Короткий рассказ. Знакомство с новым миром и новым героем. Жизнь людей в один из дней стала частью игры, точнее человечество столкнувшись с новым катаклизмом, начало играть по новым правилам.
Примечания автора:
Извинять мой глюпый, за столь плохо грамматика;)
Звуки скрипки. С самого детства мелодии скрипки, флейты и волынки радовали мои уши, благо родился в те времена когда музыка стала доступна каждому. Сегодня кажется что прослушать какое-либо произведение очень просто, вставил наушники, открыл любую песню из приложения, и вуаля…
Но скрипка всё равно стала моим любимым инструментом, можно сказать другом, а точнее навязчивой идеей со счастливым стечением обстоятельств. Ох! Точно, забыл представится. Меня зовут Самуил, папа был ещё тот шутник. Дал древнее имя своему чаду, а потому в школе среди Александров, Сергеев, Байрамов и Али меня можно было назвать уникальным персонажем. Давненько конечно это было, но вернёмся к скрипке.
Стоя в переходе одной из станций Московского метрополитена имени В.И. Ленина мне доводится стоять не в первый раз. У ног стоит раскрытый кофр, а к телу прижимается нежный лакированный подбородник скрипки. Смычок своим волосом скользит по струнам, выдавая в мир ноты простенькой мелодии. Звуки текут по уникальной акустике станции метро. В мир приходит баланс, красота, покой. Гамельнский крысолов стал проводником в мир музыки, а точнее месье Сен-Санс с его Danse macabre — Пляской смерти порождают во мне тягу к продолжению путешествия.
Сегодня мне исполнилось девяносто восемь лет. Хотя выгляжу максимум на тридцать. И скрипка в моих руках, поёт только для меня. На дворе двадцать второй век по старому эраисчеслению, а по новому календарю шестьдесят шестой год афтершока. Именно с этого катаклизма идёт отсчёт нового времени. Мелодия нагнетает чувства, заставляя мысленно кружится вместе с прекрасной девушкой в белом балахоне. Затем идёт мягкая часть мелодии, мою руку нежно приветствуют костяки жнеца, а точнее всё таки это так ощущается смычок.
Отражаясь от стен темп постепенно нарастает, и вот танец с самой проводницей между мирами яви и нави достигает кульминации. Сегодня приступ апатии и суицидальные мысли отпускают, синдром "Ухода" выходит из меня вместе с последними аккордами.
Афтершок — это серия стихийных открытий порталов, из которых периодически лезут монстры. Сталкеры — люди, что борются с ними, собирают и доставляют для изучения артефакты иных измерений. Синдром "Ухода" — болезнь сталкеров, жажда уйти с концами в один из порталов, и более не возвращаться, своеобразный отказ инстинкта самосохранения. Я уже довольно долго нахожусь под влиянием излучений иных миров, можно сказать что дольше меня сопротивляются ему не более сотни сталкеров. Скрипка с её чудными звуками вот что стала спасением в моём случае.
Сегодня человечеству в школах рассказывают, что шестьдесят восемь лет назад порталы начали появлялись очень необычно, иногда входом становилась пещера или разлом земной коры, в городах им мог стать заброшенный дом или часть старой канализации. Вторжение началось не сразу, два года такие места были просто непроницаемыми ни для чего локациями. Человечество ломало головы пытаясь понять природу феномена, пока из порталов не попёрли чудовища. Монстры вышедшие не отличались поведением от выдуманных фантастами, то есть воспринимали людей как еду, а нашу планету как новые охотничьи угодья.
Первая их волна нанесла самый большой урон. Австралия вымерла полностью. Европа потеряла три четверти населения, Южная Америка подверглась превентивному ядерному удару от Соединённых Штатов Америки и картина происходящего там до сих пор непонятна. Сами США совместно с Канадой смогли быстро выработать военные способы противостояния вторженцам, по средствам вооружённых крупнокалиберным оружием групп, а потому ведут оборонительные бои в основном на территории бывшей Мексики. Китай объединился с остатками Японии, которую ввиду плотной заселённости и низкой боеспособностью практически истребили, выработал свои методы борьбы, основанные на высоких технологиях в последствии с использованием новых ресурсов полученных от вторженцев. Африка пострадала меньше всего, у них открылось мало порталов, но самое удивительное их колдуны похоже обрели реальную власть над магией, пока весь мир полагался на свинец и порох армий, они уничтожали монстров единичными силами одарённых.
Россия и Индия смогли так же найти вооружённый способы отпора. Пока военные этих стран отбивали атаки, специальные строительные войска локализовали зоны по средствам строительства сдерживающих железобетонных куполов сокращённо СБК, что с минимальной охраной не допускали новых прорывов. Так была подавлена первая волна после которой учёные всего мира начали свой тяжкий труд, свою войну — изучение нового врага.
Моя скрипка легла в нежное, бархатное, лоно кофра. Переход метро был, ожидаемо пуст. Это место не используется людьми уже практически пол века, суровое влияние течения времени с техническим прогрессом во главе не пощадило гений этой архитектурной красоты. Бережно захлопнув крышку, скрыв инструмент, защёлкнув замки, набравшись решительности. Я готов рассказать ту часть истории этого мира, что смог увидеть сам, а потому позвольте начать свою правдивую и местами удивительную историю.
Удар катаклизма застал меня в возрасте тридцати одного года, как многие неприятные события неожиданно… Работать на то время мне довелось в ведомстве министерства внутренних дел, в качестве простого милиционера — сержанта. Охранял законность и покой граждан за весьма небольшую зарплату. Работать в милицию пришёл довольно поздно, откровенно говоря по двум причинам. Первая — это появившееся после армии любовь к огнестрельному оружию. Вторая — тотальное невезение с другой работой. То предприятие закроется, то зарплату месяцами не платят, всегда находилась причина, а в МВД стабильность. Именно две причины, и именно в такой последовательности. Потакание любви и спокойствию пересилило все предрассудки.
Первые порталы к моменту прорыва на территории России уже были закрыты толстыми стенами различных научно исследовательских военных институтов, режимными объектами со спец режимом посещения. Свеже образующиеся в виду потенциальной, но не подтверждённой, опасности поручили охранять милиции. Не ради утаивания, а просто для не допуска к ним дураков. По крайней мере так было до всемирного потрясения. (aftershock перевод с английского — период толчков после землетрясения, shock — потрясение). В тот день я с самого утра был в агрессивно — злобном состоянии, поскольку являлся ярко выраженным представителем сов, любителей поспать утром, а желательнее до обеда. Но режим несения службы требовал рано встать, прослушать регулярную ересь от своего начальства, а затем получив палку резиновую, пистолет Макарова, пистолет пулемёт "Кедр", бронежилет, каску пройти к ленточке ограждения.
"Воспоминания. Дневник — биография. Не за долго до…"
Охранять приходилось старый канализационный люк. В него, по моим воспоминаниям, неделю назад хотел пролезть асоциальный элемент, гражданин без определённого места жительства и рода деятельности, сокращённо бомж, для каких то, одному ему понятных целей. Вот полез он значит туда и застрял, на его полупьяные крики собрались люди проживающие неподалёку, вызвали милицию, и в процессе выяснения произошедшего обнаружили злосчастный портал.
В то утро на фоне недосыпа у меня было большое желание творить справедливость и причинять благодать. Судьба подарила уникальный шанс. Портал с треском выплюнул несколько облезлого вида злобных шавок. То есть слабых монстров которых от неожиданности и страха удалось быстро перестрелять. Я, вместе с тремя друзьями, такими же милиционерами, не разу не стрелявших в живых существ, сами того не подозревая спасли местных людей. Тогда-то мы ещё не были в курсе того, как сильно нам повезло. Из нашего люка пришли шавки, а в Австралии вылезли многочисленные насекомые, муравьи — мутанты, за первые сутки подчистившие от всего живого город Сидней. Что творилось под куполами НИИ России в общественность не просочилось. Не закупоренные и не обнаруженные порталы дали первые плацдармы для нападающих.
В Соединенных Штатах Америки обнаруженные порталы, так же были отгорожены военными, но не толстыми бетонными стенами, а жестяными ангарами. Потому их первая встреча с вторженцами была более кровавая. Не готовая к прорыву Бразилия постигла судьбу Австралии. Аргентина потонула в крови её жителей вообще за считанные часы. Япония пыталась сопротивляться. Китай с его гражданами показали всему миру пример для подражания, места их порталов к моменту прорыва были разведаны более чем на девяносто пять процентов, полностью локализованы военными, то есть миллиард китайцев понесли микроскопические потери.
Разделённый мир ещё не понимал во что вляпался. Новости уже к вечеру запугивали граждан картинками произошедшего. А мы с товарищами как идиоты сидели в прокуратуре и отписывались за применение оружия, за патроны, давали пояснения на допросах. Бюрократическая машина медленно проворачивала свои шестерни, только срочная директива спущенная с военных ведомств позволила переночевать дома.
На следующее утро из люка — портала вылезли непонятные гниющие кошки, размером не уступающим взрослому любителя фастфуда. Их встретили автоматным огнём сотрудники ОМОНА, которые вместе со следователями в это время разбирались во вчерашней Нашей стрельбе. В общем кто то перестраховался, кто то стал в одночасье героем. Мир закипал, а городок в котором я жил и работал ещё жил по старым правилам. Ещё через день страна перешла на военное положение. Полетели первые баллистические ядерные ракеты в сторону Южной Америки, непримиримые враги США с Россией и Китаем по общей договорённости совместно выжгли атомным огнём безнадёжно заражённую иномирными тварями континент.
Сегодня вспоминать эти события довольно просто. А в то время градус безумия зашкаливал. Там где власть была крепче, население ждало спасения, где люди посчитали себя главнее, творились страшные дела.
С десяток дней после первого прорыва, портал в нашем городке молчал. Австралия окончательно пала, Япония эвакуировала остатки своих жителей на материковую часть Китая. США объединила усилия с Канадой, Мехико стал центром координации для трёх заслонов от Южной Америки. Их войска закрепились на Коста-Рике, став первым их главным рубежом обороны.
"Воспоминания. Дневник — биография. День примерно десятый"
Мне же на десятый день снова позволили взять оружие и выйти на работу. По стечению обстоятельств охранять пришлось тот же люк. Правда вокруг него уже установили три кольца различных заборов, подогнали пару военных автомобилей с установленными пулемётами, и круглосуточно слышался звук барражирующего вертолёта. Новых ударов в тот день из портала, к счастью, не последовало. Жители глядя по интернету ролики из различных частей света были рады тому что в нашей стране сохраняется видимость порядка. Учёные хором огласили новости, монстры не способны выживать в солёной воде, а значит моря с океанами стали природными барьерами, защитой многих и многих. Правда на тот же десятый день пришли тревожные новости от Великобритании, Лондон пал. Эвакуация смогла спасти только треть англичан, вывезя в Ирландию. Многие страны, что готовились воевать друг с другом, теперь демонстративно хвалились боевыми успехами в противостоянии новой угрозе.
Вылазки несли хаотичный порядок, рождались герои, умирали тысячи. Логистики шла в разнос, но ощущения неизбежности ещё не чувствовалось. Первая ласточка глобального страха появилась с островов бывшей страны восходящего солнца. К берегам Кореи надвигался гигантский монстр. Пузырь — матка парил над поверхностью, неся на своём массивном теле сочившихся гноем миньонов, морская вода не властна над летучим вторженцем. Приморский город Конхе накрыло новой напастью, случайная видеозапись вышла в свет, человечество потеряло очередной город. Монстра, конечно, уничтожили, Китай быстро пришёл на помощь, расстреляв заражённую территорию соседа вместе с маткой при помощи истребительной авиации.
Затем примерно с месяц шли различные сводки с фронтов. Учёные всё более углублялись в изучение различных новых видов существ. Покой не наступал, но к счастью трагедии первых дней уже не повторялось. Порталы структурировали по размерам и опасности. Рождались новые технологии. Наконец стало известно об успехах Африканского континента, слухи об появлении настоящих колдунов были официально подтверждены. Темнокожие аборигены в народных одеждах выдыхали пламенные облака, из пальцев рук метали молнии, усилием мысли швыряли большие камни. Как в последствии выяснилось наличие набедренных повязок не являлось обязательным атрибутом боевого колдуна. Китай на основе новых материалов быстро соорудили первое поколение беспилотных боевых роботов, что стало их отличительной фишкой в плане оборонительной борьбы. США не постеснялась разработать сыворотки для усиления своих солдат, и демонстрировали сверх сильных солдат орудующих крупнокалиберным многоствольным оружием, которые ранее ставили только на бронетехнику. Россия же по привычке свои успехи не раскрывала, а точнее тщательно тратила свои ресурсы на затыкание прорывов в слабо заселённых районах, чем сдерживало волнение населения.
Вот так прошли они, первые дни эры афтершок. Половина мира погибла, вторая кое как приспособилась. Война двинула прогресс человечества. По крайней мере так думали многие люди. А потом пришли новые монстры, ещё страшнее, ещё гротескнее, ещё опаснее. Самое паршивое, что они с собой привели новые болезни. Не понятно, где произошло первое заражение, кто стал так называемым нулевым пациентом, но смертность "гнойной чумы" пришедшей с другой стороны была сто процентов. Теперь уже люди выжигали не только места вторжений, но и города подвергшиеся заражением. Прошла новая волна ядерных взрывов. Страны с ядерным оружием не били по соседям, оружие било по своим городам. Страх едва отступивший, вновь прокатился по жителям, вместе с ядерными грибами начали расти списки жертв, списки утерянных городов, и да же стран. Событие окрестили второй волной афтершока.
"Воспоминания. Дневник — биография. Может, где то, около сорокавого дня"
Я по-прежнему нёс службу около портала, практически каждый день стал давить на мою психику. Соседушки часто приносили мне, и тем кто защищает от монстров городок, элементарные, но ставшими дефицитными вещи. Кто яблочко, кто влажные салфетке или тёплые носки. И каждый раз спрашивали об будущем. Каждый день мои товарищи были одержимы желанием самим найти ответ на данный вопрос. Я же отвечал то что лежало у меня на сердце — будущее покрыто туманом и пеплом, держитесь и будет всё хорошо, пепел удобрит землю, туман осядет росой, солнце даст жизнь, нужно только дождаться…
Не помню в какой день произошёл очередной выброс из портала. Это были странные, покрытые каменной коркой гуманоидные твари, ростом чуть более метра. Их к нашему удивлению не брали пули, в том числе пулемётные очереди едва их сдерживали. Первую ограду из сваренных арматурных прутов они просто прорвали за счёт грубой силы. Повалили вышки с солдатами. Второй чертой обороны были обычные бетонные стены. Думаю говорить об тщетности моих попыток поразить их из девяти миллиметрового оружия и такого же оружия милицейского второго круга окружения говорить не стоит. Остановить их получилось только на третьем кольце обороны. Несколько бочек в которых ранее возили на продажу квас были наполнены сильно солёной морской водой, несколько аппаратов для мойки автомобилей подключённые к ним выполнили роль оружия.
Может это и выглядело смешно, но мне с товарищами пришлось сближаться с уродинами в попытке засолить каменнокожих. Водомётное оружие в отличии от огнестрела подействовало. Правда уже когда наша победа была определена по нам нанесли удар военные с вертолёта. Если были живые но раненые после прорыва, то дружеский огонь наших военных их добил. Осколками посекло как меня, так и часть оставшихся защитников.
"Воспоминания. Дневник — биография. Безвременье…"
Очнулся я уже в госпитале. В теле чувствовалась сильная слабость. Части кожи не покрытые бинтами казались серыми, по цвету напоминая камни вторгшихся коротышек. Дышалось тяжело. В палате других пациентов не наблюдалось. Это был день когда для меня война за землю приобрела новый аспект. Меня заразило новым видом вируса. Неизвестной болезнью. В динамике пропиликал сигнал вызова, ко мне обратился вежливый мужской голос.
— Доброй ночи. Я профессор иммунологии и вирусологии Семён Иконников. Как себя чувствуете товарищ сержант?
— Паршиво. Что со мной? Гнойная чума?
— Самуил. У меня для вас две новости. Первая это то что вы не больны смертельной гнойной чумой. Вторая мы понятия не имеем что это за болезнь. Правда вы не один такой, могу предложить вам только одно, стать объектом исследований.
— Я ВАМ НЕ ОБЪЕКТ!!!
— Ох. Извините, конечно, не объект. Но тем не менее вас можно признать нулевым пациентом, одним из немногих, но первым пришедшим в сознание. Пока подумайте, думаю мы поговорим позднее…
К отвратному самочувствию тела, прибавилась тошнотворность вырисовывающейся ситуации. Отпустить меня после заявлений профессора явно не захотят. Вот он вечный тупик, требовалось сделать выбор без выбора. Импульсивность заставила тело постараться встать, что ожидаемо потратило много сил, и я снова провалился в сон.
И снова приход в сознание заставило динамик прогудеть сигналом вызова. На этот раз голос был другим, по видимому он принадлежал красивой доброй женщине.
— Сержант Самуил. Вас вроде друзья Сэмом зовут, можно и мне к вам так обращаться? Я ваш куратор, зовите меня Саша.
— Позовите профессора, я согласен.
— Сэм. Не спешите! Я отвечаю за ваши гражданские права и советую не идти на поводу военных и учёных!
Невольный смех заставил меня зайтись кашлем, который ударами по груди вызвал новые боли.
— Александра. Жизнь нулевого пациента в наше время не стоит и одного доброго слова.
— Вы не правы! Общество, люди города, да и все жители страны встанут на вашу защиту. Видео с места прорыва подняло волну общественного возмущения.
— Просто позовите профессора. Пусть он сам расскажет, что меня ждёт.
Ждать нового вызова со старым собеседником пришлось недолго.
— Доброго здоровья Самуил. Мне сказали что вы готовы поговорить?
— Профессор, просто скажите как быстро вы меня разберёте на запчасти во имя науки и какую за это компенсацию получит мои родители?
— Молодой человек. То что вы живой нулевой делает вас безумно ценным. Резать вас ни кто не будет, брать анализы, и проходить различные тесты вам естественно придётся, но резать — нет.
— Не слышу радости в ваших словах. Неужели общественность так давит?
— Вы угадали. Сам президент публично пообещал что подобные вам не пострадают от лап эскулапов во имя науки. Это прямая его цитата.
— Вы смогли хоть что-то узнать про моё состояния.
— Откровенно говоря, да. Но пока рядом со мной стоит ваш куратор и может услышать государственную тайну выдать информацию я не могу. Кстати вам доступ к данной тайне по причине принадлежности к сотрудникам МВД уже дали.
Видимо коммуникатор работал от нажатия на кнопку, потому как разговора куратора с профессором прошёл беззвучно. Меня снова сморило, немного оказывается у меня сейчас сил.
Новый разговор состоялся уже в живую. Около кровати стоял типичный пожилой доктор. Белый халат поверх стандартного медицинского защитного синего костюма сиял потрясающей чистотой. Заострённые черты лица, седые усы и борода как в старом фильме.
— Вот мы и встретились. Как себя чувствуете?
— Как при сильной простуде. А почему вы не в герметичном костюме?
— Ваша болезнь не заразна. Правда и как её лечить мы пока не знаем.
— То есть как не заразна? В смысле вообще не заразна?
— Не удивляйтесь, так бывает. Сейчас нас ни кто не слышит, потому готов вам всё рассказать…
И он действительно мне всё рассказал. Мой случай стал одним из немногих, общественность знала только про страшно заразный и смертельно опасный вирус иномирной гнойной чумы. На самом деле болезней было принесено монстрами уже около двух десятков. Мой случай являлся редким видом неизвестной жизни, его основа была не углеродная, а кремневая, что и позволило мне выжить ассимилировав вирус. Он образовал новую устойчивую нейронную сетку внутри организма но был не способен уже отделится от тела носителя. Именно эту его особенность и хотел выяснить профессор Иконников.
По его заверениям серые пятна на коже скоро сойдут, поскольку были вызваны не самим заболеванием, а отравлением материалами поражающих элементов, да и тяжесть дыхания обусловлена всё тем же отравлением. Меня в течение нескольких недель тщательно обследовали. Брали различные образцы из практически всех органов тела. Куратор при всём при этом ни разу не появилась, что показалось мне очень странным. На вопрос к профессору о моём подозрении он рассмеялся. Целью той дамочки по его мнению была провокация против действующей власти, а после того как я проявил лояльность её интерес ко мне резко угас. Уже на следующий день после того разговора в палате появился странный телевизор. Удивительный аппарат из времён СССР смонтированный со странной коробкой переходника по видимому под современные форматы вещания. Я получил доступ к архаичному телефону оснащённом дисковым наборщиком номеров.
— Профессор. Это что?
— Это дорогой мой ваша связь с внешним миром. Как видите здесь нет ни одной техники с процессорным наполнением, Давление у вас и то приходится мерить механическим тонометром по старинке. Ваш вирус вызывает сильные сбои в работе современной электронике. Рентген так вообще пришлось тащить из музея.
— А как же телевизор?
— Он ламповый, подобную технику сложно поломать.
Ламповая техника, про такую я знал, но вот использовать мне её пришлось тогда впервые. Привыкший к плоским мониторам современности, огромная бандура удивила меня своими красками. Моё мировосприятие перевернулось, поскольку те цвета, что выдавал технический динозавр в разы были приятнее чем современные по моему мнению чудеса технической мысли. С телефона удалось связаться с мамой. Она знала про моё лечение после ранения, и была рада услышать про моё улучшающееся самочувствие. А ещё до меня через телевизор дошла информация об третьей волне вторжения. С порталов периодически полезли мощные твари, а ещё они начали пропускать в своё лоно людей. То есть начали работать в обе стороны.
Дни для меня стали не отличимы друг от друга. Профессор всё меньше брал биологические материалы, всё больше проводил со мной беседы. Тесты по психологическим изменениям, углубленный устный анамнез. Начал приносить книги для чтения. Книги были в основном по медицине, видимо из личной коллекции Семёна.
Мир был разорён но не уничтожен. Учёные словно те самые африканские колдуны научились творить практически волшебные чудеса. В один момент так вообще профессор объявил о моей скорой выписке. По его словам кураторша всё таки прижала несколько высокопоставленных хвостов, даруя подобным мне свободу.
— А как же моя не совместимость с современной техникой? Я ведь да же продукты купить не смогу?
— Вот с этим мой дорогой друг помочь не смогу, хотя постараюсь. Ты будешь абсолютно свободен, более того на почётной, высокооплачиваемой пенсии. Вашему отряду президент выписал геройские награды.
Должен сказать, с профессором мы за это время действительно подружились. Он с увлечением разговаривал об потрясающих возможностях человеческого тела. Я удовлетворённо слушал, а иногда осмеливался вступать в диалоги с элементами споров.
— Значит я герой Российской Федерации?
— Не только. ООН, точнее его огрызки, придумала особые награды для подобных тебе людей. Но возвращаясь к твоим сложностям жизни могу посодействовать. В индии у меня есть несколько друзей, точнее учеников, которые знают про кремниевые технологии намного больше. Твой кремниевый вирус возможно даст им пищу к исследованиям, а тебе шанс на излечение.
— Меня разве отпустят?
— Более того, оплатят полную реабилитацию на одном из курортных пансионов близь их конторы. С недавних пор Индия вступила в конфедерацию с Россией, более того к ним пытаются примкнуть ещё часть стран азии. Голод как говорится не тётка…
— Спасибо. Надеюсь что мы продолжим нашу дружбу?
— Разумеется. И более того очень в этом заинтересован…
Расставался с лабораторным комплексом в тот момент очень легко. Со мной приставили соглядатая, совсем юного лейтенанта из ФСБ. Причиной стала беспомощность. Они не могли за мной следить удалённо, я не мог жить в мире электроники. Парнишка по имени Григорий естественно был не в восторге от своего назначения, быть адъютантом героя спасшего городок, пенсионера — инвалида вместо участия в отражении угрозы для планеты, то ещё задание.
"Воспоминания. Дневник — биография. Первые мысли об начале ведения своего дневника"
Вместе с Григорием мне удалось наконец посетить мою маму. Переживания прибавили ей седины в волосах. Но едва увидев меня она радостно подбежала, точнее подлетела, вцепившись в мой немного похудевший торс. Её слёзы радости начали душить моё сердце. Разговор был импульсивным и очень личным. Меня ругали и хвалили, иногда одновременно. А потом был ужин на лавочке в сквере около её дома. Она сильно удивилась моей несовместимости с любой современной техникой, но с удовольствием угощалась купленными на премию свежими фруктами, большим дефицитом современного положения мира. Она постоянно причитала, "подумать только, герой!". А затем очень долгая поездка на юг.
Наверное, вся моя история для вас звучи очень скомканно, но прошло уже более пол века. Детали стёрли пески времени, острые углы стали округлыми. Краски и детали блёклыми.
Профессор не обманул с пансионом в курортной зоне, правда умолчал что курорт явно новый, военный, и высокогорный. ФСБ адъютант всё время следовал за мной. Грише оказалось на десять лет меньше, его серьёзность почему-то казалась мне детской, я отдавший родине практически полную разницу нашего возраста с ухмылкой воспринимал его желание выслужится. Такой деятель хотел лезть на верх, да же по головам, вот только голову ему ни кто не собирался подставлять. Меня он за ступеньку к вершине явно не воспринимал, назначение считал наказанием, и был абсолютно в этом прав.
В пансионате меня опять начали обследовать, гонять по физической подготовке, постепенно выдавая порции новых реалий мира, потому как информационная изоляция вызванная технической несовместимостью вредила делу.
Группы людей из разных стран начали целенаправленно штурмовать порталы, и если были довольно профессиональны и хорошо экипированы приносили из них ценные исследовательские материалы. Подобные группы сразу прозвали сталкерами. Первыми на частный коммерческий поток подобное поставили Американцы, их массово расхваливаемые отряды становились новыми звёздами рекламы. Один только слоган "Чипсы дохлый бугимен, хрустим перед каждой зачисткой! " — дичь полнейшая. Китайцы старались не отставать в плане пропаганды своего подхода к вылазкам в порталы. Блестящие группки роботов заезжали в портал, а за ними шли их ботоводы операторы. Противостояния идей выходило на новый уровень, брутальность американцев на экранах встречалась с прогрессивностью китайцев.
Россия же в этом плане сильно уступала, всплывали внутренние разногласия на фоне религии или социальной несправедливости. Словно мало было вторжения и жертв. Действующей власти было сложно спихнуть особенности менталитет россиян на внешнюю силу. В общем можно признаться в моём разочаровании соотечественниками. Непонятные чудища не сплотили нацию в должной степени. К власти на общероссийском голосовании потребовали вернутся одного весьма старого политика, а пока он наводил "старые" порядки, я проходил реабилитацию.
С момента злосчастного взрыва прошло больше года. Тот день я на удивление очень хорошо запомнил. Утром горы заволокло облаками. Комплекс местных зданий потонул в молоке. Григорий с недовольством сообщил об необходимости посещения зала механики. Это помещение было доступно для меня впервые. И впоследствии его посещение стало переломным моментом. Экранированный по максимуму зал с огромным испытательным центром терминала суперкомпьютера. Около терминала собрались странные незнакомые техники. И парнишка с ежиком волос, который был ответственен за всё мероприятие. Первый же мой вход в помещение заставил супер компьютер заискрить. Парнишка от данного события впал в восторг, по видимому данные от контакта посыпались как из рога изобилия. По искрив дорогостоящий агрегат приказал долго жить, техники с криками пытались его спасти, сопровождаемыми громким радостным смехом горе испытателя.
От данного представления мне стало дико не по себе, а потому приняв всё происходящее за шутку решил от них уйти. Ещё не хватало что бы меня записали в диверсанты. Моя комната за время короткого отсутствия не изменилась, кровать бережно приняла моё тело в свои подушечно одеяльные объятия.
Сон мне снился весьма странный. Словно древняя программа загрузки DOS системы поплыла перед глазами. И это продолжалось бесконечно долго, до самого моего пробуждения. Странности продолжились после этого уже наяву. Мир предстал для меня словно частью видеоигры. В крае поля зрения был показатель сердечного ритма, сразу под ним кукла персонажа с цветной индикацией, по видимому повреждений. По центру зрения стилизованный круглый прицел с появляющимися поясняющими надписями если сконцентрироваться на объекте.
В дверь постучали, и направление исходящего звука мигом отразилось в странном глазном интерфейсе. Открыв дверь перед взором предстал Григорий, а затем раскрылось полупрозрачное полотно известных о нём данных.
— Что-то случилось?
— Нет. Просто из Москвы мне поступил приказ срочно возвращаться.
— Понятно. И когда мы отбываем?
— Отбываю только я. Насчёт вас распоряжений не было, всего вам доброго.
Гриша развернулся и ушёл. Похоже мной в тот день мастерски сыграли, использовав в непонятных целях, непонятной партии спецслужб. Первым моим желанием стало выяснить подробности, а потому для связи я единственное к кому мог позвонить это профессору Иконникову, местные то точно ни чего не знают. Сотовый телефон забытый кем то на стойке ресепшена оказался не заблокирован. С третьего гудка трубку снял Семён.
— Алло! Кто это?
— Доброго вечера. Это я. Сэм! Вы сейчас можете говорить?
— Конечно. У тебя что-то стряслось раз ты нашёл древний аппарат для связи со мной?
И только после этих его слов до меня дошло что в моих руках хоть и старенький но смартфон, а не агрегат древних технологий. Техника, что буквально сегодня бесилась в моём присутствии сейчас исправно исполняла свой функционал.
— Профессор. Похоже всё в порядке. Я возвращаюсь, как буду в Москве с вами свяжусь.
— Понимаю мой друг. Звонки весьма затратны на таком расстоянии. У меня появилось несколько теорий о том как тебе помочь с твоим недугом. Буду ждать твоего звонка.
Сбор личных вещей занял от силы два десятка минут. Хорошо что в финансовом плане я был в тот момент не зависим ни от кого. Проведя в данных горах порядочно времени мне удалось без происшествий добраться до города с аэропортом. К моему удивлению слова произносимые на хинди, местного населения звучали понятно, но вот спрашивать что-то или давать ответы получалось с трудом. Похоже программа превратившая мир в видеоигру имела функцию авто переводчика. Впоследствии это подтвердилось, потому как за многие года языкового барьера для меня уже не существовало, но тогда мне это было странно и непривычно.
Перелёт до столицы России стоил и не дорого, но и не дёшево. Небо над Москвой встретило солнцем, зимним холодным солнцем. Самолёт за время полёта не сбоил, и вообще проблем с техникой не возникло. Проход паспортного контроля, рамки металлодетекторов и прочее радости аэропорта препятствий не составили. Мир современной техники радостно открылся для меня. Такси с заоблачной ценой проезда дал понять что до родного дома не так далеко. Добротный смартфон купленный в магазине, восстановленная у оператора сим карта, звонок маме.
Её взволнованный голос в дребезги разбил мир всего непонятного и странного. Звуки и интонации родного человека наполнили всё сознание трелями счастья. Я до самого её дома не клал трубку, слушал и говорил о всех её житейских мелочах, о своих индийских приключениях. Остановился и повесил трубку только для покупки кучи продуктов в ближайшем магазине, а ещё потратил часть времени на поиск цветов. В мире переживающим нашествие монстров найти букет не реально, но горшочек с живым цветущим растением для мамы… Поднимался к её дверям я по лестнице, отпала у меня привычка использовать лифт. А потом была снова волна непередаваемого счастья от встречи.
На пятый день в мамину дверь позвонили. Расслабленный в одних трусах я пошёл открывать. Двое в штатском сунули корочки цвета государственного триколора, после чего бесцеремонно вошли.
"Дневник. Первая запись."
— Сержант Самуил А… П…?
— Да. Чем могу быть полезен?
— Вы обвиняетесь в уклонении от службы. Собирайтесь.
— Какое уклонение? Я на пенсии! И документы у меня соответствующие имеются. Давайте я вам их предоставлю.
Полный комплект документов, памятую об регрессивном состоянии наших бюрократических систем всё время был рядом. Но демонстрация подтверждения наград, ранения, пенсии и прочее не впечатлило пришедших. Мама увидев гостей непонимающе сути ситуации не придумала ни чего большего как предложить чаю. Парочка в штатском проявили не слыханное до сего времени от подобных рода людей вежливость, поблагодарив но отказавшись. В моей голове, что-то перемкнуло, подобное Жжжжж, как говорится не спроста. Не ломают, не крутят, не хамят, и вроде да же при входе тщательно вытерли об коврик с надписью "добро пожаловать" обувь. С такими благородными людьми стоит пройти куда просят.
Пообещав как нибудь ещё погостить я был крепко расцелован. Мама не волновалась, её сердце не било тревогу, значит и мне не стоит переживать. Около дома был припаркован военного образца внедорожник, на крыше красовался крупнокалиберный ствол, неизвестный мне системы. Похоже свежая разработка от тульских оружейников, умеют они в час невзгод выдать для страны новое, надёжное да убойное. Путь лежал явно не к простому держателю власти раз подобный аппарат за мной прислали.
Москва опять встретила меня. За окном мелькнули дома старинной архитектуры, набережная одноимённой столице реки, зубчатые стены кремля. На территории древнего крепостного сооружения красной площади ранее побывать мне не удавалось, хотя экскурсии туда происходят регулярно, возможно практически каждый день. Но посетить в тот день мне довелось отнюдь не экскурсионную экспозицию.
Кабинет в который меня привели, не пригласили, а именно привели выдавал свою богатую многолетнюю историю. Говорить пришлось мало, но больше слушать. За столом сидел один из замов министра обороны страны, рядом же стоял министр МВД. И если второго я знал в лицо, в виду своей прежней деятельности, то об чине первого говорящего он сообщил сам.
— Давайте перейдём сразу к делу. Стране нужен герой, совершивший достойный уважения поступок, и такой у нас имеется. Самуил. Для тебя есть работа.
Непонятный ком перекрывший дыхание еле удалось пропихнуть внутрь после таких слов, но говоривший генерал продолжил.
— По моим данным ты слабо информирован об сложившейся ситуации, потому обрисую в общих чертах. Власть слегка шатается, население видя пропаганду соседних государств хочет не только хлеба но и зрелищ. Рухнуть государству ни кто не позволит, тем более после образования конфедерации, а потому из ветеранов будет создан Наш ответ иномирным захватчикам. Звездой отряда быть необязательно потому тебе предстоит поучаствовать в составе группы в качестве медбрата. На все вопросы ответит уважаемый глава МВД.
В голове на тот момент появилось столько вопросов, а вот ответы на них явно мне давать не торопились, и особенно потрясла вербовка, ты обязан, должен и ни как иначе. Попытаться возразить в данной ситуации откровенно глупо, участвовать ещё глупее. Единственная моя попытка отмазаться сводилась к полученному ранению и не имению образования медика. Глава МВД на оба моих возмущения ответил двумя словами.
— Подлечим, обучим.
Двое в штатском, но уже другие, снова меня повели к бронированной колеснице. А потом военный аэродром, перелёт в несколько часов. Закрытая военная база. В своей весьма гражданской одежде, стоя на плацу я выглядел белой вороной. Строевая подготовка со времён службы естественно притупилась, но не пропала. От момента первого построения, до выдачи форменного обмундирования прошли не минуты, мгновения. И естественно прапорщик кладовщик постарался выдать под видом удобной одежды не новенькую пиксельную одёжу, а бывшее в употреблении облачение со звёздами лейтенанта. Его ехидный голос звучал издевательски.
— А ты что? В герои податься решил? Бери что дают, у меня на тебя вещёвка с погонами лейтенанта, а ты явно на обученного офицера не тянешь. Так что бери, бери…
Обидно конечно подобное отношение. Обидно что без меня как говорится меня женили, что относятся как к вещи, и не только генеральские чинуши но да же кладовщики.
— Товарищ прапорщик. Мне ношеную форму не зазорно носить, но только я медбратом в часть поступаю. И не факт что фельдшер в части всегда будет на месте, а таблетка аспирина по утрам с анестезирующим добавлением спирта…
— Врач значит? Ну тогда думаю найду для тебя что нибудь, а ведь похоже совсем я старый стал, раз служаку за городским прикидом не увидел… И белый халат тебе будет.
Обиды надо отпускать. Мир, конечно, трясёт от вторжений всякой мерзости, но пока военные остаются военными до самой последней пуговички кителя, стране ни чего не страшно. День пролетел незаметно. Потом ещё один и ещё несколько недель. Меня тренировали, потом обучали. Я сидел за умными книгами по оказанию первой, и не только, медицинской помощи. На полигоне выдавал чудеса меткой стрельбы.
Стрелять я конечно умел, и часто практиковался, но с появлением в моих глазах прицельного псевдо игрового механизма данное умение вышло на супер уровень. Офицерские упражнения из пистолета позволяли поражать в десятки мишени на самых придельных прицельных расстояниях. Отклонение пули по моим ощущениям были только от воздействия внешней среды. Правда с автоматическим оружием подобное провернуть не получалось. Одиночная стрельба явно контрастировала с умением выпускать точно в цель как короткие очереди, так и длинные. Из автомата калашникова восьмёрки очередями рисовать не получались, не говоря уже про пулемёт. Прав был генерал МВД когда обещал подлечить, регулярное правильное питание помноженные на усиленные физические и умственные нагрузки заставили тело забыть об заболеваниях.
Затем пошло время усиленного обучения медицине, меня запихнули в кузов, доставили в региональный центр помощи пострадавшим. Столько крови в моей жизни не было. Меня тошнило сухой желчью. Я резал отмирающие ткани под наблюдением военврачей, штопал людей на живую в условиях ограниченности обезболивающих. Потом несколько раз довелось собирать внутренне содержание пострадавших от разрывов монстрами брюшины. В один момент до меня вообще дошло что я усиленно стараюсь вернуть на место пострадавшему его част отколотой головы. Скорость моего обучения обуславливалась только привыканием к виду крови и прочих неприятных картин людского горя.
"Дневник. Втарая запись."
Прочитанные книги по медицине, по средствам интеграции в интерфейс, позволили наработать умения сшивать рваные раны, не путать анестезию местную, с общей. Да и вообще в ускоренном темпе научится быть не просто придатком к врачебной бригаде.
Со звёздной группой меня соединили буквально в последний момент. Выдернули, опять таки неожиданно из ада хлорированных палат с пострадавшими, для путешествия в новые неизведанные глубины иного ада. Командиром группы стал очень молодой парнишка. Короткие русые волосы, ровный ряд белоснежных зубов, нос с горбинкой, щеголеватая небритость, плечи шире роста. Да и рост под два метра, думаю у такого детины сам Шварценеггер автограф пожелает взять. Да и имя ему подходило, капитан Магомед Алиев. Его новенькая модификация автомата калашникова под усиленный бронебойный патрон на фоне тела выглядела немного сиротливо. Словно выставочный кинжал на фоне большого персидского узорного ковра. Бронежилет с массой карманов под рожки магазинов, каска больше открытая для демонстрации брутальности, чем защищающая голову. Выкатили звезду всем на загляденье.
Вторым в команде был стрелок. С яркой кавказской внешностью, характерной темной растительностью на голове и лице. Рост не уступающий командиру. Лицо по прошествию лет мне уже не вспомнить, да и не проявил он себя в той вылазке, его снайперская винтовка оказалась слишком медленной и неудобной, короче его быстро заменили потому не буду более о нём вспоминать.
Третьим оказался крепкий парняга. Старший лейтенант Сидоров Сергей Коренастый но не высокого роста. Его дальневосточные черты лица хорошо сочетались с не характерными для тех мест светлыми волосами. Его возраст можно оценит как от тридцати так до шестидесяти лет, он так и не рассказал его ни кому из группы. Арсенал для него составлял модифицированный усиленный короткоствольный автомат калашникова. В отряде он отвечал за сбор данных, связь, и взрывные работы. То есть универсал технарь.
Соответственно замыкающим группы довелось стать мне. Генерал МВД совместно с военным замом явно старались воспроизвести мой образ из репортажей об геройстве. Полевой ранец врача, кабура под пистолет макарова но благо хоть немного модифицированный под тяжёлый бронебойный патрон. Через плечо усиленная модификация ПП — 2000. Не привычная для меня облегчённая броня в сочетании с простой милицейской каской без забрала. Обрядись в подобное сейчас меня бы на смех любой сталкер поднял.
Команда мать его мстителей в полном составе. Долбачёс и три аркебузира.
Отправку в портальную арку одного из бункеров снимали все отечественные телеканалы. Крупным планом шёл капитан Алиев, рядом красовался стрелок кавказец. Левый бок великана подпирал безвозрастный азиат Сидоров. Ну а мне места в кадре уже не хватало, да и счастья от данного шоу у меня было мало. Фотосессии я предпочёл проверки снаряжения и оружия.
"Дневник. Третья запись."
Первый проход на ту сторону. Территория врага.
Переход встретил нас загадочной упругость воздуха, после которой наступила кромешная темнота. Приборов ночного видения в нашем арсенале, не смотря на вроде как всестороннюю помощь, и продуманность вылазки не было. Правда нашлись фонарики в подвесы автоматов, аж целых две штуки. Один, у капитана довольно мощный, сразу дающий понять об эксклюзивности производства, второй самый обычный, у крепыша Сергея.
Наш бравый отряд оказался в широкой, прорубленной штольне. Лучи света медленно начали обшаривать всё более тщательно.
— Капитан. Кажись мы встряли. Сзади прохода к нам домой нету.
Подвёл итог связист. В команде его роль была очень обширна, разведка, диверсия, связь и похоже исследование артефактов, опытность в словах, движениях, действиях внушало уверенность за данного комрада. В отличии от меня, свою бесполезность и неподготовленность помноженную на отсутствие слаженности с остальной группой я старался загонять поглубже.
Не могу сказать что боялся темноты либо замкнутых помещений но озвученный Сергеем расклад заставил поджилки дрогнуть.
— Не переживай. По переданным разведчиками данным в остальных порталах похожая ситуация. Проход домой всегда в пределах сотни метров от точки выброски. А ещё есть не подтверждённые слухи, что если найти и зачистить логово, то будет и вторая тропка в родные края.
И опять моя неосведомлённость болью прорезала сознание. Единственным облегчением стало медленное привыкание глаз к малому количеству освещения.
— Как скажешь капитан. Дорог по видимому две, назад и вперёд. Газоанализатор не тревожится, но делать подрыв для пустотного геосканера не буду, да и вообще советую взрывчатку убрать подальше.
— Шагаем стрелой. Я остриё. Наш медик в центре, жаль что не смогли с тобой пройти сплочение. Очень хотел бы знать тебя получше. Мой позывной Капитан. Стрелок Магол. Разведчик Бурый. Ну а ты отзывайся на позывной Крест.
И капитан захихикал не понятой мною шутке, его юмор оценив поддержали остальные. Роль в команде стала мне наконец более понятна. Балласт, номинальная личность, для чистого пиара. Защищать меня не станут, кинут в самый подходящий момент. Потому не провели ни одного занятия по боевому сплачиванию, не дали достойного снаряжения, и вообще да же знакомство с позывными не удосужились провести.
Звёздная группа — Наш ответ монстрам. Три богатыря, и брелок на удачу в виде геройского медика. Слить в отрытую не дадут, но иметь это ввиду стоит.
Движение группы началось, их поведение действительно вызывало уважение в плане подготовке и тактики. Мне же оставалось не быть валенком в ряду кирзовых сапог.
Первыми встреченными противниками были псевдокроты. Твари явно из отряда иномирных грызунов, размером с хорошо откормленного борова. Их нюхало непрестанно двигалось по сторонам, а из вооружения имелись лапы с когтями в метр длинной. Почуяв наш запах, ближайший монстр взвизгнул, после чего резво поскакал.
Раздались короткие автоматные очереди, после которых вся группа чудищ полегла. Пол минуты. Именно столько потребовалось на слаженную зачистку прохода. Мне пострелять не представилось.
— Бурый. Проверь что за тушки? Магол, удостоверься что всё в порядке.
Я решил высказать своё мнение.
— Капитан — это по всем признакам кроты переростки. Все биологические признаки. Лапы — ковши. Используют нюх вместо глаз. Нас не замечали пока не приблизились в зону уверенной передачи вибрации из-за того что воздушный поток идёт на встречу.
— Крест. Ты самый умный что ли? А может иномирную живность на биологии в школе изучал. Не твоё дело думать!
— Всё с вами понятно. Может я и не самый умный, но вибрации от выстрелов и запах свежей крови по любому привлечёт друзей. А может и кого похуже, тоннель не под их размер.
На моё замечание прилетел удар сапогом. Его сила поражала, все внутренние органы почувствовали силу звёздного вояки, бронежилет слабо от такого помог. Походу его по примеру американцев сывороткой из монстров накачали. За меня вступился Бурый.
— Капитан. Он дело говорит. Я в школе крысу препарировал. Очень похожа. Ценного в ней мало.
По сигналу группа быстро начала перемещаться далее, туннель сменился залом, но не прошло и пяти минут как бое столкновение повторилось. Такие же твари явно ускоренно стремились нам на встречу.
Постепенно я начал замечать что хорошо приспособился к темноте. Зрение выдавала серую но довольно чёткую картинку в тех направлениях куда не были направлены лучи фонарей.
Стрельба повторялась ещё пять раз пока, по видимому, кротообразные твари не поняли об бесперспективности своих атак.
Зал расширился уже настолько что лучи фонарей не добивали ни до одной стены, кроме разве что потолка. Я решил что раз группа и его лидер не горят желанием узнать моё мнение, то следует поступить хитрее. Извлекая из рюкзака колбочку светляка, химический источник света для проведения медицинских операций в темное время суток. Переломив пластиковый контейнер я потряс его, две жидкости внутри смешались и устойчивого источника ровного света теперь должно было хватить практически на двое суток.
— Крест. Ты что творишь!
Я же зашвырнул светляка в сторону прохода, из которого мы пришли.
— Этим тварям пофиг такой свет. Мы прошли более трёх сотен метров, дорожка домой явно в другой стороне, и я надеюсь что мой маячок нам не пригодится.
Командир явно злился, но второй раз не стал меня бить. Признав, похоже, рациональность действий.
Химический сигнал не пропадал из нашего обзора, хотя отошли мы от него довольно далеко. Зал, а точнее огромная пещера не выдавала признаков окончания. Но за то на нас вылетел новый вид тварей.
С ходу их вид определить не получилось. У них несмотря на длинный мех, явный признак животного, определить голову или наличие конечностей не удавалось. Оцепенев от его вида, мы инстинктивно замерли. От чего тварь потеряла наше местоположение. Едва слышный шепот командира заставил существо встрепенутся.
— Ну и что за…
Монстр точно реагировал только на вибрации. В данной ситуации действовать решил Бурый. Очень медленно он достал светошумовую гранату. Подсветив её для всего отряда своим фонариком. Показал на пальцах отсчёт, а затем метнул в сторону от твари. Ударивший по полу предмет спровоцировал атаку непонятного существа.
Яркий и громкий взрыв, о котором догадалась группа заставил врага с огромной скоростью скрыться. Мы естественно что бы не пострадать от своих же действий в момент подрыва принимали меры безопасности. Закрыли глаза и уши, от того не поняли в каком направлении умчалась волосатая опасность. Лидер в пол голоса произнёс.
— Бурый. Твоё мнение?
— Хреновина непонятная. Но скорее всего больше подходить не станет.
Моё мнение ни кого не интересовало, но что-то тревожно подсказывало об скорой повторной встрече. Возможно её шокировало и напугало, но повреждений то оно не понесло. Подходящих методов противодействия, столь непонятному существу придумать в подобных реалиях очень трудно. Осколочные гранаты посекут нас, зажигательные смеси в пещерах выжгут весь воздух, а стрелять в тело без признаков хоть каких либо органов вообще лотерея. Любой охотник подтвердит, что самый опасный зверь это подранок.
Капитан явно желал по геройствовать, добыть потрясающий трофей, неизвестный артефакт, получить большую долю славы, а потому погнал группу в противоположную светляку сторону. Кстати тот уже едва виднелся.
Новых противников не наблюдалось, но тут у Бурого погас фонарь. Это означало что в портале мы плутаем восемь с половиной часов. Стандартный заряд батарейки, запаса которых по видимому у него нет. Я опять не по-доброму помянул подготовку экипировки. Правда будь у нас ПНВ, то их заряд иссяк бы в половину быстрее.
— Капитан. Может быть…
— Крест. Заткнись, мы назад не повернём!
Раздражение звучало в каждой интонации.
— Я имел ввиду привал. Поесть. У меня в запасе есть пара светляков.
Похоже именно эти слова привели всех в чувства. Хоть и не совсем уютный свет, совместно с распечатанным армейским рационом позволил отбросить мысли об сиюминутном подвиге, бренности бытия и приглушить влияние банального, гормонального, адреналинового коктейля в крови. В качестве финального штриха к приёму пищи я добавил каждому жмень таблеток. Ускоренные курсы юного эскулапа с полу секретными трудами силовых структур давали мне знания, как при помощи химии заставить организм человека работать без сна, не сильно теряя в концентрации др трёх суток. Правда потом уже человек с недельку помучается откатом, но сейчас это нужно. Полноценный отдых с глубоким сном не реален.
— Крест. Это что за пилюльки?
Это были первые слова из уст Магола.
— Витамины, гормоны, несколько слабых ядов. У нас после приёма будет сорок часов на то чтобы вернутся.
— Капитан. Я эту химозу жрать не буду.
Повисло молчание. Я же демонстративно проглотил всю порцию, запив целой бутылкой воды. С моим действием замерцал свет последнего фонаря. К моему удивлению лидер достал запасной аккумулятор, заменив источник питания. Бурый мигом выпросил подсевший элемент, потому как догадался что его можно подзарядить от имеющейся иной аппаратуры. Он и раньше бы это сделал, но стандартная батарея его фонаря не имела подобной функции.
Бурый прежде чем заняться шаманством с проводами, так же слопал предложенный мной аптечный подгон, запил большим количеством воды. А затем сдались и Магол с Капитаном. Я выставил на часах таймер на десять, двадцать, тридцать и тридцать семь часов. Это должны были стать периоды второй, третьей, четвёртой дозы и последняя отметка для принятия антидота.
Получив порцию допинга и взбодрившись, группа смогла не пропустить массовую атаку кротомонстров. Привал резко обратился в огневую точку. Наконец удалось пострелять и мне. Все двадцать восемь патронов из двух увеличенных магазинов ПМ попали в цель. Оказалось что мои глаза окончательно привыкли к темноте. Пятнадцать мёртвых монстров легли на мой счёт.
Капитан срочно требовал двигаться вперёд. На месте стоянки было принято решение оставить один из светляков, а вектором движения выбрать сторону противоположную огням ориентирам.
За следующие два часа скорого шага нападения повторились трижды, но всего не белее чем пятью особями. Организм начал подавать первые сигналы сбоя режима сна — бодрствования, боевая — лечебная химия приступила к активной своей работе. Ощущения сводились к лёгкой головной боли с примесью желания прекратить мыслительный процесс, а тело требовала движения. Подобные симптомы начали проявляться и у остальных членов группы. Адаптация в такой ситуации требует минут тридцать относительного покоя, но их нам ни кто не даст.
Не известно чем могла закончится вся эта история, но… Всегда есть но! С темноты выползло то самое существо из волос. Оно двигалось рывками, видимо памятуя об неприятной встрече с гранатой. По сколку монстра первым засёк я, то решил предупредить группу при помощи Бурого. Я тронув его за наплечник, чем привлёк недовольство, приложив палец к губам тихонько перевёл ствол автомата с прикреплённым фонарём на нового не желанного гостя. Он всем своим видом показал насколько рад данному факту, на наши действия так же отвлеклись все члены группы.
Отбиваться от волосатого "нечто" пришлось из всех стволов, ни чего умнее предложить не было. Бронебойные усиленные патроны, подготовленные для пробития костей крупных тварей, с данным чудовищем показали себя полным мусором. Может кротовьи головы и туши получив такую металлическую посылку страдали в полной мере, уничтоженные мозги или другие жизненно важные органы успокаивали их навеки, но вот такую тварь волновали весьма мало. На моих глазах выпущенный полный магазин Капитана не смог да же притормозить тварь. Одиночный выстрел Магола так вообще не возымел действия. А Бурый предпочёл ни чего не предпринимать. Я вскинув свой ПП короткими очередями прибавил шуму, но не более.
Как так получилось что группа резко отступила, а мне досталась гладиаторская дуэль с волосатым сказать сложно. Вот чувствовал что меня используют как наживку, а когда это произошло, сразу и не понял. Очередное нажатие на спусковой крючок окончилось пустым щелчком, потом ещё и ещё. В магазине не осталось патронов. Накрывшее меня тело заставило уже прощаться с белым светом когда случилось странное. Хотя мою открытую часть кожи обожгло, но ни чего более не произошло. Тварь резко потеряла ко мне интерес.
Спасением для меня, наверное, послужил звук взрыва. На этот раз это была осколочная граната, повторились автоматные очереди, и ещё пара взрывов гранат. Зная что единственные кто мог подобное провернуть были люди моего отряда, пришлось устремится в их сторону. С начало надо выжить, а потом с предательством разбираться. В одиночку из портала не вернутся.
Бой был великолепный, кучи кротомонстров напирали на отстреливающийся островок человечества. Им встретилась не просто толпа, а толпа с вожаком. Тварь была в четыре раза больше своих собратьев, с длинным как у таксы тылом. Морду, кроме гигантских когтей прикрывали щитки, по виду похожие на танковые броне пластины. Попытки группы пробить их успеха не имели. Эти пластины были не только на морде, но и переходили на грудь с животом твари. Моё ночное видение похоже тогда вышло на самый высший показатель, потому то и удавалось различить много этих интересных деталей.
Очередная граната полыхнула под животом вожака, но та лишь ещё более рассердилась. Силы взрыва не хватало для нанесения внутренних повреждений, а осколки не могли проникнуть через броню. Капитан с сотоварищами не могли видеть всей картины, фонарики выхватывали наступающих тварей, а ещё бронированную морду главаря. У меня имелось из заряженного осталось пара магазинов к ПМ. Можно сказать что тогда я совершал вторую однотипную ошибку подряд, открывая огонь в показавшуюся не защищённой боковую часть кротовьего мега мать его монстра.
Сперва показалось тщеславной глупостью палить в него, но заваруху решил посетить волосатый. Он накинулся на малых кротов сзади. Я же ранив главаря заставил его слегка развернуть в свою сторону голову. Он как длинный двусоставной автобус — гармошка на половину повернул броню головы от чего мигом набрал в свой второй незащищённый бок автоматных подарочков.
Битва превратилась в полнейший хаос. Человечеству в тот день повезло, точнее сказать мне повезло. Бурый смог закинуть взрывчатку твари, как говорится за шиворот, то что это не граната было понятно и так. Возможно, что-то противотанковое, но главаря располовинило, а после такого долго не живут да же черви. Волосатый получил вторую порцию вибрационного страха от чего опять сбежал. А остатки миньонов решили после смерти главаря отступить.
Сил для нашего отступления в попытке отойти от пережитого не оставалось, но того, к счастью, не потребовалось. Появилась немного гудящая арка портала, изменения в нашем мире всё больше стали походить на недоделанную видеоигру.
На меня после такого навалилась апатия. Капитан решил забрать переднюю часть твари с собой, Магол с Бурым довольствовались иными трофеями, в качестве видимых символов своего геройства, а я же удовлетворился мензуркой крови. Возможно они настоящие вояки, а я не доделанный медик, но мой непонятный интерфейс особо отметил серебряным свечением сочащуюся кровь из части разрыва задней части павшего главаря портала. В приступе трофеемании мои действия не заметили.
Возвращение на сторону родного мира было под прожекторами журналистов. Играл гимн, нам перепачканным во всяком непотребстве, несли цветы. Дядечки в костюмах и мундирах пожимали руки тройке новых героев, они звёздная группа, меня в расчёт не брали. Подошедший хмурый тип настоятельно попросил меня пройти за ним, подальше от глаз публицистически — новостной братии. Это праздник не в мою честь.
Уже в отдельной простой солдатской палатке ко мне обратились с предложением от которого нельзя отказаться. Либо я тихонько ухожу не привлекая внимания, либо… Естественно знать об последствиях отказа мне не хотелось. Оружие было сдано, мои карманы и поклажу тщательно проверили на наличие оставленных ништяков под видом проверки боекомплекта, которого гражданскому лицу не положено, а потом отправили сразу к аэродрому. Прямо в неприглядно выглядящей одежде, с бронежилетом, в каске да с медицинским рюкзаком.
В туалете аэродрома, прямо в раковине, наконец удалось хоть немного привести себя в порядок. Места прикосновения волосатой твари пострадали от лёгких химических ожогов, и частично посерели. Эти пятна мне були уже знакомы, признак заражения кремневым вирусом, но данное уже было неважно. Мне предстояло путешествие домой.
А дома меня ждала мама…
Конец первой части. Искренне для вас… ФФ Самаэль 07.2022.