему, и парень спрятался за углом, а потом прозвучал звонкий звук, разбивающегося стекла. Он что выбил окно? Как и ожидалось, стражники кинулись на звук, а я меж тем — к двери, оставшейся без присмотра. Пока я судорожно пыталась отворить дверь, из-за угла послышался голос Теодора, но говорил он громко с раздражением и на французском, думаю, он ругался. Я не стала прислушиваться к этому, потому что времени было в обрез. Как можно тише провернула ключ в замке, послышался щелчок и дверь поддалась. Я прошмыгнула в кабинет и прикрыла за собой дверь.

Комната была под стать её хозяину. Всё здесь было выполнено из дорогих материалов, каждая вещь стояла на своём месте, чисто и аккуратно. Я не знала с чего начать, поэтому кинулась к большому столу, стоящего прямо перед большим окном. Выглянув на улицу, я увидела, что прямо перед зданием гуляла Эления, а за ней семенили фрейлины и стража. Я закусила губу. Если я буду копаться в столе, то стоит им поднять голову чуть выше, то меня сразу заметят. Я едва беззвучно ругнулась и упала на колени, чтобы проползти к столу на животе мимо окна. Обшарив все полки, я не нашла ничего похожего на то, что ищу. Потом я обыскала шкафы и все документы, которые стояли на подвесных полках. Тео сказал, что задержит стражу буквально на пять минут, три из которых уже прошли. У меня оставалось каких-то две жалкие минуты, нужно уходить, но я так и не нашла нужного письма. Значит либо мы ошибаемся, либо Роберт хорошо умеет прятать вещи. В любом случае, мне нельзя попадаться на глаза. Придумаем другой план, ничего страшного.

Я максимально тихо подкралась к двери и прислушалась. Вроде тихо. Я в последний раз обвела разочарованным взглядом кабинет, мои глаза наткнулись на мусорное ведро около двери и помятую бумажку в нём. Отлично, теперь я ещё и в мусоре копаюсь. Я вытащила оттуда пергамент, а глубоко во мне заискрился лучик надежды. Развернув помятую бумагу, я обнаружила оторванный правый край. Сердце пустилось в галоп, я свернула листок обратно и спрятала в декольте платья, а потом тенью выскользнула из кабинета.

Стоило мне забежать за угол, как послышались недовольные разговоры охранников, возвращающихся на свой пост. От адреналина в крови мои ладони вспотели, а голова пошла кругом. Неужели это всё было не напрасно? Я запретила себе радоваться, пока не окажется, что это именно то письмо, которое мы ищем. А для этого нужно показать этот чёртов листок Тео. Я побежала по коридору в другой корпус, где мы договорились встретиться с мушкетёром. Избегая стражи и лишних глаз, вскоре я оказалась в той нише, около большого зала, куда толкнула когда-то Тео, чтобы нас не увидел Джордж перед тем, как я уехала из дворца. От воспоминаний о погибшем меня передёрнуло. Высокий шатен уже стоял в тени, несмотря на солнце за окном. Увидев меня, он кинулся на встречу с очень взволнованном лицом. Времени на шутки не оставалось, поэтому я мгновенно вытащила из лифа мятое письмо и трясущимися руками сунула его в руки француза.

— Дрожайший Роберт Линн, — начал читать в слух Тео сбившимся от одышки голосом, — хочу предупредить вас, что леди Эления Ганс, дочь герцога Дофинского, ранее Его высочеству шотландскому принцу Давиду третьему была…

— … обещана. — продолжаю я, вспоминая содержание того отрывка. — Война с Шотландией…

— … будет неизбежна в таком случае. Они были повенчаны с раннего детства. Король Дональд второй в бешенстве. Искренне ваш…

Мы встречаемся с Тео тревожными взглядами. Почему я думала, что если мы найдём это письмо, то мне станет легче? Я забираю письмо из рук друга и пробегаюсь взглядом по буквам, хоть сама и ничего не понимаю. На этом наши с Тео полномочия заканчиваются, мы ничего больше не можем сделать, поэтому это письмо должен увидеть непосредственно сам король. Я поджимаю губы и складываю бумажку, пряча её обратно в лиф.

— Сможешь подбросить Его Величеству?

— Да, но если я сделаю это сейчас сразу поймут кто, потому что меня нет на игре.

— Времени нет на это, Грейс. — отрицательно качает головой парень. — Подбрось, а там будь, что будет.

— Второй кусочек у тебя?

Тео кивает и достаёт из кармана второй отрывок из письма. Мне было очень интересно кто отправитель, но из-за смазанных чернил понять это было невозможно. Я забираю листочек и несусь в раздевалку, ловко обходя охрану. Ключ в карман штанов Линна, а письмо в одеяния Раймонда. Выскочив из комнаты, я возвращаюсь обратно на корт, протискиваясь между людьми.

༻ ❀ •༺

— Ты уверена? — спрашивает Тео.

— Да, думаю совсем скоро мы разберёмся со всем. — отвечаю я, пробираясь через толпу в школьном кафетерии. — Раз Эления обещана другому, то Раймонд убьёт двух зайцев одновременно. Избавиться от неё и от войны.

— Трёх — и от Роберта Линна.

— Верно. — кивнула я. — Ладно, мне пора. До встречи.

На самом деле я понятия не имела хорошо ли то, что теперь я вряд ли когда-нибудь увижу Линна. Лично мне он не сделал ничего плохого да и сам по себе человек он не злой, но такие как он не должны окружать короля. Подобные люди пытаются подмять под себя королей и править за место них, но не всех получиться. Раймонд был абсолютно прав, когда сказал мне однажды, что вечно в этом мире только человеческая жадность. Роберт Линн утаивал от верховного монарха такое важное сообщение, так ещё и пытался избавиться от письма, чтобы всё пошло по "плану". Что касается этого, то я до сих пор не знаю, что могла бы связывать его с Эленией Ганс. Осталось надеяться, что Раймонд как можно скорее обнаружит письмо в кармане и убедиться во всём сам.

Я в задумчивости сажусь за стол в кафетерии с моими друзьями и рядом с моим местом обнаруживаю Маккензи. Зои и Калеб весьма удивленны такому повороту, но никто из них не высказывает свои мысли в слух, за что я им и благодарна. Я поймала на себе завистливый взгляд Энн, но оставила его без ответа.

— Как собираетесь праздновать пасху? — вдруг спрашивает взбалмошная блондинка с каре и прямой чёлкой, едва скрывающей светлые брови.

— Пасха же только через месяц с лишним. — напоминает Калеб, а девушка закатывает глаза и запускает свои длинные пальцы в тёмные волосы парня, которые ниспадают на плечи большими кудрями.

— Какая разница. — отмахивается та и смотрит на меня. — Грейс?

— К нам приедет Эмбер с семьёй. — я пожимаю плечами и принимаюсь за обед.

Губы Зои дрогнули в странной улыбки. Когда-то она обожала Эмбер и ждала её приезд с таким же трепетом, как и я. Они очень хорошо общались и не редко созванивались, но всё изменилось два года назад. Эмбер приехала на очередную пасху. За два года, которые подруги не виделись обе изменились слишком сильно. В какой-то степени, они слишком похожи, поэтому не смогли больше выносить присутствие друг друга. Девочки выросли, обзавелись своим твёрдым характером, и никто из них не был готов пойти на уступки для другой. Зои, как и Эмбер, слишком гордая и думает, что все люди в этом мире ей что-то должны. Если мы с Калебом сумели подстроиться под лучшую подругу детства и пропускать некоторые её слова мимо ушей, то Эмбер Марлоу с этим мириться не стала. В последнюю встречу они разругались в пух и прах из-за какой-то сущей ерунды. К тому же Эмбер выражала не прикрытую симпатию к Калебу, а теперь когда Зои начала с ним встречаться, то напряжение между девушками вновь бы натянулось.

— Круто, а я с родителями в Испанию. — продолжила Зои, и накалывая на зубчики вилки горох, она точно подумала о том же, о чём и я.

— Мы дома. — ответил Калеб.

Я посмотрела на лучшего друга. Вся его семья была весьма странной на мой взгляд. Они не отмечали ни один праздник из всех возможных, даже Рождество. Для них это были не более, чем совершенно обычный день. К тому же все как под копирку являлись атеистами, что возможно объясняло их взгляды на некоторые церковные праздники. Но мне не нравилось то, что его семья оставалась грузом на плечах Калеба. Все его многочисленные родственники пытались контролировать его мысли, слова и даже чувства. От этого он в основном молчаливый и только на футбольном поле чувствует себя отлично. Глядя на его ситуацию, я в какой-то малой степени благодарна, что у меня не такая большая семья.

— Мы с отцом отмечали этот праздник, но не думаю, что Иннес сделает на этом большой акцент. — безразлично пожимает плечами Маккензи. — Сколько я жил в Шотландии, не разу не слышал, чтобы моя семья оттуда праздновали в этот день.

Зои и Калеб переглянулись, а потом одновременно посмотрели на меня с огромным вопросом во взгляде. "Позже" — проговорила я одними губами. В отличии от меня, ребята знали об этом парне вообще ничего.

— Ла-адно, как на счёт выпускного бала? — протянула Зои, стреляя в меня глазками.

— Я думаю, нужно вызваться волонтёром и помочь организовать всё. — я выдерживаю её взгляд с некой строгостью на лице, потому что я понимала, куда клонит подруга.

— Мак, а ты не хочешь стать королём вечера? — на её гладком лице появляется сногшибательная улыбка, а я закатываю глаза.

— Нет. — коротко отвечает Муррей, а я сразу вспомнила нашу перепалку в сувенирном магазине на эту тему и улыбнулась.

С победным блеском в глазах я посмотрела на Зои, и та приуныла. Теперь, когда она начала встречаться с Калебом, то ещё активнее пыталась найти пару для меня. Меня же это сильно выбешивало, так как у меня есть Раймонд, но рассказать об этом я не могла. Не хочу остаток жизни провести в психиатрической больнице, знаете ли.

Глава 24.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Весна в этом году выдалась тёплой. Только начался май, а я уже вся в бегах и заботах. Подготовка к выпускному занимала у меня почти всё свободное время, поэтому я перестала каждый день помогать в сувенирном магазине. Вместо этого я часами после уроков сидела в библиотеке с комитетом организации, в который вступила ещё в начале апреля или усердно готовилась к стремительно надвигающимся экзаменам. Я познакомилась с очень хорошими людьми здесь, и хоть я не считала себя прирождённым организатором, мне нравилось проводить время так. К тому же постоянная мозговая деятельность помогала отвлекаться от второй параллели.

Как мы с Тео и предполагали, Раймонд нашёл это письмо. Скандал был громкий, а на следующий день Роберт Линн поднялся на деревянный помост эшафота. С Эленией Ганс тоже дела шли превосходно, епископы дали добро на развод, и в скором времени девушку вернули обратно во Францию, а с ней уехал и Тео. Поскольку информацию о помолвки дочери герцога умолчали от короля Англии, Франция после такого не посмела идти на Раймонда войной. И Тео рассказал мне потом, что брюнетку всё же увезли в Шотландию, как и планировалось с её ранних лет. Место главного канцлера Англии занял Вильям Бедфорд, и я была безмерно рада его повышению. Давно пора, как мне кажется. Я слышала, что он что-то говорил Раймонду по поводу объединения всех британских островов в одно целое государство, и тот загорелся этой идеей. Кто бы что не говорил, экономика страны пошла в гору с повышением Бедфорда.

Но Шотландский принц был разгневан, что ему подсунули разведённую женщину. У меня сложилось такое странное впечатление об этом человеке, он вёл себя как пятилетний избалованный ребёнок, у которого отобрали конфету. Раймонд пришёл в дичайшую ярость, узнав, что шотландцы нарушили мирный договор и готовили армию для нападение на Англию. Но Англия была гораздо сильнее Шотландии по всем фронтам, а Раймонд оказался сильным правителем патриотом и превосходным военным стратегом. Он уже давно положил глаз на Французские земли, но так как она была тоже не слабой страной, к тому же являлась союзницей Шотландии, не разумно было бы кидать все силы туда. Сначала он собирался подчинить себе Шотландию, а за ней и Францию. Никто больше не смог сдержать пыл Раймонда, и он отправился с войском в Шотландию. Он уехал две недели назад, а я места себе не находила. Во дворце ежедневно приходили вести о новых победах, а также Раймонд писал лично мне. Но это не меняло ситуации. Я чертовски переживала за него.

В первой параллели мои мысли занимало и другое. Комитет носился с выпускным балом, как курица с яйцом. К моему удивлению, к моему мнению охотно прислушивались, и я не могла этому не радоваться. Главой комитета была Шелли, которая училась в параллельном классе. Она нисколько не обижалась на меня, потому что иногда можно было подумать, что главная там я, потому что "свежие мысли и новые идеи" ей было интересно слушать. Ведь сама она который год руководит организацией различных праздников, а я в этом деле новичок, и Шелли увлеклась моими предложениями.

Калеб усердно готовился к последнему школьному матчу и днями пропадал на тренировках. Оуэн никому не давал пощады, гонял ребят со всей силы, будто от этого зависит его собственная жизнь и репутация. Энн активно тренировала девочек из группы поддержки. Каждый нашёл себе занятие по душе, поэтому мы практически не встречались, занятые делами. Это и к лучшему. А пока я посвящала всё своё свободное время выпускному балу, Зои занималась поиском нарядов. Всё это было таким волнующим и захватывающим, что я с замиранием сердца ощущала настроение грядущего событие. Во второй же параллели дни я коротала с Кэрол и Сьюзан.

Я направлялась домой, прижимая телефон плечом к уху, доставая из портфеля отчёты, чтобы рассказать об этом Шелли. Вокруг меня вверх тянулись высокие здания, а меня поглотило в толпу людей, спешащих по своим делам. Я любила этот город всей своей душой не только за внешнюю красоту, но и мультикультурную смесь наций, живопись и традиционное народное искусство, ведь в одном торговом центре легко могут соседствовать вьетнамский бакалейный магазин, буфет с русской едой и дорогой техасский мясной магазин. Гордость этого города, разумеется, Космический центр. Хьюстон известен всему миру как центр пилотируемых космических полётов НАСА, а также цент нефтяной промышленности.

Я настолько была занята, что подходя к дому, даже не заметила смутно знакомый внедорожник фиолетового цвета. Таких машин в изобилии, наверное, поэтому я и не особо обратила внимание на эту деталь в огромном городе. Я поднялась на лифте на нужный этаж, прощаясь с Шелли. Убрав записи и телефон, я зашла в квартиру. Не успела я и слова сказать, как на меня с визгами кто-то набросился, сшибая с ног. Я падаю на пол, едва не задев головой дверь.

— Грейси! — пищит высокий голов Эмбер, пока шатенка прижимает меня своим весом к полу.

— Эмбер! Задушишь! — кряхчу я, тоже крепко обнимая сестру.

— Ну всё, девочки, поднимайтесь. — говорит отец Эмбер, Джереми.

Первая на ноги вскакивает моя двоюродная сестра и помогает подняться мне, подав руку. Я быстро окинула её взглядом, убедившись, что за этот год, пока мы не виделись, она очень изменилась. Глаза были подведены чёрным карандашом и нарисованы длинные стрелки, волосы Эмбер густой капной струились по спине до копчика, хотя раньше они были немного короче плеч, а фигура девушки заставила бы ей завидовать любого. Эмбер никогда не была стройняшкой вроде меня или Зои, но эта умеренная полнота только красила её. Она казалась такой сочной и не боялась носить открытую одежду. Она была в широких серых джинсах и коротком розовом топе на тонких лямках. Я заметила, что и сестра изучает мня взглядом, а с её лица так и не сходила шикарная улыбка, открывающая вид на идеально белые зубы.

— Привет, красотка. — говорит мне Офелия и целует в щёку.

Я здороваюсь в ответ с родителями Эмбер, а потом девушка тащит меня в мою комнату за руку и закрывает дверь. Её глаза блестят от неподдельного счастья и радости. Она усаживает меня на кровати и выжидающе пялиться.

— Ну? — требует девушка, а я непонимающе хлопаю ресницами. — Рассказывай давай, что нового!

— Эм-м, в общем, — я очень рада ей, но как оно всегда бывает, я отвыкла от Эмбер, поэтому чувствую себя не очень комфортно, — много чего на самом деле…

— Так, ладно, ты всегда была тихоней. — она отмахивается, а закатываю глаза. — Парень есть?

— Эмбер! — я заливаюсь краской, как ей объяснить, что он есть, но я никогда их не познакомлю. — Нет, пока нет. А у тебя, как на личном?

— Тоже никак. Помнишь я говорила тебе про Майка? — я согласно кивнула головой, но на деле я понятия не имела про кого она сейчас говорит. — Так я его бросила. Он мало уделял мне внимания, шарахался постоянно со своими дружками. Ну, Грейс, ты такая красивая стала, неужели за тобой никто не бегает? Не знала бы я тебя, утверждала бы, что парни толпами за тобой гоняются.

— Не знала бы меня? — мои брови вопросительно ползут к линии роста волос.

— Я имею ввиду, что ты скромная. — мигом оправдывается сестра.

— Это как посмотреть. — пожимаю плечами и продолжаю, прежде чем девушка вновь открыла рот.

Я коротко рассказала ей о ситуации с Оуэном Финниганом, на что Эмбер сказала, что совсем недавно встречалась с самым крутым мальчиком в школе. Я поджала губы, чтобы не сказать лишнего, потому что черта характера своей сестры, которая меня выводила из себя — это её хвастливость. Эмбер хлебом не корми, дай похвастаться какая она во всех смысла успешная и лучше остальных. Ладно ещё, когда она выпендривалась перед чужими людьми, но зачем это делать передо мной, когда я знаю её как облупленную.

— А как там красавчик Калеб? Общаетесь ещё?

— Да. Играет в школьной сборной в футбол, очень успешно при чём. — я заметила, как ожил взгляд сестры. — Встречается с Зои.

Её радость во взгляде разбилась, словно зеркало на множество осколков. Шатенка тряхнула головой, смахивая волосы с плеч и поднимая подбородок выше. Я понятия не имела, о чём она могла сейчас думать, но мне бы явно это не понравилось, если бы я умела читать мысли. Потом Эмбер повернула ко мне голову, улыбка сползла с лица, брови нахмурены, а нос с небольшой горбинкой она сморщила.

— И как поживает эта Зои? — девушка будто выплюнула имя моей подруги.

— Прекрасно. Цветёт и пахнет. Планирует пойти учиться на дизайнера одежды, видела бы ты её эскизы.

— Ну да, мило. — с большие усилием кивает она.

— Ты лучше расскажи мне про себя. — я отвлекла её от разговоров о моих друзьях, потому что её болтовню я бы стерпела, но вот рассказывать про себя я не особо горела желание.

— Ну, например, неделю назад, когда я осталась у бабушки там такое произошло…

Какой бы Эмбер не была, я всё же очень сильно скучала по этой задиристой мадам. Она была единственной моей сестрой, по крайней мере, о которой мне известно. Я пыталась поднять эту тему с мамой, когда она пришла в себя пару недель назад, но она ловко съехала с вопроса. С тех пор она избегает оставаться со мной наедине.

Эмбер рассказала мне, что делает значительные успехи в фигурном катании, ездит на высокого уровня соревнования и забирает призовые места. А ещё девушка проявила очень большой интерес к моему выпускному балу. Она была младше меня на год, поэтому выпускной бал у неё будет только через год, в это время я уже буду в университете. Сестра очень обрадовалась, когда узнала, что я буду бороться за корону.

— Мне не обязательно было бы вступать во всякие комитеты и помогать организовывать. Я и без того самая популярная девушка в школе, поэтому уверена, что все голоса отдадут за меня. — сказала Эмбер пред тем, как пойти на кухню.

Ужин прошёл в семейной уютной обстановке. Послезавтра пасха, так что у меня в школе выходные, и мы весь день будем готовиться к празднику. Я была безумно счастлива, что в нашей семье устоялась такая традиция отмечать пасху все вместе, потому что видеть лица Триви я уже не могла. Тод и без того постоянно доставал меня в школе. Мы разговаривали с Эмбер до самой полуночи, а потом я сама не заметила, как заснула.

༻ ❀ •༺

Я сбежала по ступенькам вниз и оказалась перед въездом во дворец. Мне казалось, что я задыхаюсь в этих высоких стенах, будто запертая в маленькой коробке. Я специально разминулась с Кэрол, потому что хотела сейчас побыть одной. Лёгкий майский воздух обволакивал моё тело, словно тёплая вода, и развивал блондинистые локоны на ветру. Я запрокинула голову, устремляя взгляд на голубой безоблачный небесный свод. Я молилась всем богам разом, чтобы они позаботились о Раймонде в чужих землях, защитив его. С таким усилием глядела в высь, как-будто наделась, что мои мысли подхватит ветер и унесёт с собой в Шотландию и доставит до Раймонда. Я слишком долго нахожусь в неведении о происходящем, возможно, это даже к лучшему. Может быть, я не готова услышать правду.

— Леди Грейс, вам не хорошо? — раздался знакомых голос за моей спиной, но я не дрогнула, узнав его владельца.

— Всё в порядке. Решила подышать свежим воздухом. — я медленно оборачиваюсь и кланяюсь. — Милорд, как обстоят дела в Шотландии?

Бедфорд приехал в Уайтхолл вчера по делам, чтобы вновь вернуться обратно завтра. С моей стороны было бы крайне грубо спрашивать об этом с дороги, но теперь уже времени тянуть больше нельзя. Если он уедет, то я точно останусь без ответов. Вильям единственный мужчина в этом дворце высокого статуса, который уважал меня и делился всякой информацией. Мне очень льстил тот факт, что такой высокопоставленный государственный деятель не видит во мне дурочку. Брови герцога на секунду съехали к переносице, а глаза сузились, но сразу же всё вернулось на места.

— Что вам уже известно, леди Грейс? — наконец спросил герцог Бедфорт.

— Что цель вторжения в Шотландию — принудить шотландцев вновь принять отвергнутые ими статьи в договоре. И всё.

— Верно. — кивнул он. — Мы успешно осадили город и крепость Эдинбург, разрушили порт Лит в гавани Ферт-оф-Форт, который и служил воротами в город, а затем направились в центральную часть страны, разоряя всё на пути. Перед моим отъездом сюда, английские войска устроили бедствия и разрушения в городе Сент-Эндрюс, сровняв с землёй их цитадель.

— Боже правый! — ахнула я, а перед глазами всплыл полыхающих огнём город и невинные жители. — А Его Величество? С ним всё хорошо?

— Король в добром здравии. — мужчина задумался, поправляя жилет. — Повезло, что я вас встретил, леди Грейс. Её Величество Анна просила отправить вас к ней, если я увижусь с вами.

Мы попрощались, я поклонилась и поспешила в покои Анны. Совсем недавно младшая сестра Раймонда вышла замуж за Ирландского короля, которого зовут Энрике, тем самым став королевой. Анна с мужем приехали сегодня с утра в Уайтхолл, девушка планировала перед отъездом в Ирландию повидаться с родным братом, поэтому решила подождать пока он не вернётся во дворец. Признаться честно, мне было крайне интересно как она ощущает себя теперь, а также я ни разу раньше не видела короля Энрике. Я многое о нём слышала, например, он был младше Анны на два года, ему совершенно недавно исполнилось восемнадцать, его отец заболел туберкулёзом и скончался, а парень взошёл на престол, после этого Раймонд выдал за него сестру, тем самым укрепив союз с Ирландией.

Я постучала в дверь, и слуги её открыли. Анна стояла посередине комнаты, и разговаривая с фрейлиной, активно жестикулировала. Потом она небрежно махнула кистью, и рядом стоящая с ней девушка немедленно удалилась. Королева обернулась ко мне, лицо её озарила роскошная улыбка. Я сделала книксен, и Анна вытянула руки, подходя ко мне.

— Леди Грейс, как я рада вас видеть! — она обняла меня, поглаживая по спине. — Я слышала про случай с Уолтором Брауном, это ужасно. Слава Господу с вами все в порядке!

— Спасибо, Ваше Величество. — я отстранилась от сестры Раймонда и искренне улыбнулась. — Поздравляю со свадьбой. Жаль, я не смогла присутствовать на церемонии.

— Ничего страшного, — отмахнулась та, — присаживайтесь. Не хотите ли чай?

Я киваю, а слуги приносят нам две горячие чашки на блюдцах. Я благодарно киваю прислуге, принимаю напиток и делаю маленький глоточек. Горячий чай обволакивает моё горло, а Анна слишком пристально вглядывается в меня. Я замечаю это и сомнительно смотрю на чашку с напитком, в голову лезут нехорошие и бредовые мысли, поэтому я отставляю чай на кофейный столик.

— Леди Грейс, не хотели бы вы поступить в мой штат прислуги? — вдруг спрашивает королева.

Сейчас я рада, что убрала горячую чашку, иначе бы точно её уронила. Так вот зачем она меня позвала. Не так давно она выгнала Полин, а теперь её предстоит уехать в Испанию, где кругом будут незнакомые люди, понятно, что королева хотела по максиму окружить себя знакомыми и проверенными лицами. Я улавливаю в её голосе схожесть с интонацией Ричарда, когда она задаёт какой-то вопрос, но звучит он, как приказ и сказать "нет" непозволительно. Невзирая на то, что у них разные матери, Анна и Раймонд очень похоже не только внешностью, но и характером, а это значит, что спорить с ней нет никакого смысла. По телу пробегает холодок, а у меня в голове не укладывается, что она действительно рассчитывает на то, что я брошу всё здесь и свалю с ней в Испанию. Разумеется, я была бы не прочь повидать эту страну, но не под таким предлогом. К тому же я не хотела вновь становиться фрейлиной. Как для человека из двадцать первого века, для меня это унизительно.

Анна выжидающе смотрит на меня светло-голубыми глазами, которые обрамлены длинными ресницами и подведены сурьмой. Её тёмно-каштановые волосы собраны на голове в замысловатую причёску, руки она сложила на юбке пурпурного платья в ожидании моего ответа. Я не знаю, что ей сказать, но и отказ с моей стороны будет звучать грубо. Собравшись с мыслями после небольшой паузы, я открываю рот, на ходу придумывая, что ответить. Но, к великому счастью, меня прерывает стук в дверь. Я быстро захлопываю рот, дверь открывается, на пороге показывается охранник. Он отвешивает поклон и говорит, что королеву зовёт её муж в срочном порядке. Девушка резко встаёт с кресла и поворачивается ко мне лицом.

— Продолжим разговор позже.

Я поднимаюсь, согласно киваю и делаю реверанс, а потом ухожу из её покоев.

༻ ❀ •༺

Я стою в знакомом кабинете. Несколько месяцев назад я судорожно искала здесь кусок письма, проникнув сюда незаконно, но теперь мне не нужно ползать на четвереньках под столом, чтобы меня не заметили. Я выпрямила плечи и гордо задрала подбородок. С каждым днём, что я нахожусь среди королевской семьи, я потихоньку перенимаю их манеры. И мне это нравиться.

— Я давно хотел об этом поговорить. — Бедфорд встаёт с кресла, обходит стол и облокачивается на него поясницей. — Всё никак не возьму в толк эту ситуацию. Не поможете разобраться?

— Да, милорд. О чём именно вы хотите знать? — я заламываю пальцы рук за спиной, теперь стоящий передо мной мужчина не просто герцог, а главный канцлер и шутки с ним плохи.

— О ваших провалах в памяти.

Казалось, что земля ушла из под ног, но я осталась твёрдо стоять. Лицо лишь на секунду исказилось, после чего я вновь надела маску безразличия. Вильям Бедфорд, наблюдая за моей реакцией очень внимательно, довольно кивнул головой. Почему-то я надеялась, что за столько времени он это забудет.

— Мне не давало покоя ваше таинственное появление в тот день на площади. Вы утверждаете, что потеряли память, но все лекари говорят, что вы в полном порядке. — Бедфорд буравит меня взглядом, и тошнота подкатывает к горлу. — Видите ли, безопасность государства и королевской крови для меня теперь является первоочерёдной задачей.

— Вы полагаете, что я иностранная шпионка. — догадываюсь я.

— Грейс, вы появляетесь из ниоткуда, без прошлого, а потом столь быстро попадаете в близкое окружение Его Величества. Что бы вы думали на моём месте?

— Вы правы. Но, в отличии от шпионов, я не желала этого. Я не стремилась быть замеченной королём и просто выполняла свои обязанности. Уверяю вас, ваши подозрения ошибочны.

Мне стало плохо от того, что Бедфорд начал сомневаться во мне. Этому человеку я доверяла, считала его другом, а теперь меня обвиняют в предательстве. Будь это кто-нибудь другой и сказано было бы в другом месте, я бы рассмеялась. Но сейчас меня не особо радует, что если я не докажу обратное, то меня ждёт участь Марии, де Клэйна и Роберта Линна. От одной только мысли меня передёргивает, но я сохраняю благородное спокойство.

— Я действительно ничего не помню. Я люблю Его Величество очень сильно и не посмела бы плести интриги за его спиной, а уж тем более предать. — я вкладываю в эти слова всю свою искренность.

— Ступайте, леди Грейс. — Бедфорд возвращается в кресло и начинает перебирать бумаги, как-будто меня уже здесь нет.

— Милорд, вы не верите мне? — я на свой страх и риск игнорирую прямой приказ и не двигаюсь с места ни на дюйм.

— Я услышал всё, что требовалось и увидел это по вашему поведению. — он поднимает на меня глаза, ставит локти на стол и подпирает подбородок руками. — Это была всего лишь проверка. И я рад, что вы её прошли. Вас задело то, что я могу допускать мысли о вашем предательстве, не так ли?

— Да. — я не вижу смысла врать и согласно киваю. — Дело в том, что мне всегда казалось, что вы понимаете меня лучше остальных, несколько раз спасали мне жизни и благодаря вам я попала в это место, которое с гордостью называю домом.

— Я верю вам, леди Грейс. — мужчина тепло улыбается. — Не давайте мне повода пожалеть об этом.

Я сжимаю холодными пальцами подал юбки, улыбаюсь, кланяюсь и выхожу из кабинета. Этот разговор неожиданно для меня самой выбил меня из колеи, а так быть не должно.

Глава 25.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Следующим днём мы готовились к Пасхе с большим энтузиазмом. Наши родители поехали за продуктами, а нам дали задание украсить квартиру к их приезду. Мы с Эмбер не стали медлить, и вот через несколько часов моя серая и слишком строгая квартира опять преображается и становиться куда веселее и беззаботнее. Параллельно с делами, мы разговариваем с сестрой, стараясь заполнить пробелы в нашем общении, которые произошли за год. Мне потребовалось немного времени, чтобы вновь полностью открыться моей сестре, но спустя пару часов, я уже не сдерживала поток мыслей. Единственное, о чём я не стала распространяться — вторая параллель и Раймонд. Я даже не стала говорить, что влюблена по уши, потому что если я не покажу ей этого человека, то она обидеться. Мне не хотелось её обижать, Эмбер подумает, что я ей не доверяю. Она единственная моя сестра, по-настоящему близкий человек по крови после мамы и папы.

Когда родители возвращаются, то хвалят нас за украшенную квартиру. Я проскальзываю на кухню, мама и Офелия занимаются готовкой и сервируют стол, а мужчины им всячески помогают. Я ловко маневрирую мимо родственников и тырю две кекса с большой бежевой тарелки, стоящей около плиты. Пропажу замечают поздно, в это время мы с Эмбер в заметаем следы кражи в моей комнате. Я быстро съедаю шоколадный кекс, и слышу смех родителей на кухне. Я улыбаюсь, а спокойствие — чувство, которое я не ощущала давно, разливается по моему телу, как тёплая вода. В квартире впервые за долгое время слышится смех, разговоры и какая-то предпраздничная суета. Наблюдая за этим всем, я только сейчас поняла, как же сильно я нуждалась в таких вечерах. К сожалению, это не продлиться вечно, поэтому я ловлю каждый момент.

Вечером мы с сестрой гуляем по Хьюстону, заходим в моё любимое кафе "Каталина", где мы очень часто сидим с Зои и Калебом. Когда на принесли заказ, мой телефон прерывает наш разговор с Эмбер. Вижу на экране знакомое мне имя и быстро отвечаю на звонок.

— Мушкетёр! — приветственно восклицаю я, а сестра с интересом смотрит на меня, её рука застывает в воздухе с десертной ложкой, сжатой между длинных пальцев с золотыми кольцами. — Ты где пропадал?

— Грейс, со мной всё хорошо. Я дома. — второпях произносит друг, и я понимаю, что он хочет сказать что-то очень важное. — Видишь ли, я всё никак не мог смириться с тем, что только мы с тобой такие особенные, чтобы бегать по параллелям. Не то чтобы я против, но тебе самой не кажется это странным?

— Ты что-то нашёл? — с надеждой спрашиваю я, теряя из внимания свою сестру.

— Я копался в интернете и нашёл очень необычный пост, сделанный двенадцать лет назад. Кто-то уже интересовался данным вопросом, но комментарии не обещали ничего хорошего, вскоре он был заброшен. У меня есть друг айтишник, он сказал, что этот пост был написал из Берлина. Он узнал улицу и дом, в котором когда-то пользовались компьютером, чтобы зайти в сеть для этого дела.

— Двенадцать лет назад, — пальцами правой руки я касаюсь переносицы. — Ты понимаешь, что это всё равно бесполезно? Человек, который интересовался этим мог уже десять раз переехать, или того хуже — умереть. Это даже не иголка в стоге сена, а канцелярская кнопка.

— Тогда мы станем магнитом. — предложил Тео, и я представила его улыбку.

— Это невозможно.

— Скорее маловероятно, но попытка не пытка, так? — заговорщицки протянул парень на другом конце провода. — К тому же мы никуда не спешим. Времени уйма.

— Твоя взяла. — сдаюсь я.

— Вот и отлично.

После того, как я сбросила вызов, то вернулась к сестре, которая уже расправилась со своим десертом и покушалась на мой кусочек абрикосового пирога. Чтобы не остаться голодной, я перехватила тарелку и быстро доела десерт. От любых вопросов Эмбер по поводу случившегося, я отмахиваюсь, ловко меняя тему на то, что её точно заинтересует больше.

После небольшого перекуса, мы с сестрой отправляемся по магазинам, чтобы поискать, что-нибудь подходящее для выпускного. Эмбер сердечно обещает, что будет присутствовать на празднике, даже если ей придётся добираться до сюда на автобусе с пересадками. Рука об руку мы вдвоём не спеша передвигаемся по большому торговому центру. Забежав в пару магазинов, мы выходим оттуда с большими пакетами. Конечно, за платьем на выпускной бал я хотела бы сходить с Зои, но она уехала, а я не могла отказать Эмбер в такой просьбе. Но за платьем на церемонию вручения аттестата я точно отправлюсь вместе с лучшей подругой.

После шоппинга мы решили зайти в фудкорт и немного отдохнуть, прежде чем отправиться домой. Пока Эмбер делала заказ, я отправилась искать свободный столик, но это оказалось труднее, чем я предполагала. Вечером в выходной день собралось достаточно много народа. Я мелькала между рядов с красными столиками до тех пор, пока не заметила знакомые лица.

— Грейс! — крикнул Арту, и сев на стул на коленях, активно помахал мне рукой.

Сидящий ко мне спиной Маккензи обернулся из-за приветливого вопля младшего брата. Наши взгляды встретились, я кивнула в знак приветствия и подошла к их столику. Я поздоровалась с Артуром, аккуратно потрепав мальчишку по рыжим волосам.

— Какое совпадение, Марлоу. — лениво поднял брови Маккензи, жестом приглашая сесть на свободный стул, стоящий рядом. — Не нашла пустого столика?

— Грейс. Меня зовут Грейс. — мрачно буркнула я, падая на стул с тяжёлыми пакетами в руках, которые впоследствии я поставила на пол.

Маккензи хмыкнул и уставился в телефон. Через несколько минут меня нашла сестра с чеком в руках. Судя по выражению её лица, девушка было на шибко-то довольна новой компании. Когда Эмбер обратилась ко мне, то Маккензи заинтересованно поднял голову.

— Эмбер, это Маккензи, мой одноклассник, и его брат Арту. — представила я их, и последний застенчиво помахал рукой. — Ребят, а это Эмбер, моя сестра.

— Вот уж не знал, что у тебя есть сестра.

— Ты многое о ней ещё не знаешь. — ухмыльнулась Эмбер, ловя на себя взгляд молодого человека, и с высоко поднятой головой села рядом со мной.

— Готовитесь к выпускному? — парень кивает на пакеты, стоящие возле наших ног.

— Да. — согласно кивает моя сестра. — А ты уже готов? Выпускной — это важное событие в жизни каждого человека. Эй! Не надо мне тут глаза закатывать!

— Я не иду туда. — усмехнулся Маккензи, а вид у Эмбер сделался такой, словно в неё кинули горящую палку.

— Так не пойдёт, дорогой мой. — протестующе покачала головой девушка, её русые волосы упали на её круглое лицо. — Почему ты не хочешь идти?

— Тебе не приходило в голову, что это личное дело каждого? — судя по интонации в голосе, Маккензи начинал терять терпение.

Артур тоже это отчётливо понял, поэтому судорожно посмотрел на меня большими испуганными глазами. Мы оба знали, что лучше не доводить Маккензи до белого каления, но либо бесстрашная, либо глупая Эмбер этого не понимала. Я допускала, что вряд ли Маккензи ударит мою сестру, как когда-то Оуэна, но всё же не особо хотелось, чтобы он спускал весь свой неуравновешенный гнев на неё.

— Так, всё хватит. — вмешиваюсь я. — Эмбер, по-моему наш заказ готов, будь добра сходить и забрать его.

Девушка сильно сжимает челюсть, но ничего не говорит и поднимается с места. Я кидаю недовольный взгляд на одноклассника, но тот даже не смотрит на меня, ведь вновь уткнулся в телефон. Я глубоко вздыхаю от усталости, закатываю глаза и жду возвращения сестры.

༻ ❀ •༺

Я сбегаю вниз по широкой мраморной лестнице, путаясь в собственных же ногах. С Пасхи прошло уже чуть больше десяти дней, сегодня возвращается Раймонд. Я не успеваю выбежать на улицу, потому что в главном холле замечаю его. Король стоит у дверей, раздавая приказы солдатам. Когда толпа вокруг него расступается, то открывает вид на меня. Серые глаза сразу же встречаются с моими, и на уставшем лице мужчины расцветет улыбка. Я срываюсь с места, и подбежав к негу, утопая в тёплых объятиях. Раймонд зарывается носом в мои волосы, а его руки обвивают мою талию. Небольшой набег на Шотландию закончился хорошо. По крайней мере, хорошо для англичан.

На следующий день в городе был устроен рыцарский турнир в честь возвращения короля и удачного похода. Мы с Раймондом въезжаем в центр событий, восседая на двух серых лошадях, а за нами тянется огромная конница, держа в руках королевские знамения. Я крепче сжала поводья, останавливая лошадь. Судя по всему, каждый феодал стремился затмить своим богатством и роскошью другого. Вокруг турнирного поля устраивались целые поселения из шатров различных размеров. Мы останавливаемся у самого большого шатра красно-золотого цвета. Спешившись, я отдаю свою лошадь слуге, и следую за Раймондом в шатёр. Туда-сюда шныряют слуги, опуская головы вниз, дабы не смотреть на в глаза. В самом центре стоят два трона. Но Раймонд не собирается просиживать здесь всё время, поэтому мы переодеваемся. На мне длинное светло-синее шёлковое платье, а красный бархатный камзол короля усыпан драгоценными камнями. Раздвигается занавес, и в шатёр заходит Бедфорд со своей свитой.

Мы следуем за ним на улицу. Арена для турнира ограждалась прочной деревянной оградой, с одной стороны которой и находились зрительские трибуны, но мы направляемся в королевские ложи. Однако Раймонд уходит в другую сторону, а на мой вопрос куда он, король лишь одаривает меня хитрой улыбкой. Я в сопровождении стражи последовала в королевские ложи, откуда в последствии наблюдала за рыцарским турниром. Рядом танцевали шуты, показывали своё мастерство жонглёры, а по другую сторону от них располагался главный судья с помощниками, у которых в руках были высокие белые шесты, позволяющие распознать их. Всадники в доспехах на лошадях, облачённых в дорогие попоны, на которых были вышиты из знамения, разъезжали туда-сюда, мелькая передо мной. После окончания мессы участники турнира выстроились в колону из двух всадников в ряд. Когда их определили в пары, то один из всадников направился в мою сторону. Сложно было узнать кто это, ведь лицо закрывало забрало шлема, но через небольшие отверстия я замечаю знакомый блеск серых глаз.

— Ваше Величество? — ахаю я, когда мужчина тормозит своего коня прямо перед трибуной.

— Не окажете ли вы мне такую честь, миледи? — спрашивает тот, и я вспоминаю то, что много раз читала о рыцарских турнирах.

Я легко срываю розовую ленту, которая украшала рукава моего платья и бережно повязываю её на копьё Раймонда, как знак моей благосклонности. В одной левой руке Раймонд держит поводья, а во второй специальное копьё, снабжённое железным наконечником в виде коронки и щит. По снаряжению я поняла, что Раймонд задумал участвовать в жюсте. Целью этого поединка являлось выбить из седла противника, не упав самому, либо переломить своё копьё о щит противника. Мне совсем не нравилось всё это, ведь на подобных поединках люди получали сильнейшие травмы.

Раздался звук, обозначающий начало поединка. Первые два всадника на большой скорости неслись друг на друга, их разъединяла лишь тонкая верёвка, натянутая горизонтально от начала поля до конца, а на ей висели яркого цвета тканевые треугольники с вышивкой. У мужчины, ехавшего справа было бело-синее копьё, а в его противника — бело-жёлтое. Они так стремительно приближались, направляя друг в друга остроконечные копья. Все вокруг меня веселились, наблюдая за этим, а по моему тело пробегали мурашки. Какой раз убеждаюсь, что люди в это время были довольно жестокими. Пока я обводила взглядом площадь, послышался звук ломающегося деревянного копья. Я резко возвращаю внимание к противникам и вижу страшную картину: бело-синее копьё вонзилось в шлем другого всадника, и тот повалился на землю без особых признаков жизни. Толпа взревела, а ликующий победитель сделал пару кругов галопом по полю, а потом освободил место для других.

Следующего всадника с розовой лентой на копье я узнаю моментально. Раймонд пускает коня в галоп, и к нему стремительно приближается противник с красным копьём. Я затыкаю рот бокалом вина, чтобы не выкрикнуть благой мат. Я понимаю, что Раймонд король и не нуждается в моём одобрении, но он мог бы мне хотя бы сказать, что собирается участвовать! Я же волнуюсь. А теперь у меня сердце скачет, будто заведённое.

Король с силой бьёт противника по щиту. Мужчина теряет равновесие и соскальзывает из седла, а потом и вовсе валиться на сырую землю, истоптанную лошадьми. Трибуны вновь аплодируют, выкрикивая поздравления, а я спокойно выдыхаю, судорожно выпивая целый золотой бокал красного вина многолетней выдержки.

Глава 26.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Скоро лето. А если бы точнее конец мая. Вчера мы устроили застолье, которое незаметно для всех затянулось на несколько часов, в плоть до самой ночи. Такие посиделки в кругу семьи всегда придавали мне сил, помогали на время забыть о проблемах. Далеко за полночь, как только мои родители завалились спать у себя в комнате, а Эмбер — на диване, я вдруг внезапно осознала, что я совсем не знаю человека, которого я считаю одним из самых близких, не знаю о нём ничего. Всякий раз, когда мы говорим с мушкетёром, то разговор затрагивает только проблемы второй параллели. Всё что я знаю о Тео, так это только его фамилию и то, что пару лет назад у него была невеста.

После душа мне холодно из-за кондиционера, висящего в над самом потолком, но я не выключаю его, а забираюсь под большое тёплое одеяло. Я прекрасно понимаю, что у нас с Тео разные часовые пояса, но время различается всего-то на два часа. Точно не могу определить, что мною движет сегодня — не желание заканчивать вечеринку или несколько бокалов шампанского в моём организме, но я всё-таки звоню Тео среди ночи, глубоко в душе питая надежду, что трубку он не возьмёт.

— Грейс? — спустя пару нудных гудков раздаётся знакомый бархатный голос, к моему удивлению совсем не сонный. — Ты чего это не спишь?

— Вспомнила, что однажды, ты обещал мне рассказать кое-что. — на самом деле я и сама припомнить не могу, что именно хотел сказать мне Тео много месяцев назад, но в памяти точно застыло то, что он чего-то мне не договаривал всё это время.

— Интересно что же. — усмехается шатен, но я пропускаю мимо ушей его издевательский тон.

— Не помню. — честно признаюсь я, перекатываясь в кровати на другой бок.

— Тебе не спится? — спрашивает мушкетёр, и я согласно мычу. — Тогда я задаю тебе один вопрос, а ты мне отвечаешь максимально честно, а потом наоборот. Идёт?

Я задумчиво гляжу куда-то вдаль. Перед глазами проносится всё то, что я пережила благодаря поддержки Тео. Начиная с моего попадания во вторую параллель, ведь тогда мне казалось, что я сумасшедшая — заканчивая сегодняшним днём. Я помнила, как чужие руки топили меня, пока я мыла голову, помню это жжение лёгких, когда там вместо воздуха собирается вода. До сих поря боюсь воду, стараясь избегать её в больших количествах. Твёрдо отказываюсь идти в бассейн или на пляж, и даже никогда не набираю ванну, предпочитая душ. Казнь Марии оставила неизгладимое кровавое пятно в моей памяти — она была первой, чью смерть я лицезрела. Добровольная ссылка с ребёнком на руках тоже потрепала мои подростковые нервишки. Полная комната трупов, убитых самыми разными способами — от простого удара ножом до удушья. Отрубленная голова доброго и честного Джорджа Кинсли. Сомкнутые на моей тонкой шее пальцы, а потом каждый день видела в зеркале синяки на этих местах. Помню казнь Роберта Линна, которой поспособствовали мы с Тео, хотя это он сам навёл на себя беду.

— Что произошло в тот день, пять лет назад, когда ты попал во вторую параллель? — я задаю первый вопрос.

Я отлично помню, что это была автокатастрофа. Но Тео не стал трепать об этом тогда, ведь мы были толком не знакомы. Теперь же всё иначе. Я верю в это. Мне нужно было знать всё с самого начала.

— Разве я не говорил, что доверять кому-то руль — моё проклятье? — горько усмехается мушкетёр после минуты молчания. — Что тогда, что в момент, когда я впал в кому, я не был за рулём своей же машины. Оба раза я передавал эту ответственность кому-то другому, и всякий раз по счетам платили мои друзья, я — никогда. Хотя, возможно, вот оно — моё наказание. Осознавать, что в их смертях виноват я и больше никто. Оба раза в машине умирали все до единого, кроме меня. Больше всего в жизни боюсь опять кого-то потерять. — в какой-то момент он замолкает, а потом задаёт вопрос, чтобы я не смогла пожалеть его. — Как ты держишься после всего пережитого?

Я чувствую его боль, как бы странным это не казалось. Моё сердце сжимается, обливаясь кровью, когда я слышу горечь и бесконечную боль утраты в голосе Теодора. Я не жалею, что задала этот вопрос. Возможно, Тео самому нужно было выговориться, ведь он без особых отговорок дал ответ.

— Танцую. — я скольжу взглядом по любимым статуэткам, подаренными друзьями во время зимних праздников. — Это помогает избавиться от эмоций, выплеснуть чувства наружу.

— А я рисую. — делиться Тео, а мне вдруг очень захотелось увидеть его работы, никогда бы не подумала, что мушкетёр стал бы заниматься подобным.

— Что случилось с твоей невестой?

— Я не хочу её оскорблять, к тому же прошло много времени. Но я узнал парочку интересных фактов. Не ожидал, что у неё такой огромный скелет в шкафу.

— Скелеты есть у всех нас. — соглашаюсь я. — Просто у кого-то они меньше и не такие значительные, как у других.

— Верно. У тебя есть братья или сёстры помимо Эмбер?

Мой телефон покоится на мягкой подушке, я принимаю сидячее положение и заламываю пальцы на руках. Решаюсь быть до конца откровенной с ним. Я никогда не разбрасывалась личной обо мне информацией направо и налево, потому что боялась, что её с лёгкостью могут использовать против меня. Наверное, поэтому у меня так мало друзей, а Тео тоже толком обо мне ничего не знает, хотя мы и знакомы больше полугода. И всё же я ему верю и безоговорочно доверяю. Он многое для меня сделал и очень помогал. Рассказать ему правду — это меньшее, что я могу для него сделать. Поэтому я рассказываю всё историю моей матери и её родителей. Мне сложно говорить об этом, но не сложнее, чем пришлось Тео, когда тот отвечал на мой первый вопрос.

— И ты не хотела бы узнать, что именно узнала тогда твоя мать и есть ли у тебя родственники ещё? — с сочувствием спрашивает парень, но не жалеет меня, и я ему благодарна.

— Разумеется, хотела бы. — я наклоняю голову на бок и бездумно пялюсь в окно. — Но я знаю свою мать и знаю, что если она что-то скрывает или не хочет говорить, то не скажет это под любыми пытками. А у тебя есть братья или сёстры?

— Да. Мы тройня. — я уверена, что Тео сейчас улыбается, и жалею, что не вижу его ямочек. — Я, Аморет и Леонард. Наши родители верующие католики, поэтому подбирали имена по их значению.

— И что означают ваши имена? — с интересном спрашиваю я, оставляя свои пальцы в покое.

— Я был последним, а имя Теодор значит божий дар. Всё потому что тройня — редкий случай. Леон — лев, значит сильный, чтобы мог защитить сестру, тогда родители не предполагали, что появлюсь ещё и я. Аморет значит — с любовью. Она и по сей день остаётся любимицей в семье. А ещё с фантазией у родителей, по всей видимости, проблемы пуще моего. Если собрать первые буквы наших имён "Т", "А" и "Л", то получиться имя матери — Талия.

— Звучит действительно круто. — я улыбаюсь, глядя в экран телефона на номер Тео. У меня даже фотографии его нет, чтобы поставить на заставку при звонке.

— Они бы тебе понравились. — с особой нежностью и теплотой говорит мушкетёр, и я соглашаюсь.

༻ ❀ •༺

Я широко распахнула глаза. Сегодня самый важный день в моей жизни. Жизнях. Я подскочила с кровати, кожей ощущая предвкушение событий. Широко распахнув окно, я впускаю в комнату свежий майский воздух. Слабый тёплый ветерок подхватывает мои локоны, а потом также нежно опускает обратно. На некоторое время я замираю на месте, глядя в окно, и вбирая в лёгкие как можно больше воздуха.

Все экзамены сданы на отлично. Я окончила школу. Даже не вериться. Внутри меня горит чувство чего-то большое впереди. По телу пробежала приятная дрожь. Сегодня я увижу многих одноклассников в последний раз. Мы разойдёмся подобно кораблям в море, каждый ступит на новый путь своей жизни, напишет новую главу своей жизни. Увидимся ли мы с кем-то через несколько лет?

С сегодняшнего дня я вхожу во взрослую жизнь. Мама всегда мне говорила, что нужно ценить детство и школьные годы, потому что потом начнётся институт, работа, семья и у меня уже не будет времени на гулянки и тусовки. Раньше я очень много думала над тем, что со мной будет, когда я закончу школу. В моих планах на будущее было много всего, но с первым попаданием во вторую параллель я совершенно забыла про это. Даже не вспоминала. Так странно, что раньше я жила одними лишь мыслями о будущем, а последний учебный год была настолько погружена в настоящее, что не хватало времени на всякие грёзы. Сейчас же я на минуту попыталась заглянуть в будущее, однако с бешенным ритмом моей жизни предсказать что-либо казалось просто нереальным.

Последний учебный год преподнёс мне множество сложный испытаний, с которыми я справилась. По крайней мере, думаю, что справилась. Не знаю смогла бы я пройти весь этот путь без поддержки друзей, но даже думать об этом не хочу. Я стала другим человеком. Поначалу я разделяла свои личности на двое. Мне казалось, что Грейс Марлоу и Грейс Честер — это две совершенно разные девушки. Их будто не связывало ничего. Они жили в разных параллелях, их разделяло несколько веков, у них разное прошлое, разный характер, разные задачи и цели в этом мире. Но в один момент они слились воедино, что сделало меня полноценным человеком.

Я выбегаю из комнаты под недовольные стоны своей сестры, накрывшейся с головой в одеяло, чтобы спрятаться от ярких солнечных лучей. В гостиной я встречаю маму с кружкой кофе в руках. Они с папой не пошли сегодня на работу, чтобы быть в это время со мной. Мы не так много проводили вместе времени, однако я им безмерно благодарна за их поддержку. Для меня сегодня это очень много значило. Желаю им доброго утра, хватаю со стола одно печенье, и подмигнув родителям, кладу вкусность в рот. Отец смотрит на меня, тепло улыбаясь. В его глазах я вижу огромную гордость за меня, и это греет мне сердце. Я направляюсь в душ, чтобы привести себя в порядок, а когда выхожу, то застаю сонную Эмбер на кухне. Мы наспех завтракаем, обсуждая предстоящее событие все вместе.

После завтрака мы с сестрой возвращаемся в мою комнату и помогаем друг другу с нарядами. Я надеваю недлинное белое платье на церемонию вручения аттестата. Платье держат тонкие бретели, вырез на левой стороне юбки элегантно обнажает мою ногу. Образ получился притягательным, но не вызывающим. Всё равно поверх платья будет накидка. Волосы я не укладываю, а просто расчёсываю. Накрасить меня вызвалась Эмбер, и я покорно сидела на стуле, ожидая пока сестра закончит колдовать. Потом мы поменялись местами, я помогла Эмбер. Надеваю туфли цвета слоновой кости и подхожу к большому зеркалу в пол, что расположилось в прихожей. Я смотрю на своё отражение, поражаясь насколько же я красива. Ко мне подходит Эмбер, и обняв меня за плечи, осыпает нас обеих комплиментами, глядя в зеркало. Мама с папой уже тоже готовы, поэтому стоят рядом с нами и соглашаются с каждым словом Эмбер. Я так счастлива сейчас, что словами не описать. Глядя на искренние улыбки своих близких людей, моя душа радуется, а сердце наполняется ещё большей любовью.

༻ ❀ •༺

В большом актовом зале я быстро нахожу своих друзей. Калеб обнимает Зои одной рукой за талию, и ребята подходят ко мне. Восторженная блондинка кидается мне на шею, я обвиваю её талию руками, и мы счастливые кружимся вокруг своей оси. Когда останавливается на месте, нас обнимает Калеб. Чёрное короткое платье Зои едва заметно под тёмно-синей мантией, а на наших голова квадратная академическая шапочка с прикреплённой к её центру жёлтой кисточкой.

— Вы можете себе это представить? — восхищённо пищит Зои, чуть ли не прыгая от радости. — Мы прошли этот путь все вместе!

— Мы молодцы! — восклицаю я, пока чувство гордости за нас всех просто переполняет меня изнутри.

— Привет, Эмбер. — Калеб первым обращает внимание на сестру, стоявшую позади меня и кивает ей.

Зои неохотно приветствует её, в воздухе сразу же почувствовалось напряжение. Но никто не хочет заострять внимание на эту вражду, поэтому ребята здороваются с моим родителями, а потом мы рассаживаемся по местам. Пробравшись на второй ряд, я усаживаюсь на красные бархатные сидения. Как раз вовремя, потому как на сцену выходит директор нашей школы, он подходит к деревянной кафедре и начинает торжественную речь. Это был высокий мужчина средних лет, но в его светлых коротких волосах уже можно было разглядеть седину. После окончания торжественной речи мы хлопаем в ладоши, поддерживая главу школы. Выпускники поднимаются со своих мест и идут к сцене. Нас приглашают, и все по очереди выходят на сцену за аттестатами, и пожимая руку директору, спускаются с другой стороны. Когда очередь дошла до меня, мои ладони слегка вспотели от волнения, а сердце забилось быстрее. Под стук своих каблуков и аплодисменты зала, я поднимаюсь по лестнице с гордой прямой осанкой. Подхожу к директору, он протягивает мне аттестат и шепчет поздравления, я благодарно ему улыбаюсь, пожимаю его большую ладонь и оборачиваюсь к залу, показывая всем свой аттестат. Сверкают вспышки фотоаппаратов. Я не задерживаюсь на сцене слишком надолго, поэтому сразу же после небольшой серии фотографий, спускаюсь, предоставляя минутную славу другим выпускникам.

༻ ❀ •༺

Длинные светлые волосы были собраны наверху, открывая вид на две небольшие параллельные золотые цепочки на шее. Такой же формы серьги свисали с моих ушей. На мне, словно влитое сидело тёмно-фиолетовое длинное платье в пол. С правой стороны на юбке у него был тонкий разрез, такой же как и на белом платье, открывающий вид на мои ноги и чёрные туфли на высоком каблуке. Также разрез был на спине, тянувшийся практически до копчика, обнажая нежную кожу спины. В талии платье идеально облегало моё тело, а юбка была немного свободнее.

Я крутилась перед зеркалом дома. Мне безумно сильно нравился мой сегодняшний внешний вид. Макияжа было мало, от чего моё лицо казалось очень естественным. Рядом со мной любовалась собой Зои, мы игриво толкались в бока, пытаясь сместить друг друга от зеркала и смеялись. На Зои было темно-красное платье без лямок и бретелек и открытыми руками. На нём, как и у меня, не было глубокого декольте, зато оно было коротким и едва ли доходило до коленей, открывая вид на тонкие ноги моей лучшей подруги. Зои утюжком для волос выпрямила светлые волосы и чёлку, которая едва закрывала брови, ярко подвела глаза и надела серебряное колье и браслет из одного набора. Она была похожа на ослепительную вампиршу в этом наряде. Чуть позади нас стояла Эмбер, не спешившая смеяться с нами. Она вплела в волосы длинную золотую ленточку, которая очень выгодно смотрелась на фоне чёрного длинного платья в пол с глубоким декольте, которое отлично подчёркивало пышную фигуру моей сестры. Эмбер даже без туфлей была выше меня и Зои, поэтому встав на каблуки, она вообще казалась невероятно высокой. Даже Калеб оказался ниже на пару сантиметров.

Кстати, говоря о Калебе, мы услышали звонок домофона, говорящий о том, что пора спускаться. Я подхватила черную сумочку-клатч, взяла подругу и сестру под руки, и мы спустились на улицу, где нас уже ждал друг в чёрном костюме с бабочкой. Я никогда раньше не видела ничего подобного на Калебе, поэтому даже представить не могла на сколько ему подошло. Он ошарашенно наблюдал за тем, как мы выходим из подъезда, но всё его внимание было приковано только к одной девушке. Девушке в красном платье. Зои взвизгнула и бросила в объятья своего парня. Он поцеловал её, а я наблюдала за происходящим с широкой улыбкой, что нельзя было сказать о Эмбер.

Но вскоре рядом с домом остановилась ещё одна машина. Я одёрнула сестру за руку, кивком указывая на молодого человека, выходящего из белого автомобиля. Девушка сразу же залилась краской и смущённо улыбнулась. Если бы мне кто-нибудь раньше сказал, что моя говорливая сестра и Маккензи, быстро теряющий терпение по любому поводу, вместе пойдут на выпускной, я бы ни за что не поверила. К тому же, Мак до недавнего времени вообще наотрез отказывался от этого мероприятия. Я рада, что Эмбер нашла силы, чтобы вытащить его. Я поддерживающе сжала ладонь сестры, а потом отпустила её к парню. Маккензи встретился со мной взглядом, а я беззвучно пригрозила ему, что если с моей сестрой что-нибудь случиться, я ему все зубы выбью. Видимо, Маккензи понял меня без слов и кротко кивнул, а потом расплылся в улыбке обнимая Эмбер.

Одно оставалось неизменным. Я так и не нашла себе пару на этот вечер. Поэтому я сажусь в машину к Калебу и Зои. Так странно. Я вроде и пользовалась немаленькой популярностью в школе, но всё равно одна. Конечно, меня приглашали парни, но я не хотела идти с кем попало. Выпускной бал — особенный день в моей жизни, и я хотела провести его в окружении близких мне людей, а не непонятно кого. Поэтому лучше в гордом одиночестве, чем под ручку с малознакомым парнем из параллельного класса.

Мы приехали на парковку, и сразу как только я вышла из синей машины Калеба, которую друг одолжил на время у своего отца, моя стальная уверенность куда-то улетучилась в неизвестном направлении, и как бы я ни старалась, не могла её поймать и вернуть обратно. Я была слишком взволнованна. Солнце уже село за горизонт, а на парковке ярко горели фонарные столбы. Я узнавала людей, входящих актовый зал. Даже Тод и тот пришёл с девушкой.

— Грейс, неужели ты одна? — язвительно спросила Энн, едва не задев меня плечом. — Хотя чего тут удивляться.

Я лениво посмотрела на девушку, которая чуть ли не висела на Оуэне. На Энн было очень вульгарное голубое платье. Подол едва касался коленок, а декольте был настолько большим, что я удивлялась как оттуда ещё не вывалилась её грудь. Несмотря на это, я чётко чувствовала на себе жадный взгляд Финнигана, стоящего рядом в чёрном смокинге и в галстуке. Посмотрев на парня, я лишь подтвердила свои догадки, так как его глаза метались по каждому сантиметру моего тела. Я только открыла рот, чтобы ответить наглой черлидерше, как вдруг меня кто-то опередил.

— Она не одна.

Этот голос. Сердце пропустило удар, а я замерла в оцепенении, не в силах обернуться назад. А спине пробежал холодок. Я не верила своим ушам, однако моё сердце грозилось выпрыгнуть из груди, если я не обернусь в срочном порядке. Я метнула взгляд к Энн, девушка застыла на месте с приоткрытым ртом, но быстро взяла себя в руки и силой сжала челюсть, что был слышен скрежет зубов. Оуэн буравил взглядом человека, стоящего позади меня, а немой шок Зои и Калеба я заметила сразу. Я медленно обернулась, будто боясь спугнуть его. Карие глаза, острые черты лица, тёмные кудрявые волосы и ослепительная улыбка, обнажающая ряд белоснежных зубов. Тео. Передо мной стоит Тео в белой рубашке и тёмно-синем костюме. На нем не было ни галстука, ни бабочки, верхняя пуговица рубашки расстёгнута.

— Прости, что не сделал этого раньше. — парень запустил руку в тёмные волосы. — Грейс, позволишь пригласить тебя на выпускной бал?

— Ради всего святого… Тео! Конечно! — ахнула я от такой неожиданности и из-за приятного шока не сразу, но ринулась обнимать его. — Почему ты не сказал мне, что приедешь?

— Тогда это испортило бы сюрприз. — просто пожимает он плечами и обвивает руки вокруг моей талии.

Спустя полгода общения мы впервые встретились на моём выпускном. Тео преодолел тысячи километров, чтобы быть со мной на выпускном, ведь знал как это важно для меня, не смотря на то, что сам давно окончил школу. Я едва не заплакала прямо здесь. Даже и представить не могла, что Тео сделает всё это ради меня. Его поступок врезался в мою память основательно, и даже через много лет я об этом не забуду. Когда я ему говорила, что так и не нашла пару на выпускной, он сказал мне, что может быть не всё ещё потерянно. Тогда я не поняла смысл его фразу, а теперь он здесь. Стоит и обнимает меня. Единственный человек, с которым я ощущаю себя в стопроцентной безопасности. Присутствие Теодора всегда придавало мне больше сил и невероятную уверенность во всех моих словах и поступках.

Я отлипла от тела молодого человека, горящем взглядом смотря в его шоколадного цвета глаза. Тео тепло улыбнулся, и это самое тепло разлилось по всему моему телу. Я благодарила себя, что не нашла никого в качестве спутника на выпускной бал. Пока я представляла его своим друзьям, Энн и Оуэн быстренько ретировались. Конечно, Тео знал имена моих друзей, но всё же ради приличия я назвала их ещё раз. На парковке я заметила машину Маккензи, значит они с Эмбер уже в школе. Нужно бы найти их.

Тео согнул руку, и я положила ладонь на сгиб его локтя. Сердце пустилось в пляс, когда мы заходили с актовый зал. Здесь не осталось и следа от утренней церемонии, красные стулья расставили по углам, чтобы освободить центр, где теперь во всю танцевали выпускники. Фуршетные столы стояли немного поодаль. Свет в зале был приглушён, орала музыка и играла свето-музыка. Всего полчаса назад я понятия не имела, что я буду делать здесь совершенно одна. Я представляла, как буду стоять у столов и нервно поедать закуски, пока все остальные кружатся в танце. А теперь рядом со мной Тео.

༻ ❀ •༺

— Дамы и господа, прошу минуточку внимания! — на сцене вновь оказался директор с микрофоном в руках, свет сошёлся на нём и голоса в актовом зале затихли. Наша компания протиснулась поближе к сцене. — Дамы и господа, прошу минуточку внимания! — на сцене вновь оказался директор с микрофоном в руках, свет сошёлся на нём и голоса в актовом зале затихли. Наша компания протиснулась поближе к сцене. — Для меня честь объявить короля и королеву выпускного бала! — под голо голос на сцену вышли две ученицы, несущие две красные подушки, на которых блестели короны. — По традиции первым объявляется король. Итак, по результатам голосования королём бала выбран, — мужчина вскрыл конверт и уже увидел имя победителя, но всё равно сделал интригующую паузу, — Оуэн Финниган!

Зал взорвался от аплодисментов, ни для кого это не стало сюрпризом. Капитан футбольной команды быстро поднялся на сцену и пожал руку директора, пока красавицы водружали на его голову одну из корон, которая была немного побольше и шире. В зале прошёлся шёпот, когда Энн встала около лестницы, растолкав несколько выпускников, готовясь подняться вслед за своим молодым человеком на сцену. Она была уверена на сто процентов в своей победе, поэтому нашла в толпе меня и смерила высокомерным взглядом победителя, сопровождая это усмешкой.

— А теперь давайте узнаем, кто же станет королевой бала! — предложил директор и зал взорвался криками. — Что ж, хорошо… И победительницей в этом году становится…

Признаться честно, я была очень взволнована, будто на иголках. Тео ободряюще сжал мою руку и улыбнулся своей фирменной улыбкой. Я немного успокоилась. Энн уже сделала первые шаги к сцене, поправляя волнистые локоны.

— Грейс Марлоу! — гремит голос директора со сцены, отражаясь от стен.

Мои уши сразу же закладывает из-за довольного вопля всех присутствующих. Энн останавливается на месте, едва не упав, запутавшись в собственных ногах, а улыбка слетает с её идеального лица, как по команде. Зои, Эмбер, Маккензи и Калеб с Тео выталкивают меня из толпы к сцене. Не веря в происходящее, на ватных ногах я направляюсь к лестнице. Но чем ближе я к сцене, тем быстрее я спешу себя привести в порядок. Королевской походной и ровной осанкой я обхожу Энн, напоследок по доброму улыбнувшись ей. Её лицо покраснело, а крылья носа быстро опускались и поднимались. Я шагнула освещённую прожекторами сцену под звуки аплодисментов и уверенно подошла к директору. Он пожал мне руку и шепнул "молодец". На самом деле, даже он не верил, что кто-то вообще сможет обойти Энн, но у меня получилось. Смутно знакомая мне брюнетка осторожно опустила на мою голову корону. Разумеется, она была не настоящей, покрыта тонким слоем позолоты, но она была витьеватой и безумно красивой. Оуэн произнёс торжественную речь, а потом подошла и моя очередь. Я взволнованно шагнула к стойке с микрофоном, но быстро собралась с мыслями.

— Я хотела поблагодарить моих друзей, без них ничего бы не получилось. Мне слишком с ними повезло. — я демонстративно касаюсь короны на моей голове, но смотрю только на небольшую группку близких мне людей у сцены. — Этот год выдался для меня достаточно сложным, и я не знала, справлюсь ли я вообще, но вот я здесь с короной на голове. Всё, что я хочу сказать вам — идите к своей мечте, даже если она невозможная, потому как когда люди говорят о невозможном, они чаще всего имеют ввиду слово "маловероятно". Спасибо вам за то, что помогли мне это понять. — несмотря на то, что я говорила это всем присутствующим, посвятила эти слова лишь самым близким.

Я обвела взглядом весь зал в последний раз, поклонилась и вместе с Оуэном спустилась со сцены. Энн у лестницы я не обнаружила. Я уже собиралась вернуться к друзьям, но футболист придержал меня за руку. Обернувшись с немым вопросом, я выгнула правую бровь дугой.

— Ты прекрасно выглядишь в этом платье, — говорит парень, не отпуская мою руку.

— Только в этом платье? А в другой одежде нет? — от замешательства, проскользнувшего на лице Финнигана, я начинаю смеяться. — Успокойся. Я пошутила. Слушай, мне пора.

— А кто этот парень, с которым ты пришла?

— Какая разница? — я вырываю руку из его стальной хватки. — Пока, Оуэн.

— Грейс, подожди!

Но я уже затерялась в толпе, ловко лавируя между подростками. Не хочу бессмысленно прожигать время на разговоры с Оуэном, которые ни к чему бы всё равно не привели. Этот необычный вечер я хочу провести с особенными людьми, что так дороги моему сердцу. Я нахожу друзей на том же месте, где я их и оставила. Лицо Зои расцвело в улыбке, когда она первой заметила меня в толпе. Подруга накинулась мне на шею с объятиями, едва не придушив меня. Когда она отошла от меня, то схватила Калеба за руку.

— А теперь время танцев! — она потянула парня за собой и закружила в танце.

— Это единственный раз, когда я согласна с Зои, — кивает Эмбер и уводит Мака за собой на танцпол.

Мы с Тео остаёмся стоять на том же месте в неловком молчании. Теперь я не знаю как себя с ним вести. Я мечтала о нашей встречи так долго, что устала придумывать сценарии, потому что в скорее мне показалось, что этого никогда не произойдёт. Я так привыкла видеть его на экране телефона или мельком во второй параллели, что даже представить не могу, что происходящее сейчас — очень даже реально.

— Ну что, мушкетёр, — начинаю я, пытаясь перекричать громкую музыку, — мы с тобой столько пережили, как на счёт того, чтобы отпраздновать?

— Обеими руками за, — парень с улыбкой берёт меня за руку, и кружит в танце.

Глава 27.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я стою в центре самого главного зала Вестминстерского аббатства. Из открытых окон дует тёплый почти июньский ветерок. Лиф моего пурпурного бархатного платья представлял собой корсет. Вверху рукава были узкими, в районе локтя к ним были пришнурованы широкие рукава из дорого узорного бархата. Шнуровка прикрывалась большим отворотом их меха горностая. Юбка платья спускалась до пола, заканчиваясь длинным шлейфом, который был украшен золотой вышивкой. Пуговицы платья изготовлены из бриллиантов, а само платье всякий раз блестело в солнечном свете, так как было усыпано сапфирами и рубинами. На мне были белоснежные чулки, расшитые серебряной нитью, с фиолетовыми шелковыми повязками поверх, предназначенные для защиты кожи от трения. На моих ногах, словно влитые туфли, сделанные из тончайшей испанской замши. Мои волосы были собраны наверх и богато задекорированны нитями жемчуга, на шее покоился тяжеленное колье из золота и драгоценных камней. А на безымянном пальце красовалось кольцо из позалоченного золотом эмали, состоящее из двух переплетённых обручей: ободок с рубином и аквамарином, а верхняя часть была в форме четырёхлистника. На внутренней стороне кольца была выгравирована надпись "Что Бог сочетал, того человек не разлучит". Меня всегда поражала сильная вера этих людей в высшие силы.

Это была моя коронация и свадьба одновременно. Меня с головой накрыло чувство дежавю — в последний раз когда я здесь была, то короновали Марию. Вокруг собралось столько много людей, которых я знаю, благодаря работы фрейлиной. Здесь были лорды различных фракций, герцоги и многие другие. Также я заметила королеву Анну, девушка поддерживающе улыбнулась мне. Я решительным шагом шла вперёд, шлейф моего платья придерживала Кэрол. Это был по-настоящему торжественный выход королевы, так как все вокруг рукоплескали, то и дело выкрикивая поздравление и моё имя, а также пожелание долгой жизни всего самого лучшего. Я дошла до центра с высоко поднятой головой, прямой, как ствол дерева, осанкой и доброжелательной улыбкой на лице. Там меня ждал Раймонд, пожав мне свою ладонь, он помог не подняться на небольшой помост, а потом положил мою руку на свой согнутый локоть. Внутри меня бушевало волнение, хотелось упасть на пол, ноги с каждой секундой становились более ватными, а сердце пустилось галопом, но я не подавала виду. Приветливо улыбаясь, я махала левой рукой всем присутствующим. В толпе я встретилась взглядом с Бедфордом и всей его семьёй. Еле заметно кивнула ему, и мужчина расплылся в гордой сдержанной улыбке, рядом с ним стояла его жена — наипрекраснейшая герцогиня Элизабет, она держала мужа за руку, а между ними вклинилась милая Элль, её большие добрые глаза блестели от радости. С другой стороны от высокопоставленных людей, я нашла свою подругу. Кэрол взволнованно накручивала на свой длинный указательный палец прядь свои волос пшеничного цвета. Заметив на себе мной мимолётный взгляд, девушка будто расцвела и спокойно выдохнула. Около неё стояли все остальные фрейлины — теперь мои фрейлины. Гордая Нэнси, держащая на руках маленькую Софию, улыбающаяся Сьюзан, злая Полин, а по лицу Мод ничего нельзя было прочитать. Позади всех, почти у выхода из церкви, стоял Тео. Он облокотился о дверной косяк и внимательно наблюдал за происходящим, а рядом с ним находилась вся французская делегация, приехавшая сюда на свадьбу. Когда парень заметил мой взгляд на себе, то медленно кивнул головой. Даже этот с виду обычный жест, значил для меня очень многое. Тео всегда был со мной рядом, и я знала, что так будет и дальше.

— Да хранит Боже короля и королеву!

— Да здравствует Его и Её Величество!

После церемонии дворяне перекрикивали друг друга, пытаясь как можно больше привлечь наше с Раймондом внимание к их персонам. Я спустилась с помоста в сопровождении короля, неся на своей голове огромную роскошную королевскую корону. Казалось, что все эти украшения, драгоценности и множество юбок пурпурного платья тянули меня на пол, как-будто на меня повесили несколько больших валунов. Но я стоически держала лицо и осанку, царственно вышагивая дальше, сжимая руку короля. Господи, у меня теперь есть… муж? Выйдя на улицу, я наконец-то спокойно вдохнула чистый воздух полной грудью. Вокруг нас сразу же сгустилась вооружённая стража, на которую я уже научилась не обращать внимания.

— Поздравляю, Ваше Величество. — ко мне обращается Анна и делает реверанс.

— Благодарю от всего сердца. — я делаю тоже самое, и по телу проходит волна дрожи.

Мне только что поклонилась английская принцесса и ирландская королева.

༻ ❀ •༺

После праздника большого размаха, было принято возвращаться в Уайтхолл. Солнце лениво уходило за горизонт, окрашивая небо в розовые и оранжевые цвета. Я расправляла верхнюю юбку пурпурного платья пальцами, когда ко мне подошёл канцлер Бедфорд со своей семьёй. Он сделал глубокий поклон, а Элизабет и Элль — реверанс. Я благосклонно кивнула им и подала Вильяму изящную правую руку.

— Моя королева, — мужчина нежно и аккуратно коснулся губами тыльной стороны моей ладони.

— Я рада видеть вас всех сегодня. — искренне сказала я, ловя восхищённый взгляд маленькой девочке в изумрудном платье.

— Карета готова, Ваше Высочество. — оповестил меня Бедфорд.

Я кивнула и отправилась к веренице всадников, сразу же нашла четырёх запряженных гнедых лошадей и позолоченную карету. За мной всё это время неотступно следовали фрейлины. В свою карету я пустила только Кэрол, остальных ждала другая. Раймонд ехал верхом на светло-сером коне где-то впереди. Оказавшись среди мягких подушек, я наконец за весь день осталась одна, не считая Кэрол, разумеется. Как только дверь за нами закрылась, карета сдвинулась с места и покатилась вперёд с характерным шумом.

— Я так рада за вас, Ваше Величество. — по блестящим зелёным глазам подруги, я поняла, что она готова была расплакаться от счастья. Не каждый день твоя лучшая подруга становиться королевой.

— Брось, Кэрол. — я тряхнула головой и сжала её тёплые руки в ладонях. — Когда мы остаёмся наедине зови меня, как раньше — Грейс. Я стала королевой, но наши отношения не изменились. Ты всё ещё моя подруга. — я подмигнула ей, и мы засмеялись.

༻ ❀ •༺

Я выхожу из кареты, когда слуга открыл мне дверь. Оказавший на свежем воздухе, я размяла спину и конечности, совсем скоро со мной поравнялась Кэрол. Карета отъехала подальше, чтобы дать нам проход ко дворцу. Я подняла взор к уже тёмному полотну неба, где ярко-серым цветом светилась большая половина луны, а россыпь звёзд были похожи на драгоценные камни, которые были расшито моё платье. Совсем скоро этот тяжёлый, полный событиями, день закончиться. Я даже поверить не могу в реальность происходящего. Мои ноги ноют, а шея болит от тяжести колье.

Я так погружена в свои мысли, что не замечаю переполох среди стражи. Они почему-то не спешат спешиваться. Я встречаюсь взглядом с Раймондом, и тут раздаётся первый взрыв. Меня отбрасывает назад, но я остаюсь на ногах. Уши заложило, в голове раздаётся неприятный звенящий шум, но я всё равно слышу крики и чувствую жар. Я открываю глаза и замечаю, как бесконтрольный огонь окутал правую часть белостенного дворца. Запахло гарью, а красно-оранжевые смертельно опасные языки пламени танцевали на крыше здания, с треском выбивая окна, и оставляя чёрную сажу после себя. Звенящая тишина отступила. Я обернулась. Королевская стража отбивалась от неизвестных людей, голова которых была спрятана под чёрными капюшонами, а лица — под маской. Скрестились мячи. Сталь нашла сталь. Вокруг полыхал огонь, перебрасываясь на сад и близстоящие деревья, слышался лязг мечей и крики людей.

— Уведите короля и королеву отсюда! — закричал Вильям Бедфорд, вытаскивая из уже мёртвого тела окровавленный меч.

Я крепко сжала трясущуюся ладонь Кэрол, когда вокруг нас образовался живой щит. Меня ударило током, когда я поняла, что эти люди, готовы рискнуть жизнью, положить голову, чтобы спасти меня. Я ничего не могла сделать, когда нас теснили куда-то в левую сторону дворца. Тёплым летним вечером мне вдруг стало холодно. Страх полз по гладкой коже, минуя все складки тяжелого платья, пульсировал в груди, раскалённым свинцом поражая мои вены. Я не знала где Раймонд, не видела Тео. Паника охватила меня с ног до головы, но я не могу пойти у этого чувства на поводу. Я крепко сжала руку Кэрол, чтобы в этой бойне не потерять её. Все ужасающие звуки слились в одну непонятную какофонию, в моей голове царил бардак, в ушах по прежнему звенело. И только металлический голос лязга мечей всюду преследовал меня.

И тут раздался второй взрыв, но уже намного ближе к нам. На этот раз я не удержалась на земле и грохнулась на землю, но шёлк и бархат на мне смягчили падение. Я перекатилась по земле, резко поднялась на ноги и отскочила подальше, чтобы не остаться ни для кого открытой и лёгкой мишенью. Стрела со свистом пролетала в дюйме от меня и вгрызлась в землю. Лево крыло Уайтхолла тоже вспыхнуло ярким пламенем. Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, дыхание спёрло. Конечности тряслись, как при эпилепсии, когда я обнаружила, что солдаты, которые образовали вокруг меня щит, не поднимались с земли. Густая алая лужица растекалась вокруг тел, постепенно впитываясь в землю. Я хотела кричать, но из горла вырвался только писк.

— Грейс! — крикнула Кэрол, сделав молниеносный рывок ко мне.

Девушка положила руки на мои плечи и сдвинула меня с пути, не прерывая глазного контакта. Я ошарашенно смотрела в её зелёные глаза, и в один миг они сделались стеклянными, будто из девушки вышибли весь дух. Моё сердце пропустило удар, глаза расширились, невидимые шоры опустились на мои глаза, скрывая весь остальной мир, фокусируя внимание на моей лучшей подруге. Лицо Кэрол побледнело, она медленно опустила глаза вниз. Я судорожно проследила за ей взглядом. Красное пятно расползлось по красивому её любимом светло-жёлтому платью, которое мы выбирали сегодня вместе, а из живота торчал острый наконечник стрелы. Я отшатнулась, широко распахивая глаза. Кэрол вновь посмотрела на меня с улыбкой на лице, а потом осела на землю. Я подхватила тело девушки двумя руками, опускаясь с ней на холодную почву. Королевы не плачут, но мне плевать. Глаза защипало, солёные слёзы хлынули, ручьём стекая по щекам.

— Нет-нет-нет, Кэрол. Только не закрывай глаза. — я прижала тяжелое тело подруги к себе, склонив к ней голову. — Я что-нибудь придумаю, слышишь? Я вытащу тебя отсюда, я…

— Для… для меня огромная ч-честь быть твоей подр-ругой. — из приоткрытых губ струйкой потекла кровь. — Беги.

Её веки сомкнулись навсегда. Я сжимала в объятиях холодное безжизненное тело блондинки, гладя её по голове. Мне было плевать, что её кровь испачкала моё дорогущее платье, было плевать на потерянную в этой бойне корону, стоящую целое состояние. Было плевать на огонь, плевать на всё. Я подняла голову наверх и закричала что есть силы, выплёскивая своё глубочайшую боль вместе с этим криком. Я сама была готова захлебнуться в своих слезах.

Ко мне кто-то подскочил, и обвивая большие руки вокруг моей тонкой талии, потянул назад. Я кричала, пиналась, сопротивлялась, грозила смертью, но меня крепко держали мужские руки, всё дальше и дальше оттаскивая от моей Кэрол. Такой прекрасной мёртвой Кэрол, отдавшей за меня свою жизнь.

— Посмотри на меня. — послышался смутно знакомый голос, меня поставили на ноги, но я вновь пошатнулась и почти упала. — Грейс! Она спасла тебя. Отдала жизнь, чтобы ты смогла жить. Нужно уходить отсюда, пока её жертва не оказалась напрасной.

Сквозь белую пелену перед глазами я увидела размытый силуэт Тео, с силой пытавшего встряхнуть меня. Дрожа, я кивнула, с моего подбородка упали холодные капли. Я почти до хруста сжала большую ладонь друга, но Тео не обратил на это внимания и побежал, потянув меня за собой. Через несколько секунд я увидела Раймонда, оббегая лужи крови, перепрыгивая через трупы, мы оказались рядом с королём и его стражей. Раймонд сказал, что подмога будет с минуты на минуту, Тео кивнул и собирался броситься в гущу сражений, но я придержала его за рукав.

— Я не могу остаться тут. — качает головой мушкетёр сочувственно мне улыбаясь. — Я не переживу, если потеряю тебя. — шепчет Тео, чтобы его слышала только я, а потом всё равно исчезает в толпе.

Мы оказались в западне. За нашими спинами горел дворец, а перед нами люди рубили друг друга в мясо. Король притянул меня к себе, и я уткнулась носом в его широкую грудь, стража заключила нас в кольцо в несколько рядов, закрывая мне обзор. Последним, что я увидела — лежащий на земле герцог Бедфорд с мечом в плече. Слезы полились рекой, тело содрогнулось от животного ужаса, я сильнее прижалась к Ричарду. Я видела смерть уже не в первый раз, но теперь умирали мои друзья.

Я поняла, что нас ведут карете, на которой я приехала. Её не успели отогнать. Но десяток вооружённых людей преградили нам путь. Ричард вытащил огромных размеров меч из ножен, рукоять, которого была украшена золотом и драгоценными камнями. Кольцу вокруг нас прошлось рассредоточиться, чтобы как можно быстрее пробить нам дорогу к отступлению. Позади в ярком пламени пылал Уайтхолл, дышать становилось всё труднее и труднее. И вновь противный скрежет. Сталь нашла сталь. Я сделала шаг назад, чтобы дать возможность Ричарду размахнуться, но перед этим он поцеловал меня в макушку и крепко сжал руку, а потом отпустил и ринулся на противников. Их слишком много. Нескончаемым потоком враги лились из темноты ночи, их тёмные костюмы позволяли сливаться с местностью.

Я судорожно обвела мокрыми от слёз глазами местность, мой взгляд задержался на мёртвом королевском гвардейце. Его чем был зажат в руке. Я резко метнулась в сторону, упала на ноги перед человеком, с трудом разжала его пальцы и коснулась деревянной рукоятки оружия. По телу пробежала дрожь. Острое лезвие меча было в вязкой крови, но не время играть в привередливых. Я поднялась с колен, крепко сживая рукоять двумя руками. Как раз вовремя, потому как на меня набросился мужчина в чёрных лохмотьях. Я чудом отразила его атаку, наши оружия соприкоснулись, по мечу прошла вибрация, которая передалась в моё тело. Удар металла об металл напоминает звук колокола. Я не была опытным бойцом и не умела сражаться, в отличии от моего противника, но сейчас мною двигала боль утраты, гнев и адреналин. Его меч со свистом рассекает воздух рядом со мной, но я вовремя уворачиваюсь. Я неуклюже пнула мужчину в пах, его меч с противным скрежетом соскользнул с моего, я сделала винт вправо, так как заметила, что он правша, а когда оказалась в слепой зоне противника, безжалостно проткнула остриём меча его бок, прикладывая все силы, я вгоняла оружия глубже, ломая человеку рёбра. Враг с большим трудом поднял руку, но всё равно свалился на пол камнем и больше никогда не поднимался. Это за Кэрол и герцога Бедфорда.

Я перевела взгляд с трупа на свои дрожащие руки. Я убила человека. Убила без задних мыслей, ведомая только гневом и болью, разрывавшей моё сердце. Недалеко от себя я заметила перепуганную Полин, стоящую на коленях. Она плакала и смотрела вверх, на небо. Вокруг неё не было никого, но девушка не собиралась подниматься на ноги. Я допустила мысль, что она сейчас молиться, но никакая молитва не спасёт её от вражеского меча. Я метнулась к ней, так быстро как только могла.

— Вставай. — я схватила её за руки и потянула на себя. — Поднимайся немедленно! Это приказ. — рявкнула я, и только после этого темноволосая встала на ноги. — Что ты удумала?

— Эт-то шанс. — дрожащем голосом ответила девушка. — Я не вернусь д-домой. Не вернусь к отцу.

Полин всегда меня презирала, пыталась выгнать из дворца, подставить, вечно искала подвох, оскорбляла, спала на зло мне с Раймондом. Всегда стойкая как камень стерва, теперь стояла на коленях в слезах и просила смерти, содрогаясь от страха.

— Ты не умрёшь сегодня. — зашипела я, с меня хватит смертей на сегодня. — Пошли.

— Н-нет. Я должна была ещё умереть при рождении. Я не заслуживаю. Я не хочу. Уходите, спасайтесь, Ваше Величество!

— Полин, я твоя королева. — я перекидываю руку девушки, едва стоящей на ногах, через шею и тащи к карете. — Ты посмеешь ослушаться приказа королевы?

Мы обе кое-как отступаем. Нога Полин сильно ранена, девушка запачкала кровью всё платье. Из-за быстро распространяющегося пожара вокруг становиться слишком много дыма, режущего глаза. Я начинаю громко кашлять, когда противный тягучий чёрным дым попадает в лёгкие. До кареты ещё несколько шагов, путь свободен. Я помогаю Полин забраться во внутрь, а сама судорожно оглядываюсь в поисках Раймонда и Тео. Последнего я замечаю сразу же. Он тяжело идёт куда-то в сторону, зажимая рукой живот. Под его ногами человек в чёрном пытается отползти, но хромая Тео настигает его и вонзает меч тому в спину, прибивая к сырой земле. Я кричу имя друга, но он не успевает повернуть голову ко мне. Тео падает на колени, а потом в сторону. Его грудная клетка перестаёт двигаться. Я не верю своим глазам и ещё раз в отчаяние кричу ему, чтобы он поднимался. Моё сердце словно разбилось на острые осколки, которые резали меня изнутри. Мой крик утопает в дикой какофонии звуков, глаза режет от потоков солёных слёз, горло разрывается. Я не могу побежать к нему, иначе меня точно убьют, тогда все эти жертвы будут напрасны.

— Король мёртв! — разорвал всю эту грязь чей-то вражеский голос. Я замолкла. На мгновение сделалось тише, стало слышно только потрескивание огня и ломающееся здание дворца. — Принесите голову королевы!

Я задыхалась. Задыхалась не от горячего чёрного дыма, проникающего по носовым путям в лёгкие, а от боли и слёз. Я оцепенела, вросла в землю. Нет. Этого просто не может быть. Я не могла поверить. Меня била крупная дрожь, а слёзы неконтролируемым потоком стекали по щекам.

Бойня возобновилась пуще-прежнего, чьи-то руки особо не церемонясь закинули меня в карету, а затем мы быстро набрали скорость. Дверь Полин закрывала на ходу, потому что моих сил больше ни на что не хватало. Я камнем упала на подушки, топот копыт, лошадей пустившихся галопом, треск кареты, заглушался лязгом мечей и полыханием огня. Карета подпрыгивала, натыкаясь на кочки. В темноте мы мчали на бешеной скорости вперёд, оставляя Уайтхолл, Кэрол, Вильяма, Тео и Раймонда далеко позади.

Моё сердце обливалось кровью, я сжимала кулаки так сильно, что ногти впивались в нежную кожу, оставляя кровавые следы. Я не могла кричать, ведь уже сорвала голос. Тихие, безмолвные слёзы скатывались по щекам. Скорбь разрывала мою душу, а чувство беспомощности и отчаяния добивали меня, словно палач, заносивший меч над моей шеей.

༻ ❀ •༺

— Быстрее помогите! — кричал кучер, когда мы остановились.

Дверь открылась, меня вытащили из транспорта силой, будто я какая-то тряпичная кукла. Я сразу же узнала это высокое здание готичном стиле — Вестминстерское аббатство. Меня потащили куда-то внутрь, я не сопротивлялась. Мне было уже слишком всё равно. Вокруг меня моментально столпились люди. Лекари осматривали моё тело, кто-то помогал Полин. Какой-то мужчина — он точно обладал титулом графа, на сколько я помню, — спросил, что произошло. Кучер и Полин принялись объяснять, а я просто отрешённо смотрела в окно в ночную темноту. Мокрые дорожки, оставленные слезами, застывали, стягивая кожу на лице. Тело дрожало. Я всё ещё чувствовала запах гари и грядущую смерть, чувствовала кровь и тяжесть тела Кэрол на своих руках.

После тщательного осмотра, меня искупали и отвели в большие покои. Мне было настолько плевать, что я позволяла незнакомым людям трогать меня. Внутри я опустошена, словно это мне выпустили все потроха, а не моим близким.

Глава 28.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я широко распахиваю глаза. Тело бьёт мелкая дрожь, лоб в холодном поту, на щеках застыли дорожки от слёз. Я смахнула их с лица тыльной стороной ладони и бесчуственно уставилась в потолок. Ощущение, будто из моей груди вырвали сердце, оставив зияющую чёрную дыру на его месте. Я касаюсь золотого кольца, и боль от потери расходится по телу новой сильной волной, в которой я совсем скоро утону. Всего за пару часов лучший в жизни день превратился в кошмар наяву. Я потеряла друзей, Раймонда, я убила человека. Как оставаться сильной в такие времена? Как совладать своими эмоциями? Я поднимаю дрожащие руки и смотрю на них с чувством неимоверного отвращения. Мне до сих пор кажется, что я вижу кровь, чувствую её металлический запах, тяжесть меча в руках. Я пытаюсь счистить всю грязь, но в итоге просто в истерическом порыве царапаю свои руки ногтями. Глаза щиплет, вновь я вижу мир через полупрозрачную белую пелену, а на губах чувствую солоноватый вкус.

— Грейс! Что ты делаешь?

Я даже не заметила, как дверь в комнату открылась. Эмбер застыла на пороге наблюдая за моим приступом, а потом кинулась ко мне, пытаясь расцепить мои руки. Девушка нежно гладит красные полоски на моей коже, оставленные моими ногтями. Я чувствую обжигающее тепло, исходящее от сестры, а я же напротив — ледяная.

— Мне надо в ванну. — я хочу смыть с себя всю грязь, даже если её не видит Эмбер.

Стала бы она со мной вот так возиться, если бы знала, что я натворила? Девушка помогает мне, и я не отказываюсь от этой помощи. Без её поддержки, я бы точно рухнула на пол. Она одна из немногих людей, которые у меня остались. Да, она и половину не знает обо мне, но всё же Эмбер моя сестра. Возможно, единственная. Родителей дома нет, потому что они на работе. И я мысленно благодарю, что сегодня понедельник. Не хотелось бы, чтобы меня видели в таком состоянии. Странно, но я не чувствую уже ничего, кроме глубочайшего опустошения. Мне хочется сесть на кровать и пялиться в одну точку, ничего не делая. Не хотелось даже думать.

Я залезаю в под горячие струи воды. Дважды мою волосы, тщательно до боли натираю себя мочалкой. Я не знаю сколько времени провела здесь, но я выплакала все оставшиеся слёзы. Они смешивались с потоком воды, уносясь прочь от меня. Когда я сушила волосы феном, то пообещала себе, что хватит с меня слёз, как бы сложно это не было. По крайней мере, не на глазах у всех. Я расчёсываю длинные волосы, поправляю футболку и серые спортивные штаны и выхожу из ванной комнаты.

И натыкаюсь глазами на человека, который не должен быть в моей квартире. Прижимаю ладони ко рту, не веря собственным глазам. Не галлюцинация ли это? Сердце вновь начинает биться быстрее, чем нужно. Хотя бы оно осталось на месте. Я срываюсь на бег и вешаюсь на шею, стоящему передо мной парню. Я сжимаю его так крепко, ведь боюсь, что это всего лишь игра моего подсознания, и стоит мне разжать руки, как видение раствориться в воздухе, ничего после себя не оставив. Вдыхаю этот шоколадно-кофейный запах, который уже успел стать родным, и слёзы по новой идут рекой. Я только что обещала себе не плакать, но теперь не могу это контролировать.

— Что случилось? — непонимающе спрашивает Эмбер, руша нашу идиллию.

Конечно, для неё ничего не изменилось. Вчера был выпускной, мы пришли домой с улыбками на лицах, весёлые, Тео остановился в отеле неподалёку. А уже с утра у меня случается истерика. Иногда я забываю, остальные люди проживают всего лишь одну жизнь, а не две, как я или Тео.

— Ты в порядке? — Тео отстраняется от меня, на его лице написано волнение, а карие глаза изучают меня, парень сжимает руками мои плечи. Я чувствую тепло его рук, а это значит, что он живой.

— Что произошло? — я неопределённо дёрнула головой, желая знать подробности вчерашнего теракта.

Я смотрю на сестру, она не сразу соглашается, но всё же отворачивается, включает телевизор. По крайней мере, она делает вид, что очень увлечена какой-то программой про животных. Я веду живого и здорового Тео в комнату и закрываю дверь. Сажусь на кровать, закутываясь в кокон из пледа. Мне опять стало холодно, будто я прыгнула в снег в одном только нижнем белье. Тео не спешит начать говорить и молча обводит взглядом мою комнату. Он столько раз видел её через камеру моего телефона, а теперь изучает в живую, как и меня, очень тревожным взглядом. Никогда прежде я не видела такой эмоции на его лица — дикий страх вперемешку с сожалением. Тео вздрагивает, когда я повторяю свой вопрос, заданный ранее.

— Я не знаю кто эти люди. — отвечает парень, закрывая глаза. — Они заминировали дворец, пока все были на торжестве. А также точно знали, когда вы вернётесь.

— Значит эти люди могли входить в Уайтхолл спокойно, не вызывая подозрений? — спрашиваю я, но уже знаю, что я права.

— Кому-то было очень не выгодно, чтобы ты и Раймонд оставались у власти. — говорит Тео, а по моему телу пробегает ток. — Они также искали и Анну.

— Они хотели полностью уничтожить эту династию? — в ужасе признаю я, дрожа от волнения. Я пережила уже третье покушение на свою жизнь. — Причина вряд ли только личные отношение, так ведь? Я не сильна в политике, но, Тео, кто ещё имеет права на английский трон? — темноволосый молчит, поджав губы в тонкую линию, а я и без него давно уже знала ответ. — Шотландия.

— Верно. Шотландский принц является двоюродным племянником Раймонду.

— И тогда бы он сел сразу на два трона. Значит, среди наших людей, нашлись крысы.

— Некоторые герцоги и графы из прошотландской фракции вполне могли слить нужную информацию.

— Но никто из них не был посвящён в наши планы. — отрицательно мотаю головой я.

— Мне очень жаль. — я поднимаю голову и замечаю в глазах Тео искренность, бесконечную грусть. Они больше не блестят, так задорно как у лиса, а на лице друга больше не играет та хитрая плутовская улыбка. — Ты успела сбежать?

— Да, меня и Полин затолкали в карету и увезли обратно в Вестминстерское аббатство. — я крепко сжала кулаки. — Я видела, тебя ранили. Ты выжил? — спросила я с надеждой.

— Нет. — он садиться рядом со мной и касается моего плеча. — Теперь я точно знаю, что будет, если умрёшь в той параллели. Я не могу больше вернуться туда, как бы не пытался. И ещё вот это.

Парень приподнимает футболку, и я ахаю от ужаса. Я помню, как вчера он зажимал это место на животе рукой, перед тем как упасть. Теперь же на этом месте была страшная сине-фиолетовая гематома, как-будто кто-то бил Тео несколько часов без остановок только в одно место. Я осторожно едва касаюсь подушечками пальцев большого синяка, и Тео морщиться от боли, но ничего не говорит. Это невозможно. Ни повреждения, ни усталость ничего не чувствуется в другой параллели. Я точно помню, что когда ужасно уставала, работая на побегушках у Марии, то в первой параллели меня не преследовала боль в мышцах.

Дверь открывается и на пороге стоит Эмбер. Я резко одёргиваю руку от торса молодого человека. Она бегает взглядом по нам, а потом безропотно входит в мою комнату. Тео опускает края футболки, чтобы моя сестра не видела гематому.

— Прошу тебя, Эмбер, стучи в следующий раз. — предупреждающе говорю я.

— Я не планировала застать вас в компрометирующей ситуации. — признаётся она. — И всё же, чем это вы таким занимаетесь? Почему ты психовала с утра-пораньше? Что за секреты и откуда, у тебя, эта штука?

Эмбер кивает на Тео. Значит она всё видела. Меня поражает дотошность сестры до глубины души, а её умение лезть в чужое личное пространство, определённо, можно назвать её суперспособностью. Я не могу сказать ей правду. Никому не могу сказать. И только один-единственный Тео понимает меня. Это до боли странно. Я вру всем своим близким и родным людям, и лишь ему говорю правду. Всегда говорила только правду. Я врала родителям, Раймонду, Зои, Кэрол, Калебу и большому количеству других людей, что меня уже начинало тошнить от самой себя. Порой я сама запутывалась в своём вранье, ведь для лжи нужна очень хорошая память.

— Что молчим? — добивает меня сестра, но я просто не могу объяснить происходящее. — У тебя есть секреты от меня, Грейс?

— Секреты есть у всех, Эмбер. — отвечает ей Тео, и я очень благодарна ему, но это моя сестра, и я должна с ней разобраться сама.

— Слушай, — я привлекаю ей внимание к себе, — это очень сложно и долго объяснять…

— Я никуда не спешу. — перебивает меня сестра.

— А я спешу. — более твёрдо отвечаю я. — Тео прав. Я имею право на личную жизнь и секреты, которыми не должна делиться. Я готова рассказать тебя всё, ты же знаешь, что я доверяю тебе, Эмбер, но эта тема касается только меня и его. — я указываю на рядом сидящего со мной молодого человека.

Сестра яростно поджимает губы в тонкую линию, и прежде чем уйти, колеблется. Но в итоге всё же оставляет нас с Тео вдвоём, хотя раздражение на её лице не перепутаешь ни с чем. Мы оба провожаем девушку взглядом, а потом Тео оборачивается ко мне в немым вопросом, ответ на который я ещё не придумала.

— Что будем делать теперь? — всё же озвучивает парень, не сводя с меня шоколадных глаз.

Он сказал это с сожалением. Возможно, раньше я бы радовалась, что теперь могу прекратить свои визиты во вторую параллель, но теперь это стало моей жизнью… Тео вообще провёл там пять лет. Из него словно вырвали кусок сердца, и я отлично это понимала. Я полюбила этот мир, привыкла жить в таком ритме, но первой моей мыслью было закончить всё это. Все люди, которых я любила в той параллели погибли, защищая меня. Мне это казалось дикостью, я не стою стольких жизней. И если бы я могла, то предпочла бы поменяться местами с любым из них. Даже не зная, выживу ли я в первой параллели в таком случае. Но я не могу сдаться просто так. Ничья смерть не будет напрасной. Я крепко сжала кулаки.

— Я ничего не могу исправить. — говорю я, испепеляя здание за окном взглядом. — Но я жива. Королева Англии ещё жива. Значит, я могу попытаться заткнуть шотландцев за пояс. Раймонд грезил мечтами об объединении всех Британских островов в одно единое государство. Я уже королева Англии, Ирландии и Уэльса. В настоящее время они все вместе называются Соединённом Королевством, и я хочу дать им такое название и во второй параллели.

Тео молчит, накрывая мою ладонь своей. Возможно, это звучит смешно. Ведь я ничего не знаю ни о политике, ни об военных действиях. Однажды, Раймонд говорил мне, что управление страной — это не только военный победы, а править — это куда больше, чем просто придумывать и издавать новые законы, самое главное — забота о людях, населяющих территорию страны. А они, как дети. Вечно требуют больше, не похожие друг на друга. Нужно сделать так, чтобы мне начали доверять полностью, нужно угодить всем. К тому же единственный человек, которому я бы могла довериться в этом плане — Бедфорд. Он тоже остался в Уайтхолле и никогда больше не уйдёт оттуда. К тому же, Уайтхолл сгорел. Куда и к кому мне теперь идти?

— Хорошо, а потом?

Тоже отличный вопрос. Если всё, что я задумала получиться, то я не останусь там в любом случае. Я поставлю и короля, и принца чужой страны перед собой на колени и лично буду наблюдать, как им сносят головы. И только после этого передам бразды правления Анне. Я не сомневаюсь, что империя под её руководством будет процветать, но для начала я закончу свои дела.

— А потом, Тео, мы станем магнитами. — я впервые после ухода Эмбер смотрю на темноволосого парня, сидящего на моей кровати, в моих глазах пылает огонь, а в голове складывался план.