Поздоровайтесь с Сесилом МакГи и Тёрнером "Буббой" Тигом. Сначала этих двух южных бездельников прокляла пьяная цыганка, а затем их нанимают на паранормальное расследование. Вскоре их станет преследовать соблазнительный демон, и весь ад вырывается на свободу!
Это не было самой странной вещью, которую они когда-либо делали за деньги, но это было далеко не лучшее в их списке.
Тёрнер “Бубба” Тиг, как известно, делал что угодно, если за этим стояло достаточно денег. А Сесил МакГи даже трахнул однажды молодую жену богатого старого инвалида прямо на его глазах почти за тысячу долларов. Чёрт, да Сесил сделал бы это бесплатно, или, возможно, даже дал бы сам несколько долларов за это. Парни зарабатывали деньги, но их никогда не было достаточно. Они наслаждались азартными играми, пили и впечатляли женщин. И даже эти занятия иногда делали их жизнь скучной. Умные люди зарабатывали больше, чем они, и, вероятно, им было легче это делать. Но парни не были глупыми.
Сесил и Бубба были выпускниками средней школы. Разумеется, они не получили высшего образования, а школу закончили в основном из-за обещаний и угроз, сделанных их родителями. Парни были уже совершеннолетними и знали друг друга с младших классов. Им обоим было по тридцать. Это был ещё молодой возраст для мужчин, но ужасно старый для бездельников. У них была арендованная в парке трейлеров в Азле тачка, одна на двоих.
Сесил работал в автомастерской, но единственное, что он умел - это заменить масло. Его папа был владельцем, и он не был впечатлён рабочими способностями сына. Сесилу иногда позволяли держать фонарь, в то время как его более опытные коллеги загрязняли руки карбюраторами и коробками передач.
Бубба был вышибалой в стриптиз-клубе в Форт-Уэрте. Он был громилой, он выглядел чертовски пугающе в шесть футов[1] в высоту и триста с лишним фунтов[2] веса. Бубба обычно работал по выходным, когда клуб был переполнен. Ему платили справедливо, но он спускал огромную часть своей зарплаты на видеоигры и фаст-фуд. Его работа не была тяжёлой. Всё, что он должен был делать, это стоять там, хмуриться и выглядеть серьёзным. Изредка его звали навести порядок. Но это случалось не часто. Но Бубба всё равно постоянно жаловался на свою работу.
Хотя у них и были подработки, у парней всё равно были постоянные проблемы с денежными средствами, но сегодня они должны были кое-что получить. И они не должны были делать ничего особенного. Они были уверены, что справятся с задачей хорошо.
Сесил и Бубба направлялись к старой резиденции Рейнольдса. Сесил вёл их “Ford F-150” 1975 года по 287-му шоссе в Каутаун. Он стучал по рулю и пел “Семейную традицию”[3]. Радио было сломано, поэтому Буббе приходилось переживать пронзительную пытку, которую издавал Сесил. Но, по крайней мере, он больше не осквернял Джонни Кэша[4].
- Ради всего святого, остановись! - умолял Бубба, ограничиваясь этим. - Я знаю, что ты делаешь это не ради своего удовольствия, а чтобы вывести меня.
- Ты прав!
- А теперь веди эту ржавую колымагу и уже заткнись. Ты можешь делать это молча?
Сесил ухмыльнулся, его нижние зубы были испачканы жевательным табаком.
- Ты просто завидуешь, вот и всё.
- Да уж. Было бы чему, - фыркнул Бубба. - Я завидую твоему пению, которое звучит хуже, чем вой стаи собак. Они оторвали бы тебе голову, если бы услышали это.
Сесил добродушно рассмеялся.
- Почему бы тебе не заменить это радио? Настоящая музыка была бы хороша время от времени. У нас куча проблем с этим автомобилем, чувак. Датчик уровня топлива сломан. Корпус начинает ржаветь. Шины лысые. Ты должен это исправить. В конце концов, ты сертифицированный рабочий, специализирующийся на автомобильной технике, - Бубба покачал головой.
Сесил пожал плечами.
- Ты думаешь, есть на это время?
Бубба не знал всей правды. Максимум, что Сесил мог сделать для этого автомобиля - это накормить его свежим маслом.
- Как у парикмахерa с плохой стрижкой, скажу я тебе, - проворчал Бубба, качая головой и глядя в темноту.
Это была не обычная ночь, они это понимали. Они могли почти ощущать это своей кожей.
Это была ночь перед Хэллоуином.
Она была известна под разными названиями в разных частях страны: Ночь беды, Ночь дьявола, Ночь капусты. У парней, на самом деле, не было названия для этой ночи. Они никак её не называли. Они запомнили эту ночь, главным образом, тем, что дети, например, забрасывали деревья и негостеприимные дома туалетной бумагой. Парни знали, что всё это суеверие, но всё равно в глубине души считали эту ночь могущественной и волшебной.
В тёмном небе плыли грозовые тучи, словно осознавая репутацию и потенциал ночи. Конечно, эта ночь была для Сесила и Буббы ещё и возможностью заработать столь необходимые деньги. Они давно перестали выпрашивать сладости у дверей на Хэллоуин. Но Бубба вдруг подумал об этой ночи по совершенно другой причине.
- Может быть, мы не должны этого делать? - спросил он, его большие ноги внезапно похолодели. - После того, что случилось с Розалитой?
Сесил застонал.
Розалита Перес была пожилой испаноязычной женщиной, которая была слегка сумасшедшей. Они поссорились с ней в прошлую субботу. Сесил и Бубба были в “Cherokee Lounge”, их любимом месте для тусовок. Розалита вошла туда, чтобы согреть свои старые кости и побрюзжать. Она привязала своего питбуля, Крекера, к столбу у входа на парковку. Это было правильное расстояние от заведения, потому что сукин сын был жестоким и злющим; Розалита держала собаку для защиты. Сесил и Бубба выезжали с парковки “Cherokee Lounge” пьяные, как скунсы, и наехали на Крекера прямо перед Розалитой, которая пришла, чтобы освободить собаку и вернуться домой, в квартиру, которую она арендовала. Розалита, которая была цыганских кровей, тут же на месте прокляла их. Бубба вспомнил её слова:
- Ты будешь страдать от странного и злого до конца своих дней, - он снова произнёс их вслух в качестве напоминания Сесилу.
Розалита наложила проклятие, показав парням средний палец и плюя в их сторону; Бубба был убеждён, что это было серьёзно, и на них всё ещё была печать этого проклятия.
- Не надо больше об этом, - сказал Сесил. Он взял пустую пластиковую кофейную чашку из подстаканника между сиденьями и сплюнул в неё табак. - Проклятия не существует.
- Не знаю, чувак. Она выглядела довольно мистически, и серьёзно относилась к делу, - сказал Бубба.
- Она показала нам палец и плюнула на нас, - недоверчиво сказал Сесил. - Я не думаю, что так работают проклятия. Во всяком случае, не профессиональные. Она была просто пьяна и злилась.
- Это всё ещё вызывает у меня дрожь в спине, - поёжившись, сказал Бубба.
- Ну, если бы она была такой могущественной, я не думаю, что она жила бы в той помойке, которую она называет домом. Ты видел это место? Это - опасная дыра. Я думаю, что она использовала бы свои способности, придурок, чтобы создать лучшее место для жизни, если бы она была настоящей ведьмой. Я знаю, что так бы и было. Дерьмо, да она наколдовала бы себе особняк!
- Может быть, ты прав. Но, проклятия - это вещи, к которым я отношусь серьёзно, - сказал Бубба, внезапно отвлекаясь от темы своим растущим голодом.
Он открыл бардачок и зарылся в него, выискивая еду. Сесил заметил, что большие пальцы Буббы шарят там.
- Что ты ищешь? - спросил Сесил.
- У нас больше нет этого вяленого мяса?
Сесил покачал головой. Бубба нахмурился и закрыл бардачок. Сесил покосился на тёмную дорогу.
- Где это место? - спросил он, вытаскивая салфетку с указаниями пункта назначения из кармана пиджака.
Бубба взял у Сесила коктейльную салфетку и развернул её.
- Найти нелегко.
- Сегодня мы заработаем немного денег, мой друг, - сказал Сесил с грязной улыбкой. - По сто баксов каждый, присматривая за этим парнем в доме с привидениями. Это чепуха, но я возьму его деньги.
- По крайней мере, мы не делаем это в Хэллоуин, потому что именно тогда духи выходят в полную силу. Это их ночь. Я и так достаточно боюсь этого проклятого дела и всего остального, - сказал Бубба, изучая указания, набросанные на коктейльной салфетке в темноте.
Он щёлкнул зажигалкой, чтобы лучше их увидеть; внутреннее освещение в машине было также сломано.
Сесил хмыкнул.
- Ты действительно веришь в этот мусор, не так ли? Проклятия? Призраки?
- Есть вещи, которые невозможно объяснить человеком или наукой, но они существуют, - сказал Бубба, расшифровывая указания.
- Ну, я ненавижу взрывать твой мозг, но это всё херня полная. И, кстати, Санта-Клауса тоже не существует.
- Ну, кто знает? Может быть, сегодня вечером передумаешь, - сказал Бубба.
- Очень сомнительно. Это же не канун Рождества, - ответил Сесил.
- Надеюсь, мы увидим что-нибудь. Просто, чтобы доказать, что ты не прав.
- Бубба, ты самый большой трусливый кусок дерьма, который я встречал в жизни, когда дело доходит до чего-то странного. Ты оставляешь свет включённым после того, как мы смотрим фильмы ужасов.
- Один раз, и этот фильм был чертовски страшен, - сказал Бубба, указывая на дорогу. - На следующем перекрёстке поверни направо.
Сесил доехал до перекрёстка и повернул на безымянную просёлочную дорогу, почти потерянную во времени. Их поглотила густая темнота, фары еле освещали обе стороны грунтовой дороги. Сесил сохранял безопасную скорость на ухабистой местности. Бубба вздохнул, всё ещё не зная, что их может ожидать впереди.
Он вспомнил их встречу с Конрадом Вудсом прошлой ночью.
Это было в клубе “Busty & Lusty”, а Бубба работал, поэтому Сесил и вёл переговоры. Конрад был человеком, которого парни встретили в клубе. Он был метросексуалом и поразил их своим внешним видом, они посчитали его просто ещё одним из педиков, посещавших клуб; педики, как и большинство других клиентов, приносили сюда долларовые купюры. В конце концов они узнали, что Конрад Вудс был человеком с Восточного побережья, который называл себя парапсихологом. Он исследовал знаменитый
- Хотелось бы, чтобы мы уехали оттуда до того, как я совсем проголодаюсь, - сказал Бубба, поглаживая свой живот. - Не думаю, что там будет много еды.
Сесил хихикнул:
- Это всё, о чём ты думаешь, чувак? Еда?
- Нет, - сказал Бубба в ответ. - Ещё я время от времени думаю о “киске”.
- Ну, продолжай есть так, как ты ешь, и ты никогда не сможешь найти “киску”, в которую засунешь свой “перчик”, - посоветовал Сесил.
Он сосредоточил своё внимание на дороге, которая становилась всё хуже.
- Эй, что за глупости? Многие женщины согласились бы выйти за меня замуж хоть сейчас, - сказал Бубба, немного обиженный.
- Мы не считаем цирковых уродов, - пошутил Сесил.
Бубба поднял средний палец, задаваясь вопросом, может ли он сам проклясть этим Сесила?
- Сиди спокойно, чувак. Ты же знаешь, я просто шучу, - сказал Сесил.
- Но ты действительно знаешь, как обидеть человека. Не все из нас могут есть всё, что захотят и не набирать ни унции лишнего веса, - скулил Бубба. - Моя мама всегда говорила, что у тебя был ленточный червь длиной тридцать футов.[5]
Сесил был такого же размера, как и в последний год в старшей школе. В эту ночь он даже носил свою старую кожаную куртку со школьной скамьи, потому что, если он был нанят в качестве мускулов, он собирался сыграть эту роль хорошо. Бубба, с другой стороны, выглядел так, как будто только и делал, что ел всё это время. На нём была фланелевая рубашка слишком большого размера, чтобы он выглядел более худым, и потёртые джинсы. А его ботинки нуждались либо в чистке, либо в мусорном ведре. Сесил любил Буббу как брата.
Чёрт!
Вот почему он так часто дразнил его; он просто хотел, чтобы Бубба стал более внимательным к своему весу и сбросил несколько фунтов. Меньшее, что он мог сделать, это отказаться от жареной еды. Дурак любил всё жареное.
Они проехали десять миль или около того в тишине - Бубба молчал - когда они увидели свет. Он появился внезапно справа от них примерно в ста футах. Это были огни крыльца белого прямоугольного двухэтажного колониального дома. Большие европейские колонны поддерживали второй этаж. На нём был ряд окон, меняющихся по размеру, с декоративными и очень дорогими ставнями. Две резные колонны окружали высокие входные двери и доходили до верхнего этажа. Над двойными дверями находилась скульптура херувима. Трава вокруг дома была короткой и аккуратной, а кусты были подстрижены, что указывало на то, что кто-то всё ещё заботился об этом месте. Это было самое прекрасное место, на которое они когда-либо смотрели. Они заметили белый фургон, припаркованный возле дома.
- Должно быть, это здесь, - пробормотал Сесил, подъезжая ближе к фургону.
Бубба подпрыгнул на месте и присвистнул в знак признательности.
- Вау, чувак! Что за дом! Я мог бы поселиться здесь навсегда!
Они подпрыгнули, когда Конрад появился у окна со стороны водителя и постучал по нему. Сесил сердито опустил стекло.
- Иисусе, чувак! Не делай этого больше никогда, Конрад! - рявкнул Сесил.
- Я чуть в штаны не наложил дерьма, - бросил Бубба вслед за Сесилом.
Конрад тихо рассмеялся.
- Простите меня за это. Но поверьте мне на слово: я - наименьшая страшная вещь здесь. Рад видеть тебя, Сесил. И тебя, Тёрнер.
Когда они вышли из автомобиля, Бубба сказал:
- Никто не зовёт меня Тёрнером, кроме моей мамы. Можешь называть меня Бубба.
- Ладно… Бубба.
Это имя неловко слетело с языка Конрада и прозвучало как-то нелепо.
Конрад был одет в тёмный свитер и соответствующего цвета брюки. Это был ухоженный мужчина лет сорока, со слегка распущенными светло-каштановыми волосами и ямкой на подбородке. Его ногти были с маникюром, а нежные руки никогда не пачкались работой. Это было сразу заметно. Он пожал им руки и показал им следовать за ним к фургону.
- Я покажу вам мобильную лабораторию, - объяснил он.
Конрад открыл боковую дверь фургона и показал оборудование внутри. Среди специальных камер и других устройств, которые парни не узнали, был компьютер, установленный на маленьком столе. Большой монитор показывал множество комнат. Бубба заметил, что это похоже на охранное наблюдение в винном магазине.
- Все камеры находятся внутри. Я целый день устанавливал их на место. Отснятое поступает в цифровой видеомагнитофон, поэтому я могу позже изучить весь полученный материал на предмет доказательств.
- Доказательств чего? - спросил Сесил.
- Явлений. Перемещение предметов по собственному желанию, странные огни. Вещи такого рода, - сказал Конрад. Он закрыл фургон и шагнул на крыльцо. - Давайте войдём внутрь, и я покажу вам всё владение.
Сесил и Бубба последовали за ним в дом. Они вошли в огромную красивую комнату. Первым, что увидели Сесил и Бубба, была огромная люстра над их головами. Также там была широкая лестница, ведущая на верхний этаж. Дом был лишён мебели и других вещей. Единственным предметом мебели был маленький складной столик с большим количеством оборудования Конрада. Конрад подловил Буббу, любующегося этим местом.
- Это прекрасно, не правда ли, Бубба?
Теперь это имя звучало более комфортно изо рта Конрада. Бубба кивнул.
- Это адски красивое место.
- Здесь ужасно пусто, - заметил Сесил.
- Это место было сильно разрушено за прошедшие годы. Те предметы, которые не были повреждены или разворованы, были перемещены в складские помещения. Дом тщательно восстанавливается. План реконструкции состоит в том, чтобы заполнить это место теми же старинными вещами, что были здесь когда-то, после того, как будет сделан весь ремонт, и нынешний владелец наймёт смотрителя для дома, - пояснил Конрад.
- Звучит неплохо, я считаю, - сказал Бубба, любуясь полированным мраморным полом в этой комнате.
- Не все комнаты такие красивые, как эта, - сказал Конрад. - Некоторые разрушены и ожидают восстановления.
- Так что же насчёт истории этого места? - спросил Сесил.
- Вы не знаете историю этого дома? - удивлённо ответил Конрад.
Он считал легенду общеизвестной. Особенно тем, кто жил рядом с ним.
Бубба и Сесил покачали головами, задаваясь вопросом, были ли они в меньшинстве?
- Этот дом был построен в начале XIX века семьёй Харроу. Он оставался у этой семьи, пока не был продан клану Рейнольдсов в сороковых годах. Даниэль Рейнольдс происходил из династии промышленных магнатов. Он и его молодая жена, Хэтти Мэй, переехали в этот дом вместе с двумя братьями Даниэля, Эндрю и Клиффордом. Даниэль был немного сексуальным девиантом. Он делил Хэтти Мэй со своими братьями, а иногда с друзьями и знакомыми. Он, очевидно, любил наблюдать за женой, когда она была с другими мужчинами.
Сесил улыбнулся про себя, вспомнив те деньги, которые он заработал, трахая жену старого инвалида в его присутствии.
- Хэтти Мэй, однако, была не очень довольна этой договорённостью, - продолжил Конрад. - Ходили слухи, что её предки были колдунами и ведьмами, которые каким-то образом избежали гонений в Салеме, и магия в её крови привлекла внимание самого Сатаны. Хэтти Мэй заключила сделку с Дьяволом, и каждый человек, который прикасался к ней, умирал от ужасной болезни. Её муж и его братья ушли первыми, умирая от болезни, которую врачи не могли понять. Конечно, болезнь не постигла Хэтти Мэй. Подозрения возникли, и Хэтти Мэй была предана суду. В конце концов она была реабилитирована. Но вскоре она покончила с собой. Она повесилась с балкона второго этажа, - сказал Конрад, поднимаясь по лестнице. - Но затем Сатана потребовал цену за свою помощь, и Хэтти Мэй стала тем, что известно, как “суккуб”.
- Соси куб? - спросил Бубба.
- Суккуб, - поправил его Конрад. - Это женщина-демон из ада, которая использует сексуальную энергию мужчин, чтобы питать свою жизненную силу. Похоже, у Дьявола есть чувство юмора в наказаниях, которые он раздаёт.
- Чепуха, - сказал Сесил. - Не обижайся, Конрад, но ты веришь в эту ерунду?
- А-а-а, - ухмыльнулся Конрад. - Скептик. А ты, Бубба, ты это тоже считаешь ерундой?
- Не знаю, - ответил Бубба, переглядываясь между скептиком и верующим. - Есть вещи, которые мы не можем объяснить, я думаю. Я просто пока воздержусь.
- С момента трагедии Рейнольдса этот дом принадлежал дюжине семей, - сказал Конрад, возвращаясь к своей истории. - Семеро молодых людей погибли в этом доме при загадочных обстоятельствах. Всемирно известный медиум, Мэгги Тилсон, вступила в контакт с Хэтти Мэй в шестидесятых, во время исследования дома. Так и появилась легенда о сделке Хэтти Мэй с Сатаной. Был также задокументированный случай в семидесятых. Это была публичная информация. Подросток по имени Уильям Келли вошёл в дом однажды ночью на Хэллоуин. Он вышел через несколько часов и выглядел так, словно ему было тридцать лет. Он был практически в состоянии кататонии. Когда он пришёл в себя, он сказал, что Хэтти Мэй соблазняла его. Он даже опознал её по старой фотографии. Он не помнил, как он от неё убежал.
- Я до сих пор не верю в это, - сказал Сесил, придерживаясь своего мнения.
- Но, Сесил, это была публичная информация, - напомнил ему Бубба.
- Неважно, веришь ты или нет, - сказал Конрад. - Это никак не повлияет на наше исследование. У нас есть много возможностей для открытий. Вы, джентльмены, готовы начать? - Сесил и Бубба в гармонии кивнули. - Я хочу в темноте обойти и исследовать весь этот дом. Я решил, что мы будем проводить сеансы здесь и наверху. Но начать я хочу с самого горячего места в доме. Спальня Хэтти Мэй, - взволнованно сказал Конрад.
Они последовали за ним по лестнице в одну из многочисленных комнат, расположенную примерно посередине дома. Они вошли в комнату. Стены были ободраны. В комнате стояла большая старинная кровать с балдахином. Единственной другой мебелью был складной стол с тремя стульями вокруг него. Стол и стулья стояли в центре пентаграммы, окаймлённой белой свечой в каждой точке. Это сразу же подняло волосы на голове Сесила.
- Что это? - спросил он, указывая на пентаграмму.
- Это пентаграмма, - небрежно бросил Конрад. - Это круг защиты.
- Мы на это не подписывались, - внезапно настороженно сказал Сесил.
- Я должен согласиться с Сесилом в этом, - добавил Бубба. - Это метка дьявола.
Конрад посмотрел на пентаграмму, а затем засмеялся.
- Ну же, Сесил, я думал, ты не веришь в эту ерунду?
Сесил покачал головой.
- Просто не хочу с этим связываться. Нет причин рисковать, если это не нужно.
- Пентаграмма - это форма защиты от зла. Эта символика была извращена хэви-металом и плохими фильмами ужасов, и стала означать что-то ещё, - настаивал Конрад.
- Не волнует, - сказал Сесил. - Я не вступаю в это дело.
- Нам нужна защита для сеанса, - объяснил Конрад.
Бубба и Сесил посмотрели друг на друга.
- Сеанс? - спросил Бубба. - Вы имеете в виду призыв мёртвых?
- Как же ещё мы собираемся связаться с Хэтти Мэй? У них нет сотовых телефонов на другой стороне.
- Мы точно не согласны, - категорически сказал Сесил.
Бубба кивнул в знак согласия. Они начали уходить.
- Подождите, парни, - сказал Конрад им вслед. - Есть ли что-нибудь, что могло бы побудить вас остаться и пройти через это?
- Ну, мы должны быть уверены, что, чёрт возьми, мы не станем закуской для этой Скуби, - ответил Сесил. - Дайте нам минуту.
Сесил и Бубба тихо, но горячо совещались в другой части комнаты. Когда они вернулись к Конраду, Бубба выглядел побеждённым. Он потерял все аргументы.
- Мы хотим дополнительную сотню за пентаграмму. И мы хотим ещё сотню за сеанс. И это подлежит оплате сейчас. Или мы уходим отсюда, - сообщил Сесил Конраду.
Ребята знали, что их хозяин может себе это позволить. Конрад улыбнулся и вытащил пачку стодолларовых купюр из кармана брюк.
- Вы, ребята, заключаете выгодную сделку, - сказал он, вынув зажим для денег и заплатив им. - И я даже угощу вас в “Busty & Lusty” после этого.
Сесил был доволен сделкой, но Бубба всё же был немного осторожен во всём этом.
Сесил сунул деньги в свою кожаную куртку и затем указал на кровать.
- Я думал, вы сказали, что все вещи отсюда убрали?
- Я лично попросил, чтобы кровать Хэтти Мэй была доставлена для этого исследования. Там произошло много преступлений. Духи обычно имеют связь с материальным объектом, - пояснил Конрад.
Конрад взял серебряную зажигалку со складного стола и начал зажигать ею свечи. Когда все пять зажглись и начали гореть, он попросил Буббу выключить свет в спальне. Они все сели за стол. Конрад включил цифровой рекордер и положил его на стол. Затем он вытянул руки.
- Давайте возьмём друг друга за руки, - проинструктировал он. Бубба и Сесил колебались. - Ребята, это не сексуальное домогательство, - сказал Конрад, немного раздражённый этими двумя. - Нам нужно, чтобы поднялась энергия.
- После этого сеанса, чёрт побери, у меня ничего уже никогда не поднимется, - пробормотал Сесил.
Бубба хмыкнул. Они все взялись за руки.
- Хэтти Мэй! - начал Конрад. - Мы с уважением просим вас украсить нас своим присутствием сегодня вечером. Пожалуйста, дайте нам знак, что вы с нами.
В комнате раздался громкий стук. Бубба тихо ахнул, едва не отняв руки. Конрад и Сесил держали их на месте.
- Это была самая быстрая реакция, с которой я когда-либо сталкивался, - улыбнулся Конрад. - Это были вы, Хэтти Мэй? - спросил он в темноте.
- Вероятно, просто водопроводная труба или что-то в этом роде, - сказал Сесил, уверенный, что шум был естественным.
Конрад сохранял спокойствие.
Былo тихо.
Конрад нахмурился и продолжил просить о присутствии Хэтти Мэй. Это продолжалось долго. Руки Буббы и Сесила начали потеть. Почти готовый покинуть комнату и сосредоточиться на другом месте дома, Конрад предпринял ещё одну попытку.
- Хэтти Мэй, выйди и покажи нам себя! - сказал он авторитетно.
Внезапно пламя свечей поднялось на несколько футов в воздух. Парни почувствовали тепло, исходящее от них, и запах тающего воска.
Пламя погасло.
Бубба сидел молча, боясь пошевелиться.
- Трюки со свечами, Конрад? Как-то неубедительно, - сказал Сесил подозрительно, с недоверием в голосе.
- Уверяю вас, я не имел к этому никакого отношения, - заявил Конрад, выглядя столь же удивлённо, как и парни.
Ветер поднялся в комнате, обдувая их всех.
- Скажите мне, что вы как-то связаны с этим, Конрад, - умолял его Бубба. - Если это шутка, я не буду злиться.
- Да, что это? Это телевизионная программа или что-то в этом роде? - спросил Сесил, ожидая, когда команда ворвётся в дверь. - Лучше не заставляйте меня выглядеть глупо.
Конрад покачал головой.
- Это не моих рук дело, - поклялся он.
Комната начала дрожать, как будто она попала во внезапное землетрясение. Мужчины крепче сжимали друг другу руки. Белая пыль сыпалась на них с потолка. Тряска продолжалась долго, и Буббе стало страшно до чёртиков. Наконец, после небольшого дрожания и двух сотрясений, комната стала неподвижна. Мужчины сидели с белыми костяшками; каждый в своём молчании. Глаза Сесила быстро бегали по комнате.
- Если это был особый эффект, он был чертовски дорогим, - сказал он.
По комнате пронёсся женский вздох. Он пришёл со стороны кровати с балдахином. Все они пристально смотрели на матрас. Жуткое свечение озарило комнату. Чем-то всколыхнуло постельное бельё, и что-то выросло под простынями на кровати. Подушки и одеяла медленно поднялись вверх. A внизу появлялось тело. Когда фигура закончила подниматься, балдахин скрывал труп. Затем постельное бельё медленно сползло с тела. Сатиновые простыни соскользнули на пол. B комнате оказалось тело с женскими очертаниями. Тело было неподвижно. Жизнь медленно накапливалась в нём.
- Оставайтесь в кругу, - предупредил Конрад, очарованный и испуганный одновременно.
Бубба посмотрел на Сесила для поддержки. Там не было ни капли уверенности. Сесил выглядел таким же ошеломлённым. Стройная фигура обрела дыхание и существование, и медленно поднялась с кровати. Призрак шевелился, как будто его охватил лёгкий ветерок. Это была красивая женщина в белой, прозрачной ночной рубашке. У неё были натуральные рыжие волосы и светлый цвет лица. Слабые летние веснушки усеяли её щёки и переносицу. Её глаза были зелёными и, казалось, излучали собственный свет. Она нежно улыбнулась, и все трое мужчин улыбнулись в ответ, несмотря на их страх. Они не могли ничем помочь себе.
- Ты позвал, и я пришла, - тихо сказала Хэтти Мэй, стоя рядом с кроватью.
Они могли разглядеть её изгибы через ночную рубашку. У неё была красивая грудь. Её светло-розовые соски смешались с её кожей и были едва различимы на расстоянии. Бубба с трудом переводил взгляд с груди Хэтти Мэй; его губы мысленно прижались к ней. Сесил изучал её тело ещё дальше, предпочитая вещи, в которые он мог бы засовывать свой член. У неё была одна из лучших задниц, на которые когда-либо смотрел Сесил, и ещё он заметил, что ковёр наиболее точно подходит по цвету к шторам. Хэтти Мэй начала медленно скользить к ним, вытянув руки. Сесилу и Буббе пришлось бороться с желанием встать и приветствовать эти широко расставленные руки своими телами. Они были охвачены ею, но чувство абсолютного страха в них всё ещё превосходило это, хотя и не с большим отрывом. Это было из-за незначительного внимания, которое она уделяла им. Если бы она отдала парням всю свою энергию, они бы полностью принадлежали ей. Но она казалась более привлекательной для их нанимателя.
- Конрад, - сказала Хэтти Мэй, сосредоточившись на нём, как хищник, который заметил самое слабое животное из стада. Всё, что делало его наиболее уязвимым, было её секретом. Её гибкое тело притянулось к нему. - Иди ко мне, Конрад.
- Прими свой собственный совет и будь сильным, чувак, - сказал Сесил, заметив, что всё внимание Хэтти Мэй теперь сосредоточено на Конраде.
Это освободило Сесила от её очарования, но и сделало его чертовски ревнивым.
- Она – “соси куб”, Конрад, - предупредил Бубба, вспоминая то, что говорил про Хэтти Мэй сам Конрад.
- Суккуб, - нерадиво поправил Конрад Буббу, не сводя глаз с Хэтти Мэй.
Он посмотрел ей в глаза, и парни увидели, что он почти сдался.
- Держись за него, Бубба, - проинструктировал Сесил. - Не позволяй ему вырваться из круга.
Сесил и Бубба крепче сжали Конрада, который уже начал отпускать руки.
- Не держите меня! - приказал Конрад хриплым голосом. - Она хочет меня. Разве вы не видите?
- Она использует вас только ради вашей жизненной силы, - сказал Бубба, с трудом удерживая стройного парня.
Хэтти Мэй смотрела прямо в сущность Конрада.
- Пойдём, - поманила она. Она облизнула губы и покачала своим телом. - Разве ты не хочешь меня?
- О, детка, - прошептал Конрад.
Он внезапно вскочил, чуть не сбив с ног парней, и вырвался из их хватки.
Круг был разорван.
Конрад смазывал меловую пентаграмму пятками, разрушая круг защиты. Он поспешно подошёл к Хэтти Мэй.
- Не делай этого, чувак! - предупредил Сесил. - Она тебя убьёт!
Конрад обнял её. Хэтти Мэй жадно поцеловала его. Она обвила одну из своих ног вокруг него, притягивая его ближе к себе. Цвет исчез из её глаз, и они превратились в бездушные белые шары. Её кожа начала собираться в складки и обвисать, становясь настолько пепельной, что её голубые вены выделялись, словно глубокие шрамы по всей длине тела. По всей её груди росли язвы, а изо рта текла густая зелёная жидкость. Её лицо приняло облик демонической сущности. Она злобно и сердито огляделась. Конрад отстранился и посмотрел на то, что целовал. Он снова повернулся к Сесилу и Буббе. Он улыбнулся с зелёной желчью на губах и подбородке.
- Посмотрите на неё! Разве она не прекрасна?
- Она - уродливый демон! - крикнул Сесил, удивляясь, почему Конрад этого не видел.
И как бы она ни была уродлива, Сесил всё ещё хотел трахнуть эту тварь по-жёсткому.
- Отойди от неё! - закричал Бубба, беспокойство и зависть странно уживались внутри него.
Хэтти Мэй снова начала целовать Конрада. Её почерневший язык вонзился в его рот. Это зрелище едва не заставило Буббу вырвать. Стоны удовольствия Конрада постепенно превратились в приглушённые крики боли и страха. Хэтти Мэй прервала поцелуй. Она восхищённо уставилась на Конрада, который теперь кричал во все лёгкие. Его лицо начало сморщиваться и стареть. У него все волосы выпали, а позвоночник начал скручиваться. Когда это произошло, красота Хэтти Мэй постепенно начала восстанавливаться. Конрад усох в своей одежде, и его лицо стало измождённым. Хэтти Мэй отпустила его, и он рухнул на пол. Высохшее тело, которое когда-то было Конрадом Вудсом, смотрело на парней умирающими серыми глазами. Последний вздох Конрада сотряс его грудь на выходе. Он выглядел как столетний умерший. Хэтти Мэй, прекрасная по меркам трупа, снова стояла секунду с закрытыми глазами, наслаждаясь вкусом жизни, которую она только что приняла. Она медленно открыла глаза и посмотрела на беспорядок на полу.
- Встаньте, ленивые кости, - сказала Хэтти Мэй телу. - Ведь канун Дня Bсех Cвятых уже близко. И есть вещи, которые нужно сделать.
Труп Конрада начал дёргаться и шевелиться. Постепенно худой зомби поднялся с пола. Он выпрямился, его голова болталась. Мёртвая вещь, которой был Конрад, предстала перед своей любовницей. С изогнутой головой, которая лежала на тощем плече, зомби посмотрел на Хэтти Мэй. Его послушные белые глаза смотрели на суккуба, ожидая наставления. Рот Конрада скривился на одну сторону. При виде Конрада, несмотря на быстрый и сильный страх, пронизывающий его вены, Бубба внезапно вспомнил о своей бабушке после её смерти. Парни могли спрятаться, когда это происходило, но они застыли на месте от страха, очарования и притяжения к Хэтти Мэй, которая сверхъестественно вдохновляла их сердца и чресла.
- Мои любовники всегда могут пригодиться, - сказала Хэтти Мэй, нежно поглаживая холодный и иссохшийся лоб Конрада. - Иди убирайся в доме. Завтра у нас вечеринка, и это место должно блистать.
Зомби повернулся к двери и побрёл прочь. Прежде чем он вышел из комнаты, его тупой взгляд нашёл Буббу.
- Буууу-б-баааа, - медленно произнёс зомби, и Буббе захотелось, чтобы его никогда и никто так больше не называл. Он не хотел слышать, как его имя снова и снова звучит из этого мёртвого и кривого рта.
- Твои друзья скоро присоединятся к тебе, - пообещала Хэтти Мэй безжизненному Конраду.
Он неуклюже вышел из комнаты.
- Вы, ребята, немного порадовали меня на праздник в этом году. На этот раз я планирую вернуться вo тьму во всей красе, - сказала Хэтти Мэй, снова сосредоточившись на Сесиле и Буббе. - Я всегда хотела насладиться двумя одновременно, - пробормотала она, приближаясь к ним.
Они хотели бежать, и хотели остаться.
Эти красивые зелёные глаза держали их там, и они окаменели в своей любви к ней.
У парней больше не осталось воли. Хэтти Мэй подняла одной рукой их обоих. Сначала она выбрала Сесила; он был более развратным из двух, и у него наверняка было больше желаний. Она начала целовать его, а затем… остановилась.
Она отступила и с любопытством уставилась на эту пару. Она обнюхала их. А потом с её кривых губ вырвалось шипение. Хэтти Мэй снова надела свою адскую маску. Не было никакой причины держать их больше. Она бросила их обоих на землю. Сесил и Бубба пришли в себя от заклинания Хэтти Мэй и испуганно рухнули на пол, когда она свирепствовала на них.
- На ваших душах есть пятна! - крикнула Хэтти Мэй демоническим голосом. - Вы были прокляты!
Бубба посмотрел на Сесила.
- Я говорил тебе об этом! - ругался он, несмотря на присутствие смерти перед ним.
- Я голодаю, но не могу полакомиться вами! Вы - плохое мясо! Проклятые! Вы прокляты! - крикнула Хэтти Мэй. Она сердито покачала головой. - Уходите! Уйдите из моего дома и заберите с собой свои чёрные души!
Сесил и Бубба выбежали из комнаты. Они услышали её злой смех позади себя, когда бежали по лестнице так быстро, как только могли. Они миновали Конрада в одной из комнат. Реанимированный подчинённый вытирал грязной тряпкой окно.
- Подожди, - сказал Сесил, подбегая обратно к Конраду.
- Чёрт возьми, что с тобой, чувак? - спросил Бубба у него. - Мы не возьмём его с собой!
Сесил охлопал мёртвого Конрада в поисках наличных. Тщательное внимание не отвлекало зомби от его работы. Бубба наблюдал, как Сесил вернулся, деньги Конрада быстро ушли в собственный карман Сесила.
- Это всё равно, что ограбить могилу, чувак, - сказал Бубба, нахмурившись.
- Ему это больше не нужно. И мы это заслужили, - просто сказал Сесил, когда пара подошла к входной двери.
Они выбрались из дома и прыгнули в свою тачку. Сесил завёл мотор, и они сорвались с места. Они проехали около пятидесяти футов[6], но затем Сесил нажал на тормоза. Он посмотрел на Буббу.
- Это неправильно, - твёрдо сказал Сесил.
- Ты, чёрт возьми, не прав, - сказал Бубба, топая об пол своей тяжёлой ногой. - Почему мы не двигаемся? Убери нас отсюда!
- Мы были наняты, чтобы защитить его.
- Ну, я не думаю, что он будет просить возмещение.
- Мы должны отомстить за его имя, - сказал Сесил, открывая дверь.
- Сесил! Дерьмо! - закричал Бубба, следуя за Сесилом из машины.
Сесил подошёл к задней части машины и вытащил запасную канистру с топливом. Он возил её просто на всякий случай.
- Что ты с этим сделаешь? - обеспокоенно спросил Бубба.
- Я сожгу дом этой суки, - объявил Сесил, возвращаясь к дому и поливая переднее крыльцо бензином.
Бубба заметил мёртвое лицо Конрада, прижатое к стеклу. Он смотрел на них, как наказанный ребёнок, который хотел выйти и присоединиться к игре. Оно снова произнесло имя Буббы. Сесил сделал жидкий след от дома до фургона Конрада и пропитал внутреннюю часть фургона также.
- Ты фургон тоже сожжёшь? - спросил Бубба, следуя за Сесилом и не спуская глаз с двери, ожидая, что Хэтти Мэй в любой момент выскочит из неё.
Сесил указал на монитор компьютера внутри.
- Доказательства, - указал он, бросая канистру с бензином в фургон. Они пошли обратно к парадному крыльцу. - Дай мне свою зажигалку, - сказал Сесил Буббе.
Бубба передал её. Конрад продолжал смотреть, его косые и серые губы целовали оконное стекло. Теперь его любовь к демону была безгранична.
Дом начал гореть.
Огненный след побежал к фургону, зажигая его внутренности. Они вернулись к своей машине. Сесил не торопился, но Бубба быстро двигался вперёд, глядя через плечо через каждые несколько футов. Он убедился, что ад не торопится за ними. Когда они вернулись к "пикапу", Бубба мог поклясться, что слышит слабые злые крики Хэтти Мэй в ночном ветру.
Они уехали.
- Как ты думаешь, что с ней будет? - спросил Бубба, наблюдая, как огонь поднимается через заднее стекло “пикапа”.
Сесил даже не оглянулся.
- Надеюсь, что она останется в аду, где ей и положено, теперь, когда у неё нет дома, чтобы преследовать всех подряд, - сказал Сесил.
Фургон взорвался позади них. Бубба съёжился, когда это произошло, но Сесил лишь ухмыльнулся. Весь фасад дома был охвачен огнём. Бубба наблюдал, пока тяжёлый туман на дороге не скрыл ад. Он повернулся назад к дороге перед собой.
- Это было для тебя, Конрад, - пробормотал Сесил.
Он посмотрел на Буббу, который сидел там молча.
- Ты хочешь есть, Бубба? Как насчёт жареного куриного стейка? Я не откажусь.
На этот раз Бубба не был голоден.
- Сесил?
- Да, - ответил Сесил, наполняя рот остатками чипсов.
- Мы прокляты, - сказал Бубба.
Его глаза были опущены. Реальность этого захлестнула их.
Смесь беспокойства и отчаяния накрыла Буббу.
- Мы прокляты, - тихо повторил Бубба.
- Ну ладно, напомни мне купить Розалите нового щенка, - сказал Сесил с позитивом.
Это была ирония. Даже тупица вроде Буббы должен был это увидеть.
- Если бы не это проклятие, мы бы чистили окна, прямо сейчас. И в этом месте их было очень много.
Бубба просто тихо смотрел на бардачок, и Сесил знал, что его друг всё ещё думает об этом придурке. Он решил позволить Буббе побыть в тишине. Сам Сесил считал это одной из тех вещей, с которыми они могли справиться.
Погода была хорошая. У него не было причин больше волноваться о том, что случилось сегодня вечером. Он был голоден и устал, и в его кармане были хрустящие купюры. Он взял пластиковую чашку из подстаканника и выплюнул в неё табачный сок.
Прозвучал раскат грома. Дождь начал моросить на лобовое стекло.
- Это только начало, не так ли? - наконец сказал Бубба.
Сесил сжал зубы и не сводил глаз с дороги.
- Теперь это будет адом для нас обоих, - серьёзно произнёс Бубба.
Дождь пошёл сильнее. Сесил включил дворники и посмотрел на Буббу.
- Как насчёт того жареного куриного стейка?
Бубба уставился на Сесила. В тот момент Бубба понятия не имел, шутит ли его лучший друг? Сесил направил “пикап” по опасной дороге через надвигающийся шторм. Он напевал про себя и улыбался, как будто только что подумал о чём-то смешном.
- Да, - наконец сдался Бубба. - Я хочу есть.
Спустя какое-то время дождь прекратился, и буря прошла. Наконец-то они смогли увидеть звёздное ночное небо, которое было спрятано там, под хаосом, всё это время.
перевод: Alice-In-Wonderland
Бесплатные переводы в нашей библиотеке
BAR "EXTREME HORROR" 18+
около 1.83 м
более 140 кг
песня, написанная и записанная американским кантри-музыкантом Хэнком Уильямсом-младшим. Она была выпущена в мае 1979 года в качестве четвертого и последнего сингла и заглавного трека с его одноименного альбома. Это одна из его самых популярных песен. По состоянию на апрель 2016 года было продано 909 000 цифровых копий.
(1932 - 2003) - американский певец и композитор-песенник, ключевая фигура в музыке кантри, является одним из самых влиятельных музыкантов XX века. Несмотря на то, что в первую очередь его признали иконой кантри, исполнение песен в таких жанрах как госпел, рок-н-ролл и рокабилли - не редкость. Благодаря своей музыке, стилю жизни на сцене и вне её заслужил авторитет среди большого круга любителей музыки, далеко за пределами жанра кантри. Сам себя позиционировал как исполнителя «христианского кантри».
около 9.15 м
около 15 м