Инопланетный разум планирует захватить Солнечную систему, но на планете Земля нарывается на русских … и сразу ВСЁ пошло не по плану …
Эпиграф
Их энтузиазму позавидует каждый …
– Окончен срок, звенит звонок! Здравствуйте ж!
Я говорю вам – здравствуйте! – пропев куплет, Сенька Керогаз лихо отбил чечётку и смачно плюнул в сторону, только что закрывшихся за ними лагерных ворот.
– Хе – хе, – хихикнул его подельник и кореш по жизни Вася Колесо.
Потом, хлопнув братана по плечу улыбаясь, сказал:
– Ты, Керогаз, рано танцуешь. Дыбани на небо, братан, дождик заходит, а до станции нам топать пять км. Пацаны говорили часа полтора ходу пёхом.
– Не писай, Вася, поймаем попутку и все дела! – беззаботно махнул рукой Сенька Керогаз.
В ответ Колесо смачно заржал.
– Ты чего? – удивился Керогаз.
– Ты рожу свою давно в зеркале видел? У тебя же на лбу написано – жулик! – продолжал хохотать Васька.
– Какой дурак тебе здесь остановится возле зоны, увидав наши с тобой уголовные фэйсы?
Почесав задумчиво затылок, Керогаз пробормотал:
– Да и хрен с ним, пешком дойдём, а если дождик лупанёт, то под деревом переждём.
И он махнул рукой на виднеющийся вдалеке лесочек.
Колесо тяжело выдохнул, подвёдя черту под их разговором:
– Главное свобода и пять пасок за плечами! Пойдём, Сеня, нас ждут великие дела!
И он первым затопал по пыльной дороге в сторону виднеющегося вдалеке лесочка, за которым, судя по рассказам бывалых зэков, которые уже раньше сидели на этой зоне, был небольшой рабочий посёлок и железнодорожная станция. С этой самой станции им предстояло отправиться на свободу с чистой совестью, как было написано на лагерных воротах.
Они бодро шагали по просёлку и, наконец, дошли до леса, за которым дорога круто сворачивала в сторону железки. У Керогаза было отличное настроение, и он рассуждал о перспективах вольной жизни: планировал дорогу на Москву, где они и собирались заняться делами…
Увидев поворот, Сеня устало вздохнул:
– Да… попутка бы нам не помешала … ноги они неказённые … это … это … эээээ …
Прямо перед ними над дорогой висела огромная летающая тарелка, какие показывают в кино про инопланетян.
Колесо, который бодро вышагивал рядом с другом, слушая его рассуждения, встал как вкопанный.
– Вот тебе и попутка, мать её … – пробормотал Васька, пятясь назад.
– Накаркал, Керогаз, падла!
В тарелке открылся люк, и оттуда ударил столб белого света…
Последнее, что заметил Сеня, это он летел в инопланетную тарелку вниз головой, а Колесо вперёд ногами, что было плохой приметой.
Летающая тарелка их встретила приветливо: был свет и мягкий пол, по которому Васька Колесо проехал юзом по инерции на спине, а сам Сеня Керогаз, кубарем пролетев метров пять, с разгону врезался в стену, Слава Богу, тоже мягкую. Оказалось, что плохая примета – это лететь в тарелку вниз головой, а не вперёд ногами, потому что Васька резво вскочил на ноги, а Керогаз, охая и держась за ушибленную шею, еле поднялся.
В большом зеленоватом коридоре уже стояли не путники с дороги, а два диких зверя. Колесо тряхнул правой рукой, и из рукава пиджака в раскрытую ладонь аккуратно легла рукоятка … раздался щелчок, и из зажатой уже в кулак ладони выскочило белое лезвие ножа.
– Ну, суки, … выходите, не тех вы взяли, гады, – прохрипел Васька, косясь на Керогаза, который, опустившись на одно колено, мотал головой и мычал что-то неразборчивое.
– Держись, братан, – Колесо крадущимся шагом мягко, как кошка, обошёл его, заслонив собой.
Неслышно отошла одна из стен, открыв другое большое помещение, и грубый синтезированный голос пророкотал:
– Заходите сюда, земляне, не бойтесь. С вами будут говорить, а не убивать.
Керогаз закашлялся, поднялся на ноги, и, искоса глянув на Колесо, коротко бросил:
– Перо убери. Базарить будем по ходу.
Лезвие ножа таким же чудесным образом исчезло из руки Васьки, как и появилось.
Они зашли в другое помещение, в котором уже были экраны на всю высоту стен. В глубине находилось кресло с пультом управления. Посередине этого большого зала стояло человекоподобное Существо фиолетового цвета, а вместо волос у него было что-то наподобие причёски из каких-то маленьких мерцающих всеми цветами приборчиков.
– Здравствуйте, земляне. Мы надеемся на сотрудничество, – пророкотало Существо.
Васька поморщился и пробормотал:
– А громкость убавить можно? Я не глухой, всё слышу.
– Можно, – неожиданно ответило Существо уже значительно тише.
– Во, другой базар, вооще, – Колесо довольно улыбнулся, и, обращаясь к другу, сказал:
– Нормальный чел, всё понимает, врубается с одного раза…
Но договорить ему не дал Керогаз, который внимательно осмотрел помещение и, перебив Ваську, спросил, показав в левый угол:
– А это кто?
Ответ последовал сразу:
– Инженер. Михаил. Город Санкт-Петербург. Не хочет сотрудничать.
Васька, присмотревшись, прошептал:
– Твою ж мать…
На стене висел человек, не подававший признаков жизни.
А фиолетовое Существо спросило, видя реакцию людей:
– Вы будете сотрудничать с инопланетным разумом?
Друзья переглянулись, потом Сеня Керогаз, пожав плечами, сказал:
– Да чо не сотрудничать? Мы за любой кипиш, кроме голодовки.
Васька хохотнул и развёл руками, показывая полное одобрение, сказанное другом.
Тогда заговорил инопланетянин:
– Я наблюдал за тем объектом, где вы находились и из которого вышли. Скажите мне: много ли учёных там находится?
Васька, глянув на Керогаза и поняв по его округлившимся глазам, что он ничего не понял, решил не спорить с инопланетянином и утвердительно кивнул:
– Много учёных. Под тысячу голов будет без охраны если, а с охраной, наверное, и поболее будет.
– Меня, как представителя одного из ведущих кланов учёных ИсИнов, интересует беседа только с учёными. Вы ведь тоже относитесь к этому сословию? – поинтересовался инопланетянин.
– Ну … мы … учёные…, – слегка неуверенно согласился Колесо.
– Здесь базара нет.
– Да он и не раз учёный, – поддакнул Керогаз.
– Менты учат, учат, а толка всё нет. По мелочам сам палится и других палит,– вздохнул Сенька.
– Мелочи в науке главное, коллега! Именно из мелочей, как вы говорите, и состоит вся наука, – пророкотал сразу возбудившийся синтезированный голос инопланетянина.
– А вот это точно! – обрадовался Керогаз.
– Подожди, подожди, – вмешался в разговор Вася Колесо.
–Это кто других палит? Ты чо здесь, Сеня, пургу несёшь. Меня выставляешь дешевым фраером перед этим фиолетовым авторитетом? Он, считай, в законе по их раскладам, а ты чо плетёшь? Попутал?
– Да ладно тебе, не буксуй! – махнул рукой Керогаз.
– Чё ты в натуре ведёшься на понты? Базар с человеком надо поддерживать? А тем общих нет. Он один хрен половину не понимает, что мы здесь ему втираем, так что угомонись, в натуре!
– Как это он не понимает? Я по – русски говорю. Всё он понимает! – возмутился Колесо.
– По – русски? – заржал Керогаз.
– Ты себя со стороны послушай, через слово феня. Мы на воле, Вася, … как с тобой на дело идти? Ты два слова сказал и спалил контору! Базар фильтруй! Выражайся культурно, Вася. А то тебя послушаешь и думаешь: на какой помойке ты воспитывался? Базаришь, как дешёвый баклан! Меняй пластинку, ты находишься в обществе приличных людей!
Чуть подумав и осознав правоту Керогаза, Васька сказал:
– Лады. Буду говорить на классическом русском языке.
А в ответ на скептическую ухмылку друга он развёл руками, поклонился и добавил:
– Как скажете – так и будет, монсеньёр, лишь бы базара не было!
Керогаз весело заржал, глядя на раскланивания Васьки Колеса, но тут вмешался инопланетянин:
– Я, действительно, не всё понимаю сказанное уважаемыми земными учёными, но общий смысл сказанного улавливаю, как сказали бы люди. По какому профилю науки лично вы работаете?
Васька Колесо озадаченно почесал подбородок:
– Ну, как сказать – то? Керогаз, он всё больше по катальным делам специалист: лоховатых обкатывает, психологией занимается, значит. Ну, а я – то специализирую по железу: замочки там разные … ну, и остальное прочее по мелочи.
Инопланетянина, видно, вполне удовлетворил ответ Васьки, потому что он спросил:
– А не может ли мне уважаемый Керогаз показать любой простейший эксперимент по человеческой психологии?
«Уважаемый Керогаз» немного подумал и, ухмыльнувшись, достал из кармана колоду карт:
– Отчего же не показать? Покажу… Смотри…
Колода, взлетев в воздух, веером прошлась по обоим рукам Сеньки, разложилась и сложилась несколько раз на руке, а потом также спокойно улеглась у него в ладони.
– Это простой эксперимент, – резюмировал инопланетянин.
– Сложнее! – потребовал он.
– Ну, лады. Будет тебе сложнее, – пробурчал Сеня, раскладывая колоду на полу.
– Смотри. Это туз, это король, это дама, это валет, это десят…
– Я понял, – прервал его инопланетянин.
– Я твои карты посчитал и считал все значения во время эксперимента. Какие – то есть у них ещё особенности?
– Силён, – уважительно пробурчал Васька, а Керогаз, усмехнувшись, ответил:
– Смотри … это бубни, это крести, это пики, это черва. Понял?
– Да. Понял. Показывай эксперимент! – приказал инопланетянин.
– Ну, лады, – Сенька опять усмехнулся и подмигнул инопланетянину.
Он собрал карты, перетасовал и кинул их веером рубашкой вверх.
– Смотри, уважаемый учёный, – усмехнувшись, он обратился к инопланетянину:
– Я тебе сейчас буду говорить, какую карту надо вытащить, а ты, не смотря, её будешь вытаскивать и отдавать мне. Понял?
– Понял! – пророкотал синтезированный голос.
Сенька ещё раз ухмыльнулся и задумчиво посмотрел на хозяина корабля:
–Вытащи – ка мне вальта крестей.
Инопланетянин, молча, ткнул в одну из карт. Керогаз взял её, посмотрел и, уставившись в глаза фиолетового Существа, зловещим голосом приказал:
– А теперь туза пик!
Инопланетянин невозмутимо ткнул в другую карту.
Керогаз быстро схватил её, глянул и завыл замогильным голосом:
– А теперь …. А теперь … крестовую шестёрку!
Инопланетянин показал на третью карту.
Керогаз вздохнул устало и вялым движением забрал её из колоды. Развернул все три карты, посмотрел их и выдохнул:
– Ну, а даму пик я возьму сам.
Быстрым движением, выхватив из колоды одну из карт, он открыл их и кинул перед инопланетянином.
Крестовый валет, туз пик, крестовая шестёрка и пиковая дама легли перед хозяином корабля…
Наступила тишина. Сенька насмешливо смотрел на молчавшего инопланетянина, и лишь Васька Колесо коротко хохотнул:
– Артист погорелого театра, детский садик, блин …
По волосам инопланетянина очень быстро забегали разноцветные огоньки. Наконец , он сказал:
– Как называется этот эксперимент?
– Гимнастика для ума, – не задумываясь, ответил Сеня.
– Показывай другой эксперимент с другими инструментами! – потребовал хозяин корабля.
Керогаз невозмутимо пожал плечами и развёл руки:
– Как скажешь, уважаемый. Эксперимент называется: игровой на внимательность.
Васька, предвкушая интересное зрелище, уселся поудобнее на пол и стал наблюдать, как Сенька разводит терпилу. А что инопланетянин попал по полной программе, он уже не сомневался и стал осматривать помещение, прикидывая, что ценного здесь можно выиграть…
Керогаз был в своей среде и вошёл в раж. Он артистическим движением собрал карты, а на их месте, прямо из ниоткуда, появились три напёрстка и шарик.
– Смотри внимательно, уважаемый, чтобы потом базара не было. Тебе надо угадать, под каким напёрстком шарик. Понял?
– Да!
– Ну, тогда поехали!
Шарик забегал по напёрсткам, то появляясь, то пропадая. Руки Сеньки замелькали, а он сам начал громко приговаривать:
– Кручу, верчу, запутать хочу!
Наконец, пляска напёрстков прекратилась, и Сенька, подняв глаза, ангельским голосом поинтересовался у инопланетянина:
– Где шарик?
Тот уверенно ткнул пальцем в правый напёрсток:
– Здесь! Это простой эксперимент!
Керогаз поднял правый напёрсток… Там было пусто …
Инопланетянин некоторое время взирал на пустоту под напёрстком, потом пророкотал:
– Где???
Сенька с лицом честнейшего человека на планете Земля, вздохнув с сожалением, поднял крайний левый напёрсток, под которым и оказался злополучный шарик …
– Сожалею, уважаемый, но вы проиграли.
И с невинным выражением на лице поинтересовался:
– Ещё партейку?
Волосы инопланетянина засверкали всеми цветами радуги, и он стал падать …
– Ты чо творишь, гад! – прошептал Колесо, забыв сразу классический русский язык, глядя на медленно заваливающегося инопланетянина.
– Ты ж его прикончил… смотри – инфаркт, по ходу, Фиолетового накрыл. Ты чо не мог дать ему выиграть по мелочи, придурок, чтоб он порадовался? Ты кого калпашишь по беспределу, Сеня? Это же инопланетянин… ! Рамсы попутал???
Сенька оторопело смотрел на упавшего, по которому пробегали, потрескивая, розовые молнии. Наконец , тот затих и перестал двигаться.
Васька, поднявшись с пола, осторожно подошёл к инопланетянину и потрогал его за лоб.
– Холодный… Кранты ! Ласты склеил, бедолага, видно, сердечко слабое совсем было, а здесь ты со своим «Кручу – верчу». Переволновался, короче,– поставил окончательный диагнос Васька Колесо.
– Вы можете меня освободить? – неожиданно послышался голос человека, висящего на стене.
– О-о? Живой…, – удивился Керогаз.
– А мы думали, что из тебя душу вынули эти гады. А ну глянь, Вася, что там у него за запоры.
Колесо улыбнулся, хмыкнул и достал из недр своего пиджака женскую заколку:
– Эх, замочки, мои замочики. Эх, родимые…
И бодрым шагом направился к прикованному человеку.
– Здесь сложная электроника, – предупредил пленник.
– Не дрейфь, инженер, Вася разберётся, – успокоил пленника Керогаз.
А через минуту что – то щёлкнуло, мигнуло, и инженер свалился на пол.
– Ну и всё, … делов – то… вставай, инженер, не ушибся? – довольный Васька начал поднимать с пола спасённого человека.
– А ты давно здесь висел, инженер? – поинтересовался Васька и тут же добавил:
– Я чо интересуюсь? Как отсюда выбираться будем? Фиолетовый – то скопытился, ну, а ты давний здесь пассажир, может знаешь, как двери открываются?
Колесо почесал озадаченно затылок и виновато признался:
– Понимаешь, Мишаня? Была бы дверь, я открыл бы, базара нет. Но здесь двери нет! Чо за прикол не врублюсь… Всё гладко. Может тайная пружина где есть? Ты, часом, не видел, как Фиолетовый на улицу выходил?
– В космос ты хочешь сказать? – улыбнулся Михаил, делая разминку затёкшего тела после длительного заточения на стене.
– Нет, ты не понял, Мишаня. В космос нам ни к чему. Они нас на полдороге к станции выхватили, а там поездов: раз – два и обчёлся. Наш через три часа проходит, – Васька показал на свои наручные часы.
– Прикинь? Если опоздаем, то всю ночь торчать придётся на этом полустанке долбанном.
Михаил, перестав делать разминку, подошёл к противоположной стене и поманил пальцем Васю Колесо. Показав пальцем в один из светящихся экранов, сказал:
– Вот это Земля, видишь?
Васька утвердительно кивнул, рассматривая голубую в облаках планету.
– А вот это Луна, видишь?
Васька опять кивнул. А подошедший Керогаз сказал:
– Короче, Мишаня, не разводи бодягу.
Инженер вздохнул и, показав на зелёный кружок между Землёй и Луной, сказал:
– А это мы.
– В плане, «мы»…? – начал было Васька, но осёкся и растерянно посмотрел на Керогаза.
Тот, осмыслив ситуацию, подозрительно смотря прямо в глаза Колесу, спросил:
– Вася? Честно скажи, двери точно не нашёл? А? Ты ничё здесь не нажимал, Вася? А то с тебя станется: выйти отлить на улицу. Скажи по чесноку, не нажимал кнопки?
Васька растерянно закрутил головой, смотря то на Михаила, то на Керогаза:
– Не нашёл, я говорю, ничего. Стены гладкие, ни шва, ни трещинки. Зуб дам, Сеня, ты чо в натуре?
В беседу вмешался Михаил и завершил разговор:
– Если бы он нашёл что-то, то мы бы уже замороженные в космосе плавали.
Керогаз хмыкнул и невесело подвёл итог:
– Успокоил называется… Что делать будем, господа арестанты?
– А чо арестанты – то сразу? – возмутился Колесо.
– А кто? – криво ухмыльнулся Керогаз.
– Как в карцере, Вася, одни стены и свет. А здесь даже ментов нет снаружи, чтобы двери открыть. Прикол в том, что нас с тобой никто искать не будет. Такие вот невесёлые дела, братэла.
– А вот меня уже третьи сутки ищут, всех на уши наверное подняли, сто процентов. Я окно открыл свежим воздухом подышать, вдруг белый свет … – и здесь, – вздохнул Михаил, а потом добавил.
– Меня ночью прямо с работы похитили. Я в Питере на «Заслоне» работал в ночную смену: следил за работой новой установки. Сейчас на Земле, наверное, все спецслужбы на ушах стоят, а мы в космосе висим.
– В космосе тебя точно искать не будут, – с сожалением поддакнул Васька.
– А то бы и нас с тобой нашли заодно, но как говорил мой знакомец …
Неожиданно в помещении мигнуло, и большой зеленоватый пульт управления окрасился в ярко – красный цвет.
– Что ещё за хрень? – рявкнул Керогаз, озираясь по сторонам.
– Мишаня? Ты инженер или кто? Чо за дела?
Михаил, который быстрым взглядом перебегал с одного экрана на другой, наконец, заговорил, показывая на тот же экран, возле которого они стояли:
– Мы тронулись с места. Летим.
– Куда? – подозрительно спокойно поинтересовался Керогаз.
– Ну, судя по этому экрану, – и Михаил показал на зелёный кружочек:
– В открытый космос, хотя … погодите… смотрите!
На экране появился большой красный квадрат рядом с Луной, который стал удаляться в противоположную сторону движения зелёного кружочка, а от их зелёного кружочка протянулась тонкая линия, которая упиралась в далёкое Солнце.
– И чо это такое? – поинтересовался невозмутимый Керогаз, показывая на обновившийся экран.
– Это? – криво усмехнулся Михаил.
– Это, парни, они нас дистанционно отправили на Солнце, хотят сжечь вместе с тарелкой.
Наступила гробовая тишина…
После продолжительного молчания Васька Колесо присвистнул:
– Нету тела, нету дела … Концы прячут козлы…
А Михаил поддакнул:
– А вот здесь ты прав, Вася. Красный большой квадрат, это их главный корабль. Они, видно, за Луной прятались всё время, а наша тарелка их корабль – разведчик.
– А куда они ломанули? – не понял Керогаз.
– По всем раскладам, они должны прилететь и нас мочить за Фиолетового, или к себе за Луну притянуть. Мы, по ходу, их тарелку захватили. Так? А они бросили всё и на лыжи встали…
– Братан? – вмешался Васька, обращаясь к Керогазу.
– На лыжи, когда встают? Когда большой шухер! Когда ловить нечего, а тебя могут взять или привалить. Так ведь?
Но видя, что Сеня ничего не понимает, он обратился к Михаилу:
– Я правильно толкую, инженер? Ты – то, в теме, здесь, учёный, не то что мы, хухры – мухры, залётные гастролёры. Я правильно говорю?
– Судя по тому, как они поступают, ты прав, – ответил Михаил.
– Что вы здесь тележите ? Философию развели, мать вашу!!! – заорал вдруг Керогаз.
И, схватив за грудки Михаила, быстро заговорил:
– Мишаня! Ты инженер, а мы с Колесом фраера по сравнению с тобой. Сейчас ты в законе! Разворачивай эту телегу на Землю, чо надо мы с Колесом поможем. Говори, что делать?
Ошарашенный таким напором, Михаил молча соображал, а потом пробормотал:
– Я попробую. Не мешайте мне.
Подойдя к пульту, который горел красным цветом, он сел в кресло пилота.
Керогаз, посмотрев на экран, где их тарелка уже миновала Луну и летела по направлению к Венере, пробормотал:
– Гадом буду, если выскочим живьём из этой делюги, завяжу. Колесо? Слышишь меня? Богом клянусь, завяжу.
Васька, посмотрев на друга, серьёзно кивнул:
– Я тоже Сеня, век воли не видать!
Они подошли сзади к пилотскому креслу и молча наблюдали за манипуляциями Михаила, а минут через десять пульт мигнул и приобрёл свой первоначальный зелёный цвет. Бледный Михаил, повернувшись к друзьям, улыбнувшись сказал:
– Сломал защиту. Я разобрался, парни, как эта штука работает, сейчас полетим назад …
… Смотря в большой обзорный монитор, на котором шарик Земли постепенно увеличивался, Сеня Керогаз мечтательно сказал:
– Вот отсижу срок, пойду на инженера учиться, как вон Мишаня буду.
Он кивнул на Михаила, который, услышав реплику, показал большой палец, не отрывая взгляд от экрана.
Васька тоже одобрительно покивал головой:
– Правильно, ученье свет, Сеня.
А потом, спохватившись, спросил:
– Это за что отсижу – то? Мы же уже отсидели! Ты, часом, не заболел, Керогаз? Ты чо несёшь???
– Хэ! – хмыкнул Сеня.
– А про жмурика забыл? – он кивнул на валявшегося у стенки инопланетянина.
И, смотря на озадаченное лицо кореша, начал загибать пальцы:
– Инопланетянина завалили, раз! Тарелку угнали – два! Похищение человека – три, это я про Мишаню, если ты не понял, Колесо. Менты сто пудов на нас делюгу эту повесят! Группой лиц ранее судимых по предварительному сговору – четыре! Пятнашка, Вася, как земля за колхозом, к доктору не ходи!
– Твою ж мать … ! – ахнул Колесо.
Потом, подумав, спросил с надеждой:
– А может обойдётся? А?
– Да как же оно обойдётся, Вася? – ухмыльнулся Керогаз.
– Ты думаешь, если мы приземлимся на этой штуковине, нас встречать делегация с цветами будет?
Наедут мигалки со всей страны, маски шоу и остальные прелести вплоть до вертолётов. А как увидят они Мишаню, которого все спецслужбы уже три дня ищут, а рядом с ним наши уголовные рожи и чо ты думаешь, они делать будут? А? Букет ромашек тебе подарят?
И Керогаз весело заржал, представляя, как спецназ по полной выкладке дарит Ваське Колесу букетик ромашек и раскланивается.
Осознавая сказанное другом, Колесо побледнел:
– Твою ж мать… вот это попадос … из огня да в полымя… Что за жизнь, всё как не у людей … Не прёт и всё! То попутная тарелка, то фиолетовый придурок, то чуть на Солнце не сгорели, а теперь менты опять. За что???
Михаил, который слышал весь разговор, повернулся к своим новым друзьям и, улыбаясь, сказал:
– Да не переживайте вы так. Ничего вам не будет. Это же не человек, а искусственный интеллект, робот проще, машина.
У Сеньки от удивления отвалилась челюсть, а Колесо выдохнул:
– Врёшь! … Робот?
И он удивлённо вытаращился на неподвижно лежавшего фиолетового инопланетянина.
– Да что врёшь – то? Я вам говорю: робот это. Просто человекообразный. Сгорел он, цепи перемкнуло от нелогичных ваших фокусов, вот и перегорел, обычное дело. А тем более не наша конструкция, а инопланетная. Это наших роботов на карточные фокусы не возьмешь, да и на напёрстки навряд ли. А этот видите: слабоват оказался в интеллектуальном плане. Недоработка, одним словом.
Колесо засмеялся:
– Слабоват оказался, говоришь? А ты знаешь, как у нас в зоне говорили? А? Избави Бог меня от ментов, от тюрьмы и от Сени Керогаза за карточным столом.
Васька подмигнул хмурому Сеньке, который молча слушал разглагольствования друга и продолжил:
– Да, если бы этот инопланетянин вовремя не сгорел, Керогаз выиграл бы у него и тарелку, и весь его Млечный Путь или что там у него было? Короче, неважно. Я тебе говорю, Мишаня, что инопланетянам крупно повезло, что этот фиолетовый сразу задымил и скопытился, это сто пудов! Век воли не видать!
– Хорош метлой мести! Не баклань! – разозлился Керогаз.
– Кстати, Вася? Я завязал, как и ты, между прочим. Забыл? Лучше подумай, что жевать будем на воле теперь? Я фуфло толкать Богу не буду. Здесь за базар конкретно отвечать надо. Так что надо думать теперь, как хлеб насущный добывать, не нарушая УКа, если, конечно, нас с тобой не прикроют …
Но Колесу не дал ответить Михаил, который, повернувшись к нашим жуликам, сидящим на полу, сказал:
– Да никто вас арестовывать не будет, ребята. Не будет никакой полиции, ни мигалок. Я разобрался в управлении этого корабля и посажу тарелку прямо на территории нашего института в Питере. А у нас там свои спецслужбы охраняют, так что вас никто не тронет, а, наоборот, скорее всего, наградят, а за тарелку сто процентов нам всем большая денежная премия причитается, и вы станете обеспеченными людьми. Поняли?
Колесо первым, осмыслив сказанное, только смог развести руками и сказал:
– Ну, в натуре, мы с тобой, Сеня, сняли банк! Вот это подфартило так подфартило!
– Да-а…, – протянул Керогаз.
– Житуха … Как всё было сложно, а в оконцовке всё оказалось проще пареной репы.
И он облегченно засмеялся …