Моя новенькая, наглухо тонированная черная Volvo Кроссовер неслась по городской трассе, подрезая всех на своем пути. Адреналин гонял по венам, как на гоночном болиде. Не машина, а зверь!

Я резко, с буксом припарковался у цветочного магазина, и две пожилые женщины, находившиеся неподалеку, испуганно отпрыгнули.

– Ты смотри, что творится! Скоро по тротуарам ездить начнут! – начала верещать одна из них.

– Понакупают машин, а мозгов нет! – подхватила другая.

– Дамы! Приношу свои извинения. Просто очень спешу, – одарил я их одной из своих обворожительных улыбок и отвесил небольшой поклон.

Реакция последовала незамедлительно. Они сначала остолбенели, медленно открывая рты, а потом расползлись в ответной улыбке.

– Какой нахал! – очнулась одна из них, кидая мне в спину свои слова, но в них уже слышалось возбужденное восхищение.

– Какой наглец! – слова второй вообще прозвучали как комплемент.

Я усмехнулся про себя, настроение было на максимуме. Вот так всегда у меня с женщинами, независимо от их возраста.

Да, я был красив.

Да, хорошо одевался. Предпочитал черный цвет в одежде, и наличие бренда было обязательным условием.

Да, нужды в деньгах у меня не было, но я ими и не хвалился, так как добился всего сам и знал им цену.

И да, я был совершенно избалован женским вниманием. Любая, из особ женского пола, мечтала бы оказаться со мной рядом, хотя бы ненадолго.

Зайдя в цветочный магазин, я увидел, как девочка-продавщица трещит по телефону из-за отсутствия клиентов, не замечая ничего вокруг. Ее можно было бы назвать довольно миленькой, но ярко-красная помада на губах, черные неровные стрелки на глазах, голубые тени и не совсем симметрично нанесенные румяна прибавляли ей лет десять, ни меньше. В целом она смотрелась довольно органично среди многочисленных собранных букетов. Этакий огромный, разноцветный букет, «а-ля» все остатки в одной куче.

– Двадцать пять голландских роз, – мой негромкий бархатный голос заставил девочку-продавщицу нехотя обернуться, и она так и застыла с открытым ртом.

Я медленно вытащил из ее пальчиков телефон.

– Она перезвонит, – сказал я небрежно в трубку трещащей на том проводе девочке, и сбросил звонок.

Продавщица сразу же стала суетиться, доставая и пересчитывая из холодильной камеры розы.

– У нас только двадцать три, – неуверенно произнесла она и в ужасе застыла, увидев, как со злостью полыхнули мои глаза.

Я просто терпеть не мог, когда мне возражали. Всегда требовательно относился к себе и к окружавшим меня людям, но, осознав, что девочка все-таки не виновата, решил сменить гнев на милость. Я улыбнулся ей своей обворожительной улыбкой, которая в одно мгновенье преобразила меня из демона в ангела.

– Упакуй, – сказал я ей, продолжая улыбаться.

Польщённая моим вниманием, она сразу же включила режим флирта, показав свою легкодоступную натуру. Меня просто передернуло от мысли, что таких как она большинство.

Бросив на стол смятую купюру, превышающую стоимость букета, и не говоря больше ни слова, я быстрым шагом вышел из магазина.

Как раз одной из таких легко доступных и предназначался этот шикарный букет. Лилечка была высший класс! Личико у нее было на любителя, зато фигурка что надо. Ее она тщательно скрывала за классическими костюмами, так как работала в школе завучем по воспитательной работе. Но в постели она была далеко не скромницей. Повидавшая виды бюджетница вытворяла такое, о чем самые отъявленные старшеклассники только перешептывались, рассказывая о тайком просмотренном порно.

У Лилии Анатольевны сегодня был день рождения, а у меня на вечер намечалась серьезная встреча, которая могла перерасти в совместный отдых в сауне. Я был не любитель таких посиделок, а эти встречи именно так и заканчивались. У этого контингента людей были определенные понятия, типа серьезный договор нужно скрепить совместным отдыхом в сауне с девочками легкого поведения.

Поэтому я решил заехать в обед и прямо в школе поздравить Лилечку, ну а она в свою очередь отблагодарила бы меня своим фирменным, глубоким, оральным … прямо на рабочем месте. Я уже как мартовский кот облизывался от своих грязных мыслей. Но в своем кабинете Лилечки не оказалось. Как рассказала захваченная мной в плен мимо пробегавшая второклашка с набитым ртом, у них сегодня новогодний спектакль показывают, и все сейчас там.

Спектакль проходил в актовом зале, и так как до его окончания оставалось недолго, я решил подождать около дверей. Двухстворчатые двери актового зала были распахнуты, и из них лилась музыка. Это была не какая-то запись, а живой звук, исходящий от фортепиано, за которым сидела учительница музыки Тамара Ивановна. Это была моя учительница. Да, не так давно я и сам закончил эту школу, но тогда все было по-другому. Я был другим.

Я обвел глазами ряды, мне попадалось много знакомых лиц. Наконец я нашел Лилию Анатольевну, она улыбнулась мне, потом посмотрела на цветы, и когда подняла свой взгляд, я понял, что благодарности дождусь сполна.

На сцене разворачивались нешуточные для школьного спектакля страсти. В чем там была его суть я, конечно же, не мог знать, так как смотрел на финальную сцену. Смысл был в том, что разоблачили отрицательную героиню – метелицу, и теперь все остальные герои, во главе с Дедом Морозом, хотели ее быстрой и неминуемой смерти!

Главная героиня сидела на полу в центе сцены, ее голова была опущена. Рассыпавшиеся по плечам длинные русые волосы практически закрывали ее всю, и на нее со всех сторон наступали сказочные жители. Когда она подняла голову, у меня мурашки по спине побежали, и я перестал дышать. Кто? Кто мог поставить этого маленького ангела отрицательной героиней? Огромные карие глаза, светились как драгоценные камни. Она была как фарфоровая статуэтка, а ее лицо было прекрасным! Какой же красавицей она станет, когда подрастет. Какой-то парень в костюме дерева замахнулся и ударил ее, не по-настоящему конечно, но меня как подкинуло. Я готов был руку этому дубу сломать.

Уже занавес опустили, а во мне злость так и кипела. Когда все герои вышли на поклон, я, не раздумывая ни секунды, под нарастающий шепот из зала подошел к ней. Она смотрела на меня непонимающими глазами. Я молча вложил в ее руки букет роз, а она так же молча приняла его. В зале повисла тишина. И вдруг с задних рядов, где сидели мальчишки старшеклассники, раздались редкие аплодисменты, они все нарастали, пока не превратились в бурные овации.

Тут началось столпотворение, школьники повскакивали со своих мест и толпами хлынули к выходу. Под растерянным и непонимающим взглядом Лилии Анатольевны я двинулся к дверям. Лилечка меня больше не интересовала. В голове складывался пазл из моей будущей жизни. Я и мой маленький ангел! Я не мог ее упустить!

Окончив школу и шумно отпраздновав свое совершеннолетие в компании мамы и папы, я не спеша строила планы на будущее и наслаждалась разгаром лета.

Я вертелась перед зеркалом и рассматривала себя. Из него на меня смотрела очень миленькая девушка с длинными прямыми волосами, которые переливались на солнце не хуже атласных занавесок, висевших на моем окне.

– Хоть сейчас в рекламу шампуня «PANTIN», – подумала я и заулыбалась своему отражению.

Волосы – это моя гордость просто потому, что мне похвастаться то было больше нечем. Мои молочные железы не больно то хотели давать о себе знать, и если и собирались когда-нибудь проявиться, то сильно запаздывали. То, что мои подруги гордо выпячивали, мне приходилось скромно прятать в бюстгальтер с пуш-апом.

– Лиза, сходи, пожалуйста, в аптеку. Список на столе, на кухне. За одно и ряженку купишь, если не передумала насчет блинчиков на полдник, – крикнула мне мама из комнаты.

– А то ко мне сейчас уже девочка придет на занятие.

Мама недавно вышла на пенсию и подрабатывала репетиторством по вокалу. Когда-то давно она окончила музыкальное училище по классу фортепиано. Потом стала работать в одном из самых шикарных ресторанов города, аккомпанируя певице.

В один из вечеров певица не смогла прийти, свалилась с отравлением, и мама предложила свою кандидатуру, так как пела она тоже неплохо. Управляющий, быстро прослушав ее, принял положительное решение, да и выбора у него особо не было, публику нужно развлекать. The Show Must Go On (англ. перевод – шоу должно продолжаться), как говорится.

Новая певица публике очень понравилась, хотя раньше на маму вообще внимания не обращали, да и разглядеть юную пианистку за огромным черным роялем было практически невозможно.

Предыдущая певица отличалась шикарными формами. Все ее концертные платья, как на подбор облипали фигуру, выгодно подчеркивая все, что нужно подчеркнуть, а местами и выделяя жирным. Ее смелые и откровенные декольте совершено не оставляли место для фантазии. Крашеная блондинка с короткой стрижкой, она выглядела как не совсем удачная пародия на Мерлин Монро. Но голос у не был сильный, а это главное.

Как оказалось, потом, внезапное отравление певицы переросло в хроническое, девятимесячное. А после рождения ребенка, она уже на сцену больше не вернулась.

Так мама и стала постоянной звездой. На юную звездочку, с прекрасным мелодичным голосом многие обращали внимание. Предложения руки и сердца поступали от очень солидных и богатых мужчин. Но ее выбор пал на молодого студента из небогатой, но приличной семьи. Он был влюблен до безумия, каждый вечер ждал ее у ресторана, так как позволить себе ждать в ресторане он не мог. Но без цветов он никогда не приходил. Родители не были в восторге от выбора сына.

– Певичка, да еще и старше тебя на пять лет. «Вот охмурит тебя и глазом моргнуть не успеешь», – говорила ему его мама. Но он ее не послушал.

Они поженились. Что бы прекратить постоянные домогательства подвыпивших мужчин, ей пришлось уйти из ресторана и устроится учителем музыки в школу, где она и проработала всю жизнь. Детей у них долго не было, и когда они уже отчаялись, появилась долгожданная я!

Я схватила со стола список, кинула его в сумочку, обула свои ножки в босоножки и полетела в аптеку.

Еще в лифте я обратила внимание, что ремешок на босоножке совсем скоро оторвется. Как жаль, мне они так нравились. Всю дорогу шагая до аптеки, я то и дело поглядывала на свою ногу. В аптеке была очередь, я пристроилась в хвосте и все так же, с сочувствием глядя на свою босоножку, погрузилась в мысли о том, как бы еще ненадолго, хотя бы на это лето продлить любимице жизнь.

– Нет, ничего больше не нужно, – вывел меня из мыслей властный бархатный голос.

Я медленно стала поднимать глаза, заранее зная кого я там увижу. Это был он. Ангел в черном, который заполнял все мои девичьи мысли на протяжении вот уже многих лет.

Память в очередной раз вернула меня в тот день, когда я увидела его в первый раз, и он подарил мне огромный букет красных роз.

В ту ночь я никак не могла заснуть, прокручивая в голове события дня. Перед глазами снова и снова возникал образ ангела в черном.

С тех пор прошло уже много лет, а он неизменно главный герой всех моих фантазий. И эта фантазия сейчас стоит передо мной. Точнее нас разделяют две очень пожилые женщины.

Эти миленькие старушечки, нисколько не стесняясь окружающих, в открытую обсуждали нерасторопного фармацевта.

– Лучше бы клиентов побыстрее обслуживала, вместо того чтобы с парнем флиртовать, – бубнили старушки.

Девушка-фармацевт раскраснелась как майская роза после мороза. Хорошо хоть у нее ума хватило не перечить им, а то бы завелась пластинка! И тогда бы уж ничто и никто не удержал бы пенсионерок от нравоучительной лекции. Все, естественно, стали бы нервничать, а закончилось бы это грандиозным скандалом, как обычно бывает в поликлинике или общественном транспорте, где уровень пенсионерок превышает примерно пятьдесят процентов от общего числа.

И тут он развернулся, не обращая внимания на негативные бормотания в его адрес, и увидел прятавшуюся за ними меня. Я застыла. Мой мир остановился, плененный взглядом его темно-серебристых глаз. Я вообще стараюсь не смотреть людям в глаза. Мне кажется, что по моему взгляду можно прочитать, о чем я думаю сейчас, да и нервничать начинаю, как будто натворила чего-то. А от его взгляда я просто не могу оторваться. Как будто от его глаз к моим начинают тянуться невидимые нити, и, добравшись, замораживают, не давая отвести взгляд. Это просто мистика какая-то. Я теряюсь во времени. Три, пять, десять секунд, не могу точно сказать сколько длится наше притяжение. Его глаза светлеют, и я чувствую, как напряжение начинает спадать. Он слегка улыбается и отпускает меня из плена. Не обращая больше ни на кого внимания, разворачивается и идет в сторону выхода.

Что делал мой темный ангел в аптеке догадаться нетрудно, явно не за Корвалолом или мазью для суставов пришел.

Я все никак не могу прийти в себя. Сейчас уже подойдет моя очередь, а я все так же судорожно перебираю вещи в своей сумочке, в безуспешных попытках найти список.

– Девушка, что вам? – спрашивает меня в очередной раз фармацевт. Я с красными пылающими щеками, как заправский фокусник с победным криком – Вот он! – наконец-то вынимаю этот злосчастный список, спокойно полеживающий на самом дне сумочки.

Сделав покупку, я поплелась домой на ватных ногах. Это не первый раз, когда я видела своего темного ангела, но всегда при встрече я старалась не попадаться ему на глаза, наблюдала издалека.

С момента нашей первой встречи мне удалось кое-что узнать о нем. Сергей Волков – красавец мужчина, при деньгах, меняет девушек как перчатки, остальные мечтают побывать на их месте. Единственное, на что я могу надеяться, это на место временной подружки. Дело даже не в том, хочу я этого или нет, а в том, что я буду делать и как жить дальше, когда меня попросят освободить место для очередной перчатки.

Но пока мне нечего рассчитывать даже на такой вариант, так как дальше взглядов дело не идет. Да, он смотрит на меня! Да, улыбается! Но на этом все!

За время, что мы знаем друг друга, он не сделал ни одной попытки со мной познакомиться или заговорить. У меня даже закрадываются сомнения, а помнит ли он меня вообще?

Как-то раз я переходила через дорогу, и, подняв глаза, увидела припаркованное у дороги черное авто и идущего к нему его. Как же он был красив! Его идеальную фигуру облегала одежда неизменно черного цвета. Пройдясь взглядом по моему темному ангелу, я остановилась на его руке, на которой бесцеремонно висела загорелая до шоколадного цвета блондинка, это в начале мая-то! Я зашагала быстрее, в попытке избежать его взгляда, но все равно не успела, он все-таки выцепил меня своими зоркими стальными глазами из толпы и приковал к себе.

Хорошо хоть дорогу успела перебежать, а то бы так и стаяла как дурища, на середине зебры. Блондинка, заметив, что кто-то привлек его внимание, с недовольством стала отслеживать его взгляд, но увидев меня только скривила свою нижнюю накаченную губу в ухмылке, которая должна была, судя по всему, донести до меня месседж (англ. перевод – сообщение), «Даже не мечтай!»

Он, как всегда, слегка улыбнулся мне и направился к своему авто, а я, развернувшись, в растрёпанных чувствах поплелась от них подальше. И потому не могла видеть того, как блондинка глотала пыль, в безуспешных попытках догнать отъезжающий автомобиль.

Передо мной лежала белая объемная папка, довольно потрепанная из-за того, что ей уже много лет, и она часто мной пересматривается и дополняется. В ней были разные документы, оригиналы, копии, фото и даже видео материалы. Это было досье на мою будущую жену.

Увидев ее на новогоднем спектакле в школе, я сразу решил, что эта девочка должна быть моей, рано или поздно.

Скорее поздно, чем рано, так как она была совсем мелкая тогда, что на мое решение, конечно, повлиять не могло.

Я хотел ее!

Я уже четко представлял, какой она должна стать. И она стала, именно такой. Эти огромные глаза цвета горького шоколада, которые плавились под моим пристальным взглядом. Этот шелк длинных волос, к которому так и хочется прикоснуться. Все в ней было таким родным и знакомым мне. От мыслей о ней стояк до боли натягивал штаны.

Я не хотел торопить события, так она была еще несовершеннолетняя, поэтому при встрече только смотрел на нее. Смотрел долго, пристально. Даже от ее невинного взгляда хотелось отнести ее в машину и сделать своей прямо там. Но скоро все изменится, и она станет моей. Как только она окажется рядом со мной, я так ее заласкаю, что голову потеряет. Три контрольных свидания, и это все, на что меня хватит, я и так уже слишком долго ждал.

Наконец-то все вступительные экзамены закончены, и меня ждет мой факультет гостиничного бизнеса.

Мама с папой отговаривали меня от такого выбора, но я была непреклонна, и они больше не стали спорить со своей любимой и единственной дочерью.

– Ну, хоть мы с мамой скоро на курортах будем отдыхать в бесплатных номерах, когда наша дочь сеть гостинец по всему миру откроет, – шутил надо мной папа.

Шутки шутками, а мечта у меня все-таки была. Правда, она не такая глобальная, как описывал папа.

Я мечтала открыть небольшую уютную гостиницу на берегу моря. Здание в два этажа, которое утопало бы в зелени и разных экзотических цветах, с небольшим садиком на территории. Я сама бы заботилась о нем, разбивала клумбы, подрезала кусты и не только.

У нашей семьи есть дачный участок, на котором я помогала маме.

Но ведь свой сад – это совсем другое!

Перед входом я бы посадила кусты смородины: черной, красной и белой. Вдоль забора кусты с вишней. Что бы приезжающие на отдых не смогли пройти мимо этих зазывающих ягод.

На первом этаже, я бы поместила открытое кафе с плетеной мебелью и столиками, накрытыми светло-бежевыми скатертями. На столиках бы красовались маленькие декоративные вазочки с цветами из сада, только что с любовью срезанные мной.

Это было бы место для влюбленных пар, которые любят уединение. И для семейных пар, которым надоели шумные отели. И для пожилых пар, которые ценят в первую очередь не современный комфорт, а теплый уют.

Вот так выглядела моя мечта! И хотя до ее осуществления еще было далеко, начало было положено, я поступила!

Группа у нас сложилась просто замечательная. Все как-то сразу сдружились, за исключением нескольких одиночек. Но общалась я в основном со Светой.

Это была самая красивая девочка в группе. Высокая блондинка с голубыми глазами.

Наша дружба наладилась не сразу. Вначале она на меня внимания не обращала, да и вообще ни на кого особо. Но как-то раз Света опоздала на лекцию к нашему самому строгому преподавателю. Этот седовласый, на вид милейший старичок, за которым все лето ходили, как говорили старшекурсники, «должники хвостатые», строго посмотрел на Свету поверх своих очков с линзами толщиной с палец и в роговой оправе и сказал:

– Вы что же, думали, что, если вы себе лицо так не размалюете, я вас на свое занятие не пущу? – просипел с возмущением старичок.

– Извините, можно войти? – только и смогла тихо сказать Света. Макияж у нее и,правда, был вызывающий.

Преподаватель продолжил лекцию, более не обращая на нее внимания и не удостоив ее ответом.

Посчитав это за разрешение, она тихо прошмыгнула, и села рядом со мной на ближайшее свободное место.

– Ну и еще одну работу на проверку мне сдаст опоздавшая, – сказал преподаватель, поискав глазами Свету.

– Блин, он еще проверку, не закончил что ли? – спросила у меня она.

– Да вроде закончил, – ответила я. В начале каждой лекции он выборочно собирал на проверку задания по предмету.

На это, наверное, и она надеялась, опаздывая на лекцию.

– Я сегодня не успела подготовить, – виновато опустила глаза Света.

– Ну что ж, значит завтра подготовишь, и сдашь все предыдущие работы, – с абсолютным безразличием, не глядя на нее, сказал старичок.

Света медленно опустилась на стул и с отчаянием в голосе тихо сказала:

– Когда я это успею сделать? – она сказала это себе, поэтому и не ждала ответа, и удивленно уставилась на меня, когда я ей так же тихо ответила:

– Держи, – протянула я ей стопку листочков формата А4, написанных от руки.

– Здесь всего одной работы не хватает, я ее сдавала потому что. Но у меня копия осталась. Я ее сегодня перепишу, и завтра у тебя полный комплект будет.

– Спасибо, – расплылась она в улыбке.

– Честно, не ожидала, думала все, попаду к нему в черный список, а там и до отчисления не далеко. Спасибо тебе, Лиза, еще раз.

Я была приятно удивлена тому, что она запомнила мое имя.

– А как же ты без этих работ? – спросила Света.

– Так с меня он уже их спрашивать не будет. А я себе ксерокопии сделаю, они потом на экзамене пригодятся.

С тех пор Света стала всегда со мной садиться. Вот так и сдружились.

Родители Светы были далеко не из бедных. Наша группа была смешанной, и она училась платно. Факультет был новым, поэтому и обучение на нем было далеко не всем по карману.

Я просто прыгала от счастья, когда узнала, что одно из пяти бюджетных мест в этой группе досталось мне!

Иногда, когда бывали «окна» между лекциями, студенты, которые были не из бедных семей, ходили перекусить в кафе. Света всегда звала меня с собой, несмотря на то, что каждый второй обед она сама и оплачивала.

– Что я там, одна, сидеть буду? Тем более для меня деньги – не проблема, – говорила мне Света.

На входе нас остановил Кирилл Лисин из нашей группы, симпатичный и веселый парнишка. Девочкам он очень нравился. Кирилл как-то очень быстро к любому подход мог найти. К любой, за исключением Светы. Эта красотка, знающая себе цену, была ему не по зубам, и чем больше она его игнорила, тем больше он ее хотел. Как говорится – запретный плод сладок.

– Привет девчонки! Лиз, дай,пожалуйста, лекцию по информатике, я копию сделаю и верну, – попросил у меня Кирилл.

– Извини, но я ее уже отдала, и вернут только завтра, спроси у другого кого-нибудь – ответила я недовольному парню.

– Блин! Да у тебя почерк самый нормальный, и цветом ты выделяешь все самое главное, как в школе. Готовая шпора. У других смысла нет копировать, все читать и учить придется. Завтра ведь тест? – спросил Кирилл.

– Да, завтра, и первой парой, – грубо ответила ему Света, и потянула меня в сторону входа.

– Лизонька, выручай! Кому отдала? – с мольбой в голосе спросил меня Кирилл.

– Пойду, столик займу, – пробурчала недовольно Света и скрылась за дверью.

– Макар попросил, у вас же, как всегда, все горит. Он, по-моему, в компьютерном классе сейчас, – ответила я, сразу же повеселевшему парню.

– Вы со Светой здесь надолго?

– Нет, перекусим и все.

– Понял. Ты моя спасительница. Мне этот тест завалить никак нельзя, – и он впопыхах чмокнул меня в щеку.

Я нашла Свету, и мы заказали по большому куску пиццы. Я пепперони, а она с креветками, и по бокалу Pepsi.

Несмотря на то, что сюда часто заглядывали студенты, заведение это было вполне приличным. Мы всегда сидели на первом этаже, а второй этаж был отведен для бизнес-ланчей и VIP-гостей.

– Долго нам еще до следующей лекции?

– Да, почти два часа, – ответила я Свете, без аппетита пережёвывая свой кусок. Он застревал в горле и не хотел проваливаться. Я никак не могла понять, что со мной происходит. Вроде бы все нормально, но я чувствовала какое-то волнение, что ли. Странно, конечно, но было такое ощущение, как будто меня кто-то разглядывает.

– Блин, так долго. Я за это время у них тут все сладкое меню могу съесть. А ты знаешь, я на диете, – сказала она и недовольно скривила губы.

Света была на диете всегда. Она могла целую неделю, каждый день есть свое любимое пирожное «Дамский каприз», а потом всю неделю на гречке с творогом сидеть. Ее фигура была идеальной по моим меркам.

Поэтому на ее высказывание я ничего не ответила, а лишь усмехнулась.

– Ты что смеешься надо мной что ли?

– Нет, просто знаю тебя. Завтра устроишь себе разгрузочный день, и нигде у тебя это сладкое меню не отложится, – улыбнулась я ей в ответ и проследила за ее взглядом.

К нам за столик стремительно, насколько позволяли их шпильки, неслись две куклы Барби.

– Девчонки! Вы видели, кто только что из VIPки вышел!? – затараторили они, перебивая друг друга. Это были подруги Светы из параллельной группы – Лера и Вика. Сходство с куклами было феноменальное – губы, ресницы, ногти, волосы – все было искусственное.

– Судя по вашим красным лицам, Бред Питт, ни меньше, – засмеялись мы с ней.

– Берите выше! Сам Волков, собственной персоной! Да еще и один, без экскортниц!

– Ну, скажешь тоже, куда ему до Бреда, – попыталась показать безразличие Света, но в глазах уже вовсю плескалась заинтересованность.

– Да что Бред Пит, он там, а Волков здесь! Такой красавчик!

– А как ему идет черный цвет. Я прямо потекла, когда он на меня посмотрел! – увлеченно рассказывали куклы.

Сердце пропустило удар, ладошки взмокли и стали холодными как у лягушки. ОН здесь, рядом, совсем близко! И тут мой стеклянный пазл сложился. Волнение, которое я испытывала в начале, возрастало в геометрической прогрессии и, достигнув пика, ввело меня в оцепенение, которое заставило меня поднять глаза и встретить взгляд графитовых глаз.

Он смотрел на меня! Мой темный ангел! Его взгляд приковывал, не давал отвести глаза. Я как будто отключилась. Не могла говорить, моргать и даже дышать. Он знал об этом. Я чувствую, что он знает. Проходит еще несколько секунд, и он разрывает наш зрительный контакт, снисходительно разрешая мне передохнуть. Я жадно глотаю воздух, а из моего рта вырывается тяжелое горячее дыхание. Щеки горят. Но девочки не замечают происходящих со мной метаморфоз, и я постепенно начинаю приходить в себя, стараясь вникнуть в их разговор.

– Моя знакомая с ним крутила, говорит он в постели бог!

– Эта та стриптизерша, которую он в привате трахнул, а ей так понравилось, что она с него даже денег не взяла. Скажешь тоже, крутила. Это он ее раскрутил, – засмеялась Лера.

– У него этих бабишь – пруд пруди. Он,поди, не каждую в лицо то вспомнить сможет – засмеялись девочки.

– Вот бы он меня до учебы подвез хоть разок. Его же тачку все знают, обзавидуются! – мечтательно пропела Вика.

Меня от этих разговоров начало мутить. Мой мозг, боготворивший моего темного ангела, отказывался воспринимать эту информацию.

Не знаю почему, может быть от злости на девочек за то, что они смеют порочить моего ангела, я ляпнула.

– Я тоже его знаю, он мне цветы дарил, – негромко сказала я.

Все сразу же повернулись ко мне.

– Лиз, ты что перегрелась, – не вопросительно, а скорее утвердительно сказала Света.

– Это было давно … – неуверенно продолжила я.

– Вот-вот, давно и не правда! – сказала Лера, и ее слова со смехом поддержали все девочки.

– Я сейчас приду, – сказала я и направилась в дамскую комнату. Я подставила свои потные ладошки под струи холодной воды. Мне очень хотелось намочить и лицо прохладной водой, но мой макияж был бы катастрофически испорчен, а выйти без косметики было бы очень подозрительно. Подумают еще, что я ревела.

Когда я вышла, за нашим столиком уже сидел Кирилл во всю обхаживающий Свету, которая безразлично вертела в руке розу, видимо им же и подаренную. Другие девчонки громко хохотали. То ли хотели привлечь внимание VIP зоны, то ли Кирилл, как истинный ловелас, ухаживая за Светой, не обделял и их вниманием.

– Лизонька, большое спасибо, – сказал мне Кирилл, протягивая большую шоколадку, и моментально переключился на Свету.

Я села за стол и залпом осушила свой бокал с газировкой.

– Девочки, я сейчас, не скучайте, – пропел нам Кирилл и пошел к выходу.

Девочки и не скучали, ежеминутно щелкали камерами своих новеньких айфонов последней модели. Тем для разговоров всегда хватало: волосы, ногти, сумки, кольца и, конечно же, на первом месте мужчины и секс.

В тот момент, когда обсуждение зашло до размеров мужских достоинств парней, к нам буквально подлетел раскрасневшийся Кирилл.

– Светка! На тебя по ходу Серый запал! Он меня сейчас так припечатал. Сказал, что, если хоть раз еще к тебе подойду, ноги оторвет! – слова лились из него водопадом, а лицо его все больше краснело.

– Стоп, стоп, стоп. Во-первых, кто такой Серый? Во-вторых, какое он вообще имеет право ко мне кого-то подпускать или не подпускать? – громко, так что бы все слышали, и надменно сказала Света.

– Серый – это Сергей Волков! Свет, ну ты вообще! – возмущенно ответила Вика.

– А ты то откуда его знаешь? – спросила Лера у все такого же красного Кирилла.

– Я у него в автосервисе подрабатываю.

– Подожди, он же вроде бы оборудованием каким-то занимается.

– Автосервис так, чисто для себя. У него такая тачка! С виду вроде бы ничего особенного, а внутри одна электроника. Как бэтмобиль у Бэтмена, ни меньше! Да и вообще, у него походу во всех сферах свой бизнес имеется. Так что, Светочка, золотой член будешь сосать! – сказал Кирилл, в голосе которого сквозил сарказм и досада из-за того, что рыбка Светочка сядет не на его крючок.

– Кирилл, ты что, совсем офигел! – возмутилась подруга, и только она хотела что-то ему сказать, видимо под стать – язвительное, как парень подхватил свою сумку, розу из рук Светки и на ходу бросил:

– Короче все, я сматываю удочки. Не хватало еще из-за динамщицы работу потерять. Такую зарплату, как Серый платит, фиг у кого еще найдешь!

И парня след простыл.

– Придурок хитрожопый! – крикнула ему вслед Света, скорее всего для того, чтобы хоть как-то реабилитироваться перед нами из-за горе-ухажера.

– Свет, а че ты ему не даешь? Парень нормальный вроде бы, – спросила Лера.

А у меня внутри, нарастал ком обиды, ревность как черное масляное пятно нефти растекалось во мне как по океану.

Дура. Какая же ты дура! – кричал мне мой внутренний голос. И на самом деле, что я себе нафантазировала. Смотрит он на меня. Да он на всех смотрит! Искал просто Светку взглядом, а не тебя!

Как? Как я переживу их связь? Пусть и недолго, но она точно будет! И все это, на моих глазах! Голос разума был со мной категоричен, вплоть до разрыва дружбы со Светкой. И лишь где-то на задворках, голос моего сердечка нерешительно пел серенаду о том, что может быть, наигравшись с ней, он и меня не обделит своим вниманием.

Посмотрев на часы, я поняла, что нам пора возвращаться на лекцию, и решительно закрыла свое ноющее сердце на большой амбарный замок, торжественно вручив ключи, своему разуму, который одобрительно мне улыбался.

Я сидел за столом в своем кабинете и в очередной раз пытался вникнуть в суть документов, но ничего не получалось.

– Черт! – второй карандаш с хрустом сломался у меня в руке.

Какого хрена этот молокосос вздумал ее целовать, когда я ее муж, в смысле, будущий муж, ее даже пальцем еще не касался! Как я еще удержался и шею ему не свернул, прямо там в кафе, а чисто теоретически вполне мог, крышу у меня снесло конкретно. Во всем, что касается моего ангелочка, я просто теряю самоконтроль. Нет, все, пора принимать решительные меры, а то уведут мою девочку, прямо у меня из-под носа.

Начну с цветов и конфет, потом ресторан в гостинице, в общем придется работать по ускоренной программе.

И чем скорее, тем лучше.

Стояк опять болезненно натянул ткань брюк.

В кабинете, к которому я подходила, творилось что-то невообразимое. Все девочки моей группы, как пчелки вились вокруг стола, за которым мы со Светкой обычно сидели. Разобрать, что там происходит, было просто невозможно. Подойдя поближе, я увидела Свету … с огромным букетом белых роз. Гул стоял как в улье, все говорили одновременно.

– Ого, вот это букетище! У тебя же день рождения вроде бы в следующем месяце, – пошутила я. Видеть Свету с цветами и подарками от поклонников мне приходится не в первый раз, поэтому я не особенно удивилась, хотя в этот раз букет действительно был шикарный.

– Это от кого? – спросила я, и вместо ответа довольная и улыбающаяся Света протянула мне записку, которая была в букете:

«16.00 ресторан «Жемчужина»

Волков»

Кратко и по делу, все в этой записке выдавало делового и властного человека, который не привык к отказам. Мое сердце бухало в груди, в висках стучало. Я ведь знала, что так и будет, что это обязательно произойдет, но, когда это время настало, оказалось, что я совершенно к этому не готова. Не готова к тому, что моя подруга будет спать с мужчиной моей мечты, с моим темным ангелом.

– Представляешь, подхожу я такая к столу, а там букет с запиской. От самого Волкова! Если честно, я тогда Кириллу просто не поверила. Подумала, надоело ему за мной бегать, – тараторила счастливая Светка.

– Угу, – промычала я, на большее, в этот момент, была просто не способна.

– Ты посмотри, что в группе творится, девчонки просто в шоке, это еще Лера с Викой не знают. Разнесут в миг эту новость по городу. Моргнуть не успеешь, как станешь подружкой звезды, – подмигнула мне Светка.

– Да ты и так звезда, кто же спорит, – сказала я, а у самой защипало глаза от непрошенных слез. Нет, только разреветься прилюдно не хватало еще.

Все, соберись, – уговаривала я себя.

– Какой мужчина. Правда, Лиз? Ты только посмотри, как он все подстроил. Пары как раз к 16.00 уже закончатся. Ресторан здесь не далеко, ехать никуда не надо. Вот только в таком виде то не пойдешь. Надо приодеться. Прикроешь меня на последней паре, Лиз? – просила умоляюще подруга, а сама видимо мыслями уже в магазине была.

– Хорошо, – выдавила я из себя. Она не замечала ни моего упаднического настроения, ни грустного голоса. Она вообще ничего не замечала, и мысленно уже, видимо, лежала в постели с моим темным ангелом, предаваясь ласкам на шелковых простынях. Как это все несправедливо. Лучше бы я об этом вообще не знала. Догадывалась бы, слушала сплетни, но не знала наверняка. Грудь так сдавило, как будто на нее сел слоненок. Маленький такой, миленький, но все равно очень тяжелый.

– Ты помнишь то красное платье, которое мы с тобой на прошлой неделе видели. Хорошо, что я его тогда не купила. Сейчас и прикуплю. Так, в салон надо позвонить, чтобы они меня сейчас по-быстрому обслужили, – и подруга немедленно стала набирать номер мастера.– Я сказала максимум через час, никаких попозже, передвинешь свою запись, – сказала она и бросила трубку.

– Ну что, за два часа вроде бы управлюсь, – и тут она повернулась ко мне и вцепилась в руку, как будто бы ее осенила мысль.

– Слушай, Лиза, «Жемчужина» – это ресторан, который находится на первом этаже гостиницы. А свидание то с намеком, – заулыбалась Света.

Ее красноречивый монолог сопровождался кивками, с моей стороны, отвечать что-то ей я была вообще не способна.

– Нет, я ему сразу скажу, что не такая, на первом свидании ни-ни. Слушай, а белье какое лучше купить красное, под цвет платья или белое, типа я вся такая невинная? – тараторила про свое подруга.

– Ты же все равно ни-ни, какая разница какое на тебе будет белье, – грубо ответила я ей, хотя она, на это даже внимание не обратила.

– Ну мало ли что. Вдруг он и вправду такой классный окажется, как про него говорят.

Я закатила глаза. Ну все сейчас я взорвусь! И взорвалась бы, если бы не спасительный звонок. Все быстро стали рассаживаться по своим местам. Я пыталась сосредоточиться на лекции. Внимательно слушала преподавателя, усердно записывала, но букет был такой огромный, что занимал и мою часть стола тоже. Смотреть на свои любимые белые розы и знать, что они не для меня, было просто невыносимо.

Когда пара закончилась, Светка быстро подхватила свои вещи и со словами:

– Завтра все расскажу – вся такая веселая и слегка озабоченная выскочила из аудитории.

Я знала, что мой разум весь оставшийся день будет рисовать мне сцены эротического содержания с участием двух, теперь уже ненавистных для меня людей. Единственным выходом было с головой окунуться в учебу. Чем я и собиралась заняться. Осталось отсидеть еще одну лекцию и пойти на пару часов засесть в библиотеку, но, повернув голову, увидела злополучный букет, который преспокойненько лежал там, где его и оставила бесшабашная хозяйка.

Ну куда я его теперь дену, оставить – жалко. Но и брать его себе тоже как-то не очень хотелось. Тем более в библиотеку с ним точно не пойдешь. Я набрала Светке.

– Ты что, про цветы забыла? Давай, я тебе когда лекция закончится их в салон занесу, – спросила я.

– Да неудобно мне с ним таскаться. Лиз, себе забери. Ты же любишь белые розы, – ответила подруга. Забирай мол, с барского плеча, когда тебе еще такой перепадет, подумала еще поди.

– Да мне тоже с ним не очень удобно, – ненастойчиво бубнила я.

– Так Лиз, мне некогда, забирай говорю себе, и все. Пока, – сказала мне в трубку Светка и отключилась.

Вот так быстро был решен мой вопрос с букетом и с желанием окунуться в учебу.

– Лиза, подожди, – окликнул меня Кирилл, когда я вышла из здания института.

– Сначала сумки за Светкой донашивала, а теперь и букеты? – подшутил он надо мной.

– Сумку Света мне подарила, она совершенно новая была, к твоему сведению, а букет отдала потому, что не может с ним везде таскаться, а ей на свидание нужно, – про свидание я нарочно ему сказала, чтобы убрать с его лица довольную ухмылку, и попала в точку, все его веселое настроение сразу же улетучилось. Но такого эффекта я все же не ожидала. Его лицо побледнело, подбородок затрясся, а рот стал медленно открываться в попытке что-то сказать, но у него ничего не получалось. И только потом я заметила, что смотрит он не на меня, а куда-то поверх моего плеча.

Точнее не куда-то, а на кого-то!

Я почувствовала чье-то дыхание на своей шее, и обернувшись увидела перед собой моего темного ангела, и он был … в ярости!

Я растирал виски пальцами в надежде, что головная боль отступит. Проблемы на работе нахлынули именно тогда, когда я собрался устраивать свою личную жизнь. Букет роз, белых ее любимых, уже отправлен Лизе, и я с минуты на минуту ждал ее появления.

С момента, как я увидел Лизу в первый раз, и до сегодняшнего дня, я знал про мою девочку практически все, что любит, на что аллергия, даже то, что на ее пижаме герой ее любимого мультфильма Губка Боб. Эту информацию случайно подслушал специально нанятый мной человек для слежки, когда она была в магазине с подругой.

Слежку на постоянной основе за ней я установил почти сразу. Но как оказалось, девочка моя хорошо училась и вела себя очень скромно. Поэтому, в постоянной слежке не было нужды.

Я ждал только когда она подрастет, и станет моей. Родители у Лизы были самые обычные. Мама преподавала музыку, а, выйдя на пенсию, на дому подрабатывала, папа – врач ортопед в местной поликлинике. Поэтому сопротивления с этой стороны я точно не встречу. Родители будут рады отдать свое чадо в заботливые руки богатого и влиятельного человека. Они уже давно не молоды, и даже если и будут артачиться, нужно просто доходчиво им объяснить, что мол вы уже в возрасте, о самих себе нужно заботиться, а дочь за мной, как за каменной стеной будет, да и вас в нужде не оставлю. Кто же откажется от такого предложения руки и сердца.

Я даже не сомневался в том, что что-то может пойти не так, все препятствия, которые возникали на моем пути, были временными.

Вот как сейчас, немцы почему-то не хотели продлевать контракт и требовали моего личного присутствия. Эта недлительная, я надеюсь, командировка, немного отодвигала наше с Лизой близкое знакомство.

Но знакомство, в любом случае должно состояться сегодня, с минуты на минуту. Она уже сегодня должна понять, что станет моей. И принять это как должное.

– Здравствуйте! – передо мной стояла красавица блондинка в красном платье. Декольте было очень откровенным, а высокий разрез на бедре чуть ли ни до талии, не оставлял никаких сомнений в том, что я увижу ее нижнее белье, если она сядет.

Блондинка нерешительно улыбалась, а я мысленно перелистывал каталог красоток, побывавших у меня в пастели, чтобы вспомнить ее. Она, тем временем, села напротив меня, продемонстрировав свое красное кружевное белье. Как это банально и предсказуемо. Доступность просто светилась в ее глазах. Так, пора заканчивать эту ярмарку прелестей. Сегодня, и в будущем у меня в меню другая малышка, которая почему-то не спешит.

– Ты кто? – спросил я вставая.

– Света, – в недоумении ответила блондинка. И я вспомнил ее, на фото рядом с Лизой. Это ее подруга одногруппница, точно. Как я не догадался сразу. Моя скромная девочка постеснялась прийти на свидание к незнакомому мужчине и прислала подругу на разведку. И правильно. Так, наверняка она еще в институте, там ее и перехвачу.

Зазвонил мой телефон, секретарша сообщала последние новости и о том, что бронь на самолет на сегодня в два ночи. Блондинка провожала меня удивленным и непонимающим взглядом, так и не дождавшись больше никаких слов от меня.

Прыгнув в машину за пару минут, подлетел к институту, разгоняя вопящих студентов. Подростков возле здания было много, но девочку, с большим букетом на перевес, видно издалека и … бессмертного молокососа рядом с ней!

Злость закипала во мне жидким ядом! Я, значит, сижу, дожидаюсь ее там, как влюбленный лопух, а она и не думала приходить, хвостом с этой малолеткой крутит!

Пара секунд, и я оказался позади нее.

– Да я смотрю ты бессмертный, или с первого раза до тебя не доходит, – прошипел я побелевшему от страха мальчишке.

Его голос, как гвоздь по ржавому металлу, заскрежетал у меня за спиной. Фраза была брошена не мне, но меня она тоже касалась, это точно.

Я обернулась и встретилась с ним взглядом. Лучше бы я этого не делала. Леденящий холод сковал меня. В его глазах плескались мутные воды, в которых отражались грозовые тучи. Я первый раз видела его таким, да я вообще, в первый раз видела такие эмоции у человека. По его взгляду было понятно, что он готов убить Кирилла, но почему? За что? Что он ему такого сделал?

Но самый главный вопрос для меня был, что ему сделала я?

– Идем, – он грубо взял меня за руку и повел через тротуар к припаркованной в неположенном месте, у обочины, машине.

Я перебирала ножками, едва поспевая за ним, о том, чтобы заговорить, вообще речи не шло. Я послушно бежала за моим темным ангелом наперевес с букетом роз, и тут меня осенило. Может это из-за него, я удостоилась его сногсшибательным вниманием. Ведь букет не мне, а я посмела его присвоить.

Стоп, но ведь он должен сейчас быть со Светой на свидании. Неужели… Я не успела домыслить. Мы подошли к машине, и я без особых церемоний была впихнута на заднее сиденье.

– А где Света? – спросила я робко у него, когда он сел за руль. Он посмотрел на меня через зеркало заднего вида. В его взгляде уже не было столько злости, но появилось что-то другое, что-то, от чего у меня мурашки забегали по всему телу, и внизу живота собрался горячий клубок.

Он не удостоил меня ответом, машина с буксом тронулась с места, а мне оставалась только догадываться куда мы едем, так как мой темный ангел явно был не расположен к общению.

У меня было время подумать над тем, что все-таки происходит, когда я поняла, что мы едем по городу, а не в лес. Не знаю, почему вообще я подумала про лес, про то, что он именно туда хочет меня отвезти. Да, Сергей Волков легко ассоциировался с Серым Волком. Отвезет в лес, а там, растерзает и съест? Я потрясла головой, отбрасывая бредовые мысли. Неужели это все из-за букета, не может быть, и при чем здесь Кирилл. Ужасно хотелось позвонить Светке и узнать, что у них произошло, или они вообще еще не встречались. Но нагнетать и так неспокойную обстановку не хотелось.

Так вдох-выдох. Нужно взять себя в руки. Я ничего плохого не сделала, и ни в чем не виновата, а если произошло какое-то недоразумение, так ведь можно же все объяснить. Еще бы кто-нибудь слушать меня стал или ответом удостоил. Мимо стали проноситься знакомые дома и я, сначала, немного успокоилась, поняв, что он везет меня домой.

Но это только сначала, когда машина остановилась, мое нервное напряжение стало нарастать как снежный ком.

Он смотрел на меня в зеркало заднего вида, и опять этот зрительный контакт, который может разорвать только он, а я лишь, как марионетка деревенею, и смотрю на него взглядом загнанной лани. Именно загнанное в ловушку бедное животное, которое понимает, что его поймали, но еще не знает, что должно произойти.

Мой темный ангел вышел из машины и стал медленно подходить к задней двери, давая мне несколько секунд, чтобы отдышаться. Я замерла в ожидании, весь мой мир замер в ожидании, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Я слышала звук открывшейся двери, но не решалась повернуть голову в его сторону. Его рука потянулась за букетом мимо меня и замерла. Я медленно подняла голову, и сразу же тихо охнула, его красивое, просто идеальное лицо было совсем близко от меня. Но я не видела его глаз, он смотрел в вырез моей блузки. По-моему, там совершенно не на что было смотреть, но я слышала, как он часто и прерывисто дышит, а когда он поднял глаза, меня обдало жгучим расплавляющим желанием.

Да на меня никто и никогда не смотрел так откровенно, но женское начало безошибочно кричало мне, что это желание! И в тот момент, когда я об этом подумала, он впился губами в мою нижнюю губу. Я замерла, смакуя коктейль из новых ощущений.

Его рука поменяла направление и, изучающе прошлась от талии выше, где сжала мою маленькую, но ставшую уже такой чувствительной грудь. Я открыла рот в попытке издать возмущенный вскрик, но в этот момент, как будто только этого он и ждал, его язык погрузился в мой рот. У меня закружилась голова от новизны ощущений, хорошо, что я сидела, а рука моего ангела крепко сжимала меня не дав упасть.

Я сначала робко пыталась повторить движения его языка. Видимо, почувствовав, что я готова отвечать на его поцелуй, а не сопротивляться, он ослабил напор, отдавая инициативу в мои руки, вернее губы.

Но в том то и был весь вопрос, я просто не знала, что делать. Это был мой первый настоящий поцелуй. Да он вообще первый. Никто, никто раньше не касался меня так! Я плыла в этой сладкой реке наслаждения!

Он посасывал мою нижнюю губу, не сильно, но очень волнительно. Но мне все равно не хватало его мощного горячего языка, и я, набравшись наглости, стала робко проникать в его рот. Не встретив сопротивления, я продолжила свой путь, пока не нашла то, что искала. С животным рыком хищника, мой темный ангел подмял меня под себя, и опрокинул на сиденье, спихнув букет под ноги.

Не знаю, как выглядело это со стороны, и видел ли нас вообще кто-то, но в тот момент меня это не интересовало, меня вообще ничего не волновало. Я хотела продолжения, еще и еще, это была другая порочная я, о существовании которой я даже не подозревала, но которую так легко разбудил мой темный ангел. Первая робость и не решительность слетели с меня как снежинки, растаяв без следа. Мне нравилось абсолютно все, что он со мной делал, как целовал, как касался.

И мне … было мало! Я как будто чего-то ждала, какой-то кульминации, логического завершения. И дождалась. Мой темный ангел отстранился.

– Не знал, что моя маленькая девочка такая ненасытная. Но боюсь, моя сладкая, нам надо остановиться, пока я не сделал то, чего делать так быстро не хотел, – каждое его слово, выливалось на меня бокалом холодной воды, и моя уснувшая на время стыдливость неожиданно проснулась, с запозданием проявляясь красно-свекольными пятнами на щеках.

Его умелые руки быстро и заботливо привели мой внешний вид в порядок. Он вытащил меня из машины и поставил рядом.

– Еще раз заговоришь с этим придурком, накажу, – его властный бархатный голос звучал у меня над ухом. Его угроза, странно даже, не пугала меня, а только распаляла во мне желание. Его голос путал мысли, и я плохо соображала.

Он легонько подтолкнул меня, и я потопала в сторону дома. Ступая на ватных ногах, я слышала за моей спиной свист шин удаляющейся машины.

Я медленно подходила к дому и пыталась сосредоточиться на том, как придать своему лицу невозмутимый вид. Но как стереть с лица этот стыд? Что я натворила, как могла себя так вести, это наша первая встреча, почти знакомство, а я … вела себя как, как развратная женщина, я хотела его, желала, и он это знал. И знал, что пожелай он большего, я бы не отказала. Такая же, как и все, легкодоступная для него. А еще думала про других его девушек плохо, а сама, сама ничем не лучше их.

Мой темный ангел, у которого секс, как и еда, наверное, на завтрак, обед и ужин, смог проконтролировать себя, смог остановиться. А я, которая и не целовалась то до этого момента никогда, не смогла. Не смогла сказать ему “нет”, да что там, я сама целовала его, разрешала трогать везде, как …

Поднимаясь по лестнице, я чувствовала, что щеки уже не пылают, но настроение подправить не удалось. На душе было так же паршиво.

Сделав глубокий вдох, я позвонила в дверь, она открылась, и я увидела на пороге маму … всю в слезах.

– Мама, мама, что случилось?

– Лиза, папу увезли на скорой, у него опять сердечный приступ случился.

Она говорила, а сама тихо плакала.

– Когда его увезли? – спросила я, сама быстро прошла на кухню, чтобы поставить букет в воду.

– Час назад уже, а я все никак вещи не могу собрать ему. Руки трясутся, – мама выглядела очень плохо, я накапала ее лекарство в бокал с водой и сунула ей в руки. Убедившись в том, что она все выпила до конца, спросила о том, что нужно еще собрать.

– Документы медицинские на самом верху где-то, поищи сама, дочь, – говорила мама, и голос ее успокаивался.

– Что же ты мне не позвонила сразу? – спросила я, ставя табуретку к шкафу.

– Я что-то не дозвонилась до тебя, – ответила мама и я вспомнила, что поставила телефон на беззвучный, чтобы не раздражать своего темного ангела еще больше.

– Да, я, наверное, не слышала пока ехала. Ну вот, все нашла, едем.

Через пол часа мы уже стояли в приемном отделении, ожидая своей очереди. Мама, посадив меня на лавочку, осталась ждать. Подойдя чуть позже, она сказала мне, что к папе пока нельзя, а вот поговорить с врачом можно, но он на обходе, а потом у них рапорт. В общем ждите, и еще раз ждите.

И мы ждали. Минуты шли просто бесконечно. Я пару раз ходила к аппарату за кофе, а мама периодически штурмовала ресепшен, но новостей все не было.

В очередной такой мой поход, позвонила Света.

– Алло, Лиз, представляешь, что произошло! Ты где? – голос подруги был взволновал и ее, видимо, распирало от невысказанной информации.

– Я в больнице, папу на скорой увезли, – тихо сказала я. В трубке повисла небольшая пауза.

– Может мне приехать?

– Нет, не нужно. Спасибо, Свет. Просто пока ничего неизвестно, а к папе не пускают.

– Ты на занятия завтра придешь? – спросила подруга.

– Да, собираюсь, а что ты там хотела рассказать, что у тебя произошло? – спросила я, хотя догадывалась, о чем она хотела мне рассказать, и сердце забилось быстрее.

– Да так, не важно короче, потом расскажу. Ты как сама, нормально?

– Да нормально, до завтра, – попрощалась я и запихала свои, еще такие живые воспоминания о темном ангеле, подальше в угол моего сознания, где им и место, пока.

Когда я вернулась, мамы не было, а медсестра сказала, что она пошла разговаривать с врачом. Я села на свою лавочку, и нервно стала грызть ногти в ожидании. Время вообще остановилось, как мне показало.

Наконец-то мама вернулась и была уже не такая бледная и заплаканная. Она передала мне слова врача и закончила тем, что все вроде бы не так уж и плохо. Состояние у папы стабилизировалось и, если он будет соблюдать режим и не нервничать, то скоро пойдет на поправку.

Мы с мамой регулярно навещали папу, он следовал всем предписаниям доктора, даже тем, которые считал необязательными, только чтобы мама не волновалась. И уже через две недели, его выписали.

Как только я пришла на учебу, Света сразу выложила мне подробности ее встречи с Волковым. Как оказалось, там и рассказывать то особо не чего было.

– Ты представляешь! – возмущалась подруга, – прихожу я значит в ресторан, вся такая на десяточку из десяти баллов, как в песне поется, леди в красном. На красное кружевное белье еще ни один мужской глаз не ложился. А он мне знаешь, что сказал?

– Что? – замерла я в ожидании.

– А он мне, ты кто? Я так и осела. А он просто встал и ушел. И больше ни слова не сказал, представляешь! Я вообще, если честно, ничего не поняла, – продолжала возмущенно Света.

Зато, начинала понимать я. Так может мой темный ангел ждал именно меня. А как же букет? Я напряглась, вспоминая, а было ли вообще обращение на карточке, вложенной в цветы. Нет, точно не было. Было место, время и краткая подпись, Волков.

Так, допустим букет мне, но Кирилл, он же в кафе сказал, что Волков на Свету запал или он ошибся. Сердце пропускало удары, он ошибся, иначе бы моему темному ангелу не пришлось бы предупреждать его еще раз! Так значит он запал на меня!

Да что это вообще может значит, что я удачно впишусь в список его любовных побед. Уже вписалась, – с грустью подумала я. Так легко, ему, наверное, еще никто не отдавался. Да и захочет ли он вообще продолжения, ведь и так уже все было почти.

Одна часть меня безумно рвалась к нему, хотела продолжения, невзирая на то, чем все это закончится, а другая, хотела оставить все как есть, получать удовольствие от воспоминаний о моем темном ангеле, о его руках и губах, и лелеять робкую надежду на хеппи энд.

А чего хотел мой темный ангел, мне неизвестно. С того дня прошло уже две недели, а он никак не давал о себе знать, а может и не хотел. Папу выписали из больницы, и все пошло своим привычным чередом.

Воспоминания о том дне, я заперла в маленькую шкатулку, которую положила в самый дальний угол своего сознания. И только когда мне было совсем одиноко до тошноты, я мысленно доставала ее, лежа на кровати перед сном, и прокручивала этот момент как видеоклип снова и снова, пока не погружалась в волнительный сон с продолжением моих грез.

Самолет приземлился, выцепляя меня из сна. Какой же сладкий мне снился сон, вернее это просто было логическое завершение реальности. Еще несколько часов назад я сжимал свою малышку в объятиях, и она не сопротивлялась, а даже отвечала мне. Такого поворота я совсем не ожидал и чуть не потерял контроль над собой.

Вообще, в моей голове сложился определенный алгоритм ее поведения, когда она узнает, что должна стать моей. Сначала слезы, возможно небольшая истерика, но потом под моими умелыми ласками, она сдалась бы. Потом делаю ей ребенка, чтобы желание сопротивляться окончательно пропало. Большой дом, детский смех и она, ждущая меня каждый вечер в постели, были пределом моих мечтаний.

Но моя малышка, оказалась гораздо лучше. Такого я точно не ожидал. Сладкая девочка, была такой горячей, что мне хотелось разложить ее прямо там, в машине, не думая о том, что нас увидят, не думая о том, что у нее это в первый раз, в этом я точно был уверен. Возможно, только это меня и остановило, не хотелось, чтобы ее первый раз со мной был таким, впопыхах, в машине. Я смог оторваться от нее только с мыслью о том, что начало положено и скоро, совсем скоро, она будет моей, вся без остатка.

А пока приходилось прятать свой ноющий стояк от рядом сидевший тетки, которая весь полет что-то мне говорила по-немецки. И до которой целый час не могло дойти, что я ни хр…на не понимаю, а когда я закрыл глаза, в попытке заснуть, то продолжал слышать ее голос, только уже приглушенный. Видимо не добившись от меня результата, решила терроризировать соседа, с другой стороны.

В аэропорту меня должен был встречать переводчик, благоразумно присланный немецкой фирмой. Я стал перебирать взглядом череду табличек с именами прилетевших и наконец-то, выцепил свое.

Я поднял глаза и охр…ел!

Передо мной в двадцати метрах, с табличкой, на которой было мое имя стояла … ЛИЗА!

От неожиданности я впал в ступор, и в глазах даже помутилось. Через несколько минут, придя в себя, я сфокусировал свое зрение и медленно зашагал вперед. Чем ближе я подходил, тем легче становилось дышать.

Это не она! Но сходство, просто поразительное! Я еще больше замедлил шаг, чтобы получше рассмотреть девушку. Она была старше Лизы, и самое главное различие, которое бросалось в глаза это ее грудь, слишком большая, чтобы быть натуральной. И цвет волос был светлее. Она была скорее взрослой женщиной, тогда как Лиза была еще маленькой девочкой, но это ненадолго, ухмыльнулся я, вспоминая нашу последнюю встречу с ней.

Девушка восприняла мою улыбку на свой счет и улыбнулась в ответ, но, как мне показалось, улыбка была, тоже искусственной.

– Здравствуйте, мистер Волков. Моника. Я буду вашим переводчиком, на время вашего пребывания здесь. И меня просили проводить вас в отель, где вы будете проживать, – представилась девушка.

– Можно просто, Сергей, – ответил я. Девушка продолжала улыбаться и пригласила следовать за ней, но я почему-то, все равно чувствовал какую-то сдержанность в отношении меня, и даже неприязнь. Со стороны девушек, да и вообще особ женского пола всех возрастов, я никогда такого чувства не испытывал. Они все как на подбор пытались добиться моего внимания, а эта нос воротит.

Ну да ладно, не за этим сюда прилетел, надо сосредоточиться на работе и всеми усилиями выбить из немцев продление договора на поставку оборудования. Я вообще, не понимаю, почему они в отказ пошли. Клиенты мы надежные, закупки у нас оптовые.

– Когда будет встреча с директорами? – спросил я у Моники, когда мы подошли к ее автомобилю.

– Вас уведомят, – ответила паршивка, даже не взглянув в мою сторону.

Обычно, меня возбуждали автоледи, но эта просто выбешивала. Переводчица какая-то фигова, а ведет себя как генеральный директор, не меньше.

Когда мы приехали в отель, и я стал заниматься регистрацией, оказалось, что дело было не в пигалице-переводчице, а во всех немцах. Слышав от меня русскую речь, все как один, принимали надменный вид. Так и хотелось по роже съездить, как раз у меня давно уже тренировки не было.

Чтобы снять нервное напряжение, в котором я сейчас находился, мне нужен был либо спортзал, либо секс. Второй вариант мне нравился гораздо больше, вот только девочка моя далеко была, да и секс мне нужен был сейчас жесткий, а не ванильный. А до жесткого секса с ней еще далеко.

Почувствовав прилив возбуждения, я быстро ретировался с ресепшна. Войдя в номер, первым делом отправился в душ. Холодные струи воды делали свое дело. Тело расслаблялось и дискомфорт от проведенных часов в самолете тоже прошел. Только вот мысли продолжали роиться вокруг одной сладкой девочки.

– Ох, Лизочка, ты меня с ума сведешь! – сказал я сам себе улыбаясь. Видимо, в спортзал придется идти прямо сейчас, заснуть я все равно не смогу и, собрав вещи для тренировки, вышел из номера в поисках спортзала.

Нашел я его на верхнем этаже, и был приятно удивлен. Он был раза в три больше, чем мой. Свой, я конечно и открывал, для того чтобы самому заниматься, да ребятам своим, не рассчитывая на большую прибыль. Но здесь все было очень продуманно, по зонам. Я для себя тоже пару заметок сделал.

Ко мне подошел накаченный мужчина, видимо, тренер. Он сказал мне что-то, но я ничего не понял. Увидев, что я никак не среагировал, он спросил меня, понимаю ли я по-немецки. Я покачал головой, и тренер тут же обернулся, видимо в попытке кого-то пригласить, но в конце я сказал "нет" и он сразу же посмотрел на меня.

– Вы русский? – спросил он меня на русском.

– Да, – ответил я с нескрываемым удивлением. – Вы тоже?

– Да, родом из России, родители потом сюда переехали, – ответил он мне и как-то повеселел даже.

– Я смотрю, русских тут не очень-то жалуют.

– Да, они вообще, честно говоря, кроме своих, особо не любят никого, так что привыкайте.

– Это они, ко мне пусть привыкают, я подстраиваться ни под кого не собираюсь, и можно «на ты», Сергей, – протянул я руку тренеру.

– Денис, – он пожал мне руку в ответ. – Я смотрю, ты занимаешься.

– Да, дома свой спортзал. Форму стараюсь поддерживать, да и пар выпустить. Работа нервная, – усмехнулся я.

– Понятно, ну тогда показывать тебе ничего не буду. Если что нужно, спрашивай. У нас здесь народу обычно много не бывает, поэтому приходи в любое время. Ты у нас надолго? В смысле в отеле, – спросил он у меня.

– Надеюсь, что нет, но все может быть, – я и вправду не знал, насколько затянется моя командировка, но очень надеялся, что ненадолго.

Выбрав для себя два тренажёра на разные группы мышц и беговую дорожку, начал интенсивно прокачивать свое тело.

Занимался спортом я на автомате, а мозг работал в своем режиме, просчитывая варианты исхода встречи с немецкими директорами. И опять меня не отпускала мысль, что что-то идет не так. Что существует какая-то подстава, в чем пока я не могу разобраться. Но обязательно разберусь. Было ощущение, что встречаются они только лишь из-за уважения ко мне, так как знал я их лично, и отношения у нас в начале работы были вполне доверительные.

Измотав свое тело почти до предела, я позволил себе немного отдышаться и отдохнуть, сидя на тренажёре и опустив голову.

Все, теперь в душ и можно поспать пару часиков до ужина. Мышцы приятно тянуло, и я шел, в предвкушении контрастного душа.

– Даааа! – прохладные струи воды таранили напряженное, накаченное тело.

Я уперся ладонями в холодный черный кафель, подставляя под воду голову. А мысли опять неслись к моей сладкой девочке. Как только мозг переставал быть загруженным рабочими моментами, Лиза сразу же возвращалась в мою голову, а мысли о ней, как правило, заканчивались стояком, как и сейчас.

Выругавшись, я вышел из душа, и что бы вытрясти из головы эти мысли начал интенсивно растирать ее полотенцем. Поэтому не сразу сообразил, что женский вскрик раздался недалеко от меня.

Я убрал полотенце, и увидел Монику, которая скользнула взглядом по моему телу вниз и с открытым ртом стала пялиться на мой стоячий член.

Я обернул полотенце вокруг своих бедер и вопросительно посмотрел на Монику.

– Я … У вас … Это … Открыто просто было. Я стучала … Вы не отвечали, – мямлила себе под нос переводчица.

Я наслаждался ее замешательством. Вся ее немецкая спесь слетела как по команде. Увидев меня во всей красе, так сказать, она, видимо, поменяла свое мнение обо мне. А я, нисколько не смутившись, прошагал к мини бару, открыл себе бутылку минеральной воды, и с наслаждением сделал большой глоток.

– Что у вас? – спросил я у все еще стоявшей в дверях девушки.

– Меня просили передать вам, что встреча состоится завтра в 10:00, – первое замешательство у нее прошло, и она опять перешла на деловой тон.

– Это для вас не слишком рано? – в ее голосе чувствовались нотки сарказма.

– Да уж постараюсь не проспать, – ответил я, и стал усаживаться на диван, включая телевизор, и показывая тем самым незваной гостье, что разговор окончен. Я чувствовал, как она возмущена моим пренебрежением, но ничего не могла с этим поделать.

– Тогда я заеду за вами завтра в девять, – Моника резко развернулась на каблуках и вылетела из номера.

Ну вот все и стало на свои места. Девочки хотят, а мальчикам … нельзя. Боже мой, Лиза, когда же ты моей станешь наконец-то, по-настоящему.

Сдерживать себя от секса с каждым разом становилось все труднее и труднее. Тем более, что с Лизой, начало было положено, и, получается, что, если я трахну кого-нибудь, это уже вроде как бы измена. А трахаться хотелось до боли в яйцах, можно просто отсос, тем более там делов-то, на две минуты.

Теперь уже было непонятно кто виноват в моем стояке. Воспоминания о моей сладкой девочке или силиконовая бестия, так похожая на нее. Чееерт, хоть опять в спортзал беги. Мои мышцы, протестующе заныли, и я опять нырнул в душ.

После ужина я позвонил Максу, узнать, как дела и сказать, что я устроился, а встреча с директорами завтра в 10:00

– Да все нормально у нас, есть один неприятный момент правда, но я его уже решил, – отвечал он мне довольным голосом, типа, не переживай босс, без тебя у меня тут все под контролем.

Я сразу же напрягся, зная Макса, «под контролем», это вообще не про него. Но не хотел обижать друга, вдруг и вправду ничего серьезного, поэтому голосом не выдал свои эмоции и как можно непринужденнее спросил:

– Что за момент?

– Главный бухгалтер у нас в отпуск на месяц попросилась, говорит, там у нее личные моменты какие-то. Ну я отпустил, тем более она замену нашла на это время. Не переживай, все путем. Я же говорю, все под контролем, – рассказывал Макс все таким же довольным голосом.

– Твою ж мать! Макс! Она же уже была в отпуске, два месяца назад только, – басил я в трубку. Вот и начинается клубочек развязываться, а крысы с корабля побежали.

– Так, узнать срочно, где она, всю личку ее подними. Контакты последние проверить за квартал. Подключи юриста, пусть срочно бухгалтерию всю поднимают и на проверку, – мозг работал на автомате, как машина, и только тут я сообразил, что Макс, видимо, не поспевает за моими мыслями, так как из трубки слышались только невнятное мычание и сопение.

– Макс, ты слушаешь? – попытался сделать голос чуть спокойнее, не срываясь на друге.

– Да, слушаю. Ты думаешь, это с твоей поездкой как-то связанно?

– Не с поездкой, а с отказом в продлении договора, я так думаю, но лучше бы я ошибался. На всякий случай, узнай, как надавить на нашу главбушку, если что. Завтра встреча, на ней все должно решиться. Будь на связи, и не бухай! – добавил я напоследок и так невеселому товарищу.

– С тобой побухаешь. Только улетел, уже задания раздаешь. Ладно, понял, все сделаю, – ворчал недовольно Макс, но я в нем не сомневался. Раз сказал, значит, все сделает.

Всю ночь я ворочался без сна. Мысли выстраивались у меня в голове как карточный домик. Когда информация не стыковалась, домик рушился, и я выстраивал новый, исходя из того, что уже имел. Я просчитывал все варианты исхода нашей встречи с немцами, но то, что я услышал, повергло меня в шок.

Голова гудела от бессонной ночи, лишь к утру я забылся тревожным сном. В нем я был в душе, прохладная вода струилась, расслабляя, и тут Лизины руки медленно обхватили меня. Ее нежные ладошки начинают блуждать по моему телу возбуждая, а ее ротик нашептывает что-то мне прямо на ухо, едва касаясь его губами. Ее руки спускаются ниже, как будто я даю им негласную команду. Тоненькие пальчики пытаются обхватить, уже ставший таким огромным член. Я закрываю глаза и откидываю голову, уже не слыша ее голоса. Но прекрасно чувствую, что ее маленький ротик уже заменил ее пальчики, а острый язычок порхает по моему большому члену, явно неподходящего для нее размера. И вот, он все-таки проникает ей в рот, и она начинает его посасывать, обводить язычком по спирали, вверх и вниз и, наконец, заглатывает его весь, сжимая яйца. Я уже близок к кульминации, но все-таки, еще не окончательно расставшись с разумом, вдруг понимаю, что это слишком профессиональный минет, для моей маленькой неопытной девочки. Я опускаю голову вниз и застываю. На полу, у моих ног сидит Моника и с удовольствием обслуживает мой член.

Я просыпаюсь в семь, в поту и со стояком. Мой биологический будильник не подводит, как всегда.

День начинается как во сне, с душа, но только на коленях передо мной никто не сидит.

– Черт! – чувствую себя, как будто только что дембельнулся. Делаю воду похолоднее и направляю мысли в рабочее русло.

В 7:30 я уже был готов, и выглядел на все сто, как будто и не было бессонной ночи. Теперь нужен комплексный завтрак и до вечера можно работать не отвлекаясь.

Вчера в ресторане за ужином, у меня проблем не было, я просто выбрал два блюда из предложенных мне услужливым официантом, который говорил, как мне показалось, на всех языках, кроме русского. Кое-как я все-таки смог ему объяснить, что мне нужен суп, не важно какой, и мясо, не важно какое. Когда он усвистал, я подумал, что нужно было все же уточнить на счет супа, а то принесет сейчас каких-нибудь соплей из морепродуктов, но все обошлось. Блюда оказались вполне съедобными и без экзотики. Но завтрак мне нужен был плотный и комплексный, без всяких там блинчиков и баварских сосисочек, и, черт возьми, как я объясню это официанту.

Спасение пришло в виде тренера Дениса. Он понял мои пожелания и объяснил их официанту.

– Если что, зови официанта Али, он как-то с русской девушкой в интернете познакомился. Меня просил подучить немного. Он с ней недолго общался, сам понимаешь, сиськи показала, да и все на этом. Так что обширного лексикона от него не жди, – рассказывал Денис с улыбкой на губах.

– Понятно, спасибо, – ответил я, тоже улыбаясь.

Когда с завтраком было покончено, я глянул на часы. Было 8.30, Моника приедет только через пол часа, и тут у меня в голове родился коварный план проучить эту заносчивую стерву.

Я попросил на ресепшене вызвать мне такси. Таксист оказался не немцем, но и не русским. Набрал в гугле нужный адрес и показал ему. Водитель закивал.

Времени поездка заняла немного, и уже через пол часа автомобиль остановился. Я с сомнением выглянул в окно, мало ли что, может, кивание таксиста ни о чем не говорило, может, он сам себе кивал, мол «понял-понял», а сам ни черта не понял.

Но волновался я напрасно, высокое здание с логотипом немецкой фирмы возвышалось передо мной. Расплатившись, я направился к зданию.

– Волков, – бросил я, обратившейся ко мне девушке на ресепшене. Больше объяснять ничего не пришлось.

Меня проводили в большое помещение с панорамными окнами. В просторном кабинете из мебели присутствовал только длинный овальный стол. Он был светлый, как и стены, и стулья рядом с ним.

Девушка, проводившая меня, видимо, знала, что я не понимаю по-немецки, поэтому предложила чай, кофе, воду по-английски. Мой английский со словарем, помог мне это понять, и я попросил кофе.

Через некоторое время в кабинет вошла небольшая группа людей. В их числе были два директора, которых я знал лично, и встал, чтобы поприветствовать их. Они, видимо, тоже сразу меня узнали и подошли.

– О, Сергей! – мое имя, это единственное, что они знали на русском, поэтому начать переговоры без переводчика мы все-таки не могли. А переводчица не заставила себя долго ждать. Вся растрёпанная и раскрасневшаяся она влетела в переговорную. Моника обшарила своими горящими глазами кабинет в поисках меня.

Если бы можно было убивать взглядом, она бы это сделала. Ее глаза, просто молнии метали, и не найдя на моем лице и тени раскаяния, так и осталась стоять с открытым от изумления ртом.

Но тут ее из стопора вывели полившиеся на нее расспросы и выражение злости на ее миленьком лице, стало очень быстро меняться, на выражения стыда. Она что-то бубнила на непонятном мне языке, видимо извинения. В грозной речи директоров, которые говорили попеременно проскальзывали слова, не требующие перевода, типа некомпетентность.

Я даже и не собирался защищать эту дуреху, хотя это было в моих силах, просто не хотелось и все. Пусть знает свое место.

Это все меня просто забавляло и как не странно … возбуждало. Я даже смутился от непонятной в этой ситуации реакции, но тут у меня все срослось. Грубая немецкая речь, виноватая красотка, ну чем не начало для хорошего порно. Так, Волков, пора завязывать, дожили, все мысли о сексе. Твою ж мать! Сегодня же проститутку вызову. Думал я, растирая виски.

Из невеселых мыслей меня выдернул тихий голос Моники.

– Мистер Волков, мы можем начинать? – спрашивала она, а я нарочно держал паузу, наслаждаясь ее замешательством. Потом решил, что хватит с нее, и так уж чуть не плачет, и кивнул.

Первый, и самый главный вопрос, который меня интересовал, это почему они не хотят продлевать договор на поставку оборудования. Я просто офигел, когда услышал ответ немецкой стороны, который перевела мне Моника.

Оказывается, по оплате с нашей сторон, всегда происходили задержки, и, когда их терпение было на исходе, в самый последний момент, деньги все-таки приходили. Они много раз пытались связаться со мной лично, но я, якобы, всегда был занят, и их кормили завтраками, что я типа в ближайшее время обязательно свяжусь с ними. Но так как ни ответа, ни привета от меня они так и не дождались, договор подлежит расторжению.

Ну вот и сложились все недостающие элементы мозаики. Главбушка, сукааа! Как она удачно сквозанула, думает, не достанем. Не подвела меня моя интуиция. Ну с немцами я сейчас все разрулить попробую, а вот что там у нас по фирме она натворить успела. Надеюсь, Макс не затупит, и все как надо сделает.

Это был главный и единственный вопрос, чем были недовольны немцы и это же являлось причиной расторжения договора. Услышав от меня объяснения, и увидев мои рассвирепевшие глаза, они, тоже были удивлены и предложили разобраться во всем детально, поднять и сверить все платежные документы и документы поставок.

Я согласился. Такого рода проверка, не составит никакого труда. Все копии нужных нам документов мой юрист сможет выслать прямо сюда. Вопрос заключался в другом, это значительно увеличит срок моего пребывания здесь, а это в мои планы не входило.

– Лиза, так ты что, согласна? – упрашивала меня в очередной раз соседка. Марина вот уже несколько месяцев подрабатывала официанткой в ресторане, который недавно открылся недалеко от нашего дома.

Ресторану постоянно требовались молоденькие официантки на вечернее время, когда посетителей становилось много, а моей соседке очень не везло со сменщицами. То воровками оказываются, то опаздывают все время, а некоторых, вообще, прямо из ресторана, не отработав смены, клиенты увозят, по обоюдному согласию конечно.

– Ну, Лиза, соглашайся. Я в тебе уверенна, ты не подведешь, – продолжала уговаривать подруга.

– Да и деньги лишними не бывают.

Да, деньги мне нужны были как никогда. Папа, после больницы, еще долго на больничном сидел, потом в отпуске, а потом мы на семейном совете решили, что достаточно ему работать. Денег всех не заработаешь, да и здоровье дороже. Да и до пенсии ему недолго осталось, как-нибудь проживем.

Но, как оказалось, жить на мамину пенсию и небольшую подработку, не так-то просто. Денег катастрофически не хватало, экономить приходилось абсолютно на всем.

Даже моя бесплатная учеба постоянно требовала каких-то денег. Книги, методички, а во время сессии, так вообще, перед каждым зачетом и экзаменом скидываться приходилось.

В общем, над предложением Марины я недолго думала. За каждую смену платили прилично. Работа «два – через два», поэтому с учебой совмещать можно.

– Ладно, Марин, я согласна. Когда выходить можно? – обрадовала я соседку.

– Да хоть завтра. Пораньше придем, чтобы тебя оформить успели, а остальное все в процессе донесешь, – трещала радостно соседка.

Родители, поначалу, были против, но потом поддались на уговоры. Ресторан рядом, и добираться не одной, а вместе с соседкой, и деньги нам сейчас не помешают, да и мне пора к работе и самостоятельности привыкать. В общем не работа, а сплошные плюсы.

Но как оказалось потом, минусы в работе все же были.

– Да ладно, ты на работу выходишь? А как же кафешки, шоппинг, личная жизнь, в конце концов?! – причитала Света.

– Ты как все успевать то будешь? А учеба? Запустишь ее, а потом и до вылета недолго. С бюджетниками не церемонятся, сама знаешь, – не унималась подруга.

По поводу учебы она нисколько за меня, сколько за себя переживала. Наша дружба, и строилась то изначально на плодотворном одностороннем сотрудничестве. Я делаю, она списывает. По магазинам она меня с собой таскала, чтобы я ее, и без меня сформировавшееся мнение, одобрила. Да и скучно одной ходить. В общем как ни крути, а в нашей паре Света была доминантном. И сейчас этот эгоистичный доминант пытался отговорить меня от ненужной, по ее мнению, траты времени.

Понять нашу нужду в деньгах Света вряд ли сможет (с ее то образом жизни и такими богатыми родителями), да и не очень-то хочется ее во все это посвящать. Поэтому свое желание работать, я обосновала, в первую очередь, стремлением быть самостоятельной.

– И когда наша самостоятельная бизнес-леди к работе приступает? – пыталась шутить подруга, так как все-таки не воспринимала ее в серьез.

– Уже сегодня. После учебы сразу оформляться иду, и выхожу на смену.

– А там вам и форму что ли выдадут? – не унималась подруга, подпиливая свой и без того идеальный маникюр.

– Вроде бы должны выдать какую-то, – отвечала я, и чувствовала, как румянец от стыда начинает загораться на моих щеках, от того, что все-таки нужда, в первую очередь, толкает меня на работу.

– Ну сделаешь селфи потом, – заулыбалась Света, – смотри чулки не надевай, а то форма поди, коротенькая совсем. У мужиков ведь это сексуальная фантазия номер три, после медсестры и стюардессы. Оглянуться не успеешь, как окажешься зажатой в туалетной кабинке. Ты ведь не так себе первый раз представляла, – продолжала хихикать Светка. А мне как-то смешно совсем не было. Я, честно говоря, с этой стороны, про свою работу вообще не думала, а зря, как оказалось потом.

Но тут, в аудиторию вошел преподаватель, и мысли нехотя перешли на тему лекции.

После учебы, забежав домой перекусить и переодеться, я помчалась к уже поджидавшей меня соседке.

– Ну что, все взяла? Тогда идем. Опаздывающих у нас не любят. Сразу вылетишь, – и мы зашагали в сторону ресторана.

По пути Марина объясняла тонкости работы официантки. Что нужно делать, чтобы побольше чаевых заработать, как не перепутать заказы, и самое главное – не возмущаться, если к тебе приставать начнут или даже лапать.

Вот тут я собиралась возмутиться, и даже остановилась. Но соседка быстро перевела тему на то, как она много в прошлом месяце заработала, и, услышав такую сумму, я моментально забыла про все остальное.

Администратор, которая принимала меня на работу, оказалась очень неприятной женщиной. Ей было далеко за сорок, но она настойчиво хотела это скрыть за вызывающим макияжем. В одежде, видимо, был дресс-код, поэтому многого она себе позволить не могла, зато пуговички на белой блузке были расстёгнуты максимально. Она, почему-то, оценивающе медленно стала глазеть на мою фигуру и вынесла вердикт «Подходит».

– Все оставшиеся документы потом принесешь, – продолжала женщина строгим голосом. И ее голос показался мне тоже неприятным.

Марина повела меня в комнату, где все девочки переодевались. Форма оказалась вполне приличной. Розовое платьице с коротким рукавом, которое застегивалось на пуговки до самой шеи и белый передник. Длина юбки была чуть выше колен. Я переоделась, подняла свои длинные волосы в конский хвост и осмотрелась. Комната для персонала была просто крохотной. Сплошные шкафы, которые были забиты разными вещами и маленький столик, видимо, для перекусов. Зато зеркало, которое висело прямо на двери, было просто огромным, почти во всю дверь. В нем я и увидела свое отражение. Выглядела я очень даже миленько, а практически полное отсутствие косметики делало меня еще моложе. Все везде прикрыто и ни намека на распущенность.

Ну, к такой девочке, точно никто приставать не будет, подумала я, но это было лишь мое мнение.

– Я готова, идем, – сказала и обернулась к Марине. И тут я поняла, почему Света назвала форму официантки сексуальной фантазией номер три. Марина была выше меня, а большой бюст только еще сильнее подтягивал и без того коротенькое для нее платье вверх. Если бы она покружилась, то трусиками своими сверкала бы во все стороны. А про декольте, я вообще молчу. Пуговички, которые я предусмотрительно застегнула до самой шеи, у Марины были расстёгнуты почти до пупка, и все что она хотела показать, можно было рассмотреть, особо не напрягаясь.

– Я тоже уже готова, сейчас, только туалеткой сбрызнусь, – и она надушила себя везде, и даже «там», одной ей известно для каких целей.

Поначалу все шло вроде бы неплохо, Марина постоянно страховала меня и не давала запутаться в заказах. Самым сложным для меня оказалось, научиться быстро ориентироваться в меню. Девочки вообще сказали, что его надо выучить, чтобы от зубов отскакивало. Сделать это, когда видишь меню в первый раз, крайне сложно, хоть я и старалась. Хорошо еще, что вопросов от клиентов типа «а что вы посоветуете», я не услышала, потому что посоветовать что-то, я реально не могла.

Ближе к вечеру начала уставать. Ноги стали отчаянно гудеть, хоть и были в балетках. Пару раз я перепутала заказы. Если в первый раз я отделалась извинениями, то во второй раз, их уже было недостаточно.

– Эй, краля, мы свой заказ и так полчаса ждали, так ты его еще и напутала, – возмущался один молодой человек из компании уже изрядно подвыпивших мужчин.

Я вообще не люблю критику, но, когда на меня кричат, просто в ступор впадаю. Так и сейчас вышло. Я что-то там бормотала, пыталась извиниться, но на парня это вообще никак не действовало.

– Да ладно тебе девочку пугать, смотри какая милашка, – высказался мужчина, который сидел ближе всех ко мне, и его рука нагло, поглаживающими движениями поползла вверх по ноге. Миновала колено и стала забираться под юбку.

– Ну-ка посмотрим, что у нас здесь, – я даже не успела понять, как все произошло. Он резко встал, схватил меня своими огромными ладонями, за мои, почти голые полушария попы под юбкой, и прижал к себе.

Я в ужасе барабанила его по груди, которую, как мне показалось, нельзя было пробить ничем. Легкие у меня сдавило, а из открытого рта не могло вырваться ни единого звука, как я не старалась.

– Какая сладкая дикая кошечка, – смеялся мой мучитель под одобрительные свисты и выкрики его друзей.

Я чувствовала, как силы меня покидают, а он лишь воспользовался этим и плюхнулся обратно в кресло, утаскивая меня за собой. Его руки на моей попе придали мне ускорения, и он с силой вжал меня в себя. Я взвизгнула, почувствовав его огромный член у себя между ног, и, если бы не его джинсы и мои трусики, девственницей я бы уже точно не осталась.

Я со всей силы влепила ему пощечину, и попыталась замахнуться другой рукой, но мои руки были схвачены и заведены за спину так, что я ими не смогла уже больше воспользоваться. А моему мучителю все было мало. Одной своей огромной лапищей, он держал мои руки за спиной, а другой, двигал меня за талию, имитируя половой акт, а губы безуспешно пытались поймать мои для поцелуя.

Не знаю сколько бы это продолжалось, но спасение пришло в виде молодого человека и двух-амбалов, вышибал за его спиной.

– Отпустили девочку, быстро, иначе догуливать будите у подъезда на лавочке, – грубо бросил им мой спаситель, а два амбала за его спиной начали движение в нашу сторону.

Заметив реальную угрозу, компания резко затихла, а вот мой мучитель, видимо, не испугался совсем. Размерами, вышибалам он не уступал, поэтому и чувствовал себя уверенно. Но хватку явно ослабил.

– Ну что ты, малыш, тебе разве не нравится? Хочешь, чтобы я тебя отпустил, – он поднял мой подбородок так, чтобы я посмотрела ему в глаза.

– Да! – закричала я ему в лицо, а он лишь ухмыльнулся и легко, как будто я ничего не весила, поднял меня с себя и поставил рядом. А у меня пролетела мысль, что он и вправду сделал это не потому, что ему угрожали два шкафа, а потому, что наконец-то понял, что мне все это крайне неприятно.

Я стояла в замешательстве. Куда же мне теперь податься. Молодой человек, который пришел с охраной, а вернее она с ним, буравил взглядом пьяную компанию. У него был такой вид, как будто он хозяин заведения, да и всей жизни тоже. Одет он был в стиле «золотой молодежи». Молодой человек, был не совсем в моем вкусе, хотя об этом речь вообще и не шла, зато в качестве спасителя подходил по всем пунктам. И я маленькими шажками попятилась в его сторону. Проходя мимо амбала, я только сейчас заметила у него бейдж нашего заведения, освещение было тускловатым, и с меня медленно, но уверенно стал стекать липкий и вязкий страх, как сгущённое молоко со стенок банки.

Когда я подошла почти вплотную к этому молодому человеку, он сказал мне не глядя.

– Иди в раздевалку и жди там, без тебя разберемся, – я не успела подумать о том, почему он сказал мне именно это, к нам уже подбежала Марина, завалив меня вопросами. Я позвала ее в раздевалку, на ходу сообщая, что все расскажу там. Пока мы шли туда, оборачиваясь, я пыталась уловить суть продолжающегося за нашими спинами разговора. Но до нас долетали лишь обрывки фраз, так как хоть и разговаривали они на повышенных тонах, музыка заглушала многое. Но суть я в принципе уловила, до драки, слава Богу, не дойдет.

– Ты чего, там такого натворила? Охрана даже прибежала! – возмущалась раскрасневшаяся Марина.

– Да там так получилось, я заказ напутала, а тот, здоровый такой, приставать ко мне начал, – пыталась я объяснить недовольной соседке.

– Этот здоровый, наш постоянный клиент! Ему все, все можно! Даже если он тебя трахнуть захочет, хотя об этом все наши девчонки мечтают, а он этого никому и не предлагал! Поняла! – Марина уже кипела, а я, выслушивая ее нотации, тоже начинала закипать, но вставить хоть словечко в ее браваду, все равно не успевала.

– Все! Теперь вылетишь, точно. Сами еще как-нибудь замяли бы. Подлизались бы к нему, он любит ласковых. Но это все директор видел! Тут не скроешь! Блин Лиза! И дня одного не продержалась! – возмущению ее не было предела и, когда она затихла, я хотела начать оправдательную речь, но опять неудачно.

Дверь открылась, и на пороге появился мой спаситель.

– Максим Викторович, – пропела, приосанившись, моя соседка.

– Ты новенькая, да? Первый день работаешь? – спрашивал он у меня, а я с запозданием, начинала понимать, что этот молодой пижончик и есть наш директор.

– Да, – прошептала я. – Извините, я там с заказом напутала, поэтому так вышло … – начала лепетать я в оправдание, а у самой щеки стали краснеть, да и не только щеки. Вся я покрывалась стыдом от воспоминаний о том, что директору пришлось лицезреть мой зад, чуть ли не голый, а про позу, в которой я восседала на мужчине, вообще молчу. Провалиться на том же месте хотелось.

– Да ладно, с кем не бывает поначалу. Привыкнешь. Это ты извини. Охрана у нас хорошая, только реагирует очень медленно, – улыбался мой босс. – С пьяными нечего церемониться, чуть что, сразу охраной пригрози, а если не помогает, сразу парней зови. Все поняла?

– Да, – ответила я, растерявшись еще больше от такого внимания к моей незначительной персоне официантки.

– Так, пять минут на то, чтобы прийти в себя и попудрить носик и все, на выход, клиенты ждут, – он сказал это, в приказном тоне, но, улыбнувшись мне в конце, разрядил обстановку, и я как-то немножко стала расслабляться.

– Повезло тебе, подруга, – соседка явно была удивлена таким поведением своего босса. – В первый же день двух мужиков охмурила, да еще каких, – и тут в голосе Марины уже сквозила неприкрытая зависть.

– Да с чего ты взяла, один просто пьяный был, а другой, выполнял свою работу.

– Ладно, я работать пошла, мне же таких поблажек никто делать не будет. «Попудрить носик». И ты мне еще будешь говорить, что он на тебя не запал, – хохотнула Марина и вышла из раздевалки.

После ее ухода, я села на стул и попыталась привести в порядок себя и свои мысли. Слова Марины, как ни крути, меня задели. Раньше у парней я вообще спросом не пользовалась, да и не больно-то и хотелось. В моих мечтах был всегда только один мужчина, а после того, как он обратил на меня внимание, я вообще поплыла, ничего и никого вокруг себя не видела. Но к моему великому разочарованию, увлеченность моего темного ангела мной была слишком быстротечной и после того случая с букетом цветов и сногсшибательным поцелуем на заднем сидении его авто, он так и не появился, и даже никак не дал о себе знать. И как бы я не хотела продолжения, от меня, увы, ничего не зависит. Но вот мой первый рабочий день, и сразу же столько внимания.

Пьяного мужчину в качестве ухажера вообще рассматривать нечего, хотя …, если вспомнить, что говорила про него Марина. Постоянный клиент, любимец девчонок, а вниманием только меня удостоил, наверное, как раз сегодня он и перепил. Отбросив страхи, которые накрыли меня в тот момент, я попыталась вспомнить, как он выглядел, и пришла к выводу, что выглядел он, на удивление, очень даже неплохо. Мужчина был огромного роста с телом атлета, он с легкостью поднимал меня своими большими руками. Блондин с голубыми глазами и правильными, классическими чертами лица. Я вспомнила его губы, которые были так близко от меня и которыми он так безуспешно пытался меня поцеловать и то, как он с легкостью отпустил меня, узнав, что я против, и у меня от этого побежали мурашки по спине.

Да, черт возьми, он хорош! Ничего не попишешь.

Так, что там по второму ухажеру, рассуждала я как заправская сваха, от чего самой даже смешно стало. Максим Викторович, мой спаситель, по совместительству, как оказалось, еще и мой босс. Он, конечно, был гораздо моложе, и не такой красавчик, но что-то, все равно в нем цепляло, мальчишеский задор, что ли, и то, как он уверенно держится в качестве директора.

Проведя параллели, я поняла, что, никто из них даже в подметки не годится моему темному ангелу. На этом я мысленно захлопнула каталог женихов, и отправилась покорять ресторанный бизнес, хоть и в качестве официантки, пока.

Улыбка еще блуждала на моем лице, когда я открыла дверь, и застыла на месте как вкопанная.

Привалившись плечом к стене, стоял наш «постоянный клиент», и мило беседовал с Мариной, та, в свою очередь, таяла от его улыбки, как эскимо, которое оставил на лавочке забывчивый малыш. Она то и дело выгибала спину, в попытках привлечь его внимание к своей груди, от этих плавно-поступательных движений в его сторону, ему приходилось обращать внимание на то, что так щедро предлагала моя соседка, но, увы, не вызывало должной реакции у красавца.

В том, что он действительно был красавцем, я окончательно убедилась, при ярком свете холодных ламп электрического освещения. У него было идеальное тело, над которым он, видимо, работал постоянно. Одежда была соответствующе подобрана для того, чтобы женская половина человечества не упустила ни одной накаченной мышцы его идеального торса. Облегающая белая футболка и светлые джинсы в тон. И на этом светлом фоне ярко выделялась огромная черная пряжка ремня с изображением головы льва, глаза которого горели зелеными огнями. Можно было даже подумать, что это драгоценные камни. Она явно притягивала взгляды к себе и к месту чуть ниже, где гордо топорщилось его достоинство, видимо, внушительных размеров. И тут меня опять окатило стыдом, как кружкой холодной воды. Я же точно знала, что достоинство у него большое, вернее сказать, почувствовала.

И тут он поднял голову, и увидел меня, с красными, как у клоуна, щеками.

– Беги, давай, Мариш, – и он отвесил ей шлепок по мягкому месту, тем самым указав ей направление, в котором она должна была уйти. На что моя соседка недовольно надула губки, но спорить, благоразумно не стала.

Он медленно стал подходить ко мне, а я, с такой же скоростью, двигалась в обратном от него направлении, пока не уперлась спиной в закрытую дверь раздевалки. И только сейчас я с разочарованием вспомнила, что открывается она наружу, а это значит, что сбежать от него, закрывшись в раздевалке, я теперь точно уже не смогу.

Коридорчик был очень узкий и, когда он подошел, почти вплотную, нависая надо мной как огромная скала, я оказалась в ловушке.

Страх, который я совсем недавно успела подавить и успокоить в себе, моментально вырвался наружу, превратив меня в маленького хомячка, которого вот-вот проглотит огромный удав.

– Ты так на меня смотришь, как будто я удав, а ты маленький зверек, которого я хочу съесть, – сказал он негромко, глядя мне прямо в глаза.

Черт, он что, мысли мои читает! Я пыталась что-то сказать, но у меня опять ничего не получалось. Так меня скоро все за немую будут принимать.

– Вообще-то я с извинениями, малыш, – он стал наклоняться, и расстояние, между нами, неумолимо сокращалось. Он завладел моими губами в легком поцелуе, это был даже не поцелуй, он просто потерся своими губами о мои, и выдохнул свое горячее дыхание в мой приоткрытый рот. Вспоминая свой первый поцелуй с моим темным ангелом, и анализируя, что в тот раз все было по-другому, гораздо волнительнее, я упустила момент, что это все-таки, тоже посягательство на мое личное пространство, и мне, не мешало бы возмутиться, каким-нибудь образом уже.

Я замахнулась в попытке дать ему пощечину, но он с легкостью перехватил мою руку.

– Ну, вот опять. Малыш, ты слишком медленно реагируешь. Если бы ты тогда сразу стала сопротивляться и закричала, я говорю, именно закричала, потому что тихие возмущения, из-за громкой музыки, не услышал бы, я бы тебя отпустил, а не продолжил бы соблазнять.

– Я же сопротивлялась и закричала, потом, – о Боги, ко мне вернулся голос, правда все равно я говорила очень тихо, пока, но самое главное меня слышали.

– Ну, сопротивляться, скажем так, ты стала далеко не сразу, и надо отдать должное мне, я же был под хмельком, – все это он мне говорил постоянно улыбаясь, а в душе, наверное, вообще хохотал, над такой наивной дурочкой, как я. Если что и может перебороть страх, так это гнев, который нарастал во мне как снежный ком.

– Под хмельком! Да ты! Да вы же, были пьяны как сапожник! – выкрикнула я ему в лицо, и вырвала свою руку из его лапы. Оказалось, он не сильно то ее и держал.

– Если бы я был настолько пьян, как ты говоришь, то я бы захотел продолжить то, что мы начали. Если возбудила пьяного мужчину, то доводи дело до конца, иначе он возьмет тебя силой, – его улыбка из веселой, превратилась в злую усмешку.

– Нет, я ничего такого не делала, и возбуждать никого не хотела, честно. Да я и знать, не знаю, как это делается, – тараторила я, лишь бы успеть все высказать, и не спровоцировать его на дальнейшие действия.

В его глазах промелькнуло недоумение, которое сменилось на удивление.

– Девственница что ли? – я на мгновенье стыдливо опустила глаза, и предательски залилась румянцем, а потом с вызовом посмотрела на него.

– Нет, с чего вы взяли, – бросила я ему, а он, как будто, не обращая внимания на мои слова, нежно провел костяшками пальцев от виска к подбородку, спустился к шее, слегка надавив на ямочку у основания, и произнес совершенно другим, и как будто даже трезвым голосом.

– Это все меняет, малыш. Приношу, еще раз, свои извинения и предлагаю загладить свою вину. Мы с ребятами сейчас поедем на базу отдыха, там такой воздух! Не то, что тут, в городе. Там и озеро есть, искупаться можно, если не боишься холодной воды. Костер разведем. Поедешь? – спрашивал он меня, а в голосе мелькали нотки надежды.

Озеро, костер, я сразу вспомнила лагерь. В детстве меня часто оправляли туда. Там, всегда была дружелюбная компания, и к концу смены никому расставаться не хотелось. Вечерами мы любили сидеть у костра, жарить хлеб, который был припрятан еще с обеда, на деревянных палочках. Смотрели на озеро и травили страшилки, теснее прижимаясь друг к другу, то ли от холода, то ли от страха.

– У меня нет с собой теплой одежды, – произнесла я, выплывая из приятных воспоминаний.

– Не переживай, малыш, я тебя согрею, – произнес он ласковым голосом, опять приближаясь опасно близко.

– Нет, в смысле, никуда я с вами не собираюсь, у меня работа, да и вообще просто нет, – почувствовав, что от него теперь не исходит угрозы, я расхрабрилась.

– Ну хорошо, нет, так нет. Может быть в следующий раз, – последнюю фразу он сказал не в вопросительной, а в утвердительной форме, и скорее себе, чем мне. И со словами «пока, малыш», вышел из коридора, в котором сразу стало намного светлее, так как этот громила, закрывал собой все освещение.

Я сделала несколько глубоких вдохов, и понеслась в главный зал, на ходу понимая, что, не смотря на произошедшие, в столь короткий период времени, интимные события, я так и осталась для него «малыш», а он для меня «постоянный клиент». Ведь имени моего он не спросил, да и сам не представился.

Всю ночь после своего первого рабочего дня я провела в раздумьях. А нужна ли мне вообще такая работа, и взвесив все «за» и «против», а самое большое «за», это была, конечно же, заработная плата, приняла решение поработать еще немного, освоиться, так сказать. Что я в самом деле, проработала всего один день, и думала меня на место заместителя директора возьмут сразу. Хотя, босс у нас действительно далеко незрелый мужчина, но наверняка родители у него богатые, которые все устроили, ну не через постель же его на эту должность взяли, а может быть это вообще его собственный ресторан. А вот это, как раз, уже моя мечта.

Так я и заснула в мечтах о собственном бизнесе. И снилось мне, что я принцесса, которую заточили в высокой башне. С высоты своего окна, я увидела, как к башне скачет рыцарь, в темных доспехах. Он остановился, спрыгнул с коня и снял свой шлем. Это был мой темный ангел, он смотрел на меня своими серыми омутами глаз. Я кинулась к двери, чтобы выбежать к нему на встречу, но она была заперта. Я кусала губы, не зная, что предпринять. И тут меня осенило, высокая башня, ожидавший меня принц внизу, я посмотрела на свои волосы, и они чудесным образом стали расти и расти. Я с радостью подбежала к окну и перекинула свои волосы вниз. Они все росли и росли, до тех пор, пока мой темный ангел не взял прядь волос и намотал их себе на руку. Я стала наблюдать за тем, как он, с легкостью поднимается ко мне, не обращая внимания на то, что при других обстоятельствах, мне, наверное, необходимо было держаться за что-то изо всех сил, чтобы не вывалится в это окно. Но это был сон, и все прошло без сучка и задоринки. Он быстро поднялся ко мне в комнату, и я оказалась в его сильных объятьях. Он подхватил меня на руки и положил на кровать. Мы слились в нежном поцелуе, который становился все глубже и настойчивей, его руки ласкали меня, одновременно раздевая. Потом он стал целовать мне шею и постепенно спускаться все ниже и ниже. Я откинулась на подушки, закрыв глаза, и окунулась в то наслаждение, которое дарили его руки и губы. Они были везде, повсюду, прикасаясь к каждому участку моего тела. И тут до моего затуманенного сознания стало доходить, что это просто невозможно, находиться во всех местах сразу. Я с трудом подняла голову и попыталась открыть глаза, но они плохо открывались, как будто Олле Лукойе брызнул мне в них сладким молоком, хотя это уже совершенно другая сказка. А в моей личной сказке я оказалась привязанной к кровати по рукам и ногам, а когда я все-таки восстановила свое зрение, то увидела шокирующую картину. На месте моего темного ангела, меня целовали и ласкали мой босс и «постоянный клиент».

В ужасе я закричала и … проснулась.

Видимо кричала я только во сне, так как на мои крики никто не прибежал. В спальню ворвался аромат блинчиков. Мама уже встала и решила нас порадовать. Из окна лился солнечный свет, такой веселый и жизнерадостный. День начинался просто прекрасно. Я потянулась в постели и вспомнила, что помимо учебы, у меня теперь еще и работа. Это, конечно, немного разбавило мой разноцветный день серыми красками, но я не унывала, может быть, сегодня все пройдет хорошо, главное избегать пьяных компаний, а уж с меню разберусь как-нибудь. И я, решительно настроенная, поскакала начинать свой день с ароматных блинчиков.

На учебе первым делом Светка завалила меня вопросами о моей работе.

– Ты же не хотела, чтобы я вообще на эту работу выходила, а теперь интересуешься, – сказала я ей, прищурив глаза.

– Да ладно тебе, Лиза, быть против, это одно, а узнать, как там все обстоит на самом деле – совершенно другое.

– Ну на счет формы, я тебя сразу разочарую, она вполне приличная и очень даже мне понравилась, – я, как и обещала, показала ей фото в телефоне.

– Да, ничего такая, тебе идет.

– А в остальном, к сожалению, ты оказалась права, – театрально вздохнула я.

– Правда? – у Светки стал медленно открываться рот, в глазах блестело любопытство, – Тебя отымели в кабинке туалета?

Я закатила глаза.

– Да нет конечно, Свет, совсем что ли. Просто был один инцидент с пьяным клиентом, – все подробности, я конечно, не собиралась подруге рассказывать, но и не сказать ничего, тоже не могла.

– Таааак! Требую подробностей. Я прям уже вся взмокла от возбуждения. Лиза, ты меня поражаешь! Тихоня ты наша. И в правду говорят, в тихом омуте черти водятся. Ну! – голос ее звенел от нетерпения.

– Что ну? Свет, ты, как всегда, нафантазировала себе, – пыталась я умерить пыл подруги, осознавая то, что без каких-нибудь подробностей, мне точно не отделаться.

– Ну, что ты там такого сделала? Нагнулась за ручкой, и все увидели твои трусики. А что, пьяным мужикам, им же тоже повод нужен.

– Нет, – засмеялась я. Светка может рассмешить в любой ситуации. – Просто заказ напутала, вот и возмущаться стал один, а другой поприставал немножко.

– Немножко, это как?

– Ну, все, Свет, хватит, – мне как-то стыдно стало дальше рассказывать, и я начала краснеть.

– Нет, нет, нет. Так просто ты не отделаешься. Колись, что дальше было? – тянула подруга из меня слова, как козу на дойку.

– Целовались?

– Да, – начала неуверенно я, – Только это потом было, когда …, – не успела я закончить фразу, как подруга громко и очень эмоционально перебила меня.

– Так у вас еще и потом было! Ну ты, Лиза, даешь! И молчит вся такая. Так, давай по порядку. Сначала – сначала, а потом – потом, – говорила подруга с нескрываемым интересом.

Поняв, что отвертеться мне не удастся, я рассказала ей все, как было сначала, ну и про потом, тоже.

– Красавчик, говоришь.

– Да.

– И ты с ним не поехала? – произнесла разочарованно Света. – Ну и дура ты Лиза! Это, может быть, вообще у тебя последний шанс был.

Тут, я в очередной раз засмеялась.

– Ну почему же последний, у меня в планах еще и босса охмурить, и тут меня вообще на смех прорвало.

– Лизка, Лизка. А что, говоришь, босс у вас тоже хорошенький. Надо как-нибудь к вам в ресторан заглянуть. Рыбное место, там у вас походу, – и тут мы засмеялись уже вдвоем.

Голова гудела от постоянного напряжения в глазах. Приходилось сверять кучу документов по поставке и оплате оборудования. Мой юрист, надо отдать ему должное, работал четко, и по малейшему моему запросу, пересылал все что нужно. Доверить эту работу было некому, своих людей у меня здесь не было, а предложенным немецкой стороной сотрудникам, я доверить эти моменты не мог, вдруг что-то пропустят или напутают.

Мы работали целыми днями. Я, их юрист и, конечно же, Моника, как же мы без переводчицы. В ее услугах, мы нуждались нечасто, но и уйти она не могла. Поэтому Моника просто сидела и копалась в телефоне, чем меня страшно бесила. Симпатичные девочки секретарши, постоянно заходили к нам, предлагая кофе и свою помощь. Помощи от них, конечно, было никакой, но просто смотреть на них было приятно, разрядить обстановку, так сказать, хотя возможно для этого их к нам и присылали, чтобы сильно на работе не залипали. Уж больно заискивающе они крутили своими попами и сиськами вокруг меня. Но позволить себе этого, я, конечно же, не мог.

А вот Монику их вид просто раздражал, как ни странно. Она что-то грубо отвечала им на немецком, но они не особо на нее реагировали и продолжали соблазнять меня.

Одна очень аппетитная краля, когда я остался один в кабинете, в обеденный перерыв, принесла мне очередной кофе. Я уже, в принципе, привык к ним, поэтому мельком взглянув, продолжил сверять документы в ноуте.

Почувствовав горячую жидкость на своем бедре, я вскрикнул, от неожиданности, и выругался отборным матом. Кофе был не таким уж горячим, поэтому сразу снимать с себя брюки я не стал.

Я со злостью взглянул на эту криворукую, которая лепетала извинения, то на немецком, то на английском, и, поймав ее взгляд даже удивился. Она смотрела на меня с улыбкой на пухленьких губках, а выражение ее лица, явно шло в разрез с ее словами, виноватой она себя точно не чувствовала. Я засмотрелся на нее, разглядывая. Красотка, ничего не скажешь, все при ней, собственно, такая же, как и все, а их у меня было не мало. Замешкавшись на некоторое время, я развязал ей руки к действию, чем она и воспользовалась, быстренько расстегнув мне брюки. У меня еще теплилась надежда, что она просто предложит их почистить, но я ошибался. Брюки она с меня хотела снять, но лишь для того, чтобы добраться до трусов, и резко сдвинув их вниз, моментально заглотнула мой, уже почти стоячий член в рот.

Профессиональный минет это черт возьми то, что мне сейчас нужно.

Да, тело мое хотело разрядки, но мозг был против.

Не так!

Не сейчас!

Не с ней!

Поэтому мой мозг, стал посылать импульсы к рукам, чтобы они оттолкнули девушку. И они честно поднялись, в этом порыве, но лишь для того, чтобы схватить ее за хвост и резкими движениями начать насаживать ее голову на свой член.

Наверное, чтобы все-таки спасти меня от совершения ошибки, мозг стал посылать телепатические сигналы. Иначе как объяснить то, что через несколько секунд после начала, в кабинет влетела Моника.

Я и не думал останавливаться, нагло глядя ей прямо в глаза, но малышка между моих ног, видимо, все же застеснялась, и отпрянула от меня, быстро схватила со стола чашку, и вылетела из кабинета. Уже закрывая за собой дверь, она поймала мой взгляд, и зазывно улыбнулась, облизывая кончиком язычка свои полные губки, намекая на продолжение.

Когда я, заправляя свое хозяйство, перевел взгляд на Монику, она вся светилась возмущением, но я успел заметить в ее взгляде желание.

Мне просто очень нравилось ее бесить, хотя надо отдать ей должное, она спасла ситуацию, и не дала мне совершить то, чего, в сущности, я делать не хотел.

– Вы с ума сошли! Что вы себе позволяете! – возмущалась переводчица.

– Это ты, что себе позволяешь. Стучаться надо, – сказал я грубо, но в конце у меня вырвался смешок, чем и испортил всю мою грубость.

– Для таких вещей, комнаты с диванами имеются, – мямлила себе под нос Моника.

– Оу! Ты на что-то намекаешь? – продолжал я издеваться над зардевшейся переводчицей.

Она лишь еще больше покраснела, не зная, что ответить. Но в этом и не было нужды, в кабинет вернулся юрист, и мы опять погрузились в работу.

Проверено было уже много, и действительно, вся странность заключалась в том, что все платежи до единого, прошли. Загвоздка была только в том, что всегда с опозданием. Как будто, это делалось специально для того, чтобы держать немцев на коротком поводке, и, когда они уже были на пределе, платеж успешно проходил. Эта главбушка, просто резинила их, но зачем?

Максу так и не удалось ее вычислить, вовремя соскочила, крыса. И следов не осталось. Но все равно найдем, дело времени.

Проверка своих финансовых активов проводилась очень медленно, так как мой юрист, был постоянно занят моими вопросами и пересылкой информации, и я всерьез задумался о том, чтобы нанять независимую проверку. Но если за этими махинациями стоит какой-то влиятельный человек, то ему ничего не стоит подкупить их и провести проверку под себя.

В том, что это было не случайно и что главбушка работала не одна, я не сомневался. Она работала у нас уже давно, и платил я ей неплохо, как и всем, впрочем, поэтому, чтобы ее переманить на свою сторону, нужно было хорошо поработать. Большие деньги, а может быть и шантаж. Она была не замужем, но ребенок от первого брака был, вот через него и можно было зайти с шантажом, кстати, и нам тоже, но раз она слилась, значит и ребенка забрала.

Я растирал виски кончиками пальцев, головная боль не проходила. Я встал из-за стола и бесцеремонно вышел, бросив на ходу глазеющим на меня юристу и Монике.

– На сегодня все, – юрист, что-то там пытался мне сказать, но вообще не до него было.

Приехав в отель, я быстро принял душ, выпил две таблетки обезболивающего и лег в постель, моментально вырубившись.

Проснулся я к ужину. Не знаю уж что там были за колеса, но полегчало мне однозначно, даже настроение поднялось, но как оказалось, ненадолго.

Ответив на телефонный звонок, я услышал голос Макса, и его заикание не предвещало ничего хорошего.

– Там это, ну, как сказать, в общем…

– Макс, – рявкнул я, – ближе к делу.

– Короче, тут у нас такое дело, юрист косяки за главбушкой нашел, – друг говорил, как нашкодивший кот, с опаской.

– Я недавно с ним сам разговаривал, почему он мне ничего не сказал? – спрашивал я, пытаясь успокоить свой гнев.

– Он сразу рассказал, только не тебе, а мне. Такую информацию тебе никто в лицо не скажет, побоятся, – голос друга, говорил о том, что и ему этот разговор давался с трудом. Мой гнев и беспокойство, тут же удвоились. Что такого там могло случиться, если об этом боялись мне даже сообщить.

– Макс, не тяни, что там у нас стряслось …

Я слушал, стараясь не перебивать Макса, а только нервно дышал в трубку, он останавливался, чтобы услышать мою реакцию, но, не услышав ничего, продолжал.

Ситуация была такова.

Весь наш бизнес был в долгах!

Все, абсолютно все сферы нашего бизнеса, с недавнего времени, работали в убыток, оказалось все очень просто. Большинство закупок для бизнеса производились по завышенным ценам, то есть, мы зарабатывали меньше, чем тратили. Все делалось очень грамотно, в той сфере, которую я брал под контроль, все было чин-чинарем. А как только я переключался на другое, цены опять завышались. Получалось так, что продукты для наших ресторанов, закупались дороже, чем на выходе стоили приготовленные из них блюда. Запчасти для автосервиса закупались по цене, в два раза дороже их реализации, вместе с установкой.

Выручка оставалась такой же, поэтому никто даже и не заметил, что прибыли нет. Главбушка была очень грамотной, перекрывала убытки одних сфер, за счет выручки других, пока перекрывать стало не чем, и она слилась.

Все, все, что я создавал с таким трудом и интересом, рушилось в одно мгновенье. Это был конец. Сейчас я это четко осознавал. Несмотря на обширность моей деятельности, основную прибыль, мне приносила продажа оборудования от немецких поставщиков, и, если сейчас, они все-таки не захотят продлить с нами договор, мы окажемся банкротами. Хорошо, еще, если мы все продадим, и не останемся в долгах, потому что как там обстоят дела на самом деле я точно не знал, как и не знал, за что хвататься в первую очередь. То ли лететь домой, вникать и разруливать ситуацию там, пытаясь сделать хоть что-нибудь, то ли остаться здесь, и выбить у немцев такой нужный мне сейчас договор, о возобновлении поставок оборудования.

– Понял, – рявкнул я молчавшему Максу, – Буду думать, держи меня в курсе. До связи, – и скинул трубку.

Всю ночь мои мозги опять работали, хорошо хоть в обед поспал. Но теперь мне было не до головной боли и не до усталости. Нужно принимать важные решения.

На следующее утро я опять поехал в офис немецкой фирмы, в надежде закончить сегодня всю работу и обязательно встретиться с директорами.

Но меня ждала неудача, их не было на месте, и мне сказали, что меня уведомят. Радовало только то, что работу свою мы закончили, и судя по довольному лицу юриста немецкой компании, все было в порядке.

– С вами очень было приятно работать, мистер Волков, – переводила мне Моника.

– Еще бы, – усмехнулся я.

– Никакого толка от тебя не было, ни одной бумажки сам найти не мог, приходилось дубликаты вызванивать, – увидев, как Моника начала ему переводить мои слова быстро оборвал ее.

– Не переводи это, дура, – она гневно зыркнула на меня.

– Скажи, мне тоже было приятно, хер лысый, – и заулыбался. – Последнюю фразу, тоже не переводи.

Мы пожали друг другу руки, и он ушел, а мне пришлось возвращаться в отель, и ждать уведомления от директоров.

Совсем уже поздним вечером, заехала Моника.

– Мистер Волков, у вас телефон не отвечает, поэтому мне пришлось к вам лично ехать, -надула свои губки Моника, выражая недовольство.

Я действительно не отвечал, прождав какое-то время, понял, что просто больше не могу сидеть на месте, и пошел в спортзал. А, вернувшись, еще не успел проверить звонки.

– Ну проходи, раз уж пришлось лично приехать, – сказал я ей с ухмылкой, а она зарделась в легком румянце.

– Вообще-то, я с не очень приятными для вас новостями, все руководство улетело сегодня в корпоративную командировку, – и добавила с легкой ноткой кислоты в голосе.

– На Сейшельские острова, и смогут вас принять не раньше, чем через три дня, – мой чайник закипал от гнева.

– Отдыхать они улетели, так и скажи, – а про себя добавил. Трахаться и бухать, я же для них, так, мелкая сошка, в их то бизнесе, а мне они были нужны позарез, особенно сейчас. Ну ничего, я подожду и выбью из них этот договор.

Я взглянул на Монику, она язвительно улыбнулась, когда увидела, как эта информация взбесила меня.

В моей руке завибрировал телефон, и я, не глядя, ответил, бросив короткое.

– Да.

– Здравствуйте, Сергей, звоню доложить вам. У моего объекта слежки, появился ухажер, – это был голос человека, которого я приставил следить за Лизой. Мой мозг еще только переваривал эту информацию, а тело уже среагировало, и пальцы с силой стали сжимать телефон, оставляя на нем следы от вмятин.

Отработав почти неделю в ресторане, я вспоминала с улыбкой свой первый рабочий день. Сейчас все устаканилось, и в истории я больше не влипала. Старалась подальше держаться от пьяных компаний, но и чаевых получала гораздо меньше, чем моя соседка Марина. Она с радостью флиртовала с клиентами, за это и получала хорошие чаевые, но я не жалела, таким образом, получать не хотелось. Но в принципе, мне и так хватала с лихвой на всякие женские штучки.

Мама денег у меня не брала, говорила:

– Сама заработала, сама и трать, – и я тратила, покупая все, что нам было необходимо из продуктов. Мама поначалу говорила:

– Зачем ты так много покупаешь. А это нам зачем? – а потом, поняв, что я все равно покупать буду, стала список мне писать.

В один из вечеров к нам в ресторан пришла пара, и как оказалось, они практически не понимали по-русски, и разговаривали на французском.

Официантка сразу же побежала за нашим администратором. Эта неприятная женщина, поначалу стала нос воротить.

– Скажите пусть в Макдональдс идут, там для таких, как они, картинки есть, – отвечала она, продолжая наносить алый блеск на свои и без того обильно накрашенные губы. Прекрасно осознавая, что ее видят и слышат клиенты. Они, конечно, не понимали ничего, но ее пискляво-грубый голос (как ни странно, но именно это выражение прекрасно его характеризовало), говорил о многом.

– Но у них столик заказан, – говорила молодая официантка извиняющимся голосом.

Я, конечно, не была полиглотом, но могла похвастаться тем, что знала несколько языков, на базовом уровне, конечно. Еще в школе, нам на выбор предложили изучать иностранные языки, английский и немецкий. Я выбрала английский, но самой мне очень нравился французский язык, он казался мне таким красивым. Короче говоря, чтобы не ограничивать себя в возможностях, я понемногу стала изучать все языки, это стало моим хобби.

Этими клиентами все заинтересовались, и я в том числе. Я все время старалась пройти мимо них, в попытках услышать разговор молодых людей, и поняла, что они молодожены, и приехали в Россию по семейным делам вроде бы касающихся наследства.

Когда в очередной раз я проходила мимо, девушка попыталась мне объяснить, что ей нужно в дамскую комнату. Я ответила ей на французском, она уже было, сделав несколько шагов в этом направлении, резко развернулась и удивилась, что я говорю на их языке, а потом спросила почему их не провожают за столик. Я сказала, что сейчас все уточню.

Подходить к нашей администраторше, конечно, мне очень не хотелось, но пришлось. Там уже целый консилиум собрался. Поближе взглянув на иностранцев, наша администраторша сразу же заприметила в них далеко не бедных людей, уж что-что, а это она могла определять на глаз, и поэтому ей очень не хотелось упускать этих клиентов.

– Неужели, ни одна из вас в школе французский не учила, – отчитывала наш администратор своих нерадивых официанток на повышенных тонах, она спокойным голосом, вообще говорить не могла.

И все, как одна, низко свесив головы, виновато теребили свои переднички. Эта картина напомнила мне наши уроки по физике в школе. Физику у нас никто не знал. Объяснять наша учительница не умела, зато требовала, как положено. Ну кто из нас побогаче были, репетиторов нанимали, но и они не рвались отвечать, поэтому, когда доходила очередь до проверки домашнего задания, все сидели тише воды, ниже травы свесив головы, напряженно она следила за тем, как учительница водит по списку фамилий обратной стороной карандаша. Услышав чью-то фамилию, мы дружно, всем классом, облегченно выдыхали.

– Или вы вообще в школе не учились, сразу в проститутки пошли, – не унималась администраторша.

– Там клиенты интересуются, почему их к столику не могут проводить, у них бронь на это время, – она перевела на меня свои злые, густо, но не совсем ровно, подведенные глаза. Видимо, своей фразой, я ее совсем добила, и мне показалось даже, что она сейчас вырвет у меня из рук пластмассовый поднос и стукнет им. Но потом ее выражение лица, стало меняться, и она выкрикнула.

– Ты поняла, что они тебе сказали? Знаешь французский?

– Да, – ответила я уверенно, как будто, знание языка было чем-то, само собой разумеющимся для официантки.

– Беги к ним, проводи за столик у окна и прими заказ, не забудь самые дорогие блюда отрекомендовать, – наставляла она меня, а я лишь закатывала глаза, улыбаясь про себя, какая же она мелочная и жадная, и помчалась к иностранцам.

Молодожены оказались очень милой парой, несмотря на небольшую разницу в возрасте. Девушка выглядела совсем юной и беззаботной, из нее так и лилась французская речь, как будто она пела песню. А вот молодой человек, наоборот, выглядел весьма серьезно и солидно, это чувствовалось в его взгляде, когда он разговаривал со мной, но, когда он переводил взгляд на свою молодую супругу, его выражение сражу же менялось и светилось теплотой. Она отвечала ему тем же.

В то время, пока я принимала у них заказ, они рассказали мне, что приехали сюда вступить в права бабушкиного наследства, недвижимость в России им была не нужна, так как жить они здесь не собирались. Они стали мне показывать фотографии того, что им досталось по наследству, я согласилась посмотреть, но сразу предупредила, что купить ничего не смогу, так как я бедная студентка, подрабатывающая официанткой. Я говорила это все с улыбкой, поэтому и они смеялись мне в ответ.

На фото были две большие квартиры, обставленные старинной мебелью, стоимость которой была выше, чем стоимость самих квартир, наверное. Огромный загородный дом и небольшая старинная двухэтажная вилла. Я не могла отвести от нее глаз, на вилле, видимо, давно никто не проживал, весь первый этаж зарос виноградом, да и приусадебная территория была заброшена, даже дверь от небольшой калитки, рядом с огромными кованными воротами, стояла как-то не совсем ровно, а возможно уже и не открывалась от старости. Я хотела найти фотографии, на которых было бы видно, что находится внутри, но не нашла.

Как пояснила мне пара, их и не было, это единственная фотография виллы, вид из которой открывался на Черное море, и там давно уже никто не проживает. И эта недвижимость, как пояснили молодожены, была самой проблемной для них, так как квартиры и загородный дом, вполне ликвидное имущество, а вот с этой виллой возникнут большие проблемы при продаже. Но самое главное заключалось в том, что для владельцев-иностранцев существует очень большой налог на такое старинное имущество, поэтому продавать они ее будут очень дешево.

Увидев, как загорелись мои глаза, слово "дешево", они выделили особой многозначительной интонацией. Я только заулыбалась, ответив, что ни мне, ни моим родителям, это не по карману. И ушла передавать их заказ повару.

Все это время, пока готовился заказ, у меня из головы не выходила эта вилла на берегу моря.

Да блин, это же моя мечта!

Небольшая гостиница на берегу моря. Именно такая, какую я видела в своих мечтах. Мне так хотелось посмотреть на нее вживую. Я, конечно, понимала, что фото неновое, и что там от здания всего то одни стены и остались, наверное. Но что толку, я все равно ее никогда не увижу.

Даже если, ну предположим, что я ее куплю, там же кучу денег нужно, чтобы ее восстановить и перестроить.

А как мне этого хотелось!

Я отнесла заказ паре, и направилась обслуживать другие столики. Но мой мозговой калькулятор, все подсчитывал, что там нужно сделать, с чего начать, и во сколько могут обойтись те или иные виды работ, приблизительно. Он просто игнорировал посылы своей хозяйки о том, что денег на все это просто нет. А другая сторона мозга, которую вообще не волновали денежные моменты, во всю разбивала цветники и клумбы, засаживала придомовую территорию плодовыми кустами и набрасывала план дорожек, вымощенных брусчаткой. В общем, работы по благоустройству моей выдуманной гостиницы велись полным ходом.

Проходя мимо иностранной пары, я уточнила у них, не нужно ли им чего-нибудь еще. Они поблагодарили меня и сказали, что ничего больше не нужно и пообещали прийти завтра на поздний обед или на ужин, на что я им ответила, что мы всегда будем рады их видеть.

Рассчитавшись, они покинули наш ресторан, а я приятно была удивлена оставленной ими сумме чаевых. Когда я проходила мимо администраторши, она грубо схватила меня за руку и стала расспрашивать на счет иностранных посетителей.

– О чем это ты с ними так мило беседовала, а? – спросила она своим противным голосом.

– Они рассказали мне, что продают доставшуюся им в наследство недвижимость, – нехотя стала я ей рассказывать.

– Везет же некоторым, тут пашешь, пашешь всю жизнь, а все на съемной квартире живешь, – ну если сказать честно, наша администраторша вообще не перерабатывала. Всю свою работу, она пыталась скинуть на других, а перед боссом выслуживалась, как будто на ней все держится. Ее основная обязанность, и самая любимая, это орать на подчиненных. И за что ее держат на этом месте? Вообще не понятно.

– Пожрали хоть эти наследники, на большую сумму? – в выражениях она тоже никогда не стеснялась.

– Да, там прилично получилось, сказали завтра тоже придут, – ответила я и развернулась, чтобы уйти.

– Подожди, так завтра же не твоя смена. Поменяйся, чтобы завтра на работе была, кто же без тебя их ублажать по-французски будет, – сказала она, смеясь, голосом не терпящем возражений. Вот теперь мне хотелось зарядить ей подносом по голове. Дело было не в том, что я не могла поменяться сменами. Я могла, просто хотелось утереть нос этой выдре. Ну уж ладно, стерплю, не хочется с начальством ссорится.

– Хорошо, я выйду завтра, – промямлила недовольно я, и поплелась дальше принимать заказы.

Остаток вечера прошел вполне спокойно. Закончив работу, мы с Мариной стали переодеваться, и попутно я ей рассказала, что придется завтра на работу выходить.

– Да ладно, из-за этих долбанных иностранцев что ли? – поддержала мое недовольство соседка.

– Да, из-за них, и они очень даже милая пара и здесь в городе никого больше не знают. Приехали получить наследство и продать все, что им досталось, потому что жить здесь все равно не будут.

– Это они с виду миленькие, когда им что-то от тебя нужно. Чем богаче, тем жаднее, это я уж точно тебе скажу. Вот и чаевых поди не фига не оставили, – учила меня жизни Марина, натягивая узенькие джинсы и короткий топ.

– Нет, чаевые приличные оставили, я даже не ожидала, – ответила я, тоже начиная переодеваться. Я всегда была медлительной, особенно если о чем-то думала.

Я сняла платье-форму и, оставшись в одном белье, стала неспеша натягивать джинсы, стоя спиной к двери. Когда Марина замолчала на середине фразы, я подняла на нее глаза, и увидела, что она смотрит совсем не на меня, а на кого-то за моей спиной.

Удивленно округлившиеся глаза Марины явно давали мне понять, что за моей спиной точно не кто-то из официанток, да и вообще неженского пола. Я резко обернулась, а так как на вторую ногу штанина была надета не до конца, я пошатнулась и потеряла равновесие. И тут же была схвачена в кольцо сильных мужских рук. Это был тот самый постоянный клиент, который приставал ко мне в мой первый рабочий день, и по нелепому стечению обстоятельств мы опять в неприличной ситуации. Но сегодня мой голос меня не подвел. Я пронзительно закричала и вытолкнула, моментально разжавшего руки мужчину за дверь, и захлопнула ее, перед самым его носом.

– Лиза, ты что орешь то так? – сказала Марина, подтягивая свою грудь повыше к вырезу топа.

– А ничего, что я почти голая вообще-то, – возмутилась я, но моя соседка меня уже не слушала.

– Догонишь, – бросила она мне и чинно выплыла из раздевалки.

Я быстро переоделась и бросилась за ней. Оглядев весь ресторан, я поняла, что Марины нигде нет и как-то запаниковала уже, ведь мы всегда с ней вместе домой ходили, на улице темно, да и время уже недетское.

Выйдя на крыльцо ресторана, я облегчённо вздохнула. Марина и наш постоянный клиент стояли неподалеку. Он стоял, небрежно прислонившись к огромному байку, а Маринка рядом, глупо хихикала и выпускала колечки сигаретного дыма прямо ему в лицо, даже не догадываясь, что, судя по выражению его лица, ему это вообще не нравится.

Увидев меня, он предложил:

– Ну что, девочки, поехали кататься, – и уже хотел развернуться, чтобы сесть на байк.

– Нееет, я не поеду, – сказала я, и поморщилась от вида этого огромного рогатого монстра. Я на мотоциклах никогда не ездила, и считала этот вид транспорта, самым травмоопасным.

– А я согласна, – пропела моя соседка.

– Как же мы твою подружку одну оставим, так не пойдет. Как, кстати тебя зовут? – обратился он ко мне таким спокойным голосом, как будто не он меня недавно хотел прилюдно изнасиловать, и вообще в первый раз видит.

– Лиза, – буркнула недовольно я после небольшой паузы.

– А меня Андрей, – сказал он совершенно добродушным голосом, напрочь игнорируя мою грубость.

– А она сама дойдет, правда ведь Лиз, – глядела на меня с надеждой Маринка, и я понимала почему. Хотела с ним наедине остаться.

– Тут идти то всего минут двадцать, – объясняла она Андрею, а я, в принципе была не против.

– Да, вы езжайте, я добегу по-быстрому, – сказала я, и хотела уже пойти по направлению к нашему дому, но Андрей был явно против.

Одним большим шагом он сократил расстояние между нами, и, обняв меня за талию, прижал спиной к себе. От неожиданности я даже вскрикнуть не успела, а в ухо мне полился его ласковый, шёпот.

– Куда же я без тебя, – я задрожала, то ли от холода, то ли от его будоражащего шёпота и сразу вырвалась, он и не пытался меня удержать.

– Так, девочки, тогда я вас провожу, тут же недалеко, правда, Маришка, – и он упер свои руки в бока предлагая нам, взять его под ручку с двух сторон.

Я стояла к нему ближе, поэтому он схватил мою руку и перекинул через свою, а вот Маришку уговаривать не пришлось, она сама с удовольствием повисла на руке Андрея.

Всю дорогу он развлекал нас смешными историями из своей личной жизни, и местами они были очень даже откровенными, поэтому я покрывалась легким румянцем, благо этого не видели мои спутники, так как на улице уже было очень темно. Тут Маринка перехватила инициативу на себя, и стала рассказывать какую-то, ну уж совсем пошлую историю, типа не про себя, хотя я в этом очень сомневалась, да и Андрей тоже, судя по тому, как он ухмыльнулся, в тот момент, когда она сказала,

– … тогда я, в смысле не я, конечно, а моя подруга …

Воспользовавшись тем, что моя соседка увлеченно рассказывает историю, Андрей нагнулся ко мне и прошептал на ушко

– Миленький Губка-Боб, – вот тут я покраснела так, что ночь со своей темнотой уже не могла этого скрыть. Вспомнив, что Андрей во всей красе разглядел мою попу, затянутую в трусики с изображением Губки-Боба, персонажа из моего любимого мультфильма, я залилась краской и ничего не смогла ответить, а Андрея мое замешательство лишь забавляло.

Наконец-то мы дошли до дома и со словами «Спокойной ночи, дамы!», Андрей поцеловал руку сначала Марине, а потом и мне. Когда наши глаза встретились, он сказал мне уже без смеха.

– Спокойной ночи, Елизавета! – это было сказано так, даже не знаю, как объяснить. Мне показалось, каким-то женским чутьем, что именно вот так, и признаются в любви, а он развернулся и ушел.

– И чего он в тебе нашел? – пробурчала недовольно соседка.– Я тут вся распинаюсь перед ним, а он и носом не ведет, – продолжала она.

– А я думала, Андрей на тебя запал, он ведь двоих нас провожал.

– Ты дура, или притворяешься? Ладно, кстати, ты завтра без меня как дойдешь, – спросила соседка.

– Да, завтра же мы не вместе, такси придется вызывать, обидно, конечно, идти то ведь недалеко, – причитала я.

– Ты говоришь, иностранцы чаевые хорошие оставляют, поэтому не жмись на такси, мало ли что, – предостерегала меня соседка.

– Что же ты сегодня меня одну хотела отправить, – съязвила я.

– Сегодня другой случай был. Ладно, пока, – и Маринка скрылась от дальнейшего разговора за своей дверью.

Да я и сама понимала, что Андрей запал именно на меня, просто Марину не хотелось обижать. Хотя странно, конечно, такой как он, и на такую как я. Вопрос был в том, хотела ли я ему отвечать. Голос разума говорил. Конечно да, такой завидный жених, при деньгах, сразу видно, и обращаться хорошо будет, ведь догадался уже, что у меня еще ни с кем не было, и просить многого не будет. Да, он мне нравился, с моим темным ангелом его, конечно, не сравнить, зато он здесь рядом, и когда он совсем близко, мне очень волнительно становится, и я ему далеко не безразлична.

Может быть, стоит попробовать. А если вернется мой темный ангел? – А если не вернется? Ты сколько его ждать собралась, до пенсии что ли? – отчитывал меня мой внутренний голос.

Да, упускать такую возможность, было бы глупо, в моей-то ситуации, у меня же и парня-то никогда не было, а по словам Светки, Андрей, вообще, мой последний шанс.

Я мысленно улыбнулась и вспомнила как он сказал мне на ушко:

– Куда же я без тебя, – от этих воспоминаний у меня опять мурашки побежали. Да, нужно обязательно дать ему шанс, если он захочет, конечно, а то парня то у меня не было, а опыт брошенки уже есть, ведь мой темный ангел так и не появился, после того поцелуя, и вернется ли, неизвестно.

Раздеваясь перед сном, я в зеркале, поймала отражение Губки-Боба на своих трусиках и опять залилась краской от воспоминаний о том, что Андрей видел меня в белье, и напомнил мне об этом.

Уже лежа в постели, я облегченно потянулась, планируя завтрашний день после учебы, проваляться у телевизора и посмотреть сериалы, и тут внезапная мысль, о том, что я завтра опять работаю, испортила все мое хорошее настроение, и я недовольная провалилась в тревожный сон без сновидений.

Собираясь на учебу, я решила, ничего пока Светке не рассказывать, а то мало ли что. Она обязательно начнет расспрашивать обо всем, допытываться, советы давать, а мне, собственно, и рассказывать-то не о чем, пока.

– Мы сегодня с Леркой и Викой в новый клуб идем, «Лазурит» называется. Говорят, там офигеть как клево. Пойдешь с нами? Девочкам вход бесплатно. Туда на открытие сама Бузова приезжала, прикинь, – весело и беззаботно щебетала Светка.

– Бузова, прикольно! Я сегодня не могу, – расстроено ответила я.

– Ну что опять, Лиз. Деньги у тебя теперь есть. Работаешь как-никак. Или к тебе вместе с работой сразу пенсионерские замашки прилипли, типа, я после одиннадцати спать уже ложусь, там музыка громко, оглохнуть можно, натанцуешься, вспотеешь и спину продует, – подруга говорила это, пародируя голос старухи, от чего я так рассмеялась, что никак остановиться не могла, а потом на протяжении всей пары еще вспоминала и хихикала несколько раз, за что и получила замечание от преподавателя, хотя за мной такого вообще не водилось.

Мое объяснение, что меня попросили, хотя это мягко сказано, скорее заставили, поработать вне смены, было принято Светой без вдохновения.

– Ну ты же не одна идешь, там Вика и Лера будут, – успокаивала я подругу.

– Как будто ты их не знаешь, прямо с порога на танцпол, сиськами трясти, чтобы их побыстрее заметили и бесплатно коктейльчиками угостили, – начала недовольно подруга.

– Так они же при деньгах вроде бы, – неуверенно спросила я.

– Да при деньгах, которые они из богатеньких мужиков выбивают.

– Так за чем ты вообще с ними идешь.

– Я думала, ты пойдешь с нами. А ты, как всегда, обломщица. Поменяйся с кем-нибудь, или ты мне не подруга, – ныла Светка. Про не подругу, она несерьезно, конечно, просто, чтобы разжалобить меня.

– Свет, я честно не могу, – и я рассказала подруге историю про иностранную пару молодоженов, из-за которой, собственно, мне и приходится вне смены выходить.

– Да ладно, прям богатая бабка им наследство оставила, повезло, а что там они продают? – радуясь смене темы, я начала описывать подруге фото квартир, загородного дома и виллы у моря.

– Недорого говоришь, у меня родители просто, сейчас тоже ищут загородный дом, надоела, говорят, суета города, – засмеялась подруга.

– А когда они съедут, квартира останется в моем полном распоряжении! – поделилась со мной своей радостью подруга.

– У нас там правда пока по деньгам не хватает, маме же сразу все самое лучшее подавай, мебель, говорит, хочу старинную, хотя бы частично.

– Кстати, на счет мебели, у них в квартирах вся мебель старинная, не знаю, конечно, про загородный дом, там его фото снаружи только было, но, думаю, они и с квартир будут все распродавать. Если хочешь, я могу узнать, как с ними связаться можно, даже сегодня, если они придут, – сообщила я подруге, которая уже про «ты мне не подруга», больше не вспоминала.

– Хорошо, давай, ты мне номер, а я тебе рассказ про новый клуб, – закончила Светка, так как прозвенел звонок на очередную пару, и каждая из нас погрузилась в свои мысли. Я про иностранную пару, виллу у моря, постоянного клиента Андрея и конечно же работу, а Светка про прическу, платье, туфли, сумочку и макияж.

На выходе из университета Светка меня вытащить пройтись по магазинам.

– Блин, опять забыла, что ты работаешь сегодня, пчелка Майя, ты наша.

– Нужно же кому-то работать, трутень ты мой, – и мы с подругой опять залились смехом, на нас даже оборачиваться стали, но это нас никак не смущало. Нас сегодня вообще на хи-хи весь день пробивало. Как бы вечером не заплакать, подумала я еще, работы поди валом будет. И на этой позитивной ноте мы со Светкой разбежались по своим сторонам.

Сегодня на работу я не торопилась. Во-первых, я выхожу в свой заслуженный выходной, поэтому пускай подождут, ну, а во-вторых, я сегодня без соседки, поэтому некому меня подгонять, и подтрунивать надо мной.

Но как я не старалась опоздать хоть на чуть-чуть, все равно пришла вовремя. Хоть и работаю я недавно, но привычка уже выработалась.

Не успела я зайти на порог ресторана, как ко мне подбежала наша администраторша. Ее и так далеко неидеальный макияж, начал растекаться из-за того, что лицо, у нее было вспотевшим. Да, денек у них точно не из легких сегодня.

– Ты где пропадаешь? Там твои иностранцы пришли, за тем же столиком сидят, – буквально кричала на меня она.

– Они не мои, и пришла я вовремя, – оправдывалась я, сама не знаю за чем.

– Сегодня еще с банкетами накладка вышла, людей не хватает, самой приходится заказы принимать, дожили, – докладывала мне моя начальница, скорее просто выражая свои мысли вслух.

Не решив, что мне делать, то ли бежать и переодеваться в форму, то ли выслушивать жалобы администраторши, я зависла перед ней.

– Лиза, ты меня не слушаешь что ли, бегом переодеваться, – крикнула на меня начальница, скоординировав мои действия.

Первым делом я направилась к иностранной паре, которые уже успели заскучать в ожидании официанта. Увидев меня, их лица сразу же просветлели, и их мысль о том, что они так и останутся голодными, исчезла без следа.

Я сразу же приняла у них заказ и помчалась на кухню, потом к другому столику, и опять на кухню. Так я успела сделать несколько рейсов, даже голова закружилась немного.

В ресторане работа кипела как в улье у пчел. Все куда-то носились, что-то делали, но ничего не ладилось, заказы путались, клиентов не успевали размещать. Все выкладывались по полной, поэтому не было понятно, в чем все-таки дело, а ответ, как мне казалось, был очень даже простым, не было королевы, в смысле пчелиной королевы, которая бы управляла этим не совсем слаженным процессом. Вместо того чтобы руководить, наша администраторша попивала кофе с коньячком сидя у себя в кабинете. Когда, наверное, уже в десятый раз к ней забежала официантка со своей проблемой, она просто кинула в нее чашкой, со словами:

– Пошла вон! Выбесили вы меня уже все, отдохнуть руководству не даете.

– Руководство она в своем лице, вернее сказать харе, увидела, – возмущался незнакомый мне официант, так как я работала не в свою смену.

– Был бы здесь Серый, таких бы звездюлей ей отвесил, как санный веник носилась бы по ресторану, – я встрепенулась, не до конца еще понимая почему. Серый – это же Сергей Волков, мой темный ангел, или он не его имел в виду, а может, мне вообще послышалось.

Размышлять было некогда, клиенты не ждали. Я смогла подойти к иностранной паре молодоженов, только когда они уже уходить собирались.

– Сегодня даже поболтать с вами не получилось, сами видите …, – и я мысленно стала подбирать на французском слово, которое могло обозначать завал на работе, но они заулыбались и сами все поняли.

– А, чуть не забыла, меня подруга просила узнать, вы еще загородный дом не продали, – спохватилась я, догоняя молодоженов.

– Нет, не продали, даже не смотрел еще никто, – и они охотно оставили мне свой номер телефона, по которому с ними можно было связаться.

Еще они попросили меня поблагодарить повара за отлично приготовленные блюда, не забыв упомянуть о том, что цены у нас, очень даже демократичные, что у них, аналогичные блюда стоят в два, а то и в три раза дороже. Я подумала про себя, ну конечно, это же у вас во Франции, а это у нас, в России, чего тут сравнивать. Но, вспомнив меню, теперь я знала его наизусть, как таблицу умножения, подумала, ведь и в правду у нас очень даже дешево, хотя и ресторан. К примеру, те же королевские креветки в магазине, стоят дороже, чем у нас мусс из них с сыром горгонзола.

Сунув визитку с телефоном в карман, я неслась к очередному столику, улыбаясь про себя. Аристократкой себя возомнила, в дорогих блюдах разбираться стала.

К концу рабочего дня ноги у меня просто гудели. Все работники собрались у барной стойки, там бармен бесплатно алкогольные коктейльчики разливал. Меня тоже пригласили, отказать неудобно было, хоть я никого почти и не знала. Девочки сидели, вытянув ножки и скинув обувь. Руководство, в лице администраторши, уже давно покинуло наше заведение, те, кто видели, как она уходила, говорили, что она уже была изрядно под шафе и к таксисту, приехавшему за ней, стала приставать.

– С чем связана бесплатная выпивка? Случайно не с днем рождения, а то я не в курсе была, – спросила я, присаживаясь за высокий стул и тоже, как и все, скидывая свои балетки.

– Не переживай, с банкета осталось, сказал бармен, – и быстро натряс мне какой-то изумрудный коктейльчик с шапочкой из взбитых сливок. Он был такой прохладный, а я так хотела пить, что моментально втянула его весь через две разноцветные трубочки, оставив на дне горку сливок.

– Понял, со сливками можно не заморачиваться, – улыбнувшись, сказал мне бармен, и тут же повторил напиток.

Я немного засмущалась, и второй бокал буквально цедить стала, к тому же он оказался сильно алкогольным, чтобы сразу же ударить в голову. У нас сложилась такая расслабленная атмосфера. Все шутили, смеялись, и домой вообще не хотелось.

– А поехали в новый клуб, – предложил кто-то.

– Не в «Лазурит» случайно, у меня подруга туда как раз собиралась, – сказала я слегка навеселе, чувствуя, как алкоголь разливается по венам и заставляет ноги идти в пляс. И мне очень, очень захотелось поехать в этот клуб, я стала подпрыгивать на месте и хлопать в ладоши, как маленькая девочка, совершенно не чувствуя усталости в ногах.

– Если чего-то очень сильно хочешь, то обязательно нужно это сделать, Елизавета, – над моим ухом раздался шепот, зазывающий и манящий.

Я обернулась и увидела перед собой … Андрея!

– Ну что, вы с нами едете? – вопрос был обращен ко мне и Андрею. Никто даже не удивился его появлению здесь, а даже наоборот были рады, особенно женская половина, их даже не расстроил тот факт, что он проявляет интерес ко мне одной. Хотя почему ко мне одной, он всех девочек вниманием не обделял.

И я сказала себе, правда это была немного пьяненькая я, – «Почему бы и нет. Он классный, вон, все девочки от него без ума, а я чего теряюсь. Вот Светка обзавидуется».

– Едем, – сказала я, глядя Андрею прямо в глаза.

– Не побоишься на моем друге прокатиться.

– Сегодня нет, – ответила я ухмыльнувшемуся Андрею, поздно сообразив, правильно ли я его поняла, про мотоцикл ли была речь. Но он уже завладел моей рукой и вывел меня из ресторана на парковку.

Сесть на этот огромный байк для меня не составило никакого труда. Я надела предложенный мне шлем, как мотоциклист со стажем, и смело обняла Андрея за талию.

– Ну, Елизавета, держись, – не успела я сказать ему, не гони, как мотоцикл с ревом тронулся с места, а я вцепилась в Андрея, как кошка, ясно понимая, что до конца пути, я вряд ли что-нибудь сумею сказать.

Поначалу я крепко зажмурила глаза, а потом решилась и все-таки открыла их. Мимо проносились машины, совсем близко, и это было страшно. Я понимала, что мы едем не с такой уж большой скоростью, но, когда смотришь на них из окна маршрутки, все выглядит совершенно по-другому. Я осмелилась, и выглянула из-за спины Андрея, чтобы посмотреть, что видит водитель, но лучше бы я не смотрела, было такое ощущение, что машины летят прямо на нас, а я сама за рулем.

Я еще больше прижалась к огромной спине, и, почувствовав это, Андрей прибавил скорость, ошибочно приняв мои действия, за согласие прокатится побыстрее.

Наконец-то мы приехали. Дорога не заняла много времени, поэтому и мои мучения длились недолго. Когда я слезла с байка, то поняла, что алкоголь из меня выветрился полностью, а ноги дрожали, видимо, от постоянного напряжения.

Никого еще не было, все ехали на такси, и мы решили не заходить без них.

– Ну как, понравилось? – спросил у меня Андрей, а сам светился, с гордостью глядя на своего железного друга.

Ну как тут скажешь нет. Просто не тактично с моей стороны.

– Да, впечатляет, – негромко ответила я.– Мне маме нужно позвонить, – сказала я Андрею, и отошла немного подальше. Звонить я маме, конечно же, не собиралась, она мирно спала сейчас и видела десятый сон, а вот СМСку о том, что задержусь, скинуть надо. Вдруг она проснется, водички там попить, а меня нет. И я быстро написала: «Я задержусь, с подружками в клуб поехала, не переживай)». Несколько раз перечитала и отправила, а то по ошибкам можно определить, что я выпила, а волновать маму, лишний раз не хотелось.

– С кем это ты там переписываешься? – Андрей подошел ко мне сзади и обнял за талию.

– Так, ни с кем, – ответила я, пытаясь отстранить его руки. На парковке кроме нас никого не было и меня это немного напрягало.

– Может, покажешь, а то я ревную, – он говорил это, нежно улыбаясь мне, мягко переместив свои руки с талии на бедра. Он медленно стал вжиматься в меня, не давая обернуться. Его действия шли в разрез с его голосом. Голос пел серенады о любви и ласке, а действиями, он показывал, что ему нужен секс.

Может быть, все парни себя так ведут, опыта-то у меня все равно нет, но почему-то его действия меня стали только раздражать, а не возбуждать, как ему, наверное, хотелось. Я уже развернулась и хотела об этом ему сказать, но тут как раз приехало такси, и все наши, пьяные и веселые, со смехом вывалились из него.

Девчонки визжали от возбуждения, и это веселье передалось и мне. Одна из них подцепила меня под руку и, напевая песню группы «Виагра», мы двинулись к фейсконтролю.

 А я простила, я простила

 Его опять, опять, опять,

 Ох, как намаялась я с тобой

 Моя попытка номер пять!

Для меня не было неожиданностью, что в таком виде нас не хотели пускать, но благодаря связям Андрея, нас все-таки пустили.

В заведении такого уровня как клуб «Лазурит», я не была никогда. Атмосфера праздника, беззаботности и веселья чувствовалась уже на входе. Волны музыки доходили до нас, отстукивая в ушах ритм. Волнение захлестнуло меня, в предвкушение чего-то особенного.

Мы стали спускаться вниз по лестнице, и я раскрыла рот от изумления. В центре огромного зала был настоящий фонтан, он состоял из нескольких уровней, на каждом из которых танцевали девушки, совершенно обнаженные. Все место, вокруг этого фонтана, было танцполом, и наша компания сразу же туда ринулась.

Я любила музыку и любила танцевать, только танцевала я до этого только перед зеркалом дома. Здесь все было совершенно по-другому. Адреналин бушевал в моем теле, заставляя чувствовать себя королевой танцпола, вся стеснительность пропала напрочь. Разноцветные лучи мигали перед глазами, создавая атмосферу нереальности происходящего. Протанцевав минут двадцать на адреналине, я поняла, что очень устала, и в этот момент Андрей потянул меня за собой. Народу было не протолкнуться, но ему как-то удалось найти для нас столик.

– А как же девчонки? – прокричала я ему в ухо.

– Не переживай, найдут, – и мы вместе с барменом из нашего ресторана сели за стеклянный стол. Все вокруг светилось синим и голубым цветом, оправдывая название заведения, как будто мы были внутри настоящего лазурита.

Я стала рассматривать все и всех, и поняла, насколько я проигрываю в сравнении с девушками, которые были здесь. Да, я не была готова к походу в клуб, и не принарядилась, но, если говорить честно, такой одежды, в которую были одеты здешние девушки, у меня и не было. Красотки в разноцветных платьях, на высоких каблуках, с идеальным макияжем, наращенными ресницами, ногтями и волосами изгибались, как могли на танцполе, в такт музыке. У меня было такое ощущение, что они все, в кого не тыкни, сплошь стриптизерши. Вот поставь пред любой шест, и сразу закрутится, так они классно все танцевали.

Мне стало жутко не по себе. Что я здесь делаю? А самое главное, что во мне этот Андрей нашел? Сидела бы сейчас дома, а вернее спала, забывшись, заслуженным после работы сном. Подошедшая к нашему столику красотка, буквально повисшая на Андрее, не прибавила мне уверенности в себе.

– Давайте сегодня без меня, я не один, – прокричал ей Андрей буквально в губы. Не один, это в смысле с нами, или он сделал акцент на том, что я пришла с ним, и что я, типа, его девушка.

Не успела я об этом подумать, как выражение лица красотки, сказало мне о том, что она думает про второй вариант. Она осмотрела меня с ног до головы, стеклянный стол совсем не скрывал мои недорогие джинсы и поношенные кеды. Может, надо было хоть балетки оставить, они вроде поновее смотрятся. Ее взгляд, полный ненависти, и в первую очередь удивления, прошелся по мне, как каток по асфальту, типа, где я и где она, я даже поежилась, но Андрей в этот момент присел рядом и обнял меня за талию.

– Не бойся, малыш, они не кусаются, – прошептал он мне на ушко, и я облегченно вздохнула, как будто, она и в правду могла это сделать.

Когда я попыталась выглянуть из-за широкой спины Андрея, чтобы получше рассмотреть собаку-кусаку, ее и след простыл.

Потом к нашему столику подошли два молодых человека, как оказалось, тоже знакомые Андрея. Они о чем-то перекинулись парой слов, из которых я четко услышала «моя». Это он про меня что ли? Они весело переглянулись, но совсем не удивились, типа как раз такие девушки у Андрея всегда и были. Мне как-то сразу спокойнее стало.

В тот момент, когда девочки вернулись с танцпола, официантка принесла нам виски с колой. Я в очередной раз поразилась, официантка была одета очень круто, как Харли Квинн, из фильма «Отряд самоубийц». Я как будто, участвовала в съемках фантастического фильма. Этому заведению я мысленно лепила пять Мишленовских звезд, так здесь все было классно.

Виски разливали всем один к трем, а для меня это показалось слишком крепко. На мой вкус, я налила бы побольше колы, но постеснялась об этом попросить. После нескольких глотков, оказалось все не так уж и плохо, алкоголь щекотал нос, оставляя приятное послевкусие. Все звуки в голове слились в один монотонный, и я на себе поняла суть фразы «сонная доза».

Мне до жути захотелось оказаться в своей теплой постельке. Вот прям сейчас, сию же минуту. За столом о чем-то весело разговаривали, но я не вникала. Андрей все также обнимал меня за талию, и моя голова медленно, но уверенно склонилась на его плече.

И тут, мысль выстрелила мне в голову. Черт, Светка же здесь, надо ей набрать. Быстро достаю телефон и понимаю, что при такой громкой музыке она меня все равно не услышит. Наберу СМСку: «Я в клубе с девочками из ресторана, так получилось»

И в конце добавила милый, извиняющийся смайлик. Ответ пришел почти сразу: «!!!!???? Встречаемся у фонтана».

– Мне нужно отойти ненадолго. У меня здесь подруга, – сказала я на ухо Андрею.

– Не пропадай, малыш, – сказал он, и нехотя убрал руку с моей талии. Я в такт музыке, танцевальными движениями, стала пробиваться к фонтану. Добравшись до цели, я стала выглядывать Светку, но мой взгляд, то и дело останавливался на танцующих на фонтане голых девушках. Оказалось, они были не совсем без ничего. На них были хоть и небольшие, но все-таки купальники. Все их тело, вместе с купальниками, было покрыто мерцающей, голубоватой краской, и это создавало эффект наготы.

Девушка, на которую я засмотрелась, заметила это, и стала медленно ко мне подходить, а я только и думала о том, как она умудряется танцевать на таких высоких каблуках и платформе, в которой бултыхалась такая же мерцающая жидкость. Глядя мне прямо в глаза, она стала водить пальцами по своему телу, прикасаясь даже к самым интимным частям, как будто соблазняя меня. Я даже обернулась, в поисках предмета ее соблазнения, но это была точно я. Смотрела она, только на меня. Потом она присела, и мы стали с ней на одном уровне, так как стояла она на платформе. Девушка поманила меня пальцем, и я с любопытством подошла к ней поближе. Она вытянула руку и указательным пальцем нарисовала сердечко на моей белой футболке в районе груди. След от ее пальца засветился голубой краской, такой же, в которой была она сама. Потом она послала мне воздушный поцелуй, встала и продолжила заниматься своим делом, более не обращая на меня никакого внимания.

– Лизка! – услышала я голос Светки, которая повисла у меня на шее.

– Ты как здесь оказалась! Я своим глазам не поверила, когда от тебя СМСка пришла! – пыталась перекричать музыку подруга.

– Где здесь туалет? Туда пошли, там потише. Расскажу все, – Светка кивнула и повела меня за руку через танцпол, в ритме танца, естественно. Где-то на середине пути, меня за руку ухватил какой-то молодой человек, но он от меня ничего не хотел, а просто двигался вместе с нами, а его, в свою очередь подцепила какая-то девушка. Когда Светка вышла с танцпола, наш паровозик распался. Молодой человек, который до этого держал меня за руку, весело улыбнулся мне и помахал рукой. Я улыбнулась ему в ответ и поймала себя на мысли о том, что все здесь держатся так непринужденно, и мне это нравилось.

– Ну, давай вываливай? Как ты здесь оказалась? С кем? Почему так поздно? – засыпала меня вопросами подруга, как только мы вошли в дамскую комнату.

– Подожди, в туалет только схожу, – ответила я и уже было направилась к кабинкам, как застыла в изумлении, на них не было дверей. Я, конечно, все понимаю, современная молодежь сейчас ничего не стесняется, но не до такой же степени!

Я обернулась к Светке, которая смотрела на меня с нетерпением.

– Я не смогу без двери.

– А зачем без двери? – выражение лица подруги с нетерпеливого сменилось на непонимающее.

– Ну там же двери нет, – Светка заглянула мне за плечо и разразилась хохотом, так, что на нее все присутствующие девушки смотреть стали.

– Ну ты даешь, Лизка, – заливалась подруга.

– Они же зеркальные просто, – обернувшись, я увидела, что двери у кабинок, действительно зеркальные, и в них отражались девушки, которые стояли, напротив. Я тоже расхохоталась, заражаясь от Светки.

Быстро сходив в туалет, я рассказала подруге, как после тяжелого трудового дня, мы решили немного выпить, а потом, повеселев, собрались в «Лазурит», по наводке нашего бармена.

– Но это еще не все. Я здесь не одна, – я сделала паузу, выжидающе, с загадочной улыбкой на губах, глядя на подругу.

– Ну понятно, официантки, бармен … – и тут ее глаза стали округляться.

– Да ладно! Ты с мужиком!

– Не с мужиком, а с парнем, – обиженно сказала я.

– Кто он? Бармен? Ты с барменом закрутила? – я отрицательно помотала головой улыбаясь.

– С шефом что ли со своим! – глаза подруги округлились еще больше.

– Нееет, – засмеялась я.

– С Андреем, ну это тот, про которого я тебе рассказывала.

– Какой Андрей, погоди, – Светка задумалась.

– Ну тот, который «постоянный клиент». Он в первый рабочий день еще, меня облапал, – говорила я, и чувствовала, что немного краснею от воспоминаний.

– Это тот красавчик что ли? – Светка отвернулась к зеркалу и стала наскоро приводить себя в порядок. Подкрасила губы, взбила волосы, выпрямила спину и стала любоваться собой.

– Так, веди меня знакомиться, срочно.

– Ты так настроена, как будто отбивать его у меня собралась, – сказала я неуверенно.

– Не ссы. Если поведется, значит не твое. Сейчас мы его проверим, – сказала подруга, приняв воинственный вид.

Мы вышли из уборной, и она жестом и взглядами велела мне вести нас к нашему столику. Вроде бы ничего такого, но у меня почему-то было нехорошее предчувствие. А вообще, Светка права, если поведется на нее, значит действительно не мой вариант.

Когда мы подошли к нашему столику, девчонки были опять на танцполе, а Андрей, увидев меня, сразу же встал и притянул к себе.

– Я уж думал ты сбежала от меня, – сказал он мне в ухо, улыбаясь, и потерся носом об мою щеку. От интимности этого жеста, у меня мурашки по спине побежали.

– А это моя подруга Света. Знакомьтесь, – я развернулась к подруге, собираясь представить Андрея, но замерла, не осмелившись продолжить.

Глаза Светки с ненавистью смотрели на Андрея, как на Гитлера, хотя, возможно я и переоцениваю ее отношение к немецкому вождю.

Я обернулась и посмотрела на Андрея, он тоже смотрел на Светку, и все так же улыбался. Вот только его улыбка уже не была теплой.

Я ожидала любой реакции моей подруги на Андрея, но только не такой. Она мне пыталась, видимо, что-то сказать, но из-за громкой музыки, я ее совершенно не слышала. Тут у Светки зазвонил телефон, и она, не говоря больше ни слова, отошла от нашего столика.

– Я пойду ее догоню, она мне сказать что-то хотела, – сказала я Андрею, и хотела уже направиться за Светкой, но он удержал меня за руку.

– Она же по телефону поговорить пошла, никуда не денется. Пойдем лучше потанцуем, – и он утянул меня на танцпол.

Как раз музыка сменилась на то, что можно было назвать медленным танцем. Да, Светка не куда не денется, успеем поговорить потом. Может, он ей не понравился просто, а может, наоборот. Я не успела домыслить, Андрей стал блуждать руками по моему телу в медленном танце. Он прижимался очень плотно, и когда я уже готова была оттолкнуть его за наглость, отстранялся сам. Вообще-то, пары вокруг нас совершенно не стеснялись и на их фоне, наш танец выглядел очень скромным. Многие даже целовались, а поцелуй одной пары, вообще выглядел так, как будто они хотели съесть друг друга. В нашей паре танцоров, Андрей был явно ведущим, и я была этому рада, так как не могла расслабиться рядом с ним.

Внутри было постоянно какое-то легкое напряжение, а я не могла понять почему. Из-за его настойчивости что ли. А еще, меня не покидало чувство, что я изменяю своему темному ангелу. Может, нужно было выждать время, говорила я себе, но мой внутренний голосок возвращал меня к реальности словами о том, что другого Андрея может и не быть вовсе.

Я шумно выдохнула, когда Андрей взял в плен своими ладонями мое лицо. Он просто смотрел на меня, не пытаясь сократить расстояние, но я четко понимала, что он хочет меня поцеловать. И вот его губы стали медленно и неумолимо двигаться к моим. Я знала, точно знала, что сейчас должно произойти и … не могла, просто не могла, и все. По крайней мере сейчас.

Я отклонила голову в бок и отвела глаза. Ну вот и все, сейчас ему надоест эта игра в недотрогу, и он уйдет, переключившись на кого-то посговорчивей. Возможно, так даже лучше. Я попыталась вызвать в себе раздражение, что бы он не прочитал в моих глазах то, как мне все-таки не хочется, чтобы он уходил. Я взглянула ему в глаза, но, к моему удивлению, там ничего не поменялось. Андрей смотрел все также тепло, и даже мило улыбался.

– Малыш, поехали я тебя домой отвезу. Устала, наверно? – прошептал он мне на ушко и, не дождавшись от заторможенной меня ответа, повел в сторону выхода.

Я была благодарна Андрею за то, что он с пониманием относится к моим отказам и не торопит меня.

Свежий воздух отрезвляюще пахнул мне в лицо, когда мы вышли на улицу и направились в сторону стоянки.

– У меня же там подруга осталась, ее предупредить надо, – я попыталась вырвать свою руку и развернуться, но мне никто этого не позволил.

– Малыш, не пропадет твоя Светка, ты же не с ней сюда пришла, – начинал раздражаться Андрей и по-хозяйски усадил меня на свой мотоцикл. Надо же, даже имя ее запомнил.

Пока он усаживался спереди, я все же записала короткую голосовушку: «Я домой, завтра поговорим» – и отправила ее Светке.

Ответ я прочитать не успела. Железный бык завелся, оглушив меня, и заставив вцепиться в Андрея. Второй раз я перенесла поездку уже попроще. Сказывалась дневная усталость, и последние свои силы я потратила на то, чтобы не свалиться с мотоцикла.

Когда мы стали подъезжать, Андрей сбавил скорость, чтобы я смогла показать дорогу до дома.

Когда я сползла с мотоцикла, все, о чем я могла мечтать, это только о сне в своей мягкой постельке, но Андрей поймал мою руку и попросил задержаться ненадолго.

– Малыш, давай на лавочке посидим. Долго не задержу, – попросил он с милой улыбкой, и мне стало неудобно отказать. Привез меня, так что уж я десять минут не просижу.

– Ну давай, только недолго, ладно, – и он повел меня к лавочке во дворе нашего дома, под большим деревом.

Когда мы подошли туда, оказалось, что свет от фонаря практически не освещает лавочку, и нас даже увидеть то никто не сможет, если что.

Если что, в такое время и не ходит уже никто, напомнил мне внутренний голос. Я на секунду замешкалась, когда Андрей похлопал по месту рядом с собой, приглашая меня присесть. Он выглядел вполне дружелюбно, улыбался, и всем видом показывал, что ему хочется только побеседовать, и все.

Все маньяки именно так себя и ведут, не унимался мой внутренний голос, и я, игнорируя, его села рядом с Андреем.

– Честно говоря, я думал, что такая, как ты, со мной общаться не будет, – начал он.

– Такая как я, в смысле какая? – в недоумении уставилась на него я.

– В смысле красивая, милая, умная, скромная, – он говорил все это совсем без улыбки, которая играла на его губах почти постоянно. Я не ожидала от него таких откровений, особенно в свой адрес.

– Наше с тобой знакомство ведь не с приятного началось. Поди думала про меня, вот урод, – тут он заулыбался, а я отвела глаза.

– Нет, не совсем.

– Нет, не приятно и не совсем урод, или наоборот, – спросил он, улыбаясь, а я не сразу вникла в игру слов и растерялась с ответом. – Да, по первому впечатлению я, конечно, не идеал, люблю выпить, к девчонкам пристаю. Сейчас девчонки такие пошли, что сами на шею вешаются, а ты не такая, поэтому и нравишься мне, – он говорил так открыто, это расслабляло и располагало к себе, и мое мнение о нем и вправду стало меняться в лучшую сторону.

– А я тебе нравлюсь? – спросил он как-то так настойчиво. Сказать ему «нет», будет верхом неприличия.

– Да, ты всем нравишься, – вспомнила я слова Маринки про всех официанток.

– А тебе? – настаивал Андрей.

Ну что тут скажешь, конечно, он мне нравился, но, когда парень говорит об этом девушке, это как-то естественно, что ли, ну соврет и ничего страшного. А вот когда девушка говорит об этом, это уже ответственность, вот попробуй потом откажись от поцелуя, или вообще от всего остального, скажет, сама же сказала, что нравлюсь.

– Да, нравишься, просто я не хочу торопить события, – начала неуверенно я.– Просто у тебя девчонок куча, наверное, была, а у меня опыта в этом вопросе совсем нет.

– Я все знаю, малыш, поэтому и не тороплю. Все, что были до тебя, это так мусор. Каждая из них только гадости про меня и может рассказать, потому что я к ним относился так, как они этого заслуживали. С тобой все по-другому, тебя на руках носить хочется и женой своей сделать, – на последнюю его фразу я округлила глаза, а он только мило улыбался.

– Ты мне веришь? – спросил Андрей, обнимая меня за талию и придвигая к себе поближе.

– Да, – сказала я, глядя ему в глаза.

– Тогда поцелуй я заслужил, это точно, – и он стал наклоняться ко мне, а я не сопротивлялась.

Поцелуй был нежным, очень нежным, он не позволил себе ни чего лишнего, я точно это знала, потому что мне было с чем сравнивать, а вот Андрей об этом не знал. Я предполагаю, что он думает обо мне, как о не целованной еще. Ну, в принципе, это и не далеко от правды.

Поцелуй длился долго, но Андрей так и не захотел его углубить, а я, естественно, не хотела быть инициатором в этом деле.

Я медленно, но уверено отстранила его от себя.

– Мне домой пора, мама волноваться будет, – прошептала я чуть севшим от волнения голосом и стала вставать с лавочки.

– Как скажешь, малыш, надо так надо, пойдем, провожу, – Андрей довел меня до подъезда. Все это время мы держались за руки.

– Ну пока, – сказала я, и попыталась уйти, но он резко потянул меня на себя.

– Подожди, – только и успел сказать Андрей, и его губы накрыли мои, в требовательном поцелуе. Я никак не успела среагировать, и, поэтому его язык беспрепятственно проник мне в рот и, не встретив сопротивления, стал хозяйничать там.

Я понимала, что надо ответить на поцелуй, но меня что-то останавливало. Андрей стал вести себя слишком настойчиво, руки блуждали по мне, а когда он добрался до попы и сжал ее, я не выдержала и издала протестующее мычание.

Это его не остановило, а лишь раззадорило, он прижал меня к себе, и я почувствовала, как он возбужден. Тут я уже не на шутку разволновалась, и начала барабанить кулачками по его груди. Он поймал мои руки и заставил обнять его.

В панике я понимала, что мы куда-то движемся. Андрей прижал меня к стене с темной стороны подъезда, где нас никто не смог бы увидеть.

Слезы покатились из глаз от безысходности, кричать я просто не могла, Андрей безжалостно терзал мой рот в жестоком поцелуе.

Парализованная от страха, я лишь почувствовала, как расстёгивается молния на моих джинсах.

Я в бешенстве переваривал информацию, которую получил от моего человека, следившего за Лизой. Не может быть! Какой еще на хрен ухажер!

Еще больше меня выбешивало то, что я застрял здесь, пока мою маленькую девочку увести могут. Я прямо уже видел, как выбиваю всю дурь из ее горе жениха. Подробностей не было, но меня потряхивало от мысли, что какой-то прыщавый молокосос мог трогать ее своими липкими лапами. Вернусь, все руки ему переломаю.

Три дня! Еще целых три дня ждать этих долбаных немцев, с этой их чертовой корпоративной гулянки.

Я был зол! Очень зол! Весь мир как будто проверял меня на прочность, подкидывая проблему за проблемой.

– У вас еще какие-то проблемы, мистер Волков? – Моника явно наслаждалась моей злостью, и происходившей со мной неприятной ситуацией в целом. Ее самодовольная улыбка играла на лице, а выражение глаз, явно говорило о том, как это все ее забавляет.

Решение пришло моментально, прокручивая потом эту ситуацию, я не мог понять почему так поступил, во мне как будто проснулся голодный и безжалостный зверь.

Одним броском я преодолел расстояние между мной и Моникой. Она даже пикнуть не успела. Нагнув ее через стол, я заломил ей руки за спину. Она стала сопротивляться, но ее мышиные барахтанья ничего не значили для меня, и только распаляли во мне зверя.

Одной рукой я стал задирать ее юбку карандаш до талии, а другой держал ее руки. Черное кружевное белье и чулки в тон моментально возбудили меня. Я прошелся ладонью по кружевной резинке чулок, а когда дотронулся до нежной кожи на внутренней стороне бедра, из груди Моники вырвался стон.

– Так тебе это нравится, маленькая шлюшка, – не дождавшись ответа, я отодвинул ее белье и одним мощным толчком вошел в нее на половину. Она закричала и попыталась опять вырваться, но моего внутреннего зверя уже было не остановить. Еще одним резким толчком я вошел в нее на всю длину, и стал вколачиваться в ее уже готовое и влажное лоно, ускоряя свои движения.

С ее губ срывались уже стоны удовольствия, но я не был настроен на то, чтобы дарить ей наслаждение и быстрыми движениями завершил свое дело, оставив ее лежать на столе.

Я направился в душ, и только под струями прохладной воды, начал понимать, что сейчас произошло. Мое тело просто наслаждалось полученной разрядкой, да и что таить, просило продолжения. Мое тело хотело вернуться к Монике и отодрать ее во все щели, отдолбить ее в рот, выбивая из нее всю холеную спесь.

Только вот на душе у меня было херово, я и сам понимал, что нормальный мужик не может без регулярного секса, но столько мечтал о своей маленькой девочке, что не хотел ей изменять, особенно теперь, когда она почти стала моей.

Ладно, было и было, нечего теперь сопли на кулак наматывать. Сейчас выйду из душа, выкину из номера эту шалаву, забуду обо всем, что произошло и настроюсь на рабочий лад.

Но то, что я увидел, вернувшись в комнату, заставило меня поменять свои планы.

Моника полулежа сидела на диване, уткнувшись лицом в кожаный подлокотник и тихо плакала. В полумраке я не видел ее лица, но негромкие всхлипывания доносились до моих ушей.

И тут я впал в ступор. Что я натворил! Как все это произошло. Я фактически изнасиловал ее. Мой секс с другими никогда не отличался мягкостью, но именно жесткости от меня и хотели. Все мои бывшие только и мечтали о том, чтобы их грубо взял властный мужчина и подчинил себе. И такая ситуация, честно говоря, со мной впервые.

Я бесшумно подошел к дивану и сел рядом. Я не знал, как вести себя дальше.

– Я думал, тебе понравилось, ты же сама вроде не прочь была, – да, на извинения это точно не похоже. От моих слов Моника лишь еще больше всхлипывать стала, и, не глядя на меня, попыталась заправить смятую блузку в юбку. Я обратил внимание на то, что разрез на ее юбке стал больше, значит, я в своем порыве не заметил, как порвал.

Да уж, гордиться не чем, и мне как-то так сразу ее жаль стало, не конкретно ее, а вообще этот образ униженной девушки. Ведь такое с каждой могло случиться, а если бы с Лизой?

– Прости, я правда не думал, что так получится. Просто злой очень был. Как-то навалилось все, и секса у меня давно не было, – меня как прорвало на откровенности, и я говорил, не глядя на нее.

Боковым зрением я уловил, что она подняла голову, и посмотрел на нее. Лицо Моники было заплаканным, щеки исполосованы грязными дорожками от растекшейся туши, губы припухли. Она выглядела так маняще невинно, что хотелось ее поцеловать, обнять и утешить.

Увидев в моих глазах чуточку нежности и неподдельное раскаяние, она потянулась ко мне обняла, и разрыдалась на моей голой груди, так как после душа, я успел накинуть только спортивные штаны.

Я неловко обнял ее и почувствовал, как по моей груди стекают мокрые дорожки ее слез.

– Ну все-все, не плачь, – я пытался успокоить ее как мог, и стал поглаживать по голове.

Она подняла ко мне свое лицо, и, не открывая своих заплаканных глаз, в каком-то необъяснимом порыве, стремительно нашла мои губы и прижалась к ним в просящем поцелуе.

Ее губы были солеными от слез, и я ответил на поцелуй, сначала нежно, а потом настойчиво, прекрасно понимая, чем все это закончится.

Наши языки начали сплетаться, а ее ручки нерешительно поглаживали мой обнаженный торс.

Стон, который вырвался из моей груди, был от безысходности. Я одним движением взял ее за талию и пересадил к себе на колени, а она, в свою очередь, лихорадочно стала срывать с себя одежду.

Пока она пыталась безуспешно расстегнуть свою блузку с сотней пуговок, я поднял ее уже свободно болтающуюся юбку до пояса и через белье, большим пальцем руки стал ласкать самое чувствительное местечко между ног. Когда мой указательный палец вошел в нее, а большой продолжал выписывать нежные узоры на клиторе, она застонала уже в голос, высказывая нетерпение.

Я удовлетворил ее негласную просьбу, приподняв, и медленно стал насаживать на свой, уже возбужденный член. Утолив свой первый голод, я двигался медленно и размеренно. Она откинула голову назад, и сама стала задавать ритм, ускоряя свои движения. В этот раз кульминации мы достигли оба.

Отдыхали мы на диване, я, откинувшись, а она на мне, не меняя позы.

Я был еще в ней, когда она захотела слезть с меня, и мой член, приняв это за продолжение, моментально пришел в боевую готовность, и я, не дав ей встать, стал опять погружаться в Монику.

– Может, тогда на кровать переместимся, – сказала она, зазывно улыбаясь и продолжая насаживаться на меня. Одной рукой она уперлась в мою грудь, а другой медленно спускала лямки бюстгальтера с плеч, демонстрируя свою шикарную грудь. Я губами поймал прыгающий передо мной сосок и прикусил его через тонкое кружево. Моника охнула и замерла. В этот момент я снял ее с себя и понес на кровать.

Положив ее, я быстро освободил себя от остатков одежды, а вот с ее раздеванием я решил не спешить, решая, что еще оставить на Монике кроме черных чулок, но она помогла решить мне эту проблему, быстро скинув с себя блузку, юбку и белье.

Я широко развел ей ноги, и одним мощным движением погрузился в ее влажное лоно до предела, она выгнулась застонала и стала двигаться в такт моим толчкам, принимая меня все глубже и глубже. Почувствовав, что скоро настанет разрядка, я пальцем нашел ее клитор, и уже через несколько секунд, она стала извиваться подо мной в волнах экстаза, и несколькими быстрыми толчками я догнал ее, шумно кончив.

Откатившись, я лежал на кровати облегченный во всех смыслах. Она смогла доползти мне под бок и моментально отключилась.

А вот моя совесть, не давала мне так же быстро заснуть как Монике.

Мой мозг отказывался верить в происходящее, по щекам катились слезы. Только не так! Этого не должно произойти со мной. Собрав остатки силы, я с отчаянием толкнула Андрея в грудь, в тот момент, когда он возился с моей ширинкой.

– Не трогай меня, урод! – попыталась закричать я, но мой голос срывался, и получались какие-то надрывные хрипы.

Не знаю, как я выглядела в этот момент, может быть, на психопатку какую-то похожа была, но Андрей медленно отошел от меня задним шагом на пару метров, и смотрел сначала с непониманием, а потом его лицо искривила гримаса раскаяния и сочувствия.

– Лиза! Лизонька! Прости! Я не хотел! – он развернулся, и ударил кулаком о соседнюю стену, сбив костяшки в кровь. Это выглядело так пугающе, что мой страх за себя, стал перерастать в страх за Андрея.

– Просто не смог себя сдержать. Прости! – он говорил это, отвернувшись, и не глядя в мою сторону. Его голова была опущена, а из пораненной руки, которая висела как плеть вдоль тела, начинала капать кровь.

– У тебя кровь идет! – сказала я ему, но он ничего не ответил, и даже не посмотрел в мою сторону.

Чувство сострадания к ближнему окончательно побороло мой страх. Я вытащила из своей маленькой сумочки пару бумажных платочков и подошла к Андрею. Когда я стала вытирать раненую руку, он не сопротивлялся. Выкинув использованные, я обмотала чистыми платочками его руку, и согнула ему пальцы, заставив сжать их в кулак.

– Ты меня простишь? – спросил Андрей голосом маленького виноватого мальчика, пока я возилась с кистью.

– Нет. И доверять тебе теперь не смогу, – ответила я чересчур строго, что даже пожалела немного, когда он посмотрел на меня своими щенячьими глазами.

– Прости. Просто я всегда забываю, что если целую, то у тебя просто нет возможности сказать слово «нет».

– А то, что я сопротивляюсь как сумасшедшая, тебе ни о чем не говорит? – спросила я с вызовом, а он лишь глаза опустил.

– Ну, ты сама на меня посмотри, ты же против меня, как котенок против тигра, – ответил Андрей, и на его губах опять заиграла мальчишеская улыбка.

Я закатила глаза и протестующе подняла руки, типа «не хочу больше ничего слушать».

– Все, я пошла домой, – и развернулась, чтобы уйти.

– Ты уходишь насовсем? – ну вот что мне ему ответить.

– Сегодня да, – сказала я, не оборачиваясь, и зашла в подъезд.

Время уже было далеко за полночь, а с меня сон как рукой сняло. Я просто не знала, что мне теперь делать с Андреем, вернее с нашими отношениями. Он хотел большего, это очевидно. Дело во мне. Когда я была со своим темным ангелом, не задумывалась ни на секунду, а даже наоборот, я хотела его так же, как и он меня, и могла позволить ему тогда все. Вот только он не захотел, а с Андреем я испугалась, и дело было даже не в том, что подъезд не подходящее для этого место. Я не хотела Андрея так, как хотела моего темного ангела

Может быть не сейчас, может быть, мне нужно время, чтобы узнать Андрея получше, вот только он не хочет ждать, хоть и говорит об этом.

Размышляя перед сном, я вспомнила, что не успела прочитать ответ Светки, когда мы с Андреем отъезжали от клуба.

Я взяла телефон и открыла Вайбер. Когда я читала сообщение от подруги, по спине побежал холодок.

«Не верь Андрею. Будь осторожнее с ним».

Собираясь утром на учебу, я неважно себя чувствовала, во всех смыслах. Во-первых, я катастрофически не выспалась, во-вторых, у меня жутко болела голова от вчерашнего налегания на коктейльчики, ну а в-третьих, сообщение подруги, меня совершенно сбило с толку.

– Лизонька, выпей таблеточку, сразу полегчает, а то на тебе прям лица нет, – говорила мне мама, протягивая стакан воды и таблетку Аспирина.

– Спасибо, мамуль, – я сморщила нос, когда глотала таблетку, а вот воду допила до конца.

– Тебе же еще на работу сегодня, совсем ты забегалась. Учеба, подработка, а теперь еще не выходных, не проходных, – сетовала мама.

– Это же ненадолго, просто попросили подмениться, пока иностранная пара у нас обедает, я же тебе рассказывала про них, – объясняла я маме, расчесывая свои длинные волосы на ходу.

– Да я помню, помню. Ты хоть волосы заколи, когда на работу придешь, все-таки в общественном питании работаешь, – продолжала она читать мне нравоучительные лекции.

– Ну мам, конечно, заколю, – отвечала я ей, уже выходя из квартиры.

По дороге на учебу, я опять вернулась мыслями к Светкиному сообщению. Что она имела в виду, прося не верить Андрею, и быть с ним поосторожнее. В том, что она его знала, теперь не оставалось никаких сомнений. А вот насколько хорошо, это был вопрос, благо ответа на него мне ждать недолго.

Но на первой паре Света так и не появилась, а на сообщение ответила коротко.

«Приду ко второй паре, потом все расскажу».

В ожидании Светы, я просидела как на иголках, на том, о чем говорил преподаватель, сосредоточиться никак не получалось, но вот пара закончилась, и подруга сразу же влетела в аудиторию, благоразумно дождавшись ухода преподавателя.

– Маман опять потащила меня дом смотреть, он хоть и недалеко, но все равно пришлось встать раньше обычного, – сразу затараторила Светка, усаживаясь рядом со мной.

– Да, кстати, я ведь вчера забыла тебе визитку отдать, ну про иностранцев, которым имущество в наследство досталось, помнишь? – перебила я подругу и стала интенсивно штудировать содержимое своей сумочки.

– А, вспомнила, ладно давай, только сегодня отдавать не буду, а то она прям сейчас меня опять потащит смотреть. Я, конечно, не против, если они с папочкой переберутся в загородный дом, а мне квартиру оставят, в смысле меня одну в квартире. Но ты же знаешь, пока мама все варианты не пересмотрит – не успокоится, – весело лепетала подруга.

– Ну правильно, это же недвижимость, тем более такая как у вас, элитного класса. Вот нашла, держи, – протянула я ей визитку.

– Ты говорила они французы вроде бы, а нам с ними как общаться-то, мы же по-французски не шпрехаем, – засмеялась Света.

– Да, не на французском, не на немецком, – засмеялась я в ответ и посмотрела на визитку. Она была на русском, с телефоном мужчины.

– Наверное, их дела юрист русский ведет, так что не переживай, разговорного барьера между вами не возникнет, – ответила я, протянув подруге карточку, и замолчала, не зная, как спросить о волнующем меня вопросе.

– Кстати, выглядишь бодрячком, хоть и легла поздно, в смысле рано уже было, – прокомментировала мой внешний вид Светка.

– Ты знаешь Андрея? – спросила я, не желая оттягивать.

– Да, он с одной моей подругой раньше общался, она про него говорила, козел, каких мало. Ну, это вообще давно было, может он изменился, – Светка говорила беззаботно, но на мгновенье, в ее глазах я уловила грусть.

– Ты лучше расскажи, как у вас с ним? – спросила подруга.

Я хотела расспросить поподробнее, о том, о чем она умолчала, но подумала, что сама не собираюсь обо всем рассказывать.

– Да ничего вроде бы. Рассказывать, то особо не о чем. Вчера, вообще считай наше первое свидание было, – начала я.

– Приставал к тебе? – первым делом спросила подруга.

– Нет, не очень.

– Что значит не очень? – как-то насторожилась Светка.

– В смысле только целовал, и не настаивал на продолжении.

– Прямо не верится, – закатила глаза подруга.

– В смысле не верится? – спросила я.

– В том смысле подруга, что всем им одно только от нас и нужно, – сделала заключение Светка.

– Ну не знаю, – с грустью ответила я, и подумала о том, что возможно подруга права.

И тут, Света взяла меня за плечи, и решительно развернула, так чтобы я смотрела ей в глаза, как будто хотела сказать что-то важное.

– Лиза, если тебе Андрей и в правду очень нравится, то я просто обязана сказать о нем кое-что, очень важное.

В ее глазах плескались разные эмоции, мне казалось, что я вижу в них и боль и ненависть одновременно. Мне даже страшно стало от того, что я могу сейчас от нее услышать.

Я ждала с замиранием сердца … но, прозвенел звонок, отложив откровения Светы, еще на целую пару.

Всю следующую пару я опять просидела как на иголках. Слушала и не могла сосредоточиться на словах преподавателя, а на свой конспект вообще смотреть не хотелось. Там, поди, ни одного связного предложения не получилось, а местами, возможно, я вообще просто свои мысли записывала.

А вот подруга вела себя очень даже спокойно, как прилежная студентка.

Но вот прозвенел долгожданный звонок, и я просто припечатала Светку к месту словами.

– Ну, выкладывай, что там с Андреем? – спросила я на повышенных тонах. Подруга смотрела на меня в недоумении.

– А что с ним не так? – она не понимающе уставилась на меня.

– Ну ты же сама говорила, что хочешь про него сказать что-то важное, – разжевывала я ей как ребенку, и мое терпение было уже на исходе.

– А, ты об этом, да козел он просто. Будь с ним поосторожнее, ладно?

– Ты так говоришь, как будто сама с ним знакома, – настаивала я.

– Нет, не знаю, видела пару раз просто, – говорила Светка, а сама глаза отводила.

– Ну не хочешь говорить, как хочешь, – и больше до конца дня мы с ней не разговаривали.

Когда лекции закончились, и я уже собиралась уходить домой, Света остановила меня.

– Лиз, ну не обижайся, правда, ты же сама мне не все рассказываешь, и потом у вас же все равно с ним несерьезно, – пыталась подлизаться подруга, но у нее это плохо получалось.

– С чего ты взяла, может, он вообще на мне жениться собрался, – выпалила я в сердцах.

– После одного-то свидания, я тебя умоляю! – залилась смехом подруга, но я уже не слушала ее и шла к выходу.

Настроение было испорчено, и утренняя головная боль опять дала о себе знать. Неужели Светка мне просто завидовала, и сама была бы не прочь повстречаться с Андреем. Это она еще историю про моего темного ангела не знает, то, что розы были совсем не ей предназначены.

На кону была наша дружба. Может, и в правду бросить этого Андрея, не так сильно он мне, в сущности, и нравится. Хотя, у нас с ним и отношений-то никаких и не было еще. Так, пробничек. А с другой стороны, это мои первые отношения, и когда другие будут еще неизвестно.

Так с тяжелыми мыслями и такой же тяжелой головой я вернулась домой, и решила принять ванну, времени до работы оставалось совсем немного, но мне это было необходимо позарез.

Я замотала свои длинные волосы в тугой узел на затылке, так как не собиралась их мыть, и стала медленно погружаться в ароматную пену. Манящий запах экзотических фруктов щекотал мои ноздри, и я закрыла глаза от удовольствия, и мысленно перенеслась на дикий пляж. Солнечные лучи обжигали кожу, на самом деле мою кожу стала обжигать горячая вода, текущая из крана, но все это просто прибавляло реалистичности моей фантазии.

Я поднимаю глаза и вижу, как мой темный ангел выходит из моря по направлению ко мне. С его темных локонов, крупными каплями стекает соленая вода, а его идеальное загорелое тело просто светится, отражая солнечные лучи.

Он склоняется надо мной и перед тем, как поцеловать, шепчет своим властным бархатным голосом:

– Лиза, ты должна быть только моей.

– Да, – вырывается у меня со стоном, и наши губы соединяются в страстном и головокружительном поцелуе.

Его рука спускается мне на грудь, и под его прикосновением, она приобретает идеальную форму. Голова начинает кружиться как на карусели, а его рука продолжает путешествовать по моему телу и вот уже накрывает венерин холмик через трусики моего купальника.

Я со стоном выгибаюсь ему на встречу и … подпрыгиваю от неожиданности, когда слышу стук в дверь и мамин голос.

– Лиза, ты на работу так опоздаешь, выходи.

– Да-да мам, сейчас, – у меня голос даже поменялся от возбуждения, с хрипотцой стал, надеюсь, мама внимание не обратила, подумала я, а сама краснеть начала от сознания того, где сейчас была моя рука.

– Ох Лиза, Лиза, средь бела дня такими вещами занимаешься, – отчитывала меня моя совесть.

Я быстренько домылась, наскоро доделала все свои дела, собралась и полетела на работу.

Прилетев, я поняла, что у нас в ресторане случилось ЧП, так как возле входа стояла скорая помощь.

Зайдя внутрь, я увидела, как суетится персонал. Пройдя дальше, моим глазам открылась картина того, как на носилки пытаются усадить нашу администраторшу. Судя по тому, как она истерически всех посылала, чрезвычайное происшествие произошло с ней.

– Что случилось? – спросила я у стоявшей рядом, знакомой официантки.

– Она ногу подвернула, а может и сломала.

– А орет так, как будто отрезали, – добавила другая официантка с сарказмом в голосе.

– Вы вообще с людьми работаете или с животными, – во всю отчитывала медбратьев наша потерпевшая, кое-как усаживаясь на носилки.

– А как это произошло? – спросила я.

– Никто не видел, поскользнулась вроде как, по ее словам, – ответила мне официантка, которая стояла ближе всего.

– Бухать меньше надо, – проворчала другая.

– С ней, конечно, не сахар работать, но без администратора вообще труба, никто же на время ее больничного не придет, – расстраивалась первая.

– Вот и Максим Викторович появился.

Я обернулась и увидела в дверях нашего босса. Если бы я его не знала, никогда бы не подумала, что он может быть директором. Его образ, ну ни как у меня с этой должностью не вязался. По его виду вообще можно сказать, что он никогда не работал и работать не собирается, мама с папой за все заплатят и все устроят.

Вот и теперь он стоял с растерянным видом, не зная, как разобраться со сложившейся ситуацией.

– Так, концерт окончен, все за работу, живо, живо, – захлопал он в ладоши, мотивируя всех разойтись.

– А ты по чему еще не в форме, – обратился он ко мне.

– Уже бегу, – ответила я и понеслась в раздевалку.

Смена оказалась действительно адской без администратора. На весь персонал легла дополнительная нагрузка, а недоделки в одном вели к накладкам в другом. Заказы сбивались, путались, а про небольшой банкет вообще вспомнили только когда пришли гости.

Все конфликтные ситуации вроде бы утрясались без особых последствий, но вся наша смена просто с ног валилась.

Перед тем как уйти, Максим Викторович собрал весь персонал у себя в кабинете.

– Поди премию сейчас выпишет, – сказал довольно наш бармен, но он немного ошибся.

– Как вы все знаете, с нашим администратором сегодня произошло неприятное происшествие, как оказалось, у нее серьезный перелом ноги, и выйти на работу, она пока не сможет. Искать ей временную замену смысла нет, так как на время ее больничного к нам, конечно же, никто не придет. Поэтому нам нужен человек из числа персонала, который хоть как-то сможет ее заменить. Кто-нибудь хотя бы в курсе, что нужно делать? – спросил у нас босс, и, естественно, ответа не дождался.

– Еще раз повторяю, что это временно, и спрос с этого человека будет минимальный, – в его голосе слышалось нетерпение, а в глазах отчаяние.

Да уж организатор из него никакой. У меня перед ним почему-то совершенно не было трепета, ну вроде того, которое должен быть у подчиненной перед руководством. Как своего босса, я его совсем не воспринимала, а в этой ситуации даже жалела.

Вообще-то попробовать себя в роли администратора, мне очень даже хотелось, тем более это как раз моя специальность. Вот только я всего лишь первокурсница, а здесь не практика, а серьезная работа, подсказывать мне никто ничего не будет. Разве я справлюсь? Но, с другой стороны, такого шанса у меня просто больше не будет, и я робко стала поднимать руку, в попытке привлечь внимание нашего босса.

– Да, ты что-то хотела, – недовольно и с нетерпением спросил он у меня.

– Я хотела предложить себя, – и под негромкие смешки коллег, быстро исправилась. – То есть, хотела предложить свою кандидатуру на место администратора, – уверенней продолжила я.

– Все понятно, можете быть свободны, – с глубоким выдохом ответил наш босс, переводя взгляд с меня на охранника, и кивком предлагая ему подойти.

Я не поняла, он меня не услышал, что ли, но негромкий смех из толпы выходящего гуськом персонала, дал мне понять, что меня не восприняли всерьез.

Да ладно, это кому здесь помощь нужна, мне или им. Это он что, студенткой университета брезгует что ли. Мой праведный гнев победил во мне все страхи, и я подошла к нему.

Он видел, что я хочу поговорить, но не обращал внимания, объясняя что-то начальнику охраны.

От того, что я находилась в нелепом положении, вся моя смелость пошла на убыль. Я теребила кончик фартука и осматривала шкафы в ожидании. И наконец-то, хвала небу, на меня обратили внимание.

– Ну что тебе еще? – спросил меня Максим Викторович таким усталым голосом, как будто весь день привезенные продукты разгружал, а не кофеек попивал, нежась у себя в кабинете.

– Я вообще-то не шутила, предлагая свою кандидатуру. Я учусь на факультете гостиничного бизнеса, и это как раз моя специальность, – начала я с гордостью за свой ВУЗ и за себя.

– Какой курс? – немного оживился он.

– Первый, – как-то уже не так резво ответила я, и он опять скис.

– Слушай, а это не ты у нас иностранных клиентов обслуживаешь? – вспомнил он.

– Да, – ответила я опять повеселевшему боссу.

– Так, ладно, давай попробуем, ты ведь все равно каждый день работаешь, тебе не сложно будет, – сделал заключение мой остроумный босс. Конечно, не трудно, с чего бы. Я ведь и учусь, и работаю, чего мне стоит и эту должность совмещать.

От его умозаключений я осмелела, и про заработную плату решила спросить.

– Как на счет оплаты?

– Ну, тебе же за дополнительные рабочие дни будут доплачивать, вот. А чего ты еще хотела, ты же в свое рабочее время этим заниматься будешь. Да там и делов -то, заказы принять, туда-сюда, – начал юлить Максим Викторович.

Вот жмотяра, я вообще-то на премию рассчитывала, пашу как лошадка, без выходных и проходных как мама не скажет, на самом деле. И зачем мне все это надо спрашивается.

– Так у вас администратор не как официантка получает, – все больше раздражалась я.

– Ну так ты же студентка, может еще и не справишься, – сказал он небрежным тоном, глядя на свой дорогущий телефон. Ага, как работать, так администратор, а как на счет зарплаты разговор, так студентка сразу.

– Да, вы правы, я, наверное, не справлюсь, – сказала я так же небрежно, и, развернувшись на каблуках, потопала к двери.

– Подожди, подожди! – я остановилась и, подавив смешок, наблюдала за тем, как мой босс опрокинул папки с документами, в попытке быстро обогнуть стол, и догнать меня.

– Давай ты пока начнешь, а мы потом к вопросу оплаты вернемся, – он протягивал мне руку, для скорейшего заключения нашего договора.

– По рукам?

– По рукам, – ответила я, после недолгой паузы, и он улыбнулся мне своей мальчишеской улыбкой.

Обнаженное тело Моники, свернувшееся клубочком около меня, не давало мне заснуть. Я не знал, что делать с этой ситуацией. Конечно, голая девушка в моей постели, далеко не редкость, но теперь, когда я узнал Лизу по-настоящему, чувствовал себя как муж, изменяющий своей беременной жене, которой долго нельзя заниматься сексом, а ему невтерпеж.

Пролежав без сна почти до утра, я так и не придумал себе оправдание и решил не мучать себя, оставив все как есть.

Утром меня разбудили приятные ощущения там, где этого хотелось больше всего.

Открыв глаза, я увидел, что Моника, во всю обслуживала мой стоявший, как Эйфелева башня член. Я застонал, и мозг, не успевший еще подать импульсы не телу не языку, был ослеплен молниеносным оргазмом.

– Доброе утро! – пропела Моника, облизывая свои пухлые губки, и потерлась щекой о внешнюю часть моего бедра, как ласковая кошка.

– Доброе, – выдохнул я и сел на край кровати. Не найдя своего белья, я в чем был, а точнее без ничего, отправился в душ, не желая продолжения, которого ей безусловно хотелось.

Но, как ни странно, никакие просьбы и уговоры мне в спину не посыпались.

Стоя под струями холодной воды, я размышлял, как бы потактичней выгнать из своего номера эту ненасытную красотку. В том, что она сейчас лежит на кровати, в самом что ни на есть доступном виде, я даже не сомневался. Свою фирменную грубость я применять не хотел, как ни крути, вчера я с ней совсем не по-рыцарски обошелся. Может денег дать? Да, Серый, что-то у тебя голова совсем не варит, она же не девушка по вызову.

Так ни чего и не придумав, я вышел из душа, Моники на кровати не было. Пройдя в гостевую, увидел, что она уже во всю наводит там порядок после вчерашней бурной ночи.

– У вас есть на сегодня планы, мистер Волков? – она всегда обращалась ко мне на вы, хотя в самом начале нашего знакомства я предлагал ей обращаться ко мне по имени, но в свете недавних произошедших событий, слышать от нее «мистер» было как-то странно.

– Пока не решил, – ответил я, как можно непринуждённее.

– Вы хотели посмотреть на наше производство, насколько я помню. Могу организовать вам сегодня просмотр, – сказала мне Моника таким же непринужденным тоном, как у меня, продолжая собирать свои вещи. Она вообще никак не давала понять, что между нами что-то произошло. Я был удивлен. Приятно удивлен ее компетентности и профессионализму даже в такой интимной сфере, и решил принять ее предложение.

– Да, я не против.

– Хорошо. Тогда я сейчас приведу себя в порядок, заедем сначала ко мне домой, потом в офис, оформить пропуска и на производство.

– Согласен, – ответил я и проследил взглядом за тем, как она изящно продефилировала в душ.

Да, наверное, я все-таки зря причёсывал всех женских особ под одну гребенку. Никакого тебе нытья, ни истерик, сопли на кулак не наматывает, и сразу же на работу переключилась. Да определенно такой тип женщин мне был по вкусу. Можно и это перекусить, если основное блюдо, в виде Лизы, пока не доступно.

Лиза! Воспоминания о ней были все такими же реалистичными, но совесть уже не так мучала меня. Я решил смериться с ситуацией и не накручивать себя, все равно уже ничего не поделаешь. Как говорится «если не можешь ничего изменить, расслабься и получай удовольствие».

Единственный вопрос, который действительно волновал меня в отношении Лизы, это ее внезапно нарисовавшийся ухажёр. Ну да ладно, за пару дней ничего страшного не произойдет.

Погрузившись в свои размышления, я стал медленно собираться и тут, мой желудок заурчал, напоминая своему хозяину о том, что он пуст, и что в первую очередь его нужно наполнить, а потом уж заниматься делами.

Взглянув на дверь душевой, я подумал, что, зная девушек и их очень долгие собирания, Монику я еще не скоро дождусь. Но она в очередной раз удивила меня, управившись всего за двадцать минут, опередив даже меня в этом одевальном забеге.

– Забыла включить в наш график завтрак. Недалеко от моего дома есть неплохой ресторанчик быстрого питания, предлагаю перекусить там, а потом уже ехать на предприятие, – говорила Моника, на ходу стягивая свои светло-русые волосы в конский хвост.

С моих губ уже хотел слететь одобрительный комплемент, но я вовремя сдержался, и, накинув пиджак, вышел за ней из номера.

Мы ехали до ее квартиры полчаса. Все это время никто из нас не сделал попытки заговорить. В салоне автомобиля представительского класса играла приятная музыка, и каждый думал о своем.

Довольно шустро припарковавшись, Моника продолжала сидеть в машине, сжимая руль, и не решаясь заговорить.

– Мне нужно переодеться, – начала она как-то несмело. – Поднимешься? – спросила не глядя. Ну, вот и начинается, поплыла девочка, на «ты» уже перешла.

– Нет, – бросил я ей довольно грубо, не сводя с нее взгляда.

В ее глазах плескалось разочарование, но на меня она так и не посмотрела, и молча вышла из машины.

Я не собирался с ней любезничать, пусть сразу с себя розовые очки снимет и знает свое место.

Ждал я ее недолго. Когда она села в машину, от прежней Моники не осталось и следа. Она была такой же надменной, как всегда, даже выглядела, также. Та же юбка карандаш, вот только разрез гораздо меньше, та же блузка, только другого оттенка и туфли лодочки в тон. Предполагаю, что у нее весь гардероб из таких комплектов.

Я порадовался ее перемене, приятно иметь дело с профессионалом. Пришла в себя, собралась, поняла, что ловить ей здесь нечего. Еще пару дней подождать пока директора с потрахушек вернутся, и тогда я уж точно из них этот чертов контракт выбью. А потом и чемоданы паковать можно. Так что извиняй Моника, это был всего лишь случайный секс и ничего личного.

Пока мы завтракали в небольшом ресторанчике, кстати, действительно очень неплохом, она рассказывала, о запуске новой линии компьютерного оборудования, которое сейчас тестируют на производстве.

– Ты же всего лишь переводчица, откуда такие познания? – озвучил я свои мысли.

– Вообще-то я не переводчица, а заместитель директора по продвижению и рекламе, – начала с улыбкой Моника, выжидающе глядя мне в глаза.

Извинений не дождешься, милая, нечего так пялиться. Я сразу же вспомнил нашу первую встречу в аэропорту, как тогда подумал, что она всего лишь переводчица, а ведет себя как генеральный директор. Как в воду глядел. Но зато, все срослось по поводу тачки. А то я уж начал думать, о том, что здесь все до фига зарабатывают.

– Это тебя на время понизили или навсегда? – усмехнулся я, а она аж чуть не подавилась от возмущения.

– Нет, конечно. Меня попросили помочь просто, так как я русский знаю, – говорила она, периодически покашливая.

– Ну и откуда ты его знаешь? – спросил, а сам привстал, чтобы похлопать ее по спине. Она моментально напряглась, перестала кашлять и замолчала.

Я перестал хлопать, но руку не убрал и стал медленно поглаживать, спускаясь все ниже. Меня забавляла ее реакция, как она округлила глаза, как учащенно задышала. Моя рука заползла ей под пиджак и стала поглаживать грудь. Помимо округлившихся глаз, у нее стал округляться и рот, а в тот момент, когда я указательным и большим пальцем сдавил набухшую горошину соска, она шумно охнула.

Ее глаза затуманились от похоти, а мне было просто смешно. Я играл с ней, показывая, как быстро сумею возбудить в не страсть. Но, видимо, не рассчитал свои силы, так как, не обращая внимания на посетителей заведения, Моника накинулась на меня в страстном поцелуе.

Я просто не ожидал такого поворота событий. Мне и раньше приходилось соблазнять девиц, но все терпели пока мы останемся одни, ну или на худой конец в экстремальных местах, но без зрителей, а эта накинулась на меня как голодная кошка.

Я даже не сопротивлялся поначалу.

– Ты что! Совсем сдурела! – осадил я ее резким шепотом, отрывая от себя.

– Ты же, меня же, сам, – начала она нечленораздельно, забывая на ходу русскую речь.

– Жду в машине, – бросил я ей, и бесцеремонно взяв со стола ее ключи, направился к выходу. Около бара я расплатился за наш заказ и вылетел из ресторана.

Уже подходя к машине, понял, насколько я зол. Вот только злился я не на Монику, а на себя. Что это блин за игры, какого черта я опять к ней лезу. Все, пора завязывать с этим омутом и валить из этой гребаной страны.

Я барабанил пальцами по панели бардачка, наблюдая за тем, как Моника идет к машине. Хороша чертовка, и она опять смогла быстро собраться, не выдавая никаких эмоций. Вся такая бизнес-леди.

По ее лицу нельзя было прочитать, что она чувствует на самом деле, а вот слегка подрагивающие пальцы, напряженно сжимающие мягкую кожу, обтягивающую руль, говорили мне о том, как она взволнована.

Всю дорогу Моника опять ехала молча. Мы зашли в офис за пропусками. Процедура заняла немного времени, но и этого оказалась достаточно, для того чтобы и я и она, окончательно пришли в себя, и окунулись в рабочие моменты.

Предприятие, на котором производилось немецкое оборудование, находилось довольно далеко от черты города, и с виду, было совсем неприметным. Вот только оцепленная территория, и пропускной режим на въезде, говорил о том, что здесь не коров разводят. Здание было всего в несколько этажей, поэтому я удивился, когда на лифте мы ехали довольно долго. Я удивился еще больше, когда узнал, что мы ехали вниз. Оказалось, что основная часть предприятия, подземная.

– Каждый этаж отведен под определенный отдел, но основное производство находится на двух нижних, поясняла Моника.

Нам выдали спецодежду, наличие которой было обязательным условием посещении двух нижних этажей.

– А чем занимаются на остальных этажах? – спросил я, надевая что-то наподобие белого халата.

– Остальные занимаются инновационными разработками, тестированием, есть отдел технического контроля качества. Отдел разгрузки, снабжения, – продолжала Моника деловым тоном.

– Да у вас тут целый город, – присвистнул я, когда зашел в огромное помещение, через коридор с прозрачными стенами. Людей здесь почти не было видно, все было настолько автоматизировано, что в человеческом труде практически не нуждались. Обслуживающий персонал тоже был в спецодежде, как будто здесь космический корабль собирали, не меньше.

– Мы занимаем лидирующие позиции в мире по производству некоторых видов оборудования, – с гордостью заявляла Моника.

Вот это масштаб, подумал я. И как меня вообще сюда пустили, даже странно, учитывая то, что они с нами и договор то продлевать не хотели, или может, наоборот, хотят меня по носу щелкнуть, мол смотри, каких ты поставщиков потерял. От таких мыслей во мне опять стала нарастать злость, но Моника продолжала мне все показывать, сопровождая комментариями, которые вызывали у меня профессиональный интерес, и все нехорошие домыслы утекли из моей головы сами собой.

Время летело незаметно, виду я, конечно, не подавал, но на самом деле, был очень поражен. Все здесь было на столько круто и профессионально, что я завидовал основателям этой огромной рабочей машины, белой завистью.

– Ну, на сегодня, я думаю, достаточно. Если вас заинтересовало, можем продолжить завтра и послезавтра, до того момента пока руководство не вернется из командировки, – говорила Моника, снимая с себя спецодежду и на глазах превращаясь из лаборантки опять в бизнес-леди на шпильках, как они вообще на них целый день ходят.

– Да, я согласен.

– Хорошо. Тогда предлагаю поужинать вместе и обсудить то, что вы бы хотели посмотреть завтра в первую очередь, потому что на некоторых этажах необходим допуск специального уровня, который нужно утвердить заранее. Мы же не хотим пол дня в отделе провести, ожидая, когда наши пропуска подпишут, – объясняла Моника тоном учительницы старших классов.

– Ну и где ты меня будешь кормить, – спросил я, все еще улыбаясь про себя ее деловому тону.

– Ну вообще-то я сама неплохо готовлю, можем поужинать у меня, – она говорила это, не глядя в мою сторону и совершенно не меняя тона.

Ужин у нее дома, естественно, должен был закончиться в ее постели, и я и она это прекрасно понимали.

Выбор был за мной …

Еще несколько месяцев назад приглашение на ужин от девушки я воспринял бы как само собой разумеющееся. До того, как я узнал Лизу по-настоящему. И думая о сексе с Моникой, ко мне опять возвращалось это гнетущее чувство, как будто я изменяю Лизе. В прошлый раз, я все списал на свою злость, теперь ничего такого не было, я был вполне спокоен и даже в хорошем расположении духа, и решил согласиться, но только на ужин, без вытекающих последствий.

– Ну, раз ты действительно хорошо готовишь, то давай к тебе. Надеюсь, не отравишь, – я пошутил, но сказал это без смеха, и она приняла за чистую монету, и раскраснелась от смеси стыда и гнева.

– Все продукты, купим в ближайшем супермаркете, можешь сам все проверить, если захочешь, – ответила она спокойным тоном, но в глазах еще плескалась обида.

Мы доехали до ближайшего магазина и стали выбирать продукты, вернее она выбирала, а я послушно двигал за ней тележку. Каждый раз она оборачивалась, заставляя меня проверять сроки годности и через пятнадцать минут, это уже стало напрягать, а она делала это специально, беся меня еще больше.

За продуктами пришел черед и бытовой химии, а потом и до средств личной гигиены добралась. Я уже просто закипал, по содержимому нашей тележки, можно было понять, что мы супружеская пара, которая закупается на неделю, памперсов только не хватало. И тут, я услышал тихие всхлипывания, доносящиеся из-под стеллажей. Хныкал маленький ребенок. Моника стояла чуть подальше от меня, в винном отделе, поэтому ничего не могла слышать.

Я не хотел тереться рядом с Моникой, поэтому приходилось стоять на месте, но всхлипывания не прекращались, да и голоса взрослого, например, родителя, я не слышал. Заглянув за угол стеллажа, я никого не увидел, но в нескольких мерах от меня стояла башня из коробок, за которой я уловил движение.

Заглянув за них, я увидел малыша, на вид ему было… да я блин понятия не имел сколько ему было лет, но не школьник точно.

– Эй, ты чего ревешь? – сказал я потеряшке. Он перестал плакать и смотрел на меня во все глаза.

Я вынул из внутреннего кармана пиджака носовой платок и протянул малышу.

– На, сопли вытри, а то девчонки увидят, засмеют, – сказал я ему с улыбкой и вложил в его ручку платок. Он стал вытираться, но смотрел на меня с опаской. Боится, наверное, подумал я.

– Ты здесь с кем, с мамой или папой? – спросил я у него, но он, ничего не отвечал. И тут до меня дошло, он же не понимает, что я ему говорю!

– Так ладно малец, стой здесь, – я отошел от него и окликнул Монику.

– Что-то случилось?

– Да, вон сама посмотри, – и я показал на то место, где сидел в своей засаде малыш.

– Потерялся, наверное. Поговори с ним, он же меня не понимает, – попросил я Монику.

И она стала его о чем-то спрашивать. Договорившись, Моника взяла его за руку и повела вперед.

– На кассу его сейчас отведем, там по громкоговорителю попросят его маму подойти, он говорит с ней был, – рассказала мне Моника, и когда они проходили мимо меня, малец зацепился и за мою руку тоже, и мы как счастливая семейка, направились к охране.

Меня мысленно пробило на улыбку, и так мне приятно было идти с этим малышом за ручку. Пусть он не мой, но все равно. Достаточно ему было только проявить ко мне интерес, зацепиться своей маленькой ручонкой за мою, и у меня сразу же проснулись к нему ответные чувства. Эта детская наивность, довериться совершенно незнакомым людям, просто очаровывала и пробуждала желание защищать.

И в этот момент, мне безумно захотелось иметь свою настоящую семью.

Как оказалась, мама малыша уже во всю разыскивала его, и, увидев ее, он помчался к ней со всех ног. Она душевно поблагодарила нас, как потом перевела мне Моника, а малец, выходя из магазина, радостно махал нам.

– Вы будите хорошим отцом, мистер Волков, – сказала мне Моника, когда мы ехали к ней домой.

– Все хотят быть хорошими отцами, но не у всех получается, – ответил я с недоброй ухмылкой, погрузившись в невесёлые воспоминания детства.

Переодеваясь после долгого трудового дня, я улыбалась своим мыслям. Еще бы, получить должность администратора, проработав официанткой чуть больше недели. Мечты сбываются! Маринка обзавидуется, а Светка вообще в шоке будет.

И только теперь я вспомнила, что со Светкой мы поругались на теме «Андрей», и все мое веселье как-то потускнело сразу. Зря я так с ней, явно же она что-то не договаривает, а тут я еще лезу. Ладно, созреет, сама все расскажет, и с этими мыслями я вышла из ресторана.

Такси же хотела вызвать, опомнилась я. Одной идти по темным улицам совсем не хотелось.

– Елизавета, – услышала я свое имя и обернулась. Ко мне на встречу шел Андрей, улыбаясь.

– Ты же не собралась одна домой в такое время идти. Давай подвезу, – он говорил очень дружелюбно и с явной заботой обо мне.

– Нет, спасибо, я как раз такси собиралась вызвать, – ответила я ему, и уже хотела вытащить свой телефон.

– Ты не переживай, я сегодня на машине и не один, – и действительно, я обратила внимание, что Андрей сегодня не на своем железном коне, а на белой новенькой иномарке.

– А с кем? – спросила я чисто механически, потому что не собиралась с ним никуда ехать.

Он подошел к двери автомобиля и открыл ее. Все заднее сиденье занимал огромный плюшевый медведь.

Меня как магнитом потянуло к машине. Да, я уже не маленькая девочка, конечно, но посмотреть поближе, очень хотелось.

– Если не хочешь ехать, давай я просто помогу тебе довезти твоего медведя до дома, – раздался у меня за спиной тихий шепот Андрея.

– Это мне? – спросила я, хотя в его словах уже был ответ, и еще я не сразу сообразила, что довезти меня и довезти медведя вместе со мной это одно и тоже.

– Малыш, прости меня. Я позволил себе лишнего, этого больше не повториться, – Андрей подошел ко мне совсем близко.

Я не отвечала, а он взял меня за руку, приняв мое молчание за согласие и повел к передней двери машины.

– Я к нему сяду, – и, освободив свою руку, села рядом с медведем.

Андрей хмыкнул, но ничего больше не сказал и сел за руль.

Мишка был очень большой и мягкий, я уже успела потрогать его за коричневую ножку. Да, я любила мягкие игрушки, и да, решила позволить Андрею довезти меня до дома, и да, он мне нравился.

– Слушай, ты же работаешь каждый день, до обеда отсыпаешься, а отдыхаешь, когда? – спросил меня Андрей, глядя через зеркало заднего вида.

– Я не сплю до обеда, до обеда я учусь, – ответила я, а когда он удивленно присвистнул, зарделась румянцем.

– Ну и когда же, Елизавета, мне тебя можно на свидание пригласить.

– О свидании, я ничего не говорила, только согласилась на то, чтобы ты меня до дома довез.

– Значит, не простила, – сказал он не мне, а себе, и я вздрогнула, от того, как резко заревел мотор в машине, а в его глазах колыхнулась злость, ненадолго, но я успела заметить.

Хорошо, что до моего дома ехать совсем недалеко, а то я уже успела пожалеть о своем опрометчивом решении, но, когда передо мной распахнулась дверца автомобиля, это уже был совсем другой Андрей, заботливый и как всегда улыбающийся.

Он подал мне руку, но я не воспользовалась ей и выбралась самостоятельно. Андрей перегородил мне дорогу и взяв за плечи, не сильно правда, развернул к себе.

– Прости меня, правда, я не буду тебя торопить, – он ждал моего ответа, но я молчала, а пауза затягивалась.

– Я тебя совсем не знаю, а иногда, даже боюсь, – ответила я честно, и опять злость промелькнула в его взгляде.

– Я все понимаю, сам виноват, – сказал он как-то обреченно даже.

Потом обошел машину, вытащил медведя и протянул мне.

– Его хоть возьмешь? – спросил он у меня, и я молча кивнула.

– До завтра, – попрощался Андрей, садясь в машину.

– Завтра у меня смена с Мариной, мы вместе дойдем, – прокричала я ему с запозданием.

– Ничего, на хвост нам сядет, – ответил он мне с улыбкой, и умчался, оставив меня одну с медведем и в раздумьях.

Да уж, так просто он от меня отказываться не собирался, и мне это льстило, и даже, немного радовало.

А вот радовалась я зря, как оказалось потом.

Вставать рано утром, с каждым днем, становилось все труднее и труднее. На первой паре я вообще практически засыпала. Работать и учится одновременно, я считаю, очень сложно, но работать каждый день, невозможно вообще. В график два через два, я еще как-нибудь влилась бы, но каждый день – это уже слишком.

Сегодня был мой первый рабочий день в новой должности администратора и я, ясное дело, очень нервничала. Работать официанткой, разносить заказы – это одно, а быть за все ответственной – это совсем другое.

И наша затянувшаяся ссора со Светкой, никак не способствовала снятию моего нервного напряжения, но первой я мириться не хотела, а она молчала как партизан, и вообще делала вид, что со мной не знакома. Так мы и просидели весь учебный день, не сказав друг другу ни слова.

Когда я зашла за Мариной, чтобы вместе отправится на работу, она посочувствовала мне, что я работаю целыми днями.

– Бедняжка, тяжело тебе, наверное. Ну вот не везет мне с напарницами, хоть ты тресни, – жаловалась соседка.

– Это ты, о чем? – спросила я в недоумении.

– Да я про то, что долго ты так конечно не проработаешь, ты же учишься еще параллельно, вот поносишься с подносами еще неделю, и точно срулишь от нас, – сетовала Марина.

– Ну вообще-то я теперь не только этим заниматься буду, – и я смущенно отвела глаза, заранее предполагая удивление соседки по поводу моей новой должности.

– Да ты что, на ночную подработку согласилась от нашей грымзы, вообще-то внешность у тебя зачетная, только я вот от тебя такого не ожидала, неужели так деньги нужны, – затараторила Марина и внезапно остановилась, увидев мои округлившиеся глаза.

– Ты про что вообще? – начала я, и даже остановилась на середине дороги.

– А ты про что? – смутилась соседка.

– Я про то, что наша администратор ногу сломала, и я теперь за нее, – выпалила я.

– Да ты что, вот это новость, – Марина взяла меня под ручку, тем самым заставляя двигаться в нужном направлении.

– Слушай, Марин, это ты сейчас про какую ночную подработку говоришь? – перебила я ее.

– Я думала тебе просто она уже предлагала, а раз нет, так зачем об этом разговор вести.

– Нет уж рассказывай, иначе я на эту работу вообще больше не выйду, – говорила я уже на повышенных тонах и опять остановилась, показывая этим, что вот прям сейчас могу развернуться и домой пойти.

– Ну короче говоря, наша грымза, предлагает официанткам ночную подработку с теми клиентами, которые хотят продолжение банкета. Ну ты поняла, – Марина заметно нервничала.

– Нет пока, но продолжай.

– Ну тут в общем-то и продолжать нечего, те кому деньги нужны, сами соглашаются, а тех, кто не хочет … ну, говорила с работы выкинет, а там уж они сами решали, – лепетала Марина, отводя глаза.

– А тебя, тебя заставляла? – спросила я, не веря своим ушам.

– Деньги лишними не бывают, да там и не всегда до секса-то доходило.

– И зная это, ты мне все равно предложила у вас работать? – негодовала я.

– Там же всегда отказаться можно, да и может ты согласилась бы, откуда я знаю. Тебе же тоже деньги нужны.

– Но не таким же образом. А директор, тоже в курсе? – и уже сама взяла ее под ручки, и повела быстрым шагом в сторону ресторана.

– Да я не знаю точно, – оправдывалась соседка.

– Сейчас и узнаем, – и когда мы дошли до работы, решительно направилась в сторону кабинета нашего босса.

– Я уж предположил, что ты передумала и вообще на работу не выйдешь. Форму все равно надень, на всех фронтах подрабатывать будешь, работы-то много, – улыбался мне мой босс, раздавая приказы и явно находясь в хорошем расположении духа.

Услышав про подработку, я прямо закипела от злости.

– На всех фронтах, значит, что это у вас за секс-подработка такая? – метала гром и молнии я. И даже не покраснела, когда с моих губ слетело такое интимное слово как «секс».

– Ты что, махнула что ли перед работой? Я тут на тебя надежды возлагаю, а ты с катушек в первый же день съезжаешь, – отчитывал меня босс.

А я как-то оробела, так он действительно не в курсе что ли.

– Ваша бывшая администратор, предлагала официанткам, а некоторых и заставляла, оказывать интимные услуги клиентам ресторана, – начала я, а он как-то с недоверием посмотрел на меня.

– С чего ты взяла? Откуда такая информация? И вообще, Лиза, ты должна мне помогать решать проблемы, а не увеличивать их количество, – раздраженно потер виски мой босс.

– Ладно, разберусь, иди работай, – сказал он усталым голосом и плюхнулся в кресло.

Чисто по-человечески, мне его, конечно, было жаль. Видно же, что у него проблемы, и он с ними не справляется. Но это же его ресторан, а раз стоишь у руля, значит, должен во всем разбираться сам, и не перекидывать решение проблем на других.

Я вышла из кабинета, и на меня сразу же свалилось куча вопросов и просьб со стороны разных сотрудников нашего ресторана. Почему-то сработала сигнализация, оказалась там какая-то поломка, и чтобы все устранить до закрытия, нужно было найти договор, в приложении которого были какие-то коды, которые требовала обслуживающая нас охранная фирма.

В кабинете нашего администратора, в документах был полный беспорядок. Я просмотрела кучу бумаг, пока нашла этот договор, и то только потому, что на нем сверху был яркий логотип охранной фирмы. Пока я рылась в ее шкафах, нашла три маленьких бутылочки коньяка, спрятанных в разных местах, и все уже открытые, с разной степенью наполненности.

Как только была решена эта проблема, сразу же возникла другая. Пришла женщина, которая заказывала банкет на завтра, и ей нужно было увеличить список гостей и расширить меню. Женщина была решительно настроена и почему-то крайне недовольна.

– Я и так отдаю за банкет в вашем ресторане огромные деньги, а теперь еще нужно добавить гостей, и я представляю, какую окончательную сумму вы мне озвучите сейчас, – негодовала женщина.

Мельком пробежав глазами по меню, его я видела в первый раз, но ей, как я поняла, лучше об этом и не говорить, мне стало понятно, что оно действительно очень дорогое и его можно подкорректировать в более экономичную сторону, так сказать.

– А вы не будите против, если я вам предложу немного другой вариант? – начала я с улыбкой и очень вежливым тоном.

Женщина явно не ожидала от меня такого поворота и даже замешкалась поначалу.

– Ну, давайте попробуем, – сказала она в растерянности.

Я быстро накидала ей несколько вариантов, заменив пару дорогих блюд, на более экономичные и убрала дублирующийся мясные закуски. После окончания подсчетов, оказалось, что наше меню, даже с добавочными гостями, оказалось дешевле предыдущего.

– Ну что ж, милочка, не ожидала от такой юной особы таких способностей, вы меня порадовали, спасибо вам, – с довольным видом женщина направилась к выходу.

– Будем рады принимать вас завтра в нашем ресторане. Надеюсь, вам все понравится, – отвечала я ей вдогонку.

– До завтра, – улыбнулась она мне в ответ.

Я выдохнула после ее ухода, неужели я справляюсь, и не очень-то уж и сложно все это. У меня даже прилив адреналина произошел, так хотелось приступить к решению следующей проблемы и она, естественно, не заставила себя долго ждать.

– Лиза, у нас проблема с вечерним развлечением, – рапортовал мне, как новоиспеченной начальнице, бармен.

– Что случилось?

– Ди-джей заболел, вернее палец сломал, а это в его деле самое главное, сама понимаешь.

– Это прямо неделя сломанных конечностей какая-то, – пыталась пошутить я, хотя мне было совсем не до смеха.

С этой проблемой я вообще, честно говоря, не знала, что делать. Хоть самой за ноут садись, плейлист вроде бы не сложно собрать.

Эту мысль я и озвучила вслух, на что наш бармен разразился громким смехом.

– Ну ты у нас вообще всех заменить собралась. Там в туалете еще бачек потек. Как, справишься? – продолжал смеяться он, а я состроила ему гримасу.

– Ну а что ты с этим делать предлагаешь? – спросила я, и не успели мы еще решить эту проблему, как нарисовалась другая, в лице разгневанной Марины.

– Лиза, вызывай полицию!

Мы с нашим барменом стояли, округлив глаза, уставившись на разъярённую Марину.

– Что случилось? – первой опомнилась я, и поймала себя на мысли о том, что этот вопрос сегодня целый день задаю.

– Эти студенты прыщавые, по на заказывали там всего и смылись, а оплачивать теперь некому, – ругалась, на чем свет стоит, моя соседка.

– А счет большой был? – спросила я, не ожидая услышать ничего хорошего.

– Какая разница, все равно с этих двоих взять нечего. Пойдем в зал, там их охрана караулит, тебя только ждем. Ты же у нас теперь начальница, – продолжала свою браваду Марина, не забыв съязвить по поводу моей новой должности.

У столика, за которым сидели, сгорбившись в три погибели, невеселые студенты, собрался весь наш свободный персонал.

– Ну что с ними прикажите делать, Елизавета, как вас там, по батюшке, – обратился ко мне наш начальник охраны. К моему начальствованию он, видимо, тоже, как и все, относился с недоверием, но говорил он не с сарказмом как Марина, а скорее с иронией что ли.

И я решила сначала спросить у ребят.

– Вы знали, что у вас нет денег, и все равно решили сделать заказ. Почему? – и я протянула руку к Марине, чтобы взять у нее счет, по которому должны были рассчитаться горе едоки.

Увидев его, у меня округлились глаза. Счет был довольно внушительным, и, судя по количеству, вдвоем они его бы точно не осилили.

– Их точно двое было? – сразу же спросила я у Марины.

– Ага, двое. Их тут целая орава была, а поймать только этих успели. Чего молчите, гурьбой то вы тут хохотали, а как вас прижучили, так языки в попу, – продолжала стыдить их соседка.

– У нас просто такой челлендж был, поесть в крутом ресторане и уйти, не заплатив, – сказал нерешительно один из студентов.

– Придурки. Разбирайся с ними сама, – не выдержала Марина и ушла принимать заказ. Ее примеру последовали все остальные, оставив меня и начальника охраны один на один с этой проблемой.

– Вот их студенческие, – протянул мне он их документы.

Ну вот что мне теперь с ними делать, думала я, вертя документы. Начинать свой первый рабочий день в новой должности с вызова полиции, мне очень не хотелось.

– Что же мне с вами делать, посуду мыть умеете? – спросила я негромко, придумывая на ходу выход из сложившейся ситуации, и, открыв один из студенческих, прочитала – Государственный музыкально-педагогический институт, и тут же улыбка заиграла на моих губах, а в голове затеплилась надежда о возможном решении двух проблем.

– Музыканты? – спросила я.

– Да, учимся, – начал с недоумением в глазах, тот, который посмелее из двоих.

– Сегодня вечером отработаете свой заказ, развлекая наших посетителей. Что вы там, играете, поете? – спросила я уже деловым и довольным собой тоном.

– Мы по вокалу в общем-то, а Пашка вот на гитаре может.

– Отлично, – перебила я его.

– К вечеру репертуар нормальный подберите, у нас приличное заведение. Выступите раз пять, а в перерывах танцевальную музыку ставить будите в зависимости от желания клиентов. Пять песен, отрепетированных наберете? – спросила я.

– Да, наберем, – промямлил все тот же студент, и потянулся ко мне за студенческими.

– А это получите после выступления, – предусмотрительно выхватил у меня из рук их студенческие наш начальник охраны.

– Ну, мы тогда пойдем.

– Куда? – грозно спросил начальник охраны.

– За гитарой, – ответили они одновременно.

– Шуруйте. Через час чтоб здесь были, – и наши должники усвистали, сверкая кроссовками.

– Ну все, Елизавета, счет теперь сама оплачивать будешь.

– Почему сама, они же вернутся. Вот и студенческие их у нас, – начала я, а у самой тоже стали сомнения закрадываться.

– Да скажут, потеряли и всего делов, а платить тебе. Ты же за них вписалась, – и он ушел, оставив меня наедине со своими невеселыми мыслями.

Мой мозг лихорадочно подсчитывал заработанные мной деньги, сверял со счетом, и получалось, что я выходила в ноль.

Я больно прикусила нижнюю губу, от обиды и досады, и пошла к махавшему мне бармену, который, видимо, хотел подкинуть мне еще пару нерешаемых проблем.

Я шагала к барной стойке, не испытывая уже теперь никаких иллюзий.

– Ну что, разобралась со студентами? – спросил меня наш бармен.

– Пока неизвестно, – ответила я, глубоко вздыхая.

– А я тебя порадую сейчас. Проблема с туалетом сама собой решилась. Ложная тревога короче была.

– Ну прям порадовал, а то в потекших бачках, я совсем не разбираюсь, – и на этой веселой теме, хоть как-то поднявшей мне настроение, мы продолжили работу.

Не прошло и часа, как мои нерадивые должники вернулись с гитарой, и с радостным волнением в глазах. Я была просто на седьмом небе от счастья. И дело даже было не в деньгах, а в том, что мои нерешаемые проблемы, все-таки, видимо, решатся.

Студенты были полны энергии и с энтузиазмом принялись готовиться к выступлению. А когда наступил их звездный час, я скрестила пальцы, потому что в этой суматохе, я забыла проверить их репертуар, но все прошло как нельзя лучше. Публика была в восторге! Да и все мы.

Мальчишки, и правда, здорово пели. В конце их выступления, я подошла к ним с предложением:

– Ну что, поздравляю! Молодцы! Честно говоря, в вас никто не верил. Даже я сомневаться начала в том, что вы вообще придете, – хвалила я их.

– Нет, мы обязательно пришли бы, нам уже все остальные хотели помочь, и деньгами на оплату счета скинуться, а тут вы выступить предложили, – говорил за них двоих все тот же, что был посмелее.

– Ну долг вы еще не отработали, завтра снова выступить придется. А вообще, если хотите, я могу узнать по поводу постоянной подработки в нашем ресторане.

– Да, мы согласны, – хором радостно ответили они. – В смысле если вы нас возьмете, конечно, – моя самооценка взлетела до небес, они думали, решать такой вопрос в моей компетенции. Или все-таки в моей. Нет, надо будет все же с боссом посоветоваться.

– Ладно, будем решать ваш вопрос, а пока до завтра, – и они, попрощавшись со мной, и обойдя стороной нашего начальника охраны, двинулись к выходу.

Рабочий день подошел к концу, и я была собой довольна, но правда только я одна пока, потому что никто меня даже не похвалил. А чего я вообще от них от всех ожидала, что они в конце смены упадут в ноги со словами «Лиза, ты наша спасительница» и начнут петь дифирамбы. Мне даже смешно стало от собственных мыслей.

Все, абсолютно все считали, что эта должность досталась мне не просто так, не забывая упомянуть это при любом удобном случае. Ну что я, с каждым спорить буду и всем доказывать, что я не олень, вернее не олениха.

– Лиз, ну что, домой идем, или раз ты теперь начальница ночевать здесь останешься, – подкалывала меня моя соседка.

– На сегодня точно все. Я выжита как лимон, – ответила я уставшим, но веселым голосом, и мы с Мариной пошли переодеваться.

Выходя из ресторана, мы смеялись и шутили, настроение было отличное. У Марины потому, что она заработала хорошие чаевые, а у меня, потому что я, как никак, справилась со своими новыми должностными обязанностями.

И я совсем забыла о том, что меня, вернее нас, поджидал Андрей.

– Привет девчонки, смотрю поговорка «от работы даже кони дохнут» к вам совершенно не относится, – смеялся он, глядя на нас – веселых.

– Ну что, вас домой, или покатаемся? – спросил он, кивнув в сторону своего новенького авто.

У Маринки глаза еще больше заблестели.

– Нет, я домой, мне завтра на учебу, – ответила я, машиной меня не удивишь, не то, что мягкой игрушкой.

– А я … – начала было Марина, но Андрей ее быстро перебил.

– Домой, так домой, – и я села на заднее сиденье, и недовольная соседка тоже.

Всю дорогу мы весело беседовали, хоть она и не заняла много времени, а Андрей то и дело бросал на меня взгляды из зеркала заднего вида.

Когда мы подъехали к дому, и Марина почти вышла из машины, моя дверь оказалась заблокированной. Я вопросительно посмотрела на Андрея в зеркало, а у самой сердце запрыгало в груди.

– Спокойной ночи, Елизавета, – сказал он мне, и тут же я услышала щелчок разблокированной двери.

– Спокойной ночи, – ответила я и вылетела пулей из машины.

Маринка не заметила нашей заминки и все также весело трещала, но по мне все еще мурашки бегали. Все-таки опасный человек этот Андрей, подсказывал мне внутренний голос.

На следующий день, в перерыве между парами, Светка сама решила со мной заговорить, прекращая нашу затянувшуюся ссору.

– Дальше молчать просто не вижу смысла. Лиза, ты должна это знать. Андрей, был моим первым мужчиной.

Квартира Моники ничем не отличалась от номера гостиницы, в которой я жил. Над интерьером, видимо, работали дизайнеры, никакой лишней мебели, кроме обязательной, предусмотрено не было. Ни вазочек, ни статуэток, ни живых цветов не выцеплял мой зоркий взгляд из общей серой массы вещей. Даже на декоративном камине, где, как мне казалось, у всех должны были находиться семейные фото, одиноко стаяли маленькие часы.

Пока я разглядывал ее квартиру, Моника успела переодеться и пригласила меня на кухню, чтобы обсудить наши планы на завтра.

На ней был очень коротенький розовый сарафанчик, который застегивался спереди на молнию. Он выгодно облегал ее фигуру, и лишь собранные на затылке в небрежный пучок волосы, делали ее внешний вид домашним.

Моим заданием было открыть бутылку красного вина, выложить на тарелку сыр и виноград. Моника, в это время, быстро натерла большой кусок мраморной говядины специями, завернула его в фольгу, и поставила в духовой шкаф на таймер. С овощами, она тоже очень быстро разделалась и закинула их в пароварку.

Я не был особым сторонником ЗОЖа, поэтому овощи на пару, меня никак не вдохновили, а вот начинавший распространятся по кухне запах запеченного мяса, вселял в меня надежду на то, что голодным я точно не останусь.

Моника предложила переместиться пока в гостиную, и мы расположились на креслах возле камина. Как оказалось, он вполне функционировал. Внутри была довольна реалистичная подсвеченная имитация дров и огня, даже со слабым и ненавязчивым эффектом потрескивания. И это, были еще не все способности камина, в него была встроена музыкальная установка, которую и включила Моника через свой Айфон, выбрав из плейлиста медленную композицию.

Я разлил вино, и мы продолжили непринужденную беседу про их огромную корпорацию. О том, как хорошо в ней работать, как компания заботится о своих сотрудниках. Моника опять перешла со мной на ты. В официальной обстановке, она всегда использовала обращение мистер Волков. Я не возражал.

– А почему ты не женат? – как-то очень внезапно сменила она тему, глядя мне прямо в глаза и пытаясь, видимо, определить совру я или нет.

– А с чего ты взяла, что я не женат? – ответил я ей ровным тоном, без тени сомнения. Мое отношение к браку было очень личным, и делиться своим мнением я ни с кем не собирался.

От дальнейших расспросов меня спас телефонный звонок. Звонил Макс.

– Ты чего там зависаешь что ли? Привет, – начал он с места в карьер, услышав музыку на заднем фоне.

– Нет. Слушаю, – ничего больше не объясняя сказал я, и, встав с кресла, отошел к окну. Моника с любопытством наблюдала за мной, и, якобы случайно, уронила виноградину, и, нагнувшись за ней, продемонстрировала мне свое глубокое декольте.

Я улыбнулся. Все их завлекательные штучки знал наизусть, такое не возбуждало, а просто смешило, и чтобы она, подняв голову, не увидела в моих глазах иронию, быстро отвернулся.

– Короче, Серый, давай возвращайся. Я уже задолбался здесь без тебя все разруливать – жаловался мне Макс.

– Да, ну и много ты там разрулил? – перебил я его, и он сразу же сменил тон.

– Твой юрист с меня постоянно что-то требует, а ты же знаешь, я в этом ни хрена не понимаю, а со стороны помощников ты не велел брать, – продолжал ныть Макс.

– Во-первых, не мой юрист, а наш, ты, как никак, там тоже работаешь, – я слышал, как он нервно барабанит пальцами, и не стал больше мучать друга расспросами и замечаниями.

– Не переживай, через пару дней буду. Все решу. До связи, – и услышав облегченный выдох Макса, сбросил звонок.

– Думаешь, ты все успеешь решить за пару дней? – Моника томно растягивала слова.

За время моего разговора, она уже успела выпить бокал вина, и я, налив ей еще один, принялся за свой. После двух больших глотков, алкоголь приятно стал расходиться по венам, даря слабость во всем теле, но голодный желудок протестовал, на короткое время скрутившись в спазме.

Я, вообще, с алкоголем не очень дружу. Чтобы заниматься серьезными делами нужна ясная голова и трезвый ум, но иногда, в компании, отказаться нет возможности.

Со вторым бокалом Моника разделалась даже быстрее чем с первым, и уже не скрывая своих намерений, бросала на меня откровенные взгляды. Потом она поднялась, и присев на подлокотник кресла, принялась расстегивать верхние пуговицы моего ворота. Быстро справившись, Моника скользнула своей прохладной рукой под рубашку, и мои мышцы, моментально напряглись, а она стала опускать голову, с явным желанием меня поцеловать.

Сработавший таймер, оповещавший о готовности мяса, отвлек Монику от поцелуя. Она скривила свои пухлые губки, и недовольно спрыгнув с моего кресла, поспешила на кухню.

Через несколько минут Моника пригласила меня на ужин. Мы вели непринужденную беседу, но она то и дело привлекала мое внимания, якобы случайно прикасаясь то к своей груди, то к волосам, то облизывая губы.

Я делал вид, что не реагирую, да я и в самом деле не реагировал. Женщины, старательно желающие привлечь мое внимание, не особо меня волновали, а пьяные женщины – просто раздражали своими вызывающими действиями.

Я разделался с остатками ужина, и легкое алкогольное опьянение оставило без следа. Моника продолжала все так же настойчиво меня соблазнять, и чтобы, наконец, закончить этот театр одного актера, я подошел к ней и чмокнул ее в изрядно покусанные губы. Она потянулась ко мне, пытаясь привстать, но я не дал ей этой возможности, и несильно надавив на плечи, усадил опять на стул.

– Мне пора. Спасибо за ужин, – сказал я ей шёпотом в самое ухо, и направился к выходу из квартиры.

Пытаясь скоординировать свои движения, она ринулась за мной.

– Я думала ты останешься еще …

– Во-сколько завтра за мной заедешь? – бесцеремонно перебил я ее своим вопросом.

– Ну давай в десять, – ответила Моника совершенно бесцветным голосом, и я вышел из квартиры.

Шагая по ночному городу, я погрузился в воспоминания детства. Мой отец ушел от нас, когда я заканчивал начальную школу. По работе, ему часто и надолго приходилось ездить в командировки, и в чужом городе он нашел себе другую бабу. Тогда я просто возненавидел его, видя, как мама постоянно плакала вечерами, когда узнала об этом. Потом, став взрослее, я стал его понимать. Быть долго без женщины мужчина просто не может, это я уже по себе судил. Понял его, но ненавидеть меньше, все равно не стал. Разве могла мне Моника заменить Лизу, нет.

Поймав такси, я доехал до гостиницы. Принял душ и уснул с мыслями о моей сладкой девочке. Еще пару дней, больше ждать я просто не смогу, и надо валить отсюда.

Проснулся я как всегда рано и решил отправиться перед завтраком в спортзал. В этом огромном зале я был единственным посетителем, но через несколько минут, когда моя тренировка была в самом разгаре, пришла молодая пара. Вернее, молодая была только девушка, а ее лысоватый и с вываливающимся из спортивного трико животом папик, семенил за ней, потея уже только от одного ее вида, не дождавшись тренировки.

Меня повеселил вид этого колобка на ножках, а девушка, видимо, приняла мою улыбку на свой счет, и всю тренировку не сводила с меня жадных глаз. Заметив это, ее быстро стареющий, не по годам, спутник, направился в мою сторону, с явным намерением прекратить это нахальство, как он, наверное, думал, с моей стороны.

Подойдя ко мне, он начал каркать, что-то на немецком. Именно каркать, настолько была неприятна его речь на непонятном мне языке. Я даже не хотел обращать на него внимания и продолжал тренировку, поднимая немаленький вес и прокачивая руки на специальном тренажере.

В этот момент, он начал махать своими руками, и щелкать пальцами возле моего лица, привлекая внимание. Это уж он точно зря сделал. Мое тело среагировало моментально на появившуюся, хоть и небольшую, угрозу. Я отпустил тренажер и резко перехватил его руку. Утяжелители с грохотом стукнулись о стойку. Я пригвоздил его взглядом к месту, и этот взгляд, он понял лучше, чем я бы ответил ему на его языке. Его бабенка завизжала, поздно спохватившись о своем благоверном, и в ту же минуту рядом с нами оказался тренер, с которым мы познакомились.

Я уже успел отпустить колобка, и он, с поскуливая, потирал свою руку, в том месте, где я ее сжимал.

– Все нормально, какие-то проблемы? – спросил тренер у меня в первую очередь.

– У меня все нормально, а что с этим нервозным, у него спроси, – ответил я и продолжил тренировку, перейдя к другому тренажеру.

Он обратился к паре, и они стали ему наперебой рассказывать о произошедшей ситуации, гневно зыркая на меня.

– Говорит, ты к его невесте приставал, – обратился уже ко мне тренер.

– Таких шалашовок мне и дома хватает. Больно надо за старперами подбирать, – он усмехнулся, но успел стереть улыбку со своего лица, когда обернулся к паре.

Они довольно долго беседовали, и потом, колобок на ножках, глянул в мою сторону, удовлетворенно кивнул, и они со своей похотливой спутницей пошли на выход из спортзала.

– Денис, ты чего там им такого навтирал, что они такие довольные ушли? – обратился я к тренеру.

– Сказал, что тебе, очень понравилась его спутница, но ты не хотел его обидеть, ну и естественно извинился от твоего имени, – он говорил это с улыбкой, поэтому я не стал злиться.

– Да пофиг на них, и так настроения нет, задолбало все здесь уже, а срулить никак не получается. Ладно, мне пора. Спасибо за то, что не дал разразиться международному конфликту, – он в ответ посмеялся над моей шуткой и пожал мне руку.

Моника, как и обещала, заехала за мной в десять часов, и мы отправились на производство. Она совершенно не проявляла ко мне никакого интереса. От безумно желающей меня Моники не осталось и следа. Передо мной была бизнес-леди, которая питала ко мне чисто профессиональный интерес.

Когда наш совместный день подошел к концу, она сообщила мне, что моя долгожданная встреча с директорами состоится завтра в 10:00, и со словами: «Увидимся утром», уехала.

Утром следующего дня я уже был готов, и решительно настроен отвоевать во что бы то ни стало продление контракта.

Наша встреча происходила в очень узком кругу. Два директора и Моника в качестве переводчика.

И первая же фраза, брошенная мне, заставила меня крепко стиснуть кулаки.

– Мистер Волков, руководство нашей компании приняло окончательное решение отказать вам в продлении договора.

Фраза, которую перевела мне Моника, просто выбила меня из колеи. Мне хотелось разбить нахрен этот чертов стеклянный стол! Их окончательное решение никак не вязалось с моим. Сейчас, как никогда, мне нужно было продлить этот договор. Меня просто стало потряхивать от нарастающей ярости, и сдерживался я только потому, что они еще что-то говорили, а я ждал перевода.

– Мистер Волков, вы знаете, насколько масштабна наша корпорация. Наши филиалы разбросаны по всему миру, кроме России. И мы готовы к тому, чтобы открыть еще один. Мы рассмотрели вашу кандидатуру, и хотим предложить вам должность генерального директора нашего будущего филиала в России, – говорил один из директоров, прерывая свою речь для того, чтобы Моника успевала мне все переводить.

Я не верил своим ушам. Буквально минуту назад, я был на пределе от кипящей во мне ярости, а теперь поражен на столько, что даже не знаю, что ответить. Меня посещали такие мысли, и не раз, но это были просто черновые наработки, которые я и хотел предложить им, возможно, в ближайшем будущем.

– После того, как вы лично прилетели к нам, и мы выяснили все недоразумения, связанные с нашим с вами сотрудничеством, сомнений в вашей кандидатуре у нас не осталось. Мы собрали о вас достаточно информации, чтобы не сомневаться в том, что вы справитесь со всеми, поставленными перед вами задачами. Вам нужно время чтобы принять это решение? – спросила у меня Моника, вернее просто перевела вопрос.

Мне не нужно было время, тем более в той ситуации, которой я находился сейчас.

Я поражался тому, как на автомате и на огромной скорости начал работать мой мозг в эти минуты нашего короткого разговора.

– Я согласен, – в моем голосе не было радости, как у любого другого на моем месте. В нем слышалась только стальная решительность.

И я увидел в глазах директоров одобрение с легкими нотками удивления.

– В штат наших сотрудников вас оформят уже сейчас, а после открытия филиала, ваша заработная плата, естественно, сразу же удвоится. Через год, по итогам работы филиала, мы сможем рассмотреть вашу кандидатуру в качестве акционера нашей корпорации, а это, как вы понимаете, уже совершенно другой уровень. Некоторые наши акционеры, находятся в списке Форбс, – продолжала переводить мне Моника.

Денежная сторона меня, конечно, тоже волновала, но важнее всего, был для меня процесс создания филиала. Я, конечно, понимал, что у их компании существует определенный алгоритм, и окончательное решение, конечно же, будут принимать они, но на всех остальных этапах у меня будут развязаны руки. И они, честно говоря, уже начинали чесаться, так хотелось побыстрее приняться за работу.

– Меня все устраивает, – ответил я.

– Ну раз вы все уже решили, предлагаем сегодня заняться организационными моментами по вашему трудоустройству, а с завтрашнего дня вы начнете вникать в то, как тут у нас все устроено, хотя бы приблизительно, – начала переводить мне Моника, и я, слегка подняв руку, жестом остановил ее речь.

– Я уже посетил ваше производство, и в курсе всего, что мне необходимо знать на начальном этапе, деталями займемся потом. Сегодня, мне нужно встретиться с вашим проектировщиком, чтобы получить разъяснения, по поводу здания и требований к нему и производственным мощностям. И хочу услышать, в первую очередь, что именно вы собираетесь производить полностью, а что частично. Так как считаю, что слишком затратным может стать производство некоторого вида оборудования, если мы не сможем обеспечить его комплектующими и запчастями, – начал я озвучивать свои мысли вслух.

– Очень хорошо, что вы так осведомлены, мы не ошиблись в вас. Вы получите всю интересующую вас информацию.

На этом наша встреча с директорами подошла к концу, но весь оставшийся день я все равно провел там, встречаясь с нужными мне людьми, и как губка впитывал всю информацию, которая мне давалась.

Моника еле поспевала переводить вопросы и ответы и к концу дня, она была выжита как лимон.

Мне нужно было еще поработать с проектами и планами, которые не требовали перевода, поэтому я отпустил ее, сказав, что доеду на такси.

Через пару часов, я понял, что владею всем, что мне необходимо на начальном этапе работы и уже завтра могу лететь домой.

Услышав фразу Светки, я так и села. Образно говоря, конечно, потому что я и так сидела.

– Ты сейчас серьезно? – спросила я у подруги, а у самой губы едва шевелились.

– Представь себе, – и Света начала свой рассказ.

Они познакомились на одной из закрытых вечеринок в клубе. По началу Андрей не особо заинтересовался ей, просто, своим вниманием он одаривал всех подряд. А вот подруга сразу на него запала и упускать не собиралась.

После настойчивого соблазнения, и совместного распития алкогольных напитков, крепость, под названием Андрей, все-таки сдалась, и, потащив ее к кабинкам туалета, предложил секс на месте. Вернее, не предложил, а просто хотел взять. Но Светка, тогда, сразу завозмущалась, стала активно сопротивляться и выпалила ему в лицо, что у нее еще ни с кем не было.

Его сразу же как подменили. Он стал внимательным и галантным. Андрей проводил Свету до дома, и приставаний с его стороны, никаких больше не было. Потом у них завязался роман.

Андрей был нежным и внимательным, и подруга не устояла, подарив ему свою девственность в шикарном номере отеля.

И после этого … Андрей пропал. На звонки не отвечал, а при встрече, делал вид, что ее совсем не знает.

– Почему ты мне об этом раньше не сказала? – спросила я у подруги севшим, от переполнявших меня эмоций, голосом.

– Стыдно по началу было, а потом, подумала, а вдруг он изменился и у вас все серьезно, – ответила подруга, опуская глаза.

– Ничего он не изменился и нужно ему от меня тоже, что и от тебя было, – начала я, а у самой внутри злость закипала.

– С чего ты взяла, ты извини, конечно, но, по-моему, ты не совсем его формат.

– Просто был уже прецедент, – пыталась объяснить я подруге.

– Так ты же мне ничего не рассказывала.

– Так мы с тобой и не разговаривали, – ответила ей я, и в подробностях рассказала все то, о чем Светка еще не знала.

– Большого медведя подарил, говоришь, а может он и вправду к тебе по серьезному относится.

– Нет, не думаю, а проверять это, после твоей истории, мне совсем не хочется.

– И как ты теперь с ним будешь общаться? – спросила подруга.

– Никак не буду, просто объясню ему, что я в курсе его намерений относительно меня, и попрошу ко мне больше не подходить, – и с этими тяжелыми мыслями я отправилась домой.

Я нисколько не злилась на Светку, а наоборот, была ей благодарна, зато, что она все-таки решилась и рассказала мне все.

Ну почему мне так не везет, и так уж не густо с женихами, а тут еще такой урод попался. Как он меня грамотно обрабатывал. Жениться, говорил, хочу. И понятно теперь, почему его друзья в клубе не удивились мне, в качестве его девушки. Они прекрасно знали, что ему от меня надо.

Меня переполняли злость и обида, но нужно было идти на работу, и я запихала свои негативные эмоции поглубже, до того момента пока не встречусь с Андреем.

Я зашла за соседкой, и отправились на работу. Она весело щебетала о своем, а я поддерживала ее кивками, поэтому она не обратила внимание на мое состояние.

На работе все суетились в ожидании банкета, на котором я помогла сэкономить по меню, и мои мысли полились в рабочее русло.

Я очень волновалась, а оказалось, что зря. Все прошло великолепно, и все остались довольны.

По окончании мероприятия заказчица подошла ко мне.

– Спасибо дорогая, все было прекрасно, а музыкально сопровождение, вообще на высшем уровне, – хвалила она меня.

– Спасибо. Это наши молодые таланты, начинающие звезды, – начала я в свою очередь хвалить студентов, которые работали у нас всего лишь второй день, но уже успели заработать аудиторию поклонников.

– Можно тебя? – сказал мне, не весть, откуда появившийся передо мной босс.

– Да, конечно, – ответила я и пошла за ним в сторону его кабинета.

– Лиза, твои слова, по поводу ночных подработок у официанток, оказались правдой, – начал он, а я только поразилась, как он так быстро успел проверить всю информацию.

– И наша хромоножка на работу больше не вернется, и я предлагаю тебе занять ее место, ты со всем справляешься вроде бы, – продолжил наш босс.

Это он сейчас хромоножкой нашу бывшую администраторшу назвал что ли. Я улыбнулась про себя, так ей и надо и только потом опомнилась, что мне предлагают постоянную работу.

– Вы же знаете, я учусь еще, и целыми днями работать не смогу, – отвечала я грустным голосом.

– А тебе и не придется целыми днями, мы тебе сменщицу найдем, – он так говорил, как будто у него уже решено все было.

– Ну тогда я не против, – улыбнулась я ему, а он мне, и между нами повисла пауза. Довольна неловкая, учитывая, как он пристально смотрел мне в глаза.

– Вообще, ты бы меня и навсегда устроила, – он сказал это про работу, но в воздухе, все равно двусмысленность какая-то повисла.

– Я еще хотела спросить, можно ли нам музыкантов на постоянную работу взять, они у нас уже два дня отрабатывают, в смысле просто выступают, публике нравится, – протараторила я, чтобы разрядить обстановку.

– Почему бы и нет, только не на каждый день, у нас же не филармония здесь, – ответил он.

– Ну уж это точно, – сказала я, вспомнив, что у них тут вечерами творилось с ночными подработками, но вовремя опомнилась и смыла с лица ядовитую ухмылку.

Босс вопросительно посмотрел на меня, а я, попрощавшись, быстренько ретировалась.

– Ты что там зависла? – спросила меня недовольно Марина.

– Решала ваши вопросы с ночными подработками. Больше такого не повторится. И, кстати, бывшая сваха, на работу больше не выйдет, – соседка смотрела на меня с удивлением, но никак это не прокомментировала.

– Ну мы домой идем? – спросила она.

– Идем.

Уже подойдя к двери, почти в плотную, я вспомнила про Андрея, и про наш с ним разговор, который должен сейчас состояться. Я занервничала просто потому, что не успела подготовиться морально. Весь утренний негатив куда-то ушел, и я по-детски не хотела выходить из ресторана, думая, что, если подождать, проблема сама собой рассосётся.

– Ты чего застыла, забыла, что ли что-нибудь? – спросила Марина и решительно открыла передо мной дверь, и я вздохнула с облегчением, не увидев никого на улице.

Скорее всего, Андрей знал, что я буду с Мариной, а хотел, чтобы я была одна, и эта мысль моментально вернула мне все мои негативные эмоции по отношению к нему.

Перед сном, мне попался на глаза медведь, его подарок. Да, игрушка ни в чем не виновата, но вот только все свое отношение к Андрею, я проецировала на него, и приняла решение, завтра же отдать его в детский дом, который был совсем недалеко от нас.

На следующий день, отдав медведя, я ощутила облегчение, но к концу дня напряжение от нерешенной проблемы стало понемногу нарастать, и моя интуиция меня не подвела. Я даже такси вызывать не стала, потому что была уверенна в том, что Андрей ждет меня у выхода.

И он был там. Красивый, улыбающийся и с букетом моих любимых белых роз.

Я медленно стала спускаться по ступенькам, и, увидев меня, Андрей пошел ко мне, положив перед этим букет на крышу машины.

Я морально весь вечер готовилась к нашей встрече, а когда она состоялась, опять, как немая, не могла выдавить из себя ни слово.

– Привет, малыш, – Андрей попытался меня обнять, выведя, тем самым, из оцепенения.

– Нет, не трогай меня, я все про тебя знаю. И знаю, что тебе от меня нужно, – вырвалась я из его объятий.

– Подожди, ты, о чем сейчас? – делал он непонимающий вид.

– Ты прекрасно знаешь, о чем, – я старалась не кричать, но мой голос все равно звенел, от переполняющих меня эмоций.

– Тебе это Света про меня напела?! А ты знаешь, что она сама на меня первая вешаться стала, а я что, отказываться должен? – начал сразу же раздражаться Андрей.

– Вот именно, что у тебя все по согласию, как с ней, так и со мной. А когда бы у нас с тобой все было, в смысле ты бы получил от меня что хотел, ты бы слился, – негодовала я, слыша, как моя речь сбивается от волнения.

– Лиза, не говори глупостей, садись в машину, – Андрей пытался успокоить и себя, и меня.

Он взял меня за локоть и хотел отвести в машину, но я опять вырвалась.

– Не трогай меня, я тебе сказала, – голос мой уже скрывался на крик, но он уже не слушал и буквально силком стал тащить к машине.

– Малыш, я тебя прошу, не ломай комедию, – спокойным голосом уговаривал он меня, а вот его действия были гораздо убедительней, потому что мои трепыхания для него совершенно ничего не значили.

Я барахталась, даже не как муха, а как маленькая мушка дрозофила, прекрасно понимая, что вырваться из его паучьих мохнатых лап, я смогу, только если он мне это позволит.

– Эй, руки убрал от нее, – мы одновременно обернулись на голос.

К нам спешно подходил мой босс.

– Мы сами разберемся, – ответил Андрей, сразу же убрав от меня руки, но окончательно не отпустил, а просто задвинул себе за спину.

– Руки убрал от моей девушки, или я тебе сейчас все хлебало расшибу, – он говорил это с таким напором, что никто бы даже не засомневался, что так оно все и будет.

Воспользовавшись замешательством Андрея, я буквально выпрыгнула из-за его спины и подбежала к своему боссу. Он таким же хозяйским жестом задвинул меня к себе за спину, точно также, как до этого сделал Андрей.

– Даже не думай рыпнуться сейчас, – сказал он приближающемуся к нам Андрею.

– Максим Викторович, помощь нужна? – окликнула его выбежавшая к нам охрана.

Андрей понял, что силы неравны. Он резко взял букет с крыши машины и с угрожающей силой запихал его в урну, так, что она перестала функционировать. Меня еще раз передернуло, когда мимо нас, визжа тормозами, пронеслась новенькая иномарка Андрея.

– Ты как? Пойдем, какао тебе сделаю, успокоишься, – сказал мне мой босс и повел меня обратно в ресторан.

Мы пришли на кухню, повара уже ушли, и там никого не было.

– Спасибо, – только и смогла выдавить из себя я, пока мой босс наливал мне чашку горячего какао.

– Да не за что, я ведь его сразу узнал, он к тебе еще в первый день твоей работы приставал. Скажу охране, чтобы его вообще сюда больше не пускали.

– Спасибо, – опять ответила я.

– Ты мне сейчас очень нужна, – я поперхнулась какао от услышанного и закашлялась.

– В смысле, как администратор, у меня и без этого проблем по горло, а ты вроде бы справляешься, – и он стал похлопывать меня по спине, улыбаясь.

– Мне домой нужно, – сказала я шёпотом, потому что после кашля, голос ко мне еще не вернулся.

– Это ты намекаешь на то, чтобы я тебя домой отвез, – спросил он, все так же улыбаясь, и находясь в опасной близости от меня.

– Нет, нет, конечно, я сама. Сейчас такси вызову, – начала тараторить я.

– Ладно, не суетись ты. Что же, я свою девушку до дома не смогу отвезти, – сказал он, а я опять не поняла, шутит он или нет.

У меня вообще, походу, с чувством юмора нелады. Но отказываться я не стала.

Атмосфера в самолете была успокаивающая, но мне было совершенно не до сна. Все мысли роились вокруг одной очень сладкой девочки, которая, как мне доложили, не очень-то меня и ждала, но которую я безумно хотел до хруста эмали на зубах. Ничего серьезного вроде бы у нее с ее новоиспеченным хахалем не произошло пока, но я все равно был на взводе, да и всех подробностей нанятый мною человек, мог и не знать.

До нашей встречи оставалось несколько часов полета, дорога до офиса, разговор с Максом, начальный отчет по состоянию наших дел от юриста. Блин, да дофига еще до встречи с ней!

Я откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, и постарался успокоить свое раздражение. С Моникой я даже не попрощался, и это к лучшему, отношения с ней мне были не нужны. Наш случайный секс, был именно случайным, без продолжения. Она умная девочка, сама должна понимать. Тем более что в этой компании нам теперь работать вместе. Хорошо хоть не рядом. В том, что мне придется часто мотаться к немцам, я не сомневался. Они дали зеленый свет по поводу их филиала, и у меня просто чесались руки побыстрее начать этим заниматься. Наметки по поводу места, субподрядчиков у меня уже были, нужно было просто встретиться и переговорить с нужными мне людьми.

Даже если весь наш бизнес коту под хвост, должность генерального директора, которую предложили немцы, вполне меня устраивает. Филиалов такого масштаба в России единицы. Макса, конечно же, сразу рядом пристрою, да и остальных, кого нужно, тоже.

Работы я себе уже накидал непочатый край, двадцати четырёх часов в сутках не хватит, и на нормальную личную жизнь времени, конечно же, нет. Вот как всегда!

Макс встречал меня в аэропорту, довольный и с голливудской улыбкой, не иначе как без меня у него ничего не получалось.

– Здорова! Ели дождались тебя. Ну что у нас там с немцами, продлевают контракт или как? Ты же ничего не объяснил, сказал, как приедешь, расскажешь, – выпытывал Макс.

– Нет, контракт с нами продлевать больше никто не будет, – начал я, а у друга рот так и раскрылся, и он стал им беззвучно хлопать как рыба.

– Все путем, не переживай, по дороге расскажу, – успокоил я друга.

И по дороге я ему рассказал про открытие нового филиала, где я буду генеральным директором.

– Ни хр…а себе, – присвистнул Макс.

– Погоди, ты сейчас в эти дела по уши залезешь, а мне весь наш бизнес на себе тянуть что ли, – горячился друг.

– А там тянуть-то хоть что-нибудь осталось, хорошо хоть в долгах не останемся.

– Да ладно, ты думаешь, у нас все настолько плох.

– Макс, вообще-то эти вопросы должен задавать я тебе, а не ты мне. Ты же тут разруливать должен, – теперь уже и я начинал злиться.

– Да я ни хр…а в этом не понимаю. Ты же у нас мозговой центр, – начал смягчать Макс, успокаивая меня.

– Ладно. Юрист на месте? – спрашиваю.

– С утра уж ждет. Все кофе поди у твоей секретарши выпил, – улыбается друг.

Мы подъехали к офису. Юрист и секретарша сразу же подскочили и двинулись на перегонки в мою сторону, но тут завибрировал мой телефон. Я жестом их остановил и зашел к себе в кабинет. Там и ответил на звонок. Макс просочился за мной.

Звонил нанятый мной человек, по поводу Лизы, и этот разговор я не собирался откладывать. Что-то подсказывала мне, что я не услышу ничего приятного.

– Здравствуйте, Сергей. У меня рядовые новости, о которых я обычно докладываю вам в ежемесячном отчете, но некоторые сведения, заставили меня проинформировать вас сейчас. Елизавета, с недавнего времени, подрабатывает официанткой в вашем ресторане, а теперь и в качестве администратора. В эту должность, она вступила очень быстро, и при неизвестных мне обстоятельствах, а как вы понимаете, на эту должность мог поставить ее только один человек.

– Макс, – озвучил я свою догадку.

– Что? – спросил друг.

– Да, – ответил в трубку информатор.

Максим Викторович отвез меня до дома, и, поблагодарив его еще раз, я по ступенькам поплелась домой. Из меня как будто всю энергию высосали. Я вообще, по своей сути, неконфликтный человек, и для меня, лучше промолчать, чем нарываться на ссору, но в ситуации с Андреем, я просто не могла промолчать. И теперь, груз этого скандала давил на мои плечи, заставляя чувствовать себя совершенно подавленной.

Где-то в глубине души у меня теплилась надежда, что Андрей не может так поступить, только не со мной, ведь он мне говорил, что я не такая как все, и чтобы я не слушала никого. Вот только говорить это он мог каждой, а слушала я не кого-нибудь, а свою лучшую подругу.

Все, мне просто необходимо закрыть эту книгу под названием «Андрей», очередной сокрушительный провал в моей личной жизни. Как там Светка говорила, мой последний шанс. Лучше бы вообще ничего не было.

Я лежала на боку, свернувшись калачиком, и не могла уснуть. Предательские слезы тоненькими струйками скатывались на подушку. Я плакала не об Андрее, его я ненавидела, а о том, что теряю веру в людей.

На следующий день Светка устроила мне допрос с пристрастием, несмотря на мое подавленное состояние.

– Ну не тяни, чего мину состроила. Я две ночи не сплю, думаю, как у вас разговор прошел, – подначивала подруга.

– Он приехал с цветами, белыми розами, моими любимыми. Дождался, когда я буду одна работать, а не в смену с Маринкой, – начала я грустно.

– И ты поплыла, – прокомментировала разочарованно Светка.

– Нет, не поплыла, а сразу все ему высказала, – ответила я с глубоким выдохом.

– А он что?

– Хотел насильно в машину затащить, – ответила.

– Подожди, так у вас что-то было. Он тебя … – говорила Света обеспокоенным голосом.

– Нет, нет, ничего такого не произошло, хотя могло бы, если бы Максим Викторович не вмешался.

– Твой шеф что ли?

– Да, он как раз уезжал, или наоборот приехал, я не знаю точно. И они чуть не подрались там, – у подруги глаза округляться стали.

– Да разве он с Андреем сладит, он же махина такая. Кого хочешь по стенке размажет, – описывала она его достоинства.

– Там охрана на подмогу вышла. Хотя, ты знаешь, может быть, она и не понадобилась бы. В комплекции мой шеф Андрею уступает, конечно, но у него такой напор. Так что, там еще не известно кто кого, – сделала заключение я.

– Хорошо, что все закончилось, – подвела итоги Света.

– Думаешь, он больше не появится? – спросила я.

– Конечно нет, не переживай. Ему проблемы не нужны. Найдет другую рыбку в море, – сказала подруга с улыбкой, но как-то все равно невесело.

– Да, еще мой шеф, когда говорил Андрею убрать от меня руки, сказал, что я его девушка. Поэтому, наверное, он точно теперь не появится, – сказала я, и от этих мыслей мне спокойнее стало.

– Да ладно, правда? – спросила Света.

– Да. В смысле правда, что он так сказал. На самом деле это, конечно же, не так, – пыталась объяснить я подруге, а она только улыбалась.

– А может он сам на тебя запал? Видишь, администратором поставил, – озвучивала подруга свои умозаключения.

– Да нет. В администраторы я сама напросилась, а он, поначалу вообще брать не хотел, – вспоминала я.

Хотя, эти его двусмысленные намеки … но этими предположениями я с подругой не стала делиться. Достанет ведь потом, заставит обо всем рассказывать. Что он мне сказал, как посмотрел, что я ответила. От этих мыслей я опять заулыбалась. Вот умеет же Светка настроение поднять, хоть и заочно.

– Слушай, я ведь тебе новость забыла про твоих иностранцев рассказать. Мы у них, почти всю недвижимость покупать собираемся. Вчера, с мамой и бабушкой, на просмотр ездили. Маме загородный дом очень понравился, она говорит, вот прям о таком и мечтала. Правда он пустой, без антикварной мебели, про которую ты мне говорила, зато в наш бюджет мы как раз въезжали, а потом, мама про мебель спросила, может они отдельно продадут, а по приезду она и в квартиру влюбилась. Представляешь, – воодушевленно рассказывала Света.

– Угу, – вставила я, чтобы не перебивать ее надолго.

– Короче, теперь мы берем кредит, благо с этим у папы проблем нет, и эту квартиру выкупаем, а свою на продажу выставляем. Как продастся, кредит погасим. И эта шикарная квартирка моя будет. Прикинь.

– Угу, – еще раз поддержала я.

– Правда мама мебель всю заберет. Я, в принципе, не против, не тот возраст, чтобы старину коллекционировать, – засмеялась подруга, и я ее поддержала.

– Зато, мне, папа, все новое обещал купить. И тут моя бабуля говорит. Да хорошая квартирка, мне бы тоже подошла, если бы была немного поменьше. Этот юрист им переводит, а они, у нас, мол, еще одна квартира есть. Как раз поменьше. Ну мы туда, и бабуля такая, все, говорит, беру, а там, как ты говорила, с мебелью тоже, – подруга торопилась побыстрее выложить мне всю историю, поэтому глотала слова.

– Вот у вас и оптовая закупка квартир получилась! – пораженно отвечала я ей.

– И не говори, – смеялась подруга.

– Мы потом, когда ушли, мама с бабушкой все обсуждали как побыстрее сделку провернуть, чтобы они не соскочили. Бабуля моя, своим зорким взглядом, все приметила, и говорит, что некоторые вещи на аукционах видела. Прикинь, – продолжала воодушевленно подруга.

– Да уж повезло вам, – говорила я, и нисколько даже не завидовала, потому что у меня таких денег нет, и никогда не будет, но я все равно была очень рада за подругу, ее маму и особенно бабулю.

На этой позитивной ноте мы и расстались. А на работе, как всегда, меня уже ждала куча дел. Быстренько разделавшись с самыми основными, я надолго увязла в бумажных делах.

Сверяя документы, с низко опушенной над столом головой, я услышала стук по двери.

– Да, войдите, – ответила я, не поднимая головы.

– Здравствуй Лиииза! – я услышала свое имя. Его произнесли, медленно растягивая, как будто пробуя на вкус. И я задрожала, узнав этот голос.

Подняв свой взгляд, я увидела, как облокотившись на косяк, в дверном проеме стоял мой темный ангел и гипнотизировал меня своим взглядом темно графитовых глаз.

Я скинул трубку и переваривал информацию, которую получил от информатора. Лиза работает в нашем ресторане, совсем близко от меня, это хорошо. Но какого черта Макс повысил ее до администратора, и в каких они отношениях. Руки сжимались самопроизвольно, и не успел я больше ни о чем подумать, как мой кулак, уже летел прямиком в челюсть друга.

Но Макс знал меня давно, и загодя прочитал мой взгляд по окончании телефонного разговора, который не сулил ему ничего хорошего. Он ловко ушел от удара, и теперь нас стал разделять мой письменный стол.

– Так, стопе братан, че за кипишь? – уговаривал меня друг, подняв ладони и жестом показывая, что на конфликт он не пойдет.

– Ты не подоху…л, рядом с моей женой трешься?! – голос мой звенел от раздражения, а у Макса только глаза стали округлятся.

– Не понял, ты же не женат вроде бы.

– Пока нет, ты же в курсе, что у меня одна девочка есть …

– А ты про эту, да я помню, ты рассказывал мне. Ну, так это давно было. Я думал, ты уже съехал с этой темы, – на лице друга блуждала улыбка, которая разозлила меня еще больше.

– Все, понял, понял, – начал оправдываться Макс видя, мое усиливающееся напряжение.

– Она у нас в ресторане работает, всего ничего, с какого ты ее администратором поставил. Запал что ли? – я начал медленно обходить стол, а Макс предусмотрительно также медленно, двигался в противоположную от меня сторону.

– Погоди, так это Лиза что ли твоя девочка? Красотку ты себе вырастил, – опять глупо заулыбался друг.

– Макс, сейчас я до тебя доберусь и сломаю тебе челюсть, чтобы твой оскал больше не видеть, – я говорил это ровным спокойным голосом, но он знал меня как облупленного, и знал, что это предел, дальше я на него просто сорвусь.

– Так, Серый, тихо, я понял, я все понял. Между нами ничего не было, все по чесноку. Сейчас все расскажу, только не смотри на меня так, – Макс быстро вылил на меня всю самую главную инфу, и меня стало отпускать. В том, что он говорит правду, у меня не было сомнений, я ему доверял.

– Короче у нас администраторша ногу сломала, прям на рабочем месте, – начал Макс.

Я сел в свое мягкое кожаное кресло и, растирая виски, попытался расслабиться.

– Принеси два кофе, – попросил я у секретаря.

– Сергей Александрович, тут вас юрист уже давно ждет … и другие тоже, что мне им сказать? – спросила она у меня, а голос дрожал, знала, что я отвечу.

– Пусть подождут, скажи им, я занят.

– Хорошо, – ответила она, немного потерянным голосом. Еще бы, в другой раз, я бы так на нее рыкнул, за неуместные вопросы, все трусы бы намочила. Но сейчас, я был в предвкушении ближайшей встречи с моей девочкой.

– Ну и как она ногу сломала, с каблуков своих навернулась что ли?

– Там заказов много было, она вроде как официантов подменяла, ну вот и шлепнулась, бегать-то быстро не умеет. Замену ей искать смысла не было, фиг найдешь на время-то. А Лиза, в смысле, твоя Лиза, сама вызвалась. Я поначалу ее брать не хотел, опыта у нее нет и подработку с учебой совмещает. Но выхода не было. Решил, на время возьму пока. Хоть на что-нибудь, да сгодится, а она у тебя смышленая оказалась, все разруливать начала. Темные делишки бывшей администраторши засветила, – не спеша рассказывал Макс.

– Какие еще темные делишки, с главбушкой заодно что ли была? – в это время секретарша нам кофе принесла, и моментально смылась.

– Да нет, у нее тут своя бизнес тема была, официанток под похотливых клиентов подкладывала.

– И в это время моя Лиза официанткой работала. Я тебя сейчас прибью, Макс, – мой бокал с грохотом опустился на тарелку.

– Да ладно тебе, Серый, не кипишуй, все там я разрули, виновных наказал. Администраторша на работу больше не выйдет. Эй, эй, ты куда, – я встал из-за стола и двинулся по направлению к двери, кидая на ходу фразу.

– Пойду жену свою проведаю. На тебя надежды нет никакой.

– Будущую, – поправил меня Макс. У выхода я обернулся и угрожающе зыркнул на него.

– Все понял, понял, твоя жена, – поднял руки друг в примирительном жесте.

Я несся по дороге на полной скорости, на сколько вообще это возможно на городской трассе. Я прекрасно знал, что дел у меня по горло, что в офисе меня все ждут. Вот только я не мог больше ждать.

Лиза была так близко, и я решил позволить себе эту блажь. Я хотел насладиться ароматом ее кожи, почувствовать сладкий вкус ее губ, зарыться лицом в нежный шелк ее длинных волос.

Моя сладкая девочка! Моя шоколадка! Стояк натянул штаны до предела, а я еще Лизу даже и не видел. Пришлось несколько минут посидеть в машине, на стоянке возле ресторана.

Когда я зашел, то сразу же оглядел весь зал. Лизы не было. Те из персонала, кто знал меня в лицо, подбежали и стали жопализничать. Я, не слушая, прошел по кабинетам, открывая дверь без стука. И за одной из них, я нашел свой клад.

Лиза сидела, низко склонив голову над столом. Перебирала какие-то документы. Она не замечала, что я за ней наблюдаю, и у меня была возможность рассмотреть ее.

Я только сейчас посмотрел на нее со стороны, тем взглядом, что смотрят на нее другие мужчины. В ней не было тех прелестей, на которые обычно западают мужики. Ни глубокого декольте с пышной грудью, ни короткой юбки, ни вызывающего макияжа, но она все равно притягивала взгляд. Она была такой маняще невинной. Под строгими черными брючками прятались длинные стройные ножки. Синяя блузка в белый горошек, застегнутая на абсолютно все пуговки, полностью скрывала верхнюю часть ее тела, осиную талию и небольшую, но упругую девичью грудь. Моя рука, в этот момент, фантомно почувствовала ее тепло. Она потянулась за карандашом, оголив запястье, и от вида открывшейся полоски смуглой бархатной кожи, по моему телу пробежала волна желания.

Теперь все, абсолютно все, видят ее такой желанной. Но она моя, и только моя!

– Здравствуй, Лиииза, – я медленно произнес имя, растягивая буквы, лаская ее звуком этого слова и она напряглась, узнав меня еще до того, как подняла голову.

Я стал, не спеша подходить к ней, гипнотизируя ее своим взглядом, а она, в свою очередь, стала медленно подниматься со стула. Одной рукой обняв Лизу за талию, я притягивал ее к себе, вдыхая пьянящий аромат кожи.

– Здравствуй … те, – выдохнула она еле слышно, тем самым привлекла мое внимание к своему рту.

И ее полуоткрытые губы снесли мне нахрен башню. Напряжение возросло до предела. Я резко выдохнул через нос и припал к ее губам, как к живительному источнику.

Она только что-то пискнула, но не сопротивлялась.

– Скучала? – спросил я, чуть отстранившись. В ожидании ответа я обводил кончиком языка контур ее губ, заставляя их раскрыться.

– Да, – выдохнула она, и я тут же проник в ее рот.

Ее нежный, бархатный язычок принял меня с радостью. Она пошатнулась, и я прижал ее к себе, не разрывая наш с ней поцелуй. Моя рука поползла вверх, мне безумно захотелось дотронуться до ее волос, собранных в высокий хвост.

Я стал пропускать шелковистые пряди между пальцев и наматывать их на кисть. В моей голове кружились мысли одна другой порочней.

Мне до одури хотелось взять свою девочку!

Прямо сейчас!

Прямо здесь!

Прямо на этом столе!

Я глухо застонал от осознания невозможности моих мечтаний, и с нежеланием разорвал наш поцелуй, но руки не разомкнул, они стальными кольцами обвились вокруг моей девочки.

Закрыв глаза, я прислонился лбом к ее прохладному лобику, и тяжело дышал, успокаивая свое возбуждение. Я чувствовал тепло ее маленьких ручек на своей груди через тонкую ткань рубашки.

Я поднял ее голову за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. Ее взгляд был тоже затуманен желанием и покорностью. И это опьяняло!

– Моя, сладкая девочка, – сказал я ей, поглаживая большим пальцем ее еще влажную нижнюю губу, а в ответ получил ее нежный стон, который заставил меня опять запечатать ее рот властным и сминающим поцелуем.

Бешеный поцелуй разжигал нашу страсть. Я подхватил ее за попу и усадил прямо на стол, одним рывком расчистив место от бумаг и ни на секунду не отрываясь от ее такого желанного тела. Я вжался в Лизу, заставляя почувствовать всю силу моего возбуждения.

Но тут, как всегда, не к месту, завибрировал мой телефон.

Нехотя отстранившись, я грубо выругался.

– Не вздумай пошевелиться, пока я не приду, – выдохнул я ей прямо в губы, и вышел из кабинета.

Номер был незнакомым, что разозлило меня еще больше.

– Да, – бросил я в трубку, и этим «да», можно было дрова рубить.

– Здравствуй, Серый, тема для разговора есть по твоему бизнесу, – звонивший растягивал слова, в его голосе слышалось явное превосходство надо мной. Это был Силиванов, наш постоянный партнер по закупке оборудования. – Встретиться бы надо, перетереть, – продолжал он. – Давай сегодня в мой новый клуб подъезжай. «Лазурит» называется, слышал поди про такой, – усмехался Силиванов.

– Найду, не переживай. Твое место, мое время. В десять буду. Жди, – и скинул трубку, не дожидаясь ответа.

Меня просто распирало от злости. Вот и организатор моих проблем нарисовался. До вечера нужно было срочно все перепроверить и обмозговать.

Я уже был у машины и хотел набрать Макса, как вспомнил, что там осталась меня ждать моя девочка.

В очередной раз смачно выругавшись, я громко грохнул дверью, садясь за руль. Как же бл…ть все не вовремя! Но я прекрасно понимал, что если вернусь, то уйти от своей сладкой девочки уже не смогу, по крайней мере быстро.

От жарких поцелуев кружилась голова. Я не верила в реальность происходящего. Но это был он, мой темный ангел. И это его руки сейчас так крепко сжимали меня, чтобы я не упала. Я таяла и плавилась под его требовательными губами и настойчивыми руками. Ни о каком сопротивлении, с моей стороны, не шло и речи. С ним все было совершенно по-другому. Теперь я это четко понимала. Андрей, по сравнению с ним, как первоклассник рядом с доцентом.

Может быть, я конечно и преувеличиваю, и скорее всего дело было просто в моих чувствах.

Я любила своего темного ангела!

Безумно!

Безнадежно!

И сейчас, я дрожала в его руках, открывалась ему, отвечала с таким же трепетом, и была готова совершенно на все.

А когда он посадил меня на стол и прижал к себе, чтобы я почувствовала всю силу его возбуждения, я просто задохнулась от сознания того, что я желанна. Что он хочет меня, так, что готов проткнуть насквозь своим огромным стержнем, невзирая на наличие одежды.

В этот момент, мой разум просто отключился, и работали только одни инстинкты. Я была как оголенный комок нервов, каждая клеточка была до боли чувствительной. Время, для меня, остановилось. Это была какая-то другая реальность, где существуем только я и он, мой темный ангел, герой моих ночных фантазий.

Где-то далеко-далеко, в мое подсознание стали проникать вибрации, и это оказался его телефон, который вернул мое загулявшееся по другой реальности сознание, в наш мир, где все совсем не так как в моих мечтах.

– Не вздумай пошевелиться, пока я не приду, – прошептал он свой приказ прямо мне в губы.

Я просто согласно кивнула, что я могла ответить? Начать возмущаться, потому что не хочу его отпускать. Да это просто безумие!

Это всего лишь телефонный звонок, он поговорит и вернётся. И что же будет дальше, ты сразу же раздвинешь перед ним свои ноги, отчитывало меня мое подсознание, а я сама, желала лишь срывать с себя одежду и разбрасывать свое нижнее белье по самым немыслимым местам в кабинете, как это обычно бывает в романтических фильмах.

Я сидела на столе, раскачивая ножками, и предавалась мечтам эротического содержания. Я невинно краснела, прикусывая свою нижнюю губу, но время шло, а мой темный ангел так и не возвращался.

Я просидела полчаса, пока не поняла всю тупость ситуации. Я медленно сползла со стола, как и глупая улыбка на моем лице.

До моего сознания стало доходить, что мой темный ангел не вернется. Может, он вообще с девушкой в ресторане, шел в туалет, а тут я, вся такая доступная. Мне опять сделалось противно от самой себя, от своих глупых иллюзий.

– Дура! Дура ты и есть, бесполосая! – ругал меня мой внутренний голос, а может я это даже вслух сказала.

Слезы предательски заструились из глаз, ком в горле перекрывал мое дыхание, и я больше не могла сопротивляться подкатывающей ко мне истерике.

Я уже ревела почти в голос, успев закрыться в маленьком туалете при кабинете, в котором работала.

Я чувствовала себя также, где и находилась, ниже плинтуса, так как скатившись по стенке сидела прямо на полу обхватив колени. Ситуация с Андреем, выбила меня из колеи, а то, что мой темный ангел не вернулся – просто добила.

Слезы закончились, а я так и сидела, жалея себя. На смену жалости, пришла жгучая ненависть и ним обоим. Она настолько меня ослепляла, что я была готова подарить свою невинность кому угодно, лишь бы она не досталась им, но потом, я вспомнила где-то ранее слышанную фразу «бойся своих желаний, они могут исполниться» и подумала, что это конечно перебор и от осознания своих мыслей по спине у меня пробежал холодок.

Но мне просто необходимо было выплеснуть пар, сходить потусить, развлечься. В моей ситуации подходило все. Надо будет Светке позвонить, она в этом спец. Набрав ей, я услышала от нее, что она пока занята, но вечером все решит.

Я посмотрела на себя в зеркало над раковиной. Нууу! В таком виде выходить в люди, просто нельзя. Глаза и нос опухли и стали одного красного цвета, на щеках чернели следы от туши. Вспоминая содержимое своей сумочки, на наличие хоть какой-либо косметики, я решительно умывала свое лицо холодной водой. Она помогла, но ненамного.

Я вернулась в кабинет, и, перевернув содержимое сумочки, нашла увлажняющий крем для лица, с тональным эффектом, не известно каким макаром он вообще у меня там оказался, и вот он справился на пять. Внешне, с лицом было все в порядке, но вот глаза, они меня выдавали. Я выглядела уставшей, подавленной и даже болезненной.

Я решительно направилась в кабинет босса, с намерением отпроситься на сегодня, под предлогом, что у меня разболелась голова, хотя она действительно побаливала, но он сегодня не появлялся.

Когда я пришла в зал, мне сказали, что иностранная пара здесь. Наши официанты, в принципе, уже без меня справлялись, но, когда я могла, всегда сама подходила. Они горячо меня поприветствовали, заканчивая свою трапезу, а я, сославшись на головную боль, объяснила свой внешний вид.

– Ваши знакомые, выкупили у нас почти всю недвижимость, – воодушевленно рассказывали они.

– Да, подруга мне рассказала, им все очень понравилась, – отвечала я и невольно улыбнулась.

– Мы вам очень благодарны, Лиза, правда, вы нам очень помогли во всем. Мы улетаем завтра, и будем рады видеть вас у себя во Франции, – они протянули мне карточку с адресом и направились в сторону выхода.

Через пару часов, голова у меня действительно стала раскалываться и, наспех доделав все основные дела, я ушла домой, не отпрашиваясь ни у кого.

Проносясь мимо ожидающих меня около кабинета сотрудников, я рявкнул:

– Ты и ты за мной, остальным ждать, – кивнул я Максу и юристу, и прошел к себе, не закрывая за собой дверь.

Дождавшись, когда дверь за ними закрылась, я обратился сначала к Максу.

– Догадайся, кто мне сейчас звонил?

– Не знаю, кто тебе звонил и испортил настроение. Что, свидание не очень прошло? – издевался друг, а мне было совершенно не до смеха.

– Макс, не нарывайся, – рыкнул я на него.

– Понял, понял. Кто тебе звонил? – спросил он, сразу же поменяв свою ухмылочку на серьезный тон.

– Силиванов, встретиться сегодня хочет, по поводу нашего бизнеса, – начал я.

– Да ладно, думаешь, он к этим всем махинациям отношение имеет. Хотя я слышал, он поднялся серьезно, а конкуренты ему не нужны.

– Вот сегодня все от него самого и услышим. Встреча в десять. Твоя задача, до этого времени, максимум нарыть про него информации, и встречаемся сразу же на месте. У него в клубе «Лазурит». Ты знал, что это его клуб? – спросил я.

– Нет, но размах у него, походу, и, правда, серьезный. До десяти много не нароешь. Ладно, постараюсь, – отвечал Макс уже совершенно серьезным тоном, выходя из кабинета. Понимал, какие дела завертелись.

– Да, кстати, я машину твою возьму. У меня бензин внезапно закончился, а сейчас времени нет, с этим возиться, – вернувшись, он взял ключи со стола, с таким видом, как будто я еще в этом и виноват был.

Это была одна из паршивых привычек друга, не следить за датчиком топлива.

Когда Макс ушел, мы с юристом стали обсуждать, как обстоят наши дела по бизнесу. Он не подвел меня, его квалификация на «пятерку», полностью себя оправдывала. Все нестыковки по документации сразу отдавал на переделку. Все подозрительные договора сразу расторгались и заключались новые.

Юрист проделал просто колоссальную работу, за что я, не постеснялся его похвалить.

– Что вы, Сергей Александрович. Это же моя работа, – отвечал мне он, немного смутившись.

Да, работают у меня в строгости, но за дело я, и похвалить могу.

Мы, конечно, еще были в убытках, но теперь понемногу все выравниваться начнет, под моим чутким руководством.

– Все основные договора, которые нужно перезаключить, ко мне на стол. Сам поставщиков найду, а дальше они прознают про нас, и сами с минимальными ценниками прибегут. Только выбирай, – дал я задание юристу.

– Хорошо, как скажете, Сергей Александрович, – и я отпустил юриста, пригласив других ожидающих.

Время в работе пролетело незаметно и мне оставалось только съездить домой, переодеться, и на встречу. Чего там мутит этот Силиванов, скоро узнаю.

Дома я принял душ и быстро переоделся. Голод уже давненько скручивал меня, кроме еды в самолете сегодня больше я ничего не ел, но некогда было отвлекаться. Дома шаром покати. Меня давно не было. Надеюсь, у Силиванова в клубе будет, чем перекусить.

Я вызвал такси, с этим товарищем без спиртного не обойтись, поэтому на машине ехать не было смысла, да и была она у Макса.

На завтра у меня в голове уже был построен список дел и по своему бизнесу, и по немецкому филиалу, но вечер должен быть уделен Лизе. Дольше ждать, я не собирался. Она мне не сопротивлялась, а то, что я ее хотел до одури, это бы и монашка поняла. Завтра же вывалю на нее все свои желания, и пускай к свадьбе готовится, об этом надо сказать сразу, а то еще напугается такого напора от меня моя маленькая.

Всего одна ночь, и она будет моей!

Макс отзвонился и сказал, что подъезжает. Я стоял через дорогу от клуба и в ожидании, бросал ленивые взгляды на посетителей, которые входили в заведение.

Все входившие были красотки, как на подбор, пышногрудые блондинки в ярких нарядах. Но мое внимание привлекла, миниатюрная брюнетка в очень коротеньком плаще, который совсем не скрывал ее идеальные длинные ножки, и вообще было, не понятно есть ли хоть что-то под ним. Мой взгляд поднялся выше, у нее были шикарные волосы, длинные, ниже талии. Завитые пряди трепал ветер, и я не видел ее лица.

Но вот она повернулась что-то сказать подруге и … я, грубо матюкнувшись про себя, узнал в ней Лизу!

Открыв дверь своим ключом, я на цыпочках стала красться в свою комнату. Не хотела никого видеть, и тем более, чтобы родители увидели меня в таком виде, но мамы с папой и так дома не оказалось.

Я легла на свою кровать и обняла первого попавшегося зверька из горы мягких игрушек, уютно посиживающих в углу.

Нет, я уже не плакала, слез не осталось. Мне просто не хватало воздуха, было тяжело дышать. Как будто кто-то подключился к моему воздухопроводу, и нагло стал воровать так нужный мне кислород, а еще этот процесс был очень болезненным.

Внезапно зазвонил телефон, в другой раз я бы подпрыгнула от неожиданности, но сейчас все чувства притупились, даже реакция. Я как амеба потянулась к нему и ответила на звонок.

– Приветик! Ну что, я все решила, идем в «Лазурит». Прошлый раз не считается, ты же не со мной была, – радостно щебетала в телефон Светка.

Я позвонила подруге на эмоциях, идти в клуб, для меня сейчас было равносильно походу на каторгу, я с постели-то вставать не хотела.

– Слушай, Свет! Тут такое дело, – попробовала пойти на попятную я.

– Нет, нет и еще раз нет. Даже слушать ничего не хочу! Собирайся, сейчас заеду за тобой. мне еще платье купить надо, – отвечала протестующе подруга.

–Опять! – возмутилась я.

– Не опять, а снова. У меня на вечер, ну совершенно нечего надеть, – смеялась радостно Светка. – Все я выезжаю, и она вся такая на позитиве отключилась.

Собираться мне не нужно было, я лежала прямо в одежде. Мельком взглянув на себя в зеркало, я увидела там ходячего зомби, волосы взъерошены, одежда помята, лицо тоже. Ну и пусть, не на свидание же иду и, накинув джинсовку, вышла из квартиры.

– Эээ, ты спала что ли? – спросила Света, проявляя ко мне мамину заботу.

– Да, прилегла немного, голова разболелась, даже с работы пораньше ушла, – оправдывалась я, так как рассказывать о своей проблеме с моим темным ангелом, я, конечно же, не собиралась. Слишком много пришлось бы рассказать, с самого начала, а к этому я сегодня точно не была готова.

– А, ты же теперь начальница как-никак, – заулыбалась подруга.

– Да типа того, – тоже хмыкнула я, поддерживая Светку, и сразу же у меня мелькнула мысль, что не зря я ей все-таки позвонила.

Уже был вечер и открытые, во всю стену, витрины бутиков манили изобилием товаров. Зайдя за Светкой в один из них, я скромно стала перебирать вешалки, а подруга, сразу же помчалась к новой коллекции.

– Лиза, сюда иди, – крикнула мне оживленно подруга.

– Ты посмотри красота какая, – она махала передо мной лоскутком черной ткани, а я никак не могла на нем сфокусировать свое зрение, так как подруга его трясла, находясь в возбужденном состоянии и она кинулась с ним в примерочную.

Не прошло и пяти минут, а Светка уже кружилась передо мной в ожидании комплементов.

– Ну как тебе? Размер блин не мой, сейчас попрошу, чтобы побольше принесли, – подруга развернулась к зеркалу, пристально разглядывая себя, а я ее, в отражении.

Платье оказалось действительно шикарным. К черному шелку, так и хотелось прикоснуться, ряд клёпочек, на которые платье застегивалось спереди, сверкали как бриллианты, их можно было немного расстегнуть и снизу, и сверху, на сколько это позволяла сделать скромность обладательницы. Каждая клёпка была посажена на горизонтальную складу ткани, создавая спереди гармошку. Застежки были немного смещены от центра, и ворот красиво отгибался углом, если не застегивать их до самого верха. Но у Светки, это и не получалось, так как ее большая грудь, не позволяла этого сделать.

– Да и черный цвет мне как-то не очень, лучше белый, наверное, как думаешь? – спросила у меня подруга.

– Да тебе лучше белый подойдет, – ответила я, заворожённо глядя на платье, а вот мне оно как раз бы подошло, думала я про себя, но, учитывая то, что подруга его из последней коллекции принесла, стоит оно как чугунный мост.

Из мыслей о красивом платье, которое мне могло подойти, меня вывела работница бутика.

– Слушаю, – обратилась к нам продавец-консультант.

– Мне такое же белое, и на размер побольше, – не глядя сообщила ей Светка.

– Такое осталось только одно и только в таком цвете, – сообщила девушка милейшим тоном.

– Жалко, – скривила губы подруга.

– Да, жалко. Оно мне тоже понравилось.

– Тогда себе возьми. Ну-ка примерь, – и она помчалась в примерочную переодеваться.

– Нет, ты что, я даже на ценник смотреть боюсь, – начала я с улыбкой и вздрогнула, когда услышала голос девушки консультанта, так как подумала, что она уже ушла.

– На последний размер у нас, естественно, скидка пятьдесят процентов, а это единственная модель из коллекции, которая шла без шарфа, поэтому еще минус двадцать, – объясняла она мне все таким же любезным тоном.

Я все пыталась себе представить сколько же может стоить платье, со скидкой, аж в семьдесят процентов, копейки? Но когда увидела ценник, то округлила глаза, как раз все мои накопления, а без скидки почти месячная зарплата.

– Если подойдет, бери не раздумывая, – подначивала Светка.

Я нехотя поплелась в примерочную. Прохладный шелк заструился по моему телу, но несколько секунд спустя, я вообще перестала ощущать его на себе. Но платье, на мне было, и сидело как влитое. Я глаз не могла отвести от такой красоты, вернее, что я могу быть такой красивой, несмотря на мой слегка растрёпанный пучок на голове, и немного не в тему белые кеды. Я их быстренько скинула и встала на цыпочки, имитируя каблук.

– Вау, круто. Как на тебя шили, – Светка с шумом откинула занавеску в раздевалке.

– Вам очень идет, – пела девушка-консультантка.

– Если платье возьмешь, туфли я тебе куплю, – сделала мне предложение подруга.

– Спасибо, – расплылась я в благодарной улыбке, понимая, что денег хватит только на платье в обрез.

– Несите черные на шпильке, тридцать седьмого размера, – скомандовала Светка.

– Каблук не слишком высокий, тридцать шестого размера и не очень дорогие, – крикнула я вдогонку консультантке.

– Спасибо, Свет, у меня денег правда только на платье, – благодарила я подругу.

– Ну как же ты в таком платье и без туфель, – засмеялась подруга, перебирая другие наряды.

– Вот, розовое. То, что мне надо, – сообщила она, довольная своей находкой.

Девушка-консультантка принесла туфельки как раз такие, какие я просила, и образ гламурной девушки, а не заурядной студентки сложился полностью.

Платье, которое присмотрела Светка, ей подошло, и мы, расплатившись, счастливые и в предвкушении вышли из бутика.

– Слушай, а поехали ко мне сразу, я тебе локоны накручу. Шампанское откроем, пока собираться будем, – говорила подруга в радостном возбуждении, и я, подхватив ее настроение, согласилась.

Дома у Светки никого не было. Родители укатили на какой-то прием, поэтому мы чувствовали себя как хозяйки. Да что там чувствовали, вели себя именно так!

Светка включила музыку почти на всю, и под мои одобрительные крики наконец-то открыла бутылку шампанского.

Выпив по бокалу, нам стало еще веселее, и мы продолжили наводить марафет пританцовывая и громко подпевая.

Через пару часов мы полностью готовые рассматривали свое отражение в большом зеркале в прихожей.

Я так никогда не выглядела. Сейчас, я нисколько не уступала Светке, а может даже и обгоняла немножко.

Просто подруга, красотка всегда, а я впервые!

– Слушай, ну твоя джинсовка здесь совсем не в тему. На вот, мой плащик надень, – предложила подруга, а я, согласилась.

И одобрительно улыбалась своему отражению, мы вызвали такси и отправились в клуб.

Я стоял и нервно сжимал, и разжимал свои кулаки в карманах брюк, глядя, как МОЯ Лиза входит в клуб.

Я даже не сразу понял, почему меня вдруг обуяло жгучее чувство злости. Маленькая мышка, МОЯ маленькая, серая мышка, превратилась в чертову Золушку, на которую сейчас будет пялиться толпа пьяных и желающих потрахаться мужиков. Ревность медленно закрывала мой разум непрозрачной ширмой.

Нет, нужно срочно взять себя в руки и успокоится. Когда такое со мной случилось в прошлый раз, я просто оттарабанил Монику, а потом еще, и еще раз. Главное сейчас не наломать дров. «Лиза здесь, рядом, ее легко проконтролировать, и уедет она с тобой, как ты и хотел», – успокаивал меня мой разум, поглаживая по голове как недовольного, упрямого малыша, которому не купили понравившуюся игрушку, и он закатил скандал прямо в центре магазина.

Тут подлетел Макс, разрядив тем самым обстановку.

– Короче, как я и говорил, Силиванов подминает под себя весь город. Работает вроде чисто, не прокопаешься. Как-то все ему сами свой бизнес сливают, – начал друг с ходу.

– Сами говоришь, – есть над чем подумать. В принципе картина срасталась. По его задумке, я сам с радостью ему весь наш убыточный бизнес отдать должен. Жучара, сука!

– Я тут наших парней вызвонил, сейчас подъедут на всякий случай, – говорил Макс.

– Хорошо. Ладно, пошли, послушаем, чем нас порадуют, – и я кивнул Максу в сторону входа, мысленно поблагодарив его, так как сам, момент подстраховки, пропустил.

Он быстро докурил, выбросил сигарету и пошел за мной.

– Это Лиза!? Она с тобой что ли? – выцепил меня из своих мыслей Макс вопросом, когда мы поднимались по лестнице на второй этаж. Я остановился, вылавливая ее взглядом из толпы. Она не заметила меня, а вот ее подруга, да.

– Нет, но будет со мной, – безапелляционным тоном ответил я.

Ее подруга, уже во всю напевала ей про меня, и я увидел, как Лиза напряглась сразу же, но оборачиваться не спешила или не хотела?!

Ревность опять толстыми жгутами скручивалась вокруг меня, готовая рассекать все вокруг. Я уже чуть подался вперед, по направлению к ней, но услышал фразу, обращенную ко мне:

– Сергей, наконец-то. Зачем заставляешь старика дожидаться тебя так долго, – пел мне Силиванов хитрым тоном.

– Рано вы себя в старики записали, – ответил я ему, на что он, довольно засмеялся и повел нас в VIPку. Из нее был виден весь зал через панорамные окна в двух смежных стенах.

Стол уже был накрыт, и два его племянника, куда же без них, уже набивали свои хари. Люди Силиванова, тщательно обыскав нас, остались стоять у входа в комнату.

– Ну что же, предлагаю выпить за встречу, для начала, – начал Силиванов, разливая коньяк.

Макс налил себе минералки, так как был за рулем, а мне отказываться не с руки было, хотя я не любил алкоголь.

Залпом опрокинув рюмку, я почувствовал, как огненная лава потекла по моей глотке нещадно выжигая дорогу до самого желудка. Дыхание перехватило, и немного закашлявшись, я стал интенсивно запихивать в себя куски мяса, чтобы хоть как-то загасить этот пожар.

Буквально через несколько минут, пока мы перекидывались любезными фразами, разбежавшийся по моим венам алкоголь, дал о себе знать. Все реакции притупились, и я тщетно пытался собрать свой самоконтроль в кучу.

– Мне тут птичка на хвосте принесла, что у тебя с бизнесом проблемы, мой мальчик, – начал издалека Силиванов.

– Помощь предлагаешь? – спросил я в лоб, не отнекиваясь.

– Можно и так сказать, – он все также улыбался своей бесящей улыбочкой.

– Я предлагаю выкупить твой, в смысле ваш, бизнес, – поправился он, глядя на Макса. – Я, конечно, только образно в курсе ваших дел, но знаю точно, что вы в долгах как в шелках. Серый, ты знаешь, мои сферы обширны, и ваш бизнес мне погоды не сделает, просто поддержать вас хочу. Как никак мы с вами нечужие люди. Давно вместе работаем. Жалко будет смотреть, как вы по миру пойдете, – продолжал петь Силиванов, якобы с заботой о нас.

– И сколько ты предлагаешь нам за НАШ бизнес? – спросил я.

Его глаза алчно заблестели, а я просто весь кипел внутри от злости. Ах ты ж, тварина такая! Рука так и чесалась съездить ему по физиономии. Я как, мог успокаивал себя.

Он полез во внутренний карман пиджака, вытащил ручку и написал на салфетке цифру, придвинув ее к нам.

Макс посмотрел на цифру, а потом на меня. Я засмеялся в голос, хотя он получился немного нервным, мне немцы месячную зарплату обещали больше, чем он тут цену за наш бизнес нацарапал.

– Ты же знаешь, ваш бизнес убыточный по все статьям, мне в него еще вложиться нужно, чтобы его вытащить, – говорил Силиванов, а сам в недоумении вытирал пот со лба.

– Мало, – сказал я, перестав смеяться, и он, видимо списав мой нервный смех на безысходность нашего положения, опять заулыбался.

– Ты подумай сначала. По частям начнешь пилить и этого не наскребешь, – продолжал он уже с ухмылкой, и немного расслабившись.

– Мы подумаем, – ответил я.

– Да Сергей, еще один момент. Как там у тебя с поставками немецкого оборудования. Нам партия будет …

– Мы с немцами больше не работаем, – грубо и недовольно перебил я его, остальное ему знать не положено, пока.

Глаза Силиванова засветились радостью. Он попытался это скрыть, но у него плохо получалось. Вот ты тварь и подписался.

– Ладно. Как надумаете, дайте знать. Я вас покину, а вы отдыхайте тут с моими племянниками. До скорой встречи, – и распрощавшись, он вышел из VIPки.

– Ну чё, пойдемте девок пощиплем, – заржал один из племяшей Силиванова.

– Выйти не помешает, – ответил им Макс, и хотел уже двинуться вслед за ними, но я удержал его за руку.

– Теперь понял, кто за всем стоял? – сказал я ему.

– Понял, что делать то будем. Деньги он неплохие предлагает. Я даже не понял, почему ты засмеялся. Мы же банкроты, если все продадим, поди еще и должны останемся. А тут он сам предлагает выкупить, за язык его никто не тянет. Давай сольём ему все, пока не чухнул, – раскрывал Макс мне свой гениальный план.

– Макс, все у нас с бизнесом нормально, это временные трудности. Через месяц, два, все восстановится. Вот только Силиванов, об этом не знает. И ты я смотрю тоже. Немцы меня уже на зарплату посадили, так что открытие филиала, это тоже дело времени. И об этом ТОЖЕ Силиванов не должен пока пронюхать, а то палки в колеса вставлять начнет, – объяснял я другу, глядя как в это время, удивленно и радостно округляются его глаза.

– Понял, тогда сегодня отдыхаем, – радостно ответил друг.

– Да сегодня отдыхаем, а завтра, с утра, делами будем заниматься. У меня две встречи друг на друга на ложились. Я тебе все объясню, что к чему, начнешь без меня, – но он уже так и порывался в дверь выскочить.

– Ладно, не буду тебя сейчас больше грузить. Иди, – он ушел вниз, а я сверху стал выискивать глазами ту, которой теперь спокойно мог посвятить целый вечер.

Лиза знала, что я здесь, и знала, что я обязательно к ней подойду. Сидит, наверное, где-нибудь в уголочке в ожидании меня, маленькая моя. Выпитый алкоголь расслаблял меня, и в предвкушении, я стал медленно блуждать глазами по столикам и стульям у барной стойки.

Не находя искомого, я начинал раздражаться, и скользнул взглядом по танцполу.

– Какого черта! – выругался я в голос.

В самом центре танцпола резвились две девушки, одной из которых была моя Лиза, вторая, видимо, ее подруга. Между ними был танцевальный контакт, и девушки не обращали ни на кого внимание, а вот они к себе внимание очень даже привлекали.

Там, где я находился сейчас, мне было прекрасно видно, как парни стали медленно стекаться к этим двум бестиям окружая их плотным кольцом, одна из которых была МОЯ, черт возьми.

Две минуты, и я уже был внизу. Пробиваясь к источнику своего притяжения, я грубо распихивал тех, кто попадался мне на пути.

Напряжение возрастало с каждой секундой, и я стал ловить себя на мысли, что чуть ли не задыхаюсь от злости и … предвкушения.

– Лиза! Он здесь! – Светка возбужденно дергала меня за руку.

– Да успокойся ты. Кто он? – спросила я у подруги, пытаясь высвободить свою руку.

– Волков, Лиза! Волков здесь! Прекрасное начало вечера, – пела мне подруга, не обращая внимания, на то, как я вся напряглась от услышанного.

Он здесь. Не успела я еще отойти от нашей сегодняшней встречи, которая просто выбила у меня почву из-под ног и погрузила в глубочайшую истерику, а он уже тут как тут, и готов заново выворачивать наизнанку мое больное им сознание.

Нет, так просто нечестно, успокаивала себя я, а в горле опять нарастал этот до боли неприятный комок.

– Лиза, все в порядке? – обратила, наконец, на меня внимание Светка. – Тебе просто надо выпить, – и она потащила меня к барной стойке.

Но тут, прямо у барной стойки, нас перехватили две закадычные куклы Барби, Лера и Вика.

– Приветики! Приветики! Идемте за наш столик, – и мы, чмокнув воздух с двух сторон от лица друг друга, обязательное приветствие в гламурном мире, засеменили к их столику.

Они громко разговаривали, чтобы перекричать музыку, весело и беззаботно смеялись, немного поднимая шкалу на моем личном барометре настроения. Может он меня и не заметит, и я смогу в кой-то веки, провести свой единственный, за долгое время, свободный вечер, не думая ни о чем, а только расслабляясь.

Выпив бокальчик разноцветного коктейля, я действительно начинала в это верить, а, выбравшись на танцпол, убедилась в этом окончательно.

Мы со Светкой двигались в унисон, громко подпевая и пытаясь повторить, по возможности, движения из клипов, играющих песен. Эйфория накрывала меня огромными волнами одна за одной. Голова кружилась от алкоголя и диких танцев. Но мне было хорошо! Очень хорошо, пока … в мой мир бурным, сминающим все на своем пути ураганом, не ворвался он.

Мой мир остановился, и я, как вкопанная вместе с ним в центре зала. Те, кто его видел, шарахались сами, а тех, кому не посчастливилось зазеваться, он грубо отталкивал от себя как назойливых комаров.

Его стальные глаза потемнели как грозовая туча, а сам он, как мне показалось, еще чуть-чуть и начнет молнии метать. Окружающие меня люди стали медленно отходить, двигаясь в ритме танца, и через мгновенье я осталась одна в центре воронки, которую оставляет за собой метеорит, упавший на землю. А вот мой персональный метеорит еще только приближался ко мне, угрожая одним только взглядом своих офигенных серых глаз уничтожить меня.

Он одним движением резко прижал меня к себе, и, запустив руку в волосы, как голодный зверь, припал к губам в жестоком поцелуе, а я лишь по инерции успела сделать глубокий вдох, как перед погружением в воду.

Это был сминающий, грубый поцелуй, как будто он наказывал меня за какое-то, только ему одному известное, преступление. Его губы и руки не ласкали, как обычно, а лишь причиняли боль. Мое тело среагировало, не дождавшись реакции от своей пустоголовой хозяйки и руки попытались … о боже! Оттолкнуть его. Вот только это взбесило его еще больше, и он со звериным рыком прижал меня к себе еще сильнее.

В моих легких заканчивался воздух, и у меня было полное ощущение, что сейчас он меня раздавит. Голова закружилась, и я обняла его за шею, прижавшись всем телом, в явном желании умереть вот так, в его объятьях.

Он моментально почувствовал эту перемену во мне и ослабил хватку, придерживая меня, все еще пошатывающуюся на ватных ногах.

Он посмотрел мне в глаза, и там уже не было злости.

– Где я тебе велел ждать? – сказал он мне в самое ухо и легонечко прикусил мочку, от чего табун мурашек поскакал по всему моему телу. Он нагнулся, подставив свое, чтобы услышать мой ответ.

– Я бы там с голода умерла, – ответила с запозданием, не найдя ничего глупее.

– Значит, в таком виде, моя маленькая девочка покушать собралась, – ответил он без улыбки, не оценив мою шутку, а в его глазах опять мелькнул гнев, но ненадолго.

Зазвучала медленная музыка и, не разрывая объятий, он стал двигаться в такт с ней, увлекая и меня.

Моя маленькая девочка! Он сказал – Моя! Я мысленно поднялась высоко-высоко, и оттуда, плюхнулась прямо на мягкую перину, а мелкие перышки витали как снежинки вокруг моего лица, на котором блуждала мечтательная улыбка.

Он опять склонился, чтобы поцеловать меня, а я совершенно потеряла стыд, потянулась ему в ответ, и прекрасно осознавая, что мы не одни, да чего уж там! В самом центре зала, а руки моего темного ангела совершенно непристойно поглаживают мою пятую точку.

В этот раз поцелуй был властным, но нежным. Всеми своими действиями он показывал, что другим на меня даже рассчитывать нечего. И только мой разум, лежа на шезлонге, и потягивая через три тоненьких трубочки совершенно безалкогольный коктейль, своим язвительным голоском тихо шептал мне: «Вот он сейчас уйдет, как всегда, а на тебя уже ни один мужик в клубе смотреть не станет, никто же Волкову дорогу переходить не собирается, вдруг это окажется его последний поход. Проверять это никто не будет, уж поверь мне, я тебе точно говорю. А он уйдет, сама знаешь». Но я, которая была под воздействием алкоголя, лишь сделала музыку по громче в своей голове, чтобы не слышать совершенно ненужный мне в этот момент разум.

Он со стоном нехотя оторвался от меня и зарылся носом в мои волосы, а я, боковым зрением увидела глядевшую во все глаза на меня Светку, танцующую неподалёку от нас с симпатичным молодым человеком.

Когда она поймала мой взгляд, то стала ментально посылать кучу и так известных мне вопросов, на что я только улыбнулась и теснее прижалась к моему темному ангелу.

Когда медленный танец закончился, он, не говоря ни слова, взял меня за руку и повел в VIP-зону.

В комнате было очень светло, и я не сразу разглядела тех, кто находился там. Когда зрение все-таки вернулось, для меня было сюрпризом увидеть там двух знакомых мне людей.

В центре комнаты стоял кожаный диван буквой «П». С левой стороны от меня сидела Лера, в окружении двух мужчин, которые то и дело прикасались к ней и отпускали сальные шуточки. Она в ответ только нервно смеялась, и мне показалось, что находиться здесь ей совершенно не хотелось.

Увидев меня, она резко встала, радостно взвизгнув, но тут же была возвращена на место двумя парами грубых мужских рук.

– О, подружка твоя, хорошо! – сказал один из них, и стал оценивающе блуждать по моему телу глазами.

Мой темный ангел в этот момент садился и не мог слышать, что говорил мне этот мужчина. И еще, в это время, его внимание отвлекала шикарная блондинка, видимо его знакомая, которая стала что-то нашептывать ему прямо на ухо, положив свою руку с наманикюреными пальчиками прямо ему на плечо.

Меня как током ударило. Он здесь что, не один? А как же я? Запасной вариант? «Безотказный, легкодоступный вариант», – желчью выжигались во мне слова разума.

Он наконец-то обратил на меня свое внимание и привлек к себе. Я брякнулась рядом с ним на мягкое кресло как безвольная кукла. Лера мне что-то говорила, а я как будто в прострации находилась.

Все повторялось. Нет, своего темного ангела я не винила. Он всегда был таким. Дело было во мне. Он может уходить и приходить совершенно внезапно, может даже променять меня на другую, а потом вернуться обратно как ни в чем не бывало. Он был именно таким, и я знала об этом. Вот только готова ли я была к тому, что буду медленно умирать в каждый из этих моментов. Каждый раз мое сердце будет разбиваться вдребезги.

Беги! Беги от него без оглядки, иначе, в один прекрасный момент, тебе просто нечего будет склеивать. Эхом звучал голос разума у меня в голове.

Я вздрогнула, когда рука моего темного ангела легла на мою ногу, чуть выше колена.

Он что, мои мысли прочитал?! Мой темный ангел мельком глянул мне в глаза и переключился на собеседника, голос которого мне был знаком.

Это же Максим Викторович, мой босс. Они знакомы, и видимо очень даже хорошо. В этот момент он посмотрел на меня.

– Здравствуй, Лиза, – поздоровался со мной мой босс.

– Здравствуйте, – услышала я, как будто со стороны, свой собственный безжизненный голос.

Он перестал улыбаться и озабоченно посмотрел на меня.

– С тобой все в порядке? – спросил он у меня, а потом, как-то с упреком, посмотрел на моего темного ангела. Не могу знать, как он посмотрел на Максима Викторовича в ответ, но тот, поджав, губы недовольно отвернулся к своей спутнице.

– У тебя все хорошо? – спросил он у меня, и легонько стал поглаживать мою ногу поднимаясь все выше.

Я опять тяжело задышала, наслаждаясь его близостью и вниманием.

Мне просто божественно, когда ты рядом и вот так вот смотришь на меня, – хотела ответить я ему, но все же сдержалась.

– Сергей, ну ты меня слушаешь? – блондинка старалась привлечь его внимание, и своими словами вывела меня из транса, вернув к первоначальному плану побега.

– Мне нужно в дамскую комнату, – нерешительно сказала я.

Он провел большим пальцем по моей нижней губе и сказал, почти целуя меня, и приводя этим поступком в бешенство сидящую рядом блондинку.

– Иди. Недолго, Моя.

Последнее его слово заставило табун мурашек отправиться на второй забег по моему телу.

Все, пора ретироваться, пока я не передумала. И я стремительно встала из-за стола.

– Лиза, я с тобой, – Лера с трудом выбиралась из цепких рук двух изрядно подвыпивших мужчин.

– Лер, я сейчас домой, что-то неважно себя чувствую. Только Светку предупрежу, – сказала я ей, когда мы спускались по лестнице из VIP-комнаты.

– Отличненько, я с тобой, – пропела она мне, а я лишь непонимающе посмотрела на нее, но спорить не стала.

– Лиза, ты была в VIPке с Волковым?! – стараясь перекричать музыку, говорила мне Светка, а у самой на лице менялось куча эмоций.

– Я домой.

– С ним? – округлила глаза подруга.

– Нет, – покачала я головой.

– Что-нибудь случилось? – озабоченно спросила подруга, поняв мое состояние.

– Нет, просто устала.

– Я с тобой, – сказала Светка, уже готовая уходить.

– Нет, ненужно. Оставайся, правда, – уговаривала я подругу, заметив, как позади нее маячил симпатичный паренек в ожидании.

– Ладно, а то смотри, я могу и с тобой поехать. Ну тогда завтра жду от тебя объяснений, – весело пропела Светка и мы, поцеловавшись, разошлись в разные стороны. Она на танцпол, с ожидавшим ее парнем, а я на выход.

По пути я вызвала такси с приложения, а Лера, уже нервно подпрыгивая, ожидала меня внизу.

– Ты как вообще самого Волкова подцепить смогла? Мне, чтобы с ним рядом посидеть, пришлось с этими двумя утырками замутить, а он тебя сам привел. Ну ты сегодня и выглядишь зачетно, конечно, – сказала мне Лера.

– Лер, я не хочу об этом разговаривать и давай тему закроем, – ответила я ей, не глядя.

Разговаривать совсем не хотелось. Как я могла уехать от своей мечты и откуда только силы взялись. «Ты все сделала правильно» – ласково уговаривал меня мой разум. Но от этого лучше не становилось. Холод от стекла, к которому я прислонилась лбом, проникал в самую душу, но у меня не было сил даже поднять голову. Еще немного и я разревусь, мое эмоциональное состояние было на грани истерики. Хотелось поскорее очутиться дома.

– Бл…ть! Какого х…я! – машина резко затормозила, и таксист смачно выругался, когда его подрезал черный наглухо тонированный автомобиль. Он продолжал нас подрезать, пока таксисту не пришлось свернуть на какую-то проселочную дорогу к заброшенному зданию.

– Ну все, нам пиз…а! – сказала Лера и по голосу было понятно, как она напугана, узнав идущих к нам двух мужчин. Это были те, с которыми она сидела в VIP-зоне. Двери открылись и нас грубо вытащили, толкнув вниз. Боковым зрением я уловила еще две фигуры, одна из них пошла разбираться с таксистом, а другая надвигалась к нам, и это был мой темный ангел. И вся та злость, и гнев, которые я видела в его глазах раньше, были ничто, по сравнению с тем, что я видела в них сейчас.

Я стояла на коленях, прямо на земле, рядом была Лера.

– Что же вы так быстро убежали, девочки? – угрожающе проговорил один из мужчин, расстёгивая молнию на брюках, второй уже вытаскивал свой член.

Я задыхалась от комка в горле, который подкатил от ужаса и осознания того, что должно было произойти сейчас. Сквозь пелену слез я смотрела на того, кто стоял чуть дальше. Того, кто был моим темным ангелом, героем моих детских мечтаний, а в ответ получала лишь презрительный, полный ненависти взгляд.

Она была рядом. Моя сладкая девочка сидела рядом со мной. Я не смотрел в ее сторону, боялся увезти Лизу отсюда прямо сейчас. Лишь моя рука, властно лежавшая у нее на ноге, напоминала мне о том, что торопиться совершенно не к чему. Мой запретный плод наконец-то станет МОИМ.

Меня совершенно не интересовала постоянно трещавшая тупая блондинка, сидевшая рядом. Даже как зовут ее не помню. Какого, спрашивается Макс, припер их двоих? Пусть теперь и развлекает.

– Здравствуй, Лиза, – еще ведь здороваться лезет, я зыркнул на Макса предостерегающим взглядом.

– С тобой все в порядке? – спросил он у Лизы.

Макс никак не унимался, и я легким, только ему заметным движением, провел ножом в районе своей шеи. Друг недовольно скривился, но понял намек.

– У тебя все хорошо? – повернулся я к Лизе и посмотрел ей в глаза.

Она и вправду выглядела бледноватой и слегка потерянной. Оно и понятно, много незнакомых людей.

– Сергей, ну ты меня слушаешь? – меня уже реально начинала раздражать эта пустоголовая курица, бесцеремонно трогавшая меня за плечо, даже не думал поворачиваться в ее сторону.

– Мне нужно в дамскую комнату, – прошептала Лиза.

Я не смог сдержаться и прикоснулся к ее нижней губе.

До одури захотелось ее поцеловать и … не только, но нужно было отпустить Лизу.

– Иди. Недолго, Моя, – вслед за ней побежала и ее подружка.

– Никогда бы не подумала, что тебя привлекают падшие женщины, Сергей. Вниманием ты не обделен, а бросаешься на что попало, – блондинка нашептывала мне в самое ухо, а я даже не сразу понял, что она говорит про Лизу.

– Поди опять сквозанула, прошмандовка, со своей подругой, – вторил ей один из Силивановских племянничков.

– Быстро метнись в туалет, проверь, там эти соски или нет, – сказал другой племянник официантке, которая принесла еще спиртного.

Я слушал разговор и по мере того, как смысл услышанного стал доходить до меня, внутри нарастал комок гнева, который нужно было срочно выплеснуть, вот только на кого, я еще пока не знал.

– Насчет твоей, я точно не знаю, но вот Лерка – давалка элитная, это точно, а раз они подруги … – тараторила блондинка, видя, как исказилось мое лицо в гримасе гнева.

Я залпом вылил в себя рюмку коньяка, и алкоголь лишь усилил мой гнев, а я, с запозданием понял, что сделал это зря. Мой гнев, подпитанный алкоголем, разбудил во мне зверя. Зверя, которому хотелось рвать и метать.

– В прошлый раз она нас бортанула, теперь за два раза отрабатывать придется, – сказал один из племянников.

– А подруга поможет, – подтвердил другой.

– Еще хоть слово про нее услышу …

– Понятно, ты для себя ее присмотрел. Ну ладно, потом поменяемся, – я уже хотел было врезать ему, но тут вошла официантка.

– В туалете их нет. Видели, как девочки к выходу шли и явно торопились.

Слова официантки выжигали все мои теплые чувства к Лизе. Она поняла, что я сейчас все узнаю и сбежала. Пелена злости и гнева застилала мне глаза. Я хотел убить эту маленькую дрянь, которая посмела осквернить свое тело.

Маленькая продажная дрянь!

Если бы я был трезв, то распознал бы женское коварство в лице сидящей рядом блондинки и пытающейся любыми способами привлечь мое внимание.

Если бы я не был так зол, то обязательно бы сначала перепроверил левую информацию о Лизе.

Если бы я только позвонил информатору, который следил за ней …

Так много если, но я ничего из этого не сделал.

И, наконец, если бы моя маленькая девочка не сбежала от меня непонятно почему, то я бы разобрался во всем на месте и не произошло бы того, что произошло!

– Костя, две девушки, блондинка и брюнетка должны сейчас выйти из клуба, перехвати их, – звонил я одному из своих людей, которые ждали внизу.

– Длинноногая черноволосая Рапунцель, со своей неказистой подружкой, уже уехали на такси, – ухмыляясь, ответил мне он.

– Ты у меня, любитель сказок, всю жизнь будешь охранником кроссворды разгадывать в супермаркете. Понял! – я так рявкнул, что послышался звон в динамике телефона.

– Понял. Догнать? – спросил Костя совершенно другим тоном.

– Нет, сами, – и отключился, уже спускаясь по лестнице.

Макс и племянники последовали моему примеру.

– Ключи, – рявкнул я Максу, когда мы оказались на улице.

– Давай я за руль. Ты же пил, – начал Макс, но осекся.

– Ключи! – буквально рычал я на него, и он со злостью, недовольно сунул мне их в руку.

Племянники запрыгнули на заднее сиденье, а Макс рядом, сопел как паровоз, но я не обращал на это внимание, у самого внутри все кипело как в жаровне. В таком состоянии я себя не помнил уже давно. Эта маленькая бестия своим предательством выворачивала меня наизнанку.

Резко ударив по газам, я направил автомобиль в сторону дома Лизы.

– Девочек догоним, и предлагаю их в дядькину баньку везти, – сказал один.

– Вот ночка выдалась, сейчас повеселимся, – радостно потирал руки другой.

– Серый, ты правда думаешь, что она …, – начал неуверенно Макс, но я не дал ему договорить.

– Заткнись. Если произнесешь это слово вслух, я тебя ударю, – зашипел я на друга, не глядя в его сторону.

И тут передо мной показались фары такси, к которому мы стремительно приближались. Дорога была пустая в ночное время и мне ничего не стоило зажать этого кретина, и заставить свернуть на старую дорогу к заброшенному зданию какой-то подстанции.

Первыми из машины вышли племянники и сразу же направились к пассажирским дверям такси. Я медлил, успокаивая себя. Я же сейчас запросто придушить ее могу. Сколько мужиков у нее было?!

– Дрянь! – я с силой ударил по рулю.

– Серый, – друг озабоченно смотрел на меня.

– Разберись с таксистом, – попросил я его почти шёпотом, закрывая глаза.

Услышал, как закрылась дверь. Глянул в зеркало заднего вида. Лиза и ее подруга были на коленях, возле стояли эти два бройлерных петуха и копошились в своих штанах. И вид ее головы рядом с ширинкой другого мужика, снес мне нахрен крышу окончательно.

Пару секунд, и я оказался рядом, рывком поднял ее и оторвал от земли, удерживая на весу. Она смотрела на меня огромными зареванными глазами и даже не пискнула, а я готов был раздавить ее.

Сделав неимоверное усилие над собой, я отвел от нее взгляд.

– Эта моя, – прогремел в тишине мой голос и, развернувшись, я понес Лизу к своей машине мимо Макса, который осуждающе смотрел на меня, но благоразумно молчал.

Я буквально закинул ее на заднее сиденье, поднял с земли, слетевшие с нее туфельки и положил на пол машины.

– Нет, – прошептала она еле слышно и уперлась кулачками мне в грудь, когда я стал подминать ее под себя.

– Что такое, дорогая? Неужели в первый раз в машине, – я хлестал ее своими словами, наполненными ненавистью и желчью.

– Первый, – выдохнула она, когда я с треском, одним движением, расстегнул сразу все клепки на ее платье.

Я задохнулся от увиденной картины … Лиза была прекрасна! Именно такой я себе ее и представлял. Провел рукой по плоскому животу, по бархатной золотистой коже. Она дернулась, еще больше вжавшись в сиденье.

– Разве тебе это не нравится, или тебе не нравлюсь я? – спросил ледяным голосом.

Мгновенье, и полоска разорванного черно шелка оказалась у меня в руке. Она попыталась опустить свои ручонки, чтобы прикрыть себя снизу, а я моментально перехватил их и завел ей за голову.

– Никогда, слышишь! Никогда не смей закрываться от меня! – прошипел я ей в самые губы.

Ее глаза стали блестящими от появившихся в них слез, но она лишь кивнула, не издав ни звука.

Большим пальцем руки я стер крадущуюся по ее лицу слезу и стал опускаться ниже. Добравшись до груди, стал медленно поглаживать соски, через шелк белья. Она часто задышала, не выдержал, и резко сдвинул бюстгальтер вниз, освободив оба полушария, грубо сминая их.

Пока я наслаждался ее грудью, целуя поочередно, рука поползла ниже. Как только я оказался там, Лиза протестующе свела ноги, но меня этим нельзя было остановить. Прижав ее ногу своей, я добрался до сокровенного местечка и стал ее там поглаживать, раздвигая складки и слегка проникая внутрь. С ее губ сорвался стон наслаждения, который вернул меня к реальности.

– Так тебе все-таки это нравится, – мои движения стали резче и грубее.

Я не мог больше себя сдерживать, да уже и не хотел.

Пару секунд я медлил, уткнувшись головкой в ее уже влажное лоно, но почувствовав меня там, Лиза в очередной раз дернулась в попытке отстраниться, и ко мне моментально вернулась вся ненависть к ней. Я прижал ее и одним мощным толчком, наполнил собой до предела, не обращая внимания на то, что на моем пути была преграда.

Резкий крик боли разрезал тишину.

Раскалёнными иглами в мой мозг стало проникать то, что сейчас произошло. Я перестал дышать, меня как будто парализовало. Непонимающе уставился на Лизу. Ненависть и боль в ее глазах возвращали меня к реальности. Очень медленно, стараясь не делать резких движений я вышел из нее, и она, с облегчением выдохнув, разрыдалась.

Бляяя…ь! Она была НЕВИННА!

Тупая боль захлестнула меня, не давая дышать. Как, как я мог так ошибиться, как мог обидеть ту, о которой так долго мечтал, которую хотел носить на руках и оберегать. Ту, с которой хотел провести всю жизнь. Ту, которую ЛЮБИЛ. Осознание последнего, эхом отдавалось у меня в голове. Я полюбил ее с того самого момента, когда увидел в первый раз. Это чувство было так глубоко внутри меня, что я даже не знал, что вообще способен любить. И сейчас я это четко осознавал, как и осознавал то, что взаимности не будет.

Я прижал ее голову к своей груди, Лиза не сопротивлялась, рыдая почти в голос. Я гладил копну ее шикарных волос, вдыхал ее божественный запах, ее слезы разрывали мне сердце, рвали на части, разбрасывая кровавые ошметки, но я не противился этому, потому что знал, Лиза находится так близко в последний раз. У нее был шок, а теперь началась истерика и уже завтра она будет меня ненавидеть.

Я знала, что в первый раз бывает больно, но знать и чувствовать, разные вещи. И когда меня пронзила жгучая боль внизу живота, я просто не смогла сдержать крик. Слезы боли и обиды хлынули из глаз.

Почему? За что он так поступает со мной?

Я задавала себе эти вопросы, и не находила ответы. Все его касания были грубыми. Все слова, произнесенные в мой адрес, хлыстали меня как кнутом.

Весь мой волшебный мир, где я рядом с моим темным ангелом разлетался на части, разбиваясь вдребезги.

Но потом, когда все закончилось, он прижал меня к себе, молча и стал гладить по голове успокаивая, а я только еще больше ревела.

Не говоря больше ни слова, он отстранил меня и вышел из машины.

В салоне был полумрак, и я неуклюже, трясущимися руками стала приводить себя в порядок, шарила руками по кожаной обивке салона, но не находила своих трусиков. И тут как вспышкой выстрелило воспоминание того, как мой темный ангел рвет их на мне, боль и обида опять подступили ко мне, стягиваясь на шее горячим жгутом. Я стала застегивать клепки на платье, но с этим тоже не клеилось, то пропускала, то сдвигался ряд. В отчаянии, я оставила все как есть и накинула сверху плащ. От резкого движения я почувствовала ноющую боль внизу живота и что-то мокрое и липкое между ног.

Боже, это кровь! К горлу подступила тошнота. Вся моя одежда была черного цвета, а в машине темно, поэтому я не смогла ничего разглядеть.

Выглянув из-за сиденья, я посмотрела вперед, в желании узнать, что с Лерой. В ужасе я прикрыла ладошкой рот. Она стояла на коленях и увлеченно делала минет сразу двум парням, обрабатывая то одного, то второго.

Я ужаснулась не за нее, так как по ее виду можно было сказать, что ей даже нравится. Я боялась за себя, неужели закончив с ней, они доберутся и до меня. Подступившие к горлу слезы опять стали душить меня. Я забилась в угол машины, прижав колени к себе, и с запозданием понимая, что на мне нет обуви, без которой я не смогла бы сбежать.

Сбежать! Что за глупая мысль родилась в моем испуганном подсознании. Кто меня отпустит!

Вдруг, открылась водительская дверь, и кто-то сел за руль. Машина была огромной по моим меркам, и в темноте, я даже не разглядела кто это. Но, посмотрев в зеркало заднего вида, наткнулась на сочувствующий взгляд Максима Викторовича.

Не говоря ни слова, он завел машину, и стал медленно выезжать в сторону трассы. Я обернулась, чтобы посмотреть в окно, и в свете задних фар, увидела своего темного ангела. Он стоял к нам спиной, широко расставив ноги и опустив голову. Руки были в карманах, а сам он был весь как каменная статуя посреди дороги.

И в этот момент, я почему-то испытала жалость.

Жалость к себе!

К нему!

К нам!

Это чувство, прошло так же внезапно, как и появилось, не успев прижиться и пустить корни в моей душе. Такое бывает, когда посмотрел хороший фильм, а все равно остался неприятный осадок, потому что он закончился, и продолжения не будет.

– Куда вы меня везете? – решилась спросить я у своего невольного водителя.

– Тебе нужно привести себя в порядок, а потом я отвезу тебя домой, – ответил мне Максим Викторович совершенно бесцветным голосом.

Привести себя в порядок? Я что, так ужасно выгляжу? Еще больше сжалась в комочек. Все вокруг стало противным и даже я, сама себе.

Мы ехали недолго. Остановившись у подъезда элитной многоэтажки, Максим Викторович вышел, открыв передо мной дверь в машине.

– Пойдем, – сказал он тихо.

– Я не знаю где мои туфли, – ответила я также тихо, не двигаясь с места.

Он быстро оглядел салон и протянул мне мои туфли, поднимая их с пола. Я потихоньку подползла поближе, выхватила их у него из рук и захлопнула перед ним дверь.

– Пусть думает, что хочет, – зло бормотала я обуваясь. В этот момент я была зла на весь мир!

Через минуту послышался стук по стеклу.

– Лиза?

Я, молча неуклюже вывалилась из машины, насколько это вообще позволяло мое платье. Хорошо хоть на улице в это время никого нет.

Мой босс, не говоря ни слова больше, пошел в сторону подъезда, видимо надеясь, что я все-таки пойду за ним, что я и сделала, естественно.

Квартира, в которую он меня привел, была просто шикарной. Я была совершенно не в том настроении, чтобы пялиться по сторонам, но все равно не могла не восхититься. Все было в темно-серых тонах, от черного, до светло-серебристого. Это была квартира мужчины. В ней даже запах был мужской, и я его узнала. Это был запах моего темного ангела. Внизу живота опять заныло, отдаваясь легкой болью во всем теле.

– Ванна здесь, – показал мне мой босс на темную матовую стеклянную дверь.

Несмотря на внушительный вид она открывалась очень легко. Закрыв ее за собой на защелку, я подняла глаза и открыла рот в изумлении. Ванная комната была как с обложки дорогого журнала. Все было в мраморе, зеркалах и стекле. Я стала потихоньку продвигаться к центральному зеркалу над умывальной зоной, и чуть не врезалась в полностью стеклянную душевую, но, переведя взгляд на себя, я ужаснулась.

Я выглядела как ведьмочка на Хэллоуин. Идеально нанесенный макияж на глазах, сейчас был размазан от слез большими кругами под глазами. Губы искусаны и припухли, лицо бледное. Вот только прическа стала лучше, как говорится с эффектом небрежно уложенных волос.

Завязав волосы в узел, я стала умывать лицо холодной водой.

Я в его квартире, здесь все пропитано его запахом. Сюда он приводил всех своих женщин, и меня замутило от этой мысли, и еще от того, что я теперь была одна из них, только вот чести поваляться на его кровати не удостоилась. С такой дешевки как ты, и машины вдоволь хватит. Обида, жгучая обида, накатывала волнами, глаза защипало от подступающих слез.

И тут меня как током прошибло, я опустила голову вниз. Между ног темнели пятна крови.

Трясущимися руками я стала смачивать под струей воды, кучку бумажных полотенец. Резкими движениями, не глядя, я прошлась по внутренней стороне бедра. Боль и обида бушевали во мне и слезы предательски катились из глаз.

Я не нужна ему! Теперь не нужна!

Мне стало тяжело держать себя на ногах, как будто на меня взвалили мешок с картошкой.

По белой раковине с полотенца стали стекать алые ручейки и … меня повело – я стала понимать, что сейчас потеряю сознание.

Сделав шаг назад, почувствовала, что уперлась рукой в угол стеклянного душа. Навалившись всем телом на руку, я стала медленно съезжать на пол. Кожа чуть выше ладошки защипала, обдираясь о стеклянный угол.

Перед тем как окончательно потерять сознание, я почувствовала тупую боль в голове и отключилась.

Я не мог адекватно реагировать на происходящее, все было как в каком-то чертовом сне. Я готов был накачать себя любыми средствами, лишь бы не помнить того, что я совершил с Лизой.

Я отправил ее с Максом домой, попросив сначала, завести ко мне, чтобы она могла привести себя в порядок.

Племянники вызвали такси. Деваха рядом со мной что-то мне говорила, смеялась. Я молчал, мне было все равно. Мне нужно было добраться до алкоголя, дури, а может и чего-то посерьезней, главное побыстрее, прямо сейчас, иначе мне просто снесет крышу от той боли, которая пробивала мне виски.

Мы уже почти приехали, видимо в баню и у меня зазвонил телефон.

– Да, Макс, – я тут же оживился.

– Серый, Лиза сознание потеряла, – его озабоченный голос, выдавал всю серьезность ситуации.

– Где вы?

– У тебя. Скорую вызывать?

– Нет. Ждите. Сейчас буду.

Такси как раз остановилось, и я выскочил с пассажирского сиденья. Выкинул с переднего, возмущающегося племянника и продиктовал свой адрес таксисту. На остальных, сидевших сзади, рявкнул так, что те вылетели незамедлительно.

Макс ждал в дверях. Я залетел в квартиру и сразу же увидел ее, лежавшую на диване без сознания.

– Что случилось? – я изо всех сил старался не повышать голос на друга.

– Она пошла в ванну, а через несколько минут я услышал стук. Пришлось дверь выломать. А она вот, головой наверно ударилась, – Макс нервно проводил руками по своим волосам.

– Заводи машину, – бросил я ему.

– Понял, – и друг метнулся из квартиры.

Я очень бережно взял ее на руки, она была такая легкая, как пушинка. Лицо было бледное. Я губами прижался к ее виску и с облегчением почувствовал легкие удары ее пульса.

– Позвони Ивану, предупреди, что приедем, – попросил я Макса, пока он открывал перед нами дверь машины.

– Ивану? К Ивану повезем? Он же тебя просто убьёт за такие дела. Сам знаешь, как он к этому относится, – Макс заметно нервничал.

– Звониии, – протянул я.

Пока Макс разговаривал, одновременно управляя моей машиной, Лиза слегка пошевелилась в моих объятьях. Я затаил дыхание. Что ей сказать, как объяснить все, как успокоить? Она лишь что-то промурлыкала и прижалась теснее.

Лиза спала. Я медленно выпускал воздух из своих легких. Сладкая моя. Хоть бы с ней все хорошо было, с надеждой думал я.

С Иваном мы вместе служили в армии и, узнав, что мы из одного города продолжили общаться и потом.

Сейчас он работал заведующим отделением, в одной из лучших клиник. В отличие от нас с Максом он был уже женат и успел наплодить двух маленьких дочурок. Поэтому если узнает о том, как я поступил с Лизой, наваляет мало не покажется, но только ему я сейчас мог ее доверить.

– Ударилась головой и потеряла сознание, – ответил я на первый вопрос Ивана.

– Ждите, – сказал он, и закрыл перед нами дверь палаты.

– Макс, езжай домой, наберу потом, – сказал я другу.

– Ладно, буду на телефоне, – и он направился к выходу.

Время остановилось. В тишине, звук тикающих настенных часов, казался невыносимой пыткой. Я дернулся, когда услышал звук открывающейся двери.

– Она пришла в себя. Сотрясения нет. Видимых повреждений тоже. Только небольшой порез на руке. Сейчас сделаю экспресс-анализы, а пока вколол ей снотворное, до утра в любом случае она у нас остаться должна. Сейчас медсестра руку обработает и перевяжет, – слушал слова друга и облегченно кивал.

– Это недолго, здесь подожди пока. Девчонка ведь еще совсем. Смотри, не заиграйся, Сергей, – сказал мне друг, глядя прямо в глаза своим жестким взглядом.

– Отыгрался уже, – ответил ему хриплым голосом полным боли и печали.

Он понимающе кивнул и оставил меня опять томиться в ожидании. Я сел, облокотившись на колени руками. Голова тяжелым камнем лежала между ладоней.

В захвате поймал руку, коснувшуюся моего плеча.

– Все, все, спокойней, – чуть улыбнулся Иван, высвобождая свою руку из моего захвата.

– Пойдем в палату, а то всех медсестер мне распугаешь своим видом.

– А что со мной не так? – спросил я хриплым голосом, потирая затекшую шею. Видимо я не заметил, как отключился.

– Выглядишь как медведь шатун, – он сказал это улыбаясь, но в голосе слышалось сочувствие.

Лиза мирно спала, цвет ее лица был таким же белым как простыни, на которых она лежала, а в копне шелковистых волос, цвета темного шоколада играли отблески электрической лампы.

Вокруг нее, с сопением, потихонечку суетилась медсестра-старушонка.

– Ну что, Сергей, с Лизой, в общем-то, все в порядке, анализы показали легкое недомогание, следствие стресса или переутомляемости. С учебой может проблемы, или хвосты подтягивает, может ночами учит, не высыпается? – обращался ко мне Иван, спрашивая.

– Стресс был, а с учебой проблем нет, она хорошо учится, подрабатывает еще просто, – друг удивленно посмотрел на меня, округлив глаза на последней фразе, но не стал комментировать.

– Тогда просто ей нужен отдых, выпишу витамины, путь подольше гуляет на свежем воздухе и высыпается. Организм молодой, восстановится быстро, – продолжал Иван.

– Ты ее заберешь сейчас? – спросил у меня друг.

– Нет, не думаю, что она обрадуется, увидев меня, – ответил, массируя виски от приступа новой боли.

– Сергей, что у вас с ней произошло? Рассказать не хочешь? – спросил Иван с нараставшим возмущением.

– Нет. Ты помог, за это спасибо, остальное не твое дело, – зашипел я на него стараясь не повышать голос и ожидая последующей вспышки гнева от друга.

Но продолжения не последовало, только смотрел с упреком.

– Я видел у нее телефон и обязан сообщить родителям. Что мне им сказать? – спрашивал друг, не переставая укоризненно смотреть на меня.

– Скажешь им, что Лизу привез таксист, который подвозил ее из клуба и что они попали в небольшое ДТП, – придумывал я на ходу, а у самого на душе кошки скребли от нахлынувших воспоминаний.

– А если она не подтвердит мои слова, если …

– Ты здесь не причем, передаешь то, что сказали тебе. А если до ментов дойдет, сразу мне набери, – перебил я его.

– До каких ментов, Сергей, что у вас произошло? – Иван старался тоже не кричать, но было видно, что он сдерживает себя из последних сил.

– Ладно, это твоя жизнь и тебе с этим жить. Меньше знаешь – крепче спишь, – и он вышел из палаты.

– Спасибо, – сказал я ему вдогонку, но он уже ничего не ответил.

Честно говоря, я не понимал, почему он так реагировал. Осуждал, видел это в его глазах, но не решился ничего предпринять.

Все это время в палате находилась пожилая медсестра и была невольным свидетелем нашего с Иваном разговора, хотя мы на нее просто не обращали внимания.

– Что произошло? Что произошло? Изнасиловал ты ее, изверг! Вот что! – бормотала старушка своим скрипучим голосом, не глядя на меня, разговаривая сама с собой. – Вон и белья на ней не было, когда привезли, и ножки все в розовых разводах. А она бедняжка от пережитого богу душу отдать хотела, вот только не смогла, наверное, от вида крови, сознание потеряла, – продолжала бормотать старушка, а я не мог поверить в то, что слышу.

– Что ты такое говоришь? – рявкнул я на нее, а у самого кровь в жилах стыла от сознания того, что это могло быть правдой.

– Да я ей сама руку перевязывала. Вон посмотри, – она испуганно пятилась от меня в сторону двери, но продолжала тявкать как Моська на слона.

Я прекрасно понимал, что мой вид сейчас мог вызывать только ужас.

– Изверг! Как есть изверг! Насильно мил не будешь! Дьявол! – и она, крестясь, поспешила закрыть за собой дверь.

Я метался по палате, как тигр в клетке. Это была правда! Но я просто не мог и не хотел в это верить! Вот только от моего желания реальность не менялась.

В безысходности я подошел к Лизе и кончиками пальцев провел по волосам. Это конец! Все мои жалкие надежды на то, что она когда-нибудь меня сможет простить, разбивались вдребезги.

Ноги сами повели меня к выходу, я больше не мог выносить эту пытку близостью. Подойдя к машине, я почувствовал невыносимую жажду, как будто я был заживо погребен под тоннами песка.

В поисках бутылки воды, я увидел кусочек черного шелка на заднем сиденье машины. Трясущимися пальцами я взял его и стал вдыхать ее запретный аромат, как чертов маньяк!

В этот момент меня обуяла безудержная злость!

Злость на себя! Я сам все разрушил! В отчаянии швырнул кусочек влажной ткани в урну, не желая признаваться даже самому себе, что это были мои слезы.

Сидя в машине и склонив голову на руль, я почувствовал, как первые лучи солнца прорезают ночную мглу, а для меня это был конец.

В тяжелой голове, как неоновая вывеска, горели три слова.

ПОТЕРЯЛ ЛЮБИМУЮ НАВСЕГДА.