Напасть и перебить несколько сотен людей гвардии без объявления войны? Не одобряю, но понимаю. Эти чёртовы игры местных аристократов ещё и не до такого доводили.

Распять никчемного барона и его невесту, и прибить их трупы над входной дверью в назидание? В назидание, блин, кому?! Такое…

Уничтожить двадцать тысяч мирных жителей, имевших несчастье жить на земле этого самого барона? Вот этого я, хоть убей, не понимаю!

Да, именно такой был план у вторженцев. После того, как разберутся с нами, они должны были спалить Галактионовку дотла, при этом уничтожив всех живущих там мирных жителей.

В машинах, оставленных и замаскированных далеко за пределами зоны боевых действий, было достаточно взрывчатки, чтобы сравнять с землёй пол Иркутска. Сильные Одарённые нападавшие не брезговали и обычными методами. Но что касается убийства мирных жителей – по мне это перебор. Да нет, не так. Это чёртово безумие!

Что не так с этим миром?!! И что не так с этим ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ?!!

Конечно же, мы отбили атаку. Каждый из защитников вложил в нашу победу частичку своего знания и умения, а некоторые – и свои жизни.

Призрак убил одного из лидеров Луча – именно так называлась их структура. Звезда и пять лучей. Пять групп по пять человек. И как раз именно лидеры Лучей были самыми сильными и опытными Одарёнными.

Попавшийся Призраку Одарённый имел сумасшедшую регенерацию. Пробивалась его «шкурка» плохо, а регенерировалась очень быстро. Призраку пришлось потратить много времени, чтобы, в буквальном смысле, нашинковать его на мелкие кусочки. Два других лидера Луча полегли от моих гвардейцев, разъяренных смертью товарищей.

Ну, а четвёртого уничтожил Один, конечно же с помощью своих, со стороны таких жалких, тварюшек. Это можно было записать в учебники по тактике и стратегии, и преподавать в Имперской Военной Академии. Хотя, ясное дело, кроме Одина, никто не сможет это повторить. Используя пять соплеменников-крыс, четырёх кротов, пятнадцать дятлов, шесть змей, сотню пчёл – завалить Магистра? Даже я не сразу разобрался, как он это сделал.

В общем, пленные конечно же не торопились говорить. Пришлось с ними немного поработать. Я не горжусь этим, но я умею причинять людям боль, сильную боль. И нет, мне совсем их не жалко. и не стыдно, учитывая, с какой миссией они пришли на МОЮ землю.

Распутины – древний имперский Род, что пошёл против Империи и Императора, рассчитывая свергнуть правителя, и самому сесть на трон Российский Империи.

Не вышло у них это. Род был разгромлен и изгнан за пределы Империи. Если верить историческим данным, мой Род тоже приложил к этому руку.

Распутины всегда отличались мстительностью, поэтому они смогли отомстить Галактионовым, дождавшись, когда мои предки максимально ослабнут. Возможно, это была не их затея. Хотя, из той информации, которую я имел – именно они были инициаторами того, что произошло в усадьбе Галактионовых.

Я разозлился. Сильно разозлился. Тем более, что Распутины обосновались в Тибете, на границе Китая и парочки других мелких государств, получив землю в платное долговременное пользование. Именно там, защищённый горами и неприступной линией обороны, находился тот самый кукловод, который решил уничтожить обидчиков своего Рода раз и навсегда. Добираться туда долго и сложно.

Гнев кипел во мне, и требовал выброса, поэтому я не удержался. Убедившись, что всё в порядке, я отошёл в сторону и исчез в тенях. Да, не только у Шнырьки была такая способность. Существовали в разных мирах твари и посильнее моего маленького друга. К примеру, Теневые Драконы, за которыми я гонялся больше месяца, но всё-таки смог победить, и захватить их души.

Два Теневых Дракона – пара, которая терроризировала целый мир, не давая людям жить в безопасности. Как оказалось, они хотели обосновать гнездо для выращивания потомства. Вот только почему-то решили, что для того, чтобы чувствовать себя в безопасности, они должны уничтожить всех людей в мире.

Я объяснил им, что они были не правы, попутно забрав их души. И именно сейчас я призвал самку, заключив с ней договор. Как я ненавижу хождение по теням!

Дракониха согласилась. В момент взлёта меня буквально вывернуло наизнанку. Не предназначен этот мир для человека. Я дискомфортно чувствовал себя, будучи в прошлом – сильном теле. Сейчас же я ощущал себя так, как будто меня прокручивают через мясорубку, неторопливо и тщательно.

Но я вытерпел. За считанные минуты короткого полёта были пройдены тысячи километров реального расстояния. Я оказался возле замка Распутиных.

Конечно же, все внутренние покои были сильно защищены. Охрана, артефакты, охранные заклинания. Сомневаюсь, что в своем нынешнем теле я в одиночку смогу расколоть этот крепкий орешек. Но этого мне было особо не надо. Меня интересовало вон то красивое дерево, которое цветет сейчас розовыми цветочками. Цветёт не по сезону. Ну так, и дерево было не совсем обычным.

Пол дня я провёл в обнимку с белым керамическим другом, не в силах отойти от него даже на секунду. Рядом со мной непрестанно находилась Анна, которая обошлась без бабских оханий и причитаний, и лишь по сигналу моей руки подносила мне всё новые и новые стаканы с водичкой, чтобы я, в конце концов, не выблевал наружу все кишки.

Ну, наверное, оно того не стоило. Я потратил чрезвычайно редкую и ценную душу, чтобы всего-навсего позлить противника. Разозлить его так, чтобы он точно не оставил меня в покое. Тебе мало других неприятностей в жизни, Сандр? Именно такие слова посещали меня полдня, просто меняясь местами. И в этом была своя логика.

Вот только у Охотников логика немного другая. Нам часто приходилось противостоять тварям сильнее, чем мы. И первое, чему учили нас ещё маленькими юнцами, что если противник вышел из себя, то он потерял часть силы. И я в прошлой жизни умел этим отлично пользоваться, ведь я долгое время был жив, а мои противники нет.

Ну, а Распутин… Быстро они до меня не доберутся. Да и вообще я слабо представляю, как они проникнут на территорию Империи со значительными силами. Как-никак, все они находились в опале в этом государстве.

Но вот такие группы, как эта, наверняка у него уже есть. Но я тоже не пальцем деланный. Есть у меня примерное понимание, как обезопасить себя от таких нападений в будущем.

Когда я пришёл в себя, и заставил себя немного поесть, то завалился спать. Потом проснулся не то, чтобы бодрый и весёлый, но, по крайней мере, свежий и готовый к следующему противостоянию, которое с моим счастьем обязательно скоро случится. А это значило что? А это значило, что нужно стать, как можно более сильным. Желательно – сильнее противника в несколько раз.

Пришло время распечатать заначку или «консерву», как шуточно называл её Волк. Опасная часть моего подземелья внушала моему лысому другу некоторые опасения. Он всегда нервничал о том, что не мог контролировать. Он контролировал верхнюю часть мира, при том, что внизу были Бурбулис и Красивая с своим выводком. Волк переживал, что оттуда может кто-то выйти.

Я же особо не нервничал по этому поводу. Красивая справлялась с выбросами диких тварей, что выбирались из Разломов с той стороны. Похоже, они дрались там между собой, и до выхода доходили немногие. Но сейчас стояла задача – в короткое время получить много энергии. А ещё желательно не покидать поместье далеко и надолго. Учитывая, сколько шума здесь было ночью, я больше, чем уверен, что уже пол Иркутска, а то и Империи, знают, что здесь произошло. Всполошились мои друзья, которые оборвали телефон Анне, пока я спал. Подозреваю, что и Доброхотов в курсе произошедшего. Как бы он не воспользовался подходящей ситуацией.

Я собрал небольшое совещание сразу после торжественных похорон павших гвардейцев. Восемнадцать бойцов отдали жизни за только возрождающийся Род Галактионовых, и я это ценил. У большинства из них были семьи. Я клятвенно пообещал им всяческую поддержку, и что они могут оставаться на моей земле столько, сколько захотят. Я же позабочусь об их благополучии.

Прибывший из Галактионовки народ начал потихоньку приводить округу в порядок. Посовещавшись с Волком и Анной, подключив к этому делу аварийно прибывшего виконта Смородина, я сделал очередной заказ на системы обороны, которые снова ещё раз ударили по моему бюджету. Ну, вот что-что, а деньги я экономить не планировал. Хватит. Всё это идёт на дело и, как правильно заметил виконт с лёгкой улыбкой, что вскоре сам Император будет завидовать обороне моей усадьбы. Ну, он конечно же шутил. Хотя… кто его знает.

Работы были запущены. Можно заняться и собой. Мне понадобился Астахов и двадцать четыре разломщика. Захватив с собой Волка, мы мотнулись на берег Байкала. Волк выставил поодаль охрану, чтобы нас не потревожили. Но Шнырька мне показал, что в округе в ближайших пяти километрах ни на воде, ни на земле, ни под водой нет чужих глаз.

Настало время открыться своим людям. Оттягивать неизбежное становилось всё сложнее. Учитывая, какие силы против меня задействованы, глупо пытаться справиться в одиночку. Да и мне нужно, чтобы все стоящие передо мной двадцать пять Истребителей в самое короткое время стали лучшими Истребителями в Империи. Слишком амбициозно? Так и есть.

Я вспомнил поговорку старого Мака: «Если что-то делаешь – делай хорошо, плохо и так получится». Вот я и делал всё хорошо.

После короткого инструктажа, что им предстоит увидеть, я начал, одну за другой, призывать тварей, объясняя, как это работает, и что можно ожидать.

Самое интересное, что никто из гвардейцев и глазом не моргнул. Подозреваю, что они ожидали от своего командира чего-то подобного, и восприняли это как само собой разумеющееся. Что ж, тем проще. Передо мной самые проверенные люди из гвардии, и кому, как не им, мне доверять.

А потом мы спустились в подземелье, и провели там неделю, за которую Анна утомилась отбиваться от настойчивых звонков моих друзей и подруг. А мы лишь изредка выходили наружу, чтобы немного поесть, поспать и отдохнуть.

Галактионовы были те ещё затейники. Я знаю, как они нашли это место, но даже боялся представить себе, сколько времени существуют эти катакомбы. Да, сперва их нашли некроманты, а Галактионовы лишь выследили их до логова. Но вот сомневаюсь, что они здесь были первыми. Чем глубже мы спускались, тем больше разнился стиль. Даже стиль отделки стен, а именно метод обработки камня. Если на верхних уровнях срезы были гладкими, как будто сделанные магией или острым инструментом, то снизу, похоже, в скале пробивались вручную.

Мы шли, а слева и справа в стенах были каменные порталы, в которых мерцали разноцветные окна Разломов.

Я понятия не имел, кто, когда, а главное – как это сотворил. Как они умудрились призвать или перенести эти Разломы так аккуратно в эти места. Но я понимал, для чего они тут были. Заходя в каждый из них, мы изучали его, рассчитывали потенциал, и принимали решение.

Мы встретили гоблинов, ведомых хобгоблинами, что терроризировали наши нижние этажи, и броненосцев, которых приручили Галактионовы, и заклеймили их для службы на себя.

Несколько каменных арок были пустыми. Или Разломов здесь не было, или Галактионовы их закрыли. Видимо, твари там были бесполезными.

Я не стал рубить с плеча, и уничтожил лишь абсолютно бесполезных и вредных для нас тварей, закрыв полтора десятка Разломов, и собрав всю энергию. А вот некоторые, основательно проредив, я оставил, так сказать «на развод». Хоть и несколько с иной целью, чем это сделали мои предки. Они этих тварей приручали, я же поступал проще. Я забирал их души, чтобы потом применить их в нужное время в нужном месте. А еще, возможно, когда-нибудь у меня будут дети, и я понятия не имел, какой Дар они получат. Возможно – Дар Приручителей. Тогда им тоже понадобятся эти Разломы.

Мне понадобилось четыре дня напряженных сражений, чтобы едва продвинуться в подземелье, и снова вернуть свой второй уровень Истребителя. Все же мне больше нравится ходить по живым Разломам, где еще при закрытии здорово меня одаривает сам Разлом энергией, и можно собрать побольше плюшек.

Еще многие твари здесь какого-то хрена не имели желеек, и те выпадали совсем нечасто. Из плюсов, этот доступ к силе и энергии был очень близко, и далеко ходить не нужно.

Из минусов – я открыл шкатулку Пандоры, и взболтал ее лично. Теперь придется внимательнее следить за входом, чтобы твари однажды не устроили прорыв.

В минутки отдыха я смотрел, как бригада строителей приступила к восстановлению моих поврежденных зданий, и от этого я злился на Распутина еще сильнее. Однако здания можно было восстановить, а вот людей уже не воскресить. Хотя теоретически можно, но в те дебри даже не собираюсь лезть. Нужно быть Архимагом не просто некромантии, а самой смерти.

– Волк, дуй ко мне, и собери мою бригаду карманных Истов, – сразу, как только вышел из подземелья, где бродил сегодня в одиночку, набрал Волка.

Карманными назвал их не я, а сами гвардейцы которые знали о моих намерениях сделать из этих оболтусов настоящих Волчар Разломных.

– Сделаю, собирать на плацу? Или перед казармой? – спросил он, даже не поинтересовавшись, для чего мне это нужно.

– В этот раз все проще и сложнее, одновременно, – сказал я и задумался, что ему сказать. – Сегодня вы увидите еще одну сторону силы. Жду вас всех в лазарете, и форма одежды без всяких ваших железок, и прочего. Собираемся, как в баню.

– Эх… – вздохнул Волк, который не хотел расставаться со своей амуницией, что была ему уже второй кожей.

Пока я ждал прибытия гостей, то пошел в лазарет, и стал готовиться, а попутно, поразмышлять.

Вот и отдохнул ты, Сандр… Попал в мир, где должны были быть у тебя каникулы. А что теперь ты делаешь? То что должен, к сожалению, а то, что печально это все – тоже часть моего отдыха и интересной новой жизни.

Понравилось мне жить аристократом, и обламывать рога всем этим заносчивым индюкам. Если бы все это можно было продолжать делать и дальше, но без смертей товарищей это было бы прекрасно. Но нет… У сильнейших всегда гибнет, в первую очередь, близкое окружение, и вот это слабое звено я теперь буду исправлять. Сделаю из своего окружения бойцов по мотивам Охотников.

Что-то да выйдет. Мои мысли прервал стук в двери.

– Мы прибыли! – вошел Волк, и доложил о выполнении приказа.

– Молодцы! Ты проходи и раздевайся, – не дал ему даже прийти в себя, как сразу ошеломил. – Все снимай и ложись на кушетку, животом вниз.

Волк явно не такого ожидал, и стал выполнять мой приказ скорее на автомате, так как привык это делать. Ну, кроме того, что он мне беззаветно доверял.

Я не стал приступать сразу, а еще раз все проверил, и когда убедился, что все предусмотрел и всё готово, то тяжело вздохнул.

– Скажи мне Потапов, ты боишься боли? – серьезно, и без капли юмора или издевки, спросил я у него.

Он, наверное, от шока еще не просек, что происходит что-то странное и ответил, как всегда.

– Боль? Я уже познал ее, и привык.

– Отлично, – пожал я плечами, и поставил свою ладонь с парализующей техникой ему на затылок.

Волк зарычал. Ну да, там вначале был паралич, который не позволял ему двигаться, а дальше активировал другую технику, которая называлась коротко и ясно – «БОЛЬ!».

Эта техника пропускает по энергетическим каналам Волка мою агрессивную энергию, которая посылает микроимпульсы. Ощущение такое, словно вместо крови теперь по венам течет колючая проволока.

Волк даже материться пытается, а я стою и улыбаюсь.

– Все еще не боишься боли? – весело спрашиваю я у него, и хлопаю по спине. – Ничего, если передумаешь, то я клеенку не зря постелили можешь помочится под себя.

Знаю, что такое может быть, от этого никто не застрахован, там такая боль, что эту технику применяют для пыток.

В моем случае она раздражает энергетические каналы Волка, и мне легче теперь их увидеть моим астральным зрением.

Не знаю, готов он или нет, но я точно готов. Готов приложить все силы, чтобы этот ставший мне таким близким человек, получил в этом мире дополнительное преимущество.

Следующий час для него показался адом, но все прошло успешно.

Когда я помогал Волку подняться с места, у него был взгляд израненного зверя, который готов был порвать всех, кто попадется ему на глаза. Хорошо, что со мной такое не сработает, и я был готов к такому сценарию.

К своему достоинству он смог совладать со своими эмоциями и держал себя в руках.

– В общем, ты сейчас ничего не понимаешь, и тебе кажется, что все это очень неправильно и, ой, как странно, – стал быстро говорить так как времени особо и не было. – Чтобы не разводить пустых слов я покажу.

Пока он не успел ничего понять, я нанес скальпелем ему порез на руке, и схватившись за нее, подтянул к его глазам.

– Смотри…

Волк смог своими глазами увидеть эффект, а я по быстрому вводил его в курс дела. Теперь его регенерация стала выше, ведь я поставил ему печать регенерации первого уровня.

Не был я до конца уверен, что все выйдет, как надо, но черт возьми, какой же я все-таки мастер!

Потом в лазарете я провел следующих двадцать пять часов, за которые было израсходовано больше сотни разных желеек. Испачкано много метров ткани в крови, когда бойцы прикусывали себе щеки или язык до крови. У кого-то кровь натурально лилась из всех отверстий в процессе. Но это того стоило, теперь у всего моего отряда есть печать первого ранга, и они стали на шаг ближе к Охотникам.

Работы еще предстоит много, но я не жалуюсь. Кстати, Волк показал свой характер, и был со мной до последнего, в роли помощника, он быстро оправился, и на пару с лекарем Самохваловым, помогал мне до самого конца. Да еще поблагодарил меня, когда стал нормально соображать, и смог оценить мой подарок. Кстати, Максу печать легла легче всего, да и помог он сильно, притупляя боль своим товарищам. Вот что значит Лекарь!

А Гриша Астахов воспринял всё с обычной невозмутимостью. Из побочных эффектов – только небольшая струйка крови из носа. Ну да, опытный Ист!

Волк в конце спросил – могу ли я абсолютно всем гвардейцам такое ставить. В теории могу, но могут быть ненужные смерти. Как минимум, нужно быть не слабым бойцом, и как показывает практика, не всегда тут решает ранг.

Ведь ранг может быть «Мастер», а боевого опыта мало и выйдет, что каналы слишком слабые и не прокачанные по ним будет тяжело проводить мою печать могу что-то порвать. Да и разломщики были выбраны не просто так мною. Иномирная энергия пропитывает тела, и делает их более пригодными для моих манипуляций. Получается, что для тех, кто не ходит в Разлом – путь к усилению закрыт.

Парни меня, конечно, удивили. Они держались, как могли, и показывали характер. Бывали случаи, когда я хотел остановить процедуру, когда боялся за их здоровье, были скользкие моменты, но сами подопытные отказались от прерывания процедуры, когда я спросил об этом их.

Все хотели стать сильнее, и получить от меня частичку Дара, который я продемонстрировал им.

Для этих бойцов, которые станут костяком универсальной гвардии, с уклоном на Истребителей, у меня возложены великие надежды. Я предполагаю, что как минимум шестеро уже могут взять себе учеников, и начать их обучать. Остальные в будущем тоже смогут, и мне придется всех их усиливать и обучать.

Но я не буду тем, кто посвятит всего себя изучению всех. Я обучу основам, а основа будет доступна моим ученикам для работы уже со всеми остальными.

Шел спать я уже разбитый, но довольный, а самое интересное, что у меня есть время поспать ровно до вечера, если не случится ничего страшного, а вечером я пойду снова в подвал и набью до утра снова второй класс, и попробую поднять себе печать регенерации до третьего ранга.

Вот только… Те ощущения, которые испытывали парни, и близко не стоят с теми, что испытаю я. Ведь мое эфирное тело еще не восстановилось до конца, а всего лишь до того уровня, когда в принципе можно наложить новый уровень печати без фатальных последствий, но с ОЧЕНЬ болезненными эффектами.

После того, как я видел пережитое парнями, мне стыдно не пойти на такой шаг и, пожалуй, нужно тоже стать сильнее. Распутин меня реально разозлил. Ублюдки должны быть наказаны!

Какое замечательное утро меня ждало, словами просто не передать. Не привыкло это тело к работе с тонкими энергиями, и теперь такие откаты, словно пил всю ночь, и теперь приходиться страдать.

А самое противное, что я просто не могу перенести свои планы. Ведь я такой человек, если что-то уже решил, то надо делать.

Но в таком состоянии куда-либо идти было глупо, телу требовалось восстановление.

А раз так, то начну свое утро, что началось в восемь часов вечера с медитации. Только перед ней зашел к парням, и проверил, как там они.

У них было весело. Все, кроме Волка, Макса и Григория, лежали камушками, и стонали от боли.

– Как вы? Все хорошо? – спросил у них.

Сколько измученных взглядов посмотрели на меня одновременно. Сколько в них было раздражения и боли.

– Боль… Сука… – это было общее мнение.

– Тогда все происходит даже лучше, чем я думал, – слегка поиздевался над ними. – Если болит, то вы живы.

На этом я еще раз обвел их астральным взглядом и, развернувшись, ушел.

Конечно, может жестоко так говорить со своими людьми, которые испытывают не самые приятные чувства в мире, но и я не добрый самаритянин. Сила чаще всего приходит с болью и слезами, а еще с кровью. Правда, Охотники не плакали, но и из этих уже не сделать настоящих Охотников, лишь их подобие. Для этого мира они и так будут суперлюдьми.

После этого провел полчаса за медитацией, за которую смог прогнать энергию по поврежденным местам, и уже было собирался на зачистку, как мне позвонил Архип. Вот этого я предвидеть не мог. Архип позвонил по делу, и попросил срочно, насколько это возможно, закрыть один Разлом, который я должен ему за услугу. Как бы я не хотел сегодня потратить день на себя, но договор дело святое, и я согласился. Вот честно не знаю, даст ли мне этот Разлом нужное количество энергии, но выбора не было, и я пошел собираться.

Во время сборов я успел переговорить с Анной, она интересовалась, что такого я сделал с бойцами, и почему они валяются лапками кверху. Говорит, что они ей отвечают, что тренировались, и не слова больше.

Я подтвердил… Думаю, пока рано ей рассказывать больше. Еще сама захочет пройти такие усиления, а ей доставлять боль не очень горю желанием. Вот Андросова с радостью подкачал бы, а то хиленький он, и мне, прямо, перед Морозовой неудобно. Я все же его тренировал одно время, и могу называться его наставником. Ладно, это все мелочи.

Архип скинул мне все данные по Разлому, и стоило мне прочитать о нем, как все мои планы разбились о жестокую реальность. Я думал быстро туда смотаться и уладить все дела, а затем вернуться, и подкачаться дома. Увы, но до Разлома добираться пришлось целых четыре часа, а потом еще назад столько же.

Мысленно отправил зов Одину собираться, и пошел искать Цезаря. Если я забираю с собой Одина, то кому-то нужно охранять подвал. Цезарь спал в гостиной на своей любимой лежанке. Впрочем, ничего нового, даже жалко этого песика. Разлом дал ему силу великую.

– Ленивая жопка будет просыпаться? – потыкал его ботинком в бок.

Никакого ответа или реакции. Я понял, что он очень хочет спать, и не любит, когда его будят. Восстановление – процесс нелегкий, и ему требуется сон, но этот блохастый скоро совсем станет ленивым.

Взял его за хвост, и потащил в подвал по ступеньках. Он даже не проснулся. Дотащил до входа в подземелье, и оставил там, как охранника.

– Спи тут, чего уж. Хоть какая-то польза от тебя будет, – глянул на него перед самым уходом, но там все без изменений.

Не притворяется, реально спит.

Потом пошел к машине, где водителем выступал не Москаленко, что лежал и страдал сейчас в лазарете, а другой боец. В отсеке меня уже ждал Один, которому я приказал сесть в транспорт заранее. Сидит такой деловой на подушечке, и внимательно смотрит в окошко. Вот будет весело, если нас остановит какой-нибудь имперский патруль. Вопросов у них будет много, но я все буду отрицать. НЕТ здесь никакой крысы!

Волк очень хотел поехать, но я сразу ему сказал, что он останется в усадьбе. Боится Волчара за новое нападение, которое может проворонить. Я сам боюсь. Боюсь не успеть. Мне сейчас главное, успеть выиграть для себя две недели, и я сделаю так, что любая следующая звезда получит по рылу, но это уже мелочи, я все успею. Еще бы найти лишних миллионов пятнадцать-двадцать, вот тут вопрос посложнее.

Хм…Пока мы ехали, я решал свои дела, и осознал одну вещь. Я так часто откладываю вопрос со свадьбой, что будь я на месте Анны, то наверное уже задумался, а нужен ли мне такой жених. Возможно, это некрасиво с моей стороны, хотя и делаю это не со злым умыслом, чтобы подразнить девушку. Просто привык к долгой жизни, а там всегда есть еще немного времени.

Наверное, сейчас стоит задуматься об этом. Надеюсь, Анна выберет что-то приятное в плане места и времени, да и о гостях позаботится. Мне-то по барабану, а ей, вижу, что всё это нравится. А еще я с некоторым опасением ожидал звонка от бабы Сары с претензией – «Что ж ты, поц, на Анну всё свалил?» Но нет, не звонит, видимо, всё правильно сделал.

Задумался о жестких переменах в своей холостяцкой жизни так сильно, что не заметил, как оказался на месте, и гвардеец открывает для нас двери Буревестника.

– Мне здесь подождать? Или тоже идти? – ну да, у него же есть пустое кольцо Иста.

Волк теперь раздает их моим водителям, и всем моим сопровождающим.

– Будь здесь, я постараюсь очень быстро все завершить.

Он вздохнул, и сделал вид, что поверил мне. А зря, я и вправду не хочу здесь долго возиться.

Внимательно осмотрел Разлом и понял, в чем его проблема. Этот Разлом, как и писал Архип, был обычным гротом. Никаких видимых существ здесь и близко не было. Шнырька все проверил, кроме озера, которое находилось посреди Разлома. Тут и вариантов не было, где находится противник. Осталось только понять, кто там живет и сколько. Надеюсь, кто-то один большой, которого я смогу быстро утихомирить, и отправиться домой.

– Чего стоим, кого ждем? – спрашиваю у Шнырьки, который не особо хотел лезть в воду.

– Ш-ш-ш-ш-ш-шопу откуш-ш-шят! – заявил он мне.

– Новую создам тебе, не переживай, и давай за дело. Дома по старинке будет тебя ждать мороженко, или не будет…

– Ш-ш-ш-шука, ш-ш-ш-ш-шанташ-ш-шист! – зашипел на меня Шнырька, и рыбкой прыгнул в воду.

Спустя пару минут я уже улыбался, а Шнырька жутко матерился словами, которым я его никогда не учил. В этой жизни.

Он угадал! Оказалось, там живет много кровожадных рыб, похожих на пираний, только умнее. Да настолько много, что здесь я могу провести целую неделю. В одиночку нырять и убивать явно не собираюсь, а потому у меня есть один план.

– Ну, что скажешь? – спрашиваю у Одина, который почтительно стоит возле меня, и внимательно следит за поступающей информацией.

– Хрга…

М-да, с дикцией у него явные проблемы. Он еще не сумел понять, как это делается. Хотя уже пару раз выдавал нормальные слова.

– Ясно… В общем, вот тебе задание, – решил доверить все сделать самому. – Выходишь наружу и добываешь какую-нибудь птицу или мелкую живность, не сильно большую. Твоя задача принести мясо, ясно? И сделать это так, чтобы тебя не заметили.

Кивок.

Я специально дал такие мутные вводные, дабы посмотреть, как он справится, и заодно проследить за ним. Шнырька отправился за ним, как только он покинул портал. Можно было дать ему конкретные данные, которые будут не такими сложными, но как тогда развиваться?

Вот сейчас он вышел из Разлома, и никуда не идет. Стоит и думает. Думал он недолго, так как я его ждал с добычей, и нужно было поторопиться. Он огляделся. Мы находились посреди поля, в котором открылся Разлом, из-за чего мешал местным жителям собирать урожай. Это место принадлежало одному графу, который владел зерновой корпорацией, а сам обитал в столице. Потому такой срочности и было это дело, он просто дал команду, и надавил на свои связи.

Чтобы бизнес не стоял на месте, ему нужно было решить вопрос с Разломом, как можно быстрее. Хотя и вреда он и не нес по-факту. Что могло случится? Рыбки присобачат себе ножки, и пойдут гулять по полю? Но если в реке такое откроется, тогда да… Стремная ситуация может получиться. Слышал я когда-то про одну реку, под названием Амазонка. Там, говорят, даже Абсолюта сожрут, захоти он в ней поплавать. А местные живут спокойно, уже привыкли.

Но было одно правило про зону отчуждения, что автоматически выстраивалась вокруг любого известного Разлома, до его закрытия. Так вот, именно поэтому большой кусок поля был вне доступа. И графа это очень бесило. А мелких рыбешек простые дежурные Исты Центра с ходу завалить не смогли. Ну, не целого же Абсолюта сюда посылать?

Все таки Один смог вновь меня порадовать. До него дошло, зачем мне нужно было мясо и, судя по его взгляду, он разглядывал далекую ферму, но потом подумал, что это не самая лучшая идея. И он решил сработать по другому. Призвал разных мелких птиц и грызунов, и отправил их на охоту. Поскольку здесь было поле, то очень быстро появился возле него запас тушек разных зверьков. Мыши, крысы, змеи, несколько птичек.

– Молодец! – похвалил я его, когда он принес все это в Разлом. – Ты сделал все правильно.

Один от похвалы открыл было рот, но взяв себя в руки, склонил голову, и довольно зажмурился.

Тушки я закинул в озеро и принялся ждать.

Рыбки были голодными и охреневшими от безнаказанности, и ничего не боялись. Даже когда я ударил молнией по их скоплению раз пять, все равно приходили все новые и новые особи. Их было так много, что я понимал – здесь моего запаса может не хватить, а тратить, и без того редких моих водных тварей мне не хотелось. Конечно же, души водных тварей у меня имелись! Но их было не так много, и большинство из них были редкими и большими, явно не для этого дела.

Прикинув, что душ рыбок получил достаточно, я повернулся к Одину.

– Теперь это твоя армия, и твоя проблема, – указал на озеро. – Справишься?

Глаза моего полководца засияли, он явно ждал этого, надеясь, что я предложу ему такую интересную задачу.

Он кивнул.

– Сколько дней тебе нужно?

Он на пару секунд задумался, а затем показал мне два пальца.

– Хорошо, через два дня за тобой прибудет мой личный «Буревестник».

Он покачал головой.

– Мало два дня? – не сообразил сразу, что он хочет.

Снова отрицательный кивок.

Не понимаю…

Один очень хотел что-то мне сказать, но из его горла вырывался несолидный писк, или звуки, лишь отдаленно похожие на человеческую речь.

Он быстро понял, что дела так не будет, и принялся рисовать на каменистом полу мокрой палкой.

– Понял, – наконец-то смог разобрать эти каракули. – Будет тебе фура.

Теперь он доволен. Удивительно, что мой питомец подумал за трофеи раньше меня. Интересно, зачем мне столько тушек рыбок?

Я вернулся домой с чистой совестью, и сразу же отправил туда шестерых гвардейцев, которые должны были дежурить у Разлома, и никого туда не пускать. Один о них не знал, но так будет под защитой, хоть и могу его снова призывать. Но он мой, и никому не позволю просто так его завалить.

Потом немного перекусил, и на остаток ночи пошел уничтожать все, что шевелилось в подземелье. Правда, в последние дни все чаще я работал сам, а до сильных врагов еще так и не дошел.

Я не брал с собой Затупка или Кару, мне хотелось выпустить то напряжение, которое у меня появилось с последнего нападения, и сколько бы я не убивал монстров, мне легче не становилось. Хоть бери и сражайся без доспеха. Но, блин, я и так его снял, чтобы ощутить все на своей шкуре, где каждая ошибка будет стоить мне крови.

В последнее время ставки выросли, а я как-то пропустил этот момент, и теперь злился на себя, и никак не мог с этой злостью справится.

Ну, ничего… Сандра достали… Вот зачем хотели убить всех? Раньше целью врагов были я и гвардия. Я знал, на что иду, и моя гвардия тоже знала. А просто мирные? Они знали, что на меня идет охота, но я ведь взялся отвечать за них, и должен делать это нормально.

Эх… Вбивая кулаком зубы броненосца обратно в его пасть, я выдохнул. Второй раз за последних два дня мое кольцо засветилось голубым светом Истребителя второго класса. Но по ощущениям, я даже был ближе к 1-му.

Хоть я потратил намного меньше времени, чем в прошлый раз, но работал в разы быстрее и легче, ведь не было откатов после ухода в тень. Вообще-то, боюсь я эту тень. После нее такие откаты, что мало не покажется. Не понимаю, как Шнырька там живет, и не жалуется. Может потому и мороженко жрет вагонами, что оно помогает бороться с последствиями? Надо перед следующим визитом тоже попробовать.

Закончив здесь, я отправился в свою комнату. Уже было раннее утро, и меня встретила моя служанка – родственница главной кухарки Семеновны – Авдотья.

– Вы уже вернулись господин, – поклонилась она. – Желаете завтрак?

Ради этого она стоит уже второй час у двери в подвал, ожидая меня.

– Не сейчас, – с сожалением покачал головой. – Но благодарю за заботу.

Девушка улыбнулась, смутившись. Она была из тех, кого Анна совсем недавно наняла на работу в наш дом, и успела уже пережить свое первое нападение. Девушка не была во мне заинтересована, как в мужчине, я это чувствовал. Работа была намного важнее, чем мечты о мужчине-аристократе. У нее большая семья, и она работает ради нее, чтобы помочь матери, которая днями и ночами пропадает на полях. Даже сейчас, по собственной инициативе, она стояла здесь. Ее никто не просил, просто хотела быть полезной.

Отказавшись от завтрака, я поднялся к себе, быстро помылся, и лег на кровать. Сперва я стал готовиться мысленно, тщательно продумывая все свои действия, и перепроверяя, а затем приступил к осуществлению своего плана. Применил технику дыхания, и стал запускать в нужные точки на теле энергию, которая должна помочь мне расслабиться. Тело словно поняло, что я хочу сделать, и стало ныть от поступившей энергии. Оно и так не было готово к этому, так еще за последние пару дней получило столько травм.

Дальше вход в астрал, и долгая работа, которая заняла у меня дня три, по ощущениям, а по факту, всего лишь шесть часов. Первая часть третьей ступени печати регенерации легла, как надо, переплетясь с основой, и даже закрепилась удачно, а вот дальше пошло сильнейшее напряжение. Мне приходилось сражаться, буквально, за каждую линию, и выводить ее с огромной концентрацией и усилием. Это все можно сравнить с тем, когда на твоем теле рисуют чертеж крупного здания в большой детализации, и при этом работа выполняется ножом.

Когда я вышел из комнаты, то тяжело дышал, и как назло, столкнулся с Анной.

– О, господи! – ахнула девушка, увидев меня.

– Красавец? – с улыбкой задал ей вопрос, и попытался бочком уйти в сторону ванны, но дверь, как назло, была закрыта.

– Ты подрался в Центре донорства крови, разбив образцы? Или кого-то расчленил, и сожрал у себя в комнате? – она слегка побледнела, но стала медленно подходить ко мне.

Я же принялся отходить, а она подходить… В итоге, я быстро был схвачен и отведен в лазарет.

Там, без лишних слов, наш штатный медик, которым подрабатывал один из гвардейцев, в отсутствии Макса, промыл мою спину и осмотрел раны. А раны были серьезными. Весь мой астральный рисунок сейчас живым шрамом отобразился на моей спине, и пропадет он нескоро. Из минусов, очень болит, и будет болеть долго, а еще кровоточит, чем жутко бесит.

Бойцы, лежащие там, увидели мою спину. Они посмотрели с глубоким почтением на меня. Ведь их спины были чистыми, а по моей явно прошлись ножичком.

– Я тоже готов пройти по этому пути, – подошел ко мне Волк, который сообразил, что поставленные ему печати это не предел.

В доказательство своей решимости он стал расстегивать свою рубаху.

– Волчара, ты нормальный? Хочешь такую же спину, как у меня? – повернулся к нему боком, чтобы он внимательно рассмотрел.

А там дела очень плохи, не спать мне на спине ближайшее время.

– Скверно выглядит, – согласился он. – Можно мне две?

– Твою… – выругался. – Что же ты за человек? Ладно, договорились. Сделаю, когда дорастешь, в любом случае тебе еще рано.

Волк нахмурился, но спорить не стал. Он знает, что я врать не буду.

– Что требуется?

– Недели две на заживление, и много интенсивных тренировок или битв.

– На грани изнеможения? – хитро поинтересовался он, а бойцы, которые делали вид, что не подслушивают, вздрогнули.

– Ага!

– Понял…

На этом мы распрощались. Я пошел спать на животе, и радоваться через боль своему третьему рангу регенерации, размышляя, когда повешу четвертый и пятый.

Когда утром мне сообщили что Волк, вместе с шестеркой Истов, сейчас в моем подземелье истребляет тварей, я даже не удивился. Тот еще маньяк.

Я сидел в кабинете, когда в дверь постучали. Конечно же, благодаря Шнырьке, я уже увидел, кто это, поэтому просто кивнул.

– Входите!

Причём, я это сказал больше для двери-голема, которая ждала моего распоряжения. Кроме меня дверь в мой кабинет открывалась только Анне.

– Давай, заходи, – послышался голос Волка.

Он, как всегда, был нетерпелив, и небольшой щуплый парень влетел вперёд, судя по всему, после дружелюбного ускорения, которое ему придал Потапов.

– Ну, привет, Вася, – улыбнулся я, не вставая с кресла.

Я, по старой привычке, удобно закинул ноги на стол, и вставать совсем не собирался.

– Это беспредел! Меня похитили! Что здесь творится?! – парень, несмотря на странную для него ситуацию, попытался показать зубы.

Ну, уважаемо. А с другой стороны, этот паренек, выросший на улицах, удивительно, как с таким гонором дожил до своих двадцати трех лет. Обычно уличная шпана более приспособленная и в случае, если на них начинают давить, то они тут же сдуваются и начинают лебезить. А на этого парня не то, что давили, его просто поймали на одной из улиц Петербурга, посадили в дирижабль и привезли ко мне.

– Ещё раз говорю – привет, Вася! – широко улыбнулся я.

– Здравствуй… те, Ваше Благородие, – насупился парень, бросая взгляды то на меня, то на Волка, а затем на окна.

Он сейчас был похож на загнанного в угол зверька, который думал – укусить ли руку, что тянется к нему, или притвориться мертвым.

– Не узнаёшь? – еще раз улыбнулся я.

– Не-а… – начал парень, а потом его взор просветлел. – Ты тот барон, что надавал нам тумаков на Невском! Ты… Вы сильно изменились.

– Даже не представляешь, насколько, – рассмеялся я. – Но хвалю, что запомнил. Память на лица у тебя отличная. Хотя, учитывая твою так называемую работу, это неудивительно. Я – барон Александр Галактионов, глава Рода Галактионовых.

– Ну, – удивился Вася, когда понял, кто сидит перед ним, и немного осмелев, решил, что прямо сейчас его убивать не собираются. – К чему этот кипишь и беспредел?

– Помнишь, я тогда тебе сказал, что когда-нибудь возьму тебя на службу? Так вот, это время пришло.

– Речь тогда шла об услуге? – прищурился парень.

– Точно память хорошая! – улыбнулся я. – Ну, а я решил несколько расширить предложение, и позвать тебя на службу.

– Я… – Вася запнулся. – А где мы вообще находимся?

– А ты… – начал я, а потом посмотрел на Волка, который смущённо пожал плечами.

– Инструкции не было, поэтому на дирижабле мы ему надели мешок на голову, ну и привезли сюда.

Я невольно улыбнулся.

– Прости, мой начальник гвардии любит решать все вопросы максимально эффективно. И иногда эта самая эффективность граничит с жестокостью. Но пока мои приказы выполняются, это меня устраивает. Да и Волк же не садист у меня. Правда, Волк?

Волк усмехнулся.

– Смотря… к кому.

Я рассмеялся, и ткнул в него пальцем.

– Вот слушай Вася, с этим человеком лучше дружить!

Тот ошарашенно переводил глаза налево и направо, боясь лишний раз открыть рот.

– Ты в Иркутской области, Вася. В моей усадьбе. И ты мне нужен.

Вася хотел что-то сказать, но я предупреждающе поднял руку, что я ещё не закончил. Открыл стол, и положил перед ним пачку сотенных купюр, общим количеством в десять тысяч.

– Прежде, чем мы начнём разговор, эти деньги твои, Васек. Они останутся у тебя в любом случае, о чём бы мы не договорились. Еще с меня билет обратно в Питер, если ты не захочешь остаться со мной. Давай, смелее, бери. Они твои.

Парень нахмурился. Но деньги – это всегда деньги. А десять тысяч рублей – огромная сумма для обычного гопника.

Он подошёл, осторожно взял, быстро перелистал, понюхал, а затем помял купюры между пальцами. После чего на его лице расцвела неуверенная улыбка.

– С чего это такой подгон? – он сперва довольно улыбнулся, но затем тень страха пробежала по его лицу. – Если что, я не по тем делам! Я девочек люблю!

Тут я не выдержал, и заржал. За мной гулко рассмеялся Волк.

Смеялись мы минуты две. После чего уже Вася понял, что он лоханулся, и тоже стал несмело улыбаться.

– Десять тысяч за проститутку, не находишь, что многовато? Да и если заказывать кого-то из Питера, то я думаю, там бы нашёлся кто-то поинтереснее, чем такой дрищ, как ты, – отсмеявшись, сказал я.

Вася, похоже, немного обиделся.

– Почему это я дрищ?

Ну, собственно, я немного слукавил. Со стороны он выглядел немного худым, но жизнь на улицах не способствовала ожирению, в принципе, а его телу могли позавидовать профессиональные гимнасты. Ни одной капли жира, только мышцы и сила. А на лицо… Хрен знает, каким у него было лицо. Я ведь тоже по девушкам.

– Нет, Вася, меня интересует кое-что другое. А именно твой Дар Начертателя.

– Мой Дар? – похоже, Вася даже не расслышал второе слово, зацепившись за всем понятное «Дар».

– Ну да, – кивнул я. – Или ты не знаешь, что ты Одаренный?

– Я – Одарённый? – продолжал тупить Вася.

Я прекратил играть с ним в угадайку, и перешел к делу.

– Да, Вася. Ты не инициированный Одарённый, имеющий Дар Начертателя. Не могу сказать, что этот Дар редкий или супер мощный. Но вот конкретно у тебя есть в этом Даре один нюанс. И как раз он имеет для меня запредельную ценность. Переводя на человеческий язык, у тебя потрясающая «точность» этого Дара. В потенциале развития, конечно.

Вася стоял и хлопал глазами.

– Ты, наверное, ни хера не понял? – уточнил я.

– Не-а, – сказал Вася.

– Тогда давай по-другому. Насколько я знаю, ты не умеешь читать и писать, верно?

Тут Вася позволил себе улыбнуться.

– Да как-то не было времени посещать школу. Мне на жизнь зарабатывать нужно было, после того, как батя в армии сгинул. А мать в психушку попала. У меня на руках две сестрёнки остались.

– Да, я знаю. И сочувствую. Но скажи мне вот что, Вася. Как ты умудряешься так подделывать документы, что ни один эксперт в Империи их от настоящих не отличит?

Вася снова улыбнулся, на этот раз с легкой гордостью.

– Ну, когда от тебя зависит, заберет ли твоего кореша первый попавшийся фараон в каталажку, либо же я оформлю ему красивую ксиву, и он будет в безопасности, а мы с ним один кусок хлеба доедали, то тут волей-неволей постараешься.

– А ты знаешь, Вася, что при оформлении части особо важных документов используется магия? Так вот, твои подделки этой самой магией тоже обладают. И делаешь ты их без всякого обучения, на чистой интуиции.

– Нет, не знаю, откуда. Я просто… – он на секунду сбился, и растерянно поднял на меня глаза. – Я просто хотел сделать неотличимо, чтобы работало… и у меня получалось.

– Во-о-от, – протянул я. – В общем, долго рассусоливать не буду. Я хочу, чтобы ты на меня работал.

– Я? – удивился Вася, аккуратно берясь за карман, который оттопыривала десятка, делая шаг назад. – В чём подвох? Вы же сказали, что Дар не очень редкий, да и я о нем до прибытия сюда не знал. Я же, – тут он криво усмехнулся, – обычная шпана, и в свое время много дел натворил. Еще и десятку предлагаете.

Я улыбнулся. Знал бы он, что я только полтинник отдал через Анну организации, чтобы они собрали мне на него досье, а потом по моей отмашке упаковали и отправили ко мне на дирижабле.

А «срисовал» я его еще тогда на мосту, отметив интересный Дар, хотя думал применить его навыки, если у меня возникнут проблемы с документами на наследство. Но там обошлось, а сейчас закрутилось. Не знаю, зачем я попросил Анну изучить его более тщательно. Интуиция, наверное!

Я достал из ящика то самое дело, и бросил на стол, аккуратно постучав сверху ладонью.

– Да, вот здесь вся твоя жизнь, начиная с сознательного возраста. И да, я знаю, что ты натворил. Так вот, Василий Сорокин, погоняло «Крендель», родился двадцать три года назад. Имеет двух младших сестер. Сколотил небольшую банду, в основном специализируется на мошенничестве в подделке документов, иногда не пренебрегает грубой силой. Последнее получается не очень. Три раза попадал в каталажку за гоп-стоп, – я широко улыбнулся. – Не твоё это, Крендель, силовое решение вопроса. Не твоё! Но, в целом, банда работает на грани, не вызывая желания у полиции взяться за нее всерьез, тем не менее постоянно оставаясь на плаву. Это вкратце. А ещё я знаю, что четыре месяца назад ты заплатил семьсот тридцать два рубля в госпитале при приюте Святой Екатерины за операцию на глазах девочки, что спасло ей зрение. А девочка эта «случайно» оказалась сестрой одного из твоих подельников. Или вот три месяца назад. За свой счет организовал похороны для бабушки другого твоего кента, у которого она оставалась единственным родственником. Или вот, – я вздохнул. – Тут много таких заметок. Ты не такой плохой человек, Вася. И что самое главное лично для меня, ты заботишься о своих людях. Так вот, что касается тебя и твоего Дара – научим, покажем, расскажем. А что касается твоих людей, – я заглянул в дело. – С двумя своими младшими сестрами и костяком шайки и их близких, вас двадцать три человека, тех людей, о которых ты заботишься и ни за что бросишь. Верно?

– Верно, – согласно кивнул Вася. Сейчас он выглядел ошеломленным, даже рот открыл от удивления.

– Так вот, они тоже могут перебраться сюда. Будете работать вместе. И зарабатывать тоже вместе. А вот это, – я достал из ящика пачку, состоящую уже из двух сотенных купюр, – двадцать тысяч рублей, которые я передам тебе сразу же после твоего согласия и прибытия твоих товарищей. При том, что проживание и питание – за мой счёт. Считайте это авансом. Вы даже зарплату будете получать. Моя невеста ещё посчитает сколько, но поверь, Волк не даст мне соврать, она ещё никогда никого не обманывала, как и я. Ну что, Вася Сорокин, по рукам?

Я протянул ему руку, встав с кресла.

Крендель помялся. На лице у него пробежала гамма чувств, и он в конце концов протянул руку.

– По рукам! – сказал он. – Вы проводите меня на аэровокзал?

Он повернулся к Волку.

– Зачем это? – удивился я.

– Ну, у меня есть деньги, – он похлопал себя по карману. – Я полечу в Питер и заберу ребят. Куплю им билеты, и прилечу обратно.

– Подожди, – сказал я. – Когда ты сказал согласен, ты действительно согласен? Или это такая уловка, чтобы свалить с десяткой от меня? Скажи прямо, я тебе говорю – задерживать не буду. И отбирать деньги тоже не буду.

Вася насупился.

– Слово Кренделя известно всем. Если я сказал «да», то это так и есть.

– Тогда о чём ты переживаешь? С этого момента ты и твои друзья – мои люди. Эта десятка остаётся у тебя. А о них мы позаботимся, и купим всем билеты. Волк проведет тебя в твоё временное жилище, вернет телефон, и ты сможешь поговорить с ребятами. Подходит?

– Подходит, – кивнул он.

– Тогда свободен.

Он на секунду замялся.

– Не знаю, зачем это вам, Александр. Но я благодарен.

– Благодарен – это хорошо. А зачем ты мне – скоро узнаешь.

Он кивнул, и они с Волком вышли наружу.

Я поднял трубку.

– Петрович, как там дела?

Повезло мне со старым Истом. Ходить в Разломы он уже не мог, но вот хозяйственником оказался неоценимым. И бригаду добытчиков образовал. А так как он часто совал свой любопытный нос во всё, что происходит, то лучше надсмотрщика, чем он, трудно было представить.

– Всё отлично! Мы с Санычем как раз сейчас ходим и работу принимаем.

– С Санычем?

– Да, Сан Саныч. Толковый мужик! Не может без дела сидеть, как и я.

Я хмыкнул, поняв, что он говорит о старосте Чертыховки. Жителям его хутора нашлось много свободных домов в самой Галактионовке. Они остались здесь. Старый ветеран, я понял, что без дела не сидит. И хоть я им дал месяц на адаптацию, но, похоже, он уже нашел себе дело по душе.

– Ещё раз спрашиваю, Петрович. Вы точно справитесь, или мне строителей нанимать?

– Обижаете, ваш-бродие! – сделал обиженный голос старый Ист. – Мы, галактионовские, ребята рукастые! Да и у Саныча не из жопы руки растут. Сделаем в лучшем виде! А платить пришлым за обычный забор… Я считаю это перебором.

– Обычный забор? Ну смотри, – улыбнулся я. – Если что, с тебя за косяки спрашивать буду.

– Договорились! – без грамма сомнения ответил Петрович.

Я положил трубку. Шнырька показывал, что они сейчас стоят около расчищенного участка леса, на котором находятся несколько аккуратных квадратных ям под фундаменты.

За две ночи Красивая и её собратья, работая исключительно в ночное время, сперва убрали лес, аккуратно перетащив брёвна, обрезав ветки, и выкопали по моему плану фундаменты для будущих строений. Я задумал здесь организовать производственную зону. Есть очень много задумок, которые я предварительно согласовал с Анной на предмет воплощения в этом мире, и большинство из них она одобрила, скривившись лишь в процессе подсчитывания бюджета. Правда, ничего не вложив – ничего не получишь. Это я понимал прекрасно.

Как раз первое, что я планировал сделать – это был цех по работе с костью. Именно для этого я притащил из Питера Кренделя. Дело в том, что кости разломных тварей часто имели большую ценность, которая зависела от типа, размера и главное возраста тварей.

В костях собиралось очень много энергии. И именно из костей монстров проще всего было делать артефакты. Да, как правило они были одноразовыми или очень недолговечными. Но это то, с чего начинал работу любой артефактор. С помощью этого материала можно было очень быстро, и вполне качественно получить себе усиления. Кроме этого, перетерев кости в костную муку, из них варились чернила. Именно чернила использовались в артефакторике повсеместно. Ими наносились руны на любой материал, будь то легендарный мифрил, или кожа дракона.

Можно было пойти по простому пути, и просто сортировать кости по мощи, перемалывать в муку, а затем продавать. Но таких несколько мини-заводиков в округе уже существовало, чьи владельцы скупали тушки тварей у Истов. В этом случае, мы теряли дохрена добавочной стоимости. Мы же не сырьевой придаток столицы, не так ли? Нет, мы будем делать собственный качественный продукт. Возможно и в малых дозах, и в первую очередь для собственного потребления, но потом мы сможем заработать и на этом.

Две фуры рыбы, что добыл Один, закрыв Разлом, были первоначальным, так сказать, стратегическим запасом. Рыбки, несмотря на свой размер, были старыми, существовали достаточно давно, и в костях у них скопилось много энергии. А когда я увидел, что достал Один, так вообще присвистнул. Да, будучи там в Разломе, я не сильно приглядывался. Но на дне там существовали твари и побольше. В фуре-рефрижераторе лежали тушки, что я хотел предложить ресторанам. А второй был забит рыбными костяками. Не знаю, как Один это сделал. Точнее – кем он это сделал. Но костяки выглядели так, как будто были выварены и высушены длительное время назад, и абсолютно не воняли.

Талантливый у меня крысиный генерал!

А мужики в Галактионовке действительно рукастые. Обнести всю площадку забором – много ума не надо, но тем не менее. Бетон с магическими примесями подсказал, где купить, Смородин. Людей хватало, технику арендовали.

Анна попеняла на меня за ту территорию, которую я подготовил, предлагая обойтись именно тем, с чего я хотел начать – одним маленьким цехом. Но я был непреклонен. Если планировать промышленный район, то планировать его заранее. Со всеми коммуникациями, генеральным планом и понимаем – что и в какое время будет возведено.

В этом мне также помогли Смородины. Учитывая, сколько денег они от меня получили, наши отношения были, если не дружескими, то приятельскими. Кроме этого, на Урале они строили оборонный завод по имперскому заказу, так что лишних бригад у них не было, а помочь и подсказать они согласились даже без дополнительной платы, задав мне предварительно вопрос – не возьму ли я сына Смородина-старшего к себе в разломщики.

Нельзя сказать, что я удивился от такого вопроса. Слухи ходили, что в Центре Исты уже начали поговаривать обо мне, ведь шила в мешке не утаишь. Они видели, как плясало моё кольцо, как бывший дебошир и пьяница Астахов ходил снаряженный, как Абсолют, и кольцо его уже горело голубым цветом второго класса, а ведь на него уже почти все махнули рукой. Ну, а больше всех добивало народ, которые видели вчерашних ветеранов спецназа, что, начав совсем недавно, и которым было более тридцати лет, сейчас уже щеголяли шестыми и пятыми классами Истребителей. Да, наша быстрая пробежка по Разломам, до установки Печатей, прокачала, по местным меркам, чрезвычайно быстро.

В общем, я ответил Смородину, что пока у меня хватает собственных кандидатов. Но если я соберусь брать готовых Истов со стороны, то рассмотрю кандидатуру их сына/племянника. Этот ответ их устроил, и они с удовольствием принялись мне помогать.

Волк был весь в делах и заботах. Он наконец-то освоил выделенный ему кабинет начальника гвардии, и в первый раз, за долгое время, сидел за компьютером больше, чем гонял своих ребят.

По одиночке и группами к нему заходили гвардейцы, принося списки людей, которых они рекомендовали для набора.

Телефон у него «горел». Электронные письма разлетались налево-направо.

Поняв, что он зашивается, я на время прикомандировал к нему Жанну, которая более ловко владела навыками коммуникации.

Непрерывным потоком ко мне шли отчёты о перспективных людях, что были готовы присоединиться ко мне.

Честно говоря, начав их читать, я немного охренел. Нет, я понимал, что хочу набрать, в основном, «потерянных» для Империи людей, но всё же я предполагал, что понадобятся кое-какие траты. Так вот, в большинстве своём, людям не то, что не нужны были никакие деньги, они готовы были за счет собственных, будь то пенсий инвалидов, или скромных сбережений, прилететь в Галактионовку, чтобы быть при деле. Всё-таки я не ошибся. Такие люди, как бывшие коллеги Волка, чахнут на пенсии. И если им сделать хотя бы один намек на новый шанс, они обязательно им воспользуются.

Конечно, никаких сбережений я тратить им не позволил. Всё будет оплачено за мой счёт. Я ставил визы, а Волк начал процедуру по выдёргиванию нужных нам людей в Галактионовку.

По самым скромным прикидкам, у меня будет почти пятьсот человек. После небольшой работы по восстановлению, с привлечением Лекаря Макса, а может быть и даже Андросова, я смогу поставить в ближайшее время их под ружье. И ещё пару сотен, к сожалению, уже не способных сражаться, но имевших разные степени квалификации, так необходимых нам. Кроме исключительно боевых профессий, я увидел так много нужных нам технарей и тыловых специалистов, которые есть в каждом уважающем себя большом военном подразделении. Они не допустят хаоса в тот момент, когда любой живой организм (а армию и гвардию я считал живым организмом) начнет расти и развиваться.

Печати «легли», и уже даже без моей помощи ребята ходили в подземелье. Теперь у них была задача – вытащить трупы тварей наружу. Ледник под моим имением стал напоминать морг, в котором лежали замороженные трупы иномирных тварей. Ну, посмотрим к чему это всё приведёт.

Через три дня забот о поместье, за которые не забывал спускаться в подземелье, я наконец-то проснулся не от дикой боли из-за того, что повернулся на спину, а просто от солнышка и пения птичек.

Моя мощная печать также «легла».

Теперь можно было заниматься серьезными делами. Завершив утреннюю медитацию, я провёл бой с тенью, поняв, что у меня уже ничего не болит. Мои регенерационные свойства поднялись на невиданный для большинства местных уровень. Грубо говоря, человеку из простого оружия убить меня уже нельзя. Даже если я буду в жопу бухой, и забуду поставить доспех.

Интересно, выдержу ли я прямое попадание из танка. Дурная мысль пришла мне в голову, и я на секунду завис, обдумывая её.

– Командир! Тут…

– Вижу, – сказал я. – Спускаюсь.

Я положил трубку, и рядом возник рассерженный Шнырька.

– Алмаш-ш-шный потш-ш-ш! – выдал он своё наблюдение.

– Спасибо, что подтвердил это словами, – похлопал я его по мохнатой башке. – Так-то я, конечно, сразу его не разглядел.

– Осторош-ш-шно, Ш-ш-шандр! – серьёзно сказал мой теневой друг.

Я хмыкнул.

– С каких это пор ты начал заботиться о моей жизни? Раньше я за тобой такого не замечал.

– А раньш-ш-ше Ш-ш-шандр был молодетш-ш-ш. А сейчас немного потш-ш-ш! – выдал Шнырька, хихикнув, и быстро скрылся в тени, чтобы не получить подзатыльник.

Хотя, с другой стороны, правда в его словах была.

Я быстро оделся, и спустился вниз. Шнырька показывал, что вся моя гвардия, как один, влезла в доспехи, и готова по малейшей команде броситься в атаку. Тихо урчали заведенные «Буревестники», а стволы их орудий все были повернуты на одинокую фигуру высокого пожилого мужчины, который спокойно стоял перед моим порогом, и с большим интересом осматривался вокруг, потягивая через трубочку какую-то зеленоватую жидкость из спортивного стакана.

Алмазный Король прилетел один. Вертолёт «Чёрная Акула» высадил его за пределами зоны поражения Иерихона. А пятнадцать километров пожилой мужчина, по показаниям датчиков и Шнырьки, просто пробежал напрямик через лес, улыбаясь и разглядывая окружающие деревья, и глубоко вдыхая таежный воздух. Был, конечно, один нюанс – бежал он со скоростью сорок километров в час, и, кажется, он ещё не особо напрягался.

Сейчас же он стоял передо мной, и у него ни дыхание не было не сбито, ни лицо не раскраснелось. Попивал свой, наверняка, супер полезный смузи, и улыбался.

– Ну, здравствуй, Галактионов, – кивнул он мне вполне дружелюбно.

– Ну привет, Доброхотов.

– Так и будем на пороге разговаривать? В дом не позовёшь? – смешно наклонил он голову, и в один глоток допил оставшийся смузи. – У меня вот напиток закончился. А свою норму воды после пробежки я ещё не добрал. Тогда будь так добр, попроси кого-то принести мне водички.

И он с широкой улыбкой протянул мне стакан.

Я смотрел на него пристально секунд пять. Он не отрывал глаза и смотрел на меня. За его улыбкой и добродушным видом я видел силу, большую силу. В отличие от всех встреченных до этого людей, я не мог прочитать его полностью. Кажется, в первый раз я встретился лицом к лицу с одним из тех самых вершителей человеческих судеб, которые точно есть в каждом мире.

Я улыбнулся, отошел в сторону, и махнул рукой.

– Проходи, сам нальешь. Может, ты кофе будешь?

– Не откажусь, – сказал он.

– С сахаром? – уточнил я, когда он уже проходил мимо меня.

Тот на секунду притормозил, весело улыбнулся, и повернулся ко мне.

– Сахар и соль, уважаемый Александр, это белая смерть! Не рекомендую ими злоупотреблять.

Я не выдержал и рассмеялся.

– А водка и лес – зелёные друзья?

На секунду лицо герцога приняло недоуменное выражение, а потом он рассмеялся, оценив шутку.

– А вы юморист, барон! Впрочем, я это понял уже некоторое время назад. Показывайте, где у вас кухня…

– Госпожа Голдсмит, – слегка поклонился Доброхотов, заходя впереди меня на кухню.

Анна поперхнулась кофе, и её рука крепко сжала серебряный столовый нож, которым она сейчас намазывала масло на тосты.

– Господин Доброхотов, – тем не менее, она взяла себя в руки, увидев, что за ним зашёл я.

Блин, я спустился вниз, а Анну не предупредил. Но с другой стороны, её реакция меня порадовала. В обморок она не упала, истерику не устроила, да и потом повела себя правильно.

– Авдотья, – кивнула она служанке. – Пройди на кухню, и закрой за собой дверь. Попроси, чтобы сюда никто не заходил.

Сама же взяла себя в руки, быстро домазала тост, взяла кружку с кофе, тарелку с тостом, и прошла мимо меня, слегка улыбнувшись.

– Я поработаю у себя в кабинете, не буду вам мешать.

Я молча кивнул, а Доброхотов с улыбкой проводил Анну до выхода.

Я пристально наблюдал за его реакцией. И опять не смог понять, о чём он думал. Я привык, что на Анну бросали восторженные, а иногда и похотливые взгляды. Ну, мои гвардейцы привыкли, и лишнего себе не позволяли, но вот другие… Хотя Анна была хороша. В глазах же Доброхотова чего не было точно – так это сексуального интереса. Он ее рассматривал, как красивую марку или мёртвую бабочку. Ну, или фигуру противника на шахматной доске.

Я прошёл к кофейному аппарату, поставил две кружки, и сделал нам кофе. Доброхотов терпеливо молча дождался, пока я поставил две чашки перед нами. Я уселся не рядом с ним, а чуть подальше, чтобы у меня было, в случае чего, время на реакцию побольше. Не доверял я ему. Всё пытался понять, как он поступит. Интуиция подсказывала мне, что угрозы от него в настоящий момент нет, но кто его знает. С такими сильными людьми в этом мире я не встречался.

Я бы сказал, что мой отец Генри Годарт или герцог Хрулев были сравнимы с этим человеком по силе. Вот только… Не знаю, не сложил я еще свое мнение о нем. Слишком много неизвестных.

– С чем пожаловали? – перешел я сразу к делу.

– Мои источники донесли, что у вас недавно случилась серьёзная битва? – уточнил Доброхотов.

– Да, было такое, – пожал я плечом, прихлёбывая кофе. – И вы представляете, в этот раз были не ваши люди. Как странно!

Герцог улыбнулся.

– Александр, вы ещё очень молоды, и многого не понимаете. Когда вы доживете до моих лет, – тут он слегка сбился, а затем улыбнулся. – ЕСЛИ вы доживете до моих лет, то вы поймёте, что в какой-то момент человеку становится скучно, когда у него есть почти всё, что он захочет. Деньги на любые капризы. Власть для любого решения. Ему хочется чего-нибудь новенького.

– Например, вырезать всех на земле мелкого баронства? – уточнил я.

Доброхотов не выдержал и рассмеялся.

– Зачем же вы так, Александр? Вы можете рассказывать эти байки кому-то другому. Бедный, несчастный, захолустный барон. Такой образ вы для себя создали? Уверен, что у вас такая прекрасная невеста, и вы хорошо изучили меня. Вы достали всё, что только можно было из свободного доступа, а возможно даже намного больше. Это ведь так?

Я решил промолчать, и лишь пожал плечами.

– Ну, это риторический вопрос. Я и так это знаю. Так вот, тогда вы знаете, что иногда я вступаю в игру и выбираю себе достойного противника. Попинать ногами беспомощного и слабого? Да, иногда я это практикую, – развёл он руками, и продолжил как ни в чём не бывало. – Но это я делаю в спальне при наличии соответствующего настроения. Тебя я сначала прощупал, а затем заинтересовался. И заинтересовался не зря. Так кто были эти люди, Александр, которые напали на тебя?

– А вы с какой целью интересуетесь? – улыбнулся я.

– О, – снова засмеялся Доброхотов. – Вот почему у меня сложилось впечатление, что вы уже знакомы с уважаемой Сарой Абрамовной Голдсмит. Но я тебе отвечу. Меня интересует в этом один вопрос. Это была звезда Распутина, ведь так?

Я молча посмотрел ему в глаза. Если я и успел понять что-то за свою долгую жизнь, то есть на свете информация, которая бесценна, а есть информация, которая стоит денег. Я ещё не определился, насколько важна эта информация для Доброхотова, но помогать просто так я ему не буду.

Мы играли в гляделки несколько секунд. И я заметил, как у Доброхотова легонько дернулся левый глаз. Первая эмоция, которую я увидел. Похоже, что ему не нравится, как идет наш разговор.

– Хорошо, я приму твою игру, – вздохнул Доброхотов. – Я на девяносто девять процентов уверен, что я прав. Почему на девяносто девять? Да потому что я в себе уверен только на девяносто девять. Это была любимая пословица моей жены, которую убил верный пёс Распутина Любомир.

Лицо Доброхотова при этих словах осунулось, веселье покинуло его глаза, и я почувствовал, как вокруг начинает распространяться аура – аура неминуемой гибели для всех находящихся рядом.

– Командир, опасность! – это был Волк, который дежурил с ребятами снаружи, и такое возмущение в силе мог почувствовать.

Я потянулся к уху, и два раза стукнул пальцем, давая условный знак, что всё в порядке, внимательно слушая Доброхотова.

– Распутин решил, что может использовать меня в своих целях. Не буду скрывать, я с ним знаком. С ним трудно не познакомиться, ведя бизнес по всему миру. Так вот, он решил склонить меня на предательство интересов Империи. А когда я несколько раз отказался, он убил мою жену. Просто так! Он не шантажировал, не угрожал. Для себя он понял, что я не поменяю мнение. Он сделал это просто… – Доброхотов на секунду скривился, – Просто, потому что захотел, а еще, чтобы сделать мне больно. И ему это удалось.

Он снова замолчал. Я не торопился, видя, что он до конца еще не выговорился, потихоньку отхлёбывая кофе.

– С тех пор прошло много лет. У меня появились новые жёны, и много детей, – продолжал спокойно рассказывать герцог, глядя куда-то в пространство. – Ведь Род превыше всего, не так ли? И в нём не должно быть места чувствам. Но именно это чувство я не забуду никогда, и я буду мстить. И да, – он, наконец, тряхнул головой, и сфокусировал взгляд на мне. – Я бы хотел бы узнать, как вы нашли его логово? Ведь даже через услуги, несомненно, известной тебе Организации, которую я вполне мог, как ты понимаешь, оплатить, не удалось получить эту информацию. Они отказали мне без разговоров. Своими же силами я понял только направление – Китайская Империя. А вот где конкретно, – он снова внимательно посмотрел на меня, – я хочу узнать у тебя.

– С чего ты решил, что я владею такой информацией? – скрывая улыбку, спрашиваю у него.

– Слухи? Догадки? Чуйка? Наводка? Выбирай, что хочешь… Если мало, то еще с десяток вариантов накину. Главное, что я достоверно знаю, что ты владеешь такой информацией, или очень близко подобрался.

Нужно будет проверить своих людей через Шнырьку, уж слишком лихо он все понял. С другой стороны, слухи – действительно страшная вещь.

– Предположим, что у меня есть такая информация, – сказал я, и не смог сдержать при этом улыбку.

На самом деле найти логово Распутина было тем ещё квестом. С захваченными диверсантами была интересная ситуация. Используя все доступные средства для допроса, я потерял четверых из них, прежде, чем они сказали что-то внятное. У них сработал блок, когда они не в силах терпеть боль, попытались раскрыть мне место расположения цитадели Распутина.

И что самое интересно, блок был поставлен не на разум, не на тело, которое можно было на время допроса изолировать, а именно на душу – то, о чём понятия не имели большинство местных Одарённых. Правда, кроме тех, кто сотворил это с бойцами. Владел ли сам Распутин этим Даром, или у него были нанятые специалисты – вопрос пока оставался открытым.

В конце концов я разобрался, и двух оставшихся пленных «препарировал» очень осторожно. Одного из них я всё-таки потерял. А вот душу последнего я захватил. Проще всего было забрать его внутрь себя и подержать, пока он не приведёт к нужному месту. Но табу на поглощение человеческих душ было слишком сильным, и я просто не смог позволить себе совершить это. Зато я забрал его душу в драгоценный камень. Да, так можно было. Один из алмазов, похищенных у Доброхотова, вполне подошёл. Это было временное убежище всего на несколько часов, прежде, чем кристалл разрушится, но мне этого хватило, чтобы как натуральный путеводный камень он привёл меня и душу Теневого Дракона в нужное место.

Я в очередной раз скривился, пожалев об истраченной душе, ведь я планировал держать Дракона в себе до того момента, когда смогу призвать его во плоти. Один такой дракон мог уничтожить целую армию. Я же использовал, фактически, его духовную часть в Тени. Именно оттуда я его отпустил, не использовав весь его потенциал. Надеюсь, со вторым драконом я когда-нибудь устрою своим врагам настоящий армагеддон.

– История трогательная, без сарказма, – покачал головой я. – Я понимаю вашу боль и жажду мести, но учитывая некоторые нюансы нашего предыдущего общения, я совсем не горю желанием помогать вам, – я на секундочку сделал паузу, – бесплатно.

На лицо Доброхотова вернулась улыбка.

– На это я и рассчитывал. Враг моего врага – мой друг. Верно?

– Плохая поговорка, – покачал головой я. – Меньше всего я хотел бы, чтобы вы были моим другом.

– Это ты зря. Я мог бы быть хорошим другом. Нужным и преданным, – хмыкнул он. – Если бы не одно «но». Я в принципе не завожу друзей. Никогда. Ну ладно, вернёмся к нашему делу. Он снял со спины тонкий беговой рюкзак, достал из него папку, и бросил передо мной.

– Что это? – спросил я, не делая даже попытки до неё дотронуться.

Просканировал аурой. Это были обычные документы с частичками магии, которая стоит на государственных печатях. Ничего опасного.

– Это документы на право собственности на две оставшихся земли твоего баронства.

– Они принадлежали вам? – тут я, нельзя сказать, что удивился, но это было довольно неожиданно.

Анна, по моему поручению, распутывала клубок собственников, но там настолько все было запутанно, что конечного бенефициара она так и не нашла.

– Лучше скажем так – он принадлежал моей корпорации. Так вот, кроме этих земель… Открой десятую страницу, не стесняйся.

Я сделал то, что он просил, и пробежался глазами по тексту. Отчёт от геологии и геодезии, несколько выводов.

– Месторождение изумрудов? – спросил я.

– Именно так. Я как раз собирался приступить к его разработке, когда внезапно Род Галактионовых начал возрождаться, – он позволил себе ещё одну улыбку.

– Почему же это месторождение не нашли мои предки? – нахмурился я.

Герцог рассмеялся.

– При всём уважении к твоим благородным предкам, но я хорош в своём деле. У меня есть такие специалисты, которые найдут золото там, где пройдут все остальные, и ничего не почувствуют. Считай это моей суперспособностью. Поверь, это месторождение там есть. Так вот, я возвращаю тебе эти земли с наводкой на рудник. А в ответ прошу лишь информацию о местонахождении замка Распутиных.

– Насколько велика эта жила? – раз Доброхотов сегодня такой добрый, то я не против получить больше информации.

– Не знаю, – пожимает он плечами – Изыскания показывали, что в перспективе это или большая жила, или пустышка. Слишком много нюансов, а как я сказал, руки у меня до нее еще не дошли.

А вот тут уже интересно. Уверенности у него аж на все 99.99 нет.

Я открыл рот, но потом вспомнил, с кем общаюсь.

– Мне нужно полчаса на проверку, – сказал я и, не дожидаясь его разрешения, встал, подхватив папку. – Кофе есть в кофемашине. Свежие тосты, масло…

– Я не ем ни хлеб, ни масло, – зачем-то выдал мне ненужную информацию Доброхотов.

Но я уже его не слушал, а поднялся наверх к Анне. Ей хватило пятнадцати минут. Оказывается, Доброхотов уже переоформил на меня право собственности. Или ему хватало уверенности в своих 99 % в том, что он был прав. Или всё-таки в себе он был уверен на 100. А ещё меня неприятно покоробило то, что он смог предугадать мою реакцию. Обмен был более, чем щедрым, с его стороны, и всё он просчитал правильно. И как бы мне не хотелось доставить ему какие-то неприятности, всё-таки в этой сделке для меня было гораздо больше выгоды.

Я спустился вниз, уселся перед ним, и посмотрел ему прямо в глаза.

– Я дам вам координаты, но с одним условием. Когда вы будете готовы туда наведаться, вы поставите меня об этом в известность. Примерно за неделю. Договорились?

Алмазный улыбнулся.

– Не принимается, – сказал он.

Ну, а на что я еще мог надеяться? Это же Доброхотов, и он понял, что координаты получит в любом случае.

Я нажал на кнопку телефона. Мобильник герцога пиликнул.

Он достал телефон, на котором были координаты, и несколько фотографий из внутреннего двора Распутиных.

Доброхотов улыбнулся еще шире.

– Спасибо. Теперь я откланяюсь, с твоего позволения.

– Да, конечно, – кивнул я.

Герцог проследовал наружу. Когда уже спустился по ступенькам, притормозил, улыбнувшись.

– А, ты же хотел, чтобы я тебя за неделю предупредил? Так вот, я предупреждаю.

– О чём? – не сразу я понял.

Вот глядя на него, сомневаюсь, что он вдруг решил поменять свое мнение.

– Скажу так. В течение месяца у Распутиных не останется дома, – улыбнулся он.

На этих словах он развернулся, и покинул меня.

Герцог пару раз повёл плечами, расправляя мышцы, глубоко вздохнул воздух, улыбнулся, и стартанул с места быстрым бегом.

Я посмотрел на него. Походу, сейчас скорость его передвижения – километров 60. Это не человек, это чёртов мутант какой-то!

И да, кажется, он физически не мог прекратить играть. Выдал мне информацию, и теперь будет следить, что я буду делать. Что ж, есть у меня парочка идей…

Через еще три дня мой класс Истребителя вплотную приблизился к первому классу. Кольцо горело ярким голубым цветом, при том, что я два раза прерывался на 12 часов, дабы поработать с печатями. Печать Регенерации я пока не трогал, она меня полностью устраивала, да и не смог бы я пережить установку 4-го ранга.

Оставался открытым вопрос – что будет, если меч воткнется мне в шею, сердце, или отрубит голову. Пока этого не стоило допускать. На это нужно приложить слишком много усилий, чтобы пробить мой духовный доспех. Однако и такое может случиться. Поэтому я рискнул, и поставил Печать Усиления Тела, вплетя туда нити жизнестойкости.

Почему рискнул? Да потому что такая быстрая работа с печатями может нарушить эфирный баланс тонкого тела. Если бы не мой опыт и умения, то так бы оно и случилось. Но теперь от меня зависело слишком много людских судеб, чтобы я мог позволить себе бесславно сдохнуть.

Для проверки я сбросил доспех, и Волк без раздумий ткнул меня мечом в живот. Вот только меч соскользнул в сторону, не причинив мне никакого вреда. Да, это было что-то вроде укрепления кожи, если простыми словами. Работало оно на внутренней энергии. Теперь мой энергобаланс стал минусовым. Если раньше я, отдохнув, мог накопить немного энергии, то сейчас при работе Печати энергия уходила в минус. В дальнейшем это можно будет нивелировать, усилив Печать Энергии и поставив ещё парочку дополнительных. Но это будет потом. Пока что желеек у меня было более, чем достаточно.

Большинство Разломов в подвале было низшего ранга. Хотя и было несколько высокого. Именно из голубых Разломов, убив в одном из них гигантских черепах, а во втором энергетических мышей-вампиров – тупых безмозглых летающих, мне попались голубые желейки, с помощью которых я смог осуществить свою манипуляцию с печатями.

Чем ниже я спускался, тем сильнее Разломы становились. Было такое впечатление, что они как будто «дозревали» здесь в течение длительного времени. Ну, а как могло быть такое совпадение? Насколько я помню, такой теории не существовало. Люди предполагали, что такое может произойти внутри Эпицентра. Но туда пробраться было слишком сложно, чтобы учёные получили подтверждение. И теория о том, что долго открытые Разломы сами по себе повышают ранг – имела права на жизнь.

– Сегодня мы дальше не пойдём, – сказал я Георгию. – Да и вообще… забег окончен. Отдыхайте.

– Принято, – кивнул он.

Ребята тоже закивали, ощутимо расслабившись. Всё произошло слишком быстро. Сегодня я проснулся в хорошем настроении, по быстрому собрал своих разломщиков и потащил их в подвал проверять себя после освоения печати регенерации. Тут ведь дело было не только в том, чтобы ее поставить, но и глянуть, как она на них ляжет. Бывали случаи, когда все шло не так, как надо. Человек выкладывался по полной, но печать «сквозила» местами. Таких Охотников одно время считали бракованными, но за прошедшие века наш Орден смог понять, как исправлять эти косяки. Наши братья научились исправлять, как свои, так и чужие поставленные печати, если они были свежими, и еще впивались в астральное тело человека. Я был одним из тех, кто мог это сделать, а потому не боялся за своих. Но оказалось все отлично. Сандр – мастер не допустил ни одной ошибки, и теперь я могу смело гордиться собой.

– Маш-ш-ш-штер! – показал мне большой палец Шнырька.

Потом я поднялся к себе, и наконец-то отдохнул после тяжелого, но веселого дня. Ну, как отдохнул? Немного прикорнул после обеда, восстановив свою силу и энергию.

Проснувшись, я поднялся с кровати, потянулся, и подошел к зеркалу. Улыбнулся, глядя на себя. Все эти печати никак не отразились на моем внешнем виде. Но те из людей, кто сможет заглянуть внутрь меня – удивятся, сильно удивятся!

Сзади открылась дверь, и ойкнула Анна, быстро прикрыв её за собой. Из-за двери раздался недовольный, но слегка возбуждённый голосок.

– Мог бы и сказать, что ты стоишь совсем голый, и любуешься, глядя на себя в зеркало, – она секунду помолчала, а затем добавила. – Как сказала бы моя бабушка, там-таки есть чем любоваться?

Я не выдержал и рассмеялся, натягивая трусы.

– Заходи уже, моя маленькая ехидна. Твой принц оделся.

Она заскочила, и первым делом, крепко меня поцеловала.

– Собирайся, – сказал я. – Одевайся красиво, и захвати приглашения на свадьбу.

– Откуда ты знаешь, что они у меня уже есть? – улыбнулась Анна.

– От верблюда, – хмыкнул я. – Они реально понадобятся. Нужно решить пару дел, и заодно раздать приглашения.

– Что за дела? И кому раздать? – поинтересовалась Анна.

– Ну, как ты поняла, я немножко подкачался. Вот только один в поле не воин, – я несколько сбился, и улыбнулся. – По крайней мере, в этом мире. Кажется, хватит мне бегать от союзов. Пора их заключить. А в качестве доброй воли мы раздадим им приглашения.

– Им – это кому? – всё ещё продолжала выпытывать у меня подробности Анна.

– Как кому… Андрюхе и Свете.

Анна доброжелательно кивнула головой. Я продолжил…

– Долгоруковым, Хельге. Ну, и Катерине Андросовой.

Анна замерла и нахмурилась, но потом торжествующее улыбнулась.

– Ты чего, милая?

– Я хочу на это посмотреть. Я очень хочу на это посмотреть!!!

И прежде, чем я успел уточнить, что она имела ввиду, быстро чмокнула меня в щёку, и убежала прочь.

Чего это она?

Собственно, ресторан «Прибайкалье», что располагался в живописном месте на окраине Иркутска, славился своей кухней и красивым интерьером. А ещё туда единовременно могло поместиться около двухсот человек. Анна решила, что таким количеством приглашённых на свадьбу мы и обойдемся. Со скрипом, но обойдемся. Притом, что мне особо приглашать было некого. Сегодня мы встречались с теми, кого мы обязаны были пригласить. Нас ждали княжич Андросов с княгиней Морозовой, княжна Долгорукова с братом Сергеем, что задержался в Иркутске после «японского» путешествия, Хельга и Катерина Андросова.

Я никогда не любил тянуть кота за хвост, поэтому стоило нам усесться за стол, я тут же с радостным видом объявил.

– Приглашаю Вас на нашу свадьбу, которая состоится… – тут я сбился, и повернулся к Анне. – Когда она состоится?

Анна нахмурилась.

– Ну, мы, собственно, приехали сюда именно для того, чтобы согласовать время.

– А, ну да, – сказал я. – Которая состоится, – опять начал я, – достаточно скоро в этом прекрасном заведении.

Я достал из кармана заранее приготовленные красивые приглашения, на которых на дорогой белой бумаге была вытеснена морда медоеда, и красивым почерком было написано приглашение, и положил перед гостями.

– Поздравляю! – с некоторой задержкой посыпалось от наших гостей-друзей.

И это «поздравляю» выглядело уж очень сильно по-разному.

Андросов и Морозова сказали это искренне. Морозова даже захлопала в ладоши, а через некоторое время, постаравшись сделать это незаметно, ткнула локтем жениха, и одарила таким взглядом, что я подозреваю – бедного Андрюху ждёт разговор на тему «Все вокруг женятся, кроме нас». Сам виноват – нехрен было тянуть, тем более с такой активной невестой.

Мария Долгорукова произнесла поздравление с некоторой задержкой и задумчивостью, и странной улыбкой на лице, как будто она что-то задумала. Её брат Сергей был более искренним. Хотя от меня не ускользнул его насмешливый взгляд, брошенный на младшую сестрёнку.

Катя Андросова почему-то не улыбалась. После традиционного «Поздравляю», она покачала головой, и выдала что-то вроде: «Ну, Галактионов! Ну, подожди!». Это не звучало как угроза, нет. Это звучало, как предупреждение. Я не удержался и подмигнул ей, после чего девушка нахмурилась ещё больше, но потом всё-таки улыбнулась.

А вот Хельга как будто надела сверху ледяной наряд. Её и так бледное лицо побледнело еще больше. Голубые глаза засверкали, и неуловимо потянуло ледяным покровом. Но нужно сказать, что принцесса Северного Королевства научилась держать себя в руках, поэтому даже близко никакой угрозы не чувствовалось. Так, слегка «приоткрылась дверь сквозняком, и тут же захлопнулась». Девушка встала из-за стола, демонстративно посмотрела на часы, и произнесла.

– Извините, у меня срочные дела, о которых я совсем забыла. Прошу простить. Отдыхайте.

– Хельга! – окликнул я ее, когда она уже сделала два шага к выходу.

Она тут же повернулась, и взглянула на меня со странной смесью раздражения и надежды.

– Ты приглашение забыла.

– Ах да, приглашение, – недобро улыбнулась Хельга. Очень недобро!

Она подошла к столику, и аккуратно дотронулась пальчиком до красивой бумажки. Она внезапно пошла инеем, мгновенно превратилась в пластинку льда, и красиво хлопнула, рассыпавшись в пыль, а мелкие снежинки взлетели вверх, устроив салют.

– Я запомню, Галактионов, – она прикоснулась пальцем к своей платиновой голове. – Память у меня хорошая. Бумажка мне не нужна.

Повернулась и ушла. Похоже, все удивились. Сергей наклонился, и что-то прошептал на ухо Марии. Катерина смотрела вслед принцессе, а лицо у нее было озадаченным. Похоже, она решала в голове какое-то сложное уравнение.

Лишь Андросов с Морозовой улыбались.

– Покажи кольцо! – тут же сказала Света.

Анна с удовольствием протянула руку.

– У-у-у! Какое красивое!!! – протянула Света. – И какой хороший камень! Я даже не слышала о таком, а я все большие камни в мире знаю! – она посмотрела сперва на Анну, а затем и на меня. – Это что-то из свеже добытого?

– Типа того, – хмыкнул я. – Очень свеже добытого.

Собственно, дальше разговор постепенно переключился на нейтральные темы. Ребята рассказывали о последних событиях в их жизни. Морозовы и Андросовы прислали сюда нехилое подкрепление. Усадьба Андросовых начала отстраиваться. Конечно же, главы Родов попытались отозвать своих детей в столицу, но те оказались неуступчивыми.

Катерине предложили имперский контракт в африканский Эпицентр. Подробности она не рассказывала. Также она не говорила о своём согласии. Просто сказала, что она еще раздумывает в данный момент. Да и последствия расширения Эпицентра полностью еще не ликвидированы.

А вот у Долгорукова-младшего был серьезный разговор ко мне – своего рода деловое предложение. Учитывая специфику деятельности Рода, их интересовали некоторые компоненты, точнее, части тел разломных монстров. Они уже знали о Разломах под моим замком. Подняв старые записи, они примерно понимали, какие твари были у Галактионовых.

Так вот, к примеру, части панцирей здоровенных жуков или кожа некоторых других тварей – очень сильно требовались при производстве брони. Эмиссары Долгоруковых давно наводили контакты с местными картелями добытчиков и вольных Истов. Но, судя по всему, Империя готовилась к новой тяжёлой войне и государственные заказы, размещенные на заводах Долгоруковых, требовали всё больше и больше ценных и редких ингредиентов, которых кроме, как внутри Разломов у тварей, найти было невозможно.

Вот только цены, которые он предложил, были совсем не гуманными. Собственно, он предлагал мне не заморачиваться, и просто скупать готовые туши без разделки. Дальше они всё сделают сами. Потому что, как он сказал дословно, даже первичная обработка ингредиентов для брони требовала фабричного оборудования и длительной далеко не однодневной технологии.

Я пообещал подумать, и задал животрепещущий вопрос о возможных союзах между Родами. Ребята посерьезнели, и сказали, что у них нет полномочий решать подобные вопросы, но они обязательно передадут родителям, что «Галактионов созрел». Эту фразу произнес Андросов, и после неё мне резко захотелось передумать, но я запихнул независимого Сандра глубоко в себя, и сдержанно поблагодарил. Род превыше всего? Звучит неприятно, но понятно.

В конце вечера мы разошлись, довольные друг другом. Ну, лично я был доволен. Взгляды, которые на меня бросали Долгорукова и Андросова, всё-таки меня напрягали. Однако я забыл об этих взглядах, когда Анна крепко прижалась ко мне, сидя на заднем сидении «Буревестника», и ласково прошептала на ухо.

– Саша, я тебе уже говорила, как сильно тебя люблю?

Зайка моя. Сразу все другие взгляды вылетели у меня из головы, и мы доехали до дома, крепко обнявшись. Анна вскоре задремала на моем плече.

На следующий день, в кои-то веки, я решил подольше поспать. Вчера хорошо посидели, во всех смыслах этого слова – и ресторан нормальный выбрали, и собеседники умные попались. И красивые, ага.

В общем, именно слова Долгорукова о сотрудничестве навели меня на одну мысль, которая не давала мне покоя, пока я ложился спать, и когда проснулся сегодня утром. У меня была размечена производственная зона, и в принципе, были деньги на строительство нужных помещений.

Вот только прав был Сергей – по прошлому миру я знал, что для обработки той же кожи тварей требовалась либо сильная магия, либо особая технология, когда, к примеру, шкуры очищались, замачивались в разных ингредиентах, и только после длительной обработки поступали в цеха, где сама броня изготавливалась. Тут была фишка в том, чтобы убить запах тварей. Ведь если кого и не любили разломные твари больше нас людей, так это других тварей. Зайдя в плохо обработанной броне, человек рисковал, что на него сбегутся все тварюги в округе, и завалят его своей массой. Да и вообще, части тела монстров здорово фонили, если плохо зачистить, и это не добавляло удобства на поле боя, когда тебя так легко можно обнаружить. Именно поэтому небольшие кустарные производства продавали такое снаряжение, которое требовало обязательной проверки. И не зря Долгоруковы гордились своими производствами.

Я потянулся к планшету, и начал листать Разломы.

– Я помню, он должен быть. Точно был… Ага, вот он! – я ткнул в нужный мне Разлом, где было написано – «Забронировано! Группа Вольных Истребителей. Лидер группы: сэр Стивен Вольт».

Невольно покачал головой. Кого здесь только не увидишь. С другой стороны, хотя большинство западных Истов стремилось в Африку, где Эпицентр находился фактически в Сахаре на ничейной территории, то по межправительственному соглашению многие приезжали в Иркутск. Ист – он и в Африке Ист, и в Сибири. Ага, их никогда не бывает слишком много.

Посмотрел, что забронирован он был три дня назад, и на четыре дня бронь еще распространялась. Подождать, вдруг не закроют? Это не наш метод.

Достал телефон, и набрал номер сэра Вольта.

– Здравствуйте! Беспокоит Истребитель второго класса Александр Галактионов, – я сразу перешёл на английский.

– Какая честь для меня! – раздался голос. – Конечно же, я знаю о вас, Александр Галактионов. Хочу сделать комплимент – ваш английский безупречен!

– Спасибо, знаю, – сказал я. – Я по делу. Я хочу, чтобы вы уступили право на Разлом по координатам… – я повторил координаты. – Мне.

– При всём уважении, зачем мне это делать? – удивился англичанин.

– Потому что этот Разлом мне очень нужен. Это же очевидно, – хмыкнул я.

– Дело в том, что этот Разлом и нам нужен, – очень вежливо возразил сэр Вольт. – Я собрал рейд специально под него. Находящиеся под моим командованием сейчас люди – идеальные кандидаты для прохождения этого Разлома.

– Я готов перекупить ваш Разлом. Готов предложить вам двадцать тысяч.

– Двадцать тысяч? – задумался сэр Вольт. – Это большие деньги.

– Вот и я о том. По рукам?

– Дело в том, что деньги меня, конечно, интересуют, но по моим прикидкам из Разлома мы должны вынести материалов на… – на секунду голос приутих, как будто на что-то отвлёкся. Зашуршала бумага. – На пятьдесят три тысячи семьсот сорок два рубля.

Я вздохнул.

– Готов предложить тридцать тысяч, и вам никуда не нужно будет идти.

– Всё ещё нет, барон. Извините.

– Хорошо, может быть, я не с того начал? – сказал я. – Скажите мне вашу цену, и возможно мы договоримся.

– Дайте мне пятнадцать минут, я посоветуюсь со своими людьми.

– Хорошо, я жду.

Положил трубку, и спустился вниз позавтракать.

Собственно, у меня промелькнула мысль о том, чтобы просто собраться, полететь и закрыть Разлом. Да, мне за это, в принципе, ничего не будет. Ну, пожурят меня в Центре. И даже неустойку какую-нибудь выпишут. Но она будет в размере тысячи-двух. Ах да, ещё репутацию понизят.

Но учитывая мою нынешнюю репутацию, сложно её сильно подкосить. Да и опять же, учитывая мою репутацию, может и вообще на тормозах все спустят.

Но вот было во мне уважение к собратьям по цеху. Шло это из прошлого мира – когда Охотник брал контракт, упаси боже, в дело вмешаться другому Охотнику! Он тут же будет вызван на ковёр в Крепость, и будет лет десять бегать без оплаты, работая за еду, и закрывая поручения Гильдии, а все вырученные средства будут идти исключительно ей в бюджет. Потому что эти правила писались кровью.

В прошлые времена, когда правила еще не были так строги, появившийся не вовремя собрат ломал все планы своему брату, и были случаи, когда гибли оба. Логика была простая – если Охотник подписал контракт, то он рассчитывает исключительно на свои силы. Нужна ему будет помощь – он попросит или наймёт товарищей. Нет – справится один. Но это его, и только его решение, и любой косяк, учитывая, какие иногда твари нам противостояли, любое мельчайшее изменение плана с третьей стороны подвергало его жизнь опасности.

Да, «отжать» Разлом – совсем не сравнится с контрактами из прошлой жизни, но… В общем, это было правильно, как бы мне не нужен был этот Разлом.

Я уже протирал свежеиспеченной белой булкой тарелку от жидкого яичного желтка, когда зазвонил мой телефон.

– Да?

– Мы можем договориться, барон Галактионов, на наших условиях.

– Слушаю вас внимательно.

– Мы отдаём вам этот Разлом, но вы идёте с нами в другой, по нашему выбору.

– Какой, конкретно, другой?

– Координаты… – назвал сэр Вольт.

Я тут же глянул в планшет, и улыбнулся. Ничего особенного, Разлом жёлтого ранга. А из всей группы, только у Вольта был третий класс, так что они просто хотят, чтобы я их пропаровозил – гарантированно получить больше денег.

– Вы нам нужны, как крепкий физик, которым, судя по слухам, вы являетесь. И ваша доля от добычи будет такая же, как у рядового члена. Вас устраивает?

– Вполне. Когда вы хотите пойти в тот Разлом?

Сэр Вольт задумался.

– Ну, под этот Разлом мне нужно несколько переформатировать мою группу. Дайте мне два-три дня.

Я улыбнулся, и хотел сказать, что не хрен там «форматировать», что я протащу по этому Разлому даже школьников с завязанными глазами, но потом решил не торопить события.

– Хорошо, жду от вас информацию.

Закрыл планшет.

Вышел на улицу, где меня уже дожидался Волк.

– Астахов по плану? – уточнил я. Так, на всякий случай. Я точно знал, что они по плану, утвержденному мной на неделю вперёд.

Разломщики пошли зачищать забронированные Гришей накануне Разломы.

– Так точно, – сказал он. – А у тебя что? Я вот гостей жду, – он посмотрел на часы, – Они уже через КПП проехали. Хочешь – тоже подожди.

– Ладно, подожду, – хмыкнул я.

Через несколько минут подъехал кортеж.

Передовой и замыкающей машинами были мои «Тигры», выкрашенные в чёрный цвет, а на дверях их искусно был нанесён серебряной краской герб Галактионовых. Чёрное с серебром смотрелось достаточно внушительно. А ещё было три автобуса, которые мы арендовали, чтобы довести нужных людей с аэровокзала.

В автобусах прибыло, судя по списку, 143 человека, что должны были пополнить ряды служащих моего Рода.

Двери открылись, и начали выходить люди. Я промолчал, но задумчиво почесал голову. Большинство из них выглядело не очень. Ну, собственно, подавляющему большинству из них было за пятьдесят. Хотя несколько крепких сорокалетних мужчин присутствовало. Но вот среди большинства наблюдалась острая нехватка частей тела. У кого-то не было ноги, у кого-то руки. Пара ветеранов были полностью безногие.

Также несколько человек были на колясках. Нет, я сам одобрил их всех. Но выглядели они… Вот тут бы моя мысль, что «выглядели они уныло» – не соответствовала действительности. Люди оживленно переговаривались, и с интересом осматривались по сторонам.

У всех в глазах горел какой-то внутренний огонь жажды деятельности и предвкушения. Глядя им в глаза, мгновенно забываешь о их физической неполноценности. Все, у кого я заглядывал в душу, видел перед собой несломленных людей, ограниченных сейчас физически, но всё ещё готовых действовать на благо человечества и нового Рода. И действовать, я вам скажу, чертовски эффективно. Хотя парочку не очень хороших людей, судя по всему, тоже было. Неужели умудрились засунуть засланных ко мне?

Раз я уже здесь задержался, то толкнул небольшую речь. К этому моменту вышла Анна. Я представил её, Волка. Тут же, пофыркивая двигателем, прилетел старый внедорожник Петровича, из которого вышел он вместе с Сан Санычем. Я про себя улыбнулся, и затрудняюсь даже сказать, кто из них ведущий, а кто ведомый. Они настолько подходили друг к другу, что за короткий промежуток времени с тех пор, как появились беженцы Чертыховки, они стали как единый целый организм, чертовски эффективный. Все хозяйственно-строительные дела были на них. Конечно же, они должны были на этом присутствовать.

В общем, я поблагодарил всех за приезд сюда, затем представил их непосредственных начальников, пожелал удачи и выразил надежду, что наше сотрудничество будет долгим и плодотворным. В конце я немного скривился, так как моя речь напоминала то ли речь депутата, то ли чиновника. Хотя Волк одобрительно кивал всё время, пока я говорил. А Анна осторожно сжала мне предплечье, показывая, что всё нормально.

– Разреши? – сказала она.

– Конечно же, милая, – с облегчением вздохнул я.

Не люблю я эти речи. Но зато теперь можно оставить их в надёжных руках.

– Москаленко ушёл с Астаховым?

– Конечно, – сказал Волк. – Тебе нужен водитель? Могу я.

– Да нет, – кивнул я на прибывших. – Тебе есть чем заняться. Думаю, я сам разберусь.

– Возьмёшь «Буревестник»?

– Не-а, «Тигр» подойдёт. Здесь недалеко, – я опасливо покосился на Анну. – А учитывая, сколько жрёт желеек «Буревестник», то я не хочу нервировать одну милую девушку.

– Ты нервируешь этим не только девушку, – нахмурился Волк.

Я не выдержал, и улыбнулся.

– Ну, твоего хомяка, конечно, никто не переборет.

Он нажал на кнопку.

– Фёдоров, возьми ещё двоих, и подготовьте «Тигр». Командир идёт в рейд. Заберёшь кого-то из питомцев?

Я на секунду задумался. Не нравилась мне Кара после того случая с белками. Нервная она стала, хотя и провела с Анной некоторое время в салоне красоты. Затупок и Дегенерат мне в том Разломе будут не нужны. Как, впрочем, и Один.

– Кстати, а где крысюк?

Просто я видел комья земли за ближайшей клумбой – это Дегенерат и Затупок что-то там копали. Подозреваю, что они пытались добраться до какого-то несчастного крота. Кара отдыхала наверху. Цербер спал в подвале. А вот Одина я нигде не видел.

– Да там же, где и всегда, – сказал Волк.

– Где это?

– На берегу Байкала. Он себе там полигон устроил.

– А, ты вроде что-то об этом говорил. И как он?

– Ну-у-у… Это эпическое зрелище!

Честно говоря, я не удержался. Когда загрузился в «Тигр», попросил ребят сделать крюк, чтобы посмотреть на это самое «эпическое зрелище».

Первое, что я увидел – это натуральный сад камней. Песочек на пляже был разровнён маленькими грабельками, а валуны стояли в каком-то сложном, но явно рукотворном узоре. Ну да, Бурбулис говорил мне, что Один освоил интернет, и полностью посвятил себя пути самурая и служению своему господину, то есть мне.

Так вот, Один сейчас сидел в позе лотоса, и на нём была очень интересная броня, сделанная из кусков брони белок, которые он вытащил из Разлома. А размерами мой крысюк-мутант превышал белок, поэтому их доспехи ему не очень подходили. Но совместив кожу и части доспеха, у него получилось что-то вроде восточной брони. И получилось очень неплохо.

Рядом в песок была воткнута аккуратно вырезанная из дерева катана. Всё-таки оружие белок было мелковато для него, и его так быстро не переделаешь. Я отметил себе в голове, что надо порадовать крысюка. И если сделать на заказ, то вполне ему подойдет в качестве меча. Кажется, это называлось «вакидзаси». А с другой стороны, я ни разу не видел, чтобы Один вступал в ближний бой – он слишком был умён для этого. Вот и сейчас тут и там возникали мелкие души, и вступали в противоборство друг с другом.

Я хотел было подойти к нему поближе, но потом решил понаблюдать со стороны. Я понял, что крыс экономил. Призывая душу, он заключал с ней контракт на служение, и не мог засунуть её обратно. А просто так тратить ресурс он не любил. Поэтому он призывал по одной-две твари, и отрабатывал всякие стратегические приёмы. К примеру, я увидел, что хорошо разогнанный и точно направленный одиночный дятел может срубить довольно толстую сосну. Не знаю, для чего это Одину, но он всё делает с какой-то задумкой. В общем, оставил я моего мохнатого самурая, а сам направился в Разлом.

Интересно, на какой Разлом я подписался, не глядя? Хотя плевать на все, главное, чтобы там не было этих долбаных белок! Блин… Поймал себя на мысли, что превращаюсь в Кару, по части её пламенной «любви» к белкам.

В последние дни голова моя нехило так стала трещать от возникших проблем. Вот, честное слово, я теперь хорошо понимаю всех тех купцов из прошлого мира – почему они требовали внимания и уважения к себе. Всегда удивлялся, почему тот, кто имеет в сотни раз меньше меня, так кичится передо мной своим богатством, не зная, что я Охотник, а потом, узнав эту информацию, сразу бледнеет и извиняется.

Была даже мысль, что это у них такая фишка, а теперь, кажется, до меня дошло. Те торгаши и промышленники прошли нелегкий путь к своему успеху. Слишком тяжело все дается, и если нет силы под рукой, то все твое богатство и успехи становятся уязвимыми.

Поэтому у меня появилась мысль создать свой бизнес, который мне просто необходим, в рамках диверсификации доходов. Деньги я могу и в Разломах добывать, что и делал все это время, на которые мы очень даже неплохо живем с Анной. Однако теперь в подчинении у меня много людей, которые хотят лучше жить и вкусно кушать. А для этого им нужна нормальная работа.

Я с Анной изучил этот вопрос. На практике, работу дает сам господин, на землях которого они живут. Бывает, когда не хватает работы или нет желания заниматься каким-то производством, то аристократ может договориться с другим аристократом, и отправить своих людей к тому на заработки. Ну, конечно, с согласия этих самых людей. Но я на такое пойти не могу из-за своей гордости – люди пришли ко мне, поверив в меня.

Сандр не может обеспечить своих людей? Да, нет… Бред.

И вот, думая о разных типах производств, я понимаю, насколько это все сложно. Я могу построить один заводик, но какой шанс, что его через месяц-другой не разгромит тот же Доброхотов, как я уже поступал с ним? А ведь его шахта охранялась очень недурно, но даже это не спасло ее.

Наладить свой бизнес с нуля – это сложная задача. Сколько вариантов я просматривал, но Анна все забраковала, указывая на то, что почти все ячейки уже заняты, а меня могут задавить, как конкурента.

Эх… Это она так думает, что невозможно никуда вклиниться, но очень ошибается. То, что она не видела, как я веду дела, не означает, что не умею, просто у меня свои методы.

У Охотников есть одна фишка. Мы тяжелые на подъем, но если за что-то беремся, то это часто перерастает в фанатичность.

Помню, один из Магистров тайно стал лучшим певцом Калдерона, выступая всегда в маске. Вот же был сюрприз для ревнивого аристократа, когда тот сказал, что его жена влюбилась в Филиппа Загадочного, и потому холодна к нему. И тогда он захотел убить этого певца. Не убил… Но маска была сорвана. Аристократ тогда побледнел и сильно испугался, а мы еще долго ржали, просматривая воспоминания Гавионтия.

Буквально перед выездом мне позвонил сэр Вольт и сказал, что готов. Он решил не откладывать, навел дополнительные справки и понял, что справится. Что ж, я был только «за», так что двинул к новому месту.

Подъехав к нужным координатам, я обнаружил, что прибыл первым, а ведь сэр Вольт показался мне очень ответственным человеком.

Выйдя из транспорта, я сразу отправил Шнырьку в Разлом. Сам пообщался со стоящими здесь военными, которые сообщили мне, что уже две группы пытались закрыть Разлом, но вернулись ни с чем. Зато они неплохо разведали его, и теперь следующие рейды, в том числе и мы, точно знают, что их ждет внутри.

А там все интересно вышло, как по мне. Этот Разлом имел градацию силы, которая была похожа на ступеньки. Первую линию Разлома занимают маленькие Минотавры, ростом под метр, вот с ними было легко. Дальше идут под два метра, их даже одна группа проскочила в поисках кристалла, думая, что это все. Но дальше живут уже по настоящему мощные Минотавры, под два с половиной метра ростом, и превосходящие раза в три по силе предыдущих.

Вот зачем им нужен был физик и Разлом этот обозначили, как «перспективный». Я проверил на сайте, он все это время был зарезервирован за другой группой, но, видимо, Вольт его выкупил. Однако, он точно верит в меня, вот что значит хорошая репутация.

Вольт прибыл через полчаса, и наверное минут пять извинялся. Оказалось, что с ними случилось страшное. По дороге они умудрились поломаться, и сразу двумя машинами. Им пришлось ждать, пока пригонят новый транспорт.

– АлександЭр! Вот ты когда-то видел на дороге яму, которая может сломать боевую технику?! – громко возмущался он, махая руками во все стороны. – Я тоже не видел до этого момента, и черт его побери, могу отдать все зубы своего отца, что этой яме можно присвоить степень угрозы красного Разлома!

– Полностью с тобой согласен. У нас здесь вообще много вещей, которые могут убить, – я сразу вспомнил свою жизнь в Пруссии, и сравнил ее с нынешней.

Различия были, но здесь все легко объяснить. К примеру, только недавно читал в новостях, что из одного Разлома, который не успели закрыть, выбежали животные, похожие на антилоп, и бросились на машины. Они посчитали их своими кровными врагами, облюбовали одну трассу, где и нападали на всех подряд, что проезжали мимо. Когда в городе постоянно открываются Разломы, и Эпицентр под боком, то не так легко держать все в идеальном состоянии.

Меня быстро ознакомили с планом, который был прост и понятен. Я впереди, они позади, я всех убиваю, они по мере своих сил помогают. Также произошло знакомство с командой.

Что я могу сказать о команде? Опытные Исты, из категории «всё ещё живых, поэтому осторожных».

Они предпочитают неделями готовиться к предстоящему Разлому, и идти только туда, где все понятно, и не будет никаких неприятных сюрпризов.

– Что-то он не выглядит сильным физиком, – хмыкнул Борислав, второй физик.

– Поверь мне, БОрис, он один из лучших, судя по количеству пройденных Разломов, – встал на мою защиту командир отряда.

– Не верю я всем этим бумажкам и характеристикам, может быстрый спарринг? – как я понял, он был против моего участия в этом деле.

– Перед Разломом? Не глупи, и не подрывай субординацию, – вмешалась Лиза Таврийская, молодая дворянка.

– Пффф… если он окажется слабаком, то и никакого Разлома не будет.

Эти пустые разговоры стали меня нервировать, и мне захотелось подойти и вмазать ему, вот только тогда он реально может выбыть из игры. Пришлось потерпеть еще некоторое время его бубнение, пока не вмешался командир, и не успокоил его всего парой слов – «Не нравится? Уходи…»

Видимо, он уже всех достал. Привык, что он в группе единственный физик, а теперь, получается, его заменили, и он воспринял это на свой счет… чертов неженка.

– Вольт, отойдем в сторону? – позвал я командира отряда отойти и поговорить.

– Слушаю, – сразу откликнулся он.

– Какая у вас задача? Ты мне так ничего не сказал, а мы уже стоим перед самим Разломом.

– Задача? Разве она не у всех одинаковая? Закрыть этот Разлом и собрать как можно больше трофеев, – пожал он плечами, и улыбнулся.

– Понял, – кивнул ему, и теперь знаю, как буду действовать.

Больше мне не было о чем говорить с ними. Я узнал все, что меня интересовало. Не нужно было беречь шкуры или рога, а также беспокоиться о сохранности местности, которую они могли захотеть продать. Им нужна была победа, а после нее будут собирать все, что найдут.

Меня, само собой, пустили первым и сказали, что зайдут через десять минут, как только я все разведаю, и там будет безопасно.

Ну, я и зашел. А что мне разведывать, если я и так знаю, что там и где. На меня никто не напал. Минотавры ростом метр с кепкой жили подальше от входа, и до них еще нужно дойти. Об этом Вольт должен был знать, но кажется, он очень сильный перестраховщик, раз не захотел сразу заходить.

Я не собирался здесь сидеть до утра, и хотел закончить побыстрее, ведь у меня есть Разлом, который я выменял у Вольта, и мне нужно, как можно быстрее его закрыть. Он станет отличным началом для моих планов.

Призвал тройку пещерных медведей и два десятка пещерных волков, которые тоже жили у меня под домом. Мишек отправил в лобовую, они должны очистить мне дорогу, и рвать всех подряд Минотавров. А вот волчары будут искать по окрестностям маленькие группы тварей, которых тоже нужно убить.

Не знаю, какой идиот решил, что здесь находится разломный кристалл, ведь его тут не было. Значит, до конца так никто и не дошел. А ведь предыдущая группа сообщила военным, что здесь есть кристалл.

Раздолбаи, блин…

Пока я шел вперед, на моем пути попадались одиночные подранки Минотавров, которых мне приходилось добивать. Мишки смогли завалить тридцать две особи до тех пор, пока их не убили, и те не растворились. А вот дальше все стало проще. Я призывал уже самих Минотавров, которые разбирались со своими собратьями.

Мой самый смелый в мире отряд прибыл только через полчаса, и даже слова не сказал за опоздание.

Слишком они осторожные, и ко мне, по факту, относятся, как к наемному новобранцу, которого не жалко. Но я на них за это не в обиде. Тот Разлом, что я получил, имеет просто колоссальную для меня ценность.

С отрядом, хотел бы я сказать, что дела по зачистке пошли быстрее, но нет… Все намного дольше вышло, и там, где я бы справился за часа два-три, мы потратили все девять часов, так как я постоянно возился с ними.

Особенно было смешно было наблюдать, как они на одном проходе могли торчать минут десять и исследовать его на наличие ловушек. Вот что значит опыт. Мой глаз уже точно знает, где есть ловушка, а где нет. Что примечательно, я ни одной ловушки не заметил, потому что их попросту не было. Хотя должен отметить, что действовали они эффективно. Пока мы с Бориславом сражались впереди, то дальники уничтожали существ издалека. Наша задача была не столько убить, столько задержать.

Понравилась мне одна девушка, которая имела интересный Дар. Она могла создавать энергетические иглы, которыми выстреливала, как из автомата. У нее Дар просто колоссальной силы, если его хорошо освоить.

Она не смогла создать себе даже слабенький доспех, но вот такие снаряды очень даже. Как я понял, ее считают в группе очень слабой, из-за ее низкого ранг. А как же иначе, если не можешь создать доспех, то ты еще мелочь и слабак. А то, что ее Дар просто не позволяет из за своей природы сделать такой доспех, как у всех, то это мелочи. Будь она из знатного рода, то думаю, нашли бы решение ее проблемы, будь то физическая броня или артефакт. А так быть ей изгоем, который имеет колоссальный потенциал. На всякий случай, я запомнил эту Валерию, и решил попросить у Анны нарыть на нее информацию.

Девять часов ушло только на то, чтобы добить последнего Минотавра, и получить приток энергии от Разлома.

Дальше было самое нудное для меня, и самое интересное для остальных. Они вышли из Разлома, и пошли доставать палатки. Теперь они останутся в этом Разломе на несколько дней, и будут его исследовать, чтобы поиметь с него, как можно больше. Ну, есть там две жилы, которые добывали Минотавры. То ли от жадности, то ли хрен знает от чего, но они не воспользовались бригадой добытчиков, решив сделать всё самостоятельно.

Я же сказал, что доверяю им всецело и полностью, и сообщил, что не останусь с ними, а подожду, пока они мне пришлют мою долю.

Тут же я получил почти от всех укоризненные взгляды, и мне сообщили, что моя доля в таком случае будет на пять процентов меньше, ведь я не буду работать физически! Идиоты! Я пожал плечами, и пошел садиться в свой «Буревестник», что за мое отсутствие сменил моего же «Тигра», чтобы не тратить драгоценное время.

Тем, кто сообщил мне о снижении моего процента, был Борислав. Почему парень с таким славным именем и такой мудак?

– Ш-ш-ш-абака! – вылез на мое плечо Шнырька, и протянул мне что-то в своей лапке.

Хм… Голубая желейка? Кажется, моего Шнырьку не устроила такая несправедливость, он расстроился за хозяина, и решил забрать то, что посчитал нужным.

Как я полагаю, эта желейка из головы того самого вожака Минотавров, который чуть не сожрал Борислава, и мне пришлось его убить, показав чуть больше силы, чем я рассчитывал.

Я покачал головой, и сказал малому.

– Спасибо, конечно, но отнеси на место. Может они поступили не очень хорошо, но Сандр не крыса, а стоимость этой желейки слишком велика. А мы дрались рядом, хоть они и… Короче, отнеси!

Шнырька странно на меня посмотрел, но молча исчез, выполняя приказ. И появился почти сразу, бросил мне под ноги какой-то предмет, и тут же исчез, чтобы я ему не помешал, буркнув в конце.

– Ш-ш-ш-шабаки долш-ш-шны быть накаш-ш-шаны!

Я подобрал позолоченный портсигар с гербом и надписями на английском. Похоже, какая-то родовая вещица сэра Волта. Ну, во-первых, курение вредит здоровью, а во-вторых, всё-таки он поступил нехорошо и мелочно, ну и в-третьих, не обижать же Шнырьку – у него очень обостренное чувство справедливости. И конечно клептоман, не без того.

Пока я сидел в машине и думал, как дальше поступить, зазвонил мой телефон.

– Можешь говорить, дорогой? Как все прошло? – это была Анна.

– Почти нормально, – решил рассказать ей о моей временной команде. – Если раньше в моей группе не страшились смерти, то эти даже царапин избегают. Поэтому все вышло дольше, чем я рассчитывал.

– Я уже начала переживать, почему так долго. Даже думала отправить за тобой наших Истов.

Разговор с Анной стер все неприятные моменты, и снова сделал этот день отличным. Вот поражаюсь ее суперспособности, она настолько светлый человек, что приносит в мою жизнь только положительные моменты.

Я ей, кстати, чтобы не откладывать на потом, сразу дал задание разузнать про Леру и про Борислава. Меня заинтересовало, почему он так агрессивно относится ко мне.

Она пообещала разузнать как можно быстрее, хоть я и говорил, что может не спешить. Еще сообщила, что меня ждут на моем строительстве. Они там уже завершили постройку забора и хотят, чтобы я принял работу, и раздал следующие приказы.

Пришлось возвращаться, а как же иначе? Люди там старались, да и весь день был почти угроблен. А в «мой» Разлом я уже точно не успею. Хотя мог бы постараться, но лучше отдохну и отправлюсь с новыми силами с самого утра.

Добравшись до Галактионовки, я ощутил радость, которую испускала Красивая. Все это время она ошивалась здесь под землей, и ночью, со своими детками, занималась улучшением ландшафта.

Я дал ей задачу перерыть всю землю, и извлечь из нее все лишнее, а то не знаю, что здесь может быть. Вдруг какая-то мина из древних времен или неучтенный Разлом под поверхностью. Будет стоять мое производство, и по нелепой случайности взлетит на воздух.

Да-да… Охотники если что-то делают, то основательно.

Забор действительно стоял на месте, как они и сказали. Не могу сказать, что он прямо защитит от чего-то мощного, но от чужаков, которые могут случайно забрести, вполне.

– Принимайте работу, ваш-бродие! – подбежал ко мне Петрович. – Знаю, что вышло немного быстрее, но вы не серчайте. Мы не халтурили, просто много рук в помощь пришло. Люд простой захотел вас отблагодарить, и не мог стоять в сторонке. Даже денег не просили, делали все на совесть.

– Здравствуй, Петрович! – поприветствовал его первым делом. – Вижу, что халтура это не к вам, – похвалил я его, и заодно успокоил.

За хорошую работу нужно хвалить, а эта работа была удовлетворительного качества.

– Фух! – выдохнул он. – Как гору с плеч чес…слово сняли, – на его лице сразу появилось облегчение.

– А где Саныч? Вы же вроде вдвоем здесь командовали.

– Так он пошел людям выставлять поляну… – ляпнул он и замялся, закрыв рот руками – То есть…

– Не парся, Петрович… Я знаю, что такое поляна, и знаю о ее важности. Дебоширить хоть не начнут, когда выпьют? – в голове сразу всплыли картинки из прошлой жизни, как бушевали Охотники после таких вот «полян», и улыбка сама собой растянулась на моем лице.

– Упаси господь, ваш-бродие! – перекрестился он. – Какой алкоголь? Он их просто накормит, и может нальет немного в качестве бонуса за помощь. Люди даже еще не успели обжиться и…

– Все, хватит! – остановил я его. – Не надо мне тут прописные истины рассказывать. Лучше слушай меня. Отправляйся к Санычу и скажи, чтобы заплатил людям. Передай, что я распорядился.

Петрович хотел что-то сказать, но по моему взгляду понял, что спорить бесполезно и, поклонившись, откланялся.

– Боец? – подошел к гвардейцу. – Все слышал?

– Так точно! – выпрямился он.

– Проследи, чтобы ему поверили, и если придется, подтверди мои слова.

– Понял!

И тоже убежал.

Знаю я деревенских, и как тут все делается. Саныч может не поверить, и ничего не даст людям, пока я лично не приду. А ведь люди старались, и я хочу их отблагодарить. Да и выгодно мне это. Сегодня он выдаст на всех, максимум, тысячи две рублей, может пять, а вот если бы обратился в строительную контору, там за такую работу взяли бы не меньше двадцатки или тридцатки.

Когда все вопросы были решены, и работа принята, я стоял перед полностью расчищенной площадкой с новеньким забором и воротами. Мыслей было полно, но вот почему-то не очень хороших.

Я знал, что для моего плана нужна земля под строительство, и вот я ее получил, все сделал, а теперь… Я понимаю, что это не то, что мне нужно.

На самом деле, я весь день думал об этом и понял, что Сандр поспешил. Я хотел сэкономить и сделать все побыстрее, а теперь понимаю, что эта экономия может стоить жизни моим людям.

Да, пусть это обычные работяги, не гвардейцы или мастеровые, но это мои люди, а я не привык терять то, что принадлежит мне.

Кажется, стоит все переиграть.

Взял телефон и набрал Анну, а затем Волка. Они двое были вызваны сюда. Пока их ждал, пошел к Красивой, проведать ее и дать новое задание. Она обосновалась тут недалеко, минут десять ходу, прямо в горе облюбовала небольшую пещерку. Меня это вполне устраивало, так как здесь ее не обнаружат, а людям и гвардейцам я запретил сюда заходить.

Быстрым шагом, переходящим иногда на бег, я добрался до ее временного жилища, и забежал внутрь. Ожидал увидеть множество голодных ртов и спартанские условия, где они ютились в тесноте, как раньше, но оказалось, что девочка выросла! И ее аппетиты тоже. Вместо маленькой пещерки меня встретила огромная пещера, где они свили себе гнезда, в которых и спали.

– У-и-и-и-и-и!!! – именно с таким радостным визгом она бросилась ко мне.

– Я тоже рад тебя видеть, Красотка!

Следующих полчаса ушло на поглаживание и расхваливание одной девушки, которая уж очень любит все эти нежности. А она передавала мне свои образы о проделанной работе, а еще о происшествиях. Таких было всего два. Первое – это из расщелины вылезла змеюка, которая хотела сожрать ее детей, а в итоге детки сожрали ее.

Она не зря все это время собирала, по моей инструкции, генный материал, усиливая себя и детей. Теперь даже от нее веет такой мощью, что я рад ее успехам. При этом внешне она не изменилась. Все, что она делала, работала на качество, не гробя эффективности своего маленького тела. А то встречал я таких громадин, что даже из норы не могли вылезти, и толку от них? Я помню, как показывал ей такой вариант, но она не захотела быть заложницей четырех стен.

А еще одно происшествие – это местная женщина в лесу собирала ягоды, и встретила одну из ее дочерей, которая тоже там собирала ветки и мох. Что примечательно, женщина испугалась, но кажется быстро смекнула, кто это может быть. Она быстро поклонилась, и указала на свой амулет, который висел у нее на шее. Этот амулет был очень старым. Таких сейчас не выпускают. На нем был изображен герб рода Галактионовых. Раньше такие раздавали всем людям, которые жили на землях моего Рода. Такой себе родовой паспорт.

Мой герб дитя Красивой узнала и ушла, хотя я и говорил никого здесь не трогать, максимум, взять в плен.

Нужно, наверное, опять начать печатать такие вот медальоны, и заряжать своей аурой, дабы мои питомцы могли понимать, где свои, а где чужие.

Сколько еще дел, блин…

– Ладно, с тобой тут классно, я все понял, – еще раз ее погладил. – Но я пришел не просто так. Ты у меня такая большая умница, что я припас для тебя особое задание, с которым можешь справиться только ты.

– Уи?! – заинтересовалась она, и стала кружить вокруг меня от нетерпения.

– Лови образ и запоминай, это будет непросто.

Это было непросто до такой степени, что на все про все у меня ушел час. Я даже не брал трубку от Анны, и лишь написал, чтобы меня ждали.

Однако это время не было потрачено зря. Я бы даже сказал, что это… Очень символичное деяние, после которого мне нужно было пять минут посидеть в тишине и подумать, что я и сделал. Сразу после того, как нанёс Главную Руну. Эта Руну знали все Охотники с самого детства. Она не несла никаких хитрых смыслов, и не была предназначена ни для чего, кроме одного – это была своего рода «метка». Она обозначала буквально следующее. «ЭТО ПРИНАДЛЕЖИТ ОХОТНИКУ» Обычно этого хватало, что всё живое обходило стороной место с такой «меткой».

Сделал я это не просто так.

Теперь в этом мире появится точная копия Седьмой Горной Крепости Охотников по производству артефактов. Этот замок отлично подойдет, как вместилище заводов, и будет укрыт горой. Никакая артиллерия не сможет пробить толщу. Кроме того, если я нанесу еще руны и всю многоуровневую защиту, то… Страшно представить, насколько ценным может стать это место. А если задуматься чуть сильнее, то зачем нас заставляли еще в ученичестве досконально заучивать все самые важные строения Ордена?

Поговорив с Красивой, я отправился назад, к Волку и Анне. Вот теперь я доволен. Я принял то самое решение, которое требовалось от меня, как от главы Рода.

Я помню этот замок Охотников, размещенный в горе. Там было множество цехов, которые в этом мире можно было назвать заводами. Конечно, Красивая не сможет построить полноценный замок, а лишь прогрызть в каменной породе нужные мне помещения, куда затем нужно будет провести электричество и прочие блага цивилизации. Вот только там будет так много помещений, что мы спокойно построим электростанцию и насосную, которые сделают мою новую крепость полностью автономной. У меня даже есть некоторые мысли по этому поводу.

В общем, работы много, но я уверен, что она справится. По моим прикидкам, такая работа, найми я строительную контору, заняла бы не меньше года, а то и больше. А по деньгам бы вышло миллионов пять, и это только за подготовку помещений.

Ведь люди – не муравьи, они не могут знать, что находится за стеной, и на исследования уходит много времени. К тому же, приходится привлекать довольно ценных специалистов, которые чувствуют породу, постоянно работая с ней. Да и техники нужно было притащить сюда целую кучу.

В общем, очень дорого и долго сделать такой проект, как я задумал. У меня, увы, даже денег таких нет. Хотя их и можно найти, но это не то. Просто не хочется мне подпускать к этому делу всяких левых людей.

С одной стороны – последующие работы все равно им придется делать, но изначальных чертежей они не увидят. А с другой стороны – мои местные тоже на что-то способны, и многие работы можно сделать с их помощью.

Еще нужно завести свою личную артель строителей, которая постоянно будет на подхвате, чтобы то не было – ремонт или возведение новых построек. Наверное, следует так и сделать. Хотя бы самые простые службы должны быть, которые обслуживают мой замок-завод. А то пускать на режимный объект каждого сантехника или электрика потом чревато разными последствиями.

В принципе, до запуска у меня есть еще месяц или два, а за это время можно найти нужных людей. С такими мыслями я добрел до Анны и Волка, которые сейчас сидели под навесом и пили чай.

– Ты совсем не спешишь к нам, дорогой! – помахала мне рукой Анна, а затем указала на свободное место, где уже стояла готовая для меня пустая чашка, а рядом термос.

– Дела… Весь в делах, даже расслабиться некогда. Впрочем, как всегда, – нацепил на лицо дежурную улыбку, и обнял девушку.

Волк с легкой улыбкой наблюдал за нами, а я сделал себе пометку – женить его надо. А то чего он улыбается?

Разговаривать сразу о делах не стал, сперва выпил кружку чая, и заодно собрался с мыслями. Трудности были в том, что многие мои планы сейчас придумываются на ходу, а это не способствует идеальным решениям и правильному ходу мыслей. Приходится брать вот такие паузы, чтобы понять, кому какие команды раздавать.

– Ладно, я готов! – отодвинул от себя пустую кружку, и посмотрел на них. – Мне нужна ваша помощь. Работы у вас будет много. Первое, что я решил – моему Роду нужен доход, и как вы поняли, я решил взяться за производство.

Анна нахмурила свои изящные брови, и явно хотела что-то сказать. Я дал ей такую возможность.

– Ты должен понимать, что бизнес вести – это не по Разломам бегать. Большая конкуренция, и много разных подводных камней, – начала говорить она, но видя мою улыбку, и сама перестала хмуриться. – Нет, я тебя не отговариваю, просто хочу, чтобы ты понимал – легко не будет.

Угу… А когда Охотники брались за что-то легкое?

– Легко не будет, знаю… – кивнул я ей. – А еще не будет скучно и уныло, это я вам гарантирую. Ладно, это сказал. Теперь дальше – производству быть, это уже решенный вопрос. Теперь что мне нужно. Первое – на тебе, Волк, вся защита вон той горы, и чтобы никто туда не заходил. Дальше защита вот этой площадки и Галактионовки. А еще нужны люди, по списку, которому я тебе дам.

Волк на каждое мое слово согласно кивал.

– Сделаю, но у нас людей маловато, если ты о гвардейцах. А свежее пополнение еще надо проверить и подлечить.

– С этим проблем не будет, я их осматривал, и уже вызвал Андросова. Он прибудет завтра, и поработает с ними. Не знаю, как я с ним буду рассчитываться, но он вроде готов просто так мне помогать. Конечно, с теми, у кого нет конечностей, не все так просто. Даже ему может понадобиться несколько недель. А просить его остаться здесь на такой длинный срок я не могу. С другой стороны, у нас и для таких работа найдется.

– Хорошая новость, – сразу оживился Волк, видно, что он переживает за этих людей.

– Теперь задание тебе, Анюта, – повернулся я к ней. – Мне нужно, чтобы на месте этого пустыря, обнесенного стеной, – указал рукой, – ты организовала постройку двух-трех десятков складов для хранения тушек тварей, и пункт приема с нормальными офисами и местами для подъезда машин. В общем, здесь должен быть Центр хранения тушек и их приёмный пункт.

Анна аж рот открыла от моей идеи, и тут же принялась анализировать, что да как.

– Кхм… – кашлянула она в кулачок. – Это же надо дороги нормальные проложить. А склады? Каждому виду тушек нужна своя температура, да?

– Ага…

Кажется, я всех их озадачил. Они могут взять любого человека из Галактионовки, и там же набирать сотрудников. Моя задача – дать все доступные возможности для самореализации, а точнее – достойной работы, моим людям. Для примера, возиться с тушками и их транспортировать сможет любой мужик, получая за это небольшую зарплату, а в деревнях это очень даже недурно.

Женщины тоже могут быть пристроены к делу. Я изучал оборудование для холодильных камер. Это тебе не артефактная морозилка, что будет работать 100 лет на одной температуре, нет к сожалению у меня пока таких умельцев. Там нужно постоянно следить за температурой, совершая простые манипуляции с настройкой техники. Думаю, этому можно научить любую бабу, ведь они у нас не дуры.

А еще есть такая статья расходов, как уборка местности, а местность здесь огромная. Но тут уже по желанию… Ведь многие забивают на это, но я люблю чистоту и порядок.

Анна удивилась моим аппетитам, и посоветовала заработать еще денег, так как наших финансов на все это не хватит.

Это был лишь маленький шаг, который я сделал, и полагаю дальше будет больше. Мне нужно набрать очень и очень много сотрудников. Вот тут и вырисовываются проблемы по их набору.

Поговорили и обсудили все основные вопросы, и только тогда отправились все вместе домой.

Дома ничего не изменилось, нам накрыли на стол, и мы после еды снова сели пить чай. А я продолжал знакомил их со своими предстоящими планами и разными нюансами. К примеру, мне нужны Артефакторы и Кожевники. Профессия редкая, и не всем поддается, а это приводит меня к тому, что за каждого такого человека придется бороться. Есть, конечно, государственные учреждения, где их обучают, но там всех нормальных разбирают по блату еще через ректора. Мне придется обратиться за помощью к дружественным Родам, с которыми я всё еще не заключил соглашение, чтобы найти нужных специалистов.

А еще… деньги. Много денег. Все эти разговоры о том, что нужно сделать и сколько предстоит работы, меня здорово утомили. Даже Разлом показался мне не таким сложным делом, как начать свой бизнес. С мыслями о деньгах я вечером и уснул.

Утром, вставая и сладко потягиваясь, я заметил, что на моей кровати появились предметы, которых раньше здесь не было, а именно – монеты и украшения.

– Дерш-ш-ш-ши, помош-ш-ш-ш… – прошепелявил мой маленький Шнарк.

Пришлось его погладить и поблагодарить, а затем первым делом спускаться вниз, и лично вручить мороженку. Он ночью обследовал территорию, и нашел разные ценности. Даже парочку амулетов, которые носили слуги рода Галактионовых. Они были все в земле, и это объясняло, как сохранились.

Вчера, кстати, тоже общался на эту тему с Анной, и она сообщила, что думала над нашим общим будущим. Вот только ее мысли были не про распознавания свой-чужой, а про возвращения Роду статуса и влияния.

Оказалось, что такие «родовые» вещи очень любят собирать другие Рода. Забрать вещь с гербом чужого Рода и хранить, как доказательство победы над ним. Кажется, не только мечи собирали.

Выкупить, вряд ли, получится, и даже если мы сделаем новые, то некоторые Рода могут начать шептаться об этом, упрекая нас в слабости, чтобы унизить наш Род. Это пока о нас мало кому известно, но вот если наладится производство, и Род начнет крепчать и богатеть, то…

А что, собственно, будет? Станет в Империи на несколько Родов меньше, и делов-то.

Сегодня я планирую отправиться в свой Разлом, и к этому моменту стоит подготовиться. А когда тут готовиться, когда уже с самого утра у Анны телефон разрывается, и всем что-то нужно от меня.

Например, Андросов не смог дозвониться на мой выключенный телефон, и сообщил Анне, что может приехать сегодня. Конечно, она сразу согласилась, и теперь он к обеду появится здесь, но меня не застанет. Еще объявился Хрулев, у которого появилось супер-срочное желание увидеться со мной. Я сообщил Анне, чтобы он приходил вечером, а еще лучше завтра… или через неделю. Сандр сейчас очень занят, и голова его болит о делах Рода.

– Может, хотя бы Андрея дождешься? – стоя у двери и провожая меня, спросила Анна.

– Вот совсем нет времени у меня. У меня горит очень важный и ценный Разлом. Андросов все поймет, ты ему налей кружку чая и расскажи, какой он молодец! Он сразу подобреет, а если будет возмущаться, то тащи сюда за руку Морозову, он не любит ныть при ней.

– Хах… – засмеялась Анна с этой шутки, которая была чистой правдой. – Так и сделаю, удачи тебе!

Удача мне не нужна, я знаю свои силы, и на них полагаюсь. Но вот почему-то кажется, что она мне сегодня может пригодиться. Я ведь никому не говорил, что это за Разлом, и сам его не видел, только читал описание. Он может иметь как большую ценность для меня, так и оказаться пустышкой с одной-двумя «мусорными» особями.

В этот Разлом я ехал нихрена не налегке. Взял пять фур и тридцать человек из гвардии, которыми командовал Москаленко, в связи с тем, что Волк остался заниматься делами после моих вчерашних распоряжений. Он с самого утра уехал в город вместе с крупной суммой денег и списком от Анны, в которой написано, что нужно купить для постройки холодильных складов. Анна – умница, нашла в нашем регионе фирму, которая занималась продажей этой продукции.

Правда, не все так просто. Такая покупка могла вызвать лишние вопросы, потому с ним на двух Буревестниках отправились две боевые группы гвардейцев. Честное слово, как будто не за покупками поехали, а на войну.

В такие моменты здорово ощущается нехватка людей. В который раз себе это говорю, но по другому никак. Да, я всегда помню о проблеме, но она должна мне надоесть до такой степени, как вопрос с нехваткой денег, откуда закономерно возникла идея о бизнесе, чтобы один раз взялся и сделал все хорошо, так сказать, на века.

Сам не заметил, как закрыл глаза, и погрузился в транс. Стал медитировать, и так аж до приезда на нужное место. Там мы быстро вышли из транспорта, и принялись располагаться около Разлома. Бойцы не получили от меня никаких команд, а потому, как учил их Волк, были готовы к всему.

Я пошел и выяснил у военных, охранявших вход в Разлом, что туда уже целую неделю никто не заходил, и все в порядке. Получил от них бумаги, где поставил свою подпись. Эти оказались из староверов, которые не доверяли сети, и хотели иметь письменную подпись. На этом мы с ними распрощались. Они поняли, что раз прибыл сам барон с гвардией, то все будет сделано, и им не нужно здесь больше торчать. А если что-то пойдет не так, то я им сообщу, и они вернутся.

Удобно быть аристократом.

– К чему нам готовиться? – подошел ко мне Москаленко.

– Готовиться? Хм… Полагаю, к транспортировке, – честно ответил ему, так как был уже уверен, благодаря Шнырьке, что будет. – И знаешь, что… Давайте-ка, подготовь лопаты, думаю они вам пригодятся.

– Лопаты? – переспросил он, сомневаясь, не послышалось ли ему.

Ему не послышалось. Это вызвало у него долгий смех. Таким образом, разломщиков, наверное, еще не один аристократ не использовал.

Зайдя в Разлом, я улыбался, как ребенок. Первое, что меня встретило, это маленькая красная щебенка, которую еще называли Цатира в моем мире. Правда, большой ценности она не несла, но это было там, а тут… Тут она имеет ценность для знающих людей. Эта крошка прибыла сюда в те времена, когда эта пещера была полностью затоплена, и по ней протекала река. Вот она и принесла эту гальку.

Цатира имела одну особенность, она здорово впитывала в себя магию, и если ее перетереть в порошок, то можно добавлять в магические краски, и таким образом, усиливать. Конечно, не самый сильный эффект, но если бесплатно, то и так сойдет.

– Ищи все ценное, и тащи к выходу, – дал команду Шнырьке. – Хорошее место… Здесь была река, так что она много добра могла сюда притащить. Не забывай под песком и камнями проверить.

– Пш-шш-ш… – шыкнул он на меня. – Не уш-ш-ш-ш-ши уш-ш-ш-шеного!

Сказав это, он сложил крест-накрест лапки на груди, и стал заваливаться на спину. Упал он, конечно, в тень, маленький выпендрежник.

Блин, как я обожаю такие места. Реально, река могла столетиями сюда стаскивать ценности, и как я полагаю, людей здесь давно не было.

Помню, еще во времена молодости, Тилтиан, один из опытнейших Охотников, взял меня с собой на особую рыбалку. Мы тогда охотились за рыбой, которая жрала рыбаков, и как раз в похожую пещерку спустились. Как же я удивился, увидев, что все дно было усеяно золотыми монетами. О их происхождении, кстати, могу только догадываться. Может быть, здесь судно затонуло или одна из отступающих армий перевернула где-то выше по реке свои сундуки с казной. Мы тогда приятно обогатились, и заодно, вкусной рыбки поели. Не той, конечно, что рыбаков жрала, ту мы сразу завалили, но тем не менее Тилтиан сказал, что без рыбы отсюда не уйдет, и достал удочку.

Я тоже без рыбы не ушел, долбанув по воде энергетическим взрывом, но потом получил по шее уже от Тилтиана за то, что спугнул ему добычу.

Ладно, сейчас не об этом, хотя рыбки реально захотелось. Однако эти мысли оставим до дома, а то у меня на носу встреча с местными обитателями. Я уже знал, кто живет на первом уровне, благодаря Шнырьке. Как и знал, что уровней всего три, и на самом нижнем из земли торчит кристалл.

Сам Разлом был пещерного типа. В последнее время их слишком много в моей жизни. Хочется уже на природу, где можно подышать воздухом, и не нужно ходить по скользким и затхлым местам.

В других пещерах, в отличие от этой, хоть растут грибочки и мох, а здесь, прям, беда с этим. Просто голые каменные стены и все. Но это даже неудивительно, если вспомнить кто здесь живет. А живут тут одни очень интересные существа, и я почти дошел к первым из них.

Заходя в пещеру средних размеров, я не стал скрываться, как и не стал доставать меч, а просто улыбнулся.

– Ну что, мелочь? Как вы тут? – громко спросил их.

В мою сторону разом глянуло около десяти чернильных слаймов.

Ужас… Вот что они ощутили при виде человека, и сразу стали разбегаться во все стороны.

– Пиу-пиу-пиу-пиу-пиу! – именно такие звуки они издавали.

Особенно громко они пищали, когда в панике не разбирая дороги, сталкивались между собой. Такие столкновения вызвали у них выброс чернил, и оставляли после себя мокрые пятнышки.

Блин… Какие же они милые, эти чернильницы, не мог я убрать улыбку, даже если бы захотел.

Ни один из них далеко не убежал, они бегали по кругу и копошились. Вот почему группа сэра Вольта так сюда стремилась. Чертовы трусы… Они выбрали Разлом, где почти все монстры безобидные… Каким нужно быть чудовищем, чтобы убить этих милашек? Они мозгами, как маленькие щеночки, которые только любят играть и есть.

Начинаю медленно, чтобы еще сильнее их не напугать, подходить к ним поближе, и высвобождатю свою ауру, с легкими поправками, выделяя именно ту энергию, которую так любят слаймы. Это была та самая аура Приручателей, которой так славился Род Галактионовых. Редкость в этом мире, и обычная техника в моем прошлом. Одна из многих, но безусловно полезная.

Да, слаймы – мои старые друзья, и я с ними не раз сталкивался в прошлой жизни. Нередко люди заводили их себе, как домашних питомцев. Но только те люди, у которых были магические способности и которые хорошо знали, как нужно с ними обращаться. В некоторых королевствах даже были целые организации по защите прав слаймов, а то бывали те еще извращенцы.

Слаймы не то, чтобы тупые, они просто такие, какие есть, и плохо обучаемые. Чаще всего обучаются они дольше, чем живет человек. Самому старому слайму, которого я знал, было под три тысячи лет.

Как только моя сладкая энергия достигла их, то отношение ко мне изменилось, и они уже не убегали, а с любопытством следили за мной своими круглыми мордочками. Некоторые даже стали переглядываться между собой и рисовать чернилами на прозрачных телах знак вопроса. Хмм… Это немолодые слаймы, раз такое умеют.

Я говорил, что люблю этих милашек? Так вот, я их очень люблю, почти всех, кроме кислотных и огненных – они те еще мудаки, которые по своей природе не любят общение, зато очень любят все уничтожать.

Не прошло и пары минут, как на веселые визги выбежали и другие слаймы, и каких здесь только не было! Вот кучка чернильных-красных толкают меня в бок, требуя внимания, а вот по моей ноге пытается залезть чернильный-зеленый. Каждый имел свой цвет, и производил чернила этого цвета. Были здесь и другие виды, но они находились этажом ниже.

Пока наигрался с этими и собрал их всех, то уже дошел как раз до гладкого спуска вниз. Он, кстати, явно выточен водой, а в потолке есть отверстие, с которого когда-то падал водопад.

Кстати, возможно, первые слаймы здесь так и появились. Просто когда-то упали бедняжки в воду, а вода принесла их сюда. Но их жизнь медом здесь не назовешь. Все такие худенькие и слабые, их только разломный кристалл и питает, но им этого мало. Слаймам нужно питаться всякой травкой, листьями и прочей органикой, чтобы становиться сильнее и крепче.

Помню, что у Архимага Себастьяна был его личный друг слайм, чернильный-черный, так его чернила были настолько сильными, что могли держаться сотнями лет на свитках, и даже не стираться, а сколько силы те письмена могли содержать! Даже меня приводило в восторг, когда я держал его работы в руках. А его татуировки сделанные этими чернилами! Ух!

– Пиу-пиу-пиу!!! – визжит розовая милашка, сидя у меня на плече.

– Ты, зайка, очень голодная? – погладил ее желейную голову, которая, одновременно, и была ее телом.

От такой ласки она зажмурилась и задрожала.

Блин, мне их жалко. Спуск вниз откладывается.

– АДМИРАЛ ШНЫРЬКА!!! – кричу в ментал Шнарку, и тот мигом появляется рядом со мной, и закатывает глаза.

– Ш-ш-ш-ш-ш-шука… Ш-ш-ш-ш-шлюнявые… – еще раз закатил он глаза, и при этом застонал.

Да-да, Шнырька очень надеялся, что я их всех перебью. У него старая травма, связанная со слаймами. Они его очень любили облизывать. Отращивали себе маленькие желейные языки и облизывали с ног до головы.

Фиг пойми почему, но Шнарков они просто обожают. Вот и сейчас они мгновенно забыли про меня, и попрыгали к нему.

– Так, давай без этого! – пригрозил ему пальцем, когда он исчез, а потом появился с ножичком. – Ты пацифистом вроде был! Забыл?

– Ш-ш-шизнь, ш-ш-шука, ш-ш-шлош-ш-шная… Будеш-ш-ш долш-ш-шен! – сразу поник он, и отбросил ножичек в сторону. А затем отдался потоку слаймов, которые стали улюлюкать и подкидывать его на своих тельцах.

Жаль, что в Японии был не этот вид слаймов, там были неадекватные. Так бы я их прямо там и затискал бы.

– Так, Шнырька, слушай мою команду! – дал им время его потискать и прервал. – Пройдись по Разлому и принеси мелким еды, а то посмотри на них, какие худышки.

Снова закатил глаза, но пропал, и затем стал приносить всякие корешки и прочие органические вещи, до которых они сами не могли добраться. Кажется, он таскал их откуда-то сверху.

А я побрел ниже, оставив их ненадолго.

Ниже меня ждал другой вид слаймов – мудаки огненные, обыкновенные. С ними у меня разговор был короткий, я просто пинал их, как футбольные мячики, но убивать пока не стал. Была у меня одна мысль, но Шнырька сейчас занят, чтобы ее подтвердить. Плевать, сам проверю.

Не одними огненными был богат второй уровень. Были тут и воздушные, это тоже «хорошие» слаймы, которые любят ласку и еду. С ними я быстро нашел общий язык, и они теперь следуют за мной, болтаясь в воздухе, как надувные шарики, кстати, даже огненных отгоняют. Они умеют управлять ветром. Проблема только в том, что они управляют им всегда. Даже когда не хотят этого, от них всегда исходит ветер, за это их меньше любили в роли домашних питомцев. В самый неподходящий момент они или сдували со стола что-то нужное, или с шипением уносились в форточку, а потом ищи ветра в поле!

После этих дальше я наткнулся на водных, тут вообще можно сказать, что госпожа удача просто упала мне в руки, и поцеловала меня в засос. Эти мелкие шлепалки громко передвигались, постоянно шлепая, и оставляя мокрые следы за собой. Они тоже нормальные пацаны и любят воду, а воды здесь мало.

Каждый такой водный слайм может переносить в себе очень много воды, несмотря на свой маленький размер, сравнимый с футбольным мячом. Были тут и не только водные. Кого тут только не было. Я просто в шоке, как можно было всех их убить. Хотя кислотных я не против уничтожить. Сколько они в прошлой жизни мне крови и экипировки испортили, словами не передать. Но все равно полезные парни, и конечно, в этот раз я не стал их убивать.

В один момент тут образовалось два лагеря. Один лагерь хотел меня сожрать, а другой лупил тех самых агрессивных, и отгонял от человека, который дарит им халявную энергию и еду, а еще гладит и тискает.

А на третьем этаже все оказалось именно так, как я надеялся. На нем было мало слаймов, зато какие! Пожалуй, даже не буду описывать их сейчас, а то вдруг это сон. Я проснусь, а всё исчезнет.

Быстро добрался до кристалла, не встретив никакого сопротивления, и разломал его одним ударом своего меча. Энергия Разлома хлынула не только в меня, но и в слаймов, отчего успокоились даже те злюки, которые хотели растворить меня в кислоте.

Все радовались, кроме одного очень умного слайма, который сейчас включил режим хамелеона, и слился с камнем. Я все ждал, когда он выйдет ко мне, а он не выходит, не доверяет. А ведь мог бы догадаться, что это не ловушка, раз такой умный. Я и так задержался здесь ненадолго, но ждать до завтра у меня не было никакого желания.

– Может уже выйдешь? – обратился я к камню, а чтобы дать понять, что вижу его, запустил туда своей энергии, которая сразу поглотилась его телом.

– Пиу-пип? – снял он маскировку, и как-то обреченно посмотрел на меня.

– Убивать? Зачем?

– Пи-пиу…

– Ради твоей силы? Пффф… извини дружок, но она мне не нужна.

Для подтверждения своих слов я активировал свою ауру, но в облегченном варианте, чтобы не поранить своих новых друзей. Абсолютный слайм, грубо говоря, обделался радугой. Моя презентация силы произвела на него впечатление, и он оценил, с кем имеет дело.

Осторожно стал подползать ко мне, принюхиваясь. Знает, уже что я могу убить его в любой момент. А раз говорю с ним, то он мне нужен.

– Пип? – вопросительно поинтересовался малыш.

– Чего я хочу? – да-да, я их слегка понимаю, – на эфирном уровне я считывал их эмоции. – Я хочу подарить тебе, мой новый скользкий друг, новую интересную жизнь, и все это будет, если ты добровольно примешь решение и пойдешь со мной. У тебя будет не просто место, в котором ты творишь, а целая гора, которая станет твоим полигоном.

Слаймик понял меня очень хорошо, и сразу нарисовал красками грустную мордашку, а затем оглянулся свою пещерку. Она была интересной, тут повсюду были сделаны из камня разные статуи слаймов и других зверей. Люди тоже были. но все с оружием, и изображены, как плохие парни. Были тут и наскальные рисунки, сделанные его красками, а красок у него много, ведь передо мной Абсолютный Слайм.

Подумать только, я встретил его и в этой жизни. Говорят, что эти существа невероятно редкие, ведь при рождении целого выводка есть шанс, что их родиться не пять сотен, как обычно у одной матки слайма, а только один. Но этот один вберет в себя все умения своих братьев и сестер.

– Твой ответ?

Он думал и не решался, а возле моих ног и за спиной находилась армия из его друзей, которые уже все решили. Сейчас им было очень скучно, но они гораздо глупее его.

Все решил, как всегда, случай.

У меня на плече появился Шнырька и доложил, что собрал все ценности в этой пещере, и теперь ждет следующих приказов.

– ПИИИИИИУП!!! – завизжал слаймик, увидев Шнарка, и побежал ко мне.

Вот он и сделал свой выбор.

К выходу из Разлома я шел походкой победителя, за спиной которого находилось несколько сотен слаймов, и уже перед самым выходом обернулся к ним.

– Ну, что моя желейная братва, готовы к приключениям в своем новом домике? Он называется завод, и обещаю, вам понравится!

Уверен, что им очень понравится делать то, что они обычно делают, только при этом принесут мне пользу, а я их буду кормить и делиться энергией.

Что там Анна говорила? Не найду я быстро сотрудников? Пфффф!!! Если надо, я самих чертей приглашу к нам в офис, и заставлю работать на меня.

Я посмотрел на Красивую, и удовлетворённо выдохнул. Моя работящая девочка стала наконец-то живой, в полном смысле этого слова. На поддержание её существования уже не нужно было тратить желейки. Точнее, она их с удовольствием поджирала, предварительно убивая тварей, в рамках выделенного ей от меня лимита. Но она использовала это на усиление собственного тела и духа. Я имел в виду, что теперь могу «отлепить ее от сиськи», то есть искусственно поддерживать её жизнь.

Последние ингредиенты я добыл из слаймов. Эта милая склизкая братия являлась неисчерпаемым ресурсом химических элементов, имевших, в том числе, инородное происхождение. Именно этого мне не хватало для финального аккорда.

Наступил исторический момент – я смог отдать жизнь муравьишки в её руки. Самое главное, что теперь она может производить потомство – живое потомство. А вся её призванная армия, которую я частично держал на себе, а частично она поддерживала за счёт непрестанной добычи желеек, тоже выходила на самоокупаемость. Надо признать, что именно мои силы были минимальными – это своего рода энергетический канал души, дававший возможность находиться им в физическом теле. Само же поддержание физического тела происходило через поглощение желеек и тел погибших врагов. Зато теперь всё добытое ими доставалось только мне. Но опять же, кое-что будет в рамках усиления.

Красивая радостно пищала, и буквально засыпала меня потоком мыслеобразов. Она очень хотела мне помочь, и планировала создать настоящую муравьиную армию. Помня муравьёв-солдат и муравьёв-суперсолдат в Муравейнике, я довольно улыбнулся, а затем потрепал её по большой голове.

Дело в том, что прямо сейчас муравьиные солдаты мне не нужны. Мне сейчас нужны рабочие, много рабочих, которые постепенно будут прогрызать толщу горы, один за другим выстраивая новые помещения. А ещё мне не давал покоя изумрудный рудник на моей новой земле. Туда тоже нужно отправить десант муравьишек, чтобы посмотреть, как там на самом деле, и не надурил ли меня Доброхотов. Хотя, даже если и так, земля реально отошла мне. Проблема этого «дальнего десанта» была в том, что управлять муравьишками я мог доверить только Красивой, но она была у меня одна, и нужна была здесь, на постройке крепости.

Кого отправить командовать раскопками? В голову сразу приходил Один. Нужно эту мысль всесторонне обдумать. Кстати, новые старые земли, которые ко мне снова отошли, были почти не заселены. В них не было постоянных поселений. Там находилось лишь несколько охотничьих лагерей, и одна элитная охотничья гостиница, куда съезжались важные шишки с области, чтобы пострелять обычных зверей, и не только. Дело в том, что это была крайняя северная земля баронства, которая частично была подвержена влиянию Эпицентра.

Доброхотов попросил две недели на то, чтобы забрать оттуда персонал и оборудование. Не знаю, зачем мне понадобятся эти охотничьи домики на самом севере моего баронства, учитывая, что дальше находились полупустые земли разных Родов и, собственно, сам Эпицентр. Но что-нибудь придумаю.

Место там было живописное – берег Байкала, и множество срубов вдоль него. А ещё там был армейский форпост с небольшой флотилией катеров, которые приглядывали за озером, и прилегающей к нему территорией. Так что дорога туда была проложена капитальная. И в принципе, сделать охотничий лагерь неподалёку от армейского форпоста было здравой идеей. Сделавший это сильно экономил на охране. Но это всё далеко идущие планы, а голова у меня болела нынешними делами.

Я улыбнулся, вспомнив лица моих работников, когда фуры открылись, и оттуда с веселым визгом посыпались разноцветные желеобразные скотинки. Не обошлось без казусов. Пара огненных шаров полетела не в ту сторону. Три плевка кислоты подпортили мое имущество. Но слава яйцам, обошлось без жертв. Пришлось быстро, буквально пинками, загнать их внутрь. В этом мне очень помогли два братана – Затупок и Дегенерат, которые с весёлыми звуками изображали из себя пастушьих собак, что гнали отару слаймов в нужном направлении. Да, делали они это не очень нежно, но что толстой шкуре Затупка, что каменному телу Дегенерата было похрен на кислотные плевки и огненные шары. Вот только, после того, как они мне оказали помощь, они были похожи на какие-то предметы авангардного искусства, выкрашенные с ног до головы разноцветными чернилами. Выглядело это очень забавно.

Когда вся мелочь была устроена, передо мной остался только Абсолютный слайм, которого я решил представить своим друзьям. Затупок и Дегенерат не поняли важности момента, и решили поиграть новым другом в футбол, за что были заплёваны всем, что только смог изобразить наш друг. А изобразить он мог практически всё – любое свойство всех остальных слаймов.

В итоге, когда шерсть Затупка всё-таки стала гореть и дымиться, а тот, походу, расстроился, я подхватил слайма на руки и пнул Затупка по толстой заднице.

– Хватит, наигрались уже.

Тут как раз подошла Анна.

– Смотри, какой прикольный! – протянул его ей.

– Бульк! – сказал слизнюк. Тело его мгновенно стало прозрачным, а внутри, как в большом телевизоре, на наших глазах распустилась большая красная роза.

Да, слизнюк был немного эмпатом. Он точно понял, что перед ним девушка, и что она любит красное.

– Уи-и-и! Какая прелесть! – благородная Анна Голдсмит издала звук, похожий на тот, что издавали слаймы.

А потом случилось вообще удивительное – роза, будучи сперва изображением, подёрнулась, и стала как будто материальной. А через некоторое время вышла из тела, и на тонком щупальце слизнюк протянул её Анне.

Анна осторожно ее взяла в руки, а затем внимательно посмотрела на слайма.

– Спасибо, Валера, – сказала она.

Я аж поперхнулся.

– Спасибо, кто?!

– Ну, Валера. Его же зовут Валера!

– С хера ли это? – удивился я.

– Не знаю, – Анна, не отрываясь, рассматривала «розу», и продолжала размышлять. – Слизнюк Валера, по-моему, звучит круто!

– Ты бы его ещё Олегом назвала, – рассмеялся я, и Анна первый раз оторвала взгляд от розы, серьёзно взглянув на слайм.

– Ну какой же он Олег, если он Валера!

Я хмыкнул.

– Хорошо, будешь Валерчиком.

Я аккуратно спустил его на землю, незаметно показав Затупку кулак. Тот, кажется, понял мой сигнал.

– Посмотри, какая тонкая работа, – протянула мне розу Анна.

Я взял цветок в руки, и вынужден был согласиться. Конечно, это была неживая роза. Больше всего она была похожа на какое-то украшение, полностью вырезанное из драгоценного камня. Точнее – из драгоценных камней, потому что у неё, как у настоящей розы, были зелёные листья, чуть красноватые шипы, и сам цветок ярко-красный.

– Да у тебя талант, Валера! – покачал я головой, на что тот довольно забулькал.

Всмотревшись в цветок, я увидел кое-что, что порадовало меня гораздо больше. Эта «роза» смотрелась эфирным зрением, как пустая ёмкость, которую можно было наполнить силой. Грубо говоря, передо мной была заготовка артефакта, которую при наличии хорошего артефактора и при подборе правильных навыков можно было превратить во что-то такое же красивое, но очень полезное.

– Однако… – сказал я. – Похоже, мне повезло с тобой, мой желеобразный друг.

Я похлопал его сверху, и он ещё раз радостно забулькал.

– Петрович, Саныч, – махнул я мнущимся рядом, и изнывающим от любопытства, моим помощникам по хозяйству.

– Да, ваш-бродие? – тут же нарисовались они.

– Петрович, ты мне говорил, что вы запасли сено с избытком на зиму?

– Так и есть, ваш-бродие. Скотины-то у нас почти не осталось. А чтобы без работы не сидеть, накосили мы много. Думали продать, но вот не срослось.

– Давайте, тащите сено сюда. Дорогая, – повернулся я к Анне, – организуй оплату.

– Сделаю, – улыбнулась в ответ мне девушка.

– Не надо оплату, ваш-бродие! Вы и так для нас… – начал Петрович.

Но я бесцеремонно поднял руку, и оборвал его.

– Надо, Петрович, надо. Как говорила моя мама, если тебе предлагают деньги – возьми и скажи спасибо. Ясно?

– Ясно, ваш-бродие! Что ж тут неясного, – улыбнулся Петрович. – Ваша мать была мудрой женщиной!

– Угу, – кивнул я.

Тут я, конечно, слукавил. Это была не мать, это был Старый Мак. Но посыл был правильный, и я всегда так делал. Ну, почти всегда.

– Вася! – крикнул я, увидев новое лицо.

Бывший питерский гопник преобразился, и сейчас с деловым видом тащил в каждой руке по ящику с инструментами, а за ним по пятам шли ещё три пацана такой же наружности. Услышав меня, он заложил крутой вираж с заносом, и подошёл ко мне.

– Да, командир? – сказал он мне.

Стоявший рядом Волк хмыкнул. Походу, это обращение вбил в бывшую шпану именно Волк.

Я открыл было рот сказать, что я им не командир. А потом мысленно пожал плечами, решив, что командир мне нравится больше, чем «ваше благородие», и прочая аристократическая лабуда.

– Смотрю, прибыли твои ребята.

– Так точно, спасибо! Это Жбан, Коряга и Слон!

– Да мы вроде бы знакомы, – улыбнулся я.

– Да… точно… извините, – бывшие гопники стыдливо опустили глаза в пол.

– Что-то Слон похудел с прошлой нашей встречи, – я вспомнил толстяка, который бросился на меня тогда на мосту.

Нимало не смущаясь, Крендель просто пожал плечами.

– Ну, так и жизнь у нас была не сахар.

– Надеюсь, сейчас у вас всё в порядке, – сказал я.

– Конечно, – Вася ухмыльнулся. – Скоро Слон снова станет слоном.

– Ну чё ты, Крендель, начинаешь… – начал тот.

– Как ваши дела? – спросил я.

Среди прибывших ветеранов начертателей и артефакторов конечно же не было, но были двое пожилых мужчин, что работали на артефакторных производствах. Надо было с чего-то начинать, и я их отправил к Кренделю, чтобы они показали основы. Да-да, у меня всё ещё болела голова – где их нормально обучить.

Это мог сделать я. Но у меня на это явно не было времени. Поэтому ребята сейчас просто методом тыка переводили не такой уж ценный материал, чтобы хотя бы просто понять, чем им придётся заниматься.

Дела были «ровно, без п», как выразился Сорокин и я, быстро выслушав предложения и пожелания, отпустил их.

– Саныч, – кивнул я бывшему старосте. – Вы же у себя в таёжном хуторе охотой промышлял в основном, не так ли?

– Верно, ваш-бродие, – кивнул здоровяк.

– И с выделкой шкур знакомы не понаслышке?

– Конечно, – сказал он. – Бабы мои хорошо это дело освоили. Там, где требовалась физическая работа, – он слегка нахмурился, когда на него нахлынули воспоминания, – племяши мне помогали… покойные.

– Ну, с грубой силой мы справимся. Но могу тебе сказать, что обработку шкур и кожи мы возобновляем.

Сан Саныч улыбнулся.

– А, так я готов. Вот только опять же на охоту ходить… Я, конечно, могу, но мне помощники нужны. Кого добывать будем? Белки, соболь, лисы, медведи?

– Не-не-не… – улыбнулся я, и покровительственно положил руку ему на плечо. – Охотиться вы уже не будете. Охотиться буду я и мои ребята. А обрабатывать вы будете не белок, – тут я сбился. – Хотя когда-нибудь и до них дело дойдёт. А обрабатывать вы будете разломных тварей. И вот тут вам придётся немного подучиться, как и этим бывшим малолетним преступникам.

Я кивнул на Кренделя, который направлялся с ребятами в свой новый цех.

– Принцип почти такой же самый. Ну, кроме того, что у таёжных животных брони нет. Да и некоторую кожу обычным металлом не возьмёшь. А так-то обработка ничем не отличается. Нюансам я постараюсь обучить. Ну и опять же, постоянных ремесленников-учителей мы вам тоже постараемся найти.

– Ты собрался перерабатывать туши? – удивилась Анна.

– Конечно, а зачем я, по-твоему, морозильное оборудование заказал?

– Так я думала, что ты будешь туши просто морозить до приезда покупателей.

– Такая мысль была изначально, – кивнул я. – Пока не появились «Валера и его команда», – кивнул я на слизнюка, который на моих глазах, подъев немного травы в округе, сделал маленькую косточку.

Внимательно наблюдавший за этим Затупок восторженно заверещал, когда Валера, используя порыв ветра, пульнул косточку далеко вдаль. Затупок подхватился, и побежал за поноской. За ним тяжело затопал его братан Дегенерат. По пути они снесли две новенькие лавочки. Но я всё равно счастливо улыбнулся. Кажется, Валера постепенно вписывается в нашу компанию. Даже к медоеду подход уже нашёл.

– Это маленькое желейное стадо, – я кивнул в сторону горы, в которой пока что мы заперли полуголодных слаймов, – могут заменить полноценное современное производство. Я думаю, сам князь Долгоруков заплачет, если он попадёт к нам в цех, после того, как всё устроится.

– Заменить современные станки и оборудование? – нахмурилась Анна. – Где ты это видел?

– Во снах, – хмыкнул я. – Сны у меня очень яркие.

Не говорить же мне, что я видел похожее использование слаймов в прошлом мире. Они идеально счищали все остатки мяса, крови и кишок с туш, оставляя стерильную кожу без крови и без запаха. Их чернила отлично ложились на доспехи из иномирных материалов. А магический огонь и кислота позволяли делать невероятные вещи.

Только всем этим нужно управлять. И управлять аккуратно. С другой стороны, на любом производстве есть техника безопасности. И в принципе, ничем не отличается производственная травма, если тебе отрубит руку гильотиной, или тебе в голову плюнет твой рассерженный маленький огненный работник. Нужно будет позаботиться об экипировке бригадиров, – пришло мне в голову.

– В общем, планов много, – закончил я. – Я попозже дам список тварей, трупы которых нам нужно будет выкупить.

– Саша-Саша, – покачала осторожно головой Анна. – Ты понимаешь, куда ты влезаешь? Ладно Долгоруков, у тебя с ним какие-никакие, но нормальные отношения. Но кроме Рода Долгоруковых в Иркутске, пасётся ещё дюжина представителей оружейников, что скупают тела тварей, не только с Империи, но и со всего мира, которые будут не рады новому конкуренту. Да и денег они смогут предложить гораздо больше. Ты разрушишь местный паритет, начнется конкурентная война. И подозреваю, что она может перерасти в вооруженный конфликт.

Я улыбнулся.

– Так получилось, – я обвёл руками всё вокруг, – что теперь это наш дом. И в нашем доме пришлые будут работать по нашим правилам. А что касается денег… Есть ведь альтернативная валюта.

– В смысле? – нахмурилась Анна.

– Мы можем расплачиваться за туши желейками, можем расплачиваться оружием. В общем, тут уж, дорогая, сама придумай, как заинтересовать продавца.

Анна тут же переключилась на деловой лад.

– Я, конечно, придумаю. Но я тебе ещё раз говорю – конфликт неминуем.

– Напугала ежа голым задом, – я легонько, пока никто не видел, хлопнул её по круглой попке, и прошептал на ухо: – Как там дела с рестораном и нашей свадьбой?

– На этой неделе играет свадьбу сын губернатора Иркутской области. А следующие выходные уже наши.

– Супер, – сказал я. – Гости в курсе?

– Конечно, в курсе, – широко улыбнулась Анна. – Неужели ты думаешь, что я могла это пропустить? Самым важным я позвонила лично.

– Дай-ка догадаюсь… Самые важные – это Долгорукова, Андросова, и Хельга? – широко улыбнулся я.

На что девушка хитро прищурилась, и утвердительно кивнула.

– Как там, кстати, Хельга?

– А вы с какой целью интересуетесь? – тут же улыбка сползла с ее очаровательного личика.

– Ой, только не притворяйся, что ты ревнуешь, – сказал я.

– А если это и так? – с вызовом сказала Анна.

– То это не конструктивно, – пожал плечами я. – Так что, принцесса Северного Королевства будет на нашей свадьбе?

– Она ответит позже.

Анна как будто немного расстроилась после нашего диалога.

– Ну, позже, так позже, – сказал я, и потянулся в карман за звонящим телефоном.

В кои-то века у меня был включён телефон, и я увидел имя абонента: герцог Хрулёв.

– Василий Петрович, моё почтение! – улыбнулся я. – С приездом. Вы наконец-то отпустите Архипа?

– Здравствуй, Саша, – послышалось в трубке. – Нет, пока не отпущу. Да, я знаю, что ты ему обещал.

Тут я невольно хмыкнул.

– И поверь, буду благодарен, если ты решишь его вопрос. Но пока он еще занят. Нам же нужно с тобой срочно встретиться.

Не могу сказать, что мне понравилась эта идея. Нет, Деда-то я любил и уважал, вот только у меня были другие планы. Но всё-таки отказать я ему не могу.

– Хорошо. Где?

– Через два часа я буду в твоей усадьбе, – сказал герцог.

– А если я не успею? – не удержался я.

– А с чего ты не успеешь? Ты всего в двенадцати километрах от неё. Даже пешком успеешь дойти.

У меня внезапно включилась паранойя, и я обернулся в поисках камеры, и даже наверх посмотрел. Никого. Наблюдателей рядом не было. Откуда он знает?

– Не опаздывай, я тебя прошу. Это реально важно.

Он положил трубку.

– Странно… – проговорил я.

– Что странно, дорогой?

– Хрулёв. Он стал каким-то другим. Как будто старый пёс, находившийся на глубокой пенсии, встал на защиту своих хозяев. И притом, что он в последние годы лежал под печкой и кушал кашку, то теперь он готов рвать глотки, несмотря на свой преклонный возраст. Вот такие у меня ощущения, Анна, по поводу Хрулёва. У него даже риторика поменялась.

– Я же тебе давно говорила, что у него очень много белых пятен в биографии. Уверена, что восемьдесят процентов из них липа, придуманная для того, чтобы с первого взгляда не вызвать подозрения.

– А Организация информацию не даёт?

– Не-а, – сказал Анна. – Ни за какие деньги. Но это косвенно подтверждает то, что с прошлым герцога что-то не так. Ты бы поосторожнее был, Саша.

– Да не, – отмахнулся я. – Чего-чего, а угрозы я не чувствую. Уж поверь, я в этом разбираюсь. В общем, занимайтесь, а я поговорю.

Рядом из ниоткуда возник как всегда взъерошенный Призрак.

– Командир, я с тобой.

– Хм… – удивился я, открыв рот сказать, но потом тут же закрыл. Даю голову на отсечение, он знает, с кем я встречаюсь. Он же сам по себе, как Шнырька на минималках, и никогда не проявляет инициативу просто так. – Ну, хорошо, запрыгивай, – кивнул я на «Буревестник».

Волк без разговоров сел за руль, и внутрь запрыгнуло ещё четыре гвардейца.

Первое, что я увидел, когда мы подъезжали к нашей усадьбе – стоящий на площадке «Буревестник», брат-близнец нашего.

– Вот же хитрая жопа – герцог! – беззлобно засмеялся я. – А говорил, что всего три штуки на Империю, штучный товар…

– Так это хорошо, командир, – я увидел, как у Волка загорелись глаза. – Значит, мы можем ещё расширить наш автопарк. А то три штуки – это несерьёзно.

– Ну да. Три штуки, возможно, лучшего боевого транспорта в мире, учитывая, что ни у кого нету и одного – это действительно несерьезно, – рассмеялся я. – Хотя, как я уже вижу, у кого-то он всё-таки есть.

Волк посадил машину, откинул аппарель, и я подошёл к герцогу, который разговаривал с высоким мужчиной восточного типа, смуглое лицо которого растянулось в улыбке, когда он посмотрел на идущего за мной Призрака.

– Привет дезертирам! – вполне дружелюбно сказал он.

– Дурак ты, Сарацин, и шутки у тебя дурацкие, – без улыбки сказал Призрак, и встал рядом со мной. Точнее не так, он встал впереди, слегка загораживая меня своим телом. И это мне совсем не понравилось.

Помимо Хрулёва и таинственного Сарацина, здесь присутствовали ещё четыре их спутника, которые со скучающим видом ошивались неподалёку. Я попытался их просканировать, и еле сдержал изумлённый свист. Вот это да! Полное закрытие. Они не оставляли никакого шанса воздействовать на их внутреннюю энергетическую структуру, не давая даже понять, кто они есть.

С удивлением я перевёл взгляд на Хрулёва, и наткнулся на такую же непроницаемую защиту. Такого раньше не было. Похоже на какой-то артефакт, которых, судя по всему, на них было не мало. Это был второй момент, который меня сильно удивил. Одеты они тоже были весьма странно. Это не была тяжёлая штурмовая броня имперских штурмовиков, несколько комплектов которых я добыл для своих ребят. И это не было похоже на технологические броньки других государств, которые тут и там мелькали среди моих гвардейцев, которые получили их в качестве трофеев в своей прошлой жизни. Эти ребята были одеты во что-то вроде комбинезонов, которые совсем не стесняли их действий. Вот только этот материал… Я бы сказал, что это кожа дракона, если бы не был уверен, что в этом мире нет никаких драконов. Хотя, то, что я их не видел, совсем не значит, что их нет. Но что-то мне подсказывало, что этот лёгкий комбинезончик пробить не смогу даже я, ударив Аквилой в полную силу. Ну, и они, конечно, были обвешаны артефактами, как новогодняя ёлка, которые не были на виду, но я видел отблески силы, разбросанные по всем телу.

Мне, помимо воли, пришла мысль, что если эта шестёрка решит прямо сейчас нас вырезать, то есть ли у меня шанс им противостоять? Все эти мысли пролетели у меня в голове за две секунды. Я нахмурился и бесцеремонно отодвинул Призрака в сторону. Мне пофиг, как это выглядело со стороны.

– Вы знакомы?

– Служили вместе, – уклончиво сказал Призрак, спокойно выдержал мой негодующий взгляд, а потом сказал. – Позже расскажу.

Он перевёл взгляд на Хрулёва, и тот с секундной задержкой кивнул головой, как будто давая ему разрешение. Не нравилось мне это, совсем не нравилось.

– Всё расскажу, – продолжил он.

– Саша, – сказал Хрулёв. – У меня к тебе просьба. Мне нужно, чтобы у тебя пожила одна моя знакомая. Одна очень хорошая знакомая, которая очень дорога мне. Я хочу, чтобы ты за ней присмотрел, как за своей… – он на секунду сбился, пытаясь найти аналогию. – Как за своей Анной. Да-да, я не преувеличиваю. Сделаешь это для меня? – он торопливо добавил. – Я знаю тебя, а ты знаешь меня. У меня сейчас нет времени обсуждать, но поверь – награда будет больше, чем ты можешь себе представить.

Я невольно улыбнулся.

– Это опасное заблуждение, Ваше Сиятельство. Сила моего воображения поистине безгранична.

Первый раз Хрулёв улыбнулся.

– Ну вот, узнаю Галактионова. Мне нужно на некоторое время убраться. Я вообще не должен был здесь быть. И своим нахождением рядом с тобой я подвергаю тебя опасности.

– Опасности? – нахмурился я. – Опасности от кого? Вы же на моей территории.

Герцог сокрушённо покачал головой.

– Просто поверь мне, Саша. Просто поверь. Ты сделаешь для меня это?

– Сделаю, Василий Петрович, – хмыкнул я. – Но подготовьтесь и вы, после того, как вернётесь за вашей… знакомой. Я думаю, что за это время я придумаю себе награду.

– Не сомневаюсь в этом, – сказал он и кивнул Сарацину. – Выводи.

Я ожидал увидеть кого угодно… Но из отсека аккуратно вывели за руку старую женщину, которая смотрела вокруг себя безумным взглядом. А когда её большие зелёные глаза уставились на меня, я несколько оторопел. Это не были глаза безумной старухи. Это был взор очень сильной женщины. Через секунду женщина моргнула, и вся сила бесследно исчезла прочь. И снова передо мной была всего лишь полупустая оболочка дряхлого тела.

Что-то с этой женщиной не так! Очень сильно не так!

– И как, он сказал, ее зовут? – поинтересовалась Анна.

– Э-э-э… – я внезапно понял, что опростоволосился. – Да не сказал он, а я и не спросил.

– Саша! – укоризненно посмотрела она на меня.

А потом перевела свой взгляд на старую женщину, которая ловко орудовала приборами, отрезая маленькие кусочки пышных блинов, обмакивая их в сметану, и щедро полив сверху вишнёвым вареньем. А затем с большим наслаждением очень тщательно пережёвывала их, жмурясь от удовольствия.

– И как мы будем ее звать? – спросила Анна.

– Я не знаю, – покачал головой я. – «Эта женщина» подходит?

– Саша! – снова вскинулась на меня Анна, но увидела, что я шучу, и опять стала задумчиво рассматривать женщину.

Странно, но язык не поворачивался назвать ее старухой, хотя выглядела она очень плохо. Нет, на ней была простая одежда, немного неухоженная. Но от неё прямо веяло какой-то аурой смерти. Судя по всему, ей осталось недолго.

Я всего лишь мельком заглянул к ней в душу, и с первого взгляда ничего там не понял. Нужно будет потратить на это какое-то время. Вот только надо ли это мне? Я усмехнулся. Кого я обманываю? Конечно же, надо! Даже из того, что я увидел, понял, что женщина находится на грани смерти, и в моих силах, по крайней мере, отсрочить этот момент. Вот только… В общем, нужно подготовиться.

– Ей надо волосы подстричь, покрасить, и маникюр бы не помешал, – задумчиво сказала Анна, глядя на нашего нового квартиранта.

– Хорошая идея, – сказал я. – Вот только Хрулёв просил, чтобы она не покидала пределов нашего поместья. Очень сильно просил. Тем более, чтобы её не заметили чужие люди.

– Ну-у-у… – протянула Анна. – Я думаю, справлюсь сама.

– Ты? – удивился я.

– А что такого? – надула губки. – Ты думаешь, если я графиня, то не смогу покрасить волосы и сделать маникюр? Ты слишком плохо меня знаешь. В нашем Роду всегда приветствовалась самостоятельность.

– Ну да, ну да, – покачал я головой, вспоминая небезызвестную Сару Абрамовну.

В это как раз несложно было поверить.

– И он, конечно же, не сказал, кто она?

– Нет, не сказал, – подтвердил я. – Она тебе никого не напоминает? – спросил я у Анны.

Та на несколько секунд замолчала, снова разглядывая улыбающуюся женщину. Кажется, ей понравились блины. И у нас ей тоже, кажется, понравилось. А еще понравился Затупок. Он, конечно же, крутился рядом.

Она улыбнулась, положила на блин жирную домашнюю сметану, налила сверху варенье из хрустальной вазочки, аккуратно свернула его трубочкой, и опустила вниз, где блинчик был мгновенно сожран ненасытным медоедом. После этого она встала, подошла к раковине, помыла руки, вытерла салфеткой, снова села за стол, аккуратно взяв приборы двумя пальчиками.

– Нет, – сказала Анна, – Даже близко не напоминает. Хотя, по тому как она себя ведет, а еще… следу от перстней – явно из благородных.

– Ну и ладно, – я чмокнул Анну в щёчку. – Твой мужчина поехал превозмогать. А у тебя дел по горло.

– Привет, Саша! – впорхнула в дверь Жанна с ворохом книг, и тут же побежала на второй этаж.

– Это что такое? – удивился я.

– Воспитываю себе помощницу, – улыбнулась Анна.

– Толковая? – спросил я просто так. Я и так знал, что Жанна толковая.

– Ну да.

Тут дверь открылась.

– Машина готова, командир, – кивнул мне Волк, проводя глазами стройную фигурку Жанны, которая поднималась по широкой лестнице, и нырнул обратно за дверь.

– Так, стопэ! – я нахмурился, неуверенно качнув пальцем влево-вправо, на дверь и на лестницу. – Мне же не показалось?

– С ума бы не сойти! – восторженно посмотрела на меня Анна. – Ты сумел заметить отношения между мужчиной и женщиной!

– То есть, мне не показалось? – нахмурился я.

– Нет, не показалось, – сказала Анна.

– А когда они успели?

– Успели… что? – улыбка сошла с лица Анны.

– Ну, – помимо воли я сжал кулак, и пару раз хлопнул по нему открытой ладонью второй руки.

– Фу, Галактионов! – возмутилась Анна. – Ничего такого они не успели!

– А ты, типа, следила за ними? – уточнил я.

Девушка опять смутилась.

– Не то, чтобы следила, но она со мной поделилась.

Я довольно рассмеялся.

– Да ладно. Идея, чтобы Волк себе бабу нашел, меня очень даже прельщает.

– Волк БАБУ нашел? – изящно подняла одну бровь Анна.

– Кхм… – я понял, что спорол фигню. – Ладно. Твари сами не умрут, деньги сами себя не заработают. Пока!

Я быстро выскочил на улицу, пока еще чего-нибудь такого не ляпнул.

Перед машиной меня ждал Призрак с небольшой сумкой.

– Уверен, командир? – спросил он меня.

– Конечно, я уверен. Кто лучше тебя с этим справится?

– Возможно, я смогу пригодиться тебе здесь?

– Ну, пока драться на своей территории – такое себе, – улыбнулся я. – Нам нужно знать намерения врага и действовать превентивно.

– Врага? – вмешался Волк, зная о чём идет речь. – Так ты вроде с Доброхотовым заключил перемирие.

– Ха-ха, перемирие! – улыбнулся я. – Документ подписан, слово сказано?

– Нет, но это подразумевалось, – пожал плечами Волк.

Я укоризненно покачал головой, и даже не удержался, чтобы покачать пальчиком.

– Ай-яй-яй! Вот сразу видно – ты боец, а не дипломат. Подозреваю, что Доброхотов плетёт интриги дольше, чем ты живёшь на этом свете. И я совсем не удивлюсь, если завтра нам на голову свалятся «Акулы» с «Катранами», и его гвардией.

– Ну, свалятся – это ты правильно сказал, – хохотнул Волк. – ПВО у нас сейчас… дай бог каждому.

– Это да, – сказал я и повернулся к Призраку. – В общем, смотри, блюди, и, если что – вреди.

Улыбка Призрака стала шире.

– Что, прям, можно?

– Конечно, – сказал я. – Должно же быть хоть какое-то удовольствие от задания. Москаленко тебя подбросит, – кивнул я на ждавшего неподалёку Диму, что уже прогрел «Коршуна».

– И это… – замялся Призрак. – Извини, что сразу не рассказал.

– Да я понял, что это не твоя тайна. Всё нормально, – кивнул я. – А делом ты показал, на чьей стороне. И поверь, я это оценил.

– Ну, тогда я погнал.

Я проводил его глазами. Закинув тощий баул на плечо, невзрачный человечек ловко запрыгнул в боевую машину.

– С ума бы не сойти, – тихо проговорил Волк. – До сих пор не могу поверить. Настоящий инквизитор, живой, воюет со мной бок о бок.

Я повернулся.

– Вот не понимаю этого восхищения.

– Откуда же тебе понять, – покачал головой Волк. – Это же, фактически, полубоги были. Считалось, и не без основания, что нет такого задания, которое они не могут выполнить. А ты видел их снарягу?

– Конечно видел, – хмыкнул я. – Я же рядом стоял. Годная. А ещё заметил, как у тебя вчера рука дёрнулась, когда ты их увидел.

Волк смутился.

– Так ты же читал официальную версию, что им вменяют. И что они по официальной версии натворили. А я какой-никакой гражданин Империи, и я всё ещё порву за Императора.

Я улыбнулся.

– Меня радует, что ты начинаешь задумываться. Андрей, я тебе сколько раз говорил. Ты у меня на службе.

– То, что я пережил и чего насмотрелся у тебя на службе, сильно поспособствовало моему критическому мышлению. Встреть я их год назад – погиб бы сразу бесславной смертью.

– В смысле? – удивился я.

– Ну, как преданный воин Империи, я попытался бы их обезвредить, хотя у меня это не получилось бы.

– Хм… – я задумчиво посмотрел на него.

Первый раз я видел, что Волк настолько не уверен в своих силах.

– Значит, есть еще над чем поработать, мой друг. Это непорядок, что начальник моей гвардии заведомо считает проигрышной ситуацию с обычными людьми.

– Обычными людьми? – изумился Волк.

– А как ты думаешь. Это вы считали их полубогами. На самом деле, это обычные, хорошо тренированные и отлично оснащённые люди, но всё-таки люди. А над твоей психологией мне придётся поработать. Может мне пока отстранить тебя с поста начальника гвардии?

– Командир, ты… – дрогнул голос Волка.

Но я поднял руку, не давая себя прервать.

– У меня есть кандидат получше. Я, пожалуй, старшину Затупка поставлю. Вот кто отважный и бесстрашный!

Волк осёкся, и у него на лице появилась неуверенная улыбка.

– Это же была шутка?

– Нет, блин, чистая правда! – я легонько подтолкнул его в сторону «Буревестника». – Давай уже, рули. Но с твоей психикой мы ещё поработаем. Я, конечно, не высокооплачиваемый мотиватор, но пару интересных трюков знаю. Самый действенный из них называется «сдохни, но сделай», который работает всегда.

– Откуда у тебя это кольцо? – я перехватил её руку.

– Да пошёл ты! – снова вскрикнула девушка.

– Ты другие слова-то знаешь?

Я оглянулся, и слегка расслабился. Звери сейчас вышли из-под контроля, и с треском прорывались сквозь заросли кустов, убегая отсюда подальше. Две твари сцепились друг с другом, задержавшись, и были обе убиты моими гвардейцами, которые уже подоспели, и заняли вокруг меня круговую оборону, периодически бросая на нас заинтересованные взгляды.

– Знаю! – насупилась девушка. – Да пошёл ты!!!

– М-да, так каши мы не сварим.

Я рванул её балахон, что представлял собой криво сшитые куски ткани, на которых были нашиты ветки и листья, своего рода маск. халат, в сторону.

– Нет!!! – завизжала девушка. – Лучше убей меня!!!

– Ты совсем дура, что ли? – нахмурился я. – Ты о чём подумала? – начал возмущаться я, а потом прервался. – А, я понял.

Девушка под балахоном была абсолютно голой. Я-то планировал всего-навсего проверить её на наличие колюще-режущего, чтобы не получить нож под рёбра. А у неё вообще не было никакого оружия. Да и одежды под этим нелепым балахоном тоже.

– Эко тебя жизнь потрепала, – не выдержал я.

Молодое тело было иссечено шрамами. Самый страшный из них начинался от подбородка, и проходил как раз между молодыми небольшими грудями. Я насмотрелся такого в прошлом мире. Это был криво заросший, но достаточно старый шрам от когтя твари, когда удар разрывает плоть до самых костей. И как она только выжила после такого?

Я оставил её в покое, и встал на ноги.

Девушка быстро запахнула балахон, и прижалась спиной к дереву, озираясь вокруг, как загнанное в угол животное. Да, что-то в её взгляде было животным. Похоже, цивилизация не достигла этих мест, что и неудивительно. А судя по её реакции, жизнь у неё не сахар.

– Что это за поселение? – спросил я, указывая в сторону лесной деревни.

– Да по… – начала девушка, но сбилась, когда рядом появился Волк и, без прелюдий, схватил её за горло.

– Ты! Ответишь Командиру! – отчетливо сказал он. – Иначе я сверну тебе шею.

Я не сдержал улыбку.

– Спасибо, мамочка.

Люблю я своего начальника гвардии. С ним очень удобно играть в «хорошего и плохого полицейского». Лично мне для этого не хватает некой монументальности и свирепости. Зато она с излишком есть у Потапова. Не думаю, что он исполнит свою угрозу. Хотя… Учитывая его девиз по жизни – «вижу цель, не вижу препятствий», вполне может быть. Но проверять я не собираюсь.

Я аккуратно отстранил его в сторону, и посмотрел девушке в глаза.

– Ещё раз задам вопрос – что это за деревня, и что это за люди?

Она открыла рот, видимо для того, чтобы в очередной раз послать меня далеко и подальше, но у меня за спиной натурально зарычал Волк.

Испуганно взглянув на него, она ответила.

– Это Последний Оплот! Там живут Настоящие Люди.

– Чего? – удивился я. – Последний оплот… чего?

– Последний Оплот Настоящего Человечества.

Видно было, что она отвечает неохотно. Но я чувствовал дыхание своего лысого товарища за спиной, который работал, как детектор лжи. Да, конечно, я держал девочку на ментальном поводке, проверяя её слова. Пока же проверять было нечего.

– То есть, те бомжи, которые бегают сейчас среди этих халуп – настоящие люди? – улыбнулся я. – А мы тогда кто?

– А вы «порченые», – скривилась девушка.

– Это как так? – заинтересовался я.

– Вы не прониклись силой и мудростью Эпицентра. Вы живете в «порченом мире». Но Эпицентр рано или поздно захватит всю планету, а мы ему в этом поможем, – при этих словах страх ушёл из её глаз, и они загорелись верой и страстью.

Помимо воли я подумал, что она вполне симпатичная девушка. Отмыть, привести в порядок…

– Тебе сколько лет? – помимо воли спросил я.

– А какая тебе… – начала девушка.

Я увидел боковым зрением, как огромный кулак Волка появляется у меня из-за спины.

– Пастырь говорит, что восемнадцать три месяца назад исполнилось.

– Пастырь? Это ещё кто?

– Пастырь – это Пастырь, – пожала плечами девушка. – Он ведёт нас к светлому будущему.

– Похоже, это какие-то грёбаные фанатики, – тихо пробормотал за спиной Волк.

Девушка обладала тонким слухом.

– Мы не фанатики! Это вы – «порченые» твари, которые достойны…

– Эй-эй! – поднял я руку примиряюще. – Придержи язык, а то дядя Волк реально займется твоим воспитанием. Возвращаюсь к первому вопросу: откуда у тебя кольцо?

– Я не знаю, – сказала девушка. – Мне его Пастырь дал, когда я была еще маленькой.

– А он где его взял?

– Я не знаю, – пожала плечами девушка.

Я почувствовал – точно не врет.

– А животными кто тебя управлять научил?

– Милостивый Эпицентр. Он дал мне силы, чтобы… – снова начали загораться глаза у девушки фанатичным блеском.

– Так, тихо-тихо, – примиряюще остановил я её. – То есть… тебя никто не учил, ты сама?

– Эпицентр – мой учитель, а я его…

Я вздохнул, и влепил ей лёгкую пощёчину. Это привело её в порядок, фанатизм исчез из глаз. Она смотрела на меня злобно и вызывающе.

– Хорош нести эту чушь! Я спрашиваю вежливо – когда проявился твой Дар?

– В восемь лет я приручила первую белку.

Я присвистнул. Ну, нифига себе! Это что-то новенькое. В пять лет в этом мире Дар у детей могли идентифицировать специально обученные люди. Применять же свой Дар самые гениальные дети могли после двенадцати лет. Я призвал первую иллюзию в шесть лет, но похоже я был такой единственный.

– Дай сюда, – я протянул руку, указывая взглядом на кольцо.

– Нет, не дам! – сказала она.

– Я получу его, так или иначе. Силой… или ты отдашь мне его добровольно, – абсолютно спокойно сказал я, внимательно глядя ей в глаза.

Девушка нахмурилась, сняла кольцо, и дрожащей рукой протянула мне его. Я внимательно его рассмотрел. По старым бумагам Рода и остаточным знаниям, что у меня были, я примерно разбирался в типе и качестве колец, что существовали у Рода. У Волка и у меня были вассальные кольца. Анне я передал настоящее родовое кольцо, принадлежавшее кому-то из родичей. Она же девушка! Мне же эти цацки были до лампочки.

Сейчас у меня в руках находилось родовое кольцо гвардии Галактионовых. Правда, была небольшая разница в гербе. Когда-то это кольцо принадлежало Боевому Приручителю, также моему дальнему родственнику.

На секунду прикрыв глаза, я потянулся к артефакту, постаравшись считать его память. Это очень интересное свойство – считывание ауры с предмета, что длительное время носил другой человек. И у меня никогда не получалось сделать это по-настоящему хорошо. Вот Старый Мак был мастером. Он реально, прикоснувшись к предмету, выдавал нужную информацию. Я так не умел, но, по крайней мере, имел силы, чтобы проверить его на подлинность. Это было настоящее кольцо, не подделка. Оно было достаточно старым, и сменило несколько владельцев. Последним, да – была эта девушка.

– Я пока подержу его у себя, – положил кольцо в карман.

Девушка дёрнулась, испуганно посмотрела на Волка, ничего не сказала, но из глаз у неё потекли слёзы. Видимо она привязалась к этому предмету. Но учитывая, что на ней, кроме балахона, не было больше ничего, я подозреваю, что это был её единственный личный предмет.

– У меня последний вопрос, – осторожно сказал я, пока Шнырька всё это время показывал мне деревню. И то: что он мне показывал прямо сейчас – мне сильно не понравилось. Мёртвые тела, распятые на деревьях! – Что это за люди? И что это за грёбаный камень, покрытый кровью, посередине?

– Это Алтарь Эпицентра. Мы приносим в жертву «порченых», дабы Эпицентр дал нам силу на борьбу с ними.

– То есть это не ваши люди?

– Конечно нет, – хмыкнула девушка.

Судя по одежде на трупах, это были обычные крестьяне.

– То есть вы убиваете людей просто так?

– Мы помогаем Эпицентру расшириться. Для этого надо устранить «порченых».

– И ты убивала людей?

Она ойкнула, когда я положил ладонь ей на лоб, а второй рукой перехватил её руку, которой она пыталась мне помешать.

– Говори!!! – рявкнул я.

Моё недовольство можно было понять. Прямо сейчас, в поселке, проходила какая-то адская служба, и прямо сейчас там убивали человека. Очень неприятно убивали.

– Нет, – пропищала девушка, которой, судя по всему, я сделал больно своим захватом. – Я ещё не достойна. Мне только лишь исполнилось восемнадцать! Я выступала стражем деревни.

«Не врёт», – подумал я почему-то с облегчением. Пусть она и получила это кольцо непонятно как, скорее всего не по праву, но я бы не хотел, чтобы человек, носивший кольцо моего Рода, совершал подобные преступления.

– Свяжите ее, и посадите в «Буревестник». И оставайтесь все здесь. Начнут атаковать звери – пристрелите её, – это я сказал чуть погромче, в первую очередь, чтобы услышала девушка. Повернулся к ней и добавил: – Веди себя тихо и, возможно, останешься в живых.

– Ты пойдёшь сам? – скривился Волк.

– Так будет лучше. Я никого из вас не задену. Да и там всего несколько десятков лесных бандитов, так что, думаю, справлюсь.

– Хорошо.

Волк в последнее время уже мало спорил, привыкнув мне доверять, и если я говорю, что пойду один, и до этого возвращался целый и невредимый, то видимо он предположил, что так будет и дальше. Правильно предположил. Что-что, а умирать я не собираюсь.

Но это оказалось ни хрена не просто. Эти грёбаные маньяки-аборигены были Одарёнными, абсолютно все! Даже эта безумная женщина, что подбежала ко мне, замахиваясь топором, и слегка задела мою руку, когда я просто попытался от неё отмахнуться, дабы не причинять ей вреда. Вот только она усилила свой удар, хоть доспех и не был пробит, но руке было больно. Пришлось хорошенько её пнуть, и она отлетела в сторону. Вот у неё доспеха как раз не было, либо она не умела им пользоваться, поэтому осталась лежать без движения.

А дальше началось интересное – молнии, огненные шары, и летящие в меня заряженные камни из обычной пращи. Только камни эти были из Разломов, и эти грёбаные дикари умели напитывать их силой.

Под таким напором пришлось отступить и перегруппироваться. Ну, как перегруппироваться… призвать несколько тварей, которые бросились на местных со всех сторон. И тут я удивился ещё раз – эти люди умели сражаться с тварями, хорошо умели. В ход пошли охотничьи сети, сделанные явно не из обычных материалов, а еще в ход пошли длинные копья, которые не подпускали тварей к себе.

– Прекратите сопротивление! И всех, кто не участвовал в убийствах мирных людей, я пощажу! – громко крикнул я.

В ответ, на удивление, раздался дикий смех. Глядя на этих людей, мне стало немного не по себе. Они дрались с тварями, и при этом истерично смеялись. У большинства из них я увидел пену, что стекала у женщин по подбородками, а у мужчин по густым неопрятным бородам.

– Убейте «порченого»! – заорал здоровенный мужик, габаритами с Волка, который орудовал огромным двуручным молотом, раскидывая моих тварей, как котят.

Я улыбнулся. По заветам великих стратегов нужно оставить врага без командира.

Я ринулся вперёд, призвав две горгульи, которые с визгом упали сверху, внеся сумятицу в группу обороняющихся, к которым я бежал. Но удивительное дело – за те три секунды, которые понадобились мне, чтобы до них добежать, здоровяк приложил одну из горгулий молотом так, что несчастная тварь улетела на перерождение. А ведь я знал, как сложно проковырять её каменную плоть. А он сделал это с одного удара. Лучше мне под удар этого молота не подставляться.

Я проскользнул вперед, подтянул внутренние запасы энергии, и врубил боевое ускорение, начав танцевать. Здоровяк оказался достаточно быстрым для таких размеров. А ещё не зевали его компаньоны, которые тут и там пытались навредить мне с тыла и флангов. Пришлось отмахиваться и извиваться, как уж.

Я ударил ментальным ударом, и один из врагов споткнулся. Копьё в руках у него дрогнуло, и он остался без головы от удара моей Аквилы.

Запустил в другого огненным шаром, который частично компенсировался доспехом. Но враг зашипел – правая сторона его тела покрылась волдырями – тоже потерял концентрацию. Моя Аквила поразила его точно в цель.

Я уклонился от летящего мне в спину копья. Слегка подкорректировал его направление, и воткнул гиганту-здоровяку в ногу, одновременно перекатом уходя в сторону, и отрезая обе ноги у копьеносца.

БУМ!!!

Удар молотом по земле вызвал локальное землетрясение. Уже потому, как скользнуло копьё, я почувствовал, что здоровяк умеет пользоваться доспехом, и доспех у него достаточно сильный. По крайней мере, чтобы удержать копьё.

Посмотрим, как ты справишься с Аквилой!

Нахрапом тут взять не получится. Поэтому, не забывая призывать тварей, я начал крутиться вокруг гиганта, как волчок, убивая его более слабых помощников.

И вот, в какой-то момент, в радиусе 20 метров вокруг нас никого не осталось.

Я бросился в атаку.

В разных героических фильмах, которые я смотрел, или книжках, что я читал, драка с главным злодеем растягивается на довольно длительное время. Они успевают побеседовать, поругаться, помириться. Главный герой превозмогает. Это всегда вызывало у меня улыбку. Схватка не на жизнь, а на смерть, как правило, продолжается считанные мгновения. Именно так всё произошло и сейчас.

Убрав раздражающий фактор, состоящий из его косматых товарищей, мне понадобилось четыре удара. Первые три разбили его доспех, который оказался действительно сильным. Ну, а четвёртый… Увернувшись от молота, и поднырнув под его руку, я оказался у него за спиной, и всадил меч снизу-вверх так, что он прошел через его сердце.

Здоровяк рухнул с предсмертным хрипом, и я обернулся.

– Прекратите сопротивление! И все, кто не запятнал себя невинной кровью, я оставлю в живых! – еще раз гаркнул я.

Люди как раз добивали оставшихся моих тварей. И что вы думаете, они сделали после того, как добили их? Они истошно заорали, и ломанулись на меня. Причём, часть из них была конкретно порвана моими тварями, но это им совсем не мешало.

Один из них, с перебитым позвоночником, пуская пену изо рта, полз ко мне, и пытался дотянуться копьем до моей ноги. Что ж, бешеных собак надо уничтожать, нещадно уничтожать. Я уже понял, что имею дело с ненормальными. Пару раз, в момент боя, прикоснувшись к их душам, я не увидел ничего, кроме ненависти и злобы. А ещё они явно находились под какими-то веществами.

Я недрогнувшей рукой быстро перебил всех, а затем осмотрелся. Навскидку я и мои твари положили сегодня около пятидесяти человек, и мне было их совсем не жалко.

Я нажал на гарнитуре кнопку приёма.

– Волк, медленно выдвигайтесь ко мне.

Переключив на него Шнырьку, я пошёл в сторону грёбаного лесного храма фанатиков, где связанные, с кляпами во рту, лежали два человека – мужчина и женщина, по одежде похожие на обычных деревенских жителей.

Я выдернул кляп у женщины, и она истошно закричала, увидев меня.

– Тихо! – шикнул я, и добавил ауры.

Женщина заткнулась, и лишь безумно вращала глазами. Как бы у неё с психикой оказалось не всё в порядке.

– Я сейчас тебя освобожу.

Потянулся за ножом, но потом посмотрел на молодого парня, который смотрел на меня более осознанно. Выдернув кляп у него, я спросил:

– Ты в порядке?

– Да, Ваше Благородие.

– Кто вы такие?

– Печорские мы, – сказал парень. – Эти люди вырезали наш хутор три ночи назад, а нас притащили сюда, и постоянно убивали на этом… – паренёк, который был совсем юным, всхлипнул, когда кивнул на алтарь.

– Девочка моя, Светлана! – внезапно закричала женщина так громко, что я аж невольно вздрогнул.

Аккуратно перерезав ножом веревки, я спросил.

– Чего это она?

– Её ребёнок вон там, – кивнул он на длинный барак с узкими окнами, который стоял на опушке поляны.

– Возьми нож, – я кивнул на лежащего рядом бандита. – И освободи ее.

Я пошел к бараку, и хмыкнул про себя, когда Шнырька показал мне его содержимое. Скинув бревно, служившее запором на двух скобах, я открыл дверь. Внутри, как россыпь звезд, на меня смотрели несколько десятков любопытных и испуганных пар глаз, что принадлежали детям, примерно от года до десяти.

«Вот это ты встрял, Сандр!».

– Ха! – закричал малыш лет четырех, и в меня полетел маленький, но вполне оформленный огненный шар.

Я отмахнулся рукой. Доспех на мне всё ещё висел. Шар врубился в стену, и лежащая в качестве подстилки солома занялась огнём.

– Да что ты будешь делать! – в сердцах сказал я.

Тут же подскочила девочка лет семи. Из рук у неё полетели ледяные искры, быстро погасив пожар. Она зыркнула на меня, и отпрыгнула обратно.

Я взглянул на этих ребятишек более пристально, и потянулся к их душам.

Ну, ни хрена себе!!! Все они, даже полуторагодовалый карапуз, были Одаренными. Причём УЖЕ действующими Одаренными.

Да что же тут творится?!

Конечно, ни в какой Разлом мы не поехали. Мы заняли оборону вокруг посёлка, и вызвали два оставшихся «Буревестника», дабы эвакуировать отсюда детей. Их было двенадцать, старшему из которых было десять лет, а младшему, судя по всему, полтора года.

В ожидании «Буревестников» мы прошлись по деревне. Тут были неожиданные и очень приятные находки.

Немного помогла девушка, которая, сначала увидев трупы своих сородичей, впала в лёгкий шок, но затем пришла в себя, и начала медленно, как сомнамбула, рассказывать.

Да, в рейд неделю назад ходил Пастырь со своей дружиной.

Да, такие набеги повторялись примерно раз в месяц, чтобы на алтаре Эпицентра каждый день проливалась кровь «порченых». Да, детей они оставляют в живых, чтобы вырастить из них Настоящих Людей.

Да, иногда они ходят в Разломы.

Да, периодически они нападают на неосторожных Истребителей, кто слишком углубился в Эпицентр.

Но самое интересное было другим. На мой резонный вопрос «Где все добро, награбленное у людей, в Разломах и Истребителей?», она сказала, что Пастырь торговал с «порчеными». На вопрос, что ему могло понадобиться, она ткнула пальцем в сундук в жилище этого самого пастыря, которым конечно, оказался тот здоровенный бугай. Так вот, там лежал аккуратно рассортированный в маленькие пакетики розовый порошок.

– Сраные наркоманы! – покачал я головой, сразу поняв их бесшабашную ярость, и полное отсутствие самосохранения.

Самое интересное, я хорошо знал, что это за наркотик. Изначально он был придуман для боевого применения. Делался он из разломных ингредиентов, и добавлял солдатам мотивацию в бою, отключая чувство страха. Придумали его китайцы, назвали «розовая пыль», и стоил он недешево. Даже при том, что на территории Империи он был запрещён, поставки контрабандистов из Китая были налажены. А ещё он вызывал стопроцентное привыкание.

Поэтому спецотряды китайской армии назывались «Готовые к смерти» – потому-что, если они не умирали в бою, то загибались от наркоты. Хотя Одаренные могли использовать его очень длительное время – только это, похоже, спасало местных дикарей от вырождения.

Я внимательно посмотрел на девушку.

– Ты пробовала это?

– Нет, – сказала она. – Мне ещё не положено. Посвящение на третьем месяце после достижения восемнадцатилетия. И это время должно было наступить через две недели.

Перерыв всё вверх дном, кроме артефактного молота, что был у здоровяка, нашли ещё несколько хороших топоров и мечей, три из которых были родовыми.

А ещё я с задумчивостью смотрел на «гирлянду», которая висела в доме Пастыря под потолком, а в качестве украшений на ней были привязаны кольца – кольца Истребителей и родовые, которых здесь было очень много. Судя по всему, этот грёбаный урод коллекционировал их долгое время. Точнее не только он, но и все его предшественники.

Я окинул взглядом несколько десятков колец, тихо позвякивающих под лёгким сквозняком, что царил в доме. У меня было много вопросов. Но похоже тот, кто мог ответить на эти вопросы, лежал сейчас с проколотым сердцем снаружи.

Эх, Сандр-Сандр, когда ты научишься вести переговоры!

Зазвенел телефон. Я посмотрел на абонента – Архип.

– Да, Архип, слушаю тебя внимательно.

– Сандр… – судя по голосу, Архип был озадачен. – Эээ… даже не знаю, как сказать.

– Как сказать? Словами.

Я как раз нашел знакомое кольцо медоеда на гирлянде, и рывком дернул так, что веревка порвалась, и все кольца со звоном рассыпались. Приблизил к глазам и рассмотрел еще одно кольцо гвардейца. Старое, неочищенное.

– В общем, ты знаешь, что закреплён за Хельгой?

– Я закреплен за Хельгой? – удивился я. – Каким это боком?

– Странно… – сказал Архип, – Я, честно говоря, не уточнял, но Королева Лагерта сказала, что она достигла с тобой договорённости, и ты назначаешься наставником её дочери.

– Она так сказала?

– Да. Это не так? – спросил Архип.

Я кое-что вспомнил.

– Ну, в принципе, так. Она права. Только я не думал, что это настолько серьёзно и официально.

– В общем, как наставнику, я тебе должен сказать, что Хельга завтра идет в рейд. Вот только собрать нормальный рейд у неё не получается. Разлом, похоже, она выбрала себе не по силам.

– В смысле?

– Посмотри информацию. Я тебе перекинул.

– Не могу сейчас посмотреть, сети здесь нет, – сказал я.

– В двух словах – тот Разлом, куда она собирается завтра, боюсь, что может оказаться им не по силам. А ты, как наставник… – он сделал паузу.

– Я, как наставник, что?

– Подозреваю, что ты не хочешь конфликтовать с Северным Королевством.

– Точно не хочу.

– В общем, я могу записать тебя в этот Разлом, вписать в группу. Вот только Разлом… – начал он.

Взгляд мой остановился на еще одном интересном предмете.

– Архип, в жопу информацию! Просто записывай, – сказал я. – И скинь мне время и координаты.

– Понял тебя, – сказал временно исполняющий начальник Центра.

Я же протянул руку, и взял очень интересную штуку. Камень Души. Последний раз я его видел в прошлой жизни. Откуда он здесь?!

Камень душ… Очень интересный, и очень редкий предмет, который, по факту, является застывшей эфирной субстанцией. Я даже не буду говорить, в каких местах, и с какими сложностями его удавалось нам добывать в прошлой жизни.

Мне, как Охотнику, было известно, что можно заточить душу в камень. В принципе, для этого можно использовать любой камень. Вопрос в том, насколько долго он её удержит.

Примерно такой финт я провернул с душой того убийцы, что провёл меня через тень к логову Распутина.

Так вот, все эти камни, сами по себе, имели конечное «время жизни», после чего камень рассыпался, а душа вырывалась на волю.

Да, даже в этом мире некоторые сильные артефакторы умудрялись забирать души, в основном, в оружие и предметы. Но этому способствовал долгий и очень затратный ритуал. Важны были ингредиенты, время дня или ночи, а иногда ещё и время года. Да, «душевная артефакторика» очень нудная наука.

К примеру, моя Аквила, я подозреваю, подготавливалась в течении нескольких месяцев просто для того, чтобы заготовка могла «правильно» принять душу. Насколько я понял, дальше всего пошли японские мастера. Но опять же, для изготовления всего лишь одного меча требовались месяцы, а иногда и годы – поэтому это оружие было таким безумно дорогим. При этом, как я видел в магазине, одна лёгкая небрежность могла привести к катастрофическому результату.

Что касается этого камня – душа в нем могла храниться бесконечно долго. А поймать и запихнуть душу в этот камень было достаточно просто. Конечно, если ты Охотник. Подозреваю, что местные деятели даже не поняли ценности этих двух необработанных камней, хотя и почувствовали силу, идущую от них, поэтому не выкинули.

Да, камней было два. И оба они были пустыми. Я, честно говоря, заплатил бы много денег, чтобы понять, где они взяли эти камни, и есть ли там ещё такие.

– Командир, – вызвал Волк. – Тут баба очнулась.

– Какая баба? – не понял я.

– Да какая… Обыкновенная, безумная. Будешь говорить?

Я вышел из домика. Ну да, это та женщина, которая первая встретила меня, и которую я пнул. Думал убил, но нет, выкарабкалась. Вон сидит, слюни пускает.

Внятного диалога у нас с ней не получилось. Её мысли, похоже, блуждали где-то далеко отсюда, а в данный момент она могла только рычать, пуская слюну, и завывать, глядя на мое горло, и, видимо, пытаясь добраться до него голыми руками.

– Как быстро она отойдёт?

– «Звёздная пыль»… – хмыкнул Волк.

Ну да, он этой хрени и ее действия вдоволь насмотрелся, когда находился в своих милых заграничных командировках.

– Через сутки должно полностью отпустить, – задумчиво почесал он лысую голову. – А может и никогда не отпустит. Оно тебе надо? – брезгливо сморщился он, показывая рукой на пленницу, которая напоминала бомжиху, и пахло от неё соответствующе.

Я прищурился. Выглядела она лет на сорок. Хотя, с таким образом жизни, ей могло быть лет двадцать. В любом случае, она постарше… Гхм… Кстати, а ведь я даже не спросил имя у девушки. В общем, мне бы очень хотелось узнать, что здесь происходило. А еще узнать, где они взяли эти камни.

– Свяжите ее и положите в «Буревестник» в грузовом отсеке с краешка, чтобы воздух не портила. Соберите все трупы и сожгите на поляне, вместе с деревьями, чтобы крови не осталось. Хотя, минуточку…

Я подошел к кучке оружия, которое сложили мы для загрузки в «Буревестник», и взял молот предводителя. Мне пришлось напитать руки силой, чтобы поднять его. Вряд ли обычный человек может им оперировать. Даже я буду тратить энергию впустую, просто для того, чтобы после замаха не улететь вслед за этим чудовищным оружием. Но надолго он мне и не нужен.

Я пошёл к поляне, но через несколько шагов в задумчивости остановился. Внутри молота находилась душа. Страшная искорёженная душа, которая напилась кровью не только тварей, но и людей. Я чувствовал, что прямо через рукоятку эта тварь пытается залезть внутрь моего тела, дабы подчинить меня, и заставить действовать по своей воле.

Первое желание, которое у меня возникло – отбросить этот молот подальше, и не подходить к нему никогда. Однако я не мог этого сделать. Если его кто-то найдёт, то эта душа сможет его «уговорить» на сотрудничество, и он принесет много горя. Уничтожить прямо здесь и сейчас я его не смогу, поэтому надо будет с ним что-то сделать. Ну, а пока я зачерпнул энергию, преобразовал её в ментальное пламя, и щедрой порцией влил внутрь молота.

Истошный визг раздался на пределе человеческой сопротивляемости. Да, это был ментальный крик. Но я увидел, как присели гвардейцы, схватившись за оружие. Волк, нахмурившись, посмотрел на меня, сразу поняв, откуда идет опасность.

– Всё нормально, – сказал я, когда почувствовал, что тварь убрала от меня щупальца, спрятавшись глубоко внутри.

Молот я взял в руки вполне с определенной целью. Дойдя до алтаря, я размахнулся и обрушил его на камень так, что он разлетелся на мелкие куски. Камень тоже был непростым. Этот валун был вытащен из Разлома. Принимая кровь жертвы, он также отбирал частичку их души, и запирал внутри себя.

Энергия хлынула из разбитого камня. Но я успел подготовиться, закрыв его своеобразным куполом. Я бы не хотел, чтобы бездомные страдающие души хоть как-то коснулись моих людей или меня. Ментально я собрал их в сферу, и усилием воли сжал, выдавливая их прочь на отдых, или куда там они заслужили. В глазах потемнело. Я почувствовал, как Волк положил руку мне на плечо, и с беспокойством спросил.

– С тобой всё в порядке?

Я обнаружил, что сижу на земле, и тру глаза.

– Да, всё в порядке. Устал немного.

– Устал? – спросил Волк. – Положить пятьдесят Одарённых, а потом устать от одного удара? Неужели он настолько тяжёлый?

Он тут же протянул руку к молоту. Я заорал.

– НЕ ТРОЖЬ!!!

И случайно добавил в голос свою ауру. Теперь все окружающие гвардейцы тревожно присели от моего ментального удара.

Волк отшатнулся, и посмотрел на меня с ужасом.

– Извини, – тут же сказал я. – Не прикасайся к нему. Никогда не прикасайся.

– Понял, – кивнул Волк, и несмело улыбнулся. – Совсем необязательно было так орать.

– Обязательно, Волчара, обязательно, – покачал головой я. – Не нужен он тебе.

– Понял.

Вдали завыла женщина. Она не нашла своего младенца, который пропал бесследно. Её успокаивал парень, который оказался ее дальним родственником. Я перекинулся с ними парой слов. Хуторок у них был всего в семь домов. Это был единственный ребёнок, остальных взрослых либо убили, либо принесли в жертву, а хутор сожгли.

Я предложил пока полететь с нами, не зная, что с ними делать. Не бросать же их здесь.

А вот с детишками было интереснее. Только некоторые из них пошли на контакт. Ну, кроме тех, что совсем малыши, и не умели еще разговаривать. Но пара старших сказали, что не помнят откуда они, и как сюда попали. Был ли это посттравматический синдром или эти лесные уроды применили какую-то магию, заставив их забыть – я не совсем понимал. Но прикоснувшись к душам детей, я понял, что их держали в полусне, судя по всему, с помощью какого-то зелья.

Рядом находился большой склад с разломными травами и высушенными частями тварей. Похоже, что у них здесь был хороший алхимик. Я бы сказал – жаль, что не удалось захватить его живым. Но, с другой стороны, как с этими уродами разговаривать.

В общем, грузим мы всё добро и потихоньку собираемся отчаливать на выезд с Эпицентра, как рядом со мной появился возбужденный Шнырька.

– Ш-ш-шуки! Ш-ш-шабаки! Ш-ш-шваливаем!!!

Я присмотрелся через Шнырьку, и тут же заорал.

– ВНИМАНИЕ!!! ОТХОДИМ!!!

Шнырька показал, как в нашем направлении несутся волны разнообразных диких тварей, как будто их что-то или кто-то сюда вел. Первое, что мне пришло в голову – здесь есть еще один Приручитель но потом я понял!!!

Проклятый Алтарь! Именно он создавал своеобразную зону отчуждения, что отпугивала тварей от деревни. Оказывается, в словах девушки был смысл! Алтарь не позволял тварям приближаться. А сейчас он был разрушен. И если бы не мое сильно перенапряжение от изгнания душ из камня, я бы это сразу понял!

Честно говоря, я был озадачен и рассержен, одновременно. На себя за невнимательность, а еще за непонятную магию алтаря. К счастью, мы быстро стартанули, и прорвались сквозь поток тварей, добравшись до выхода из Эпицентра без потерь.

Шнырька мне показал, как твари уничтожают деревню бродяг с ожесточением и ненавистью – буквально через час ничего не напоминало о том, что тут жили живые люди, была просто перепаханная земля.

По прибытии в усадьбу нас уже ждало несколько женщин – родственниц, жён и матерей гвардейцев, которым я мог доверять. Они осторожно приняли детей, и в первую очередь, повели их мыться.

Анна распорядилась приготовить для них лёгкую еду. А Волк, на всякий случай, приставил к женщинам четырёх гвардейцев. Как-никак, но дети были Одаренными, и непонятно, как они будут реагировать.

Я еле добрался до душа, а потом упал на кровать. Зря Волк удивился моим словам, я же ему совсем не врал. Я мог сутки провести в бою, сражаясь физически, но манипуляции с душами, тем более, рассерженными и потерянными душами, которые хотят отомстить всему живому – это очень сложно. Не зря у Охотников было табу по использованию человеческих душ. Слишком они непредсказуемые.

Я заснул с чувством выполненного долга. Сегодня я помог многим беднягам наконец-то закончить свое земное существование, и переродиться. Возможно, в лучшем мире и с лучшей судьбой, но это неточно.

Глаза у меня открылись сами собой. Я перевел глаза на яркие цифры часов, стоящих возле кровати, что показывали ровно два часа ночи, и прислушался к своим ощущениям. Меня что-то тревожило на эфирном плане. В доме была какая-то порча. Я почувствовал её еще прошлыми ночами, но не до конца разобрался. Сейчас же я отрубился, будучи уставшим, но всё равно моё подсознание трубило: «Опасность!».

Я лежал с закрытыми глазами, и пытался найти её источник. Недовольный сонный Шнырька кругами пробежался вокруг усадьбы, забежал в подвал, и даже удалился в сторону. Нет, никакой опасности внешне не было. Что-то творилось внутри.

Странно…

Я надел халат и осторожно спустился на второй этаж в угловую спальню, которую мы выделили для подруги Хрулёва. Осторожно, стараясь не скрипеть, я приоткрыл дверь, и зашёл внутрь. Бедная женщина находилась в полуобморочном состоянии. В полусне, в полу бодрствовании она металась по кровати, кричала что-то нечленораздельное, и явно при этом страдала. Если таков был её ежедневный сон, то я не удивляюсь, что она находилась в таком состоянии, потому что она почти не спала.

Я тихо подошел, и уселся рядом с ней на стул, пока не прикасаясь, а только сканируя её душу. Хотел же я с ней разобраться!

Но сколько там понаворочано. С ней работал или дилетант, или гений. Хотя был и третий вариант – это был единовременный выброс энергии, возможно, какого-то артефакта. Это походило примерно так, как срезать с человека черепную коробку, вставить туда миксер, и включить его на полную мощность, перемешав мозги. Вот примерно тоже самое сделали с её душой.

Внутри у неё творилось нечто безобразное. Там были разные души, и даже их осколки. Да-да, именно осколки. Такое ощущение, что кто-то сварил адский компот из нескольких душ, как настоящий кулинар приправил их протертыми кусочками других душ из разных баночек, всё это взболтал, и влил в женщину. Как с этим справиться, с наскока, я понять не мог. Но зато я мог понять одно – вот эта конкретная тварь здесь правит бал. Именно она отвечает за страдания несчастной женщины.

Я аккуратно, чтобы ее не разбудить, положил руку на лоб, и потянул эту тварь на себя.

Вы пытались когда-нибудь распутать комок колючей проволоки? Или провод от наушников? Вот примерно такая задача предстояла и мне. Тварь была настолько вплетена в структуру, что цеплялась всеми своими щупальцами, не давая мне это сделать. А сделать это надо было аккуратно, и достать её оттуда, чтобы ни один кусок от неё не оторвался, и не остался там. Потому-что как раз эта тварь могла расти с маленького кусочка до взрослого состояния. Именно она была ответственна за связку всего этого непотребного, что творилось в душе женщины.

Через полчаса я почувствовал, как пот заливает мне глаза. Я засунул руку в карман халата, чтобы достать желейку. Да-да, вот такой я экстравагантный, у меня желейки разложены по всем предметам гардероба. Никогда не знаешь, где застанет тебя нехватка энергии. Надо попросить Анну мне трусы с карманами купить, авось пригодятся.

Только через час я смог вытащить тварь, и пропустить её через Огненный Портал – эфемерный портал, который сжигает неудобные души, которые Охотник не собирается поглощать ни в коем случае, но оставлять на воле он их не намерен.

Да, я не получил с неё никакой энергии, а лишь свою потратил. Зато я рассеял её в пространстве без права когда-либо возродиться здесь или в другом мире. Именно из-за Огненного Портала Охотников так боялись разумные твари, в основном люди, что встали на путь зла. Ведь после встречи с Охотниками у них не могло быть перерождения. Это было окончательной смертью!

Женщина дёрнулась, и глубоко вздохнула. На секунду сердце у неё замерло, а потом опять забилось, постепенно замедляя свой ритм, пока не вошло в привычный «энергосберегающий» режим сна.

Когда я уходил, на её лице появилась улыбка.

С её душой ещё работать и работать. Но, по крайней мере, в её процесс лечения включится сейчас матушка-природа, которая просто даст ей хорошо поспать.

Спать мне уже не хотелось, поэтому я занялся медитацией, прочищая каналы. А затем спустился вниз. Осторожно, чтобы не разбудить домашних, сделал себе кофе. И вышел на порог, накинув куртку, чтобы насладиться рассветом.

Багряное солнце вставало над лесом. Я пил горячий кофе и улыбался. Как давно у меня было свободное время понаблюдать за рассветом? Как много обычных человеческих радостей проходит мимо меня, в то время, что я кручусь, как белка в колесе? И чем же отличается этот мир от моего прошлого? Похоже, особо ничем… Ну, кроме того, что здесь мне нужно начинать всё заново. Кодекс тебя, Сандр, похоже, на…дурил!

Я улыбнулся своим мыслям, и прошёл на кухню.

– Доброе утро! – раздался приятный женский голос.

Я обернулся. На пороге стояла наша блаженная.

– Доброе… – сказал я. – Как ваше самочувствие?

Ну нет, это я поторопился. Похоже, это была только первая ласточка, потому что женщина даже не восприняла мой вопрос. Она просто прошла и села за стол, чего-то ожидая.

– Кофе? – осторожно спросил я.

Но в ответ мне досталась лишь вежливая улыбка.

Я всё-таки сделал ей кофе, как обычно делал себе – с молоком и без сахара. Поставил перед ней. Она, как автомат, поднесла чашку к губам, скривилась, а затем подвинула к себе сахарницу, щипчиками положила два кубика сахара, аккуратно размешала, поднесла ко рту, и блаженно улыбнулась.

«Кажется, ночные манипуляции были не зря», – подумал я про себя.

Тут же через секунду забежала племянница Семёновны – Авдотья, заспанная, которую я назначил находиться рядом с женщиной и днем и ночью.

– Извините, Ваше Благородие, – смутилась она, увидев меня. – Я только пошла чистить зубы, а она уже вышла из комнаты.

– Внимательнее нужно быть, – не удержался я.

Вроде не похоже было, что женщина может нанести себе вред, но чем чёрт не шутит.

– Вы будете завтракать? – спросила она меня.

– Нет, я уже опаздываю, – сказал я. – По дороге перекушу.

В коридоре я столкнулся с заспанной Анной, которая вышла, услышав мои шаги.

– Уже уезжаешь? – спросила она.

– Да, хочу поучаствовать в одной ролевой игре, где я буду нянькой, а одна ледяная капризная девочка, каким-то чудом оказавшаяся в теле взрослой женщины, будет моей воспитанницей.

Анна прижалась ко мне, а я зарылся лицом в ее ароматные волосы.

– Ты ее накажешь? – уточнила она, не поднимая голову.

– Фу! Как я могу наказывать детей? – хмыкнул я. – Так, пара воспитательных моментов, и потом можно будет заняться своими делами.

Анна внимательно посмотрела на меня.

– Что-то мне подсказывает, что с этой девочкой «парой воспитательных моментов» ты не обойдёшься.

Я тяжело вздохнул, помимо воли.

– Вот и мне так кажется. Ладно, посмотрим.

– Но ты же посмотрел контракт наставничества от Центра, который я тебе перекинула?

– Конечно посмотрел, спасибо. Я могу разорвать его в любой момент, по пока не буду.

– Тебе нравится Хельга? – слегка наморщила лобик Анна.

– Не могу сказать, что прям нравится. Есть в ней внутренний стержень. Вот только этот внутренний стержень засунут в очень неспокойную задницу.

Блин, я внезапно осознал, как это прозвучало. Но Анна только рассмеялась.

– Тонко подмечено!

– Да и наша новая система ПВО, – я ткнул пальцем в потолок, – как бы намекает на возможности ее батюшки. А учитывая ответ княжеского трио, мне сейчас любая помощь будет кстати. Чёртова политика!

– Я уже говорила, что, на мой взгляд, они совершили большую ошибку?

– Да, говорила, – кивнул я. – А я тебе на это ответил, что они поступили разумно. Разумно для теперешней ситуации. Они же не знают достоверно, что твой жених – новый Бог этого мира, спустившийся с небес, дабы навести порядок. Бу-га-га!

– Ха-ха-ха, – снова рассмеялась девушка. – Ещё немного, и скоро возникнет культ Галактионова.

– Твоя шутка тоже так себе, – скривился я.

На что Анна внезапно посерьезнела.

– А вот это как раз не шутка. Ты бы слышал о чём болтают за спиной гвардейцы и жители Галактионовки?

– И о чем они болтают? – улыбнулся я.

Хотя, я примерно представлял, ведь у меня был Шнырька. Но мне было интересно, что имеет ввиду Анна.

– Да они тебя реально боготворят!

– Это хорошо, – сказал я. – По крайней мере, я уверен, что на них можно положиться, и они меня не подведут.

Я еще раз чмокнул её в щечку, хотя она подставляла губы, чтобы… чтобы… соберись, Сандр!

– Всё, я полетел, – я развернул её к себе спиной, и придал небольшое ускорение, слегка хлопнув её по упругой попке.

– Свадьба уже на следующей неделе! – улыбнулась Анна, игриво взглянув на меня.

– Да, я помню, и с нетерпением жду этого момента.

– Я тоже! – засмеялась она, и скрылась за дверью.

А я покачал головой, рефлекторно поправил штаны, и тихо добавил.

– Знала бы ты, с КАКИМ нетерпением я этого жду…

– Галактионов? – кажется, Хельга была удивлена, когда, лихо подкатив к Разлому, кортеж из восьми машин застал меня там, мило гоняющего чаи с армейской охраной.

Да, этот Разлом был «созревший», и в любой момент отсюда ожидали выброс тварей. Поэтому его закрытие было в приоритете. Неудивительно, что Хельга выбрала именно его. За такие «созревшие» Разломы давали больше репутации. Удивительно было, что она решила – здесь они справятся.

Вообще-то их рейд-группа выглядела внушительно. Кроме Хельги здесь ещё было четверо Истов. А ещё с ней приехало четыре бородатых великана, габаритами с моего Волка. В отличие от него, эти имели длинные русые волосы, перехваченные хвостиком, и такие же русые бороды. Настоящие викинги, а точнее «Берсеркеры» – элитная гвардия Северного Короля. Я невольно пробежался глазами по их кольцам. Все они горели ровным оранжевым цветом.

Я успел кое-что прочитать про личную гвардию Северного Короля. В основном они «решали вопросы» в реальном мире, но в тоже время, были обязаны походить в Разломы. Я так гордился своей идеей сделать «универсальных» гвардейцев, а Северное Королевство меня опередило на несколько сотен лет. Для них это было нормой, хоть многие и продолжали считать это пустой тратой времени и ресурсов.

Примерно просканировав их сущности, стараясь при этом не раздражать этих бородатых господ, я понял, что все они скорее всего в ранге Мастера. Мастер, да ещё и Истребитель четвёртого класса. Хорошие кадры в Северном Королевстве!

У Хельги всё ещё было оранжевое кольцо и, похоже, её это сильно раздражало. Да, я потратил некоторое время, чтобы просмотреть, чем она занималась. Так вот, чего не отнять было у девушки, так это настойчивости. Мне кажется, она спала всего по четыре часа в сутки, всё остальное время проводя в Разломах. Она, как всегда, была прекрасна своей неестественной ледяной красотой. Вот только на бледном лице я заметил тени под глазами, что явно было следствием недосыпания, и незаметно подбирающегося энергетического истощения. По тому, как нездорово блестели её глаза, я понял, что не ошибаюсь.

– Ну вот, решил воспользоваться правом наставника, и составить тебе компанию.

– Мне не нужна твоя помощь! – уперла руки в боки Хельга.

– Можно тебя на секундочку?

Я бесцеремонно подхватил её под руку, и потащил в сторону.

– Спокойно, парни, – кинул я через плечо напрягшимся здоровякам.

И тут они тоже порадовали, абсолютно не восприняв мои слова, как посыл к действию.

– Госпожа? – сказал один из них.

– Да, всё нормально, Бьёрн, – кивнула она, и Берсеркеры расслабились.

Мы отошли в сторону.

– Хельга, у меня был разговор с твоей матерью.

– Я знаю, но я была против.

– К сожалению… или к счастью, но это ни на что не влияет, – улыбнулся я.

– Я взрослая девушка, и могу сама принимать решения, куда мне ходить!

– Да, я тоже так думаю, – не удержался я. – Но Королева Лагерта объяснила, что в вашем королевстве всё немножко не так. И она всё ещё может решать за тебя.

Кулаки Хельги сжались, а голубые глаза полыхнули морозом.

– Воу-воу! – сказал я. – На меня-то чего злиться? Это у вас такие порядки. Я реально хочу помочь.

– Хочешь помочь? – недоверчиво прищурилась Хельга.

– Нет, я приехал хер знает куда в такую рань, чтобы потроллить тебя на свежем воздухе, – не удержался я. – Да кто вообще в Разломы в шесть утра ходит?! Спать-то когда?!

– Пока ты спишь, враг качается, – резонно заметила Хельга.

Я недоуменно посмотрел на неё.

– Какой враг? И где качается?

Хельга первый раз улыбнулась.

– Не обращай внимания, – улыбка сошла с её лица. – Но я веду рейд, ясно?

– Ни хрена неясно, – улыбнулся я, и положил ей руку на плечо. – Без обид, подруга, но это мой рейд.

Девушка скривилась, открыла рот что-то сказать, но я бесцеремонно положил ей палец на губы, чтобы она замолчала.

– Не трать попусту ни слова, ни силы. Как я сказал, так и будет. Или рейд веду я, или никто никуда сегодня не пойдет. Это моё последнее слово!

Снова вспышка ледяного холода в глазах, которая сменилась легкой задумчивостью. Она слегка прищурилась, и неожиданно согласно кивнула головой.

– Хорошо, ты ведёшь рейд.

Хельга развернулась, и пошла к своим людям. Я прищурился, провожая её взглядом, и не мог понять, что не так. А потом до меня дошло. Кажется, у неё сейчас излишняя амплитуда в движениях таза. Говоря простыми словами – походу, она сейчас пыталась сексуально вилять своей очаровательной задницей.

Если сперва я считал это пустой тратой времени и своеобразной трудовой повинностью на благо будущего моего Рода, то потом изменил свое мнение. В этот раз Хельгу словно подменили, и я смог достаточно адекватно оценить ее стиль ведения боя. Раньше она была какой-то нервной, и нередко необдуманно наносила удары, но в этот раз все было иначе.

Девушка выросла в моих глазах. Конечно, пока еще не как лидер – я не имел возможности это оценить, но как боец – это точно. Она больше не лезла на рожон, а свой Дар использовала разумно, эффективно и, что немаловажно, экономно. Наверное, поэтому она бесилась раньше, так как не хотела (или не могла) светить им передо мной. Однако, как я понял, прошлый урок был усвоен, и она теперь не скрывала силу в ущерб своей команде. Или она получила разрешение от своих родителей.

Когда на одну из девушку-Иста, что была с нами в группе, внезапно вылетел здоровенный комодский варан-переросток, который внешне очень хотел быть похожим на своих дальних родственников – драконов, то Хельга без раздумий ударила себя в грудь кулаком, а затем тем же кулаком по раскрытой ладони. Из ладони вылетел охрененное такое облако льда, которое своей аурой могло обжечь даже меня, благо я стоял не так близко к девушке, и мгновенно заморозила варана. Тот даже пискнуть не успел.

– Делаешь успехи, – похвалил я ее, а она только весело усмехнулась и, бросив на меня быстрый взгляд, небрежно произнесла.

– Веди дальше, командир…

Ну, я их и вел. Да так вел, чтобы было меньше риска и больше адреналина.

Не всегда опасность представляет собой большое скопление врагов. Ведь когда враги засели в грамотной засаде, даже при небольшой численности, они могут нести смертельную опасность. А впереди находился небольшой гротик, где твари сидели по центру у маленького озерца.

По правде говоря, у меня было больше вопросов к Архипу, чем к Хельге. Он решил, что Разлом чересчур сложный для девушки, а я вижу, что нет. Она вполне может справиться своими силами, что и делала, просто со мной это было намного безопаснее. Я точно не дам им умереть.

Пока я сражался плечом к плечу с ними, все мои мысли занимал мой дом. Как бы я не любил вот такие вот Разломы, но сколько, мать его, у меня сейчас дел дома – словами не передать. И главное – что за всем нужно проследить именно мне.

Одна только Красивая устроила стройку века. Шнырька показывал груды камней, которые прибавились у подножья горы. Такими темпами она очень скоро насыпет еще одну гору. С этим нужно было что-то делать, и варианты у меня были. А еще теперь в пещере живут слаймы, которым скучно, и которых нужно постоянно кормить. Как я предполагаю – работяги из них будут загляденье, но вот жрунишки они тоже не хреновые. Селяне сено только и успевают стягивать к подножью горы. Хотя проблем с этим пока нет. Сейчас слаймы жрут, но не приносят пользы, и это нужно как-то исправить.

Анна, пока я ехал сюда, прислала сообщение по поводу обустройства холодильных помещений. Уже шесть из них готовы, и все благодаря тому, что изголодавшиеся по работе люди работают быстро и споро. Мои селяне имеют силу и задор, а многие ветераны имеют достаточно технических знаний. Получился неплохой такой симбиоз.

Офис тоже закончили строить, и уже доделывают там отделочный ремонт, который будет указывать на статус нашей новой компании. Хоть и не понимает Анна, зачем такая спешка, а спешка, мать его, есть. Мне просто не терпится все запустить в работу. Но даже, когда запущу, это не будет финалом, о нет… Это только начало. Они все хотят увидеть Галактионова-бизнесмена? Они его увидят и поймут, как мы, Охотники, умеем вести дела! Хотя… вряд ли они знают об Охотниках.

Так незаметно, за всеми этими мыслями и управлением отрядом, я едва не проморгал момент, когда мы дошли до конца этих пещер и уперлись в кристалл.

– Прошу! – вежливо предложил я девушке уничтожить кристалл, ведь она это заслужила.

Я был сегодня немного удивлен. Думал… придется орать на нее, психовать из-за ее дебильных ошибок, а она взяла и удивила меня. Больше не допускала прошлых ошибок. Стала собранной, внимательной и… эффективной? Может, у них королевский дар такой? Быстрое обучение через боль?

– Какая же ты задница, Галактионов! – после уничтожения кристалла подошла ко мне Хельга, пока группа отдыхала.

– Я – задница? Это ты – маленькая заноза, которую повесили на меня, – с улыбкой изрек ей, и приготовился защищаться от негодующей ауры мороза.

Но нападения не последовало, хотя и хлынул от нее легкий холодок. Похоже, она уже отлично умеет управлять своим Даром, и наконец-то «отключила» его от своих эмоций. Молодец!

Вместо нападения она вздохнула.

– Я все понимаю, – удивила она меня своими словами. – Тяжело не подчиниться, когда в дело вступает моя мать. Но и ты хорош… Почему не позвонил и не предупредил меня? Ведь время у тебя было для этого. Приехал сюда, и сразу начал строить из себя моего папочку.

Ух… Даже непривычно видеть ее такой милой и благоразумной.

– Да фиг его знает, – пожал плечами, понимая, что доля правды есть в ее словах. – Кто же знал, что ты смогла вырасти и стать умнее? Не помнишь, как закончился наш прошлый рейд?

Вспомнил только про совместный рейд, когда пострадали наши сопартийцы, а вот про крушение не стал ей напоминать. Тем более, её вины там не было.

– Помню, – серьезно ответила она. – Именно поэтому я учусь на своих ошибках. Мой отец всегда мне говорил, что опыт приходит с трудностями, а ты не даешь мне в них окунуться.

Эх… Извини, девочка, но нет. Я не отпущу тебя на «вольные хлеба», даже несмотря на твой взгляд. Не хочу я потом выслушивать от твоей матери. Кстати, о ней.

– Ты не права, – без улыбки сказал я. – Твоя мать меня не запугивала, а если и пыталась, то это плохо у нее получилось. Не скрою – моя выгода в этом есть, но не угрозами я согласился на это.

– Да ну? – горько усмехнулась она.

– Угу! – твердо кивнул я.

– А хочешь проверим это? Как ты не боишься мою мать? – и почему у нее так озорно загорелись глаза? Я увидел, как в них пляшут ледяные чертята.

Не знаю, что она придумала, но вот на понт, как говорит Вася Крендель, меня точно лучше не брать. Не люблю я такие вещи, и всегда специально ведусь на них, чтобы потом обломать наглеца на его же поле.

– Давай, – пожал плечами, и издевательски улыбнулся. – Если сможешь.

Мы к этому времени как раз вышли из Разлома, и теперь дышали свежим воздухом, а не той смесью цветов, гнилых водорослей и крови тварей, которая был в гроте.

Да, там росли очень неприятные цветы, из-за чего Разлом и имел такой ранг. Если у тебя нет доспеха с фильтром, то тебе хана! Будешь бегать под кайфом и убивать розовых фей, пока тебя грызут комодские вараны.

У меня, кстати, «фильтр» собственной разработки, он не убирал запахи, а только эффекты, и я его подвязал на свои печати. Это нужно было на тот случай, когда запах реально мог спасти жизнь. Некоторых монстров нельзя увидеть глазами, зато на запах они отлично обнаруживались. И это один только из примеров.

Хельга точно что-то задумала, и полезла за телефоном.

– Алло, мама? – и что это может быть? Сейчас скажет, что отказывается от моей помощи? Ну, так я и не против. – Да, все хорошо… Вот звоню у тебя спросить совета… – сказала, и сделала паузу. – Что делать, если у меня уже вторую неделю тошнота и задержка?

Охренел ли я? Очень сильно… Я понял, что она хочет сделать. Впрочем, в эту игру можно играть вдвоем.

Судя по тому, что Хельга замолчала, значит ее мать тоже пока молчит. Шнырька, кстати, тоже был в шоке от такого поворота событий, и показал ей из теневого режима большой палец. Конечно же, она его не видела, но все равно, мелкий, однозначно, предатель!

Когда Лагерта спросила ровным, но мощным голосом «КТО?!» – я прекрасно это услышал, хотя до Хельги было метра четыре.

– Барон Галактионов, – грустно сказала она. – Ой… Мне пора бежать, меня снова тошнит!

И бросила трубку.

– Интересный ход, – похлопал я ей.

Действительно, я удивлен такому повороту, и отдаю дань ее смекалке. Думал, что просто закатит истерику, а она поступила красиво и очень… резко. В ход пошла тяжелая артиллерия? Но я же сам согласился, значит все законно?

– Я рада, что ты оценил. Как ты себя сейчас чувствуешь? – спрашивает и улыбается, что непривычно для вечно холодной Хельги.

Наверное, это вообще первый раз, когда я вижу вот такую ее улыбку, кстати, очень привлекательную.

Первой моей идеей было призвать единорога, и попросить ее погладить его, чтобы доказать, что она еще девочка. Но это слишком тонкая шутка, которую в этом мире точно не поймут. В моем прошлом мире гуляли подобные шутки – «Если эта благородная госпожа дотронется до белого единорога, то он порозовеет, у него отпадет рог и вывалятся глаза!» С шутки все смеялись, ведь им сразу было понятно, какая репутация у такой девушки.

– Я… как? – улыбка не покидала мое лицо. – Очень… гхм… бодрит! И скажу, что следующий ход за мной. Жди и бойся! Ха-ха-ха!

– Ну-ну! – окинула она меня веселым взглядом. – Ты тоже жди… Звонка от моей матери.

Сказав это, она развернулась и пошла к палатке, где ее люди приводили себя в порядок после Разлома. Я же пошел к «Буревестнику», залез в него, но уезжать не спешил. В голове прикидывал разные идеи для мести. Хотелось чего-то веселого… Но пока ничего в голову не приходило.

Послал Шнырьку на разведку. Подслушал, как Хельга с подругой делится своей шуткой. Подруга побледнела, а здоровяк Бьёрн резонно заметил, что жалко парня. Хороший был боец! Это они про меня, что ли?

Хельга всем запретила звонить родителям и докладывать, что это шутка. Ну, раз она сказала про родителей, отец, получается, еще не в курсе. Непорядок!

Подождал, пока она отправится в отдельную палатку для её личного королевского пользования, и послал Шнырьку спереть ее телефон. А уже с него отправил короткое сообщение ее отцу – «Мама, я беременна. Что делать?»

Дальше короткое ожидание, пока не увидел, что он прочитал ее сообщение. Затем быстренько удалил его, делая вид, что это она ошиблась адресом и удалила, пока он не прочитал.

Знаю, как аристократы помешаны на своих дочерях, а про отца Хельги я начитался уже достаточно. Однажды он уничтожил целое герцогство, вместе с его гвардией, за оскорбление своей дочери. А Хельга всего лишь отказала его сынку в танце, после чего тот среди своих друзей принялся распускать клевету – «что эта ледяная шлюха совсем зажралась, и не „дает“ порядочным господам».

Короче, суровый мужчина. Он совсем не сделал скидку на то, что тот аристократ был в жопу пьян, резонно заметив, что это не оправдание, а, наоборот, «отягощение». Тут я согласен – не можешь пить, не мучай печень.

Но я осознанно влезал в эту историю. Ведь, на крайний случай, я уверен в своих силах, а если что – они ничего не докажут, и узнают о глупой шутке их дочери.

Но на этом все не закончилось. Хельга имела неосторожность своему отряду сообщить информацию, что нашла новый Разлом, о котором специально не подаст заявку, чтобы я не пришел и не испортил ей удовольствие. Она запланировала поход на вечер, чтобы все успели отдохнуть. Разлом в этот раз был слабый, ведь все немного устали, и у них проблем с ним точно не будет.

Что ж, я вступил в игру, и сразу направил туда свой «Буревестник». Ну, после того, как дождался своих добытчиков с фурами. Теперь я еще немножко бизнесмен, и не планирую оставлять трупы комодских варанов внутри. С Хельгой я это согласовал. Она лишь пожала плечами, отказавшись от своей доли в «живом луте». Что ж, у богатых – свои причуды!

Я попрощался со своими бурчащими гвардейцами-разломщиками, которым придется самим вытаскивать трупы из Разлома из-за токсичной атмосферы. А именно добытчики смогут только снаружи помогать в загрузке рефрижераторов. Что ж, работа на меня – это не сплошное веселье, хоть я и стремлюсь к этому! Ха-ха…

Разлом был небольшим, и в нем жили гиены, вперемешку с крысами. Жаль, что я не взял с собой Одина. Он бы там устроил революцию, и привел своих братьев к нужной нам политике партии, и, наверное, перевез бы в мой особняк. Но раз нет со мной Одина, то пришлось по-быстрому призвать разных тварей, и с их помощью проводить быструю зачистку. А еще у меня в «Буревестнике» сидел Затупок, которого не взяли в прошлый Разлом, и грустно смотрел в окно.

– Вот и пришло твое время, товарищ старшина!

Там, где нормальному отряду потребовалось бы четыре часа, я справился за час, и жалел только о том, что не мог без палева вывезти отсюда тушки в свои морозильные камеры – иначе я испорчу весь «сюрприз».

Затупок показал себя во всей своей разрушительной красе, гоняя бедных гиен, как мышат.

– Хмпф!!! – фыркнул он, гордо выходя из Разлома.

– Ну да, ну да… Куда им до тебя – великого и ужасного!

Его морда задралась еще выше от гордости, и он толкнул ближайшее дерево, которое рухнуло на землю. Конечно, он тут же его обоссал, с чувством превосходства.

Затем мы быстро укатили отсюда, на случай, если Хельга приедет раньше, дабы поставить тут лагерь. Она, кстати, сможет понять по уликам, что я здесь был, если будет внимательной. А больше ничего меня выдать не может. На сайте я отметку не ставил, что беру его «в работу», тем более, не сообщил о закрытии. Военных там тоже не было, так как Разлом был «недозрелым». Ему до всплеска еще нужно было больше месяца.

После этого всего я помчался принимать работу у «холодильщиков», и разобраться с лишним камнем, который собрался у горы. Конечно, его можно продать, он стоит денег, так как гранит – порода крепкая и ценная, а камня там много, но это не мой путь. Зачем продавать, если он самому нужен?

Пока ехал по Галактионовке, обратил внимание, какие здесь паршивые дороги, если даже мой внедорожный «Буревестник» шатает. Сразу попенял своим предкам, которые не построили здесь нормальную дорогу, и крепко задумался.

– Давай сначала к Санычу, а затем к Петровичу, – скомандовал я водителю.

– Сейчас… секунду, – замялся он, и стал смотреть вбитые координаты в бортовом навигаторе.

В моих «Буревестниках» была самая совершенная навигационная система, в которой были сохранены координаты всех ключевых людей и мест, которые мне срочно могут понадобиться. Даже дом Сары Абрамовны там есть. Кстати, давно вестей от нее не было. А она точно знает про свадьбу – Аня говорила. Чую, что-то готовит!

Мужики находились в это время по домам, и мой приезд для них оказался сюрпризом, но на разговоры у меня не было времени. Загрузил их всех в транспорт, и погнал к горе. Правда, предварительно дал сигнал Красивой, чтобы отвела своих деток подальше.

– Ваш-бродие, а куда мы едем? – поинтересовался Петрович.

Блин, он так осторожно меня спрашивал, и мне захотелось пошутить о том, что везу предателей в лес! Но боюсь, их старые сердца могут остановиться быстрее, чем я успею сказать, что это шутка. Что-то Хельга во мне пробудила шутника, и как бы никто не пострадал после этого. Сандр всегда умел метко шутить, но не все эти шутки могли оценить по достоинству.

– Все увидите, не переживайте, не в лес ведь вас вывожу за грехи покарать, – все-таки не удержался от легкой подколки.

– Так что… там парни зря яму копают? – не удержался мой водитель от шутки.

Что-то Саныч побледнел слегка.

– Шутит он так! – пояснил я им, и вроде они поверили.

Когда добрались до горы, то мужики аж присвистнули от количества камня, который там лежал.

На месте я им объяснил, что у них есть всего два дня, дабы собрать все и вывезти отсюда. И сказал, что дарю им его на строительство нормальных дорог в деревне. Ну, и на другие строительные нужды, по их усмотрению. Конечно, они сразу сказали, что на дорогу этого не хватит, когда я им рассказал, какую хочу дорогу. А хотел я максимально простую мощеную дорогу из булыжника. Вот только эта самая дорога должна простоять, по меньшей мере, несколько сотен лет. А для этого нужно много копать, выстраивая мощную подложку.

Меня заверили, что они сами справятся, и от предложенной помощи, в виде строительной бригады, отказались. В действительности, там ничего сложного не было, и я был уверен, что у них все получится. Мужики заметно обрадовались, и рассыпались в благодарностях. Им понравилась идея нормальной дороги, которую не будет размывать дождь, делая из нее болото. Заодно рассказали мне историю, что у какого-то там Василия на той неделе лошадь, во время плохой погоды, на дороге сломала ногу, и сколько убытков это принесло работяге.

Красивой же сказал пока складывать камень в пещерах, которые уже успели расковырять, а через два дня снова скидывать вниз. Она немного расстроилась, что я не зайду к ней и не почешу ее, но послала сигнал, что все сделает. Доложила, что слаймы в порядке. Они жуют травку, и периодически устраивают какую-то феерическую «слаймовую дискотеку». Шнырька показал их пещеры – все были разрисованы разноцветными чернилами. И тут, и там виднелись на стенах ожоги и сосульки, но такова природа слаймов. Им нужно периодически сбрасывать напряжение, а моя задача – сделать это «сброс» полезным для меня.

Мы перевезли туда почти всех, кроме Валерчика, и парочки его друзей. С главным слаймом мне еще предстоит наладить нормальный контакт и узнать, на что он способен. По идее, он должен командовать остальными, но мало ли… Вдруг он не у всех в авторитете – нужно будет узнать об этом поподробнее.

Наведался еще в морозильники, и проверил их. Увиденным остался доволен, их было всего шесть, зато идет работа над остальными. Эти же полностью готовы к приему добычи и товара.

Значит, можно начинать! Следующая остановка – это усадьба. Здесь я проверил Бурбулиса, и пообщался с ним. Тот мне доложил, что все в порядке, и твари стали реже беспокоить. Потом послушал несколько его новых песен, которые он мне включил, и смог оценить его талант.

После него в очереди был Один. Тот был рад меня увидеть, и встретил церемонным поклоном. Начал рисовать мне на земле разные схемы, объясняя, чем он был занят. Не хотел он общаться образами, все стремиться стать похожим на человека. Речь пока еще не может освоить, и очень расстраивается из-за этого. Как я понял по его докладу, у Цербера дела идут хорошо, или лучше сказать, у вверенного ему участка фронта. Один со своими подчиненными задолбался вытаскивать трупы тварей, которые скапливаются вокруг Цезаря.

Цезарь хочет спать, а твари – прорваться сквозь него, поэтому постоянно будят его. А когда его будят, то он злится и убивает негодников. Тут я смог порадовать хвостатого, что скоро места будет больше в морозильном помещении, а то Один уже играет в тетрис, и пытается всех утрамбовать.

– Хочешь чаю? – спросила у меня Анна, когда я вышел из подвала.

Я при виде ее сразу вспомнил, что через неделю свадьба, но ничего толком для нее еще не сделал. Нужно костюм купить, и денег на нормальное платье ей выделить. Хотя она и так знает, где они лежат.

– Наверное, соглашусь на твое предложение, – подумал, что реально сегодня замотался. – Только пригласи, пожалуйста, за стол еще Волка, мне нужно с ним поговорить.

– Как скажешь, – улыбнулась она, достала свой планшет, и принялась что-то набирать.

С Анной мы уселись в гостиной, и поговорили о делах. Я ей рассказал, сколько всего успел сделать, а она в конце рассмеялась. Причину ее безудержного смеха я не понял. Вот честно, не понимаю, как новость о том, что я подарил работягам камень, может оказаться такой смешной.

Анна продолжала смеяться, и не могла остановиться.

– Звал? – даже Волк застал ее смех.

– Ага, присаживайся! Есть задание для твоих парней.

– Слушаю, – уселся он, а затем взял кружку, на которую я указал.

Он хоть и слушал меня, но посматривал на Анну, чтобы понять, почему та смеется.

– В общем, проследи, чтобы люди с Галактионовки успели за два дня все вывезти, – дал ему указание. – Если нужно будет, организуй любую помощь, транспортом или бойцами, неважно.

– Понял, – кивнул он. – А почему Анна хохочет?

– Сам не понимаю, – ответил ему, и с опаской посмотрел на нее, – может перетрудилась.

Анна наконец-то отсмеялась, и решила все объяснить.

– Представь себе, он не просто подарил им камень, который был добыт в горе, – начала она рассказывать, все еще хихикая. – А с суровым лицом приказал людям построить дороги, и как можно быстрее.

Волк сперва сидел с каменным лицом, и я было подумал, что он нормальный, но вдруг его тоже захлестнул смех.

Теперь я здесь был единственным человеком, который ничего не понимал.

– Так и сказал? Вот вам камень, а мне дорогу? – переспросил Волчара.

– Ага…

– Бедняги, – еще громче заржал Волчара.

Прошло минут пять, прежде чем они мне удосужились объяснить, в чем причина такого смеха. Оказалось, все банально просто, и мне стало стыдно.

Камень очень и очень прочный. Это я привык, что Красивая легко с ним справляется. А вот люди, у которых из инструментов только молоты, пилы и зубила, вряд ли смогут с ним совладать. Нет, у них конечно были нормальные инструменты, вот только их немного, и все они требуют расходников, будь то топливо, диски, и полотна к пилам. А раз у них нет возможности купить новые, то будут, буквально, все долбить и пилить руками. А еще я дал им указание, чтобы плитки на дороге были ровными, с умеренной щербинкой, и не скользили.

Тайна, почему Саныч и Петрович уходили такими озадаченными, раскрыта.

– Хорошо, что ты у меня есть, – наконец-то сказал я Анне, и обнял ее. – Действительно, неловкая ситуация.

– Ага, представляю, как они сейчас ломают голову.

– Мдаааа… ситуация, – протянул я. – Нужно все исправить. Выдели нужную сумму денег и купи на них инструменты, которые им пригодятся. Думаю, одним ручным инструментом они не обойдутся, а гор у нас много, так что камня будет завались. Купи станки для колки камня. Всё это запиши на баланс деревни для своих и моих нужд, пригодится.

– Конечно, без проблем, – вытерла она последнюю слезу. – С вас барон – 75 000 рублей.

Теперь озадаченным сидел я. Семьдесят пять штук, как с куста, блин! Проще продать камень или отложить. Однако дороги, сами по себе, не появятся.

Имперские новости

С момента моего последнего разговора с Катей прошло два дня, а у меня он все никак не выходил из головы. Почему-то я был уверен, что все пойдет не так, как нужно, и мне придется отправиться в Африку.

Конечно, я не затычка во всех местах, и есть в этом мире люди, что сильнее меня, да и в Роду ее далеко не дураки. Но на всякий случай, я вечером поговорил с Андрюхой, который соизволил меня посетить, чтобы подлечить моих бойцов.

Я намекнул ему, чтобы отнеслись серьезно к моей просьбе, и внимательно проследили за подготовкой Кати к поездке, отправив с ней нормальное количество гвардейцев.

Он сначала засмеялся, но когда увидел, что я даже не улыбаюсь, тут же побежал звонить отцу, поднимая кипиш. Как же хорошо он знает меня и мои способности!

Потом еще долго спрашивал, что я подозреваю, и что может случиться. А что ему сказать, если я сам пока не знаю. У Охотников предчувствие работает на совсем ином уровне.

Однажды… помню такой случай. Молодой Охотник всем своим друзьям сообщил, что день будет дерьмовым. С него все посмеялись, ведь они охотились всего лишь на саблезубых кроликов. Думаю, не стоит говорить, на кого нагадил мимо пролетающий дракон?

Весь день я провел с Андросовым, и следил за тем, как он осматривает и лечит моих будущих гвардейцев.

– Сань, ты не рассказывал мне, что здесь все так запущено, – укоризненно посмотрел он на меня. – Я не управлюсь за один сеанс. Тут к многим нужно хотя бы раза три наведаться, а лучше и все пять.

Блин, не люблю я просить о таких просьбах, но мне жаль людей, да и не только. Они мне были нужны еще вчера, и нужны здоровыми. Кроме того, они должны пройти курс реабилитации и подготовки, чтобы вспомнить свои старые навыки. Хотя Волчара заверяет, что такое не забывается.

– Есть варианты? Мне они нужны здоровыми, – пожимаю плечами. – Могу заплатить деньгами или услугой, а еще могу напомнить, что я как бы жених твоей сестры.

– Надеюсь, ты шутишь, – он глянул на меня сердито. – Ты знаешь, что я тебе помогу и так. Просто мне нужно найти свободное время.

– Вот и я о том, что времени у тебя нет, а мне, прям, уже горит.

Своими словами я заставил его задуматься. Конечно, я поступаю некрасиво, и прекрасно это понимаю, но считаю, что в своем праве. Я не раз ему помогал просто так, без задних мыслей, а сейчас, когда дело касается моих людей, которые с очень большой надеждой ждут моей помощи, не хотелось мне растягивать этот процесс на несколько месяцев. Но и настаивать не буду, если он не сможет сделать все побыстрее.

– Я придумал, – вдруг осенило его. – Самых тяжелых я заберу с собой.

Вот такого поворота я не ожидал.

– В смысле… заберешь? – были версии, но лучше услышать от него.

– У Морозовых, рядом с поместьем есть больница, построенная на их деньги и ими же опекаемая. Вот там их и разместим. Я смогу спокойно провести все лечение, и затем отправлю их назад. Тебе нужно только оформить их официально, как прошение по лечению, чтобы не было потом никаких проблем.

Хм… а это реально выход. Только теперь я должен буду еще и Морозовым, но тут особых проблем не возникнет. Все таки моя гвардия помогла тогда Андросову, а там находилась и Морозова.

– Согласен! – пока он не передумал, я сразу кивнул.

Чтобы не откладывать это дело, я набрал Анну, и попросил подготовить бумаги на каждого человека, на которого укажет Андросов.

Как итог, он выписал «больничный» для девяносто четырех человек, что меня порадовало. Не все из прибывших были инвалидами. Но даже так, это большое количество, на которое Андросову придется потратить свое время.

– Кстати, Сань, я здесь не только ради лечения, – когда он закончил со всеми делами, сказал мне. – Смотри, что у меня есть для тебя.

Андросов вытащил из внутреннего кармана пиджака слегка помятый конверт, и вручил его мне.

Чтобы понять, что там, мне даже не пришлось его открывать. Пока он держал его в руках, то Шнырька все проверил, и уже доложил.

Ой, как же мне не хотелось брать это письмо.

– Слушай, а может не надо? Оставь себе… Вот честное слово, мне сейчас не до этого, – попытался отмазаться я.

– Не делай вид, что знаешь, что там, – хмыкнул он, и всучил мне его в руки.

Пришлось при нем его открыть, делая вид, что читаю, а затем вежливо отказаться.

– Думаешь, ты сможешь отказаться от сегодняшнего вечера через меня? Нет, Саш, это так не работает. Звони сам Долгоруковой или Долгорукову и сообщи, что не придешь. Меня просто попросили передать тебе приглашение.

Блин… Вот надо было так попасть. Долгоруковы устраивали бал, и меня пригласили.

– Ладно… Увидимся там, – тяжело вздохнул я, когда понял, что отмазаться не выйдет.

– Так-то лучше… Кстати, там Кати не будет, так что можешь появиться с Анной без проблем. Люди меньше сплетничать будут.

Еще один геморрой на мою голову. Все знают, что я помолвлен с Андросовой, но гуляю под ручку с Голдсмит.

– Ага, знаю, она теперь с Вербицким гуляет, – ответил ему.

– Вербицким?! – округлились его глаза от удивления. – Во-о-о… ты дурак, конечно. Вербицкие были замешаны в нападении, хоть и не объявлялось это в широкие массы. Катя, скорее всего, вырвет ему кадык, чем будет с ним общаться.

Тут мне стало все понятно. Она просто хотела проверить мою реакцию, а я, честно говоря, поверил ей. Ну, такие тут устои, что быть в отряде у Абсолюта – это быстрый путь к силе и славе. Он закрывает мощные Разломы часто и быстро. Хотя… если нормальный Абсолют, а этот, судя по последним Разломам, слегка не в форме. А если говорить по правде, то в прошлой жизни я бы его даже в ученики не взял.

После ухода Андросова мне Шнырька сообщил, что в поместье происходит что-то интересное, и повел меня за собой в казармы, не сказав, в чем причина веселья.

Шнырька был прав, в тренировочном зале действительно моим глазам предстала веселая картина. Вчера я сказал Волку, что Сойку надо погонять, чтобы понять, в какой она физической форме. Вот сейчас он этим и занимался.

– Я вижу, ты не стал откладывать на потом, – хмыкнул я, подойдя к этому тирану.

– А зачем? – он явно был в настроении.

А вот у девушки настроения не было. Она как сосиска висела на турнике, и пыталась подтянуться. При этом всем она была грязной, как Шнырька, вылетевший однажды из грязевого гейзера. На ней просто не было чистого места.

Глядя на нее, можно сказать, что Волчара капитально за нее взялся. Мне сложно представить, сколько нужно ее гонять, чтобы у нее совсем не осталось сил – ведь, как ни крути, она была в отличной физической форме, а кроме этого еще и Одарённая!

Впрочем, я поддерживаю его начинания.

– Устала, Сойка? – вмешался я в тренировочный процесс.

Если до этого она не знала, что я здесь, то теперь я сам об этом сообщил.

– НИКАК НЕТ! – громко, по-военному, выкрикнула она, и стала с еще большим усердием стараться подтянуться.

– Тогда жду от тебя отличных результатов. Со слабым телом не стать тебе настоящим Приручителем.

– Так точно! – кажется, Волк ее сломал, и мозги у нее закипели.

Она уже мне отвечает, как одна из них.

– Старается, – кивнул Волк. – Но может больше, я вижу это по глазам.

Глаза у нее были, как у дикой кошки.

Вот же интересный она человек, совсем недавно была готова вскрыть мне горло, а как увидела мою силу, так сразу признала за старшего, и готова меня слушать во всем.

Возможно, я не прогадал, и с нее будет толк. Она ведь просто попала к фанатикам, но стержень внутри у неё определенно есть. Если направить её развитие в нужном направлении, то все может пойти иначе. Главное – поменять ее приоритеты в жизни, и дать нужную мотивацию.

Поскольку сейчас в зале, кроме нас троих, никого не было, я призвал огненную саламандру, и послал к девушке.

– Жестоко, – с улыбкой прокомментировал Волк мои действия.

– Ничего не знаю, – отмазался я. – Дал мотивацию, как умею.

А я ее дал… У саламандры приказ, как только она не вовремя опустится, сразу поджечь девушке пятую точку. Вот уже шестой раз она при мне подтягивается, хотя до этого и разу не могла. Это неплохая тренировка, сейчас она использует физическую силу, и на подсознательном уровне перекачивает остатки сил из всех возможных мест, пуская их на усиление мышц.

– Продолжайте в том же духе, – пожелал им удачи, и отозвал саламандру, чем дал девушке возможность обессилено свалиться с турника.

Чтобы ее воспитать, нужно сперва сломать её старые устои и на чистое место залить новые правила и принципы. Показать, насколько она слаба, и что все её полученные возможности ничего не стоят. Она должна понимать, что только род Галактионовых может дать ей все. Может тогда и выйдет из нее какой-то толк. Все же я до конца не уверен, смогу ли выбить из нее всю дурь. Вроде она фанатик, не именно своей секты, а скорее возможностей, которые та предоставляла. А возможности… это да, здесь мы тоже можем.

Может, позже покажу ей иллюзию черного дракоши.

– Провел Андрея? – спросила меня Анна, когда я зашел в дом, а она как раз сидела на кухне, пила чай и читала.

– Да, он уехал, но обещал вернуться.

– Отлично, тогда ты свободен? Мне нужно подобрать платье на сегодняшний прием, – она положила книгу и подбежала ко мне, посмотрев мне в глаза.

– Какая связь между мной и платьем? – не понял я, в чем суть. – Вроде я не похож на модника, который может дать тебе подходящие советы.

Анна рассмеялась.

– Нет, конечно, но от твоего сегодняшнего наряда будет зависеть мой, – подняла она поучительно указательный палец. – Так что пошли и выберем тебе одежду, чтобы я подобрала к ней свою.

– Может… не пойдем? – с надеждой спросил я у нее. – Понял… пойдем, – тут же добавил я, видя ее насупленную мордашку.

Анна хочет выйти в люди, и я должен уважать ее желание. С другой стороны, мне тоже полезно развеяться, и заодно пообщаться с аристократами. Как минимум, нужны связи, которые я могу наладить на таких мероприятиях. Мои идеи по будущему заработку во многом будут зависеть от других аристократов и моих отношений с ними.

Делать было нечего, и я поднялся с Анной в свою комнату, где мы потратили минут тридцать на выбор моего костюма. Только тогда, когда все было утверждено, меня отпустили.

После этого, я с чистой совестью пошел заниматься документами, которые она просила меня пересмотреть. Только документами заниматься было скучно, и я послал своего мелкого глазастика в разные места проверить обстановку.

К примеру, моя гостья сейчас сидит в гостиной вместе с двумя сиделками, и смотрит на огонь в камине. У нее почему-то какая-то нездоровая любовь к огню. Сиделкам, вместе с Анной, удалось выяснить, что женщину он успокаивает, и теперь камин у меня горит почти круглые сутки.

Любовь к огню легко можно объяснить тем, что ее главная стихия тоже огонь. Вообще интересная она, с какой стороны не посмотри. Я явно вижу, что у нее молодая душа и старое тело. Видно хорошо ее жизнь помотала. Хотя, если учитывать, сколько всякой нечисти сейчас живет в ее душевном плане и голове, то это может многое объяснить.

Я, конечно, мог бы помочь ей более кардинально, но решил, что стоит подождать. Она просто больше не выдержит прямо сейчас. А ведь Хрулев просил меня присмотреть за ней, а не убивать поспешным «лечением».

Однако, я думаю, что помогу, если вдруг ей станет хуже. Даже если это обломает некоторые планы Хрулева, тогда он может пойти лесом. Ведь на случай, если это он причастен, то даже не представляет, какую боль приносит женщине каждый день жизни. Она очень сильная, тут нужно быть дураком, чтобы не понять. Другая я бы уже умерла, а эта вполне себе живет, и даже пытается радоваться жизни.

Еще Шнырька проверил магические пещеры-морозильники в моем подвале, и порадовал меня тем, что его здорово разгрузили. Оттуда пропало много тушек, которые сменили место жительства, и теперь находятся в моих промышленных холодильниках.

Конечно, у всего есть минусы, а в моем случае, в количестве этих самых помещений. Не все туши можно хранить вместе, дабы не испортить товар. Каждая тварь любит свою температуру.

Увы, я не могу построить такие камеры, как у меня в поместье, которые будут универсальными. Приходится хранить тварей в примерно одинаковых условиях. Поэтому и вышло, что забрали не всех. Хорошо, хоть разобрались, какие и куда нужно поместить, не зря скомандовал Анне передать им книгу с описанием тварей.

Разобравшись с документами, я мысленно позвал Одина к себе. Он особо не спешил идти. Я успел выпить чашечку кофе и пересмотреть список Разломов, в которые могу пойти позже, и выбрать те, где живут самые интересные для меня твари.

Прибывший Один не подал виду, что сильно устал, хоть Шнырька показал мне, что тот, после призыва, сразу побежал ко мне. На его одежде было полно кровавых следов, что и сказало мне о том, где он был, и почему так долго добирался.

– Хорошая работа! – похвалил я его. – Я доволен, и в награду разрешаю тебе устроить усиленную охоту в следующие два дня.

Глаза Одина сразу загорелись огнем. Я получил благодарного Одина, и легкий поклон от него за свою щедрость. Он давно хотел устроить нормальную заварушку, только я запрещал ему это делать. Я ему разрешил убивать только тех, кто подходит слишком близко, и сохранять их тушки. Теперь у нас освободилось место для их хранения, и можно дать ему легкую поблажку в этом плане.

– Теперь ты! – повернулся к Шнырьке, который следил за рыбками в моем аквариуме. – Покажи, как там Волк и Сойка.

– Щ-щ-щсс-с! – обрадовался он, что появилась работа, и тут же убежал.

Спустя несколько десятков секунд я наблюдал, как обессиленная девушка сейчас проводит спарринг сразу против двух гвардейцев, и безбожно его проигрывает.

Должен признаться, характер у нее есть, и мне нравится, что я вижу. Она не отступила, и все это время тренировалась. Отлично!

Закончил я с поиском Разломов для будущих вылазок лишь ближе к вечеру, и то еще бы просидел, если бы не Анна, которая зашла и наехала на меня, что я не готов, а нам скоро выходить.

Пришлось идти мыться и одеваться, и уже совсем скоро мы вышли из дому с ней под руку, и сели в свой Буревестник.

– Как давно я не была на таких приемах, – пожаловалась мне Анна, которая всю дорогу смотрела на себя в зеркальце, устраняя недочеты в макияже, хотя я их в упор не видел, она была и так прекрасна.

Должен признать, это красное платье с вырезом до бедра было восхитительным.

– Я тоже… – так же мечтательно, как и она, ответил ей.

Вот только я думал совершенно о другом. Я с радостью думал о том, что редко хожу на такие мероприятия. И меня это, несомненно, устраивает!

Ожидался скучный вечер, но, как не крути, нужный. Все здесь было штатно. Мы приехали, и нас встретил сам хозяин сегодняшнего вечера – Сергей Долгоруков.

– Рад видеть тебя, барон, и вас, прекрасная Анна! – вежливо и учтиво он поздоровался с нами, когда мы вышли из Буревестника. – Я вижу, вы всегда предпочитаете появиться эпатажно.

Парень улыбнулся после того, как увидел, на чем мы прибыли. Должен заметить, что многие поглядывали на Буревестник, и большинство взглядов были завистливыми.

– Ну, а что делать, если времена нынче тяжелые, а мой автопарк скудный, – пожал я плечами, наигранно попенял на тяжелую судьбу. – Вот был бы я графом или герцогом, тогда да… А так, чем богаты.

– Ну, ты даешь! – понравились ему мои слова. – Да здесь каждый второй убить готов за такую машинку, а ты имеешь, кажется, целых таких три, да еще и жалуешься.

– Ага, имею, и сразу говорю, что не продаю, – на всякий случай, предупредил его с улыбкой.

Долгоруков оценил мой спич, и рассмеялся.

– Вот так и разбиваются вдребезги мечты. Ладно, о твоей чудо-технике поговорим мы потом, а сейчас прошу, проходите, и будьте моими гостями.

– С радостью, – улыбулась ему Анна, и потащила меня в дом, а затем шепнула на ушко. – Я уже думала, мы надолго застрянем. Ты разве не знаешь, что Долгоруковы помешаны на оружии? Могут часами о нем говорить.

– Да? – удивился я. – Что-то я не заметил за Марией такой страсти, а вот моду она очень даже любит.

– Пфффф… – прыснула она. – Красота – это тоже оружие, к твоему сведению.

Тут она была права. Оружие массового поражения… особенно мозга.

Войдя вовнутрь, мы увидели, сколько много приглашенных здесь гостей, всех видов и мастей, от богатых купцов до дворян высшего сословия.

Стоило нам только переступить порог, как на нас сразу обратили внимание, и стали шептаться, но большинству, конечно, было плевать на нас. Слишком мелкие мы, хотя видно, что уже на слуху.

Анна сразу увидела Андросова и Морозову, и направилась к ним, вместе со мной. Андрюха здесь тоже скучал, и мы смогли перекинуться парочкой слов.

– Твои уже готовы? Я могу завтра приступить к работе?

– Да, документы подготовили, только не понял, что ты имел ввиду, говоря о медицинской карте? – стал вспоминать, все ли сделала Анна.

Андросов лишь отмахнулся.

– Карты… забей, я сам сделаю. Точнее, это сделают специально обученные люди, – а ведь я точно помню, что он говорил, мол, это важно. – Ты завтра утром не забудь отправить их в больницу.

Меня поразила его уверенность.

– Ты думаешь, стоит так спешить? – недоверчиво переспросил его. Вдруг у тебя появятся неотложные дела?

И в знак доказательства своих слов я подхватил два стакана с вискарем, которые разносил слуга. Один передал Андросову, а второй оставил себе.

– Раз мы сегодня здесь застряли, то почему бы не провести вечер интересно?

– После твоих «интересно»… у меня потом проблем, как… – даже не смог он подобрать нужного слова, чтобы описать всю свою боль.

– Не надо мне тут навешивать, в этот раз точно все будет хорошо.

И я был прав.

Весь вечер я общался с разными людьми, и танцевал с Анной. А она мне рассказывала о тех, кого знала, и кто чем занимается. Это я ее попросил, чтобы знать, кто в будущем мне пригодится.

Много было знакомых лиц, например, Мария, которая тоже приехала, то и дело стреляя глазами в нашу сторону, но так выходило, что из-за потока гостей у нее не было возможности подойти к нам. Она, как одна из хозяек сегодняшнего вечера, имела много забот.

Хотя девушку и не отпускали ее важные гости, и постоянно приходилось крутиться, так сказать, в высшем обществе, она нашла выход.

– Привет! Давно не виделись. Надеюсь, тебе понравится этот вечер, – прислала она мне сообщение на телефон. – И пожалуйста, не нужно стоять с таким кислым выражением лица, а то брат переживает, что тебе здесь неуютно.

Женщины. Они часто меня озадачивают. Додумалась и тут, как найти выход, и теперь постоянно писала мне или Анне.

Анна вовсю ее расспрашивала о Японии, а потом передавала мне, что удалось узнать. Я же стал лучше контролировать свое лицо. Да только сделать это было нелегко. Вот им легко… У них нет любопытного Шнырьки, который то и дело подрубает мне свой взгляд, и дает подсмотреть и подслушать тайные разговоры.

Так я узнал, что где-то здесь ошивается Вербицкий. Парочка аристократов обсуждала тот факт, что и Андросов здесь, хотя их Рода сейчас в состоянии замороженной войны.

С Вербицкими, вообще, интересно выходило. Они все чаще меня бесили своими поступками. Сейчас у меня сложилось впечатление, что они отрываются от Империи, судя по их поступкам. К примеру, несколько их заводов вдруг остановили продажу своей продукции в границах Империи, и стали торговать только с другими странами.

Неужели они настолько обиделись, что стали гадить своим же? Или это чисто экономическое решение? Не знаю, но вот как по мне, это низко, в любом случае. Такими темпами, скоро начнут на заводы брать работать выходцев из Короната.

Но, при всем этом, они усердно участвовали в жизни Империи, что можно понять по экспедиции в Африку. Таки смогли выбить для себя место.

Интересно, а как бы поступил я, если бы мне предложили туда отправиться? Согласился бы или нет? С одной стороны, в место сосредоточения древних Разломов я хотел бы попасть, а с другой стороны – у меня тут дел полно. Род оставить пока не могу.

Ну, ничего… Гвардия растет, и на днях приступит к тренировкам. Затем я прикинул, что еще два кандидата на печати регенерации у нас появились. Я время от времени посещаю тренировки бойцов, и мониторю их состояние. А если Сойке удасться поставить мозги на место, то и команду Истов смогу усилить. Приручитель в группе многого стоит, она сможет переманивать на нашу сторону тварей в рейдах.

– Вот кто тебе нужен, – вырвала меня из раздумий Анна. – Это Борис Геннадьевич Кожевников. Его фамилия ему подходит идеально, ведь он занимается изделиями из разломных тварей, в том числе и кожей. Но основной профиль – это украшения и декор, они очень хорошо продаются. Он всего лишь виконт, но поговаривают, что вскоре может стать графом, его земли неплохо расширяются, а власть растет. Хотя он и мелкий аристо в глазах у высокородных, но денег у него много.

– Спасибо, пойду и поговорю с ним, а ты развлекайся! Но не забывай, я за тобой слежу, – поцеловал ее в щеку, и оставил возле Морозовой.

С Кожевниковым мне удалось перекинуться парой слов… и все. Этот слегка полноватый мужик, в дорогущем костюме и тростью в правой руке, вообще не хотел слушать ни о каком бароне, и просто свалил, когда я подошел к нему и спросил, как ему вечер, перед этим, конечно, представившись.

Я от такой наглости аж рот приоткрыл, но быстро закрыл, и улыбнулся. Может, у мужика проблемы со здоровьем, и он убежал в уборную.

Однако, я был не прав.

– Неуваш-ш-ш-шение!!! – завопил Шнырька мне прямо в ухо, и стал показывать трансляцию.

Кожевников, после нашей мимолетной встречи, бодрой походкой направился в сад, где стояли столики, а за ними, по всей видимости, сидели его друзья и партнеры. Они, до его прихода, говорили о работе. Когда он подошел, тема сразу изменилась. Он им так и сказал, что к нему подошел выскочка-барон, и решил завести разговор. Торгаши стали посмеиваться и предполагать, что я хотел денег или работу. Виконт с ними согласился, и заржал, что может предложить мне разве что работу конюхом. Там я буду смотрется со своим титулом отлично.

Они слышали обо мне, и в этот момент делились своими слухами. Все сошлись на мнении, что я выскочка, который пытается проглотить больше, чем мне положено.

Чёртов сноб! Лижет задницы высокородным, при этом пытается самоутвердиться за счет более «простых»?

Удивительно… Обычно говорят – больше, чем сможет проглотить, но тут использовано совершенно другое слово. Тяжело описать словами те чувства, которые я испытал, и сколько усилий мне стоило не пойти туда, и не рассказать им, кто здесь кто.

Однако я сдержался, и, наверное, зря.

Из-за того, что я здесь задержался, а Шнырьке пришлось быть там, он пропустил один важный момент, а именно – прибытие на бал одного поца… Вербицкого, который, по всей видимости, обладал феноменальной наглостью, раз решил подойти к Анне.

– Отказываешь мне в танце? – удивленно вскинул он брови. – Кажется, ты слишком вжилась в роль баронской подстилки. Жаль, что кровь Голдсмитов оказалась такой бракованной.

Он говорил еще что-то, но я уже не обращал внимания на то, что мне транслировал Шнырька. Очень быстрым шагом я добрался до места происшествия, и сделал то, чего должен был, и так давно хотел.

– Ну, привет… абсолютный дебил! – развернул я одним рывком к себе Вербицкого и, напитав кулак силой, зарядил ему в челюсть.

Чтобы пробить пассивный доспех Абсолюта, нужно очень постараться. А я постарался!

Вербицкий отлетел в сторону, приземлившись на пятую точку, и от удивления приоткрыл рот.

– А вот теперь я жду вызова на дуэль, ты… неприкасаемый наш, – помнил я слова о том, что мне нельзя вызывать его на дуэль.

Знал ли я, что это безрассудно? Конечно! Знал ли, что он силен? Ну, по сравнению с прошлым миром, то сущий ребенок. Однако, в этом у него имеется сила. Вот только мне было глубоко наплевать.

Он позволил себе оскорбить мою Анну, а это было его ошибкой.

– Ты… труп… Галактионов! – прорычал он, и стал подниматься на ноги.

Ой, как приятно увидеть кровь на его губах. Давно ли он вообще ее видел?

То, что шутки закончились, было понятно по его врубленной ауре, которая сейчас распространилась во все стороны, заставляя одарённых гостей спешно накидывать доспех, а неодаренных – уносить ноги прочь.

Я тоже не стал скрываться, плевать мне сейчас было на это.

– Да ну? – с издевкой я слегка наклонил набок голову, и врубил свою ауру, которая если и не дотягивала до его, то совсем немного. – Я сумею тебя удивить, уж поверь.

– Саша… – побледнела Анна, но сдержалась, и ничего больше не сказала.

Не хочется ее расстраивать, но Вербицкого пора наказать. Кажется, теперь о Галактионове будут говорить еще больше.

Впрочем, я готов.

– Ну, и почему ты молчишь? – подначивал я его.

Его глаза пылали яростью, а кулаки сжались до побеления. Он едва контролировал себя.

– Вызываю тебя на дуэль, Галактионов! – прошипел он сквозь зубы.

– Принимаю! – кивнул ему, и стал готовиться.

Кажется, сегодня в Империи может стать на одного Абсолюта меньше. И нет, мне не стыдно! Потому что нельзя быть на свете дебилом таким.

– Так, стоп! – прогремело под сводами усадьбы. – Прекратите!

Пробираясь между гостями, вперёд вышел Сергей Долгоруков в тот самый момент, когда я, играючи, отвел в сторону удар Вербицкого.

– Это мой дом и мое мероприятие! Я требую, чтобы вы немедленно прекратили! – он жёстким взглядом посмотрел сперва на Вербицкого, а потом на меня. – Никаких дуэлей в моём доме! – сказал он и через секунду добавил. – И вне дома тоже. Я запрещаю вам!

– Запрещаешь? – это слово с Вербицким мы сказали почти синхронно.

– Да, запрещаю, – нимало не смутился Сергей. – По факту, общее командование корпуса осуществляю именно я. Приказ подписан три дня назад, следовательно, вы – граф Вербицкий, уже поступили в мое личное подчинение.

– Абсолют никому не подчиняется, – неприязненно скривился Вербицкий.

– Да ладно?! – похоже, Сергей развеселился, и с улыбкой посмотрел на графа.

По факту, разница в возрасте у них была навскидку лет в пять. Если Вербицкий приближался к своему сорокалетию, то Сергей находился примерно на середине четвёртого десятка. Хотя, я могу ошибаться.

Сергей не ходил в Разломы на регулярной основе. Правда, думаю, что он туда периодически захаживал. К примеру, в последний свой визит – с сестрой к японскому Эпицентру. Но большую часть времени он посвящал службе Империи, выполняя… какие-то настолько секретные дела, что об этом только понаслышке знала его сестра Мария.

Нынешнее назначение – сложно было понять – является повышением или наказанием, хотя точно важно для Империи. И раз командовать этим поставили полковника Сергей Долгорукова, то думаю, высшее командование не сомневалось в нем. Что касается Дара… Я могу предположить, что он точно Магистр, а скорее всего, Великий Магистр, возможно, даже больше.

Не знаю, сколько в этом решении было политического. В принципе, Сергей строил карьеру в имперской армии с прицелом сделать именно карьеру, пока старшие братья готовились принять бизнес отца, и делал это успешно.

По крайней мере, пока глава Рода князь Долгоруков был при силе, о старших наследниках никто не слышал – они находились в тени своего знаменитого отца, выполняя его распоряжения. А вот младший Сергей уже засветился. В принципе, воспитание Долгоруковых было достойным, учитывая, что Мария тоже решила отщипнуть свой кусочек славы.

Сейчас она стоит возле брата и крепко сжимает меч в руке так, что у неё даже ладонь побелела. Вот только, в отличии от спокойной уверенности во взгляде брата, у неё в глазах проскользнула тревога, особенно, когда она посмотрела в мою сторону. Я не удержался, и улыбнулся.

– А я не ваш подчинённый, господин полковник, – широко и безмятежно улыбнулся я, глядя прямо в глаза Сергею.

Ну, ничего не мог с собой поделать. Не люблю, когда мне приказывают.

И тут Сергей меня удивил. Взглянув на меня, вся строгость ушла из его взгляда. Он сделал шаг вперёд и положил мне руку на плечо.

– Конечно, не командир, – кивнул он согласно головой. – В случае с тобой, Саша, я просто рассчитываю на твой здравый смысл.

И как бы невзначай обернулся в сторону Вербицкого. Если бы это не было так явно, я бы поаплодировал. Кажется, Вербицкому предстоит ещё тот вояж. Сергей явно не оставит его в покое.

– Конфликт исчерпан? – произнёс традиционную фразу Сергей.

Я кивнул. За мной, с небольшой задержкой, кивнул Вербицкий.

– Вот и чудненько, – сказал Долгоруков. – Мария, – сказал он сестре. – Кажется, Александр заскучал. Покажи ему таёжный гербарий, которым так гордится наша матушка.

– Ты думаешь, гербарий Сашу развеселит больше, чем дуэль? – улыбнулась сестра.

И мы уже все вместе от души рассмеялись, отойдя в сторону от пыхтящего Абсолюта. Собственно, я не планировал его убивать. Но Сергей оказался прав. Унижать одного из трёх Абсолютов Империи на глазах у всего честного народа – такая себе идея, учитывая тяжёлое положение государства. Я не злопамятный, но память у меня хорошая. Это оскорбление Анны я точно не прощу. Но, подожду, пока рядом не будет столько любопытных глаз. Почему природа одарила силушкой такого мудака?

Мы как раз шли в потёмках, когда сбоку возник Шнырька и пробурчал.

– Надо накаш-ш-шать, – секунду подумал и добавил. – Однош-ш-шначно!

И не дожидаясь моего ответа, сгинул в тень.

Я хотел было его остановить, а потом подумал – ладно, пусть малой повеселится. Иногда мне кажется, что он переживает за мою репутацию больше, чем я сам. Полезный маленький друг.

Друзья, от греха подальше, утащили меня с Анной на второй этаж, где мы уселись на открытой террасе за большим столом. Сбоку от нас стояли уличные жаровни, создававшие комфортную погоду в этот промозглый зимний вечер.

Девушки пили вино, мы кое-что покрепче, и болтали ни о чём. Здесь были Андрей Андросов, Света Морозова и Мария Долгорукова, я и Анна – компания, в которой свободно можно разговаривать о любых делах и поднимать, практически, любые вопросы.

Хельга, ожидаемо, на прием не пришла. Прямо сейчас она находилась в очередном Разломе, изматывая себя и своих людей. Я даже начал восхищаться этой девушкой. Главное, чтобы она не перегорела. Нет, сил-то у неё достаточно, но устают все. Даже я уставал в прошлом мире. Раз в год примерно, но тем не менее.

Андрей и Светлана рассказали, что их отцы всё никак не согласуют дату свадьбы. Ориентировочно, она будет через месяц и, конечно же, произойдёт в столице. Они не говорили вслух, но и так все понимали, что это зависит от наличия Императора в столице.

Князь Андросов обещал пригласить его на свадьбу. Кроме этого, Иван Васильевич настойчиво зазывал Андрея в столицу. В политике происходили непонятные движения. И хотя добрая половина гвардии Андросовых сейчас находилась в Иркутске, тем не менее, опасность для наследника Рода присутствовала, и его отец хотел держать его под боком. Ни Андрею, ни тем более Светлане, которая просто обожала ходить по Разломам, эта идея не нравилась. Однако они согласились, что рано или поздно это произойдёт – они отправятся в столицу.

Марии было проще, она не являлась наследником, а всего лишь любимой дочкой. Отец тоже хотел бы устроить ее поближе, но признавал, что если кто-то и покусится на жизнь и здоровье дочери, то это определённо будет какой-то беспредельщик, которых не так много в Империи. В свою очередь, он также отправил гвардейцев на защиту чада.

– Давайте сходим в Разлом! – Мария отсалютовала бокалом, и улыбнулась. – Как в старые добрые времена.

– Можно, – подхватил Андросов, и посмотрел на меня.

– Отличная идея! – конечно же, Светлана была рада этому больше всего.

И все они дружно уставились на меня.

Я не удержался.

– Отличная идея! Конечно же, идите! Расскажете мне потом, как сходили!

Народ на секунду замолчал, а потом благородный княжич бесцеремонно кинул в меня оливкой. Я увернулся, и услышал, как сзади сразу подбежал официант, чтобы быстренько убрать беспорядок.

– Шутишь, Галактионов? – прищурился Андросов, глядя на меня.

– Есть немного, – сказал я.

На самом-то деле, я не был против. Я старался не упускать из виду «своих ребят». А как можно оценить их потенциал и рост лучше всего, как не посмотреть своими глазами.

– Есть у меня на завтра два интересных Разлома. Хотите – присоединяйтесь, – небрежно кинул я.

– Завтра? – удивился Андрей, и тут же отодвинул недопитый стакан вискаря.

– Ну, кто бы переживал, – хмыкнул я. – Ты же Лекарь, ты умеешь бороться с похмельем. Я вообще не понимаю, почему вы занимаетесь всякой ерундой? Открыли бы вытрезвители для благородных, и косили большие деньги, – хмыкнул я.

Ребята на меня странно посмотрели, а Андрей усмехнулся.

– А кто тебе сказал, что мы не сделали так?

– Что, серьёзно? – удивился я.

На что ребята рассмеялись, словно над какой-то понятной, только им, шуткой.

Я достал телефон, выбрал Разломы, и сбросил координаты.

– Вот в них мы завтра и пойдем.

Ребята тут же уткнулись в телефоны.

– Два оранжевых в один день? Не слишком ли напряжно? – спросил Андросов.

И в этот самый момент Светлана Морозова сказала следующее.

– Всего лишь оранжевые? Я ожидала от тебя чего-либо более интересного, Саша.

Мы снова рассмеялись.

Говорят – противоположности притягиваются. Лично я так не думаю. Обычно происходит наоборот. Но видимо эту поговорку придумал тот, у кого в знакомых была парочка типа Андросова и Морозовой. Как могут настолько два разных человека безумно любить друг друга и быть вместе – для меня это до сих пор остаётся загадкой. Но факт остаётся фактом, они дополняли друг друга, и им было комфортно.

– Не, ну я могу добавить один радужный, – абсолютно серьезно сказал я.

– Шутишь? – осторожно осведомился Андросов.

– Нет, не шучу, – сказал я. – Только… тсс! Не говорите Вербицкому, а то он нас проклянет!

Ребята рассмеялись, но как-то неуверенно, как будто не поверили в мои слова. И расслабились только тогда, когда и я поддержал всеобщее веселье. Конечно, если (а точнее – когда) я пойду в радужный Разлом, то для начала сделаю это в одиночестве. Не нужна мне такая реклама, и так половина Иркутска на меня косо смотрит.

Мы еще немного посидели, а затем простились. Я даже в конце галантно кивнул Вербицкому, когда проходил мимо него. Он, правда, не поддержал мою вежливость, и отвернулся, сделав вид, что не заметил меня. Ну ладно, ты сам себе «злобный Буратино».

– Шнырька, жги! – тихо прошептал я в воздух.

– Прости… что, милый? – сразу повернулась ко мне Анна.

– Да так, мысли вслух.

На следующий день я приехал, конечно же, раньше своих благородных спутников. А за мной ехали две «морозилки».

Этот Разлом я выбрал из-за живущих там Каменных Клопов. Неприятные соперники, так как сидят на деревьях, а затем сваливаются, в буквальном смысле, на головы мимо проходящих людей, пытаясь присосаться и разорвать тело своими лапами и мощными челюстями. Размером они были примерно в полуметр. А мой интерес был в том, что их панцири после очистки идеально подходили для производства кирас. Пробить этот панцирь обычное оружие было не в состоянии. А чтобы Одарённый смог его пробить, требовалась недюжинная сила.

Я быстро провел инструктаж, особо акцентировав внимание на том, чтобы по спине жуков не били – переворачивали и резали брюхо, а лучше сразу попадали в голову.

Ребята выслушали меня со странным выражением на лице.

– Чего? – спросил я.

– Первый раз слышу о том, чтобы тварей уничтожали аккуратно, – улыбнулась Долгорукова. – Всегда же было по остаточному принципу. Это в уставе Центра записано: завали врага любой ценой, минимизировав опасность для собственной жизни, а уж из того, что останется, постарайся найти применение.

– Плохой пункт, – покачал я головой. – Ты знаешь, сколько стоит кираса из панциря клопа?

– Знаю, – улыбнулась Мария. – Восемь тысяч рублей по оптовым ценам, с приоритетным правом выкупа Имперской Армией.

– Ну да, – покачал я головой, улыбнувшись. – Нашёл, кого озадачить. Но вы совсем забыли, что барон Галактионов – барон бедный, но гордый. Помощи ни у кого не просит, но и своего не упустит. Один расколотый панцирь – минус половина кирасы, то есть минус четыре тысячи. Мне очень не хотелось бы терять деньги на ровном месте.

– Ну, раз мы заговорили об этом, – нахмурилась Мария, – Это же не так просто. Содрать панцирь, связать его веревками, и продать за восемь тысяч. Насколько я помню, наши технологи очень сильно ругались. Сколько инструментов было поломано прежде, чем они эти панцири собрали в кирасы. Да и подготовительных работ там… ой-ё-ёй! У нас в цеху по их обработке только оборудования на пять миллионов.

Я улыбнулся.

– Если ты будешь хорошей девочкой, то я устрою тебе экскурсию на «Оружейную Фабрику Галактионова».

– Оружейную фабрику Галактионова? Первый раз о такой слышу! – сказала Мария.

– Так и есть. Ты, наверное, первой и слышишь, – я поправился, посмотрев на Андрея и Светлану. – Вы все первыми слышите. Так что, в принципе, приглашение рассчитано на вас всех.

Неожиданно меня удивила Света.

– И желательно, чтобы после экскурсии мы рассказали нашим отцам всё, что там увидим?

Я широко улыбнулся.

– Умничка! – повернулся к Андрею, и добавил. – Я говорил, что тебе несказанно повезло со Светланой?

– Да, говорил! – поморщился Андросов. – Раз сто уже, если не больше.

Чем вызвал наш весёлый смех.

Мы уже собирались заходить внутрь, как меня окликнул гвардеец.

– Командир, телефон! Анна звонит.

– Секундочку! – сказал я, зная, что Анна просто так звонить не будет.

Взяв трубку, я услышал рыдания.

– Саша… Саша…

Я успел напрячься, подумать уже о тысячах отвратительных сценариев, что могли вызвать слезы у моей невесты. Но Анна умничка, она никогда не начинала разговоры с обычного женского «всё пропало», а сразу переходила к сути. Поэтому сейчас, глотая слёзы, она сделала также.

– «Прибайкалье» разгромлено! Гости отца жениха что-то не поделили с гостями со стороны невесты. Одарённые устроили там настоящую свалку, так что «Прибайкалье» сильно повреждено и закрыто, минимум, на два месяца на ремонт. И это значит, что наша свадьба отменяется.

– Ну, подумаешь, – сказал я. – Устроим где-нибудь в другом месте.

– А где… в другом? – сказала Анна. – Я перебрала все заведения Иркутска! Ничего достойного нет.

– А ты не хочешь ждать два месяца?

– Конечно, не хочу! Как будто ты хочешь…

– И я не хочу.

Прислушался к своим ощущениям, и понял, что я действительно расстроен.

– Давай так, дорогая. Я сейчас стою перед Разломом, мне нужно его зачистить. Я обязательно что-нибудь придумаю. Вот прямо сейчас – буду зачищать Разлом и думать. Ты же знаешь, у меня голова лучше всего работает, когда я кого-то пинаю.

– Знаю, – сказала Анна. – Тогда до встречи. Люблю тебя!

– И я тебя, – хмыкнул я, и положил телефон, повернувшись к друзьям. – Ну что, дамы и господа? Предлагаю пойти и устроить «клопоцид» в отдельно взятом Разломе.

Где-то в Многомерной Вселенной

– Великая Богиня, прими дар, и открой нам путь к нашим врагам. Благослови наше оружие, дабы мы уничтожили презренных человеков, и раса Белкусов осталась единственной разумной расой во всей Вселенной!!!

Императрица Белетриса 144-я Великолепная смотрела на своего придворного архимага Куркунделя, который проводил ритуал со смесью надежды и опасения. Да, Императрица жаждала стать Великой Императрицей, что окончательно сотрет человеков с лица мироздания.

Вот только Великая Тёмная Богиня была очень требовательной и непредсказуемой сучкой. Каждый раз, как показывали священные писания, когда ее предки обращались к ней – она исполняла желания, но потом требовала нечто такое, что просьба казалась сущим пустяком.

Однако Белетриса пошла на это, тем более, просьба была совсем незначительной. Еще два портала, которые открылись, не приблизили Белкусов к намеченной цели. Первый портал открылся где-то на запредельной глубине какого-то земного океана, и они потеряли нескольких рыцарей прежде, чем туда пошёл маг, напитавший свой доспех. Он еле вернулся обратно, сказав, что там сейчас смертельное давление, и храбрые рыцари были просто расплющены.

Второй раз портал появился где-то в районе арктической местности. Вокруг не было земли, одни сплошные льды. Оттуда они принесли трофей в виде большой шкуры белого медведя. Однако, оно того не стоило. И где они вышли – тоже было непонятно.

На этот раз Императрица решила сделать всё наверняка. В качестве путеводной нити был использован волосок их извечного врага, что остался на поле боя. В жертву Великой Тёмной Богине были принесены две дюжины доблестных её подданных, решивших пожертвовать собой ради счастливого будущего всей расы.

Архимаг завершил манипуляции.

«Да будет так!», – прозвучало в голове у Белетрисы, и перед ней возник портал.

– Вперед, мои храбрые воины! – кивнула Императрица.

И многотысячное войско вторжения, собранное и построенное здесь на плацу, двинулось вперёд.

Вот только после того, как внутрь зашла первая дюжина, портал, с громким хлопком, схлопнулся.

– Что такое?! – в ярости закричала Белетриса, указывая на пустое место. – Верни его назад немедленно!

Архимаг испуганно взглянул на разъяренную императрицу, и быстренько замахал руками. По ее команде была принесена в жертву «запасная дюжина» белкусов, но портал так и не появился.

– Ты меня обманула! – воздев лапки кверху, закричала Белетриса.

«Совсем нет», – раздался у неё в голове мелодичный женский голосок. – «Ты хотела портал, ты его получила. О времени нужно было договариваться отдельно».

Белетриса в ярости завизжала, а откуда-то сверху раздался весёлый женский смех.

Приятно было смотреть на сильных Одаренных, которые пытаются бить тварей, при этом минимизировав их повреждения. Однако надо сказать, что разобрались они достаточно быстро. На первый план, как ни удивительно, вышел Андрей Андросов. Он наловчился гасить тварей Волной Боли так, что у них скрючивало все мышцы и, поджав лапки, клопы падали с деревьев, как перезревшие сливы.

Ну, а Морозова и Долгорукова убрали свои модные дорогие мечи в ножны, достали вполне себе качественные кинжалы, и ловко пробивали мозги клопам. А чтобы два раза не наклоняться, тут же выколупывали желейки, у кого они были, конечно.

Очень хорошо показали себя мои «разломщики». Предыдущая служба в спецподразделениях Империи подготовила их тело и дух, а Гриша и Волк подтянули их навыки, сделав из них очень достойных Истов. В принципе, я взял достаточно – всего шестерых из них. Ещё шестерых сегодня утащил Астахов в интересный Разлом, где водились небольшие паучки. Не очень опасные, вот только их паутина была кладезем для производства. Сплетенные из неё шнурки не горели и не подвергались воздействию кислоты. Их очень сложно было перерезать. То, что нужно для магической брони!

Учитывая размер и большое количество клопов, Разлом не радовал нас богатой добычей. Изредка попадались белые желейки, и совсем редко красные. Но это тоже пригодится, ведь лишнего лута не бывает.

Весь Разлом мы прошли буквально за четыре часа. Не было никаких боссов, не было кристалла в дальней пещере. Были яйца клопов, при виде которых я улыбнулся, отдав команду «фас».

Трое ребят из гвардейцев являлись стихийниками, и с шутками-прибаутками залили всё вокруг огнем. Не, ну я тоже немножко умею, а сильно тут и не нужно. Поэтому, изображая человек-огнемёт, я прошёлся вдоль стен, спалив все эти клоповьи яйца к хренам. Буквально через 15 минут здесь была выжженная пещера. И волны силы прокатились у нас по телам.

Разлом закрыли, и мы вышли наружу, где я кивнул добытчикам, что они могут собирать трофеи.

– Ну что, дамы и господа, – обернулся я к друзьям. – Вы славно поработали. Есть силы на еще один Разлом?

– Конечно, – на удивление, это был самый осторожный из них – Андрей.

– Вот и замечательно. Давайте в «Буревестник», – кивнул я.

– Но у нас свои машины есть, – нахмурилась Долгорукова.

– Так то машины, а то «Буревестник»! – я поднял многозначительно палец вверх. – Неужели не хотите покататься на шедевре имперской военной мысли?

– Конечно хотим, – сказала Морозова и, подхватив своих друзей под ручку, потянула их вперёд.

Я повернулся к Москаленко, который командовал в отсутствие Волка, что остался в усадьбе.

– Остаётесь здесь, контролируете добычу.

– Точно вам помощь не потребуется? – уточнил он.

– Нет, мы вполне справимся сами.

– Машины для добычи куда отправлять? – так же деловито спросил он.

– Там не будет добычи. Точнее… будет, но она для меня бесполезна. Всё, бывай!

– Вот это да! – восхитился Андрей, когда рвущиеся к нему твари осыпались пеплом на землю.

Рядом недоумённо оглянулась Светлана, готовая защитить своего жениха. И рассмеялась Долгорукова, до которой первой дошло, что это такое.

Честно говоря, этот Разлом я выбрал с определённой целью.

Андрей несколько комплексовал, и расстраивался из-за того, что невеста у него натуральная «машина смерти», а он может только лечить. Да, абсолютно все Истребители, если они, конечно, дружат с головой, благодарны и превозносят Лекарей. Ведь именно они в критические моменты спасают их задницы от смерти. Вот только факт остаётся фактом – больше всего силы получает тот, кто убивает тварей.

Вот я и решил показать Андрюше, что он тоже при определенных условиях может быть тем еще «Терминатором». Разлом этот был расположен за пределами границ Эпицентра, поэтому много желающих туда пойти не было. Не все же такие отморозки, как мы. Ну или не все имеют «Буревестник».

Поэтому я считерил. Залив кучу желеек, и поставив щиты, мы на полной скорости пролетели над кромкой леса, попутно сбив две летящие твари, и рухнули на поляну возле нужного Разлома, потратив еще полчаса, чтобы перебить охреневших от такой наглости диких тварей, что тут же сбежались к нам на поляну.

Когда Шнырька показал, что в пределах досягаемости никого не осталось, а все твари остались далеко, и нас не чуют, мы вошли в Разлом.

Ребята не знали, что там внутри. Разлом был из моей заначки, координаты которого я получил ещё у Хрулёва за свои общие заслуги, и его не было в общем доступе. Я решил сделать ребятам сюрприз, предварительно послав вперёд Шнырьку, и убедившись, что там более-менее безопасно. Ведь я хотел их удивить, а не убить.

Представление удалось. Когда навалившиеся со всех сторон странные худые твари, теряя руки-ноги, и даже головы, всё ещё пёрли на нас, как ни в чём не бывало, девчонки с матюгами изображали убийственный вентилятор, с недоумением глядя на живущую саму по себе отрубленную руку, которая всё пыталась подобраться к Андрею, и схватить его за ногу.

– Итак, дамы и господин… Истребители, – изобразил я назидательный тон занудной училки, – вспоминаем занятия, и классифицируем наших противников.

– Это же нежить, правильно? – первая догадалась Мария, что неудивительно – опыта у неё было побольше, чем у вчерашних курсантов – Морозовой и Андросова.

– Верно, – кивнул я. – А как мы боремся с нежитью?

– Сжигаем её к хренам! – совсем не по аристократически высказалась Светлана, скривившись и ударила тяжёлым ботинком по условно-живой руке, раздробив ее на мелкие кусочки.

– Снова верно, – сказал я. – И кто у нас владеет магией огня?

– Ты! – с широкой улыбкой сказала Света.

– И я немного, – потянула руку Долгорукова.

– А ну-ка, покажи, – тут же сказал я.

Мария сформировала небольшой шарик огня у себя на руке, и кинула вперёд. Он ударился об камень, и рассыпался.

– Я только учусь, – сказала она.

– Да, не густо, но пойдёт, – кивнул я.

Это было ожидаемо. Мария, набравшись энергии Разломов, начала открывать в себе новые Дары. Про себя я подумал, что нужно будет с ней поговорить. Сколько раз я видел кривые «билды» у своих собратьев, что приводили к проблемам, а иногда и к их смерти.

– Ладно, не расстраивайтесь, – добродушно улыбнулся я. – Сегодня главное оружие у нас – это ты, мой дорогой друг.

Я подошёл и дружелюбно приобнял Андрюху за плечо.

– Я? – удивился он.

– Ты, ты! – я скривился, но потом поменялся в лице, и отстранился. – Ну-ка, секундочку! Это кто пенял мне, что я на лекциях спал, и дальше на обучение не остался? Ты же у нас отличник, ты все должен знать!

– Эм… Э-э-э… – задумался Андрей. – Что я должен знать?

– Подсказываю, – я ткнул пальцем в его грудь так, что он отшатнулся. – Лекарь, – я поднял всё ещё болтающуюся костяную ногу, и помахал ею перед лицом у Андрея. – Нежить.

Нога внезапно дёрнулась, и ударила Андрея по лицу. Доспех она, конечно, не пробила, но Андрюха с матюгами отпрыгнул назад.

Вот тварюшка! Я вызвал из руки огонь, и на землю упал только пепел.

– Никаких аналогий не приходит в голову?

– Приходит, – внезапно просветлел он. – Но эти данные не подтверждены, да и рассказывали о них вскользь.

Я вздохнул.

– Конечно же не подтверждены!

В этом мире последний некромант помер совсем недавно, и последние десятки лет он был на службе у моего Рода. А так-то если и есть практикующие некроманты, а я уверен, что они есть, они ведут себя тише воды, ниже травы. Никто и ни в каких мирах не любит некромантов. Да и в Разломах нежить не самые частые противники.

– Можно тебя на секундочку? – поманил я его пальцем.

Так, чтобы не слышали девушки, я дал ему пару инструкций. Андрей после моих первых слов начал несмело улыбаться. А в конце весело рассмеялся.

– Давай, не очкуй, княжич, – я легонько подтолкнул его в сторону старого погоста, где бродили неупокоенные. – Вперёд, вас ждут великие дела! – сказал я и уселся на поваленное надгробие.

– А ты с нами не пойдешь? – нахмурилась осторожная Мария.

– Нет, не пойдёт. Всё будет круто, я затащу! – весело сказал Андрей, и уверенным шагом пошёл в сторону врагов.

– Ты что с ним сделал? – недоуменно посмотрела на меня Светлана.

– Давайте, догоняйте вашего героя! – я в беспокойстве аж приподнял задницу.

Да, я его вроде замотивировал. Но когда отправлял их вперёд, я предполагал, что его задницу будут прикрывать два крепких физика.

Девчонки умнички кивнули, развернулись и побежали за своим другом. Я же попросил Шнырьку транслировать мне вид сверху.

Это было эпично! «Волна Лечения» сбивала живые трупы с ног. «Лечебное касание» прожигало в них огромные дыры. Ну, а «Реанимация» просто взрывала их, как мешок с прахом. Это было забавно, и Андрюха отрывался по полной.

– Упс! – сказал я, когда Шнырька показал мне жителя склепа.

Я подорвался, и легкой трусцой припустил к ребятам, которые уже собирались заходить в полуоткрытую каменную дверь, половинка которой валялась на полу расколотой.

– Эй-эй! Подождите меня! – крикнул я.

Ребята с улыбкой обернулись.

– Да ладно, отдыхай! – сказал Андрюха, и сделал шаг вперёд.

– Стоять!!! – заорал я уже без особого веселья, добавив немного ауры, чтобы донести всю серьезность своих намерений.

Кажется, они аж подпрыгнули от неожиданности, и шарахнулись от прохода во все стороны. И очень вовремя. Потому-что оттуда вылетело зеленое облако, которое, мазнув по их доспехам, нехило их так просадило.

Улыбки слетели с лиц ребят, и они встали в боевые позы.

Я, матюгая себя последними словами, подбежал к проходу.

– Стоим здесь, прикрываем меня!

– Но там же нежить, я могу быть полезен! – сказал Андрюха.

– Просто стоим, – сказал я, не вдаваясь в объяснения.

А что им объяснять? Расслабился ты, Сандр, расслабился. Казалось бы, кто может предположить, что в оранжевом Разломе находится проснувшийся Лич, место которому, минимум, в голубом, а то и в чёрном Разломе? Скажете – никто? Нет, Охотник должен предполагать такую возможность.

Мне было очень стыдно. А когда мне стыдно, я очень злюсь. И сейчас я выместил всю свою злость на разломную тварь из неведомого мира, которая, каким-то образом, оказалась здесь.

Тварь была сильна. В результате нашей битвы закипел камень на полу, а сверху начали падать куски каменного потолка. Очень неприятные противники. Они такими были и в моём прошлом мире. Многие ошибочно предполагают, что нежить не имеет души. Совсем не так. Нежить как раз имеет душу. И она настолько страшная, что попытка взаимодействовать с ней напрямую приводила ко многим плохим вещам у моих коллег Душеловов.

Обычно мы справлялись с нежитью по старинке – грубой физической силой, как я сделал и сейчас. Когда напитанный силой ботинок опустился на голову Лича и разбил её в клочья, я виртуозно ухватил за самый краешек вырвавшейся души, и используя инерцию по красивой пологой дуге, как камень из пращи, отправил её в Душевный Огненный Круг, испепелив насовсем. Это было еще одним неприятным сюрпризом для многих героев. Очень неприятным сюрпризом, и последним в их жизни. Дело в том, что душа уничтоженного Лича вселялась в убийцу. Вот такой круговорот уродов в природе. Хорошо, что здесь был я.

Наклонившись, я увидев в груде праха интересный амулет. Это был массивный крест с дополнительной косой перекладиной ниже основной, и от него просто фонило злом! Я зашипел от боли, и почти отбросил его в сторону, но тут кое-что нащупал… О-о-очень интересно!

Я вышел наружу.

– Поздравляю, друг мой! – сказал я, обращаясь к Андросову.

Ребята были напряжены, и смотрели в сторону выхода, поэтому не понимали, о чём это я.

Я кивнул на его кольцо, которое горело оранжевым цветом.

– Ооо…наконец-то! – улыбнулся Андрей.

Ну да, он догнал свою невесту. Оба они прогрессировали очень быстро для местных. Я был за них очень рад.

Разлом был непрофитным. Ни желеек, ни лота. Только сила и энергия, только хардкор!

– У меня для тебя подарок, – подошёл я к Андрею, и протянул ему амулет.

– Странная форма, – сказал он. – Никогда такого не видел.

– Этот амулет принадлежал священнику, – сказал я.

– Священнику? – удивился он.

– Да, из другого мира.

– А откуда ты это знаешь? – тут же влезла любопытная Морозова.

– Книжки читал, – сказал я.

Я предполагал, что этот священник убил предыдущего Лича, но не смог удержать его душу, точно также став нежитью. Хреновая судьба. Но человек он был отважный, надеюсь, жаль что так получилось с его душой.

– Я думаю, что у твоего отца найдутся знакомые артефакторы. Да и, в принципе, ты сам сможешь это сделать, только чуть подольше. Я расскажу тебе как. Его нужно очистить от скверны. Слишком долго он был рядом со смертью, и его свойство инвертировалось. Когда ты его очистишь, твои лечебные навыки выйдут на новый уровень. Уж поверь мне!

Андрей прикоснулся к амулету и зашипел, когда кожа его пошла дымом. Он отдернул руку. На ладони у него остался выжженный силуэт амулета, но тут же на моих глазах начал затягиваться, и через несколько секунд кожа снова была ровной и гладкой. Хорошо быть Лекарем.

– Да, я почувствовал, – сказал он. – Но после очистки он будет… – он взглянул на меня. – Я про такое только слышал! Мне отец рассказывал. Ты хоть представляешь, сколько будет стоить этот амулет после очистки?

– Примерно представляю, – хмыкнул я. – Он бесценен.

– Именно! – сказал Андрей. – Поэтому… – начал он, но я его перебил.

– Поэтому я дарю его тебе. Ведь он будет бесполезен любому Одаренному, кроме Лекаря, – я обернулся. – А ты видишь здесь других Лекарей, кроме тебя?

Тут я немного слукавил – я бы смог применять его сам, но другу нужнее.

– У тебя же есть Самохвалов!

Я хмыкнул. Ну, надо же, разведка у Андросовых хорошо работает. Откуда он знает про представителя Рода «друзей-конкурентов»?

– Да любой Лекарь в мире предложит тебе сумасшедшие деньги за него!

– Ладно, уговорил, – вздохнул я, и протянул руку. – Отдавай обратно, я сам его очищу, а затем продам.

Андрей смотрел на меня и лупал глазами. Тут же вмешалась Света, отвесив жениху лёгкий подзатыльник.

– Слышь, умник, просто скажи спасибо!

– С-спасибо… – сказал Андрюха.

– Да пожалуйста! – я взглянул на Свету, и улыбнулся. – Я говорил тебе…

– Сто раз говорил!!! – не выдержал Андрюха, вызвав наш дружный хохот.

– И еще раз повторю – хорошая у тебя будет жена!

Смеясь, мы пошли к выходу. «Закинув» ребят к ждущему их транспорту, я полетел в усадьбу.

Когда мы подъезжали, я увидел, что поднимается клуб дыма. Тут же схватился за телефон, и набрал Волка.

– Волк! Что у вас случилось?!

– Всё в порядке. Ситуация под контролем, – хмыкнул Волк. – Ты далеко? – уточнил он.

– Да нет, уже подъезжаю, и увидел дым.

– Так значит… сам увидишь. Такое лучше увидеть, чем услышать.

– Поддай-ка газку, – сказал я водителю.

Уже подъезжая к имению, я увидел, что горит моя яблоневый сад. Сейчас гвардейцы, которые обладали нужными навыками, тушили пожар – он затухал на моих глазах.

«Буревестник» лихо притормозил возле усадьбы. Я выскочил наружу, и уставился во все глаза на очень довольную Карамельку, которая снова выглядела, как будто прошла через костёр. Но тем не менее глаза её горели радостью. Она лежала на траве и вылизывала свои лапы, а перед ней на земле лежали в ряд растерзанные трупики двенадцати сраных белок.

Белки добрались и сюда… Дожились… Скоро, такими темпами, они реально выведут меня из себя. Дойдет до того, что я ворвусь к ним в мир, и выпущу там Гидру или Кракена, и пусть потом думают о жизни… пушистые мудаки.

Не, ну реально, как они меня нашли?

– Видишь, что у нас? – подбежал ко мне Волк, и указал на белок.

– Вижу, шерстяные и сюда уже добрались.

Что еще ему сказать, я не знал. Не говорить же ему о своих мыслях про Гидру?

А ведь реально, что они смогут сделать Гидре? Запинать ее? Или застрять у нее в горле? Тогда понадобится много белок, ведь голова там не одна. Да и аппетит у Гидры хороший, а еще ядреная пищеварительная система, которая очень быстро растворит любую пищу.

Таким образом, можно провести эксперимент, а затем записать его в альманах – а-ля «бестиарий». Сколько понадобится белок, чтобы накормить одну Гидру? На какой по счету белке она подавится? Может ли Гидра умереть от переедания? Таких моментов было много.

Ладно, это все отступление от темы, из-за изумления, которое я испытал. Хорошо, что Кара быстро нашла своих врагов и оторвала им хвостики.

Перекинулся с Волком парочкой слов и узнал, что больше белок не обнаружено. Вся территория была обследована, а Кара опрошена. Она подтвердила, что пушистых можно больше не искать, она всех достала.

Погладив большую кошку, щедро влил в нее свою энергию, а взамен получил довольное урчание, и направился домой.

А пока шел к дому, то думал о Каре. В этот раз она не попросила энергию во время боя, и меня это печалит. Она, словно дитё, которое незаметно выросло на моих глазах, и вдруг стало самостоятельным. Не хотела меня напрягать или отвлекать? А ведь мне было не сложно с ней поделиться.

Немного подумав, я слегка расширил Каре канал энергии, доступ к которой она имела. Пусть всегда будет готова к любым неприятностям. Если она такая экономная, то и проблем с ней не будет. Надеюсь, что в это самое время Кара не прыгает от радости, что ее хитрый план удался.

По правде говоря, я размышлял о всякой ерунде, чтобы не думать о ситуации с Анной. Новость о нашей свадьбе похоже ее сильно расстроила, и что предложить невесте в качестве альтернативы, я пока не знал.

Однако, стоило мне зайти в гостиную, как я сразу увидел девушку, которая не выглядела грустной, а наоборот, что-то весело рассказывала нашей гостье, и при этом смеялась. Той, само собой, было наплевать. Она тупо смотрела пустым взглядом на девушку, и ничего не отвечала.

– Дорогой! – налетела на меня Анна. – Я не знаю почему, но у меня сегодня просто волшебное настроение!

– Эм… – я не понимал, что происходит с девушкой. – А как же свадьба?

Конечно, лучше начать этот разговор в такой момент, пока у нее хорошее настроение, и если оно убавится на пару пунктов, то ничего страшного.

– Свадьба… это обидно, – опустила она голову на мое плечо. – Я уже все распланировала, а теперь нужно сообщить гостям об отмене. Но знаешь… – замолчала она на секунду. – Я поговорила с бабушкой, и она поставила мне мозги на место. Неважно, когда будет у нас свадьба, главное, что мы вместе!

Выговорилась, и крепко-крепко обняла меня. Да с такой силой, что я стал сомневаться насчет отсутствия у нее силового Дара.

– Я обещаю тебе, что как только будет возможность, я постараюсь организовать новое место для проведения свадьбы, – решил добавить и свою порцию заботы, а то еще подумает, что мне наплевать.

– Я верю тебе, – поцеловала меня девушка.

– Не нужна вам больше свадьба… – вдруг очнулась женщина, чем заставила Анну вздрогнуть. – Вы уже муж и жена.

Отодвинув в сторону Анну, я внимательно обвел блаженную взглядом с ног до головы. Активность мозга сейчас в нормальном состоянии, но прямо на глазах резко сокращается, теряя свою силу.

Хм… Мне даже страшно представить, сколько гадости поймала эта женщина, и кто мог настолько сильно над ней поработать.

Те сущности, что сейчас в ней сидят, практически сжирают всю энергию, делая упор на мозговую активность. Но даже в таком состоянии она сопротивляется, и сейчас я почувствовал, как она только-что убила одну из тварей, скорее всего, не специально, просто перекормив ее энергией.

Если задуматься, то моя манипуляция по изгнанию той сильной хрени, что делала помехи в астральном плане, и мешала ей нормально спать, сильно повлияло на баланс сил в самой женщине. В принципе, через пару лет она сама сможет очухаться и даже вернуться к прошлой жизни, если раньше не перегорит.

В любом случае, я рад, что ей лучше, а помочь толком сейчас не могу. Нужно еще время для адаптации, но через недельку снова попробую кое-что сделать. Особенно… вот эта стрёмная штука. Не уверен, но кажется она искажает само физическое тело носителя! Надеюсь, Хрулев не попытается грохнуть меня за это, а то не хотелось бы убивать деда. Но и женщину в таком виде оставить я просто не могу.

Не прошло и секунды, как гостья снова потухла, и мы с Анной словно остались одни в этой комнате. Я расспрашивал ее, как себя женщина чувствует, и о чем они говорили. Анна мне доложила, что несколько раз гостья приходила в себя, и при этом говорила странные вещи, но про мужа и жену девушке понравилось. Не знаю, как ей, но мне почему-то не кажутся эти слова такими уже и простыми. Кого же ты ко мне подселил, дед?

– Есть для меня задание? – спросила у меня Анна, когда рассказала все новости.

– Есть, – кивнул я. – Сегодня прибудет груз с частями тварей, нужно проследить, чтобы их нормально разместили на складах, согласно их условиям хранения, а то не хотелось бы потом узнать, что они испортились.

– Сделаю! – серьезно ответила она мне после того, как записала все в свой блокнот. – Направлю туда Жанну с помощниками, они за всем тщательно проследят. Еще что-то?

Дел у меня, и вправду, много, осталось только понять, чем заняться сперва.

– Скажи, как дела с холодильными камерами?

– Двенадцать помещений уже есть, десять из них готовы принять товар в любой момент.

– Что с двумя не так? – не понял, в чем задержка.

– Оборудование было неисправно. Мы вовремя заметили неполадку, и отправили его обратно, для замены.

Хорошая новость, что мои люди глазастые, и разбираются в этом. Интересно, сломанное оборудование это совпадение или диверсия, устроенная специально? Местные уже могли догадаться, что я задумал, или еще рановато?

Если подумать, то на двух холодильниках, которые неправильно работают, можно потерять большие деньги. А если ты мелкий барон, то это может грозить полным разорением.

– Кстати, что у нас по финансам? – по ходу дела вспомнил про деньги.

– Деньги? – переспросила она, и стала деловито листать свой блокнот, задумчиво покусывая кончик ручки. – Деньги у тебя есть, – обрадовала она меня. – На дня три может и хватит, а дальше ты банкрот.

Отлично, блин… Даже холодильников не нужно, чтобы меня разорить. Зараза…

– Какой выход? – ну, а вдруг реально он у нее есть?

Анна улыбнулась.

– Нужно протянуть семь дней, а там налоги и отсроченные платежи поступят в казну. Да и производства уже что-то дадут, – она стала перечислять мне все варианты. – Еще можно продать части тварей, которых у нас завалялось немало – они нам точно скоро не понадобятся.

Блин, продавать я точно ничего не буду, а это значит, что у меня мало времени, чтобы добыть деньги. Благо, варианты у меня есть. А ведь я даже не запустил еще свой бизнес, и на него надо немало… Во что ты ввязался, Сандр?

На этом я завершил разговор с Анной, и направился к себе, где до самой ночи сидел за своим планшетом и бумагами. Дожились… Великий Охотник превратился в офисного клерка.

Утром я физически был разбит, но морально – доволен. Удалось завершить множество нужных дел и понять, что делать дальше. А дальше у нас все-таки идет всё-таки организация производства. Я быстро оделся и, вызвав машину, поехал в Галактионовку, к горе/крепости. Там меня никто не встретил, так как я никому не говорил о своем прибытии.

Работа, как я погляжу, кипела на производственной площадке, да и в самой Галактионовке. Там конкретно взялись за строительство дорог и, как я своими глазами мог наблюдать, делали на совесть. Надеюсь, дорога простоит очень долго.

Люди копали глубокие ямы, по технологии делали подушку и отсыпку, причем с запасом. А следом, после трамбовки шли уже укладчики брусчатки. Дорога выглядела красиво, а гранитные бордюры были даже изысканными.

Кажется, в этом мире такие дороги уже кто-то делал именно так. Это я услышал от местных, когда мы остановились на пару минут, чтобы поглазеть на рабочий процесс.

В холодильники не стал заходить, там Шнырька все проверил и доложил, что порядок! Прошелся вдоль горы, где увидел еще больше камня, который валялся повсюду.

Муравьишек не было видно, а значит, Красивая следует моим командам, и днем не показывается никому. Для этого я специально отправил Шнырьку на разведку.

Правда, пару муравушек он нашел, но те, вероятно, просто не успели вовремя вернуться, и теперь окопались в лесу, присыпав себя землей и листьями. Даже если кто-то наступит на них, то ничего не заметит.

В самой горе все было просто шикарно. Красотка смогла проделать нехилую такую работу и, наверное, процентов двадцать всех работ уже было завершено.

Это может показаться ужасно мало, но на самом деле внутренний объем замка будет просто огромен. Я сам редко задумывался, насколько он просторный, если сравнить с зданиями в этом мире. Ничего страшного, в хозяйстве все пригодится.

Дальше моя работа заключалась в поглаживании Красивой, и ожидании полной информации от Шнырьки.

Камня здесь оказалось в разы больше, чем у подножия горы. Его сейчас складывали в пустых помещениях, которые уже смогли выдолбать в этой горе.

– Так, Красивая, это непорядок! – стал командовать я. – Весь камень скинуть вниз. У тебя для этого есть целая ночь.

Она все поняла, и кивнула.

– Идем дальше, – стал расхаживать перед ней. – Даю тебе два дня, чтобы вы закончили дела на этом уровне, и перешли на второй ярус. Здесь будут работать люди, и вам требуется сделать второй выход, через который вы сможете выносить камень, и сами выбираться. Но этот выход должен быть скрытым, все ясно?

Ей было ясно, и моей девочке не терпелось приступить к работе. Мне тоже, поэтому я покинул это место, и направился домой к Санычу.

Тот уже был осведомлен о моем прибытии, и как раз собирался искать меня, когда мой «Буревестник» подкатил к его дому.

Я тут же был приглашен в дом, где уже топтался его неразлучный Петрович, мне накрыли на стол, и попросили разделить с ним трапезу. Отказываться было неприличным, да и не ужинал я еще сегодня, а потому с радостью принял его приглашение.

За столом мы обсудили наши дела, и я делегировал мужикам полномочия по перевозке еще одной партии камня.

Думал, они расстроятся, а мужики, наоборот, обрадовались, ведь камня им вряд ли хватило бы. Уверили меня, что теперь дорог будет еще больше, и они станут крепче, ведь можно не экономить, и вежливо попросили еще одну дробилку, чтобы увеличить выход щебня. Я вздохнул, и дал добро.

Конечно, они были оповещены, что вывозить камень они могут строго до вечера. Вечером им запрещено под страхом наказания приближаться к горе, а кто ослушается, будет наказан мной лично.

Чем мне нравятся такие простые работяги, так это своей правильностью и простотой. Раз я сказал – нельзя, то это – закон, и никто не сунется.

Также я оставил им заказ на мебель. Мне нужно три десятка длинных деревянных столов, на которых будут пахать мои артефакторы, и хреновая туча разных полочек. Это был еще не весь список. Я специально вчера полазил в сети и прикинул, что мне нужно, а затем записал в блокнот, как это делает Анна.

Была мысль купить это все, но Анна меня отговорила, и тут я с ней согласился. Рабочая поверхность не нужна изящная или лакированная, а также не требуются благородные породы древесины. Простые столы, от которых работяга не получит занозы, вполне нам подойдут. Мои люди сами могут такое сделать, чем сэкономят нам деньги и время.

Причем, пока именно деревянные – так как металл и камень могут пригодиться в дальнейшем. Да, иногда на успех производства может влиять даже материал рабочего стола! Тонкая наука, жаль что у меня так мало обученных людей.

После этого я попросил мужиков отобрать людей понадежнее, которым нужна работа, и которые умеют держать язык за зубами. Петрович сразу сказал, что искать нужно среди непьющих, те точно не проболтаются. В общем, уехал я отсюда сытым и довольным.

Саныч пообещал за два дня найти всех нужных мне людей. Быстрее не сможет, ведь нужно спросить человека, хочет ли он работать, и за это получать деньги. А то я его предупреждал, что принуждать никого не нужно. Только добровольцы и благонадежные. Все-таки работать они будут с дорогими артефактными предметами.

Зачем мне нужны люди, когда я могу призывать тварей? Ну, люди не требуют энергию, а только деньги. Это меня вполне устраивает. Да и тупые твари не сгодятся для работы, где требуется ум. Еще есть такой момент, что я хочу дать работу своим людям, которые за годы упадка баронства обеднели.

Далее моя дорога лежала в в мою «игнатовскую» часть баронства, где сейчас зарождалась Академия имени меня любимого, в которой будет обучаться моя будущая гвардия и, чего греха таить, Охотники.

Вот с Охотниками там пока туго, слишком мало желающих. Ведь на Охотника, по факту, контракт у нас будет пожизненный. Уйти от меня они уже не смогут никогда.

Здесь я проведал шпану, которая обучалась по тем книгам, которые я лично написал для Кренделя и его друзей. Хотя из них всех артефактором мог стать только Крендель, но все они записаны в его личные помощники, и должны понимать, чего и когда ему стоит подать, и как это именно сделать, чтобы не откинуться от яда.

Для примера, сейчас он изучал хвосты скорпионов, а в них яд оставался даже после смерти. Одно неправильное движение, и ему хана.

Конечно, сам доить он эти хвосты не будет, но знать, как это делается, должен! Ведь ему потом работать с этим ядом, и заодно следить за людьми, которые приносят ему компоненты. Выйдет ли из него нормальный артефактор, я не знал. Но знал одно, он старается изо всех сил. У меня на столе в кабинете лежат доклады о каждом его шаге от гвардейцев, ведь дело это ответственное.

Я, по факту, сейчас изучаю все государственные учреждения, где готовят артефакторов, и хочу сделать за месяц то, что они делают годами.

Конечно, всего он знать не будет, но это пока. По ходу дела он будет работать и учиться дальше. Я написал инструкции из того, что знал, всего три тоненьких книжечки, но больше и не надо. Ну точнее, я надиктовал это на диктофон, а оформила в учебники уже Жанна. Там были расписаны основы, а еще работа с теми материалами, которые есть у нас, или я точно знал, что будут в будущем.

Для примера, как сделать сыворотку силы из сердца Кровавого Дракона ему точно не нужно знать. Если в этом мире появится эта тварь, то проще написать книгу о том, как найти новый мир.

За Кренделем я следил через Шнырьку, и всем увиденным остался доволен. Жаль только, я думал что он продвинулся дальше, и ему можно дать первое задание. Ошибся… Ему еще надо, минимум, несколько дней, а то и неделю, чтобы он сделал свой первый артефакт.

С другой же стороны, у меня только-что появилось время, чтобы все ему подготовить.

– Привет Крендель и компания! – зашел я к ним лабораторию.

– Твою мать! – выругался пацан, который уронил на ногу панцирь каменной черепахи.

– Хромой, ты охерел? – подошел к нему Крендель, и прописал подзатыльник.

Пацан, которого звали Хромой, возмутился.

– Эй! За что?! – спросил он, потирая ушибленную голову, вмиг забыв про ногу.

– Во первых, ты мог сломать ценный панцирь а они, на минуточку, стоят по шестьдесят три рублика за штуку, – фига себе, каким он умным стал. – А во вторых, ты берега не путай, барон наш наниматель, и ты не разевай свою варежку в его сторону.

– Жестко тут у вас… – присвистнул я от увиденной показательной порки.

Крендель усмехнулся и, подойдя ко мне, протянул руку.

Я, конечно, ее пожал, чем сразу увеличил его авторитет в глазах друзей.

– А как иначе, господин барон? – даже господином меня уже вполне нормально называет. – Я хорошо изучил бумаги, которые передала мне госпожа Анна, через госпожу Жанну. Там четко прописаны все цены.

Точно! Я просил Анну помочь ему, если будут здравые мысли. Аннушка – молодец, сразу сообразила, как добавить им усердия в работе. Показала, сколько стоят вещи, с которыми они работают.

Крендель показал себя серьезным боссом. Он тут, оказывается, даже обзавелся своим собственным кабинетом, который, каким-то чудом, выпросил у Жанны.

Крендель рассказал, что наука ему нравится, да и книги интересные. Что примечательно, я специально передал ему книги, зная, что он не умеет толком читать и писать. Хотел посмотреть, как он сумеет выкрутиться.

Он нашел интересное решение. У него в банде были не только отбитые, но и вполне образованные подростки. Вот те, кто был поумнее, работал как раз головой. Они стояли над тупицами и зачитывали им то, что было написано в книгах, пока те все наизусть не запоминали.

А еще Жанна оформила всех в школу, где под присмотром личных учителей пацаны быстро учились читать и писать. Такими темпами, они смогут выбиться в люди, если только не погибнут в процессе производства какого-нибудь опасного артефакта.

С Кренделем мы провели за разговорами около двух часов, за которые он успел рассказать, что у него да как, и в самом конце попросил денег. Ему нужно привезти сюда еще двадцать два человека, и пристроить их у нас к работе.

Поначалу я был удивлен такой бестактной просьбой. Он еще ничего не сделал, а уже просит у меня деньги. А потом ко мне спустилось озарение, и мне захотелось дать себе подзатыльник за глупые мысли.

Пацан сам ведет ко мне ценные кадры, которые умеют быть благодарными, ведь живут, практически, на улицах.

Крендель реально беспокоился о своих людях. За время нашего разговора он говорил о них больше, чем о себе. Понимал, что нужен мне он, а не они. Потому-то и рассказал, как пацаненок, по прозвищу Сироп, мастерски мешает разные виды крови, и получает нужный результат. Он еще намекал, что пацана надо проверить, мол у него точно есть Дар.

Так получилось, что обделенные физической силой, шайка Кренделя решала всё хитростью и ловкостью, поэтому как-то так получилось, что он собрал около себя очень талантливых отщепенцев.

В итоге, я узнал про остальную шпану, и многие из них показались мне интересными. Кто-то больше, кто-то меньше, хотя, в общей сложности, они все были полезны. Сорокин боится, что однажды я могу их выгнать, и оставить только его. А еще хочет перетащить ребят сюда, ведь слухи быстро расходятся, что пацаны с улицы выбились в люди. А те, кто там остались из «его» людей, оказались в непростой ситуации, возможно, даже опасной.

– Знаешь, я тут подумал, – после всего сказанного решил ответить ему. – Мне нравится, как ты взялся за голову, и работаешь на меня. А потому я решил устроить тебе поблажку. Я разрешаю перевезти ко мне в Галактионовку всех родителей и родственников тех парней, кто уже работает на меня.

– Да, босс! Я тебе отвечаю, все будет… – начал он оправдываться, как вдруг сбился – Чего?..

Явно он ожидал, что я захочу выгнать кого-то из его людей, а не наоборот. В том, что он так думает, виновата Жанна. Она девушка строгая, а они – бывшая уличная шпана. Вот она им и угрожала, что те, кто не будет стараться в учебе и работе, отправятся назад. Я поощрял ее методы, ведь после этого парни реально старались.

– То, что слышал.

– Спасибо, босс!!! Ты даже не представляешь, как много это для нас значит, – он аж засиял от радости.

Кстати, в личном разговоре я уже не барон, а босс.

В отчетах также было сказано, что парни нередко заходят в кабинет с защищенной связью, чтобы позвонить родственникам. Не у всех они были, но все равно большинство таковых имели. Для тех, кто не хочет или не может жить в городе, деревня, прям, шанс на новую жизнь.

– Дома им построят, без шика и роскоши, но дождь капать на голову не будет, – стал расписывать ему, что могу предложить. – Само собой, будет свой участок под огород, и даже местные помогут советами тем, кто вообще ничего не умеет. Взамен просто прошу тебя подумать, кого стоит звать. Дебоширы мне здесь не нужны, хотя… – сделал я паузу. – Можешь не слушать меня, и перевезти всех, но потом не обижайся, если те лишатся своих голов.

– Пфф… – возмутился парень. – Да тут, вообще, все нормалек. Те, кто потерян для мира, и так не пойдут. У вас здесь, небось, и украсть нельзя ничего, сразу найдут и по морде дадут.

Еще час я уделил этому месту, поговорив со своими людьми, и узнал новости.

Шнырька тоже не спал, и все время разведывал. Так у меня сложилась полная картина, полученная не только на бумаге, но увиденная своими глазами.

Что я могу сказать? У нас полно учителей, а вот учеников… Кара наплакала. Есть у меня один выход, но почему-то я его все время откладывал. Но, кажется, время настало. Достаю телефон и набираю номер.

– Слушаю? – подняла трубку Анна. – Чего угодно моему любимому? – прикалывается девушка.

– И тебе привет, дорогая! – на лицо вылезла сама собой улыбка. – Звоню спросить, как у нас дела, и попросить тебя устроить мне одну встречу.

– Встречу? Это я могу, – явно улыбалась девушка – На какое из моих предложений ты созрел?

Я вздохнул.

– Устрой мне встречу, о которой ты мне рассказывала примерно две недели назад, – стал обрисовывать ей свое желание. – Как его там… Аркадий Феодосев? Директор детского дома, который должны закрыть.

– ОГО! – удивилась Анна – Не думала, что ты так быстро решишься. Хорошо, тогда я созвонюсь и узнаю, когда это можно будет организовать. Постараюсь как можно быстрее!

«Как можно быстрее»… Анна явно не хотела откладывать это дело в долгий ящик.

Примерно две недели назад Анна пришла ко мне с предложение купить детей. Я тогда охренел, и даже подавился чаем. Я, мягко говоря, думал, что это больше не моя любимая, а ее разум захватили темные силы. Оказалось, все намного проще, чем я подумал изначально, но все равно мне не понравилась ее идея.

Один из детских домов лет семь спонсировался благородным Родом, у которого в последнее время возникли проблемы с деньгами, и они отказались от него. Директор стал обивать пороги разных Родов, где не смог прорваться дальше приемной, и так никто ему не позвонил. Не мог мужчина найти новых спонсоров, а деньги кончались.

Вначале у него еще была надежда, но потом пришло письмо, что Род, на земле которой стоял его детский дом и был заключен договор, продал эту самую землю, и у них есть месяц, чтобы покинуть здание. Тогда он понял, что это конец. Не знаю, как о нем узнала Анна, но предложила мне обратиться к нему, чтобы выкупить всех детей.

По факту, детские дома были под защитой Императора, но этот был частного типа. Аристократы иногда любят создавать такие для очищения своей совести или повышения статуса в народе и перед другими благородными. Мол, мы такие хорошие, помогаем сиротам. Но были случаи, когда это быстро надоедало, и детям больше некуда было идти, кроме улицы. Хотя детский дом и частный, но выкупить детей можно только у государства, с согласия директора, и уплаты за каждого не слишком большой суммы в казну.

Анне было жаль детей, и она просила меня их купить. Слово – купить – здесь скорее формальность, они не становились моими рабами, но и оно мне, ой, как не понравилось. Тяжело было представить, что я пойду и куплю детей.

Сегодня я изменил свое мнение, глядя на то, как за короткое время изменилась эта шпана. Оказалось, им нужен был просто шанс в жизни. Возможно, и с теми детьми будет также. Сейчас дам им шанс, а в будущем получу надежных работников, которых сам и отправлю на обучение нужных профессий. Всяко лучше, чем знать, что они оказались на улице лишь потому, что это противоречило моим принципам. Осталось только придумать, где найти денег.

– Товарищ Шнырька, ко мне! – призвал я мелкого.

– Ш-ш-ш-шлюшаюш-ш-ш-ш и повинуюш-ш-ш! – скрестив лапки на груди, появился он возле меня.

– Очень смешно… У нас с тобой проблемы!

– Морош-ш-шенку не я ш-ш-ш-ьел!!!! Не докашеш-ш-ш!

– Так, стой! – перехватил я его в тот момент, когда он собирался улизнуть в тень. – Знаю, что не ты. Это был я!

С мороженкой, и вправду, я… Ну, а что? Он спал, а я был голоден, ведь до самого утра сидел в кабинете и работал, а прислугу будить не хотелось.

– Ш-ш-шеван-н-ный ш-ш-шпрот!!! – обозвал он вора своего мороженка, и надулся на меня.

– Сам ты «шпрот»… отставить обиды, куплю я тебе новое мороженое, – а если точнее, то его уже доставили в особняк. – У нас с тобой есть другие задачи. Первое – у нас закончились деньги, а без денег не будет мороженки. Второе – мы так и не отомстили Вербицкому. Есть какие-то предложения?

Шнырька принялся довольно потирать лапки. У него, и вправду, были предложения, за это он мне и нравится. Когда нужно сделать мелкую пакость, лучше него никто не справится.

– Я всё сделала, – Анна положила передо мной сумку, в которой что-то позвякивало.

Я только-что спустился к завтраку, а тут она, как всегда, свежая и прекрасная.

Протянув руку, я наугад достал коробочку, открыл ее и увидел, что там лежали два кольца – родовое кольцо и кольцо Истребителя. А ещё бумажка, где аккуратным почерком Анны была написана краткая информация: «виконт Андрей Истомин, Ист 4-го класса, пропал без вести… дата… время…».

Я присвистнул. Девять лет назад!

Захлопнул коробочку, и вопросительно посмотрел на Анну.

– Сколько таких совпадений?

– Сорок две пары, – сказала она. – А ещё двенадцать колец Истребителей без пары. Причём, пять из них по базе Центра – аристократы. Видимо, родовые кольца где-то потерялись. Остальные семь – по базе посмотрела, все неблагородные. А еще есть четыре родовых кольца, наоборот, без пары колец Истов – просто аристократы, не Истребители. И вот это очень любопытно.

Она протянула мне листок с фамилиями.

– Посмотри.

Я хмыкнул. Фамилии Родов, что стояли за нападением на моих предков.

– Совпадение?

– Не думаю, – покачала головой Анна.

Она поставила передо мной коробочку, и рядом положила мутное кольцо Иста.

– Что это? – спросил я быстрее, чем успел подумать. Хотя у меня сразу возникло предположение.

Я открыл его. Там лежало кольцо моего Рода, рядом с кольцом Истребителя, и пометка: «Пётр Галактионов, Истребитель Монстров 3-го класса, пропал…» Сорок два года назад!

– А это? – я потянулся к пустому кольцу.

– А это, я так понимаю, пара к тому кольцу, что ты снял с Сойки, – кивнула Анна.

«Анастасия Галактионова, Истребитель Монстров 2-го класса, пропала без вести…» примерно в тоже время.

– Кстати, что ты собираешься делать с этим кольцом?

– Пока не знаю, – покачал головой я. – Я обещал Сойке, что верну его. Она очень им дорожит. Это единственная ценность, что у неё осталась.

– И когда ты это сделаешь?

Я снова вздохнул.

– Не знаю. Астахов её хвалит. Для своего возраста она в отличной физической форме. Вот только с боевыми навыками у неё… – я скривился. – Ножами неплохо орудует, но ничего серьёзнее в руки не брала. С другой стороны, при её Даре это необязательно. Призрак почему-то проникся к девушке, и взялся ее обучать хитрым приемах драки на ножах.

– Призрак? – удивилась Анна. – Он вернулся?

– Ну да, два дня назад. А ты… – я открыл рот спросить, не видела ли она его, а потом закрыл.

Призрак усадьбу и, вообще, любые помещения не очень жаловал. Да и разглядеть его, если он сам этого не хотел, было почти невозможно. Даже его комната в казарме всегда пустовала. Он где-то шарился по округе. Когда я спрашивал – где, он лишь улыбался, и говорил, что обожает ночевать под открытым небом, на свежем воздухе. Правда, надо сказать, он всегда был в доступе.

Сейчас он приехал не с пустыми руками, а притащил неплохой груз необработанных алмазов. Призрак не удержался, и облегчил казну Доброхотова в момент перевозки ценного груза. Я ему разрешил, вот он и вредил, как мог. Ну, а по поводу наблюдения, смысла не было держать такой ценный кадр далеко без конкретных задач. Хотя он кое-что оставил вместо себя. Я так понял, это что-то вроде «тревожных маячков», настроенных на определенное действие, с функцией трансляции. «Ништяки» от инквизиторов. Не зря Призрак о чём-то переговорил с Сарацином, прежде чем те улетели. Волк потом Призрака задолбал. Хомяк внутри моего лысого друга неистово верещал, требуя доступа к арсеналу инквизиторов. Вот только Призрак сославшись на то, что это «не его тайна», без затей ушел от разговора. Мне же он передал, что как только Хрулев закончит с «одним делом», то Призрак подскажет, что мне просить в качестве награды.

Доброхотов вёл себя как ни в чём не бывало. Не было никаких необычных телодвижений. Такое ощущение, что он решил оставить Распутиных в покое. Но немного зная Алмазного Короля, я был уверен на все 100 %, что это не так. Наверняка он что-то готовит, только Призрак разобраться пока в этом не мог. Доброхотов – старая хитрая сволочь, так что мне нужно придумать кое-что другое, если я хочу узнать его планы.

А возвращаясь к Сойке, всё велось к тому, что ей нужно отдать это кольцо. Во-первых, эти побрякушки всё ещё не внушали мне никакого уважения – так, местный фетиш… Я просто играл по этим правилам. Но если девушке нравится, пусть так и будет.

С другой стороны, есть какие-никакие правила. Если человек носит кольцо, то значит, он точно принадлежит моему Роду, и попадает под мою защиту. Собственно, у меня пока только два таких человека – Анна и Волк. И да, есть среди гвардейцев кандидаты гораздо более преданные и нужные мне, чем Сойка. Да хотя бы Призрак, который уже показал свою верность, при том, что он остается весьма своеобразным человеком.

– Спасибо, – я положил кольца в карман.

– Как там детки? – задал я встречный вопрос по поводу детишек с Эпицентра.

– Ты знаешь, лучше, чем я думала, – улыбнулась Анна. – Воспитатели докладывают, что они очень быстро успокоились, и ведут себя хотя и осторожно, но далеко не враждебно. И это, в том числе, заслуга Сойки.

– В смысле? – спросил я.

– А ты знаешь, что она каждый вечер пешком идет в Галактионовку и укладывает детей спать, находясь с ними рядом, чтобы проснувшись ночью, они не испугались. А утром опять возвращается к твоему Волку, который сходу начинает гонять ее до седьмого пота.

– А спит она когда? – удивился я.

– Вот и я хотела тебе задать такой же вопрос, – нахмурилась Анна. – Ты видел, у бедной девочки уже появились темные круги под глазами.

– Хм… – задумался я.

А ведь реально её никто не заставлял так делать. Это была исключительно её личная инициатива. И эта инициатива мне безумно нравилась.

– Я поговорю с Волком, и мы придумаем что-нибудь с расписанием.

– Только ей об этом не говори, реши это наедине с Волком, – попросила меня Анна.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, немного понимая женщин и, конкретно, эту девочку, я думаю, что она будет против послаблений в свою сторону. Я смотрю, как она жилы рвёт, чтобы тебе понравиться, точнее, чтобы завоевать твое доверие. И как бы вы только хуже не сделали.

Я покачал головой, и серьёзно ответил.

– Спасибо за совет. Что-нибудь придумаем. Но ты говоришь, что дети ведут себя спокойнее?

– Да, думаю, что через некоторое время ей там уже необязательно ночевать. Как всегда, быстрее всего адаптируются младшие. Старшие более настороженные. Я, кстати, сегодня поеду на встречу с директором приюта, о котором мы с тобой говорили. И хочу тебя спросить – как ты считаешь, смешать простых и Одарённых детей – хорошая идея?

– Не знаю, – сказал я. – У меня не особо большой опыт по общению с детьми. Поговори об этом с директором. Если он нормальный человек, то что-нибудь посоветует. А если тебе что-то не понравится, то найди ему замену.

– И где они будут жить? – спросила Анна.

– Напомни, кому принадлежит здание?

– Сейчас – роду Охотских, но это уже неважно. Земля и здание проданы, и Охотские хотят открыть там какое-то предприятие.

– Слушай, Игнатов такие хоромы выгнал… Думаю, нам проще и дешевле будет перетащить их сюда.

– Да, я тоже об этом подумала, – сказала Анна.

– Ладно, в любом случае, всё решим после встречи.

– У тебя на сегодня какие планы? – хитро прищурилась она.

– А какие у меня могут быть планы? – засмеялся я. – Если моя невеста сказала, что я поц, и не могу нормально обеспечить свой Род…

– Я такого не говорила! – сразу запротестовала Анна.

– Все вы женщины одинаковые, вам это прямо не нужно говорить. Посыл, ты думаешь, я не почувствовал?

Анна засмеялась, положила руки мне на плечи, притянула к себе, и крепко поцеловала.

Отстранившись, она лукаво взглянула на меня.

– Мой мужчина – самый лучший! Никакой он не поц позорный, и не нищеброд!

– Нищеброд? – приподнял я удивленно бровь. – А вот этого слова я не говорил. То есть, ты и об этом думала?

– Ой, всё! – хмыкнула Анна, чмокнула меня ещё раз контрольным поцелуем, и побежала наверх к себе.

Я улыбнулся, а затем вышел на улицу, где меня встретил Волк. Быстро переговорив о текущих делах, затронули тему Сойки. Волк сказал, что у него есть хитрый план. При обучении в спецподразделениях, если к ним приходили новички, был режим тренировок, когда их выматывали до изнеможения, а потом укладывали спать. И так чередовали через ровные часы, чтобы организм и мышцы восстанавливались. Сойке это было не нужно, Волк ещё раз подтвердил, что с физухой у неё всё в полном порядке. Но она этого не знает, так что под эту лавочку он вполне может дать ей выспаться днём несколько раз. А потом еще что-нибудь придумаем.

Я распорядился, чтобы Анну отвезли, куда ей нужно, обеспечив охрану. Насчёт охраны позаботился сам Волк. Учитывая последние веяния, девушку отпускать одну просто так никто не собирался. В принципе, что касалось боевой части моего Рода, у меня было всё более-менее нормально. Разломщики отличные, гвардейцы изумительные. Для обеспечения охраны и выполнения боевых задач их хватало, но я имею в виду – если не вести открытую войну против кого-то вроде Доброхотова.

К Андросову ветеранов отправили, через пару недель моих гвардейцев значительно прибавится. В общем, с войной всё в порядке. Хоть бери и отправляйся на маленькую победоносную войну против тех же монголов. Ха-ха, шучу, конечно!

А вот что касается производства, в которое я влез с головой – вот тут у меня огромные проблемы. Анна и Жанна – они всё-таки финансисты и администраторы, а мне нужны люди, которые разбираются в нужных мне производственных процессах. «Побелить/покрасить» могут Саныч с Петровичем с бригадой галактионовских, а вот когда речь уже дойдёт до высоких технологий, тут уже возникают проблемы.

Я посмотрел примерную смету на аукцион вакансий, которых «от щедрот» кинуло мне княжеское трио, предполагая, видимо, что я не наскребу денег на покупку молодых специалистов. Зря они так думают. Да, сейчас у меня нет лишних денег, но я их обязательно найду, оно того стоило.

В зависимости от профессии и дефицита на рынке труда, стоимость специалиста была от 10000 до бесконечности. Почему… до бесконечности? Потому-что на лучших учеников курса устраивались натуральные аукционы, где Роды делали ставки, лишь бы этот человек достался им.

Хитрожопые князья передавали мне свои контракты на хороших середнячков, которых можно выкупить по фиксированной цене. Вот только я и в прошлой жизни привык к самому лучшему, и сейчас не собираюсь менять привычки, так что мне нужно будет поучаствовать на аукционе, чтобы получить этих самых лучших. А для этого нужны деньги, много денег.

Ну, а прямо сейчас мне надо перекупить или арендовать нужных специалистов. Именно для этого я пригласил друзей к себе на экскурсию, особенно рассчитывая на Марию. Дай бог, её отец не воспримет меня, как конкурента, и с ней можно будет договориться о командировке хороших спецов. Но это тоже чуть попозже. А сейчас мне нужно делать то, что я делаю лучше всего – воевать и, таким образом, пополнять бюджет Рода.

К вечеру у меня кружилась голова от переутомления. Я пошел самым простым путём. Что можно продать быстро, и это всегда оторвут с руками и ногами? Правильно, желейки! Какие желейки я могу фармить без проблем массово и быстро? Белые и красные. Где находятся твари массово? В Муравейнике, они там никогда не заканчиваются.

Так что я быстро собрался, и мы поехали туда. После прорыва армия и Исты восстановили всё, как прежде, и теперь ничего не напоминало о том инциденте, когда погибло очень много хороших ребят.

Я про себя улыбнулся. Прошло совсем немного времени, когда я пришёл сюда с позорным мечом, пустым кошельком, и горящими глазами. Сейчас мы прикатили сюда на «Буревестнике», а за мной ехали три грузовика и бригада моих добытчиков, которая, при ближайшем рассмотрении, выглядела снаряженной получше, чем некоторые Исты. Нас проводили удивленными и заинтересованными взглядами, когда мы дружной толпой, предварительно зарегистрировавшись, вошли внутрь.

Я, как основная ударная сила, и двенадцать гвардейцев, четверо из которых должны были, на всякий случай, прикрывать меня, а восьмерка позаботиться о безопасности добытчиков, коих было сорок человек.

Добытчики, все, как один – крепкие мужики, не обделенные силой, но не имевшие Дара. Тем не менее, за себя они могли постоять, были хорошо бронированы и вооружены. А ещё они тянули за собой специально приобретённые мной тележки, что работали на желейках, и парили в нескольких сантиметрах над землёй. Штука дорогая, но полезная – с ней таскать лут из Разломов гораздо быстрее.

Мы сразу спустились на третий ярус, где Шнырька показывал муравьёв, а мы их уничтожали. Честно говоря, я испытывал странные чувства, так как Красивая и её детишки казались мне вполне своими. Эти же муравьи были дикими, и это вызывало у меня лёгкий диссонанс. Но я послал его к хренам собачим, и мы начали добывать желейки.

Шнырька показал ближайшую кладку яиц на четвёртом уровне. Далее мы спустились туда, и вот там немного застряли, так как из-за задворок постоянно выбегали разъярённые муравьи. Нам нужно было охранять кладку, пока добытчики, сопровождаемые Истребителями, бегали туда-сюда наверх, чтобы занести яйца в машины.

Когда у меня перед глазами начали бегать искры – первый признак перенасыщения энергией от постоянного пожирания желеек, я скомандовал.

– На выход!

Вообще, это было довольно просто. Безотходный цикл – я убивал муравьев, затем снова их призывал, и натравливал на своих собратьев. И так по кругу. Печати работали отлично. Но всё-таки усталость взяла свое. Когда мы вышли наружу, меня там ждала целая делегация. Кажется, местные барыги расстроились, что мы не хотим сдать им яйца сразу по грабительским ценам, а собираемся отвезти их в Иркутск.

– Какие-то вопросы, господа? – уточнил я у барыг.

– Куда вы повезёте яйца на продажу? – вперёд вышел или самый умный, или самый наглый из толпы.

– А вы с какой целью интересуетесь? – уточнил я.

Тот, нимало не смущаясь, ответил.

– Такое количество яиц, которое вы вытащили, сильно обрушит цены на рынке. Поэтому мы хотели бы взять у вас их в рассрочку.

– В смысле?

– Ну, мы бы их забрали, и дали бы вам нормальную цену. Вот только продавали их мелкими партиями, чтобы не демпинговать. А деньги прислали бы потом.

– И сколько времени вам бы потребовалось, чтобы со мной рассчитаться? – на всякий случай, поинтересовался я.

– Ну, за три месяца точно управились бы, – задумчиво почесал голову барыга.

Я не выдержал и рассмеялся.

– Без лоха жизнь плоха, не так ли?

– В смысле? – спросил он.

– В коромысле! – ответил я. – Делайте ваш маленький гешефт с кем-нибудь другим. Фамилия моей невесты – Голдсмит, если это вам о чем-нибудь говорит.

Мужики переглянулись. Видимо, они слышали. Откуда им было знать, что все яйца оптом я продам Долгорукову, и по цене, в полтора раза превышающую среднюю по рынку в Иркутске. Лично мне они без надобности. Технологиями для их применения я не обладал, а выстраивать инкубатор смысла не было. Зачем? Если у меня был живой инкубатор в виде Красивой, которая постепенно добавляла численность муравьиной армии.

Мне пришла в голову интересная мысль. Интересно, а когда моя Красивая разовьется, если их пригнать в Муравейник и запустить внутрь – кто кого? Думаю, что на одних только ставках я нехило так заработаю. Выкинул дурацкие мысли из головы, мы поехали обратно. Видимо от переутомления всякая хрень в голову лезет.

Бригадир добытчиков – крепкий молодой мужчина Игнат – протянул мне планшет с лёгким поклоном, где скрупулезно была подсчитана вся добыча. Мешки с желейками стояли в сторонке, рассортированные по цвету.

Я уж было хотел подсчитать всё сам, потом хмыкнул, и отправил файл Анне с пометкой – «посчитай». Тут же прилетело сообщение.

«Сейчас всё будет!».

Я улыбнулся. Всё-таки моя будущая жена не только красавица, но и умница.

– Спасибо, Саша! – серьёзно кивнул Архип, когда я положил на стол сумку с кольцами, и когда он понял, что там находится внутри. – Я распоряжусь, чтобы в кассе тебе выдали вознаграждение.

– Не надо вознаграждения.

– В смысле? – удивился Архип, а потом вспомнил. – Ну да, конечно. Петрович говорил, что ты не берёшь. Уважаю!

Я пожал плечами.

– Причем тут уважение. Просто это правильно.

– Согласен, – кивнул Архип. – Побольше бы таких правильных нам.

– Нам? – улыбнулся я. – Смотрю, тебе понравилось это кресло.

– Не-не-не! – запротестовал Архип. – Я жду Петровича, как манны небесной. Дочки, конечно, справляются в моем магазине. Но я слишком стар для всего этого дерьма.

– Ой, ли? – сказал я. – Стар настолько, что хочешь восстановить свою силу Истребителя?

Архип лишь покачал головой.

– Кстати, не передумал дожидаться Хрулёва? Я тут прикинул, можем сходить.

Судя по лицу Архипа, ему сейчас принять решение было очень сложно. Глаза его загорелись, он улыбнулся. Но быстро взял себя в руки, и серьезно сказал.

– Нет, я обещал. Случиться там может все, что угодно, а заменить меня будет некому.

– Уважаю, – кивнул я.

– Да за что? Я просто считаю это правильным, – сказал Архип и, осознав, что он в точности повторил мои слова, рассмеялся, и я вместе с ним.

– Вот видишь, нас таких правильных уже двое, – после того, как отсмеялся, сказал я. – Ну, и ещё навскидку нескольких ребят знаю, так что не всё потеряно.

– Это да, – сказал он, затем на секунду замялся. – Саша, только без обид…

– Ну? – спросил я.

– У Вербицкого кольцо Истребителя пропало.

– Какая трагедия! – театрально всплеснул я руками.

– Ты ничего об этом не знаешь? – прищурился Архип, глядя на меня.

– А я откуда могу знать? – вовсю веселился я.

– Ну, так… Ходят некоторые слухи…

– Врут! – безапелляционно сказал я. – У меня разведка не такая хорошая, чтобы узнать новости из логова Абсолюта.

– Да я не про разведку, вообще-то… – задумчиво протянул Архип.

– Ты думаешь, что я пробрался к Абсолюту и спёр его кольцо? – снова развеселился я.

– Нет, я так не думаю, – покачал головой Архип.

– Вот видишь. И что он будет делать?

– Как что? – кивнул Архип. – Просто наденет новое. Ты же знаешь, что кольцо без Истребителя ничего не значит. Просто данное конкретное кольцо очень много значило для Вербицкого. Он рвет и мечет, и грозится покарать вора! Оно ещё и охрененно дорогое, он его на заказ делал, переставив кристалл в новую оправу. Говорят, там были очень дорогие разломные бриллианты.

– Врут, – сказал я еще раз, на что увидел вопросительно поднятую бровь Архипа, и тут же поправился. – Зная Вербицкого, он понтовщик ещё тот. Скорее всего, он всем рассказывает, а на самом деле, там вместо бриллиантов стоят обычные стекляшки.

– Хм… возможно, – задумчиво кивнул Архип.

Мы немного помолчали, каждый думая о своем. Затем Архип не выдержал, и улыбнулся.

– И ещё, без передачи. Ходят слухи, что этот таинственный вор в его бутылку на прикроватной тумбочке с питьевой водой нассал. И хер с крылышками на зеркале нарисовал. Прикинь?!

Я вежливо засмеялся, но покачал головой.

– Снова врут, скорее всего.

– Скорее всего, – подтвердил Архип. – Вряд ли нашёлся кто-то такой отчаянный.

– Ладно, – хлопнул я в ладоши. – Засиделся я с тобой. Пойду.

– Давай, заскакивай к старику, когда будет свободное время.

Мы пожали руки, и я пошел к двери.

– Саша! – окликнул он меня.

– Да?

– Ну, ты готовься к… этому… Разлому, – неуверенно сказал большой и уверенный в себе мужик. – Вдруг Вася скоро вернётся. Я готов в тот же день!

– Всё сделаем в лучшем виде, Архип. Не переживай! – хмыкнул я, и вышел за дверь.

Когда спускался по ступенькам, тихонько брякнул.

– Ссать-то в бутылку зачем нужно было?

Возле моего уха раздалось злорадное хихиканье, и невидимый голос ответил.

– Заш-ш-шлуш-ш-шил! Поцы долш-ш-шны ш-ш-штрадать!

– И не поспоришь, – довольно хмыкнул я. – Но с Затупком я твое общение, пожалуй, ограничу!

– Отличное утро сегодня, не правда ли? – спросил я у Волка, который сидел рядом, и натирал свой меч, как бы двусмысленно это не звучало. Он реально дорожил моим подарком. – Так бы и рванул сейчас на шашлыки, а не это все.

– Погода, и вправду, хорошая… – поднял он голову к небу. – Как раз удобно отправиться на зачистку!

Мы находились с ним в моем саду, где я размышлял, лежа на шезлонге, а он бестактно нарушил мой покой, нагрузив работой.

Незаменимый он человек, мой Волк. Но сколько с ним проблем… Он каждый день ходит за мной, что-то спрашивает и просит. О втором уровне печати регенерации я уже молчу, так как привык к таким вопросам. А вот остальные меня довольно часто удручают. Вчера ему нужна была ремонтная база для техники, а сегодня он хочет оружейную мастерскую с мастерами, которые смогут не просто отремонтировать изношенное и поломанное оружие, а также модернизировать его. И хрен с деньгами, хотя оборудование и дорогущее, но где я квалифицированный персонал найду?

Хотя бы раз подошел, и попросил что-нибудь для себя. К примеру, вот когда у него был отпуск? Я бы мог отправить его в теплые края, чтобы он намочил ноги в теплой воде, и нашел себе девицу, с которой не смог бы выспаться.

Но нет… Ему подавай оружие, технику и тренировки. Такими темпами он точно планирует стать сильнее меня. Жаль, если это так. Его ждет главное разочарование в жизни. В ЭТОЙ жизни, ха-ха…

– Скажи мне, а ты бабу себе еще не нашел? – спросил я, пристально посмотрев на него. – Анна говорит, что Жанна глаз на тебя положила, но ты нос воротишь. Что же тебе еще нужно, Волчара?

– Ой, все, я пошел!

Впрочем, как всегда. Я хорошо знаю, как отбить желание у Волка пудрить мне мозги. Понимаю, что все его просьбы обоснованы, но требуют много денег и сил. Они мне сейчас нужны для других дел.

Хоть бери и объявляй войну всем подряд, и забирай потом вместо трофеев специалистов. А интересно… как будет называться такой специалист? Трофейный? А как их мотивировать? Не в подвал же на цепь сажать? Это не мой метод.

Так и вижу, как буду разговаривать с Андросовым: «У тебя оружейник какой, хороший? Нет… Трофейный».

Ладно не туда думаю, и не про то. У меня на сегодня еще полно планов, и я лишь полчаса выкроил для того, чтобы полежать, и ничего при этом не делать. Но Волк испортил весь отдых, поэтому я поднялся и направился в дом.

– Господин? – учтиво поклонилась служанка, которая сейчас ухаживала за волосами гостьи.

– Проведи гостью в ее комнату, – попросил ее и, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал прочь.

Вчера, когда я вернулся из Муравейника, заметил, что с ней происходят странные изменения. Она частично восстановилась в энергетическом плане, и теперь я могу помочь ей. Вот только все было не так просто, у нее усилился необратимый процесс старения, и тут я не могу уже просто ждать. Женщина увядала на глазах. Казалось, что это из-за болезни, но это далеко не так. У нее внутри активизировалась тварь из тех, кто посильнее и, кажется, была напугана.

Вместо того, чтобы годами питаться женщиной, тварь едва не потеряла контроль над ситуацией, благодаря моему вмешательству, и сейчас принялась буквально выпивать ее досуха в ускоренном режиме. Такие твари не имеют даже физического тела, и поэтому они чрезвычайно сильны. Не знаю, кто и как в этом мире смог пленить ее, а затем засунуть в женщину. Мог бы, конечно, подумать на Охотников, но это полный бред.

Ни один из наших так не поступит. Это противоречит Кодексу. Конечно, мы можем убить не одну тысячу людей, и даже глазом не моргнуть, но связываться с Темными Сущностями? Чтобы в один прекрасный момент познакомиться с Темной Богиней? Нет, это не наш метод.

Подождал в своей комнате, пока над женщиной проведут нужные манипуляции, а точнее, оденут и приведут в порядок, и только тогда я зашел, приказав слугам выйти.

– Мальчик пришел проведать старуху? – полузатуманенным разумом хмыкнула она. – Вовремя… Время… Скоротечно… Как оказалось… Я дам тебе послание… Важное… А ты…

Она с превеликим трудом выговаривала каждое слово, все время путаясь в своих мыслях, и только железной хваткой удерживала за ниточку свое сознание от падения в бездну.

Слушать ее я не видел смысла, а потому начал говорить сам.

– Зря стараетесь, – перебил я ее. – Я не похож на посыльного, и на радио тоже. Свое сообщение, пожалуй, вы сами потом передадите.

Хотя я не считал ее выше по статусу, но прикидывал, что это вполне может быть, а потому предпочитал говорить на вы и уважительно. Как минимум, она достойна уважения. К примеру, как бы это не звучало плохо, но подцепи такую заразу Анна, она была бы уже мертва.

Сейчас я отчетливо вижу тварь, которая тянет ее назад в пучину безумства и забытья. Эта тварь не из этого мира, у нее даже аура не такая. Ее принесли из Разлома, она очень старая и голодная. Но, как бы там не было, еще ребенок по сравнению с великим Охотником.

А еще… Вот это да! Эта тварь, похоже, кроме ментального воздействия, корежила физическое тело, пытаясь преобразовать его в что-то инородное. Начальная трансформация уже началась, и хотя женщина еще похожа на человека, но процесс был запущен. Надеюсь, это обратимый процесс? Но в любом случае – тварь нужно уничтожить.

– Даже… Если… Последние слова? – сколько же силы воли в ее глазах.

– Я уже сказал, что хотел. Сами передадите свое сообщение.

Женщина улыбнулась, по-доброму улыбнулась, но в тоже время с сильной скорбью во взгляде.

– Глупый… Я уже… Мертва…

Что-то мне стали надоедать такие разговоры.

– Женщина! – вскипел я, и зажег свою ауру. – Пока ты в моем доме, то я решаю, кому жить, а кому умереть. Моя Крепость – моя Воля!

Мои слова сопровождались выбросом энергии, которую я направил прямо в женщину. Она ее даже не увидела, но явно почувствовала. А еще ее ощутила тварь, в которую я целился. Она любит халявную энергию, и жадно принялась пожирать… но затем ее стало крутить от боли.

А что такое? Не понравилась энергия Охотника? Ну-ну… Вкуснятина же…

Сколько лет я работал над своей душой, чтобы она стала ядом для таких вот подобных тварей, мне даже трудно вспомнить. Кажется, очень много… Это просто было необходимо. Иногда приходилось драться в окружении сонма подобных тварей, и я не хотел, чтобы в минуту наивысшего напряжения, на мгновение ослабив контроль над ментальной защитой, кто-то из них мог проскользнуть в мою душу, устроив там диверсию.

Кстати, я уверен, что этот разговор женщина не запомнит, ведь сейчас она не в своей лучшей форме.

Создал конструкт магического барьера, использовав для этого основы Печати Доспеха, и накинул на эту комнату. Теперь тварь не выберется за её пределы, хотя она и не слишком смелая. Когда я убивал ее товарку, так она спряталась, и даже не отсвечивала. Возможно, испугалась, а может радовалась, что конкурента убили.

Я поближе подошел к женщине, которую била мелкая дрожь.

– Спи…

Хмм…

– Спи, говорю! – добавил энергии, и только тогда получилось.

Сильна, ничего не скажешь. Кого ты ко мне подселил, Дед?

– А теперь поговорим с тобой, сученыш… – мои глаза зажглись голубым светом, и я взглянул прямиком в душу этой твари.

Она понимала, что я ее вижу, и испугалась. Выглядела она как нечеткое черное привидение, которое мало имеет похожего с человеком.

Изначально форма человеческая, вроде, но со спины торчат лапки. Она мне напоминает клеща, который присасывается к своей жертве.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!!! – зашипела она на меня, на астральном уровне.

Мало того, что шипит, так еще и угрожает. Обняла астральное тело женщины, и грозится разорвать его или повредить, что может убить нашу гостью.

– Ш-ш-шо за ш-ш-шука????!!! – выпрыгнул, как черт из табакерки, Шнырька, и грозно уставился на сущность. – Ш-ш-ш-ш-ш????

Ой, кажется, мелкий думает, что у него одного здесь патент на его любимую букву.

– Ш-ш-шмерть плагиаторам!!! – завопил Шнырька, а вроде был пацифистом.

Какой-то он слишком избирательный пацифист. Впрочем, я и без Шнырьки собирался так поступить. Вместо того, чтобы испугаться этой твари, и начать отступать, я, наоборот, поддал своей энергии. Вот только извне, в нужные мне места. Таким образом, окутал тело женщины своей энергией, и сущность отвалилась сама, не вытерпев боли. Дальше было все проще, я один мощным импульсом отправил всплеск в тварь, и ее просто разорвало, хотя она и пыталась в последний момент сбежать, но даже до половины комнаты не добралась. Зря только силы потратил на астральный барьер.

Меня немного повело от такой тонкой работы, и захотелось пить. Отступать не было времени, пока другая сущность не решит взять бразды правления в свои руки. Состояние у гостьи было более-менее нормальным, и я стал уничтожать всех, кто мне там не понравился – а такими были все! Мне внезапно захотелось встретиться этим безумным коллекционером, что собрал этих мерзких сущностей в «один флакон», и сказать ему пару ласковых слов.

На все про все у меня ушло минут пятнадцать, как мне показалось. Вот только на улице уже было почему-то темно. Наверное, это длилось совсем не пятнадцать минут.

Проснулся я только на следующий вечер, и меня жутко ломало от боли, как физической, так и ментальной. Я люблю боль, она показывает человеку, что он стал сильнее, а еще, что он жив. Но должен вам сказать, что астральная боль – это нечто ужасное. Пусть моя душа прокачанная, но астральная оболочка совершенно не годится. Эта ситуация меня так сильно разозлила, что я попросил Шнырьку принести мне желеек, и до самого утра размеренно жрал их, одну за другой.

Под утро, когда меня стало вырубать, то постель была полностью мокрой от моего пота. Мое тело всю ночь получало просто космическую пытку, которую я проводил над собой. Так, наверное, шутит сама Вселенная, но прокачивать оболочку лучше всего в моменты, когда она трещит. Тогда она становится мягкой и эластичной, чем я и занялся.

Боли было много, но в один миг я отключил ее, и только улыбался. Плевать, сколько нужно, столько буду терпеть. Я знаю боль, а она знает меня. Мы старые друзья, а вот прошлую силу нужно возвращать. Не дело лежать пластом после каждой встречи с Темными Сущностями. Хорошо, что недавно я здорово набрал себе душ муравьев, и у меня была не только заемная энергия от желеек, но и от душ, своя… родная, к которой я так привык.

В общей сложности, я выпал из жизни на три дня. Три тяжелых и долгих дня, за которые я пил только воду, оставляя нетронутой еду, что приносила мне обеспокоенная Анна.

Удивительно, но восстановление мне далось сложнее, чем женщине. Как докладывала мне Анна, она уже идет на поправку, и даже выходит в сад, чтобы с ней почаевничать. Правда, говорит, тяжело ей это дается. Однако есть существенные изменения, а еще скинула годков эдак пять. И кажется, она стала меняться внешне, и смутно кого-то ей напоминает.

По моим прикидкам, она быстро поправится, тут только организм должен найти правильный курс, а потом, как полетит.

Я уже предупредил Анну, чтобы не удивлялась, если женщина помолодеет за ночь годков на двадцать. Это произойдет реально быстро, когда нужная энергия аккумулируется, а затем всплеском вернется к прежнему состоянию.

Это было ошибкой. Анна очень осторожно стала интересоваться, могу ли я повторить этот фокус еще раз. Она, наверное, думает, что я смогу молодость сохранить и ей.

В принципе, могу, но лучше ей об этом не знать, а то из постели мы не будем вылезать, даже на поесть, не говоря уже о Разломах. Шутка богов или Кодекса, но сила молодости завязана на либидо.

За время моего отсутствия произошло много разных событий, и мне еще предстоит разобраться со всеми делами.

Особенно сильно меня интересовало, как прошли переговоры насчет покупки детей. С Анной не успел нормально поговорить, так как она спешила в администрацию города, и это, как я полагаю, связано именно с нашим делом.

– Очухался? – спросил меня Призрак, который возник из ниоткуда, хотя я и видел, как он подкрадывается ко мне.

– И тебе привет! – кивнул ему. – Присаживайся, пока чай еще горячий.

Призрак не понял шутки, ведь я сидел в саду в альтанке, и чашка с чаем у меня была одна.

– Какой чай? – наверное, он подумал, что я тронулся умом.

– Какой ты невнимательный, – усмехнулся я, и указал ему рукой за спину, где на поручне стояла кружка горячего чая. – Это твоя.

Призрак стал быстро моргать… Не помогло. Тогда пару раз мотнул головой, но чашка не пропала. Не только он один любит удивлять. Молодец, товарищ Шнырька!

Пану секунд он еще тупил, но затем махнул рукой, и уселся рядом пить свой чай.

– У меня есть новости… – наконец-то сказал он. – Тебе они понравятся, но легко не будет.

– А когда в нашей жизни было легко? – хмыкнул я. – Вся жизнь – это сплошные испытания.

Вдруг нахлынула ностальгия о моих первых убитых тварях еще в том мире, и вспомнил, как дрожали при этом руки.

– Верно, – после короткой паузы он ответил мне, явно вспоминая о чем-то своем.

– Так что там за новости?

– Доброхотов отправился на войну…

Воу! Все же собрался, не ожидал, честное слово. Думал, переиграет, и отправит наемных убийц. А тут прямо взял и собрался.

– Армией? – уточняю я.

– Нет, – покачал головой Призрак. – Это территория Дракона, а они резкие на такие поступки, могут сразу объявить войну. Доброхотов слишком завязан на Империи, чтобы так грубо действовать.

Значит, не психанул.

– И что он задумал?

– Выдвинулось двенадцать отрядов из самых его сильных бойцов, – стал он рассказывать, что ему удалось узнать. – Двенадцать отрядов – по двенадцать человек. Он понимает, что всех убить и сжечь замок у него вряд ли получится, а вот быстрым и дерзким наскоком может и завалит Распутина. Ему, по факту, только сам Распутин и нужен.

Интересную информацию добыл Призрак, не зря я его сделал ответственным по направлению Доброхотова.

– Очень важная для меня информация, спасибо, – от души поблагодарил я его. – Когда планируется нападение?

– Завтра в полночь, они уже на месте. Но мы не успеем… – а теперь ухмылка.

Ухмыляется, хочет увидеть мою реакцию, и узнать, что я придумаю. Вообще-то, он не прав. Я могу успеть! Вот только я буду один.

– Ну, раз ты так говоришь, значит, действительно, не успеем, – наигранно расстроился я, и стал сворачивать эту тему.

– Эй! Так мне же интересно! – возмутился Призрак. – Что делать будем?

– Будем? – теперь ухмылка на моем лице. – Пожалуй, в этот раз я отправлюсь один.

Такого ответа он явно от меня не ожидал, и на секунду завис, а затем улыбнулся.

– Желаю удачи, расскажешь потом, как все прошло.

– Договорились, – пожал я ему руку, и мы попрощались.

Призрак отправился страдать своей фигней, скорее всего, «дрессировать» Сойку, а я отправился по своим делам. У меня теперь их прибавилось, и кое-что нужно успеть сделать прямо сейчас. Первым делом я поставил на уши всю свою гвардию, и раздал указания через Волка.

Волк меня слушал, пока я собирался. Обговорили мелочи, и как действовать, в случае чего. Даже сказал, что могу задержаться на несколько недель. Все было продумано до малейших мелочей, насколько это возможно сделать за полчаса.

То, что я валялся все эти дни без сознания, сильно подорвало мои планы. Мне специально не сообщили эту информацию, чтобы я смог нормально восстановиться.

Зря, конечно, переживали, у меня была изнурительная работа над астральным телом, и я бы ее не бросил в любом случае – только не после всего пережитого.

А теперь я взял с собой Одина, и направляюсь в Муравейник, который должен дать мне несколько тысяч душ, по моим прикидкам, а то я сильно поиздержался.

От той армии муравьев ничего не осталось. Я выпил их всех, и отпустил на перерождение. Конечно, потеря энергии была колоссальной, через скоростное опустошение, но оно того стоило. И можно сказать, что благодаря этому, у меня получится попасть на «вечеринку» к Доброхотову.

С собой я также взял гвардейцев-разломщиков, и весь транспорт, который может перевозить трофеи.

– Спасибо, что так быстро прибыл, – Один пришел по первому моему зову. – Извини, что пришлось оторвать тебя от зачистки подвала.

От таких слов рот Одина открылся от удивления, и он бухнулся на колени.

– Чесшть… Слушжитхь! – на ломаном человеческом изрек он.

– У меня для тебя сегодня будет очень важное задание! – подошел я к самой сути. – Но для выполнения этого задания тебе потребуется маскировка. Сегодня мы пойдем в место, где люди становятся сильнее.

На слове «СИЛЬНЕЕ» его глаза зажглись любопытством и предвкушением.

– Да, там будем много людей, и им не стоит тебя видеть, – продолжал говорить я. – А потому у меня для тебя кое-что есть.

Полез в шкаф и достал припасенную одежду, которую специально заказал для подобного случая. Вот такой я продуманный Охотник.

Нужно было увидеть лицо Одина, когда он понял, что я достал. У него даже единственный глаз начал дергаться от шока. Но он мужественно сжал свои руки, и кивнул мне в знак того, что согласен.

Возле Муравейника