Что может подарить Новый год потомственной ведьме-хранительнице? Королевскую проверку, противного инспектора и лесное чудовище. И знаете, иные мохнатые раритетные зверюги, лучше лучше столичного инспектора, который то штрафует, то лезет целовать.
В тексте есть: боевой маг, вредная ведьма, новый год
Колокольчик на входной двери моей лавки дзынькнул и впустил кусочек вьюги и посетителя. Посетитель был, конечно, хорош. Весь такой высокий, широкоплечий, холеный. С отпечатком столицы и роскоши на аристократическом лице. Взгляд карих глаз окинул торговый зал и остановился на мне, стоящей за прилавком. Гость тряхнул темными волосами и заявил:
— Нарушаете, госпожа ведьма.
Наигранно вздохнув, мужчина снова принялся лениво осматривать мою лавку. Я с трудом оторвалась от породистого профиля и опустила взгляд чуть ниже. На расстегнутом пальто тускло сверкнул значок. Королевский инспектор!
— Нарушаете, госпожа ведьма, — повторил мужчина, как будто первого раза было недостаточно.
— Да вы что? — картинно ахнула я. — Где?!
— Прямо с самого порога, — с любопытством рассматривая меня, пояснил гость.
— Быть того не может! — уверенно заявила я.
— У вас на двери висит венок из ламелы, — сурово проговорил инспектор.
Я удивленно хлопнула глазами. Совершенно искренне между прочим. Ну висит и висит. Я же не налоги утаиваю, в конце концов. Вот если бы он в мои склянки нос сунул — там бы, конечно, было бы не отвертеться. Но для этого ведьмачья ученая степень нужна, а не латунная бляха на груди.
— Так праздники же, — пожала плечами. — Разве ж запрещено украшать дома?
— Лемелой? — вскинул бровь инспектор.
— А почему нет? Красивая, пахнет на морозе вкусно.
У инспектора почему-то от моего ответа дернулся глаз.
— Вы закон о браконьерстве читали, госпожа ведьма?
Я покосилась на выдвинутый ящик стола, из которого на меня пялились его обитатели, и как будто невзначай закрыла.
— Я похожа на охотника? — спросила с вызовом.
Инспектор суровопосмотрел на меня, как будто я неуместно пошутила на похоронах его любимой тетушки.
— Вы похожи на кандидата на штраф и отзыв торговой лицензии, — заявил он. — Жду вас в мэрии завтра в восемь утра для выяснения деталей и решения вашей дальнейшей судьбы.
С этими словами он развернулся на каблуках и вышел из моей лавки. Я же грустно вздохнула, вспомнив предыдущего инспектора.
Ну до чего чудесный старичок! Просто милейший дедуля, которому вообще было все равно, что и где происходит, лишь бы дотянуть до пенсии. От него можно было откупиться моими фирменными мазями и настойками.
Ящик прилавка тихонечко открылся снова, и оттуда на меня вопросительно уставились две пары глаз.
— Ну что смотрите? Беда у нас. Катастрофа! Этот же здоровый кабанюка, ему мои примочки еще лет пятьдесят не понадобятся. И чем мы его будем подкупать?
Квартиранты переглянулись и хитро прищурились. Нет, ну а что? Идея, в принципе, неплохая…
***
И вот я, дипломированная ведьма в тринадцатом колене, посреди ночи тащусь в лес. И зачем? Чтобы откупиться от противного инспектора!
Ушастое безобразие, засидевшееся в ящике стола, скакало вокруг меня на запредельных скоростях. Только и мелькали красные глаза то тут, то там. Этих снежных мышей, которых еще называли смышами, я подобрала несколько недель назад, в тот же день, как наткнулась на дивную полянку. Беднягам было несколько часов от роду, мать их бросила, судя по следам на снегу, пытаясь отвести какого-то хищника. На счастье смышат мимо топала моя ведьмовская персона, которая по жизни не может пройти мимо брошенных котят, щенят и вот… снежных грызунов. О том, что снежные мыши — это лесные полудухи-полузвери, я старалась не думать. Ну права, что в них дикого, вон какие милейшие мордочки!
Шли мы с ними на заповедную поляночку, где росли разлапистые кусты ламелы. Это вечнозеленое растение обладало острыми рваными листиками, гибкими ветками и оранжевыми цветочками. Из них прекрасно плелись венки на дверь, поскольку ходило поверье, будто цветки ламелы приносят счастье и удачу в сердечных и семейных делах. К сожалению, кустики ламелы были капризными и часто мигрировали по лесу, заставляя таких уважаемых ведьм, как я, скакать по чащам в поисках их очередной стоянки.
Когда я дошла до заповедной полянки, разыгралась настоящая метель, и снег у меня был во всех местах. Даже в тех, где ему быть просто не положено! Он коварно забился за шиворот, попал в сапоги и облепил ресницы. Выражаясь, как наш любимый сапожник, я ввалилась в магический круг. Даже точнее, не ввалилась, а впала. Ну, или выпала из остального мира, тут смотря с какой стороны смотреть.
В общем, за спиной у меня бушевала матушка-зима, а тут было ну совершенно неприличное лето. Сразу стало жарко и сыро: снег растаял, шуба намокла, а я, и так не отличавшаяся хорошим настроением, рассердилась окончательно. Даже смыши, скакавшие по поляне и оставлявшие тут и там снежные шапки, как-то поутихли и присмирели.
Я скинула с себя лишнюю одежду, немного подышала, успокаивая дыхание, и жалобно-жалобно попросила:
— Милые мои кустики ламелы, дайте еще немного веточек! Очень надо задобрить одного кабанюку!
Кустики вопросительно шевельнули веточками.
— Столичного гада, — уточнила я, а потом спохватилась. — Маг к нам проверяющий приехал. Из самой столицы пожаловал.
Кустики пошелестели, явно совещаясь, а я продолжила жаловаться на жизнь:
— Пришел ко мне с утра и угрожал всяким-разным. Неприличным!
Вообще-то, инспектор намекал исключительно на денежный штраф, но я заранее предчувствовала, что он будет просто неприлично большим.
Мигрирующая флора сочувственно пошуршала и выпихнула ко мне один кустик. Он шевельнул ветвями, словно осматривая меня и проверяя на профпригодность, а потом поднапыжился и ссыпал в корзину цветочки и веточки. Считай, часть себя мне подарил.
И честное слово, если этому инспектору не понравится моя взятка, я ему ее одену на голову!
***
Дорога за ламелой была неприятной, но обратная оказалась еще противнее: я тащила себя, смышей и корзинку со взяткой. Тьфу, то есть с добрососедским подарком. Шла я себе, шла. Точнее сказать плыла по сугробам, как вдруг почувствовала чей-то взгляд. И это-то посреди леса!
Начала вертеть головой, ища, кто такой храбрый в лесу на злую ведьму пялится без зазрения совести. Честно сказать, я рассчитывала на какого-нибудь дурного охотника, слегка обмороженного аристократа ну или на худой конец заблудившегося ребенка. Но каково же было мое удивление, когда я поняла, что смотрит на меня какая-то странная зверушка из-под разлапистой ели.
— Ух ты! — восхищенно воскликнула я, рассмотрев животинку.
“Ух ты…” — это, конечно, слабо сказано. Точнее, я высказалась непечатно, но мысленно, потому как вдруг еще спугну.
Животинка была впечатляющая, я таких никогда не видела. Ну разве что в каких-нибудь бабушкиных гримуарах, доставшихся ей по наследству, но и то в разделе “мифы и легенды”. Огромный такой мохнатый зверь, напоминающий помесь волка и медведя. Морда вытянутая, клыкастая, глазища огромные, на полморды, хвост пушистый, а еще рога. Смешные такие, как пьяный штопор.
— Ты ж мой, Глазастик, ты чего там спрятался? — засюсюкала я, бухнув корзину на землю.
Глазастик удивленно моргнул огромными глазищам.
— Иди ко мне, не бойся!
Животинка немного подумала над моим предложением, но все же неуверенно вылезла из-под веток и зашагала ко мне. И сразу стал понятен размер невиданной зверушки — огромный. Встав на задние лапы он, наверное, был бы ростом со взрослого мужчину, а может, даже повыше.
Я восхищенно всплеснула руками:
— Кто тут такой красивенький? Кто такой хорошенький? Кто такой глазастенький? Ты ж моя прелесть!
Зверь подошел ко мне вплотную и замер, задумчиво осматривая. Мне даже показалось, что у этой остроносой морды по-настоящему озадаченное выражение.
— Я буду звать тебя Глазастик. Ты не против?
В этом время Глазастик заметил корзинку у моих ног и сердито зарычал. Утробно так, угрожающе. Смышата, прятавшиеся под ветками, стратегически затихли. Они у меня вообще какие-то городские растут, даже не знаю, как их потом отпускать буду.
— Фу! — возмутилась я, стукнув зверя по носу заснеженной варежкой. — Плохой Глазастик! Нельзя маленьких обижать!
Кажется, зверь от моего заявления обалдел еще больше, даже посмотрел на меня как-то странно. Но от корзинки отвернулся и рычать прекратил.
— Ты что тут один делаешь? Потерялся? — я принялась тихонечко гладить Глазастика по шерсти, отчего он заметно прибалдел.
Ведьмы вообще хорошо знают свой лес и всех его обитателей. Я знаю, почему волк потерял кончик хвоста, где молодой лис гонял зайцев, и почему в этом году не было земляники. Полянку с ламелой, опять-таки, нашла. Но эту странную животинку видела впервые.
На мой вопрос Глазастик тихонечко вздохнул. Грустно-грустно так, печально-печально. А всем известно, что женщины существа жалостливые. Вот и мне стало его так жалко! Ну правда, ночь, зима, лес и он тут. Один-одинешенек. Явно социальное животное. Как же он тут оказался?
Я еще немного потискала огромного мохнатого зверя. Ну как немного… Смыши уже даже осмелели и высунули носики из корзинки, намекая, что пора бы и в тепло да пожевать чего-нибудь. Маленькие проглоты!
— Мы пойдем. А я попрошу лес о тебе позаботиться. Хорошо?
Глазастик неуверенно кивнул.
— Не грусти, мы что-нибудь придумаем. И обязательно найдем твоих сородичей.
На это зверь лишь фыркнул, да еще смешно так! Я не удержалась и чмокнула его прямо в нос.
— Сходи к тетушке березе, скажи, что от меня. Она тебя приютит, у нее там в корнях хорошая берлога от одного медведя осталась.
Я подхватила корзинку с воодушевленно запищавшими смышами и поплыла по сугробам домой. А пока плыла, все думала и думала о дивном звере. И морда ведь казалась какой-то знакомой. Надо перерыть бабушкины гримуары, наверняка где-то там видела…
***
Вернувшись из леса, я забежала в лавку, оставила смышей охранять дары леса, а сама отправилась в “Хлебный” квартал добывать крошки сплетен и информации. Наш городской пекарь, господин Руф, пек не только отличные плюшки, но еще и собирал самые горячие новости, а мясник Бак чувствовал, когда дело пахло жареным. Не обошла я вниманием и жену зеленщика, госпожу Флау, у которой было три дочери на выданье. К бакалейщику заглядывать не стала, мне уже и так было ясно, что к нам в город прибыл лорд Большая Проблема.
Лорд Альберт Аркс, блестящий выпускник королевской академии, мне сразу не понравился, а теперь я еще и убедилась, что мое ведьмовское чутье не подвело. Вот какой нормальный маг, после получения диплома с отличием, откажется от тепленького местечка при дворе, чтобы отправиться служить на границу? Кто в здравом рассудке, уволившись из армии, подастся в королевские инспекторы? Правильно! Только раненный на всю голову. Так что я прямо-таки чуяла, что у господина проверяющего есть проблемы со здоровьем, цветущий вид еще ничего не гарантирует.
Имелась у лорда Аркса своя тайная червоточина. Жена зеленщика была в этом уверена. Иначе почему такой видный мужчина до сих пор не женат? Мне настоятельно советовали заняться этим вопросом. А именно подлечить и убедить, что семейные узы положительно влияют на здоровье.
Госпожа Флау словно и не замечала, какой этот лорд Аркс и без того… кабан! Такой и каменного тролля голыми руками заборет и дикого коня на скаку остановит. Просто как жахнет по нему магическим параличом.
Но не будем о грустном, а именно о боевых возможностях лорда Аркса. Их обязательно придется учитывать. Его предшественник, на мое счастье, не мог даже толковую охранку поставить на шкатулку для важных бумаг. В эти бумаги я регулярно совала свой любопытный нос, а потом заблаговременно предупреждала местного аптекаря и алхимика, когда ждать проверку и какие нарушения лучше заранее исправить. Не бесплатно, конечно, помогала. Какая приличная ведьма работает задарма?
Я поудобнее перехватила корзину с ламелой и напомнила себе, что занимаюсь не благотворительностью, а совершаю выгодное капиталовложение. Взятка лучше штрафа, даже если она обходится дороже, потому что деньги — дело наживное, а моральное удовлетворение ведьмы бесценно.
Королевский инспектор тоже пекся о моральном и эстетическом благополучии, потому что заселился в самый роскошный дом в нашем городке. Этот дом выстроил мэр для своей любовницы, но ветреная особа не оценила широкий жест и отправилась покорять столицу. Продать настолько роскошную усадьбу в наших краях было нереально, поэтому мэр сдавал ее аристократам, пожелавшим поохотиться и отдохнуть в деревенской глуши с комфортом.
Я хмуро осмотрела двухэтажный особняк, мимо которого иногда ходила по пять раз на день, но только сегодня он вызывал такое раздражение.
Прежний королевский инспектор был скромнее. Я тоже решила продемонстрировать это качество, поэтому решила не звонить в парадный звонок на главных воротах, а воспользовалась калиткой для слуг. На ней был такой несерьезный засов, который отпирал даже ведьмовской заговор. Когда собираешься дать на лапу королевскому инспектору, скромность наше все. И незаметность, и тихий шаг, и…
Внезапно я поняла, что не могу шевельнуться, застряла между двух елок, растущих по обе стороны от дорожки, ведущей к черному ходу в особняк. Ноги просто приросли к земле. Других неприятных ощущений не было, и это когда заклинание, в которое я вляпалась, воздействовало на мою ауру. Поставив корзину с ламелой на траву, я определила место бреши и вытащила из сумки флакон нейтрализатора вредительствующей магии. Снадобье было универсальное, но с жесткими побочными эффектами. Но чего только не выпьет честная девушка для сохранения репутации.
— На вашем месте я бы этого не делал.
Вкрадчивое замечание заставило меня незамедлительно закрыть бутылочку и сунуть ее в поясную сумку. После этого я громко объявила:
— Наконец-то! Я уже вас заждалась!
— Да неужели…
Лорд Аркс вышел из-за ели и сурово уставился на меня. Меня же хмурый вид королевского инспектора ни капли не тронул, а вот бледный, покрытый испариной лоб насторожил. Он что в самом деле умудрился заболеть? Вот же кабан тепличный! Дуб оранжерейный! Конечно, в наших краях холоднее, чем в столице. Там еще нескоро снег выпадет…
Я подхватила с земли корзину с цветами.
— Это вам. Раз уж вам так нужны цветы ламелы, то я…
— Вы ходили в заповедную часть леса после моего предупреждения? — требовательно вопросил маг.
— Серьезно? — Убедившись, что подношение не торопятся принимать, снова бухнула корзину о землю. — Я ведьма. Мне природой положено ходить в заповедную часть леса.
— А закон о браконьерстве утверждает обратное.
— Закон магов. А я ведьма, — терпеливо напомнила я.
Даже голос не повысила. Есть чем гордиться.
Ведьмы этого королевства не подчинялись Совету магов. Мы были сами по себе. Крупных городов избегали, на столичных клиентов не претендовали и были намного ближе к народу, чем напыщенные выпускники магических академий. Ведьме мало знаний и опыта, она должна чувствовать место своего обитания и находиться в мире с духами природы. Только тогда ее зелья будут работать, а заговоры иметь силу. Нет, конечно, любой аптекарь может смешать травы или сварить отвар, но эффект будет совсем не тот. Даже король осознавал пользу ведьм, поэтому и не распространялись на нас многие магические законы. Но, кажется, этому конкретному инспектору было начхать на все ведьмовские привилегии. Это он зря. Я за свое буду биться до конца. В конце концов, инспекторы приходят и уходят, а особо вредные ещё и вылетают из города со свистом!
— Так значит, госпожа ведьма считает, что она выше закона, и может ходить, где ей вздумается? — вкрадчиво поинтересовался маг, но его мягкий тон меня не обманул.
Я чувствовал, что мужчина зол. Понять бы еще настоящую причину. Вряд ли это из-за ламелы.
— Я всего лишь хотела подружиться. И я, как добрая горожанка, занесла вам полезные цветы. Знаете, некоторые приносят на новоселье пирог, а я…
— Вы решили дать мне взятку.
— Ничего подобного! Обычная вежливость! Но раз вы не цените добрососедское расположение, но я пойду. — Я красноречиво уставилась на ноги.
— Идите, — милостиво разрешили мне.
Лорд Аркс прислонился плечом к ели, явно настроившись наблюдать представление: "Ведьма, попавшая в сеть, как муха в паутину". Конечно, у меня были обездвижены только ноги, но приятного мало, учитывая, что сама я против магии такого уровня была бессильна. Но это не означает, что я совсем ничего не могу!
Плохая та ведьма, что не умеет обрастать полезными связями. В свой дом я пустила только смышей, но в городе у меня имелись другие знакомства. Так что я мысленно потянулась к дому господина мэра и попросила: "Отпусти".
Домовой этого дома был нечистью нелюдимой и склочной, но имел маленькую слабость. Ему, как и любой другой нечисти, нравились хорошенькие ведьмы. Вот и сейчас он незамедлительно отозвался на зов, видел, что я попала в магическую ловушку, но не торопился из нее вызволять.
"Прости. Не могу…" — ветер донес до меня печальный вздох.
Да уж, силен столичный маг. Придется действовать иначе. Хотя мои ноги были "приклеены", я дернулась всем телом, попытавшись сделать крошечный шаг, и ожидаемо полетела лицом вниз. Вот так и выяснилось, что у лорда Аркса прекрасная реакция. Он подхватил меня, не дав пропахать носом землю, на мгновение прижав к груди.
Я даже немного растерялась от такой прыти господина инспектора и неловко дернулась, еще больше заваливаясь на мужчину.
— Пустите! — возмутилась я, чувствуя крепкие мужские руки на своей талии.
Конечно, между руками и талией были шубка, шерстяное платье и исподнее. Но сам факт!
— Да я и не держу, — невозмутимо ответил лорд Аркс.
Я сердито засопела, а маг ехидно заметил:
— Раз со взяткой не вышло, то вы решили меня соблазнить?
Я посмотрела на инспектора с самым искренним возмущением. Ну, насколько это физически было возможно в моем положении.
— Вы слишком много о себе думаете, — заявила я, пытаясь упереться руками в его грудь, чтобы принять вертикальное положение. — Вы вообще не в моем вкусе.
Маг удивленно моргнул:
— Почему это?
Потому что приклеил меня к земле! Но вслух я, конечно же, произнесла кое-что другое:
— Вот вы знаете, как меня зовут?
— Госпожа ведьма?
— Вот! Говорю же, слишком много о себе думаете. Даже не удосужились выяснить мое имя. Ну ладно имя, хотя бы фамилию!
Маг хмыкнул:
— Фамилия ваша, милая Лекси, будет на выписанном мною штрафе. За браконьерство ламелы, незаконное проникновение на частную территорию и попытку соблазнить инспектора при исполнении.
Я посмотрела на него так возмущенно, что любой здравомыслящий мужик бы понял — дело дрянь. Ведьма на тропе войны способна на настоящие пакости. Можно сказать, что бедолага подписал себе очень неприятный приговор. Какой — я еще не придумала, но неприятный однозначно!
Так меня рассердил этот напыщенный аристократ, что сразу же в голове возникла гениальная идея. Я потянулась к домовому и очень-очень попросила его прислать мне моих смышей. Домовой хмыкнул, а спустя пару минут, которые я все еще стояла в двусмысленной позе с многозначительно молчавшим инспектором, вокруг нас вдруг заснежило-завьюжило, заметалось-замерцало. Ветки деревьев начали ходить ходуном, а заклинание господина инспектора немножко треснуло. Ну я на его бы месте тоже отвлеклась на такое светопреставление, все-таки не каждый день вокруг бесятся аж два снежных мыша.
Но умной ведьме и маленькой трещинки достаточно, чтобы вывернуться из капкана. И едва я почувствовала, что ноги отпустило, так сразу же очень быстро и совершенно неэлегантно вырвалась с зачарованной территории.
Так мы и замерли друг напротив друга. Я — на улице, а лорд Аркс меж елок в центре снежного безобразия. Стоял весь из себя такой непоколебимый и смотрел на меня. Нехорошо так смотрел, внимательно.
Я тихонько свистнула и малышы смыши юркнули ко мне в карман. А потом, задрав нос повыше, развернулась на каблуках и зашагала к себе в лавку, не прощаясь.
И можно было даже почувствовать себя победительницей, вот только тяжелый взгляд синих глаз давил в спину. А еще тревожила ну очень странная капелька пота на виске лорда Аркса. Погодка к жаре не располагала, неужто простуду подцепил, болезный?
Плоха та ведьма, что рассчитывает исключительно на зелья, заговоры и прочие сугубо ведьмовские методы. Хорошая — активно использует все, чем ее наделила природа. Умеет заводить знакомства, обрастать полезными связями, собирать информацию и… распускать сплетни.
Лорд Альберт Аркс пожаловал из самой столицы? Такой весь из себя холеный и ухоженный. Бедняжка! Тяжело ему у нас будет. Привык жить дорого-богато и наверняка не откажется, если местный портной и столяр помогут ему обзавестись самой лучшей одеждой и мебелью.
Королевский инспектор одинокий холостой мужчина? Господину мэру нужно непременно устроить в честь такого важного гостя прием. И на охоту в лес лорда Аркса нужно сводить, а городской следопыт просто обязан показать ему наши уникальные Хрустальные пещеры. Хороший маг никогда не откажется изучить местную аномалию. А лорд Аркс точно хороший маг, другого в королевские инспекторы не взяли бы.
Озадачив мужчин нашего городка активным досугом лорда Аркса, я переключилась на женщин. Так самые видные и влиятельные дамы узнали, что с виду крепкий и здоровый королевский инспектор на самом деле глубоко больной и несчастный. Надо только немного присмотреться, понаблюдать и можно заметить, что он неровно дышит, а если с ним хорошенько поговорить по душам, то выяснится, что он запинается и даже заикается. Магически хвори коварны и непредсказуемы. А в такой глуши, как у нас, у лорда Аркса лишь одна надежда — чуткая женская забота и внимание.
Заглянула я и к аптекарю с алхимиком. Им я объяснила со всей прямотой, что король послал к нам принципиальную занозу и только от нас зависит, вопьется ли эта зараза магическая в наши задницы. На время пребывания лорда Аркса было решено полулегальные снадобья спрятать, заказы от незнакомцев не принимать. Алхимик так вообще решил на время прикрыть лавку и уехать в отпуск в теплые края.
Домой я возвращалась уставшая, но безумно довольная собой. Мы ещё посмотрим, лорд Аркс, понравится ли вам в нашем дружелюбном и социально активном городке или вы сбежите из него, сверкая пятками!
***
А дома меня ждало прекрасное. Штраф! Нет, сначала, конечно, я не поняла, что это за милый конвертик торчит в дверном косяке. Даже подумала всякое непристойное — ну вдруг у меня наконец-то завелся тайный воздыхатель. Но нет! У меня завелся совершенно не тайный и категорически не воздыхающий королевский инспектор.
И этот гадский маг выписал мне не один, не два, а целых три штрафа! И каких? Первый — за нарушение частной собственности. Как будто она мне нужна была, та его собственность. Второй — за ламелу со ссылкой на какой-то там дурацкий королевский указ. И третий — за неподобающее поведение. От последней формулировки мне аж взвыть захотелось. Нет, ну видели, какой блюститель морали. И, главное, ладно б из какой глухой деревни приехал, так он же из столицы. А где мораль и где столица? Вот и я думаю, что в разных местах королевства…
Чувствуя непреодолимое желание подлить лорду Арксу в чай рвотное напополам со слабительным, я принялась расхаживать по комнате, размышляя, как бы побыстрее отправить нашего инспектора куда подальше. Дельных идей не было, и через какое-то время я обнаружила, что наблюдаю, как сопит парочка моих снышей. Эти милые красноглазые зверьки выдыхали снежинки и насопели на целый маленький сугробчик, который неумолимо таял прям… прям на бумаги со штрафами!
Спасая бумаги, я начала ими усиленно махать в надежде стряхнуть воду. Как итог: один штраф отсырел до нечитаемости, второй порвался, а третий, тот, что за неподобающее, я решила посушить. И не придумала ничего лучше, чем посушить над камином. А стоило мне отвлечься на парочку снышек, как пуф! — вместо штрафа в руке осталась горстка пепла.
Я задумчиво смела остатки не слишком-то важных документов в камин и решила, что раз оно получено не лично в руки, то и силы юридической не имеет. Подумаешь, в дверь засунули. Ошиблись адресом!
***
Вари зелье, ведьма, пока в груди горячо!
Считается, что снадобья, приготовленные под влиянием эмоций, действуют лучше. А эмоций у меня сейчас хватало. Причем не самых милых и доброжелательных, хотя я и считалась доброй ведьмой. Той что и лес убережет, и охотнику в случае чего поможет, и зверей зря обижать не позволит. А себя я в обиду тем более не дам! Особенно всяким столичным моралистам. Я к нему, значит, со всей душой и самой лучшей взяткой, а он меня штрафовать надумал! Лучше бы за своим здоровьем следил. Ничего теперь другие присмотрят. Дамы в нашем городке отзывчивые и прилипчивые. Если надумали кому-то причинить добро, то так просто не отстанут. В общем, зря лорд Аркс от взятки отказался…
Два часа работы — три готовых зелья. Я с гордостью разлила снадобья по бутылочкам. Здесь было и общеукрепляющее, и силы восстанавливающее, и успокаивающее нервы. Тот, кто скажет, что наш инспектор не психованный, пусть через неделю на него полюбуется. От излишней заботы и опеки еще и не такие столичные снобы ломались. Если же станет совсем невмоготу, так дорогу обратную знает. Попутного ветра в спину.
Дождавшись, пока зелья остынут, занялась красивой подарочной упаковкой. Каждую бутылочку положила в коробочку с алым бумажным наполнителем, а к горькому снадобью заботливо добавила шоколадные конфеты. Сладости были одинаковые из одного пакета, так и я таиться не собиралась. Смысл делать вид, что ни при чем, когда я единственная ведьма на всю округу?
Первые клиенты начали появляться в моей лавке спустя полчаса и не разочаровали. Вот не зря я считала наших дам сердобольными и жалостливыми, а еще они жутко скучали в нашей глуши. Убойное сочетание! Лично мне нашего инспектора было заранее жалко. Ничего, господин мэр и другие видные господа сработают на контрасте и предложат лорду Арксу иные развлечения. Я прямо видела, как он радостно бежит в лес на охоту, как спускается в глубокие пещеры, чтобы избавиться от женского внимания. А там и вернуться в столицу королевскому инспектору захочется.
К обеду я продала все подарочные наборы, а хорошая выручка всегда улучшает настроения. Ещё и новый венок из ламелы приятно радовал взгляд. Раз лорд Аркс от взятки отказался, не пропадать же добру?
Набросив на плечи теплую шаль, я вышла на крыльцо и начала прибивать венок к двери, когда позади послышался недовольный скрип мужских сапог.
У меня вообще с домашним инструментом не очень, если это не ступка для трав или не скалка для теста. Но прошлый гвоздь так некстати расшатался и выпал, а бегать искать помощи не было ну совершенно никакого настроения. Душа требовала вандализма, и забивание гвоздя идеально под это подходило. Особенно тот момент, где надо его загнуть, чтоб превратить в крючок…
— Морозного дня, господин королевский инспектор, — пропела я, не оборачиваясь. Очень была занята — примерялась молотком к блестящей шляпке гвоздя.
А как узнала, что ко мне пожаловал именно лорд Аркс? Да просто он него зверски несло моей общеукрепляющей настойкой. Не иначе как кто-то из дам пытался насильно напоить. Жаль, я этого не видела.
Венок из колючей ламелы, который я почти прикрепила к двери, скользнул на руку, а толстый гвоздь провернулся в гнезде и грустно повис крюком вниз, заставив меня стиснуть зубы от раздражения. Отчего-то мне не хотелось показать себя неумехой в присутствии лорда Аркса.
— Позвольте вам помочь.
И перед моим носом возникли две мужские ладони. Одна нагло отобрала молоток, другая сцапала гвоздь, а я… Я оказалась зажата между дверью и не в меру наглым столичным хлыщем.
Тюк-тюк…
Стучал молоток по шляпке гвоздя.
Тук-тук…
Стучало сердце раздраженной ведьмы, предчувствующей, что ей скоро скажут какую-нибудь гадость. Забив гвоздь, лорд Аркс соизволил опустить руки.
— Можешь вешать свой венок, ведьма.
— И во сколько мне это обойдется? — едко поинтересовалась я.
Вешать венок на дверь мне уже расхотелось. С большим удовольствием я повесила бы его на шею лорда Аркса, но нельзя… Нельзя разбазаривать дары леса. Поэтому я сделала глубокий вдох, втянула в себя чистейший морозный воздух и пристроила венок на дверь мастерской, не забывая о традиционном заговоре на удачу, усиливающим эффект ламелы. Только после этого я повернулась к лорду Арксу.
Хм… А господин королевский инспектор мужчина горячий. Иные в легком пальто нараспашку в мороз не ходят. Лорд Аркс набросил его поверх белоснежной рубашки и, кажется, при этом совершенно не мерз.
— Я не собираюсь тебя сегодня штрафовать, Алексия. Но это не означает, что я не передумаю завтра, когда уважаемые дамы этого городка вместо конфет и настоек начнут мне дарить слабительный порошок или средство от облысения.
— Это пожелание?
— Это намек! Я здоров, госпожа ведьма! — неожиданно грозно рыкнул маг.
Я от неожиданности аж на месте подпрыгнула.
— Да ладно, а по голосу и не скажешь. Вот, смотрите! Кажется, у вас глаз дергается!
— А давайте мы, госпожа Алексия побеседуем с глазу на глаз, — несколько зловеще произнес королевский инспектор, после чего толкнул дверь в мою лавку, вынуждая меня отступить.
Отступить? Это он глупость задумал! Нельзя победить ведьму на ее же территории. А мои владения простирались далеко за пределы лавки. Весь город под моим влиянием. Да что там город, лес и тот любит, ценит и одобряет.
Вот так!
Вскинув голову, я поправила воротник на блузке и степенно посмотрела через плечо на мага, зло дышащего мне в затылок.
— Хорошо. Вы можете зайти в мою лавку, раз уж у вас возникла такая непреодолимая потребность.
Вот этот раз лорд Аркса нарезал круги по торговому залу дольше, чем в первый раз. Тщательно осмотрел все полки, сунул нос в демонстрационные образцы, я же на всякий случай прислонилась к двери в кладовку, делясь с домом силой и прося у него защиты. Если маг рискнет взломать мое хранилище, у него не только глаз задергается.
— Итак, вам вздумалось меня полечить, — сурово объявил королевский проверяющий.
— Нет, мне вздумалось вернуть вас в столицу. Там теплее, веселее, здоровее. Согласитесь, сплошная польза для столичного организма.
— Вы считаете меня слабаком? — заметно опешил лорд Аркс.
Я придирчиво осмотрела этого “кабана”. Если бы не симптомы лихорадки, обнаруженные мной в прошлый раз, я бы вообще не заподозрила, что с этим мужчиной что-то не так. Рослый, хорошо сложенный, про таких в народе говорят “как за каменной стеной”, а руки такие, что подковы можно гнуть. Да, неаристократические пальцы были у лорда Аркса. Видно, что мечом он махать привык не только на тренировочных полигонах. Заметив, что я его разглядываю, лорд Аркса сложил руки на груди и насмешливо вскинул бровь.
— Я считаю вас магом. А это не только призвание, но и в какой-то степени диагноз.
Насмешливая бровь нервно дернулась.
— И кто еще из нас двоих сноб!
— Тот, кто не признает силу ведьмовских заговоров и раздает штрафы направо и налево. Думаете, я лес обокрала? Да он сам мне эту ламелу подарил! А я вам цветы принесла от чистого сердца…
— Решили дать мне взятку.
— Да подружиться я хотела! — Я в сердцах топнула ногой, отчего прячущиеся в ящике стола сныши высунули из него любопытные мордочки. — Наладить добрососедские отношения.
— А когда не вышло, отправили ко мне делегацию из сердобольных дам этого городка. И только не говорите, что вы здесь ни при чем.
— Хорошо. Не буду, — мило улыбнулась я.
От дальнейших объяснений меня избавил звон колокольчика, и в лавку вошел мальчишка-разносчик.
— Лорд Аркс, вот вы где! А мне как раз госпожа Дария сказала, что леди Онория видела, как вы прошли к лавке нашей госпожи ведьмы…
— Ближе к делу, — королевский инспектор сурово нахмурился.
Фу таким быть! Ребенка пугает.
— Эран, у тебя записка для лорда Аркса?
— Да! От нашего мэра! Сказали дело срочное и очень хотят получить ответ.
Конечно, срочное! Вот что может быть для здорового мужчины важнее охоты?
Лорд Аркс прочитал приглашение мэра с каменным выражением лица. И тут я его понимала, кому охота тащиться в лес, когда с небес срывается снежок, а стылый ветер так и норовит забраться за воротник? На подобные подвиги способен только сильный, здоровый мужчина, отчаянно желающий доказать, что ему не нужны целебные настойки.
Провожала я лорда Аркса, стоя на крыльце лавки. Хотела даже платочком помахать вслед, но решила, что это будет совсем уж подло. Поэтому я украдкой коснулась венка из ламелы и произнесла быстрый заговор на удачу. Охота в наших краях дело хлопотное и местами опасное.
Размышляя о своенравном лесе, я вспомнила встреченного мной странного зверя. На улице было жуть как холодно, а бедолага там один мерзнет и наверняка умирает с голоду. Иначе зачем бы он на моих смышек покушался? Погруженная в мысли о том, как в наших захолустных краях появился такой странный зверь, и почему он совершенно одинок (а я была уверена, что одинок, его глаза были жуть какие грустные!), я и не поняла, как обнаружила себя на кухне по самый нос в муке.
Кулинария — это у меня от стресса. И от нервов. И от скуки. И от волнения. И от… от всяких там столичных инспекторов тоже, да. В общем, как любая благовоспитанная ведьма в периоды острой душевной тревоги я изо всех сил созидаю. Кто-то драит полы, кто-то шьет, кто-то даже музицирует, а я иду к печи. И не просто иду к печи, а полная энтузиазма леплю пирожки и отправляю их противень за противнем в самое пекло. Смазанные яйцом, они румянятся и блестят, соблазняя окружающих на чревоугодное непотребство. И если бы я не была ведьмой, то уже б давно догнала уважаемого пекаря в весовой категории!
В общем, по истечении вечера в доме имелись пирожки с яблоком, яйцом и луком, мясом, ватрушки и сладкие завитушки. Осматривая деяния рук своих меня прям распирало от гордости. Вот ровно до того момента, как в голову не пришел вопрос: “И кого я всеми этими вкусностями буду кормить?”
За окном начал подвывать ветер, и мне снова вспомнился бедный и голодный Глазастик. Решено! Пойду спасать животинку!
— Идем в лес! — скомандовала я смышам.
Смыши, которые на двоих слопали три пирожка и сейчас сыто икали, лежа круглыми пузиками кверху, вяло пискнули.
— Отговорки не принимаются, — отрезала я. — Пирожки и просторный ящик стола надо отрабатывать.
На меня посмотрела две пары сонных глаз, но мне если что взбредет в голову, остановить просто невозможно. А мне взбрело, прямо скажем, приспичило накормить одного ну очень печального диковинного зверя. Заодно рассмотреть получше и поискать в фолиантах, откуда он такой красивый взялся.
Короче, спустя полчаса вялое сопротивление смышей, не готовых делиться пирожками и нести их куда-то далеко, было подавлено, а я вышла из дома полная решимости спасти редкий вид от голодной смерти.
Метель на улице была совершенно отвратительная, даже смыши ленились высунуть нос из карманов. Но стоило зайти в лес, как ветер стих, мороз как будто отступил, а снегопад превратился в миленько парящие снежинки. Красота, да и только.
Пока шла — размышляла. Чтобы не умереть от безделья, пока подходило тесто, я перерыла дома все гримуары и записи, доставшиеся мне по наследству. Такого дивного зверя в них описано и нарисовано не было, зато нашлись два интересных раздела, и к магическим животным они не имели никакого отношения. Первый рассказывал о перевертышах. Ну, тех, кого в народе еще оборотнями величают. Вот эти ребята умели в древние времена переворачиваться, но, говорят, большей своей частью лишились магии, разбавив кровь. А те, кто сильно держался за свой дар, в конце концов, одичали и ушли в лес.
Второй раздел относился ко всяким мерзостям типа проклятий и магических травм. Вроде бы такое маги лет сто назад практиковать любили, но уточнить не у кого. Не к лорду-инспектору же идти с этим вопросом! Представляю этот разговор: “Лорд Аркс, я когда для вас собирала запрещенку, встретила одного зверя, по всем признакам магического и жуть до чего странного. Вы случайно никого по дороге не проклинали?”
Короче, в голове роились одни теории и домыслы. А потому животинку нужно было изучить как следует… За тем и шла!
К нужной березке меня вывел один очень галантный болотный дух, которому немного не повезло, и в этом сезоне он не впал в спячку. А потому дорогу мне освещал мертвенно-бледный свет, а над ухом раздавались очень печальные вздохи. Я очень сочувствовала болотному духу, но убаюкать его никак не могла. Поэтому, как могла, утешала. Вот сегодня пирожками угостила, а на днях красивую ленточку повязала на его любимое дерево.
Так что к месту встречи с моим подопечным я шла в условиях повышенной комфортности, в хорошей компании и приятной обстановке. А потом болотник еще раз печально вздохнул и галантно удалился. Я обошла березу пару раз, тоже печально вздохнула, сгрузила ношу на снег и задумалась, оставлять ли пирожки невесть где шастающему Глазастику или раздать местным по дороге домой. Над ухом снова кто-то вздохнул, но на этот раз не печально, а как-то по-особенному. Я развернулась, чтобы спросить у болотника, что на дополнительные пирожки может и не намекать, и нос к носу столкнулась с моей диковинной зверушкой.
— Доброй ночи, я пришла! — радостно возвестила я, четко осознавая, что моя фраза звучит в духе "вы не ждали, а мы прискакали".
Зверь удивлённо рыкнул и забавно округлил глаза. Да, я сама от себя в шоке. Обычно у меня нет привычки рассекать в мороз по лесу в поисках загадочных лесных тварей.
— Ты меня понимаешь. Прелесть ты моя разумная!
Бухнув корзину в снег, обежала вокруг Пушистика. Просто, чтобы убедиться, что он в порядке.
— Знаешь, у тебя очень странная аура. Я вроде ее и чувствую и в то же время совсем не могу нащупать. Но это ерунда! — Я похлопал Глазастика по лапе. — Главное, что ты здоров.
Похлопав ладонью и по груди монстра, призадумалась. Стоит ли предупреждать его об охотниках? Я нарочно предложила мэру сводить королевского инспектора к Хрустальным пещерам. Лес в предгорье был полон живности, но от березы, где окопался Глазастик, было полдня пути, если топать напрямую через лес. Так что я могла не переживать, что королевский маг почувствует лесного монстра и захочет его изучить. А если и почувствует, то пусть только попробует обидеть! Как лесная ведьма я обязана защитить Глазастика, и пока он не вредил ни лесу, ни городским жителям, может рассчитывать на мою помощь и поддержку.
Подняв с земли корзину с пирожками, протянула ее монстру.
— Это тебе. — Я сдвинула полотенце, позволив зверю лесному ощутить аромат сдобы.
Реакция не заставила себя долго ждать — я уловила отчетливое голодное урчание пустого желудка. Мне же захотелось захлопать в ладоши. Зверь не был полностью диким! Так что я имела дело либо с перевертышем, либо с проклятым…
— Эй, а вы чего засуетились?
Выбравшиеся из кармана пальто смыши шустро перебрались мне на плечо и принялись что-то возмущенно пищать. Не всякая ведьма понимает язык зверей, мы скорее улавливаем настроение и умеем нравиться живности. Так вот мои ушастики сейчас были чем-то встревожены. Не напуганы, а именно что взбудоражены. Они так скакали на моем плече и верещали, что у меня зазвенело в ушах. Зверь тоже явно прислушивался к смышиному концерту, а потом вдруг так рыкнул, что я шарахнулась прочь, зацепилась ногой о какой-то корень и шлепнулась попой в снег.
— Ры… — Глазастик понуро топтался рядом.
Уж лучше бы помог встать. Но это же зверь лесной, чудо мохнатое. Откуда ему знать о хороших манерах?
— Совсем ты тут один, и некому руки подать, — сочувственно проворчала я и вздрогнула, когда мне протянули лапу.
Ой, как интересно…
Мохнатую конечность я изучала предельно тщательно. Мне же надо было понять, что Глазастик такое и как ему с этим жить дальше. А мне, как ведьме-защитнице, нужно обязательно все проконтролировать.
— Да постой ты смирно. Я только пальчики немного пощупаю.
Пальцы у зверя были крупные, мохнатые и плохо слушались владельца. На когти я старалась не обращать внимания.
— Нет, я тебя не боюсь и не думаю, что ты меня съешь. Если бы хотел, напал бы ещё при первой встрече, — терпеливо объясняла свою позицию я. — Слушай, а давай я на тебя свою следящую метку поставлю, чтобы знать…
Ох! Я снова шлёпнулась в сугроб, точнее, меня в него нагло посадили. Зверь навис сверху, страшно вытаращив глаза, и выдал свое возмущенное "ры!".
— Это ты зря отказываешься. Эй, ты куда? Хотя бы пирожки взял!
И корзину. Я в ее ручку ленту заговоренную вплела и бантиком подарочным повязала. Зверь вернулся, недовольно топая, и сцапал подношение.
Пока я лелеяла коварные планы, Глазастик нырнул в берлогу под берёзой, и спустя пару секунд из берлоги вылетела пустая корзина, следом отломанная ручка. Почуял ведьмовской заговор! Ой, хитрец! Но ничего мы ещё посмотрим кто кого.
Утро началось с требовательного барабана в дверь. Часы подсказали, что я успела поспать всего два часа. А все потому, что догадалась заглянуть минувшей ночью на заветную полянку. Кустики ламелы обрадовались мне, как родной. Точнее, это раньше на поляне росли всего лишь кустики, теперь это были солидные заросли. И вот они безо всякой просьбы с моей стороны сбросили такую охапку колючих ветвей, что я до утра зимние венки собирала. Все более ли менее значимые общественные здания от мэрии до таверны уже были им отмечены и обречены на удачу в новом году. Оставалось подарить немного удачи деревенскому катку, на который я собиралась заглянуть, как только высплюсь.
Я забралась с головой под одеяло в надежде, что посетитель догадается зайти попозже, но куда там. В дверь бахнули с такой силой, что она слетела бы с петель, если бы не была заговоренная.
Да кого же там принесло?!
Стащив со стула платье, быстро переоделась, пригладила волосы пятерней и потопала выяснять, кто же ко мне такой нетерпеливый пожаловал. А приоткрыв дверь на длину цепочки, пожалела, что вообще из кровати выбралась. Надо было мне и дальше спящей притворяться.
— Доброе утро, госпожа нарушительница королевского закона, — произнес самый противный инспектор в мире. И тон у него был такой странный. Подозрительно жизнерадостный!
— Недоброе утро, господин инспектор, — буркнула я и попыталась закрыть дверь.
Куда там! Этот зловредный маг нажимал на несчастную деревяшку с такой впечатляющей силой, что мои жалкие попытки захлопнуть дверь перед его носом были вообще незаметны. А от напора неуважаемого лорда Аркса меня ограждала одна несчастная, хотя и заговоренная, металлическая дверная цепочка.
— Вы ломитесь в частную собственность! — пропыхтела я, скользя босыми пятками по полу, в попытках закрыть дверь.
Вылезшие на шум смыши воинственно верещали и скакали рядом, поддерживая меня изо всех своих смышиных сил.
— Отчего же ломлюсь? — деланно удивился маг. — Я, может, к вам по делу.
— По какому еще делу?!
— По личному, — невозмутимо ответил лорд Аркс.
— Вы издеваетесь? Прекратите ломать мою дверь! — потребовала я, чувствуя, что звенья несчастной цепочки медленно, но верно размыкаются.
— Я не ломаю ее, а пытаюсь открыть.
— Не надо ничего открывать! Просто уйдите и займитесь своими делами!
— Но я и так занимаюсь своими делами, — даже немного удивился маг. — Личными.
Я уже готова была высказать максимально громко все, что думаю о делах магов вообще и этого конкретного вчастности, как моя героическая входная дверь не выдержала издевательств. На мое счастье (и спасибо веночку ламелы), я успела отпрыгнуть в сторону и входная дверь вместе с косяком, прочими элементами конструкции и куском стены с грохотом рухнула на пол моего торгового зала. Смыши дружно ахнули. Я ахнула. Лорд Аркс задумчиво хмыкнул. Заговоренная цепочка жалобно дзынькнула, так и не порвавшись.
— Ремонт за ваш счет. Надеюсь, вы владеете бытовой магией и не застудите мне весь дом, — мрачно заявила я и, развернувшись, пошла вглубь своего жилища.
— Вы куда? — немного растерянно спросил маг.
— Ставить чайник. А вы можете начинать ремонтировать дверь.
***
Лорд Аркс оказался деятельным мужчиной незаурядных организаторских способностей. А вот бытовым магом он оказался паршивым. Иначе стал бы он пригонять в мой дом строительную бригаду? И как только умудрился найти в такой короткий срок? Я еще и воду в чайнике не вскипятила, а на моем крыльце появились два плотника и каменщик. Последний с уважением осмотрел проломленную стену и похвалил Аркса, дескать, сила у господина мага запредельная.
“Сила есть, ума не надо…” — неосмотрительно буркнула я.
Так и выяснилось, что у господина инспектора еще и слух запредельный. В общем, желание пить чай в холодном доме у меня пропало напрочь, зато появилось непреодолимое желание получить компенсацию. И моральную, и физическую, и позавтракать опять же надо было.
Бросив Аркса руководить ремонтными работами, я ушла переодеваться, а когда вернулась в лавку, то наткнулась на полный подозрения взгляд:
— Госпожа ведьма, вы куда-то собираетесь?
— Не угадали. Мы собираемся! — С этими словами я распахнула кладовку, откуда посыпались венки, собранные из красных лент, бантов и ламелы.
— Госпож-ж-жа ведьма, — буквально прошипел инспектор.
А вот я ни капли не нервничала! Видела я его штрафы в… горящем камине. И вообще, я в присутствии свидетелей очень смелая ведьма, а если в плохом настроении, то еще и наглая.
— Слушаю вас внимательно, господин королевский инспектор, — елейно протянула я. — Но прежде чем вы выскажитесь, отмечу, что я лес не обирала. Он мне сам все выдал. Любит Заповедный лес наш городок, и я его люблю, поэтому и хочу, чтобы у всех его жителей новый год был счастливым и удачным. Но если вы что-то имеете против…
— То могу выпить яд сам, не дожидаясь, пока вы меня отравите.
— Взаимопонимание — это так прекрасно!
С этими словами я подхватила с пола первый венок и сунула лорду Арксу в руки.
— Знаете, мне почему-то кажется, что у нас разные представления о взаимопонимании, — проворчал маг, но венок на руку повесил.
По ступеням моего крыльца лорд Аркс спускался медленно и осторожно, неся перед собой стопку венков. Сначала я хотела сказать, что венки можно положить на санки, но маг так уверенно чесанул по заснеженной дороге к катку, что я едва смогла его догнать. Мастера пообещали починить мою дверь за пару часов. Как раз времени хватит, чтобы и ламелой каток украсить, и лорда Аркса завтраком угостить. Интересно, он умеет кататься на коньках?
***
— Госпожа Алексия, вы сегодня чудесно выглядите!
Комплимент булочника размазался сиропом по ведьмовскому тщеславию. Но весомее была реакция сына мэра, уронившего при виде меня коробки с покупками. Прямо в снег и вывалил. А в них у господина Торса были и сыр коллекционный, и колбаса, и пирожные. Мои смыши как все это богатство увидели, тут же рассудили “что упало, то пропало”. И я их понимала. У самой с утра ни крошки не было. А тут сыр, пирожные, колбаса. Господин Торс от шока отошел, отдышался, но вместо сбора покупок вдруг принялся рассказывать, какая я сегодня расчудесная. И дальше картина маслом: я улыбаюсь и откровенно млею от комплиментов, смыши нагло жрут халявный сыр, а рядом скрипит зубами навьюченный венками королевский инспектор.
Чудесно же!
А лорд Аркс сам виноват. Из-за него мы все мало того что без завтрака остались, еще и двери лишились. Так что мне пришлось компенсировать утреннюю неурядицу светлыми платьем, шубкой и шляпкой. Я выглядела прелесть до чего симпатично на фоне заснеженного города. И как же хорошо, что на моем пути оказались достойные мужчины, сумевшие обратить на это внимание королевского инспектора.
— У вас сегодня свидание? — неожиданно хмуро произнес лорд Аркс.
“Да, с катком и венками из ламелы!” — мысленно фыркнула я, но вслух произнесла другое.
— Приличные девушки свою частную жизнь с посторонними не обсуждают.
— А я для вас посторонний?
— А вы думаете, что раз штраф выписали да дверь выломали, уже и другом стали?
Да, сопящий королевский инспектор это прекрасная таблетка для улучшения настроения. Или же я сама попала под влияние ламелы? Все-таки волшебное заповедное растение. Такими в древние времена некоторые и от хворей избавлялись, проклятья снимали…
Так.
Я замерла на полушаге, чувствуя, что мысль, промелькнувшая в разомлевшем от комплиментов и мужского восхищения мозгу, действительно важная. А что, если неведомая лесная животинка не раритетная, а банально кем-то проклятая? И почему я сразу об этом не подумала? Эх! А еще и хранительница леса! Просто подобные трансформирующие проклятия древность древняя. С тех пор как наше королевство под защитой магов, темные ритуалы канули в прошлое.
Но как следует обдумать эту мысль мне не дали – к нам подошел господин мэр. Чтобы засвидетельствовать свое почтение моей ведьмовской персоне, ясное дело. А еще обрадоваться моему спутнику и жизнерадостно воскликнуть:
— Лорд Аркс! Как я рад вас видеть! Вы вчера так стремительно нас покинули, я начал волноваться, не случилось ли чего?
— А что с ним должно было случиться? — живо вклинилась я в разговор, надеясь, что у лорда от дичи случилось как минимум острое несварение.
— Лорд Аркс вчера отличился на охоте: подстрелил оленя, кабана и дюжину куропаток, — охотно начал разглагольствовать мэр.
Я покосилась на навьюченного венками ламелии мага, у которого от подобного заявления сделались ну очень круглые глазки. Нет, ну я с ним, конечно, была согласна: так вдохновенно врать неприлично. Даже если это ложь в целях восхваления начальства. Но изобразить восхищение это мне совершенно не помешало:
— Да вы что! — ахнула я, приложив ладони к щекам.
— Да-да! — поддакнул мэр, не чувствуя подвоха. — Мы все были невероятно восхищены!
— И куда же делся наш герой, бросив всю эту великолепную добычу? — спросила я, посмотрев на мага.
Мэр, кстати, тоже посмотрел. И сын его. И мои смыши. И еще парочка любопытных прохожих. Всем было интересно, куда делся лорд Аркс!
Вообще, я рассчитывала на позорную историю о несварении, которую сейчас как-нибудь неуклюже попытался бы спрятать маг. Ну или хотя бы кусочек истории! Но маг неожиданно ловко перекинул все венки на левую руку, правой сцапал меня за локоть и заявил:
— Господин мэр, не сочтите за грубость, но я провожу разъяснительную работу с этой юной нарушительницей.
— Ох, да-да, конечно! — спохватился господин мэр. — Я всего лишь хотел пригласить вас на ежегодный бал в мэрии. Будем ждать вас и вашу… нарушительницу.
И подмигнул так. Многозначительно!
Смыши возмущенно пискнули и даже полезли из карманов, чтобы популярно объяснить всем присутствующим, что я никакая не нарушительница и уж тем более не “его”. Но маг оказался проворнее, сильнее и быстрее, а потому я и возмутиться не успела, как оказалась отбуксирована на другой конец улицы.
— Вы что-то скрываете, — констатировала я, окинув мага оценивающим взглядом.
— Вы тоже, — невозмутимо ответил Аркс.
— Вы что-то скрываете в моем лесу! — возмутилась я. Смыши согласно пискнули. Дескать, лес ее и скрывать в нем ничего нельзя без особого разрешения.
И тут я испугалась своих же слов. Глазастик! А если маг вчера сбежал с одной охоты, чтобы попасть на другую? И охотился на мою неведомую зверушку? А если его сюда не просто так прислали, а чтобы он мой лес изуродовал своей кошмарной боевой магией?!
— Кто ж сказал, что это лес ваш? — усмехнулся маг.
— Лес.
— Что?
— Лес сказал, что он мой, — пожала плечами в ответ. — Он меня принял, как ведьму-хранительницу. Или вы думаете, я шантажом и угрозами ветви ламелы заполучила?
Возразить на это столичному магу было нечего. Хранительнице браконьерство не припишешь, известно, что она никогда лишнего не возьмет, а то что лес дарует, использует с умом. Вот поэтому и тащил лорд Аркс мои венки на каток, понимал, что не стоит добру пропадать.
Я с улыбкой посматривала краем глаза на шагающего рядом мужчину. Все-таки хорош. Профиль породистый, характер волевой, не без недостатков, конечно, но внезапно я поняла, что мне нравится спорить с Арксом. И раздражает королевский инспектор уже не так сильно.
Нет, все-таки замечательное у меня утро. Сама бы я только к обеду до катка добралась, я благодаря лорду Арксу буду на месте уже через пару минут. И дверь мне бесплатно починят.
Тьфу ты ж…
Я с негодованием покосилась на распушившуюся ламелу. Вот уж не думала, что я, опытная ведьма, попаду под влияние этой лесной затейницы. Наверное, это потому что еще не завтракала. На голодный желудок всякая ерунда может привидеться, вон даже столичные инспекторы начали съедобными казаться.
— Лорд Аркс, остановитесь! Чувствуете запах? Я сейчас!
И я шустро поднялась по ступеням булочной, где каждое утро господин Руф пек ароматные золотистые плюшки. Сегодня в честь открытия катка к ним подавали еще и пряный чай.
— Госпожа Алексия, вы никак лорда Аркса угощать задумали? — пекарь хитро улыбнулся, бросая многозначительный взгляд в окно.
Он точно видел, с кем я пришла, и наверняка станет рассказывать всем посетителям, что плюшки у него особо удались, раз уж их даже госпожа ведьма для лорда Аркса покупала. Ещё до обеда весь городок будет знать, что мы чаевничали под ламелой…
Нет, я определенно нанюхалась. Надо срочно как-то проветрить мозги, пока Аркс не осознал, что со мной что-то не так. Я вышла из булочной, твердо намеренная придерживаться обозначенного плана, как вдруг услышала:
— Алексия, что происходит?
Вопрос мага заставил меня споткнуться на ровном месте. Чуть чай не пролила.
— Это ваш завтрак! — с улыбкой пояснила я, протягивая Арксу бумажный стаканчик с чаем. — И моя искренняя благодарность за помощь с доставкой венков. Как представлю, что тащила бы их сама на санках.
Благодарность решила подкрепить извлечением плюшки из пакета, но замерла так и не протянув ее магу. От пристального взгляда сделалось не по себе.
— У вас на щеках румянец, а в глазах странный блеск.
А у вас в руках заговоренная ламела, и обидно, что на вас она ни капли не влияет! Да, у сильных магов совершенно возмутительная устойчивость к природным “дурманам”. Приходится вот чаем и плюшками задабривать.
Нет, это просто бесполезно. Нет никаких сил бороться с ламелой, которой почему-то захотелось, чтобы я вела себя поласковее с королевским инспектором. Ладно, буду считать это временным помешательством и устрою себе выходной. Теперь понятно, почему мне внезапно захотелось принарядиться.
Вручив Арксу чай, поднесла к его губам плюшку:
— Кусайте, пока горячая.
И все это прямо под окнами булочной. Да, сегодня мы с Арксом точно станем самой жаркой сплетней этого дня, даже если так и не поцелуемся под ламелой.
***
На катке мне немного полегчало. Как развесила венки на столбах да отошла подальше от коварных цветов, так снова превратилась в рассудительную госпожу Алексию, практикующую ведьму, хранительницу леса и смышевладелицу. К слову, смышата с Арском расстаться не пожелали и изображали из себя белоснежные погоны на его пальто. И как я их не уговаривала вернуться в мой карман, только возмущенно пищали. Почувствовали чего?
А ведь лорд Аркс вчера совершенно подозрительно слинял с охоты в лес.
— И чем вы опять недовольны? — лениво поинтересовался инспектор, дожевав плюшку.
К угощению он притронулся, только когда повесил последний венок на столб и теперь стойко пил ледяной чай.
— А? Недовольна? С чего вы взяли?
— Ваше выражение лица подсказало. Знаете, Алексия, вы чересчур серьезная ведьма. Да еще и в такой день. Кстати, вы на коньках стоите?
Мужчина кивнул на шатер смотрителя, где можно было взять коньки напрокат.
— Когда-то очень давно каталась. Эй! Я сюда, вообще-то, по работе пришла! — с возмущением прошептала я, но королевского мага уже было не остановить.
Метко забросив бумажный стаканчик в урну, он продолжал уверенно шагать к шатру.
— Вы по работе. Я по работе. Пора бы и о личном счастье подумать, — неожиданно весело бросил он.
И этот ламелы нанюхался!
Нет, я, конечно, нарочно развесила венки в месте, где сегодня половина городка точно побывает. Покатаются, взбодрятся, а потом счастливые и довольные отправиться готовиться встречать Новый год. Кто-то примется за готовку праздничного стола, избранные счастливчики начнут собираться на бал, который состоятся уже завтра, я же тихо надеялась, что если все горожане будут в расчудесном расположении духа, то в Новогоднюю ночь ведьмовское место силы напитается положительными эмоциями, а заповедный лес станет сильнее. Лес это тоже понимал, вот и поделился ламелой. Сплошной симбиоз и взаимовыручка. Вот только в эту хитрую схему никак не вписывался столичный инспектор.
И что он у нас забыл? Почему бродил в лесу?
— Вы ищете Глазастика? Да? — хмуро бросила я ему в спину.
Маг, уверенно буксирующий меня к шатру, замер, а потом осторожно почесал пальцем смыша, сидящего у него на плече. Думала, мелкий возмутиться, а он еще и на спину перевернулся и пузико подставил.
— Глазастика? — Лорд Аркса удивленно посмотрел на меня. — У вас имеется еще одна раритетная живность? — и добавил хитрым тоном: — Смышь с большими глазами?
— Нет! И живность это не моя. Да и не совсем чтобы живность. Глазастик он… удивительный. И разумный…
— Лесной зверь… — мягко подсказал королевский инспектор. — Спокойно! Я ничего не имею против бедного проклятого перевертыша. Просто хочу предупредить, что это не домашняя зверушка.
Ух ты! Так и знала, что он не просто мохнатая заблудшая зверушка!
— Вы что-то о нем знаете? Расскажите! — в порыве любопытства я коснулась его руки.
— Хм… — мужчина как-то странно посмотрел на мою ладонь, и я поспешила ее отнять. — А что я получу взамен?
И лорд Аркс как бы невзначай бросил взгляд на шатер смотрителя катка. Боги! Неужели он серьезно?
***
Королевский маг, попавший под влияние ламелы, страшный зверь! Он может смеяться, шутить и казаться ну просто до неприличия обаятельным. Я со всех ног улепетывала от него по катку, а этот кабан столичный и ухоженный нагонял, еще и поймать грозился, вдобавок, судя по блеску в синих глазах, одной поимкой лорд Аркс мог не ограничиться.
— Стой, ведьма! Поймаю! — громовой голос мага раздавался на катке.
Теоретически он должен был бы распугать всех посетителей, но… Ламелы я развесила много, вот и смеялся народ, подзадоривая мужчину шутками. И ведь помогало же! Как я ни старалась, по прямой Аркс меня все равно догонял. Пришлось петлять, как зайцу. Хочешь поймать ведьму — умей вертеться!
Резко уйдя в вправо, я обогнула хоровод катающихся и помчалась на другую сторону катка, а маг… Маг остался стоять на месте, почему-то согнутый пополам. Боги! Неужели ему поплохело от булочки?
А ведь чувствовала же, что со здоровьем у королевского инспектора не все ладно, а сама то охотиться в снега отправила, то вот сейчас укатала. Зато какая демонстрация ведьмовской прозорливости! Почти что бесплатная реклама.
— Вы как? Где болит? Сердце? Давление? Нога?
— Ничего у меня не болит, — шипел согнутый королевский инспектор.
— Знаете, для человека вашего положения, вы удивительно хорошо держитесь, — заметила я.
— Какого еще положения? — возмутился маг и хотел, видимо, разогнуться, но скукожился еще сильнее.
— Согнутого! — подсказала я. — Согнутого положения!
— Все со мной в порядке! — начал потихоньку злиться уважаемый лорд.
— Ну естественно, — ехидно согласилась я. — “Порядок” отбуксировать с катка или тут постоите?
Ответом мне было сердитое шипение, возможно даже невнятное бормотание о некоторых очень языкастых ведьмах.
— Так, ну-ка, помогите, — скомандовала я смышам. — Отвлеките публику.
Пока все выглядело, будто бы уважаемый королевский инспектор устал. Ну опирается мужик руками в колени, согнувшись пополам, ну с кем не бывает? Он же не просто так, он же ведьму по катку гонял! Но теперь эту конструкцию стоило как-то оттащить без вреда для репутации этой самой конструкции.
И тут лучших помощников, чем смыши, найти было невозможно. Эта пакостливая парочка, точно с цепи сорвалась, получив от меня полное разрешение на создание бедлама на одном конкретно взятом катке.
Смышата скакали по льду, оставляя то пухлые охапки снега прямо на пути катающихся маляшей, от чего те со всего размаха падали в мягкие зимние объятия, поднимая в воздух тучи снежинок. То подтачивали лед, заставляя одиноких людей ну совершенно случайно сближаться, а то и сталкиваться друг с другом. То ловким движением хвостиков замуровывала парочки в красивых, резных ледяных домиках, которые рассыпались снежинками, если пленники поцелуются.
В общем, и эти ламелы нанюхались…
Но нам с инспектором это было на руку! Я выкатила уважаемого мужчину с катка, быстро сдала конки за себя и за того мага, поймала нам повозку и даже почти не причитала, когда лорд Аркс себя запихивал через неудобную для скрюченного человека дверцу.
— Вези быстрее ко мне в лавку! — скомандовала я вознице, свистнув разошедшимся смышатам, что пора сворачивать балаган.
— Нет, ко мне в дом! — заявил маг.
— В моей лавке будет удобнее! — заспорила я.
— Зато мой дом ближе! — прошипел маг.
Возница вежливо кашлянул, прерывая наш спор:
— Так куда везти-то?
И подмигнул так… понимающе.
— Прокляну, — пообещала я, поймав этот взгляд.
Проклинать я, конечно, не умела. Но кто об этом знал?
— В мой дом, — жутким тоном произнес инспектор. Таким он, наверное, лицензий лишает всяких провинившихся бедолаг. — И прежде чем продолжить намекать на всякие непотребства, подумайте головой, кого везете.
— Госпожу ведьму и господина инспектора, — понурился возница и легонько подстегнул кобылку.
— Вот именно, — высокомерным тоном закончил разговор лорд Аркс.
И мы покатились по всем городским ухабам. Судя по выражению лица господина королевского инспектора, управа будет завтра ровнять полотно проезжей части по линеечке… Возможно, даже мэр лично.
Пока мы ехали до пункта назначения, который, кстати, все еще впечатлял меня внешним великолепием, уважаемый лорд Аркс сопел, как закипающий чайник, бледнел, как девица перед первым балом, но мужественно молчал, как настоящий мужчина. А мужчины, как мы знаем, в телесных слабостях признаются только, если им к горлу приставить остро заточенное обручальное кольцо.
Как мы добрели до входной двери — это отдельный рассказ, достойный бутылки доброй ведьмачьей настойки. Господин инспектор шел медленно и очень величественно, потому что любопытные глаза отовсюду пялились на нашу парочку. Я же таким хладнокровием не обладала, а потому нарезала вокруг мага круги, терзая диагностическими вопросами:
— Бок болит? Нет? Низ живота? Верх живота? Мне надо пощупать!
На что лорд Аркс тихо шипел в ответ:
— Еще чего!
Но я-то, конечно, была настойчива в своем желании облегчить страдания мужчине. Ну и заодно не попасть под какую-нибудь статью. А то скажут потом, что я сломала королевского инспектора, и отдувайся по всем инстанциям. Кто ж поверит, что он уже такой приехал?
В общем, когда мы все так же медленно, но уже не очень величественно, вошли в дом, я набрала в грудь воздуха, чтобы заголосить о допуске ведьмы к страдающему телу, как споткнулась обо что-то и совершенно неизящно шмякнулась. И не на пол, да, а на что-то другое.
Обернулась и восхитилась:
— Вот это барда-а-ак!
Маг, кажется, решил, что самое время оскорбиться в лучших чувствах:
— Я здесь практически не живу! А большая часть коробок вообще здесь появились вашими стараниями!
Я склонилась, чтобы рассмотреть, на чем сижу. Это была очень большая коробка, полная — парам-пам-пам — местного вина.
— Взятка! — восхитилась я еще больше. — Взяточный бардак!
Аркс прикрыл глаза, выдохнул с шумом и деревянной походкой зашагал куда-то вглубь дома. А я что? Я прихватила одну бутылку и поспешила за страдальцем. А по пути еще кое-чего нахватала из разных коробок: тут было и пожевать, и полечиться, и… ой, я не видела эти миленькие панталоны, честное слово!
Возможно, будь мой инспектор здоров, он бы, конечно, не допустил такого безобразия, но бедолаге действительно было худо. Только вместо ванной, он почему-то пошел на кухню.
А на кухне… О, теперь я действительно оценила свой торговый потенциал! Все поверхности были заставлены бутыльками. То есть вообще все, даже не донышках перевернутых кастрюль стояли пузатые разноцветные крошечные флакончики. И все — моего производства!
— Ух ты! — восхитилась я.
— Что, нравится? — сердито спросил лорд Аркс, перебирая склянки.
— Еще был! Это ж я оказывается, молодец! Столько продала и, главное, за один день!
— И хоть бы что полезного, — буркнул себе под нос маг.
— Здесь совершенно точно нет ничего от живота, — заявила я авторитетно.
— С-с-спина, — прошипел маг.
— Что спина? — не поняла я.
— Спину защемило, — нехотя признался Аркс. Да еще и с таким видом, что я сразу поняла: сболтну кому — скормит меня моим же смышам.
— А вот от спины тут точно что-то было, — я сделала вид, что не заметила этот угрожающий вид.
Искать пришлось долго. Потому что залежи у лорда Аркса были поистине оптовые. Но еще ни один пузырек с лекарствами не мог похвастаться тем, что сбежал от ведьмы!
— Нашла! — воскликнула я, победоносно вскинув руку с флаконом.
— Давай сюда, — с едва сдерживаемым выражением мученичества произнес мужчина, протягивая руку.
— Зачем? — не поняла я.
— Как зачем? Лечиться.
Он попытался забрать пузырек, но я была ловка, хитра и меня не скручивало от боли.
— Это принимают не вовнутрь, а наружу, — пояснила я свой маневр и скомандовала: — Раздевайся!
Надо было видеть лицо мужчины! Как будто из нас двоих невинная дева — он, а не я. А я — опытная искусительница и соблазнительница. И собираюсь заняться непотребством.
— Я… сам.
— Мда? — ехидно спросила я. — Всегда знала, что маги — существа особенные, но чтобы они умели сами себе спину мазать? Поразительная гибкость! Это врожденное или приобретенная особенность профессии?
У мага нервно дернулся глаз. Я быстро взглядом нашла седативное и, сцапав другой пузырек второй рукой, заявила:
— А это можно внутрь! Для расслабления смышиц!
При этих словах смыши, уставшие и пригревшиеся в карманах у Аркса высунули сонные мордочки.
— Раздевайся! — решительно повторила я, шагнув к магу.
Тот не пошевелился и посмотрел на меня очень внимательным взглядом синих глаз.
— Раздевайся! — повторила я, но уже не так решительно, потому что мужчина стоял, не шелохнувшись, и улыбался уголком губ.
— Что смешного? — насупилась я.
— Ничего, — не моргнув глазом, соврал Аркс.
— Я серьезно!
— Я тоже, — невозмутимо ответил маг.
— Тогда раздевайся!
— Как скажешь, — сказал мужчина и принялся медленно расстегивать пуговицы на рубашке.
Я смотрела на процесс, как завороженная, нервно сглотнула и, чуть сбившись, скомандовала. Ну как скомандовала… скорее очень жалобно попросила.
— Отвернись.
— Смущаю? — оскалился маг.
Я хотела промямлить, что мазать вообще-то надо спину, а не пресс, даже если на нем — ну ничего себе! — восемь кубиков. Но опозориться окончительно мне помешали. Даже я бы сказала так — помышали.
БАБАХ! БАМС!! ДЗЫНЬ — ДЗЫНЬ — ДЗЫНЬ!!!
Смыши, о которых я благополучно забыла, тихонько смылись из-под моей опеки и принялись исследовать кухню на предмет, где бы прикорнуть и чего бы перекусить. Не знаю, как обстояли дела с первым, но со вторым им повезло: еды уважаемому королевскому инспектору надарили столько же, сколько и моих склянок. А дальше не повезло уже нам: сытые, не сказать что обожравшиеся, смыши начали изучать разноцветные флакончики, и некоторые очень их привлекли. Эти пушистые безобразники унюхали хмель-траву в настойке от спазмов желудка, откупорили одну, налакались, и…
И теперь вся кухня в доме королевского инспектора превратилась в сущий бедлам с разноцветными сугробами.
— Эй! — воскликнула я, чувствуя, что сейчас сердце остановится от разбазаривания такого количества зелий.
А вот лорд Аркс себе в выражениях не стал отказывать:
— Ах вы мелкие паршивцы!
Щелкнул пальцами, и мои бедные, маленькие смышата оказались подвешенными в воздухе магией за хвостики.
— Эй! — возмутилась я, поворачиваясь к магу. — Отпусти их, немедленно!
Мужчина недовольно скривил губы, и мои маленькие подопечные рухнули на пол. Ну, рухнули бы, если бы не так удачно образовавшийся сугроб. Новый и разноцветный.
Кинув сердитый взгляд на Аркса, я подскочила к малышам, взяла их на руки, погладила по спинкам и меж трясущихся ушек, поуспокаивала парочкой ведьмачьих наговоров (ну и что, что лесные духи!) и спрятала в карман. А затем подошла к магу и, сунув ему в руки склянки, направилась на выход.
— Не понял, — раздалось мне в спину.
— Все ты понял, — отрезала я. — Дальше сам. Ты ж маг, вон как ловко с магией обращаешься. Уж спину себе как-нибудь намажешь.
И с самым высокомерным видом, на какой только была способна, я вышла из дома королевского инспектора. Еще и дверью напоследок хлопнула. С чувством так, от души!
Женщина может ошибиться в мужчине, даже если она ведьма. Что и говорить, поступок лорда Аркса меня и разозлил, и разочаровал. После того как он обездвижил магией моих смышат, я чуть заговор на неудачу на него не повесила. Или противный спотыкач, из-за которого лоб королевского инспектора собирал бы все шишки. Или вполне недоказуемое проклятие желудочного неприятия.
Да много чего может сделать деревенская ведьма, если обижают ее подопечных!
Но я почему-то не сделала. Перед сном ворочаясь в кровати, я вспоминала детали гордого отступления и в конце концов признала, что просто не захотела вредить лорду Арксу. Совсем на катке размякла, и ламела тут была ни при чем.
— Да что ж вы пищите так громко! — в сердцах прикрикнула я на смышей.
Смышата с самого утра были не в себе. Носились по кухне, все порывались лепить что-то из снега. Естественно, безрезультатно. После того как дверь починили, в моем доме перестало сквозить, а жар от очага валил такой, что хоть окна держи нараспашку.
Открыв одну створку, я приглашающе указала на улицу:
— Может, погуляете?
Смышата переглянулись и неожиданно побежали выгуливаться. Надо же, а я уже начала бояться, что они стали совсем ручными. Хорошо что аппетит не пропал, с утра по целому пирожку умяли. Так что к болезни смышиная истерика точно не имела никакого отношения.
А вот лорд Аркс был болен. И где он только умудрился спину просквозить? Неужели в его доме так холодно? Я вчера этого не заметила.
Громкий писк смышей за окном обозначил, что они нашли себе занятие по душе. Выглянула в окно и обомлела. Так себе было занятие, такому лучше проходить мимо. Впрочем, передвигался лорд Аркс бодро, спину держал ровно и даже не прихрамывал. Все-таки хорошие я варю снадобья, этого у меня не отнять. Как и собственное мнение, и самоуважение, и независимость.
И гостей я встречать буду строго по своему желанию!
У моих смышат оказалось другое мнение, почему-то мелкие паршивцы сочли, что если едят и спят в моем доме, то и гостей могут ко мне водить. Если бы не эти мелкие предатели, пригласившие Аркса на крыльцо, маг еще бы долго своим твердым лбом в мой заговор упирался. Да, вчера перед сном я на совесть защитила дом от нежелательного вторжения.
Не помогло.
Благодаря коварству смышей, Аркс поднялся на крыльцо, а потом принюхался и уверенно направился к приоткрытому окну:
— Госпожа Алексия, у нас с вами два варианта. Либо я с вами беседую с глазу на глаз, либо ору через дверь, но в этом случае не пройдет и часа, как весь городок будет знать, что королевский инспектор униженно умолял уважаемую ведьму пойти с ним на новогодний бал.
— А ведьма что? — с хмурым интересом поинтересовалась я.
Должна же я была выяснить, насколько у лорда Аркса развито воображение.
— А ведьма согласилась его сопровождать, потому что иначе королевскому инспектору придется выбирать между дочерью местного шахтовладельца и одной чересчур активной вдовой.
Я сразу поняла, о ком идет речь и вздрогнула. Вдова эта ни одного заезжего лорда не пропускала. Мысленно представила, как местные дамы шушукаются и рассуждают, развратила ли он уже лорда Аркса или только к нему подбирается. Тьфу ты ж… Нашла какую мерзость представлять!
Холостой статус инспектора делал его удобной мишенью, но… Нечего было смышей моих обижать!
— На балы из жалости не хожу! — объявила я и хотела захлопнуть окно, как за створку ухватилась мужская рука в кожаной перчатке.
— Госпожа Алексия, не в моих правилах обижать тех, кто слабее.
— Конечно. А вчера у вас просто случилось временное помрачение и звериное настроение.
— Люблю догадливых женщин, даже если они об этом не подозревают, — подозрительно весело бросил маг.
— А я люблю мужчин, которые понимают с первого отказа!
Аркс вообще нагло уложил оба локтя на мой подоконник, точно школьник на парту и проникновенно поинтересовался:
— Ну и с кем вы тогда пойдете на бал? Одна, как в прошлом году? Или обидите мэра отказом?
— Одна пойду! Я ведьма, мне можно! — гордо пояснила я.
Я в самом деле радовалась поблажкам, даруемым приличным обществом дамам моей профессии. Мы могли чудить и потакать своим маленьким слабостям, и никто слова поперек не скажет. Ведьма же.
— Откажетесь от сопровождения? — уперто гнул свое Аркс.
Маг прямо-таки нарывался на очередной скандал, но в этот момент из снега, пушистым одеялом укравшим мой подоконник, вынырнули смыши. Прошмыгнули в дом и шустро вскарабкались по руке на плечо.
— Вот моё сопровождение, — с улыбкой объявила я.
— Вы ещё вашего лесного знакомого на бал пригласите, — едко бросил Аркс.
— Да легко! Только он не пойдет… Глазастик, он чуткий, ранимый и очень вежливый зверь.
— Да что вы говорите.
— Иные животные ведут себя лучше людей! — объявила я и на этой важной ноте попыталась снова захлопнуть окно.
Помешала опять лапа королевского инспектора.
— Алексия, пообещайте, что не пойдете в лес в Новогоднюю ночь. Сами понимаете, какое это время…
Я бы обязательно фыркнула что-то о ведьмовской свободе и независимости, но было в тоне Аркса нечто такое тревожное, словно он в самом деле обо мне беспокоился. А насчет Новогодней ночи маг был прав. В это время высвобождались многие силы, как светлые, так и темные, да вступали в противостояние за новые источники, скрытые в каждом человеке. Вот почему я так старательно развешивала ламелу по городу — чтобы его жители притягивали к себе только хорошее.
И совсем я не добрая ведьма! А банально меркантильная. Лучше я буду разбираться с чужим облысением или пышными формами, чем с проклятиями. Кстати, о проклятии…
— Но если Глазастик проклят, Новогодняя ночь самое подходящее время для снятия проклятия.
— Поэтому мы пойдем в лес вместе сразу после бала, и я помогу вам разобраться с диковинным зверем. Только чур не обижаться, если выяснится, что вы опекали одичавшего перевертыша.
— Пойдем сразу после боя часов на городской ратуше.
— Порукам!
И лорда Аркс протянул мне ладонь в черной кожаной перчатке. Её я пожала с легким недоумением. Кажется, раньше у господина мага руки не мерзли.
— Зайду за вами в девять, — заявил мужчина с подозрительно победоносным видом.
— Эй, я не соглашалась идти с вами НА бал. Я согласилась идти С бала! — возмутилась я.
— Милая Лекси, как же можно уйти С бала с мужчиной, если не прийти с ним НА бал? — невинно поинтересовался инспектор и, не дожидаясь моего ответа, ретировался.
А я так и осталась стоять у окна, пыхтя от возмущения.
После ухода Аркса у меня случилась воспитательная десятиминутка. Я объяснила смышам назначение ведьмовского заговора, и уж если я защитила крыльцо от лорда Аркса, то они не имели права тащить его ко мне. Если что-то не устраивает — лес вон там. Смыши, конечно, обиделись и ушли думать над моими словами. Мне и самой стало погано на душе, но волшебную живность надо держать в строгости, иначе проблемы гарантированы.
Звон колокольчика отозвался сладким “дзынь” в груди. Неужели вернулся? Нет. На пороге лавки обнаружился тот, о ком я уже больше и не вспоминала.
— Господин Луан, какими судьбами? Я думала, вы ушли на покой.
Я широко улыбнулась бывшему королевскому инспектору.
— Да вот был в ваших краях проездом и решил пополнить запасы. Таких снадобий, как у вас, госпожа Алексия, во всей столице не сыскать. Вроде и рецепты, и состав тот же, а все не то. Привык мой организм к вашим настройкам.
И господин Луан выдал такой список требуемого, что стало ясно, лавку сегодня можно вообще не открывать. Дневную выручку мне сделает бывший королевский инспектор. Интересно, лорд Аркс в курсе, что в город пожаловал его коллега?
***
Я стояла задумчивая у шкафа и рассматривала его содержимое, размышляя о том, что же мне такое сегодня надеть на бал. Раньше почему-то этот вопрос у меня не вызывал долгих и мучительных интеллектуальных изысканий. Надевала самое новое или самое чистое. Ну еще иногда самое эпатирующее — тут по настроению. А сегодня… сегодня вот почему-то хотелось надеть самое женственное.
Женственное платье зимой, угу. Женственные трусы с начесом, элегантные шерстяные колготки, эффектное платье из теплой ткани, которое кутает фигуру так удачно, что ни сквозняк не просочится, ни любопытный мужской взгляд.
В общем, гардероб внезапно стал дилеммой, достойной философских трактатов.
Смышата, видимо, обдумав свое поведение и сделав какие-то свои, смышиные выводы, явились ко мне в комнату. И не извиняться, нет. Давать советы, разумеется.
Это хвостатое безобразие начало по очереди вытаскивать из шкафа мои платья, чтобы изучить и вынести вердикт. И если то, как смышата справлялись с юбкой или кофтой, выглядело еще более-менее сносно, то когда эти пушистые модисты потащили платье, я не выдержала и расхохоталась. Малявки опечаленно опустили ушки, и женское сердце не выдержало. Пришлось помогать им наводить порядок в собственном шкафу.
— Нет, это слишком тонкое, — покачала я головой, развесив нежно-голубое летнее ситцевое платье на дверце шкафа.
На что один мышонок возмущенно фыркнул, молнией вскарабкался на дверцу и показал лапками на декольте, потом на меня и демонстративно облизнулся.
— Выглядеть аппетитно и неделю лежать в лихорадке? Ради Аркса? Нет! — возмущенно сказала я, снимая платье с дверцы.
Смышонок сердито фыркнул и нырнул в шкаф, второй последовал за ним. Спустя пару минут они извлекли на свет и с моей помощью повесили на дверцу шкафа вязаный подарок местной овцеразводицы.
Другой смышонок не стал взбираться наверх, а радостно запищал с пола, вытянул заднюю лапу, демонстрируя, какая она длинная, и попутно показывая то на меня, то на свитер.
— Ноги будут, что надо, — согласилась я. — Только это свитер.
Смышонок подпрыгнул на месте, мол, и что, что свитер? Зато ноги!
— Категорическое нет! — заявила я.
Еще я филей не морозила ради каких-то там королевских инспекторов.
— Мне потом, между прочим, в лес идти, спасать Глазастика! — напомнила я и даже немного погрустнела.
Как же одеться, чтоб и на балу выглядеть пристойно, и по сугробам потом тащиться без проблем?
Пока я печалилась, оба смышонка забрались в шкаф и активно там хозяйничали. Мебель от такой бурной деятельности немного ходила ходуном, я же без особой надежды наблюдала за процессом. И каково же было мое удивление, когда эти два ушастых безобразия вытащили на свет мое старое и самое любимое платье! Купленное специально для выпускного в ведьминской академии, что приходится аккурат на середину зимы.
Платье было заговоренным — выпускная работа моей соседки по комнате. Белое, с длинными рукавами, подолом до самых каблучков и аккуратным, но очень интригующим воротом, из тонкой шерсти, расшитое ведьминскими нитками. Оно подчеркивало все, что нужно подчеркивать у юной девушки, а еще грело, как любимая бабушкина печка.
Смышата пищали от восторга, мол, вот оно, идеальное платье для бала!
И тут настал момент истины — влезу ли я в него?
***
Платье я примеряла практически затаив дыхание. Все же несколько лет прошло, как я отряхнула ученический мел с пальцев. А жизнь у меня тихая, мирная и вообще пирожки эту треклятые так и пекутся, так и пекутся…
Влезала в платье зажмурившись, а пуговички застегивала затаив дыхание. Смыши воодушевленно запихали, а я приоткрыла один глаз, второй и, наконец, посмотрела на себя в зеркало.
Село идеально! Вот что значит ведьма!
Ухмыльнувшись этим мыслям, я посмотрела на часы и поняла: караул! Опаздываю! Следующий час смыши с задумчивым видом наблюдали, как я носилась по дому: грела в камне щипцы для волос, чуть не спалила платье, громко ругалась на средство для локонов, которое сама же и готовила. Завивать локоны я ужасно не любила, волосы были слишком длинные, и мне все время не хватало рук, чтобы закрутить всю длину. Но мучения мои оказались оправданы: распущенные волосы придавали мне вид ведьмовской и очень соблазнительный. Решив, что раз добивать инспектора, так по полной, я еще и глаза подвела!
Так что, когда в дверь вежливо, но уверенно постучали, я была уже во всеоружии. Распахнула дверь и улыбнулась лорду Арксу, занесшему руку для нового стука.
Кажется, со всем оружием я переборщила: королевский инспектор замер, смотря на меня. И я замерла, продолжая улыбаться, в надежде добить бедолагу. Смыши, прибежавшие на шум, тоже замерли, с любопытством глядя на нас.
Время шло.
— Странно, раньше за тобой ступора при виде ведьмы не наблюдалось, — задумчиво произнесла я, уже перестав улыбаться и зябко ежась от холода, тянущего с улицы.
Мужчина как-то странно вздохнул и подозрительно низким голосом спросил, проигнорировав все приветствия:
— Готова?
Я хотела сказать “да”, но смыши возмущенно запищали и спустя пару минут мне приволокли любимую белую шубку и зимнюю шляпку.
— Шляпка-то зачем? — возмутилась я.
Один смышонок постучал себе по макушке, потом обнял себя лапками, изображая жуткий холод, а потом картинно завалился набок. Даже язычок высунул, актер.
— Я с ним согласен, — произнес Аркс, также наблюдавший пантомиму.
Пришлось мученически вздохнуть и надеть шляпку. В последний момент эти подозрительно заботливые зимние духи еще и муфточку всучили. Как платочком на прощание из окна не помахали — ума не приложу.
И вот иду я с лордом Арксом по ночному городу, пустынному, ввиду приближающегося праздника, под ручку. Ведьма с магом под ручку, представляете? Я бы вот в жизни не представила.
Бал, кстати, в этом году был особенно хорош. То ли на королевского инспектора решили впечатление произвести, то ли мои венки такую благодатную атмосферу создали. Но красиво было невероятно: огромная ель перед мэрией вся увешанная деревянными игрушками, разукрашенными особой краской моего изготовления. Игрушки мягко светились нежным светом, тихо падали хлопья снега, от мэрии доносились приглушенные звуки бала… И я поняла, что отдыхать в такое время просто преступление.
— Простите, лорд Аркс, но я не могу составить вам компанию на балу, — произнесла я твердо, останавливаясь и убирая руку с его локтя.
— Почему же? — осторожно поинтересовался мужчина.
— Потому что! — исчерпывающе пояснила я.
Но этого оказалось явно недостаточно для лорда Аркса. Он смотрел на меня так внимательно и так пристально, что я сдалась:
— Сейчас будет праздник. А Глазастик там, — я махнула рукой в сторону леса. — Один-одинешенек. Холодный, голодный и заколдованный.
Очень живо представила себе эту абсолютно несчастную животинку и шмыгнула носом от жалости.
— Ничего с ним не приключится, — закатил глаза маг.
— Вот тебе откуда знать?
— Оттуда.
— Откуда?
— Знаю и все тут.
— Это не ответ. И уж тем более не объяснение!
Мужчина глубоко вздохнул, наверняка выбирая между “о боже, женщины” и “как я в это ввязался”, но нас прервали:
— Лорд инспектор! Госпожа ведьма! — крикнул ну очень веселый мэр со ступеней мэрии. — Мы вас заждались уже!
— Иди, тебя там ждут, — тихонько сказала я, делая плавный шаг в сторону.
Но с Арксом этот трюк не прошел, и маг сделал единственное, что мог сделать мужчина в его ситуации. Он подхватил меня на руки и бодрым шагом зашагал к мэрии!
— Отпусти! — воскликнула я, пытаясь вывернуться. Безрезультатно, конечно. — Отпусти немедленно!
— Один танец.
— Да зачем тебе этот танец?!
— Один танец и я не только отпущу тебя, мы вместе пойдем к твоему чудо-зверю.
Я насупилась. И задумалась. И покосилась на часы на ратуше. В принципе, если смышата расчистят дорогу, успеваем…
— Один танец, — повторил Аркс.
Но повторил как-то особенно. Просяще.
— Ладно, — буркнула я в ответ.
Ох, и что я за жалостливая ведьма такая?!
***
— Ну же, Алексия, улыбнитесь. Иначе господин мэр сочтет, что вам не нравится праздник.
Тихий воркующий шепот Аркса отозвался сладким трепетом в груди и заставил меня еще сильнее нахмуриться. Вот же нахальная ламела! Наверняка ее проделки, иначе почему у меня ощущение какого-то необъяснимо, детского восторга от первого танца с инспектором? И от второго, кстати, тоже. Как я вообще на него умудрилась согласиться?
Я даже разозлилась немного, но не на лорда, бережно кружащего меня по залу, а на себя. Дала себе слово, что позволю себе всего пару танцев, а потом пройдусь среди гостей. Нужно было обсудить с мэром подготовку к празднику весны, а с местным алхимиком подготовку к посевной. И что с того что сейчас зима и вообще Новогодняя ночь, солидная ведьма находит время для рабочих вопросов даже в праздник. У толковой хранительницы все под контролем, а у меня…
У меня Глазастик до сих пор по лесу бродит. Один. Надо было хотя бы смышей к нему отправить.
— Лекси, что вас так волнует? — теплое дыхание мага приятно щекотало ухо.
— Вы… То есть, то как вы себя поведете после полуночи, — быстро уточнила я, чтобы маг не вообразил себе чего.
— После боя курантов я планирую вас поцеловать.
— А вы наглец! — возмутилась я.
— Отчего же? Всего лишь милая дать традиции… — и с таким наглым и задорным видом он это произнес, что я невольно хихикнула.
— Осторожнее, госпожа Алексия, вы едва не толкнули уважаемую жену казначея, — покачал головой Аркс.
— Уважаемая жена казначея явно хочет стать третьей в нашей паре. Если она еще раз к нам приблизится, я ей подарю капли от тугоухости, — парировала я.
— Будьте снисходительны. Её муж изо всех сил старается удержать любопытную леди в руках, — смеясь произнес лорд Аркс.
Всё-таки этот мужчина очарователен. Я невольно улыбнулась в ответ, но, спохватившись, напустила на себя серьезный вид. Музыка смолкла, чтобы соблюсти приличия, мне следовало отойти от королевского инспектора и пропустить несколько танцев, но как же здорово, что я ведьма и могу не обращать внимания на такие неудобные вещи, как этикет. Поэтому я позволила увести себя к окну, чтобы полюбоваться на последний догорающий день этого года.
Вечер выдался чудесный. Тихий и безветренный. Срывался легкий снежок. Я прикрыла глаза, прислушиваясь к лесу. Там тоже было все тихо и спокойно. Казалось, лес замер в ожидании. И я ждала. Сама не пойми чего, а еще остро чувствовала, стоящего рядом мужчину. Его игривое настроение и настойчивое желание меня развеселить было искренним. Лорд Аркс хотел мне понравиться, и, что удивительно, я не чувствовала никакого злого умысла или тайной мысли. Кажется, королевскому инспектору была нужна не моя ведьмовская сила, а я сама, и от этого на душе становилось как-то спокойно, тепло и уютно.
Хоть плач.
Все-таки я больше женщина, чем ведьма.
— И вот вы опять загрустили. Похоже, что мне придется смешить вас весь вечер, госпожа Алексия.
— Лучше помогите мне найти Глазастика. У меня из-за него сердце не на месте. Понимаю, что это глупо, но…
— Быть доброй это не глупость, — серьезно произнес лорда Аркс.
А у меня от его взгляда таяли и плохое настроение, и планы на ночь, и…
— Хорошо. Побуду доброй и уступчивой еще один танец. Одни! — Я наставительно вскинула указательный палец вверх.
— Учтите, вам может понравиться настолько, что вы захотите продолжения.
— В таком случае вам стоит постараться, — несколько двусмысленно произнесла я.
И пусть Аркс для себя решает, стою ли я того, чтобы стараться, и хватит ли у него сил и обаяния, чтобы растопить сердце ведьмы.
Хватило.
Никогда не думала, что за один танец можно обсудить чуть ли не всю жизнь. Лорд Аркс сыпал вопросами, и сам не скупился не ответы. Хотя я и знала, что он потомственный столичный боевой маг и наследник древнего рода, приближенного к королю, услышать это от него самого было очень интересно. Аркс не хвастал и не кичился своим положением, а рассказывал о сложностях королевских боевых магов, с детства знающих о своем предназначении.
— Получается, вы с детства знали, что станете боевым магом?
— Вас, ведьму, это удивляет? — мужчина иронично вскинул бровь.
— Но это же другое! Нет, подождите, не торопитесь смеяться. Да, моя мама ведьма, и бабушка тоже, и… Лорд Аркс, что-то не так?
— Я почему-то решил, что вы сирота, — с заметным напрягом признался королевский инспектор.
— Это потому что ведьмы нашего рода очень ценят сферы влияния и стараются друг другу не мешать. А так мои родные живы и даже находятся в добром здравии. Мама — хранительница рощи на юге королевства, бабушка — кочевая ведьма. Очень легкая на подъем дама. Представляете, она даже в свои девяносто рассекает на личной двуколке.
— Кажется, я знаком с вашей бабушкой, — пробормотал лорда Аркса и заметно побледнел. — Бедовая женщина.
— Говорят, мы похожи, — не без удовольствия объявила я.
— Если вы намекаете, что мне придется за вами побегать, то я это уже понял.
Музыка смолкла, а мы с Арксом замерли. Он явно не желал выпускать меня из объятий, я не торопилась освобождаться. Внезапно мужчина поморщился и со стоном отпрянул от меня.
— Что такое? Снова спина? — переполошилась я.
— Хуже… — еле слышно выдохнул Аркс и украдкой показал мне руку, на которой появились длинные темные… когти.
— Так… — глубокомысленно изрекла я, рассматривая инспекторскую лапу. — Идти сможете?
— Смогу… — с трудом проталкивая слова сквозь стиснутые зубы, процедил Аркс.
Его синие глаза начали меняться: зрачок расширился, почти полностью скрыв радужку. Зрение перестраивалось, и сейчас мужчина наверняка потерял ощущение пространства. Придется спасать, не отходя от ратуши!
— Чудесно! — Я решительно подхватила мага под руку. — Нам пора немного освежиться. Охладиться. И провести допрос с пристрастием.
Аркс подозрительно притих. Почувствовал, что не стоит злить ведьму, которой сам же испортил романтичный вечер и не менее романтичную прогулку в лес. Я, вообще-то, хотела спасти Глазастика, а не выяснить шокирующие подробности личной жизни королевского инспектора!
Крепко сжимая локоть мужчины, я поволокла его прочь из зала, прочь из здания. И хотелось бы прочь с площади, но тут возникло неожиданное осложнение: нам навстречу шла группа очень серьезно настроенных мужчин. И предводительствовал им самый нелюбопытный инспектор из всех, кого я видела.
— Лорд Аркс, какая встреча! — старичок, которого я всегда жизнь считала безобидным одуванчиком, выглядел крайне воинственно. И слова еще растягивал так противно-медленно, как будто знал, что времени у нас нет.
Хотя, почему же это “как будто”? Он знал, он точно знал!
— А, это вы, — характерным животным движением Аркс повел носом.
Маг не видел собеседника, но чувствовал. Плохо дело! Сейчас он почти ничем не отличается от оборотня, увидевшего луну, с той только разницей, что оборотни — это отдельный очень агрессивный вид, а нам моем маге висит какое-то пакостное проклятье! И нет бы сразу сказать, он мне штрафы выписывал! Расколдую — легко не отделается!
— Я! Я! — радостно закивал старичок. — Вид у вас какой-то больно безрадостный! С такой-то красавицей рядом разве ж можно так кривиться?
Кажется, я услышала хруст зубов Аркса. Непонятно только от злости или от трансформации, но и то и другое одинаково плохо.
— Господин Мольтон, я очень рада вас видеть, но мы ужасно спешим! — решила я взять инициативу в свои руки.
— Пять минут до полуночи, куда же это вы спешите? — ехидно поинтересовался старичок, а я мысленно взвыла.
Пять минут!
Вот как я, спрашивается, за пять минут расколдую эту магическую морду, стремительно теряющую человеческие очертания?
Собственно, стоящий рядом со мной уважаемый маг, королевский инспектор и породистый аристократ не стал дожидаться полуночи, а принялся обращаться в редкую диковинную зверушку лошадиных габаритов.
— Оборотень! — ахнул мужик из сопровождения старичка.
Ахнул и тут же завопил что есть мочи:
— ОБОРОТЕНЬ!!!
По старым добрым правилам, оборотня, забредшего в город и меняющего форму, следовало убить на месте, пока еще окончательно не оброс шерстью. А если не успеть — быть большой беде и многим трупам. Но Аркс-то не оборотень! Правда, знаю об этом только я.
— Ага! — торжественно воскликнул старичок и ткнул в моего мага пальцем. — Ага, я так и знал, что с ним что-то нечисто! Алексия, бегите, мы его победим!
Хотелось ехидно уточнить, кто из трех не слишком спортивных мужиков и одного старичка собрался бороться с такой пышущей здоровьем “кабанюкой”, но времени на разглагольство не осталось. В общем-то, времени совсем не было: рядом корчился Аркс, разрывая на себе одежду и ломая собственные кости, и к нам мчались недружелюбно настроенные граждане с вилами и топорами наперевес.
Так что дальше, с точки зрения обывателей, начался полный сюр.
Между как бы оборотнем и испуганными, но очень решительными мужиками встала такая маленькая и слабенькая я.
Встала и даже немножко обалдела от собственной храбрости, потому что, признаюсь честно, было страшновато — вдруг не затормозят, снесут и не заметят?
Но и отдавать им своего мага на растерзания я тоже была не намерена. Мне его еще пытать с пристрастием неудобными вопросами, а я не некромант, неживых спрашивать не умею.
Так что встала я, спину выпрямила, плечи развела, руку еще вперед вытянула и ка-а-ак рявкну, как бабушка учила:
— СТОЯТЬ!
Не знаю, что сработало: то ли бабушкины уроки по рявканью, то ли поднявшийся на ноги за моей спиной Глазастик, он же Аркс, то ли невесть откуда взявшиеся смыши, готовые устроить метель, пургу и ураган, защищая меня.
В общем, нападавшие опешили и встали как вкопанные, смыши подпрыгнули от моего вопля, а Аркс за спиной удивленно фыркнул. На это фырканье я и обернулась. Уперла руки в боки и сказала:
— Аванс!
И чмокнула мага в пушистый нос на морде.
Аркс в образе Глазастика удивленно моргнул. Такого поворота событий он точно не ожидал. Да что там он, я не ожидала! Это была импровизация чистой воды, но новогодняя ночь, я даже не была уверена, что сработает. Но, насколько я помнила пометки в семейных фолиантах, половина проклятий — дело рук рассерженной женщины, а, значит, снимать их надо с помощью любви и ласки. Но кто ж в здравом уме и твердой памяти рискнет подойти к такому мохнатому кабанюке, который смахивает на оборотня? Самоубийц нет. Зато есть одна не в меру деятельная ведьма, нанюхавшаяся ламелы… хотя, может, и не нанюховшаяся?
— Алексия, что вы делаете?! — ахнул старичок.
Я развернулась к нему, чтобы высказать все, что думаю о пассивно-агрессивных пенсионерах, как за моей спиной раздался убийственно-спокойный голос лорда Аркса:
— Дарит мне свой волшебный поцелуй, конечно же.
— Госпожа Алексия, зачем?! — горестно воскликнул бывший королевский инспектор.
Старичок смотрел на меня с таким несчастным видом, что я сразу почуяла: господин Мольтон не сорвавшуюся охоту на зверя сейчас "оплакивает". Но я все равно подбоченилась и дерзко поинтересовалась:
— А вас что-то не устраивает?
— Так вы теперь, как честная женщина, должны… — Господин Мольтон вконец засмущался и забубнил себе под нос: — Совсем молодежь ничему не учат. Нет бы его дубиной по голове, а потом в темном углу укромном целоваться. А она вот так при всех.
— Ничего не имею против, — раздалось предельно довольное у меня за спиной.
А потом меня обняли за талию и притянули к себе. Нагло так. И уютно. Но предельно раздраженная ведьма отметила исключительно наглость лорда Аркса.
— Руки свои уберите! Я с вами потом ещё поговорю. И о пользе проклятий, и о проверках…
— Боюсь, сердце мое, второй обстоятельной беседы на нежную тему я с женщиной из вашего рода уже не выдержу, — с тихим смешком предупредил Больше-не-Глазастик.
— А вы что-то имеете против женщин из нашего рода?
— В данный момент я имею что-то против уважаемых магов, не желающих отправляться на покой. Господин Мольтон, как не стыдно!
— Бывших королевских инспекторов не бывает!
— Кхм… Похвально, но мне кажется, мы можем продолжить обсуждение без свидетелей, — тактично вклинилась я.
Я уже отчасти понимала все нюансы ситуации, в которую мы угодили, но не хотела, чтобы они стали достоянием уважаемых мужчин этого городка. Инспекторы приходят и уходят, а мне ещё здесь работать.
— Без свидетелей нам точно будет удобнее. Особенно в темной укромной подворотне, — совсем недобро добавил лорд Аркс.
Так бы и стукнула! Но опять же не при свидетелях. Зато смыши мигом сориентировались и, вскарабкавшись на плечо Аркса, насовали ему снега за шиворот. Пока маг был при деле, чистил одежду и ругал вредных лесных духов, я тактично, но твердо отправила горожан встречать Новый год. Который, между прочим, подкрался, пока мы так душевно выясняли отношения. И если следовать примете "Как Новый год встретишь, так его и проведёшь" в этом году мужское внимание мне будет гарантировано.
Горожане разошлись, а дальше суровый королевский маг выяснял отношения с господином Мольтоном. Меня самым бессовестным образом исключили из беседы защитным кругом. И сразу стало ясно, раз ведьма свое дело сделала, она уже больше не нужна.
Над ратушей в небе загорались волшебные огни, а гости мэра высыпали во внутренний двор любоваться праздничным фейерверком. Горожане не отставали. Я видела, как на конце улицы, на холме, уже собралась приличная толпа. Люди смеялись, танцевали и поздравляли друг друга. И только я стояла и ждала, пока для инспектора выяснят отношение без лишних ушей.
А собственно чего я жду?
Я и пошла. В лес. Конечно, встреча с Глазастиком мне больше не светила, но у ведьмы-хранительницы всегда есть с кем поболтать в лесу. Даже в Новогоднюю ночь.
***
Хорошо ведьме в лесу. Особенно в Новогоднюю ночь — пору, когда чувствуешь всем сердцем результат своих трудов. Горожане достойно встретили этот праздник, и заповедное место силы теперь искрило от разлитой в нем мощи. Уловив приглашение леса, я позволила себе ненадолго опустить руку в источник силы и тут же увидела того, кому в лесу в этот час ну вообще дать нечего!
К берёзе я шла быстро, хрустко ломая ботинками тонкий наст. И только заметив высокую фигуру мага, вальяжно подпирающую березовый ствол, остановилась, чтобы отдышаться.
Успела!
А то ещё забрел бы неведомо куда. Ищи его потом.
— И что вы тут забыли? Учтите, снова спину потянет — лечить не буду!
— Не протянет. С такой женой, как ты Алексия, мне никакие болезни не страшны. Но кажется, я поспешил.
И маг вдруг упал на одно колено, и по лесу раздался его хорошо поставленный голос:
— Выходи за меня замуж, Лекси. Готов есть твои пирожки на завтрак, обед и ужин.
Вот зря он вообще эти пирожки упомянул. Потому что до этого момента я ещё была готова к спокойному диалогу, но сейчас чувствовала, как внутри закипает злость.
— В столице есть блюда и повкуснее. И потом, зачем мне муж, который будет мне лгать? — Я сделала крошечный шаг к Арксу. — Весело ли тебе было водить меня за нос? Сладко ли тебе спалось под березой? А пирожки поперек горла не встали?
— Съел все до последней крошки! Но знаешь, что меня сводило с ума, пока я был зверем? Твой запах, который я ощущал даже в лесу. Куда бы я ни пошел, на какую бы тропу ни ступил, всюду была ты.
— Это мой лес, — зачем-то напомнила я, хотя лицо уже ощутимо пылало от смущения. — И вообще, вставай давай!
— Нет у тебя сердца, Алексия, — Аркс печально тряхнул головой и, попытавшись встать, вдруг со стоном шлепнулся обратно в снег.
— Что такое? Последствия оборота? В самом деле спину простудил?
Подбежав к Арксу, подхватила его под руку. Но маг вдруг повалился со смехом на спину, увлекая меня за собой.
— Да что ты за невозможный мужчина такой?!
Синие глаза мага, самым наглым образом повалившего меня в снег, с нежностью уставились на меня.
— Я безнадёжно влюблённый мужчина, хотя ещё месяц назад неосмотрительно заявлял, что ни одна женщина не сможет меня надолго увлечь.
Ох…
Подозрение, зародившееся в моих мыслях, оформилось в конкретный вопрос:
— И кому ты это заявил?
— Твоей бабушке, когда она приезжала ко двору повидаться с королевой.
— Ты уже никогда не докажешь, что это она на тебя наложила проклятие.
— Я и не собирался наказывать своенравную даму. Не привык воевать с женщинами.
— А те штрафы?.. — сделала многозначительную паузу я.
— Хорошо. Признаю, я был озвереть как зол на твою бабушку, заявившую, что лишь ты сможешь мне дать то, что я так жажду.
— И стоило так усложнять? Признайся ты мне в первый день, не пришлось бы бродить по лесу в облике зверя. Я сварила бы тебе блокирующее снадобье, а там и до Новогодней ночи дотянули бы.
— Ты не поняла, Лекси. — Мужчина, лежащий рядом, приподнялся на локте и ласково коснулся моей щеки. — Я искал не средство от проклятья. Я искал тебя. Боевой маг моей силы, незащищённый брачным ритуалом, со временем становится лёгкой мишенью. Его природная защита слабеет, собственно поэтому несравненная Милиссия и смогла меня проклясть. Мне нужна жена, Алексия. Я уже лет десять нахожусь в поисках, но никак не смог найти ту самую, которую смог бы полюбить. Выходи за меня, Лекси. Ты нужна мне вместе со всеми настройками, пирожками и венками ламелы.
"А деревенская глушь не проблема для мага, умеющего открывать порталы", — мысленно добавила я.
И улыбнулась:
— Брак с ведьмой — испытание.
— Уверен, что выдержу его к нашему общему удовольствию.
И поцеловал, да так сладко, словно доказывая, что и брак с магом не лишён приятностей.