Она на автомате перелистывала мужчин на сайте знакомств. С каждым годом, знакомиться было все меньше вариантов. Она до автомата отточила свой профиль.

Вдруг случилось неожиданное, начали показывать американцев.

«Ого!», она начала листать.

Через некоторое время она нашла красивого парня, с длинными темными волосами и идеальной улыбкой. У него были очень красивые и нежные глаза.

Она сглотнула и поставила лайк.

Потом она с большим сожалением стала ждать.

Через день он добавил ее в пары, но не написал.

Она написала первой. Написала, что он очень красивый.

Он не отвечал.

Она разозлилась и написала «У меня был секс с девяносто мужчинами».

Он тут же начал набирать текст.

«У меня было девяносто один», она облегченно вздохнула.

Потом он спросил, нет ли у нее чатов месенджеров. Она назвала Телеграмм.

Он судорожно начал искать, но не нашел.

«Тогда Ватсап», и написала номер, стала загружать месенджер.

Похоже, они там в Штатах, тоже им не пользуются, хоть он и есть.

Он сразу прислал смс.

«Хай!», денег отвечать не было, и она написала об этом.

Наконец, он написал в Ватсап. Они начали болтать.

Он написал, что не понимает, что происходит.

Потом написал, что работает обычным рабочим.

Она изумлялась тому, как он умеет быть красивым на многих фото.

Потом он написал, что отказался от детей, сказал, что людей на планете достаточно для выживания и слишком много.

Она удивилась и улыбнулась. Видно было, что секса у него не густо.

Они начали переписываться.

Она сказала, что у нее инвалидность по шизофрении, и она недееспособна с 2016 года.

Тут удивился он, его звали Морганом.

Катя всем это говорила, и не стеснялась этого.

Она написала, что сейчас дела наладились, и она не лежала в больнице с 2016 года.

Теперь она просто ходит на укол, раз в три недели.

«А на что ты живешь?», спросил он.

«Пособие десять, и семь дает папа предприниматель», она грустно посмотрела в телефон.

«Я хочу приехать», написал Морган.

«Давай», она заволновалась.

Потом они еще о многом говорили, и Морган начал собираться.

Она встретила Моргана в Москве. Они доехали на поезде до Нижнего Новгорода.

Катя уговорила маму поселить Моргана дома, сказав, что он здесь ничего не знает и просто потеряется. Тем более она хотела больше общения с ним.

Они пришли к ней домой.

Катя познакомила маму с Морганом. Потом она показала ему его комнату, в которой раньше жила бабушка, которая умерла в начале года.

Сейчас была уже осень.

Морган предложил попить чаю.

Они сели на кухне и стали разговаривать.

«Почему у тебя шизофрения?», спросил он.

«Мы бедно жили, когда мне было двадцать шесть, я не хотела работать и сидела дома, ну а потом начались голоса и мания преследования», она посмотрела на него прямо.

«Ты, как Ванга, что ли?», он улыбнулся.

«Ну, типа того, смерть, смерть, все закончилось, когда я просто всех простила, я ведь и в полицию ходила, и в прокуратуру, писала в МЧС и ДПС, угрожала посадить врачей, поэтому, наверно, так все и вышло, мне нельзя выходить замуж, рожать детей, иначе вырежут матку», она рассмеялась, потом лицо исказилось от тревоги.

«А у тебя были беременности?», он внимательно на нее смотрел.

«Сначала у меня было бесплодие, потом были кровотечения и одна беременность, но меня сразу бросили, я почти попала в аварию, реальность просто рушилась, меня это сильно напугало, да и рожать было мне нельзя по инвалидности. У меня была суровый врач, тоже без детей. Я вовремя остановилась и прервала беременность таблеткой. Потом мама сильно разозлилась и перестала давать мои деньги, копя на новые прерывания, тем самым обрекла меня на очередную панель без гандонов, у нас мужчины этим не пользуются, хотя дети им тоже не нужны».

«Ого, отлично живешь», он положил руку на ее пальцы и ласково их погладил.

«Знаешь, мне везде говорят, что у меня обострение и надо лечиться, быть шиофреником очень невыгодно, ну что же, дураков все больше вокруг», она рассмеялась, «Зато, как хорошо вышло, я просто универсальный человек, и угроза смерти, и смерть близкого, и полиция, и война в больнице, и операции».

Морган смотрел на нее во все глаза и смеялся.

«Знаешь, Морган, у меня нет двух передних зубов, я ношу пластиковый протез, кариес у нас мелкий не лечат, зубы не белые от сигарет, но появилась нормальная паста от этого, когда мне недавно дергали один жевательный зуб, то оставили в десне кучу осколков, они потом выходили», она улыбнулась.

Морган постучал пальцами по столу и о чем-то думал.

Они еще поболтали и пошли гулять.

Они лежали на кровати, он обнимал ее своими сильными руками.

«Расскажи мне про свой секс, пожалуйста», он уткнулся ей в шею.

«Первый раз был в девятнадцать, я думала, что совсем уже поздно, в двадцать секса практически не было, все называли меня старухой, хотя это было не так… начала снова только в тридцать, когда почувствовала свои границы тела и ума, примерно десять в год, мужчины считали секс мерзостью и быстро меня бросали, я думала есть и оргии, и все остальное, оказалось, что секса нет на самом деле вообще ни у кого, и никаких оргий нет, это все постановки, все чисты и просто сочиняют… и вообще честность мужчины, это ни с кем не заниматься сексом, честность женщины давать всем за конфетку, то, что нужно мужчинам, секс, совершенствоваться в этом и отношениях, а мужчина просто работает», она лежала и размышляла, «Вот и мой черед пришел», подумала она.

«А что ты любишь готовить?», он дышал в волнении ей в шею.

«Торты, молочные супы, творожники, бульон с грибами, каши… знаешь, в больнице я годами ела помои без мяса, так что вкус к пище у меня обострен до предела», она начала возбуждаться в его объятиях.

«Здорово, я хочу тебя», прошептал он.

Он погладил ее по бедрам, рывками прижимая их к себе, застонал и начал ее раздевать.

Они занялись сексом.

Потом они лежали, и он спросил «А ты любила когда-нибудь?»

«Думала, что любила, турка в тридцать три, и украинца потом, но они меня не любили, а просто использовали, а недавно меня опять изнасиловал англичанин без презервативов, он их просто не взял…», она вдыхала запах его кожи.

У него было очень красивое тело, сильное и без излишеств.

«Знаешь, бедность еще не причина так себя вести, я желаю всем русским смерти», глаза его затуманились.

«Морган, перестань, я уже взрослая», она серьезно и с осторожностью на него посмотрела.

«Да?!», он крепче ее к себе прижал.

«Да, успокойся, пожалуйста», она погладила его по волосам.

Он в неге замер и ласково на нее посмотрел.

«У тебя были операции, какие?», он задышал сильнее.

«Перелом бедра, а так еще стопу ломала, больше ничего», она тоже поддалась возбуждению.

«Мм, понятно», он начал толкать ее бедрами, она застонала.

Они гуляли не далеко от дома.

«Мне надо найти работу, хотя знаешь, наверно я сделаю небольшой бизнес», сказал Морган.

«Хорошо», она улыбнулась.

«А ты не пойдешь на работу?», он смотрел по сторонам.

«Нет, Морган, я не пойду на работу, не хочу, мне хватает», она серьезно на него посмотрела, он посмотрел на нее.

«Ну ладно, понял», он улыбнулся растерянно.

Девушки с интересом смотрели на него.

«Почему они все на меня смотрят?», удивился он.

«Ну, Морган, ты очень красивый», она хихикнула.

«Да, ну ладно, а почему на тебя не смотрят?», он смотрел вокруг.

«Потому что я прячусь и выгляжу обычно, не такая красивая», она рассмеялась.

«Мм, а почему у тебя так много штанов? Даже у меня столько нету», он рассмеялся.

«Потому что я люблю покупать вещи, особенно штаны, я наверно трансгендер», она улыбнулась.

«И сколько это все стоит?», он улыбался.

«Недорого, милый», она рассмеялась.

«Да, я тоже пойду куплю себе штаны или двое», он смотрел вокруг.

«Мне с тобой пойти?», она посмотрела в сторону.

«Нет, не нужно, я сам разберусь, что у вас и где», он посмотрел ей в глаза.

Она закурила сигарету.

«Фу, зачем ты это делаешь?», он нахмурился.

«Это типа допинг и энергетик, и при том очень вкусно», рассмеялась она.

«Тц, фу, это не оправдание!», он смотрел на нее.

«Ну, милый, помоги мне бросить то, я курю с двадцати шести лет, бросала только два раза на год», она смеялась.

«Ладно, попробую тебе помочь», он отвернулся и посмотрел на улицу.

Потом они прошлись мимо торгового центра.

«Представляешь, я видела прошлой осенью, вот прямо здесь, маленькую Вангу, у нее отличный слух, она наверно будет музыкантом, она кстати была в дорогом пальтишке и явно американка местная, она долго за мной следила, так и ушла в свой район», она рассмеялась.

«Ты сумасшедшая что ли?», он рассмеялся.

«Нет, просто альтернативно и креативно мыслю», она весело посмотрела по сторонам.

«Знаешь, я буду, как русские, теперь, такой же жестокий и безжалостный», он улыбнулся.

«Морган, перестань, это не смешно», она тоже улыбнулась.

Он тоже растерянно улыбнулся.

«Я, по твоему, дурачок что-ли?», вдруг спросил он.

«Морган, ты что, что ты такое думаешь», она рассмеялась.

«Нет, скажи!», он хмурился.

«Морган, я тебя очень люблю, ты самый лучший во всем мире», он обняла его.

Он замурлыкал и крепко ее обнял.

Они еще погуляли и пошли домой.

Они сидели дома, он показывал фотографии своего дома.

«Боже, какой красивый диванчик, почему ты его не взял с собой… и вообще, так красиво у тебя, такие панели на стенах красивые», она рассмеялась.

«Да? Мхм», он посмотрел на нее и улыбнулся, «А почему у тебя нет спида или чего еще?».

«Потому, что у меня есть три вида более мелкого папиломовируса, он и бережет меня от спида», она улыбнулась.

«А почему герпес попы и щеки, тоже от чего-то бережет?», он задумчиво посмотрел на нее.

«Ну, наверное, тоже, от гепатита и рака», она рассмеялась.

«А что еще ты знаешь?», он нахмурился.

«Лучшее средство для иммунитета в молодости это пемза для стоп, от нервных болезней пивные дрожжи и шипучие витамины, от вирусов свечи Виферон, антибиотики можно бросать в любой день и принимать их до бесконечности, кстати, и от всех половых инфекций, во рту есть лишние зубы, избавившись от которых, сбережешь все остальные, зубы мудрости надо, наоборот, беречь, и они кстати не по всему рту, как все думают, а только в нижней челюсти…», она улыбнулась.

«Да? И откуда ты это все знаешь», он, по прежнему, хмурился.

«Я как собачка на природе, сама ищу все», она рассмеялась.

Он тоже немного расслабился.

«Знаешь, я нашла человека давно, он русский анестезиолог в Рочестере, я думала он мой папа, но потом оказалось, что это все ерунда и он вполне мог бы быть просто моим крестным, он так же говорит, как и я, много, мне это очень дорого вышло по жизни», она смеялась.

«Да, как интересно», он тоже рассмеялся, «А что ты еще любишь?».

«Мне дико нравиться карамель нуга с орехами в коробочках в Испании, просто до дрожи, в Турции все кисломолочное и куча орехов, во Франции все тоже самое, что и в России, самые лучшие продукты волшебные, это в Голландии, а так не знаю больше», она улыбнулась.

«Ах, понятно, с тобой не забалуешь», он смеялся.

Они сидели в ее комнате и болтали.

«Знаешь, на фото, обычно, один левый глаз смотрит в упор, а второй витает в прострациях, в целом комплексное зрение», сказала она.

«Да, это ты придумала?», он начал злиться.

«Не сердись, просто я многое вижу», она улыбнулась и погладила его по спине.

Он размяк, но сразу собрался «Ну, ладно, а что нужно кушать, чтобы нормально себя чувствовать?».

«С утра долгоиграющая каша, ну или просто овсяная легкая, быстрые углеводы это омлет с беконом, бекон подольше, можно с утра и съесть супа, тоже быстрая еда… второе держится подольше, это лучше на обед», она посмотрела наивно на него.

«А у всех есть крестные?», он смотрел на нее.

«У всех, это родство души», она мечтательно любовалась его красивыми и добрыми глазами.

«А что насчет спорта?», он прищурился.

«Спорт хорош в молодости и детстве, потом он просто не нужен, это и выносливость во взрослом состоянии и хорошая фигура до старости», она загрустила.

«Что с тобой?», он взволновался.

«Зачем ты это все спрашиваешь?», ее глаза стали мокрыми.

«Ну, мне это интересно, не расстраивайся», он обнял ее крепко, крепко.

Потом они просто посидели и он опять спросил «У тебя так много растений, почему?».

«Просто я не очень люблю животных», она подняла голову.

«Да, а у меня собака и никаких цветов», он нахмурился.

«Ладно, это все пустяки и просто привычки, хочешь, я сделаю торт?», она повеселела.

«Любишь делать торты?», он радостно улыбнулся.

«Очень, это мое главное хобби», она тоже мило улыбнулась.

«Ну, давай, я это очень люблю, тем более твоими руками», он обнял ее и зарылся в ее волосы.

Дальше, Катя пошла, стряпать торт, а Морган завис в компьютере.

Морган начал работать, он сделал небольшую фирму.

Он носил на правой руке простые кольца. В Америке эта рука ничего не значила.

Катя тоже любила украшения и носила их на обеих руках. Еще у нее были браслеты.

Морган это все изучил.

Утром, Катя стала собрать еду на день Моргану.

Она положила хлеб с курагой, орехами и черносливом ему в рюкзак, можно было просто взять хлеб с семечками, но, Катя решила его удивить.

Потом она положила молочный коктейль в коробке и шоколад с конфетами.

«Почему не домашняя еда?», спросил он.

«Домашняя еда расхолаживает, а так ты сыт и в тонусе нужном», она мило улыбнулась.

«Ну, ладно», он рассмеялся.

«Хорошего дня, любимый», она провожала его на пороге.

Он чмокнул ее в щеку и сказал «Я буду ИЗУЧАТЬ БИЗНЕС, как ты все ЭТО».