В двадцати пяти тысячах километров над поверхностью Земли летел по вытянутой эллипсом орбите спутник связи. У него не было названия, только номер. Спутник удалялся от планеты и приближался к точке апогея. Сигналы с Земли догоняли его, попадали в антенны, обрабатывались, изменялись, усиливались, отправлялись обратно.

На спутнике жил одинокий енот. Положим, назвать енота одиноким было бы неправильно: енот не понимал своего одиночества, не знал другого дома. Он смотрел телевизионные передачи с Земли, повторял слова актёров и ведущих… Нет ничего удивительного в том, что однажды еноту захотелось поговорить с живым человеком.

Несложно устроить такой разговор, если летаешь на большом спутнике связи. Енот сдвинул вверх коричневый тумблер. Включилась камера, засветился небольшой экран. Вскоре на нём появился человек с усами. Он некоторое время удивлённо смотрел с поверхности выгнутого кинескопа на енота, затем наклонился к камере:

– Кто вы?

– Енот, – ответил енот.

– Да, очевидно, – человек кашлянул, закрываясь кулаком, а затем пропал из кадра.

Енот слышал, как несколько человек спорили о чём-то. Он мог разобрать только отдельные слова: «идиотизм», «товарищи», «нас всех разгонят». Вскоре на экране появилось другое лицо: худое, с седыми волосами, в очках.

– Вы понимаете, что я говорю? – произнёс седовласый человек.

– Некоторые слова не понимаю, – честно признался енот. – Например, «идиотизм».

Теперь обсуждение происходило прямо рядом с камерой. Разговаривали трое: седовласый, человек с усами и высокий незнакомец, державший в руках распухшую от бумаг бордовую папку.

– Вы доложили? – спросил незнакомец.

– Евгений Викторович сейчас звонит, – ответил седовласый.

– Хорошо. Виктор Петрович, что у вас?

– Я уже сказал: считаю, что в приборном отсеке действительно находится живое существо, которое воспользовалось пультом видеосвязи. Это не ретрансляция.

– Енот? Еноты не могут говорить.

Человек с усами пожал плечами:

– Я не биолог. Может быть, физиология енотов не препятствует…

– Вы смеётесь?

Повисла пауза. Незнакомец повернулся к пульту, взглянул на экран. Его напряжённое лицо покрывали морщины, глаза были тёмными, уставшими. Глаза енота, напротив, светились искренним свежим интересом.

– Оставим это, – произнёс человек с папкой, поворачиваясь к собеседникам. – Как он там выжил? Без пристыкованного корабля СОТР1 не могла обеспечить…

– Давайте посчитаем, – человек с усами наклонился над столом; зашуршали бумаги… – Потому что мне кажется, что могла. Если учитывать, что тело животного также производит тепло…

– Ну хватит! Вы хотите заниматься расчётами, объясняющими пребывание разумного говорящего енота на спутнике?

– А что остаётся делать?

Сзади послышались шаги. Кто-то закашлялся. Перед енотом на экране появился директор. Нахмурив густые брови, он пристально разглядывал енота.

– Говорит? – спросил директор.

– Только что говорил, – пояснил человек с усами, стоявший сбоку.

– Скажите что-нибудь, – произнёс директор, обращаясь к камере.

– Здравствуйте, – ответил енот.

– Кто вы и как оказались на спутнике?

– Я не знаю, – енот посмотрел вниз в знак уважения к человеку в сером костюме, который (так ему показалось) был среди людей главным.

– Чертовщина… Выключайте. Нет, там всё оставьте, здесь выключайте. А запись ведите. Едем к Лигарёву.

В большой светлой комнате разговаривали люди.

– Если это шутка, то все причастные пойдут под суд, – произнёс директор. – Все, кто был осведомлен. Кто засунул туда енота.

– Виктор Ильич, аппарату без малого год, – объяснял седовласый человек в белом халате. – Животное попросту не могло там выжить. Чем оно тогда питалось? А вода?

– Вот и я спрашиваю: как оно выжило? – директор посмотрел на учёного. – Или его притащили недавно? Но вы говорите, что стыковок не было.

– Стыковок не было. Первая плановая – в августе.

– Ну и что тогда это такое?

– Мы изучаем… Большая часть сотрудников склоняется к версии живого существа: состав атмосферы на борту, колебания температуры и так далее. Была ещё такая гипотеза: перед нами искусно сделанный робот.

– Американский?

Седовласый учёный и человек с усами пожали плечами. Директор сжал губы, шумно выдохнул, потёр пальцем нос:

– Заполните приборный отсек азотом. Если это живое существо – оно погибнет. А робот изменения атмосферы не заметит.

– Возражаю, – твёрдо произнёс высокий человек в тёмном костюме. – Феномен должен быть изучен надлежащим образом.

– Каким же? – резко бросил ему директор.

– Более аккуратным.

– Пошлите туда экспедицию, давайте! Нет, аппарат слишком важен. Выполняйте, это приказ.

– Дайте нам по крайней мере сутки. Два оборота.

– Хотите с ним поболтать? Зачем?

– Вам разве не любопытно? Всё-таки говорящий енот…

– Нет, мне не любопытно. Мне нужно, чтобы спутник исправно функционировал.

В разговор вмешался молодой учёный со светлыми вьющимися волосами и веснушчатым носом:

– Здесь, кстати, есть некоторые опасения. Тепловой режим сбалансирован с учётом живого енота.

– Так сбалансируйте с учётом мёртвого! Разве это так сложно?

– Теоретически нет. Но…

– Что?

– Честно говоря, мы потеряли некоторые каналы управления. Например, СОТР…

– И вы говорите об этом только сейчас? – человек в сером костюме вскочил и грозно навис над овальным столом. – Что вы смотрите на меня, как студент на экзамене? Ну? Не молчите. Выводы, выводы!

Светловолосый учёный нервно сглотнул:

– Как я говорил, сейчас всё сбалансировано. Если енота убрать, аппаратура быстро выйдет из строя.

– Стойте. Вы сказали, что потеряли канал СОТР. Его могли отключить с борта спутника?

– Мог ли енот отключить?

– Да, да, енот.

– Теоретически мог.

– ДУРДОМ!

По коридору быстро шли двое мужчин: седовласый учёный и юноша со светлыми вьющимися волосами. Оба были в белых халатах, оба держали в руках бордовые папки, завязанные на шнурок.

– Евгений, не надо педалировать этот вопрос, – не оборачиваясь, произнёс пожилой учёный. – Любопытство в нашем деле плохой помощник. Закончится тем, что вас отстранят. Премии мы, например, уже лишились.

– Лишились премии? Но почему?

– Потому что у нас ЧП.

Юноша прикусил губу. Его планы зависели от премии. В каком-то смысле вся его жизнь зависела от премии: деньги были нужны, чтобы поехать в Геленджик, поехать не одному, а с девушкой, которую он любил. На берегу Чёрного моря Евгений собирался сделать ей предложение… Теперь денег нет, зато есть енот, летящий вокруг Земли в приборном отсеке спутника связи.

Хлопнула дверь.

Двое мужчин прошли по коридору, дождались лифта, спустились под землю. На нужном этаже их встретила девушка в белом халате. Она проводила учёных в небольшой зал с рядами пультов и дисплеев.

С экрана, расположенного в центре второго ряда, на собравшихся у камеры людей смотрел енот. Светловолосый юноша, заняв место оператора, читал в камеру вопросы. В правой руке он сжимал три остро отточенных карандаша.

– Вы говорите, что не понимаете, где находитесь, но тем не менее можете поддерживать этот объект в стабильном состоянии, – голосом, полным волнения, спрашивал юноша.

– Я стараюсь, – ответил енот.

– Вы знаете, что такое планета, космос?

– Да. Только я не смогу вам объяснить. Я чувствую смысл, но не могу передать его словами, – пояснил енот.

– Понятно, – протянул юноша, переворачивая лист. Сзади раздался шёпот: «Переходите к конкретике!» На пол упала ручка. Кто-то, вздохнув, присел и стал искать её.

– Вы находитесь на спутнике. Это ваш дом, – стал читать юноша. – Снаружи этого дома – пустота, которая называется космосом. Ваш дом летает вокруг планеты под названием «Земля». Вы понимаете?

– Да, понимаю, – кивнул енот.

– Хорошо. Тогда скажите, что именно вы делаете, чтобы ваш дом оставался удобным для вас, не горячим, не холодным?

– Ничего.

– Вы не трогали оборудование? Ничего не переключали? Не отрезали или может быть перегрызали провода?

– Нет-нет, я ничего не трогал.

Юноша замолчал, повернул голову и вопросительно посмотрел на стоящих вокруг. Седовласый человек кивнул и указал на бумаги.

– Хорошо, – осторожно продолжил молодой учёный, переворачивая лист обратной стороной. – Давайте поговорим о вас. У вас есть имя?

– Кажется нет, – спокойно ответил енот.

Разговор никак не хотел идти по плану, написанному учёными и отпечатанному на четырёх белоснежных листах. Енот ставил людей в тупик – они не могли выбраться из этого тупика. Вечером директор снова потребовал продуть приборный отсек азотом. Снова завязался спор.

Енот, никому не мешая, мешал всем.

Дмитрий Александров – российский писатель-фантаст, определяющий свой жанр термином «Психологическая фантастика». Профессиональный переводчик японского языка, психолог, художник, путешественник.

      Система обеспечения теплового режима.