Страшно. Так тихо, темно и очень страшно. Свет в комнате выключен, лишь в окно через тонкие шторы проникает призрачное голубоватое свечение луны. В этом блёклом сиянии всё преображается, кажется мрачным, таинственным и неузнаваемым. Лёгкий ветерок, проникающий в щель форточки, слегка колышет шторы, и от этого кажется, что лунный свет, пронизывающий их, тоже двигается, шевелится, как живой.

Розовые обои с птицами и веточками цветущей яблони в полумраке едва различимы. Яркие птицы кажутся похожими на хищных чёрных воронов, а ветки представляются иссохшими руками с многочисленными корявыми пальцами. Если смотреть на них прямо, то они неподвижны, но стоит повернуть голову, как боковым зрением замечаешь движение.

Девочка, лежащая на кровати с резными спинками, тихонько всхлипывает, ёжится под одеялом и сильнее прижимает к себе куклу с растрёпанными волосами.

— Не бойся, Маша, — едва слышно шепчет ребёнок в пластиковое ухо куклы. — Мама говорит, что в темноте никто не живёт — это всё твоё воб… ворб… вобаржение. Если кого-то боишься, то надо с ним подружиться и тогда он будет нестрашным. Помнишь мультик про Крошку Енота?..

Её шёпот прерывает тихий скрип половиц. Девочка вздрагивает, задерживает дыхание и таращит широко открытые глаза в темноту. Предметы в полумраке комнаты кажутся совершенно незнакомыми, с размытыми очертаниями. Чёрные тени по углам выглядят, как бездонные провалы в неизвестность.

Когда вечерами за дверью разговаривают папа и мама, то страх куда-то пропадает, но сейчас в спальне царит звенящая тишина. Только тишина эта обманчива. Если прислушиваться к ней изо всех сил, то начинает казаться, будто появляются какие-то тихие непонятные звуки. То же самое происходит и со зрением. Чем сильнее вглядываешься в полумрак, тем явственнее начинаешь различать движения теней.

Вот и сейчас, в тусклом тумане лунного света девочке привиделось, как из-за кресла выползло что-то тёмное и покатилось к её кровати.

— Ты кто? — храбро спросила малышка, и тут же, испугавшись своей смелости, натянула одеяло до подбородка.

Тень юркнула под кровать и ребёнку показалось, что она расслышала слабое царапанье и шипенье. Так бабушкин кот Пухлик всегда шипит и царапает пол, если его пытаются взять за хвост.

— Ты котик? — девочка осторожно подползла к краю кровати.

— Нет, — послышалось в ответ.

От неожиданности малышка ойкнула и отодвинулась назад. По спине холодными крохотными лапками пробежали мурашки, заставляя девочку зябко передернуть плечиками. Она, конечно, не ожидала, что кто-то ей ответит, и от этого вздрогнула. Голос был странный: тихий, грустный и спокойный, и раздавался непонятно откуда — то ли возле уха, то ли прямо в голове. Ну уж страшным этот голос точно не был, и девочка осмелела:

— Я Полина. Мне шесть лет. А тебя как зовут?

— Меня зовут Гип, — послышалось в ответ.

— Ты хочешь со мной дружить? — Поля немного подалась вперёд и вытянула шею, пытаясь рассмотреть в темноте говорящего.

— Да, я хочу с тобой дружить. Я могу показать тебе прекрасный сказочный мир, где ты будешь счастливой.

— Я очень люблю сказки, — восторженно выдохнула Полина. — Гип, а можно тебя увидеть?

— Ты увидишь меня во сне, в чудесном мире, который лучше этого. Я буду таким, каким ты захочешь. Только покорми меня немножко.

— Ой, а мама не разрешает мне ходить ночью на кухню, — расстроилась девочка.

— Не надо никуда ходить, — прошептал голос. — Ты, ангел мой, просто позови маму. Она меня накормит, а я за это покажу тебе сказку.

Поля радостно кивнула и стала громко звать маму. Вскоре послышались шаги и под дверью появилась яркая полоска света. В спальне стало чуть светлее и девочка увидела, как из-под кровати тянутся тонкие, похожие на полупрозрачные ленты, струйки тьмы. Они, как живые, колыхались в воздухе, поднимаясь всё выше, некоторые цеплялись за кровать подобно щупальцам и уже ползли по одеялу. Одна из них шустро добралась до ребёнка. Поля не успела отодвинуться, как тёмный отросток рванулся к ней и коснулся щеки. Глаза девочки тут же закрылись, голова опустилась на подушку, а губы растянулись в счастливой улыбке. Через мгновенье она уже спала глубоким безмятежным сном.

В это же время, дверь в детскую спальню открылась, на пороге показалась женщина. Яркий электрический свет, ворвавшийся вместе с ней из другой комнаты, образовал на полу большой светящийся прямоугольник. Тёмные призрачные щупальца, тянущиеся из-под кровати, перестали ползти. Они дрогнули и сжались, застыв в одном положении.

Темноволосая женщина в розовом домашнем халате тоже напряжённо застыла, переводя взгляд то на спящую дочь, то на странные тёмные нити, висящие прямо в воздухе.

— Полина, что тут происхо…

Хозяйка не успела закончить фразу. Длинные тени, разбуженные голосом, тут же устремились к ней, впились в тело. Веки женщины резко захлопнулись, лицо исказила гримаса дикого ужаса, из горла вырвался испуганный вопль. Пальцы её отпустили дверную ручку, ноги подкосились, и несчастная с глухим стуком упала на пол, не прекращая кричать. Буквально через минуту в комнату ворвался мужчина. Он склонился над женой, корчившейся на полу, стал звать её по имени, трясти за плечи, но та не реагировала, продолжая сотрясаться в конвульсиях и истошно вопить.

Полина не слышала крика родителей. Она крепко спала, радостно улыбаясь своим волшебным снам.

***

На обед они обычно ходили всей компанией в кафе, но сегодня Настя позвала Леру в институтскую столовую. Требовалось обсудить насущные вопросы без остальных друзей.

В светлом просторном помещении сегодня народа было немного: несколько первокурсников громко гоготали, заняв ближайший к входу стол, чуть дальше двое «ботанов» с четвёртого курса вяло ковыряли что-то вилками в тарелках, одновременно штудируя конспекты. Настя потянула подругу подальше от них, в сторону окна. Первокурсники сразу заметили девушек, зашептались, время от времени издавая вздохи.

Подруги привыкли к такой реакции парней. Они считались первыми красавицами института и беззастенчиво этим пользовались. Лера продефилировала мимо обожателей, нарочито призывно качая бёдрами, а Настя откинула назад свои роскошные светлые волосы, выпятив при этом грудь. Парни едва не захлебнулись слюной, но ни один из них не рискнул заговорить с девушками. Все знали, что «принцессы» общаются только в своей компании, и к ним лучше не соваться, иначе получишь по шее.

Девушки расположились за пластиковым столиком у окна, и Лера сразу достала из сумочки зеркальце, чтобы поправить макияж.

— Где мы теперь будем Новый год справлять? — нервно спросила Настя, дёрнув подругу за рукав. — Теперь из-за этой царапины на машине отец не даёт Максу денег на ресторан!

— Откуда я знаю, где? — Лера обиженно оттопырила губу. — Можно же в какой-нибудь клуб пойти или столик в кафе заказать.

— Ты дура или, действительно, идиотка?! — разозлилась подруга. — Мне в новогоднюю ночь надо с Максом остаться наедине. Где мы там в клубе уединимся? В сортире, что ли? А кафе уже все заранее заказаны. До праздника две недели осталось. Максим говорил, что его будущая жена должна уметь хорошо готовить. Лучше в квартире отмечать. Я тогда свой фирменный салат сделаю. Ты говорила, что у тебя родители уедут. Хата свободна будет?

— Ты чего?! — Лера быстро захлопала наращёнными ресницами. — Ко мне нельзя. У меня же бабка остаётся. Куда я её дену? Может Светку спросить? У неё мать всё равно дома сидеть не будет, на какой-нибудь фуршет укатит.

Настя скривила красивый ротик в некрасивую ломанную линию.

— Твоя Светка — тупая курица. Она матери точно всё расскажет, а та под бой курантов прибежит проверять, чем мы там у неё дома занимаемся. Так уже было, помнишь? Я эту дуру терплю только из-за того, что её мамаша модным бутиком владеет и брендовые шмотки со скидкой отдаёт. Давай, ещё думай, Лерка!

— Чего я тебе придумаю-то? — чуть не плача оправдывалась девушка. — Это твоя идея насчёт квартиры. Мне и в клубе было бы нормально оттянуться. Я не хочу, как старпёрка дома торчать.

Тут внимание подруг отвлёк новый взрыв гогота первокурсников. В столовой появилась ещё одна девушка, и парни наперебой принялись привлекать её внимание остроумными шутками. Вошедшая была стройной невысокой брюнеткой в вязаном сиреневом костюме с принтами в виде надписей. Она могла бы считаться очень симпатичной, если бы не зажатость и некоторая неуверенность в движениях.

— Вот у Полины, кстати, шикарная квартира пустует в центре города, окна на площадь выходят, — Лера указала пальцем на брюнетку.

— Ты её знаешь? — оживилась Настя.

— Ну как, знаю… — замялась Валерия. — Мы в одной школе учились, в параллельных классах. У неё родители сначала нормальные были, затем у матери крыша поехала, и её в психушку увезли, а папаша потом умер от разрыва сердца. Вроде ещё и бабка скончалась, тоже от сердечного приступа. Об этом вся школа сплетничала. Теперь у Полины две квартиры: от родителей, и от старухи. Она бабкино жильё сдаёт и прекрасно живёт на эти деньги. Повезло ей.

— Может, её на время в нашу компанию позвать? — задумалась Настя. — Эта Поля хоть нормальная, не «крейзи»?

— Вроде, нормальная, — пожала плечами Лера. — Только потухшая она всё время какая-то, но шмотки у неё всегда трендовые. Мы с ней раньше даже общались иногда.

— Давай зови её сюда, — приказала Настя. — у нас всё равно других вариантов нет.

В это время Полина уже подошла к раздаче, положила на поднос тарелку с тушёными овощами и поставила стакан сока.

— Девушка, идите к нам за стол! — крикнул ей высокий плечистый первокурсник, махая рукой. — У нас тут весело! Я вам помогу поднос донести.

Друзья поддержали приятеля одобрительными возгласами.

— Не мечтай даже, длинный! — легко перекричала их Лера. — Закатай губу обратно! Это наша подруга! Полина иди к нам!

Парни приуныли, а девушка удивлённо посмотрела на Леру и остановилась в нерешительности. В её широко распахнутых глазах читался немой вопрос. Полина явно была польщена, что самые популярные девочки в институте заступились за неё и зовут к себе — об этом можно было только мечтать. С другой стороны, такая забота и доброжелательность выглядели подозрительно. И всё же, желание оказаться за одним столом с «принцессами» победило осторожность.

— Спасибо, девочки, — тихо проговорила Полина, нерешительно ставя поднос на край стола. — Они бы мне спокойно поесть не дали.

Пока Поля присаживалась рядом, Настя, изобразив дежурную улыбку, придирчиво разглядывала её. Скромная девушка вполне могла бы вписаться в их компанию. Вещи на ней были недешёвые, удлинённое тёмное каре выглядело стильно, косметикой она пользоваться явно умела.

— Мы должны помогать друг другу и держаться вместе, иначе в этом жестоком мире не выжить, — многозначительно произнесла Лера, услышанную где-то фразу.

— Вам-то хорошо, — вздохнула Полина. — Вас тут побаиваются, вы всегда вместе и можете дать отпор, и учёба даётся легко, а меня чуть не отчислили на прошлом курсе.

— Потому что конспекты за нас пишут и преподы прикормлены, — усмехнулась Настя. — Если станешь с нами дружить, то и у тебя всё будет в шоколаде. Как думаешь, Лер, можем мы взять Полину под свою опеку на испытательный срок?

— Ну-у-у, — Лера старательно закатила глаза к потолку, изображая раздумья. — Можно, конечно, попробовать, если она будет соответствовать.

— Я буду, — торопливо заверила Полина. — Буду соответствовать. Что я должна для этого делать?

Настя покровительственно взглянула на испуганную девушку и засмеялась:

— Расслабься, кровавых жертвоприношений не потребуется. Ты просто должна соответствовать трём «С»: стремиться к внутреннему и внешнему совершенству, быть стервой и излучать сексуальность. Это наша формула. С тобой поработает наш знакомый стилист, станешь ходить с нами на фитнес. И запомни самое главное: Макс — это мой парень, а Влад — принадлежит Лерке. Если начнёшь с ними флиртовать, то лишишься всего, и из института тебя выкинут. Ясно?

— Да. Спасибо вам! — Полина отчаянно закивала. — Я вам так благодарна — не представляете! А насчёт последнего — не беспокойтесь. У меня уже есть парень. Я его очень люблю, и он меня — тоже.

— Он у тебя живёт? — насторожилась Настя.

Этот вопрос застал Полину врасплох. Она растерялась, покраснела, глаза забегали из стороны в сторону.

— Он по ночам приходит… иногда. Он моряк… то есть спасатель…

Совсем сконфузившись, девушка опустила лицо, и её тёмные прямые волосы, словно шторки, закрыли его с боков, пряча от собеседниц. Пальцы Полины нервно дрожали.

Настя и Лера обменялись многозначительными взглядами. Ответ новой подруги и её реакция им явно не понравились. Но если бы они заглянули под стол, то увиденное им не понравилось ещё больше. Тень, отбрасываемая Полиной, стала растекаться по полу, приобретая другие очертания. От неё, словно щупальца, зазмеились тонкие отростки и потянулись к ногам Насти и Леры. Вот длинные тени коснулись обуви девушек, заструились вверх, оплетая лодыжки…

— Понимаешь, мы создаём себе безупречную репутацию, — холодно сказала Настя. — И если твой любовник — наркоман или женатый, то…

Она почувствовала, как что-то коснулось её ноги. Едва ощутимо, словно дуновение прохладного ветра. От этого почему-то стало очень спокойно на душе, а, сидящая рядом, Полина показалась такой милой и замечательной, что захотелось обнять её.

— Ладно, не переживай. Мы тебе во всём поможем. Правда, Лера? — Настя не сдержалась и всё-таки обняла Полину, прижимая к себе.

— Да-а-а, — протянула Лера, блаженно улыбаясь. — Она такая хорошенькая.

— Мы хотели Новый год справлять всей компанией, но у нас нет места, — призналась Настя. — Я тебя для этого и позвала.

— Можно и у меня, — Полина искренне улыбнулась. — Квартира всё равно пустует. Я так давно мечтала, чтобы у меня были подруги и друзья! А Гипу можно не говорить об этом.

— Ты просто прелесть! — захлопала в ладоши Лера.

— Это точно, — глядя с обожанием на Полину, вторила Настя…

***

Закат был невероятно красивым. Небо окрасилось в светлые розово-фиолетовые тона, и по нему разлились яркие всполохи: пурпурные, жёлтые, оранжевые и золотые. Всё это отражалось на поверхности морской глади, усиливая эффект симфонии красок. Это было чем-то похоже на северное сияние, но более тёплых и насыщенных тонов. Лёгкие волны нежно качали белую бригантину со спущенными парусами. Ласковый тёплый ветер трепал парусную ткань и полупрозрачный навес, сооружённый над диваном, стоящим прямо на корме судна.

На диване в расслабленной позе полулежала девушка сказочной красоты. Её красота была, пожалуй, даже слишком яркой, словно творец случайно отсыпал двойную порцию. Фигура красавицы с большим бюстом и бёдрами, но слишком тонкой талией выглядела несуразно, а в сочетании с тощими руками и ногами — даже гротескно. То же самое касалось и её лица. Огромные голубые глаза, крохотный нос и маленькие пухлые губки — всё это наводило на мысль о персонажах аниме. Впрочем, саму прелестницу её неестественный вид нисколько не смущал. Она была счастлива, смеялась перезвоном серебряных колокольчиков, откидывая голову назад, отчего её золотые локоны тугими спиралями спадали на плечи и струились по спине до самой талии.

Этот смех, похоже, очень нравился статному красавцу в расстёгнутой на груди белоснежной рубашке и кожаных брюках с широким ремнём, стоявшему напротив неё. Мужчина что-то увлечённо рассказывал девушке, дополняя повествование жестикуляцией и телодвижениями. Делал он это так комично, что у слушательницы не было ни одного шанса удержаться от смеха.

— Прекрати, Гип, — на глазах красавицы выступили слёзы. — Я не могу больше смеяться.

Она умоляюще сложила ладони вместе и обессиленно откинулась на спинку дивана.

— Прости, мой ангел, — мужчина в два шага оказался возле неё и присел на край дивана, — но я ведь ничего не придумываю. Ты и сама видела, как капитан Спрут запутался в своих шароварах и свалился за борт.

— Да, любимый, — с нежностью ответила девушка, и взяв тонкими пальцами широкие запястья мужчины, привлекла к себе. — Я всё видела. Ты спас меня от этих жутких пиратов. Один расправился с ними голыми руками. Ты самый лучший на свете. Мой герой!

Она с обожанием смотрела в его изумрудные глаза, пытаясь увидеть в них отблеск ответных чувств, но снова не видела никаких эмоций, словно они были неживыми.

— Гип, ты любишь меня? — тихо прошептала девушка, прижимаясь к его мускулистому разгорячённому телу, прикрытому тонкой тканью рубашки.

— Конечно, мой ангел, — тут же ответил он, обнимая её. — Как ты можешь сомневаться? Я создал этот мир для того, чтобы ты была счастлива. Он намного лучше реального мира. Тут нет проблем и переживаний. Каждый раз мы оказываемся в новом месте. Я могу быть тем, кем ты захочешь: принцем, капитаном, спасателем, эльфом. Разве ты недовольна? Тебя что-то тревожит? Может быть, ты голодна или скучаешь?

Гип отстранился от девушки, вскочил на ноги. Его глаза потемнели, наполнились чернотой, красивые черты лица заострились, движения стали жёсткими и нервными.

— Ты получишь всё, что пожелаешь: лучшие яства, развлечения, эмоции…

Девушка едва успела убрать ноги, как возле дивана появился низкий широкий стол, заставленный посудой с фруктами, сладостями и прочими угощениями. Вокруг корабля из моря стали выпрыгивать перламутровые рыбки с яркими плавниками и хвостами. Они пролетали над палубой, и каждая из них роняла разноцветные жемчужины, которые разбивались о доски палубы с музыкальным звоном. Каким-то непостижимым образом этот звон превратился в музыку. Мелодия всё усиливалась, к ней добавились протяжное звучание флейты и стук барабанов.

Девушка привстала с ложа, собираясь что-то сказать, но в этот момент из морской пучины вынырнуло несколько русалок, которые сразу подхватили мелодию своими чистыми ангельскими голосами. Эти чудесные создания поднимались над волнами и кружились вокруг мачт, словно имели невидимые крылья. Их волосы, казавшиеся тончайшими струйками воды, развевались на ветру и светились.

У красавицы перехватило дыхание. Музыка, пение русалок, сверкающий закат — всё это было настолько прекрасно и наполняло душу такой радостью, что от восторга сжималось сердце. Глаза девушки светились счастьем, щёки раскраснелись, она замерла на миг, и вдруг… на её лице появилась тень печали, в глазах заблестели слёзы, а губы начали дрожать, словно она пыталась сдержать рыдания.

Гип тут же заметил это, в секунду оказался возле любимой и взял её за плечи, заглядывая в лицо.

— Ты плачешь? — удивлённо спросил он. — Я что-то сделал не так? Тебе не понравилась музыка? Или сирены плохо поют? Или закат недостаточно красив для тебя?

Девушка передёрнула плечами, освободилась от его рук, опустилась на диван и, закрыв лицо руками, прошептала сквозь всхлипы:

— Я боюсь, Гип. Я знаю, что последует за этой красотой и весельем. Ты всегда так делаешь, когда у тебя кончается энергия. Ты стараешься поразить меня великолепием из последних сил, а потом тебе нужна будет подпитка… мучения невинных людей.

Мужчина сел рядом, дотронулся до руки красавицы.

— Ангел мой, ты же понимаешь, что это не поддаётся моему контролю. Я делаю для тебя этот мир снов восхитительным, но ничего не даётся просто так. Всё взаимосвязано и пребывает в равновесии. Если ты получаешь счастье, то тогда другой человек его лишается. Кто-то должен увидеть жуткие кошмары, напитать меня своими страхами, беспомощностью и жалостливыми криками, чтобы я смог подарить тебе радость, красоту и любовь. Но не стоит переживать из-за других. Люди убивают друг друга и мучают каждый день. Они творят то, что хуже любого кошмара. От того, что пара-тройка из них увидят плохие сны — ничего не изменится. Все они эгоистичны, думают только о своём благополучии. Почему ты должна беспокоиться о людях, которые, не задумываясь, расправились бы с тобой ради своей выгоды? Настоящий мир — это и есть кошмарный сон, а здесь твоя персональная счастливая реальность. Только для тебя одной! Ты избранная! Только ты достойна увидеть и почувствовать то, что другим не дано!

Гип пытался придвинуть девушку к себе, но она не поддалась. Его слова только вызвали новые потоки слёз.

— Из-за тебя сошла с ума моя мама! — выкрикнула она, вздрагивая от рыданий. — Ты несколько лет мучил её кошмарами, пока она не умерла… Потом отец… И бабушка… И та молодая пара, которая снимала бабушкину квартиру… И две женщины… Я не могу так больше! Не хочу!

— Ты говорила, что любишь меня, ангел, — голос Гипа был полон грусти и отчаянья. — Ты знала, чем мне приходится питаться, и мирилась с таким положением вещей, но при желании можешь прекратить всё это. Можешь запереть меня и ни к кому не подпускать. Я буду тихо таять, умирать, пока совсем не исчезну. Сделай так, любовь моя, если хочешь. Убей меня и нашу любовь.

Девушка убрала ладони от мокрого лица, пытаясь рассмотреть сквозь слёзы черты возлюбленного.

— Прости, Гип, — прошептала она едва слышно. — Умоляю, прости меня, но я так больше не вынесу.

— Хорошо, ангел мой, — красивое лицо мужчины побледнело, сделавшись похожим на гипсовую маску, чёрная радужка глаз расширилась до такой степени, что скрыла белки, ровные белые зубы, блестевшие за приоткрытыми губами, стали удлиняться и заостряться.

— Не надо! Не делай так! — испуганно закричала красавица, вскакивая с дивана. Её нога ударилась о низкий стол с яствами, посуда зазвенела, и фрукты начали падать на палубу. Девушка с ужасом увидела, как спелые яблоки, коснувшись досок, превратились в человеческие черепа. Тут же и остальная еда начала изменять свой вид: виноград вдруг оказался кучкой живых глаз с кроваво-красными зрачками, а дольки пастилы — шевелящимися языками, сладости стали похожи на куски мяса, с торчащими из них костями.

Красавица отскочила в сторону, но стол, заваленный человеческими органами, двигаясь на тонких паучьих лапках, последовал за ней. В это же время небо стало выцветать, теряя свои яркие краски, наполнилось чёрными тучами и разразилось громом. Зигзаги молний рвали небо на части, вспыхивали со всех сторон, били в корабль и мачты. Сирены завизжали пронзительными голосами, перекрикивая гром. Разряды молний попадали в них, сразу испепеляя. Хлопья сгоревшей плоти, словно чёрный снег, кружась, осыпался на палубу. Воздух наполнялся запахом дыма и жжёного мяса. Девушка в ужасе крутила головой, пытаясь найти любимого, но его нигде не было видно.

Море стало бурлить и пениться. Волны качали бригантину, пытаясь разломить её пополам. Девушка не успела схватиться за мачту, не удержалась на шатком полу и упала. Её тело покатилось к борту и ударилось о резные перила. Задыхаясь от резких порывов ветра и от боли в боку, она попыталась приподняться, цепляясь тонкими пальцами за ограждение. К её ногам падали мёртвые перламутровые рыбки с выпученными глазами. Их тела сразу начали разлагаться, распространяя тошнотворную вонь, от которой бедняжку едва не вырвало.

Стол на паучьих лапках подкрался совсем близко, но очередной толчок корабля опрокинул его на палубу. Копошащиеся человеческие органы вывалились возле девушки. Она попыталась подняться на ноги, отодвинуться подальше, но едва не упала через перила. Вода за бортом была тёмно-красная и густая, словно кровь.

Очередная волна ударила в корабль, пытаясь опрокинуть его. Послышался жуткий треск. Девушка обхватила руками перила и прижалась к ним всем телом. Кровавые брызги окропляли её лицо и серебристое платье. Новая вспышка молнии едва не ослепила красавицу. Разряд ударил в мачту, паруса вспыхнули, словно были пропитаны бензином. Прямо на глазах палуба разваливалась, доски лопались, как струны, корабль начал стремительно погружаться в кровавое море. Вода быстро прибывала, покрывая ноги девушки и стремительно поднимаясь выше.

— Гип! Помоги мне! — крик девушки потонул в грохоте и завывании ветра, но он услышал её и явился. Только это был уже не статный красавец-капитан, а жуткое существо, всего лишь отдалённо похожее на человека. У него было бледное лицо с чёрными провалами глазниц, которое менялось, приобретая разные черты. Вот к нему вернулись краски, и девушка с ужасом поняла, что видит лицо матери, а через мгновенье услышала её голос:

— Ты позволяла ему мучить меня много лет, доченька. За что ты так со мной? Я тебя так любила, Полиночка. Зачем ты отдала меня этому монстру?

Девушка отчаянно завизжала. Её тело сотрясала дрожь. Она зажмурила глаза, чтобы ничего не видеть, но голос матери продолжал звучать в её голове:

— Накорми его, Полина, иначе он будет питаться тобой, и ты сойдёшь с ума так же, как и я. Дай ему новые жертвы, и опять будешь счастливой.

Грохот заглушил последние слова. Горящая мачта рухнула возле девушки, осыпав её лицо горячими искрами.

— Нет! — закричала Полина изо всех сил, чувствуя, как её тело погружается в море. — Я никогда не сдамся тебе!

***

Девушки пришли раньше парней. Им нужно было до прихода кавалеров накрыть стол и навести красоту. Поднявшись пешком на пятый этаж, подруги заметили, что дверь полининой квартиры приоткрыта. Настя почувствовала беспокойство, а Лера и Светка засмеялись, пихая друг друга локтями.

— Что вы тут смешного увидели? — зло спросила Настя, поворачиваясь к ним.

— Может к ней моряк-спасатель пришёл, — хихикнула Лера. — Представляешь, мы завалимся толпой, а они там в коридоре обжимаются.

— Идиотки, — прошептала Анастасия, закатывая глаза вверх и открывая дверь.

Квартира у Полины была просторная и светлая. Девушки сразу оказались в большом холле, обитым панелями цвета слоновой кости. Разувшись на ковре у входа и повесив верхнюю одежду в шкаф с раздвижными дверцами, подруги прошли в комнату.

— Ох, красота-то какая! — выдохнула Лера, оглядывая помещение с огромным круглым столом, диванами и большущим плоским экраном телевизора на стене. — Повезло Полине! Похоже, что её родители были вовсе не нищими.

— Вообще-то, родители у неё умерли, — хмуро напомнила Настя.

— Всё равно, повезло, — беспечно пожала плечами Лера. — Давайте уже найдём Полину. Мне что-то тут жутко стало.

Девушки разбрелись по квартире. Настя пошла на кухню, Света отправилась осматривать туалет и ванную, а Лера подошла к двери, ведущей в другую комнату и попробовала её открыть. Дверь оказалась запертой. Девушка приложила к ней ухо, прислушалась. Ей показалось, что она услышала шорохи и тихие стоны.

— Идите сюда! Я её нашла! — крикнула Светлана из ванной.

Настя с Лерой поспешили на зов подруги и увидели Полину. Девушка лежала голой в ванной, наполненной водой до краёв. Снаружи было только её лицо. Тёмные волосы, словно живые, медленно шевелились под водой. На миг Насте показалось, что Полина мертва, но нет — зрачки в приоткрытых глазах зашевелились, и взгляд сфокусировался на вошедших.

Настя потрогала пальцами воду — она была почти ледяная.

— Ты с ума сошла?! — накинулась она на хозяйку. — Посмотри, ты уже синяя вся! Хочешь воспаление лёгких получить?!

— Мне спать нельзя, — прошептала Полина. — Когда мне холодно, я заснуть не могу.

Только сейчас Настя заметила, что у хозяйки квартиры слишком тёмные и нездоровые круги под глазами, похожие на синяки.

— Быстро вылезай и приводи себя в порядок. — скомандовала Анастасия. — Сегодня мы тебе точно спать не дадим.

Девушки помогли Полине выбраться из ванны, растёрли её махровыми полотенцами, закутали в байковый халат и повели на кухню. Пока хозяйка квартиры приходила в себя, подруги включили чайник и стали разбирать принесённые пакеты с продуктами.

— Я уже третьи сутки не сплю, — сообщила Полина, принимая из рук Светланы чашку с горячим чаем. — Мне всё время кошмары снятся.

— Надо с парнем спать ложится, — глупо хихикнула Лера. — Тогда и кошмаров не будет. Твой моряк придёт сегодня?

Полина вздрогнула и отвернулась.

— Нет. Я рассталась с ним. Он меня пугает.

— Не переживай, — махнула рукой Лера. — Мы тебя сегодня с Денисом познакомим. Он такой классный — точно тебе понравится.

Подруги принялись за приготовление праздничного ужина. Полину постоянно дёргали, спрашивая, где лежат те или иные кухонные принадлежности, и ей невольно пришлось включиться в работу. Предпраздничная суета и шутки подруг вывели Полину из мрачного состояния. Она тоже стала шутить и смеяться, хоть и выглядела всё ещё слегка заторможенной и усталой.

Квартира стала наполняться вкусными запахами из кухни. Девушки накрыли в большой комнате стол, включили телевизор, где транслировали новогодний концерт. Насте не понравилось, что Полина не удосужилась установить ёлку и нарядить её. Требовалось как-то украсить помещение. Пришлось хозяйке доставать с антресолей коробку с ёлочными украшениями. Подружки развесили блестящую мишуру и шары на люстре и остались этим очень довольны. Затем пришла пора нарядов, макияжа и причёсок.

Едва девушки закончили наводить лоск, как в квартиру ввалились парни. Ухажёры принесли шампанское и подарки подругам. Настя сразу полезла обниматься с кудрявым черноволосым Максом, Лера прильнула к Владу, а улыбчивый Денис стал выставлять принесённое шампанское на стол. Было заметно, что Полина ему понравилась, и он сразу принялся галантно за ней ухаживать.

Наконец, запищал таймер духовки, девушки принесли жаркое, и все расселись по местам. Полина впервые за много лет почувствовала себя уютно в компании малознакомых людей. У неё никогда не было друзей и подруг, но с этими ребятами она ощущала себя комфортно и весело, словно знала их давно. Полину даже не смущало слишком откровенное поведение Насти и Максима, которые постоянно целовались и обнимались. А вот внимание Дениса, его якобы случайные касания, ей определённо нравились.

— Полина, у тебя за той дверью спальня? — в разгар веселья внезапно спросила Настя, показывая на запертую дверь.

— Да, — хозяйка квартиры дёрнулась и едва не уронила бокал. — Раньше там была моя детская.

— У тебя там кто-то есть, — неожиданно вмешалась в разговор Лера. — Я слышала, как там словно скребутся и скулят.

Полина побледнела и ответила не сразу:

— Там… Гип… мой кот Гип.

— Зачем же ты заперла его там? — удивилась Светлана. — Выпусти его скорее. Котик, наверное, голодный. Я его покормлю. Обожаю животных.

— Нет! — Поля резко выпрямилась на стуле. — Он дикий… не любит людей… нельзя кормить, он уже много сожрал.

— Ну и ладно, — обиженно проговорила Света, пожимая плечами. — Я просто предложила. И вообще-то, животных запирать нельзя.

— Давайте танцевать! — предложила Настя, чтобы замять назревающий конфликт. Она сделала звук телевизора громче, и первая потащила своего кавалера на середину комнаты. Вскоре и остальные присоединились к ним. Денис тут же оказался возле Полины, и когда зазвучала медленная композиция, пригласил её на танец.

То ли от выпитого шампанского, то ли от ощущения праздника, но девушка почувствовала, что её тянет к этому обаятельному парню. Он не был идеальным красавцем из снов, но искренняя улыбка и живой взгляд вызывали доверие и симпатию. А главное — он был настоящим. Сердце Полины сладко сжималось, когда он касался ладонями её талии в танце. По телу разливался приятный жар, щёки раскраснелись, во рту пересохло.

Девушка собралась сказать, что хочет воды, но едва приоткрыла рот, как парень прильнул своими губами к её губам. Это был её первый поцелуй с мужчиной. Раньше такое происходило только во сне, но там всё было совсем не так, словно не по-настоящему.

Голова закружилась, колени внезапно задрожали, и Полина, чтобы не упасть, прижалась всем телом к партнёру. «Боже, что же я делаю?! Он решит, что я слишком развратная! — пронеслось у неё в голове».

Полина резко отстранилась от Дениса и выскочила из комнаты. Вбежав в ванную, она уставилась на своё отражение в зеркале над умывальником. Щёки её пламенели, глаза лихорадочно блестели, на губах смазалась помада. Открыв кран, Полина стала пригоршнями плескать холодную воду на лицо.

Пока хозяйка дома пыталась охладить свой пыл, Настя с Максимом, наоборот, всё больше разжигали страсть друг к другу. Им уже было мало одних поцелуев. Парень пытался залезть девушке под блузку, но она тут же убирала его руки от себя.

— Макс, перестань, — прошептала она недовольно. — Мы же не одни.

— Тогда давай останемся одни, — беспечно улыбнулся он. — Пойдём в ту комнату?

Макс мотнул головой в сторону спальни и потянул девушку за собой.

— Нет, подожди, — вяло сопротивлялась Настя. — Там же заперто.

— А мы отопрём, — подмигнул кавалер. — Вы разве не видели, что на гвоздике ключ висит?

— Это неприлично. И Полина велела не выпускать кота, — выдала девушка последние аргументы.

— Мы и не будем его выпускать, — парень умоляюще посмотрел на любимую. — А Полина даже не заметит нашего отсутствия. Я Денису велел, чтобы он её отвлекал.

Настя пыталась ещё что-то сказать, но Максим уже открыл дверь, втащил подругу в полутёмную спальню и включил свет. Комната была небольшая, но уютная. Розовые обои с птичками, такие же шторы и узкая кровать, накрытая светлым покрывалом с воланами, создавали впечатление, что здесь детская. Даже столик тут был низкий и розовый, а волне него стоял маленький стульчик.

— Комната Барби, — хмыкнул Максим. — Только гроб сюда не вписывается совсем.

Он показал на большой тёмный шкаф, стоящий в углу. Этот предмет мебели совсем не подходил к общей обстановке. Он был словно сколочен из грубых досок и покрыт тёмным лаком.

— А где же кот? — Настя надеялась увидеть испуганное животное, прячущееся в углу или за мебелью, но Макс не дал подруге заниматься поисками, а просто увлёк её к кровати и повалил на одеяло.

— Давай, лучше я буду твои котом и покусаю тебя с головы до ног, — промурлыкал парень.

Он уже принялся нежно покусывать девушку за шею, но та вдруг встрепенулась и отстранилась.

— Слышишь? — Настя оттолкнула парня и села на кровати.

— Ну что опять? — недовольно проворчал Макс и снова полез к подружке.

— Да подожди, ты, — Настя встала и направилась к тёмному шкафу. — Там кто-то скребётся и плачет. Эта чокнутая Полина закрыла кота внутри. Надо его выпустить!

Пришлось парню тоже встать и подойти к девушке.

— Насть, ну какого хрена? Если хозяйке нравится держать кота в шкафу, то это её личное дело. Раз в жизни остались с тобой одни, а ты сразу вскакиваешь и уходишь!

— А может, животное умирает от голода и жажды? — девушка прижала руки к груди и жалостливо посмотрела на любимого. — Неужели у тебя совсем нет сердца?

— Да есть у меня сердце! — разозлился Макс. — Просто ты ерунду всякую придумываешь, чтобы меня динамить. Уверен, что с этим блохастым всё нормально. Вот, смотри…

Парень решительно подошёл к шкафу и распахнул дверцу… Сначала Настя ничего не могла рассмотреть. В шкафу было темно, словно там открывался проход в непроглядную ночь. Только тьма эта казалась живой. Она угрожающе колыхалась и как будто даже следила за девушкой. А потом эта темнота стала просачиваться за пределы шкафа, полилась на пол, образовывая расползающуюся лужу.

Настя не поверила своим глазам. Она наклонилась, чтобы получше рассмотреть это чёрное пятно, и вдруг что-то прыгнуло ей на грудь, вонзившись тонкими иголками. Девушка завизжала от страха и боли, рефлекторно отталкивая тёмное создание от себя.

— Не ори! Это всего лишь котёнок! — Макс тут же помог ей избавиться от нападавшего.

Настя застыла на месте с открытым ртом. В руках у парня, действительно, был чёрный, как уголь, пушистый зверёк. Животное обиженно мяукнуло.

— Котёнка испугалась, — хмыкнул ухажёр, поглаживая пушистика по голове.

— У него… у него глаз нет, — внезапно осипшим голосом прошептала девушка.

Макс приподнял котёнка на руках, развернул его к себе мордочкой и вскрикнул. Животное, на самом деле, оказалось без глаз. На их месте зияли кровавые дыры, из которых сочился зеленоватый гной. Парень отшвырнул кота в угол, но тот ловко перевернулся в воздухе и приземлился на лапы. Шипя, он стал приближаться к людям.

Настя заметила, что у него не хвост, а несколько длинных тонких щупалец, сплетённых в жгут. И этот жгут теперь распался, а щупальца, словно резиновые, потянулись к ней. Девушка бросилась к двери, но что-то оплело её ногу и опрокинуло на пол. Она завизжала, изо всех сил пытаясь дотянуться до ножки кровати. Послышался топот ног, дверь открылась и в комнату ворвались остальные ребята…

Полина прибежала последней. Она увидела, как тёмные ленты тянутся из шкафа и оплетают лежащих на полу парней и девушек. Глаза их были закрыты, а из ртов вырывались крики и хрипы.

Медленно и неотвратимо тьма подтаскивала щупальцами тела к открытому шкафу, волоча их по полу. Полина застыла на пороге, не зная, что делать. Всё тело её дрожало, а особенно руки и ноги. Пришлось ухватиться за стену, чтобы не упасть. Тьма в шкафу зашевелилась, и от куда-то из её глубин появилось бледное мужское лицо.

— Я знал, что ты не оставишь меня умирать, ангел мой, — раздался голос в голове девушки. — Этих жертв мне хватит надолго.

Полина оттолкнулась от стены, кинулась к шкафу, чтобы закрыть его, но щупальца резко дёрнулись и первая жертва, Максим, оказался втянутым внутрь наполовину. Его тело помешало зарыть дверцу. Поля ухватилась за ноги парня, пытаясь вытащить его из шкафа, но тьма оказалась намного сильнее. Сантиметр за сантиметром тело Максима поглощал колышущийся мрак. Полина, сцепив зубы, билась за парня, тянула его на себя со всех сил, но проиграла. Он с неприятным чавканьем провалился куда-то в глубину шкафа, скрытую тьмой, а Полину вытолкнуло наружу. Девушка упала на колени и зарыдала.

— Гип, прошу тебя, отпусти их! Я приведу тебе других! Умоляю тебя, Гипнос! Ты обещал, что я буду счастлива! Если ты убьёшь моих друзей, то я буду страдать. Я не прощу тебе этого никогда!

Бледное лицо, глядевшее из темноты шкафа, опустилось ниже, оказавшись вровень с лицом девушки. Глаза, обращённые на неё, были ещё чернее, чем сама тьма. Белые губы мужчины дрогнули, уголки опустились, изображая печаль.

— Я тут ни при чём, — проговорил он, не разжимая губ. — Я всего лишь плод твоего богатого воображения, и никого не могу убить. Это делает тот, кто управляет прекрасными снами и самыми мерзкими ужасами. Я покажу тебе настоящего злодея…

Глаза на бледном лице словно подёрнулись плёнкой, став зеркальными, и Полина увидела в них своё отражение. Отражение девушки с презрительной улыбкой и безжалостным взглядом…