Я наблюдал за Ривер, пока она смотрела в бездну Ада, служившей мне домом более тысячелетия. Ее чувства от близости к Аду отличались от моих, но я никогда не забуду, когда Ривер впервые пришла сюда. По ее лицу текли слезы, плечи были опущены. Ривер едва могла стоять. Несмотря на свое самочувствие, она упорно продолжала возвращаться сюда каждый день, пока не привыкла к своему состоянию.

Моя Ривер.

Я был виновен во всех ее страданиях…, и это только начало. Если у нее получится войти внутрь, получится выдержать жар вечного огня внутри ямы, то она столкнется с бесчисленными ужасами и с самим Люцифером. Мои руки сжались в кулаки при мысли о мужчине, который породил Ривер, моем злейшем враге. Если бы такая возможность предоставилась, то я бы разорвал его на части.

Война между демонами и падшими ангелами в Аду тянулась на протяжении многих тысячелетий. Пришло время вернуть то, что по праву принадлежало демонам. Заявить права на трон, украденный у моего предка. Я был не готов к тому, что возможный ключ к решению проблемы окажется моей избранницей… или что я лично приведу ее в место, доставляющее ей так много несчастья.

Было невозможно игнорировать, насколько свободней стала ее одежда. Каждую ночь, когда Ривер лежала передо мной обнаженной, я видел доказательства мучений на ее гибком теле. Но я не мог увести ее, ведь врата до сих пор были открыты, а Люцифер мог вырваться на свободу в любую минуту. Когда наша миссия подошла бы к концу, я отвез бы Ривер, куда бы она ни захотела, в любую точку мира. Подарил бы беззаботную жизнь в дали от трудностей, которые она уже пережила и с которыми ей еще предстояло столкнуться. Вернул бы ей братьев. Но сначала мы закончим войну. До тех пор, пока Люцифер был жив, никому из нас не видеть покоя.

После мы поселились бы с Ривер на Земле и позволили бы остаться здесь всем демонам, которые этого желали. Правда, демонам пришлось бы часто приходить ко мне, чтобы посещать Ад и тем самым сохранять свое бессмертие, но задумка была вполне выполнима. Я бы справился.

Ривер заслуживала того, чтобы жить со своими братьями там, где ей нравилось, и наслаждаться своим окружением. Ее ни в коем случае нельзя было заключать в пламя Ада, разлучив с близкими, так как там она превратилась бы в ничто.

Демоны тоже заслуживали свободы. В течение сотен тысяч лет мы держались подальше от людей и уважали границы между нашими мирами, чтобы не нарушить сложное равновесие. Но люди все разрушили. Сейчас мы спасали все человечество и исправляли их ошибки, но в дальнейшем хотели бы получить заслуженную награду в виде ощущения солнца на своей плоти и существования в мире жизни вместо смерти.

Я смотрел, как Ривер подходит ближе к яме. Из-за постоянства в посещении она практически научилась противостоять вратам… и я ненавидел это. Ведь когда она плохо переносила близость Ада, то у меня была причина увезти ее отсюда, а теперь предлогов не осталось. Мы должны были довести эту битву до конца.

Все еще существовала вероятность, что Ривер не сумеет противостоять пламени Ада, когда окажется внутри. Но у меня было предчувствие, что для нее это не будет препятствием.

Ривер еще ближе подобралась к яме, прикоснувшись пальцами ног к ее краю. Черные волосы скрывали от меня красивые черты ее лица. Я поймал себя на том, что затаил дыхание, наблюдая за ней и желая, чтобы она отступила, но Ривер оставалась неподвижной.

Преодолев несколько футов между нами, я замер рядом с ней, вглядываясь в темные недра Ада.

— Я в порядке, — прошептала Ривер, почувствовав мое беспокойство прежде, чем я озвучил хоть слово.

— Мне не нравится, что ты так близко.

— Если я хочу войти, то мне придется подходить максимально близко.

Я стиснул зубы, процедив:

— Знаю.

Ривер посмотрела на меня. Маленький шрам в углу ее правой брови и легкая россыпь веснушек на носу были сейчас более заметны. На улице ее кожа приобретала золотистый оттенок, та как она многие годы любила проводить время на открытом воздухе, но подле врат Ривер одолевала бледность.

Не в силах сопротивляться, я провел костяшками пальцев по ее щеке. Худоба вынуждала Ривер выглядеть взрослее. Сейчас она казалась намного старше, чем в тот момент, когда я впервые встретил ее всего четыре месяца назад. Но вместе со зрелостью к ней пришла и особая красота. Или, возможно, это я считал Ривер самым прекрасным созданием, которое когда-либо встречал, особенно благодаря ее гордому духу и неисчерпаемой любви.

По сравнению с моей долгой жизнью Ривер прожила всего секунду, но все же ей удалось каким-то непостижимым образом всецело завладеть мной. То, что я был готов сделать для этой женщины, шокировало бы самого Люцифера.

Ривер поддалась навстречу моему касанию, а затем вновь сосредоточила аметистовые глаза на яме. Когда она наклонила голову, я убрал руку. Отсюда не была видно пламени Ада, но я чувствовал его силу всем своим телом.

Ривер опустилась на колени рядом с ямой. Золотисто-голубые искры заискрились на ее пальцах, когда она начала черпать жизнь из, по словам самой Ривер, вялой земли. До прибытия к вратам Ада искры Ривер всегда были золотисто-белого цвета, но здесь приобрели более темный оттенок. Огоньки поднялись, окружая ее запястья и продвигаясь до локтей. Ривер ежедневно неустанно трудилась, пытаясь использовать свою ангельскую способность черпать энергию из жизни в попытке закрыть врата.

До сих пор ничего не получалось, но и Ривер никогда не подходила так близко к вратам.

— Так много силы, — пробормотала она, отвлекая мое внимание от искр. Ривер подняла голову и посмотрела на меня. — Смесь из Ада и Земли, смерти и жизни. Это так… противоречиво.

Я переступил с ноги на ногу, переводя взгляд с нее на яму.

— Справишься с этим?

— Да.

Мое тело напряглось, готовое в любой момент оттащить Ривер от ямы, но девушка не проявляла никаких признаков дискомфорта. Вероятно, ей помогал поток жизни. Вся наша небольшая группа наблюдала за Ривер, но больше никто не разговаривал в течение следующих нескольких часов, пока она пыталась найти пути воздействия на врата, чтобы те отреагировали на нее также, как когда-то на Люцифера.

Угасающий дневной свет привлек мое внимание к дырам в крыше, оставленным горгульями, которых Люцифер каким-то образом освободил от второй печати. Даже если Ривер не сможет попасть в Ад или закрыть эти врата, то я в любом случае должен был как можно быстрее сойти вниз.

Нужно было разобраться, что произошло с адскими гончими, охраняющими печати. Да и в принципе пора было остановить взлом печатей. Если все запертые твари вырвутся на свободу, то конец наступит не только для людей и Земли, но и для всех миров.

Отвернувшись от розового-красного с оранжевыми прожилками неба, я окинул взглядом собравшихся в комнате. Варгас расхаживал у двери в бар, сцепив руки за спиной. Хок прислонился к дальней стене с винтовкой в руке, наблюдая за ямой. Рядом с ним расположилась Эрин, скрестив ноги и точа один из своих ножей. Корсон и Бейл ходили по краям врат, следя за тем, чтобы что-нибудь не выпрыгнуло изнутри.

Мой взгляд вернулся к Ривер. Она закрыла глаза, не видя освещающего ее солнца. Выражение ее лица было таким безмятежным, что казалось, будто девушка медитировала. Единственными признаками, что она испытывала хоть какое-то напряжение, были сжатые полные губы и напряженный подборок.

Словно почувствовав мой пристальный взгляд, Ривер распахнула глаза и посмотрела на меня. Поразительный аметистовый оттенок ее радужки был безумно красив. Ее глаза были очаровательны и свидетельствовали о родстве с ангелами.

Ривер улыбнулась.

— В чем дело?

— Просто наблюдаю за тобой.

Она встала, посмотрев на меня взглядом, преисполненным любви.

— Я готова вернуться в лагерь, — заявила она и потянулась. — А завтра уже могу отправиться в Ад.

Мне едва удалось сдержать резкое «нет», которое застряло у меня в горле. Я впился взглядом в яму, а затем вновь сосредоточился на Ривер.

— Возможно, в этом нет необходимости. Должен же быть какой-то способ…

— Закрыть врата отсюда? — перебила она. — Какой? Потому что я перепробовала все, что умела. Теперь я чувствую пульс жизни, вибрирующий под моими ногами, а не только отчаяние и мучения, но все равно ничего не получается.

— Вероятно, твой спуск в Ад не обернется ничем хорошим, — заявил странно высоким голосом Корсон с другого конца комнаты.

Я посмотрел на обычно спокойного, но смертоносного демона, которого считал одним из своих самых близких и сильных союзников. Плечи Корсона были расправлены, а оранжевые глаза сосредоточены на Ривер. Его заостренный подбородок выражал упрямство и гнев. Корсон имел рост шесть футов четыре дюйма и был весьма гибок, благодаря чему был весьма быстрым, намного быстрее, чем большинство демонов.

Его волосы были такого черного цвета, что казались синими в угасающем свете дня. Локоны вились у его воротника и над заостренными ушами, с мочек которых свисали и вращались на золотых цепочках два розовых единорога. Я уже привык к вечно меняющимся украшениям Корсона, но все равно ненавидел это. Мои руки так и чесались, желая выдернуть серьги из его ушей каждый раз, когда он проходил мимо с новым набором, подаренным очередной женщиной.

— Но и не причинит никакого вреда. Надеюсь, — пробормотала Ривер так тихо, что, вероятно, последнее слово услышал только я.

— Я считаю, что нужно повременить, — отчеканил Корсон.

Когда Ривер впервые вошла в лагерь у стены, то была не более чем одним из вариантов, с которыми мы столкнулись во время поисков последнего потомка Люцифера. Теперь она стала моей избранницей и королевой демонов. Более того, Бейл уважала Ривер, что было редкостью, а Корсон считал ее другом. Корсону нравилось находиться рядом со многими людьми и демонами, но мало кем он действительно восхищался. Как и я, Корсон всегда оставался верен поставленной задаче, особенно когда дело касалось Ривер. Но сейчас я почувствовал, что моего друга одолели сомнения.

— Ожидание не принесет нам никакой пользы, — покачала головой Ривер. — Я не собираюсь заходить в самую глубь, но, может, каким-то образом там я пойму свои дальнейшие действия. Сейчас у меня ничего не получается. Вообще ни единой мысли, как это провернуть.

— Вполне вероятно, что ты вообще не сможешь их закрыть, — напомнил Корсон.

— Корсон, — шикнула Бейл, предупреждая, прежде чем взглянуть на меня.

Она боялась, что его слова выведут меня из себя, и я действительно был на краю, но не из-за них. Словно я стоял в стороне и наблюдал, как Ривер, огибающая яму, выходила на проезжую часть в час пик. Корсон открыл было рот, чтобы еще раз возразить, но промолчал.

— Уверена? — обратился я к Ривер хриплым голосом.

— Я хорошо себя чувствую. Действительно хорошо, — ответила она. — Никакого опустошения, как в первый визит. Теперь я держу эмоции под контролем. У меня все получится.

Я не сомневался, но был не готов.

— Если ты считаешь, что завтра сможешь пересечь врата, значит, так тому и быть.

— Договорились, — кивнула она.

Корсон отошел в сторону, пока Эрин, Хок и Варгас смущенно наблюдали за нами. Мой взгляд упал на Хока, прислонившегося к стене. Он еще не знал этого, как и никто из людей, но существовал очень хороший шанс, что он сможет отправиться в Ад вместе с нами.

С тех пор как Лилит, королева своей ветви канагских демонов, напала на Хока, наградив его своей кровью, солдат проявлял все больше и больше демонических черт. Девушка, преследовавшая Хока всего из-за одного сексуального контакта, являлась ярким примером. Ну и еще его теперь уже вспыльчивый характер, скорость исцеления ран, а также уменьшение времени сна. Демоны нуждались во сне, просто не так сильно, как человеческая раса.

В конце концов, когда-нибудь мне пришлось бы рассказать Хоку о его превращении в инкуба. Если в ближайшее время мы не поговорим, то скоро его начнет преследовать целая орава женщин. Однако, сейчас я не хотел рисковать, ведь Ривер тоже могла стать бессмертной… но время было неподходящим, так как изменения могли навсегда разорвать ее связь с Землей. Ривер свято верила, что Люцифер и другие падшие ангелы изменились из-за потери связи с пульсом жизни. Мои желания о нашем вечном правлении были не так важны, раз существовал риск уничтожения Ривер, которую я любил.

В общем, сейчас все демоны пристально следили за Хоком, чтобы он не занимался сексом и не целовал женщин. Пока солдат поддавался контролю, но скоро его канагская натура станет более доминирующей, и вот тогда-то он захочет секса, который не пройдет без последствий.

Хок пережил большую часть изменений, значит, сможет завершить весь процесс. После нашего планируемого разговора о происходящем Хоку пришлось бы сохранить эту тайну, либо мы попрощаемся.

Мне не нравилось скрывать что-то от Ривер, да и как в последствии объяснять, почему Хок вдруг решил уйти, но я бы что-нибудь придумал. Если Хок согласился бы сохранить секрет, то я бы нашел для него демонов, с которыми можно было заниматься сексом и одновременно питаться, не позволяя своим желаниям выходить из-под контроля. Главное, чтобы Хок не заманивал в ловушку смертных женщин.

Взяв Ривер за локоть, я повел ее обратно к выходу. Открыв дверь, я пропустил вперед всю нашу группу, прежде чем вышел сам. Мне не нужно было вновь смотреть на врата, ведь я и так знал, что нас ожидало там.

Положив руку на спину Ривер, я шел рядом с ней по коридору. Бейл и Корсон держались перед нами. Бедра Бейла раскачивались с каждым шагом, кроваво-рыжие волосы ниспадали до середины спины, а красный цвет ее кожи казался темнее в тускло освещенном зале.

Остановившись перед другой дверью, Бейл распахнула ее и отступила. Ее глаза цвета лайма на мгновение встретились с моими, прежде чем сосредоточиться на Ривер. Бейл стиснула зубы. За последние несколько месяцев ей стала нравиться Ривер, тем не менее протеста по поводу входа в Ад не последовало.

Я повел Ривер через бар. Тени от ламп, висевших вдоль стен, отбрасывали блики на потертый ковер, барную стойку и белые черепа скеллеинов, которые раскачивались в такт звучавшей музыки. Я не имел ни малейшего понятия, что они пели, но все люди обменялись удивленными взглядами и расплылись в улыбках.

Ривер хлопнула в ладоши и подпрыгнула. Я уловил нечто типа «мы чемпионы»², прежде чем музыка стихла. Скеллеины зааплодировали, громко чокнулись бокалами друг с другом и допили пиво.

В Аду скеллеины всегда наслаждались mjéod — демоническим напитком, сваренным из вод Ада. На Земле их любовь к mjéod сменилась на страсть к пиву. Я не знал, когда они впервые попробовали человеческий напиток, но навряд ли теперь скеллеины когда-нибудь откажутся от него.

Они сами варили пиво, складируя напиток в сарае в лесу. Я обнаружил их маленький тайник пару недель назад, когда вместе с другими демонами обследовал местность. Там было столько запасов, что они могли жить припеваючи еще как минимум шесть месяцев.

Ривер склонила голову на бок. Она поступала так каждый раз, когда наблюдала, как скеллеины пили пиво, но из их костлявых тел не вытекало ни капли жидкости. Девушка вздохнула и бросила на меня изумленный взгляд.

— Никогда не привыкну к этому, — пробормотала она.

Обняв ее за плечи, я притянул Ривер ближе к себе. Она идеально подходила мне, мягкая и податливая, несмотря на мое твердое тело.

Как только скеллеины поняли, что мы находимся в баре, то все повернулись к нам. Вырвавшись из Ада, они персонализировали себя гораздо сильнее, чем когда-либо прежде. В Аду было невозможно отличить мужчину от женщины, а теперь благодаря одежде вопросов больше не возникало.

Некоторые из скеллеинов были действительно редкими индивидуальностями… например, пират за столом, который каким-то образом нашел плюшевого попугая, тем самым дополнив свой образ, уже содержащий повязку на глазу и бандану. Я и не подозревал, что в Аду скеллеины слишком часто наблюдали за человеческим миром. Видимо, они видели гораздо больше, чем я когда-либо осознавал.

— Ты знаешь ответ? — крикнул Эрин скеллеин в килте. Мужчина скеллеин определенно не имел никакого отношения к Шотландии, но произносил слова с плохим шотландским акцентом.

— Мне пришлось поразмышлять некоторое время, — заявила Эрин. — Речь об арбузе.

После ее ответа последовали стоны и одобрительные возгласы.

— Выпей с нами, девочка! — предложил скеллеин в килте.

— К сожалению, не могу, — улыбнулась Эрин.

Ривер повернулась ко мне с надеждой, сияющей в глазах.

— Мы можем остаться? Мне не очень хочется возвращаться в лагерь. Кроме того, пару стаканчиков перед путешествием в Ад не будут лишними.

Наверное, было бы лучше, если бы она отдохнула, но я не мог отказать Ривер.

— Конечно, мы можем остаться.

Скеллеины нетерпеливо заклацали челюстями и бросились, стуча костлявыми ногами по полу, организовывать для Ривер место в баре.

— Мы пьем со Странницей мира! — воскликнул один из них. — Дай ей все, что она попросит, за мой счет!

— Ты не платишь за выпивку! — крикнул другой.

— Как и ты! — возразил первый. — Но я первым предложил ей выпить, — он потянул за свой ярко-оранжевый галстук и гордо выпятил грудь.

Ривер ухмыльнулся скеллеину, а затем посмотрела на меня с лучезарной улыбкой. Я не сумел сдержаться и провел рукой по ее шелковистым волосам, ниспадающим на спину. Мои пальцы задели ее ожерелье из ракушек. Когда я впервые встретил Ривер, раковины были блестящими, теперь же они потускнели, а многие вообще растрескались.

Скеллеин в оранжевом галстуке протянул костлявую руку и наклонился ближе к Ривер.

— Меня зовут Ликс.

Она пожала его ладонь.

— Ривер.

— Мы называем тебя спасительницей, — заявил он, скривив челюсть в усмешке.