Солнце пробивается, своими весенними лучами, сквозь закрытые глаза, заставляя меня проснуться. Проспал достаточно долго, солнце уже успело сместиться и ветки вишни, в тени которых я уснул, больше не защищали меня от него.

— Ты мог ещё немного поспать, они не закончили ещё, — заметив мои движения, сказал парень, сидящий возле меня, и наблюдал за тем, что происходит на тракте.

— Не удивительно, — фыркнул я, садясь и принимая флягу с водой.

Жадно отпив несколько глотков, я вернул её обратно парню. Фирма, так его зовут, слишком худощав, чтобы быть охранником. Из-за чего, даже пошитые на заказ, такие же, как у меня кожаные доспехи, смотрелись на нём так, словно они ему большие.

— Как там успехи? — потягиваясь, онемевшим от сна в неудобной позе телом, спросил я от скуки.

— Нет там успехов. У телеги сломалась ось. Не починить. Все телеги были перегружены и добро из одной, в две оставшиеся, не поместится, так что сейчас, весь груз с неё рассовывают по заплечным мешкам. Остаток пути, носильщики понесут груз на себе.

— Вот Мирук! Вот болван! Еще в городе сказали ему, что нужна ещё одна телега, на трёх не довезём! Он же в ответ: «Нет у меня времени искать четвёртую телегу! Грузите так! Доедем! Не в первой!».

— Доехали…

Кивая в знак согласия со мной головой, на тонкой шее, покрытой шрамами, Фирма добавил:

— Носильщики злые ходят, недовольные, бросают косые взгляды на охранников, чтобы мы тоже понесли часть груза.

— Да хрен им не мытый! Нам за это не платят. Расслабились, они как на тракт вышли. В этом месте безопасная зона сужается и твари очень часто выходят на тракт. То, что на нас ещё не напали — большая удача!

— Согласен с тобой. Не один час на месте стоим. Внимание привлекаем и никого — развёл он руками в стороны, то ли от сожаления, то ли от скуки.

— Эй, вы там! Хватит отдыхать, выдвигаемся! — голос, которым нас позвал Мирук, был совсем не дружелюбным. Он звучал как армейский приказ, который не оспаривается и выполняется точно в срок.

За те несколько месяцев, что я работаю на него, я точно понял, что, когда он так начинает говорить, он понимает, что ошибся, но вслух этого никогда не признает.

— Пойдём, — Фирма поднялся, отряхивая свой зад и то же разминая затёкшее тело.

— Пойдём, — с неохотой согласился я, вставая вслед за ним, не забыв взять короткое копьё, что лежало возле меня.

Мы начали спускаться с небольшого холма, на вершине которого, в тени вишни, мы сидели. Вид, с того холма, был не очень. Тракт в этом месте поворачивает из-за холмистой местности и большого количества деревьев, ничего толком рассмотреть, нет возможности. Единственное, что было хорошо видно, так это телегу, лежащую на краю тракта, без одного колеса и без лошади. Ещё две, запряжённые очень худыми и старыми клячами. Мирука, сидевшего на такой же, пересевшего на ту, что распрягли из сломанной и шесть носильщиков. На них было жалко смотреть. У каждого за спиной был огромный мешок с лямками, по размерам, превышающих их в раза два, а то и в три.

— Как они на ногах то стоят? Им ещё до города идти, как минимум день, а то и два, — подходя ко всем, специально чуть громче спросил я, чтобы носильщики услышали. Они точно услышали меня, ведь неодобрительные взгляды, которые они в нас бросали, пока мы спускались с холма, теперь стали злыми.

— Да жалко их, но у каждого из нас своя работа, — сделав акцент на последних двух словах, сказал Фирма, специально чуть громче, чем необходимо.

Теперь, взгляды, направленные на него, то же стали злыми. Как только мы подошли, Курим на своей кляче, по виду которой казалось, что её спина сейчас сломается, под весом торговца, объехал всех, проверяя готовность, и всё ли выгрузили из сломанной телеги. Удостоверившись, что все готово он махнул рукой, и мы выдвинулись дальше. Первой пошла одна из телег с лошадью, которая выглядела живее остальных, эта телега задавала темп. За ней Мирук, любитель командовать. После него — носильщики, которые шли, покрываясь семью потами, еле передвигая ноги, при этом, постоянно отпивая из фляг воду. В конце ещё одна телега, которая подгоняла носильщиков, чтобы они шли вместе и не растягивались сильно. Мы же, охранники, идём по бокам, с каждой стороны по три человека.

После двух часов ходьбы в хорошем темпе, Мирук скомандовал привал. Услышав эти слова, носильщики, не снимая мешков, попадали на брусчатку тракта, прям там, где остановились. Содержимое же мешков, при ударе о землю, не издало ни звука. Тут мне стало любопытно: «Что мы охраняем?». За время, что я работаю на Мирука, я не поинтересовался содержимым повозок. Правда хоть он и называл себя торговцем, мы ни разу не привозили груз на рынки и не продавали его. В какой бы город или деревню мы не приходили, всегда сворачивали с главных улиц, в сомнительные места. Там носильщики сгружали привезённый товар и загружали новый. Мирук получал за это деньги, и мы снова отправлялись в путь. Иногда сразу, а иногда спустя пару дней, как он скажет. Похоже на то, как работают контрабандисты. Вот только, сколько проверок мы на контрабанду проходили, ни разу к грузу не было у армейцев вопросов. Да и чтобы Мирук давал мзду, я тоже не замечал.

— Слушай, а что мы охраняем? Я что-то только сейчас задумался, — спросил я, садясь рядом с Фирмой, принимая предложенную им флягу с водой. Быстрый он, идёт позади, меня охраняя телегу, но в тени деревьев оказался раньше меня.

— Не знаю, — обмахивая себя руками, пытаясь спастись от жары, с ленцой в голосе, ответил он — ни кто не знает, ни носильщики, ни охранники, только Мирук.

— Почему такая секретность?

— Нет никакого секрета, только лишь странная голова Мирука. Он говорит так: «Это моего ума дело, что в мешках. Твоя же работа носить/охранять, правда, если сильно хочешь, я могу показать тебе, что в мешках.»

— И что, если сказать, что хочешь, покажет?

— Покажет. Правда, те, кто посмотрели, не рассказывали, что внутри. По приходу в ближайший город или деревню, они увольнялись и больше мы их не видели.

— Всё настолько серьезно?

— Не веришь? Так иди и попроси у него посмотреть, — усмехнувшись, ответил он, показывая всем видом, что в кожаных доспехах, ему слишком жарко.

Я с ним согласен, с меня уже семь потов сошло, в такую жару. Сил и желания идти дальше, нет совсем. Не сломайся телега, мы бы по утренней прохладе, прошли бы большую часть пути, и к полуденной жаре я бы уже сидел в трактире, потягивая холодное пиво. В подтверждение моим мыслям заговорил Фирма:

— Всё этот Мирук, со своей спешкой, чтоб его черти побрали. Поторопился и теперь кучу времени потеряли и ещё больше потеряем, пока носильщики смогут дойти до города. Вон они, на земле валяются, мокрые, словно под ливень попали, — махнул он рукой.

Проследив за его жестом, я увидел подтверждение его словам. Все, как один, носильщики, были мокрые насквозь от пота. Та немногочисленная одежда, в основном рубахи, штаны, да ботинки, что была на них, свисала с них, словно они только что в речку окунулись. По их лицам пот тёк ручьём. Никто из них не стоял на ногах. Все либо лежали, либо сидели, с подрагивающими, от натуги, ногами.

— Да… При таком раскладе мы не то, что сегодня, мы завтра к вечеру до города не доберёмся — сказал я.

Фирма в знак согласия, коротко кивнул и сказал:

— У ребят совсем сил не осталось. На повозках бы меньше, чем за полдня дошли. У них же сил даже отлить нет. Хотя, подожди вон один, всё-таки собрал остатки силы.

Действительно, один из носильщиков, что до этого валялся на земле, встал и пошёл в ближайшие кусты.

— Какой-то он немного странный. Тебе не кажется? — Фирма немного вытянул тонкую шею и выпрямил спину, чтобы получше разглядеть вставшего.

— Вроде нет… — ответил я Фирме.

Поначалу подумал я, но приглядевшись, заметил. Его одежда. Она полностью сухая! Ни одного следа от пота! К тому же, ворот его серой рубахи, полностью застёгнут, как и манжеты и жилет, что надет поверх рубахи. Кто вообще в такую жару оденет жилет? Штаны же, плотно заправлены в невысокие ботинки. Он значительно отличается от остальных носильщиков, которые оголили своё тело настолько, насколько это возможно, чтобы не перегреться на солнце. Большинство вообще сняли свои рубахи и накинули их поверх головы. «Странный» — подумал я — «Почему я раньше его не заметил? Не первый день идём вместе».

— Далеко не отходи, — вслед сказал ему Сафар — потом тебя искать замучаемся.

Сафар, тоже один из охранников, старый, прожжённый, не один десяток лет уже в охранниках с торговцами ходит. Говорят, что в Вишнёвом лесу, он с закрытыми глазами из любой его части придёт в ту часть, в которую скажут.

— Хорошо, — коротко кивнул в ответ странный парень, скрывшись в кустах подлеска.

— Да ты прав, — согласился я с Фирмой, — он странный, одежда вся сухая, на кистях кожаные перчатки, кто вообще в жару носит перчатки?

— Никто летом не носит перчатки. Уставшим он тоже не выглядит, у всех ноги дрожат, а этот встал и ходит, как будто на прогулке, — подтвердил Фирма.

— Может, его мешок чем-то лёгким набит? С другой стороны, это и не важно, сам мешок тоже имеет вес. Идёт он, как все, под палящим солнцем. Потеть то он должен! — продолжил Фирма.

— Да, странный, — согласился я и задумался: «Действительно странный, надо будет его разговорить, как снова пойдём, а сейчас лучше немного отдохнуть в тени».

— Хана ему! — крикнул Фирма, подрываясь с места.

Я тоже подорвался вслед за ним, пытаясь понять, о чем он. На парня же, шедшего обратно из кустов, накинулся молосский пес. Неизвестно откуда взявшийся.

— В круг! — закричал Мирук.

«Не нужно каждый раз об этом напоминать. Все и так знают какое построение нужно принимать в случае нападения молоссов: в центре Мирук, потом носильщики, а вокруг них мы», — возмущенно подумал я.

— Сколько их? — кто-то нервно спросил с боку.

— Не понятно! — ответили, так же нервно, с другого бока.

С обеих сторон дороги, в кустарнике, снуёт множество тел, рыча и подвывая, словно настраивают себя перед боем.

— Судя по вон той твари, — Сафар кивнул головой, в ту сторону, где молосс неистово рыча, грыз тело бедолаги, которому не вовремя приспичило, — их не больше пяти, молоссы редко для охоты сбиваются в стаи, крупнее пяти самцов.

— Значит — подхватил другой — раз один здесь, то по каждую сторону, минимум ещё по двое, много будет, на нас шестерых… — без надежды в голосе, закончил он.

Не удивительно, что он поник духом, нас шестеро, вооружены короткими копьями, да небольшими ручными щитами, нормальной брони ни у кого нет. Ещё кони беснуются, не давая, своим ржанием, сосредоточиться. И подлесок весь хрустит и рычит. С одной из сторон дороги, шум резко прекратился, на секунду и вновь появился, но уже направленный в нашу сторону.

— Идут! — крикнул кто-то в панике.

— Не ссать! — загремел своим басом, на всю округу, тучный Мирук — вы же не дети! Принимайте на копьё!

Трое, что стояли позади меня, взяли копья на изготовку, прикрывшись щитами на предплечьях. Правда, такие маленькие щиты не помогут в бою с молоссами, видимо им так спокойнее. Я и ещё один охранник, что стоял позади них, повернулись в пол оборота, чтобы видеть происходящее, и в случае чего, помочь им. Третий же, с нашей стороны, стоявший посередине, продолжил наблюдать за подлеском с нашей стороны, ведь оттуда, по-прежнему, доносился шум.

Не прошло и нескольких секунд после слов Мирука, как из подлеска выпрыгнул новый молосс. Этот, в отличие от того, серого, был немного коричневат и с поломанным левым ухом. «Видимо опытнее», — пронеслась мысль в моей голове, как, собственно, молосс это и подтвердил.

Выпрыгнув на тракт, он не кинулся прямо на нас, на выставленные для него копья. Вместо этого он прыгнул в сторону, и по небольшой дуге, кинулся на нас, заходя с той стороны, где его может достать только один копейщик из той троицы, да и я, стоящий в пол оборота, навряд ли бы успел развернуть копьё. И не успел. Молосс впился мёртвой хваткой в щит этого бедного копейщика, промял его зубами и впился в плоть. Всё это я осознал за доли секунды, происходящего из воплей, стоящего рядом, пока разворачивал копьё. Не глядя, с размаху, я вонзил копьё молоссу в бок. Оно вошло глубоко, с характерным шмякающим звуком пробитых внутренностей. «Удачно вогнал, зацепил лёгкие» — в подтверждение моим мыслям, молосс выпустил из пасти руку орущего копейщика и зарычал, выплёвывая куски крови, но он не успел опомниться, как с другой стороны, ему в бок, вонзил своё копьё, ранее стоявший по середине охранник.

— Держи его! — крикнул он мне.

Надавив всем телом на копьё, боковым зрением я уловил движение. Третий копейщик, стоявший дальше всего от молосса, разбежавшись, прыгнул, использовав спину укушенного охранника, как трамплин. Подняв руки с копьём над своей головой, он со всей силы вогнал его в голову молосса, которого мы держали. Молосс тут же обмяк мёртвым грузом.

— Ещё один! — закричал центральный с моей стороны.

Действительно, из чащи показался, ещё один молосс, а наши копья, вогнаны в тушу другого.

— Да твою ж мать! — выругался прыгнувший, в панике пытаясь вытащить застрявшее копьё из черепа молосса.

Мы же, проткнувшие тушу с боков, уже вытащили свои копья, с чавкающими звуками, и развернулись, для принятия на копьё новой туши. Но этот оказался умнее предыдущих. Он, не смотря в нашу сторону, выпрыгнув, ринулся в другую сторону. Туда, где привязанная к дереву бесновалась лошадь Мирука. На ходу он разинул свою огромную, клыкастую пасть и впился в шею коня. Кровь брызнула в разные стороны, заливая всю растительность вокруг. Конь истерично заржал с пеной у рта, несколько раз брыкнулся и затих, молосс же не выпуская своей жертвы из пасти, поволок его в чащу через дорогу, оставляя кровавый след поперёк неё. Поводья, привязанные к ветке, с треском натянулись, и сломали её, хотя конь до этого, так не смог. С хрустом ломающихся веток, молосс, со своей добычей, скрылся в кустарнике.

— Отбой тревоги, — выпрямился один из копейщиков.

— С чего это? — с трудом достав копьё, возмутился прыгун.

— Их всего трое было, — подтвердил Мирук — будь их больше, третий не ушёл бы. Эти твари умные, понапрасну рисковать не будут.

После этих слов, все попадали на землю, от жары и перенапряжения.

— Ну, почти. Эти двое были отвлекающими, — Мирук ткнул рукой в две безжизненные туши — а третий должен был добыть мясо. Тот, что первый выпрыгнул, видимо молодой совсем, не усидел на месте при виде человека рядом с ним, вот и кинулся на бедолагу. Остальным пришлось действовать по ситуации. Ладно, хватит прохлаждаться, нужно уходить отсюда. На запах крови сейчас падальщики со всей округи сбегутся, с ними возиться нам не с руки.

Все с трудом поднялись на ноги и неуверенно зашагали к грузу, к почти успокоившимся лошадям. Ведь пока были в кольце, мы плавно отходили от повозок, чтобы улучшить видимость, да и дорога в том месте сужалась, отходили туда, где просторнее.

— А чего это, тот первый тоже затих и не двигается? — озвучил вслух я, витавший в воздухе вопрос.

— Да кто его знает? — развёл руками один из копейщиков.

— Может тот носильщик оказался с яйцами и забрал его с собой? — подхватил другой.

— И, как же? — заспорил третий.

— У него ни брони, ни оружия, изнутри ему глотку перегрыз? — все нервно посмеялись, от этой шутки.

— Хорош шутки шутить! — прервал всех Мирук.

— Ты, — показал он на одного из извозчиков, — возьмёшь заплечный мешок бедолаги и понесёшь, ты совсем недавно был ещё носильщиком, так что ноги не успели отвыкнуть, вместо тебя, телегу поведу я. Вы двое, — показал он на двух копейщиков, стоящих справа от него — успокойте лошадей. Носильщикам, всем взять мешки за спину и ждать, сидя на земле отправления. Оставшиеся — он обратил свой немного нервный взор на нас — проверьте тушу того молосса и тело паренька, если кто-то из них дышит — добейте. Это максимум, что мы можем сделать для него.

— Не нужно, я не ранен, — раздался немного хриплый голос со стороны тушки.

Все замолчали и посмотрели на неё.

— Это кто сейчас сказал? — удивился один из копейщиков.

— Эй, парень! — позвал его Мирук. — Ты там живой что ли? — с лёгким удивлением и не пониманием в голосе повторил он.

— Живой что ли!? — охренел я от такого поворота.

Я своими глазами видел, как молосс вцепился ему в шею. Судя по выражениям лиц окружающих — они тоже охренели.

— Живой я. Туша эта тяжёлая, не могу вылезти из-под неё.

— Эм, народ, а кто-нибудь слышал, о таком, чтобы молоссы могли подражать человеческому голосу? — один из носильщиков, на полном серьёзе, с дрожащим взглядом, поинтересовался сразу у всех.

— Что за бред?! — всплеснул руками другой.

— Да мёртвый он, ты посмотри, сколько крови натекло.

— Но если присмотреться, то видно, что крови слишком много для человека.

— Живой я и не ранен, только застрял, — возмутился снова, кто-то из-под туши.

— Ты и ты, — Мирук указал, на меня и Фирму, — идите, поднимите тушу, а вы двое, оставшихся, внимательно следите за происходящим, и будете готовы к нападению.

«Вот почему снова я?» — пронеслась мысль в голове.

— Ну, пошли, что ли, — сказал Фирма, подходя и вставая возле туши, воткнув не глубоко в землю копьё, справа от себя.

Умно, чтобы в случае чего, он мог быстро вынуть его из земли, я сделал то же самое. Как-то спокойно он подошел, словно уверен был, что молосс мёртв.

— Раз, два, три… — мы приподняли за шкуру ещё теплое тело молосса.

— Ф-у-х… — выдохнули мы оба, когда человек выполз из-под него и мы отпустили тушу.

— Тяжёлая скотина, — разминая плечо, сказал Фирма, с досадой пнув труп.

— Спасибо, — хрипло сказал парень, выползший из-под него.

— Да не за что, — фыркнул я, — ты скажи, как в живых остался? Мы все видели, как он в тебя свои клыки вогнал.

Все остановили свои дела и с любопытством посмотрели на парня, с окровавленной правой рукой, в которую и впился волк.

— Не кусал он меня, — отмахнулся парень, — я, как справил нужду, шёл обратно, почувствовал сильный удар в спину, не устоял и упал на землю, сверху этот оказался — пнул он носком ботинка, аккуратно зашнурованного ботинка, нос молосса — тут я и думаю, что конец мне пришёл. А он вместо того, чтобы сожрать меня, начал грызть землю слева от моей головы, у меня всегда с собой небольшой ножик для грибов есть, им и воспользовался.

Действительно, в его окровавленной правой руке находился маленький ножик, настолько маленький, что в его небольшой руке, полностью терялся.

— Ну ты можешь! — похлопал его по левому, чистому, плечу прыгнувший копейщик.

— Чего он может то? — возмутился тот, которого покусал другой молосс, его рука уже была перевязана и покоилась в косынке на груди.

— Жить захочешь и не так извернёшься, — злобно фыркнул он.

Недоволен, что парень целый остался.

— И то верно, — согласился я.

А Фирма подхватил:

— Этот то, вон как сиганул, прям как на картинках!

Все на секунду замолчали, видимо вспоминая, о каких картинках, идёт речь. После раздался оглушительный хохот!

— Чего ржём? — Мирук пробасил, распихивая народ, чтобы посмотреть, вокруг чего мы столпились — О! — выпучил он глаза от удивления — так ты живой?! Это просто замечательно! Не пострадал? Нести мешок дальше сможешь? — завалил его вопросами Мирук, одновременно поднимая на ноги, за чистую левую руку.

— Всё хорошо, только рубаху запачкал, — улыбнулся он в ответ.

«Действительно, странный он, правильно Фирма приметил», — думал я, пока мы все шли дальше, в том же построении. Парень этот, идет, как ни в чём не бывало. По нему было отлично видно, что он не вспотел. На улице жара, всё только от неё обливаются потом, а у него за спиной огромный мешок, полный неизвестного барахла. А ему хоть бы хны! Да и странно это, молосс точно впился ему в шею, я это сам видел. Да не бывает такого, чтобы молосс, стоя точно над своей добычей, промахнулся и кусал землю, даже слепой, не промахнётся, да блин! Даже слепой, глухой и без обоняния, в такой ситуации, зверь не промахнётся!! Ненормально это…

— Эй парень, да ты, эй! — мне пришлось хлопнуть его по мешку за спиной, чтобы он отозвался, в мешке, кстати, было что-то твёрдое, но при этом податливое.

— Ты что-то хотел? — обратил он на меня своё внимание, без намёка на какую-либо отдышку от ходьбы и несения огромной тяжести за спиной.

— Слушай, как тебя зовут? Я вот Эль!

— Роси, — коротко ответил, он, продолжая идти, смотря строго вперёд.

Ничего не сказал, не сказал про моё имя, всё говорят, а он нет, меня это немного зацепило.

— Ну как напиток, понял да??? — намекнул ему я.

— Да, я сразу это понял, тебе об этом каждый встречный говорит. Зачем мне повторяться? — взглянул он на меня, взглядом показывая, что ему не нравится наш разговор.

Сказать, что его ответ меня удивил, ничего не сказать, обычно, когда, кто-то слышит моё имя, он начинает шутить и всячески пытаться подкалывать, заочно соревнуясь в тупости/остроумии с другими, кто делал так же до него. Со временем, мне начало это нравиться, так как неплохо меня веселило. Роси же это было не интересно, ещё более странный, чем может показаться на первый взгляд.

— Ладно, опустим подробности моего имени, ты мне скажи, как ты выжил? Я был точно напротив тебя и видел, как пасть того молосса сомкнулась на твоей шее. К тому же, что он начал грызть землю звучит, как полная чушь! — всплеснул я руками от эмоций — ведь правда чушь!

— Самые правдивые вещи, настолько просты, что мы не можем в них поверить, — подняв голову к небу, уже без раздражения, как ранее, в голосе, по-прежнему без отдышки начал он говорить, — если молосс, действительно меня укусил, то почему рубаха не мне цела? Я живой и на теле ни единой царапины. Как ты заметил, когда он меня повалил, кроме как чушью, действительно назвать нельзя, то, что он не загрыз меня, потому что промахнулся, — говорил он это, смотря на небо, продолжая идти вперёд.

— Ты слишком спокойный, после случившегося, ведь на волосок от смерти был и сейчас, пока все страдают от жары, а носильщики ещё и от тяжести мешков, ты не выглядишь уставшим, не вспотел и не запыхался, — с недоверием поинтересовался я, не нравится мне то, что у него есть такие простые ответы.

Всё также, продолжая смотреть в небо, Роси слегка улыбнулся:

— Я родом из далёкого небольшого поселения, оно настолько маленькое, что у него нет названия, а до ближайшей известной дороги полдня пути. Живём мы там, за счёт леса, что вокруг нас, так что я уже встречал диких животных и много чего перенёс на своих плечах, так что этот мешок, — он немного припрыгнул, чтобы мешок заболтался, — лишь напоминание о тех днях, — сказал он, всё также улыбаясь, будто у него нахлынули приятные воспоминания смотрел в небо.

— Нет на карте? До дороги полдня пути? — повторил я себе под нос, эти вещи — никогда не слыхал, чтобы поселения не имели названия, да и зачем селиться так далеко от дороги? Ты говоришь, что вас там немного, а это сколько?

— Не больше пятидесяти человек, но трудно точно сказать, я не считал. В поселении, на моей памяти, никогда все не собирались. Все постоянно чем-то заняты, за её пределами, так что в ней обычно не больше 5 человек находилось постоянно, и то разных, — от этих слов, улыбка с его лица куда-то исчезла, да и в небо он перестал смотреть, теперь только строго вперёд направлен был его взгляд.

— Послушай Эль, — обратился он ко мне, не поворачивая головы, — тогда и я у тебя кое-что спрошу, раз ты меня расспрашиваешь.

— Спрашивай, о чём хочешь, на любой вопрос могу дать ответ, — хлопнул я себя при этом по груди зачем-то.

— Хорошо, — снова улыбнулся он, при этом не глядя на меня.

— Что это за укус у тебя на шее? Странная форма, никогда не встречал такого зверя, и из какого ты места родом? Где водятся такие звери? Там все такие наглые, что задают кучу вопросов неизвестному человеку, при этом, обвиняя его в чуши? — засыпал меня вопросами Роси.

— Ха-ха-ха, да, а язык у тебя острый! Родом я из города Миной, что на севере от сюда, а укус этот не от животного. Это даже скорее не укус, но трофей, мой первый трофей на любовном поприще! Её звали Герда, я был у неё не первый, а вот она у меня, да и я так старался, что от моих стараний, она прокусила мне шею! — приятные воспоминания заполнили мою голову — вот амбар, за её домом, мы спрятались за ящиками с чем-то пахучим. Её прекрасное тело, пышет страстью и желанием, её полу оголённая грудь поднимается вверх — вниз, от глубокого и частого дыхания, вызванного желанием, глаза её блестят, а щеки красные. Ох, как вспомню тот момент, так мурашки по коже и член начинает набухать. Никогда я не испытывал ничего подобного, ни с кем. Интересно как она там? Может, если буду в городе навестить её? Хотя бы просто поздороваться, баба то она видная, наверняка уже замуж выскочила.

— Я в твоих глазах странный? И несу чушь? Твой рассказ не сильно правдоподобнее моего, может это была просто собака? Или зверёк какой пушной? Их много разных, всех следов зубов и не запомнишь.

— Эй-эй-эй, придержи коней! Ты чего это мне не веришь? — как он меня бесит, от злости, аж кулаки сами сжались — чтоб ты знал, у меня с бабами всё замечательно, и проблем никаких нет, вот придём в город, приходи в таверну «Под шляпой кабана», сам всё увидишь!

— Хорошо, приду, — улыбнулся он, и впервые за наш разговор посмотрел на меня.

В его взгляде не читалось ни намёка на издёвку. При этом, ускорив шаг, он немного выдвинулся вперёд, давая понять, что разговор окончен.

«Действительно, как придём в город, надо будет заглянуть в таверну и выловить там Лин-лин» — подумал я. От боя с молоссом, и ходьбы по такой жаре, спина разболелась и вообще всё тело ломит. «Так, с неё массаж всего тела, да чтобы голышом его делала, ага! Точно так и сделаю!» — согласился я сам с собой, да и от воспоминаний о ней, в штанах стало тесно, надо отвлечься.

***

— Ей в перёд смотри! — услышал я голос стражника, стоявшего с боку от ворот в город, в которого я чуть не врезался.

— Ой, звиняй, задумался, — ответил я ему.

— Давай проходи, не мешайся тут! — вспылил он.

Что-то, за мыслями о Лин-лин, и Герде, я не заметил, как мы вошли в город. Хоть и повечерело, и жара наконец спала. Это никак не прибавило сил ни нам, ни охранникам и уж тем более, ни носильщикам, которые привлекали своим видом и еле шаркающими шагами, слишком много внимания прохожих, пока мы шли по главной улице. Один лишь Роси, шёл, как ни в чём не бывало, что в начале пути, что сейчас. «Он вообще человек?» — с удивлением подумал я. Хорошо, что мы довольно быстро свернули с главной дороги, пара проулков и мы возле очередного сомнительного склада.

— Мы на сколько здесь? — спросил я у Мирука, стоящего рядом, раздетого по пояс и умывающегося возле колодца, как и все.

— Сегодняшний день потерян, так что ещё два точно, — уставшим голосом ответил он мне.

— Тогда я в трактир, завтра заберу деньги, — Мирук отмахнулся, в знак согласия, продолжая при этом умываться.

— Слушай, Мирук, а новенький носильщик, Роси, где он, я что-то его не вижу.

— А? — не понял он, — Роси? А тот парень, что чуть не помер под молоссом — вспомнил он, стоя с мокрым лицом и вода с него капала на его большой живот — только он не носильщик, так, попутчик. Перед самым отправлением, он подошёл ко мне и попросился в дорогу с нами, так как одному опасно идти этим путём, а он короче всего. Я его и взял, при условии, что он будет работать, он деньги забрал свои и ушел почти сразу, как мы остановились возле складов. А что?

— Да так, странный он какой-то.

— Есть такое, но в наше время и не такое увидишь, вспомни хоть того юродивого, что до этого к нам прибился, — он закатил глаза вверх, от чего его большое лицо, стало немного смешным.

И то, правда, тот юродивый мало того, что прибился к нам на полпути, так ещё и вечером подошёл и опрокинул кастрюльку с едой, что парни приготовили из местных грибов, а когда на него начали орать, у него случился припадок. То ещё зрелище, пришлось по среди ночи сниматься с лагеря и отходить в сторону от его тела, лежащего на земле с пеной у рта.

— Ой, не напоминай мне об этом! — взбудоражило меня от воспоминаний.

— И не говори, — согласившись кивнул Мирук.

— Ладно, увидимся, — помахав рукой остальным копейщикам, что снимали с себя броню, а я же, прямо в ней и с оружием, пошел по вечерним улицам города.

Люблю так прогуляться, народу практически нет в это время, всё по домам ужинают или гуляют в людных местах, где есть чем заняться, а здесь на узких улочках сомнительного района — никого, только случайные прохожие вроде меня или местные дети, которые вообразили себя хозяевами улиц. Вон, как раз в переулке через дорогу, трое стоят и высматривают жертву. Но при виде меня, тут же отвели взгляд, будто не заметили меня. «Эх, молодёжь» — усмехнулся я, чуть кто в броне и при оружии сразу взгляд в сторону. «Вот и трактир!» — обрадовавшись, поспешил я в место, где чувствую себя дома, с мыслями, что наконец-то сейчас отдохну.

Открыв привычную деревянную, немного покосившуюся дверь, под табличкой с изображением пирога, над ним висит шляпа в виде цилиндра, за край её держится милый кабанчик. Мне в нос, уже ставший привычным, ударил запах полыни, всегда висящей перед входом. Её запах перемешивался с запахом старого дерева, еды, что готовят на кухне и пота посетителей. «Я дома» — расслабленно выдохнул я. Все свои дела, Мирук проворачивает вокруг этого города, он у него что-то типа базы. И за те несколько месяцев, я настолько привык к этой таверне, что начал её считать вторым домом. Здесь неплохо готовят, цены приемлемые, несмотря на сомнительность репутации квартала, в котором она находилась, здесь собирается спокойный народ, драк и разборок практически не бывает. Но это ещё не всё. Есть ещё одна причина, по которой мне здесь хорошо, и она сейчас как раз бежит ко мне.

— Эль, давно не виделись! — врезавшись в меня, не сбавляя темпа и повиснув у меня на шее, уперевшись своей большой грудью мне в броню и смотря своими фиолетовыми глазами.

— Да ладно тебе Лин-лин, меня не было всего неделю, у тебя и без меня забот полон рот! — пошутил я, заулыбавшись во весь рот.

— Дурак! — отпустила она мою шею, стукнув своим милым кулачком по нагрудной броне — ты в моём списке клиентов номер один! Для тебя у меня всегда найдётся время — стоя в пол оборота ко мне, так, что через её глубокий вырез на платье мне было отлично видно её голую грудь и глядя на меня искоса, своими полными игривости восточными глазами — как раз сейчас я не занята, пойдём на верх — потянула она меня за собой.

— Погоди, я только с дороги! Дай хоть что-нибудь поесть?!

— Так наверху и поешь! — резко остановилась она, словно что-то вспомнив.

— Вот держи, — ко мне в руку лёг небольшой ключик — иди ко мне в комнату, снимай с себя вонючую броню и умойся, а я тебе принесу покушать — она улыбнулась, своей милой улыбкой, слегка сузив глаза.

«Выбора нет, раз зовут надо идти.» — направившись в комнату Лин-лин, подумал я.

Сняв с себя реально очень вонючую броню и умывшись уже полностью, сидя за столом и глядя на свечу, я понял, что сильно устал. «Тук-тук» дверь в комнату распахнулась и на пороге показалась Лин-лин всё с той же улыбкой и прищуренными глазами.

— А вот и ужин, — на подносе, что она поставила, была тарелка похлёбки, немного курицы, хлеб и кружка эля.

— Лин-лин! Ты же знаешь, что я не люблю эль! Мне бы пива!

— Прости — прости, — замахала она руками, садясь на краешек кровати, перед этим поставив поднос на стол — это просто так забавно, наблюдать, как Эль, пьёт эль, каннибализмом попахивает — она залилась смехом, болтая своими босыми ногами в воздухе.

После чего резко замолчала, подошла ко мне со спины и обняла, обвив руки вокруг шеи, от чего мой затылок утонул в её груди и по моему телу пошло приятное тепло от прикосновения женского тела.

— Давай не упрямься и ешь, я ведь забочусь о твоём здоровье. Мне необходимо знать, что хотя бы здесь, ты ешь нормально, а пиво намного вреднее эля — своими пухлыми губами она шептала это мне, сидящему за столом, с недовольным лицом над подносом с едой. Но всё недовольство, как рукой сняло, появилось желание подчиниться и сделать ей приятное.

— Хорошо, уговорила, но тогда массаж мне будешь делать с особым пристрастием! — сказал я, уже набивая рот курицей, запивая её элем.

— Вот и славно, — отстраняясь от меня, сказала она, направляясь в другую часть комнаты — я пока умоюсь, а ты ешь — и скрылась за деревянной дверью, из-за которой тут же послышался скрип вентиля и шум воды.

«Поражаюсь я этой идее — набивая рот едой, думал я — это ж надо было додуматься поставить на крышу, огромный металлический бак с водой, от солнца вода нагревается, и по трубам поступает в комнаты, правда, не во все. Вода всегда под рукой, не надо с кувшином туда-сюда бегать до колодца. Очень удобно! Да и вода всегда тёплая, намного приятнее чем ледяная из колодца. Правда и вкус у неё не очень, но это мелочи» — закончив на этом мысли, с грохотом, ставя на квадратный стол опустошённую мной кружку эля и отодвигая поднос с пустой посудой, встал я и прям в одних коротких подштанниках упал на живот, на мягкую кровать, пахнущую, духами Лин-лин

— Как хорошо, — потягиваясь от усталости, выдохнул я.

— А сейчас, как ты и просил, станет ещё лучше, — игриво прозвучал голос прямо над моим ухом и его владелица, тут же ловко оказалась верхом на моей пояснице.

Я повернул голову и скосил глаза, чтобы посмотреть на неё. На ней ничего не было, кроме лёгкой полупрозрачной накидки из белого материала, сквозь который отлично просвечивалось силуэт её упругого тела, от свечи, стоявшей на столе, сбоку от кровати, за которым я ел.

— Не смотри! — она одной рукой прикрыла свою большую грудь, с затвердевшими сосками, а другой закрыла мне лицо.

— А для чего, же я сюда тогда пришёл, и ты это надела, если мне нельзя смотреть? — возмутился я, пытаясь, хоть, что-то ещё рассмотреть, сквозь её тонкие пальцы.

— Это позже, сейчас я хочу сделать тебе массаж, ведь ты устал с дороги и поговорить с тобой, а то ты сейчас насмотришься на меня, и мы сразу приступим, после чего ты сразу же уснёшь, и мы не поговорим. Дурак! — она легко шлёпнула меня по заднице — не щипай! — крикнула она.

— Прости — прости! У тебя просто такие гладкие, сочные ножки, так бы и съел — соблазнительно гладя ее по бедрам, извинился я.

Лин — лин на секунду замерла, после чего, резко наклонилась вперёд, упёршись мне в спину своей пышной грудью, затвердевшие, словно камень, соски, которые чётко чувствовались сквозь накидку.

— Что прямо сочные? Что прямо гладкие? Что прямо-таки и съел? — нашептывала она мне, томным от возбуждения голосом, на ухо, слегка покусывая его. При этом игриво двигая бёдрами вперёд-назад, от чего и она, и я ещё больше возбуждались — хорошо — резко выпрямилась она, от чего приятное давление её груди исчезло, оставив после себя тепло — будет у тебя сегодня возможность вкусить моих ножек сполна! А теперь, позволь мне немного, ещё проявить девичьей заботы — этими словами она начала, нежно касаясь моей кожи мять мне шею и плечи.

— М-м-м-м-м-м-м, — застонал я от удовольствия и действительно, у меня, оказывается, болит шея, причём очень сильно.

— Теперь расскажи мне, где был? Что видел? Может где поучаствовал? — поинтересовалась Лин — лин.

— Ничего такого. Я же с Мируком хожу, а он рисковать не особо любит, так что, путешествие прошло почти без приключений. Единственное, что было, так это к нам ненадолго парень юродивый прибился. Да молоссы три штуки напали. Ай! Так-то больно! — вскрикнул я на Лин — лин.

— Ой, прости, просто немного занервничала, — виновато погладив мне голову, она продолжила разминать мне шею.

— Теперь, у меня от твоих впившиеся в меня пальцев, останутся следы! И они будут болеть, — возмущенно проворчал я.

— Не будут — прошептала она, нежно поцеловав те места, куда ранее впилась пальцами и продолжая мять уже в районе лопаток.

— А ты говоришь, ничего не произошло.

— Да всё хорошо, мы вовремя их заметили, отделались без жертв, одного только покусали, и то щит с бронёй помог. Отделается парочкой шрамов. Кстати, в таверну не заходил один паренёк? Среднего роста, тёмные волосы, держится немного отстраненно от других, и да, на нём полностью, аккуратно, застёгнута вся одежда, а на руках перчатки.

— Пришёл сегодня такой паренёк, чуть раньше тебя, скромно поел, без алкоголя, и снял комнату на верху, после оттуда не выходил. И перед тем, как подняться наверх, он о чём — то усердно беседовал с трактирщиком. Похоже было, что он его уговаривает на что-то, но я не расспросила. Ты пришёл, и я отвлеклась. А что? — перейдя к пояснице милым голосом, спросила она.

— Когда нападали молоссы, они начали с него. Один из них бросился на парня из чащи и вгрызся в шею. Этот парень, мало того, что в живых остался, так он ещё умудрился завалить того молосса ножиком для грибов! Отделавшись лишь запачканной в крови рубахой. Нас же, охранников было шестеро, и мы с трудом завалили одного, с пострадавшим и это при условии, что у нас была броня и оружие.

— Ого, — вздохнула она, — интересный молодой человек.

— Вот и я так подумал, а когда увидел, что тяжесть мешка и жара на него никак не влияют, я решил с ним поговорить.

— И?

— Что и?

— Что он на это всё сказал?

— Да чушь полную! Говорит молосс его не укусил, а только повалил на землю, с ножиком повезло, а жара и вес ему побоку, потому что он в деревне и побольше таскал.

— Да, ты прав, интересный, а в таверне он тебе зачем понадобился?

— Хотел, чтобы он нас с тобой увидел, — поджав губы и нахмурив брови, вспомнил я, как он мне не поверил.

— Ха-ха-ха! — засмеялась она — он что, не поверил в то, что у тебя есть кто-то?

— Да, — сказал я, а у самого от злости, кулаки сжались.

— Ну не переживай ты так, — погладила она меня по моим сжатым кулакам, и они сами собой распались, — завтра, если будет шанс, то я продемонстрирую ему себя.

— Спасибо, — сказал я и резко перевернулся на спину — а теперь мне нужно от тебя кое — что ещё, — произнёс я, под звуки разрываемой мной на её груди накидки.

Наружу показалась её налитая, как сочные яблоки и с сосками цвета персика, грудь. Она вздымалась от её глубоких, подрагивающих вдохов, от чего её плоский и нежный живот немного подрагивал.

— Хорошо… — прошептала она, глядя на меня, полными фиолетового огня, большими глазами и прильнула к моим губам своими горячими…

— А-а-а-а-а-а-а-а, — с кряхтением, очнулся я лицом в подушке. Как же болит моя голова. Говорил же ей вчера, что не люблю я эль. У меня от него голова по утрам болит! Почему все девушки, которых я трахаю, перед этим вечером угощают меня элем? Они серьёзно думают, что мне нравится этот напиток раз меня так зовут?????

От чуть тёплой воды из-под крана, стало немного лучше. Всё — таки хорошо придумали, воды в графине никогда не бывает достаточно, а колодец далеко, да и вода там ледяная.

К тому моменту, как я спустился вниз, накинув поверх подштанников штаны от брони, да рубаху. Уже рассвело. Как быстро летит время…

— Доброе утро сладкий, — ко мне подошла Лин — лин — ночь была просто превосходна.

Глаза её горели, а бёдра еле заметно произвольно покачивались.

— Бывает иначе?

— К моему счастью — нет. Иди за стол, я принесу тебе завтрак. Кстати, тот парень, про которого ты вчера говорил, он в зале сидит.

Она быстро, чтобы никто не видел, чмокнула меня в щёчку и упорхнула в сторону барной стойки. Заглянув в зал, наполненный круглыми столиками, со стульями вокруг них, да несколькими посетителями, я сразу увидел Роси. Он сидел возле стены недалеко от входа. В той же одежде, что я его видел вчера, он даже во время еды не снял перчатки…

— Можно присоединиться? — вежливо спросил я, отодвигая стул и садясь за его стол.

— Конечно, доброе утро, — улыбнулся он в ответ, подвинув ближе к себе свою утреннюю похлёбку и деревянную кружку с чем-то.

— Пришёл что-то узнать или от безделья? — из-под лба он глянул на меня, практически бесшумно отхлёбывая бульон из ложки.

— Я пришел позавтракать, а еда лучше идёт, когда разделяешь её с кем-то.

— Тогда закажи что-нибудь. Я не видел, чтобы ты подходил к стойке.

— Не переживай, у меня здесь всё схвачено, — и как будто, Лин — лин слушала наш разговор, тут же появилась с подносом возле нас.

— Вот твой завтрак, сладкий, — передо мной на пошарпанном столе появилась порция курицы, с отваренной картошкой, жареным луком и кружка пива, — набирайся сил, — потрепала она мои волосы на макушке, потом чмокнула туда же и упорхнула к стойке.

— Приятного тебе аппетита, — помахав железной ложкой над столом и снова отчерпывая свою похлёбку, с набитым ртом, проговорил Роси.

— Спасибо, и тебе, — не отводя взгляда, от разрываемой мной надвое курицы, ответил я.

— Мне трактирщик сказал, что до обеда ничего на кухне не будет, кроме воды и похлёбки.

— Так и есть, по утрам тут ничего нет, это Лин-лин сама для меня приготовила.

— А ты не соврал, когда сказал, что у тебя с этим всё хорошо.

— Ага! Лин — лин занимает пятое место в местном топе, — с гордостью ответил я.

— Не понимаю о чём ты. Что за топ? — развёл руки в стороны Роси, при этом умудряясь всё ещё одной из них держать ложку у рта, отхлёбывая очередную порцию похлёбки.

— Ты серьёзно не знаешь, что за топ?

— Да, я слышал мельком, но в подробности не вдавался.

— Насколько же глухая твоя деревня. Всё просто. Топ был составлен случайно попьянее, толпой мужиков на фестивале, несколько лет назад и с тех пор, как — то закрепился в городе. При этом, эта идея разлетелась по всем городам царства. Топ этот периодически обновляется, вот только кем и с какой целью, увы, не знаю, — теперь уже я развёл руки в стороны. Но продолжать есть при этом, я не мог и как он это умудрился?

— И кто входит в этот топ?

— Что заинтересован?

— Нет, — отмахнулся он свободной рукой — мне подобное не интересно, но лучше ты будешь, что-то рассказывать, чем расспрашивать меня. Так, что рассказывай, вдруг пригодится.

— Хорошо. Какой ты нервный. Вопросы ему не нравятся, — откашлялся я в кулак, — в каждом городе свой топ. В этом городе, первое место занимает дочь местного градоначальника, она ещё молода, и прекрасна. Второе, занимает жена брата её отца. Третье, дочь одного известного местного портного. К первым двум не подступиться, знать как никак, говорят можно, но нужно обладать достаточным влиянием в обществе, чтобы просто с ними поговорить, что уж говорить о более серьёзном. Но среди богачей, есть те, кто хвастаются, что им это удалось, хоть и с величайшим трудом.

— Ага, — кивнул Роси в такт — а дочь портного?

— Тут всё про проще, девочка там шикарная, сама не прочь поразвлечься, но вкусы у неё высокие, да и отец с прибабахом. Видит дочь с каким-нибудь мужчиной, если он ему не знаком, то сразу без разговоров стреляет в него из арбалета.

— О как, — удивился он, широко раскрыв свои персиановые глаза, — и что, бывали случаи, что пристрелил кого-нибудь?

— Да не, арбалет у него маленький, можно сказать, что карманный, из такого даже кошку не пристрелить, но кровь человеку пускает, да и ощущение явно не приятное, когда в тебя прилетает арбалетный болт. Так что, с отпугиванием он справляется на отлично, а если сможешь соответствовать запросам дочери и не попадёшься на глаза её отцу, то и время проведёшь отлично. Есть такие счастливчики в этом городе, говорят, что после такого и умереть не жалко.

— Какие простые и низкие ценности у этих счастливчиков, раз от полученной женской вагины готовы умереть, — фыркнул Роси, отодвигая от себя опустевшую тарелку из-под похлёбки.

— Так, — потянулся он, — кто там дальше?

— Дальше идёт одна из девочек в таверне неподалёку и Лин — лин. Подойти к ним можно без проблем, но они сами решают, кого обслужить, при этом их услуги очень-очень дороги, — я даже глаза закатил от воспоминания, сколько стоит одна ночь с ней, — и ещё они умудряются, как-то разводить между собой клиентов, что они никогда не пересекаются, но при этом знают о существовании друг друга.

— Ага, — задумался он, глядя в глубину своей кружки, держа её возле своего лица.

— А ты то, как умудрился пробиться к Лин — лин? Ты явно и за несколько месяцев не соберёшь необходимую сумму.

— Да, ты прав. По деньгам у меня всегда немного. Но как я уже ранее сказал, у меня здесь особый сервис. Лин-лин не берёт с меня денег, когда я в городе, я всегда ночую в её комнате, ем за счёт неё, а завтраки она всегда сама мне готовит, говорит, что то, чем кормят тут по утрам, не даст мне сил для нового дня.

— Неплохо ты устроился, — Роси перестал пялиться в свою кружку и полными уважения глазами, посмотрел на меня, — да ты видимо в постели просто нереально хорош, раз девочка такого уровня не берёт с тебя денег и ещё и сама на тебя тратится и ухаживает за тобой.

— Что есть то есть, — самодовольно скрестил я руки на груди, — у меня в каждом городе так происходит, в котором я останавливаюсь больше, чем на одну ночь.

— Мужик! — твёрдо заявил Роси и протянув руку через стол хлопнул меня по плечу. Вроде бы и хлопок был не сильный, да и я не слабак, есть сила в теле. Но его хлопок отозвался болью и по ощущениям, останется синяк на какое-то время.

— Раз уж ты меня расспрашиваешь, то и я у тебя спрошу.

— Хорошо, только про остальные пять мест ты мне до расскажи.

— Да не о чем тут рассказывать, девочки как девочки, в целом по карману, не каждому, конечно, но всё же. Каждая из них, просто чем — то выделяется на фоне остального многообразия. У одной, например, огромные дойки, да такие, что ими можно убить. Другая, сосёт с такой силой, что словно жизнь из тебя высасывает, и ещё одна даёт только в зад. В общем, каждая из них чем — то славится. Но часто, девочки на этих местах тусуются между собой, в зависимости от рассказчика.

— Понятно, не стоит особого внимания.

— Ага, — кивнул я, покончив наконец с курицей и отпив холодненького пива, отчего в голове, как — то сразу отлегло.

— Так, что ты там хотел спросить? — отдавая пустую посуду подошедшей девушке, не глядя на меня, спросил Роси.

— Ах, да, мне вчера Лин — лин рассказала, что ты о чём — то разговаривал с трактирщиком, и на что — то его уговаривал, и что вроде как, уговорил, если не секрет, на что ты его подбил?

— Нет, не секрет, — махая другой девушке, привлекая её внимание, показывая на мою кружку пива и на себя, девушка кивнула, поняв его просьбу.

— Я одну долгоиграющую авантюру задумал, на неё и уговорил трактирщика. Вот, как раз сейчас жду нужных мне людей.

— И в чём же смысл твоей авантюры?

— Трактирщик мне будет давать работу.

— И как же? — удивился я.

— За работой нужно идти к купцам или на фермы, или на производства, к различным мастерам, как тебе трактирщик поможет? При условии, что он даже этим трактиром не владеет? — конкретно так удивился я.

— Так я же и говорю, это авантюра. Вот смотри. Эта таверна довольно популярна и народ сюда ходит, в достаточном количестве и пока они едят и пьют, они разговаривают между собой. Обычно хвастаются чем — то, или говорят о проблемах, а трактирщик и девочки, которые обслуживают столики, это прекрасно всё слышат. Вот эту информацию мне и будет говорить трактирщик.

— Погоди, ты это, что в бандиты решил податься? — напрягся я, и пожалел, что не надел броню полностью, в драке бы пригодилась её крепость и вес.

— Да нет, что ты, — отмахнулся он от меня, при этом, принимая из рук девушки полную, запотевшую, кружку пива, — меня интересуют те, у кого проблемы. Скот там пропадает, бандиты лютуют или зверьё с тварями обнаглели. Вот, рассказав мне эту информацию, я буду с ней подходить к тем, у кого проблемы и предлагать решать её, за определённую плату, при этом, плата после выполнения заказа, с предоставлением доказательств, конечно же.

— О как, ты удумал, а трактирщик то с какого будет тебе это рассказывать?

— Так он в доле, десятина от тех денег, что мне заплатят, будет его.

— Какая — то бредовая идея. Честно. На кой людям обращаться к тебе, ещё и платить, при условии, что для этих вопросов в городах есть стража, а также есть регулярная армия?

— Это да, но ты же сам должен знать, что пока они отреагируют, пройдёт много времени, я же буду предлагать это сделать здесь и сейчас.

— Всё равно звучит бредово, — мы одновременно поставили пустые деревянные кружки на круглый стол, — как я уже сказал, это авантюра, — сжав губы, сказал он, — трактирщик мне уже рассказал об одной проблеме и пока мы тут с тобой беседовали, нужные мне люди появились тут и уже кушают. Пойду — ка я попробую договориться.

Он встал из-за стола и направился к мужикам, сидевшим через несколько столов от нас. «О, так я их знаю.» — удивился я. Они, как и Мирук — торговцы. Зарабатывают тем, что под заказ из городов возят в деревни вещи задирая при этом ценник в трое. Не помню, как их зовут, это и не важно. Роси подошёл к ним, поздоровался и сел за такой же круглый деревянный стол. По началу те двое сидели с серьёзным выражением лиц, потом, на их лицах начало проступать понимание, по мере того, как Роси говорил, и тут вдруг один из них засмеялся, потом подхватил второй, они замахали на Роси руками. Вид у него был недовольный и он что — то сказал, коротко, буквально два слова, от которых торговцы моментально затихли и приняли озабоченные выражения лиц. С минуту все трое сидели молча, после чего, один из них поднял правую руку, с четырьмя расставленными пальцами. Роси утвердительно кивнул и встал из-за стола, направившись к лестнице.

— Погоди, — догнал я его на первых ступенях, — неужто согласились?

— Да, — довольный ответил он, мягко улыбаясь — правда время очень ограниченно, они выходят после обеда. Так что, я должен всё сделать и вернуться до начала обеда.

— О как, и далеко ты собрался?

— Нет, тут рядом, по восточной старой дороге.

— Чего там делать то? По ней же уже никто не ходит. Все трактами пользуются.

Поднимаясь вслед за ним по лестнице.

— Верно, — утвердительно кивнул он, — но по старой дороге, до некоторых отдалённых от этого города деревень добраться быстрее, так, что эти двое, да и жители тех деревень ещё пользуются этой дорогой. Вот как раз, на ней и появилась проблема, которую я должен решить — сказал он и закрыл дверь в свою комнату, прямо перед моим носом.

«Вот гад» — выругался я про себя, чуть ли не бегом возвращаясь в комнату Лин — лин, накинул на себя остатки брони, закрепил на предплечье щит, на поясе флягу с водой, оставленную заботливой Лин — лин мне ещё со вчерашнего вечера и вышел, Роси как раз проходил мимо меня.

— О! — удивился он — ты куда это собрался? Мирук раньше на день выходит? — продолжал он, уже спускаясь по лестнице.

— Не угадал, — быстро ответил я, спускаясь вслед за ним, уже направившемуся к выходу, — я с тобой пойду, больно мне интересно, что за дело такое, как ты собрался его выполнять. Мешать не буду, честно, — поднял я руки перед собой ладонями в сторону, остановившегося и смотревшего на меня с недоверием Роси, — делать мне до после завтра всё равно нечего. Так хоть время убью, считай, что меня нет рядом.

— Хорошо, уговорил. Но чтобы ни случилось, не вмешиваться, я сам разберусь, а если вмешаешься, сам можешь пострадать и меня покалечить. Уговор? — протянул он мне руку для пожатия.

— Уговор, — с удовольствием пожал я её в ответ.

«Это всяко уж лучше, чем торчать в таверне или слоняться по городу.» — думал я, пока шёл по улочкам вслед за Роси. Он уверенно двигался по ним, поворачивая каждый раз очень точно, будто хорошо знал этот район, хотя по идее, он и в городе то впервые, так откуда ему знать так хорошо гетто?

— Ты как — то уверенно двигаешься к Старым восточным воротам, — заметил я на ходу.

— Так, мне объяснили, как к ним быстрее всего пройти, те двое. В целом они очень скептически отнеслись к моему предложению, но они заинтересованы в том, чтобы я преуспел. Им от этого выгоды намного больше, — уже идя по старой восточной дороге, говорил он.

«Как-то странно.» — подумалось мне. Выход из города никто не охранял, а ворота раскрыты настежь. Безалаберно со стороны местной стражи. Да и чём они думают, оставляя прямой выход в гетто без присмотра? Это же отличнейшая возможность для различного рода контрабандистов. Пока я об этом думал, мы далеко отошли от города и углубились в лес.

***

— Что — то потерял? — спросил я у рассматривающего, что — то по кустам Роси.

— Почти, палку хочу найти, где-то в полметра длинной, и чтобы ровная была, и не гнилая.

— Так чего ты по земле то рыщешь? Вон сколько веток на деревьях, выбирай любую.

— Нет! — грубо ответил он, будто я его чем — то оскорбил, — деревья трогать не стоит, они не виноваты в том, что мне что — то нужно, зачем и их приплетать, и калечить.

— Ладно тебе, чего взъелся то? Это же просто дерево, — искренне не понял я его поведения.

— Давай просто не будем об этом, — уже миролюбиво и с лёгкой улыбкой сказал он, — а нужную палку мне, я и на земле найду.

Пока мы шли в перёд, по немного заросшей просёлочной дороге, окружённой с обеих сторон вишнёвым лесом, Роси то и дело, подбирал палки с земли, смотрел на них и крутил в руках. После чего недовольно цокал и выбрасывал очередную палку.

— О-О-О, вот это самое то! — восхитился он, поднимая очередную палку с земли.

Действительно, хорошая ровная палка, без сучков, и совсем не гнилая, такую не стыдно будет на рукоятку простого ножа пустить или молотка. Роси же всё продолжая идти в перёд достал из кармана, уже знакомый мне походный ножик и начал стругать один из концов палки, превращая её в подобие колышка.

— Так зачем тебе это?

— Надо для решения небольшой проблемы. Блин! — выругался он, роняя палку на землю.

— От росы она мокрая, скользкая. Не удобно, — поднимая её с земли, ворчал он.

— Так, ты же в перчатках, вот тебе и неудобно, сними их и тогда удобно будет.

— Они. Мне. Нужны, — снова строго ответил он и зашагал дальше, строгая конец палки.

— Хорошо нужны так нужны.

Прошли ещё немного, под звуки поющих птичек и поскрипывающих веток от лёгкого весеннего ветерка.

— Мы на месте, — остановился Роси.

Правда, чувствовалось, мы пришли. Дорога в этом месте сильно истоптана, местами вырыты небольшие ямки, мелкий кустарник и подлесок весь изломан, сколько позволяло зрение увидеть, так везде была эта картина. Пахло какой — то скотиной и на поломанных ветках кустарника, виднелись клоки шерсти.

— Так, что за проблема тут? — поинтересовался я, сжимая покрепче копьё, невольно прислушиваясь к округе, чувствуя опасность, и готовясь её отразить.

— Сейчас увидишь, — сказал он с загадочной улыбкой, и начал бить подобранной им палкой по кустам и кричать какую — то околёсицу. Тут же неподалёку в лесу раздался не разборчивый рёв. Словно ответ на шум Роси. И послышалось, как начали ломаться ветки. Из глубины вишнёвого леса на нас, что-то приближалось.

— Отойди, — настойчиво сказал он — как договаривались, ты просто смотришь я делаю. И ни в коем случае не мешай мне.

— Хорошо, — я согласно с ним кивнул и отошёл чуть в сторону.

Кто-то или что-то всё так же стремительно приближалось. Роси же как стоял там, где был так и стоит, только сделал пару шагов по направлению к звуку.

С громким треском разрываемого в щепки ствола, небольшого вишнёвого дерева, показался он, причина шума, и проблема тех двоих. На Роси, не сбавляя темпа, из — за кустарника и подлеска, ломая его своей огромной, местами лохматой туши, нёсся гигантский вепрь. Он блядь огромный! Размером с хорошего телёнка, а то и быка.

— Так, вот и наша проблема показалась, — сказал Роси, улыбнувшись уголком рта, — отойди, еще подальше, ты мешаешь.

— Хорошо, — спокойно ответил я и отошёл ещё сильнее в сторону. Встав за кусты чтобы, зверь меня не увидел и в случае чего не переключился на меня.

Не очень — то мне хотелось с ним потягаться в силе. Да и о чём Роси думает, стоя прямо у него на пути без специального копья? Без брони? В одной светлой, плотно застёгнутой, рубахе и штанах, заправленных в невысокие сапоги. Только ноги немного в коленях согнул, правую руку с колышком отвёл назад, левую чуть вперёд, да на лицо платок натянул. «Замечательно» — закатились мои глаза вверх сами по себе от этой мысли. Сейчас он помрёт или того, хуже покалечился. Даже если он убьёт вепря, сам он дойти до города не сможет, ещё и кровь будет, а на неё мигом сбегутся падальщики. Но делать, что — то уже было поздно, вепрь находился в полуметре от Роси. Я сжал копьё покрепче и тоже согнул ноги в коленях, приготовившись для двух исходов, либо помогать, либо тикать, в любом случае, третьего не дано. Знал бы раньше, что за проблема, может всё было бы и по — другому.

Вот вепрь наклонил в бок голову чтобы своими торчащими из пасти кривыми клыками ударить Роси, всё так же стоявшего в той же позе на том же месте, только левую руку выставил сильнее вперёд. Взмах! Я напрягся всем телом и ничего…. Ничего не произошло. Роси не подкинуло в воздух, ему не вспороли живот. Нет. От удивления я чуть не потерял равновесие. Вепрь просто остановился как вкопанный. Пока он мешкал, видимо тоже от удивления, Роси занёс правую руку, целясь в его левый глаз, но тут вепрь отошёл от шока, взбрыкнул головой и отскочил от Роси. Набирая скорость по небольшой дуге, чтобы вновь на него зайти. Удар же Роси просто прошел по воздуху. Надо немного сместиться, а то не видно ничего. Подумал я, одновременно смещаясь немного левее, так, чтобы видеть Роси с боку, а не со спины. Пока я смещался, его противник уже пошёл на второй заход. И снова та же картина. Вепрь, несясь на полной скорости, не замечая перед собой ни кустов, ни пней, ни кочек, всё это он проламывал и разносил своим огромным телом. Но стоило ему попытаться боднуть Роси, он вновь остановился как вкопанный. Но на этот раз я разглядел, что между ними ничего не было, что могло бы помешать вепрю вспороть брюхо Роси. Единственное, что было, так это то, что тот клык, который должен был пропороть этого безумца, касался левой ладони Роси, которую он до этого выставлял в перёд.

На этот раз вепрь не пошёл на второй круг. Он начал пытаться продавить руку Роси. Из — под его копыт в разные стороны летели ошмётки земли, вперемешку с травой и корнями кустов. Вепрь ревел и слюни из его рта разлетались в разные стороны, превращая мешанину из — под его копыт из сухой в мокрую.

— Не пыли! — крикнул он, еле слышно, сквозь рёв вепря, который всё так же безуспешно пытался сдвинуть Роси, который останавливал его безудержную животную мощь, лишь ладонью одной руки. На этот раз Роси не стал мешкать и выполнив короткий замах, вогнал ему колышек прямо в левую глазницу, при этом отпрыгнув в сторону.

Неистово взревев, ещё сильнее, чем прежде, хотя, казалось бы, это невозможно, и кажется его было слышно не только в округе, но и в городе, из которого мы пришли. Вепря же, всё также ревущего, теперь ничего не останавливало, так как Роси уже отпрыгнул от него. И понёсся вепрь, по какой — то не ровной дуге, заваливаясь на левый бок, задевая торчащим из глазницы колышком кустарник и деревья, тем самым вгоняя его ещё глубже. Пробегая мимо очередного поломанного им дерева, его ноги подкосились, и он упал мордой вперёд. После чего поднял её, наполовину залитую кровью из глазницы, ещё раз взревел и затих.

— О, — вырвалось у Роси, когда он направлялся к туше, снимая с лица платок, — со второго раза получилось, — продолжал он говорить сам с собой, доставая разделочный нож из заплечного мешка, которого я ранее, почему-то, не наблюдал за его спиной, — а я уж было подумал, что он убежит или на третий круг пойдёт. Ну ладно, пора приступать, — и всё с тем же выражением лица, он начал отрезать ухо вепря.

— Зачем это? — спросил я у него выходя из укрытия приближаясь к нему.

— Это доказательство того, что я разобрался с их проблемой, — говорил он немного с натугой, пытаясь прорезать крепкую кожу вепря уже в районе второго уха, так как правое он уже отрезал, — я же тебе рассказывал, что тем, кто мне даст задание, я буду приносит доказательства того, что оно выполнено. Ведь на слово верить незнакомым людям не стоит. Да и к тому моменту, как они сюда дойдут, те двое, тушу этого вепря уже наверняка утащат падальщики, ну или прямо на месте сожрут, — пожал он плечами, закончив со вторым ухом, и наклонившись к пятаку, начал и его отрезать.

Я же стоял рядом, как вкопанный, охреневший от увиденного и наблюдая за его манипуляциями, что не мог из — за этого перемещаться и не мог понять, что я сейчас увидел. Голова пыталась найти кучу причин для объяснения этого факта, но все варианты, что я находил, не подходили под увиденное, это точно была не магия шаманов, магия минералов и не какой — то хитрый механизм. Реальность такова, что Роси, смог остановить бегущего на него разъярённого вепря, размером с хорошего быка, лишь одной ладонью!

Пока я это всё пытался осмыслить в своей голове, он уже закончил отрезать трофеи и сидел обжигал их окровавленные концы небольшим факелом, который он достал из заплечного мешка, что — то я всё ещё не припомню чтобы он там был. Запах жаренной свинины вывел меня из ступора размышлений.

— Ты что перекусить собрался? — не нашел я ничего лучше для вопроса.

— Нет, — спокойно ответил он, туша свой факел ногой об землю, трофеи же лежали рядом, завёрнутые аккуратно в кулёчек. Надев на грязный конец факела небольшой мешочек и сложив всё в заплечный мешок, он быстро зашагал по дороге, на ходу обратно надевая перчатки, которые он ранее снял, когда начал отрезать трофеи. Я пошел не уверенным шагом вслед за ним.

— Ты на вопрос то планируешь отвечать?

— Так я же уже ответил, что нет. Это чтобы кровь не запачкала мне мешок. Да и те падальщики, что вот-вот сюда придут, могут учуять эту кровь и пойти за нами, нам же не нужны новые приключения? — он искоса глянул на меня правым глазом.

— Погоди, одёрнул я его за рукав, заставив остановиться и развернуться ко мне — что это сейчас было? Как ты это делал?

— Сделал что? — искренне удивился он, наклонив немного голову на бок.

— Не надо тут строить из себя удивление! — повышая голос, вспылил я, — ещё когда ты с молоссом мне рассказал, что он промахнулся целых два раза подряд, я тебе не поверил, сказал, что это чушь. И сейчас, ты без каких-либо усилий завалил огромного вепря в одиночку, не используя для этого специальное оружие. Только самопальный колышек. При этом ты еще как-то умудрился останавливать его одной лишь рукой. Давай рассказывай, что это за херня такая! — разозлился я окончательно и стукнул копьём о землю, направив его в сторону Роси.

— Оу, как ты разозлился, — повернулся он ко мне полностью, отходя на пару шагов назад, — давай так, победишь меня, я расскажу тебе, как я так смог выжить от встречи с молоссом, и как я останавливал вепря, — сказал он, натянув на лицо платок и немного присев, — если же проиграешь, отстанешь от меня с подобными вопросами ещё при этом будешь мне должен. Идёт? — немного приподняв руки над землёй, сказал он.

— Идёт! — ответил я, при этом выбрасывая правой рукой копьё в перёд целясь ему в лицо, прикрыв при этом щитом открытую часть тела.

Два коротких тычка в район лица, от обоих он уклонился. Второй тычок, не возвращая копья, переходит в рубящий удар, рассчитанный рассечь ему корпус от правого плеча до пупка. От этой атаки он тоже уклонился за счёт того, что отклонил корпус назад и сделав шаг ногой, тоже назад.

— Попался! — выдохнул я на середине удара, прекратив движение копья вниз и за счёт его перехвата, и полушага в перёд, направил его точно в сердце Роси. Так как его центр тяжести уже смещён назад, он не сможет ещё сильнее отклониться не упав. Он должен будет уйти вправо или влево, где я тоже смогу его достать на возврате копья к себе, чтобы он не успел его схватить за древко. Так я думал…

— А? — не понял я.

Роси не уклонился. Он подался вперёд на кончик копья. Тот упёрся ему в грудь. И ничего. Вся сила, что я вложил в удар, вся инерция исчезла. Я просто резко остановился, как вкопанный, когда кончик копья коснулся груди Роси. Словно тот вепрь, которого он чуть раньше завалил. Пока я мешкал, Роси потянул за копьё на себя, сам же он сместился в бок от него. Я же подался вслед за ним, так как ранее, ради удара, полностью переместил центр тяжести в перёд. Прямо перед моим лицом возник кулак Роси, в кожаной, немного поношенной коричневой перчатке…

***

— Блядь, — очнулся я с дикой болью в челюсти, которая отдавалась по всей голове — да я когда-нибудь буду в этой жизни просыпаться нормально?!

После той первой замечательной ночи, проведённой с Гердой, я не помню ни одного утра, чтобы я не проснулся с головной болью! От возмущения я и стукнул кулаком по кровати. Так, стоп, а что я делаю в кровати? Осмотревшись по сторонам, я понял, что нахожусь в комнате Лин — лин. В одних подштанниках, броня и копьё, лежат аккуратно на стуле, возле входа. А по солнцу за окном, я понял, что уже вечер.

— О, очнулся, — тихо заходя в комнату, сказала Лин — лин, в руках у неё был немного запотевший кувшин с водой. Она поставила его на стол и намочила тряпку из него — дай-ка я, — присев на край кровати она осторожно приложила мокрую тряпку чуть левее от моего подбородка.

— С-а-а-а… — издал я от холода, но челюсти стало немного легче.

— Это, ты с Роси что-то не поделил? — спросила она, вставая с кровати.

— Да-а-а-а, с-а-а-а-а, — закорчился я от боли.

— Не говори ничего, глупый! — захихикал она, — эх вы мужчины, чуть что сразу кулаки чесать лезете, не уж то поговорить так сложно? — спросила она, сделав серьёзное лицо, присев на краешек стола.

Я пожал плечами.

— Тебя, кстати, знакомые купцы Мирука принесли. Сказали, что ты лежал в теньке, на обочине Восточного тракта, без сознания, с огромным синяком на челюсти. А на груди у тебя была записка — она взяла листочек со стола и показала мне. Надпись на нём гласила — «Я проиграл спор, верните меня в таверну «Под шляпой кабана» — вот они тебя сюда и приволокли. Тут уж я их встретила, и они отнесли тебя ко мне в комнату. Броню я с тебя сама сняла. Капец она тяжёлая, и как ты её носишь целыми днями? — она подошла к стулу возле входа в комнату и пнула штанину, свисавшую с него.

— Вот Роси вот ублюдок! — возмутился я и боль в челюсти, ослабшая от холодной тряпки, вернулась с новой силой, — м-м-м-м-м — застонал я.

Лин-лин подошла ко мне и нежно забрала тряпку.

— Послушай, — начала она снова говорить и в её голосе была только холодная сталь, — я понятия не имею, что вы с ним не поделили и какой спор ты проиграл. Но! — она подняла указательный палец правой руки вверх — НО! — повторила она, протягивая мне тряпку снова — ты ему уже проиграл, и нестись сейчас вниз и снова кричать, устраивая беспорядок, не лучшая идея. Ведь ты снова можешь ему проиграть. Уж не лучше ли будет, всё спокойно обсудить? Он сейчас внизу, ужинает. Тебе тоже бы не помешало поесть, я принесу тебе пюре чтобы не жевать много и выпивку для вас двоих. Не переживай! — замахала она на меня руками от моего злобного взгляда — я принесу пиво. А то ты опять начнёшь на меня ругаться за эль — от её чарующего голоса и добрых глаз, желание набить морду Роси куда — то пропало.

— Ты, наверное, права, — выдохнул я, стараясь не сильно шевелить ртом, — после драки кулаками не машут. Да и я сам создал условия для её возникновения. Но начал всё он, тем, что не хочет рассказывать, как он это делает! Грёбанный ублюдок! — выкрикнул я, и снова схватился за челюсть.

— Делает, что? — приподняв одну тонкую бровь, вновь забирая у меня тряпку спросила она.

— Помнишь я говорил, про то, что его молосс не загрыз потому, что тот якобы дважды промахнулся? — снова принимая из рук холодную тряпку и прикладывая её к челюсти, начал я.

— Да помню, ты ещё сказал, что это чушь, так как сам видел, как тот молосс его укусил.

— Угу, — закивал я, чтобы по меньше беспокоить челюсть — так, это ещё цветочки. Мы тут на вепря ходили.

— Что??? — удивилась Лин — лин задрав теперь в верх обе свои тонкие ухоженные брови.

— Да, но суть не в этом. Роси его в одного завалил. Дело тут в том, КАК он это сделал.

— И как же? — с ещё большим любопытством спросила она, широко распахнув свои прекрасные фиолетовые глаза.

— Ты не поверишь! Когда вепрь зашёл на него, он остановил его просто одной левой рукой, только коснувшись его клыка и вогнал ему в глаз самодельный колышек.

— Ого! — с выпученными глазами только и смогла ответит она — и как он это сделал!? Я не слышала о минерале с такой силой.

— Вот это я и попытался у него узнать, из-за этого драка то и началась, только вот в её процессе я достал его копьём, но вместо того, чтобы проткнуть его, моё копьё и я сам, резко остановились, словно тот вепрь, а после он меня вырубил.

— Ого-го! — всё с такими же, удивлённо-широко распахнутыми глазами Лин — лин смотрела на меня, сидя на краешке стола, — действительно, очень интересный человек, — загруженным тоном сказала она, — тогда, тебе точно нужно с ним спокойно поговорить и выяснить в чём секрет. Вдруг и ты так сможешь, это очень сильно успокоит моё сердце в те моменты, когда ты будешь уходить с Мируком, — ласково улыбнулась она и сев рядом со мной положила свою нежную, с гладкой белой кожей, ладонь по верх моей.

— Хорошо, — кивнул я, — я как раз проголодался, пойду вниз поем, за одно поговорю с ним, и узнаю, что он потребует в качестве оплаты долга.

— Отлично! — встав с кровати, улыбнулась Лин — лин прищурив глаза, — я тогда пошла подготовлю для тебя еду и выпивку для вас двоих, — и взмахнув своей длинной красной юбкой упорхнула за дверь.

— Я присоединюсь, — утвердительно сказал я, садясь за деревянный столик, за которым сидел Роси. Ему как раз принесли ужин, жареную свинину с толчёной картошкой и кружку воды.

— О, очнулся наконец, — кивая, в знак согласия, сказал он, — ты извини, что бросил тебя на дороге. Я не думал, что ты потеряешь сознание, а дойти до трактира вовремя, таща тебя на себе, я бы не успел получить деньги за выполненный заказ. Поэтому я донёс тебя до более безопасного места и оставил в теньке с запиской, на тот случай если ты сам не очнёшься, чтобы о тебе позаботились добрые люди и принесли сюда.

— И как? Успел? — подмигивая Лин — лин, которая принесла мой ужин и две кружки пива, одну из которых она поставила возле Роси.

— Я не заказывал.

— Это, за счёт заведения, — подвигая её обратно к Роси и мило улыбаясь, сказала она и вновь упорхнула.

— Прощать я тебя не буду. Мало того, что ты вырубил меня, так ещё и бросил на дороге. Но и предъявлять я тебе ничего не буду. Ведь я проиграл. Хорошо хоть в живых остался, ведь ты мог меня и убить или бросить прямо там и меня падальщики бы тогда точно сожрали.

— Это да, — закатил глаза Роси отпив холодного пива — я когда тебя тащил, слышал, как они начали своё кровавое пиршество.

Мы оба немного нервно улыбнулись.

— Ладно, приятного аппетита! — сказал Роси и приступил к мясу, активно работая челюстью.

— Приятного! — ответил я и приступил, благодаря телу на против меня, лишь к одному пюре.

— Слушай, а что я тебе должен то? — спросил я у Роси который закончил с основной едой и, как и я, с наслаждением потягивал пиво — хотелось бы не затягивать с его оплатой, а то завтра я с Мируком ухожу. И не хотелось бы, чтобы он повис.

— Не переживай на этот счёт. Долг мне ты сегодня вечером уже сможешь оплатить, и с Мируком тебе выходить после завтра. Пока ты был без сознания, я сходил к нему и спросил его о времени отправления. А то ты что-то в себя не приходил, вдруг ты головой ударился, когда падал, и тебе нужно было бы хотя бы денёк отлежаться — оправдался он за свои действия, от моего вопросительного взгляда.

— Не переживай, — успокоил я его, — головой я не ударился, а вот о мясе на пару дней придётся забыть, — потирая немного опухшую челюсть, продолжил я, — так, что за долг?

— Позже расскажу. Встречаемся на закате, возле Новых западных ворот, будь готов драться и к тому, что возможно придётся ближайшие сутки не спать.

— А с кем драться то? — спросил я у встающего из-за стола Роси.

— Позже расскажу подробности, а сейчас я отдыхать, чтобы носом потом не клевать и тебе тоже бы это не помешало, — сказал он и вышел из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

Как же он меня этим бесит, легко сжатым кулаком ударил я по столу цедя себе под нос: «Как же он меня бесит!»

— Ты куда это на ночь глядя собрался? — стоя в дверях, уперев руки в боки, злобно смотря из-под лба, немного нервно, спрашивала Лин — лин, наблюдая как я одеваюсь и собираю всё необходимое для боя и оказания первой помощи в случае, если кто-то из нас будет ранен — я значится, трудилась сегодня в поте лица, чтобы меня отпустили по раньше для того, чтобы побыть по дольше сегодня с тобой, ведь ты завтра снова с Мируком чёрт знает на сколько дней или недель уйдёшь! А он куда-то уходит в ночь! — притопнула она от возмущения.

— Не надо так злиться! — взяв её за напряжённые руки, успокаивающим тоном, сказал я, — во-первых, ухожу я с Куримом не завтра, но после завтра — я сел на стул возле входа, и посадил немного напряжённую Лин — лин себе на колени — во-вторых, я последовал твоему совету и спокойно поговорил с Роси. Сейчас я собираюсь с ним, на одну небольшую авантюру, это и будет оплата долга, а почему в ночь, я не знаю, он подробностей не сообщил, сказал только, что будет ждать меня возле Новых западных ворот и что мне нужно подготовиться к драке и к тому, что возможно придётся не спать ближайшие сутки.

— И что тебе уже пора идти и на меня у тебя нет сейчас времени? — с надеждой и желанием в глазах спросила она, обвивая свои тонкие гладкие руки, вокруг моей шеи.

— К сожалению нет, — вздохнул я, пожав плечами.

— Ну и ладно, иди дерись! — встала она и резко повернулась ко мне спиной, — всё взял? Оружие? Бинты? Паёк?

— Оружие и бинты взял, — встал я со стула и тоном будто отчитываюсь перед начальством ответил я, — паёк берёт Роси, так мы с ним условились.

Она развернулась ко мне в пол оборота прищурив глаза в недоверии.

— Да правда, — подняв руки перед собой, ответил я, — а теперь дай я поцелую тебя на удачу и пойду.

На эти слова она ехидно улыбнулась. Повернулась ко мне уже с улыбающимся лицом и прищуренными глазами. Скрестив руки за спиной от чего, зелёная рубаха натянулась. И без того выпиравшая грудь сильно обтянулась, а пуговицы затрещали. Она ответила.

— Обойдёшься, получишь его если без царапинки вернёшься и первым делом мне всё расскажешь, — немного наклонив голову в бок, сказала она, игриво проведя кончиком языка по нижней губе, — а теперь иди, а то не успеешь.

— Договорились, — сказал я, кивая и вышел из комнаты.

«Вот чертовка!» — ругался я себе под нос, спускаясь по лестнице. И как мне теперь думать о предстоящей драке, когда у меня перед глазами она, а головы думают только об одном…

Подходя к Новым западным воротам, я немного смог успокоиться и направить мысли в другое русло. Возле ворот стоял Роси, который что-то обсуждал с одним из стражников. Пайка при нём не было.

— Вот и ты! — похлопал он меня по плечу и направился из города помахав стражнику, он помахал ему в ответ.

— А где паёк? Мы же договаривались, что ты его возьмёшь.

— Прошу меня простить, — с серьёзным выражением лица ответил он, — я про него забыл, — пожал он плечами.

— Но можешь не переживать по этому поводу. В то место куда мы направляемся, будет еда, возможно даже горячая. Так, что голодным ты не останешься.

— А куда мы, кстати, идём? — выйдя из города и быстрым шагами, мы шли по Западному тракту, выложенному крупными каменными плитами.

— Тут пару торговцев на этом тракте ограбили, — начал он, разглядывая закатное небо, — прямо на тракте, посреди бела дня. Торговцы эти в живых остались и тут же бросились к стражникам требовать перебить бандитов и вернуть им их золото.

— И?

— Что и? Стражники сказали, что разберутся, но как это обычно и бывает, начальство их не спешно, так что раньше завтрашнего обеда не кто ничего делать не будет, а к тому моменту, бандиты уже снимутся со своей стоянки и потом ищи свищи их, — Роси присвистнул будто подзывал кого, я же кивнул в знак согласия.

— А ты я так понимаю предложил всё сделать быстрее?

— Да, — кивнул он в ответ, — не только быстрее, что к завтрашнему утру я им всё верну, но при этом всю сумму, что у них украли, ведь не известно, как начальство стражи себя поведёт, может спокойно перебить бандитов и всё добро себе забрать.

Я вновь кивнул в знак согласия. Такое вполне может быть.

— И каков план действий? И сколько их там?

— Да как бы плана, то особо нет, — пожал он плечами отводя глаза в сторону.

— К тому моменту, как мы доберёмся к месту их стоянки, уже стемнеет. А раз у них был удачный день, они уже с вечера напились и будут все спать. Не переживая, ведь они тоже понимают, что раньше завтрашнего обеда за ними никто не придёт, а к тому моменту они спокойно слиняют. Если верить торговцам, их в лагере от десяти до пятнадцати человек.

— Нормально так, — задрал я брови до небес, — ты в нас настолько веришь, что мы вдвоём столько вынесем?

— Нет, — спокойно ответил он, — я верю в силу алкоголя и человеческую слабость. Нам же главное снять часовых, без шума, а остальных мы по-тихому перережем во сне и все дела.

— Как — то это не по-мужски, — возмутился я.

— Забудь об этой глупости, — резко ответил он, — нет таким мыслям места в подобных делах, это ведь авантюра, а в ней нужно быть готовым поступиться чем угодно, главное, чтобы всё получилось, — закончил он, чеканя каждое слово, будто начальник, отчитывающий подчинённых.

В его словах есть доля правды… Мысль, с которой мы подошли к предполагаемому месту стоянки бандитов.

На небольшой поляне, метрах в ста от тракта, вокруг костра, над которым был рассеивающий дым навес, в разных позах были раскиданы бандиты. Всего двенадцать человек и три бабы, и двое часовых, один из которых кимарил понемногу. Мы стояли в чаще, прямо на краю поляны, будь они внимательнее увидели бы нас, ночь выдалась без облачная и всё хорошо освещалось луной.

— Как поступим? — повернул я голову на Роси.

— Ты своё копьё хорошо метаешь?

— Вот так вопрос, как — то не увлекался я особо тем, чтобы выбрасывать своё единственное оружие.

— Так да или нет? — вопросительно он посмотрел на меня, натягивая на лицо платок.

— Ну могу метнуть, но результат не гарантирую.

— Отлично! Я пойду по касательной, со стороны слепой зоны спящего, когда я буду почти рядом, метни своё копьё в того, что не спит. Главное, чтобы ты его сразу убил, — сказал он, серьёзно посмотрев мне в глаза. Готов поспорить, что под платком, его губы плотно сжаты.

— У меня метать нечего, так что я воспользуюсь вот этим — он достал из — за пояса небольшую палку, длиной сантиметров тридцать, к концу которой был приделан серп.

— Да это же для срезания сорняков! Чуть ли не закричав, произнёс я.

— Ага, — улыбающимися глазами ответил Роси, — тут так и написано, — он поднёс своё «орудие» по ближе ко мне, что бы я увидел надпись на ручке. Там так и было вытесано «Для сорняков».

— Это, ты сейчас серьёзно!? — поднял я брови выше небес.

— Ну да, — ответил он, — пора прополоть это поле, — голосом полным льда, ответил он и на полусогнутых ногах, плавно двинулся по касательной траектории в сторону часовых. Левой рукой раздвигая перед собой траву, что была по колено, в правой же держал косу. Они сидели к нам спиной, тот, что слева, спал сидя, тот, что справа, бодрствовал. Роси заходил со стороны левого плеча спящего.

Ага, понял его тактику, как только я проткну копьём бодрствующего, тот, что спит проснётся и по инерции посмотрит на право, а увидев копьё посмотрит в то место, откуда оно прилетело. То есть на меня. Роси тогда окажется точно за его затылком в слепой зоне. Когда Роси осталось значительно меньше половины пути, я хорошенько прицелился, взяв копьё на изготовку. Я конечно же умею его метать, и в целом, даже в мишень могу попасть, но из — за отсутствия практики, я могу только гарантировать попадание в правого, а вот куда я ему попаду, не знаю. Выдох — вдох и резкий выдох с метанием копья.

«Юсь…» — с таким звуком полетело копье. Уже отпуская его, я понял, что скосил и оно пройдёт немного выше и правее, от того места, в которое я целился. Копьё с лёгким свистом пересекло разделявшей меня с моей целью расстояние и по касательной выдрало кусок шеи и улетело дальше. Из раны на шее же что — то тёмное брызнуло во все стороны. Это была кровь. Не дожидаясь, того, что будет дальше я сорвался вперёд, одновременно со мной ускорился и Роси. Тот же, что спал, проснулся и протерев глаза, посмотрел на право.

— Эй, ты чего это разлёгся? — тормоша его за рукав сонным голосом, говорил тот — сейчас моя очередь спа… — договорить он не успел, сзади него возник Роси и схватив его левой рукой за волосы, одним движением перерубил шею часовому, при этом чуть не отрезав ему голову.

— Извини, я немного промахнулся, — сказал я Роси шепотом, подходя к нему.

— Разве? По — моему, ты настолько переживаешь из — за отсутствия пайка, что справился на отлично.

— Ты это о чём? — в недоумении спросил я.

— Да вон, сам посмотри, — он указал, чуть дальше в темноту, в то место куда улетело моё копьё. Оно было там. Воткнутое в землю. А по обе стороны от кончика, вошедшего практически полностью в землю, были половинки полевой мыши.

— Эм… — подвис немного я — это как — то… — не зная, что ответить, начал я чесать затылок и пожимать плечами.

— Да ладно тебе. Не переживай ты так. Будет тебе паёк! — весёлым тоном ответил он — а теперь бери копьё и пошли, — хлопнул он меня по спине и направился в сторону костра.

«Швяк» — именно с таким звуком входило и выходило моё копьё в тела спящих бандитов.

— Закончил? — таща что — то за собой, в полный голос спросил Роси. Платка на его лице уже не было и в отличии от меня, его обувь была не в крови.

— Да, — выдохнул я, вынимая копьё из последнего и кровь из раны брызнула в разные стороны, попав на меня и пару капель досталось сапогам Роси.

В свете луны взгляд, которым он на меня посмотрел, был особенно зловещим, словно через его глаза, смотрело на тебя что — то мёртвое… Это продлилось буквально одно мгновение.

— Можно в будущем быть осторожнее? — сказал он абсолютно спокойным голосом, бросая к моим ногам одного из бандитов, с мокрыми штанами.

— Ой, да ничего страшного, — отмахнулся я от него, — лучше скажи кто это?

— Это, если я правильно понял, главарь этой шайки.

— Ты его запугать успел? — указывая древком копья на его штаны, спросил я.

— Э? — удивился Роси, — когда я его связывал спящего, этого не было, видимо пока я его тащил, он это сделал.

У лежащего возле нас бандита, были связаны руки и ноги, а во рту был кляп. Глаза его, в свете луны, казались, словно у загнанного ягнёнка.

— Зачем он тебе? — задал я ему вопрос.

Роси бросил мне здоровый кусок вяленого мяса и присел возле бандита.

— Это я у них нашёл, — ответил он на мой вопросительный взгляд по поводу мяса, тоже откусывая от своего куска, — а его я хочу допросить, — голос его при этом был словно ледяная сталь, от чего бандит обмочился ещё раз…

***

«Как же я заебался!» — именно с таким стоном, я упал на кровать лицом в подушку в комнате Лин — лин. Дверь за моей спиной тихо открылась и закрылась. Я перевернулся на спину. В комнате, при этом, я никого не увидел. Но кто — то начал снимать с меня ботинки.

— Устал? — улыбаясь своей прекрасной улыбкой, спросила хозяйка комнаты, показав своё точёное личико, над моими коленями.

— Агась, — ответил я и бухнулся обратно на кровать. С меня слетел сначала один бронированный ботинок, потом второй. Следом Лин — лин залезла на меня сверху и начала расстёгивать верх брони.

— И как? Со всеми делами справились? — мурлыкающе спросила она.

— Со всеми.

— Устал?

— Устал.

— Тогда лежи и рассказывай, чем это ты там занимался, что сначала пропал на сутки, вместо одного вечера, так вернулся ещё на столько уставшим, что завалился в броне прямо на постель. Я бы тебя отругала, но броня чищенная, вещи постираны. Так, что давай всё по порядку и без утайки, — всё также мурлыкающе сказала она. При этом я сквозь рубашку, которая показалась из — под расстёгнутой брони, почувствовал холод метала от ножа, что аккуратно положила на него Лин — лин.

— Сейчас всё расскажу, — чувствуя дискомфорт в том месте, где холодная сталь ножа давила на живот, — всё это время я был с Роси. Возвращал ему долг.

— И чём вы там занимались?

— Чем мы только не занимались! — на эти слова Лин — лин посмотрела на меня с каким-то странным огнём в глазах, — сначала, мы пошли выполнять задание, которое он получил.

— И какое же?

— На Западном тракте, днём, почти одновременно, грабанули двух торговцев, задача была, наказать виновных и вернуть украденное. До того, как это сделает стража, ведь она украденное не вернёт.

— Так это дел то, до полуночи вернулись бы.

— Так мы и вернулись до полуночи, — лёжа на спине, развёл, я руки в стороны, — и первым делом, мы направились в таверну, будить заказчиков, чтобы вернуть им их добро и получить награду.

— Вас они не послали часом в такое-то время?

— Послали, но после того, как поняли, на кой мы явились, впустили и очень долго не могли нарадоваться, что их добро к ним вернулось, да ещё так быстро!

— И куда вы потом отправились?

— Потом мы пошли зачищать их базу.

— Чью? — задрала брови до небес Лин — лин, — торговцев что ли?

— Да нет, на кой они нам. Тех бандитов, что мы зачистили на тракте. Пока мы это делали, Роси выловил главаря и задал ему много вопросов.

— Так вы и узнали их положение базы?

— Ага, а ещё кучу полезной информации о их базе и слухов с прочей ерундой, которую спрашивал Роси.

— А что он спрашивал?

— Да много всего, в основном о ерунде всякой.

— Ну например?

— А-а-а, я вот как будто запоминал?

— Э-э-эль, — впились её ногти мне в грудь, — расскажи, мне любопытно! — впились они ещё сильнее.

— Ай-я-ай, да говорю же, ерунду всякую. Сколько ему лет? Зачем им грабить? Почему именно Западный тракт? От куда он родом? Почему именно этот город? Кто составляет топ девочек и всё в таком роде.

— И вправду, чушь какая-то, — задумалась Лин — лин и перестала впивать в меня ногти, — и зачем ему понадобилась эта информация?

— Да кто его знает, говорю же странный он какой-то.

— Это точно. И где была их база?

— Прям около Старых восточных ворот, прям здание возле городской стены. Очень удобно, вошли в город и тут же спрятались, не привлекая внимания, те ворота всё равно открыты на распашку и никем особо не охраняются.

— Вы что двое совсем охренели? — перешла на крик Лин — лин и со всей дури ударила меня кулаками по груди, и посмотрела на меня глазами полными слёз, — вы зачем полезли к банде Кодзима?

— Хера у тебя удар… — закашлявшись, сказал я, будто кувалдой по грудине получил.

— Ой прости, — разжала она кулаки и нежно погладила место удара, — я немного вспылила. Просто на кой чёрт вы к ним полезли? Они хоть и мелкие преступники, но их территория, где они проворачивают свои делишки, огромна и их самих до хрена, а как ты должен знать, толпою гасят даже льва.

— Насчёт этого не переживай. Во-первых, я понятия не имею о какой такой банде Кодзима идёт речь — почесал я затылок и состроил невинное выражение лица, в ответ же получил полный гнева взгляд.

— Ну да, откуда тебе знать тёмные делишки этого города, ты ведь здесь долго не бываешь, а когда бываешь, ничего не делаешь, кроме как жрёшь и спишь! — выпалила она мне это в лицо.

— Так мне больше то и делать нечего, — всё с таким же выражением лица ответил я.

— Ну так-то да… — немного подумав, успокоилась она — и что дальше?

— Дальше была зачистка этого дома. Понятия не имею, сколько там было народу, но скучно было это делать, до жути. И вонюча. Весь блин провонял.

— Но от тебя совсем не пахнет, даже наоборот, ты полностью чист и свеж, на удивление даже броня с обмундированием, всё чищеное, — вопросительным взглядом она обвела всё моё снаряжение и меня.

И вправду, это всё не было таким чистым с момента покупки, да и в момент тоже не было.

— Ну так получилось из-за другого. Чуть позже расскажу почему.

— Хорошо. А почему было скучно то? Я думала вам мужикам нравится бить друг другу морды.

— Да это так, — немного улыбнувшись, сказал я, — только вот дом был большой, а коридоры довольно узкие. Из-за чего мне с копьём не развернёшься, а стиль боя Роси и построение, которым мы шли, были ну очень скучными.

— Да? И чем же он был скучным?

— Дело в этой странной его особенности, как я понял, Роси способен останавливать любой удар, не важно чем его наносить: меч, стул, палица, стрела, арбалетный болт. Ему всё равно.

— О как? — её брови снова взлетели до небес.

— Ага, поэтому он шёл впереди, я же прикрывал тыл. Как только на него кто-то нападал, он просто останавливал его удар и пока тот мешкал, в непонимании, он своим блин «орудием» — с насмешкой это слово произнёс я — наносил точный удар по горлу противника, да так, что их головы только на соплях и оставались, а тем, кого он по какой-то причине не мог убить, перерезав глотку, он бил на отмажь по животу, из-за чего их кишки вываливались наружу, — от этих слов Лин — лин прикрыла рот и издала, характерный звук при рвотном рефлексе.

— Можно без таких подробностей? Я же всё — таки девушка.

— Да, прости. В общем, если он кого-то с первого удара не убил, то я его добивал, в качестве милосердия и иногда, закусывался с теми, кто пытался обойти нас сзади, но и тут особого веселья не было, так как все были со сна, и многие ещё пьяные, особо боя не получалось.

— Давай без подробностей, — злобно зыркнула она на меня, над ладонью всё ещё держа её возле рта и нервными движениями, сняв с меня верх кожаной куртки с рубахой, заставила меня перевернуться на живот. Нож же с него, она предварительно убрала, не глядя подкинув его в верх в сторону стола, в столешницу, которого, он и воткнулся кончиком. Я бы удивился, если бы до этого, не видел, как она готовит, замечательно при этом управляясь с ножами, сказывались восточные корни.

— В общем. После того, как мы всех убрали, мы обнесли их хату. Вынесли только деньги и драгоценности. Больше ничего не трогали.

— Оу и много вынесли? — с кошачьим любопытством, произнесла она, начав мять мне спину, словно кошка.

— Ну, драгоценности мы тут же загнали по ценам значительно ниже, чем они могли бы стоить, зато, полная анонимность, ах, да и дом мы тот сожгли.

— А это то зачем, вам мало было того, что вы всех убили и теперь вас будут искать чтобы отомстить?

— Идея принадлежала Роси. Он сказал, что дом слишком близко к стене и от него за километры теперь несёт кровью, из леса могут на запах прийти падальщики, если их будет достаточно много, то они и в город могут рискнуть войти. Если падальщики будут в городе это пиздец. И чтобы не брать на себя за это ответственности, Роси его поджёг.

— Ага и всё, потом вы пошли стираться? — зевнув, спросила она, ложась рядом со мной обвиваясь вокруг моей руки.

— Вот нам двум мужикам больше заняться нечем! — но да, перед тем как идти сбагривать украшения, мы сходили до колодца и смыли кровь, как смогли, а после пошли будить купцов.

— Опять? Зачем? Вы же отдали им уже их деньги.

— Да других, это была вторая половина оплаты долга. Роси сказал, что ему нужна помощь в том, чтобы потратить его часть.

— И что вы покупали?

— Провиант.

— Что? На кой он ему.

— Ты погоди, сейчас ещё больше удивишься. Пока я умывался, он где-то достал коня и здоровенную повозку, на которой мы и отправились закупаться. Начали мы на рассвете уже, только к тому моменту не всё ещё проснулись и многие торговцы, по началу, нас слали.

— Ну и правильно делали, — фыркнула Лин — лин мне в плечо, немного его прикусив, — что вы как не нормальные.

— Ага, так нам и говорили, но как только они слышали, объемы товара, который был нам необходим, и что расчёт сразу и деньгами, а не векселем. Перед нами сразу же открывались все двери. И закончили мы это дело только к полудню. Набрав полную телегу провианта, она чуть не ломилась от всего, что мы накупили. Брали в основном продукты, которые могут очень долго храниться и из чего можно что-то наготовить. Вяленая рыба, вяленое мясо, мука, крупы различные, в большом количестве, соль, даже сахара пару мешков. В общем, набрали товаров столько, что человек пятьдесят можно кормить.

— На полсотни на целый год, это же какие деньжища он потратил?? И зачем ему столько?

— Потратил он нереально много, да так, что тех денег, что мы забрали ему не хватило и он добавлял из тех, что он заработал до этого. Короче парень остался без гроша. И да, мне тоже стало дико интересно, зачем ему столько. А он сказал, что надо, и что мой долг оплачен. Но моё любопытство взяло верх, и я поехал с ним, уже по своей воле, на мои вопросы он ответил, что я сам всё увижу, но могу пожалеть, что поехал с ним и что я вернусь поздно.

— И как, пожалел?

— Да как сказать… — вновь я почесал затылок, перевернувшись на спину, из-за чего Лин — лин с неохотой отпустила мою руку, но с удовольствием обвилась вокруг другой, нежно прикусив плечо и на этой.

— Я устал как чёрт, ни ног, ни спины, ни рук не чую, но я рад и доволен от того, что поехал с ним.

— Ну, не томи чёртов интриган, мне же любопытно, — и она легко ткнула меня коленом в бок.

— Мы поехали на пересечение первой и восьмой улиц Гетто. Знаешь, что там находится?

— Эм, — Лин — лин на секунду задумалась, мило нахмурив брови и поджав пухлые губы, — да ничего там нет. Большая часть восьмой улицы давно заброшена. Там только раскуроченные дома.

— Ага, только вот, как оказалось, там есть приют для бездомных детей.

— Как приют? — подняла она голову от удивления.

— А вот так. Я сам не знал, хоть и облазил всё Гетто вдоль и поперёк. Там в одном из заброшенных домов, одна женщина, уже в возрасте, по её словам, приютила пару детишек. Приходила к ним, кормила чем могла и играла с ними. Постепенно, к ним стали подтягиваться и другие дети. Так он и появился. Ему на данный момент уже три года как.

— Ого, ого-го, — Лин — лин хлопала глазами от удивления — никогда бы не подумала, что в Гетто, может появиться что-то подобное, а раз я о них ничего не слышала, то и в бандах они не состоят.

— Всё верно, — кивнул я, — Роси, как-то прознал про это место, там все дети, в основном, мелкие, а те, что постарше, довольно смышлёные и ходят на работу. С тех денег, что они заработают они и живут. Как ты сама понимаешь, впроголодь. На детишек там смотреть без слёз нельзя, всё худые до безобразия, оборванные и грязные.

— Бедняги… — с жалостью в голосе сказала она.

— Вот и я того же мнения. Но что поделать такова судьба.

— Да, я с тобой согласна.

— Ага, как и большинство людей скажет.

— А вот Роси другого мнения. Он закупил весь этот провиант специально для них, с учётом того, что им хватит его на год. И отдал он всё это им, только при условии, что весь этот год, они будут трудиться на благо приюта и копить деньги, чтобы, через год, они снова могли купить себе продуктов на год и больше не голодали. Так как мы прибыли в обеденное время, в приюте присутствовали, практически, все дети. И они все хором, многие со слезами на глазах, а кто и с диким недоверием, будто цепные псы, которым много раз показывали кость, но так и не дали её, но тоже пообещали, что так и сделают. И вот пока они все самостоятельно разгружали телегу, я и Роси занялись ремонтом. Оказывается, пока мы закупались, мы купили ещё кучу досок и гвоздей. И пока малышни всей не было, мы как смогли, отремонтировали им стены, чтобы не дуло, пол заменили, где он явно прогнил, перила у лестницы. В общем, до чего наши кривые руки дотянулись, то и отремонтировали. Качество конечно отвратное и за такой ремонт нам бы руки по отрубать. Но теперь им хотя бы не будет дуть, сквозь огромные щели в стенах, а с крыши не должно течь. Ну по крайней мере, те дыры, что мы в ней нашли, мы залатали.

— Какие же вы, какие же вы… — я посмотрел на Лин — лин, её лицо было в смятении, а на глазах были слёзы.

— Эй-эй, ты чего это? — забеспокоился я.

— Ничего, — спокойно ответила она — продолжай рассказ.

— Точно?

— Точно.

— В общем, мы это всё делали до ужина, а пока мы это делали, как оказалось, разгрузкой занимались только пацаны, да старшие девчонки, младшие же за это время, постирали нам вещи и почистили всю броню.

— А в чём вы работали? Голыми что ли?

— Не, это тоже Роси подсуетился и купил нам заранее робу, как у строителей и мы в ней работали, кстати, очень она удобная. Вот закончив все дела, мы узнали о постиранных вещах, а пока они сохли нам предложили сходить в их самодельную баньку. Что мы с удовольствием и сделали, а пока вещи ещё сохли, мы поужинали, а после начали изображать из себя столяров.

— И что вы делали?

— Игрушки для детишек из остатков материала. Правда руки у нас кривые, поэтому, кроме как мечей, луков и стрел, нам больше ничего не удалось сделать — я вновь глупо заулыбался, вспомнив тот благоговейный трепет в глазах детишек, когда они увидели всю эту еду и как они пищали от радости, что для них кто-то сделал игрушку, девочки радовались на ровне с мальчиками и мечам и лукам. И от этого, такое приятное чувство удовлетворения растеклись по всему моему телу.

— Ты чего лыбишься лежишь? — ткнула меня снова коленом Лин — лин, — дальше то рассказывай.

— Дальше всё, после этого, мы чистые, сытые, одели выстиранную и высушенную одежду, и броню, отправились обратно в трактир, отсыпаться. Всю дорогу ехали молча и улыбались, как два идиота. Только возле трактира, я спроси у Роси, а почему он это сделал и для чего

— Надеялся на душещипательную историю?

— Ага, что-то типа. Но ответ его был прост.

— Потому что могу. «Всё не важно, — сказал он, — у меня нет каких-то детских травм или какой-то идеологии». Я сделал это потому, что могу. Вот ты же Эль, ходишь, ешь, разговариваешь, не ради чего-то или какой-то высшей цели, а потому что можешь?

— Ну да, вот ты просто могу, — ответил ему я тогда. «А если они постараются, то больше никогда не будут голодать», — он улыбнулся после этих слов и уехал куда-то, отдавать повозку с конём.

— Да, — сидя ко мне спиной, сказала она, — действительно очень странный человек.

— Вот и я о чём толкую, — вновь я пожал плечами.

— Прости милый, но можно, мы сегодня просто ляжем спать? Мне что-то захотелось о многом подумать, осмыслить.

— Хорошо, я тоже как-то не в настроении.

— Тогда спим, — и она задула свечу.

«Что же ты за человек Роси? Что под влиянием твоих действий, я поступил также и отдал всю свою долю, добытую в доме бандитов, в счёт погашения долга Лин — лин, в котором пять имён. Взяв слово с мамочки, что она не скажет об этом Лин — лин» — с этими мыслями я провалился в сон.

— Сегодня уходишь с Мируком, на сколько не знаешь? — задала мне вопрос Лин — лин.

Мы завтракали в её комнате, под пробивающиеся солнечные лучи восходящего солнца, в свете которых, её зелёный комбинезон, из Восточной империи провинции Нидалла казался изумрудным, и сквозь тонкую ткань просвечивался силуэт её тела.

— Вообще примерно на неделю, только вот…

— Только вот что? — она посмотрела на меня и её взгляд изменился, — ты больше не хочешь работать на Мирука? — спросила она с озабоченным видом.

— Не то, чтобы на Мирука не хочу, я вообще, как-то больше не особо горю желанием работать охранником у купцов.

— А что это ты поменял своё мнение? Раньше ты говорил, что отличная работа. Платят нормально, не сидишь на месте, всё время в пути и даже выпадает иногда шанс помахать кулаками. При этом, никакой ответственности не несёшь.

— Да, всё так и есть. И я по-прежнему считаю, что так мне будет комфортнее всего работать, но за это время отдыха, из-за этого чудного Роси, у меня в голове каша.

— И что не так?

— Да блин всё! Он в городе всего несколько дней, при этом уже успел, неплохо заработать, найти знакомых, наладить какие никакие связи, поднять с колен целый приют, вдоволь почесать кулаки, и вообще, неплохо провести время. При этом он занимался тем же самым, что делаю я.

— И что ты думаешь?

— Да я вот думаю, а может к чёрту эту работу охранником и заниматься тем же, что и Роси? Авантюрами. Вон он, когда я вниз спускался, как раз поговорил с трактирщиком и направился к очередным путникам, глаза при этом у него горели, по нему видно было, как из него пышет жизнь и интерес. Значит, хочет ввязаться в очередную авантюру. А я что? Пойду опять ногами топтать очередные километры, и факта, что что-то произойдёт вообще никакого. Даже не так, скорее всего ничего не произойдёт.

— А тебе что? Подавай бесконечные драки и приключения на голый зад? — фыркнула Лин — лин в ответ.

— Ну почему сразу так, мне просто не хватает, жизни в своей жизни, кажется, будто я словно трутень, и ничего кроме улья, работы и моей королевы, — этот момент я подмигнул Лин — лин, — меня больше ничего не ждёт, — её щёчки немного порозовели.

— А разве это тебе мало? — опустив мило глазки в низ, пробурчала она под нос.

— Нет, но хочется чего-то ещё.

— Так раз хочется, делай, — улыбнулась она своей замечательной улыбкой, слегка прищурив глаза. И в свете утренних лучей её лицо святились неземной восточной красотой, которая родом из центральной провинции.

— Уходи от Мирука, и присоединяйся к Роси.

— С чего это я должен к Роси присоединяться? — от этого её заявления внутри меня начала зарождаться буря, — я и сам смогу тоже самое делать, что и он! Прямо в этой же таверне, я тут как никак не пару дней уже трусь и знакомых у меня по больше будет, а значит слухов могу собрать даже больше! — вспылил я, хлопнув ладонью по столу.

«На кой мне присоединяться к кому-то?» — думал я. «Уж лучше сколотить вокруг себя небольшую группу. Из тех же охранников, вон Плуто, тоже ходит с Мируком и ему тоже уже это наскучило…» — пролетали у меня злобные мысли в голове.

— Ты наверняка думаешь сейчас, что лучше собрать свою команду и набрать туда народ из охранников для начала? — всё так же мило улыбаясь, сказала она и взяла меня за руку, — не глупи, и подумай. Тебя знают, как наёмного охранника, и в случае, чего работу тебе будут предлагать, только, как для охранника, а если ты и группу из таких же как ты соберёшь, то вы ничем не будете отличаться от остальных наёмников. Только вы работу будете сами искать, — она пожала плечами.

От её прикосновения и слов, сказанных ласковым голосом, зарождающаяся буря внутри меня начала утихать и появилось лёгкое желание подчиниться женщине, сидящей напротив меня. А ведь в её словах есть доля правды. При таком раскладе мы действительно будем такими же наёмниками, только на вольных хлебах. Есть уже такие группы. Они холят и лелеют надежду, чтобы прибиться к кому-то из торговцев и забыть об самостоятельности. Вдруг я это вспомнил, как разговаривал с одним из наёмников, который, как раз ходил сам по себе и жил впроголодь, но зато с гордо поднятой головой и выпяченной грудью вперёд, одетую в обноски. А на поясе у него был настолько отвратный меч, что я бы его принял за разбойника скорее, чем за наёмника.

— Может и в правду стоит… — неуверенно проговорил я.

— Стоит — стоит, — закивала, всё также мило улыбаясь Лин — лин, — мне так спокойнее будет, что ты будешь ходить, с тем, по кому невозможно ударить, — ещё шире, заулыбалась она.

— Хорошо, уговорила ты меня чертовка, — я взял её за волосы на затылке, притянул к себе и смачно поцеловал в губы.

— Ты чего это вдруг? — удивилась она, немного покраснев — целоваться полез? Никогда до этого особо так не делал.

— А ты знаешь, мне вот вдруг захотелось, — развёл я руки в стороны.

Так-то действительно, раньше я как-то не хотел её особо целовать, а сейчас прям нахлынуло. На эти мои слова она лишь игриво улыбнулась и немного поёрзала на стуле.

— Ладно, — отпуская её поднимаясь из-за стола, — пойду я сначала до Роси, поговорю с ним, чтобы он не ушёл без меня. А после, поговорю с Мируком. Надо по-человечески с ним попрощаться, вдруг обратно захочу, так зачем портить отношения.

— Оу, я смотрю ты учёл ошибки работы на других торговцев, — игриво она приложила палец к губам, — кажется предыдущему ты нос сломал? — наклонив голову на бок, спросила она.

— Не напоминай а! — скривило меня всего от воспоминаний — я ни капельки не жалею, о том, что начистил ему морду, была бы возможность ещё раз бы так и сделал — говоря это, мои ладони не произвольно сжались в кулаки — он, между прочим, ещё легко отделался, не оттащи меня тогда стража, я бы его прям там бы и убил!

— Какой ты грозный, — всё так же, с ехидной ноткой в голосе ответила она, вновь немного поёрзав на стуле вперёд-назад, — давай ступай, а то Роси уйдёт без тебя и пиши пропала.

— Да это точно, — согласился я и спустился в низ, в общий зал, гул, из которого, был практически не слышен на втором этаже.

Там к этому времени было полно народу. Всё ели, пили и что-то активно обсуждали, сидя небольшими компаниями за столиками. В углу я сразу приметил Роси. Он единственный, кто сидел один и его одежда очень сильно отличалась от остальных. Точнее, в целом она была как у всех, рубаха, штаны и невысокие сапоги на шнуровке. Только вот она полностью плотно застёгнута, а на руках перчатки.

— Можно? — спросил я и сразу уселся к нему за стол.

— Зачем спрашивать если всё равно сел? — не отрываясь от еды, ответил он.

— Да это я так, для приличия спросил, — отмахнулся я небрежно, от его замечания, — слушай, тут такое дело…

— Выходим через полчаса, — перебил меня с набитым ртом он.

— Чего? — оторопел я и выпрямился от неожиданности, — как понял, зачем я к тебе сейчас подсел!? — почти прокричал я ему в лицо.

— Это не я, ко мне Лин — лин подходила и всё рассказала, что ты хочешь больше приключений, чем может предложить Мирук. И попросила меня, чтобы я тебя с собой позвал перед уходом, если ты сам ко мне не придёшь.

— И хули ты меня не позвал? Раз всё знаешь? На хер такой товарищ не нужен или через чур гордый? — снова вспылил я.

— Я. Ем, — спокойно ответил он и закинул себе в рот пару ложек с неизвестным мне содержимым, после чего продолжил, — не побегу же я, не доев к тебе, как мальчик на побегушках. К тому же, до выхода ещё полчаса. И да, Мирука уже предупредили, что ты уходишь от него.

— Кто предупредил?

— Кто-то из сирот.

— Вот сейчас не понял.

— Помнишь мы приюту помогли? Ну так вот они меня достали, что хотят чем-то отплатить мне, что то, что я потребовал взамен за помощь, слишком малая цена. Этот разговор услышал трактирщик и он же предложил, чтобы они стали собирать слухи по всему городу и передавать их ему. Он будет на основании их выдавать мне информацию о том, где можно найти новую авантюру, так же те мелкие, что не работают нигде. Ещё и по поручениям этого же трактирщика бегают. Вот один из этих сирот и передал сообщение Мируку.

— Погоди, а трактирщику, то с этого какая выгода? — не понял я — ему же только работы прибавится.

— Это да, но и деньжат у него станет больше, ведь чем больше я буду устраивать авантюр, тем больше процентов он получит, к тому же, ту информацию, которую ему будут приносить, он может продавать, тем самым, имея ещё один дополнительный заработок.

— Теперь понятно, а трактирщик то ушлый попался. Знает где можно нажиться.

— Так что, работая на него, сироты помогают мне и трактирщику, тем самым, все довольны, — подвёл итог Роси, ставя на стол пустую тарелку, — ладно, встретимся у Старых восточных ворот. Приготовься идти долго, до нужной нам деревни идти примерно сутки. Подробности расскажу по дороге.

Он быстро встал и направился на выход. Я же вернулся в комнату, чтобы приготовиться к отправлению. Лин-лин в комнате уже не было, зато на столе лежал заплечный мешок, набитый чем-то под завязку и сверху него, записка: «Это паёк на тебя и Роси на несколько дней, также, положила запасную одежду» — и всё больше ничего. Видимо побоялась со мной встретиться после того, как за меня всё порешали.

— Бесит! — я со злости стукнул по столу. Но так как на нём ничего не стояло, удар ничего не повредил, кроме моей ладони. Ладно, вернусь и мы поговорим с ней насчёт принятия решений без меня. Одев полностью броню, взяв подсумок с лекарствами и бинтами, и закинув мешок за спину. Я неспеша отправился к Старым восточным воротам. «Интересно, что за авантюру, задумал Роси на этот раз?» — подумал я, выходя из комнаты Лин — лин.

***

— Так что за авантюра на этот раз? — мы шли по одной из небольших дорог, которые в достаточном количестве пересекают Старую восточную дорогу, в отличии от мощёных широких трактов, где могут спокойно разъехаться две гружёные телеги, на этой только два коня. Зато вокруг было полно уже зелёной травы, а если приглядеться, то можно было увидеть двуухого зайца — я мельком видел, как ты разговаривал с теми двумя.

— А, — отмахнулся Роси, наблюдая за тем, как несколько из них перепрыгивают через дорогу — те двое не предлагали ничего путного. Они, как я понял из их слов, обычные контрабандисты и им нужны были люди для охраны не из наёмников, чтобы не привлекать к себе внимание.

— Кто же тебе тогда дал это задание, — на фоне слушая уханья седой кукушки, спросил я.

— Никто мне задание никакое не давал, мы за ним только идём, ну, наверное, — он вновь задумчиво посмотрел на голубое небо, в котором проплывали редкие облака.

— Что значит наверное?

— Ну-у-у-у, тут сироты принесли слух, что в одной деревне, начал пропадать мелкий скот. Сначала на пастбищах потом и в стойлах, сейчас начал пропадать ещё и крупный. Местные жители перепугались не на шутку и попросили помощи из ближайшего города, так как у них нет воинов, чтобы разобраться с этим вопросом. С тех пор, прошла почти неделя, скот всё так же пропадает, а из города, так никто и не пришёл.

— И мы идём в эту деревню?

— Ага, — улыбнулся он во весь рот.

— То есть, ни черта не зная, не имея должного снаряжения и людей, ты хочешь разобраться с этим?

— Ага, — ответил он, убирая себе за голову обе руки.

— Да и ещё нужно будет договориться о награде? — уточнил, я — ведь нас никто не просил об этом, я всё верно понимаю?

— Ага, — снова улыбаясь кивнул он, всё также смотря на голубое небо — замечательная авантюра ведь так? — начал он после небольшого молчания, — если не разберёмся, то ничего страшного, местные нам всё равно спасибо скажут, ведь к их проблеме хоть кто-то прислушался. А если справимся, то вообще замечательно. Мы деревне поможем, убережём скот и деньжат заработаем — закончил он, смотря прямо мне в глаза, всё также улыбаясь.

— Да-а-а-а, — выдохнул я, и в правду, авантюра чистой воды. «Может я зря ушёл от Мирука?» — промелькнула мысль в голове, от которой я немного оторопел. Не думал, что так быстро заскучаю по скучной и однообразной работе на торговца.

— Скоро начнёт темнеть, давай найдём место для ночлега.

Пока я собирал дрова для костра, по настоянию Роси только те палки, что лежали на земле, рубить ничего нельзя. Он нашёл отличное место на небольшой поляне, с одной стороны которой, был небольшой обрыв, с другой лес, но он был достаточно далеко, так что любая живность или тварь должна была пройти по поляне, так как трава была очень низкой, его бы легко можно было заметить, а со стороны обрыва, так просто не подойти. Да и место для манёвров достаточно, на случай драки, мне с копьём в поле с низкой травой прям самое раздолье!

Пока в небольшой походной кастрюльке закипала вода, мы сидели по разные стороны костра, дым, от которого, словно сигнальный, шёл строго вверх.

— Как думаешь, по какой причине пропадает скот? — спросил я у Роси, чтобы хоть как-то перебить гнетущую тишину.

— Да кто его знает, думаю, что всему виной сами люди.

— Не понял, объясни?

— Слушай. Скот пропадает просто, как по волшебству, при этом судя по рассказанному мне, ни следов крови, ни пострадавших при этом нет, к тому же, скот пропадает и из стоил в самой деревне. При этом, ворота и стены тоже не повреждены, так что скорее всего, они не пропали, а были украдены. Либо кем-то из местных, либо из соседних деревень.

— И на кой чёрт им понадобилось это? Не, на кой, это понятно, жадность там, ревность или нужда. Это то понятно, что человеком движет, странно это — закончил я мысль.

— Действительно странно, но, если честно, как я только покинул свою деревню, я много чего видел странного. Чего у нас не было. Те же молоссы. У нас они не водятся, обычные волки есть, но они мелкие и довольно трусливые, небольшую стаю можно в одного спокойно прогнать. Или, например шлюхи.

— А тут то, что для тебя удивительного!? — конкретно я так охренел от услышанного — древнейшая же профессия!

— Это да, меня другое удивляет, что, ничего не делая, они могут жить припеваючи, просто раздвигая ноги, жить в роскоши и достатке, ну или просто не бедствовать. При этом, если она достаточно хороша, и входит в топ, то у неё даже какое-никакое влияние в обществе появляется. В это же время, обычные девушки, кто тоже раздвигает ноги, но не за деньги, а по любви, перед мужем там или ещё кем, делают же тоже самое, возможно, даже не так, скорее всего даже лучше, чем многие шлюхи, но у них ничего подобного нет, а если кто прознает про их навыки, то сразу же эта девушка будет опозорена и всё на неё будут криво смотреть. В чём же разница между ними?

Я подвис от такой постановки вопроса. Во-первых, какого чёрта его это волнует? Во-вторых, действительно, и та и та раздвигают ноги перед мужиками. Но в случае со шлюхой это достижение, и она за это получает деньги и какой-никакой почёт, а вторая, не получает за это деньги, а в случае, если об этом узнают, она будет покрыта позором. Действительно, в чём же разница? Почему у людей такое разное отношение, по своей сути, к одним и тем же действиям?

Данный вопрос погрузил меня в дебри раздумий, настолько глубоко, что я даже не подозревал, что можно так думать. Но не успел я выдать хоть какой-то ответ, хотя бы для самого себя. Как тишину нарушил Роси.

— Есть ещё одна странность, которая происходит прямо сейчас, и она меня заботит куда больше, чем остальные.

— А? — не сразу я понял его слова, выныривая из омута рассуждений — о чём это ты?

— Посмотри вон туда, — Роси указал палкой, что ковырялся в костре на кусок неба, который был виден за обрывом. Обычное небо, со звёздами, так как уже солнце зашло и давно стемнело. Небо как небо, тёмное, видно звёзды, да немного облачков есть.

— И что в нём странного?

— Внимательно посмотри на звёзды что проходят у края обрыва, — он начертил в воздухе небольшую дугу, ограничивая тем самым зону, на которую я должен смотреть. «Да, что он там увидел? Звёзды как звёзды» — подумал я, только вот, две из них подрагивали немного, а потом резко, на буквально долю секунды, потухли и снова зажглись.

— Чего-о-о-о? — от удивления мои глаза распахнулись до боли.

— Вот и я о том же, — пожав плечами и снова начав тыкать в костёр палкой, сказал Роси.

— Они там довольно-таки давно появились, почти сразу, как солнце зашло.

— И почему ты мне об этом ничего не сказал!? — сверлил я его взглядом через дым от костра.

— А зачем? — развёл он руками и потянулся, — это же, наверное, просто странные звёзды или огни чего-то вдалеке, поселения какого-нибудь. Ну или на худой конец, за нами может кто-то наблюдать, но это не важно, будь это кто-то достаточно сильный, он бы уже напал, значит это кто-то слабый. И нам не стоит о нём переживать — резюмировал он, помешивая содержимое кастрюльки.

Да как он может быть так спокоен, в недоумении я смотрел на него. Роси же как будто ни в чём не бывало пробовал содержимое на готовность. Я же теперь не могу спокойно сидеть. Я прям ощущаю на себе чужой взгляд, это гнетущее, давящее на затылок чувство, что за тобой кто-то наблюдает. Тебя словно обволакивает чувством беззащитности и всё внутренности сжимаются в комочек, ты хочешь спрятаться, убежать, зажаться в угол закрыться в укромном месте, лишь бы не ощущать этого взгляда на себе. «Да что это такое! — сказал я сам себе, про себя — я же мужик, а не девочка какая!»

— Достал, — с этими словами я резко повернулся и швырнул то, что было у меня в руке, а это была моя тарелка, для ужина, в те странные два огня или звезды.

Пролетев по небольшой дуге, тарелка попала точно между этими светящимися огнями, чуть выше их середины. «Пи-уф-ня» — именно такие три коротких звука послышались после звука удара от тарелки и два огня исчезли. Мы оба с Роси не сговариваясь метнулись к краю обрыва. Я на изготовке с копьём, он со своей мини косой натягивая на лицо платок. Встав на краю обрыва, мы посмотрели вниз. Там был небольшой подлесок, он был промят каким-то темным сгустком, который копошился внизу, издавая непонятные звуки.

— Эй, — крикнул вниз Роси, — сгусток замер на мгновение, а потом сорвался с места и в два прыжка растворился в подлеске, — что это сейчас было? — Роси смотрел вопросительно на меня пока мы шли обратно к костру.

— Что, что? — ворчал я себе под нос — проблема вот что.

— Что ты там бормочешь?

— Ну, — заулыбался я, почёсывая затылок, — кажется я навлёк на нас несчастье.

— А? — не понял меня Роси.

— Ну, похоже, я только что зарядил тарелкой по лбу юродивому.

— Кому-кому? — всё также с непониманием смотрел на меня Роси, накладывая себе в тарелку содержимое кастрюльки.

«А, точно — вспомнил я — он же в глуши рос» — подумал я и хотел было положить и себе покушать, но вспомнил, что свою тарелку я запустил в юродивого.

— Точно, ты ведь можешь не знать кто это такие, — копаясь в мешке, в надежде найти ещё одну тарелку, бросил я слова через спину.

Ага, вот она, и там ещё одна останется. Итого всего четыре штуки Лин-лин мне положила. Она будто знала, что Роси попрётся без ничего, и что я могу парочку куда-нибудь запустить.

— Юродивыми называют местных чудил, — часть содержимого кастрюльки перекочевало и ко мне в тарелку.

— А по подробнее? — не отрываясь от еды с набитым ртом, спросил он.

— Особо подробнее не расскажешь, — теплая каша начала спускаться по моему пищеводу, распространяя тепло по всему озябшему от вечерней прохлады телу, — о них с одной стороны много известно, с другой стороны практически ничего.

— И что же известно? — уже умяв свою порцию и накладывая ещё, с ещё большим любопытством спросил он.

— Юродивые, — начал я рассказ тоном, будто учитель рассказывает новую историю ученику, — это люди, которые постоянно шатаются по всем трём странам, при этом, постоянно что-то вытворяя.

— Что именно вытворяют?

— Постоянно что-то неадекватное, то следят за кем-то, как сейчас за нами, то могут прийти посреди ночи к путникам и залить им костёр. Могут стоять посреди дороги и не пускать путников пройти, какое-то время. Иногда они прибиваются к путникам на какое-то время и ходят вместе с ними, при этом, тоже могут, что-нибудь выкинуть. Например, как-то был случай, Мирук рассказывал, что к его знакомому прибился как-то один, с неделю за ними ходил, проблем не доставлял. Потом, ночью, взял и отвязал всех коней и прогнал их.

— Зачем это? — удивился Роси наконец переведя свой взор от тарелки на меня.

— Да кто их разберёт, потом ещё рассказывал, что как-то на привале, наготовили полный огромный котелок, Мирук хорошо продал товар и устроил небольшой пир для своих людей. Наготовили они значит, огромный котёл еды и пока все суетились, из леса появился юродивый и вылил весь котёл в костёр, и пока все конкретно так офигевали он просто ушёл обратно в лес и всё.

— Какие-то они подозрительные, — задумчиво сказал Роси, — а чего их никто не трогает за такие действия?

— Тут есть небольшая загвоздка. Всё юродивые поразительно сильные. Под их полностью закрытыми плащами не разберёшь, какое у них телосложение и мужчина там или женщина. Поэтому нет объяснения откуда у них такая сила, — развёл я руками.

— Что прямо очень сильные?

— Да не то слово. Они вообще не конфликтные и в драку сами не лезут, но бывают случаи, когда и на них нападают, чаще всего это зверьё, да твари, ну бывают ещё разбойники на них кидаются, если юродивый в составе группы идёт. Так вот, с одного удара, они легко убивают лошадь или быка, а у человека, голыми руками могут оторвать конечность или голову.

— Фи-и-и-у-у-у, — присвистнул Роси, — ничего себе сила.

— Ага, — мечтательно ответил я, — поэтому в драку с ними никто не лезет. Обычно их просто игнорируют, либо если так не получается, то прогоняют.

— Как же интересно это делают, если они такие сильные? — накладывая третий раз себе в тарелку еды, спросил он.

— Как не странно, на них можно просто накричать. И тогда они могут уйти. Особенно, если кричать много и если несколько человек это делают, то это точно сработает.

— Довольно любопытно, — сказал Роси и завалился на бок, — ну, завтра с этим разберёмся, ах да, вот ещё, почему ты сказал, что навлёк на нас беду? — спросил он, уже зевая, сонным голосом.

— Поговаривают, что это к беде, если юродивого побить или прогнать.

— Ясно, — ответил он, поворачиваясь спиной к костру, накрывшись лёгким одеялом.

— Ты первый дежуришь, так что не усни, — сказав это, он сразу же засопел.

Я же уселся по удобнее, укутавшись сильнее в одеяло, пахнущего духами Лин — лин и подкинув хвороста в костёр погрузился в себя.

«Вот наглец» — думал я, разглядывая чистое ночное небо. Сколько же всего произошло за эти несколько дней… И с молоссом бился и бандитов, целую банду положил, провёл замечательно время с Лин-лин и приюту помог. И сейчас, врезал тарелкой по голове юродивому, при этом направляюсь в какую-то деревню, с не особо понятной целью. И всё из-за этого вот тела, спящего на против меня. Кинул я в него хворостинку, что мял в руках. Она ударилась, не потеряв силу. Интересно…

Глядя на упавшую хворостинку, у меня возникла идея кое-что проверить. Для этого я взял своё копьё и перевернув его, бесшумно несколько раз ударил Роси в спину по разным её частям. Результат был предсказуемым, ни один из ударов не прошёл. После этого мне на глаза попалось довольно крупное полено торчавшие из костра и горящее лишь на половину… «Не, перебор» — отмахнулся я сам от себя. И как так всё резко изменилось? Вопросов стало только больше… Я плавно вдохнул и выдохнул воздух полной грудью. «И вообще какого, чёрта он ходит с садовым инструментом вместо оружия??? К нему у меня тоже есть куча вопросов, надо будет их задать ему» — думая об этом и пару раз подкинув дров, я не заметил, как прошла моя смена.

— Эй, Роси, — ткнул я в него палкой через костёр и в этот раз тычок достиг его — вставай.

— А, да, — резко сел он, и посмотрел на меня ещё спящими глазами, — что, уже моя очередь?

— Да, — сказал я, уже ложась на бок, стараясь не думать о том, почему на этот раз я смог его достать, ведь иначе не усну и найдя удобную позу, быстро провалился в сон.

— Как же блядь мне тяжело дышать! — выдохнул я с трудом эти слова в слух.

Проснувшись от неимоверной тяжести, давившей мне на грудь и живот, будто меня сейчас раздавит, а на каждый вздох требовалось всё больше сил, ведь каждый следующий вдох давал мне всё меньше воздуха. Открыв глаза, я обнаружил, что лежу на спине, а сверху на мне лежит каменная, блядь, плита! Огромная, мать его, плита из камня, по размерам с меня по длине и ширине, а в толщину она около сантиметра!

— Какого тут блядь хуя происходит!? Ёбанный в рот! — заголосил я что есть мочи — Роси, сука, что за дела!? — повернул я голову на то место, где должен был сидеть он, но его там не было…

На его месте сидел человек в каких-то лохмотьях, отдалённо напоминающих плащ, со светящимися золотыми глазами из-под подобия капюшона и держа тарелку возле своей груди.

— Ты вчерашний юродивый! — выпалил я, — какого хуя ты здесь делаешь и нахера ты это на меня положил!? — голосил я что есть силы, не имея возможности поднять плиту, так как она была слишком тяжёлая и к тому же, мои руки были вытянуты вдоль туловища ладонями вниз. Свободного места, чтобы их вытащить и повернуть их, не было, так как я лежал в небольшой ложбинке и с одной стороны мне мешала земля, а с другой бревно, на котором я вчера сидел — хули ты на меня вылупился!? — кричал я, брызжа слюной в разные стороны — сними её сейчас же с меня! — трепыхался я словно рыба, пойманная в сети — Роси, мать твою за ногу, ты где?! Меня тут убить пытаются!

— Да тут я тут, — раздался голос откуда-то из-за бревна.

— Я по нужде отходил, что кричать то… — по звукам шагов, он приблизился ко мне и замер, — п-в-а-а-а-а-ха-х-ха-ха, — послышалось надо мной, из-за плиты я не мог повернуть голову, чтобы увидеть его.

— Хули ты ржёшь? Помоги мне блядь, задыхаюсь! — от недостатка воздуха внутри всё разрывалось, от потребности во вдохе и от давления плиты. Я снова посмотрел на юродивого. По нему было невозможно что-то определить, ведь кроме плаща были видны только глаза и то, было ощущение, что они смеялись.

— Хорошо, хорошо, сейчас я сниму её с тебя, — послышался ещё не просмеявшийся голос Роси.

Судя по шагам, он подошёл ближе ко мне, со стороны брёвна и начал поднимать край плиты. Она немного приподнялась, и я наконец, со свистом, смог сделать полный вдох, от которого у меня аж голова закружилась.

— В-у-у-ух, — выдохнул Роси, подняв полностью край плиты.

Я быстро выскочил из-под неё и Роси отпустил её. С глухим ударом она упала, уйдя в землю на треть от своей толщины.

— Ну вот живой, — всё ещё не перестав смеяться, сказал Роси.

— Ага, живой, — отдышавшись, сказал я и беря в правую руку копьё — вот сейчас грохну эту суку и будет совсем хорошо! — выкрикнул я, резко разворачиваясь в сторону юродивого выкидывая руку вперёд с копьём, чтобы проткнуть ему его чёртов светящийся левый глаз.

— Погоди, — сказал Роси за моей спиной, схватившись за моё копьё, тем самым остановив мой удар на середине.

Юродивый же, как сидел, так и сидит, смотря на меня из-под капюшона широко распахнутыми глазами, в которых уже не было смеха.

— Чего ждать то? — выпалил я ему прямо в лицо развернувшись обратно — этот гад чуть не прикончил меня.

— Ты головой сначала подумай, а потом делай! — ледяным тоном он мне в ответ — ты же мужик! Так прими с честью последствия своих действий, а не кричи тут словно обиженное дитя!

— А? — выбил он меня из колеи своими словами, и вся злость испарилась, ей на смену пришло полное непонимание и озноб словно в холодную ночь — ты это сейчас о чём? — уже спокойно, но ещё повышенным тоном спросил я у него опуская копьё.

— Ты сам вчера сказал, — тоже отпустив моё копьё, миролюбивым, но ещё холодным тоном начал он, — что юродивые постоянно выкидывают какие-нибудь номера и максимум, что им за это бывает, так это на них кричат и прогоняют. Ты вчера на то, что на тебя просто смотрели зарядил в лоб этой юродивой, из-за чего она упала с неплохой высоты, и явно ей было от этого больно. А ведь ей могло быть просто любопытно или она была голодная, но не решалась подойти к костру, вот и смотрела издалека. А ты с ней так сурово. Вот она и отомстила тебе тем, что придавила плитой, согласись это лучше, чем она бы тебя ударила тарелкой, голову бы потерял от её силы удара.

От его слов остатки злости на юродивого, никуда не делись, даже распались с новой силой. «Да как это так, какой-то юродивый покушается на меня!?» — при этом желания убить уже не было.

— Ладно, — процедил я сквозь зубы, — убивать не буду, но это не значит, что я так это оставлю.

— Дело твоё, — он в знак согласия кивнул.

Мы оба повернулись в сторону костра и впали в ступор. Плиты. Н-е-б-ы-л-о. На земле был след от её падения, но самой плиты не было, а юродивый, как и сидел в одной позе так и сидит, только глаза уже не сверкали так ярко, да и смотрели они на котелок, в котором что-то варилось, с очень вкусным мясным запахом.

— Эль, — задумчиво сказал Роси, — а где плита?

— Не знаю, — таким же голосом ответил я.

— Тут же лежала. Может она нам почудилась?

— Да нет, — с недоверием ответил я, — вон на земле же след от неё есть, значит она тут была, только её сейчас нет — мы, переглянувшись меж собой, перевели наши взгляды на юродивого. Он всё так же безучастно смотрел на кастрюльку, только вот мне почему-то казалось, что он сдерживается от смеха.

— Допустим ладно, — с широко раскрытыми глазами, Роси сделал аккуратный шаг туда, где раньше лежала плита и сел на бревно поправив платок на шее.

Судя по его взгляду на меня, моё выражение лица, сейчас не сильно отличалось от его. Я тоже осторожно сел на бревно. В нос почти сразу ударил приятный запах варившееся в кастрюльке каша с зайцем.

— Ты где двуухого зайца достал? — поёжившись от утренней прохлады, спросил я у помешивавшего кашу Роси.

— А, это не я, это она, — он кивнул в сторону юродивого.

— Она? Это что, девушка? Как ты это понял? — нахмурив брови я вглядывался в сидящий передо мной плащ, в котором человека можно было разглядеть только по глазам, светящимся золотом из-под глубокого капюшона.

— Утром, незадолго до того, как тебя придавило, — раскладывая еду по трём подвинутым чашкам, начал Роси — она вышла из леса и быстрыми шагами неся что-то в руках, пошла в нашу сторону. Я бы разбудил тебя, но ты сам сказал вчера, что они часто что-то творят, сами себе на уме, так что я просто наблюдал. Она подошла к костру, положила здоровенную охапку хвороста, возле него, а сверху свёрток. И со словами — «углохний цай» — уселась рядом со мной на бревно, достав из-под плаща твою вчерашнюю тарелку и замерла в ожидании. В свёртке был уже освежёванный и распотрошённый двуухий заяц. Я же только разрезал его на куски и закинул всё в кастрюльку. Потом ушёл по нужде, а когда вернулся увидел тебя вопящего под плитой. Голос был женский, руки тоже были женскими, только все в многочисленных мелких шрамах, да и двигалась она, пока шла, тоже как-то по-женски, что ли — уплетая завтрак за обе щеки, прервал он свой рассказ.

— Понятно, тогда, будем считать, что это девушка. Ну, а заржал то ты чего?

— Не знаю, — заулыбался он с набитым ртом, — ты просто так забавно выглядел со стороны, будто беспомощная черепашка, только ещё при этом орущая матом. Это было смешно.

— П-ф-ф-ф, — послышалось из-под капюшона.

— Вон, она тоже смеётся, — я зыркнул на неё, с гневом в сердце, ведь я по-прежнему был зол на неё, правда уже чуточку меньше, горячий завтрак с мясом двуухого зайца, делал своё дело. И тут я заметил одну вещь, от которой, я чуть не выронил тарелку из рук, её придержал Роси.

— Эй-эй, будь осторожнее, — сказал он, держа, с одной стороны, мою тарелку, — ты чего, такой едой хорошей раскидываешься?

— Ты посмотри через костёр, сам еду уронишь, — говоря это, я пытался вспомнить хоть один минерал позволяющий делать подобное.

— Что там, — сказал он, повернув голову в сторону юродивой и замер с широко распахнутыми глазами и не закрыв до конца рот.

Не удивительно, я, наверное, также сейчас выгляжу от увиденного. Ведь на против нас, в воздухе висела чашка, точнее она висела на уровне груди юродивой, и из неё поднимался небольшой комочек каши с кусочком мяса, они улетали под капюшон, оттуда раздавались еле слышные звуки жевания, после, процесс повторялся вновь.

— Это что за? Слышишь Эль, это нормально для юродивых? Они все так делают?

— Не знаю… — таким же ошеломлённый голосом ответил я Роси.

Нет, я, конечно, знал, что они многое чудят и всяких баек я тоже, пока ходил с Мируком, наслушался про юродивых, но это ни в какие рамки не лезет.

— Слушай Эль, давай просто не будем на это обращать внимания, ведь она всё равно отстанет от нас рано или поздно, и мы просто забудем об этом, хорошо?

— Я с тобой согласен, — кивнул я и опустил глаза в свою тарелку.

Желание вступать с ней в конфликт, как и гнев к ней куда-то улетучились. Мало того, что она сильная, как и всё юродивые, так ещё и неизвестным минералом владеет. С такой, действительно, лучше не ссориться.

Молча закончив завтракать, убрав за собой и справив все утренние нужды, мы отправились дальше. Юродивая при этом, как сидела в той же позе, так и сидела только тарелку не помыв убрала под плащ. Уходя, мы конечно же поблагодарили её, но она никак на это не отреагировала.

— Похоже она действительно за нами не пойдёт, — задумчиво сказал Роси, идя рядом со мной по дороге, смотря назад через плечо, туда, где ранее скрылось из вида, место, где сидела юродивая.

«Оно и к лучшему» — подумал я, мне этих приключений не хочется. И так в авантюру ввязался, успех которой неоднозначный, так ещё и юродивую рядом с собой иметь, которая в любой момент, может выкинуть что-то, особенно эта, которая и жизнь может под угрозу поставить, уж, что может быть чревато для нас обоих.

— Ну, может она действительно была голодная, мы её накормили, а то, что она меня плитой придавила, была моя плата за то, что я в неё кинул тарелку и она упала с обрыва.

— Может… — грустно ответил Роси.

— Неужели ты бы хотел, чтобы она пошла с нами? — меня удивил его тон, — проблем в жизни мало?

— Дело не в этом, сам подумай, втроём было бы намного интереснее путешествовать, к тому же, она девушка, а значит если бы она была достаточно вменяемая на неё можно было бы скинуть часть задач.

— Это да, — согласился я, — будь это обычная девушка, но у юродивых черт знает, что твориться в голове и рассчитывать на них и доверять ИМ не стоит.

— Похоже, что так, — кивнул Роси в ответ и снова посмотрел в небо, — только вот похоже нас всё-таки будет трое, — сказал он и показал куда-то вперёд.

Я присмотрелся в тень, образованную несколькими деревьями, и увидел то, что не хотел бы видеть, те самые два золотых глаза, светящиеся в тени деревьев.

— Да какого хуя тебе надо!? — крикнул я в её сторону. От этого два золотых блюдца встрепенулись и исчезли.

— Ну чего ты так кричишь?

— А что!? — возмутился я в ответ, — чего она опять за нами наблюдает? Чего ей надо то?

— Да я не о том, — отмахнулся от меня Роси, — мне тоже любопытно, почему она за нами увязалась, только вот в лесу сейчас тишина, и всё прекрасно слышно, кричать было не обязательно, она бы тебя услышала, даже скажи ты это шёпотом.

— А верно, довольно тихо, — сказал я и мы почти одновременно с Роси скинули мешки с плеч, бросив их к краю дороги с оружием на изготовку спиной к спине.

— Как думаешь, кто на нас глаз положил? — спросил Роси, снова натягивая на лицо платок.

— Да не особо это важно, главное, чтобы их не было слишком много — по крепче и поудобнее хватаясь за копьё ответил я.

«Ки-а-р-я!» — с таким криком что-то полетело на меня сверху. Шаг в сторону, уход с траектории меча, направленного мне точно в шею. Подъем обратной стороны копья и по встречному направлению, точно в челюсть, ещё не приземлившемуся гремлину. Удар вышел смачный, его скорость от падения, плюс моя от удара, в результате, его челюсть ушла внутрь головы. Тут же полу-разворот, в сторону шума и удар наотмашь. Синяя кровь брызнула в сторону. Пока копьё возвращается обратно, щитом на левой руке блокирую палицу, летящую в меня. Бронированным носком ботинка, удар по тому, что справа, под дых. Слюни, из рта гремлина, полетели мне на ботинок. «Вот гады!» — подумал я, отбрасывая щитом палицу и продолжая движение, обрушиваю удар кулаком в висок, согнувшегося на пополам, от моего удара ботинком. Бронированные пластины, закреплённые на казанках перчатки, с хрустом проламывают череп гремлина. Сам же я резко сажусь вниз, уклоняясь от удара со спины, прошедшего над моей головой, копьё же, продолжая описывать дугу, спустившись сверху вниз, пошло на новую, уже снизу вверх, выпуская попутно кишки тому гремлину, что с палицей и блокируя повторный удар того, что напал со спины. При этом, носок, всё того же ботинка, летит ему в пах, от чего он ослабляет хватку. Делаю полушаг в сторону, смещаясь левее, оказываюсь сбоку от гремлина и опускаю острие копья вниз, слева направо, попутно древком отталкивая клинок гремлина, чья голова уже слетела с плеч. Заканчиваю разворот, вставая на изготовку в сторону леса, прикрывшись щитом, через плечо бросаю взгляд на Роси. У него всё нормально, вокруг него три тела и три отрубленных головы. Он тоже в стойке отходит спиной ко мне, вглядываясь в лес, но подождав так с минуту, никто не вышел из леса больше.

— Всё что ли? — спросил Роси у меня через плечо.

— Видимо да, — распрямляясь из стойки, отвечаю ему.

— У меня трое, — весело заявляет Роси, поворачиваясь ко мне — а у тебя?

Ехидно улыбнувшись, я обагрённой синей кровью перчаткой, показал ему четыре пальца.

— Эй! — возмутился он, немного надув щёки — чего это на тебя больше напало?

— Даже не знаю, — довольный собой, развёл я руки в стороны, — наверное они не посчитали тебя серьёзным противником, ты ведь без брони, и оружия при тебе нет.

— Как нет? — состроил он удивлённую рожу, демонстрируя мне свою косу.

— Это не оружие, а инструмент, убери и не позорься, — отмахнулся я от него.

— Вообще то немного обидно, — сказал он, поправляя левой рукой платок на шее, правой убирая косу обратно за пояс, — ну а если без шуток, тактика у них была продуманная, первый удар по тебе с верху, чтобы отвлечь, потом на тебя нападают ещё трое, итого четверо, те же трое, по-быстрому расправляются с безоружным и берут тебя в тиски.

— Да, план был хорош, — кивнул я ему, смывая водой из фляги кровь с перчаток и копья, — только вот почему у них не было лучников?

— Что? — непонимающе глянул на меня Роси, делая тоже самое — вот досада! — заворчал он, тряся руками — манжеты рубашки в крови запачкал.

— Если подумать, будь с ними хотя бы один лучник, нам была бы хана.

— Действительно, — кивнул Роси, безрезультатно пытаясь оттереть кровь с манжет, — одна стрела в любого из нас, и всё. Да, есть в этом, что-то странное.

— Ладно, пошли, — бросив попытки оттереть кровь, я протянул ему его мешок, и мы пошли дальше.

— Довольно неплохо сработали, — сказал Роси, улыбаясь своей жизнерадостной улыбкой, перед этим бросив взгляд назад, — только вот похоже обедать мы будем снова втроём.

— О чём ты? — не понял я его выражения лица и тоже взглянул назад.

От увиденного, я чуть копьё не уронил. За нами, немного пританцовывая, шла та юродивая, глаза её светились довольством, а на лохмотьях, которые она носила как плащ были пятна синей крови, а в полах плаща был запутавшийся мусор, состоящий из веток, листьев и нескольких гремлинских стрел.

— Всё-таки у них были лучники, — улыбаясь, глядя на голубое небо, сказал Роси и закинул обе руки себе за затылок.

— Похоже, да, — тоже улыбнулся я и понял, что в целом может и не зря она смотрела на нас.

— О, вон и деревня показалась, — отвлёк меня Роси показывая куда-то вперёд.

И действительно, вишнёвый лес немного расступился и с небольшого холма, на котором мы были, стали видны первые деревянные домики деревни.

— А где юродивая? — спросил я у Роси, как мы только вошли в деревню.

— Сзади же шла, — ответил он обернувшись.

— Нету, — развёл я руками.

— Ну, будем считать, что она сделала, что хотела, видимо, за завтрак она отплатила нам помощью с засадой.

— А надо ведь отдать ей должное, — сказал я, потому что до меня кое-что дошло, — ведь она нас предупредила.

— Когда? — ответил Роси, закончив разговор с одним из местных.

— Когда она появилась в лесу, и мы отвлеклись на неё, мы заметили, напряжение перед боем, в висящее в воздухе. Не сделай она этого, мы бы может и не заметили бы, его и не были бы готовы к бою, тогда мы бы не отделались так просто.

— И то верно, надо будет ей спасибо сказать, если снова увидим.

— Надеюсь, что нет, ведь это к проблемам, — помотал я головой.

— Твоя правда, — согласился Роси, — но всё же, но всё же… — пробурчал он себе под нос, опустив взгляд.

— Вот и домик старосты, — Роси махнул в сторону однотипных деревенских домиков, — у него флигель на крыше в виде трёхногого петуха, мне местный такую подсказку дал.

— Не тратьте моё время детишки! — староста хлопнул ладонью по столу — у нас проблем хватает, ещё немного и половина скота в деревне исчезнет. Нам нужны нормальные солдаты и люди, чтобы разобраться с этим, а не наёмник — он небрежно махнул в сторону меня — и… — он немного замешкался, при этом бегая взглядом, видимо пытаясь по внешнему виду определить, кем является Роси — и садовник! — выдал он наконец немного неуверенно, найдя подсказку для себя, в лице серпа Роси. Так он отреагировал на предложение Роси решить их проблему с пропажей скота.

— Ты где здесь детишек увидел!? — тоже хлопнул по столу Роси и тоже встал — послушай-ка сюда «взрослый» — серьёзным тоном начал он, словно учитель — почти половина вашего скота исчезла, и вы ничего с этим не можете сделать сами, поэтому и запросили помощь из города, но прошло уже больше недели, а к вам так никто и не пришёл, потому что им плевать на вас, пока вы не дадите мзду, а как только у вас сгинет и оставшаяся часть скота, на вас точно будет им с высокой колокольни. И исчезните вы тогда сами как скотина, потому что единственное, чем занимается эта деревня, так это скот!

— Ах ты щенок! — взревел, староста махнул рукой, чтобы въебать ладонью Роси по уху.

С этим же жестом я вскочил со скамьи, схватившись за копьё, в сторону тех двоих, что сидели с нами в комнате, потому что они тоже встали с лавки, что была у стены напротив стола. Только вот звука удара не последовало, поэтому те двое замерли в растерянности, а староста, моментально потеряв всю силу удара, с удивлением, посмотрел на свою ладонь.

— Слышь одёр, — голос Роси звучал словно сотканный из льда, что у меня мурашки по спине пробежали, а видя телодвижения тех двоих, у них тоже — ты какой пример подаёшь, тем кто младше тебя, тем, что перебиваешь собеседника? — на секунду мне показалось, что у меня пар из рта — потом ты ходишь и рассуждаешь с такими же как ты, о том, что у молодёжи совсем нынче нет уважения к тем, кто старше — староста стоял всё так же в шоке, смотря то на свою ладонь, то на Роси.

— Эм… — замешкал староста — продолжай — спокойно сказал он.

— Так вот, — тоже, как и староста, садясь обратно за стол, все так же спокойным голосом, продолжил Роси.

Я же встал в пол-оборота, чтобы видеть сидящих за столом и стоящих возле лавки.

— Мы предлагаем в половину от той суммы, что вы бы отдали мздой, решить этот ваш вопрос со скотом, сегодня вечером, край завтра к обеду, у вас уже будут доказательства того, что проблема решена. Аванс нам не нужен, люди в помощь тоже, только покажите те стойла, из которых пропал скот и отведите на поля, где тоже пропадал. И всё. Идёт? — Роси протянул старосте правую ладонь для рукопожатия и завершения сделки.

Староста на несколько секунд замешкался. Быстро, снова оглядывая нас и что-то прикидывая в голове, что было видно по его глазам, после чего, выполнил то же движение рукой, которым до этого пытался огреть Роси по уху, но теперь, он сделал это для рукопожатия. И результат тот же, коснувшись ладони его, рука потеряла всякую движущую силу и просто замерла. На этот раз староста не охренел, как в прошлый, но глаза его всё равно округлились до такой степени, что чуть не выпали из глазниц.

— Степан, — окликнул он одного из парней, всё ещё стоящих сбоку от меня — покажи им последний амбар, из которого пропали коровы, а после, отведи на пастбище, пусть детишки поиграют. Слово детишки, он сказал явно специально, чтобы спровоцировать Роси, но тот не отреагировал на этот раз.

— Эх… — выдохнул Роси выйдя из дома старосты и направляясь вслед за Степаном по улице — хороший староста, уверенный, закалённый, прям чувствуется — лидер! — сказал он, улыбнувшись — а удар то его видел какой? — он повернулся ко мне, с ещё более широкой улыбкой на лице — от такого удара, сознание на целый день можно потерять, да ещё и сотрясение головы получить, что несколько недель в койке пролежишь — всё также широко улыбаясь, посмотрел он на Степана, идущего чуть впереди, так, что мне было видно часть лица, по которому было понятно, что продолжает охреневать, от того, что произошло и от слов Роси.

Он что, специально это, чтобы поглумиться над парнем? И уж больно Роси весёлый. Словно его не пытались только что избить и вышвырнуть. У меня от произошедшего так и кипит внутри! Так, что ладошка, что сжимает древко копья, вспотела.

— Мы на месте, — сказал парень, свернувший за угол одного из домов и остановившись перед огромным сараем.

— Что-то, как-то, у вас тут пованивает, — сказал я морщась.

— Нормально тут пахнет, — скривился Степан, — здесь же держат скот, чего вы ожидали, — он распахнул дверь, а вместе с ней, в нас прилетел такой смрад, что глаза заслезились и мы оба с Роси закашлялись.

— Неженки, — фыркнул Степан, — ну попахивает немного, что в этом такого? Это же амбар, в котором коровы находятся.

— Закрывай на хер эту хуйню! — гавкнул я ему закрывая нос воротником, Роси же натянул на себя платок с шеи.

— Ну, как хотите, — он закрыл ворота, мы же отошли обратно за угол, там же стало полегче дышать и глаза уже так сильно не слезились.

— Так, — сказал Роси распрямляясь, — веди нас на пастбище, где в последний раз пропал скот, и свободен, дальше мы сами.

— У тебя тоже есть мысли, кто это сделал? — спросил я у Роси, когда мы уже вышли из деревни. До этого момента мы шли молча. Во рту ещё был тот привкус и говорить по началу не хотелось.

— Да, есть, у местных сильно притупился нюх от того, что постоянно со скотом водятся, раз сами не заметили.

— Это да, — кивнул я в ответ.

— Пропадает скот и днём, и ночью, и с пастбищ, и с амбаров, стоил, при этом, некоторые из них, прямо в деревне и никто ничего не замечает, ещё эта вонь.

— Но что бы им делать так далеко на юге?

— Да кто их знает? — пожал плечами Роси.

— Вообще они водятся в горах, в северной части Восточной империи, а как они оказались, на западе Южного царства, им при этом пришлось пересечь всю Империю, и половину Царства, мне не известно, но факт на лицо, это сделали тролли — закончив фразу, мы уже стояли на краю поля, с которого последний раз пропал скот, Степан уже ушёл, а из леса, тянуло троллевской вонью.

— Ну что? — улыбнулся вымученной улыбкой Роси, — пошли по запаху, как ищейки…

— Пошли, — тоже вымученно улыбнувшись и натянув также, как и Роси платок, который у него одолжил.

Идти по запаху было не сложно, он с лёгкостью угадывался нашими носами, но чем мы дальше заходили в лес, тем сильнее он становился, и глаза уже начинало щипать.

— И как нам его завалить если за слезами мы ничего не увидим? — возмутился я, прижимая платок сильнее к лицу, — эй, Роси, это ведь ты устроил эту авантюру, так реши этот вопрос.

— Мои авантюры рассчитаны, только на тех тварей, что обитают в Царстве и готов я только к встрече с ними! — возмутился он в ответ при этом потирая правый слезящиеся глаз.

Пройдя ещё немного, мы остановились так, чтобы небольшой ветерок отгонял вонь от нас, и мы могли спокойно промыть глаза. «Бух!» — что-то упало рядом с моей ногой.

— А? — отвлёкся я от промывания глаз, Роси уже на тот момент закончил с этим.

На земле лежал небольшой свёрток, внутри которого было два непонятных нам предмета.

— Что там? — Роси тоже заинтересовался.

Там были две, непонятные штуки. Они были одинаковые. Выглядели, как будто к овальной формы блюдцу, которое полностью состояло из металлических кругов с зубчиками, очень плотно подогнанными к друг другу, приделали на ткань два металлических кольца, внутри этих колец было вставлено стекло, судя по его прозрачности дорогущее! К этой всей конструкции с обратной стороны были приделаны ремни, но пряжек на них не было.

— Это что за штука? — крутил я эту штуку в руках, откровенно не понимая, что это.

— Квест итемс, — прозвучал возле меня, нежный и при этом довольно мелодичный женский голос.

Я по инерции поднял голову и дёрнулся от увиденного. Вплотную ко мне было два светящихся золотых блюдца и куча тряпья.

— О, ты снова к нам присоединилась, — сказал радостно Роси улыбаясь во весь рот.

— И что это за штуки ты нам кинула? — подходя к нам в плотную, спросил Роси и тоже в непонимании.

Из-под её плаща медленно, выплыла по воздуху, точно такая же штуковина, поднялась к тому месту, где у юродивой должно быть лицо и вплыло в тень капюшона. И от чего её взгляд немного потух, будто сквозь окно смотришь в глаза человеку и ещё оттуда раздались непонятные щелчки.

— Что? — подвис Роси, стоя оторопев.

Я понял, что эти штуки нужно одеть на лицо, но то, как она нам это показала, заставило, мои волосы на спине немного встать дыбом.

— Слушай Эль, ты понял для чего это? — спросил меня Роси дёргая за рукав брони, не отрывая взгляда от золотых глаз, которые светились своей невинностью под капюшоном.

— Да понял, — поднеся блюдце к лицу так, чтобы оно закрыло рот и нос, а два кольца оказались напротив глаз, ремни я при этом закинул за голову. Как только я это сделал, что-то внутри блюдца щёлкнуло и ремни плотно затянулись на моём затылке. Блюдце же всё пришло в движение и очень плотно село на лицо, словно присосалось. Дышать стало сразу немного труднее.

— А теперь понял! — радостно заявил Роси стоявший рядом со мной и повторяющий за мной, — если нет у воздуха доступа к глазам и рту, то и вонь глаза щипать не будет! И дышать будет не трудно, умница! — сказал Роси, и протянув руку похлопал по капюшону юродивую, там, где по идее должна быть её голова.

— Ты это чего удумал! — резко я отдернул руку Роси от головы юродивой, — их нельзя трогать.

— Э-э-э? — удивился Роси, его голос при этом, как и мой, звучал неестественно, — это ещё почему?

— На это есть две причины: во-первых, в Царстве есть закон, запрещающий к ним прикасаться, брать что-то у них можно, или давать, но при этом не из рук в руки, во-вторых, они сами часто бьют тех, кто их коснулся.

— Эм, да как-то вообще без разницы на это, ты на неё посмотри, — повернув голову, я увидел, что её глаза стали раза в два больше, чем до этого, а светились они настолько сильно золотом, что смотреть в них было не комфортно, как на солнце смотришь — слепит.

— Я так понимаю, ты планируешь с нами дальше идти? — обратился к ней Роси. Капюшон быстро и такое ощущение, что радостно закивал.

— Но мы идём охотиться на тролля, если ты пойдёшь с нами, то скорее всего тебе придётся драться, ты на это согласна? — капюшон снова бешено закивал, — ну вот и договорились, справимся, устроим пирушку! — сказал ободрительно Роси и сжал ладонь в кулак, согнув при этом руку в локте, на уровне своего лица.

После этих слов даже я как-то приободрился. В ответ на его слова я же просто кивнул, а юродивая сорвалась с места вперёд и за пару прыжков скрылась среди деревьев.

— Э-э-э-э, — Роси немного подвис — куда это она? — спросил он в никуда, наклонив голову немного в бок.

— Это у тебя надо спросить, — сказал я, проходя мимо него, похлопав его по плечу.

— Ты её словно приручил, похлопав по голове, так ещё и еду предложил взамен за выполнение действий, будто это какое-то ручное животное, а не человек, ну и изверг же ты! — сказал я и искоса посмотрел на идущего рядом Роси, он шёл всё также смотря вперёд, но взгляд его за маской не был виден.

— Пожалуй ты прав, — выдал он через какое-то время тишины, в которой мы шли по запаху, но при этом, благодаря этим странным маскам, глаза больше не щипало, а запах по-прежнему был уловим, но больше от него не першило во рту.

— Надо будет теперь вести себя с ней иначе, как-то это не по-человечески, — по голосу было слышно, что он пытается улыбнуться, но у него это не получается.

Ещё немного тишины, в которой мы шли, было нарушено шуршанием веток кустов, и перед нами возникла юродивая, тряпьё на ней всё было в листьях, ветках и колючках, при этом глаза её светились всё так же радостно, а куски ткани, которые по идее были её рукавом, показывали куда-то в право в глубину леса.

— Спасибо, — уже более привычным тоном сказал, а после кивнул, Роси и сменил направление в сторону от следа запаха, по которому мы шли, туда, куда указывала юродивая.

— Ты чего это свернул? — спросил я у него догоняя — это же не по запаху дорога.

— Всё верно, — кивнул он в ответ, — вонь же ветер распространяет, а он может смещаться, к тому же, мы не знаем какими кругами ходил этот тролль, может бы мы и вышли на его место обитания, но сколько бы нам потребовалось на это времени, никому не известно, а так, мы скорее всего выйдем на прямую куда нам нужно.

На месте остановился он. Впереди был небольшой холм, вокруг которого росло много кустарника и в одном месте трава на земле была чуть примята, а если присмотреться, то на кустарнике можно было разглядеть кусочки шерсти.

— Работаем как до этого? — спросил я у Роси снимая мешок с плеч.

— Почти, — ответил он, делая тоже самое и доставая свой серп, — я первый, потом юродивая, потом ты, работаем по принципу, я провоцирую и гашу его удары, ты стараешься для начала обездвижить его по максимуму, сухожилия там, связки, пальцы. Юродивая, — он посмотрел на неё, она стояла неподалёку, а её жёлтые глаза святились самой невинностью, — постарайся не мешать другим, не погибни сама и атакуй его, по возможности нанося дополнительные увечья, поняла? — капюшон не уверенно, но всё же закивал в ответ.

— Неудобно в них, — Роси поправлял штуковину на голове — глаза не щипает, но дышать немного труднее, да и обзор очень сильно ограничивают, надо будет быть внимательнее, — сказал он и шагнул в глубину кустов.

За кустами оказался тоннель, вырытый в холме, а судя по следам на его стенках, рыли его вручную.

— Это что это получается, он не смог найти подходящей пещеры или грот, поэтому вырыл их сам?

— Похоже на то, — кивая ответил Роси, также, как и я, разглядывая поверхность стенок тоннеля, — главное, чтобы место куда этот тоннель приведёт, было достаточно большим для боя, — сказал он, передав мне несколько небольших факелов, один из которых горел.

— Зачем это мне?

— В пещере, ну или куда мы там идём, будет темно, как только место боя определится, подожги их и раскинь полукругом, я сделаю тоже самое, так мы получим освещённый участок, в котором сможем сражаться.

— Хорошо, — кивнул я, ударившись низом маски о нагрудную броню и пряча за пояс их.

Впереди же, зоны света показалось расширение тоннеля и за ним, свободное пространство, выйдя в которое, мы обнаружили большую пещеру естественного происхождения, при этом мы поняли, что нас уже ждут. Три пары вертикальных глаз смотрели на нас и в них ни намёка не было на человечность.

— Факелы, — сказал Роси, и мы одновременно втроём раскинули полукругом факелы перед собой.

Образовалась не большая область, в которой хоть что-то можно было разглядеть. Размеров пещеры, я, конечно, не увидел, как и тех, кому принадлежат глаза, но вот то, что было на полу, у меня появилась отличная возможность. Весь пол усыпан костями.

— Это кости животных, — спокойно сказал Роси, — не отвлекаемся, их трое, нас тоже, каждый берёт на себя одного, стоим спина к спине, периодически будем меняться противниками, чтобы они не успели запомнить наши движения.

— А могут?

— Легко. Они намного умнее чем кажутся, — глаза же, находившиеся в глубине пещеры, приближались с утробными звуками.

Похоже, что тролли тоже так решили, что раз их тоже трое, то каждый возьмёт на себя по одному.

Из тени на свет ступила трёхпалая, мускулистая, покрытая жёсткой коричневатой шерстью нога и следом за ней, в мою грудь полетела такая же трёхпалая рука с когтями. Делаю шаг вправо, щитом, по которому вскользь проходят когти, отвожу удар в сторону от меня и на отмажь бью копьём с низу вверх, в район локтя, в надежде перебить мышцу, и мой удар достиг цели, только эффекта не возымел. Удар только сделал небольшой надрез в шерсти тролля, при этом не прорезав его толстенную кожу. Следующий удар летит в меня с верху, отпрыгиваю назад и сталкиваюсь спиной с Роси.

— Меняемся, — говорит он и мы резко разворачиваемся.

Его тролль в этот момент хотел схватить его за ногу, но замешкал, увидев перед собой другую цель. Взмах копья внизу, слева на право, и под громогласный рык, один из пальцев тролля остался лежать на земле. Но вместо того, чтобы отпрыгнуть, он вновь атаковал, на этот раз когтями. Этот удар я принял в щит и от его силы меня оттолкнуло на пару шагов назад.

Резкая боль пронзила моё предплечье, а под бронёй стало мокро. «Да ладно — пронеслась мысль в голове, когда я уклонялся от очередного удара — неужели пробил?» Мельком смотрю на щит действительно, нижней части щита, нет, её срезало, через середину же идёт огромная борозда, разорвавшая щит, по ощущениям ещё и кожаную броню вместе с моей кожей. «Один, один», — подумал я, уходя от очередного удара.

— Но счёт в итоге будет в мою пользу! — выкрикнул я и в тот момент пока он не успел вернуть свою лапу обратно, а новая ещё не достигла меня, я сделал резкий шаг вперёд с полуприсядем, копьё же наоборот, вытяну в перёд, мягкая кожа подмышки не без труда, но всё же разошлась, и моё копьё пронзило тело тролля. Он снова взвыл, не дожидаясь реакции я дёрнул копьё на себя, не вынимая его. Прорезав мышцы и сухожилия тролля, копьё вышло с характерным звуком. Его правая лапа повисла словно плеть. Ведь теперь у неё нет сухожилий для того, чтобы он мог ей пользоваться. Тролль вновь взревел ещё сильнее, чем в предыдущий раз и попытался ударить меня ногой, начинаю отворачиваться, но на излёте он всё же меня зацепляет и меня ещё сильнее разворачивает, теперь не боком, а спиной к троллю, из-за чего мне на глаза попалась юродивая. Её плащ и без того напоминавший лохмотья, был сильно изодран, но несмотря на это, она уверенно увернулась от удара с верху и нанесла сама удар, такое ощущение, что рукой, но из-за темноты я не разглядел, чем она ударила, но лапа, её тролля в районе локтя выгнулась в обратную сторону.

Нет времени дальше глазеть. И сделав разворот, я, не глядя ударил копьём по горизонтали и как раз вовремя, ко мне тянулась лапа, чтобы схватить за голову, из разреза на ладони брызнула чёрная кровь и лапа дёрнулась обратно под рёв.

— Что больно сучка? — боковым зрением при этом замечаю движение справа, щита больше нет, ударить вместо защиты не выйдет, не успею вернуть копьё, поэтому изгибаю немного не естественно запястье и ставлю в качестве защиты поперёк себя древко копья и тут же в него врезаются зубы тролля, оно не выдерживает и ломается, раскидывая щепки в разные стороны. Я тут же делаю два прыжка назад, первый чтобы уйти от зубов, второй чтобы от лапы, которой разбрызгивая кровь в разные стороны, летела на меня сверху.

— Я. Твоя. Цель, — очень чётко и громко произнёс Роси, появившись с боку от лежавшего на животе тролля, который и попытался меня укусить, при этом он вогнал ему в ухо острый конец, расколотой здоровенной кости, а по другому концу вдарил со всей дури, что кость полностью вошла в ухо, тролль при этом моментально затих.

Роси, же при этом не останавливались метнулся вперед, останавливая своей рукой удар, направленный в него моим троллем. Как и всегда от соприкосновения, удар тролля, как и его тело потеряло всякую инерцию, но такое ощущение, что тролль этого даже не заметил, но той секунды, что он замер, Роси хватило, чтобы нанести удар снизу вверх, держа обратным хватом, серпом, перерубая ему сухожилия, между большим и указательным пальцем, тролль вновь взревел. Я же, восстановив равновесие и схватив наконечник копья метнулся вперёд и вогнал его сзади под колено троллю, перерубая ему там связки и сухожилия. Он начал падать, но для того, чтобы не упасть окончательно, он выставил лапу, но на ней не хватало пальца, из-за чего он всё же упал на бок. Но не успел он ничего сделать, как возле его головы появилась юродивая, она тут же, немного подпрыгнув, возвела руки над головой сцепленными в замок. И я наконец увидел, что в руках у неё нет оружия. Но при этом, её руки были одеты в кольчужные перчатки. С криком — «ГАЧА!» — она опустила их прямо на затылок упавшего тролля, вбив при этом его лицо полностью в землю. И два фонтана чёрной крови брызнули в разные стороны, один из-под кулаков юродивой, второй из-под головы тролля, видимо от такого удара, его лицо превратилось в сплошное месиво. «Всё» — пронеслось у меня в голове, и я сел, прям, где стоял. И боль в разрезанной руке стала более заметной, так и в ушибленном от пинка тролля боку, тоже отозвалась с новой силой…

— М-м-м-м-м, — немного застонал я.

Напротив меня, тоже сидя на земле, тяжело поднимался вверх-вниз плащ юродивой, видимо она тяжело дышала. Глаза же её всё также святились золотым, но было прекрасно видно, что в них нет ни намёка на прежнюю радость, только многовековая усталость. За её спиной же виднелся труп побеждённого ею тролля, в слабом свете факелов, было сложно в подробностях всё рассмотреть, но точно было видно, что обе его лапы неестественно выгнуты, а на том месте, где должна была быть голова — сплошное месиво. Повернув голову налево, от чего боль в боку резко напомнила о себе, я увидел стоящего Роси, он как ни в чём не бывало разглядывал свою косу, точнее то, что от неё осталось, ведь рукоятка была надломлена, а куска лезвия не хватало. За его спиной тоже лежал труп тролля, он лежал на животе, с торчащей из уха костью и лежавшей неподалёку от него его собственной стопой.

— Теперь ясно… — выдохнул я.

— Что ясно? — подняв голову, спросил Роси

— Ясно, как вы справились со своими троллями, но что дальше?

— А дальше, — в руках Роси вдруг появился топор и факел, — а дальше мы узнаем, как пахнет жареное мясо тролля, — его голос при этом был ужасен, особенно из-за эха пещеры и маски на его лице.

***

— И всё-таки оно пахнет отвратительно! — сказал я после долгого молчания при возвращении.

Уже стемнело и на улицах было совсем пусто, оно и к лучшему. Мало того, что от нас воняло, как от протухшей навозной кучи, так мы ещё были грязные, потные и потрёпанные, но последние два пункта не касались Роси, а юродивая снова на подходе к деревне куда-то пропала.

— Да? — удивился он, стуча в дверь дома старосты.

— А, по-моему, вполне не дурно, только специй немного не хватает.

— Кто там припёрся так поздно!? — дверь открылась и на пороге показался Степан — чего припёрлись так поздно? Да ещё и такие грязные! — он с отвращением оглядел меня с ног до головы затыкая себе нос — если пришли извиняться за свою глупость и наглость, то для начала, приведите себя в приличный вид! — он попытался захлопнуть дверь, но Роси остановил её рукой.

— Пошёл на хер с дороги, — ругнулся я и пнул его в грудь стопой правой ноги от чего он отлетел в глубь дома, а на его ночной рубахе остался след от моей подошвы с хорошим шматом земли.

Мы вошли, неся за спиной мешки, в каждый из которых поместиться здоровенная лошадиная голова.

— Старосту зови, — спокойно сказал Роси, расстелившемуся парню на полу.

— Не надо меня звать, — послышался голос со стороны лестницы на второй этаж, — Степан правильно всё сказал, а за то, что вы его ударили, вы сейчас будете расплачиваться.

— Ага, щас, — фыркнул я и бросив два мешка под ноги старосте, Роси сделал тоже самое со своим одним.

— Это что, такое? — опешил староста, глядя на них, замерев на лестнице.

— Это, доказательство того, что мы решили вашу проблему с пропажей скота и нам положена оговоренная награда, — староста, спустившись до конца, с недоверием присел на корточки, развернул один из мешков и посмотрел внутрь.

От увиденного, он дёрнулся всем телом, а лицо его стало бледным словно мел. Он всё также спокойно закрыл мешок, встал и посмотрев на нас помутнённым взглядом, всё таким же уверенным голосом спросил.

— Это, что, головы троллей?

— Верно, — всё таким же холодным тоном ответил Роси.

— Неподалёку от деревни есть холмы, — он показал рукой в нужном направлении, — между вашими вторым и третьим пастбищем, там они и обосновались, прорыв себе нору.

— Но что тролли делают, так далеко от Восточной империи? — спросил он с недоверием.

— Нам откуда знать?! — с наездом ответил я, — будь вы чуточку умнее, то бы сами сообразили, что это они, как раз в их стиле воровать скот, днём с пастбищ. Ночью из деревни, ведь они достаточно умны, чтобы, не привлекая к себе внимания, открыть и закрыть двери, а благодаря их успокаивающе действующему, на животных, взгляду, вы и не услышали ни разу, как это происходило. Ещё как признак троллей, это их вонь, но вы настолько долго занимаетесь скотоводством, что за той вонью, что стоит в деревне, вы ничего не почувствовали.

Большую часть из сказанного мною, я узнал от Роси, пока мы собирали остатки голов троллей. Бесит меня этот староста! Вот и решил его немного принизить!

Староста, склонив голову, немного задумался:

— Степан, — обратился он к парню, уже вставшему с пола, но всё ещё держащемуся за место удара, повернув голову, — поднимай девок на верху, пускай займутся их ранами и одеждой, сам же, после того как разбудишь их, иди растопи баню, чтобы их отмыть. От них несёт. Мешки в сарай, завтра с ними разберёмся. Вы же… — он посмотрел на нас взглядом полным противоречивых чувств.

Он было хотел что-то сказать, но подняв ладонь вверх Роси остановил его.

— Нам ничего не надо из того, что вы хотели предложить, — сказав это, он предупредительно взглянул на меня, чтобы я ничего не говорил на его слова — а я хотел! Я заебался, весь грязный, от брони несёт, и рана на руке саднит, поэтому я хочу в баню, и потом к девкам, что будут стирать мои портки!!! Но я этого не стал говорить, уж больно у Роси был серьёзный взгляд.

— О как? — от удивления старейшина выпучил глаза

— Обговоренную оплату, — Роси протянул руку ладонью вверх, — как договаривались, мы разбираемся с проблемой и приносим доказательства, вы нам платите половину от той суммы мзды, которую у вас запросили из города, чтобы отреагировать на ваш запрос, гостеприимство нам ни к чему — староста молчал, лицо его уже вернуло прежний цвет и начало немного багроветь.

Роси же опустил руку и положил обе на пояс, и так удачно, что его правая оказалась на остатках серпа.

— И что вы в таком состоянии уйдёте из деревни с деньгами? Как же зверьё или БАНДИТЫ, которые могут покуситься на вас, — на слове бандиты, староста сделал явный акцент.

— Тогда им не повезёт, — ухмыльнулся Роси со взглядом хищника, — мы уставшие, злые и недовольны тем, как прошло сражение, нам нужно на ком-то выпустить пар, — пока Роси это говорил, его голос плавно сменился с миролюбивого к ледяному.

— Сейчас, — крикнул староста, всплеснув руками и развернувшись, так что его ночная рубаха закрутилась, ушел сильно топая по лестнице наверх, — с дороги! — послышалось сверху и как что-то упало, видимо это Степан, убежавший ранее наверх по указу старосты.

Не прошло и минуты, как староста вернулся и не спустившись до конца по лестнице, швырнул в лицо Роси небольшой мешочек. Тот его ловко поймал и пару раз подкинул в ладони, от чего содержимое звякнуло знакомым звуком монет.

— Пересчитай, — словно выплюнул староста с багровым лицом.

— Я думаю не стоит, — Роси убрал монеты и развернулся к выходу, — ведь, в случае чего, мы можем всегда сюда вернуться, отдохнувшими и полными сил, — договаривал он это уже в дверях.

Я последовал за ним. Отойдя немного от дома старосты, я всё же не вытерпел.

— Ну, а почему мы не могли остаться то? — с обидой начал я, — ведь банька и девки, нам бы сейчас как раз не помешали! Да и пожрать бы тоже, — на эти слова мой желудок отозвался согласием, судя по искривлённому лицу Роси, у него тоже.

— Дело в том, что они бы нам не заплатили, если бы мы остались.

— Это с чего это вдруг? — не понял я.

— Их образ мышления, очень прост. Мы с тобой сделали доброе дело, спасли их скот и убили тварей, взамен, они тоже сделают доброе дело, отмоют, накормят, обработают раны, почистят и отремонтируют одежду. Вполне возможно, что одна, а может быть и две местных девки залезли бы к нам в постель.

— Так звучит же просто отлично! Особенно последний пункт, — и у меня перед глазами, всплыло недавнее воспоминание, об одной местной девке, которую я видел мельком, когда мы только пришли, на лицо вроде симпатичная, длинная медная коса, неплохая фигурка, а главное огромные сиськи, каждая примерно с мою голову размером. От этого воспоминания слюни начали выделяться сами собой.

— Ты куда это? — выдернул меня вопрос Роси из моих влажных мечтаний.

— А? — очнулся я, и понял, что случайно отклонился в сторону, и пошёл по другой улице — так всё же? — спросил я, вернувшись к нему.

— На утро же, когда бы мы собрались, и потребовали деньги за работу, нам бы сказали, что они уже нам отплатили добром на добро и никаких денег мы не получим, а начни мы возмущаться, против нас бы вся деревня встала, что мы твари неблагодарные, за каких-то трёх вшивых троллей, денег требуем и что нам добра их мало — устало вздохнул он.

— И что с того? Нормально бы было, мы же на это деньги и так и так спустим, на ремонт одежды и оружия, на мытьё, жрачку и женщин, так какая разница?

— Разница в том, что есть договор и его нужно соблюдать. К тому же, кроме перечисленного тобой, лично у меня есть ещё места куда можно потратить деньги.

— Это куда же?

— На приют, например, на замену кровли, мы ведь её тогда просто подлатали, это временное решение, а вот если постелить новую, будет совсем другое дело.

— Но ведь ты им и так уже помог, разве этого недостаточно?

— Нет, раз уж взялся помогать, нужно помогать до конца, тогда мы с тобой просто решили их проблему с голодом и чуть-чуть устранили недостатки по дому и вниманию для детей, но у них ещё множество проблем, которые необходимо решать, с которыми они сами не справятся.

— Ладно, уговорил, — кивнул я и отвернулся в сторону.

Своими словами про приют, он убедил меня, но от этого, меньше в баню и на девку мне не захотелось.

— К тому же… — продолжил он, глядя в звёздное небо, когда мы вышли из деревни, — есть ещё одна причина, из-за которой принимать их доброту и гостеприимство мы не могли, потому что это было бы бессовестно

— И что это за ещё одна?

— Вон сидит, — посмотрел в ту сторону, на край дороги, куда кивком головы указал Роси.

Там был какой-то непонятный бугорок на земле, но я сразу понял кто это, ведь у него были два золотых светящихся глаза. И действительно, она же вместе с нами билась в той пещере, и она имеет право на всё, то, от чего мы отказались не меньше нашего. Бугорок вырос и приблизился к нам, глаза же его светились счастьем.

— Ну что идём юродивая? — просил я её с улыбкой и Роси кивнул в знак приглашения.

Юродивая на секунду замерла, её золотые глаза забегали туда-сюда будто она что-то вспоминала или пыталась найти.

— Мари'а, — прозвучал из-под капюшона, словно ручеёк, её приятный голос и она тут же отвернулась, и зашагала вперёд по дороге.

— Это, что сейчас было? — Роси смотрел в след юродивой, при этом немного наклонив голову, — Эль, это что, она сейчас имя нам своё назвала?

— Похоже на то, — кивнул я, стоя в таком же шоке, как и он.

— Я, конечно, не разбираюсь, — начав плавно двигаться, с недоверчивым голосом, заговорил он, — но разве они так поступают?

— Не-а, я в первый раз слышу имя юродивого, хотя они часто присоединялись к нам и порой даже на месяц, и я никогда не слышал, чтобы кто-то хвастался тем, что ему юродивый имя своё назвал.

— Да-а-а, — протянул Роси, — о таком навряд ли бы кто-то молчал, — а чего у неё имя такое странное? — спросил он после не долгого молчания, когда мы почти поравнялись с Мари'а.

— Я так понимаю она из кочевников, раз у неё апостроф в имени.

— Это я и так знаю, — фыркнул он, — я, конечно, из глухой деревни, но не на столько же, я про её конечную букву, таких ещё не встречал, каждая буква означает, определённый род деятельности, который выполняет, кочевник: Б — охрана, Г — повара и ответственные за запасы, Х — охотники, больше не знаю — пожал Роси плечами, перестав загибать пальцы.

— Из тобой перечисленных, я только знаю, ещё У — пастухи, и Е — хан, а вот про А — я не слышал.

— Да точно, про ханов забыл, — махнул как бы в досаде Роси, — ну, у неё мы навряд ли узнаем.

— Ну и ладно, потом как-нибудь, у кого-нибудь спросим.

— Эй Мари'а, — окликнул Роси, впереди идущей, она резко замерла и её капюшон повернулся, а показавшийся глаз светился недоверием, — да не нервничай ты, — отмахнулся Роси, — надо свернуть с дороги и устроиться на ночлег, так что давай так, с Эля дрова и костёр, с меня место и готовка, а с тебя мясо, — кучка ткани резко развернулась, капюшон согласно несколько раз кивнул и она моментально растворилась в темноте.

— Ты же говорил, что не будешь к ней относиться как к собаке, а сам сейчас скомандовал ей «фас», — сузив глаза, я посмотрел на Роси.

Он, не глядя на меня, почёсывая затылок, улыбнувшись ответил:

— Да, но я буду считать, что это разделение труда, к тому же, у неё глаза светятся, постоянно, особенно ночью, вот я и подумал, что она должна отлично видеть в темноте.

— Это с чего это вдруг?

— Подумай, у всех, кто охотится ночью, глаза светятся, у кошек или у сов, вот поэтому, мне и показалось хорошей идеей в потёмках отправить за мясом её, вдруг и вправду отлично видит.

— Я думаю обратно в город не возвращаться, — нарушил молчание Роси, когда начал наливать по чашкам сваренную похлёбку из мяса двуухого зайца, пойманного Мари'а.

— А куда мы пойдём? — принимая из рук свою чашку и стараясь не смотреть на то, как чашка Мари'а плавно летела по воздуху из рук Роси к ней.

«Меня бросает в пот от подобного» — пронеслась мысль в голове.

— Помнишь, как нам по пути сюда встретился отряд гремлинов?

— Угу, — дуя на горячую еду, ответил я.

— Мне кажется, — делая тоже самое, начал Роси, — что та пещера, которую мы нашли, была раньше территорией этих гремлинов, но тролли их выселили, а раз так, то они пошли от этих мест, где есть пропитание. Так что скорее всего, они докучают другой деревне поблизости. Вот в неё, то мы и отправимся.

— Сразу из боя в бой? — спросил я скорее у себя самого, чем у Роси.

— Вы кто такие? — стояла напротив нас староста, уперев руки в боки, — вас из города послали? Или нет? И почему вас только двое? Хотя вы говорите, что вас трое? И почему один из вас садовник? А другой наёмник, одетый как копейщик, но с коротким мечом? — сыпется на нас шквал вопросов, от которого моя голова разболелась ещё сильнее, а ведь она болит с того момента, как я проснулся.

Слава богу, на этот раз без каменной плиты в качестве одеяла. Вопросы так и сыпались, их было так много, что я даже не все слова понимал и всё это началось после того, как мы спросили, нет ли в этой деревне проблем с гремлинами.

— Так стоп! — поднял ладони Роси и сказал он это своим ледяным голосом — судя по вашей реакции, проблема есть. Насколько она серьёзная? — староста только по глубже вдохнула, чтобы начать новый нескончаемый поток вопросов, Роси снова поднял руку и всё тем же голосом продолжил, — мы не будем отвечать на шквал вопросов, мы не на допросе, прошу говорите максимально просто и без вопросов, — от его такого голоса становиться не по себе.

Я его только недавно начал слышать, но уже заметил, что он отлично работает как успокаивающее средство.

— Уже было два столкновения, — выдохнула она, — оба раза с отрядом разведки, — а вы…

— Место их уже нашли? — перебил её Роси.

— Да, — недовольно ответила она, нахмурив старые седые брови, — их там пару десятков и это только в лагере, сколько ещё их в округе, не известно.

— Поди в пещере какой-нибудь?

— Почти угадали, в шахте старой.

— Хорошо. Мы можем зачистить данную шахту от гремлинов за определённую плату.

— ПФ, ха-х-ха-ха-ха, — засмеялась староста, да так, что у неё слёзы навернулись.

— Вы, двое, ой нет, трое, с шахтой полной гремлинов??? — сквозь смех и слёзы пыталась она выговорить, — садовник, пере мечник или недо копейщик и кто-то неизвестный? — почти хрюкая от смеха, с трудом выговорила она.

— Да, — спокойно ответил ей Роси, — вот только в соседней деревне, из которой недавно начал скот пропадать, больше никто не смеётся.

— Вот сейчас не поняла… — опешила она, моментально успокоившись, — что случилось с той деревней?

— С ней всё хорошо, можете не переживать, — успокаивающе сказал Роси, — да и скот теперь у них больше не будет пропадать. Мы убили троих троллей, которые этим занимались.

— Брешешь, — серьёзно сказала она и её старческое лицо наконец приняло серьёзное выражение.

— Идите в ту деревню и сами спросите, — развёл руки в стороны Роси.

— Допустим я вам верю, — осторожно начала она говорить после недолгого молчания, — что вы предлагаете?

— Как я понял, вы уже вызвали поддержку из ближайшего города. Когда они будут, дня через два-три?

— Обещались быть до конца недели… С тех пор прошло два дня, — с небольшой задержкой добавила она.

— Мы предлагаем в половину от той суммы, что они запросили за поддержку уже сегодня решить ваш вопрос с гремлинами.

— П-ф-ф-ф, — снова фыркнула она, немного повернув голову на тонкой шее с дряблой кожей, в сторону, — вам не жирно будет? На двоих ой, троих, такую сумму, а?

— А вы что считать не умеете?

— Что? Ты чём вообще?

— У вас выбор, договориться с нами, и мы убьём гремлинов уже сегодня, за половину стоимости или будете ждать городских, которые будут не раньше, чем через пять дней, неужели так сложно посчитать что выгоднее, особенно при условии, что нам аванс не нужен, и доказательства мы принесём и обмануть ни мы вас, ни вы нас не сможете.

— Это как это?

— Если мы не убьём всех, то вы это быстро поймёте и настучите армейцам, они быстро найдут такую разношерстую группу как наша. И вы нам, в случае успеха, заплатите. Вы ведь не настолько глупы, чтобы злить тех, кто смог втроем вырезать целую шахту гремлинов? — последнюю фразу Роси сказал с явной угрозой.

— Хорошо, — немного подумав, кивнув, ответила староста — сегодня до полуночи если решите проблему, то деньги ваши.

— Завтра до обеда, — как отрезал Роси.

— Та-а-а-к, вы же сказали, что сегодня решите вопрос.

— Всё верно, пока мы дойдём до места, время будет уже к обеду, пока зачистим будет ночь. По ночи, уставшие, мы никуда не пойдём. Заночевав, с утра сразу отправимся к вам в деревню и до обеда вернёмся. Так что да, вопрос мы решим уже сегодня. Просто за наградой явимся завтра к обеду.

— Хорошо, — с недовольством ответила она, снова немного подумав, — завтра ДО обеда.

— Ну вот и договорились, — протягивая ладонь для рукопожатия весело улыбнувшись, сказал Роси. И как бы извиняясь добавил, — а провожатого можно? А то мы ведь не знаем где шахта…

***

— Шахта, как шахта, — сказал я, стоя перед входом в неё.

Если не считать того, что вход в неё был весь истоптан, а на земле валялось два трупа гремлинов, которых мы только что убили. То ничем не примечательная заброшенная шахта. Перед входом стояли мы с Роси, провожатый давно ушёл, а Мари'а с момента выхода из деревни, так и не показалась.

— Ну, что пойдём, — спросил я у мешкающего Роси.

— Давай ещё пару минут подождём, вдруг всё-таки появится, втроём то сподручнее, — глядя своими персиановыми глазами прямо в мои, что бывает довольно редко.

Мы присели прямо у входа, в теньке, чтобы нас не было видно и при этом мы видели все подходы, чтобы в случае чего, по-быстрому разобраться с теми, кто решит войти в шахту или выйти из неё. «Бах-бах» — пять минут тишины были нарушены двумя упавшими мешочками из коричневой ткани, завязанными красной верёвкой, к нашим ногам, один возле меня, другой возле Роси. А после, разламывая кусты, появилась Мари'а, с весело светящимися глазами, и в, без того грязном и рваном плаще, который был ещё теперь покрыт и колючками, и ветками с листочками, Роси взял свой мешочек и развернул, внутри него оказалось, немного дикой малины.

— Спасибо, — кивнул он, присевшей рядом с ним на корточки, юродивой.

— А вот твой мешочек, я бы не стал открывать, — сказал мне Роси, отправляя целую горсть малины себе в рот.

Я глянул на мешок и увидел, что сквозь него начала просачиваться красная жижа — кровь. Пощупав мешок аккуратно пальцами, я понял, что внутри дохлая мышь.

— Да какого хуя! — вспылил я, — сначала каменная плита, как надгробие, сейчас дохлая мышь! Это что за дела!? — вскочил на ноги я, положив руку на меч.

— Это ты правильно решил, — сказал Роси с довольным лицом, закидывая остатки содержимого мешочка себе в рот и поднимаясь с земли.

— Нам пора идти. Всё в сборе. Ты готова к драке? — поинтересовался Роси, игнорируя моё раздражение от случившегося.

Полы плаща немного распахнулись, явив оттуда, две кольчужных перчатки. Сжав кулаки, Мари'а два раза ударила казанками друг об друга и её глаза от этого резко засветились.

— Вот и отлично, идём, строем, я первый, потом ты Эль, замыкает строй Мари'а. Твоя задача, — обратился он к ней, — не дать никому атаковать нас со спины, при этом ещё ты будешь зачищать всё то, что мы пропустили. А перед боем ссориться не стоит, — сказал он, проходя мимо меня, — если нужно выпустить пар, то у тебя сейчас будет много возможностей для этого.

В шахте пахло затхлостью, сыростью, плесенью, грибами и гремлинами.

— Хорошо, что от них не так несёт, как от троллей, — уже в слух сказал я и Роси согласно со мной покивал.

— Да и освещение тут есть, — действительно, по всей длине шахты сколько позволял увидеть взгляд на стенах висели факелы.

— Приготовьтесь, скоро начнём, — скомандовал Роси поправляя платок на лице.

Первый гремлин нам попался спустя десять минут как мы спустились, в шахту. Он был убит Роси быстрее, чем он понял, кто перед ним. В следующие полчаса мы убивали небольшие группы гремлинов, которые попадались нам на глаза и делали это быстрее, чем те успевали опомниться.

Особенно отличилась Мари'а которая одним ударом, своей кольчужной перчатки пробивала головы гремлинам почти на сквозь. И Роси со своей поломанной косой, от удара которой головы гремлинов с их тонких шей, отлетали только в путь. А вот я не очень отличился. С коротким мечом довольно трудно управляться, он тяжёл и неудобен.

«П-ы-м-м-ш-ш-ш»— что-то ударилось об стену и сползло по ней, судя по звукам. Я и Роси повернулись на звук. На земле лежала Мари'а и её тело билось в судорогах, при этом капюшон немного сместился, приоткрыв часть лица, точнее, довольно аккуратный подбородок и тонкие губы, на которых была пена…

— Чего стоишь помогай! — крикнул Роси пролетая мимо меня.

— Она же юродивая, это для них в порядке вещей, — сказал я, но всё же подошёл, — что делать то?

— Так, поворачивай её на бок, ага, вот так, — когда мы это сделали, из-под плаща что-то выпало с металлическим звуком, — теперь положи её руку под голову.

— Это блин сложно! Её трясёт как осенний лист на ветру.

— Делай и будь осторожен, — Роси же при этом согнул её голые, босые, с грязными стопами ноги в коленях, — вот отлично, — ответил он на мои действия, — теперь положи одну руку ей на плечо, другую на бедро и придерживай, чтобы её не так сильно трясло, при этом не дави, вовремя… — он, не договорив сорвался с места вперёд, при этом метнув косу точно в глаз одному из гремлинов, удар мечом второго он, как обычно, остановил рукой, а другой, схватив его за длинное ухо, с разворота ударил гремлина об стену лицом, да так, что у того в разные стороны полетели зубы и кровь, после чего схватил серп из тела первого и пробил ей голову второго.

— Держи её аккуратно, пока приступ не закончится, — сказал он, при этом ему в плечо вонзился арбалетный болт, но как это бывает и с мечами от прикосновения к Роси он потерял всякое ускорение и просто упал на пол при этом, было ощущение, что звякнул он с обидой. Роси же, недолго думая, схватил его и просто кинул обратно в коридор.

— Плохо, что это часть не освещается, — мы стояли на краю освещённой зоны.

Дальше была тьма, но и это ещё не всё, за спиной от куда мы пришли, то же начала образовываться тьма. Кто-то гасит факелы.

— Окружают, — выдохнул Роси и в знак подтверждения его слов, уже с моей стороны, прилетел арбалетный болт в спину Роси.

Хорошо, что результат тот же, болт просто упал на землю, но ему было не до него, он резал очередную пачку гремлинов. Теперь на него разом накинулись сразу четверо, один из которых лёг сразу на подходе от броска косы, второй получил в морду, от чего тоже отшатнулся. Удар третьего был остановлен свободной рукой, а четвёртый же, не стал церемониться и прыгнув в бок, оттолкнувшись от стены, с разинутой пастью, прилетел Роси точно в горло. Но как уже заведено, ни одна из атак не прошла по нему. Того, что с мечом, он от пнул ногой, того, что попытался впиться ему в шею, он взял за ноги и подняв их выше своей головы, со всей дури дёрнул, от чего гремлин плашмя прилетел на пол, разбив себе затылок. Тот, что с мечом, заревев, попытался отрубить Роси голову, пока тот был в наклонённом положении, но, как и ожидалось, удар снова не прошёл, Роси же выбил ударом кулака меч из рук гремлина, другой его поймал и перерезал косым ударом горло этому гремлину походным ножиком. После чего встал и как ни в чём не бывало подобрал свою косу и приготовился к новой атаке.

— Её там трясти не перестало? — бросил он через плечо.

— Перестало, — ответил я, поняв, что так и есть.

— Отлично, тогда оставь её прямо так, а сам приготовься отбиваться, чую мы тут на долго.

— Хорошо, — сказал я, кивая, поднимая меч с пола, вставая спиной к Роси по направлению к той части тоннеля, из которой мы пришли, — как только отобьёмся ты мне всё объяснишь, бросил я ему.

— Хорошо, — выдохнул Роси метая в тень, тот арбалетный болт, который прилетел в него ранее.

«Будет плохо, если они и в меня из арбалета выстрелят» — подумал я, услышав невнятные звуки с моей стороны тоннеля. Я не Роси. Меня он пробьет на сквозь. С криком «у-а-а-а», из тени впереди показались сразу двое с копьями, направленными мне в грудь. Отбиваю оба в сторону и заряжаю кулаком тому, что слева в челюсть, по обратной дуге возвращаю меч, по пути рассекая лицо второму, тут же присаживаюсь вниз, уходя от удара очередного гремлина, направленного мне в горло. Выставляю залатанный абы как щит перед собой, от удара очередного копья направленного в присевшего меня. От удара по щиту рана разболелась с новой силой. Хватаюсь левой рукой за копьё и со всей силы тяну на себя, выставив меч перед собой. Почувствовав, как владелец копья напоролся на мой меч, отпускаю его, вырывая из обессилевших рук копьё и неудобным обратным хватом втыкаю его в пузо тому гремлину, что ранее пролетел надомной стараясь отрубить мне голову. Щитом блокирую его удар уже возле самого уха, от отдачи этого удара получаю собственным кулаком себе по голове. Больно… что кулаку, что голове. Но резкая боль в спине между лопаткой и позвоночником, перебила её. Дёргаюсь вправо и вниз уходя с предполагаемой зоны стрельбы и правильно. Второй болт выпущенный следом пролетает там, где я стоял до этого и попадает в одного из четырёх гремлинов, что накинулись разом на Роси. Но за него не стоит переживать, ведь в этот самый момент, он вырывал своей косой кадык одному из гремлинов, при этом другой рукой скидывая с себя ещё одного и проламывая ему череп ногой. Я же, уходя от выстрела приложился спиной об стену, получив взрыв боли в спине от торчащего из неё болта. Броня, конечно, замедлила его, но всё же он её пробил и вошёл в спину, в итоге, рана не смертельна и через боль я всё же могу шевелить рукой, но походу не долго, ведь рубашка начала намокать от крови, вытекающей из раны. Пока я об этом думал, несмотря на боль, швырнул копьё в темноту надеясь попасть в арбалетчика. Судя по чавкающим звукам, я попал, вот только в кого, не знаю. В ответ же на моё брошенное копьё, из тени появилось ещё шесть гремлинов. На тот момент я уже встал и поднял свой меч. «Мари'а» — обратился я сам про себя к ней. «Я даже не представляю, что ты будешь должна сделать за то, что мы сейчас охраняем твоё тело, пока ты блядь спишь» — в ответ же мне на мои не произнесённые слова, было лишь еле слышное сопение и удары.

Один блокирую мечом, второй щитом. Третий колющий отбиваю ногой, на его место тут же появляется другой и целится мечом мне в ногу, чуть-чуть изгибаюсь, чтобы удар был по касательной, он так и проходит, броня выдерживает его. Возвращаю ногу назад, при этом пиная под жопу того, что меня сейчас попытался резануть по бедру. Откидываю мечи тех, что по бокам. Отбиваю удар пятого и тут же рублю мечом того, что справа. Тот, что слева пользуется моментом и целит мне в голову. Поднимаю плечо выше, удар приходится в наплечную пластину, и она почти выдерживает, меч лишь оцарапывает мне кожу на плече. Сам же я бью лбом в нос этого гремлина, от чего его синяя кровь начинает из него течь. Не обращая на это внимания, разворачиваюсь в пол оборота и удар копья шестого, вместо моей спины, приходится мимо. Я точным ударом левой руки вырубаю его, при этом правой с мечом рублю ещё одного, в ответ же на мои действия, мне в грудь прилетает ещё один арбалетный болт. А сзади на спину запрыгивает гремлин и пытается прокусить мне горло, но ему мешает воротник брони. Я прыгаю в бок и прикладываю гремлина о стену, от чего у меня всё помутилось в глазах, от потери крови и от двух болтов, торчащих из меня, благо, что грудная пластина самая крепкая и она выдержала, вот только наконечник всё равно царапает мне кожу. Но это не важно, беру обмякшее тело и бросаю его в того гремлина что кинулся на меня, при этом подбираю копьё с земли и метаю его уже точно в то место, откуда прилетел болт. Вопрос только в том, хватит ли ума у стрелявшего сменить позицию. Но судя по квакающим звукам со стороны тьмы — нет. Добиваю одним ударом лежащих друг на друге гремлинов. Всё — перерыв.

— Двадцать три, — тяжело выдохнул, стоя посреди кучи трупов с отрезанными головами и выпущенными кишками.

Одежда на нём была изорвана, сам он весь был с головы до ног в синей крови, а судя по движениям его плеч, он очень тяжело дышал и сильно устал, при этом на нём не было ни царапинки.

— Если учитывать тех, что я перебил до этого, то пятнадцать, — сказал я, с трудом выдёргивая трясущимися от напряжения руками болт из нагрудной пластины, который своим торчащим с обратной стороны кончиком расцарапал мне всю грудину.

Я аккуратно присел возле стены, стараясь не тревожить тот болт, что застрял в спине. Ноги были ватными, руки тряслись и глаза заливал пот, из-за чего было плохо видно, да и вся одежда под бронёй была мокрая на сквозь от пота и крови. Неуверенными шагами Роси подошёл к Мари'а, присел и достав из кармана идеально чистый платок, вытер с её лица пену, после чего кинул платок на землю, и он моментально посинел, впитав гремлинскую кровь. Роси присел рядом с ней так, что закрыл её собой от возможных стрел, которые могут прилететь со стороны прохода, я с трудом переполз и сделал тоже самое.

— Итого, мы уже убили, если учитывать тот отряд в лесу, то сорок семь гремлинов — нарушил я минутное молчание, — а они живут примерно по 50–70 особей. И каким образом разведчики деревни умудрились насчитать пару десятков?

— Да кто их знает… — еле улыбнулся Роси, стянув ранее с лица платок, разглядывая при этом то, что выпало из-под плаща Мари'а — но это пол беды, мы ведь ещё должны в деревню принести доказательства того, что мы зачистили данную пещеру.

— А да, точно, — выдохнул я, — и что будем приносить? Палец? Нос? Уши?

— Я думаю, если мы будем отрезать только правое ухо, этого будет достаточно, чтобы доказать количество убитых. Ведь и вопросов к нам не будет, ведь с одного гремлина два правых уха не возьмёшь.

— И то верно, — согласился я, принимая из рук Роси небольшую, но довольно тяжёлую для своих размеров коробку, сделанную из, ну очень плотной, бумаги, никогда не встречал я такой плотной бумаги, — это что такое? — смотря на содержимое коробки, спросил я у Роси.

— Даже не представляю, — грустью сказал он. — я думал, может ты видел нечто подобное, — внутри странной коробки были металлические штуки.

Они выглядели как будто кто-то сделал небольшой медный клинышек, с немного закруглённым концом и вставил его в цилиндрик, который от основания клинышка шёл немного равномерно, после чего была расширяющаяся ступенька и дальше цилиндрик тоже шёл равномерно. В конце была небольшая, поперек всей поверхности, глубокая канавка, с другого конца эта штука была плоская, с несколькими кружками один в другом, разного цвета и размера. Рядом с ними было очень аккуратно и мелко нанесена гравировка — семь, точка, шестьдесят два, х, тридцать девять. Всего таких штук в коробке было примерно тридцать.

— Не-а, ничего подобного никогда не видел, даже не представляю, для чего это нужно, — закрывая коробку возвращаю её Роси.

— Положим рядом с её лицом, чтобы, очнувшись, она сразу увидела потерю, теперь, — рядом со мной упал небольшой ножик и мешок, — пора приступать, болт из тебя позже вытащим, сейчас опасно.

От этого занятия меня начало тошнить, копаться среди трупов, вдыхать эту вонь и при этом отрезать правое ухо, хорошо, что я ел давно, иначе сейчас бы я блевал. Что-то зашуршало за спиной. Мы оба повернулись на звук ожидая нападения с противоположных сторон. Но тревога была ложная. Это зашевелилась Мари'а. Она села. Из-под плаща показались две тонкие белоснежные руки, с немного кривыми пальцами и при этом её руки были полностью покрыты шрамами различной степенью старости и глубины. Протерев глаза, она сонным взглядом посмотрела на меня, от чего её взгляд резко проснулся, а глаза стали как два огромных блюдца.

Ну да, вид у меня не очень, весь в крови и рваной броне, с ножиком в одной руке и мешком в другой, согнутый в три погибели, отрезаю с отрубленной головы гремлина ухо, при этом из спины торчит арбалетный болт. Зрелище не из лицеприятных.

Мари'а резко вскочила на ноги и капюшон заметался туда-сюда, видимо она пыталась понять, что происходит. К ней подошёл Роси:

— Эй, — дружелюбно сказал он, — ты как нормально? Очнулась? — на его вопрос, капюшон сначала перестал метаться из стороны в сторону и после секундной задержки покивал, — у тебя случился припадок, — спокойным голосом продолжил Роси, — так как это было неожиданно и было не известно сколько он у тебя продлится мы решили не двигаться с места и подождать, когда ты проснёшься. Всё что ты видишь вокруг, произошло пока мы ждали твоего пробуждения.

Мари'а несколько раз кивнула, после чего, из-под плаща показались две кольчужные перчатки и стукнули кулаки друг о друга, её мелодичный голосок, прозвучал как приговор.

— Порву! — она дёрнулась в сторону, куда мы направлялись.

— Стой, — сказал ей Роси всё тем же спокойным голосом, и она замерла, — я и Эль отойдём немного назад, там было пару мест, в которых можно укрыться и обработать раны, найдёшь нас в одном из них и не могла бы ты, собирать с них правое ухо, оно нам нужно для доказательства выполненной работы и получения денег.

Капюшон не уверенно в ответ кивнул и в два прыжка скрылся в темноте. Поджигая пару факелов, мы двинули назад и почти сразу я увидел два трупа в которые метал копья, первый был тоже копейщик, второй же был с арбалетом. Отрезав им правое ухо и пройдя ещё с десяток метров, мы свернули в небольшой закуток, в котором можно отлично прятаться и отбиваться, ведь в случае чего, в проходе может поместиться только один гремлин.

— А ведь мы ещё не закончили с решением проблемы.

— Ты это о чём? — не понял я Роси.

Пока он бинтовал мне спину, из которой ранее, сняв броню мы вытащили болт, при этом я, кажется, от боли спустил немного в штаны. Настолько это было больно.

— Есть у меня одна мысль, но как только вернётся Мари'а, я смогу точно сказать верна она или нет, и, если верна, нам придётся ещё сегодня поработать.

— Вот блядь! — выругался я, — твоя авантюра заходит всё дальше и дальше! А мы не особо то сильные, знаешь ли!

— Значит, это отличный повод стать сильнее или ты хочешь сказать, что то, что ты делал раньше лучше того, что с тобой произошло за эти дни? — судя по его интонации, ответа он не ждал.

Да и отвечать я не собирался, но да, это намного круче того, что я делал до этого, за всю мою жизнь, не считая секса. Но чёрт подери это больно!

— Теперь расскажи мне, с чего это вдруг ты бросился укладывать юродивую в странную позу? Для них же припадки в порядке вещей!

— Это не важно, — ёрзая, немного мечтательным голосом, начал он, — я помогу любому с одинаковым рвением, будь то юродивый, обычный житель, армеец или животина, для меня все равны, а этой позе меня научил один житель вольных поселений. Они там так кладут тех, кто потерял сознание, от пьянства или боли.

— И зачем это им?

— Если положить человека так, то он не подавится своим языком и не захлебнётся собственной рвотой.

— Давай немного передохнём, — сказал он после недолгого молчания, — я бы рекомендовал покемарить по очереди, давай, ты первый, на тебе, в отличии от меня, раны есть.

— Хорошо, — не стал я спорить, уселся поудобнее, чтобы не беспокоить рану и тут же провалился в сон.

— Вставай, — Роси потормошил меня, — кто-то приближается.

Я с трудом открыл сонные глаза, но тут же поднялся и приготовился к бою. Шаркающей походкой в закуток, в котором мы сидели, вошла Мари'а. Плащ, точнее то, что от него осталось, был покрыт весь синей кровью. Правую ногу, она буквально волочила за собой, но что там с ней, не было видно. Войдя в закуток, она тут же упала на землю и протянула нам мешок, глаза её при этом святились счастьем и болью одновременно в равной степени.

— Ну-ка посчитай, — Роси протянул мне мешочек, который взял у неё, — и будь добр, постой на стрёме, этот участок отлично просматривается, благо факелы здесь не потушены.

С болью в ране и сном в глазах, я аккуратно встал и направился к выходу из закутка, на ходу развязывая мешочек, с которого капало.

— Двадцать восемь, — закончил я подсчёт ушей, одним глазом поглядывая за угол, другим в мешок — хуя себе она постаралась, чую большую часть награды придётся отдать ей — немного присвистнув, сказал я.

— Итого 75 гремлинов, многовато для стандартной стаи, не удивительно, что они в открытую начали разведку деревни, популяция то значительная — последнее слово он сказал на выдохе, потому что подтянул Мари'а к стене, она при этом не издала ни звука, только глаза на миг померкли.

— Так, — с видом и голосом лекаря, сказал он, — теперь давай разбираться с твоими ранами, показывай, что с ногой.

В ответ же её глаза округлились и послышалось — «р-р-р-о-о-р-р» — из-под капюшона.

— Я тебе тут порычу! — грозным голосом, словно отец, сказал Роси и легко ладонью хлопнул по капюшону, в то место, где должен был быть лоб, — давай. Сюда. Ногу — своим ледяным голосом приказал он.

Из-под плаща показалась сначала рука, а уже она волоком под рычание Мари'а, показала её абсолютно голую ногу. Ладненькая такая ножка стройная, кожа белая гладкая, вот только она была покрыта огромным количеством шрамов разной степени, старости и глубины. Но это ещё цветочки, по сравнению с тем огромным рубцом, из которого хлестала кровь, что был на её ляжке, видимо, пропустила удар меча.

— Это плохо, — сказал Роси доставая лекарства, — придётся зашивать, эй, Мари'а, будет больно.

В ответ она лишь зашипела и попыталась втянуть ногу обратно под плащ. Но у неё это не вышло, лишь ещё больше крови выплеснулось из без этого активно кровоточащей раны. Два золотых диска померкли на короткий срок, а когда они вновь засияли, в них была мировая боль и слёзы.

— Эй Эль, помоги мне, будешь её держать, — сказал мне Роси доставая какие-то склянки из своей сумки.

— Что мне нужно делать? — спросил я присаживаясь рядом.

— Держи вот это и это, — Роси протянул мне стакан с какой-то прозрачной, но пиздец как пахнущей жидкостью и небольшую круглую деревянную палочку.

— Так, Мари'а. Это ты должна выпить залпом, на вкус это дело отвратно, но надо. А после, зажми во рту эту палочку, — он показал на то, что было в другой моей руке — это чтобы ты не прикусила себе язык, щёки и губы. Да и кричать от боли ты будешь так тише.

Она послушно, уже не скрывая плача, вытянула из-под плаща свою бледную руку, взяла кружку из моих рук, и выдохнув, резко выпила содержимое. И тут же закашлялась. Роси, же при этом поливал этой жидкостью какую-то странную тонкую нить, не менее странную иголку, которая почему-то была изогнута и свои собственные руки.

— Ты чего это делаешь? — отдавая не глядя палочку Мари'а, которая с характерным звуком взяла в её в рот.

— Понятие не имею, что я делаю, я просто повторяю, — нервным голосом ответил Роси.

— Это, как так?

— У нас в деревне врачом был мужик из вольных поселений и перед тем, как кого-то, кто поранился, зашивать он всегда поливал инструменты и свои руки самогоном.

— А-а-а, это тем пойлом из вольных городов, которое в чистом виде пить невозможно и которое горит?

— Ага оно самое. Ещё перед тем, как шить, он всегда давал стакан выпить раненому, что он пьяный не будет боль чувствовать так сильно, как трезвый и рану поливал и промывал потом тоже всегда только самогоном и на удивление, даже самые тяжёлые раны практически никогда не гноились. Поэтому я просто повторяю.

— Хорошо, — ответил я, — ну а шить то ты умеешь?

— Наверное, — пожал плечами Роси продевая нитку в ушко иголки, — тот мужик, Туванби говорил, что это как дырку на штанах залатать, только края кожи нужно самому стягивать, а ниткой фиксировать, иначе нить легко прорежет кожу.

— И где ты взял этот весь инструмент и самогон?

— У него и взял, перед тем как уходить. Подумал, что может кому-нибудь пригодится. Так, а теперь держи её крепко за плечи, сейчас ей будет очень больно, — и не дожидаясь пока я по крепче возьмусь Роси плеснул содержимое фляги прямо на рану Мари'а.

Её глаза округлились, и она закричала. Кричала так, будто на живую режут, благодаря палочке во рту, она кричала не громко, но неистово и при этом билась в конвульсиях, так, что те конвульсии, что были раньше во время припадка и рядом не стояли.

— Держи её крепче, — сказал спокойно Роси и снова плеснул на рану.

Мари'а забилась с новой силой, она пыталась вырываться, но я прикладывал абсолютно все усилия, чтобы она не смогла. В итоге, дернувшись ещё пару раз, она затихла.

— Потеряла сознание от боли, — спокойно произнёс Роси стягивая кожу на ране и начиная зашивать её, кровь при этом так и не прекращала хлестать, — можешь её отпустить, — сказал он, делая очередной стежок.

От этих слов я заметил, что всё ещё очень сильно сжимаю её хрупкие плечи и вдавливаю что есть сил их в стену. Отпустив их и сев, я понял, как я устал, держа её, я устал сильнее, чем до этого, пока бился с гремлинами, и раны тут же отозвались резкой болью во всём теле. Я аккуратно облокотился на стену и сполз по ней.

— Так, — не отвлекаясь от дела, пробурчал Роси — только ты сейчас ещё сознание не теряй, я двоих вас из шахты одновременно не вынесу. А такими темпами здесь скоро будет, целая толпа падальщиков. Как-то я не очень горю желанием ещё и с ними сражаться.

— Хорошо-хорошо, — миролюбиво ответил я, поднимая правую ладонь и отмахиваясь от него, — тогда расскажи, что мы дальше должны делать, ты говорил, что как вернётся Мари'а, ты убедишься и всё расскажешь.

— Посмотри на её плащ, он весь мокрый примерно до середины, значит, на нижних уровнях, куда она ходила, идёт подтопление. Но если бы шахту медленно топило, гремлины бы не стали в ней селиться. Значит, это началось относительно недавно, к тому же, пока мы шли по деревне, я заметил необычайно много речной рыбы. Полные телеги с бочками рыбы, в амбарах тоже бочки с рыбами, да и вообще в деревне воняет рыбой.

— Да такое и я заметил.

— Вот и я о чём, но этой деревне не нужно столько рыбы, она не настолько большая. Фестиваля никакого не намечается в ближайшее время. Тогда, где взяли они её в таком количестве? Наловить удочкой или сетями столько невозможно. Тогда остаётся один вариант — плотина.

— Плотина? — не понял я.

— Да, они построили на реке неподалёку плотину. Из-за чего река в том месте разлилась, подмыв берега. Видимо поэтому, из-за подмыва начало затапливать нижние уровни шахты. Этим можно объяснить и необычайное количество рыбы в деревне. Ведь рыба дальше, в низ по течению, не может пройти, она вся скапливается возле плотины, где её и вылавливают. Я уверен, что чуть ли не руками.

— И что в этом такого? Ну много у них рыбы и что с того, засолят на будущее, поедят вдоволь, а всё лишнее просто продадут. Что в этом такого? К тому же с гремлинами мы разобрались, шахту зачистили, больше они не полезут в деревню! Проблема решена, — хлопнул я ладошками, это была плохая идея, хлопок отразился усилением на несколько мгновений боли в ране.

— Нет не решена, — сказал Роси завязав узелок и снова полив зашитую им рану из фляги. От этого Мари'а дёрнулась всем телом, но в сознание не пришла — их главная проблема — жадность, но с ней мы ничего не можем поделать, поливая сложенные несколько раз бинты из фляги учительским тоном начал он — тогда мы можем решить другую проблему — плотина.

— И какая же это проблема?

— Во-первых, гремлинов. Да мы зачистили шахту. Но сама шахта то никуда не делась и рано или поздно, скорее всего, в ней снова поселится новое племя гремлинов. И они тоже столкнутся с проблемой подтопления, — приложив намоченный самогоном бинт ко шву, он начал другим заматывать место шитья — и найдут, проблема — плотина. Значит уже новые гремлины, будут пытаться разобраться с деревней. Потом там ниже плотины, река очень сильно должна была обмелеть. Количество водных животных и животных, которые пили эту воду, сократится. Значит и охотникам будет сложнее добывать мясо, как и другим, волки там, те же гремлины и остальные, что приведёт к новым стычкам за оставшееся мясо. Раз его мало, то его быстро вырежут. И плотоядная живность тогда обратит взор на человека. Опять же это из-за плотины. И ещё, деревьев тоже станет меньше, ведь те деревья, что питались подземными водами, станут недополучать её и погибнут, что приведёт к уходу ещё и мелкого зверя. И тем же лесорубам, и охотникам придётся заходить глубже в лес, чтобы выполнить свою работу. Ты не хуже меня знаешь, что чем глубже в лес, тем страшнее твари. И будут новые стычки, новые проблемы и потери среди людей. И это, не говоря уже о том, что другие деревни увидев краткосрочную выгоду от строительства плотины, тоже начнут строить их и в дальнейшей перспективе все деревни столкнутся с подобным. И начнётся такое, что ни местные, ни армия всё это дерьмо не разгребут. А, да, с чистотой водой тоже начнутся проблемы, так как вода плохо проходит, она начнёт загрязняться, а от неё и грунтовые воды, значит и вода в колодцах тоже станет грязная. Жители будут её пить и начнутся поголовные заболевания, многих скосит, прежде чем жители поймут в чём причина. Во-о-от — резко выдохнул, завязывая узел на забинтованной им ноге, Роси сел, тоже облокотившись спиной о стену.

Я же сидел и широко раскрыв глаза, смотрел в одну точку. От слов Роси у меня голова разболелась, а мысли не прекращали огромный поток информации, я всё думал и думал и в голове появлялись всё новые проблемы, к которым данная ситуация может привести и было ощущение, что у меня на спине волосы встают дыбом.

— Я думал, что всё просто, — нарушил не долгое молчание я, — гремлины нападают на деревню, это проблема. Вырезали всех гремлинов — проблема решена, как и договаривались со старостой. Всё, получаем награду и свободны, а тут вон оно как…

— Да нет, ты прав всё просто, только вот нападение гремлинов, лишь следствие проблемы, которую жители создали сами. Это плотина. Вырезали мы их, по причине того, что гремлины очень злопамятны и даже если бы плотина была разрушена, они не перестали нападать, пока бы не вырезали всю деревню. Так, что бой этот прошёл не зря.

— Так я правильно понял, что ты хочешь разрушить её?

— Всё верно, пока ночь мы это сделаем, — встал Роси на ноги, — отдохнул, идти можешь?

— Да, — с трудом опираясь на стену встал я, рана в спине тут же напомнила о себе резкой болью.

— Хорошо, идея, как это сделать есть?

— Да-а-а, я придумал отличную авантюру для этого!

— Ладно пошли, ты иди впереди, а я понесу Мари'а, — сказал он и закинул её за спину словно мешок, — ну тогда идём, — взяв факелы со стены, мы двинулись в сторону выхода.

***

— Ну как всё прошло? — спросил я у вернувшегося Роси.

— Подробностей тебе лучше не знать…

— Выглядишь ты как выжатый лимон.

— Так и есть, староста согласилась отдать награду только при условии, что я отвечу абсолютно на все её вопросы.

— И что ответил?

— Да, причём по два раза на каждый и с кучей уточняющих к каждому, — Роси завалился в тенёк, где сидел я и не подоплёку посапывала куча тряпья.

— А что насчёт плотины?

— Ни слова не сказала, но деревня вся на ушах стоит. Так, что как мы и разговаривали с тобой, река та на царских землях стоит, а значит разрешения у них на её строительство не было. Можно не переживать, второй раз они навряд ли рискнут.

— Ну и отлично. Куда дальше двинем? В «Под шляпой кабана» зализывать раны?

— Ты не раны зализать хочешь, а Лин-лин.

— Что есть то есть, — и голодная улыбка сама собой расползлась по моему лицу.

— Я думал в другое место пойти. До «кабана» идти два дня, это без учёта ранений. Если пойти в противоположную сторону, то примерно за день доберёмся до другого города, там и отдохнём, снаряжение починим, припасы пополним, да и информацию для новых авантюр поищем.

— Тогда так и сделаем.

— Ну вперёд! — Роси встал и как мешок с костями закинул себе на спину ещё спящую Мари'а, которая на эти действия, только лишь немного поворчала.

— Почему ты не хочешь идти в город? — почти одновременно с Роси, мы спросили у Мари'а.

— Нам нужно всем отдохнуть в нормальных постелях, поесть хорошей горячей еды, обновить снаряжение и показать тебя нормальному лекарю! — выпалил я на неё.

— Бака! — в ответ мне были слова и небольшой камешек с земли в лоб.

— Бака, что значит бака? Роси ты понимаешь, что значит это слово?

— Нет, но судя по камушку, который в тебя прилетел, это означает, что она тобой недовольна.

— Просто замечательно! — вспылил я окончательно, — мной недовольны ну и отлично! Роси! Давай бросим её тут, она же до этого не заходила с нами в деревни, так пускай тут подождёт! — отвернувшись, сказал я, пытаясь взять её на слабо, а сам повернув голову посматривал на неё.

Глаза всё так же святились золотым, но вот, что в них сейчас отражалось, какое чувство или эмоция, я понять не мог.

— Послушай Эль, я пока по предыдущей деревне шёл, кое о чём подумал. Как много ты встречал девушек юродивых?

— Пока путешествовал достаточно их повидал, а что?

— По сравнению с мужчинами их много?

— Дай-ка подумать, ну-у-у… — почесал я затылок, — по сравнению не могу сказать, ведь они все в плащах ходят и кто там под ним не видно.

— Хорошо, а из тех, что ты видел кто там?

— Ну в таком случае девушек меньше, значительно меньше.

— Хорошо, — начав копаться в мешке, продолжил он, — из тех в которых ты уверен насчёт пола, в городах ты сколько видел девушек юродивых?

— Ни одной, — уже точно ответил я, — ты клонишь к тому, что по какой-то причине, девушки юродивые не заходят в поселения?

— Ага, и ключевое слово — девушки, — сказав это, он извлёк из мешка свёрток, развернув который нам предстал новенький плащ.

Он был свободным, без рукавов, но с хорошим глубоким капюшоном. По длине точно в пол, а цветом был серо-зелёным.

— А? Как тебе Мари’а? — показывая ей его, спросил Роси.

Капюшон неохотно повернулся в сторону плаща и буквально на долю секунды её взгляд словно остекленел. После чего вернулся к довольно грустному. Роси кинул плащ на неё словно покрывало.

— На-ка примерь-ка его на себя.

Новый плащ отлетел в сторону, а Мари'а вскочила на ноги, её глаза сияли золотым словно в них отражался огонь. А из-под капюшона начало раздражаться рычание как у молосса.

— А ну-ка не рычать! — Роси подошёл к ней и легко, как прежде, стукнул её своей ладонью по лбу.

— Я ВИЖУ ТЕБЯ! — в ответ на это выкрикнула Мари'а, своим звонким, словно колокольчики, мелодичным голосом и с разворота ударила Роси в бок ногой, от чего тот повалился кубарем на землю, пролетев перед этим метра полтора.

— Фи-и-и-у-у-у, вот это она тебе заряди… — тут до меня дошло. Мари'а. Смогла. Ударить. Роси… Эти слова крутились у меня в голове, пока я пытался это осознать он уже поднялся на ноги.

— Вообще-то это очень больно, — с явной обидой и болью в голосе сказал Роси потирая бок.

Мари'а же всё также стояла и шипела и было ощущение, что глаза её стали святится ещё ярче, в них теперь даже смотреть было некомфортно.

— Х-ха-ха-а-х-ха, — согнуло меня на пополам от смеха — вот это сейчас было зрелище, «я вижу тебя» бах и непробиваемый Роси уже на земле, — я подскочил к нему и убрал руку которой он прикрывал бок — ну же, куда она тебе тут попала? — я начал короткими ударами, но довольно быстрыми бить Роси в этот бок — куда она ударила? — с азартом говорил я, продолжая бить, но всё было тщетно, ни один из ударов не прошёл.

— Завязывай, — оттолкнул меня Роси, — естественно, я не абсолютно неуязвимый и меня вполне можно ударить, — резюмировал он, отряхивая свою одежду, от дорожной пыли, в которую раньше упал, — Мари'а, — учительским голосом начал говорить он, на всё ещё шипевшую юродивую, — этот плащ, который был куплен в той деревне, является для тебя подарком от нас обоих, — Роси подтолкнул меня локтем.

— Да, — неуверенно сказал я.

Посмотрев на меня злобно за мою тупость, он продолжил:

— Так мы хотим показать свою благодарность за то, что ты нас уже дважды выручила, тогда с троллями и до этого с гремлинами, когда предупредила нас о засаде. Не хочешь не принимай этот подарок, но мы были бы рады прими ты его.

От этих слов Мари'а перестала шипеть, а глаза гореть словно языки пламени. Они посмотрели на плащ, лежащий на земле, потом на нас, потом снова на плащ и потом снова на нас.

— Да ты уже достала! Хорош ломаться и надевай чёртов плащ, — снова вспылил я — мы что зря старались и выбирали его для тебя!?

— Бака — фыркнула она и плащ сам собой поднялся с земли.

— Так, спокойно, — сказал я сам себе под нос — ты уже видел, как она заставляет летать еду и чашки, а это всего лишь плащ, в этом нет ничего не обычного.

Посмотрев на Роси, я понял, что он думал примерно тоже самое. Сделав пару оборотов в воздухе плащ замер задней частью к нам, а после упал на землю. Следом, под радостный визг, с неё слетело и то тряпьё, которое когда-то было плащом. Под ним оказалось полностью голое тело, довольно худое с белоснежной кожей, которая была покрыта шрамами разной степени глубины и старости, это всё, что я успел увидеть, ведь Роси развернул меня спиной к ней.

— Эй ты чего это? — удивился я, — бабы голой никогда не видел?

— Видел, конечно, — обиженно сказал Роси, — но дело не в этом, она ведь путешествует с нами и это будет невежливо пялиться, когда она переодевается. Не по-товарищески это.

За нашими спинами что-то разбилось, и мы резко обернулись. Старый плащ Мари'а, горел каким-то непонятного цвета пламенем, при этом шла сильная вонь. Сама она же стояла в новом серо-зелёном плаще и её глаза святились счастьем, словно два солнца под капюшоном.

— Ну вот видишь, так же намного лучше? — капюшон радостно закивал в ответ, — теперь пойдёшь с нами в город? — капюшон ещё радостнее закивал в ответ, — вот и славно, а теперь двинули, а то этот догоревший кусок ткани сильно воняет.

— Какие планы в городе? — идя рядом с Роси и наблюдая за тем, как Мари'а исполняя странный танец, движется впереди нас.

— Думаю для начала, нужно найти постоялый двор. Отмыться, наесться, а после упасть спать и спать столько сколько будет нужно. Так, что раньше завтрашнего обеда, чтобы все отдыхали, — он сказал это немного повысив голос, чтобы Мари'а тоже услышала, она же, не отрываясь от танца посмотрела на нас и капюшон немного кивнул.

— А потом?

— А потом, будет потом, так, что будем решать вопросы по мере их поступления, а вон и ворота города показались.

— Три комнаты, — Роси бросил монету на стол трактирщику, — пусть в них принесут ванные с горячей водой, — трактирщик смотрел на нас немного ошалелым взглядом, уж больно мы необычно выглядели, — что-то не так? — угрожающе ледяным голосом сказал Роси.

— Да нет, всё хорошо, вот ключи, — трактирщик протянул три ключа, — комнаты на верху все три подряд по правую сторону от лестницы на второй этаж. Вода будет только когда вскипит, а так как чана нужно три, это займёт время…

— Отлично, — мы поднялись на второй этаж, Мари'а стояла и тупила перед дверью, не понимая почему она не открывается. Роси подошёл к ней чтобы помочь.

— Вы там вдвоём справитесь?

— Да, иди отдыхай, — махнул мне Роси, пытаясь отобрать ключ из бледной руки Мари'а.

Зайдя в комнату, и не снимая брони, я завалился на мягкую кровать и тут же провалился в сон.

Проснулся я уже абсолютно голым, лежащим в постели и накрытым одеялом. Осмотрев комнату, я не нашёл ничего знакомого. Только одежда висела на стуле, а рядом с ней на полу как попало валялась броня. И в отличии от одежды, она стиранной не была. Встав и хорошенько потянувшись, я понял, что это была плохая идея. В глазах потемнело, а всё тело начало ломить, рана в спине напомнила о себе резкой болью. Кстати, на мне были чистые бинты, значит тот, кто меня раздел, не только постирал мою одежду, но и перевязал меня и всё это пока я спал.

— Ну и кому я теперь за это должен? — уже в слух выдохнул я, начав одеваться.

Внизу было довольно людно, вечер как ни как был на носу.

— Эй соня, — повернувшись на голос, я увидел, как мне махал Роси, сидя за небольшим квадратным столиком вместе с Мари'а.

Заказав пожрать и взяв кружку пива, я присоединился к ним. Их тарелки уже были пусты, Роси сидел и потягивал какой-то напиток, Мари'а же облокотившись спиной о стенку тихо посапывала. Но похоже, что не тихо, ведь её было отлично слышно сквозь тот гомон, что стоял в трактире.

— Какие планы на отдых? — отпивая из кружки, спросил я.

— Буду отдыхать, присматривая вот за этим созданием, — говоря это, Роси, что-то изучал в своей кружке.

— Что прям сильно проблемное?

— Не то слово! Сначала она не могла открыть дверь в свою комнату, не понимала, как пользоваться замком. Когда же я открыл ей дверь, она вошла и заперлась изнутри. А через какое-то время начала ломиться в эту же дверь пытаясь куда-то выйти. Прошлось идти и кучу времени потратить, чтобы объяснить ей как открыть дверь, после чего она улетела в неизвестном направлении. Когда я к вечеру проголодался и спустился вниз, она уже сидела тут и спала. Проснулась от запаха еды, что я заказал на двоих и съев всё, тут же уснула.

— Да-а-а, — протянул я, — хлопотная девица, может я оставшееся время за ней пригляжу?

— Да не, — отмахнулся он.

— Как ты и сам сказал, я словно её приручил, так что, теперь это моя ответственность.

— Ваш заказ, — девушка, принёсшая еду, была ладной фигурки, в платье с декольте, ставя всё на стол, она несколько раз специально наклонилась, чтобы я там получше всё рассмотрел, глаза её при этом сверкали возбуждением и похотью.

— Как вам бинты? Удобно? Не жмут? — спросила она с придыханием, — я немного в этом неопытна, — пошатав бёдрами, сказала она.

— Если они вам натирают, я бы могла подняться к вам после смены и заменить их, — говорила она, прямо-таки пыша желанием и страстью сделать это здесь и сейчас. Я так оценивающе посмотрел на неё, ну в принципе сгодится, не Лин-лин, конечно, но тоже пойдёт.

— Да, есть небольшой дискомфорт, — подмигнув, сказал я, — можешь вечером зайти и сменить их.

— Хорошо! — радостно кивнув, почти подпрыгнув, когда разворачивалась уходить, но на секунду замерев, видимо, чтобы взять себя в руки и пошла дальше спокойной походкой, при этом виляя бёдрами.

— Я смотрю даже раненый и побитый ты популярен.

— А то! — стукнул я себя легко в грудь кулаком, но этого хватило, чтобы рана в спине о себе напомнила.

— Я же ведь тебе ещё при первой встрече это сказал…

— А почему? — нас перебил звонкий голосок, — а почему у той девушки рот поперёк и руки четыре, а сисек нет? — склонился капюшон немного в сторону, глаза её сияли сонливостью, посмотрев в которые самому захочется спать.

— Ты это о чём это? — не понял я, — нормальная девушка, и грудь у неё есть! И руки у неё две, а не четыре! И вообще, о чём это ты говоришь?

— Ась? — в ответ на мои вопросы наклонив капюшон с непонимающим взглядом сказала Мари'а.

— Ты сейчас про девушку говорила что?

— Ась? — всё тоже самое в ответ.

— Ясно. Я так понимаю это бесполезно? — обратился я уже к Роси.

— Ага, — спокойно ответил он, — я заметил, что она постоянно будто находиться не здесь и не с нами, но иногда она возвращается и выдаёт, что-то в роде тех странных масок, таких вот странных фраз, а потом уходит обратно в себя или куда там.

— Ясно, — выдохнул я, — ладно, еда была вкусная, но мне пора, пока ещё не поздно отдать всё на починку.

— Не рекомендовал бы я тебе это всё чинить, — сказал Роси и положил на стол больших размеров кошелек.

— Моя доля?

— Да, твоя доля за последние два задания, я, конечно, не знаю сколько стоит броня и всё остальное, но на твоём бы месте, сегодня бы я просто походил и приценился, а завтра же уже пошёл всё покупать и лучше, чтобы то, что ты купишь отличалось от снаряжения наёмников, чтобы не было как в прошлый раз.

— Понял, тогда и тебе стоит прикупить нормальное оружие и броню, хоть удары по тебе и не проходят, но для виду и уверенности она тебе точно пригодиться.

— Тут я с тобой согласен, — почесал затылок и немного улыбнувшись сказал Роси — я бы тоже прошёлся с тобой, но пока не могу, — немного извиняющимся тоном ответил он, показывая взмахом головы, на снова спящую Мари'а.

— Лады, — я пошёл в город.

Городок был относительно небольшой, чуть меньше того, в котором я обитал последние несколько месяцев и в котором я познакомился с Роси. У торговцев полная жесть. Шёл я по торговому кварталу в раздосадованный чувствах. Ничего путного в этом городе нет, вся броня либо низкокачественная, либо пиздец какая дорогая, а для копейщиков вроде меня, кому нужна и прочность, и лёгкость, ещё при этом не должна стеснять движения. Такой вообще нигде нет! А та, которую мне выдал Мирук, которую я у него выкупил и которую за пару авантюр мне разодрали, была сделана на заказ. А вот где не знаю. Да и сами мастера ничего мне предложить не могли. На мои вопросы лишь разводят руками и советуют пойти к тому то, что он мол может и сможет предложить мне то, что меня может заинтересовать. Вот двери такого очередного мастера.

— Есть кто? Хозяин? — заходя, я спросил.

В ответ была полная тишина. Внутри была самая обычная лавка. Напротив входа была стойка, а на стенах и полу было снаряжение. Всякое разное, но снаряжением для копейщиков и не пахло.

— Э-э-эй, — вновь позвал я, — есть кто?

— Есть-есть, — послышалось из-за двери, женский голос.

— Секунду, уже иду, — из-за занавески показался парень, возрастом чуть моложе меня, при этом с очень смазливым личиком, сальными волосами до плеч и в фартуке кузнеца, на голый торс.

— Чего ищете? Какой вид снаряжения и оружия?

— Мне необходима кожаная броня, для копейщиков, лёгкая, достаточно крепкая, чтобы её не пробила стрела или арбалетный болт и при этом не стесняла движения, ну и желательно, чтобы не сильно тяжёлая, есть что-то подобное? — уже с обречённым выражением лица спросил я, собираясь уходить.

— Да есть, — спокойно ответил лавочник, выходя из-за прилавка, — одну минуту, — он подошёл к большой куче доспехов и покопавшись там, вытащил что-то непонятное, состоящее из нескольких частей, скреплённых между собой кожаными ремешками.

— Это что такое?

— Примерьте и тогда будет понятно.

На мне оказался жилет, состоящий спереди из шести пластин, две нагрудные и четыре на живот, на спине же тоже шесть, но уже прямоугольников, четыре вдоль позвоночника, два на лопатки, скреплялись они все кожаными ремешками, при этом расстояние между ними было довольно велико. На руках же были наручи, которые немного не доходили до локтей, потому что налокотники были отдельно, но тоже соединялись с наплечниками, посредством двух кожаных ремешков каждый, который как раз только что закончил поправлять продавец.

— Это называется База. Очень популярный вид брони в Западном королевстве, среди рыцарей средней руки.

— И чем же? — не понял я, — в эти щели можно что угодно просунуть, — доказывая свои слова, я просунул палец между пластинами, — двигаться, конечно, из-за этого, довольно легко, но защиты никакой.

— Так это же База, она и не должна защищать.

— А? — не понял я его снова, — это что за броня такая, которая не защищает!?

— Всё просто, пластины, которые ты видишь на жилете, они снимаются и заменяются на другие, которые захочешь, заказать можно любой формы размером, цветом и материалами, во время заказа они будут подгоняться под твой размер, да, при таком условии всё равно щели останутся, но благодаря этому подвижность сохранится на достаточном уровне.

— О-о-о-о как, — протянул я, — а сшить это дело вместе можно?

— Да, вполне, но тогда получится одна огромная цельная часть брони и не о какой лёгкости и подвижности речи быть не может. Если что штаны к этой верхней части тоже есть, принцип там такой же.

— О как, — удивился я в который раз, — какая удобная штука и почему у тебя так пусто? За ней должна очередь стоять.

— Ну во-первых, ты заявился под конец дня, когда я только-только собирался закрыть лавку, — говоря это, продавец не скрывал своего раздражения, — во-вторых, это цена. Вот столько стоит База, которая на тебе, — он повернул ко мне листочек, на котором только что написал.

— Фи-у-у-у, — присвистнул я, про себя же я понял, что это все деньги, что я заработал за то время, пока работал с Роси. Даже на кружку эля не останется.

— Ага, — кивнул продавец, — поэтому её и покупают, только на западе, там страна по богаче будет и то, даже там её берут только рыцари с нормальным достатком.

— Тогда…

— Тогда может ты придёшь завтра? — перебил меня продавец, — ты, конечно, покупатель и все дела, но рабочий день окончен, мне нужно закрывать лавку и идти домой, меня там ждут, — буквально сдирая с меня броню, затараторил он, вытолкнул за дверь и закрыл её перед самым носом.

— Ну дела… — почесал я затылок, такого поворота событий я никак не ожидал, от удивления я что-то даже разозлиться не успел. Тогда пора вернуться в трактир, чего-нибудь перекусить по-быстрому и ждать, когда та милашка придёт ко мне перевязывать бинты.

— Ну как прогулка? — Роси уплетал какую-то странную похлёбку, закусывая её куском хлеба.

— Нормально, прошёлся, посмотрел на цены и товары. В принципе, есть из чего выбрать… — задумчиво сказал я.

— Дай угадаю, — не отрываясь от еды, сказал Роси, — нашёл броню или копьё, которое тебе не по карману?

— Ага, — мечтательно сказал я, представляя себя в ней, — броня, дорогая до ужаса.

— И сколько она стоит? — я показал ему пальцами стоимость, — дорого стоит, — немного закатив глаза, ответил он, — но за полный комплект вроде можно отдать, если она хорошая.

— Это не за полный комплект, это только за Базовый верх.

— Базовый верх?

— Да, слышал о составной броне популярной в западном королевстве?

— Мельком что-то.

— Ну вот, только верхняя часть без пластин столько стоит.

— Да-а-а… — протянул он, ставя на стол кружку, из которой только, что отпил.

— Чтобы купить тебе такую броню, да ещё и в полном комплекте, нужно будет ещё два раза по столько же денег, сколько я тебе отдал, вместе с твоей долей.

— Вот и я о том же, есть какая-нибудь информация по проблемам?

— Нет, пока ничего, — отмахнулся он, — завтра может что-нибудь и будет, ну или после завтра, в любом случае, западная броня, — это конечно хорошо, но прикупи себе завтра всё-таки полный комплект.

— Да и без сопливых знаю! — закипая, сказал я.

— Не кипятись, я же не только о тебе думаю, я о нас троих, переживаю, если у тебя будет плохая броня или некомплектная, ты не сможешь сражаться в полную силу, из-за чего мы можем пострадать, — договорив это, он посмотрел в сторону, где сидела Мари'а. Вот только её сейчас там не было.

— А где? — тыкая пальцем в свободное пространство, спросил я.

— Не знаю, — пожимая плечами, не отрываясь от бокала сказал Роси.

— Жаль, а то я кое-что прикупил для неё… — с этими словами я бросил на стол небольшой свёрток.

Роси не раздумывая развернул его, достав из него свёрнутый, красный бинт. Таких там было еще три штуки. Роси развернул один из них, предварительно, взглядом спросив у меня разрешения. В длину он был примерно 2 метра и немного тянулся.

— Это что такое? — сворачивая его обратно в рулончик, поинтересовался Роси у меня.

— Понятия не имею, как это называется, но ими активно пользуются воины тени из Восточной империи. Перематывая себе ноги и руки, для снижения нагрузки на мышцы. Мари'а, же у нас руками и ногами машет в бою, вот я и подумал, что они ей могут пригодиться. К тому же ими она сможет прикрыть многочисленные шрамы на руках и ногах. Как ты говорил, она же девушка. К тому же может она, прикрыв руки, перестанет пугать нас своей странной магией…

— Не ожидал от тебя, а почему красные?

— Чтобы кровь тварей и живности не было видно.

— У гремлинов кровь синяя, у падальщиков — чёрная.

— … — просто промолчал я, не зная, что на это ответить и вновь посмотрел на место, где должна сидеть Мари'а.

— Она спала и спала. Потом резко вскочила, и унеслась. Я последовал за ней и лучше бы я не видел того, что она делала.

— И что же?

— Уверен, что хочешь знать?

— Да, — твёрдо сказал я и любопытство во мне только возросло.

— Мари'а ходила по городу и ловила бездомных, причём не важно — двухвостых кошек, собак или людей.

— Хера себе! — выкрикнул я сильнее, чем планировал и ближайшие люди за столиками обратили на меня внимание.

— Да не шуми ты! — шикнул на меня Роси, — я сам удивлён не меньше твоего.

— Понял, — извиняющимся тоном сказал я, — и что она с ними делала?

— Сиди и не упади, — ледяным голосом ответил Роси, — действовала она за то время, что я за ней наблюдал, всегда по одной схеме. Сначала, она выслеживала жертву, потом она её ловила и вырубала ударом по голове. После чего засовывала себе под плащ.

— И людей???

— И людей!

— И почему ты на это не как не отреагировал?! Ведь она в город вошла вместе с нами, а значит её действия отразятся и на нас! — от досады я вновь повысил голос и хлопнул по столу.

Окружающие столики снова обратили на меня внимание, но в этот раз ещё и шушукаться начали.

— Я хотел по началу, — ледяным тоном начал рассказ Роси, давая взглядом мне понять, чтобы я меньше привлекал внимание, — но дело всё в том, что происходило после того, как она их засовывала под плащ.

— И что же?

— Она садилась на землю прямо там и сидела некоторое время, недолго, минуты две-три. После чего вставала и уходила дальше, а на месте, где она сидела, оставался спящий похищенный ей бездомный или живность.

— Что-то я не понял. Получается она их ловила, засовывала себе под плащ сидела, а после уходила? И в чём был тогда смысл?

— Смысл в том, что те, кого она оставляла, были мытыми, откормленными, а раны их вылечены.

— !!!!!? — хотел заорать я, но поймав взгляд Роси сдержался.

— После пары тройки таких раз, она заметила меня и сбежала по крышам, и я больше не смог за ней наблюдать. Я попытался поговорить с бездомным, которому она таким странным способом помогла.

— Что он рассказал? — от любопытства я даже не заметил, как в процессе разговора подался всем тело вперёд, что уже буквально лежал на столе.

— По началу, он всё отрицал, но после того, как я расспросил его по подробнее, — говоря это Роси похлопал себя по тому месту, где носит косу, — он зарыдал и сказал, что это были лучшие полгода в его жизни, и лучше он умрёт, чем что-то расскажет и при этом он попытался напороться на мою косу, чтобы убить себя.

— Неожиданная реакция…

— И не говори, — тяжело вздохнул Роси, — поэтому остальных я расспрашивать не стал и вернулся сюда. С тех пор уже два часа, как её нет.

— Понятно, тогда я пошёл, к себе, — погружённый в раздумья, вставая из-за стола прошептал я Роси.

— Ага давай-давай, — помахал мне Роси ладонью чтобы я уходил — а то та официантка, уже все глаза высмотрела, пока ты тут сидишь, скорее всего её рабочий день окончен.

Повернув голову, я действительно её заметил, как она смотрела на меня через весь зал, стоя возле стойки с пустым подносом, прижимая одной рукой его к груди, другой не осознанно поглаживая его. Я ей подмигнул, от чего её глаза вспыхнули, и она рванула куда-то за стойку. «Наверное, готовиться пошла, мне к такому не привыкать» — раздумывал я пока шёл в свою комнату. Не успел я в неё зайти и снять с себя шмотьё, как в двери аккуратно, но настойчиво постучали.

— Войдите.

— Я пришла сменить повязки, — с этими словами дверь распахнулась и в одном полупрозрачном платье вошла та самая девушка, в руках у неё был поднос, на котором лежали чистые бинты и всё необходимое для перевязки. От её вида мысли о действиях Мари'а, куда-то улетучились.

— Так заходи и приступай, — ухмыльнулся я одним уголком губ.

Я сидел на кровати в одних подштанниках. Она вошла и сделав пару плавных, но уверенных шагов оказалась возле меня, немного помедлив и посмотрев по сторонам, не найдя на что ей поставить поднос и самой сесть, она опустилась на колени возле меня.

— Сначала нужно снять старые, — протягивая ко мне свои руки, начала говорить она.

Я же схватил её за запястья и падая назад на спину, потянул её за собой, и оказавшись на спине она оказалась с верху меня.

— Сначала это, а то и новые бинты придётся менять.

— Да, — на выдохе сказала она и впилась своими горячими губами в мои.

Кто-то стучал в двери, да так настойчиво, что и так болевшая голова, стала словно чугунная, и я не мог даже пошевелиться, чтобы она не отзывалась болью.

— Э-э-э-эй, один из авантюристов! Вставай давай, на ваше объявление откликнулись. Так что тащи свой зад вниз, а то он мне посетителей распутает пока в одного сидит!

— Чё-ё-ё-ё??? — простонал я, — какое на хрен объявление? Кто ждёт?

С трещащей головой я спустился вниз. Было раннее утро и народ только подтягивался, взглянув в зал, я понял о ком говорила та, что звала меня.

В зале сидел он. Просто огромных размеров парень, с чёрной как уголь кожей. Из одежды на нём были какие-то непонятные тряпки, обёрнутые вокруг тела, по верх всего этого был накинут тонкий, песчаного цвета плащ. Сидел он за столиком, рассчитанным на небольшую компанию, и занимал почти всё пространство за ним. Столик этот, кстати, стоял возле стены, на которую был облокочен огромный сверток, в который бы поместился средних размеров человек. За моей спиной открылась и закрылась входная дверь.

— Отлично, ты как раз спустился сам, я уж было хотел идти тебя будить, пойдём, — Роси хлопнул меня по плечу, от чего моя голова зазвенела немного сильнее, — этот здоровяк, как я понял, именно тот, о ком говорил посыльный мальчик, — я прошёл за Роси и не говоря ни слова также, как и он, сел за стол к этому здоровяку.

— Добрый день, — поздоровался Роси.

Я же просто кивнул, потому что говорить не хотелось, голова сильно болела, но от простого кивка стало всё равно хуже.

— Это Эль, — он указал на меня, — я Роси, тот, что дал объявление, ты же из-за него нас искал?

— Да, — на удивление приятный, немного бархатный голос, раздался из его рта, с такими же чёрными губами, что и остальная кожа, — я видеть ваше объявление на доска, на центральная площадь. И спешить сюда, пока вы ещё не уходить, — до меня медленно начали доходить слова, которые говорил этот здоровяк, наверное, пиво, что принесли, каждому по кружке, дало своё действие.

— Я Тоум Хейк, — и он с гордостью приложил руку ладонью к груди.

— Та-а-а-к, погодите, Роси, что за херня тут происходит? Я ничего понять не могу.

— Тут всё просто, извини Тоум, сейчас я введу в курс дела своего товарища, и мы продолжим.

— Хорошо, — ответил он и в один глоток осушил кружку пива.

— Тут такое дело… — почёсывая затылок и словно извиняясь, с улыбкой начал он, — как я понял в мою авантюру ты решил ввязаться на долго и Мари’а, судя по всему, тоже пробудет с нами какое-то время. Вот я и подал объявление, что нужен энтузиаст, который владеет дальнобойным оружием и готов за копейки искать приключения и участвовать в авантюрах.

— И зачем тебе это?

— Как зачем? — искренне удивился он, — нам нужен основной состав.

— Чё? — выпятил я нижнюю губу, не понимая о чём, он и судя по белоснежным глазам здоровяка, которые немного округлились, он тоже не понимал о чём он.

— Так, теперь слушайте оба, это касается всех, в том числе и Мари'а, но она, как обычно отсутствует.

— Так, погоди, — принимая из рук вечерней девушки огромный кувшин пива, — мы не заказывать, — возмутился Тоум.

— Это за счёт заведения, — ехидно улыбнулась она, подмигнула мне и упорхнула дальше обслуживать посетителей. Тоум и Роси вылупились на меня.

— Что? — наливая в кружку пиво из запотевшего графина, — я же уже тебе говорил, Роси, что у меня в каждом городе так, где бы ни останавливался, — отпил я почти половину кружки залпом, и боль в голове спустя пару секунд ещё немного утихла, — вот теперь я готов слушать, — здоровяк же всё так, же с выпученными глазами смотрел то на меня, то на Роси.

— Так вот, — прокашлявшись и поправив перчатки, начал он учительским голосом.

— В нашей компании уже есть человек идущий впереди встречая основной удар противника, так сказать — первая линия.

— Ага, — кивнул я.

— Простите, — перебил Тоум. — кто это из вас двоих?

— Я.

— Он, — почти одновременно сказали я и Роси.

— Э-э-э-э-э… — начал было он искать подходящие слова, разглядывая телосложение Роси, сомневаясь в его способностях.

— Просто прими это как факт и не забивай себе голову, — помог я ему, — поверь, он это может и всё тут, — на эти слова Роси лишь пожал плечами.

— Хорошо, — немного подумав, кивнул здоровяк в ответ.

— Дальше, у нас есть ты Эль, копейщик. Ты способен сражаться с большим количеством врагов ты быстр, а броня крепка. Ты вторая линия.

— Угу.

— Да.

— Отлично, ещё у нас есть Мари'а, она универсальна. Может пойти вперёд как разведчик, может прикрывать тылы или на пару с тобой раздавать всем подряд.

— Женщина? Кочевник? — склонив на бок голову, удивлённо спросил Тоум.

— Ну да, а что в этом такого?

— Я в ваша страна недавно и например, у нас известно, что женщина кочевник, слабый и заниматься хозяйством.

— Да, всё верно, но Мари'а юродивая, которая прибилась к нам и довольно активно помогает, надеюсь, это не проблема?

— Нет, — понимающе кивнул он, — у меня в провинция тоже есть юродивый и мы тоже принимать их помощь, когда они её предлагать, но с ними у нас запрещено разговаривать, касаться их и смотреть в их горящие глаза.

— Не переживай на этот счёт, можешь вести себя с ней как принято у тебя в провинции. Она всё равно, с нами по долгу только во время боя. Остальное время она сама по себе. Вечно где-то пропадает и что-то делает.

— Хорошо, — кивнул он на эти слова в ответ.

— Так что там дальше? — наливая ещё один бокал спросил я.

— В итоге, для авантюр у нас достаточно людей, но есть проблема — лучники. Один раз нам повезло, с ними разобралась Мари’а. Во второй раз уже было хуже, — после этих слов рана в спине немного начала покалывать, — вот я и подумал, что нам нужен стрелок, который сможет этим заняться, поэтому повесил объявление на доску, что на центральной площади. Там много народу ходит, авось кто и откликнется.

«Вот этот авось и сидит перед нами» — глядя снизу верх на здоровяка из-за кружки возле моего лица подумал я.

— Во-о-о-т, как раз основной состав, который может покрыть весь список задач, и количество чётное, чтобы удобно разбиваться на пары и не быть по одному.

— Тебе всё понятно Хейк? Может какие-то вопросы или может с чем-то не согласен?

— Если юродивый будет далеко от меня. Я согласие.

— Отлично, тогда расскажи о себе вкратце, чтобы мы хоть немного знали о тебе, а после и мы о себе расскажем.

— Хорошо. Я Тоум Хейк. Мой дом провинция Тиббу, север Восточной империи.

— Хорошо, а почему ты покинул родные края? Я, например, из очень глухой деревни, что на стыке Южного царства и Западного королевства, там мне было делать нечего вот я и отправился мир посмотреть и себя показать. Эль же, родом из города Миной.

Роси посмотрел вопросительно на меня, чтобы узнать не против ли я, что он за меня рассказывает. Я слегка ему кивнул, не отрываясь от кружки. Желания говорить и думать, не было совсем, голова всё ещё болела. Роси же продолжал:

— Третий ребёнок в семье, поэтому на наследство рассчитывать не мог вот и подался в наёмники, чтобы вырваться из дому да на жизнь хоть как-то заработать.

— Я нахожусь в паломничество.

— Можно подробнее? Нам не знакомы обычаи твоей провинции.

— По достижении зрелый возраст, все мужчины из провинция идут в паломничество, чтобы доказать, что они достойный мужчина провинция и заслужить имя клана.

— И как это доказать?

— Нужно научиться чему-то такому, что никто не уметь, что будет очень полезно для всей провинция или принести какое-то знание или технология, что тоже помочь улучшить жизнь в нашей сложной для жить провинция, и пока ты это не добыть, если вернуться в провинция, ты покрыт позором, у тебя отберут второе имя и ты станешь изгой.

— Вон оно как, довольно серьёзно. никогда не слышал о таком обычае.

— Оно не удивлять, — ответил здоровяк — мало кто интерес, как жить в Империи и тем более так далеко провинция, как наша.

— Поэтому ты и решил присоединиться к нам? Потому что мы всегда в движении в поисках приключений и авантюр?

— Да, — выдохнул он, — это именно, то, что мне подходит для того, чтобы обучиться чему-то чего нет в моя провинция, или найти, что-то что поможет моя провинция.

— А что с деньгами? Мы не можем гарантировать их стабильность и уж тем более высокие выплаты.

— Это для меня не важно, мне достаточно еда, ночлег и болты, — он похлопал по огромному свертку возле себя.

— Так у тебя там, что арбалет? — удивился я не на шутку, да так, что аж зенки, по ощущениям, чуть из глазниц не выпали.

— Да, — с гордостью поглаживая сверток сказал он, — я сам его делать. Стрелять как специальный для него болт, так и обычный, и даже стрела деланный под средний лук, что имперский, что западный, что южный и даже стрелами кочевников.

— Ни хера себе.

— Вот это да, — удивились мы оба.

— Да, — кивнул он, с гордостью присущей создателю, когда хвалят его творение, — арбалет мой два заряда, долго зарядка, зато дальность и пробить сила просто поразительны! — воскликнул он и стукнул в сердцах ладонью о столешницу.

От такого удара всё, что было на столе, подлетело вверх на добрую пару сантиметров, а в таверне настала гробовая тишина, посмотрев назад, я заметил, что абсолютно все сидят с вжатыми в плечи головами и из-под лба смотрят на нас.

— Ничего, ничего, всё нормально, он мирный, — помахал я всем присутствующем максимально мирно с мирным тоном. Развернувшись же, я выпалил — эй, мелкий здоровяк, хорош буянить и народ пугать!

— Что-о-о? — не понял он моего наезда и начал вставать из-за стола, от чего у меня появилось ощущение, что на меня надвигается огромная чёрная гора.

— Оба. Тихо, — своим ледяным голосом сказал Роси, от чего у меня пропало всякое желание на драку, да и у Тоум огонь из пепельно-серых глаз тоже пропал, и он сел на место, — мы говорили о пробивной способности и дальности твоего арбалета.

— Да, — немного помотав головой, кивнул негр, — если использовать западную стрелу, то она полетит шагов на пятьдесят, семьдесят, а если использовать специальные болты под него, то можно с тридцать шага пробить панцирь, песчаный краб или скорпион.

— Нихера!

— Ого, — снова почти одновременно высказались мы с Роси.

— Щиты из их панцирей, как раз тем и славятся, что их не берёт ни болт, ни стрела, они же в них не остаются, просто отлетают.

— Да и жары и огня они тоже не боятся, — подхватил Роси.

— Ведь в пустыне солнце печёт с такой силой, что обычный огонь отдыхает, вот их панцири поэтому и от этого отлично защищают, — поддержал я его.

— Отлично, нам как раз думаю твои способности пригодятся, если что, я работаю вот с этим, — Роси достал из-за пояса свое «оружие».

Но в этот раз серп был другой. По сравнению с предыдущей, видно, что он будет по больше, сталь получше, а деревянная ручка из более дорогой древесины.

— Эль же, как я уже сказал, копейщик, — похлопал он меня по плечу.

— Мари'а идёт всегда в рукопашную, используя кольчужные перчатки, — здоровяк слушал Роси, но при этом как-то в пол уха, сам же он был погружен в свои мысли, при этом его взгляд бегал с Роси на его косу и обратно.

— Бедолага, — выдохнул я еле слышно.

Видимо у него в голове, не может уложиться, что хилый парень стоит на первой линии используя в качестве оружия садовый инструмент.

— Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э, — протянул негр озадаченно, — ведь это для работа в поле, — тыкая пальцем в косу с явным непониманием в голосе, произнёс Тоум.

— Да, всё верно, — с какой-то необоснованной гордостью кивая произнёс Роси.

Тоум всё сидел с непонимающим выражением лица, только взгляд его был теперь беспомощен, видимо, он пытался понять шутят над ним или нет и поэтому его взгляд метался теперь между Роси и мной, а не Роси и его косой.

— Забей, просто забей и прими это как факт, он не шутит, этот чёртов авантюрист, действительно так сражается.

— Как ты меня назвал? — развернулся всем телом ко мне Роси — а-в-а-н-т-ю-р-и-с-т, — протянул он, подняв глаза к потолку — звучит, мне нравится! — гордо сказал он, — отлично придумал!

— Это не я, — отмахнулся я от него и его похвалы — меня так женщина, которая позвала вниз, назвала, вот я и подумал, раз мы вместе работаем, то и ты тоже авантюрист, как и я теперь, благодаря тебе.

— Получается и я? — показывая на себя указательным пальцем правой руки, спросил Тоум.

— Да, — кивнул Роси, — раз тебя всё устраивает, то ты теперь с нами, а мы Авантюристы!

***

— Эй авантюрист! Ты куда нас повёл? Может уже расскажешь за что ты на этот раз взялся?

— А? — откликнулся не охотно Роси, как обычно глядя в небо, — а да, мы идём в деревню, на юге от этого города, пока я закупался, услышал, как торговцы перешёптывались о том, что возле этой деревни начали шастать гоблины и что в самой деревне уже тоже с ними сталкивались. Деревня там бедная, так что оплатить запрос армии на помощь из города они не могут.

— А для нас типа смогут?

— Думаю да, ведь мы же меньше берём, как минимум в половину.

— И как далеко нам идти?

— Я точно не знаю, но по слухам, завтра к обеду примерно доберёмся, может к вечеру.

— Просто заебись!

— Я не видеть в этом ничего страшный, — с улыбкой сказал Тоум, — я любовь ходить.

— Ага, тебе легко говорить, у тебя на два наших шага приходится один, ты куда меньше нашего прошагаешь, — на это он лишь пожал плечами.

— А где юродивый? — поинтересовался Тоум у Роси, — вы же говорить, что она с вами.

— Да, но ещё мы также говорили, что она большую часть времени сама по себе, а с нами стабильно только во время боя. Так что не переживай, если будет заварушка она обязательно объявится.

— Вы так в ней уверенны… — протянул задумчиво Тоум.

— А что за недоверие у тебя к ним? Ладно я понимаю, что они у вас относятся к неприкасаемым. Но, ты как-то предвзят.

— Я их не понимать. Вот и остерегаюсь, для того чтобы не быть застать врасплох.

— Понятно, быть всегда на чеку, хорошая тактика по жизни.

— У нас в провинция по-другому никак, если в оазисах всё спокойно, то на остальной территория живность и твари не дают расслабиться ни на миг.

— Да-а-а, сурово у вас там.

— Не суровее чем у нас, — отрезал я, — или забыл, как на нас нападали?

— Да точно, — спохватился Роси.

— Наверное, в наше время от тварей и живности нигде спасу нет.

— Вечереет, — всё также смотря в небо словно в предвкушении, сказал он, — давайте разобьём лагерь, — сказав это, он резко повернул с дороги в лес.

— Ты куда? — не понял его действий здоровяк.

— За хворостом, конечно, чем нам костёр разжигать? И вы тоже двое собирайте, чую ночь сегодня будет холодная, нужно побольше собрать.

— Понял, — сказал здоровяк и войдя в подлесок, тоже начал собирать хворост.

— Слушай Роси, помнишь наш разговор о том, почему двух разных девушек, которые занимаются блядством, по-разному воспринимают в обществе? Я, кажется, понял почему.

— И почему же?

— Как мне кажется, дело в самом отношении к этим действиям, точнее, то, как к ним относятся сами эти девушки. Если одна будет этим хвалиться и ставить себя в пример, что это её гордость, то люди это так и воспримут, а если другая будет этого стесняться и боятся, то люди это тоже так и воспримут.

— Хорошая теория, стоит об этом задуматься.

— Ты сам то, как считаешь?

— Как по мне, дело даже не в том, как преподнесут это сами девушки, а в том, что народ по большей части ведёт себя как стадо. И если одна начнёт, себя превозносить, за счёт того, что она лучшая, то народ почувствует в ней альфу и подчинится ей и будет перед ней лепетать, — мы шли с полными охапками хвороста, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться.

— Та же, что постесняется своих достижений, народом будет воспринята как слабая и они накинутся на неё, чтобы растерзать, ведь нет худшей твари в этом мире, чем сам человек.

— Ого, вот это ты загнул, — присвистнул я от удивления, бросая свою охапку рядом с той, что бросил Роси, по середине небольшой поляны, которую мы выбрали для ночлега.

— Звучит обидно, ведь я так-то человек.

— Да-да, ты прав, — почёсывая затылок, улыбнулся он, — что-то я перегнул палку. Но ты не можешь не согласиться, что от человека может быть намного больше проблем, чем от тварей или зверья. Например, вспомнить последнюю деревню и их плотину, построенную исключительно из-за жадности.

— Тут ты прав, — принимая из его рук флягу с водой, кивнул я.

Напротив нас, в конце поляны, что-то зашуршало в кустах, мы оба одновременно развернулись на звук, но тут же расслабились, увидев здоровенный силуэт сквозь кусты.

Разламывая всё как медведь, на поляну вышел Тоум, в левой руке он тащил охапку хвороста, в правой же волочил за собой три небольших брёвна, обвязанные между собой верёвкой, за которую он и тащил их. Подойдя к нам, он первым делом высыпал хворост из его левой руки, кучка, что образовалась при этом, была больше, причём значительно больше, чем та, которая образовалась из того хвороста, что мы собрали вдвоём.

— А брёвна то ты зачем приволок!? — спросил я у здоровяка, пока он отвязывал от них верёвку.

— Так это, не на земле же нам сидеть… — протянул он с удивлением — вот, на них и сядем.

— А чего брёвна то три? Нас же четверо.

— Ой, — вдруг резко подорвался он — точно, про юродивую то забыть, сейчас принесу ещё одно.

— Не надо, — махнул ему Роси, чтобы тот вернулся, — вон, одно из брёвен больше остальных, оно сойдёт для того, чтобы сидели двое, давайте уже разводить костёр, хоть мошку немного отгоним, — крышка котелка весело зазвенела, оповещая нас о том, что содержимое кастрюльки закипело.

— Приятного аппетита, — разлив содержимое по тарелкам, пожелал всем Тоум.

— А что это? — спросил Роси так же, как я и с любопытством разглядывая содержимое своей тарелки.

— Это традиция блюдо, мой племя, которое принято готовить по случай знакомства с новыми людьми.

— Из чего оно сварено?

— Давай лучше не будем это спрашивать, а просто попробуем, — перебил меня Роси, зачерпывая содержимое своей тарелки ложкой с прикрытыми глазами, отправляя это всё дело в рот.

Немного остро, чувствуются кусочки лука и ещё какого-то овоща, мясо же, немного склизкое, но довольно вкусное.

— Очень даже вкусно, — кивая немного головой, повернувшись к здоровяку, отметил я, Роси же, как, обычно не отрываясь от тарелки просто покивал с полным ртом.

— Хорошо. А то я думать мясо три…

— Стоп! — резко прервал его Роси, — не говори нам, что это за мясо такое и что вообще есть в этом супе. Главное, что он вкусный и чувствуется, что ты старался его приготовить. А теперь всем спать, завтра возможно сразу в бой, первый дежурить Тоум, потом Эль, потом я, — договаривал он эти слова уже лёжа спиной к костру, накрывшись небольшим одеялом, при этом пустая тарелка стояла возле костра.

— Не переживай, ты, — ответил я на растерянный взгляд здоровяка, ставя пустую тарелку тоже поближе к костру.

— Похлёбка и вправду вкусная, и вышла на славу, а вот из чего она, нам действительно лучше не знать, ведь вкусы у всех разные и что нормально для одних, аморально для других, — на эти слова Тоум немного расслабился.

— Всё, а теперь и я спать, как придёт моё время буди и по сильнее, я могу крепко спать.

«Какая сука ржёт, аж до визга» — от которого моя головная боль только сильнее становиться. Зажимая одной рукой ухо, второй рукой я приоткрыл веко. Передо мной сидел Роси и разрывался от смеха глядя туда, где должен спать Тоум. Мне пришлось немного повернуть голову, от чего боль в ней раздалась подобно взрыву, чтобы посмотреть, что там происходит.

От увиденного у меня распахнулись оба глаза, а изо рта пошёл безудержный смех. Потому что там лежал здоровяк, весь красный как помидор, он настолько был красный, что его чёрная кожа не могла это скрыть. Он лежал на спине и словно черепашка беспомощно шевелил руками и ногами. Это было очень смешно! Причиной этому была свернувшаяся клубочком на его груди и животе Мари'а. Под плащом не было видно, где какая часть тела её находиться, но я был почему-то уверен, что она в такой же позе что и кошки, когда спят клубком. Тоум же хотел её убрать с себя, но не говорить с ней, не уж тем более трогать, он не мог, нарушение учений его провинции. Вот он и барахтается бедолага, не зная, как поступить. От увиденного и смеха, у меня аж глаза заслезились.

— Ой, не могу больше, — взялся за живот Роси обеими руками, — Эль будь добр, разбуди её, а то наш арбалетчик боюсь сейчас лопнет от натуги, — действительно, по его жалобным белоснежным глазам было видно, что он взывает к нам о помощи.

— Эй, Мари'а, хорош надоедать человеку, — я аккуратно кинул в неё небольшой камушек.

В ответ на это клубочек лишь сильнее сжался, а из его недр послышалось: — «М-м-м-м, тёплый».

— Вставай, — грубо сказал Роси.

Где-то в недрах плаща, что-то шевельнулось и зажглись глаза, которые посмотрели прямо на Тоум, он же в ответ сильно зажмурился и отвернулся в сторону, при этом покраснев ещё сильнее, хотя куда бы уже. Из-под плаща показалась немного подрагивающая нога, обтянутая в мой подарок. «У-у-у-а-ах» — раздалось из-под подрагивающего плаща, будто кто-то там под ним зевнул и потягивался. Потом эта же ножка коснулась земли и Мари'а резко встала, глаза её при этом еле-еле светились, периодически плавно мерцая.

— Тёплый и удобный, — сказала она, садясь на корточки, возле моего полена, голосом обиженного ребёнка.

Снова превратившись в клубок из ткани и тихо засопела. Здоровяк же при этом резко сел, глаза его пылали яростью, а самого его трясло.

— Ты как? — поинтересовался я у него.

— Всё хорошо, — ответил он, при этом сверля взглядом то место, где сидит Мари'а, причём буквально, он не смотрел на неё, он смотрел на место, где она сидит.

— Как мы уже сказали ранее, мы не против если ты будешь вести себя с ней, так как принято в твоей провинции, — протягивая ему фляжку, сказал Роси.

— И мы не будем пытаться заставлять тебя поменять отношение к юродивым, но мы не говорили, что и она будет придерживаться такого же мнения, — Тоум неохотно кивая в знак согласия откупоривает флягу и поднеся её ко рту, резко останавливается. Глаза его округлились, он глянул на флягу, глянул на Роси. Тот ему кивнул, мол «пей» и Тоум резким движением запрокинул флягу, сделав один хороший глоток. Глаза его округлились и наполнились влагой, от зажал тыльной стороной ладони рот, не выпуская при этом фляги.

— Ого, — выдохнул он, спустя пару мгновений, — ого-о-о, — выдохнул он ещё раз, — вот это питьё, что это? — немного прокашливаясь и возвращая флягу Роси с любопытством, поинтересовался он.

— Это самогон из вольных поселений.

— Хорошо, никогда его не пробовал, но слышал, что он крепок. И действительно, он значительно крепче, чем наша кактусовая настойка.

— Это тебе для того, чтобы твои нервы быстрее успокоились, если что, за медицину отвечаю я, — сказал Роси, убирая флягу в небольшую сумку с лекарствами.

Я же просто промолчал. Хотя в голове подумал, что у него глотка — лужёная. Я их настойку то кактусовую пить не могу, только разбавленную один к четырём. А он самогон чистый прям так пьёт. Который ещё крепче. Как мужик к мужику, я проникся к нему лёгким уважением.

— Всем приготовиться, — скомандовал Роси натягивая на лицо платок.

Тоум скинул с плеча свой огромный арбалет, немного плавно и неуклюже, но при этом довольно быстро шедшая впереди Мари'а, резко развернулась к нам лицом, высунув из-под плаща свои руки с надетыми на них уже кастетами и немного разведя их в стороны чуть-чуть наклонилась вперёд, не отрывая взгляда от Роси. Глаза же её при этом неистово горели золотым пламенем. Роси чуть кивнул головой в сторону и прямо из этой позы Мари'а рванулась в сторону, разламывая собой кусты. И только пыль осталась висеть в воздухе от её ускорения. Тут же послышалось непонятное не то блеяние, не то рычание. Лёгкая перепалка и что-то вылетело из кустов к нам на дорогу, и осталось там лежать словно мешок. Тут же на звук, с другой стороны, вскинул свой арбалет Тоум и выстрелил, потом немного проводив им, выстрелил ещё раз и приступил к перезарядке.

— Два положить, — отчитался он, — шустрый тварь.

На дорогу, в этот же момент вылетело ещё два тела, одно за другим.

— Это что за нахер? — удивился я, — зачем она их на дорогу выбрасывает?

— Да кто её знает, — пожал плечами Роси.

И тут же на него выпрыгнуло, сразу пятеро. Одного он отбил кулаком, второго разрезал на двое косой. Шуршание напротив меня, тоже пятеро, двоих отметаю рукой со щитом, одного принимаю на копьё, одного пропускаю, он запрыгивает мне на грудь и впивается своими клыками мне в шею. Новая кожаная жилетка отлично выдерживает натиск мелких зубов, не давая себя прокусить, но для такого мелкого существа он довольно сильно сжимает мне шею, так и придушить может, сзади же на меня накинулся на спину ещё один.

— Эль! — крикнул Роси.

— Всё хорошо, — крикнул я в ответ падая плашмя строго на спину.

Подо мной раздался писк и звук ломающихся костей. «Пиу-пиу» — два раза свистнула тетива и тот, что был сверху меня отлетел в сторону. Я резким движением подскочил на ноги и не глядя рубанул по земле в то место, где должно было лежать поломанное тело. Сам же я поднял щит и приготовился к атаке, но её не последовало.

Роси уже стоял выпрямившись, сняв с лица платок и притирая другим платком свою косу. На дороге лежало уже четыре тушки и из кустов вышла Мари'а таща за собой ещё по две в каждой руке и кинула их в туже кучу. Развернувшись к нам, её глаза сияли уже не так сильно, но они излучали такое количество счастья, что мне самому от взгляда на них захотелось улыбнуться.

— У меня четверо, — убирая косу за пояс, сказал Роси.

Оглядевшись вокруг, я насчитал пять тушек.

— У меня пять, — ответил я.

— Простить, — сказал, подходя ко мне Тоум — один из них мой, — он показал на одно тельце, из которого торчал обычный арбалетный болт.

— Чё-ё? Ну тогда у меня тоже четверо, — ответил я недовольный тем, что убил на ровне с Роси.

— А у тебя сколько здоровяк?

— Пять, три в лес, один у тебя взял, один у Роси.

— Но я слышал только четыре выстрела тетивы, — подходя к Мари'а и считая тела, что она накидала, не глядя на нас сказал Роси.

— В лес у меня получилось два один выстрел.

— О как? Да неужели? — не поверил я ему и глядя на него снизу вверх, сузил взгляд из-за недоверия.

— Если хотеть, иди проверить, — сказал на это Тоум.

— Но это всё равно ничего не поменяет, у Мари'а одиннадцать.

— Чё-ё?

— Не может быть, — в голос ответили я и Тоум.

— Ухи-и-и, — раздалось из-под капюшона.

— Эта битва за Мари'а, — подвёл итог Роси — уходим, не нужно нам, чтобы на нас ещё напали.

— Ага, — кивнул я в знак согласия.

— Средняя стая нам попалась, в двадцать четыре особи.

— Я извинить, но что это были за твари, — голосом словно провинившийся ребёнок спросил Тоум.

— У вас что ли нет таких?

— Нет. Я не видеть ни разу существа, у которого нижняя часть тела от тушкан, средняя часть от обезьяны с востока нашей Империи, а голова летучей мыши.

— Это падальщики, ты хоть и не видел их, но должен был слышать о них.

— Да, о падальщик я слышать. Твари что ходят стая и жрать падаль и мертвечина, и при их уродской внешность, размер они как небольшая собака. Так?

— Да всё верно.

— Почему они на нас напасть?

— Скорее всего неподалёку у них пир и они посчитали, что мы на него претендуем, вот и напали с целью защиты пропитания.

— Понял, а разве нормально оставлять их тела — вот так?

— Да не переживай, — махнул я рукой, — на запах прибежит оставшаяся часть стаи и сожрёт их, они себе подобных тоже жрут, та ещё заноза в заднице во время путешествий — ты о чём задумался? — я глянул на Роси, который с задумчивым видом шёл рядом.

— Я вот думаю, а что они могли жрать так близко к дороге? Уж не трупы ли гоблинов или жителей деревни, в которую мы вот-вот придём и чуешь, горелым пахнет? — принюхавшись, я тоже это заметил.

— Что хочешь сказать уже напали на деревню?

— Похоже на то.

— Так нужно спешить к ним! — нервным голосом сказал Тоум ускоряя шаг, я тоже не осознанно ускорился.

— Нет смысла, — холодно сказал Роси.

— Гоблины ночные твари, значит если нападение и было, то ночью, сейчас уже время к обеду, за это время местные, если кто-то выжил, уже успели потушить все пожары и оказать помощь раненым так что, от того, что мы придём на час раньше для них уже ничего не изменится.

— С чего ты так уверен!? — его хладнокровие начало меня распалять, словно ветер уголёк.

— Деревня должна быть строго впереди нас, ты дым от огня видишь? — Нет. Гарь чувствуешь? — Да, значит пожары уже потушены, а раз так, то выжившие оказывают помощь раненым и пострадавшим.

— Ясно, — немного остыл я, от его слов и Тоум с озадаченным, видом тоже вернулся в прежний темп ходьбы.

Недолгую тишину, спустя пару метров нарушил Тоум:

— Я не понять. Вы сказать, что бросить тела падальщиков на дорога не страшно, их сожрут другие падальщики. Зачем мы поджигать их тела?

— Из-за того, что они питаются чем попало, их кровь и внутренности очень грязные и по своей сути — яд. Там, где полежат их трупы зелень вянет, а земля становится не пригодной на продолжительное время, а если их сжечь, а они хорошо горят, то этого можно избежать.

— Понял, — кивнул он и дальше пошёл всё так же с задумчивым видом.

А ещё через десяток сотен метров из-за деревьев показалась деревня. Деревня как деревня, только вот вокруг неё были наставлены колья для защиты, некоторые из которых были поломаны. Там, где их было больше всего, а это немного левее от дороги, по которой шли мы, дома были сожжены, немного, всего четыре штуки, но всё же, но всё же…

— Как мы и говорили, на деревню, уже напали, — спокойным голосом глядя на это сказал Роси.

— Значит договориться о том, чтобы нам заплатили, за то, что мы зачистим их логово, будет просто.

***

— У старосты нет на вас времени, — стоя в дверях дома старосты, парень, уперев руки в боки, говорил нам надменным голосом.

— Парень, ты не понял, мы не пришли спрашивать и уговаривать. Мы задумали авантюру, которая будет осуществляться, выгодна вашей деревне, вот мы и пришли узнать, согласны вы оплатить её или нет.

— Нет, не согласны, — всё таким же надменным голосом ответил он, — так, что выметайтесь из деревни.

— Эль, — обратился ко мне с растерянным видом Роси, — я что-то плохо сегодня лажу с детьми, ты не мог бы мне помочь?

— Да, конечно, — недолго думая, я поднимаюсь по лестнице и на отмажь бью в ухо пареньку, от чего тот падает на пол и испуганными глазами смотрит на меня.

— З-за, что? — дрожащим голосом, из которого ушла вся надменность, словно плача спросил он.

— Я думал ты с ним поговоришь… — Роси подошёл ко мне.

— А зачем? — удивил он меня своей фразой, — ведь ты уже говорил и ни к чему это не привело, так что, теперь нужно стукнуть, может это поможет, — парень всё также полулежал на полу, держась левой рукой за правое ухо.

— Послушай мальчик, — присаживаясь на корточки возле него, миролюбивым голосом начал вещать Роси, — ты пытался, указывать, трём взрослым мужчинам и одной девушке. При этом, не имея за собой ничего, кроме своих необоснованных амбиций. Это расплата тебе за это. Так что, если не хочешь переплатить, полежи-ка здесь, а мы пойдём и поговорим со старостой, — договаривал эти слова уже вставая, Роси постучал в двери и не дожидаясь ответа, вошёл.

— Одна третья часть, — резко прервала рассказ староста деревни.

— Чего-о-о? — не вытерпел я, — вас уже дважды атаковали, на второй раз еле отбились и будет третий, а вы ещё и торгуетесь??? — от негодования я аж сделал несколько шагов в сторону кровати, на которой в полу сидячем положении встретила нас староста.

— Да, — уверенным голосом сказала она, — я буду настаивать на этой сумме и не иллебом больше! К тому же я вообще сомневаюсь, что такой сброд как вы, сможете зачистить их логово.

— Давайте без оскорблений в наш адрес, мы ведь помочь вам хотим, — добрым голосом начал Тоум.

— Хотите помочь, сделайте это бесплатно! — как отрезала она.

— Тогда на какие мы жрать, спать и закупаться будем? — вновь встрял я в разговор, не выдерживая поведения старухи.

— Найдите себе тогда нормальную работу, где будете деньги зарабатывать. А раз подались в герои…

— Мы не герои, — ледяным голосом сказал Роси.

От его слов по всему телу пробежали мурашки, а судя по движениям Тоум, у него тоже. По Мари'а из-за плаща, вообще нельзя было что-то сказать, но в тот момент, когда Роси это сказал, она, рассматривая перед этим что-то на стене, на несколько мгновений замерла.

— Не смей называть нас героями, — всё таким же голосом продолжал говорить Роси, и я прямо видел, как краска с лица старосты начинает сходить, да и у меня самого, глубоко внутри меня начало зарождаться желание спрятаться где-нибудь, чтобы не слышать этого голоса.

— Кто вы тогда? — бледная как смерть спросила староста.

— Мы, — Роси обвёл всех взглядом, — мы авантюристы и это наша очередная авантюра, за которую мы хотим, чтобы в случае успеха нам заплатили, — уже обычным голосом закончил предложение Роси.

— Всё равно, только одну треть, ведь если вы заберёте половину, как хотите, то это будет одна пятая всех денег, что есть сейчас в деревне. Мы и так бедные, с трудом сводим концы с концами, а теперь, нам ещё нужно и деревню восстанавливать после нападений.

— Хорошо, договорились, — Роси протянул ладонь для рукопожатия, староста протянула руку в ответ.

— Теперь, раз мы обсудили все деловые вопросы, у меня к вам будет одна просьба, как от старухи и от жителей деревни.

— Что это за просьба? — уже вставший Роси обернулся в пол-оборота для того, чтобы уходить.

— Спасите наших девчат.

***

— То есть я правильно понимаю, что за меньшие деньги, так как нас на одного больше и за меньшую оплату, мы сейчас идём зачищать пещеру полную гоблинов, при этом, ты ещё и пообещал спасти аж шестерых девушек, что были похищены? Я ничего не упустил? — идя рядом с Роси, я буквально кричал ему это в ухо, а он будто не слышал и продолжал смотреть в небо.

— Ты абсолютно прав, — спустя какое-то время ответил он, хотя я его прожигал взглядом, — но как я уже говорил, это авантюра, а она не всегда идёт так, как мы хотим, лучше давайте не будем говорить о том, что уже не изменить, давайте лучше о том, как будем действовать в пещере.

— А чем тебе не понравилось, как мы действовали в шахте с гремлинами?

— Там всё было ужасно, мы все вышли с ранами.

— Если бы кто-то не бухнулся в припадке, то всё было бы просто идеально, — я посмотрел после этих слов на идущую, чуть впереди Мари'а, но такое ощущение, что она даже не слушала меня, как шла, немного пританцовывая под то, что сама напевала, грызя при этом продолговатую редьку, так и идёт.

— Да, именно поэтому нужно немного поменять стратегию, ведь нас теперь четверо.

— И что ты предлагать? — это уже спросил Тоум.

— Тоум, пещера будет маленькой, у тебя есть другое оружие, кроме арбалета, боюсь ты с ним не развернёшься.

— Да есть, — спокойно ответил он, — у меня есть праща.

— Отлично это подойдёт. Значит так, — снова его голос приобрёл учительский тон, от чего мои глаза закатились немного назад, — тогда работаем так. Мари'а! — крикнул он и она плавно развернулась к нам лицом, при этом продолжая пританцовывать под песню, что напевала, — Мари'а, в пещере действуешь по своему усмотрению, но так, чтобы мы тебя видели.

— Уху, — капюшон вместе с этим звуком несколько раз колыхнулся в знак согласия, после чего она снова отвернулась.

— Эль, ты и я идём как обычно. Тоум, знаешь, что тебе надо будет делать?

— Да, — с гордостью, ученика отличника, ответил он, — я первый убить гоблин стрелок, потом помогать.

— Всё верно, — кивая, сказал Роси всё также смотря в небо, — так же ты будешь прикрывать тыл.

— Понял, — раздался сзади приятный голос здоровяка.

— Всем всё понятно?

— Да.

— Уху, — почти хором ответили все.

— Отлично, тогда приступим. Тоум, сможешь от сюда снять охранников?

— Да, — с уверенностью сказал он и вскинув арбалет, пару секунд высматривал что-то, а потом послал одного за другим два болта куда-то в лес.

— Готово, — перезаряжая арбалет прямо на ходу, сообщил Тоум.

— Отлично! Пара минут и мы внутри!

— Хи-и-и, — раздалось из-под капюшона, полы плаща немного распахнулись и оттуда показались руки с кастетами.

Рывок и вот Мари'а уже в нескольких метрах от нас, разбила двум гоблинам, шедших нам на встречу головы.

— Лианг! — раздался весёлый голос, и она снова рванулась вперёд, как только мы подошли.

В ближайшем расширении тут же раздались гоблинские крики. Ворвавшись туда, я сразу рубанул одного гоблина по спине, в полглаза заметил, как у другого гоблина отлетела голова, от удара Роси, а Тоум куда-то со свистом запустил камень из пращи и всё закончилось.

— Один.

— Один.

— Первый, — по очереди мы сообщили о количестве убитых.

— Леу! — радостно выкрикнула Мари'а и тут же скрылась в одном из боковых проходов.

— Надо не отставать, — пробубнил себе в платок Роси проходя мимо меня.

— У-а-а-а-у-а-а-у, — раздался неистовый рёв из прохода, в котором ранее скрылась Мари'а.

И под этот рёв она вылетела из прохода шмякнувшись, мило крякнув, к нашим ногам. Из этого же прохода тут же появился тролль с уже занесённой правой лапой для удара. Роси подставляется под неё, подняв левую руку в верх и останавливая удар выше своей головы. Не задумываясь я выпадом пролетаю под рукой тролля, разрезая ему подмышечную область и оттуда рекой потекла кровь. Видимо задел артерию. Но не успел тролль издать и звука, как его затылок, находящийся выше меня, разлетелся на кусочки. Тело тролля тут же обмякло и упало. За ним же я увидел опускающего вниз арбалет Тоум.

— Не знал, что тут есть тролль, — выдал он с удивлением доставая из-за пазухи новый болт.

Роси же опустил руку трупа, развернулся к ещё сидевшей на полу Мари'а. «Б-у-у-м» — раздался чёткий звук удара деревянной рукоятки косы по голове Мари'а. Та вскочила, глаза её горели негодованием. Роси на это своим утробным голосом сказал:

— Кому было сказано, быть на виду и не убегать вперёд?

Блин, от его голоса, даже мне перехотелось убегать вперёд, хотя ранее таким не занимался. В ответ на его вопрос она только опустила вниз голову, из-за чего верхний край капюшона закрыл её глаза и что там в них было, понять не предоставлялось возможным.

— В качестве наказания, теперь идёшь в конце и прикрываешь тыл, — как отрезал Роси, перехватывая косу обратно.

Мари'а услышав эти слова, опустила капюшон ещё ниже и шаркающими шагами ушла назад, встав за Тоум так, что её теперь не видно.

— Ты чего это так сурово с ней? — не понял я поведения Роси.

— Юродивая она или нет, она должна осознавать все риски, которые могут возникнуть во время боя. Сейчас за то, что вырвалась вперёд, она расплатилась, ушибами и наказанием от меня, но могло быть и хуже. И тогда бы плата была её жизнь. Так что пусть идёт теперь в конце и думает над тем, что она ещё легко отделалась, — голос Роси был не приклонен, а последние фразы он сказал нарочито громко, чтобы Мари'а точно услышала и направился в тот коридор, из которого вышел тролль.

Это оказался небольшой грот, в котором обустроил свою лёжку один тролль. При этом вонь стояла несусветная и мы всё быстренько выбежали обратно в зал.

— Тут не пахнет, — заметил здоровяк.

— Наверное сквозняки в гроте вытягивают вонь, в другое место, вот тут и не пахнет, — Роси, на это ничего не ответил и пошёл в другой проход, что был в этом зале.

«Ки-я-я-я-я», — раздался предсмертный крик гоблина, разрезанного моим копьём от плеча до бёдер по косой.

— Всё? — опуская арбалет, с порванной пращой на поясе, стоя в кругу трупов убитых Мари'а гоблинов, спросил Тоум.

— Похоже на то, — стягивая с лица платок ответил ему Роси, — я не вижу больше проходов в этой пещере, только тот, через который мы пришли.

— Да, — коротко кивнул я — где девушки, которых попросили нас спасти?

— Тут, — Роси стоя возле одной из каменных стен, с ноги ударил по одной из них, и она развалилась.

— Даже тупые гоблины, думают о том, что свои ценности нужно прятать, — из-за сломанной перегородки потянуло прелостью и мочой.

Мы осторожно вошли с оружием на изготовку. Внутри оказался просторный зал, по периметру которого валялась всякая хуйня: мусор, тряпки и кажется кости.

В центре зала лежит четыре девушки, полностью голые. Их тела покрыты множеством синяков, ссадин, укусами и следами от когтей. Их колени и ладони стерты в кровь. Земля же, на которой они лежат превратилась в мешанину из говна, мочи и гоблинского семени, что образовывало непередаваемую вонь, от которой начало тошнить.

Я и Роси осторожно приблизились к ним. Оставив Тоум и Мари’а стоять на стрёме. Пока Роси их осматривал, я ему помогал как мог.

— Живы, серьезных ран нет, кости целы, следов внутреннего кровотечения нет.

— Тогда берем их и выносим. Спасем их, как и просила староста.

— Разве это будет спасение? — куда-то в пустоту спросил Роси нависая над телами.

— Да! Ты, как-то иначе себе это представляешь? — не понял я его слов и холода в голосе.

— Нас попросили спасти их, но что есть спасение для них? — Роси кивнул в сторону тел, находящихся без сознания.

— Я тебя, что-то не могу понять, — выпрямился я, — староста попросила их спасти. Мы их берем и несем обратно в деревню. Все спасены, гоблины убиты, мы молодцы.

— Верно. Староста попросила их спасти, без уточнения. Возврат их домой будет только часть от него, чтобы спасти их полностью, нужно разобраться еще с тем, что с ними делали гоблины. Залечить как телесные, так и моральные раны. Так же нужно проследить, чтобы они смогли вернуться к прежней жизни без последствий. Для этого рядом с ними нужно постоянно находиться, следить за ними и за окружающими. Только единицы отнесутся к ним с пониманием, для большинства они будут изгоями.

— Я это блядь понимаю, но я-то тут при чём?

— При том, что нужно брать ответственность за свои действия. Раз мы все подписались на спасение, значит оно должно быть полным и безоговорочным.

— И что же ты блядь тогда предлагаешь? — от его слов у меня начинает болеть голова, это раздражает, как и тяга Роси все усложнять!

— Есть два пути, — Роси сжал руку в кулак и отогнул указательный палец, — первый, это вернуть их в деревню и выполнять все то, что я ранее перечислил при этом держа в уме, что они могли забеременеть от гоблинов и тогда им предстоят мучительные роды, которые они могут не пережить. ДА, это займет не один год, — перебивая моё возмущение, сказал он последнее предложение нарочито громко, — второй путь, — он отогнул средний палец, — спасти их прямо здесь и сейчас избавив их от пережитых страданий и от тех, что им предстоит перенести, пока они будут восстанавливаться если вообще когда-нибудь смогут.

— И каким образом это сделать? — сказал я в сердцах и замер, точнее было ощущение, что моё сердце пропустило один удар, — убить? — еле шевеля языком, шёпотом произнёс я — ты предлагаешь их тут убить?

— Да, — холодным тоном ответил он.

— Зачем ты их осматривал тогда, если не собирался их возвращать? — выпалил я первое, что пришло в голову.

— Надеялся найти раны не совместимые с жизнью, тогда этот разговор был бы не нужен. Мы бы отнесли их в деревню, и они там бы умерли.

— Но это же тогда было бы не СПАСЕНИЕ!

— Верно, мы бы тогда провалили задание, и мы бы извинялись перед старостой и это бы сказалось на оплате.

Я не согласен. Я блядь совершенно не согласен с Роси! Убить человека — не вопрос. Чем он сильнее и опаснее, тем интереснее, но раненого и не просто убить, а добить как раненую скотину и бросить гнить в этой дыре. Нет, нет и еще раз нет! Я не готов пойти на такое. Пусть Роси нахуй идет со своими взглядами! Надо что-то говорить. Хоть что-то что сойдет за аргумент. Просто запугать Роси не выйдет, он сведет все к бою и я снова ему проиграю.

— Как ты тогда объяснишь старосте, что тут произошло? Будешь ей лгать? Это для тебя приемлемо?

— Нет. Я скажу ей правду. Это лучший из вариантов.

— Я так не могу, не могу я так. Иди-ка ты Роси на хуй со своими убеждениями. Я убивать их не собираюсь! — закачал я головой из стороны в сторону — нахера ты все усложняешь! Давай просто вернем их в деревню и все!

— Нет. Я уже объяснял. Повторять не буду. Сейчас так же, как с той плотиной. В тот раз ты не спорил.

— Нет, я, нет, я не знаю, что ты об этом думаешь? — спросил я у подошедшего к нам Тоум — эй Тоум, скажи что-нибудь… — позвал я его, при этом ткнув его обратной стороной копья в руку.

— Э-э-э-э, — дёрнулся он, будто вышел из транса — может спросить их самих, что они решат? — вопросительно он посмотрел на Роси, после чего его взгляд забегал между мной и Роси.

— Нет, так не пойдёт, — ответил, спустя пару мгновений Роси — на это может уйти слишком много времени. Из-за нападений гоблинов в округе много падальщиков скоро они все будут здесь и тогда мы тут все останемся на вечно.

Ясно, Тоум мне не поможет, что там Мари’а. Если Роси не соврал, она помогала нищим, может и им решит помочь. Одного взгляда хватило, чтобы понять — не поможет. Она все так же стоит в проходе, наблюдая за тоннелем, при этом с кем-то не спешно переговариваясь на не понятном языке.

— Времени мало поэтому поступим так. Девушек четверо, нас четверо. Каждый самостоятельно решит по какому из двух путей идти. Остальные не будут его осуждать его выбор. Мари’а тебя это тоже касается, — она нехотя повернулась к Роси — иди сюда, будь тут гоблины, они бы уже напали на нас, а падальщиков мы и так услышим за долго до того, как они дойдут до нас, — он кивнул в сторону одной из девушек.

Мари'а плавно подошла к ней и замерла. Повисла гробовая тишина. Было ощущение, что прошла уже целая вечность.

Первым присел возле девушки Роси. Он достал из ботинка очень длинную иглу и резким движением почти полностью вогнал ее девушке в глаз. Игла точно пробила мозг. Моментальная и безболезненная смерть.

— В наша много тварей яд. Есть традиция для много яд человек, — произнося это Тоум достал из-за пояса тонкий кортик, взял его обратным хватим двумя руками и что-то сказав на родним ему языке вогнал его в сердце девушки. Выдернув его обратно и вытирая, Тоум вернулся обратно к проходу. За ним же пошла Мари’а. На месте девушки, над которым она стояла, остался лишь небольшое свежее кровавое пятно.

Остался я. Возле моих ног лежит женщина средних лет с черными, как уголь волосами и привлекательным лицом, на смотря на побои. Смотрю я на нее, а рука с копьем начинает дрожать от гнева внутри меня.

— Я выбираю первый путь, — постарался сказать я как можно более спокойным тоном — хер знает, как, но я выполню все то, что ты перечислял и спасу ее! — уже вполне спокойно сказал я, не понимая, как в итоге так вышло, ведь в начале я возмущался, что Роси согласился на это.

— Хорошо, — спокойным голосом сказал Роси — каждый решает сам, как ему поступить, остальные не будут тебя осуждать, я думаю мы даже будем помогать по мере своих сил. Теперь слушаем все, — громогласно заявил он, — задача по спасению ещё не окончена. Тоум, берёшь девушку и несёшь её до деревни, ты здоровый справишься.

— Понял, — кивнул он, забрасывая арбалет за спину.

— Мари'а прикрываешь их, — капюшон кивнул, и она спряталась позади Тоум — я иду первым, Эль ты за мной, — и в подтверждении своих слов он натянул на лицо платок.

***

— Только одну? — староста была явно в расстроенных чувствах.

— Да, — спокойным голосом ответил Роси — в сложившейся ситуации только одна.

— Жаль, очень жаль… А как всё остальное прошло? — в первый раз, с тех недавних пор, как я присоединился к Роси, кто-то спросил нас, о том, как всё прошло.

— Прошло всё так, как и было оговорено, пещера в которой поселились гоблины зачищена, в её главе был гоблин шаман. Поэтому они обнаглели и начали нападать на вашу деревню. Так же на обратном пути нам встретилась небольшая стая падальщиков, она тоже была успешно ликвидирована. Это вторая стая, которая нам встретилась, в окрестностях вашей деревни. Поэтому будьте осторожнее.

— Спасибо, учтем, — кивнула староста — их действительно в последнее время стало многовато. Ну уж с падальщиками, то мы сможет самостоятельно справиться. Да и как они пожрут всё, что их привлекало, они сами уйдут. Кстати, насчёт уйдут, — она достала из-под подушек, на которых лежала, увесистый мешочек с деньгами и бросила его Роси — обговоренная сумма, ни иллебом больше, ни меньше, а теперь уходите, мне нужно отдохнуть, если что-то ещё надо, то сами с этим разбирайтесь в деревне.

— Хорошо, — убирая мешочек за пазуху, ответил Роси и развернувшись направился к выходу.

— Куда теперь? — Тоум с любопытством оглядывал деревню и её жителей.

— Тут думаю мы работы не найдём, так что давайте вернёмся в тот городок, где узнали об этом задании. Там разберёмся, что к чему и что делать дальше, — ветки в костре потрескивали, кастрюлька, в которой был ужин, уже давно опустела. Мы все сидели вокруг костра попивая чай.

— Ну что скажешь? — нарушил тишину Роси обращаясь к Тоум — устраивает тебя такая компания как наша? Будешь дальше с нами путешествовать? — Тоум, поставил на землю кружку с недопитым чаем и выпрямив спину, словно ученик, перед ответом учителю ответил.

— Да, я планировать и дальше сопровождать вас. Ваша компания отлично подходит для мой паломничества, к тому же, я кажется уже нашёл то, что я принесу в мой провинция из паломничество.

— И что же это?

— Твой способность.

— О как, — глаза Роси расширились от услышанного.

Мне же плевать на то, что они там начали обсуждать. Гадкое чувство и камень на душе не давал мне ничего хорошего. Как вернёмся в город напьюсь и затащу ту милашку в постель и хорошенько с ней развлекусь, это должно помочь мне отвлечься

В этот момент меня кто-то будто коснулся изнутри. От этого ощущения я моментально взмок и тело пробрало ознобом и дрожью, на коже же выступили мурашки. Я начал оглядываться вокруг в поисках того, что могло бы вызвать и нашёл. Напротив меня, с другой стороны костра, сидела Мари'а и её золотые глаза, в которых играли языки пламени от костра, смотрели на меня не отрываясь. И было ощущение, что она смотрит прямо мне в сердце. И понимает мои эмоции и чувства…

— У-а-а-а-а-а-а-в, — от мощного зевка утренняя головная боль отразилась всеми красками, которые возможно и невозможно передать словами — м-м-м-м-м-м, — потягиваюсь я всем телом и руки, скрещенные в замок, упираются во что-то деревянное. Задираю голову и вижу, что в землю воткнут столб. Но, что это за столб, мои сонные глаза увидеть не могут.

— Доброе утро, — услышал я, пока садился и поворачиваясь к костру, напротив меня сидел Роси и лениво тыкал палкой в уже потухший костёр.

— Как дежурство? — прикрывая рот руками зевая, спросил я.

— Всё спокойно, стая падальщиков проходила неподалёку, их было слышно, но к нам они интереса не проявляли. И Мари'а почти сразу как началась моя очередь куда-то уходила минут на двадцать, пришла, начудила и улеглась, — он показал палочкой в сторону.

Повернув голову направо, я увидел картину маслом. На животе, словно огромное бревно укрывшись не менее огромным одеялом, спит Тоум. С верху него же спит, свернувшись клубочком и высунув одну ногу словно кошка из-под одеяла, Мари'а. Я ухмыльнулся.

— Да чёрт с ними, пускай так спят, — махнул я на них руками — главное, чтобы Мари'а ушла с него до того, как он проснётся. Что она начудила?

— Посмотри, что стоит над твоей головой, — Роси снова махнул палочкой в ту же сторону.

Я повернулся ещё сильнее на право и увидел столбик, в который ранее уткнулся руками. Подняв голову выше, я наконец понял, что это нихера не столбик. Это огромный мать его крест! Вертикальный столб метров пять в высоту и горизонтальный метра три. Посмотрев обратно на Роси…

— Да-а-а-а, я полностью тебя понимаю… — протяжно проговорил он, видимо моё лицо выглядело настолько охреневшим, что он понял всё без слов.

— Это ещё ладно, — тыкая дальше в костёр, после небольшой паузы продолжил он разговор — сам крест, конечно, поражает и то, что она поставила тебе его в изголовье тоже, но это не идёт ни в какое сравнение с тем, как она это сделала.

— И как же?

— После того, как она вернулась из леса. Она встала спиной ко мне над твоей головой и вытащила его из-под плаща…

— Погоди, что? — до меня не сразу дошли его слова — что значит из-под плаща?

— То и значит! Она левой рукой распахнула плащ, а правой жестом словно достаёт меч, вынула вот этот крест держа его одной рукой! — Роси от переполнявших его эмоций аж всплеснул руками.

Я же ещё раз осмотрел крест. Он был сделан из добротного брёвна, круглого в сечении и ровного по всей его длине. По толщине я бы не сказал, что он велик, но, чтобы его обхватить мне нужно использовать обе ладони.

— Да ты пиздишь, — нахмурив лоб обратился я к Роси.

— Вот мне больше заняться нечем, кроме как сидеть и думать, как же мне обмануть Эля!? Зачем оно мне, если тут такое происходит! Особенно то, что на конце он был тупой и при установке Мари'а вогнала его в землю на добрые метр-полтора.

Я бы может и удивился, но недавние события тяготили меня и особого рвения на какие-либо эмоции я не испытывал.

— Знаешь, — перестав улыбаться, и скрестив ладони перед собой уперев локти в колени, своим холодным голосом начал он — мне кажется, что ты скоро умрёшь.

— Чего? — удивился я второй раз за это утро — ты вот это сейчас к чему? И с чего это вдруг ты так решил??? — от этих слов даже гадкое ощущение немного утихло.

— Это не я, это она, — Роси кивнул головой в сторону Мари'а.

— Я тебя сейчас не понимаю. Объясни почему ты так решил?

— Я тоже не сразу до этого додумался, но, что, если юродивые творят все эти вещи, за которые их гоняют не просто так? Что если за этими действиям стоит что-то серьёзнее, чем просто глупость? Что она делала и что я сам слышал про юродивых, — от его слов мне стало интересно и чувство тяжести в груди сменилось на чувство тревоги и не понимания — начну немного из далека, в моей деревне юродивых никогда не было и в окружающем нас лесе тоже. До встречи с тобой я вообще не знал об их существовании и поэтому, когда ты о них рассказал, я понял, что мне любопытно!

Глаза его во время этой фразы в полумраке рассвета, казались почему-то фиолетовыми. Они светились каким-то странным блеском и было ощущение, что его любопытство исходит из Роси корнями и оплетает всё вокруг, из них невозможно вырваться, в том числе и меня, что моё ранее зародившееся любопытство только усилилось.

— Поэтому я поспрашивал у стариков в городе, много читал и пытался следить за Мари’а. Как оказалось, о них мало что известно. Единственное, что известно наверняка: юродивыми не рождаются, они потрясающе физически сильны, они постоянно чудят.

— Ну это мы и так с тобой знаем и убедились сами.

— Верно, — кивнул Роси — а вот некоторые бабушки и деды, мне по большому секрету рассказали, что юродивые обладают необъяснимыми силами, что они могут двигать предметы не касаясь их, что могут видеть, то, чего нет и что у них есть под плащом вещи, которые ну никак не могли туда поместиться или предназначение которых совершенно неизвестно.

Тут меня, как пробило, пробило голову от осознания того, что перечисленное Роси абсолютная правда, всё это я уже видел в исполнении Мари'а.

— Тоже осенило? — Роси смотрел на меня, с удовлетворением — я про них знал, только то, что рассказал ты и что видел сам, благодаря Мари'а.

— Так, так, погоди, — прервал я его, подняв руку — я понял, что слухи не врут, сам многое видел. То есть ты хочешь сказать, что Мари'а видит мою смерть? — от этих слов меня аж мурашки пробрали от кончиков волос до кончиков пальцев на руках и ногах.

— Да, — вновь вернувшись к холодному голосу, кивнул он, от чего создалось ощущение, что выпущенные им ранее «корни любопытства» покрылись инеем от чего меня пробрала лёгкая дрожь

— Этому есть подтверждение. Помнишь ты рассказывал, как юродивый опрокинул чан с едой?

— Ну да.

— Что, если еда была отправлена? Ты сам сказал, пир закатили в честь огромного успеха, а там, где для кого-то успех, то для другого большой провал. И тот, для кого, это обернулось провалом решил всех перетравить. Такое возможно?

— Вполне, — немного не уверенно кивнул я.

— Или, тот случай, когда один юродивый после боя напоил охранника своей мочой, что, если во время боя, этот охранник, испугался и побоялся что-то сделать? Как говорят в вольных поселениях — зассал.

— Хм… — задумался я — твоя правда, что-то общее можно найти между фразой зассал и флягой с мочой, кажется я понял твою мысль, на основании этого, и креста над моей головой ты подумал, что я скоро умру?

— Да, но не только. Сначала она следила за тобой, придавила тебя каменной плитой, словно крышка надгробия, пойманная мертвая мышь, сейчас крест над головой. Кажется, кочевники именно так обозначают места захоронения.

— Так блядь, погоди. Дай подумать. Сложно… Получается так: за мной кто-то или что-то следит, это давит на меня словно могильная плита, я словно пойманный в ловушку зверь умру? — фразу, я уже заканчивал с пересохшим горлом.

— Примерно. Я бы начало изменил, над тобой нависла угроза, которая давит на тебя, со второй половиной я согласен, — Роси посмотрел на меня серьезным и одновременно грустным взглядом.

От того, что я осознал. Меня охватила ещё более сильная дрожь и чувство тяжести вернулось с новой силой, и словно прибило меня к земле, мне захотелось убежать, спрятаться где-то глубоко свернуться комочком в руках Лин-лин…

— И что теперь? — сухими губами еле проскрипел я…

— Ничего. Можно по этому поводу не переживать.

— Х-ха-ха-ха-х, — пробило меня с чего-то, на смех — тебе то легко говорить, — вытирая выступившие слёзы просмеявшись, сказал я — с твоей неуязвимостью тебе ничего подобного не стоит боятся!

— Живо взял себя в руки, — еле шевеля губами, произнёс Роси, его ледяной голос в этот раз не успокоил меня, а заморозил.

Это продлилось буквально мгновение, но появилось ощущение, что из мира исчезло все тепло и наступила зима. Этого, оказалось достаточно, чтобы охладить начинающуюся у меня истерику.

— Если тебе от этого станет легче, то знай, что не такой уж я не уязвимый, — продолжил он уже обычным голосом — да, я могу защититься почти от любого удара, но это касается только тех, которые я вижу или догадываюсь. При этом меня можно застать врасплох, что недавно доказала Мари'а, — он с усердием почесал бок, по которому получил от неё, закончив, он продолжил — и это помогает только от внешних ударов, внутри я беззащитен. Поэтому я могу подавиться, меня можно утопить, мне могут что-нибудь оторвать, так как при растягивании разрыв начинается изнутри. Или на худой конец, меня может чем-нибудь придавить. Я не пострадаю от этого, но вылезти я не смогу сам, и я могу помереть. Вспомни случай с молоссом, я смог защититься и убить его, но остался под ним, не помоги вы мне тогда, так бы и остался там лежать пока бы падальщики не пришли.

Его морозящий голос и этот рассказ немного отрезвили мне голову. Да и Роси в моих глазах уже действительно не казался мне столь неуязвимым как ранее.

— Так, что все мы смертны, — резюмировал он свой рассказ, голосом словно учитель — и не переживай так остро из-за того, что мы выяснили. Как я понимаю, юродивые пока не помогут с тем, что увидели, не уходят. Я никуда пока не собираюсь, значит никуда не собирается и Тоум, ведь он пока не раскрыл секрет моей способности. Так что попробуй расслабиться и доверься своим боевым товарищам. Хорошо? — как ни странно, я действительно немного расслабился от его слов. И впервые в жизни, мне действительно захотелось на полном серьёзе довериться кому-то кроме Лин-лин.

— Уломал, — кивнул я в ответ.

Пару секунд тишины нарушило шуршание со стороны спящих Тоум и Мари'а. Она встала прямо на спине Тоум, потянулась, придерживая кончиками пальцев одеяло. Высунула одну ногу и коснувшись кончиками пальцев земли, оттолкнулась ею и сделав сальто через костер приземлилась возле Роси, образуя комочек из ткани. Словно она там всю ночь спала.

— А? — не понял я её финта.

Но ответ последовал почти сразу же, ведь Тоум начал потягиваться, после чего сел и ещё протирая глаза произнёс:

— Добро утро!

— Доброе! — почти одновременно ответили я и Роси.

Он осмотрел нас сонными глазами. Потом его нетвердый взгляд привлёк огромный крест, стоявший возле меня. Тоум протёр глаза ещё раз. После чего внимательно посмотрел на крест и на нас, и я готов поспорить, что при этом слышал подобие смеха, раздававшегося из-под одеяла накрывавшего Мари'а.

— Эм, — немного хриплым голосом — эм, — повторил он прокашлявшись — что я пропустить? — искренним любопытством спросил он, от чего мы с Роси немного засмеялись.

***

— Да-а-а-а-а-а-а, — выдохнул я с наслаждением, падая в мягкую кровать в трактире, наконец добравшись до города — ой хорошо то как! — переворачиваясь на спину, снова вслух выдохнул я.

Поел, дорожную грязь с себя смыл. В сердце всё ещё была тяжесть от произошедшего в пещере, но она притупилась от осознания возможной скорой смерти. Но даже оно было немного притупленным словами Роси. К тому же, пока я ел внизу, меня просто пожирала глазами та девица, с которой я в этой самой комнате неплохо в прошлый раз повеселился. Готов поспорить, что она проследила, что я пошёл к себе и она снова ко мне вот-вот придёт. «Тук-тук-тук» — раздались точно такие же удары, как и в прошлый раз.

— Я пришла заменить бинты… — открылась дверь и вошла та самая девица, но на этот раз на ней был серый плащ без рукавов.

Я так же сидел на краю кровати и улыбался. Как ни странно, но мне очень нравится, когда девицы приходят ко мне в комнату под каким-то предлогом, но при этом по ним прекрасно видно, что они хотят меня.

— Так приступай, — поманил я её рукой.

Она с тем же подносом прошла через комнату шлёпая босыми ногами по деревянному полу и уже уверенным движением опустилась на колени передо мной, ставя поднос на пол слева от себя. Садясь, она, как бы невзначай, шевельнула плечами и плащ упал на пол позади неё, показывая мне её полностью обнаженное тело. Её молодая белоснежная кожа дышала страстью, а глаза, которые смотрели прямо в мои, пылали словно необузданный лесной пожар. От этого вида я тут же стал готов к тому, что намечалось дальше.

— А теперь приступим, — она резким движением взялась за края моих укороченных подштанников и одним махом стянула их до самого пола — ох, — выдохнув с вожделением видя пульсацию того, насколько я готов, она обхватила рукой и сжала, пытаясь унять пульсацию.

Сделав несколько поцелуев в разных местах, от которых у меня пробежали мурашки по всему телу, а пальцы на ногах непроизвольно несколько раз согнулись и разогнулись. Она немного отстранилась с улыбкой на губах наблюдая за моей реакцией. После чего резко заглотила его по самое не балуй, от чего я испытал поистине завораживающее чувство и откинулся на спину готовясь его получать настолько долго, насколько хватит моих сил.

«Ба-а-ах!!!!» — от мощнейшего удара дверь, открываемая во внутрь, распахнулась срывая с креплений засов, который был закрыт. Я резко согнулся с копьём в руке, а девица, взвизгнув, сама отскочила в сторону прикрывшись схваченным плащом. Я же встал на изготовку готовясь к бою. На пороге комнаты оказался Роси, он миролюбиво показал руки и поднёс указательный палец к губам прикрытым платком, показывая не шуметь. Из коридора послышался шум топающих ног.

— Всё хорошо, — выглянув из проёма, так, чтобы закрыть нас от обзора из коридора, сказал Роси тому, кто прибежал на шум, скорее всего трактирщику — мой друг перестарался с выпивкой, вот немного и разбушевался, сейчас он успокоится, я спущусь вниз и оплачу всё, что он сломал.

— Точно?

— Точно-точно, — с улыбкой в голосе произнёс Роси.

— Хорошо, — с недоверием ответил ему трактирщик и послышались удаляющиеся шаги.

Роси же правой рукой закрыл дверь, которую придерживал, а левой рукой натянул платок обратно на лицо.

— Эй! Что за нахер ты тут устроил?

— Погоди-ка, — пробубнил он, подпирая стулом дверь так, что теперь будет сложно её открыть, что изнутри, что с наружи, потом он прошёл через комнату и открыл настежь окно. После чего вернулся на середину комнаты и наконец обратил на меня внимание.

— Ну и? — нетерпении сказал я, всё ещё стоя на изготовку с копьём в руках.

— Эм, ты не мог бы, это… — Роси указал пальцем на два конца направленных на него

— Ой, — конфузился я немного, опустив копьё и облокотив его на кровать, я натянул подштанники и сел, Роси присел на краешек стола на против кровати — теперь говори, что тебя заставило так блядь врываться в мою комнату? Да ещё и прерывая моё любимое занятие, — девушка всё так же сидевшая на полу встала и стараясь не оголяться перед Роси, надела плащ.

— Я тут сидел внизу, обсуждал с Тоум подробности моей способности, ну как обсуждал, он заваливал меня вопросами, а я отвечал и тут меня осенило! Поэтому я нарушил твоё уединение.

— И что же это блядь тебя так осенило? — не сдерживая злобы, буквально прорычал я, положив левую руку на копьё.

— Помнишь мы с тобой разговаривали о том, что хотела сказать тебе Мари'а?

— Ну и? — от неприятных воспоминаний опять дрожь прошла по всему телу, а только смог отвлечься.

— В прошлый раз сидя внизу перед походом в деревню, Мари’а сказала кое-что еще, вспомнив это я и прибежал к тебе.

— Да что же ты блядь такого вспомнил! Не томи уже! — сказал в сердцах я, аж копьём стукнул по полу, от чего девушка, которая стояла возле окна, вздрогнула.

— Да-да, не кипятись. Лучше скажи, что ты знаешь о суккубах?

— А? А? — не понял я его вопрос — эти твари причём? Какое имеют отношение к моей скорой смерти твари, которые выглядят отвратительно и питаются жизнями мужчин, — одновременно мы договорили последнее слово с Роси.

— Ты, стоять! — твердым голосом сказал Роси глядя на девушку, я тоже на неё взглянул, а она уже на половину высунулась из окна.

Она плавно вернула часть тела в комнату и медленно развернулась к нам лицом. От прежнего милого личика не осталась и следа. Оно было суровым и резким, будто у солдата прошедшего не одну битву, а глаза больше не горели, они были пусты словно два колодца без воды.

— Что тебе от меня надо? Я всего лишь хотела не плохо провести время, — её голос больше не был нежен и красив, он звучал словно скрежет дерева об дерево.

— То же, что и от остальных расплодившихся тварей этого мира — смерть, — на эти слова её лицо треснуло ровно по середине, она немного присела, распахнув в стороны плащ, от увиденного мне поплохело.

Прекрасной гладкой молодой кожи больше не было. Вместо неё какая-то рваная серая чешуя, грудей, что так привлекали мой взгляд, тоже не было, вместо них были небольшие ручонки странной формы словно у богомола, локти которых выглядели как соски, которые мне так хотелось теребить.

— Фа-у-у-г-р, — раздалось из крестообразной пасти, горизонтальная часть которой была как у той девушки, с красивыми пухлыми губами и ровными белыми зубами. Вертикальная же часть была словно рубец, через который виднелись маленькие и частые клычки. Это всё я разглядел за доли секунды, за которые единственное, что я успел, кроме того, что разглядеть в подробностях тело этой твари, так это встать с кровати в левой руке держа копьё. Роси же, как сидел на краешке стола скрестив руки, так и сидел. «Не успеваю» — пронеслась, мысля в голове. Боковым зрением замечаю тень, возникшую в открытом окне, которая влетела в комнату и приземлившись на спину твари прибила её к полу.

— ГАЧА! — раздался словно звон колокольчиков голос Мари'а, а следом последовали два сильных удара в затылок твари и на пол, и стены от их силы полетели брызги, и ошмётки чего-то серого. Мари'а встала с трупа и повернувшись ко мне, судя по сиявшим глазам, улыбалась.

— Отлично сработали! — Роси вытянул руку для пятюни и Мари'а шлёпнула по ней в ответ ладонью, на которой по-прежнему был одет кастет — ау!!! — затряс ладонью Роси — ты хоть снимай кастеты! — жалобно сказал он, тряся ладонью.

На это глаза Мари'а только засветились ещё большим счастьем. Я же стоял, слегка покачиваясь и меня начинало мутить, я до последнего пытался отогнать эти мысли. Но всё же они у меня возникли и меня вырвало, прям весь ужин за раз. Но это дело я сделал в ведро, висевшее передо мной в воздухе, которое после этих дел вылетело в окно и просто упало в низ.

— Умничка! — Роси одной рукой стягивая платок с лица, другой показывая большой палец вверх Мари'а.

На это же она просто кивнула капюшоном и с любопытством начала разглядывать обезглавленное ею тело. Меня же опять замутило, но так как в желудке ничего уже не было, я просто присел на кровать. Рядом присел Роси.

— Ничего страшного, — похлопал он меня по плечу — суккубы хитрые твари, если не знать наверняка, ни в жизнь не догадаешься, что он перед тобой.

— Но я ведь… — не смог выговорить я и меня снова стошнило, и снова возле моего лица оказалось ведро, которое снова улетело в окно и шваркнулось вниз.

Повернувшись обратно, я вновь увидел, как Роси показывает Мари'а этот знак.

— Постарайся не думать об этом, сходи к колодцу умойся. Посиди на свежем воздухе, глядишь и полегчает немного.

— А-а-а-а-а? — я показал рукой на труп, отвернувшись в сторону не в силах на него посмотреть.

— Не переживай на этот счёт. Слышишь шипит? — действительно, прислушавшись я услышал шипение.

— Что это?

— Это начало испаряться тело суккуба, я не знаю из чего оно состоит, но после смерти вся накопленная жизненная сила покидает тело суккуба, и оно более не способное к существованию без неё, просто испаряется. Мы тут посидим с Мари'а покараулим этот процесс, и чтобы никто не увидел его случайно, а ты иди умойся.

Я прошёл мимо тела закрыв глаза с помощью Роси и вышел из комнаты. Хорошенько умывшись холодной водой из колодца и прополоскав ею рот от вкуса рвоты, мне стало действительно легче. Я сидел прямо возле этого, колодца облокотившись спиной о его стенку и с мокрых волос на голове капала вода мне прямо на поджатые колени. Тяжесть последних событий давила на меня с неимоверной силой, я буквально ощущал её всем телом. Что даже не мог встать и пошевелиться. Рядом кто-то присел.

— Что настолько всё плохо? — поинтересовался незнакомец с каким-то странным акцентом.

Я в бессилии что-то сказать, еле заметно кивнул.

— С женщинами наверняка проблемы, только они способны довести мужика до такого состояния.

«Блядь мужик, ты как никто другой прав» — подумал я, но сил отвечать ему не было, и я лишь снова еле заметно кивнул.

— На вот, лекарство с востока, — мне в руку он сунул внушительных размеров флягу — напиток, конечно, не лучший, но мне отлично помогает, — не думая ни секунды, а лишь мечтая о том, чтобы приглушить боль, я приложился к горлышку и давясь, и захлёбываясь, пуская часть напитка мимо рта, течь по шее, выпил несколько глотков…

***

— Е-ба-а-а-а-т-ь! А-а-а-а-а-а-а-а, в-у-а-а-а-а-а-а-а-а, — издавал мой рот звуки страданий от головной боли.

Пытаясь хоть что-то почувствовать, кроме бешеной головной боли, которая разрывала словно на кусочки мою голову, как арбуз, по которому ударили палкой со всей силы и он разлетелся, при этом каждая попытка хоть чуть-чуть пошевелиться онемевшим телом приводила к тому, что боль в голове взрывалась с новой силой, да так, что у меня перед глазами словно искры пролетали, а лоб казался настолько чугунным, от чего было ощущение, что сейчас он своей тяжестью проломит мне голову.

— Тихо-тихо милый, — раздался рядом, до боли знакомый голос и с боку к моему лицу прижалось, что-то мягкое и тёплое, с такими знакомыми и приятными ощущениями, а с другой стороны лица и по голове меня начали поглаживать — так приятно, можно сказать, по родному, приятно и уютно.

— Тише-тише, — повторил чарующий голос — всё хорошо, я рядом, спи, спи, боль сейчас уйдёт, — и я не мог не подчиниться этому голосу, я расслабился и боль начала уходить, а в теле появилась чувствительность, стало настолько легче, что у меня сами собой потекли слёзы.

Рука, что гладила моё лицо прекратила это делать, начав вытирать слёзы, катившиеся ручьём из моих закрытых глаз.

— Хорошо, поплачь, поплачь, от этого только легче станет, — прошептал мне на ухо такой нежный и родной голос, после чего, губы произносившие эти слова поцеловали меня в висок и от их тепла, которое распространилось моментально по всему телу, стало ещё немножечко легче, настолько, что я смог повернуться на бок, не отключившись от боли и закопаться лицом в такую мягкую, тёплую, родную грудь, пахнущую ароматом Лайлак и цуви, её любимый. Моей любимой Лин-лин.

— Блядь, блядь, блядь, — ругался я вновь очнувшись.

Голова всё ещё неимоверно болела, но уже не было такого жёсткого ощущения, что вот-вот её разорвёт. С трудом разлепив глаза, я увидел знакомую комнату в таверне «Под шляпой кабана» из окна бил яркий свет, но оно было завещано тёмной тканью, поэтому в комнате было достаточно светло, чтобы всё видеть, но при этом света было недостаточно, чтобы слепить мои воспалённые глаза. Во рту была настоящая пустыня. Язык присох к нижней части рта и им было невозможно пошевелить, а каждая попытка пошевелить губами заканчивалась, треснувшей кожей на них. Жадно приложившись к графику с водой, я впервые в жизни получил ощущение, что первые несколько глотков впитались в язык, а уже все остальные пошли дальше. Осушив целый графин мне стало немножечко легче.

— Как, выспался? — услышал я приятный голос из-за открывшейся двери, которую Лин-лин закрыла за собой так, что не раздалось ни единого звука.

— Кажется да, — хриплым голосом с трудом ответил я.

— Ну и хорошо, — она прошла в комнату и присела на краешек кровати — ты должен быть благодарен своим друзьям, ведь это они донесли твоё нажравшиеся тело сюда ко мне, где ты проспал четыре дня.

— Четыре!? — от удивления воскликнул я и закашлялся, горло ещё к такому не готово.

— Да милый мой, — поглаживая меня по руке, ласково сказала она — после того, как тебя принесли, ты примерно через сутки проснулся на короткое время, после чего опять уснул и проснулся только три дня спустя… У тебя очень хорошие друзья, — после небольшой паузы сказала она — каждый из них в день стабильно подходил и спрашивал о твоём состоянии.

— Да?

— Да, я сама была удивлена, но перед тем, как ты мне расскажешь, что же такого случилось, что заставило тебя так напиться, ты мне расскажешь, что за девушка ходит хвостиком за Роси? — спросила она голосом, которому невозможно было сопротивляться.

— Мари'а, она из юродивых, прибилась к нам и помогает нам, считай за еду, потому что долю свою у Роси ни разу ещё не забирала.

— Из юродивых значит, — как-то странно, она это сказала, но походу мне показалось — ты ведь знаешь, что я довольно ревнивая и не хочу видеть и знать о твоих похождениях?

— Не переживай ты так, — я попытался улыбнуться, но у меня как-то не получилось это сделать пересохшим губами, но вот ещё одну на них трещину я получил.

— Тогда, для моего сердечного спокойствия давай договоримся так, она не будет появляться в нашей таверне, чтобы я её не видела, хорошо? — вновь этот беспрекословный тон.

— Я бы с радостью пошёл на это условие, вот только, она же юродивая, как я могу на неё повлиять и заставить что-то сделать? Она никого не слушает, — перебил я Лин-лин, пытавшуюся что-то сказать — она уже ни один раз спасала мою задницу, так что я не вправе ее прогонять.

— Хорошо, — с недовольной и злобной улыбкой сказала она — тогда я не буду появляться в зале, когда она там, чтобы её не видеть, я не доверяю юродивым, а этой тем более, потому что она путешествует с тобой, а ты мой и я ревную! — уже как обиженная девочка сказала она.

— Иди сюда, — поманил я её ослабшими руками, и она с удовольствием улеглась в мои объятия — хорошо, — поцеловав её в макушку, сказал я — когда она в зале, можешь там не показываться, раз тебе будет так спокойнее, — на эти слова она только чмокнула меня в грудь и немного поёрзав улеглась по удобнее.

— А теперь расскажи мне, что там такого случилось, что ты так напился.

«Тук-тук-тук» — раздался стук в дверь.

— Ей, кого там черти принесли? — крикнула Лин-лин в сердцах.

— Убирайтесь!

«Тук-тук-тук» — снова раздался вежливый стук в дверь.

— Пошли к чертям! — снова крикнула Лин-лин, я тоже хотел, послать пришедшего, но моё горло отказывалось издавать звуки громче обычного разговора.

«Тук-тук-тук» — снова раздалось, но на этот раз удары были серьёзнее настойчивее.

— Я посмотрю, кто там, — хотел было я встать с кровати.

— Лежи не вставай, — прижала меня обратно Лин-лин к кровати — я сама проверю. Кто там? — раскрыв двери, крикнула она в образовавшуюся щель.

— Я бы хотел, кое-что обсудить с Элем.

— Он всё ещё спит, — как отрезала она.

Голос за дверью был похож на голос Роси, но он был приглушен будто чем-то. «Он, что опять в платке?» — родилась мысль и я тут же её отмёл. С чего бы ему натягивать платок, ведь это место проверено и боя здесь не намечается…

— Лин-лин впусти его… — сказал я и голос мой показался мне чужим, словно тот же голос, которым говорит Роси — мертвый и ледяной.

Она повернулась ко мне и увидев моё лицо глаза её наполнились слезами.

— Может лучше не стоит? — дрожащим голосом пролепетала она — он наверняка принёс дурные вести, я сердцем чую.

— Впусти его.

— У тебя его нет, — одновременно сказал со мной Роси протиснувшись в приоткрытую дверь — прости Эль, но Лин-лин абсолютно права, я с очень дурными новостями, я бы хотел, сказать тебе об этом позже, но в свете последних событий, я решил, что уж лучше сейчас, чем потом, — говорил он очень серьёзным тоном с платком на лице.

— Говори… — примерно таким же тоном ответил я ему.

— Помнишь, что сказала Мари'а увидев ту официантку, которая тебя бинтовала?

— Да… Помню… — с трудом произнёс я, догадываясь, что он хочет сказать, при этом надеясь на то, что это не так.

— Это был второй раз, когда я слышал от неё нечто подобное, первый был, когда Мари’а увидела Лин-лин… — от этих слов у меня всё сжалось внутри, а тело налилось свинцом.

Лин-лин побледнела и вздрогнула всем телом.

— Так как Мари'а не разговорчива, мы не знаем сколько ты ещё протянешь. Так, что извини, что рассказал это именно сейчас, навалив на тебя ещё больше проблем. Дальше, решать только тебе, а я пошёл, если что зови, я тут, не далеко, — это он говорил, уже выходя из комнаты, закрывая за собой дверь.

От звука закрытия Лин-лин вздрогнула и слёзы, накопившиеся в её глазах, потекли по щекам.

— Сколько? — еле шевеля языком, произнёс я.

— Я, я… — начала что-то говорить Лин-лин, я остановил её жестом руки.

— Просто ответь, сколько я бы ещё протянул продолжай я с тобой отношения.

— Но, я… — снова она пыталась, что-то сказать, я вновь остановил её жестом руки и потянулся за своей одеждой.

— Полгода или чуть меньше, — захлёбываясь слезами, с трудом выговорила она.

— Больше ничего я знать не хочу, — одевая на себя штаны всё таким же ледяным тоном сказал я.

— А я всё равно скажу! — срываясь, взахлёб прокричала она, сжав руки в кулаки — я люблю тебя! Я правда полюбила тебя, я хочу прожить с тобой до конца твоих дней, а после я думала покончить с собой, так как не представляю жизни без тебя! И я каждый день после знакомства с тобой проклинала само своё существование, что я проклятая тварь! Суккуб! А не человек! Что я не способна прожить с тобой полноценную жизнь выйти за тебя замуж и нарожать тебе детей! Да чёрт побери, у меня даже пизды и жопы как у людей нет, чтобы ты хоть трахнуть меня мог по-настоящему, а не только в рот и в снах, что я на тебя насылала! — уже буквально визжала она.

Я же ничего при этом не чувствовал, была полная пустота.

— Тогда, почему ты мне не сказала, кто ты? Почему ты продолжала высасывать из меня жизнь? — уже надевая жилет, спросил я просто для того, чтобы что-то сказать, а не потому, что мне было интересно.

— Я боялась, я боялась, что узнав обо мне правду, ты уйдешь от меня к другой, я не боюсь смерти от твоей руки, но меня просто разрывает от мыслей о том, что ты можешь быть с другой… — перейдя на шёпот охрипшим голосом, договаривала она — ещё эта метка, просто с ума меня сводит и я с неимоверным трудом сдерживалась каждый раз, чтобы не забрать у тебя через чур много, чтобы ты прожил, как можно дольше.

«А вот это интересно», — подумал я.

— Какая ещё метка? — одевшись полностью, я сел на кровать, она же стояла всё на том же месте.

— След укуса на твоей шее. Это метка суккуба, который первый тебя попробовал. Такая ставится на тех людей, в ком содержится огромное количество жизненной силы и которую данный человек быстро восполняет, для нас суккубов такие люди, как деликатес и наркотик одновременно.

— И сколько? Сколько лет жизни из меня высосано?

— За остальных суккубов я не знаю, но только я одна высосала из тебя примерно девяносто пять лет жизни.

От этой цифры у меня закружилась голова. Получается, я мог бы прожить сильно больше ста лет, но из-за метки я был деликатесом для суккубов и меня всё подряд жрали на перебой!!! От этой информации меня затошнило. Я встал чтобы уйти.

— Нет стой! Погоди, — она упала на колени вся в слезах — давай начнём всё с начала, я-я-я перестану есть твою жизненную энергию, расскажу абсолютно всё о своей жизни. Начнём прямо сейчас, — она встала, вытерла лицо, мокрое от слёз и улыбнувшись, своей прекраснейшей улыбкой, чуть прищурив свои глаза, милейшим голосом, от которого я раньше просто млел, как маленькая девочка, произнесла — меня зовут Лин-лин, я суккуб, мне триста семьдесят девять лет, очень приятно познакомиться, — заливаясь слезами, она развела юбку в стороны и на манер дам из Западного королевства сделала приветствие после чего, всё так же улыбаясь, посмотрела на меня глазами полными слёз и надежды.

Я же, я больше ничего не чувствую, совсем. На месте той любви, что была, сияла огромная пустота. Поэтому я просто вышел за дверь. Из-за которой раздался просто нечеловеческий взрыд и рыдания. Повернув в сторону выхода, я увидел Роси стоявшего возле стены и с безучастным видом разглядывавшего ужасную картину висящую на стене.

— Мне, без разницы, я ничего не чувствую, — сказал я, не глядя на него.

За моей спиной открылась и закрылась дверь.

— Ты-ы-ы-ы-ы! — заревел голос Лин-лин, переходящий от милого, к которому я привык, к скрежету твари, что недавно прикончила Мари'а — это ты во всём виновата, ты испортила всё! Сейчас я буду рвать тебя на куски!!! — гремел голос, не имевший ничего общего с тем, который меня ласкал, дальше я ничего не слышал, так как спустился вниз и подошёл к стойке.

— Эля мне.

— Не рановато ли? Ещё даже обед не наступил.

— Плевать, — фыркнул я в ответ.

— Уверен? Тебя несколько дней назад буквально внесли в комнату, и ты только сейчас вышел. Уверен?

— Да и давай две сразу.

Трактирщик поставил мне две полных кружки эля. Первую я выпил залпом и меня немного затошнило, вторую я выпил в два подхода и поставила её. Звук удара деревянной кружки о столешницу эхом отразился в моей голове…

***

— Ну и воняет же от тебя, — первое, что я услышал после того, как кто-то вылил на меня ведро ледяной воды, от которого я проснулся.

С трудом продрав глаза, я увидел Роси, стоявшего надо мной с пустым ведром. Осмотревшись вокруг, я понял, что моя голова неимоверно раскалывается и что я нахожусь в каком-то непонятном проулке между двух зданий.

— Какого чёрта тут происходит? — попытался я встать, но не смог.

— Это я у тебя хочу спросить, — буквально за шкирку поднял меня Роси на онемевшие ноги — о ужас, — поплевался он — как же от тебя несёт, от троллей пахнет лучше, чем от тебя, — он отпустил меня, и я грохнулся на землю.

— Лей, — скомандовал он кому-то позади меня и на меня снова полилась вода, но уже тёплая. Как только она закончилась, я обернулся и увидел позади себя Мари'а, которая с любопытством разглядывала, что-то на стенах грызя продолговатую редьку и Тоум, который держал в руках огромное деревянное ведро. Хотя, судя по всему, это прям бочка, полноценная, а не ведро.

— Так должно быть лучше. Проснулся? — поинтересовался Тоум.

— Да ни хера подобного! — взмахнул я насквозь мокрыми рукавами.

Я был вымокшим до нитки, с жесткого бодуна и моя голова вообще ничего не соображала.

— Пойдём, — снова поднял меня Роси — накормим тебя, ты ведь наверняка голодный, — он повёл меня куда-то из проулка.

Места были немного знакомые, через которые он меня вёл.

— Не переживай насчёт одежды, что она мокрая, попросим стол по ближе к камину и всё будет нормально, — тепло от камина, расположившегося за моей спиной, и вправду помогало с сушкой одежды. И грело мои, как оказалось промёрзшие кости.

— Так, что такого случилось, что вы так обеспокоены? — прервал я нависшую тишину за нашим столиком, где все молчали, но при этом пристально посмотрели на меня.

— Вообще-то это мы у тебя хотели спросить.

— Вы это о чём? Я не понимаю и да, почему мы не в нашей таверне?

— Ну-у-у-у, — протянул Роси — может быть, потому что это другой город?

— Что значит другой город? — не понял я.

Я конечно бывало напивался и просыпался в различных местах, но никогда не покидал даже района, в котором пил, а тут другой город.

— То и значит, мы в одной недели езды на лошадях, от нашей таверны, в городе под названием Миной, — от названия города меня прошибло холодным потом, а грудина сжалась с неимоверной силой от воспоминаний, что начали всплывать в моей голове.

— Это получается, что я был настолько пьян что приехал в родной город и при этом пил ещё по дороге, так это, что я неделю не просы…

— Больше, — спокойным тоном перебил меня Роси — после того случая с Лин-лин ты пропал на два месяца. Сегодня мы тебя нашли. Мы были в одной деревне, в двух днях пути от сюда. После завершения авантюры Мари'а настояла, на том, чтобы посетить этот город. Вот мы и пришли сюда, а когда гуляли по городу осматривая его, нашли тебя, лежащего без сознания в подворотне.

— Так… — выдохнул я — с того момента, что, прошло уже два месяца?

— Да.

— Что сказала мамочка и трактирщик, насчёт смерти Лин-лин?

— Ничего. Мы сказали им правду насчёт неё. Они, конечно, удивились не на шутку, а после даже поблагодарили.

Мы говорили о Лин-лин, но меня будто это не будоражило. Та часть сердца, в которой была она, испарилась так же, как и тела суккубов. Но зато, я вспомнил, зачем я пришёл в этот город. — я пришёл в поисках той, из-за которой и произошло всё это. Я пришёл за Гердой.

***

«Тук-тук-тук» — постучал я в двери одного из множества небольших домиков благополучного района города Миной.

— Кто там? — раздался почти сразу детский голос за дверью.

— Это гости к твоей маме. Скажи, что пришёл очень давний знакомый, — за дверью послышались детские убегающие шаги.

Спустя же пару мгновений, дверь распахнулась и на пороге стояла она. Герда. Немного посмотрев на меня своими зелёными глазами, её лицо с недоверчивого сменилось на тревожное.

— Эльбаф? Эль, ты ли это?

— Я, что удивлена?

— Да, очень неожиданный визит.

— И только поэтому удивлена? Или ещё тому, что я всё ещё жив?

— Не шути так! — прикрываясь дверью, сказала она.

— Может впустишь меня? На чай? За одно и обсудим зачем я здесь, — я сидел в небольшой уютной гостиной и ждал пока Герда вернётся с чаем.

— Я попросила соседку посидеть с дочерью, чтобы нам никто не мешал разговаривать, — войдя в комнату с подносом, на котором стоял заварник с чаем и две пустые кружки.

— Это очень хорошо, что ты так сделала. Теперь расскажи мне как ты живёшь? Чем занимаешься?

— Как видишь я живу, — поправив немного волнистые тёмные волосы усаживаясь поудобнее в кресло напротив меня — я живу всё ещё в этом городе, вышла замуж, овдовела и сейчас воспитываю двух замечательных детишек.

— Поди вышла за того, с кем сбежала?

— Нет, что ты! — махнула она рукой раздосадовано — он бросил меня через месяц поэтому я вернулась домой. Тебя уже на тот момент не было в городе, поэтому я зажила той жизнью, которую мне планировали мои родители, они же мне и мужа нашли, у которого скончалась жена и было двое замечательных ребятишек. Что освобождало меня от потребности рожать, — она отхлебнула немного чая — да что я всё рассказываю, ты то сам как? Чем занимаешься? Выглядишь ты если честно немного потрёпанным.

— Я то? Я авантюрист.

— Кто-кто? Авантюрист? И чем же ты занимаешься?

— Ну я не один, нас небольшая группа, всего четверо. Мы ходим по городам и деревням ввязываясь за деньги в авантюры, в основном они связаны с убийством тварей.

— О как, — не скрывая раздражения, удивилась она — и как успешно?

— Ты знаешь, да, звёзд с неба не хватаем, но работа регулярно есть и за неё платят. Например, вот прямо сейчас мы охотимся на одну очень опасную тварь.

— У-у-у-у, как интересно и что же это за тварь? — немного распрямившись, спросила она с любопытством.

— Суккуб, — ответил я, и лицо Герды немного дрогнуло — в этом городе поселился суккуб, мы провели небольшое расследование и выяснили, что за последние несколько лет, от его рук погибло более пятидесяти человек. Как мужчин, так и женщин. Сообщив всю информацию местным главам, нам назначили неплохую награду, за твоё убийство.

На этот раз ни один мускул на её лице не дрогнул, и она никак не отреагировала на мои слова. За исключением глаз, они потеряли человеческий вид и превратились в два бездонных колодца.

— Ты ведь понимаешь, что это довольно опрометчиво, соваться напрямую в логово к тому, на кого ведётся охота, — уже не голосом Герды, но голосом суккуба заговорила она.

— Это не имеет значения, недавно я узнал, что из меня, благодаря твоей метке, высосали больше ста лет жизни и по приблизительным подсчётам, мне при таком раскладе осталось жить не более полугода, так что мне уже всё равно, — её лицо треснуло по середине, это можно было бы принять за тень, если не знать, что это такое.

— Так не лучше было бы провести это время с пользой? Где-то отдохнуть? Или посетить другие страны? Посмотреть на то, чего уже не получиться познать, — её кожа начала еле заметно сереть.

— Не переживай за меня, я уж найду способ, чтобы прожить по дольше, при этом я не одинок.

— Но здесь то ты один, — она расстегнула ворот платья и на серой шее висело ожерелье с камнями, тремя камнями, которые засветились от её прикосновений.

— Оу, я смотрю ты неплохой инициатор, раз смогла так быстро одновременно активировать три минерала, — все три минерала были размером с кулачок ребёнка и были вплотную прижаты к её горлу.

— Бычий глаз, Алмаз и Янтарь, отличный набор, — похвалил я её.

— Если хочешь выжить в этом суровом мире, нужно уметь приспосабливаться.

— Тут я с тобой согласен. Но перед тем, как начнём, скажи мне, твои дети люди или как у вас принято, один из них подкидыш суккуб? — даже по её пустым глазам было понятно, что она немного опешила от услышанного.

— Да, — немногого погодя ответила она — они люди и не знают о том, кто я и почему умер их отец.

— Тогда приступим, — ставя на стол пустую кружку с чаем, сказал я.

— Ты уверен? Ещё не поздно отказаться и позабыв былое разойтись каждый на своём.

— Не-а, — только и успел сказать я, как она, раскрыв свою крестообразную пасть кинулась на меня.

Делала она это с невероятной быстротой, даже для твари. Минералы на её шее, работали на полную. Но ей это не помогло, ведь сделав буквально шаг в мою сторону, занеся руку с когтями для удара. Она отшатнулась назад и вместе с этим, до меня долетел шум разбивающегося окна, в котором появилась Мари'а. В руке у неё было моё копьё. Пошатнувшись от болта, выпущенного Тоум, Герда ещё не успела восстановить равновесие, как Мари'а, кинув мне копьё, влетела в неё, отправляя её в полёт в сторону выхода. Пролетев с добрый метр и поломав перегородку, суккуб приземлилась. На спину. Но не дав ей подняться, над ней уже появился я, уперев копьё в её правый бок, туда, где у людей печень, а у суккубов главный нервный узел.

— Последние слова?

— Не смей трогать детей, меченая падла!!! — эти слова она буквально выплюнула мне в лицо.

— Хорошо, — спокойно ответил я и вогнал в неё копьё.

Округлив глаза и немного вздохнув, она умерла. Входная дверь открылась и на пороге показался Роси, с огромной стеклянной банкой в одной руке и косой в другой. Одним уверенным движением он отрубил голову, положил её в банку и плотно закрыл крышку. К нему подошла Мари'а и взяв из рук банку спрятала её под плащ.

— Ты всё? — обратился ко мне Роси.

— Да, — спокойным голосом ответил я, глядя на уже начавший рассыпаться труп Герды, при этом ничего не чувствуя, кроме лёгкой нотки самоудовлетворения.

— Тогда идём, банка хоть и ограничивает доступ воздуха к голове, но внутри банки он всё же есть, так что мы должны поторопиться сдать задание перед тем, как она тоже рассыпится, — сдав задание, мы сидели всё в той же таверне.

***

Доля была уже поделена от которой мне ничего не досталось. Так как я больше не член группы, а их помощь была мне предоставлена как нанимателю за долю.

— Что будешь делать дальше? — Роси обратился ко мне с очень серьёзным выражением лица.

— Я как раз думал над этим. Скорее всего устрою массовую резню суккубов.

— О как? Удивился он.

— Да я понял, насколько глубоко в наше общество проникли эти твари и сколько вреда и горя они приносят людям.

— Как планируешь начать? Уже придумал?

— Да, начну с топов в городах. Раз сами они трахаться не могут, а лишь насылают сны, значит им проще простого пробиться в топ.

— Ты ведь сам говорил, что первые места топа могут занимать даже очень влиятельные женщины.

— Разберусь по факту.

— Может лучше вернёшься в команду? Хоть ты и покинул нас так некрасиво, я думаю никто не будет против твоего возвращения? — Роси посмотрел на собравшихся, Тоум еле заметно кивнул, Мари'а с задорно светящимися глазами закачала капюшоном в знак согласия — вот видишь, да и цели у нас у всех совпадают теперь.

— Цели? Совпадают?

— Да, — почёсывая затылок заулыбался Роси — я ведь немного тебе наврал сказав, что я просто отправился посмотреть на мир, да себя показать, на самом деле, — он стал серьёзным — я кое-что понял в своё время, я понял, что твари для этого мира болезнь и что, если их не истреблять, он погибнет и не останется ничего. Вот я и отправился из своей деревни с целью истребить всех до единой твари, да знаю-знаю, — замахал на мой укоризненный взгляд Роси — звучит банально и заезжено, но что поделать, — он пожал плечами — ведь этим так целенаправленно никто не занимается и вон к чему это привело. Суккубы живут полноценной жизнью внутри общества, при этом безнаказанно убивая людей, ведь это ненормально.

— А остальные что?

— Мари'а изначально прибилась к нам, с целью чтобы ты выжил, сейчас же она хочет помочь мне с моей целью, — капюшон снова согласно закивал — Тоум в паломничестве и путешествуя с нами он ищет то, что поможет ему из него вернуться.

— К тому же убить с вами тварь, я помогаю этот мир, а моя провинция его часть, — добавил он.

— Ты же хочешь истребить всех суккубов, что входит в мою задачу тоже.

— Хорошо, — кивнул я в ответ — если вы таким составом будете удовлетворены, то я с вами, снова.

— Вот и отлично, — хлопнул по столу Роси — это надо отметить! — замахал он рукой официантке, чтобы она принесла нам выпить.

— Эй, — привлёк всеобщее внимание Тоум — смотреть, — все мы посмотрели на Мари'а.

Её глаза светились, каким-то необычайно глубоко золотым цветом, он не слепил как раньше, но завораживал своей бездонной глубиной. Из её плаща выплыла небольшая цепь очень необычного плетения. Такого я ещё не видел. Цепь зависла над столом. Я и остальные неотрывно смотрели на неё. Я, конечно, знал, что она так может, и уже видел. Но всё равно, это пугает и завораживает одновременно.

Цепь немного задрожала и беззвучно разделилась на четыре разной длины части. Одна из них подплыла к шее Роси, обвилась вокруг неё и концы ее также беззвучно соединились вместе, образуя бесшовное ожерелье. Ещё один кусочек подплыл ко мне обернулся вокруг правого плеча и также беззвучно сомкнул концы. Кусочек, что подплыл к Тоум сделал тоже самое, только вокруг его запястья. Последний же кусочек уплыл под стол. Мы одновременно заглянули под него. Кусочек же подплыл к ноге Мари'а, которая немного торчала из-за стола и обернулся вокруг правой лодыжки. Выпрямившись, я, как и остальные, уставились на неё. Она же продолжала всё также сидеть.

— Связанные одной целью, скованные одной цепью… — пропела она голосом, который ей ранее не принадлежал. Я переглянулся с Роси.

— А что? — сказал он на это — отлично! Это куда лучше, чем словесные обещания!

— Хи-и-и-и, — раздалось из-под капюшона, где святились обычные озорные золотые глаза.

— Что ж, теперь и выпьем за это, — сказал Тоум, принимая бокалы от девушки.

Все взялись за свои бокалы, кроме Мари'а, вместо этого, она со всей силы ударила головой о стол.

— Что за? — удивился Тоум, ответом на его слова было начавшаяся по всему её телу тряска и пена, потёкшая по поверхности стола…

— Придумал, что скажешь? — спросил у меня Роси уже на подходе к деревне.

— Да, — уверенно сказал я — меня не было там два месяца, я взялся спасти ее более сложным способом, чем ваш, а сам занимался чем угодно, но не ее полным спасением. Так что нужно появиться. Может даже оно и к лучшему, что меня там так долго не было.

— Или нет, запах? — сказал Тоум.

— Пахнет гарью, — подтвердил его слова Роси.

Я же ничего не чувствовал, но сомневаться в их словах не стал, лишь немного ускорил шаг, чтобы быстрее выйти на то место, с которого смогу увидеть деревню. И я увидел её, точнее, то, что от неё осталось. Практически все дома сожжены, те, что не тронул огонь в очень плачевном состоянии. В самой деревне никого нет, но повсюду были следы паники, что бушевала тут. На земле были видны следы крови, а в некоторых местах всё ещё лежали трупы.

— Что, мать его, здесь произошло? — вырвалось у меня само по себе из рта.

— Напали, только странно, ее выжгли полностью, но зачем?

— Э-э-эй, есть кто?

— Есть-есть, — послышалось от куда-то из-за угла, мы повернули туда и увидели старика, сидящего на лавочке, с двухвостым котом на коленях.

— У-в-и-и-и-и, — раздалось из-под капюшона и Мари'а подлетела к этому коту, присев рядом с дедом, начала его гладить, от чего кот моментально замурчал.

— Вы кто будете? — подслеповатым глазом старик обвёл нас взглядом, второй же его глаз не открывался.

— Мы Авантюристы, пришли проведать ранее спасённую нашим товарищем девушку.

— А-а-а-а, так это не вы случайно два месяца тому назад привели девушку от гоблинов, что нападали на нас?

— Мы, — с лёгкой ноткой гордости ответил я.

— Тогда, что я могу вам сказать, лучше бы вы сгинули в той пещере, чем привели ту суку.

— Лишнее говоришь старый, — серьёзным тоном сказал Роси.

— Идите вы к новой старосте, мне тошно на вас смотреть, — махнул дед правой рукой, а левой убрал руку Мари'а от кота, на что она на него зашипела словно кошка.

— Идём! — окликнул её Роси и она с неохотой, косо смотря на деда своими золотыми глазами пошла следом за нами.

Дом новой старосты, в отличии от большинства других, не сгорел, лишь местами виднелись опалены.

— Заходите-заходите, — послышалось из-за разбитых окон — я вижу вас и помню, проходите, — помахала нам рукой небольшая женщина в возрасте, которую я увидел сквозь окно.

— День добрый, извините за беспокойство.

— Ничего страшного, я вам даже немножечко рада. Ведь это вы тогда помогли нам и даже смогли вернуть одну из похищенных девушек. Моя бабушка, предыдущая староста очень лестно отзывалась обо всех вас, — бабушка она сказала, с какой-то грустью.

— Примите наши соболезнования, — сказал Роси немного склонив голову сам и склонив капюшон Мари'а с помощью руки, лежавшей на нём, я и Тоум тоже немного склонили головы…

— Благодарю, — с нотками грусти ответила она — староста ушла из жизни полтора месяца назад, но горечь утраты всё ещё сильна, хоть и притупилась произошедшим.

— Что было то? Блядский старик на лавке, нам ничего не объяснил, только пожалел о том, что мы не сгинули в той пещере.

— Ах это, это старик Янус, он всегда немного странно смотрел на вещи, еще и страшный скряга. Наша деревня довольно бедная и кто-то новый сюда не приходит, разве что торговцы, и то, всегда одни и те же. И за долгое время, вы были первые, кто пришли в нашу деревню и навели в ней шороху своим присутствием, вот он и считает, что произошедшее ваша вина.

— А что произошло то?

— Два события сразу и одно хуже другого. Чаю?

Мы расселись в полуразрушенной гостиной, кто где смог, с кружкой горячего чая, Мари'а также, как все, держала кружку рукой, видимо не хотела пугать старосту.

— Два дня назад на деревню напали бандиты, они грабили, убивали и насиловали, — начала рассказ староста, тоже отпив чаю и от этих слов её передёрнуло — в этом нет ничего удивительного, мы не можем позволить себе защиту города, вот на нас периодически и нападают, то гоблины, то бандиты, а иногда и армия ближайшего к нам города не гнушается к нашим девкам заглянуть.

— А второе событие?

— Второе событие произошло примерно через неделю после вашего ухода, но о нём мы узнали уже после того, как на нас напали бандиты. Как оказалось, та сук… — она споткнулась на полуслове — девушка, что вы привели, была не из нашей деревни, но мы любезно её приютили и пока она тут жила, она себя странно вела, но всё посчитали, что это из-за пережитого, да и место для неё новое, незнакомое. Вот только и поговорить никто с ней не решался, её все сторонились, а ей было, как-то на это плевать, короче, — поймала на себе нетерпеливый взгляд Роси — она была беременна и в тайне от всех родила, как ей в одиночку это удалось не понятно, но родила она от гоблинов, что её утащили и родила она двойню, которую в тайне от всех она воспитывала, как своих детей. В ту ночь, когда напали бандиты, они сбежали и тоже начали убивать и насиловать.

— И что с ними случилось? С гоблинами?

— Их прирезали бандиты, как рассказал один из наших выживших, он видел, как на одной из улиц гоблины эти сцепились с бандитами и проиграли.

— И как вы это всё узнали? — нахмурив брови спросил Роси.

— Уже после нападения, она носилась, как умалишённая по деревне и искала своих сыновей. Её поймали выжившие и с помощью кулаков всё из неё выбили, как оказалось, она уже примерно с год, жила у этих гоблинов и регулярно рожала им новое потомство.

— Хера себе у неё здоровье! — непроизвольно вырвалось у меня.

— Да-а-а-а… — задумчиво произнесла староста — она заявляла, что ей нравилось всё то, что с ней делали гоблины и нравилось рожать им новых гоблинов, которые в свою очередь подрастая начинали с ней делать тоже самое.

— Звучит отвратительно, — сказал я, прикрывая рот рукой, потому что меня затошнило, судя по лицу Тоум, у него реакция была похожая, Роси же сидел, как ни в чём не бывало, а Мари'а, свернувшись на стуле клубочком, судя по сопящим звукам, вообще спала.

— И где сейчас та девушка?

— Линчевали. Те же выжившие, что и допрашивали её, камнями и палками забили. Они тоже не смогли спокойно слушать, то, что она говорила.

— Я конечно понимаю, что это прозвучит, некрасиво, но прошу простить, нашу группу, ведь это мы привели её в вашу деревню, — склонив голову, произнёс Роси.

— Не стоит, — жестом показывая ему, чтобы он распрямился сказала староста.

— Ведь, как я понимаю, вы действовали в рамках договорённости с нашей старостой и выполнили, свою часть сделки, это нам жителям надо было быть внимательнее.

— А, что с теми девушками, которых изнасиловали гоблины? — поинтересовался я.

— Вот с этим у нас, как раз есть проблема. Мы не знаем скольких девушек они изнасиловали. За помощью к нашим местным врачам обратились сразу девять девушек, со следами изнасилования, но ни одна не признаётся, что её изнасиловали гоблины, всё говорят, что это сделал один из бандитов, оно и не удивительно, они боятся, что их тоже линчуют выжившие. Мы пока закрыли их всех в одном из амбаров, ведь есть те, кто действительно предлагает их всех перебить.

— И что вы планируете делать дальше с ними? — понимая, что нужно сделать спросил я.

— Пока ничего, у нас множество раненых и обездоленных, к тому же катастрофически не хватает людей на полях, так что даже есть шанс потерять большую часть урожая.

— Мы их заберём, — вставая твердо, сказал я и повернулся к выходу.

— Простите что? — засеменила за мной следом староста.

— Тоум, — я показал рукой на здоровяка, который ещё не допил чай и сидя прямо на полу скрестив ноги дул на него — у вас ведь ходят караваны через нейтральные земли напрямую в северную провинцию, чтобы не платить налоги, каждый раз пересекая границы провинций?

— Да, — не уверенно ответил он, — есть такие.

— Отличная идея! — похлопав меня по плечу, сказал негромко Роси — так и сделаем! — громко сказал он, чтобы все присутствующие услышали — мы отправим их в северную провинцию Восточной империи, там только камни, песок и всё. В одном из местных пунктов для беженцев они поселятся и будут жить примерно год. Если они беременны, то за это время разродятся все. В процессе же родов сразу станет понятно, кто от кого рожает. Те же кто выживут или родят от людей, или вообще не забеременели, тем же путём вернутся обратно в деревню.

— Тоум, сможешь на таких условиях договориться со своими караванщиками?

— Да-а-а, — неуверенно сказал он, вставая с пола — договориться я могу, но стоить это будет, как маленькое поместье.

— Отлично, деньги для нас не проблема, — говорил Роси уже находясь на улице, как и мы все.

— Стойте-стойте-стойте! — выбежав перед нами и выпятив руки выкрикнула староста.

— Вы чего это удумали? А как же семьи этих девушек? А как же их спросить?

— Послушай сюда… — Роси перешёл на свой ледяной голос — это всё не имеет значения, важно то, что вы не знаете, что делать и как поступить. У тебя самой духу не хватит разрешить какое-либо действие, так не проще ли тебе будет посчитать, что ты нас наняла и предоставила всё сделать и решить нам, а мы уже будем действовать. К тому же, если всё будет хорошо, то никто не пострадает.

— Но-но-но, у нас нет денег, чтобы расплатиться за это.

— Не стоит по этому поводу беспокоиться, — вмешался я — ведь так или иначе в случившемся есть и наша вина, хоть мы и выполняли задание, но ведь это мы привели её в деревню и в частности я, пообещавший спасти её, не сдержал обещание и пропал, навещай я её, может подобного не произошло бы, да и не стоит исключать, что в таком случае, что во время нападения бандитов, я был бы здесь или вся команда и тогда жертв было бы намного меньше.

— Это всё домыслы, — фыркнула она.

— Да, — согласно кивнул я — но давайте всё-таки мы разберёмся.

— Хорошо, — немного погодя сказала она в ответ, на тот момент мы все стояли уже возле амбара — тогда давайте я зайду и как староста объясню, что будет с ними.

— Хорошо, — кивнул на это Роси — Мари'а! Повозку! — развернувшись, крикнул он, юродивой, которая сидела на земле и гладила очередного двухвостого котёнка — Мари'а! — ещё раз крикнул он.

На что она встала и повернувшись к нему спиной в ответ крикнула:

— Бака! — и скрылась за углом, распахивая плащ.

— И давно команда обзавелась повозкой? — спросил я у сидящего на поводьях Роси.

— С неделю назад приобрели, как раз перед тем, как отправиться на задание, после которого мы встретили тебя.

— А почему мы в эту деревню от города Миной шли пешком?

— Дело в Мари'а, если ей что-то дать, не сказав перед этим, что это общее, то она сразу считает это своим и иногда не хочет этим делиться.

— Ты хочешь сказать, что помимо всякой ерунды она может под плащ не только человека спрятать, но и целую телегу с конём?

— Ага, — довольным голосом сказал Роси, я же офигел от такой информации.

— Темнеет, — сказал Роси вглядываясь в облачное небо — пора сделать привал для ночлега.

Поленья в костре уже практически догорели, лишь некоторые из них немного шаили.

— Теперь рассказывай, что ты задумал Эль, — обратился ко мне Роси, передавая флягу с вином Тоум.

— Я думаю всё очевидно, я хочу взять на себя ответственность за последствия моего решения и за то, что не смог сдержать данное предыдущей старосте обещание.

— Ты намереваешься их всех убить? — оторвавшись от фляги, поинтересовался Тоум.

— Не слишком ли это? — всё так же не веря, тому, что я сказал переспросил меня он, передавая флягу Мари'а, которая вместо того, чтобы взять её рукой, просто заставила её по воздуху залететь под капюшон.

— Нет, — строго ответил я — нельзя рисковать и позволять им рожать, их слишком много, чтобы уследить за всеми, если их действительно отправлять в твою провинцию, они могут легко сбежать, — я принял от Мари'а плавно летящую по воздуху флягу, сделал небольшой глоток, терпкого западного вина и передал флягу Роси — оставлять их в царстве, слишком рискованно, есть большая вероятность того, что случившееся в деревне, может повториться, в таком случае есть ещё третий выход, его я и решил выбрать.

— Как же ты планируешь это сделать? — с серьёзным лицом, убирая от лица переданную мною флягу, спросил Роси.

— Я уже это сделал, — сказав это, я с ужасом осознал, что убил только что кучу людей, особенно было страшным то, что не все они в будущем стали бы угрозой, но прислушавшись к себе и к своим чувствам я понял, что не испытываю по этому поводу никаких значимых чувств.

В воздухе висела напряжённая тишина. Было слышно только потрескивание палок в костре, да звуки издаваемые при питье вина из фляги, исходящие из-под капюшона Мари'а.

— Прошу меня простить, что принял такое решение только вернувшись в команду, да ещё, и не посоветовавшись с вами, — отдавая Роси принятую снова по воздуху от Мари'а флягу.

— Всё нормально, — отпив и передав её дальше, сказал Роси — ты подчищаешь за собой, для этого не стоит спрашивать, это нужно делать, так что ты правильно сделал. Я же думаю спросить сирот из приюта, что в нашем городе, может кто захочет переселиться в ту деревню. Только в следующий раз, будь добр, всё-таки предупреждать, ведь теперь нам придётся ночевать рядом с небольшой горой трупов, до которых падальщики могут добраться до утра, — на это я лишь смог улыбнуться.

***

— Стойте-стойте-стойте, — выбросился под колёса парень из кустов.

— Ты чего это под телега бросается? — крикнул на него Тоум, сидящий в данный момент за поводьями.

— Вы же авантюристы да? — проигнорировав Тоум, суя свой нос в повозку спросил он.

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, — поднеся палец к губам, зашипел на него Роси, на коленях которого лежала голова Мари'а, она спала после очередного приступа.

— Прошу прощения, — шепотом сказал он.

— Ты кто будешь то? — сидя на против Роси, поинтересовался я.

— Ой, прошу прощения, меня зовут Садуилим, — он потрепал свои растрёпанные пшеничные волосы.

— У меня указ от градоначальника встретить вас в этом месте и сопроводить.

— Мы что, по мнению вашего градоначальника не сможем сами найти дорогу в ваш город?

— Та не-е-е, — заулыбался он, детской улыбкой — я должен сопроводить вас не в город, но в место, которое вам необходимо будет зачистить от поселившихся там тварей. В качестве доказательства того, что я действительно посыльный, мне был выдан вот этот короткий меч со знаком нашего города, — он достал из-за правого плеча небольшой меч с зелёной рукоятью и знаком своего города: драконом, состоящим из колец поедающим свой хвост, на эфесе — и вот, — убирая меч одной рукой, он достал из-за пазухи небольшой мешочек и кинул его Тоум — это одна третья от обговоренной суммы в задании, в качестве аванса, остальную часть получите по возвращению в город, после выполнения задания, — Роси взвесил на руке мешочек и сузив глаза посмотрел на паренька, одетого в короткие шорты и рубаху с коротким рукавом.

— Не иллебом меньше?

— Я не брал! — тут же выпучив глаза, заявил он.

— Но и не пересчитывал ту сумму, что тебе дали.

— Нет! — выкрикнул парень — я не умею считать, — потупив взгляд опуская голову, сказал он.

— Ладно, — миролюбиво сказал Роси.

— Не стой столбом и садись рядом с Тоум, будешь ему дорогу показывать и отвечать на наши вопросы. Только тихо говори, ей нужно отдохнуть перед боем, — Роси аккуратно погладил голову Мари'а через капюшон одной рукой, в другой он держал, что-то непонятное.

— Суть задания вам известна, я же расскажу подробности, прошу не перебивать иначе я могу сбиться и что-то упустить.

— Говорить тихо, — зашипел на него Тоум.

— Мы прекрасно тебя слышим, а её сейчас будить не стоит, — добавил Роси передавая мне предмет, который я у него попросил жестом.

— Хорошо, — зашептал паренёк — всё началось примерно месяц назад, жители заметили, что из окружающих город лесов исчезли все твари, причём поголовно, не видно было даже падальщиков.

— Ого, — тихо шепнул я от удивления, крутя в руках непонятное зелёное яйцо, сделанное из металла, с одного конца которого торчала металлическая палочка, которую можно было выкручивать, к ней же была приделана ещё одна, только плоская, которая шла вниз, повторяя форму палки и яйца. Скреплены между собой эти палочки были шплинтом, на конце которого было кольцо.

Парень же продолжал:

— Это ещё не всё, спустя примерно две недели из лесов также исчезла, вся живность, ни молосса, ни кабанов, вообще никого, даже двуухий заяц перестал показываться, а он как известно водится абсолютно везде и в огромных количествах.

— Херня какая-то, — снова отозвался я, хотя эти слова скорее относились к штуке в моих руках, чем к тому, что сказал паренёк.

— Э-э-э-э, — оборвался на полуслове парень, потеряв нить повествования.

— Ай! — снова воскликнул я, от тычка кулака Тоум, который без проблем дотянулся своей длинной рукой от своего места за поводьями, до почти середины повозки, где сидел я, выронив зелёную штуку из рук+ и поймав её за кольцо, глаза Роси при этом округлились.

— Парень, продолжай, ты остановился на месте, где рассказывал о том, что даже двуухий заяц пропал, — сказал Роси, отбирая у меня штуковину с укоризненным взглядом.

— Да, спасибо, — кивнул он и распрямив ссутулившуюся спину продолжил — естественно, такой расклад никого не устраивал и во все стороны леса были отправлены отряды солдат для прочёсывания. Из шестнадцати сформированных отрядов по пятнадцать человек вернулось только двадцать три из двухсот сорока…

— Фи-и-у-у-у-у… — издал Роси, отвечая жестами на мой вопрос, откуда эта штука — как оказывается, выпала из плаща Мари'а во время припадка.

— О чём и речь, — с горестью опустив глаза продолжил парень — те, кто вернулись, рассказывали странные вещи, утверждали, что твари и живность объединились и атаковали слаженно, прям как люди…

— Что!? — тут уже не выдержал Тоум, и немного вскрикнул, от чего Мари'а заворочалась во сне, но Роси, её быстро успокоил и она продолжила спать, Тоум на это посмотрел с искренним извинением в глазах.

— Ага, — кивнул парень — всё говорили одно и тоже, гоблины на моллосах били по флангам, как конница, гремлины прикрывали их из арбалетов и луков. Также, некоторые утверждали, что видели шаманов гоблинов, а среди гремлинов и молоссов встречались активаторы.

— Вот же блядство! — выругался я, правда шёпотом — ты хочешь сказать, что это безухий устроил?

— Верно. Собрав остатки армейцев, ополчение и подкрепление, которое мы оплатили из соседнего города, градоначальник отправил всех на поиски безухого и они нашли пещеру, к которой мы сейчас и отправляемся.

— Вы предлагаете, чтобы мы вчетвером зачастили эту пещеру?

— Всё верно, — кивнул парень — армейцы, сейчас осели неподалеку от неё и держат оборону, ожидая подкреплений, потому что наших армейцев и ополченцев, уже не осталось, а оплаченные отказываются нападать на пещеру без подкреплений. Их город не может выслать больше, так как тоже испытывает трудности из-за действий безухого, а столичные силы запросили просто баснословную сумму за помощь и её можно было бы выплатить, вот только в городе начинает заканчиваться провизия и деньги нужны для закупки её у других.

— В итоге вы упёрлись в тупик? — спросил Роси подняв руки вверх чтобы проснувшаяся Мари'а могла сесть.

— Да. Поэтому градоначальник решил нанять вас, авантюристов. Слухи о ваших зачистках гоблинов, гремлинов и победы над троллями не остались без внимания. Особенно то, что до вас четверых этим никто не занимался настолько успешно.

— А еще, мы берём меньше, чем армия и только после выполнения задания, что очень удобно для вас, ведь если мы не справимся, то и платить никому не надо, а если всё получится, то ваш город сильно сэкономит, — язвительно заметил Роси, принимая обратно флягу от Мари'а которую он ей до этого дал, отдавая при этом ту зелёную штуковину ей в руки.

Покраснев, парень ответил:

— Ну это, как бы не в этом дело…

— Парень, — грубо перебил его Тоум — мы не идиот, всё понимать, так что не оправдать градоначальник, мы авантюрист, — с гордостью сказал он — мы как раз те, кто заниматься подобным, — а мы трое, сидящие сзади, одобрительно покивали. Парень же на нас смотрел немного удивлённым взглядом.

— Далеко ещё? — прервал его раздумья, отчего то улыбающийся, Тоум.

— Нет, помотав головой, ответил парень — вон за тем холмом с обратной стороны вход в пещеру, но лучше остановиться где-то возле холма, ближе уже опасно.

— Понял, — кивнул Тоум, направляя повозку к подножью холма.

— Так, — спрыгнув с повозки, стоя к ней спиной, сказал парень — на этом моя работа закончена, я отправляюсь в лагерь, помогать армии. Повозку вашу могу туда отогнать, чтобы коней ваших не сожрали.

Он хотел постучать по повозке, что была за его спиной, но его ладонь рассекла воздух. В непонимании он обернулся и ошалелыми глазами смотрел на то место, где ранее стояла повозка с лошадью. Её там не было. Но спиной к нему стояла Мари'а, запахивающая свой плащ.

— Э-э-э-э-э-э-э-э, — с раскрытыми ртом стоял парень, не понимая, что сейчас произошло.

Подойдя к нему, я хлопнул его по спине:

— Рот закрой, муха залетит, — он потряс растрёпанной шевелюрой сгоняя ступор.

— Куда делась повозка? — спросил он у меня дрожащим голосом.

— Мари'а засунула её под плащ.

— Чё-ё? — не верящими зелёными глазами он смотрел то на меня, то на приближающуюся Мари'а.

— Идём, — натягивая на лицо платок сказал Роси — парень иди к армейцам, — в ответ паренёк кивнул и достав меч двинулся на северо-восток — начнём? — с улыбающимися глазами обратился к нам Роси, на что мы, дружно заулыбавшись кивнули, обнажая своё оружие.

***

— Вам не кажется, что охрана входа была маловата? — вынимая копьё из последнего гоблина, поинтересовался я у остальных.

— Есть такое, у меня одиннадцать гоблинов и пять молоссов, — ответил Роси.

— Десять гремлинов лучников, — принимая от Мари'а новую пачку болтов, вынутую ей из-под плаща, подтвердил Тоум.

— Что-то вы ребята расслабились, за те два месяца, что меня не было. Пятнадцать гоблинов и восемь молоссов.

— Ты точно эти два месяца пил? — с прищуренными глазами, торчащими над платком, спросил Роси протирая косу.

— Я не помню эти два месяца, но я скорее поверю в то, что я беспробудно пил, чем в то, что не помню, как два месяца тренировался.

— Мари'а, а что у тебя? — она, сжав кулак разжала только указательный и большой пальцы произнеся «лианг» и пнула труп тролля.

— Эм, я так понимаю у неё два тролля? — уточнил я.

— Я видеть, два тролль выход из пещера, — заряжая арбалет подтвердил Тоум.

— Когда-то мы один на один против них еле стояли, — хмыкнул я.

— Это ты еле стоял, мы тогда справились со своими сами, — язвительно заметил Роси улыбаясь глазами, словно Мари'а.

— Ну конечно же! Я ведь не обладаю непробиваемой защитой и не обладаю неебическим физическим потенциалом, — возразил на это я.

— Да шучу я, шучу, — похлопал меня по плечу Роси — идём, — он поманил всех за собой рукой и скрылся в пещере.

Дальше всё было словно в мясорубке. На нас волна за волной, почти непрекращающимся потоком, бежали твари вперемешку с живностью. Гоблины верхом на моллосах, прикрываемых гремлинами из арбалетов. Среди них попадались, бесхвостые коты, тролли и падальщики в больших количествах. Даже попался один суккуб, которого я с превеликим удовольствием проткнул ни один раз. Я бы так и стоял протыкая его, но волны так и шли, так что времени вдоволь оторваться на трупе у меня не было. С каждым новым метром, за каждым поворотом, на нас кидались, всё большее количество различных особей, работающих подозрительно слаженно, словно их тренировали специально. Но всё это было тщетно.

Авангард любой волны всегда встречал Роси. Он принимал на себя весь их напор и разбивал плотный строй. После чего в дело вступали я и Мари'а. Она кастетами, я копьём, превращали просто в фарш из мяса, кишок и костей, всё что перед нами было. Позади нас шёл Тоум и теперь уже из своего трёхзарядного арбалета поливал арьергард. Его болты били с такой силой, что каждый пробивал три или четыре тела прежде, чем застревал, а так как, на нас бежали плотной толпой, в узких коридорах, он стрелял практически не целясь. «Ба-а-а-м», с таким звуком последний тролль отлетел в стену с дырой в груди от удара Мари'а, глаза её при этом светились от счастья.

— Отдыхаем, — сказал Роси, снимая с потного лица окровавленный платок.

Я практически без сил уселся на пол, точнее на то, что должно было быть полом, ведь там, где прошли мы, его не было видно, из-за сплошного слоя из крови трупов и их внутренностей.

— По идее должна стоять жуткая вонь, — сказал я, принимая флягу от Тоум — но я ничего не чувствую.

— Я тоже не чувствовать, — садясь рядом в месиво, согласился со мной он.

— Не удивительно, — плюхнувшись с брызгами крови и частью чьей-то прямой кишки сказал Роси — посмотри на себя, ты с ног до головы покрыт вот этим, — он похлопал ладонью по жиже, создавая новые брызги.

Оглядев себя и всех, я заметил, что мы действительно, покрыты этим месивом, а одежда пропитана на сквозь. Только у Роси большая часть лица была чистая, из-за платка. С кожаного плаща Мари'а, кровь и ошмётки стекали сами по себе, она единственная осталась стоять в попытке оттереть от крови Янтарь, по камушку которого было вставлено в каждый из её кастетов.

— Похоже впереди нас ждёт основной зал, — оторвавшись от фляги, сказал Роси.

— Раз на нас никто не нападает, значит всех, кто был в пещере, мы перебили, — подтвердил я.

— Ага, — согласился Роси — ни один враг не стал бы давать нам перерыв, во время которого мы могли бы поговорить, разработать план и отдохнуть.

— Пойдёмте, пока мышцы ещё в тонусе, — вставая и закрепляя флягу на поясе, сказал он.

— Чувствую нас в тот зал ждать сюрприз, — вставая опираясь на арбалет, сказал Тоум.

Заняв свои места в строю, мы пошли вперёд. За небольшим изгибом тоннеля оказался зал округлой формы, он чем-то был похож на арену по своей форме и структуре камней на стенах, похожие на места для зрителей, и тот, кто ждал нас в его центре, лишь добавлял схожести.

Его тело состояло исключительно из бугрящихся от силы мышц, кожа была гладкая коричнево-зелёная, вся покрытая глубокими шрамами. Они были по всюду, на руках, ногах и груди, кроме спины. Пока я его разглядывал, он встал и повернулся к нам лицом… Его огромная пасть с торчащими нижними, специально заточенными, клыками улыбнулась.

— ОН, обещал, битву, не соврал, — на немного ломанном общем языке произнёс боевой орк.

Пока он с трудом это выговаривал мы окружили его с четырёх сторон. Орк посмотрел на нас презрительным взглядом, своими маленькими, красными глазами. Взяв с земли два огромных топора, тут же с поразительной скоростью, ринулся на стоявшего позади него Тоум.

Удар первого топора Тоум принял арбалетом, но тут же получил удар коленом под дых, от чего он ослабил хватку и ударом второго топора орк разрубил арбалет, при этом отрубив кисть правой руки Тоум. Первой на помощь успела Мари'а, её мощный удар правой, порыв ветра от которого почувствовал даже я, пришёлся в правый бок орка, но он от него лишь немного пошатнулся и рыча ударил в ответ правым кулаком, сжимавшим рукоять топора, который он не успел ещё вынуть из разрубленного арбалета. От полученного удара Мари'а отлетела на полметра назад и не успев ещё толком коснуться земли, как отпрыгнула, снова пытаясь уйти уже от удара левого топора, идущего по горизонтали. Но она сделала это недостаточно быстро и топор успел её достать, кровь, брызнувшая из-под плаща, была тому подтверждением. Я это отчётливо видел, так как находился прямо позади орка и в беззвучном выпаде, чтобы не привлекать внимание, уже опускал занесённое копьё, пытаясь полоснуть его через всю спину. Орк будто чувствуя это, продолжил вращательное движение, начатое ударом. Задрал правую ногу, стопа которой ударила мне в голову, от чего в ней произошёл взрыв, словно бочка с маслом рванула рядом, а меня самого перекрутило в воздухе и отлетев к стене я упал рядом с Тоум.

Открыв глаза, я понял, что получил сотрясение, и, кажется, сломал ребро. Рядом со мной, трясущийся рукой, Тоум пытался перетянуть культю, чтобы остановить кровотечение. У него не получалось. Я непослушными руками начал ему помогать, оглядываясь по сторонам, оценивая обстановку. В ушах гудело, поэтому я не мог понять, что пытается сказать мне Тоум. Мутным взглядом я смог разглядеть возле соседней стены лежащую на правом боку, в небольшой лужице крови Мари'а. Из-под её плаща выбивалось небольшое красное, вперемешку с ярко голубым, свечение. Она с помощью Красной яшмы и Бирюзы ярко голубой, залечивала своё ранение, стараясь не привлекать внимание. Единственный, кто пока держится, был Роси.

Орк безжалостно атаковал всеми возможными способами: топорами, ногами, кусал и швырял. Только всё без толку. Ни одна атака не ранила Роси. Было видно, что Роси начинает выдыхаться, его тело при ударе дрожало, чего раньше не было. Роси тоже атаковал в ответ, но либо длины его косы не хватало, чтобы достать орка, либо если он всё же доставал, то серьёзных ран нанести у него не получалось. Сидя на полу, не в силах встать из-за головокружения и тошноты. Попытка встать была, но меня только вырвало. Я начал замечать, что орк начал тяжело дышать и замедляться. Очередной суровый удар топорами, от скорости которых аж небольшие вихри создаются. Один Роси останавливает рукой, тот, что ему летел в шею, а тот, что ему летел в колено, коленом и остановил. Орк, не дожидаясь ответной атаки отпрыгнул назад на несколько шагов.

— Когда, ОН, звал, меня, ОН, обещал, мне, что, я, получу, битву, о, которой, я, только, мог, мечтать, сейчас, я, вижу, что, о, такой, битве, мечтает, каждый, ОООРК! — последнее слово он выкрикнул, занося топоры вправо для нового удара.

Роси немного пошатнулся и упал на правое колено, и я увидел, что из-под штанины течёт кровь, кровь самого Роси. От неожиданности орк замер на полушаге.

— Что, с, то… — начал спрашивать он.

«Во время боя не пиздят!» — про себя выкрикнул я и сжав копьё выкидывая его вперёд прыгнул, что есть силы.

Я почувствовал, как оно нашло свою цель и кончик начал погружаться в плоть, глаза при этом мои были зажмурены, чтобы я не видел тех вертушек, что я ловил от сотрясения головы. «А-р-г-х» — послышалось надо мной и что-то ударило меня под дых, и я полетел назад. Ударившись спиной о стенку пещеры, мои глаза раскрылись сами по себе, и я увидел орка с торчащим из бока моим копьём с занесённый над головой топором, направленным на меня. И силуэтом Мари'а над головой орка.

— ГАТЧА! — донеслось еле слышно до меня, орк это тоже услышал и повернул голову на звук одновременно поднимая топор для защиты.

Он не успел. Два кастета одетые на правую руку Мари'а сверкнули в полумраке пещеры и влетели в челюсть с такой силой, что из его пасти вылетели зубы, а его самого развернуло ко мне спиной и тут же, его голова и шея разорвались. Переведя взгляд на право, я увидел, как Тоум опускает свой арбалет, при этом пот с него тёк ручьём. Мари'а приземлившаяся рядом с нами тут же упала без сил. К нам хромая на правую ногу подошёл Роси и начал осматривать по очереди наши раны, начиная с Мари'а. Закончив, он тоже упал спиной на пол.

— Итого, — стягивая платок с мокрого от пота лица, хриплым голосом начал он — у Мари'а рана на животе, сломано несколько рёбер, правая рука так же сломана, в двух местах. Эль, сломаны рёбра, нет куска кожи на лице, будет здоровенный шрам, и крайняя степень сотрясения головы, ещё бы чуть-чуть и помер бы. Тоум, отрублена правая кисть, и множество мелких ушибов. А я, а я заебался и чуть-чуть, повреждены связки на коленке, хромота на всю жизнь, — в его голосе слышалась легкая улыбка.

— Если сможем добраться до города, чтобы получить награду, то я потребую, её удвоения… — выдохнул он и засмеявшись закашлял — к тому же, задание выполнено.

— А как же безухий? — с трудом выговорил я, подавляя рвоту — эта тварь достаточно сильна, чтобы подчинить суккубов, бесхвостых и боевого орка! Ей явно хватило ума давно сбежать. Я думаю, как только мы добрались до орка, безухий сбежал.

— Задание было зачистить пещеру, она зачищена.

— Ну и хрен с ним, — с трудом выговорил я, в конце фразы, не справившись с подавлением рвоты.

— Тогда всё, пора в город, — с тяжёлым дыханием произнёс Тоум.

— Какой он этот город? — вытирая рот, после неприятного дела, спросил я.

— Никогда там не бывал, но говорят, что он построен теми же зодчими, что и столица Южного царства, а значит повсюду все деревянное, резное и хохлома.

— Звучит здорово, — кивнул я.

***

— Вот и наш город! — радостно заявил Садуилим до этого момента молчавший, сидящий всё также возле кучера, чью роль на этот раз исполнял Роси — кто-нибудь из вас до этого бывал в нём? — все слабо, отрицательно покачали головой — тогда, пока едем до таверны, я расскажу вам немного о нашем городе, если никто не против? — я лениво махнул рукой, чтобы он продолжал, хотя голова моя не была предрасположена к запоминанию того, что он говорил.

Прокашлявшись, парень начал свой рассказ с гордостью:

— Имя нашему городу: Вохергхынтрем-сьмес. Как ясно из названия, у нас любят называть всё странными словами, — он широко заулыбался, видимо это их одна из главных гордостей.

— Сейчас мы подъезжаем к главным воротам. У них тоже есть имя: Сеноил. Проехав в них, мы попадаем на главную улицу — Драконья. Все улицы расходятся лучами от центральной площади, всего их восемь, если перечислять справа налево, то: Драконья, Лисья, Медвежья, Змеиная, Свиная, Львиная и улица Принцесс. В центре же, где они сходятся, на главной площади стоит памятник в виде цилиндрической шляпы. Он посвящён основателю нашего города — большому любителю таких шляп.

Пока парень это восторженно рассказывал, размахивая руками, мы въехали в город, через врата Сеноил. Они впечатляли своими размерами и красотой. За ними же открывался ещё более потрясающий вид. Вид на сам город. Не зря его хвалят за деревянное зодчество. Пока был наёмником посетить много городов и деревень пришлось, но такого разнообразия я нигде не встречал. Парень всё продолжал тараторить, показывая на местные лавки и что-то активно про них рассказывая. Я его не слушал. Всё моё внимание было уделено домам. Они все были деревянные, собранные из круглого бруса, но то, как они были раскрашены. То, как было много на них различных резных фигурок живностей лесных. От всего этого многообразия захватывало дух, да так, что головная боль немного отступила. Разглядывая всё вокруг я невольно глянул на Мари'а. Она так же смотрела во все глаза, только вот складывалось ощущение, что они стали раза в два больше.

— Да кстати, маленькое замечание по поводу всеобщего заблуждения, — поднял парень указательный палец вверх, повысив тон, чем привлёк моё внимание — многие считают, что наш город построен по подобию столицы, потому что строили те же зодчие, но это не так! Главный зодчий — Кинтсоп Велвокя, выходец из деревни, на основе которой и был построен наш город! Научившись в ней всем премудростям зодчества, он отправился покорять столицу, там и приобрёл свою славу, а уже будучи старым, он откликнулся на зов, здесь поверните направо, чтобы попасть в лучший трактир этого города, — прервался парень, показывая на право.

Повозка свернула, куда указывали, уйдя с центральной улицы. Здесь уже не захватывало дух от домов, но всё ещё было чему зацепиться взгляду, он откликнулся на зов, одного парня, который горел идеей сделать из своей деревни процветающий город, то есть из родной деревни старика.

— Мы прибыли, — весело заявил паренёк, указывая на табличку таверны, на которой были изображены две рыбы — Трактир «Две рыбы», лучшее заведение этого города! — спрыгивая с повозки, заявил он, тут же скрывшись за входной дверью.

Внутри пахло трактиром, было шумно и людно. Что его выделяло среди тех, в которых я бывал, это размеры, главный зал был огромен. И чучела, вдоль стен были расставлены чучела множества живностей: молосс, бесхвостый кот, медведь, двуухий кролик и множество других, которые встречаются в местных лесах. При этом рядом с каждым на стене был нарисован процесс охоты на каждое из чучел. К нам подлетел Садуилим с уже полупустой кружкой эля.

— Ребят! — начал он что-то рассказывать нам, оживлённо размахивая руками.

Я же его не слушал, всё моё внимание привлекла стройная девица, с волосами цвета полыни, с западными чертами лица в голубом платье и белоснежном фартуке. Глядя на неё, на то, как она приносит еду посетителям, моё естество начало её желать. Проходя мимо неё, я неслучайно коснулся её плечом.

— Прошу меня простить, — звонким голоском сказала она, посмотрев своими бирюзовыми глазами прямо в мои, от чего до этого извиняющийся взгляд тут же вспыхнул огнём желания, а лицо её залилось краской.

— Ничего страшного, — сказал я и девушка тут же ушла.

Внутри меня же что-то ёкнуло. Прям, как в тот раз, когда я впервые увидел Лин-лин.

— Нас точно тут никто не увидит? — пылая от нетерпения, вся красная, спросила та девушка, зажатая мною в укромном углу, за таверной.

— Наверное, — сказал я, задирая её платье — разве шанс того, что нас могут заметить, не возбуждает тебя ещё сильнее? — поинтересовался я, разглядывая её стройные худые ноги и гладкий живот, поглаживая при этом её правый бок.

От этих слов и действий, она покраснела ещё сильнее, дыхание её стало ещё более глубоким, а по коже пошли мурашки.

— Да… — заявила она и с широко распахнутыми глазами потянулась целовать меня.

Одно короткое и быстрое движение и её взгляд из влюблённого превратился в пустой, а лицо треснуло по середине.

— Как ты… — заскрежетал голос суккуба.

— Я вас тварей, за версту чую, — буквально выплюнул я в лицо ей эти слова, вынимая нож из неё и отталкивая от себя.

— Блядский скот… — с трудом проскрежетала она, падая на землю.

— Я вас всех перережу, — сказал, я уже начавшему испаряться трупу.

— Твоих рук дело? — спросил меня Роси за завтраком, показывая на трактирщика, который активно искал одну из своих девиц, на что я только пожал плечами.

— В следующий раз предупреждай прежде, чем сделать нечто подобное, — серьёзно заявил он.

— Я что, должен отчитываться о каждой твари, что убил? — его слова меня зацепили.

— Нет. Мы, скажи ты до, могли договориться с трактирщиком о награде, за убийство твари в его трактире. Теперь же этот шанс, чуть-чуть заработать, упущен, — эти слова я пропустил мимо ушей.

Меня больше занимал другой вопрос. За то время, что мы добирались до города, Мари'а активно лечила, наши раны, с помощью минералов. Но моя головная боль, всё ещё присутствовала. Сегодня же я впервые проснулся без неё. Голова не болела ни от сотрясения, ни от выпивки, ни как обычно, когда Лин-лин была жива…

— Вы что совсем, с головой не дружите? — кричал на нас заместитель градоначальника.

Его самого не было, заболел. Такова была реакция заместителя, на слова Роси, о том, что нужно заплатить в два раза больше.

— Заместитель градоначальника, — своим ледяным голосом начал давить на него Роси — я бы на вашем месте воздержался от подобных заявлений в нашу сторону, сумма, которую мы озвучили, всё равно меньше той, которую запросили из столицы, и она по-прежнему подъёмна для городской казны, даже в сложившихся обстоятельствах.

— Охрана! Охрана! Выведите их вон из города! — вопил и визжал с багровым лицом заместитель, не желая ничего слушать.

В зал, в котором нас принимали, ворвалась стража, общим числом, десять человек, в хороших латных доспехах. В их глазах читался гнев и нетерпение, словно они глядят на преступников.

— Не нужно лишней суматохи, — делая свой голос ещё тяжелее, еле прошептал Роси, но он услышан был по всему залу.

От его голоса воздух загустел и начал давить на плечи, с такой силой, что хочется сесть и на этот раз я точно увидел, как из множества ртов выходил пар, так, словно на улице зима.

— Обойдёмся той суммой, что уже получили, — он ловко кинул мешочек с деньгами в сторону Мари'а.

Она слегка отвела в сторону полу и мешочек влетел под неё и растворился.

— Мы уходим. Красивых слов напоследок не оставим, — Роси немного поклонился, словно издеваясь над побагровевшим заместителем.

— Куда теперь? — спросил я у Роси, когда мы шли по Лисьей улице, на которой и был расположен дом заместителя.

— Обратно, в начальный город. Предлагаю просто туда прогуляться, по пути разговаривая, выпивая, купаясь и веселясь. Заслужили как-никак! — весело заявил он, все дружно покивали.

— Я не понять, почему ты, не давить до конец?

— Не имеет смысла портить и не без того плохие отношения, видел, как на нас стража города и городские смотрят?

— Да.

— Это взгляд непонимания и страха. Они не могут понять, как с угрозой равной целому городу смогли справиться четыре человека. А ещё больше таких не любят те, кто у власти, потому что боятся её потерять. Понял?

— Теперь да, — все дружно заулыбались, выходя на Драконью улицу.

***

— Ну вы и натворили дел! — ставя на стол поднос с нашим заказом, трактирщик «Под шляпой кабана», выглядел очень счастливым — столько шумихи навели за почти три месяца, что прямо ух!!! — он показал жестом, будто что-то схватил в кулак.

На что Роси ответил:

— Как тебя распирает от таких незначительных наших свершений, что же с тобой будет дальше? — Роси наклонил голову немного на бок и напевая сказал — ведь это только разогрев…