12 июня, среда

Вышла с утра из общаги, стою на остановке. Толпа не слабая собралась, наверное, долго не было троллейбуса.

Стою, никому не мешаю. И вдруг какой-то идиот хапает меня за попу. Очень сильно ухватил. Думать в такие моменты не умею, тело само знает что делать.

Резко кручусь вокруг себя, перехватываю его руку и дергаю вверх.

Мужик падает мордой в асфальт. Рука, за которую я его держу, поднята вертикально вверх.

Блин. Вернее, как мне говорили, лучше в таких случаях говорить «оладушек», чтобы окружающие не путали мою речь с матом.

Никто никогда не учил меня драться. И приемам вот таким, хитрожопым не учил. Откуда я его вообще выкопала?

Да ладно. Мужик лежит, я стою, вцепившись в его руку. Толпа глядит на меня неодобрительно. Понятно, мужчины с опаской: что за буйная дура тут околачивается, а женщины с состраданием к валяющемуся уроду.

— Извращенец, — объясняю я. — Хапает.

Не знаю, что бы было дальше, но тут подъехал Икарус и народ ломанулся в него. И я.

— Спецназ? — шепчет кто-то в ухо.

Тело напрягается. Я в панике — вдруг сейчас опять начну неизвестные приемчики демонстрировать. Хотя нет, не начну, народ набился в автобус, как кильки в банку, руками не помашешь, да и развернуться не выйдет.

Вывернув шею, оглядываюсь. А, понятно, парень из моей общаги, в морду знаю, но ни имени, ни факультета….

— Школа жизни, — мотаю я головой.

— Опасная штучка, — подводит он итог.

Бурные аплодисменты. Ага, наблюдал из партера. Нет бы вмешаться, помочь девушке! Наблюдатель, блин.

Впрочем, симпатичный.

15 июня, суббота

С физиком Мишаней, тем парнем из автобуса, мы, наконец, переспали.

Без восторга, обычный трахальщик, только для себя любимого пыхтит. Пришлось отфутболить. А жаль, на вид такой перспективный был.

Совсем ты, Юнта, в мужиках не разбираешься.

На будущее усвой: наблюдатели — слабаки.