Вчера моё терпение лопнуло, и я решила покончить с Игорем навсегда! Хотелось, чтобы он немедленно исчез с моего горизонта, но сразу впихнуть в него «зелье» не вышло, поэтому я отложила это до утра, надеясь, что спросонья он будет сговорчивее.

— Ну Игоряш, не упрямься! Ешь! — я отчаянно пыталась накормить своего любовника хлебцем, намазанным коричневой пастой из семян темного льна.

— Олель, я не ем такое. Оно воня-я-яет… Фу… Мне тошно от одного вида, — из последних сил сопротивлялся Игорь.

Со стороны было смешно наблюдать, как почти двухметровый мужик, морщит нос и отмахивается от завтрака, принесённого прямо к нему в постель. Словно нежная барышня он закрывал лицо краешком одеяла, лишь бы я не смогла накормить его насильно.

— Ну! Кому говорю! Ешь! — сердито потребовала я. — Иначе выгоню и прощай навсегда! Ты этого хочешь? Я же так и сделаю, ты знаешь.

— Любовь моя, ну не могу я это есть, — продолжал стонать Игорь. — Всё, что угодно! Только не прогоняй. Я же не могу без тебя! Хочешь, на коленях ползать буду? Только не прогоняй!

— Тогда ешь! — мои безжалостные слова звучали для него, словно приговор.

— Хорошо… Только, если меня стошнит, я не виноват, — он обречённо вздохнул и взял из моих рук кусочек хлебца.

Зажмурившись, отправил его в рот и, быстро прожевав, проглотил.

— Ну слава Богу! — облегчённо выдохнула я и пошла в душ, зная, что через пятнадцать минут безумно любящий меня Игорь просто сбежит. И уже к вечеру не будет понимать, что его держало рядом со мной эти три недели и искренне удивляться своему временному помешательству.

Зато я точно знала, в чём дело. Причём распланировала это всё заранее!

Баба Стася оставила после себя два подарочка: моё странное имя «Олеля» и затёртый блокнот с рецептами.

Необычность имени я смогла оценить уже годам к десяти, когда при новых знакомствах гордо заявляла «Нет! Не Олеся, а именно Олеля! Это очень редкое имя, и я уверена, что вы не встречали такое раньше!»

Это имя сразу приподнимало меня над сверстниками и делало какой-то особенной. Хотя в младших классах я его просто ненавидела и плакала, не понимая, почему мама позволила бабе Стасе назвать меня именно так, а не выбрать что-нибудь попривычнее. И частенько, стыдясь, говорила, что меня зовут то Оля, то Олеся.

Вот и Игорь был очередной жертвой колдовского торта.

Три месяца назад он пришёл к нам работать начальником охраны. Огромный мужик, с аккуратно подстриженной бородкой и гривой чёрных волос. Он был похож на сказочного викинга из каких-то нереально красивых фильмов. Не хватало только звериной шкуры на плечах и рогатого шлема.

Вся женская часть офиса моментально запала на него, ведь это был настоящий ходячий тестостерон! Просто невозможно спокойно работать, если он рядом! Горячий как вулкан внутри и спокойный как скала снаружи. Девчонки даже небольшое расследование провели, выяснив, что он не женат и детей не имеет. Завидный жених без прошлого! О-о-о! Об этом можно было только мечтать! Ведь таким необременительным прошлым не мог похвастаться ни один мужчина, достигший тридцати пяти лет.

Но сам Игорь любое кокетство и попытки сблизиться пресекал на корню, вежливо отказываясь от знаков внимания. Целый месяц девчонки устраивали модные дефиле и соревновались, у кого юбка короче. Кто поумнее — те завлекали Игоря домашними пирожками и разносолами. Угощения он принимал с удовольствием, но никому не удавалось приблизиться к нему слишком близко.

Я не была исключением и тоже включилась в соревнования. И даже честно пыталась играть по правилам первые две недели, но, в конце концов, потеряла терпение и надежду на успех… а вместе с ними и совесть.

В один прекрасный день я просто принесла на работу кусочек фантастически аппетитного, ароматного торта. В обеденный перерыв тайком прошмыгнула в кабинет своей жертвы.

— Игорь Валерьевич, прошу, не обижайте отказом! У меня сегодня день рождения, — соврала я, протягивая лакомство.

— М-м-м! Поздравляю, Олеся эээ… Простите, как по батюшке? — пробасил он.

— Олеля. Для вас просто Олеля, — я хитро улыбнулась и вручила ему ложечку. — Вы кушайте, я сразу грязную тарелку заберу.

Игорь, немного смущаясь такого пристального внимания, буквально проглотил торт и, покачав головой, показал большой палец.

— Очень вкусно! Очень! Спасибо!

— Ой, мне так приятно, что вам понравилось! Если что, я работаю в левом крыле, самый крайний кабинет, — приняла из рук Игоря пустую тарелку, и, виляя бёдрами, направилась к двери. — Заходите в гости, чайку попьём.

Через пару дней весь офис наполнился слухами, что бастион пал перед чарами девчонки-менеджера с третьего этажа, и грозный начальник охраны превратился в нежного котёнка. А я, довольная и счастливая, теперь каждый вечер уходила с работы под руку со своим ручным викингом.

Очень скоро стало понятно, что держать в доме огромного мужика, который есть за пятерых — очень хлопотное дело. Пришлось прикупить парочку кастрюль побольше и каждый день по несколько часов стоять у плиты, потому что кушал мой Игорь очень хорошо и… очень много. Ежедневные стирка и уборка квартиры тоже не добавляли радости. У меня даже началось закрадываться подозрение, что Игорь лысеет… ну или в моё отсутствие по дому разгуливает лохматый пёс — а иначе, откуда столько длинных чёрных волос?

И даже спать с ним на одной кровати оказалось проблематично. Раньше я думала, что моя двуспальная кровать просто огромна, ведь спала на ней не иначе, как в позе звезды… Но с появлением Игоря мне неожиданно достался лишь маленький кусочек свободного места, а бонусом к этому — опасение, что однажды, развернувшись во сне, он просто-напросто придавит меня своим телом или случайно пришибёт рукой. У себя же дома он ночевать отказывался. Говорил, что не может жить без меня и слишком скучает, чтобы расставаться на целую ночь.

Вишенкой на торте стало откровение, что ради меня Игорь бросил свою прежнюю любовь… Стасика… Да-да! Кто бы мог подумать, что этот настоящий мужик предпочитает мальчиков?!

«Не знаю как, но ты перевернула мой мир!» — говорил он.

Оказалось, что Игорь был геем со стажем, с ранней юности осознавшим, что женщины его не интересуют. Вообще. И даже теперь, хотя он и был со мной, но периодически всё-таки покушался на мою попу, следуя старым привычкам. А иногда казалось, что занимаясь сексом, он представлял кого-то другого, разворачивая меня всё время спиной, чтоб грудь не мельтешила перед его нежным взором.

При этом всём он вёл себя как влюблённый мальчишка, носил меня на руках и даже читал стихи.

Наши отношения продержались три недели. Но после того как он предложил сделать мне короткую стрижку и перестать носить платья, моё терпение лопнуло. Дожидаться, пока действие торта само по себе сойдёт на «нет», не было больше сил, поэтому я прикупила ингредиентов для противоядия и избавилась от женишка.

После неудачи с Игорем я решила устроить себе «месяц без мужиков». Но то ли наступившая весна, то ли бесконечные мамины упрёки «Тебе уже скоро тридцатник, а всё старой девой ходишь!» — но в глубине души поселилось вдруг томление, и дико захотелось в кого-нибудь влюбится. Да так, чтобы крышу напрочь снесло! И не важно — будет ли это взаимно или нет! (Ведь под рукой, есть нужный рецепт, который поможет, если что. Хе-хе…)

Бесцельно побродив по магазинам пару часов и накупив себе ненужного барахла, я поняла, что не испытываю удовольствия от покупок. Даже новые помадки, за которые я отвалила чуть ли не недельную зарплату, совершенно не грели сердце. Я стояла у остановки и ждала такси, которое с минуту на минуту должно было появиться.

«Интересно, в бабушкином блокноте есть средство от депрессии или рецепт каких-нибудь пирожков, которые возвращают радость?» — думала я, глядя в пустоту.

И неожиданно, проехавший мимо автомобиль обдал меня целым фонтаном брызг из лужи! Я даже опомниться не успела. Стояла, растопырив руки, а грязные струйки бежали наперегонки по ногам и рукам, затекая за шиворот, в карманы, и в сапожки. А мой светлый тренч был безнадёжно испорчен…

— Ох, — только и успела взвизгнуть я, как автомобиль затормозив, сдал назад и остановился напротив.

Стекло опустилось, и в окно выглянул перепуганный мужчина:

— Девушка, ради бога, простите! Не хотел! Правда!

— Козёл! — прошипела я в ответ на его извинения.

— Давайте я вас подвезу, а то куда вы в таком виде… К тому же на улице прохладно. Садитесь! — и я услышала, как щелкнул замок.

— Спасибо! Обойдусь! Сейчас такси за мной приедет. А ты глаза лучше протри и смотри куда едешь! — сердито буркнула я и приняла входящий звонок.

Диспетчер такси приятным голосом сообщила, что произошёл сбой в системе, и у них нет машин в этом районе, поэтому придётся подождать ещё минут двадцать. Я, ничего не ответив, бросила трубку и открыла дверь покорно ожидающего автомобиля.

— Ещё раз прошу прощения, отвлёкся, не заметил…

— Хватит уже извинений! Мне в Советский район, Симонова пятнадцать. И с тебя химчистка!

— Хорошо, без вопросов. Меня, кстати Роман зовут.

— Не очень-то кстати, — всё ещё обижено бурчала я. — Олеля. Не Олеся, а Олеля! Это понятно?

Роман мельком глянул в мою сторону.

— Да не дурак! Я с первого раза понял. Олеля, так Олеля. Любимая значит.

Впервые за всю жизнь после произнесения своего имени, удивлялась я.

— И откуда такие познания?

— Да так, книжки читать люблю, — Роман пожал плечами и снова глянул на меня. — И прабабку мою так звали. Древнеславянское имя. Очень красивое, я считаю!

С этого дня я начала ходить в спортивный клуб Романа, и если честно — надеялась, что занятия будет вести лично он. Но оказалось, что Рома, как любой настоящий босс, или разъезжает по делам, или сидит в своём кабинете, разбирается с бумажками и общается с важными людьми. В зале появляется не часто, а если и бывает — то, как правило, поздним вечером, когда все его клиентки разбегались по домам.

За две недели тренировок мне удалось поймать его всего три раза. И пообщаться не больше получаса за стаканчиком фрэша в местом Фит-баре. Рома как всегда много шутил и сыпал комплиментами, а я не понимала нравлюсь ему или это его обычное состояние со всеми девушками? Ведь он точно так же мило улыбался каждой толстушке, которая приходила на занятия. И каждая чувствовала себя в его обществе настоящей звездой.

Тренировки превратились в охоту. Для зала я купила умопомрачительный костюм, который выгодно подчёркивал все мои прелести. Плюс водостойкий макияж, который не течёт даже от самых интенсивных тренировок, ну и прическа само собой. На фоне среднестатистических клиенток спортклуба я была королевой. И, похоже, только я так выряжалась для занятий.

Тренеры сначала подшучивали надо мной, но потом оставили в покое, видимо поняв, что цель клиента — идеальное тело, вот только не своё, а их босса. Я даже нашла себе союзника — охранника дядю Колю, который звонил мне и сообщал, когда Рома в клубе, чтобы я не тратила время впустую, когда его нет.

В конце концов, я решила применить проверенный метод и притащила кусочек торта прямо в зал.

— Можно? — я заглянула в кабинет, где за огромным столом сидел Роман и что-то внимательно изучал в ноутбуке.

— Да-да, заходи, присаживайся. Я как раз заканчиваю. Что ты хотела? — не отрываясь от монитора, жестом указал на стул.

— Да я так… У меня сегодня день рождения, хотела тебя угостить, — поставила перед ним тарелку с кусочком торта. — Вот. Сама сделала.

— Оу! Поздравляю! Почему тогда здесь сегодня, а не отмечаешь? — он, наконец, поднял глаза и посмотрел на меня.

— Ну… так получилось. Не с кем мне отмечать, — картинно вздохнула я. — Вот, чтоб одной дома не сидеть, пришла. А ты кушай торт! Он очень вкусный!

— Да я верю, что вкусный. Просто я уже лет семь, как сладкое вообще не ем. И не хотелось бы нарушать эту замечательную традицию.

В этот момент мой план, словно воздушный шарик, со свистом покружив по комнате, упал к ногам безжизненной тряпочкой.

«И что теперь? Как впихнуть в него торт? Связать и насильно накормить? А-а-а!!!»

— Давай я дяде Коле отнесу? Он точно не откажется от такого шикарного угощения.

— Нет! — вскрикнула я так неожиданно, что Роман аж выронил из рук карандаш. — Нет, — более спокойным тоном повторила я. — Я сама его угощу.

«Ага. Не хватало, чтоб за мной ещё престарелый охранник начал увиваться. Уж лучше незаметно в мусорку…»

— Ну хорошо, сама, так сама. Но зачем так визжать? У меня аж в ухе кольнуло…

— Прости, — я виновато опустила глаза, прекрасно понимая, что со стороны моё поведение выглядит весьма странно.

— Поехали, отметим день рождения, раз уж я добровольно отказываюсь от твоего угощения? Позволишь мне самому тебя угостить?

— А поехали! — Свидание без торта, это тоже очень хорошо! Но надо обязательно придумать, как же всё-таки накормить им своего Ромашку.

Ещё через пару недель наши вечерние посиделки с неизменной чашечкой чая в Ромином кабинете превратились в традицию. И если я задерживалась дольше, чем на десять минут, он лично спускался в зал и искал меня.

С каждым днём я влюблялась всё сильнее, а он продолжал делать вид, что не замечает моей совершенно не дружеской симпатии. Если я будто бы случайно прикасалась к нему, он сразу отдёргивал руку. Если я подходила слишком близко, он, отшучиваясь, отстранялся. На него не действовали ни короткие юбки, ни откровенное декольте. Но при этом Рома каждый вечер отвозил меня домой и, ссылаясь на Фёдора, в очередной раз сбегал.

Нервы были на пределе. Первый раз в жизни я целый месяц общалась с мужчиной, который мне очень нравился, но при этом мы даже не целовались, не говоря уже о чём-то большем. Я засыпала и просыпалась с мыслями о нём. На работе считала минутки, когда же смогу поехать в зал и увидеть его. И казалось, что эта мука будет длиться вечно.

«Всё! — в один момент решила я. — Будь что будет!» — и, приготовив свой фирменный торт, поехала к нему.

Увидев меня с тарелкой в руках на пороге кабинета, он расплылся в улыбке.

— Ну, Лёль. Ты же знаешь, что я это не ем.

— Знаю! — резко ответила я. — Но пусть пока постоит здесь. Нам надо поговорить! Серьёзно поговорить!

— Ух! Какая ты сегодня! — он откинулся на спинку стула и сцепил пальцы домиком. — Ну, давай поговорим.

— Уф-ф-ф… — я тяжело выдохнула. — С чего бы начать?

— Давай с самого начала, — подмигнул Роман. Улыбка всё ещё не сходила с его лица.

— Ты же взрослый мужчина… И должен понимать, что я не просто так к тебе хожу каждый день, — я посмотрела ему в глаза и замолчала, ожидая его реакции. Но он только внимательно слушал и ждал, что я скажу дальше.

— Хорошо, — продолжила я. — Ты мне очень нравишься… Очень… И я хочу быть с тобой. Но я не понимаю тебя. Не понимаю, почему ты боишься прикосновений, почему избегаешь оставаться наедине у меня дома. Что происходит?

Роман закрыл лицо ладонями и пару мгновений сидел молча. Потом резко отдёрнул руки и, встав с кресла, подошёл к окну, отвернувшись от меня.

— Вот этого я и не хотел больше всего, — наконец сказал он. — Ты права. Я боюсь. Но боюсь не тебя, а просто боюсь влюбиться. Слишком тяжело мне это всё даётся. Слишком тяжело…

— Я не понимаю…

— Я говорил, что у меня была жена…

— Ну?

— Так вот, я любил её больше жизни. Это было помешательство какое-то. И когда она ушла, то мир рухнул. Я не помню, как я выкарабкался. Но это предательство точно отняло у меня лет пять жизни. Я был на грани. И я точно не хочу повторения. Поэтому только случайные связи. Только ничего не значащие отношения — чтобы не привыкать. Понимаешь?

— Нет. Я такого не понимаю.

— А-а-а… Ну… Нет любви — нет боли, нет проблем. Всё же просто. А ты… Ты — другое, — он, наконец развернулся и посмотрел мне в глаза. — Меня тянет к тебе. Но я не хочу, чтобы это перерастало во что-то большее. Но раз всё уже выходит из-под контроля, думаю, нам лучше не видеться совсем.

…Словно сами собой побежали слёзы. Тогда Роман подошёл и впервые за всё время нежно обнял меня. Уткнувшись носом в макушку, гладил по спине и шептал:

— Ну, не надо… Так будет лучше… Так будет лучше… Не плачь.

В эту секунду коварный план в моей голове родился сам собой. Я резко отстранилась из Роминых объятий и посмотрела в глаза.

— Хорошо. Я поняла. Я больше не приду к тебе, и не буду тревожить звонками. Но можно последнюю просьбу? Пообещай, что исполнишь.

— Лёль, всё, что угодно.

— Этот торт я готовила специально для тебя. Съешь кусочек и я уйду навсегда из твоей жизни.

— Ну что за упрямая девчонка! — он недовольно качнул головой, но тарелку со стола взял. — Хорошо! Я съем! Но обещай, что ты выкинешь меня из своей симпатичной головки и забудешь, словно страшный сон. Договорились?

— Договорились! — мои слёзы моментально высохли, и сердце затрепетало от предвкушения победы.

Затаив дыхание, я наблюдала, как Рома поедает торт, и успокоилась только тогда, когда тарелочка опустела.

— Вкусно! Я уже и забыл, каково это, — усмехнулся он. — С твоим тортом расставание не кажется таким горьким. Прощай, моя Олеля.

И притянув к себе, страстно поцеловал. Видимо на прощанье решил испробовать какая я на вкус, и отбросил свои дурные страхи и убеждения. Из кабинета я вышла счастливая, прижимая пальцы к губам, которые хранили самый сладкий поцелуй в моей жизни.

«Завтра он, наконец, будет мой!»

Весь следующий день я была словно на иголках. По расчётам чары должны начать действовать в районе двух часов дня. Ещё парочка часов на то, чтобы осознать новое чувство, плюс еще часа два-три на душевные метания ну и дорога от зала до дома. И если всё будет именно так, как было до этого с другими мужчинами, в семь вечера Роман будет стоять на пороге моей квартиры.

Теперь уже не надо лезть из кожи вон, чтобы ему понравится. Не надо надевать соблазнительные наряды и целый час торчать у зеркала, выводя одинаковые стрелки. Теперь всё гораздо проще! Можно быть самой собой, а не притворяться идеальной красоткой. Магия любви делает меня самой желанной в глазах Ромы без дополнительных женских фокусов.

Мой расчёт был идеален: в семь пятнадцать в дверь постучали. А я и так давно дежурила под дверью, не в силах терпеть муки ожидания. На пороге стоял он. В руках — цветы, в глазах — любовь и нежность!

Я тут же прильнула к нему, крепко обняла, и парочка счастливых слезинок, не удержавшись, поползли по щекам.

— Прости! Я не смог отказаться от тебя… Когда ты ушла, я понял, что совершил самую большую глупость в своей жизни! К чёрту принципы и страхи. Я хочу снова любить, — Рома аккуратно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. — Думал, что сегодня будет легче, но нет! Только хуже. Намного хуже! Я не хочу без тебя…

— И я не хочу без тебя, — прошептала я и, привстав на носочки, дотянулась до желанных губ.