Закулисье большого спорта – менеджера и промоутера. Страх и гнев в боксе – нужен ли "боевой транс"? Зачем приходят люди в единоборства? Что хотят зрители? Интервью Сергея Заяшникова для ОРТ (неопубл.) 2004.
– Хорошо, ну вот, собственно, мы начали наш разговор с того, что новички, которые выходят на ринг, могут быть более убедительными, нежели уже испытанные бойцы. С чем вы это связываете?
Слово убедительнее, наверное, можно заменить на слово зрелищнее. Не даром американцы, говорят, не "сделал турнир", а "сделал шоу". У нас шоу – это нечто неправильное, а там шоу значит "зрелище". Настоящее, полновесное зрелище профессиональных боёв, когда человек встаёт с места. И вы правы совершенно, Олег. Бывает титульный бой – бой за титул чемпиона мира, Европы, Галактики, солнечной системы. И боксёры одного класса работают 10-12 раундов, и нет ярких падений, нокдаунов, нокаутов. Публика, подчас, этого кумирам не прощает. Говорят, что неинтересно, скучный бой, плохие боксёры. Они не плохие, просто «не пошло», как говорят промоутеры. А бывает боксёры первый раз вышли на ринг, боятся друг друга, но начинают «рубиться», и зрители встают с мест и просто невозможно оторваться. Некое феерическое действие прокатывается по залу, нечто из древних времён. Те, кто читали мои книги, знают. Я обычно пишу, что «подобные бои – это реликтовое наследие древних времён, когда мир был юн и мужчины бились за женщину в брачном поединке под звуки музыки, хлопки или крики твоих сородичей». И вот это древнее, архаичное чувство возникает в любом бое, где зрители поддерживают вокруг ринга. На самом деле, именно этого добиваются устроители шоу – единение зала и бокса. Именно поэтому в тайском боксе используется музыка, в которой музыканты аккомпанируют и темп и тон музыке соизмеряют с происходящим на ринге. Они как бы завлекают нас в это действие. Это нечто сродни (опять цитирую свою книгу) шампанским действиям. Ведь ритм играет такую колдовскую роль. Подчас такая музыка на боях, как на концертах рок музыки, раскрепощает психику и приводит в некое состояние транса. На этом многие спекулируют. То есть, ещё раз говорю, не боксёры неубедительны. Зрелище. Люди приходят смотреть зрелище. Помните древний Рим: хлеба и зрелищ.
– Слушайте, а музыка – это интересно. Я первый раз, кстати, слышу об этом. А как это выглядит? То есть сидит оркестр, играет на каких-то своих инструментах? Вот под эту музыку люди ломают друг другу ноги? Ну, всё случается на ринге.
Да. Ломать ноги очень трудно. Это всё голливудские штучки. На самом деле, жёсткий бой хорошо подготовленных соперников приносит мало травм. Я объясню, почему. Боксёр высокого класса не даст себя ударить, и пропущенный удар, промашка, случается, скорее всего, либо из-за разницы в классе, либо когда боксёр пропустил «слепой» удар, ну, моргнул не там. В основном пропустить серию ударов опытному боксёру очень трудно. А по музыке: и у нас было в старину такое. Обрядовые наигрыши на гармошке, на гуслях… на тризне, на кургане, ну, это было давно, сотни лет назад. Но у нас с появлением огнестрельного оружия это исчезло. "Пуля – дура, штык – молодец", да? А в Таиланд поздно пришёл цивилизационный век, у них это в 1927-м году исчезло. И они ловко древнее боевое искусство превратили в зрелищный вид спортивного единоборства. Шоу-бизнес.
– В общем-то, можно сказать, что сейчас музыку просто заменяет рёв трибун, восторженных зрителей. Давайте всё-таки поподробнее, что ищут зрители, которые приходят на такой поединок? Человек мог за всю жизнь ни разу в спортзал не прийти, а туда идёт, запасается там бутербродами, смотрит.
Так и происходит. 90% зрителей, которые приходят на матчи, особенно в Америке, они сами, может, не занимаются боксом, и у них комплекция тела немножко другая от хорошей жизни, но человек ведь помнит то время, когда он должен был защищаться. Чтобы окунуться в это чувство, немного стряхнуть с себя покровы цивилизации, расслабиться и приходят болеть на экстремальные виды спорта, к которым, конечно же, относится и бокс. Он приходит за адреналином. Когда сидишь и рядом с тобой болеет здоровый темнокожий мужчина против твоего боксёра, адреналина хоть отбавляй. В Лос-Анджелесе, когда мой боксер Григорий Дрозд (Заяшников был менеджером и промоутером в боксерской карьере Г. Дрозда в 1995 – 2006 гг – прим редакт.) дрался за титул против мексиканца Сола Монтаны и выиграл.
Я там в зале сидел и кричал практически один русский, а везде мексиканцы. Ощущений у меня хватило на всю жизнь. Я кричал, как мог, за Дрозда, и понимал, что может быть всякое. И когда полиция нас уводила с ринга, когда он выиграл нокаутом и мексиканцы стали кидать бутылками не в Дрозда, а в мексиканца, нас схватили такие большие полицейские и начали по рингу уводить, я думал что-нибудь произойдёт. Нет, нормально. Кстати, перед началом боя, при представлении соперников, подошёл Сол Монтана – боксёр, который должен был драться с Григорием Дроздом, я стоял в ринге, рядом с Григорием. Он подошёл к Григорию и начал фыркать. Может быть, по их представлениям, он пугает, а по-нашему Дрозд просто рассмеялся. Может быть, они такими звуками выражают, например, мустанга, кабана или дракона, а по-нашему смешно. То есть интерпретация звуков в разных народах носит разный оттенок. Но рёв толпы, на самом деле, вы правильно говорите, не спутать ни с чем. Это лучший аккомпанемент настоящего боя двух мужчин, где каждый бьётся не только за победу, но и за своё Я. Знаете, что такое "зелёная миля"? Это такой жаргонный сленг. Есть известный фильм "Зелёная миля", а вот многие в боксе называют расстояние от раздевалки до ринга "зелёной милей" (ну, я говорю от себя, потому что, сколько людей, столько и мнений). И человек, который прошёл зелёную милю, он уже мужчина. Вы знаете, до обморока доходит, люди просто не могут выйти, потому что, когда ты сидишь там, тебе всё представляется, и подходишь к боксёру в раздевалке он смотрит на тебя и говорит: "Что за человек", – потому что ринг – самое уединённое место на свете, когда прозвучал гонг. Никто не поможет. Никто: ни товарищи (ну, рёвом, конечно). И ты один на один со своим противником и с судьбой. Это те вещи, опять же, почему настоящий бой привлекает внимание зрителей. Привлекает не то что техникой, технику любят ценители, а привлекает гранью между жизнью и смертью, между бесстрашием и страхом, между силой и слабостью. Это те вещи, которые не выражаются словами, это тысячи лет люди писали. Привлекает, когда человек, даже проигрывая, подкупает своей бескомпромиссностью, готовностью идти до конца. Вот этим отличаются любители и профессионалы. Любители – это всё-таки, в большей степени, игра. Профессионалы – это жизнь. Любители – это красивая работа, это, не в обиду будет сказано, «щелчки», которые считаются судьями как удары, это манёвр, так называемая "беготня", движение в ринге, и ты знаешь, что тебе нужно выжить, сохранить силы, у тебя ещё 2-3-4 боя на соревнованиях. Профи – это удар. Есть только один Бог на свете, которому поклоняются все поголовно в профессиональном боксе. Имя ему – сильный удар. Остальное не имеет значения. Ты можешь проигрывать все раунды, быть в синяках, быть на пределе, не чувствовать боя, не видеть, где ты находишься. Попал!!!, и зал взрывается, встаёт с места, когда «добиваешь» соперника. Так называемое "состояние грогги". Человек «плывёт» и его добивают. И есть тонкая грань, где все чувствуют: или я сейчас в цивилизованном мире, или где-то в древнем, пещерном времени. И здесь рефери находится в чрезвычайно тяжёлой ситуации. Где грань между здоровьем и будущим? Если рефери раньше остановит бой, зрелищность пропадёт. Может быть, боксёр выстоит, и, наоборот, пересилит и выиграет. И проиграют все. А если он вовремя не остановит бой, может случиться всё … вплоть до самого невозможного. Огромная нагрузка. Вот эти моменты – самое главное в любом зрелище, где всё на грани.
– Я прямо заслушался, но вынужден по долгу службы перебивать вас время от времени. Значит, поговорим всё-таки о публике. Ведь не секрет: чем более драматичный поединок проходит на её глазах, тем больше она заводится, буквально сходит с ума. Что это? Людская кровожадность?
Нет, абсолютно. Поймите. Есть такая боксёрская шутливая поговорка: «ринг – театр, и люди в нём – боксёры». Только, в отличие от театра, здесь всё жёстче, полновеснее. Давайте сравним: вот рампа, которая бросает лучи света в ринг; вот режиссёры, которые называются тренерами, свои незавершившиеся, дерзновенные помыслы они воплощают в своих воспитанниках, в боксёрах. Вот актёры, которые разыгрывают кто драму, кто вестерн, кто комедию, как получится, знаете, всякое бывает. Это то же самое. Мы сидим в полутьме. Вспомните: театр, кино, ринг. Действие обязательно в свету, мы за порогом света, за порогом костра. Мы сбрасываем привычки. Мы не превращаемся в животных, нет. Мы расслабляемся, получаем релакс. И мы становимся самими собой. Мы воплощаем свои интуитивные, как по Фрейду, желания, в этом боксёре. Это не он, это я дерусь! Это не он, это я победил! Поэтому, когда спортивные фанаты расходятся после матча, они говорят: "Мы победили!" Взять футбол, хоккей, везде: "Мы победили!" Почему? На этом, кстати, давно и прочно спекулирует Голливуд, когда хороший парень побеждает плохого, несмотря на то что часто в жизни бывают другие ситуации, мы знаем и отдаём деньги, выпадаем из времени, отдыхаем, делаем новые для себя идеи, героев, будущее и начинаем жизнь заново. Вот чем нам помогают эти драматические вещи. Катарсис, очищение. Древние греки говорили про подобные вещи. И вот драма в профессиональных боях – это, конечно, настоящая драма. Если что-то не так, это видно, это чувствуется на животном, биологическом уровне. Серьёзно вам говорю. И поэтому люди ценят настоящий бой, настоящих бойцов. Вот почему, если говорить о боксе, все любят Артуро Гатти. Он, может быть, не такой крутой чемпион, но он боец «до мозга костей». Он дерётся, когда даже всё лицо в кровоподтёках. Он проигрывает, у него нет шансов, но он бьётся до конца. И поэтому он хорошо получает, он герой, а он не чемпион. Чемпион – это версии каких-то кланов, которые разыгрывают «пояса». Это хорошая вещь, это политика, это нормальное спортивное предприятие… бизнес.
– Мне не доводилось выходить на ринг. Тем более интересно узнать о психологии человека. Вот вы говорили, что он выходит и проходит "зелёную милю", выходит на ринг и бьётся один на один со своей судьбой. А какова психология человека, который выходит на ринг? Вот перед ним соперник, на что он готов, чтобы победить этого соперника? Если мы говорим о хорошем бойце. Как он себя настраивает на это? Вводит ли он себя в состояние "боевого транса", искусственно создаваемые гнев, ярость? Как это происходит?
Так называемый "боевой транс" очень хорош. Ну, в военных действиях, в ситуациях, когда ты вынужден на улице защищаться. Там да. В долговременной перспективе на несколько раундов он не поможет. Должна быть холодная голова, потому что ты очень быстро выложишь свои силы до нуля и проиграешь. Очень многие раздёргивают взрывных боксёров с тонкой нервной организацией, дают им выложиться, раунд, два, три, и потом берут их голыми руками. Они просто "сдыхают", говорят боксёры. Так вот, самое главное. Я понимаю ваш вопрос, я его сформулирую по-другому. То, о чём люди говорить боятся. Я буду говорить не от себя, а от тех вещей, которые являются стандартными в боксёрском мифологическом мире. Страх всегда с тобой. От него не уйти. Так вот, как пишется во всех книгах, Кас Д'Амато учил Тайсона, я говорю хрестоматийный пример. Страх может быть твоим врагом и разрушить тебя до основания, а может быть твоим другом, потому что он даёт тебе адреналин. Это как переходишь дорогу, и машина. Если страх и адреналин, ты делаешь дикий прыжок, она проехала. Или ты стоишь, и она тебя сбивает. И, если уж говорить об опасностях, то их больше у нас на дорогах, можно посмотреть сводки. Самая большая победа, которую должен вынести человек, неважно какой: трусливый, слабый, сильный, волевой, техничный, никакой – это победа над собой. Об этом все методики и построены. Если ты переборол свой страх, а , лучше, подружился со своим страхом, и, получив удар, не упал и понял, что, вообще, ты можешь жить дальше, следом вступает твоя голова. Все великие боксёры говорят, что побеждает не сила, а ум. Поэтому профессионалы высокого уровня говорят, что это – игра в шахматы. По идее, если мы говорим про бокс, это 4 удара: прямой, свинг, хук и апперкот. А комбинаций этих ударов великое множество. То же самое в шахматах. Всё очень просто. Играют 2000, а по некоторым сведениям – 5000 лет, и до сих пор изобретают новые комбинации. В шахматах то же самое. Нельзя говорить о предмете, что он какой-то своеобразный, как Гегель сказал абсолютную истину. Это просто ещё одна из тех вещей, образно говоря, оселок, на котором оттачивается сталь нашей жизни.
– Скажите, вы сами, наверное, с подростковых лет занимались?
Тогда не было тайского бокса, это называлось по-другому: где-то карате, где-то – рукопашный бой. Но то, что мне не удалось тогда сделать, я воплощаю в турнирах. Это было другое время, другая эпоха. Если вы помните, государство очень многих, кто занимались, тогда ломало (В СССР каратэ и др были запрещены и наказывались очень сурово – прим редакт.). Вы понимаете, о чём я говорю. И вот то, что тогда мне молодому не удалось сделать, конечно же, я воплощал свои замыслы в построении и Российской Лиги Муай Тай (осн. 1992 г – прим редакт.), и в Федерации тайского бокса России (осн. В 1996 г. – прим редакт.), когда я пробивал тайский бокс как официальный вид спорта в стране, хотя все были против и не верили, что это возможно. Сейчас всё идёт в российском муайтай само, как проложенные рельсы, дорога, паровоз. Не надо кричать о том, что ты сделал эту дорогу. Есть симпатичные рельсы, паровозы, ездят люди. Будь рад, что ты это сделал, и дай дорогу другим.
– Тайский бокс, когда его, например, смотришь по телевизору…
Смотря какой. А где вы видели?
– Ну, видел. Или некое подобие тайского бокса…
Вот! Это то самое. Вы могли видеть тайский бокс, смотря о чём мы говорим, и могли видеть подобие. Вы могли видеть Мерседес, а могли видеть сборку здесь.
– Согласен, но, тем не менее, он производит впечатление достаточно травматичного вида спорта. Там допускаются удары локтями, а это вообще убийственные просто удары. Допускаются удары ногами и так далее. Вот люди, которые этим занимаются, зачем им это надо? И, самое главное, им, что, не жалко соперников?
Сколько существуют единоборства в спортивном мире и по нашим юридическим законам они ограничены правилами. И по этим правилам человек, санкционирующий поединки самбо, дзюдо, бокс, карате, никогда не допустит травм, не совместимых со здоровьем и жизнью ученика. У нас есть государство и законы. Поэтому мы говорим сейчас не о том, к чему это приводит, а зачем нужно боксёру. Мы это разделяем. Вы справшиваете, зачем человеку нужно так себя измождать?
– Да, и самому, так сказать, париться, несколько лет ходить в зал, отрабатывать удары, мочить ни в чём неповинную грушу. А мог бы все эти силы и энергию положить на какое-то хорошее дело. Например, заняться производством детей. У нас рождаемость слабая. И так далее. Зачем люди претерпевают лишения?
Самая главная причина прихода в подростковом возрасте, когда нужно определяться, идёт самоидентификация, а дети очень жестокие, на мой взгляд, это, конечно же, желание постоять за себя. Чтобы ребёнок утвердил себя, не обязательно физически, даже психологически, ему приходится проходить очень многие жизненные коллизии, особенно сегодня, в наше неспокойное время, посмотрите, что творится кругом. И вот поэтому всплеск к единоборствам прозвучал в начале 90-х годов. Все помнят "ревущие 90-е". Сейчас, честно скажу, всплеск спадает. Налаживается цивилизованная жизнь. Многие находят другие занятия: плавание, гольф. Но есть Москва, а есть Россия. И очень многие провинциальные города живут в таких условиях, что у мальчишек просто нет других возможностей, как через спорт, пробиться к вершинам славы, где они могут быть людьми. Ну нет возможности, если там одни шахты или заводы, которые не приносят сегодня прибыли, а родители получают копейки. И плюс желание постоять за себя. Я не говорю про Москву, здесь другие условия. Больше половины людей в Москве – это приезжие, которые потом уже претерпевают социальные изменения и становятся москвичами. Как говорится, никто не любит москвичей, но все хотят стать москвичами. Гении рождаются в провинции, а умирают в Москве. Вот эти поговорки часто отражают внутренние устремления ребят, которые из провинции пытаются пробиться хотя бы через спорт. И ещё. Кто-то любит балет, кто-то любит кино. Давайте говорить в жанрах кино. Кто-то любит ужастики, я не люблю этого. Кто-то любит триллеры, кто-то любит мелодрамы, кто-то любит вестерны, кто-то любит авторское кино не для всех. У каждой группы людей есть своё внутреннее желание. И вот кто-то, перейдя подростковый возраст, полюбил это дело, и ему нравится заниматься боксом и тайским боксом. Честно скажу, у меня сейчас занимаются ребята, которым за 30-35-40 лет, 50 лет (Fit-Fight Сергея Заяшникова – прим редакт.). Они занимаются не для того, чтобы бить кого-то, они занимаются для того, чтобы у них был интерес не на фитнес ходить, не в бассейн, не бегать по утрам. Не идёт это у нас. Ну, выбегите, пробегитесь по нашим грязным улицам, это очень трудно, надо иметь великую силу воли. Они приходят, даже те, кто не занимались, начинают и занимаются работой на лапах, дозированной работой со спарринг-партнёром. У них есть стимул, они живут, переживают, сбрасывают стресс. Оказывается, я смотрел, это в мире очень популярно – индивидуальные тренеры по каким-то единоборствам. Смотрите, сегодня в любом фитнесе обучают боксу, кикбоксингу, тайскому боксу, аэробике, тай-бо. Это тоже сублимация запросов подобной спортивной деятельности. И за этим «боевым фитнесом для ботанов» будущее – вот помяните мое слово лет через десять!
– Вы сами долгое время, наверное, пробовали одно, другое, третье. А случалось ли вам применять ваши знания на деле? Были ли какие-то ситуации, когда кто-то или что-то выводило вас из себя? Понятно, можно говорить о том, что лучшая драка – это несостоявшаяся драка, и так далее. Но, тем не менее. Наверняка же было?
Этот вопрос мне задавали тысячу раз, и будут задавать. Все мужчины всегда попадали в переделки. Они на то и мужчины. Если они доживали до этого времени, значит, они мужчины. Но подобный вопрос, в какой бы форме он ни был задан, является провокационным. Поэтому я говорю: "Без комментариев". У всех мужчин были и будут такие ситуации, все будут проходить через них. Но есть вопросы о семье, ещё о каких-то вещах, чтобы не быть неправильно понятым, на которые нужно говорить: "Без комментариев". Это моё кредо. Говорят, не делай добра, не получишь зла. Часто, давая неправильный ответ, ты вредишь делу, которым занимаешься, больше, чем если бы ты промолчал. Говорят: "Молчание – золото". И вопросы личного характера, которые могут нанести вред твоему делу, которому ты отдаёшься без остатка, они должны так и сопровождаться «без комментариев». Меня этому научили в Америке. Я приезжал и говорил: "А вот как же так, почему вы не отвечаете?" Они говорили: "Да вы что, это с детства впитывается, это цивилизованные вещи". Без комментариев.
– Ну а если не брать случаи из личной жизни, а говорить только о психологическом механизме. В человеке в этот момент возникает какое-то чувство. Предположим, он обороняется или защищает кого-то. В этой ситуации он ответными действиями может нанести кому-то вред. И вот здесь есть вопрос. Гнев бывает праведным, а бывает просто тупой животной агрессией. Где та грань, которая располагается между двумя состояниями, когда ты потом себя можешь либо оправдать тем, что ты сделал, либо осудить?
Для того, чтобы ты мог оправдать себя, ты не должен допускать такой ситуации, уйти от неё. Это единственный чистый способ оправдания. Уйди от ситуации, и ты будешь чистенький и оправдаешься. Если в ситуацию попал, на самом деле, оправдания нет. Я вам серьёзно говорю. Но, нужно понимать простые вещи. Добро должно быть с кулаками, и за всё в жизни нужно платить. Может быть, действительно есть ситуации, что вы вынуждены в них попасть. Оправдания этому, не самом деле, нет, потому что общество устроено так ловко, что, если ты не встал в эту ситуацию, ты виноват, а если встал, то тем более виноват. Так было и будет.
– Вы правильно сказали, что есть ситуации, от которых нельзя уйти. Я из своего личного опыта. Недавно зачем-то потащился в ночной клуб выпить с друзьями, девушек пощупать и так далее. Закончилось это всё моей сломанной челюстью. Может быть, зря я туда потащился. Когда мне эту челюсть сломали, если бы у меня был пистолет, я бы перестрелял тех людей, которые это сделали. Но у меня не было пистолета, поэтому пришлось ехать в больницу и вставлять все эти распорки.
Вы говорите про состояние аффекта. Ещё раз: гнев праведный, неправедный, можно обсуждать много. А существует состояние аффекта, которое есть в юриспруденции. Человек совершил действие в состоянии аффекта. В юриспруденции оно очень часто приравнивается к оправдательным действиям. Мы живём на этой земле, сколько поколений до нас жило и будет жить, всё давно уже обговорено сто раз от Римского права до сегодняшних дней. Но каждый человек открывает это заново. Вы открыли своей сломанной челюстью, вам очень хотелось всё это сделать. Если даже что-то вы сделали, и потом сочли, что вы были не в себе, то, вполне возможно, вас бы оправдали. А если бы сочли, что вы сделали всё хладнокровно, вас бы не оправдали. Неважно, к чему мы относимся, к гневу, к бою, к ситуации на улице, всё – яд, доза – лекарство. А дозу каждый определяет для себя сам в соответствии с воспитанием, с генетикой, со средой, пардон, с магнитными бурями.
– А яд может быть приятным
Сократ с удовольствием выпил яд, чтобы только никому не нанести вред.
– А вы говорите, что всё – яд. А яд может быть приятным
Ну так и завлекают людей. Сначала – всё красиво. Вот вы пошли в ночной клуб. Ведь вы пошли туда не драться, вы пошли туда отдохнуть. Красивый отдых, шоу, вы немножко отключились, выпали из реальности. При этом выпадении из реальности в ночном заведении вы себе не принадлежали. На самом деле, это были не вы. Вы просто сейчас себе не отдаёте отчёт. Вы думаете, это были вы. Но нет, вас как бы развезло. Как только вы сделали первый шаг в ночной клуб, вы сделали первый шаг к своей судьбе. Если вы ходите по темноте, есть большая вероятность споткнуться. Вы не виноваты, темно было, а там яма. Если вы ездите на машине без тормозов, большая вероятность попасть в аварию. Субъективные и объективные факторы. Просто надо на это мудро смотреть. Ну так получилось. Знаете, у Есенина есть замечательные строки: "Сухощавый и низкорослый, средь мальчишек всегда герой, часто часто с разбитым носом приходил я к себе домой» … Я улыбался маме, «ничего, я споткнулся о камень. Это к завтраму всё заживёт". А потом он говорит, что, "если раньше мне били в морду, то теперь вся в крови душа". "И теперь говорю я не маме, а в чужой и хохочущий сброд. Ничего, я споткнулся о камень. Это к завтраму всё заживёт". Это, опять же, смотреть надо отстранённо. Я смотрю и думаю: "Точно!" Потому что каждый человек прав. И вы правы. Вы хотите сделать шедевр для ОРТ, вы хотите в десятитысячный раз поднять вопрос, на самом деле, о смысле жизни. Вот вы называете гнев, 7 грехов. Есть Книга Книг, там всё написано. Правда, многие религии оспаривают друг у друга эти вещи. Но заповеди они и есть заповеди. Как ни странно, мы приходим к тому же, что было многие тысячелетия назад. Есть великие заповеди, мы по ним либо должны жить, либо не должны. Либо пойдём по этому пути, либо по этому. Вспоминаем Соломона, у него, по приданию, было кольцо. Когда что-то было не так, он переворачивал кольцо и говорил: "И это пройдёт". Всё пройдёт.
Всем здоровья и счастья!