Дорогу истинной любви

Мостят из плоти и крови.

И если кто по ней пошел,

То должен приподнять подол.

Хафиз Ширазир

Вот читаю эти строки мудрейшего человека, персидского поэта – были же люди! А ни черта понять не могу. Это я, что сделать то должна, чтобы любовь ко мне пришла? Махать шашкой налево и направо? Или по «трупам» идти, чтобы обрести свою любовь? Или же подол поднимать, причем в буквальном смысле и на постоянной основе? Н-да! Загадка. Хотя, ему, мудрецу этому, все понятно было. Жил себе, гарем на 100 человек, пиши себе умные вещи, финики жуй. А я, бедная и несчастная девушка, в поте лица ищи тут любовь свою, бейся или подол, прости господи, успевай одергивать. Но унывать не будем, а давайте лучше знакомиться. Позвольте представиться, Маруся! И я настоятельно прошу обращаться ко мне только так, и не иначе. Мне уже 34 года, замужем не была, детей нет, вредных привычек нет. Что еще? Ах да, жилплощадью обеспечена, постоянный доход, и в наличии кот Барсик. Почему не замужем, спросите вы? Если честно и сама не знаю. Планида у меня вероятно такая. Вот вроде бы туда ну страсть как хочется, а как дело до серьезных отношений дойдет, и вроде бы уже и расхотелось даже. А мне кажется, просто в мои сети не плывет мужчина моей мечты. Но руки я никогда не опускаю, пытаюсь всяческими способы, этого невиданного зверя по имени «муж» поймать и удержать, желательно на длительный период времени. Может быть и во мне какой изъян имеется, что мужики возле меня на долго не задерживается? Были времена, когда я комнатными цветами увлеклась: рассадила их везде – на окнах, полу, тумбочках и даже на стенах. Бегала по выставкам, умилялась и восторгалась этими цветочками. Пока мне приятельница не сказала, что все цветы-вьюны являются мужегонами, и что у меня нет мужика вот по этой причине. Я, недолго думая, от цветочков стала избавляться, а остальные и сами не заметно передохли. А мужика в доме как не было, так и не появилось. Попеняв на свою доверчивость, жила дальше. А не так давно опять от знакомой услыхала новое откровение: если дома живет кот, то он всех мужчин отваживает. А котику то моему славному, всего пять годков. Села я напротив Барсика, осмотрела его со всех сторон, он мне мяукнул в ответ, подозрительно обнюхал и смылся на кухню в поиске съестного. Нет, животину не буду истреблять. Этак если к любви шагать по «трупам», пусть даже по кошачьим, как же в дальнейшем с милым то жить. Как бы потом благоверный не сбежал с мыслью, что вдруг я ему найду замену, а его того, вжик и приговорила. Одним словом, как говорят в народе, и на мою кастрюльку найдется крышка. С другой стороны, а может мне эта крышка и не к чему? Чего с ней делать? А как начнет по другим кастрюлькам бегать? Я же не стерплю. Стукнуть не стукну, но чемодан то вынесу, безвозвратно. И смысл огород городить? Я вот думаю, может мне ребеночка родить? Хоть одна родная душа будет на свет. Я осталась сиротой одинокой. Родители умерли друг за другом. Сначала отец от сердечного приступа, затем и мама от инсульта. Родственников никаких нет, так если только седьмая вода на киселе, в далеких краях нашей не объятой родины.

Одним словом, ходила, я весьма задумчивая и молчаливая, что мой начальник на работе даже переживать за меня начал.

– Маруся, у тебя все хорошо?

– Что? Все хорошо, а что? – переспросила я удивленно.

– Дома как? Все живы здоровы?

– Барсик цветет и пахнет, я не худею, но цвету, – хохмила я.

– Замуж тебе, Калинина надо, замуж. Чтобы мысли у тебя были исключительно о муже и о семье.

– Так где же взять мужа?

– Бегать, надо, шевелиться. А ты кота к груди прижала и в ус не дуешь.

– Ну где бегать то?

– Вот иди в отпуск, там и бегай! – воскликнул шеф. Ему срочно надо было отправить одну единицу штата в отпуск по осени, чтобы высвободить летние месяцы для мамаш с детьми.

Я решила посоветоваться со своей закадычной подружкой, Ленкой Шмаковой, а проще говоря с Ириской. Прозвище к ней прилипло давно и навсегда, и как вы понимаете из-за любви к этим самым ирискам.

– Ириска, привет? Чем занимаешься?

– Ну ты Маруся даешь! Чем я могу заниматься во вторник в 10 утра? Работаю! – прокричала Ириска, потом успокоившись спросила, – а ты чего хотела то?

– Да тут меня шеф в отпуск отправляет?

– Так сходи.

– В ноябре? Чего делать то? Носки вязать?

– Можно и носки. Чем плохо то. Может на поток поставить, откроешь компанию «МарусяИнтерпрайзисноскивяз»? – ответила Ириска и заржала.

– Смешно ей, – обиженно протянула я, – а мне отдохнуть хочется.

– Ладно. Вечерком заскочу к тебе, обсудим, – распрощалась Ириска.

Вечером собравшись на моей кухне, мы приступили к обсуждению.

– Маруся, на сухую совсем не думается, – прохныкала Ириска, – давай я хоть за винцом слетаю?

– Ты же знаешь, что я не пью, – наставительно ответила я, – а если тебе так хочется …

– Я что, алкаш в одно лицо пить. Эх, с тобой тут станешь закоренелой трезвенницей.

Дело в том, я дала себе зарок три года назад, что больше не будет пить спиртного вообще, даже не ем конфеты с начинкой из ликера. Особых причин такого зарока не было, но продемонстрировать силу характера захотелось очередной раз. В последний раз демонстрация характера прошла по поводу бросания курить, кстати весьма успешного. Правда от этого периодически все мои друзья страдают, так теперь со мной не выпить и не покурить, а как известно трезвый товарищ пьяному, ну совсем не товарищ.

В сухую конечно мы не сидели, а смачивали чайком да сладеньким. Упорно муштровали интернет в поисках, где же можно дешево и сердито отдохнуть в ноябре.

– Маруся, ну вот смотри, замечательный санаторий! Природа, лес, снеговики, банька, – восторгалась Ириска, – прям хоть самой поезжай!

– А может и правда, со мной? – с надеждой я переспросила Ириску.

– Ну, ты мать, даешь! Кто же меня перед отпуском отпустит?

Я покивала головой. Ириска конечно сотрудник не заменимый у себя на производстве. Что есть, то есть. Я еще покрутила головой, покумекала. Эх, была не была. Тут же заказали мне путевку аж на 21 день.

– Барсик на твоем попечении, – строго сказала я Ириске.

– Клянусь! Все будет в ажуре, – бодро пообещала Ириска.

Я подозрительно на нее поглядела, она сделала очень убедительную гримасу. Я даже ей поверила.

На следующий день я обрадовала начальника, что в понедельник ухожу в отпуск на три недели, что он на радостях даже отпустил в пятницу меня домой, чтобы собраться в дальнюю дорогу. А путь предстоял не близкий, алтайский край. Сутки в поезде, но и там дай бог доберусь не на оленях. Ириска естественно прибежала вечером, помочь собраться, а вернее произвести ревизию вещей. С горем пополам, чемодан был собран. На завтра была запланирована беготня по магазинам, закупка продовольствия и что-нибудь почитать в дороге. Воскресным ранним утром я курсировала по платформе, волоча чемодан, который еле скользил по земле из-за выпавшего ночью снега. Шапка сползла на нос, я ничего не видела, ну и налетела на кого-то. Кончено виновата была я, но поскольку мне было больно при столкновении, я решила весь пар спустить на «обидчика»:

– Чего встали посреди дороги, ни объехать, ни обойти, – закричала я негодуя.

– Простите меня, вы несильно ушиблись? – услышала я приятный мужской баритон откуда– то сверху.

Я подняла взгляд и увидела шикарного мужчину. Высокий, поджарый, темноволосый, с темными глазами и длиннющими ресницами. Да – да, я успела это все рассмотреть. Но к нему интерес у меня тут же пропал. Во– первых, он был восточных кровей, а во– вторых … это уже не важно, вполне хватит и во– первых. Я не знаю, почему у меня такой пунктик. Не встречаюсь я с такими мужчинами. Можно объяснить разными вероисповеданиями: я православная христианка, а они мусульмане. У них даже женщин в мечеть не пускают. К тому же, они женятся только на себе подобных, а с русскими только могут «встречаться» время от времени. Знаем, проходили, наблюдали и читали у мировых классиков. Короче, для меня этот тип табу, поэтому я даже не смотрю в их сторону.

Поэтому, фыркнув, я вздёрнула подбородок и потащилась в свой вагон. Вообще характер у меня отличный, уступчивый, мягкий, но если вожжа под хвост попадет, то как говориться держите меня семеро. И внешностью меня бог не обидел, вот ростом только. Как говорит Ириска, метр в прыжке. При этом я не люблю ходить на каблуках, предпочитаю удобную обувь. Поэтому со стороны я выгляжу комично: не то чемодан везу я, не то чемодан везет меня. Вот прямо спиной чувствую, что этот улыбается мне вслед. Еле сдержалась, чтобы не обернуться. Потом мысленно плюнула, я же в отпуске, чего злиться. Заняла свое законное место в вагоне и приготовилась к новому приключению.

День как-то прошел незаметно, а вечером перед сном я решила накрутить бигуди, чтобы утром в санатории предстать во всей своей девичий красе. Но ту срочно захотелось в туалет, я выглянула в коридор, убедилась, что никого нет и шмыгнула к туалету. Не то чтобы я сильно стеснялась своего вида, но все– таки вагон общественное место, хоть и замкнутое. И тут вагон тряхнуло, я потеряла равновесие, и полетела на пол. Мысленно я уже представила себя завтра в кудрях, но с расквашенным носом, но падение прекратилось. Я зависла в воздухе. Оказалось, меня в сзади схватил кто-то за шиворот. Признаюсь, тоже не самое приятное состояние, когда тебя держат за шиворот, как ребенка, но все-таки лучше, чем разбитый нос. И я с улыбкой на лице, разворачиваюсь, чтобы отблагодарить своего спасителя, и кого же я виду? «Шикарный мужчина» с платформы стоял и взирал на меня. Я даже поперхнулась своей благодарностью, жутко покраснела, так как вспомнила, что я в бигудях и бегом ломанулась в туалет. Это было бегство, иначе и не назовешь. Дурында! Надо было просто сказать спасибо и все! Да, уж, после драки кулаками не машут. Через пять минут я осторожно открыла дверь, коридор был пуст. Я прошмыгнула в свое купе и стала молиться, чтобы мой путь с этим мужчиной больше не пересекался. На завтра я одна из первых ожидала высадку из вагона. Честно говоря, я боялась встретиться с «шикарным мужчиной», поэтому, как только поезд остановился, чуть не вытолкав проводницу, выскочила на платформу и побежала ловить такси. Здесь мне повезло, и через 40 минут я стояла в фойе гостинцы. И здесь удача мне сопутствовала, достался мне одноместный номер на 5 этаже. Пока мне отдыхать нравилось. Спустя 4 часа, разобравшись с распорядком дня, пообедав, я решила прогуляться по прилегающей территории. Нужно было обдумать план действий. Родить ребенка, эта идея прочно обосновалось в моей голове, и я ее даже с Ириской еще не делилась. Потом, постфактум. Жаль, что мужчину моей мечты, вряд ли я встречу здесь.

Подружка, как-то сказала:

– Маруся, ты не целеустремленная в поиске своего идеального мужчины. Ну вот скажи, как он должен выглядеть?

– Выше меня, – ответила я.

– Да любой от 156 сантиметров выше тебя! Ты конкретно загадывай, – злясь выговаривала Ириска.

– 180 сантиметров.

– Телосложение, – торопила меня подруга. И вот так по капельки, я таки смогла описать своего идеального мужчину.

– Запомнила? Каждый день повторяй, например, идя на работу. Полезно и практично!

И честно целую неделю повторяла, правда постоянно что-нибудь забывала, в итоге сбилась. Образ идеального мужчины остался на задворках моей памяти.

Я шла, погруженная в свои мысли, ничего не замечая, и опять же в кого– то врезалась. Я, потирая лоб подняла глаза вверх, и охнула. И если честно по привычке уже хотела стартануть с места происшествия.

– Ну уж нет. Не в этот раз, – «шикарный мужчина» схватил меня за запястья, – может быть прекратим этот детский сад?

– Что вы имеете в виду, – стараясь говорить голосом королевы, проговорила я.

– Наша встреча уже третья по счету. Вы меня преследуете?

– Я? Да что вы себе позволяете? – воскликнула я, – да нужны вы мне, как корове седло!

«Шикарный мужчина» захохотал так весело, что я невольно заулыбалась в ответ. Неожиданно он прекратил и провел указательным пальцем по моей щеке. Я вздрогнула. Не то что меня поразила не бесцеремонность его поступка, сколько какие чувства во мне породило это простое прикосновение.

Я замерла, потом тряхнула головой, списала на переутомление или критические дни.

– Мне стоит попросить у вас прощения, целых два раза, – со вздохом произнесла я, – а также поблагодарить за спасение от падения в вагоне.

– Не стоит благодарности, – не сводя с меня взгляд, проговорил «шикарный мужчина».

Я постояла минуту молча, ожидая продолжения разговора, но он был молчалив.

– Меня зовут Маруся. Маруся Калинина, и я протянула руку для пожатия.

Вместо пожатия, собеседник поцеловал ее с тыльной стороны, при этом не сводил с меня своего пронзительного взгляда. Меня как током дернуло. Я быстро провела рукой по волосам, мне показалось, что даже они встали дыбом.

– Марат. Марат Юсупов, – представился он хриплым голосом. Затем накрыл мою руку свой второй. Моя ладошка просто потерялась в его широких ладонях. Я смотрела в его глаза, и не могла отвести свои. Мне казалось, его взгляд ласкает меня. Тепло от его ладоней проникало в самое сердце. Время замерло. Но тут по дорожке в нашу сторону направилась веселая компания, и мы разомкнули руки. И мне вдруг стало так холодно, что даже зубы застучали.

– Мне пора, – пролепетала я и побежала в сторону гостинцы. И уже вслед услыхала:

– Ты опять бежишь от меня, – усмехнулся Марат.

Я увидел это чудо-чудное на платформе. Девчушка тащила чемодан, и судя по всему ругалась как сапожник. Я стоял и наблюдал, так как вещи в вагон я уже внес, а времени до отправления было еще предостаточно. И вот она со всего маха врезается в меня, я уверен, что ударилась она основательно. Виноват был я, поскольку зазевался и вовремя не уступил дорогу. Я хотел ей предложить свою помощь, но она была агрессивно настроена. Сначала я растерялся, а потом уже было не до этого. Когда она взглянула на меня, я поплыл, в самом настоящем смысле. У меня закружилась голова, и земля запрыгала. Оказалась, это не такая уже девчушка, а молодая женщина и очень привлекательная. Да черт побери, шикарная женщина! Я еле успел сесть в поезд. Целый день я думал о ней, и тут вечером, такая неожиданная встреча. Я узнал ее сразу, выдавал маленький рост. Я едва успел ее поймать, а она опять что– то буркнула и исчезла. На голове у нее что-то такое было, бигуди что ли?! И вся она какая-то теплая, домашняя. Когда я коснулся ее ловя, у меня даже ноздри за трепетали от ее запаха. Вдруг я понял, я хочу эту маленькую женщину, при чем не только в постель, а хочу, чтобы она присутствовала в моей жизни. Я сначала испугался своих столь откровенных чувств, но решил подождать. Если мы еще раз встретиться, значит это судьба.

Я оказался здесь на отдыхе совершенно случайно, выиграл поезду в бильярде. Я больше трех лет не был в отпуске. Жизнь моя сплошные разъезды, и не только по стране, но за рубеж. Женщины всегда были украшением моих глаз. Это как визитная карточка, все как на одной лицо: длинноногие, ухоженные, прекрасные. Но какие– то бездушные что ли. Одним словом, никто и никогда меня так не цеплял, как это малявочка. Смешно, у меня рост 184, а она около 150. Карманный вариант, честное слово. Но думая о ней, она однозначно вызывала во мне не смех.

Приехав в санаторий, я занял одноместный номер на 5 этаже, пообедал и решил прогуляться. И вот она, моя судьба. Не видя ничего шла прямо на меня. Я даже чуть руки не раскинул для объятий. Маруся! Такое чудное имя. Но оно ей подходит. Когда я взял ее за руку, я уверен, что она что– то почувствовала. А как быстро она сбежала. Но теперь никуда она не денется, мы жили в одной гостинице и сейчас только вопрос нескольких минут, и я найду ее.

Боже! Я опять сбежала! Я взрослая женщина, а убегаю как девчонка. Так, срочно вспоминаем, зачем я сюда приехала. Нужно приглядеться и найти подходящего мужчину. Я поднялась к себе в номер, приняла душ, принарядилась и спустилась фойе. Выбрала кресло, из которого весь холл был как на ладони, взяла журнал в руки стала наблюдать.

– Хм, этот слишком толст. А это слишком худ. У этого зрение плохое.

Я не заметила, как все это шептала вслух себе под нос. Но тут раздался чей-то голос прямо над моим ухом:

– Чем это вы тут занимаетесь?

Я от неожиданности подскочила, а затем залилась краской.

– Да так, рассматриваю постояльцев, – ответила я, старательно отводя глаза.

– Почему вас заботит как они выглядят?

Я хотела сделать вид, что не понимаю, о чем он говорит, бросив на него взгляд, решила сказать полуправду.

– Я приехала сюда одна, и мне нужна компания, в которой мне было бы комфортно общаться.

– Вам нужна мужская компания? – спросил Марат.

Я уже было хотела дать ответ, а потом меня злость взяла

– В чем собственно дело?

– Я предлагаю вам мою персону.

– Нет, вы мне не подходите!

– Так уж не подхожу? Я не толстый и не худой, со зрением у меня все в порядке, кстати с зубами тоже, – на всякий случай уточнил Марат.

– Все равно не подходите, – упрямо стояла я на своем.

– Вы можете мне назвать хотя бы одну причину.

– Да хоть десять, – воскликнула я, – во-первых …

И тут я поняла, что по факту мне и сказать нечего. Марат очень красивый мужчина. Причем восточная кровь делала его неотразимым. Вы видели Энрике Иглесиаса? Вот Марат выглядел также. Я стала осматривать его с головы до пят, пытаясь найти изъян, но остановилась на его губах. Красивые мужские губы, наверное, твердые на ощупь, а на вкус?

– Не делай этого, – услышала она шепот Марата.

Я посмотрела ему в глаза и увидела, как в них мерцает таинственный свет.

– Не поняла, что не делать? – также шепотом ответила я.

– Ты смотришь на меня как кошка на сметану. Если хочешь, чтобы я перекинул тебя через плечо и отнес в свой номер, то я к твоим услугам.

Я тут же представила эту картину и чуть не кивнула ему в ответ.

Когда до меня все-таки дошло, о чем речь, я даже ойкнула. Хотела вскочить, но Марат удержал меня.

– Не убегай, Маруся, я тебя очень прошу.

Я села обратно в кресло.

– Позволь тебя угостить? Что хочешь выпить?

– Коктейль молочный. Или любой другой. Только без алкоголя.

– Боишься напиться и согласиться?

– Не льстите себе, я просто не пью алкоголь вообще.

Марат ничего не сказал, но в глазах его мелькнуло одобрение. Мне было это тоже приятно.

Пока Марат ходил за напитками, я честно размышлял, не сбежать ли вновь. Но потом решила, что бегать от Марата 3 недели было бы глупо, а портить себе отпуск не хотелось. Я сделаю из него себе подружку– наперсницу. Я ему скажу настоящую цель своего приезда сюда, и у него точно отпадёт желание волочиться за мной. Зато от него помощь будет бесценна. Будем брать мужика на живца. Я даже мысленно захихикала.

Тут подошел Марат с коктейлями. Взглянул на меня, и глаза его удивленно распахнулись.

– Что-то произошло, пока меня не было?

– Да нет, – пожала я плечами.

Мы пригубили напитки, сидели молча.

– Что ты делаешь сегодня вечером? – спросила я.

Марат поперхнулся.

– Да вроде бы ничего.

– Тогда у меня к тебе предложение, встречаемся здесь, часов в 10, согласен?

– Да, – удивленно протянул Марат.

– Ну тогда, пока.

Что у нее на уме? Марат терялся в догадках. Неужели все банально, она рассмотрела в нем свою ступеньку в будущее, поэтому согласилась. Как все мерзко и противно, Марат даже застонал от разочарования. Эта малявка ничем не отличалась от всех его бывших пассий. Сейчас она раскрутит его на ужин, потом намекая на постель и оппа. А как все начиналось. Он так ошибся. Ведь пока его не было, она быстро передумала, а до этого строила из себя. Марат даже заскрежетал зубами от злости. Ладно, посмотрим, на чьей улице праздник. Уж ее то точно ожидает сюрприз, а он завтра уедет отсюда. Не надо было и приезжать!

Я уже сидела в холле, когда спустился Марат. Выглядел он как– то напряженно. Я подошла к нему. Он оглядел меня с ног до головы, и был удивлен моим внешним видом. Я одета была просто: джинсы футболка, волосы собраны в хвост, косметики нет.

– Ты готов? – спросила я его на всякий случай.

Марат кивнул, я его взяла за руку и повела в комнату релакс. Я еще днем здесь была и все осмотрела. Здесь была приятная полутемная атмосфера, аквариум с подсветкой, расслабляющая музыка и кресло-массажор. Вообще я выбрала это место для нашей встречи специально. Я хотела, чтобы Марат расслабился и согласился на мое предложение. Краем глаза я наблюдала за ним. Он как-то растерял всю свою решительность, я бы даже подумала, что он смущен.

– Проходи и садись в кресло. Правда прикольно!

Выждав минут двадцать, я решила, что пора.

– Марат, ты можешь мне помочь?

– В чем же, если не секрет?

– Мне 34 года, и я хочу родить ребенка. Я сюда специально за этим приехала. Помоги, мне выбрать, потенциального донора для меня из отдыхающих. Поможешь?

Марат даже не понял до конца, о чем, его просила Маруся. Он сидел минут пять просто молча. Он обомлел, офигел, опешил, озадачен, обескуражен. И это только минимум того, что пришло ему на ум впервые секунды.

– Ты серьезно? – спросил он с ужасом в голосе.

– Сто пудово!

– И как я тебе могу помочь?

– Я уже все обдумала. Ты мужиков, лучше знаешь. Подскажи мне, что и как. Мне ведь отношения не нужны, мне бы только забеременеть и все! Но мужчина должен соответствовать моим параметрам.

– Это каким же?

– Здоровье это главное. Дальше рост– годиться как твой. Желательно блондин с голубыми глазами. Я как представлю девочку белокурую с голубыми глазами, – мечтательно сказала я.

Марат уже пришел в себя. Мысленно себя четвертовал за плохие мысли об этой девушки. Маруся в очередной раз его поразила. А когда она заговорила о маленькой девочке, его воображение нарисовало картинку, как бы выглядел их совместный ребенок. И тут он услышал, как она увлеченно ему дальше рассказывает.

– Марат, а самое главное, как мне соблазнить то его?

– Кого?

– Донора?! Я же не пью, тут под эту лавочку не сработаешь. Может прикинуться пьяной? Ну ладно, это потом. Короче у нас завтра, важный день, встречаемся на завтраке и начинаем.

– Так быстро?

– А чего тянуть то? Времени в обрез, а вдруг с первого раза не забеременею?

Марату было не чем крыть.

Утром спустившись на завтрак, Марат ее уже ждал. Я даже зажмурилась, как он выглядел! Джинсы подчеркивали длинные стройные ноги, футболка обтягивала широкие плечи, на лице сияла загадочная улыбка. Проходящие женщины все как одна останавливались недалеко от него и кидали призывные взгляды. Но он их не замечал. Он смотрел только на одну девушку. Сегодня на ней было приталенное платье, которое нежно обрисовывало высокую грудь и спускалось мелкими складками по бедрам. Волосы были распущены, наверное, спала на бигудях, улыбнулся Марат своим мыслям.

– Чего стоим, кого ждем!

– Я уже провел разведку. Пошли завтракать, и я тебе все расскажу.

Я даже не ожидала, такой оперативности. Однако он нашел преотличный экземпляр. Я из-под ресниц наблюдала за потенциальным донором.

– Ну и как мне его склеить?

– Я узнал, что сегодня будут вечером танцы. Советую пригласить.

– Точно! Ну с богом!

Марат даже не успел ничего сказать, как Маруся медленно пошла к столику жертвы.

Я шла уверенной походкой, хотя во мне жил трусишка заяц. Это все моя бравада перед Маратом. Не могла же я спасовать! Подойдя к столу, я улыбалась во весть стол.

– Привет! Я Маруся. Могу я пригласить Вас на танцы, вечером?

– Привет! – растерявшись ответил потенциальный донор, – а я Евгений! Я не против!

– Тогда до встречи!

Я вернулась за свой столик. И подняла вызывающее подбородок.

– У нас свидание! – и я не удержавшись заверещала.

Марат улыбнулся, хотя его подмывало подойти к этому … и свернуть ему шею.

– Ты придешь на танцы? – спросила я Марата, – поддержишь меня. Вдруг, у меня получиться затащить его в постель. И еще, ты не мог бы зайти ко мне в номер, помочь выбрать платье?

Марат только кивнул. Он не мог уже контролировать свой голос. К счастью у Маруси не было других планов на дневное время, и Марат провел с ней не забываемый день. Он узнал, что Маруся сирота и у нее есть кот Барсик. Что Ириска – эта ее лучшая подруга. Перед ужином Маруся затащила его к себе в комнату.

– Вот посмотри, какое лучше, красное или черное?

– Красное.

– Каблуки или нет?

– Каблуки.

Вот в таком ключе продолжалась подготовка к соблазнению.

Вечером Марат нервно расхаживал в холле, поджидая Марусю. И вот она спустилась в лифте. Марат очередной раз, понял, что Маруся, это женщина его мечты. Красное платье было ей необычайно к лицу. Высокие каблуки сделали ее значительно выше, хотя по сравнению с ним, она все равно выглядела малявкой. Высокая прическа открыла шею. Марат нервно сглотнул, и попорол в себе дикое первобытное желание, схватить женщину и уволочь в свою пещеру.

– Что скажешь? Я выгляжу соблазнительно? – волнуясь спросила я.

Марат кивнул, и что-то пробубнил. Взял меня под руку и повел в танцевальный зал.

– Ну, все, я пошла, ко мне не подходи, а то спугнешь еще, – нервно улыбнулась я и поплыла в поисках Жени.

Нашла я его у барной стойки, и судя по блеску в глазах, заливался он уже сравнительно давно. Тем не менее, я нацепила улыбку и присела на стул рядом с ним.

– Привет! Помнишь меня?

– Ээээ, Маша? Маня?

– Маруся!

– Ах ну да. Выпьешь?

Я решила не отказываться, и при удобном случае оросить содержимым моего стакана ближайший цветок. К счастью, здесь полно стояло таких кадушек. Мы чокнулись. Евгений опрокинул стопку, я слила в кадушку. Этак мы упражнялись минут тридцать, я уже притомилась и подумывала не сбежать ли. Но тут мой кавалер решил пригласить меня на танец. Топтались мы усиленно, танцевать Евгений не умел, или просто был уже не в состоянии. В общем, я не заметила, как он зажал меня в самый темный угол в зале и полез рукой мне под юбку. Я онемела от такой наглости, а потом стал вырываться. Что и говорить, сдвинуть его с места я не могла однозначно. А он, что-то бормоча, слюнявил мне шею, приближаясь к рту. Меня аж перетряхнула от отвращения. В мозгу пронеслась ужасающая картина, как я изнасилована в углу дискотеки. Это не то что я хотела. Я от ужаса заскулила. Его рука шарила у меня под юбкой. Слава богу на мне были колготки, а то он уже стянул бы с меня трусики.

Марат, покинутый Марусей, устроился за столиком. К нему постоянно подсаживались женщины, но им так и не удалось привлечь его внимание. Он наблюдал. Маруся взяла бокал и чокнулась с этим донором. Она же сказала, что не пьет спиртное, обманула? Марат улыбнулся, видя, как она сливает свои бокалы в кадушку. Затем парочка пошла танцевать. Тут Марат отвлекся, и потерял их из виду. Он даже испугался, вскочил с места и стал прогуливаться по залу. Маруси с этим донором нигде не было видно. Неужели уже ушли в номер? Марат заскрежетал зубами. Вдруг он краем глаза увидел в углу какое-то красное пятно. Подошел поближе и увидел, как донор, шарит рукой у Маруси под платьем. Маруся из-за всех сил пытается вырваться, и издавая при этом такие жалостливые звуки. У Марата в глазах потемнело.

Боже, я хочу умереть, вертелось в моей голове. Какой позор, в 34 года! И тут что-то, отбросило Евгения от меня. Я потеряла равновесие и упала на пол. Меня тут же вырвало от пережитого ужаса. Я шатаясь встала на четвереньки и увидела, как Марат избивает Женю. К ним уже неслись охранники. Охрана растащила дерущихся, Марат что-то сказал, охранник, державший его, посмотрел на меня. Увиденное явно не обрадовало его. Он отпустил Марата, а Евгения вывели из зала под руки. Марат подошел ко мне, поднял меня на руки и понес в номер. Я зажмурила глаза, слезы бежали сплошным потоком. Потом я начала икать. Марат посадил меня на кровать, принес стакан воды. Я пила, а зубы выбивали дробь об край стакана. Затем меня стало трясти, как будто я была голой на морозе. Марат сорвал покрывало с кровати, обернул меня как маленькую, сел в кресло, а меня посадил к себе на колени и прижал. Марат не произнес ни слова. Лучше бы он кричал, обозвал бы дурой, мне бы тогда было не так стыдно. Постепенно меня окутало тепло, и я смогла прошептать:

– Спасибо!

Марат посмотрел мне в лицо чмокнул в нос и еще крепче прижал к груди. Я вздохнула, и потерлась об его шею носом. Потом подняла глаза, и наши взгляды встретились. Меня бросило в жар. Я так хотела, чтобы Марат меня поцеловал. Я перевела взгляд на его губы.

– Я тебя предупреждал, чтобы ты так не делала, – хрипло произнес Марат.

– Почему? – тихо прошептала я.

– Вот почему, – и Марат обрушился на мои губы. Мы целовались так, как будто от этого зависела наша жизнь. Мы не заметили, как оказались в кровати. Наверно Марат меня перенес туда. Мы буквально сдирали друг с друга одежду. Мы потеряли голову, или я потеряла? Короче, это было самое восхитительное приключение в моей жизни.

Утром неожиданно я проснулась, так как кто-то меня обнимал за талию. Но тут я все вспомнила, и залилась краской. Боже, что я натворила, как быть то? Не могу же я теперь искать другого донора, после проведенной ночи с Маратом. Хотя бы потому, что это не прилично, прыгать из одной постели в другую, опять же не очень и хотелось. Ночь, проведенная с Маратом, вряд ли сотрётся из моей памяти. Если честно, я только сегодня поняла, что такое секс, а все что было до этого, возня какая-то, ей-богу. О боже, я влюбилась. В первые жизни. Во мне это чувство расцветало, как молодой побег весной на солнышке. Даже колокольчики звенели. Я улыбнулась и посмотрела на Марата. Как он красив. И тут меня осенило. Я– то может быть с ним оказалась в постели по своей влюбленности, но он от жалости! Ну не мог такой мужчина запасть на меня, это же нарушение всех законов природы. Надо срочно бежать. Это хорошо, что он принес вчера меня к себе в номер. Я тихонько выбралась из постели, натянула на голое тело платье, собрала все сове белье и туфли, выскользнула за дверь. Слава богу, было слишком рано и никого не было. Опять же у нас номера на одном этаже. Я вбежала к себе, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Дура я дура, и ничему меня жизнь не учит. Я поплелась в ванну, и взглянула на себя в зеркало.

– Аааа, – закричала я, увидев свое отражение.

Волосы висели сосульками, тушь размазана по щекам и под глазами, глаза, опухшие от вчерашних слез. Ужас! Марат, наверное, занимался со мной любовью с закрытыми глазами или представлял себе Анжелину Джоли. Я забралась по душ и стала тереть себя губкой и материть на чем свет стоит. Выйдя из ванны, накинула на себя домашнюю футболку, прямо на голое тело, завернула голову в полотенце. В полной тишине раздался стук. Я открыла дверь и в комнату ворвался Марат, глаза его метали молнии. Он схватил меня за талию, и поднял меня так, что наши глаза стали на одном уровне.

– Я тебе уже говорил, хватит от меня убегать, – прорычал он мне.

– Я … это … я…, – пыталась что я сказать. Но язык не слушался и мысли путались.

Марат прижал меня к стене, и прижался к моему лбу своим.

– Я прошу тебя Маруся, больше так не делай, – попросил он меня более спокойным голосом. Затем поцеловал, отнес на кровать. Улегся рядом, прижал меня к себе, обнял и произнес:

– Давай еще поспим, а то ты меня за ночь вымотала, – уткнулся мне в затылок и уснул.

Я лежала и улыбалась до тех, пор пока и меня не сморил сон. Проспали мы, наверное, еще часа четыре. Во всяком случае, когда я проснулась, было уже светло. Я открыла глаза, рука Марата продолжала меня обнимать. Я улыбнулась. Если честно, было очень приятно. Тут я вспомнила, как я выгляжу по утрам, тем более зубы не чищены и вообще. Я хотела незаметно выскользнуть из кровати, но тут рука Марата напряглась.

– Я же просил тебя, не убегать.

– Да мне в туалет. Я писать хочу.

Марат навис надо мной, и пристально посмотрел на меня. Затем чмокнул меня в нос и улыбнулся.

– Беги, беги.

Я не стала тянуть, соскочила с кровати и в ванную. Быстро почистила зубы, сходила в туалет, умылась. И вот, теперь я со спокойной душой могла предстать перед Маратом.

Марат навалился на подушки и выжидательно смотрел на дверь. Вот она, его Маруся. Его распирало от чувств, но он боялся говорить об этом вслух. Боялся сглазить, хотя он никогда не был суеверным. Но Маруся такая непредсказуемая! А это ночь. У Марата только об одном воспоминании начинала бурлить кровь. Поэтому, когда Маруся вышла из ванны, он вскочил с кровати, подхватил ее на руки и вернулся в постель.

– Марат, ну ты чего, день ведь уже, – забеспокоилась я.

– Вот и славно. Я смогу тогда осмотреть каждый миллиметр твоего тела, – кровожадно улыбнулся он. И поскольку Марат всегда держал свое слово, он незамедлительно приступил к делу.

Не буду рассказывать, что со мной вытворял Марат, да и не смогу, так как я благопристойная дама, но скажу вам точно: женщины завидуйте!!!

– Нам надо поговорить, – произнёс Марат, вернувшись из душа и надев брюки. Я еще валялась в кровати и пыталась собрать мысли, – сейчас я пошел к себе в номер, нужно переодеться и сходить пообедать. А потом мы поговорим.

Он чмокнул меня в нос, кстати это у него вошло в привычку, и вышел за дверь.

Я, напевая, бросилась в душ. Меня таки распирало от счастья. А еще я подумала, что мы не предохранялись, и возможно я забеременею. Я даже глаза зажмурила. Ребенок! Это будет прекрасный ребенок, особенно если он или она унаследует всю красоту Марата. Интересно, о чем он хочет поговорить? Я взрослая женщина, и я понимала, что Марат не может быть моногамен. И он, наверное, хочет меня предупредить, чтобы я ему не вешалась на шею. Ну, что ж. Это я могу ему пообещать. Цель моя была, забеременеть. А сегодняшняя ночь может принести определенные плоды. Папа нам не нужен, поэтому и не стоит об этом говорить с Маратом. Как я не крепилась, все-таки сердечко предательски сжалось. Оно уже любило этого мужчину и хотело совершенно другого. Одно я точно решила, больше никаких поисков, доживаю свой срок в санатории и прощаемся.

Марат одевался в номере, и мягко говоря, переживал, как бы Маруся опять не смылась куда-нибудь. Например, в поисках очередного донора. С нее станется. Поэтому он спешил. Мысленно он прокручивал разговор с Марусей, он хотел предложить ей провести оставшиеся дни совместно. А потом, когда они вернуться в домой, хотел признаться ей в любви и сделать предложение. С этими мыслями, Марат постучал в номер Маруси. Она быстро открыла дверь, и уже была готова к выходу. В Маруси опять что-то неуловимо изменилось. Он вглядывался ей в лицо, и не мог понять, что. Он мысленно чертыхнулся, ее вообще нельзя оставлять одну. Пока они спускались в ресторан, Маруся молчала. И тут Марат понял, что она приняла какое-то решение. Привыкнув все контролировать, подобное положение дел его не устраивало, но лучше не торопить события.

Увидев Марата в дверях, мое сердечко затрепетала, хотелось броситься ему на шею, и покрыть лицо поцелуями, аж ладошки за зудели. Марат же притянул меня к себе и страстно поцеловал, так что у меня подогнулись коленки. Шли до ресторана молча. Марат о чем-то думал и поглядывал на меня, я же пыталась собраться с мыслями. Любое прикосновение Марата лишало меня способности думать. Мне казалось, что моя кожа находиться под постоянным напряжением, и любое его касание к ней, и ток струиться по всему телу. За столом мы разговаривали не о чем, потом пошли гулять.

– Марат, у нас от отпуска осталось всего 2 недели, проведем их вместе? Ты как считаешь?

Впереди стояла лавочка, я взобралась на нее ногами, и повернулась к Марату. Наши глаза оказались на одном уровне. Я обняла его за шею.

– Тем более нам нравиться быть в одной постели, – прошептала я ему на ухо и тут же лизнула язычком. Марат стиснул меня так, что даже ребра затрещали. Он обрушился на мой рот, и весь мир заискрился. Когда он оторвался от меня, дышали мы оба, как будто сто метровку пробежали.

– Маруся, ты прямо прочитала мои мысли, я то же самое хотел тебе предложить, – произнес он, едва перевел дыхание.

И завертелись дни бесконечного сумасбродства. Днем мы ездили в горы, катались на лошадях, ходили в баню, а уж ночью. Одно могу сказать, что не высыпались мы точно. Приближался день отъезда. Мое сердце сжималось от тоски. А Марат выглядел весьма бодро. Он совершенно не говорил со мной о будущем, даже ни разу не сказал, увидимся ли мы по приезду домой. С одной стороны, меня это огорчала, а с другой… Курортный роман, он и в Африке курортный роман. Марата ожидает жизнь полная красавиц, а меня ждет Барсик.

Уже у поезда нам предстояло расстаться.

– Ну, пока, – попрощался Марат, чмокнул меня в нос, и пошел к своему вагону.

Я, еле сдерживая слезы, пошагала к своему. Все так и должно было закончиться. Даже билеты у нас были в разных местах. Я заняла свое место и всю дорогу проспала. Утром я опять уже стояла самая первая на выход. Поезд едва остановился, я выскочила из вагона и понеслась на привокзальную площадь, где меня ждала Ириска. Все, прощай Марат!

Марат был в ярости. Она опять это сделала. Опять сбежала. Такого он не ожидал, после всего что было между ними. По прибытию на станцию, Марат подошел к вагону Маруси и терпеливо ожидал ее. Вот уже выгрузился последний пассажир, а Маруси нет. Марат даже не поверил, поднялся в вагон и проверил все купе. Где же ее искать? Самое обидное, что у него не было ее номера телефона и даже адреса. Он и не подумал об этом. Там в санатории, они вообще телефонами не пользовались. А по приезду в город, Марат считал, что он сначала на своей машине отвезет Марусю домой, она соберет свои вещи и он привезет ее к себе. И что теперь делать?

Маруся в машине горестно рыдала, рассказывая о своей не состоявшейся любви. Ириска пыталась подвывать, но была за рулем, и не могла ослабить свою бдительность. Зато, дома у Маруси отвела душу. Она была счастлива за подругу, и в то же время ужасно ей сочувствовала. Рыдали и вместе, и по очереди. Одним словом, всласть.

Я была опустошена. Если вся любовь такая, то я не хочу больше любить. Как такое вообще может быть? Сначала я была как шарик, легкая и невесомая, а сейчас из меня вышел весь воздух, и я кучкой лежу на асфальте. Как же больно. А самое главное, нет конца этой боли, и никакой таблетки не выпьешь, чтобы заглушить эту боль. Три недели я ходила на работу. Шеф первое время пытался еще меня расспросить, как отпуск. Но я, только вспоминая санаторий, тут же начинала реветь. Он даже рукой махнул от досады, вот и отпускай в отпуск. Я уже отчаялась, неужели мне никогда не станет легче? Еще меня постоянно тошнило. На нервной почве, мне кусок в горло не лез. В выходные приехала ко мне Ириска.

– Так, Маруся, прекращай, жизнь на этом не заканчивается. Найдем мы тебе другого мужика, ничем не хуже, – строго произнесла она, – вставай уже, хватит валяться.

Я поставила ноги на пол, и только хотела встать, как желудок сказал «Привет» у самого горлышка, я бегом припустилась к унитазу.

– И давно у тебя?

– Что?

– Тошнит?

– Не помню. Вроде несколько дней.

– Ты тест делала?

– Какой?

– Маруся, включи мозги. Ты не думала, что могла забеременеть?

Боже, я совсем об этом забыла. Я так была поглощена своими переживаниями, что о предполагаемой беременности забыла напрочь.

– Ирисочка, миленькая, сбегай до аптеки.

Десять минут мы выжидательно смотрели на тест. Две полоски. Ура! Ура! Ура! Я беременная! У меня будет ребенок Марата. Слезы заструились по моим щекам.

– Ну, чего сейчас, то ревешь, – сквозь слезы спросила Ириска.

– Ириска, я так счастлива. У меня будет малыш от любимого мужчины, – закричала я.

В понедельник я понеслась в поликлинику становиться на учет. Сдала необходимые анализы, и к вечеру подтвердили, срок 5 недель. Значит я забеременела в ту самую первую ночь. Домой я летела на крыльях. Нужно было обо всем подумать и продумать. Ремонт, коляски, бутылочки, распашонки. Ириска принеслась вечером, и мы дружно сели за список. Исписали аж два листа мелким почерком.

– Н-да. А где денег то столько взять?

– А я что? Я тебе помогу, не переживай! Опять же тебе декретные выплатят. Маруся, прорвёмся. Только следи за своим здоровьем. Витаминчики там, прогулка.

Со здоровьем и то верно. У меня был ранний токсикоз. Не успевала я что-нибудь проглотить, как все стремительно неслось обратно. Хорошо, что шеф у меня был из сочувствующих. До пятницы я еле дожила. Пришла домой и просто легла пластом на диван. От одной мыли о еде, спазмы сжимали желудок. Всю ночь я пробегала к унитазу, уже хотела там подушку положить. Ранним утром раздался звонок в двери. Я еле сползла с дивана и поплелась к двери, даже в глазок не посмотрела. На пороге стоял Марат. Я даже глазам не поверила. Закрыла глаза, постояла, вновь открыла – стоит. Я ущипнула себя. Не сплю.

– Маруся, я просил и требовал, не убегай от меня, – прошипел Марат, – ты что пьяная?

Как только он произнес это, у меня опять желудок подскочил, и я кинулась к унитазу. Когда все прекратилось, я тут же села. Сил не было. Мне даже было все равно, как я выгляжу и что обо мне думает Марат. Сил не было вообще.

Марат смотрел на Марусю и едва узнавал ее. Она стала тощая, даже лопатки торчали на спине, кожа на лице была натянута, круги под глазами. Волосы висели клочками. Что это с ней такое? Он ее ищет целый месяц. Поднял всех, кого только можно, пока один детектив не предложил, съездить в санаторий, и попробовать через администратора выяснить домашний адрес Маруси Калининой. И вот, в надежде, на радостную встречу, он примчался с самого утра. Он конечно предполагал, что Маруся заартачиться, и он готов даже был поругаться, но увидев ее, опешил.

Я усмехнулась. У Марата на лице было написано такое удивление. Я представляла, как я выгляжу. Баба-яга, спору нет. Марат вошел в туалет, наклонился и поднял меня. Опустил на диван, ушел на кухню, а я потеряла сознание.

Марат провел рукой по волосам. Когда он нес Маруся, она была практически невесомой. Он прошел на кухню за водой. Оглядев стол в поисках кружки, он увидел какие-то листочки. Пригляделся. «Список вещей, необходимых для рождения малыша». Не понял. Кто-то беременный? Маруся? Марат, схватив их, вернулся в комнату.

– И когда ты хотела мне сказать? Или вообще не планировала, Маруся! Не молчи! – закричал он. Подойдя к ней, он увидел, что Маруся не реагирует он потряс ее за плечи, голова безвольно качнулась. Марат не испытывал такого страха никогда в своей жизни. Трясущимися руками, он набрал телефон скорой. Через 30 минут, Маруся уже уложив на носилки, повезли в больницу. Марат поехал вслед за Марусей. Там его, конечно же, не пустили, но через два часа метаний в коридоре, к нему вышел доктор.

– Что же вы батенька, за женой своей не следите? В ее положении это опасно. У нее обезвоживание организма. Жуткий токсикоз.

– Она будет жить? – помертвевшими губами прошептал Марат.

– Конечно! Пролечим, прокапаем. А вы будущий папаша, покушать бы ей принесли чего-нибудь. Тощая она у вас, – и с этими словами доктор подготовил список продуктов, что можно было есть беременным первого триместра.

– Кстати, ваша жена там очень сильно беспокоилась за кого-то Барсика. Все завала какую-то ириску. Вам это о чем-то говорит?

Марат кивнул. О коте она своем беспокоиться, а о нем, о Марате ни слова. Марат съездил в магазин, накупил всего и завез в больницу. Его опять же не пустили к ней. Тогда он вернулся к ней в квартиру.

– Ну, что, Барсик давай знакомиться. Я Марат. Теперь мы будем жить с тобой вместе.

Марат приходил в больницу ко мне каждый день. Хорошо, что его не пускали. Первые две недели мне было не до него. Состояние мое было аховое, и нависла угроза выкидыша. Я скрупулёзно исполняла предписания врача, и уже к концу третьей недели, у меня даже щеки округлели.

– Нус, красавица. Можно вас и выписывать. Вы так больше не пугайте нас. Как только почувствуете себя плохо, сразу же в больничку. И мужу своему скажите …

– У меня нет мужа, доктор, – прервала я его.

– Как же так, а кто это тогда? А я ему еще выговорил, – хлопнул себя по лбу доктор, – ну да ладно. Помощь лишней не будет.

И вот я уже в холле больницы, на выписке. На мне комнатная одежда, денег с собой нет, телефона тоже. Как же до дома добираться? Пешком – холодно. И тут перед моим носом возникает огромный букет ромашек. Самых настоящих полевых ромашек. Я удивленно поднимаю глаза. Марат.

– Маруся, поехали домой.

Он подхватил меня на руки и понес к машине.

– Это твоя? – спросила я. Марат кивнул. – Шикарная! Я с восторгом осматривала салон. В марках я конечно же не разбиралась, но судя по всему тачка представительского класса. Хотя Марат тоже выглядит, не как слесарь 3-го разряда. Мы ехали молча. Марат привез меня к моему дому, вышел из машины, опять же взял меня на руки и занес в квартиру. Вообще я заметила, он при каждом удобном случае, хватает меня на руках. Я улыбнулась своим мыслям. Марат усадил меня на диван, а сам разделся в прихожей. В квартире царил исключительный порядок. Все блестело и сверкало, даже люстра. В воздухе витал запах вкусно приготовленной еды.

– Сейчас будем обедать.

– Я пока не хочу.

– Хорошо.

Марат сел на диван и взял мою руку.

– Маруся, этот разговор должен был состояться в день нашего приезда в город из санатория. Но поскольку ты сбежала. Ладно не будем об этом.

Марат, опустился перед мной на колени. Я открыла рот от изумления.

– Ты чего?! Встань.

– Можешь просто меня выслушать? – прошептал Марат и дождавшись моего кивка, немножко помолчал и продолжил. – Маруся, я тебя люблю, я хочу, чтобы мы жили вместе. И вообще, выходи за меня замуж!

Марат вынул коробочку из кармана, и раскрыл. Но я уже этого не видела. По щекам струились слезы.

– Ну чего ты, маленькая ревешь? – вытирая мне слезы, проговорил Марат.

– В тебе сыграло благородство, узнав о моей беременности.

– Нет! Ты меня опять не слышишь?!

– Марат, послушай меня! Я обыкновенная 34 летняя женщина. Я даже не молодая девушка. Я рожу себе ребенка тихонечко, я к тебе без претензий. Ты о нас даже не услышишь, – убеждала я его, – зачем тебе портить себе жизнь? Найдешь себе умную, красивую и молодую девушку, своей веры. И женитесь там в мечети или как это у вас там происходит. Ты даже не вспомнишь меня.

Марат мотал головой, слушая Марусю. До чего же упертая!

– Нет, нет и нет. Я тебя люблю, и буду любить нашего ребенка. Я не хочу никого другого, – упрямо говорил Марат.

– Замуж я за тебя не выйду, – твердо сказала я, – давай поживем вдвоем, поймешь это на практике. Как только убедишься, я тебя не буду держать. Ты волен поступать как хочешь.

Я устало прикрыла глаза. Благородный Марат. Да, как только его родственники узнают обо мне, они ему вправят мозги.

Марат в свою очередь решил тоже не спорить с Марусей, тем более ей волноваться не стоит. Одного же он добился, жить будут вместе, а там уж так повернет дело, что Маруся без него совсем не сможет.

– Кушать то будем? – спросила я.

Марат опять же подхватил меня и понес на кухню.

– Слушай, может хватит уже меня на руках носить? Я же не маленькая.

– Маленькая! И миленькая! Буду носить! – торжественно произнес Марат.

Я хмыкнула, но не стала спорить, ужасно хотелось есть и спать. Ночь на удивление Марат провел не со мной, ушел в другую комнату. Мне даже обидно стало. То жениться хочет, а лечь со мной не хочет. Все-таки я права, благородство это все его. А потом я вспомнила, какой нормальный мужчина захочет, чтобы с ним спал вечно блюющий бочонок. И только я об этом подумала, желудок подскочил, и припустилась к унитазу. Вдруг к моему лбу прислонилось мокрое полотенце. Я оглянулась, Марат развернул меня к себе, заботливо меня обнял и обтер лицо. Потом чмокнув в нос, понес на кровать. Уложил, укутал, и лег рядом поверх одеяла. Мы полежали молча. Он не уходил.

– Маруся, можно я с тобой лягу? – с опаской промолвил Марат.

– А я думала …

– Что опять надумала?

– Что ты больше не хочешь меня, – всхлипнула я.

Марат вытащил меня из-под одеяла и прижал мою руку к своему паху.

– Вот так бывает у мужчин, не желающих свою женщину?

Я обняла его за шею и притянула к себе.

– Тогда, чего мы ждем?

Утро бодрым не бывает, если тебя уже к тому же два раза стошнило. Я собиралась на работу медленно и печально. Я как представила, что мне еще ехать на общественном транспорте, так совсем тоскливо стало.

– Ты чего нос повесила? – спросил Марат, бреясь в ванне, где я тоже стояла, чистив зубы.

– Да на работу не хочу идти.

– Так не ходи.

– Хитренький какой. А кто же денежку зарабатывать будет?

– Так ведь у тебя есть я.

– А ты что богатенький?

– Богатенький.

– Круто! Только я причем?

– Маруся, ну мы же все равно поженимся.

– Вот пока не поженились, я себя буду сама обеспечивать. Я всю жизнь сама работала, на шее ни у кого не сидела.

Марат махнул рукой, чего спорить с беременной женщиной. Он решил действовать другим путем, коли Маруся сама не хочет уволиться, значит надо сделать, чтобы уволили ее.

Уже одевшись и стоя на пороге, Марат сказал, что завезет меня на работу, а вечером заберет. Я пошумела для порядка, но это было классно. В итоге день пробежал не заметно. Вечером едва выйдя с работы, я увидела Марта, который стоял, прислонившись к своей машине. Я постояла, полюбовалась им и направилась к нему. Он как всегда чмокнула меня в нос и подсадил в машину. Дома я едва успела добежать до унитаза. Господи, когда же закончиться этот токсикоз.

– Может вызвать врача?

– Осталось потерпеть еще недельки и две и будет лучше.

– В смысле?

– Во втором триместре так уже не будет.

– Триместр?

– У меня срок 10 недель, это два с половиной месяца. 4-ый месяц это уже второй триместр.

Марат помолчал. Потом сел рядом со мной.

– Расскажи мне все.

– О чем?

– Ну про то, что ты чувствуешь.

Я задумалась. Рассказывать то пока нечего было. Сплошные тошнотики. Даже живота еще нет.

– На 14 недели будут делать УЗИ. Может пол ребенка определят.

Марат подошел ко мне, поднял меня на руки и усадил к себе на колени.

– Я тебя люблю, Маруся, – и очень внимательно посмотрел мне в глаза. И стал целовать, медленно расстёгивая мою блузку. Я хотела его остановить, но его прикосновения лишили меня остатков самообладания.

Меня уволили, – глухо сказала я Марату, который вечером встретил меня с работы. Я молча самостоятельно уселась на пассажирское сидение, поэтому не увидела, как мимолетная улыбка осветила лицо Марата. Я была в бешенстве. Шеф, паразит такой, вызвал меня после обеда и заявил, дескать я их видите ли не устраиваю. Я им, видите ли, тут все облевала, и прочее. Я сидела в машине и зло пыхтела. Марат искоса на меня поглядывал.

– Маруся, ну все не так страшно.

– Как это не страшно? Кто теперь на работу возьмет беременную женщину?

– А ты кто по профессии?

– Я переводчик.

– Язык какой?

– Английский, французский, ну и немецкий, но со словарем.

Марат помолчал минуту.

– Мне на работе требуется переводчик в штат. У нас часто бывают международные контракты. Хотелось бы иметь при себе постоянного переводчика.

– Ты шутишь?

– Какие шутки. Вот послезавтра как раз и проверим, какой ты переводчик. Пойдешь со мной на встречу.

– Но мне и одеть нечего.

– Купим завтра, за счет компании. Будем считать, что униформа.

Я недоверчиво уставилась на Марата. Не очень верилось, но выбора нет. Работа нужна была однозначно.

На следующий день, Марат меня повез по магазинам. Купили и платье, и брючный костюм, и даже сумочку. Я хотела туфли на каблуках, но Марат уперся, нельзя беременным ходить на каблуках и все тут. В принципе я с ним согласно, поэтому купили туфли на сплошной подошве.

– Ты оставь меня здесь, – застенчиво сказала я, – заберешь часа через?

– Маруся, в чем дело?

– Ну надо мне, – упрямо ответила я, не желая ему говорить, что я задумала.

Марат вздохнул и с пакетами ушел в машину. Я же кинулась в ближайший салон красоты.

– Девочки, спасайте. Мне завтра надо выглядеть на миллион.

И девочки приступили. Стрижка, покраска, укладка, маникюр, педикюр. Когда я себя увидела в зеркало, я себя не узнала. Все-таки как стрижка меняет человека.

Когда я подошла к машине, Марат даже не посмотрел в мою сторону. Тогда я подошла к окну у водительского сидения, постучала. Он посмотрел на меня равнодушно, и уставился на выход из магазина. Потом резко повернулся ко мне. Зрачки медленно расширялись по мере узнавания. Я даже захихикала. Марат вышел из машины.

– Маруся, что ты сделала с собой?

– Ничего, так только перышки почистила.

Я села в машину. Марат молчал. Мне даже стало обидно.

– Тебе не нравиться?

– Я вот теперь боюсь тебя из дома выпускать, – ворча произнес он.

– ???

– Если я увижу возле тебя кого-нибудь, пеняй на себя. Шею сверну и все. Не тебе. Ему.

– Да кому ему то?

– Любому мужику, – рявкнул Марат.

Я удивленно посмотрела на Марата. С этой стороны я его видела впервые. Да он ревнивец.

– Останови машину, пожалуйста, – попросила я.

– Тебе плохо?

– Останови пожалуйста.

Марат резко повернул направо, чуть не задев проезжающую машину и встал под знаком. Я отстегнула ремень, и перебралась к нему на колени, села лицом к нему, раскинув ноги.

– Марат, послушай меня! Я старая беременная женщина, за мной никогда не вставали мужики в очередь. Я живу под одной крышей с самым красивым и сексуальным мужчиной во всем мире. Я тебя уверяю, я даже ни никого не смотрю. Я вообще никого не вижу, кроме того. И еще. Я тебя люблю.

Я чмокнула его в нос и быстро вернулась на свое место. Пристегнув ремень, сказала.

– Поехали!

Марат все это время сидел, переваривая услышанное. Медленно, однако, усмехнулась я.

Тут он неожиданно повернулся ко мне, отстегнул мой ремень, и посадил к себе на колени вновь. И мы так целовались! Забыли обо всем, пока кто-то не постучал в окно. Этим кто-то оказался ГИБДДшник. Марат бережно посадил меня обратно на сиденье и вышел к полицейскому. Через пять минут мы неслись домой. У дома Марат как всегда подхватил меня на руки и понес в квартиру.

На следующий день, я нарядилась, накрасилась. Марат, увидев меня в боевой готовности заявил:

– В таком виде ты никуда не пойдешь!

– Ты же сам вчера мне это все купил, – воскликнула я.

– Но я не думал, что ты в этом будешь так выглядеть.

– Как так?

– Вот я, глядя на тебя, хочу сразу затащить тебя в постель и не выпускать оттуда целую неделю. Уверен, у остальных такие же мысли.

Я хотела улыбнуться, но не посмела. Что ты, мужская гордость же будет задета.

– Марат, я тебя люблю, – и потянулась к нему, роста конечно мне не хватило дотянуться до его губ. Я, бормоча под нос по поводу своего роста, пошла на кухню за табуреткой. Поставила ее перед Маратом, взобралась, обняла и чмокнула его в нос. Марат блаженно улыбался.

Встреча на мой взгляд прошла чудесно. Правда Марат не давал шагу ступить, следовал либо за мной повсюду, либо таскал меня за собой. Но это можно было пережить. В течении двух недель я была еще на подобных мероприятиях раз пять. А все остальное время сидела дома. Ко мне приезжала Ириска, и мы ржали целыми днями. Наступил второй семестр моей беременности, и я себя чувствовала значительно лучше.

– В субботу будет вечерника у Марата в офисе, жуть как идти не хочется, – жаловалась я Ириске.

– Так не ходи.

– Не могу, я же там в качестве переводчика. А потом сдерну, если получиться.

Мы еще поболтали, попили чайку, и Ириска засобиралась.

– Милый, может мне каблуки одеть? А то я рядом с тобой как бочонок с лапками. И в платье лучше с каблуками?

– Нет. Маруся, мы это уже обсуждали не раз.

– Я много стоять и ходить не буду. Я потом на диванчик уйду и все?

Еле уговорила. Весь вечер мне конечно не продержаться, но официальную часть выдержу.

Вечеринка была великолепная. После деловых переговоров, начался не официальный фуршет. Марат курсировал между гостей. Я семенила рядом. Тут мне приспичило в туалет. Пока я в кабинке решала так сказать свои интимные подробности, в туалет вошли девицы из офиса Марата. Я уже собиралась выходить, как услышала.

– Ты видела с кем весь вечер Марат?

– Ой, и не говори.

– С Дианой конечно не сравнить. Диана – это шик, блеск, красота. А это! Сплошное недоразумение!

– И не говори. На Марата вечно всякие тетки вешаются. С такими Диана на раз расправляется. Сейчас она и эту выставит.

– Пошли, а то пропустим.

Если честно, я даже не сразу поняла, что речь шла обо мне. Я пожала плечами и вышла из туалета. Идя по залу, я увидела, что вокруг Марата вьется какая-то девушка. Я остановилась, не доходя до них. Увидев меня, в его глазах мелькнула облегчение.

– Все в порядке?

Я кивнула и вопросительно взглянула на девушку. Та посмотрела на меня со своего выдающегося рост. Ей-богу, она была даже чуть выше Марата. Красотка. Платиновая блондинка, макияж, длинные острые ногти, супер короткая юбчонка открывала безупречные длинные ноги.

– Дорогой, кто это? – пропела она мелодичным голосом.

– Маруся, это Диана, – нехотя представил Марат. – Диана, это Маруся.

Вот она, какая, Диана. Я чуть даже не присвистнула. Надо бежать.

– Прошу прощения, вынуждена вас покинуть, – пропела я, разводя руками. – Дела. Муж. Дети.

Я повернулась к Диане.

– Желаю вам хорошего вечера и доброй ночи.

Я резко развернулась, и потопала к выходу. На мое счастье кто-то приехал в лифте, и дверь не успела закрыться. Я вошла в лифт, нажала на кнопку, и пока дверь закрывалась я, скидывая туфли, посмотрела на Марата.

– Маруся, не убегай, – услышала я грозный рык Марата. Он ломанулся к лифту, но двери уже успели закрыться. Марат побежал по лестнице.

Слезы струились по щекам. Я даже их не чувствовала. Двери лифта открылись и только я хотела выйти, как мне кто-то преградил дорогу. Я подняла глаза, и сквозь слезы увидела мужскую фигуру.

– Маленькая моя, когда же ты прекратишь убегать от меня, – услышала я голос Марата.

Он подхватил меня на руки и понес к машине. Он ничего не говорил, но прижимал меня к груди крепко. Усадил в машину, и повез домой. Дома посадил меня на диван и стал раздевать. Переодел меня в домашнюю одежду. Я хотел встать, но он не дал. Сам так и ходил по квартире в костюме.

– У меня ноги отекли, я хочу их в тазике подержать, – пробормотала я.

– Сейчас, – сухо ответил Марат.

Торопиться, наверное, к своей Диане. Я же, наверное, его перед всем коллектив в неловкое положение поставила. Слезы аж от злости высохли. Марат принес тазик, и опустился на колени перед мной. Взял мои ноги, опустил в воду. Затем стал массажировать поочередно каждую ступню. Было очень приятно, но после сегодняшних событий, унизительно.

– Ты можешь идти, тебя же ждут, – процедила я, – ключ можешь оставить в прихожей.

Марат вскинул голову и взглянул мне в глаза. Потом его рот расплылся в широченной улыбке.

– Смешно ему, – закричала я, – иди к своей дылде.

– Маруська, ты меня ревнуешь. Хвала всевышнему, ты меня ревнуешь. Значит, правда любишь?

Я фыркнула. И стала смотреть в потолок. Хотя в словах Марата была доля истины. Я ревновала. Ого. Вот это да.

– Маруся, я тебя люблю. Диана в прошлом. Честно слово.

Я подозрительно на него посмотрела, он с честью выдержал мой взгляд. Я вздохнула. Потом еще раз.

– Все равно, мне надо поскандалить. Я уже настроилась. И даже с битьем тарелок, – я встала и пошла на кухню.

– Ну если так, то давай, скандаль. Только аккуратно, мы же беременные, – лыбясь ответил Марат.

Я выбрала из шкафа тарелки, которые похуже и со всего маха брякнула об пол. Тарелка разлетелась на мелки осколки.

– Марат, если я хоть раз, увижу возле тебя эту Диану, – хрясь очередную об пол, – скандалить не буду, – еще одну бряк, – я уйду, и ты меня больше никогда не увидишь.

Перебив около пятнадцати тарелок, мне отпустило. Я шагнула вперед, и ойкнула. Я конечно же встала на соколок. Марат подхватил меня на руки, отнес в комнату, и осмотрел ступню. Смазал зеленкой. Пока осматривал ступню, не удержался от поцелуев. В общем, оказались мы конечно же в постели. Заниматься любовью после ссоры, это нечто!

Вот и наступило время УЗИ. Я хотела, чтобы Марат пошел со мной в больницу, тем более с утра я как-то не очень себя хорошо чувствовала, но у него была супер-пупер встреча. Поэтому он меня завез в больничку и улетел на работу. Врач-узист долго смотрела, и потом сообщила мне такую новость, что я ахнула. У меня двойня!!! Мальчик и девочка. Потом я пошла к своему гинекологу, и она строго-настрого мне запретила волноваться, велела отдыхать, гулять и хорошо питаться. И если что не так, сразу вызвать скорую. Я ей все пообещала и вызвала такси. Решила поехать к Марату на работу и обрадовать его. Я ехала и представлял лицо любимого от такой новости. Почему-то в приемной никого не было, и я прошла сразу в кабинет.

– Марат, у меня потрясающая ново …

Я не смогла закончить фразу. Моему взору предстала картина: на столе сидела Диана, до пояса она была оголена, рубашка на Марате была расстёгнута.

– Маруся, ты не так поняла. Ничего не было!

Я, зажав рукой рот, выскочила из кабинета и побежала к лифту. Марат, оттолкнув Диану, бросился за мной. Уже нажимая кнопку, я почувствовала, что по моим ногам что-то побежала, я опустила глаза. По ногам струилась кровь и стекла в туфли. Марат увидел, как я падала, но задержать лифт уже не успел.

– Маруся!

Он бросился на первый этаж по лестнице, на ходу вызывая скорую. На первом этаже, у открытого лифта столпились люди. Он их растолкал и увидел Марусю, лежащую в луже крови. Он опустился возле нее на полу, поднял на руки и побежал на улицу, где уже раздавались звуки скорой. Марусю сразу же поместили в операционную, беременность удалось сохранить, было отслоение плаценты. Марата конечно же не пустили в палату. Он метался как раненый зверь. Ночью медсестра сжалилась, и пустила его на минутку. Маруся бледная лежала на кровати, проводки тянулись от нее приборам, которые постоянно пищали.

– Она спит, – прошептала медсестра, – ей дали снотворное. Она, когда пришла от наркоза, очень сильно металась и все кричала: ириска, ириска! Есть что ли хочет.

– Это ее подруга, Ириска.

– Аааа, – протянула медсестра, – вон ее телефон на тумбочке. Сами позвоните или мне?

– Я сам, – прошептал Марат, не отрывая своего взгляда от Маруси.

– Ириска, это Марат. Маруся в больнице, она зовет тебя.

Марат слушал молча, как с той стороны что-то говорила Ириска. Но его лицо ничего не выражало. Он и без Ириски понимал, что Маруся сейчас лежит в реанимации по его вине.

Зачем он согласился поговорить с Дианой. Она позвонила днем, и попросила о встрече. Сказала, что все понимает и хотела проститься. А сама начала раздеваться, и к нему полезла. Марат только собирался выставить ее за дверь, как вошла Маруся. И откуда она взялась то. Никогда вообще не приходила, а сегодня пришла в офис. Марат поехал к себе домой. Ириска сказала, что за Барсиком сама приглядит. Что же делать? Возле своего дома, он остановил машину и упал на руль.

Боже как хочется пить. Я что, вчера огурцов соленных переела? Надо попросить Марата принести воды. Марат! И перед глазами замелькали картинки: я вхожу в кабинет, Диана, лифт, кровь. Я схватилась за живот, вроде бы на месте. Потом решила открыть глаза. Я в больнице.

– Маруся, милая моя, – услышала я голос Ириски. Я повернула голову на звук.

– Ириска, все мужики сволочи. Ненавижу.

Ириска, всхлипывая, прижалась ко мне.

– Дети живы? – спросила Ириска оторопев.

Я усмехнулась.

– Тебе не сказали? Двое у меня. Мальчик и девочка.

– Сказали, что беременность удалось сохранить. Маруся, а Марат знает?

– Ты о ком? Забыла, я же мать одиночка. Кстати безработная мать одиночка. Меня же уволили.

Я помолчала.

– Ириска, мне нужна твоя помощь. Я все обдумала. Детей будет двое, работы у меня нет, здоровье мне не позволяет в принципе работать. У меня есть домишко в области. Ты туда смотайся, наведи порядок. Квартиру продавай. Не спорь. Этих денег мне должно хватить, пока дети встанут на ножки. А там что-нибудь придумаю. Да не вой. Никто не умер же.

Ириска ушла. На душе было тоскливо. Я прокручивала сцену в кабинете. Зачем он так? Ведь не держала же я его, отпускала к ней. Зачем так-то, прямо в спину. Ладно, не нужно думать. У меня скоро будут маленькие, вот все мои заботы. Уже 15 недель, почти четыре месяца. У меня уже животик, вон какой славный.

В больнице меня продержали три недели. За это время я окрепла, покруглела. Ириска все организовала. Сейчас она заедет за мной, потом домой за Барсиком и вещами, и уеду на дачу. В квартиру въедут скоро новые жильцы. Я шла, не спеша по коридору. Брюки на мне не сходились, грудь увеличилась, и футболка задралась. Голый живот был выставлен на всеобщее обозрение. Мне даже это удовольствие доставляло. Пусть все видят. Я мама! Я вышла в холл и стала искать глазами Ириску. Вот она моя подруженька. Я поковылял к ней. Она засмеялась и бросилась мне на шею.

– Маруся, как вы выросли!

– Да, мы такие, – с гордостью я поглаживала свой животик, и вертела им стороны в сторону.

Тут перед моим носом возник букет полевых ромашек. Марат. Я попыталась прикрыть руками живот. От Марата не ускользнул этот жест, и он сморщился как от боли. Он подхватил меня на руки и понес в машину. Я молчала. Хотя жутко хотелось его чем-нибудь огреть тяжелым. Он разбил мои надежды вдребезги. Он посадил меня на сиденье, прицепил ремнем безопасности и сел за руль. Ехали молча. Я искоса подглядывала за ним. На висках появилась седина. Руки сжимали руль так, что побелели костяшки. Так тебе и надо! Нечего по бабам скакать. Я мысленно обрушила на него ведро помоев, и мне даже легче стало. Приехав к дому, он меня взял на руки и понес в квартиру. На пороге он отпустил меня. Я вошла и остановилась. Не оборачиваясь сказала:

– Спасибо за доставку на дом.

Марат подошел ко мне и уткнулся мне в затылок.

– Маруся, нам надо поговорить.

– Спасибо, я в ваших услугах больше не нуждаюсь, всего доброго.

Я развернулась, не глядя на него вытолкнула его за дверь и захлопнула. Ушла в самую дальнюю комнату и стала собирать вещи. Раздался звонок телефона. Ириска.

– Маруся, ты где?

– Я дома, вещи собираю.

– А Марат где?

– Домой ушел.

Оказывается, когда Марат увез меня на машине, Ириска следовала за нами, но потом застряла на светофоре, и приехала к дому значительно позже. Марат уже уехал. Ириска поднялась наверх, помогла собрать мне вещи, подхватив Барсика погрузились в ее машину.

– Если кому-нибудь скажешь, где я сейчас живу, ты мне больше не подруга. Поняла? – спросила я угрожающе.

– Да, поняла я, чего не понять то.

Я уже была на восьмом месяце. Беременность проходила хорошо. Правда было очень тяжело передвигаться по дому, места мало. Я же толстая, ужас. Ириска приезжает раз в две недели и только охает. Жить на природе сплошное удовольствие. Соседи помогают, то воду принесут, то дров наколют. Для всех я вдова. В деревне не поймут, что я мать– одиночка. Ну и я, чтобы не травмировать их психику, сказала, что вдова, а муж погиб, защищая Родину. В общем живу очень даже не плохо. Я уже и приданного наготовила деткам, и имена придумала. Рожать собираюсь в местной больнице, тут не далеко, даже пешком можно дойти. Если честно, было очень страшно. Безумно страшно рожать. А еще страшнее, была мысль, если я умру при родах, что будет с моими детками. Я на всякий случай приготовила письмо и отдала его Ириске.

– Ириска, ты это письмо спрячь, не читай. Потом вскроешь ежели чего.

– Маруся, не темни, что это.

– Обещай, что откроешь, если я умру. Обещаешь?

Ириска конечно же заревела, ну и я вместе с ней. Но твердо пообещала, что все исполнит.

Сегодня я планировала приготовить кроватку. Тут неожиданно меня пронзила боль. Низ потянуло. Все началось. Меня предупреждали, что с двойней такое может случиться запросто. Вроде бы обошлось. Ложные схватки. Я утерла лоб и села на диван. Тут я услышала, как подъехала машина. Ириска! Я улыбнулась.

– Привет, моя толстушка! Как поживаешь? Я тебе тут продуктов привезла. Я спешу, очень-очень. Ты забыла, что беру отпуск на твои роды и отрабатываю трудодни. Все я побежала. Чмоки.

Ириска умчалась. Я улыбнулась. Какая все-таки у меня подруга. Я стала разбирать сумки. Тут я опять услышала звук подъезжающей машины.

– Ириска, ты чего-то забыла? – спросила я, открывая дверь.

На пороге стоял Марат с букетом ромашек. Я попятилась назад. Сзади была стена, и я уперлась в нее спиной. Он подошел ко мне.

– Маруся, сколько можно просить тебя, не убегай от меня, – прошептал он.

Он опустил взгляд и глаза его удивленно расширились. Я была как баржа, нет, как слониха. Это я и так прекрасно знала. Я вздернула подбородок и пошла в комнату. Уселась на диван, под спину привычным жестом затолкала подушки, ноги положила на маленькую скамеечку. Дети разбушевались, и если приглядеться, то было видно, как мой живот ходил волной. При особо болезненных толчках, я морщилась и стонала.

– Тебе плохо? – обеспокоенно спросил Марат.

– Дети толкаются.

Марат сглотнул, подошел ко мне и присел на корточки.

– Можно? – протянув руку к моему животу.

Я кивнула. Марат осторожно положил руку на мой живот, и кто-то из малышей пнул пяткой. От неожиданности он одернул руку. Я рассмеялась. Марат улыбнулся такой мальчишеской улыбкой, что у меня защемило сердце и засвербело в носу. Я оголила живот, и Марат увидел мой вздувшийся пупок. Его ноздри затрепетали от едва сдерживаемых чувств. Один из малышей приложил ручку изнутри. Марат аж рот открыл от удивления, он наклонился и поцеловал мой живот. Я покраснела и одернула кофту.

– Чай будешь? – спросила я.

– Я бы покушал, если можно. Не ел несколько дней.

Я удивленно на него посмотрела, но ничего не сказала.

– Надо сходить за водой, на колодец.

Я показала ему, где ведра, и объяснила, как найти. Марат ушел, я выдохнула. Как он меня нашел? Ириска? Не верю. Она не могла. Загадка.

Несколько месяцев назад.

Марат на следующий день, вновь пришел к Маруси, дверь никто не открывал. И так уже пятый день подряд, как будто не было никого дома. Но неожиданно открылась дверь, какой-то мужик в трусах смотрел на Марата весьма подозрительно.

– Марусю, можно?

– Почему бы и нет, а кто это? – спросил мужик.

– Хозяйка этой квартиры.

– А, эта. Так она уже не хозяйка, мы же квартиру купили.

– А где Маруся?

– Дык уехала. Продала и уехала.

Мужик захлопнул дверь. Марат еще постоял, и пошел к машине. Маруся, как и обещала, убежала и спряталась. Где же ты, моя маленькая? Как же мне тебя найти? Нужно найти Ириску, она должна знать. А как найти Ириску и вообще, как ее зовут? Марат ничего не знал, он даже не счел нужным познакомиться то с Ириской. Думай, Марат, думай. Марат вернулся в подъезд и стал обходить все квартиры, расспрашивая об Маруси и ее подруге Ириски. Безрезультатно. Марат еще раз позвонил в квартиру Маруси.

– Чего вам, – грубо спросил новый владелец.

– Подскажите пожалуйста, а вы квартиру через риелтора покупали?

Марату с трудом, но удалось заполучить номер. Он поспешил домой. По дороге набирал телефон, но абонент был недоступен. Дозвонился Марат только через неделю. Но риелтора не было в стране, отдыхал в Индии, в Москву прилетит только через месяц. Марат тихо сходил с ума это месяц от без известности. Все ли хорошо с Марусей, с ребенком? Через месяц у него был телефон Ириски.

– Ириска, это Марат.

– Что тебе?

– Где Маруся?

– В Караганде!

Ириска бросила трубку, и больше уже не брала. Марат звонил с других номеров, но Ириска, едва услышав его голос, тут же отключалась. Тогда он попробовал выяснить по номеру телефона владельца и адрес. Это стоило ему еще несколько недель. И вот, вечером, среди недели, Марат приехал к Ириске домой. Позвонил в дверь. Ириска открыла дверь.

– Ты настойчивый.

Ириска прошла в комнату, Марат вслед, по дороге осматривая все вокруг.

– Ее здесь нет. И не было.

– Почему Маруся продала квартиру? Сбежала от меня?

– Ох вы мужики, думаете мир вращается вокруг вас?

– Тогда почему?

– Ей нужны деньги, она же осталась без средств к существованию, скоро и детки появятся.

– Детки?

– Ты, что, ничего не знаешь?

– О чем?

– Ты хоть помнишь, где в тот день она была?

– Я ее отвез в больницу на УЗИ.

– Браво! Она узнала новость, с которой побежала к тебе, чтобы поделиться. А ты там со своей длинноногой ланью отдыхал. Ей сказал в тот день врач, что у нее двое малышей. Мальчик и девочка. У вас двойняшки или близнецы.

– Чтоо? – Марат сел и схватился за голову.

– Хреново тебе, да? А как думаешь ей было? Когда ты там в кабинете? А она тебя так любила, а помнишь, как кровь струилась по ее ногам? Помнишь?

Ириска глянула на Марата. Он как будто съеживался на ее глазах.

– Ничего не было, поверь хоть ты мне, – прохрипел он, – я люблю Марусю, больше жизни. Она моя звездочка, она мое солнышко.

– Рассказывай, – попросила она.

Марат рассказал, как все было. Ириска молчала.

– Я даже не знаю, что сказать. Маруся она такая … если я скажу, где она, она перестанет со мной дружить. И ведь сделает, я ее знаю. Подожди, у меня что-то для тебя есть.

Ириска вышла из комнаты и вернулась с письмом.

– Маруся передала мне конверт, в нем была два письма: одно мне, другое тебе. Письмо она велела, мне распечатать, в случае ее смерти. Да не бледней, жива она, с ней и с детьми все хорошо. Просто я не утерпела и вскрыла, свое я прочла, твое нет. Читай.

Марат сел в кресло, руки тряслись. Вскрыл письмо и начал читать

«Здравствуй, Марат! Если ты читаешь это письмо, значит я умерла. Жаль, что я не успела, увидеть, как растут мои дети.

Я хочу сказать тебе, что я любила тебя до последнего вздоха. Я как кошка, которой хотелось слизать все сливки, помнишь? Мне жаль, что я не стала для тебя твоей мечтой. Я прощаю тебя и Диану, я вам желаю счастья и любви.

P.s. Если Диана будет против, не отдавайте наших детей в детский дом. Если они вам не нужны, их есть кому забрать и воспитать. Прощай.»

Марат несколько раз прочитал письмо.

– Что в твоем? – Ириска протянула ему свое.

«Ириска, подруженька моя милая, здравствуй! Я умерла, и значит не могу позаботиться о моих крошках. Кроме тебя, мне больше не к кому обратиться. Я умоляю тебя, не оставляй моих деток! Если Марат откажется от них, не позволяй их забрать в детский дом. Заклинаю тебя. Твоя Маруся!»

– Что это? Как это понимать?

– Я сама не знаю. Маруся, очень боится, что с ней что-нибудь случиться. Ты бы ее видел, она такая огромная и еле передвигается.

– Ириска, скажи мне, где она! Я умоляю тебя?!

– Ззавтра, я еду к ней, повезу продукты, – лукаво сказал она.

Вот так Марат оказался под дверью Маруси.

Марат шел с ведрами за водой. У колодца толпился народ. Подойдя, поздоровался. Местные тут же задали вопросы:

– А вы к кому пожаловали? А зачем?

– Я к Маруси в гости приехал.

– К вдовице то? Ох, хороша девка, жаль, что одинокая, а еще с двумя дитями.

Марат, наполнив ведра, и вернулся в дом. Я уже накрыла на стол.

– Садись.

– А ты?

– А нам много вредно есть, мы и так лишний вес набрали.

Опираясь о стол, я стала растирать поясницу. И нога отнимается. Опять, наверное, седалищный нерв защемило. До тянуть бы до родов. Тут я вспомнила о Марате. Он наблюдал за мной, при этом сметая все подряд. Я села на диван.

– Ты чего приехал то?

– К тебе.

– Как тебя Диана то отпустила.

– Нет и никогда не было никакой Дианы.

– Понятно.

Марат соскочил, подошел ко мне, взял меня на руки, посадил к себе на колени.

– Маруся, маленькая моя. Я тебя люблю, только тебя. Ну еще и этих, хулиганов, – и Марат улыбаясь провел рукой по моему животу.

Я посмотрела на него, попыталась встать, но он не отпускал меня.

– Я сейчас заплачу, отпусти меня, – прошептала я.

Он наклонился ко мне, чмокнула меня в нос, и отпустил. Я ушла в свою спальню легла на кровать, и стала делать дыхательные упражнения, чтобы расслабить тонус матки.

Мне очень хотелось ему верить. Я боялась довериться ему вновь, пережить еще раз такое не хотелось. Но у нас будут дети. Я одна не справлюсь. Не заметно я уснула. Проснувшись утром, я увидела сидящего Марата у кровати и смотревшего на меня.

– Ты чего?

– Ты такая красивая! Я так по тебе соскучился. Можно я полежу с тобой?

– Я в туалет хочу.

Марат подхватил меня на руки и отнес в туалет. Он стоял у дверей, и ждал, когда я выйду. Мне было очень неловко.

– Поговорим?

– Давай.

– Расскажи мне все. Абсолютно все.

Марат рассказал о том, как влюбился в меня, тогда на платформе. С того самого момента, он решил, что я стану его женой. А я все время от него бегаю, а он меня ищет. И про Диану.

Я поверила, поверила каждому его слову. Я подошла к нему, обхватила его руками:

– Прости меня. Я тебя люблю.

Марат встал перед мной на колени, мой живот не давал прижаться к нему.

– Мне нельзя целоваться, – прошептала я.

– Почему?

– Если ты начнешь меня целовать, я приду в возбуждение, и тонус матки повыситься. Меня же зашили.

– Что значит зашили?

– Меня тогда зашили, чтобы дети не выпали.

Марат обнял меня.

– Маленькая моя, у тебя из-за меня столько мучений.

– Все хорошо, правда.

Но в душе я такой уверенности не чувствовала. Марат гладил меня по животу, и я расслабилась. Вдруг меня пронзила резкая боль. А вскрикнула. Марат почувствовал, что мой живот напрягся.

– Началось, – еле смогла я выговорить, – в больницу пошли.

Марат подхватил меня на руки, и понес к машине. Через 10 минут меня уже везли в родовую. Я никогда не испытывала такой боли! Я кричала, материлась, грозила. Марат был возле меня, не уходя от меня ни на минуту.

– Прости меня, – рыдала я, – если я умру, поклянись, что не бросишь детей! Клянись!

Марат обещал мне все! Слезы облегчения струились по моим щекам. Пришел врач, Марата выставили из родильной. Я осталась одна с этой болью.

Уже прошло несколько часов, я охрипла, у меня не было больше сил. И вот мой первый малыш появился на свет. Мой сыночек, мое золотко. А следом появилась его сестренка, моя доченька, моя принцесса. И я потеряла сознание. Когда я пришла в себя, я была одна в палате. Через некоторое время заглянула медсестра, увидев, что я очнулась, вышла в коридор. В палату вошел Марат, с двумя кульками. Лицо его сияло, улыбка от уха до уха.

– Маруся, посмотри, какие они чудесные. Спасибо тебе родная, – Марат наклонился и чмокнул меня в нос.

Я взяла сначала одного ребенка, потом другого. Хотела устроиться на кровати получше, но не смогла пошевелить ногами.

– Марат, забери детей и позови врача.

– Что случилось, Маруся?

– Я не чувствую ног.

Я лежала в лучшей клинике города, меня обследовали врачи, приехавшие из Москвы. К сожалению, никто ничего не мог объяснить. Я никогда не смогу ходить. Марат очень сердиться на меня за такие слова. Он убежден, что это случилось у меня на нервной почве. Я печально улыбаюсь, и стараюсь не раскисать.

Тогда, два месяца назад, когда в роддоме я не смогла пошевелить ногами, Марат проявил себя как истинный полководец во время войны. Он не растерялся, организовал круглосуточное наблюдение за детьми и осмотр меня местными врачами. Когда это не дало результата, он организовал перевозку меня и детей в город. Дети находились при мне, но в помощь был выделен медперсонал. Кормила я своих детей грудью, а вот обихаживать не могла. Марат привез лучших врачей из Москвы. Меня осмотрели со всех сторон, и только развели руками.

– Маруся, маленькая моя, завтра нас выписывают. Едем домой.

– Я же продала квартиру?! Куда мы поедем, на дачу?

– Ну, ты думаешь, я бездомный? Мы едем ко мне домой, в наш новый дом.

На следующий день меня с детьми встречал Марат, с неизменным букетом ромашек, и Ириска. Дом у Марата был большим, двухэтажный, с садом.

– Марат, ты и правда богат? – спросила я испуганно.

– Я же тебе говорил, не поверила?

– А почему тогда жил у меня? В моей старенькой квартире, когда у тебя такой великолепный дом?

– Потому что тебе было так удобнее, маленькая моя. Ты и так все время от меня убегала. Я вообще боялся лишнее тебе говорить.

– Сейчас уже мне не убежать.

– Ты даже не представляешь, как я рад этому факту. Но зная тебя, не удивлюсь, что при желании можешь и уползти.

Я засмеялась. Если честно, несмотря на мое плачевное состояние, я была безумно счастлива. Со мной был рядом любящий меня мужчина и мои детки. Мы решили назвать их Руслан и Людмила.

Марат как всегда внес меня в дом на руках. Ириска с детьми следовала за нами. Она даже рот открыла от удивления, дом просто завораживал.

– Марат, посмотри на меня, – попросила я, – ты же понимаешь, что я могу жить и в более скромных условиях? И вот эта роскошь она не к чему?

– Предлагаешь все выкинуть?

– Нет, конечно. Я хочу сказать, что я тебя люблю. Несмотря на то, что ты чертовски богат. Кстати, если бы я об этом узнала раньше, я бы от тебя не бегала, – лукаво сказал я.

Марат рассмеялся и чмокнул меня в нос.

– Маруся, жить все мы будем на первом этаже, я уже все подготовил. Нашу спальню и детскую тоже. Тебе будет проще перемещаться на коляске.

– На коляске?

– А как ты думала передвигаться по дому? Я конечно люблю тебя носить на руках, но я же не всегда буду под рукой? Поэтому я приобрел для тебя супер машину.

Он посадил меня на диван, и откуда-то прикатил инвалидную коляску. Тут же усадил меня в нее, и стал показывать, как ею управлять. Действительно, супер машина. Я ее опробовала, даже с детьми покаталась по первому этажу, осматривая помещения. Вечером, Марат мне все показал на втором этаже.

– Маленькая моя, завтра придут кандидаты на собеседование, няни для наших детей.

– Ты думаешь я не справлюсь с ним?

– Ты то? Ты у меня справишься с чем угодно. Но не забывай, нам предстоит твоя реабилитация. Поэтому, у тебя просто не будет слишком много свободного времени. Не спорь, через год бегать будешь.

Я со слезами на глазах, смотрела на Марата.

– Наклонись, пожалуйста, – прошептала я.

Марат присел перед домой, я притянула его лицо и осыпала поцелуями. Марат, не содержась, стал целовать меня в ответ, все страстнее и страстнее. Потом подхватил меня и понес меня в спальню. И могу вам сказать, что ноги хоть у меня и не шевелиться, все остальное в полном порядке. А с учетом того, что с момента нашей интимной близости прошло времени не мало, то кровать мы чуть не сломали, точно!

– У тебя кто-то был? – спросила я, и тут же пожалела о вопросе.

Марат навис надо мной, оперившись на руки.

– Маруся, моя Маруся! Во-первых, после проведенной ночи с тобой, первой нашей ночи, в санатории, я в принципе и не думал о других женщинах. Ты же меня заворожила и приворожила. В– вторых, скажи на милость, когда? Я же за тобой бегаю, уже целый год. Я только зазеваюсь, а тебя и нет. Маруся, пообещай мне, что никогда от меня не уйдешь?

– Обещаю! Даже если выгонять будешь.

– Значит, выйдешь за меня замуж?

– Нет.

– Нет?! Почему?

– Я не хочу, чтобы ты связал свою жизнь с женщиной– калекой. Я пойму, если решишь меня оставить.

Марат, жестко взял меня за подбородок, и впился в меня взглядом. Он говорил четко и отрывисто.

– Ты не калека. Ты, моя любимая женщина, мать моих детей, и ты станешь моей женой. Я от тебя никуда не уйду и тебе не позволю. Уяснила?

– Да.

– Выйдешь за меня замуж?

– Нет.

– Маруся!!!

– Марат, я выйду за тебя замуж тогда, когда смогу на собственных ногах, сама дойти до ЗАГСА.

– Клянешься?

– Да

– Хорошо.

Марат откатился от меня в сторону, встал, надел брюки и сказал.

– Готовься к свадьбе, маленькая моя, ты у меня побежишь в ЗАГС.

Он наклонился, чмокнул меня в нос и вышел из спальни. Марат оптимист. Он верит, что я буду ходить. Почему же я не уверена? Я всегда не верила Марату, но он всегда оказывался прав? Может пора прекратить? Если он верит, значит смогу и я. Все решено, я буду ходить, и все сделаю для этого.

Проводить отбор няни для ребенка, это оказалась не таким плевым делом. Почему-то в основном это были молодые девушки, весьма приятной наружности. Я проводила собеседования сама, Марат только время от времени заглядывал в комнату. И я заметила, что в его присутствии, барышни тут же преображались. Глаза блестели, голос становился медовым. Короче, я всех забраковала.

– Маруся, что не так с ними? Вроде бы нормальные няни, и рекомендации хорошие.

Я сидела на кровати, а Марат массажировал мне ноги. Я отвела глаз, и запыхтела.

– Маруся! Ну, колись в чем дело?

– Ну, они слишком молоды. И красивы, – я опустила голову и залилась краской. Потом я вздернула подбородок и выпалила, – Я ревную, доволен?

Марат самодовольно улыбнулся.

– Тогда надо будет внести корректировку в возрасте няни. 35 лет? Нет? 45? Тоже нет? 55?

Я закивала, 55 лет самое то.

Спустя несколько дней, мы выбрали идеальную кандидатуру. Антонина Федоровна, оказалась очень симпатичной, опрятной и доброй женщиной. Этакий вариант Мери Поппинс в возрасте. Ее комната располагалась рядом с детской. Я могла быть теперь спокойна за моих деток. Опять же у меня была в ее лице постоянная компания. Остальные, кто следил за домом и готовил нам обед, были приходящими работниками.

Я практически не видела Марата, он сказал, что ему нужно срочно уладить какие-то дела на работе. Я ужасно скучала. Однажды в дверь не раздался звонок. Я уже умело обращалась с коляской, и открыла дверь сама. На пороге стояла пожилая дама. Очень ухоженная, и очень красивая. За ее спиной я разглядела еще две женские фигуры.

– Добрый день! Чем могу вам помочь? – вежлива поинтересовалась я.

– На сколько я знаю, это дом моего сына, Марата Юсупова, произнесла дама и решительно вошла в дом. Следом за ней прошествовали две юные девушки.

Сказать, что я офигела, это как– то даже не совсем бы выразило все мои чувства.

– Где мой сын? Хотя, я полагаю он на работе? А вы кто? Прислуга? Хотя, на инвалидном кресле от вас мало толку.

Я проехала в комнату вслед за ними. Ах, Марат, ах поросенок. И словом не обмолвился о своей семье. Хотя я тоже хороша, ни разу не спросила. Сама виновата, что нахожусь в таком глупейшем положении. Тут я услыхала, что захныкали дети. Время кормить.

– Что это? Я слышу плач детей? Что вообще здесь происходит? – чуть не крича, возмущалась дама.

– Мама, успокойся, скоро придет Марат, и все объяснит. Присядь, тебе нельзя волноваться, – сказала одна из девушек.

Так, значит, у нас есть еще и сестра. Все чудесатее и чудесатее, говорила вроде бы Алиса из Зазеркалья. В комнату вошла Антонина Федоровна.

– Маруся, пора кормить детей.

– Прошу прощения, меня ждут мои дети. Антонио Федоровна, вы не могли бы организовать чай для наших гостей?

И я если честно, с огромной радостью покинула гостиную. Дети отвлекли мое внимание настолько, что я не заметила, как приехал Марат.

– Маруся, я дом! – воскликнул Марат, и тут он увидел неожиданных гостей.

– Мама, Лиля, Альбина! Какой сюрприз! Почему вы не предупредили, что прилетает?

– Марат, дорогой, ты почти год с нами не общаешься. Мы волновались, – произнесла мать Марата, Ангелина Рашидовна.

– Братец, ты стал неуловим, – подошла к Марату, его сестра Лиля, – ты не против, что Альбина тоже приехала с нами. Я решила, что тебе будет приятно с ней повидаться, вы были когда-то очень близки?!

Марат в былые времена ухаживал за Альбиной, но ничего серьёзного, сплошной флирт, походы театры, клубы. Альбина очень любила тусоваться, обожала вечеринки.

– Сын, кто эта женщина в инвалидной коляске, для прислуги она себя вызывающе ведет!

– Мама, девушки, я вас провожу в ваши комнаты, вы отдохнете, переоденетесь. И я вам потом все расскажу. Прошу вас.

Марат разместил гостей на втором этаже. Его мысли лихорадочно работали, как все объяснить Маруси. Нет, он не переживал за своих родственников, которые однозначно не придут в восторг от новостей, и Марат подозревал, что мама будет скандалить. Марата беспокоила Маруся, он не мог представить реакцию Маруси. Раньше бы она не задумываясь смылась в неизвестном направлении.

Мы с Антониной Федоровной уложили детей спать, и я была свободна. Я слышала, что в гостиной разговаривают, и я поняла, что Марат уже дома. Я не торопилась выйти к нему. Я была спокойна. Конечно, для меня знакомство с семьей Марата было неожиданно, тем более сейчас. Я– то надеялась, что, когда смогу ходить, тогда и предстану в полной красе, а вышло вот так. Ладно, будем решать проблемы, по мере поступления.

В детскую вошел Марат, и смущенно смотрел на меня. Я подъехала к нему, взяла его за руку.

– Дети уснули, пойдем в спальню, – прошептала я.

В спальне я поманила его пальцем, он наклонился ко мне. Я поцеловала его со всей страстью.

– Я хочу тебя.

Марат удивленно на меня уставился, на его веку, это было впервые, когда я проявила подобную инициативу. Он тут же подхватил меня на руки и отнес в кровать.

– Маруся, прости меня. Я тебе ничего не сказал, – виновато произнес Марат.

– Любимый, послушай меня. Я тебе сразу сказала, что я не подхожу тебе. Ты не сдавался. Думаешь, сейчас я отступлюсь? После всего, что мы пережили?

– Маленькая моя!

Мы еще задержались в спальне. В гостиную Марат вынес меня на руках, усадил меня в кресло.

– Позвольте представить, Маруся Калинина, моя любимая женщина и будущая жена.

В гостиную вышла Антонина Федоровна, на руках у нее были наши дети. Руслана дали мне, а Людмилу взял Марат.

– А это наши дети, Руслан и Людмила.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Но дети не могли себя спокойно вести, они требовали внимания.

– Марат, можно поговорить с тобой наедине? – спросила Ангелина Рашидовна.

– Мама, у меня от Маруси нет секретов, ты можешь говорить все в слух.

– Хорошо, раз ты настаиваешь. Мы надеялись, что ты найдешь себе девушку из нашего круга, истинную мусульманку, придерживаясь наших традиций. Маруся, простите, вам сколько лет? Я полагаю уже за 30? И дети? Вы даже не в браке? Сын, я требую объяснений.

– Антонина Федоровна, прошу Вас заберите детей.

Марат дождался, когда унесут детей, подошел к креслу, подхватил меня на руки, сам сел и посадил меня на свои колени. Ну и естественно чмокнул в нос. Я улыбнулась.

– Мама, ты не можешь требовать, – мягко начал Марат, – я люблю Марусю, она любит меня, у нас двое замечательных ребятишек. Сейчас у Маруси проблемы с ногами, последствия родов. Как только она выздоровеет, мы сразу же поженимся. Этого вполне достаточно вам для понимания ситуация.

– Но Марат, – начала было Ангелина Рашидовна.

– Все, мама. Я сказал, что хотел. Воспринимай, как хочешь. Ты даже не захотела посмотреть на своих внуков. После обеда, я могу вас проводить в аэропорт.

– Ты нас выгоняешь? – побледнела мать.

– Марат, – схватила я его за руку.

– Я не позволю, в нашем доме оскорблять, унижать мою будущую жену и моих детей. Либо вы принимаете нас всех, как единое целое, либо мы прощаемся.

– Ты не оставляешь, мне выбора, – прошептала Ангелина Рашидовна и ушла к себе в комнату.

– Прикольно! Жизнь бьет ключом. Маруся, а я сестра Марата, Лиля, а это моя подруга Альбина.

Лиля подошла к нам и пожала мою руку. Альбина даже не пошевелилась. Она вообще весь вечер не сводила взгляда с Марата. Я даже заволновалась, не пора ли начинать ревновать? Потом усмехнулась про себя. Паникерша. Марат мой!

На следующий день, проводив Марата на работу, я сидела на кухне, завтракала. Вошла мама Марата.

– Доброе утро, – сказала я, улыбаясь, – не хотите ли позавтракать.

– Да, благодарю Вас.

Завтрак протекал в тишине. Мне собственно говорить не хотелось, так как все мысли были о мануальном терапевте. С сегодняшнего дня, это врач займется моими ногами. Марат сказал, что тот творит чудеса. Поэтому я волновалась, как перед первым свиданием.

– Маруся, – обратилась Ангелина Рашидовна, я могу повидать своих внуков?

– Конечно, вы закончили? Следуйте за мной.

Я покатилась в детскую. Там мои деточки уже проснулись, Антонина Федоровна заканчивала утренний туалет.

– Кто это к нам приехал? Наша мамочка? Кормить нас пора, – засюсюкала няня, Маруся, кого первого?

– Давайте Руслана. Ангелина Рашидовна, Вы пока можете взять Милочку.

Будущая свекровь взяла мою дочку на руки, очень осторожно, но по мере рассматривания ребенка, ее лицо прояснялось и разглаживалось. Дело в том, что Людмила была копией Марата, а Руслан был весь в меня. Если мать Марата и сомневалась, что этого дети ее сына, то теперь все сомнения отпали. Когда я закончила кормить Руслана, она поменяла детей. И с таким же восторгом осматривала мальчика.

– Маруся, вы простите меня, вчера я не сдержалась.

– Не стоит извиняться. Еще не известно, как бы я повела себя на вашем месте усмехнулась я.

– У вас чудесные дети, улыбнулась мать Марата.

Накормив детей, я их оставила с новоиспеченной бабушкой и поехала в гостиную. Раздался звонок в дверь. На пороге стоял бог. Ну не в буквальном смысле, конечно. Стоял земной мужчина, но божественной красоты. Я даже рот открыла от удивления.

– Добрый день, я мануальный терапевт, Егор Иванович, – представилось божество.

– Проходите, – просипела я. Мы прошли в гостиную.

Я посмотрела на терапевта, и увидела его настороженный взгляд.

– Простите, что я на вас так уставилась, – засмеялась я, – я от неожиданности. Хотя вы, наверное, уже привыкли к подобным реакциям?

– Больше меня пугают реакции мужей, – горестно вздохнул Егор Иванович.

– Интересно, Марат вас видел? Удивлена, что он разрешил встретиться со мной в его отсутствие, ну да ладно, – ответила я, окончательно придя в себя. Мой Марат значительно красивее.

– Егор Иванович, я ваша пациентка. Следуйте за мной, для нас подготовлена комната.

В это время в гостиную спустились Лиля и Альбина. Увидев терапевта, обе открыли рот. Я, скрыв улыбку, поздоровалась, и поехала в комнату, которую по приказу Марата оборудовали специально для процедур. Егор Иванович проследовал за нами. Там он рекомендовал переодеться в удобную одежду, чтобы ноги при этом были оголены полностью. За ширмой я разделась, и осталась в футболке, которая прикрывали едва мою попу. Егор взял меня на руки и уложил на кушетку.

Марат вернулся с работы, в гостиной сидели Лиля и Альбина, и о чем– то оживленно беседовали.

– Привет, девчонки? А где мама?

– Мама с самого утра возиться с внуками, – ответила Лиля.

– Маруся тоже с ними?

Девушки переглянулись, и захихикали.

– Ну как сказать. Она в сопровождении как– то мужчины отправилась в комнату, в конце коридора, – не утерпела Альбина.

– Все верно, сегодня у нее первая процедуры. Это был мануальные терапевт, – подводил Марат.

– А ты его видел? – загадочно проговорила Лиля.

– А зачем мне на него смотреть? Мне его рекомендовали как лучшего терапевта в этой области. Да в чем дело то?

– Тебе конечно братик виднее, – промурлыкала Лиля, – но я бы с таким терапевтом тоже закрылась в комнате.

– Лиля, говори прямо, в чем дело?

– Сходи, посмотри, – ехидно ответила Альбина. Ее глаза блестели, щеки зарумянились. Вот сейчас Марат застукает свою клушу и вышвырнет ее. Альбина сама напросилась поехать с Лилей. Уже давно она вынашивала планы, женить на себе Марата. К сожалению, дотащить его до постели ей не удалось, иначе она бы первой родила ему детей. Сейчас конечно проблематично, но, если Марат прогонит эту…У нее появиться шанс.

Марат так и нечего не поняв, решил сам пойти в кабинет. Маруся лежала на спине полуголая, а над ней склонился мужчина. Глаза Марата сузились. Егор Иванович, поднял голову и в ужасе сглотнул, словно его застали за чем– то не приличным. Я лежала ничего не подозревая.

– Егор Иванович, я совершенно ничего не чувствую. Это нормально, – спросила я. И тут я услышала искаженный злостью голос Марата?

– А что ты должна интересно чувствовать?

Я открыла глаза, и едва успела ойкнуть, наблюдая как кулак Марата разрезая воздух впечатался в скулу терапевта. Мой терапевт рухнул, как подкошенный.

– Марат, – закричала я, – что ты творишь?

– Это ты, что творишь? – и выскочил из кабинета.

– Марат! Марат! – раздавался вслед мой голос.

Но Марат, ничего не видя и не слыша, так как пелена ревности красным туманом застила ему весь разум. Он выскочил из дома. Сел на крыльцо.

Я сидела на кушетке дура дурой. Вот ей– богу, хоть смейся, хоть реви. И что мне делать? Егор валяется на полу, я ему помочь не могу, Марат убежал в неизвестном направлении.

– Егор Иванович, голубчик, очнитесь, – пыталась я докричаться до терапевта. Ну, Марат, ну стервец. Я тебе устрою, бушевала я внутри.

Марат сидел на крыльце и размышлял. Он готов был убить этого красавчика. И как они могли, под крышей нашего дома! Так, стоп. А откуда этот красавчик вообще взялся? Так это, что терапевт? До Марат постепенно начало доходить, что на самом деле происходило в кабинете. Марат испугался. Маруся меня убьет. Марат ринулся обратно.

Я уже 15 минут сидела, я замерзла. Мысленно я уже перебила всю посуду. Тут в кабинет вошел Марат.

– Маруся, маленькая моя, прости меня, – каялся Марат.

Я молча указала на Егора Ивановича. Марат наклонился к нему и приподнял, похлопал по щекам.

– Эй, вы ту живы? Ау!

Егор Иванович, захлопал глазами. Посмотрел сначала на меня, потом на Марата и произнес.

– Я же говорил вам Маруся, в основном у меня проблемы с мужьями.

Марат проводил терапевта в гостиную, и поручил Лиле позаботиться о нем. Вернувшись, Марат уткнулся в мои колени.

– Прости! Я был не прав.

– Я замерзала, – процедила я.

Марат сбегал в спальню, принес плед и закутал меня.

– На кухню, ругаться.

Марат молча взял меня на руки и отнес на кухню. Там выставил перед мной тарелки разных видов. Он. Помнил, последнюю нашу разборку. Я приступила к битью. Хрясь тарелку.

– Ты мне не доверяешь, – сказала я, и бац вторую, – ты эгоист и самодур, – третья тарелка разбилась об пол. На десятой тарелки все взрослые домочадцы прибежали на шум. Марат дальше дверей никому не разрешил войти.

– Тссс, Маруся ругается, уже немножко осталось, – прошептал он.

А сам улыбается, как блин на празднике. Смешно ему. На двадцатой тарелке я уже выдохлась, так ка любимого мужчину уже ругать было не за что, закончила я представления на красивой ноте.

– Марат, я тебя люблю, – и хрясь об пол последнюю тарелку, и протянула к нему руки. Он тут же меня подхватил и отнес в спальню. Не буду рассказывать, но Марат заслужил прощения и не один раз.

Через некоторое время, все собрались в гостиной. Все нервно переглядывались, я же была безмятежна.

– Маруся, я забыл тебе сказать, что с завтрашнего дня я больше не буду работать. Вернее, я взял отпуск на один год.

– Марат, как же так, – забеспокоилась Ангелина Рашидовна, – у тебя же бизнес?

– Все под контролем, не переживай. Марат переплел свои пальцы с моими и поцеловал их.

– Но почему, – не унималась мать Марата.

– Потому что, мне требуется время для подготовки к свадьбе. Маруся обещала стать моей женой, в тот день, когда сама встанет на ноги. А поскольку, я хочу, чтобы женой она стала как можно скорее, мне потребуется все свободное время.

Я улыбалась. Меня распирало от счастья. Марат не сводил с меня взгляда. Мои губы прошептали «Я тебя люблю». Несмотря на роды и обездвиженность ног, моя фигура быстро обрела свою прежнюю форму. И вообще во мне появился какой– то внутренний свет. Ириска говорит, что это все благодаря взаимной любви, которая светилась во мне, и делала меня еще более прекрасной. В глазах Марата я всегда видела себя сказочной принцессой. Он единственный мог любить меня именно так.

– Марат, – произнесла я, – а как же быть с Егором Ивановичем?

– Я уже ему позвонил и извинился, – буркнул он, – завтра он придет на сеанс. Но я буду присутствовать!

– Ничего не имею против. Мне кажется, тебе надо научиться кое– чему у него, и потом будешь проделывать тоже самое со мной.

Марат моргнул, а потом захохотал.

– Мама, ну как эту девчонку, можно не любить, а?

Прошло шесть месяцев, и, если честно ничего не происходило. Ноги мои не хотели слушать меня. Массажи, иглотерапия, подводные процедуры и много всякого за это время мы испробовали. Но у меня даже пальчик не шевелился. Вечером, я сидела у окна и смотрела на дождь. Что же делать? Смириться? Я так устала. В спальню вошел Марат и опустился перед мной на колени. Я взъерошила ему волосы.

– Трудно тебе со мной? Я знаю, я твоя обуза, – горько сказала я, по моим щекам побежали слезы.

– Не смей, Маруся, не смей – ответил Марат и стиснул меня в объятьях.

Мы посидели так еще несколько минут. В дверь постучали. В комнату вошла Ангелина Рашидовна. Она в последнее время стала, частым гостем в нашем доме.

– Дети мои, я кое– что придумала. Вам нужно слетать в отпуск. Да– да, в самый настоящий отпуск, с пальмами и морем.

– Но как же дети, – спросила я.

– У них есть я, ну и разумеется, Антонина Федоровна. Мы прекрасно справимся без вас. Марат, что же ты молчишь?

– Я уже все обдумываю. Маруся, собирайся, завтра летим!

– Но как же билеты? Вещи!

– Билеты я сейчас закажу, в какую страну нам лелеять не принципиально, подберем, а вещи купим там.

Затем наклонился и зашептал мне на ушко:

– И вообще, я предпочитаю, чтобы ты была голой.

Вылетели конечно мы не завтра, а после завтра. Проблема возникла с моей коляской. Но Марат решил все вопросы и вот мы уже в самолете. Это мой первый полет в самолете, и мне все безумно интересно. Я как ребенок попросила посадить меня у окна, и верещала от удовольствия. Марат с улыбкой наблюдал за мной. По прилету, нас встроили и привезли в порт. Затем нас на катере доставили на небольшой остров, где мы с Маратом будем жить только вдвоем. Это было так классно. Хотя бы потому, что я не буду беспокоиться, что на Марата глазеют всякие девицы. И подозреваю, что и он преследовал такую же мысль. По песку на коляске ездить было не удобно, и Марат носил меня на руках. А море! Море, оно прекрасно. В воде я себя не чувствовала калекой. Моих ног было не видно, и я ощущала себя полноценным человеком. Мне нравилось заниматься любовь с Маратом в воде. По сколько нас никто не мог видеть, мы не сильно и скрывались. Марат ходил как мартовский кот.

– Марат, давай поговорим.

– О чем?

– О нашем будущем.

– Говори, а я послушаю.

– Мне кажется, все бесполезно. Нужно смириться. Хватит искать способы.

– Ты не хочешь стать моей женой?

– Ну при чем здесь это?

– Ты поставила условие. Передумала?

– Нет, я не передумала. Я очень хочу стать твоей женой, но я слишком тебя люблю, и не могу вынудить связать твою жизнь с калекой.

– Маруся, я тысячу раз говорил тебе, не смей так себя называть.

Марат вскочил, ноздри его раздувались. Он с трудом переносил подобные разговоры со мной. Сейчас он злился и ему нужно было успокоиться. Поэтому он побежал к морю. Сегодня был очень сильный шквалистый ветер, и мы сидели у бунгало. Вдруг один из зонтов от солнца сорвало и понесло в то место, где пробегал Марат. Он просто не успел среагировать, и железный наконечник у зонта ударил Марата по голове. Зонт ветром отнесло дальше, Марат упал в песок. За всем этим я наблюдала как в замедленной съемке.

– Нет! – я услышала дикий вопль. Это кричала я. Я бросилась к месту падения Марата, добежав до него, я трясущимися руками подняла его голову и положила к себе на коленки. По виску струилась кровь. Слезы капали на его лицо, я шептала его имя.

– Марат, очнись, мой любимый, я стану твоей женой. Марат, как только ты откроешь глаза, я сразу же стану твоей женой. Я клянусь. Марат!

Тут его веки дрогнули и раздался стон. Я показала ему на руке два пальца.

– Марат, милый, посмотри, сколько я пальцев тебе показываю.

– Два, – прохрипел он.

– А сейчас?

– Четыре.

– Ну слава богу, сотрясения нет. Я так испугалась.

– Эй, я все слышал, в чем ты клялась.

– Неужели?

Я улыбалась в полный рот. Какая же дура. Если Марат хочет, чтобы я стала его женой, значит стану. И правда, что я уперлась.

Вдруг Марат резко приподнялся.

– Марат, осторожно, тебе нельзя так резко вставать.

– Маруся, ты как оказалась возле меня?

– В смысле? Приехала.

– А где коляска?

Я растерянно оглянулась. Коляски поблизости не было. Коляска стояла у домика. Я перевела взгляда на Марата.

– Ничего не понимаю.

– Маруся, ты сама пришла ко мне?

– Я? Шутишь, у меня же ноги не шевелятся.

И тут я только ощутила, как мои ногти жутко пульсируют. Ощущение, как будто ногу отсидела. Такие мелкие иголочки впиваются во все сразу. Находясь в страхе за жизнь Марата, я даже не сразу поняла. А сейчас боль накатывала волнами, что я едва сдерживала крик. Неужели надежда есть?

– Ты выйдешь за меня замуж? – спросил Марат.

– Да! – ответила я.

Вы не ошиблись, я в ЗАГСе. И прямо сейчас я выхожу замуж за Марата. С того момента на пляже, прошло два месяца, и я действительно стою самостоятельно. На своих собственных ногах. Правда быстро устаю, но Марат как всегда подхватывает меня на руки. С первого дня знакомства, он носит меня на руках, прям одержимость какая– то. Но мне это нравиться. На свадьбе собрались только родные и близкие, человек сто. Я безумно красивая невеста. В настоящем белом платье, с длинным шлейфом, и открытыми плечами. Фата струиться за спиной. А на лице улыбка счастья. Хотя с лица Марат тоже не сходит блаженная улыбочка. Он ни на минуту не отпускает меня от себя. Пардон, но даже в туалет он идет со мной. С тех пор, как я стала вставать на ноги, спал он исключительно на кровати с краю. Боялся, что я сбегу в неизвестном направлении. Я и посуду била, и уговаривала, и клялась, но его невозможно было переубедить.

– Предупрежден, значит вооружен.

Вот таков был его ответ. И я отступилась.

Марат подхватил меня на руки, и вынес в сад, где была сооружена беседка для новобрачных. Играла медленная музыка. Марат поставил меня на свои ноги, и мы стали танцевать.

– Маруся, я тебя люблю, до луны и обратно.

– А я тебя, Марат, люблю до самой дальней звездочки и обратно.

– Я люблю тебя до самой дальней Галактики и обратно.

Наши губы слились в страстно поцелуе. И можно было бесконечно перебирать расстояния в бескрайнем космосе, измеряя нашу любовь, но одно я могу сказать точно, что персидский поэт Хафиз Ширази был абсолютно прав!