— Не убегай, красавица! — кричал один из недоростков, гнавшихся за мной из самого леса.

Они привязались ко мне на опушке и никак не хотели отставать. Я петляла между деревьями, путала ноги преследователей травой, вредила так, как никогда себе не позволяла. Но от них было не отвязаться. И во всём виноваты их дурное воспитание и зачатки магического дара.

— Да зачем вы мне сдались? — ответила, не оборачиваясь и стараясь бежать быстрее.

Тонкие стебли полевой травы больно хлестали по ногам. А погоня только приближалась и приближалась. Я взмахнула рукой, и позади послышался крик:

— Вот же зараза!

Значит, одного сумела уцепить вьюнком. Жаль, что ненадолго.

Впереди мелькнула тёмная крыша — дом «мага-отшельника», как его называли мои соплеменницы, дриады. Если мои преследователи, будучи всего лишь подмастерьями какого-нибудь заурядного мага-самоучки, оказались настолько опасны, то к этому отшельнику и вовсе не стоило бы приближаться. О нём ходили жуткие слухи, будто он не просто маг, а отставной вояка. Зверь в человеческом обличье. Вот только я этим слухам верила лишь отчасти.

А если он и впрямь вояка, то тем более должен соблюдать кодекс чести.

При виде его дома мне стоило бы свернуть в сторону леса, но мои ноги уже устали, а преследователи явно использовали какое-то хитрое заклинание. В них прыти никак не убавлялось.

— Поймают ведь, — шепнула себе под нос и решилась. Пусть уж лучше попадусь вояке, чем невоспитанным полу-магам.

Я собралась с силами и рванула к видневшемуся вдалеке дому.

— Куда так припустила, красавица! — крикнул тот, которого моя магия не задела.

А сзади послышался голос второго:

— Всё равно не уйдёшь! — кричал он с гневом.

— Уйду, — пообещала, а сама надеялась, что маг окажется дома.

Когда до видневшегося впереди деревянного строения оставалось всего несколько метров, позади меня отчётливо послышался топот двух пар ног.

— Вот же прилипчивые, — выпалила я, запуская в них ещё одним заклинанием, но у дома почти не было травы, а та, что осталась, была пожухлая или вовсе засохшая. Моей магии не за что было зацепиться.

До двери в сам дом я бы не добежала, поэтому решила наведаться к магу через пристройку. Сделанная наспех, с щелями между неровными досками, она говорила о хозяине дома громче, чем слухи. Это было суровое жилище.

— Помогите, — крикнула я, распахивая дверь в просторную пристройку, в которой лежало несколько связок сена, рядом с ними плуг и мотыги и ни одного мага.

Испуганно обернулась, думая, что загнала себя в угол. Но преследователи волшебным образом снова оказались вдали от дома. Они бежали ко мне, но уже не так уверенно.

— Чудеса, — выдохнула, гадая, как так получилось. — Нет, — покачала головой. — Не чудеса, а магия. Пространственная.

Правда не понятно, почему она не подействовала на меня.

Я тихонечко притаилась за дверным косяком и поглядывала, что случится с недомагами, которые полдня гоняли меня по лесу.

Вот они приближаются к дому, ускоряются, надеясь обойти ловушку, чертят руками какие-то знаки… А вот их уже след простыл. Их снова перенесло вдаль.

— Повезло, — выдохнула я, надеясь, что меня не будут караулить до самой ночи.

Но не успела я обрадоваться, как судьба решила преподнести мне новый сюрприз. За дверью, ведущей из дома в пристройку, что-то грохнуло.

Маг-то оказался дома.

Я испуганно оглядела предметы, наваленные вдоль стен, и без раздумий рванула к связкам сена. Между ними и деревянной стеной оставалось достаточно места, чтобы спрятаться. Правда место это уже было занято целой плеядой пауков. Я мысленно пожелала им доброго дня и вторглась в это неуютное укрытие.

Дверь распахнулась, и в пристройке появился маг, чем-то похожий на медведя. Но не на злого и голодного, а на довольного, недавно как следует полакомившегося мёдом. Подтянутый, широкоплечий и высокий, он внушал если не страх, то благоговение. Правда не мне.

Я этого отшельника уже видела несколько раз в лесу. Он всё ходил и искал что-то. И никак не мог найти. А я наблюдала издалека.

Вместо того чтобы оглядеться, в поисках звавшей его на помощь девушки, маг спокойной прошёл по пристройке, неся в руке ведро с тёплой водой, от которой шлейфом разлетался пар. Маг подошёл к странной конструкции, поднял на неё ведро и закрепил его.

Пока я гадала, что он собрался делать с этим ведром воды, маг решительно потянул за завязки на своей рубашке и одним ловким движением стащил её с себя через голову. Мне открылся вид на тело, созданное, наверно, самим Аполлоном. Бугристые мышцы, поверх которых выделялись вены, перекатывались при каждом движении. Если в одежде этот маг походил на человека, то без неё напоминал хищного зверя.

— О-ох, — восторженно прошептала я и замерла, надеясь, что он не заметил.

Так и вышло.

Вслед за рубашкой настало время брюк. Маг повернулся ко мне спиной и стащил их, небрежно бросая на плуг. Теперь, абсолютно голый, он потянулся, играя мышцами спины, и я едва сдержала ещё один ох, который грозил сорваться с губ в любую минуту.

Голых дриад я видела часто. Для нас нагота — не что-то постыдное. Но вот голых мужчин мне видеть ещё не приходилось.

Маг подошёл к странной конструкции, на которой стояло ведро, слегка повернул какой-то рычаг — ведро накренилось, а тёплая, дымящая паром вода полилась на дощатый пол с такими же щелями, как в стенах.

Мускулистая рука потянулась за мылом и мочалкой и начала медленно водить ей по телу. Я следила за ней завороженно. Рычаг снова опустился чуть ниже, и из ведра полилась очередная порция воды, падая на плечи мага, стекая по его широкой спине и поднимаясь паром над этим невероятным телом.

Опустевшее ведро было поставлено на пол. Маг повёл плечами, разминая их, и медленно повернулся ко мне лицом.

Вместо того чтобы затаиться за сеном, я подалась вперёд, пытаясь разглядеть его. Не знаю, откуда взялось это съедавшее меня любопытство. Но устоять было невозможно.

«Так вот они какие», — торжествовала я мысленно, — «эти мужчины».

— Можешь подойти поближе, — сказал маг, и я вздрогнула, пойманная с поличным.

— Так ты что же, всё это время знал, что я тут? — я решительно поднялась, оставляя паукам их слегка разрушенное укрытие.

— Ну, ты бы ещё погромче кричала, и тогда бы в соседней деревне тоже об этом знали, — ответил он, не торопясь надевать ни рубашку, ни штаны.

— Знал и не помог мне, — укорила его, — то же мне вояка.

— Если б я не помог, разве бы ты смогла от них спрятаться? — спросил он, делая осторожный шаг мне навстречу. — Я вообще-то поставил у дома ловушку. Впустил только одну прыткую дриаду, — он скользнул взглядом по моему зелёному платью из почти невесомой ткани. Такой наряд носили все мои соплеменницы.

— Ну, помог и помог, — пожала я плечами, отмечая про себя, что права была насчёт этого отшельника. Кодексу чести он всё-таки следует. Ну, или почти… следует. — Только зачем было тогда вот это всё делать? — очертила рукой его голое тело и конструкцию с держателем для ведра.

— Потому что мне нужно было помыться, — ответил он, — а к осени вода стынет быстро.

И вроде всё логично. Но не слишком. Он сделал ещё один шаг ко мне.

— Чего это ты задумал? — спросила я, пятясь назад и упираясь в шершавую деревянную стену.

Он улыбнулся и покачал головой.

— Ничего, — ответил, делая ещё один шаг. — Ты же хотела посмотреть.

— Х-хотела, — призналась честно. А что скрывать? Передо мной стоял настоящий образчик мужественности. Если уж и рассматривать голого мужчину, то только такого.

— Ну, смотри тогда, — пригласил он, жестом показывая, что я могу подойти.

— Хм, — хмыкнула я и совершила ещё один нелогичный поступок. Подошла.

Маг снова повёл плечом, играя мышцами и позволяя мне завороженно наблюдать.

— Можешь дотронуться, если хочешь, — предложил он, и я опять не смогла совладать с любопытством.

Осторожно коснулась пальцами гладкой, покрытой редкими волосками кожи, провела по мускулам на груди, спустилась ниже, до кубиков на животе, обвела вокруг пупка, поднимая мурашки на коже, и застыла в нерешительности у покрытого тёмными волосками лобка.

Подняла глаза на мага.

— Можно? — спросила, ничуть не краснея.

Потом я буду вспоминать своё поведение и сгорать от стыда. Но сейчас во мне было только острое любопытство и непривычное волнение.

— Можно, — ответил маг, ухмыляясь.

— У вас всё совсем по-другому, — выдохнула я, легонько касаясь горячей и нежной плоти. Проводя по всей длине и вновь поднимаясь выше.

— Ох, — отдёрнула я руку. — Оно стало больше.

— Стало, — кивнул маг. — Но пока совсем немного, — распалял он моё любопытство.

— То есть может быть ещё больше? — спросила, возвращая руку и двигаясь уже решительнее.

— Гхм, — выдохнул маг. Его дыхание стало неровным, а горячая плоть увеличивалась и твердела под моей рукой.

— Тебе это нравится? — спросила удивлённо.

— Да. И тебе понравится, — пообещал он и, без предупреждения подхватив меня под бёдра, усадил на связку сена.

Я испуганно отклонилась, но маг неподвижно смотрел на меня карими глазами. Его плавил и успокаивал одновременно.

— Дай руку, — попросил он.

Я насторожилась, но он не торопил меня и не настаивал. Только выжидательно наблюдал, давая выбор. Что ж, если уж познавать мужчин, то до конца, решила я и протянула ему ладонь. Он положил её поверх своей уже совсем твёрдой плоти, загнул мои пальцы и сжав их, направил меня к основанию. Медленно. Потом вернул мою руку назад, к налившейся кровью головке, горячей.

— Гхм, — выдохнул он вновь.

— Покажи мне, — попросила, закусывая губу. — Что это за чувство?

Он знающе ухмыльнулся, опустил руку на моё колено и стал поднимать подол. Горячая ладонь скользила по моему бедру, огибала его, устремляясь к низу живота. Она замерла на лобке и опустилась ниже, туда, где с тех пор, как я увидела этого мага обнажённым, всё горело каким-то странным нетерпением.

Его пальцы прижались сильнее, и огненное напряжение отдалось лёгкой, но приятной судорогой в бёдрах. Я подалась вперёд, требуя больше. И маг начал очерчивать пальцами круг, то ускоряя движения, то замедляя. Разжигая томительный пожар.

— М-м, — сорвалось у меня с губ, и я улыбнулась. — Кажется, я поняла, — прошептала, глядя на голое тело мага.

Он покачал головой:

— Ещё нет.

Присев передо мной на колени, он откинул мешавший ему подол, коснулся губами сначала одного бедра, потом — другого, погладил их ладонями и осторожно развёл шире.

— Только не пугайся, — попросил он и совершил нечто непостижимое — поцеловал меня там. Его горячие губы сомкнулись на моей плоти, сжали её, выпрашивая стон, и уступили место языку.

— Ах, — выдохнула я, вцепляясь дрожащими пальцами в связку сена.

Его язык обвёл ещё один круг и переместился ниже. Замер у входа и ворвался вглубь. Я выгнулась навстречу. Желая большего. Всего.

Впервые моё сознание было настолько путаным, а тело жило своей жизнью. Двигалось так, как ему хотелось, просило о том, что было для меня самой ново и неведомо, откликалось на ласку дрожью, мурашками и сладкими, мучительными спазмами.

Руки мага сжали мои бёдра, когда я попыталась отодвинуться, ощущая нестерпимое напряжение. Казалось, внутри меня натянули канат, и он вот-вот должен был порваться. Рассыпаться лоскутами удовольствия.

Но когда мои пальцы уже до боли сжимали солому, маг отстранился.

— Нет, — взмолилась, притягивая его назад.

— Доверься мне, — шепнул он, прижимаясь пахом между моих бёдер.

Резкая боль, а за ней волна тягучего удовольствия. Я выгнулась и вскрикнула. Сознание рассыпалось на осколки, позволяя моему телу получить желанное. Маг повёл бёдрами назад, и толкнулся в меня снова, выбивая ещё один растерянный стон.

Я обессиленно опустилась на солому и прикрыла глаза.

— Нет, спать будем не здесь, — сказал маг, подхватывая меня на руки.

В полудрёме я чувствовала, как он положил меня на что-то мягкое и осторожно вытирал между моих бёдер смоченной в горячей воде тканью. Но у меня не было сил даже поблагодарить его.

— Спи, — шепнул он, устраиваясь рядом со мной. Я провалилась в блаженный сон, из которого меня вернул лёгкий грохот посуды.

Я приподнялась на кровати и огляделась. Просторная комната с мебелью, которую мне раньше приходилось видеть, только когда я тайком сбегала в людскую деревню и заглядывала в окна, пока хозяев не было. Не думала, что когда-то побываю внутри такого дома.

Попыталась подняться, ощущая лёгкую боль между бёдер. Кровать скрипнула.

— Проснулась? — знакомый мужской голос.

От затуманивших мне разум любопытства и уверенности и следа не осталось. Мои щёки обдало жаром стыда. Хотелось сбежать отсюда по-тихому и больше никогда не встречаться с этим магом.

— Ты что-то из человеческой еды ешь? — крикнул он из соседней комнаты.

— Нет, — ответила, понимая, что сбежать незаметно не получится. — Я питаюсь солнцем и водой. Иногда дёрном.

— Ну, тогда обойдёмся водой, — ответил маг, входя в комнату, на этот раз уже в брюках, но всё ещё без рубашки. — Как ты? — он присел на кровать рядом со мной.

— Странно, — ответила, ничуть не лукавя.

— Ну, странно не плохо, — улыбнулся он и слегка подался вперёд. Так, чтобы его широкие плечи смотрелись ещё более внушительно. И притягательно…

Я, как будто заколдованная, замерла, глядя на его тело. Казалось, его вылепили лишь для того, чтобы им любоваться.

— Орнор, — сказал маг. — Зови меня Орнор. А своё имя не скажешь? — спросил он.

— Дэя, — ответила, с трудом поднимая взгляд на лицо мага.

Он понимающе кивнул, будто ожидал, что меня зовут именно так.

— Дэя… — повторил он, — как цветок. В честь него?

— Да, — кивнула я.

— Тогда неудивительно, — сказал маг, щёлкая пальцами. В другой его руке оказалась кружка с водой. — Держи, — отдал её мне.

— Что неудивительно? — спросила, делая глоток.

— Что ко мне возвращаются силы, — ответил он. — Вчера я потратил почти все, чтобы поставить для твоих преследователей ловушку.

— Как? — удивилась я. — Ты же маг.

— Был… Долгая история, — покачал он головой. — Потому и приехал жить сюда. Надеялся найти дэю, цветок, способный вернуть магу силы.

Ах, вот что он так долго искал в нашем лесу. Но дэя — цветок редкий и застенчивый, она не показывается никому без надобности.

— Не думал, что искать надо не цветок, а одну очень красивую дриаду. Откуда у тебя его магия? — спросил он, забирая у меня ещё не опустевшую кружку и тоже делая глоток.

— От пра-пра-прабабушки. Она настолько любила цветок дэи, что связала с ним свою жизнь вместо дерева, как обычно делают дриады по достижении совершеннолетия. В отличие от соплеменниц, бабушка выбрала дэю.

— Но ведь дэи живут не так долго, как деревья, — удивился маг.

Я пожала плечами.

— Сердцу не прикажешь. Но с тех пор в нашем роду у всех дриад есть особая магия, которой с нами поделилась дэя. В честь неё меня и назвали. Ну, поговорили и ладно, — сказала я, собираясь вылезти из кровати.

— Погоди, — удержал меня Орнор, — останься ещё ненадолго.

— Зачем? — удивилась я. — Преследователи ушли, твоя магия вернулась, а мне нужно возвращаться в лес. Я должна жить недалеко от выбранного мной дерева.

— Мой дом и так недалеко, — возразил Орнор. — Останься, — его рука легла на мою и слегка сжала. — Разве я тебе совсем не нравлюсь?

Я задумалась. Раньше подобные вопросы мне даже в голову не приходили.

— А я тебе что же, нравлюсь? — спросила удивлённо.

Он кивнул.

— Каждый раз, когда ты наблюдала за мной в лесу, я тоже за тобой наблюдал, — признался он. — Ты околдовала меня ещё при первой встрече. Вот только поймать дриаду человеку без магии очень непросто. Сама бы ты ко мне не подошла точно. Ты, как цветок дэи, застенчивая и пугливая.

В общем-то он был прав. Я людей, а уж тем более магов, остерегалась.

— Останься, — попросил он снова, поднося мою руку к губам и целуя. Этот жест, простой и в то же время чувственный, напомнил мне о нашей близости.

Губы Орнора коснулись моего запястья и поднялись чуть выше. А я наблюдала, не в силах его оттолкнуть. Во мне вновь разливалось приятное томление.

— Место дриады в лесу, — прошептала я, убеждая больше себя, чего его.

Но Орнор не слушал. Он продолжал покрывать мои руки поцелуями, закинул их к себе на плечи и, подхватив меня под бёдра, усадил верхом на свои колени. Я замерла, не зная, что делать и не в силах отвести взгляд от его медово-карих глаз.

Он погладил меня по спине, нежно, чтобы успокоить, и аккуратно положил руки на мои бёдра. Подвинул их ещё ближе и потёрся о меня твердеющей плотью.

— Останься, — шептал он, убирая с моей шеи волосы и обжигая её поцелуем. По коже побежали мурашки. — Хорошо? — он заглянул мне в глаза.

Разум отказывался мыслить. Вместо ответа я повела бёдрами вперёд, усиливая нажим, и шумно выдохнула, когда внизу живота начало разгораться пламя желания.

— Не знаю, — прошептала, вновь прижимаясь к нему бёдрами. — Нет, — выдала вердикт.

Он хмыкнул и, ухватившись за подол моего платья, начал задирать его, стаскивая с меня. По обнажённой коже пробежал лёгкий холодок, провоцируя мурашки. Я поёжилась, и Орнор провёл горячими ладонями по моей спине. Сначала медленно и ласково, но его движения постепенно становились требовательными.

Когда ладони доходили до моих бёдер, Орнор толкался вперёд, заставляя меня выдохнуть от пронизывающего тело удовольствия.

— Останься, — прошептал он, накрывая ладонью мою грудь, проводя по ней и легонько задевая горошинку соска. После каждого такого касания пламя внизу живота становилось сильнее.

— Нет, — прошептала свой неизменный ответ.

Орнор снова хмыкнул, притянул меня ближе, сжимая в объятьях, и коснулся губами моей теперь уже чувствительной груди. Его губы обхватили ореол соска, а язык прошёлся по нему, играя. Я ахнула, выгибаясь навстречу и вцепляясь руками в плечи Орнора.

Он продолжал этот бесконечно долгий поцелуй, ловя мои вздохи и подстраиваясь, давая пожару во мне разгореться. И вот мои руки уже обвивали его шею и притягивали ближе. Я запустила пальцы в его жёсткие густые волосы, и поймала в ответ довольный рык.

— Останься, — продолжал он шептать, целуя меня настойчивее.

Подхваченная под бёдра, я приземлилась на кровать. Между моих широко разведённых бёдер, стоя на коленях, надо мной возвышался Орнор. Его глаза полыхали желанием, обнажённая грудь нетерпеливо вздымалась, а брюки топорщились из-за давно налившейся и закаменевшей плоти.

— Никуда не пущу, — сказал он, избавляясь от мешавших ему брюк.

А я, как и вчера, завороженно наблюдала. На его идеальное, созданное будто специально для меня, тело можно было смотреть бесконечно.

Улыбаясь моей реакции, Орнор склонился надо мной и оперся на руки.

— Это тело будет твоим, — пообещал он. — Сколько и когда захочешь. Не сбегай от меня, — попросил он вновь. — Да что там тело… Я буду твоим, хочешь?

Вместо ответа я кончиками пальцем провела по его рельефной груди, очерчивая изгибы мышц, и направила руку вниз. Туда, где между моих бёдер, опаляя и пульсируя, ко мне прижималась его каменная плоть.

— Хочу, — ответила еле слышно, и его бёдра двинулись вперёд, задевая что-то очень чувствительное у меня между ног.

— М-м, — выдохнула я и развела бёдра шире, приглашая. А может быть, прося.

— И я хочу, — прошептал Орнор. — Очень тебя хочу.

Он застыл у входа, дразня и распаляя, и резко вошёл. Глубоко. Растягивая и запуская волну дрожи в теле. Он замер, дал мне возможность привыкнуть и сделал ещё один толчок. Я дёрнулась, напуганная накалом удовольствия, но Орнор притянул мои бёдра обратно и начал двигаться. Сначала медленно, но постепенно ускоряясь. Заставляя моё тело плавиться и изгибаться. Я окончательно отпустила контроль и больше не сдерживала стоны.

А он пил их и заставлял кричать сильнее.

Волна удовольствия окутала всё тело, отзываясь покалыванием и сладкой дрожью. Я схватилась за изголовье кровати, до боли сжимая деревяшку пальцами.

Орнор сделал ещё несколько глубоких движений и резко вышел.

Мы выдохнули одновременно. Он опустился на кровать рядом со мной, одной рукой обнимая меня за талию, а другой показывая на изголовье.

— Ещё немного и лес начнёт расти прямо у меня в доме, — сказал он, касаясь выросшей из изголовья дубовой ветви.

Видимо, я случайно потеряла контроль не только над своим телом, но и над магией.

— Разве это плохо, если в доме лес? — спросила улыбаясь.