«Это сборник моих размышлений, написанный в феврале 2018 года. В стихах и заметках я рассказываю о собственном экзистенциальном кризисе, об отсутствии ответов на главные вопросы – обо всём том, что так сильно волновало меня в тот период жизни. Получилась крайне личная и откровенная вещь». (Артур Дарра) Содержит нецензурную брань.
Февраль. Я сижу в своей съёмной комнате в городке у Чёрного моря и не хочу жить. Пытаюсь найти в Интернете психотерапевтические санатории, в которые я мог бы себя засунуть, только бы переключиться от своего текущего состояния и, наконец, сделать уже что-нибудь со всем этим.
В психиатрическую больницу – слишком лихо, на обычную консультацию к психологу – слишком мелко. Я понимаю, что полностью запутался и потерял всякий смысл к существованию. Экзистенциальная дыра во мне достигла просто ужасающих размеров.
Но что самое ужасное – мне совсем не с кем было поговорить об этом. Я не знал, к кому обратиться со своим запросом. Мне кажется, меня бы никто не понял и не захотел понимать. Только я начинал делиться своими переживаниями, люди сразу же начинали давать неработающие советы типа «Соберись», «Пробегись» и так далее, пытаясь сбить моё странно-запутанное состояние, отвлечь меня от него.
Но отвлечением не добиться исцеления. Не добиться и качественных изменений в жизни. Уж мне-то это хорошо известно, ведь что я только уже ни перепробовал.
И вот мои пальцы всё тыкают на клавиатуру смартфона, открываются сайты, но никаких доступных по цене и условиям вариантов. Либо чересчур дорогие, либо это узкоспециализированные учреждения, в которые мне бы уж точно не хотелось попасть.
Мне же требовалось что-то вроде санатория: для свободного пребывания возле красивой и спокойной природы, но под присмотром специалистов психологического направления. В таких условиях у меня мог появиться тот, с кем я мог бы систематически обсуждать, что меня гложет и не даёт покоя, и кто мог бы просто меня выслушать и, возможно, чем-то помочь. И всё это при том, что я сам – дипломированный психолог. Вот уж умора.
Но правда есть правда. Мне плохо, и я не знаю, что с этим делать. Я ощущаю, что моя личность рассеивается, растворяется, исчезает. Мне не за что зацепиться. В этой жизни меня буквально ничего уже не
Поиски санатория успехом не оканчиваются. Проходят дни. Я не знаю, что делать. Лёжа на кровати, листаю свой блокнот и попадаю на страницу с записью наподобие «Доделать сборник стихов». Осенью я начинал над ним работу, но так и не закончил. Уже февраль.
Эта мысль цепляется за мой мозг и оседает в нём. Сборник, думаю я. А ведь сборник – это прекрасная возможность наконец-то выплеснуть всё, что накопилось внутри. Ну, конечно, понимаю я. Нужно попробовать. К тому же наткнулся (как удачно!) на литературный конкурс в Интернете, в который принимали и поэзию. А это ещё дополнительный повод завершить работу над этой вещью.
Но я не поэт, понимаю я. До этого в основном писал романы, повести, рассказы – то есть прозаические произведения. Но, с другой стороны, раз осенью уже начал, должно же что-то получиться. Даже интересно, подумал я, что из всего этого выйдет.
Эта идея увлекла меня. И я стал работать. Сколько часов я провёл за этой работой, сказать не могу, но с того момента я стал подолгу засиживаться за ноутбуком в «ворде». Я извлекал из бумажного блокнота имеющиеся заметки, дневниковые записи и целиком погрузился в творческий процесс.
И вот теперь перед вами сборник стихов и эссе «Мир сошёл с меня», который вобрал в себя многое из того, что я на тот момент думал и чувствовал. Я много уделял внимания мелочам и качеству при создании этого небольшого сборника, но на самом деле в процессе творческого самовыражения не это главное. Главное – сам процесс, позволение себе проявить своё глубинное.
Тогда я ясно понимал, что крайне важно не убегать от своей правды, а признаваться себе в том, что на самом деле ты чувствуешь в данный период своей жизни. И не держать это в себе. Именно поэтому, когда не с кем поговорить, творчество – лучший друг и собеседник, лучший психолог и учитель.
Кто-то выбирает для этого рисование. Кто-то – танцы. А поскольку мне близка именно литература, я выбрал для себя хоть и не самый привычный, но всё же формат поэзии, приправленной короткими прозаическими набросками наподобие дневниковых записей.
На мой взгляд, как и написано в аннотации к сборнику, получилась крайне личная вещь.
Глубокого чтения.
Иногда я так хочу
Перестать существовать.
Не умереть.
А
Не сделать телу больно —
А лишь уснуть.
Не просыпаясь. Никогда. И нигде.
Нет ничего. И меня тоже нет.
Никто не грустит,
Никто не вспоминает,
Я тихонечко исчез, —
Без кармы и досады.
Такой вот диссидент,
Вселенский маргинал,
Оформил себе визу
В Несуществующую Даль.
Туда писем не пишут
И чувств не посылают,
«
И я спокоен.
Почему-то.
Но всё же –
Конечно,
Правда, всё ещё не исцелён —
Экзистенциальные метанья!
Ведь когда в пожаре чувств
Мысли в небо я вбиваю,
То Вселенский Интернет
Раз за разом отвечает:
«Вы желаете узнать столько чрезвычайно важного!
Что ж, ловите наш ответ:
Так много боли,
Так много сил уходит —
Смотреть, как погибает
Моя планета.
Дурь инквизиций —
Разных инстанций тайных,
И вот мы все в той яме,
Где нет просвета.
Плача, трясётся
Земля, в агонии бьётся:
Убили люди в себе людей!
(За ней – вендетта.)
Я так испёкся
Под психотронным солнцем
Паразитических идей.
(Пало «секретно».)
Стекают слёзы
Печалью с моего лица,
Я не вникаю,
Ведь суть всегда одна.
Этот мир сошёл с меня.
Быть может, однажды я сумею
Понять, чем манит меня тот город Сайлент Хилл,
Его туманы, внутренние звери,
И небо, в котором никогда не видно птиц.
Пожалуй, потому, что город —
И в этом его прелесть – есть полное отражение тебя.
Хочешь узнать себя поближе, кто ты?
Зажги фонарь, шагни в него, грядёт волна…
Весь город – ты. И в этом его прелесть.
Хочешь понять, познать себя –
На тех, кто населяет его, стены, улицы и ветры —
Так каковы они? Узри же, наконец, узри.
Насколько плотный и пугающий туман?
Насколько жуткие доносятся оттуда звуки?
Что ты зарыл в себе? Что спрятал ты в карман?
Чьи это тёмные, тянущиеся из земли руки?
Не отводи от страха своих глаз.
Почувствуй здешний воздух. Что впереди там прячется?
Соль – на твоих щеках, дышать не забывай:
Началась трансформация… Туман сгущается.
Есть ли в этом городе люди? Какие они?
С улыбками или грустью от боли?
Кто создал их? Ты сразу всё поймёшь.
Если начнёшь убегать – проиграешь.
Прогниёшь.
Лучше уж сразу на колени упасть – и сдаться:
Заплакать. Попросить за всё прощения.
Сайлент Хилл здесь именно поэтому.
Он – твоё подсознание.
Он – твоя истерия.
Он – твоя история.
Он – твоя амнезия.
Он – твои неврозы.
Он – твоё исцеление.
Здесь не работает время.
Отдышись: дальше Преодоление.
Этот город тихого холма —
Билет на драматическую экскурсию
В психотеатр одного актёра,
Рождающего тысячи себя в разных ипостасях,
Чтобы, наконец, пазл собрать
И выйти отсюда навсегда
Исцелённым.
О, Сайлент Хилл, как странно это всё, я знаю!
Но я хочу сказать, насколько важен ты, твои дары!
Ты, Сайлент Хилл, – прекрасная возможность
Открыть всё то, что прогнивало до крайней той черты!
Ещё мне нужно кое-что сказать…
Простите все, кому я сделал больно,
Кого я заставлял собой страдать.
Простите, что извёл кому-то душу,
Мне очень жаль, я был дурак.
Сейчас во мне так много меня и грусти,
Что много лет живу я в тихом городе зеркал.
Но, кажется, я всё же заплутал.
В себе я задыхаюсь. Но, чувствую, наружу рвётся мой сигнал.
Снаружи, есть уверенность, всё будет так, как надо,
Но пока в себе – я слишком мал.
А как выбраться – теперь словно бы не знаю.
Сквозь странные туманы «Тихого холма»
На самом деле я прорываюсь сквозь себя.
Вот она – моя республика Забвенья:
Я день за днём иду к себе.
Не зная, кто я…
Я всё забыл.
Но будет выход.
Откуда знаю?
Иначе на кой чёрт мне Сайлент Хилл!..
P.S. Только, если хотите понять, что такое Silent Hill,
Не смотрите фильмы: разве что ради ознакомления – но они слабы.
Истинный Silent Hill произошёл от видеоигры.
Лучшая – вторая часть. Достаточно – скриншотов, видео на «Ютюбе»,
Сюжет – в «Вики», саундтреки послушать, и вы словно там – в туманном городе.
Но уже в своём личном, наполняете его собственным содержанием,
И он вторит вам своим дыханием.
Он помогает осознать внутренних демонов.
Самый прекрасный и одновременно жуткий город на свете.
Хотите, сами проверьте.
Что я должен делать? Что я хочу делать? Что мне нужно делать?
Вопросы, вопросы, вопросы…
Я не очень понимаю себя. Не могу понять, чего я хочу. Я знаю, чего НЕ хочу. Можно, конечно, идти от противного и выстроить логическую последовательность, но… не то. А нужно именно
Для чего вообще жить? Я не понимаю. Чтобы просто каждый день удовлетворять базовые потребности? Я не вижу в этом ничего плохого, но… разве в этом вся суть жизни как таковой? Просто пожить, просуществовать свой срок – и испариться?
Я каждый день, застилая себя фоном повседневности, думаю об этом. Повседневность – чистка зубов, приготовление овсяной каши, отжимания – это мой костюм. А внутри него – я. Настоящий. Ищущий. Глубинно жаждущий чего-то такого, что сам уразуметь не в силах.
Конечно, истинные очертания моего пути иногда проступают внутри меня. Я чувствую это как желание делать что-то большое и важное. Хотя, понимаю, это может быть всего лишь попытка психики получить компенсацию за полученный ущерб в прошлом. В виде внимания к «себе любимому и великому» со стороны. Психика ведь и не на такое способна, я уж знаю.
Так чего же мне хочется на самом деле?
Уйти. Уйти из этого мира. Покинуть его, как турист покидает отель, когда заканчивается оплаченный им период.
Но вот только… куда? Куда уходить? Я не помню свою истинную природу. Сознательно у меня нет этой информации. В подсознании, возможно, хранятся залежи сведений обо мне подлинном, но значительную часть своей жизни я от них отрезан.
Иногда мне хочется заниматься творчеством. Иногда нет ни искры вдохновения. Иногда я как великий мастер. Иногда как пустой зомби.
Я не понимаю. Так многого. А главное – себя самого. Я каждый день задаю себе вопросы, убеждаю себя в чём-то, ищу ответы, анализирую реальность и себя в ней. Но каждый раз всё это словно тщетно. Такое ощущение, что я – уже не совсем я. Что я – больше не принадлежу себе. Что что-то изменилось, и навсегда, и теперь мне просто нужно покорно свыкнуться с этим.
Тогда становится страшно. От темноты и пустоты, что начинают заполнять нутро.
Нет ничего вне меня. Ничего, куда я мог бы стремиться. Ничего, что могло бы меня спасти…
Что меня может спасти в этом мире? Спасти от
«Я сам», – звучит в голове встроенный в меня гуманист-психолог. Конечно, сам, но… что-то здесь всё равно не то. Просто натаскивать себя, перебарывать, трансформировать, подталкивать к эволюции, усилению волевых качеств – и для чего? Просто
Ведь есть же что-то большее. Должно быть. Но только где оно? И почему я этого лишён сейчас? По какой такой причине я оказался там, где я есть? Таким, какой я есть?
Вопросы, вопросы, вопросы…
Так хочется уже разобраться со всем этим. И оставить позади. И начать что-то новое. Где всё уже не будет как прежде.
Но пока – всё тот же экзистенциальный отель. И я его клиент.
Почему-то.
Наш мир – это груда парадоксов,
Которые не совместимы, но семья.
И вечно ругань, ссоры, разбиралки,
Но крепкая, отнюдь, она.
Меня усыновили в эту секту,
Забросив в самый жаркий эпицентр,
Чтоб тоже стал я парадоксом,
Несовместим – но с ними вместе.
Какая-то слишком жирная ирония,
Какой-то уж слишком толстый намёк,
Что мир этот – точно не мякоть,
А выжатый кем-то сок.
И я тихонько его попиваю,
Пока календарь худеет к зиме.
Я и ему иногда предлагаю,
Он говорит: «С января – буду ОКЕЙ!»
Верю ему. Уже проверял:
Ирония поставлена на вечный повтор.
Вот технология! Кто только создал?
Повторять то, что уже ушло.
Жить в съёмных квартирах
Каких-то людей.
Жить в съёмных телах
Каких-то людей.
В зеркалах не узнать
Каких-то людей.
О, странный мир
Каких-то людей!
Снимать на камеру
Каких-то людей.
Сниматься на камеру
Каких-то людей.
Снимать одежду
С каких-то людей.
О, странный мир
Каких-то людей!
Видеть повсюду
Каких-то людей.
Слышать повсюду
Каких-то людей.
Трогать повсюду
Каких-то людей.
О, как же много
Каких-то людей!
А я… кто?
Ну КТО?!
Кто,
Живу в съёмных квартирах
Живу в съёмных телах
В зеркалах не узнаю
Что за планета
Но ладно, ладно…
Чего это я, правда!
Просто сделаю вид,
Что всё нормально.
Я – один
Из
Живущий жизнью
Мне ведь не надо в психушку,
Угу?
Я просто один из людей.
«У-у-у!..»
Я нарисованный персонаж чьего-то сна:
Хожу по кругу с утра до утра.
Меня перематывают, перемалывают, а зря:
Я не желаю такой жизни – тюрьма.
Я так хочу осознать, кто я есть?
И для чего помещён в эту жесть?
Кто сотворил этот странный мир?
Кто ответит, когда накроется тир?
Меня нарисовали в этом забытье,
Помогли мне забыть себя, потом: «Кто я? И где?»
Ничего совсем не пойму,
От утра до утра по кругу хожу.
Взываю к звездам, а их, оказалось, и нет,
Всё – голограмма, моя потеря потерь!
Я сердце романтика из себя выселил,
Когда узнал, что состою из пикселей.
Циничность внешнего перекрыла мне кислород,
Я схватился за горло, мечта резво – рот в рот.
Я исцелён, на день или два,
Стану писателем – какая судьба!
Но на третий всё проходит,
И снова я окружён ничем:
Нет на небе далёких магнитов,
Как и неба самого тоже нет.
Холод людей. Холод мира. Холод души. Незачем жить. Умирать – ещё хуже. Просто терпеть? Переждать? Дождаться лучших времён, чтобы потом сказать: «Всё круто. Теперь – всё круто!» Разве ради этого я живу? Чтобы однажды сказать «Всё круто»? Перекрыть свою недавнюю тоску и потерянность новыми впечатлениями и моментами радости?
А кто ответит за прошлое? За то, что пережил? И кто даст гарантии, что оно не повторится? Где та инстанция, которая выдаёт такие документы? А если нет их – инстанции чёртовой и документов этих, – так будет ли радость от новых побед полной и всеобъемлющей? Ведь в голове всегда будет сидеть не засыпающий диспетчер: «Мы помним… помним, как всё было. Помним, как нам было не весело. Мы ждём… мы внимаем тишине и ждём, что всё в любой момент может вернуться на круги своя».
А тогда не помогут и новые радостные моменты, открытия, люди, события. И снова мне нужно будет совершать марш-бросок до светлых мгновений своего существования?
Кажется, загоняюсь. Но я не могу не думать об этом. Не могу, и всё.
Жизнь в смартфонах и планшетах,
Жизнь за плоскими табло,
Без живого первосвета —
Электронное окно!
Распахни себе Европу,
Распахни себе весь мир!
Здесь тебе откроют душу,
Здесь тебя ждёт вечный пир!
Разменять себя на смайлы —
Современнейший стандарт!
Отправлять друг другу файлы —
Драгоценнейший товар!
Показать всю свою суть
Аватаркой в соцсетях.
И заткнуть поглубже грусть
Эго-пробкой в статусах.
Что это – полные символов и картинок глазки?
Что это – социальные сети, которые всем нравятся?
Что это – жить, поместив себя в заэкранье?
Всё просто, мистер Андерсон. Это новая Матрица.
Рубашка – в клетку,
Тетрадка – в клетку,
Окошки – в клетку,
Обои – в клетку,
Кафель – в клетку,
Квартиры, дома – арматурная, бетонная и кирпичная клетка.
Лестничная – клетка,
Скатерть – в клетку,
Фото, картины висят – в клетку,
Ряды мониторов стоят – в клетку,
Пиксели – в клетку,
Да я и сам – из клеток!
Прямо
Не слишком ли много клеток для одного… меня?
Что такое экзистенциальный кризис?
Это когда живёшь,
А зачем – не знаешь.
Это когда вроде бы всё есть,
А всё равно не то – чего-то не хватает.
Это когда океаны боли по ТВ и Интернету,
А тебе не всё равно. Больно, что пытаешься и сам стерпеть.
Это когда ты юн и молод,
А внутри высушен как старик.
Когда пытаешься кому-то втолковать про это,
А он будто спит.
Это когда не понимаешь, как другие смотрят на чьи-то страдания
И спокойно живут дальше. Ходят в кино. Занимаются сексом. Рожают детей.
Что ими движет? Эй?..
Неужели я должен так же?
Но ведь – есть. Существует. Живое!.. Чувствующее!.. Страдающее!.. существо за стенкой или в другой стране. Изнывающее от боли и насилия. От неизбежности и бессилия.
Эх…
Как мне быть со всем этим? Как?! Как не потерять себя, разрываясь между двумя краями –
…Что такое экзистенциальный кризис?
Что такое потерянность в себе?
Это когда не «кто?», «кого?» и «за сколько?»,
А…
У меня больше нет мечты.
Я не чувствую импульса двигаться к чему-то. Постигать. Достигать. Внутри меня словно выключился моторчик, отвечающий за мечты. За их наличие.
Их нет. Как будто ни одной не осталось. Я прислушиваюсь к себе – чего бы я хотел, и не слышу ничего. Прямо отчаяние какое-то. И ни с кем не хочется общаться. Потому что если бы хотелось – общался бы, находил способы. А мне неинтересно. Только изредка, бывает, возникнет собеседник, и мы кратко поделимся друг с другом откровенными и насущными моментами из личных судеб.
Неужели я уже исполнил все свои мечты? Неужели уже выпустил всю обойму, и теперь револьвер пуст? И даже в висок себе не выстрелить. Пусто. Пустотой себя не убить.
Хотя…
Изредка мы, случайно встретившись на улице где-то,
Взглядом коснувшись, друг друга не зная, дарим конверты.
А потом, когда каждый теряется в жизни, их раскрываем:
Там – наши рассветы.
Да.
В этот странный миг безмолвия и близости
Мы отправляем друг другу в конвертах рассветы.
Ты – своего солнечного лета,
Я – своей вечной зимы.
Знаешь, мне отсюда, кажется, виден весь мир.
Мне отсюда видна яркая ты.
Не знаю, сколько ещё я буду
Среди льдов и вечной мерзлоты.
Иногда мне так тепло и грустно,
Когда я вижу издали твои огни.
(Словно указывающие мне верный путь…)
Но я – путник странный:
Выбираю путь самый пространный —
Сквозь долгие годы великих ожиданий
К своей Сути побег я опять совершаю.
Она убегает, прячась за Небом,
Я за ней – ускользающим ветром.
И лишь твои огни внизу дарят надежду,
Что я однажды вернусь. Не разобьюсь.
Очередной раз вышвырнутый Небесами,
Я хочу приземлиться в твоём неизбежном лете,
Обжечься твоим сердечным теплом,
Успокоить замёрзшую душу
И умереть.
На твоих руках.
Да.
Робко, друг друга не зная, безмолвно
Мы иногда дарим друг другу в конвертах рассветы.
Я – греюсь твоими напоенными светом волнами,
У тебя – мурашки от моих нисходящих пируэтов.
Но ты только не бойся, плохо не думай, а помни,
Когда из конверта в руке повеют холода:
Там, где зима, иногда всё же ждут солнце.
И, наверное, чаще, чем те, у кого оно светит всегда.
Фантазии и самокопание —
Неужели это моё призвание?
Если нет, то что ж так заело
Меня, и хандра всего одолела?
Вопросы-запросы – опять паранойя,
Мир реальный – на носилках уносят.
Мир в голове – лучше раз в сто,
Так почему я не
Фантазии и самокопание —
Кажется, всё же это моё призвание.
Придумывать миры и в них себя —
Антиподы всему, как в пустыне – вода.
Как для пчелы нектар, для мужика – гектар,
Фантазии для меня – божественный дар,
Бесплатный билет подальше отсюда,
Бесплотный полёт до чьего-то в лоб стука.
Моя личная служба социальной поддержки:
«
Выбираю… в голове. И помещаю в неё себя.
Всё как всегда. Всё как всегда…
Фантазии и самокопание —
Неужели это моё призвание?
С утра до ночи, а ещё и ночью
Нырять в Нереальность – бессрочно.
Прям повод для эсэмэски Морфиусу…
(Ну, или для жизни, не правда, друзья?)
Терзались болью вновь
Поющие в терновнике,
Страдания людей —
Повсюду, в каждой хронике.
Они хотели жить,
Но жизнь их не хотела,
Заряжала в револьвер
И стреляла молча в небо.
И мы летели слепо
Куда-то в неизвестность,
Но кто нас там встретит?
Похоже, только Вечность.
Влюбляюсь в это слово
Снова и снова,
Снова распадаюсь
На миллионы атомов устоя:
Война, любовь, тоска, вина —
Миллиарды оттенков всего и вся.
Выдохни, бедолага:
Похоже, Вечность познаёт саму себя.
Нет, не то чтобы БДСМ.
Скорее, шанс донести до нас сигнал,
Что внутри утерян ДУХ-FM
И забит сакральнейший канал.
Но зачем же всё делать настолько
Тёмным, трагичным и страшным?!
Всё это странно, я согласен,
Не переспрашивай.
Я тоже, как и ты, выгребаю.
Пытаюсь понять, но ни хрена не понимаю:
Зачем, зачем, зачем живу
Там, где все постоянно мрут.
Ну, что ты смотришь?!
Я ведь тоже экзистенциально тощий!
Протестуй, кричи и требуй,
Если уж так сильно хочешь!
Проси вернуть тебя назад,
Где Вечность – дом забвенный;
Туда, где всё – ты, и нет тебя;
Где ты – вся жизнь. Бессмертный.
Возможно, день такой настанет,
И зов услышан будет твой,
Но оглянувшись запоздало,
Ты вспомнишь тех, кто за спиной.
Они устало, слабо, рвано
Будут смотреть в твои глаза:
«
И ты поймёшь, конечно, всё поймёшь, однако,
Пока – кричи, ломай и протестуй.
Тебя забросило в адильник, знаю, знаю!
Но спасители получше не придут.
Вынуждены мы по какой-то странной причине
Жить там, где от жара чужой злобы знобит;
Где насилие всех друг с другом стравило,
Где, кажется, спасенье – метеорит.
И самое главное – где есть один и тот же
Ежедневный и неизбежный труд —
Прилагать колоссальные усилия, чтобы
Стать счастливым там, где люди мрут.
Ничего не хочется. Новые декорации всё же не спасают. Пожалуй, никто и ничто не может меня спасти и исцелить. Я не знаю, кто я. Как от этого можно спасти? Разве что отвлечь на время.
Беда какая-то. Кругом – масса информации. Каждый говорит о своём, глядя на приближающиеся глобальные перемены в мире. Я же как личность заканчиваюсь. Не вижу ориентиров. Не вижу смысла. Убеждаю себя в чём-то. Постоянно. Обманываю. Мастер лжи и притворства! Заложник страха. Нескончаемого страха. Бесит. Живу по каким-то придуманным убеждениям. С навязчивым чувством вины. Для чего? Для чего я живу?
Возможно, чтобы:
Понять, что я такое и зачем я здесь.
Переломить своё одиночество.
Перестать бояться многих вещей.
Всегда говорить только правду себе и остальным.
Но как будто хожу по кругу. И обманываю себя. Закаляюсь ложными ориентирами. «
Вообще запутался.
Со стороны, наверное, выгляжу наивно и смешно.
Прощай, бездонная Вселенная?..
Прощай, мечта из детства?..
Прощайте, светлые порывы?..
Прощай, и предвкушение чуда?..
Прощай, идея, что мир – стихийный?
Похоже, всё вокруг подвешено на нитки,
А я – продукт чужого сна. Частичка,
Живущая в чём-то жёстком диске.
Прощай, надежды на дивное будущее?..
На Дом, где непременно меня ждут?..
На светлых, добрых инопланетян,
Которые прилетят и всех спасут?..
Прощай, и Звёздная Семья?..
К которой так взывал я безответно,
Которая, как говорили, ждёт меня
За той чертой Эпох раздела?
Прощай, всё перечисленное?
Ох…
Не знаю, но… не хочу, чтобы мне лгали.
Устал я от неправды.
Достали.
Поэтому единственное, что наверняка —
Прощай, эзотерический мой фанатизм:
Устал я слушать «Нью-Эйдж»-спиритизм.
Да…
Прощай, Иллюзии, прощай!
Я очерствел по поводу и без.
Прощай, доверчивость, прощай.
Кормил я ею многих бесов.
Я верил, что однажды точно
Мир подарит мне великий шанс,
Понять, что здесь, блин, происходит
И что же, собственно, такое я.
Но нет. Ответов почему-то нет.
Возможно, и никогда не будет.
Живу я пешкой в чёртовой игре,
И почему-то никто не будит.
Играть, покуда ещё есть силы?!
Пока гремит истошно барабан?!
Пока ещё горят мечты?! Но
Мечт больше нет. Кончаюсь и я сам.
Мне хочется уж всё закончить,
И подвести финальнейший финал,
Где я скажу: «Ну, круто разыграли!
Теперь – уйду. Живите без меня».
Кажись, не будет гуманизма,
Великого добра в конце.
И зла не будет. Нет спасенья
В том виртуальном нашем сне.
Пора лишь просто всё закончить,
Прощай, Иллюзии, прощай!
Я очень долго ждал спасенья,
Но понял, что напрасно ждал.
Успокоиться, дышать глубоко,
Взять блокнот и идти на Маяк.
(За ответами.)
Успокоиться, дышать глубоко,
Накинуть рюкзак и просто шагать.
(За рассветами.)
Успокоиться, дышать глубоко,
Пианино – в уши, и уже немного легко.
(Без таблеток.)
Успокоиться, дышать глубоко,
Взять себя – и вести к Маяку.
(Там есть Свет.)
Но…
…Главное ведь – сначала понять:
Где среди миллиардов всполохов чужих снов,
Незримо ощущая твоего сердца такт,
Ждёт тебя именно твой,
Единственный и родной
Маяк?..
В каждом есть Глубина,
Но не каждый готов в неё нырнуть.
Ведь что там найдёшь – неизвестно,
Лучше уж просто уснуть.
Поверхностным сном иллюзий:
Ты – тот-то, там-то и с теми-то.
Шаг вправо если – тревога.
Шаг влево – «А ну стой! Оборзел?!»
Не пустят по горизонтали,
А по вертикали – тем более.
Живи, где даётся, «понял?»,
Иначе станешь изгоем.
В каждом есть Глубина,
Но не каждый готов её приоткрыть.
Страхи, как костры для зверья,
Всегда на посту: «Тебе не пройти!»
Один авантюрный шаг – прицел,
А два – уже «Расстрелять!».
Вот и решай, как тебе жить
В двухмерной плоскости бытия.
От этих постоянных подножек извне
Так хочется материться и крушить.
Но я просто вздыхаю, привыкать ли мне —
Мастеру смирно, покорно жить.
Жить – но всегда наигранно,
Жить – примитивной, скудной ролью.
Устал я от этих сценок унылых,
Но… буду однажды силён я.
Да. Просто нужно чуть времени
Собраться, поверить: «Иду!»
Отвлечь от себя тревоги систему,
А потом – РАЗ! – и рывок в Глубину.
Плюхнусь в себя я с разбега,
Что тоже равноценно «Сдаюсь».
Пусть охренеет охрана,
Когда я в себе растворюсь.
Я люблю обсуждать необсуждаемое,
Что не поддаётся вовсе силе слов.
Я люблю осязать неосязаемое,
Что словно из совсем иных миров.
Всей странности ярчайшие изумруды
Я неизменно собираю в свой карман.
Ну, а потом кому-нибудь, кто хочет,
Возможно, я бесстрастно их раздам.
Ведь дар тот странностью дышать
Мне дан спонтанно и бесплатно,
Но должен ли я кому-то его дать?
Вернее, поделиться аккуратно?
Ведь каждый – очень хрупкая система:
Не угадаешь, от чего его проймёт,
А от чего, покрывшись слоем гнева,
Решит закрыть себя он на замок.
Да и не просят – так лучше и не лезть:
Не знать наверняка, чего душе другой угодно.
Порой своих проблем-дилемм не счесть,
Так что уж говорить там про чужие «сложно».
Я люблю размышлять о чём-то странном,
Что мир вокруг меня – какой-то не такой.
Я люблю грезить о чём-то древне-тайном,
Что не расскажешь даже близкому порой.
Всей странности острейшие осколки
Я потихоньку наматываю на кулак,
Чтобы однажды в час заветный
Разрушить стену клетки в один удар.
Когда, в конце концов, падёт та самая завеса!..
И разобьются вдребезги иллюзии подковы!..
Я, разнеся всё в клочья, вдруг пойму:
А что же я, собственно, такое.
И вот тогда, на пепелище и руинах,
Предстанет то, чем я всегда и был.
И выстроится, наконец-то, ясная картина
Той родины, чей свет меня манил.
Но пока ещё – я лишь коллекционер
Тех изумрудов и осколков правды.
Но, может, однажды, хоть и не без потерь,
Всё же раскрою всей Вселенной карты.
Нарисованное небо!
Нарисованная жизнь!
Я хотел найти спасенье,
Но нашёл лишь только нить.
И она вела ко мне
Через череду преград,
Чтобы понял, наконец,
Кто же истинный творец:
Всей вселенной и любви,
Нескончаемой игры,
Путешествий сквозь миры,
Многоцветья красоты.
Удивительное небо!
Удивительная жизнь!
Я хотел найти спасенье,
Но нашёл лишь только нить.
Пустота…
Самое главное – это то, что она сжирает тебя изнутри. Не оставляя шанса на осознание всего масштаба катастрофы. Не принимая в расчёт твоё мнение и отношение к этому. Фатально. Болезненно. Неизлечимо. Именно так она поглощает тебя – эта внутренняя безграничная Пустота. А ты всё отворачиваешься от неё, так и этак пытаешься улизнуть в какую-нибудь первую попавшуюся щель, как мышка, гонимая нацеленной на результат кошкой.
Пустота.
Она – сама бесконечность. И ей ничего не стоит искромсать тебя. Размолоть в труху. Разбить вдребезги. Она даже имени твоего перед этим не спросит. Ей это, пожалуй, и не нужно. Она сожрёт и его. Она – тоскливая бесконечность, развлекающаяся с людьми, как та самая кошка с мышкой. Никакой гуманности. Только суровый закон Пустоты: «Я сделаю тебя собой. Ты станешь ничем. Я разберу тебя по кусочкам. Да так, что ты будешь кричать от боли».
И с каждым отвалившимся куском ты с ужасом понимаешь: тебе никогда не убежать от Пустоты. Не скрыться от её всепоглощающей власти. И душа твоя навсегда померкнет и потеряет свой индивидуальный контур в бездне её тьмы.
И это безумие. Настоящее безумие без преувеличений! Ты стираешься, и больше не за что зацепиться. Некому пожаловаться. Некого обвинять. Ты умираешь. Мгновение за мгновением Пустота сжирает тебя. А ты мысленно орёшь от боли и бредишь ночами, пока видишь размытые сны, в которых она, Разрушительница Идеалов, стоит в раздумьях и не знает, как сказать тебе, что беременна. От тебя. Это твой ребёнок. Ваш. Ваше маленькое счастье, готовящееся прийти в этот мир.
О, этот первый отцовский разряд тока, пронизывающий твоё тело! «У меня будет ребёнок! И от кого… От неё! От той, которую люблю до самых оснований своей души! От той, что пытается сказать важную новость, но не решается. Сомнения, страх: “А вдруг ему это не понравится? Вдруг он отвергнет ребёнка?”
Глупая! Да как?! Как я могу отвергнуть чудо, ниспосланное мне удивительной Вселенной?! Ни за что и никогда! Иди ко мне, я обниму тебя! Иди скорее, глупая моя, вечно себе всё накручивающая и от этого же сама страдающая! Иди ко мне, любимая! И больше ни слова! Дай мне тебя обнять и раствориться с тобой в этом счастье, прилетевшим к нам не то с Небес, не то откуда-то ещё! Теперь мы будем вместе! Будем вместе всегда!»
Но Пустота тут как тут.
Открываешь глаза – и она, разинув широченную пасть, отрывает от тебя кусок помясистей. Ты лежишь один в постели, тяжело вздыхаешь, сглотнуть нечем: горло – залитая песком скважина, грудь – средоточие жутких катаклизмов, голова – послевоенные руины.
И снова всё по новой. Пустота, пустота, пустота… Одиночество, безумие и тоска. Невыносимая тоска, от которой ты рассыпаешься и уже окончательно теряешь надежду на спасение.
Спасения не будет. Будет Пустота. Сухая, одинокая и безвыходная. Это твой личный ад, в который тебя будто приволок сам сатана. Чем ему приглянулся именно ты из семи миллиардов – вопрос для очередного бреда, где каждый следующий виток мыслей походит на подслушивание чужого разговора в соседнем помещении. Слышно, но разобрать, в чём смысл обсуждаемого, невозможно. И все эти слова, наседая одно на другое, выстраиваются в несуразную уродливую конструкцию, от которой хочется блевать.
Семь букв чёрной меланхолии. Семь букв отчаяния, граничащего с психическим расстройством.
Пустота.
Тёмная пустыня.
Без воздуха.
Без света.
Без тепла.
И без надежды – последнего лучика души.
И ты всё больше становишься этой Пустотой. Она превращает тебя в себя. Ей весело. Бесконечность развлекается как может со своими жертвами. И куда бы тебя ни понесли ноги – к одноразовым девушкам, сомнительным приятелям, антидепрессантам, наукам или духовности – она всегда внутри тебя. Будто вшита в твой генетический код неизменной программой. Эволюция ли постаралась или просто ошибка Бога – пожалуй, не важно. Важно, что в один день она сожрёт тебя. Окончательно и безвозвратно.
Вот что такое Пустота.
Поэтому если я когда-нибудь услышу от кого-нибудь, что у него депрессия, или он испытывает состояние внутренней пустоты, то я предположу, что у человека, возможно, просто плохое настроение. Депрессия – настоящая депрессия, про которую, мне кажется, я мог бы написать отдельную книгу, – это совсем другое.
Это полное поглощение тебя Пустотой. Твоей личности. Твоей души. Твоей индивидуальности. Всего, во что ты верил и знал как себя. Всё это умирает.
Я долго верил в чудеса,
Что вот секунда – и Забвение!
И нет тебя, и нет меня —
Прям роскошь, счастье, изумленье!
И нет причин страдать, болеть
И видеть горы горя.
Ведь всё закончилось: «Поверь!
Свершилась чья-то воля!»
Я так хотел мучительно, ужасно,
Покинуть этот странный бренный мир,
Где всюду вывески «Опасно!»,
Где просто одиноко, страшно жить.
Но как гласит премудрая картинка
В недрах вездесущего VK:
Пытаюсь я, конечно, через силу
Счастливым быть и сильным – убедить.
Но каждый раз – лишь шаг по илу:
Ложь неспособна что-то изменить.
Тогда я вновь тихонько оседаю,
Как пыль, на плоскости своей.
Я оседаю – и тихонечко мечтаю,
О чём мечтаю? Чтоб скорей…
Как в детском садике, бывало,
Я ждал последним: ну когда
Придёт же, наконец-то, моя мама
И заберет с собой меня.
Вот и сейчас я об одном мечтаю,
«
И все Артуры на планете головы подняли.
«
Тихо, медленно приподнимаюсь…
«
И сердце апокалипсисом пылает. Улыбаюсь…
Ведь это – самые последние слова.
Пожалуй, вот она – моя великая мечта.
Это мой честный взгляд на вещи. То, что я чувствую и думаю в текущий период своей жизни. Весь этот сборник – моё признание, что я совершенно потерян перед тем коварным и громадным непониманием, которое я ковыряю мелкой киркой каждый новый день.
Отрицать это – бессмысленно. Строить из себя всё осознавшего и познавшего счастье человека – тоже. Невозможно исцелить себя от Пустоты, не повернувшись к ней лицом. Не прочувствовав её. Не открыв её даров. Это тот самый Сайлент Хилл, который однажды зовёт к себе…
Стало ли мне легче после работы над этим сборником? Чувствую, что да. Словно перестал носить в себе всю эту тяжесть. И это не может меня не радовать.
Что будет после, я не знаю. Сейчас в моей жизни – февраль, я перебрался к морю, но не понимаю, что делать дальше.
Я жду ответов изнутри. Но пока лишь – тишина. Пожалуй, на ней-то я и завершу свою речь. Возможно, в её компании у меня появится шанс услышать что-то очень важное.
Выше был представлен живой пример целительного воздействия творчества при экзистенциальном кризисе и депрессии. Так, на примере реального человека вы смогли увидеть и убедиться, насколько порой бывает необходимо и полезно выплеснуть то, что накопилось внутри. И что важно – сделать это максимально безопасно как для себя, так и для всех окружающих.
Временами даже не столь значимо, какой именно вид творчества вы предпочтёте для этой цели. Главное, что работа над собой через подобное самовыражение действительно помогает, даря облегчение и открывая новые горизонты для понимания себя, что является прекрасной альтернативой походу к психологу или другому специалисту, особенно если у вас по какой-то причине нет такой возможности или желания.
Однако на этом моё исследование собственного экзистенциального кризиса не завершилось. Все свои последующие и, как я считаю, ценные находки и открытия я отразил в новой работе «Свобода от бессмысленности жизни». Если эта тема для вас актуальна и вы хотите узнать, как выйти из душевной пустоты раз и навсегда, приглашаю к прочтению моей новой книги.