Настоящее

Нет, мы были счастливы. Дело не может быть во мне. Значит, все дело только в том, что происходит с Августом. Что-то гложет его, как я раньше не заметила? Это было отчетливо видно по его глазам, постепенно наполняющимся слезами.

– Что происходит? Расскажи мне все. Я пойму, Август. Мне надоело самой додумывать, что случилось.

Минуту в комнате царило молчание, лишь мигающие огоньки гирлянды говорили о том, что время не остановилось.

– Я болен, – медленно и тихо прошептал парень, опустив голову вниз. Это казалось так наигранно.

– Что? – Я подскочила на ноги прямо на кровати, приготовившись вцепиться в горло Августу за эту дурацкую шутку. – Это ты так кинуть меня решил, да? И это после всего, что было между нами?

– Я не шучу. У меня рак. Я умираю, Ви.

Тело перестало меня слушаться, и я со всей дури плюхнулась на задницу. Внутри растеклось неприятное ощущение того, что это не игра, не шутка. Эти слова… Я ощутила сдавливающую боль в груди, на глаза навернулись слезы, а дыхание спирало.

Болен? Как… Как я могла не заметить этого? Неужели я настолько эгоистична, что не замечала ничего вокруг, кроме как отношения к себе? Я оставила его одного бороться с болезнью, пока он вынашивал ее внутри себя. И он не мог ничего сказать… Теперь я понимаю. Если бы я сама оказалась в подобной ситуации, то слов попросту подобрать не смогла бы. А он… Сам…

– Август, прости меня, – шептала я, склонив голову, пока по моим щекам бежали обжигающие кожу слезы. – Я не заметила… А должна была. Я дура.

– Прекрати оскорблять себя. Твоей вины в этом нет. Я узнал о болезни несколько месяцев назад и не хотел, чтобы ты узнала об этом.

– Но почему?

Август придвинулся ближе, но не вплотную. Его синие глаза смотрели в мои, будто глядя сквозь душу. Парень пригладил челку и вздохнул, а его широкая грудь вздымалась от каждого вздоха. Тяжело вздымалась, словно каждый вдох приносил неимоверную боль.

– Я не хотел, чтобы ты зациклилась на моей болезни и перестала жить. Я знаю тебя слишком хорошо. Ты забудешь о себе, погубишь себя… Я не хотел, чтобы этот сраный год казался для тебя еще хуже. – Затем он замолчал, будто подбирая слова. Через несколько секунд продолжил: – Это рак легких. Одна из последних стадий. По крайней мере, так стало около месяца назад. Я не знал, как сообщить об этом. И думал… Думал. Знаешь, Ви, я надеялся, что смогу победить болезнь, и ты никогда не узнаешь о ней, но это невозможно. Никакая химиотерапия не смогла помочь мне.

– Это ты туда уходил днем, да? – медленно и почти шепотом поинтересовалась я, смахнув слезу, свисающую с подбородка.

– Да. Ты права. Я ходил в больницу каждый день. Прости, что не сказал тебе и заставил думать всякое. Прости, что отдалился от тебя и дал усомниться в моих чувствах.

– Это неважно, Август. Все неважно. Я буду с тобой. Пока тебе не станет лучше или…

Я залилась плачем, дыхание начало спирать еще пуще, от того каждый вдох выходил надрывисто и будто разрывал грудную клетку, обжигая легкие изнутри. Сердце колотилось настолько сильно, что готово было выпрыгнуть. Август медленно подобрался вплотную ко мне и обнял, а его большая холодная рука гладила меня по волосам.

– Тихо, все будет хорошо, – говорил парень, но, очевидно, сам не верил в это. Ему нужно было успокоить меня. И себя, в первую очередь, ведь он не хотел умирать. Ему не хотелось оставлять меня в одиночестве.

Что же теперь с нами будет? Как я буду радоваться каждому прожитому дню, если в любой из них самого дорого человека в моей жизни может и вовсе не стать? Я и так потеряла многих – мои родители погибли, когда я была малышкой, и меня вырастила бабушка. Но и ее уже нет в живых. Нет никого, кто смог бы поддержать меня, если что-то произойдет в мой жизни. Никого, кроме Августа, который стал моим миром. Моим всем. От того я переживала за то, что мы отдаляемся, так сильно, придумывая различные причины происходящего. Но если парень уйдет… Я… Я не знаю, как буду жить дальше.

***

День пролетел, на удивление, быстро. Я с интересом наблюдала за всем, чем занималось мое тело, но все не могла понять, почему должна остаться жить. Какова причина того счастливого отражения на гладкой поверхности зеркала? Все, чем я была занята – банальное приготовление закусок и горячего для праздничного стола. Но когда пришло время накрывать его, то я обнаружила, что мои руки водрузили на стол не один комплект столовых приборов, а два.

Неужели я кого-то ждала? Время подходило к половине одиннадцатого, скоро мне нужно будет покинуть это место, но не произошло ничего, что могло бы переубедить меня не прыгать с крыши того здания.

Раздался звонок в дверь. Мое тело спохватилось и ринулось в коридор, чтобы скорее открыть ее. Я ощущала все эмоции, что испытывала я из будущего. Ее переполняла радость и самое что ни на есть счастье. Она щелкнула выключатель, и яркий свет вспыхнул в помещении, осветив его.

Я наблюдала за тем, как взгляд ползет наверх, когда между дверью и стеной образовалась щель. А в ней появился мужчина. Он радостно улыбался, когда увидел меня. И не знаю почему, но я вдруг почувствовала такую сильную любовь, исходящую от моего тела к этому человеку, что даже испугалась на миг собственных эмоций.

– Саша! Ты пришел! – воскликнула будущая я, ринувшись к нему прямо в подъезд, а затем закинула кольцом свои руки ему на шею, почти повиснув. Парень медленно склонился и оставил на губах нежный и легкий поцелуй.

– Я не мог ни прийти, – ответил он, приподняв мое тело над полом, и занес в квартиру, где я смогла рассмотреть его.

Большие синие глаза искрились так, словно перед ним находился самый настоящий алмаз в сто карат. Он завороженно смотрел на меня, будто ничего ценнее в его жизни никогда и не было. Из-под вязаной черной шапки виднелись каштановые волосы, промокшие от растаявшего в тепле снега. Он широко улыбнулся, обнажив белые зубы, а на его щеках образовались едва различимые ямочки. Острые скулы слегка приподнялись. И мне вдруг захотелось легонько прикусить кожу на его лице, а после оставить влажный след от поцелуя.

– Уже одиннадцатый час, – протянула будущая я, посмотрев на часы, что висели напротив входа. – Я начала переживать. Твой телефон был недоступен.

– Прости, малыш, батарея села. Это правда, – шепнул он на ушко, с виноватым видом протягивая выключенный телефон. – Сейчас поставлю на зарядку, мама будет звонить. Она тоже волнуется.

Я почему-то поверила сразу. В голове будущей меня даже не возникла мысль, что этот человек может лгать мне. Видно так оно и было, потому как я резко сдернула шапку с головы мужчины, взяла его за ладонь и потащила в зал, улыбаясь при этом. Парень на ходу снимал куртку и ботинки, беспорядочно оставшиеся на полу.

– Смотри, я уже все подготовила. Садись, сейчас я включу телевизор, – схватила со стола пульт я, включив нужный канал, а затем поставила его телефон на зарядку.

Мужчина опустился на диван, не сводя с меня восторженного взгляда. Его глаза искрились от счастья, когда он наблюдал за моей суетой. А я чувствовала в себе какое-то волнение, словно ожидала чего-то очень важного. Того, что изменит мою жизнь окончательно и втянет в круговорот новых отношений.

– Зачем мне телевизор, когда у меня есть ты, Кать. Иди ко мне. – Он протянул руку и схватил меня за пальцы, привлекая к себе.

– Саш… Ну подожди немного. – Сердце стучало как сумасшедшее, и я чувствовала себя с этим человеком как-то особенно. И явно была не против того, что он задумал.

Я села рядом, чувствуя, как его рука плавно легла на мои плечи, а затем прижала к себе. От него исходили тепло и какой-то пряный аромат. И мне тут же захотелось раствориться в запахе, который витал вокруг этого неистово красивого и нежного мужчины.

Я даже не сообразила, какой включила канал. До боя курантов оставалось не так много времени, но мне будущей было все равно, что происходит там, за пределами нашего личного пространства. Саша вдруг резко повернулся ко мне, и его идеальное лицо склонилось. Его дыхание окутало меня, и будущая я потянулась к нему навстречу, закрыв глаза. Он прошелся ладонью сначала по моей щеке, слегка щекоча кожу, затем по шее.

– Хочу видеть, какая ты красивая без этой одежды. Весь день только про это и думал, – прищурился он.

– Я столько подбирала ее, – прерывисто произнесла я, – чтобы понравилось тебе.

– Глупая, – шепнул он мне, укладывая на диван. – Главное – не обертка, а то, что под ней спрятано. Ты – настоящее сокровище. И нравишься мне в любом виде, будь то вечернее платье или домашний халатик. А лучше без него, – тихо добавил он, лаская кожу на моем бедре.

Как же мне хотелось коснуться его в ответ! Мужчина вызывал в моем теле дрожь, и мне настоящей казалось, что такого не может быть. Словно это какая-то сказка. Хотелось просто откинуть голову назад и позволить ему делать со мной все, что ему хочется. А еще трогать его в ответ. Самой целовать его.

От этого желания я даже зажмурилась, понимая, что он имел в виду, когда говорил обо мне. И вдруг мое тело вторило мне, сделав то, чего я и желала. Точно! Как я сразу не поняла?! Если я захочу вдруг коснуться его, почувствовать мышцы под своими ладонями, а затем впиться в губы поцелуем, так оно и будет. Потому что она – и есть я. Значит, и она хочет то же, что и я.

– Так мне нравится гораздо больше, – с каким-то придыханием сказал он, стягивая с меня майку.

Он склонился, покрывая краткими поцелуями мои лопатки и шею, а его ловкие руки скользнули мне за спину, расстегивая бюстгальтер. И я даже не поняла, как он оказался у него в руках, а Саша втянул губами вершину моей груди, играя языком.

Я выдохнула и зарылась пальцами в его волосы, принимая от будущей себя удовлетворение происходящим. Волны радости и возбуждения передавались моему сознанию. Внизу живота вспыхнуло, и сладкая истома разнеслась по организму, вызвав тихий стон изо рта. Его руки и губы ласкали мою грудь, а затем опустились ниже, медленно приподняв черную блестящую юбочку.

– Кажется, самое интересное там, – пробормотал он, сдвигая тонкую ткань кружевных трусиков, добравшись до самого сокровенного. Я вцепилась в его плечи и приподнялась, чтобы поцеловать своего мужчину. – Хочу тебя, котенок.

– Так сделай, что хочешь, – улыбнулась будущая я ему, всё ещё удерживаясь за мужские плечи, как будто боялась потерять опору под ногами. Моя юбка упала на пол, и я осталась в одних кружевных трусиках.

Он опустился на колени, покрывая поцелуями мой живот, и одновременно спускал вниз последнее, что было на мне из одежды. При этом шептал мне, что я самая лучшая, что я его сокровище. Его голос подрагивал и стал тихим и томным.

– Моя красивая девочка. Я сделаю тебя счастливой, обещаю, – между поцелуями говорил он, а мое тело отзывалось на его слова и ласки, выгибаясь навстречу.

Я зарылась пальцами в волосы. Мне казалось, меня охватило пламя, медленно двигающееся снизу-вверх. Маленькие искорки мелькали перед глазами от удовольствия, когда мягкие губы прикасались к коже, по которой бегали мурашки.

– Возьми меня, – прошептал мой голос, который я почти не узнала. В нем было столько страсти…

– Обязательно сделаю это, – отозвался мужчина, около моего лица, – и никогда не отпущу.

Он лишь на миг оторвался от меня, чтобы снять с себя остатки одежды. Обнаженным он выглядел столь соблазнительно, что я даже прикусила губу, понимая, что сейчас произойдет то самое. Это понимала как будущая, так и настоящая я. И мы обе хотели одного и того же. Я же – принадлежать мужчине, что стоял рядом, слиться с ним. Быть его частичкой.

Я даже не поняла, в какой момент моя спина коснулась покрывала на диване. Лишь завороженно наблюдала за приближающимся силуэтом Саши. Он погасил свет, и теперь только огоньки гирлянды и экран телевизора, из которого звучал новогодний концерт, освещали комнату, ставшую нашим убежищем от всего мира.

– Ты самое дорогое, что теперь есть в моей жизни. Я очень хочу, чтобы тебе понравилось. И буду осторожен.

Я вдруг поняла, что какой-то барьер, который до того был между нами, растворился в этих огоньках, мелькающих перед глазами, и в мишуре на окнах. И во взгляде мужчины, руки которого ласкали мое тело, вовлекая в круговорот неги и страсти.

Я приподняла бедра, двигаясь ему навстречу. И поняла, что меня заполняет тугая плоть, которую я так хотела почувствовать в себе. Принять его полностью, без остатка. Мое сознание даже не спорило с телом будущей меня, принимая ее решения. Потому как я действительно считала, что такого просто быть не может. И это было похоже на исполнение каких-то сладких грез, о которых я даже не думала в последнее время.

Было хорошо. Очень хорошо. Когда он двигался во мне, ведя к вершине блаженства, я понимала, что мне хочется летать. Вместе с ним. Я не могла чувствовать всех ощущений своего тела. Но та радость, что заполняла наши объединенные сознания, передавалась мне. Мы с Сашей вместе шли к развязке. Мои пальцы впивались в его спину, прижимали к себе дорогого мужчину, чтобы как можно дольше продлить удовольствие.

А он не спешил. Что мы только не вытворяли. Он с мастерством скрипача играл на моем теле, словно на музыкальном инструменте, извлекая из меня прекрасную мелодию страсти. Все мое тело полыхало огнем от каждого прикосновения. Каждая моя клеточка хотела быть с этим мужчиной, и я чувствовала, что он именно тот, кто мне нужен.

– Катюша, мы можем не успеть встретить новый год. А ведь ты знаешь, как встретишь его, так и проведешь, – прошептал он, когда я оказалась сверху, касаясь его лица руками.

– Хочу весь год провести вот так, с тобой, – ответила я, делая плавные движения, вбирая его плоть в себя как можно глубже.

Он коснулся пальцами нежной кожи сокровенного места, лаская меня. И я прикусила губу, понимая, что по всему телу разливается сладкая пульсация, а потом резко собирается комом внизу живота. Саша надавил на какую-то чувствительную точку, и перед глазами одновременно с салютом на улице взорвался сноп искр.

И я уплывала куда-то далеко от этого места, вместе с ним. Словно попала в другое измерение, где были только мы. Настолько ослепительного оргазма я не испытывала ни разу в жизни. И мне настоящей казалось, что это какой-то сон. Что этого не может быть. А я будущая подтверждала мне, что это правда. Стоит только попробовать.

– Как ни странно, успели, – прошептал мне Саша, и я увидела сквозь туман в глазах его довольное лицо. Он протянул мне руку, помогая подняться. – Пойдем встречать наш Новый год.

Я поняла, что уже началась речь президента. И как завороженная, набросив халатик на разгоряченное тело, наблюдала, как Саша наполняет бокалы шампанским и протягивает мне. Мы даже не сели за стол. Да и не до еды было.

– Моя девочка. Я загадал желание, и оно сбывается. Ты рядом, – нежно произнес он, обнимая меня одной рукой. – Так будет всегда. Я хочу не только твое тело. Хочу идти с тобой по всей жизни вместе.

Речь президента кончилась. Зазвучали куранты. Я и не заметила, как снова наступила темнота, вырвав меня из грез.

«Кто этот мужчина?» – почти закричала я во мрак, зная, что Дед Мороз находится где-то здесь.

«Он – твое будущее. Надеюсь, тебе понравилась встреча две тысячи девятнадцатого Нового года».

«А что это изменит? Если ты добиваешься того, чтобы я не прыгнула, поверь, у тебя не получится. Все, что я видела – лишь картинка. Мой больной мозг играет со мной».

«Ты все еще не веришь? – Я прямо услышала, как дух тяжело вздохнул. – Что же, надеюсь, этот новогодний вечер сможет тебя переубедить».

И стоило словам затихнуть, как я услышала детские крики. А после кто-то начал дергать меня. Мое тело с трудом разлепило глаза. И когда зрение смогло сфокусироваться, я обнаружила себя в той спальне, но на этот раз не в одиночестве. Прямо по мне скакали двое прекрасных детишек.

– Мама! Сегодня Новый год. Пора вставать, ты все проспишь.

Мама?! Я? Что, черт возьми, происходит? Как далеко отправил меня дух? Зачем он все это делает?

Мне захотелось плакать. Но я не могла сделать этого, потому что не контролировала тело снова, как и в прошлый раз.

– Доброе утро, мои милые, – зазвучал мой собственный голос, казавшийся чуточку старше моего обычного. – Вас папа поднял?

– Не-а, – покрутила головой девочка с волнистыми каштановыми волосами, пока вторая увалилась рядом и обняла мою руку. – Мы сами. Папа поехал за подарком тебе.

– Аня! Он же просил не говорить! – воскликнула другая девочка, вильнув рыжей головой.

– Ну и что. Мама должна знать.

– Тогда сюрприза не получится.

Девочки препирались между собой, но меня это совсем не пугало, будто бы это была обыденная ситуация. Лишь улыбка озаряла лицо будущей меня, отчего скулы слегка болели, но я не могла перестать делать это. Точнее, будущая я не могла, а я же ощущала все то, что и она.

– Девочки, а вы позавтракали?

Я, а точнее мое тело, приподнялась и села, опираясь на подушки. И сладко зевнула.

– Да. Мы сделали бутербродов.

– А хотите мороженого?

Аня подпрыгнула, случайно наступив на мою ногу. Но, как странно, я совершенно не ощутила боли. Мне было так тепло рядом с дочерьми, что ни о каких неприятных ощущениях думать и вовсе не хотелось. Интересно, все дни такие с тех пор, как они появились в жизни будущей меня? Сколько им лет?.. Неужели их отец и мой муж – тот самый мужчина с синими, словно океан, глазами и милыми ямочками на щеках?

– Да-а-а-а, – звонко протянули они, восторженно хлопнув в ладоши, а затем подорвались. Аня вылетела из комнаты первая, пока вторая бежала следом.

– Настя, осторожнее, – поднялась я на ноги и направилась кухню, все еще широко улыбаясь.

Вручив обеим дочерям по стаканчику пломбира, я включила кофеварку. Нужно запастись энергией на этот день. Впереди приготовление угощений!

Надо же, а я до сих пор так делаю, оказывается! Даже старые привычки не уходят. Когда у меня, например, назревает неприятная встреча, или я знаю, что мне придется весь день заниматься нелюбимым делом, я точно так же, едва успев продрать глаза, наливаю кофе и сижу у окна, медленно потягивая его из чашки.

Интересно, сколько прошло времени с того нового года, который мне сначала показал дух?

Неожиданно девочки влетели на кухню с громкими криками и пронеслись совсем рядом со мной, напугав будущую меня до чертиков. Но вместо ругани и криков я звонко захохотала. И этот смех пробрал настолько искренне, что я смеялась вместе с моим телом. По-настоящему.

Но смех закончился, когда рыжеволосая свалилась на пол, задев ногой ножку стола, и распласталась во весь рост. Кожа на виске сразу же покраснела. Я перепугалась не на шутку. Мое тело тут же бросилось к дочери.

– Настенька, сильно больно? – Я прижала дочь к себе, поглаживая ее по медным слегка кудрявым волосам. Слезы мелкими горошинами скатывались по ее румяным пухлым щечкам, а тонкие пальчики вцепились в мою руку со всей возможной силой.

И мне вдруг захотелось самой оказаться там, а не являться сторонним наблюдателем. Обнять ее собственными руками, чтобы уберечь от всех возможных бед, укрыть своим настоящим телом, чтобы больше никто и никогда не сделал ей больно.

Аня медленно подошла к нам и опустилась на пол, положив одну руку на мое колено, обдав его жаром, а второй приобняла сестру:

– Прекращай. Это не так уж и больно. Пойдем в зал. По телевизору «Рождественскую историю» показывают.

– Да? Пойдем. Пусти, мам, – простонала Настя и поднялась на ноги, когда мои руки перестали сжимать ее хрупкое тельце.

Неужели это и есть мое будущее? И это мои дочери, которым я не подарю жизнь, если все-таки решу закончить свою?..

«Милые девочки, правда?» – услышала я голос духа, слегка неожиданно прозвучавший во внезапно наступившей тишине.

«Да», – ответила я, а мое тело поднялось на ноги и вернулось к кофеварке, где уже остывал кофе.

«И ты готова потерять это будущее?»

И тут все рухнуло. Реальность встала перед глазами, заставив очнуться ото сна, что навеял мне Дед Мороз.

«Этого будущего нет. Оно не существует и вряд ли когда-либо появится, если я останусь жива. Это все ты навеял мне! Это не по-настоящему!» – Если бы сейчас я могла двигаться, владеть своим телом, то непременно расплакалась бы, словно маленький ребенок.

«Почему ты все еще сомневаешься? Я ведь вижу, что ты почти передумала».

«Я устала. Это слишком невыносимо».

«Давай я покажу тебе еще одно место…»

«Но ведь день еще не кончился! Я еще не все увидела!» – закричала я. Ведь мне так хотелось еще немного побыть с этими чудесными девочками, даже если они всего лишь плод моего воображения.

«Я думаю, этого достаточно. Сейчас тебе придется гораздо сложнее – я ужесточил ситуацию. И запомни: всего этого не будет существовать, если ты прыгнешь вниз».

И дух внезапно вырвал меня из собственного тела, забросив в пустоту.

***

Но когда за мной приехала машина, а я загрузила в багажник чемодан и села на пассажирское сидение, перелистывая рабочие документы, то уже забыла о том, о чем вчера размышляла. Внезапное желание отдохнуть покинуло меня, оставив после себя легкий сладкий шлейф.

Автомобиль летел по знакомым улицам к аэропорту. Серые бетонные здания проносились мимо, скрытые в пелене тумана. Я отложила бумаги в сторону и откинулась на подголовник, закрыв глаза. Слушала равномерный гул двигателя, шуршание шин по липкому снегу и тихую мелодию, доносящуюся из магнитолы.

Вскоре передо мной выросло здание аэропорта Пулково. Поблагодарив водителя, я забрала свои вещи и двинулась ко входу. Затем сдала чемодан и прошла досмотр. В зале ожидания снимали какой-то фильм. На полу лежали черные провода. Съемочная группа вместе с актерами массовки столпились у одной из стен. Целый ряд стульев был завален сумками и реквизитом. Большие камеры, направленные на двух людей у дверей на выход в самолет, снимали происходящее. Слышалось «мотор», и все оживало.

Я как завороженная наблюдала за съемочным процессом и едва не пропустила посадку на собственный рейс. Когда женский голос из динамиков произнес мою фамилию, наконец, очнулась и рванула к своему выходу. Длинноногая брюнетка, скривив губы, недовольно взглянула на меня, взяла из рук посадочный талон, а затем пропустила в рукав, присоединенный к самолету.

Пассажиры уже сидели на своих местах. Ждали лишь меня. Когда уставшие взгляды направились в мою сторону, живот неприятно скрутило от волнения. Я опустила глаза и быстро прошла к своему месту. Даже не стала снимать с себя пальто, а сумку поставила в ноги. Пристегнулась. Выдохнула.

Неудобно вышло.

Вскоре между рядами кресел появились стюардессы, рассказывая о безопасности, запасных выходах и об остальных правилах. Я же воткнула в уши наушники и включила музыку, а сама уставилась в иллюминатор. Самолет медленно катился к взлетной полосе. Перед разгоном остановился. Двигатели загудели громче, что даже музыка их не заглушала.

Я сильнее прижалась носом к стеклу. Обожаю, когда самолет взмывает в небо. Всегда поражалась тому, как металлическая птица держится в воздухе.

Но вдруг чья-то рука накрыла мою, сжав пальцы до боли, и мое сердце пропустило удар. Я медленно перевела взгляд на своего соседа – он, зажмурившись, вжался в кресло и что-то шептал. Пришлось вытащить наушники из ушей и, перекрикивая шум, обратиться к мужчине:

– Извините, – указала на свою ладонь, – но вы делаете мне больно.

– Прошу прощения! Просто я никогда прежде не летал, и мне немного страшно.

Я улыбнулась. Впервые встретила парня, который не скрывал своего страха от окружающих его людей.

Медленно осмотрела его. Красивый молодой человек. Наверное, моего возраста, чуть выше меня, судя по длине ног и торса. С черными широкими бровями и такого же цвета кудрявыми волосами, спадающими на лоб.

Моей руки он так и не отпустил. Я в ответ сжала ладонь соседа, успокаивая его. Каждый когда-то летит в первый раз. И почти всегда это страшно. Я тоже боялась, но теперь на место страху пришло безразличие, как и у большинства.

Самолет тронулся, стремительно набирая скорость. И вот, мы уже взлетели. Земля отдалялась от нас, а все здания, казавшиеся до этого огромными, становились маленькими. Густой слой серых туч приближался, затем поглотил металлическую птицу. Вскоре мы и вовсе поднялись выше облаков, где простирался горизонт, а вдали светило солнце.

Парень наконец отпустил мою ладонь.

– Спасибо, – уже тише, ведь в самолете не было так же шумно, как во время взлета, произнес он. – Как-то прежде не приходилось летать, а тут обстоятельства вынудили.

– Что вы, не стоит оправдываться передо мной. Все нормально. Меня уже давно никто не держал за руку, – отшутилась, и мои губы растянулись в улыбке. Мужчина улыбнулся в ответ, а затем убрал волосы со лба.

– Как вас зовут?

– Анна, а вас?

– Игорь. Рад знакомству, Анна. По какому вопросу летите в Новосибирск? – Он отстегнул ремень безопасности и повернулся в мою сторону.

– По работе. А вы?

– Тоже. Совсем нет времени свободного на то, чтобы отдохнуть. Работа занимает его полностью. Иногда я даже не успеваю поспать.

– Как же это знакомо, – немного поникла я, затем вновь улыбнулась, осознав, что я такая не одна и рада новому знакомству.

Мы проговорили несколько часов. За это время уже успели разнести пледы, затем напитки, а после уже и горячее, от которого я отказалась, зная, какова самолетная еда на вкус. Лишь взяла кофе, да и тот был отвратным. Душу грело лишь то, что в Новосибирске наверняка есть кофейни, где подают напитки из качественных зерен.

Наш разговор затрагивал различные темы, но грань личного мы не пересекали, как-то больше обходили все поверхностно. Потом речь зашла о мечтах. Игорь рассказывал, чего бы ему хотелось, и в каждом его слове я узнавала себя.

–… А еще думал о том, чтобы бросить к черту свою дурацкую работу и зажить как все остальные люди.

– Большинство людей живут так же, как и мы с тобой, – ответила я.

За проведенное время мы уже успели перейти на «ты». Я узнала, что Игорь чуть старше меня, что живет он один, и у него даже нет домашнего питомца, хотя кого-нибудь завести ему бы безумно хотелось.

– Ну… Это очень щепетильная тема, на самом деле, – улыбнулся парень и отдал пустой стаканчик из-под чая проходящей мимо стюардессе в синей юбке до колена. А потом внезапно повернулся и спросил: – А о чем мечтаешь ты?

– Да о таких же простых вещах, что и ты сам.

– Поставим вопрос иначе: есть ли что-то, что ты никогда бы не сделала, но подсознательно желаешь этого?

– Даже не знаю, – протянула, задумавшись на мгновение, – наверное, есть. Но я особо не размышляла на эту тему. Возможно, я никогда не пропустила бы рабочий день даже по причине сильной простуды.

– Ну это банально. Давай поинтереснее. Тем более на носу Новый год. Может, что-то связанное с ним?

– Хорошо. Я никогда не встретила бы Новый год с незнакомым мне человеком.

– Почему нет?

– Потому что от незнакомца можно ожидать всего, чего угодно. А я немного боязлива в плане доверия людям, – пожала плечами я. – Но в этом есть и положительная сторона: я могу сделать или сказать все, что захочу, ведь с человеком этим, возможно, больше никогда не встречусь. И тут всплывает другое: я никогда не влюблюсь в него. Ни за что! Потому как угрызения совести, муки и инфантильные страдания мне к черту не нужны. Это отвлечет меня от повседневности.

– Даже если в дальнейшем вы снова встретитесь?

– Даже если встретимся вновь. Хотя подсознательно такого хочет любая девушка. Чем не фильм наяву?

– Хорошо. Чего бы ты еще никогда не сделала?

– Например, не стала бы жить так, будто бы у меня уйма денег. Я не могу позволить себе дорогущий отель, шикарные блюда и брендовую одежду. Но хотела бы. Ясное дело. Пусть даже без одежды… Хоть разок в жизни. Или не стала бы требовать повышение. Но, блин, мне кажется, пора уже давно. Только заместителем шефа являюсь не я, а я его бывшая секретарша…

– Понял, не продолжай. Это все?

– Еще, – уже резвее отвечала я, войдя во вкус темы разговора, – я никогда не напилась бы до отключки.

– Забавно, – засмеялся Игорь, – но…

– Но я никогда этого не делала и, возможно, хотела бы попробовать. Но лишь зная, что после наверняка окажусь в надежных руках и не попаду в неприятности. Также я не никогда бы не поехала кататься на лыжах. Но не потому, что не хочу. Я просто не умею.

– А еще?

– Я никогда не стала бы вести себя как ребенок, валяясь в снегу. Что могут подумать люди, увидев, как взрослая тетка лежит в сугробе, размахивая своими длинными ногами в разные стороны?

– Ты никакая не тетка, – положил руку на мое плечо мужчина, то ли успокаивая, то ли просто так. – Да и ничего плохого никто бы и не подумал. Всем иногда надо расслабиться. Люди понимают это. Просто каждый делает по-своему. Кто-то отрывается в клубе, а кто-то валяется в снегу.

– Иногда мне хочется снова стать ребенком, – уже тише добавила я, даже несмотря на все сказанное до этого Игорем.

– Ты уверена, что это все?

– Есть еще одна вещь. Немного безумная для меня.

– Какая?

– Я никогда не переспала бы с незнакомцем или с тем, кого знаю всего лишь несколько дней.

– Но?..

– Никаких «но». Это относится к разряду того, чего я действительно никогда бы не сделала. – А про себя добавила: «Но, несмотря на безрассудные мысли, мне все равно хочется этого. Пусть даже и с тем, с кем бы встретила Новый год». – Давай сменим тему?

– Хорошо, – согласился парень и действительно заговорил о другом. Уже через какое-то время я громко смеялась, напрочь забыв о нашем странном разговоре.