Безнаказанность порождает вседозволенность. Как говорит моя бабушка, вовремя отшлепанная задница — может спасти человеку целую жизнь. И не важно кому она принадлежит: сыну бизнесмена, обычного работяги с завода или отпрыску самого императора.

Впрочем, баба Маша была довольно доброй женщиной и довести её до рукоприкладства у меня выходило нечасто.

— Знаешь, я думаю самое время тебя научить шить.

— Шить? — не понял я, хлопая глазами и осматривая то бабушку сидящую на своём любимом кресле, то порванный рукав на моей рубахе.

— Вообще, ты ещё, конечно, маловат… можешь и не справиться. — вслух задумалась старушка.

— Нет-нет. Я уже большой. — как можно более серьёзно заявил я.

— Ты уверен? Даже и не знаю, можно ли тебе такое доверить…

— Точно справлюсь. Ты только начало покажи. — не меняя тона, ответил я.

— Ну хорошо. Неси шкатулку с принадлежностями.

Обрадованный согласием бабушки, я сорвался с места и побежал в её комнату, где в шкафу на третьей полке стояла большая зелёная шкатулка. Пришлось поставить стул, чтобы до неё достать и аккуратно вытащить.

Здесь хранилось множество иголок, десяток разных цветов мотков ниток и куча разных и красивых пуговиц. Я давно мечтал поковыряться в этой шкатулке и поиграться с яркими блестящими колёсиками, и было очень досадно услышать, что «это всё не игрушки» и «трогать шкатулку — запрещено».

— Лёшенька, пока ты внимательно наблюдаешь, будь добр, расскажи мне, что случилось? — и видя мой недовольный вид на эту просьбу, бабушка поспешно добавила. — Обещаю тебе, я не буду ругаться. Вообще. И к этим ребятам не пойду.

Внимательно задумавшись над словами бабушки, я почесал вспотевшие ладошки, и даже не стал удивляться, откуда она знает про «этих ребят».

С одной стороны, жаловаться нельзя и стыдно, ну а с другой, бабушка всегда держит своё слово и я ей доверял.

— Точно не будешь? — на всякий случай деловито уточнил я.

— Да, я же пообещала. — продевая кончик нитки в игольное ушко, спокойно ответила баба Маша.

— Хорошо.

— Алексей. — взяв стул и поставив рядом со мной, твёрдо произнёс дядька. — Ты у нас парень уже взрослый, лето закончится и в школу пойдёшь. Пришло время для очень серьёзного диалога.

Услышанное больше меня напугало, нежели настроило внимательно слушать. Но я всё же заставил себя немного расслабиться и мельком взглянув на бабушку, которая одобрительно кивнула, уставился на дядю Святогора.

Высокий, светловолосый, широкий в плечах и довольно молодой мужчина, сколько помню себя жил с нами по соседству. Он можно сказать был другом нашей с бабушкой небольшой семьи, который во всех без исключения случаях приходил нам на помощь.

— Это не я тебе в бак написил. — не выдержав, всё-таки выдал я на одном дыхании.

— Да я не об э… Что?! — брови дяди поднялись на лоб, а правый глаз, как всегда в таких случаях, стал дёргаться. — Я неделю мучился! А ну, где мой ремень! — зарычал он, но отчего-то хихикающая баба Маша, его остепенила одной фразой.

— Свя-то-гор! Не время!

Тот опасно побуравил меня взглядом, отчего по моей спине пробежали мурашки, и выдохнул. Я же, отчётливо понял, что сболтнул лишнего и прикусил язык. Нет, дядя Святогор, несмотря на свои крики о ремне, никогда меня не бил. Его наказания носили иной характер. Дядька был буквально помешан на спорте, что ярко отражалось на его фигуре и имел прекрасную фантазию. В итоге, всё это выливалось в то, что «дурь из моей попы», как он говорил, дядя Святогор извлекал путём изнурительных тренировок: бег, отжимания, приседания и всё в таком духе.

Началось всё это ещё год назад, чему мы с Максимом были не особо рады — дядя предложил его родителям свои услуги тренера на безвозмездной основе, а меня записали в этот кружок особо не спрашивая, за компанию. Мы с другом считали дядю своим учителем и иногда так и называли.

Что касалось нашей шалости с дядькиной машиной, то честное слово, мы хотели как лучше! Дядя Святогор постоянно сетовал на то, что топливо дорожает и он не успевает заправляться. Вот мы и решили помочь, как говорится, от всего сердца…

— В общем, я не об этом. — ещё раз выдохнув, произнёс он, и пока я судорожно вспоминал все свои остальные шалости, продолжил. — Ты наверняка был очень удивлён, когда внезапно, все ваши обидчики разлетелись по сторонам? — вопросительно оглядел меня дядька и не дожидаясь ответа, продолжил. — Ещё больше вопросов, у тебя должен был вызвать тот дым, который пропал также быстро, как и появился.

— Откуда ты всё знаешь?! — внезапно сорвалось у меня с языка. «Неужели Максим разболтал?», подумал я, но вслух спросить не успел.

— Никто мне не рассказывал. Видел я вашу драку со стороны. Пока успел добежать, всё и закончилось. — буквально прочитав мои мысли, ответил он.

Я лишь опустил глаза в пол, непонятно чего стесняясь и не зная что ответить.

— Ты наверняка знаешь, что в нашем мире существуют одарённые люди и таких немало.

В фильмах и новостях нередко можно было увидеть сюжеты о людях, обладающих особыми возможностями. Эта тема нам с Максимом всегда была крайне любопытна, но каких-либо источников информации толком не было. Родители ему запрещали сидеть в интернете, а по телевизору, со слов той же бабы Маши, показывали много вранья. Впрочем, кое-что мы всё-таки знали: обычно, люди обладающие даром были дворянских кровей или, в крайнем случае, на них работали. Также всем было известно, что наш император, Владимир третий, был одним из сильнейших среди них.

— То, что сегодня произошло, однозначно говорит о том, что ты один из них. — произнёс дядя, увидев мой утвердительный кивок.

Услышанное не сразу усвоилось в мозгу, отчего я впал в лёгкий ступор. Подняв глаза на дядю, постарался внимательно оглядеть его лицо, ожидая, что сказанное всего лишь шутка и сейчас он рассмеётся своим басовитым смехом. Но дядька упорно не менялся в выражении своего лица и продолжал сверлить меня серьёзным взглядом.

— Я ничего такого не делал. — единственное, что мог сказать я.

— Первые разы оно всегда так. Я сейчас абсолютно серьёзен. Ты у нас самородок. В обычных семьях одарённые дети рождаются крайне редко. — бабушка вновь кивнула в такт его словам, а я превратился в одно сплошное ухо, с предвкушением внимая всё, что сейчас могу услышать. — Во-первых, и самое главное, наша задача скрывать твой дар. Это очень важно! Зачем, да почему, тебе объясним позже, сейчас же просто заруби себе на носу — светиться своими возможностями и кому-то об этом говорить, для тебя и нас всех в этой комнате смерти подобно. — взгляд учителя на этих словах отражал крайнюю степень серьёзности и было однозначно ясно, что этот вопрос не терпит возражений.

— А те ребята… — заикнулся я, вспоминая невольных свидетелей того, что я сделал.

Даже в свои шесть лет, я отлично понимал, что тайна которую знает два человека уже не такая уж и тайна, но если знает три и более…

— Я с ними уже побеседовал. — отмахнулся дядя Святогор. — Показал такой же фокус и сказал, что научил этому тебя.

На этих словах он достал средних размеров баночку и медленно открутил с неё крышку. Едва это произошло, из банки стал вываливаться чёрный дым, отдалённо похожий на тот, что окружил меня несколькими часами ранее. Только вот этот был совсем не густой и какой-то безобидный, что ли…

— Держи. Следующий раз откроешь им и покажешь этот фокус заново. Приправишь своими силами, но без фанатизма. Они должны поверить, что эта штука безопасна. Ты меня понял?

— П-понял. Но…

— Понимаю. — кивнул дядя, перебивая меня. — Тогда они вновь перестанут тебя бояться и станут задирать. Не переживай. С этого дня наши тренировки переходят на другой уровень. Теперь, когда вы с Максимкой немного окрепли, можно обучить вас кое-чему более интересному. — на этих словах, глаза учителя блеснули странным огоньком.

Мы ещё долго беседовали с дядей и бабушкой, которые рассказали мне много чего интересного об одарённых, обо мне и в целом этом мире. Этот день перевернул всё в моей маленькой жизни, которая с того момента сильно изменилась раз и навсегда.

— Ты уверен, что те дети тебе поверили? — уточнила пожилая женщина, бросив внимательный и цепкий взгляд на Святогора.

— Уверен.

— Если нам не удастся скрыть возможности ребёнка, его могут просто забрать. — вздохнула Мария и взволнованно оглядела фотографию маленького Лёши на стене.

Это было правдой. В империи очень внимательно следили за учётом всех одарённых и все без исключения из них были военнообязанными. И если рождение одаренного в аристократической семье было хоть и радостью, но всё-таки обыденностью, то обычной семье такое чудо сулило много проблем.

Дело в том, что не один великий дом не откажется от верного воина, преданного своему роду. Поэтому одарённых малышей в лучшем случае выкупали у семьи, без права участия в их жизни настоящих родителей. В худшем, их воровали, не боясь при этом замарать руки в крови их родных, тем самым убирая лишних свидетелей и недовольных. В больших городах были и более гуманные варианты, где дети оказывались в специальных школах для одарённых. И если заоблачная стоимость обучения была ещё решаемой проблемой, то фактическое отлучение от семьи и воспитание людьми рода, что правит на этих землях, было сродни узаконенному воровству одарённых, о котором говорилось выше.

Эта информация не была секретной и любящим родителям, не желающим отдавать свою кровиночку в хищные лапы благородных, приходилось всеми правдами и неправдами скрывать открывшиеся возможности своего чада хотя бы до совершеннолетия. Последнее нередко вело к тому, что дар практически не развивался, но зато ребёнок рос в своей семье и имел возможность на мирную профессию, вместо того, чтобы стать головорезом какого-нибудь аристократического рода.

— В самом крайнем случае, я помогу вам укрыться и уйти из деревни. Никому мы его не отдадим. Не переживай. — попытался успокоить собеседницу мужчина.

— Спасибо тебе, Святогор. Чтобы мы без тебя делали. — вздохнула Мария и тепло улыбнулась.

— Перестань тёть Маша. Это я тебя должен благодарить до конца жизни.

Тренировки. Без них не проходило и единого дня с той поры. Дядя, кстати, не забыл припомнить нам с товарищем ту пакость, что мы учинили с его машиной, в назидание устроив настоящий марш-бросок вокруг нашей деревни. Снимать топливный бак и чинить машину мы тоже ему помогали.

Больше всего я поражался реакции родителей Максима. Те, услышав о том, что мы натворили, совершенно спокойно отнеслись к бесчеловечным методам наказания нашего учителя. По крайней мере, мы их именно такими и считали.

Правда, было и кое-что интересное. Дядька не пожалел время и заморочился выстругать нам из какого-то дерева два учебных меча. И теперь, день ото дня, он не торопясь ставил нам стойку, учил правильно держать меч и обучал азам фехтования. Вот это было по-настоящему интересно.

По словам дяди Святогора, каждый уважающий себя мужчина в этом мире, был просто обязан уметь сражаться на мечах. У самого дяди был красивый отполированный до блеска клинок, который он нам разок показал, продемонстрировав пару финтов и восьмёрок, после чего убрал в ножны и пообещал научить пользоваться мечом не хуже.

Когда тренировка заканчивалась и мы с Максимом расходились по домам, я с удивлением каждый раз обнаруживал учителя пьющего чай с бабушкой на нашей кухне. Как он добирался туда вперёд меня, мне было неизвестно. Я даже пару раз пытался бежать со всех ног, надеясь прийти первым, но результат от этого не менялся. Дядя Святогор улыбаясь сидел за столом, попивал свой чаёк и ждал меня, чтобы провести ещё один час тренировок, но уже по развитию моих внутренних сил.

Да, оказалось что он тоже из числа одарённых и тоже предпочитает не светить своими возможностями. О своем даре он обещал мне рассказать как-нибудь потом, сейчас же все силы бросил на то, чтобы обучить меня азам телекинеза. По словам учителя, телекинезом обладали все одарённые. Он был первым признаком наличия силы у человека и в зависимости от ранга личной мощи носителя, мог быть сам по себе грозным оружием даже без учёта природного дара.

Последнее было индивидуальным и практически всегда передавалось по наследству, что и выделяло в нашем мире сильные дворянские рода.

— На эти темы побеседуешь с бабушкой. Она уже немало пожила и много чего знает.

Разговаривал об этом дядя не очень охотно, стараясь больше отдаваться практическим занятиям.

— Максиму про твой дар знать пока не надо. — наставительно произнёс он, перед нашим первым уроком.

— Я Максиму верю! — попытался возразить я.

— Я тоже. — спокойно ответил он. — Но иногда люди раскрывают чужие тайны не специально, а вполне случайно. Плюсом ко всему, зачастую мы бережём своих близких ограждая их от ненужных знаний. Ты ведь не хочешь подвергать Макса и его семью опасности? — учитель всегда мог подобрать такие слова и аргументы, что спорить с ним было невозможно.

Сказанного хватило для того, чтобы я даже думать перестал в сторону того, чтобы посекретничать на эту тему с другом. Надеюсь, он меня простит.

— Не хочу. — вздохнув ответил я.

Что касалось развития своих сил, то этих уроков я с предвкушением ждал каждый день даже больше, чем фехтования. Правда, к сожалению, учиться управлять силой было совсем нелегко. И несмотря на то, что дядя постоянно меня хвалил и говорил, какой я способный ученик, самому мне казалось, что получается у меня всё из ряда вон плохо.

Ну где это видано, что сдвинуть спичечный коробок на пару сантиметров великое достижение? В общем, недовольный своими результатами, я тайком от всех продолжал тренировки перед сном, концентрируя свои силы на гвоздях, в отремонтированном недавно учителем стуле и других предметах, находящихся в окружении.

Сам же учитель с большой лёгкостью вертел в воздухе тяжёлое бабушкино кресло, заставляя его не только крутиться вокруг своей оси, но и делать круги в воздухе по комнате. Это была единственная увесистая вещь в доме, которая подходила для подобной демонстрации.

— На начальном этапе важно стараться не сосредотачиваться на конечном результате. Попробуй получить наслаждение от самого процесса. — наставлял меня дядька. — При этом, напрочь отбрасывай все сомнения о том, получится или нет.

Вернуться на нашу полянку те хулиганы решились только через месяц. Это был один из последних летних тёплых деньков, поэтому мы с Максимом с радостью пользовались моментом и весело гоняли мяч, изображая из себя звёзд мирового футбола.

— Эй ты! — начал было грубо, но на полуслове смягчился неформальный лидер знакомой шайки. — Покажи тот фокус с дымом, как в прошлый раз.

— Не хочу. — буркнул я, не желая давать им то, что они хотят сразу.

— Ты чего… — прошипел на меня Максим.

— Тшш. — шикнул я на него в ответ.

— Жалко что ли? — использовал, как ему казалось, весомый аргумент Коля. Как его зовут я узнал совсем недавно.

— А может и жалко, что дальше? — не повёлся я.

— Давай уже покончим с этим, а? — вновь навис над ухом товарищ, но я был непоколебим и уверенно стоял на своём.

— А если покажешь, мы больше не будем вас отсюда гонять. — заинтересовал меня оппонент.

— Слово?

— Слово.

— Хорошо. — довольно ответил я.

Эту несчастную банку учитель завещал нам таскать с собой везде и всюду ровно до того момента, пока фокус этим хулиганам не будет показан. И один бог знает, как нам надоело с ней таскаться. Вот Максим и шипел на меня, желая поскорее избавиться от этого груза.

Я же вообще не видел в этом пользы, ведь если бы они хотели кому-то что-то рассказать, то уже давно могли это сделать. Но дядя Святогор был непреклонен и велел слушаться.

Поставив её у своих ног, я медленно открутил крышку и как можно зловеще посмотрел на наших незваных гостей, пытаясь вызвать дым, как в прошлый раз. Для этого просто сформулировал просьбу в своей голове и всё получилось само собой. С телекинезом было намного труднее. Я даже стал надеяться, что эти хулиганы против нашего плана испугаются, но не тут то было. Спектакль им мой, несмотря на все мои старания, не понравился.

— И правда просто дым, пацаны. — произнёс Лёва, тот, что в прошлый раз больше всех меня лупил.

— Он прав. — вторил ему Коля.

Едва осознание того, что причиной их прошлого страха, бегства и позора стал обычный дым упрочнилось в головах каждого из пятёрки, как мы ощутили на себе взгляды, не предвещающие нам ничего хорошего.

Люди с большим трудом прощают свидетелей своего страха и стыда. Дети же, зачастую проявляют ещё большую жестокость нежели взрослые. В нашем случае это вылилось в гнев шайки малолетних бандитов, что решили проучить нас за позор испытанный ранее.

Естественно, прежде чем пустить в ход кулаки, нужно было найти казус белли.

— Вы нас, получается, обманули? — задумчиво произнёс Коля.

— Ничего подобного. — вздохнул я, даже своим детским мозгом понимая к чему всё идёт.

Максим же моментально встал спиной к моей спине, едва заметив, что нас стали окружать.

— Ты, вижу дерзкий, да? — поднимая тон, сбоку воскликнул Лёва.

— Кажется, кто-то обещал, что больше не будет нас отсюда гонять? — напомнил хулиганам товарищ.

Повисла недолгая пауза, после чего их главарь, довольно ухмыляясь и оглядываясь по сторонам, заявил:

— А мы вас и не гоним. Просто отлупим хорошенько и играйте дальше. Если сможете.

На этих словах ребята громко заржали и поглядывая друг на друга медленно подошли ближе. Удивляться такой изворотливости Коли времени не было — недолго думая, они бросились в атаку. Впрочем, дядя Святогор предупреждал, что драка с ними однозначно произойдёт и повод для этого тоже найдётся.

— Бей их! — воинственно завопил Лёва.

За месяц тренировок, чему-то особенному научить нас было невозможно. Но кое-что мы всё-таки запомнили: во-первых, нужно всегда прикрывать друг другу спину, во-вторых, всеми силами не давать себя свалить и постоянно стараться бить в ответ.

В начале, под давлением страха получалось не очень хорошо, но и наши соперники были так себе бойцами. Но позже, получив несколько раз по голове и приняв неизбежную боль, страх немного отступил. Проигрывать в который раз драку этим хулиганам крайне не хотелось и соблазн поддаться голосу в голове и выпустить гнев, возрастал всё сильнее.

— Хочеш-ш-шь? Я их накажу! Украду! Убью! — шипел он, казалось прямо над моим ухом.

Но сверхурочные занятия с учителем не прошли даром и я сдержал себя от такого необдуманного шага.

Правда, в голову, с очередным ударом по ней, пришла интересная идея. Несмотря на волнение и боевую обстановку, я сконцентрировался на ноге ближайшего соперника и дёрнул её влево, сопровождая всё это хорошеньким ударом с правой руки.

Глухой звук удара костью в кость и Лёва упал на землю, да так, что даже потерял сознание. Воспользовавшись замешательством его друзей, я накинулся на второго соперника, пару раз хорошенько въехав по морде и ему.

Больше так удачно и красиво разобраться, как с ненавистным задирой Лёвой, у меня, к сожалению, ни с кем не вышло, но тем не менее, каждый из хулиганов успел получить по лицу, прежде чем подбежавшая бабулька из соседнего дома подняла крик и разогнала наших незваных гостей.

Телекинез, как называл эту интересную способность учитель, сыграл в нашей драке очень большую, хоть и незаметную для окружающих, роль.

— Вы чаво дерётесь, а? — запричитала она, но я её негодования слушать не стал.

Критично оглядев товарища, вздохнул и грустно качнул головой из стороны в сторону. Выглядел он, да и уверен я, сейчас совершенно не лучшим образом. Глаз подбит дважды, вдобавок к нему досталось и носу, и губе, ну и дюжина ссадин и синяков по всему телу. Дополнял картину порванный воротник на рубахе и взлохмаченные волосы.

Несмотря на всё выше сказанное, Максим улыбался во все тридцать два зуба и буквально светился от счастья.

— Ещё разок так с ними помахаемся, и твоя улыбка станет не такой лучезарной. Без зубов-то будет не так хорошо. — пробурчал я.

— Мы их почти победили! — воскликнул друг мне в ответ, пропуская мимо ушей всё, что я сказал до этого.

— Ну-у… если быть точнее, их победила баба Клава. — внимательно оглядывая голову товарища на предмет особенно больших шишек, отозвался я. — Хватит улыбаться, думаю тебе не стоит столько по голове получать.

— Ты не понимаешь! Уже второй раз убегали они, а не мы! — продолжал светиться Максим.

— Хм. Ну если так посмотреть… — задумался я, но всё равно остался недоволен. — Нам нужно больше тренироваться. — констатировал в итоге, процитировав дядю Святогора.

Отчасти Максим оказался прав, несмотря на то, что с шайкой Коли мы впоследствии ещё несколько раз пересекались, интерес они к нам потеряли. Видимо бить тех, кто огрызается в ответ, не так интересно и они нашли себе других жертв.

Оставшийся месяц лета пролетел очень быстро и настал один из самых нами долгожданных дней — первое сентября. О том, как в школе хорошо и интересно, баба Маша говорила мне весь последний год. Ребята со двора, правда, сообщали другую информацию, во многом противоречащую бабушкиным словам, но я им верить напрочь отказывался.

После того, как на площадке перед школой выступил какой-то усатый дядька, представившийся директором и прошёл небольшой концерт, всех первоклассников повели внутрь, разводя по своим кабинетам.

— Итак детишки, внимание! — хлопнула в ладоши молодая женщина, стараясь оглядеть всех детей. — Меня зовут Нина Николаевна. Я буду учить вас школьным предметам ближайшие четыре года.

Следующие пять часов, проведённых в этом месте, были самыми скучными за всю мою жизнь. Слушать как мои сверстники еле читают по слогам и с трудом складывают два плюс два, было просто невыносимо. Очень жаль, что бабушка обучила меня этому три года назад, потому что сейчас я едва не засыпал под заунывные и монотонные голоса одноклассников, едва освоивших букварь и счёт до десяти.

— Молодой человек, у нас не принято спать на парте. Это, как минимум, некультурно. — сделала мне замечание Нина Николаевна, слегка потрепав по плечу.

Подняв голову, я увидел улыбающиеся лица одноклассников, сосредоточивших свои взгляды на мне и учителе.

— Я ваш первый класс посмотрел, можно, я завтра схожу во второй? — произнёс, и с глазами полными надежды посмотрел на возвышающуюся надо мной женщину.

Наш преподаватель за сегодняшний день несколько раз тестировала мои знания и судя по всему, мне удалось её немало удивить. К сожалению, мой вопрос вызвал на её лице только улыбку:

— Нет, Лёшенька. Тебе придётся учиться здесь, с нами.

Глубоко вздохнув, я промолчал. Похоже, мне придётся учиться спать с открытыми глазами.

— Ха! Ишь че удумал. — послышался сбоку смешок.

Это была моя соседка по парте, с которой, особо не спрашивая моего мнения, меня посадила Нина Николаевна. Впрочем, эта была ещё ничего, другие, по моим наблюдениям, оказались совсем глупые.

Возвращался домой со школы я один. Мы с Максимом оказались в разных классах, поэтому он сегодня закончил раньше, чем я. Впрочем, школа была в нескольких сотнях метров от нашего дома и дорога не заняла много времени.

— Бабушка! Я серьёзно разочарован. Все мои ожидания не сбылись и я решительно не понимаю, зачем ты меня обманула. — насупился я, садясь за стол.

— Господи… один день в школу сходил, а каких слов-то понабрался. — улыбнулась она в ответ, театрально поднося ладошку ко рту. — И в чём же я тебя обманула, внучек?

— Ты обещала, что там будет интересно и познавательно! А что на деле? — на этих словах я устало вздохнул.

— Полагаю, ты оказался шибко умный для первого дня? — не удержалась бабушка от лёгкого смешка.

Её добрые глаза так внимательно изучали меня, излучая теплоту и заботу, что заглянув в них, я как всегда слегка опешил и улыбнулся в ответ.

— Я было даже сначала всерьёз подумал, что после того случая с поломанным телевизором, ты на меня обиделась и решила определить в группу отстающих в развитии детей, но этот миф мне удалось сразу развенчать.

От услышанного баба Маша не сразу пришла в себя, чуть ли не минуту осматривая меня с отвисшей челюстью. И дело было не в болезненном напоминании о большой утрате в нашем доме в виде телевизора, что я сломал неосторожно практикуясь со своим даром. Теперь он у нас работал вместо радио, так как экран не выдержал летящую в него крышку от кастрюли.

Последняя, в тон происходящему на ещё работающем экране телевизора и идущей там передачи про пришельцев, изображала летающую тарелку, летая вокруг меня по комнате. К сожалению, я ещё плохо контролировал свою силу и «тарелка» на полном ходу взяла на таран вражеский корабль, следствием чего экран предательски треснул, а я убежал на улицу.

— У меня два вопроса. Каким образом ты «развенчал свой миф» и откуда ты нахватался всех этих слов?

— Это было не трудно. — вальяжно махнул я рукой, но увидев серьёзный бабушкин взгляд, подобрался. — Я прямо спросил у сидящей сбоку соседки о том, не отстаёт ли она в своём развитии, на что вместо вразумительного ответа услышал лишь нечленораздельное мычание. А ведь она читает и считает заметно лучше остальных в классе, кроме, конечно, меня. — на этих словах я вновь искренне вздохнул. — Тут-то я почти полностью удостоверился в своей догадке, но она предложила почитать об этом в интернете.

— Интернете? — услышав это слово бабушка едва не схватилась за сердце.

— Да. Мне, кстати, тоже нужен телефон, там, оказывается, много интересного есть.

— И что же было дальше? — нетерпеливо уточнила она, пропуская мимо ушей мою просьбу.

— Ну что-что… Мы почитали как проверить когнитивные способности детей нашего возраста, после чего я пришёл к выводу, что с этими ребятами не всё так плохо, как мне показалось на первый взгляд.

— Слов этих, ты, я так понимаю, нахватался там же, в этом своём интырнете? — почему-то взволнованно смотрела на меня бабушка.

— Ну да.

— Ох… потеряли ребёнка. — запричитала баба Маша.

В этот момент в дверь нашего дома характерно для него лишь одного постучался дядя Святогор, и после разрешения бабушки вошёл внутрь.

— Ну, как дела, школьник? — широко улыбаясь, прогудел он, изучая моё лицо. — Как тебе первый день?

— Скучно. — вяло ответил я, не особо желая вдаваться в подробности.

— Ты спроси у него, как он заводит знакомства с девушками. — покачав головой, произнесла бабушка.

— Даже так. — улыбнулся дядя и посмотрел на меня. — С девушками? И как же?

Что ответить я не знал, потому как просто не уловил мысль бабушки, поэтому предпочёл промолчать, отчего вопрос переадресовался в её сторону.

— С соседкой по парте. Спросил у неё, не отстаёт ли она в развитии. — заканчивая фразу, бабушка поджала губы.

Так она делала в двух ситуациях, либо когда сильно злилась, либо, когда нужно было сохранить серьёзное лицо, но ей хотелось смеяться.

— А я одобряю. — неожиданно встал на мою сторону дядя Святогор. — Такие вещи, знаешь ли баб Маш, стоит уточнять заранее. — кивнул он мне. — Ну как, понравилась соседка-то?

— Ну пойдёт. — пожал я плечами. — Пишет, правда, как курица лапой, но зато читает лучше других.

Учитель широко улыбнулся и молча перевёл взгляд на бабушку, отчего та лишь вздохнула и произнесла:

— Всё воспитание мне испортил.

Несмотря на мои заявления и просьбы, во второй класс меня переводить не захотела и бабушка, напомнив, что нам лучше особо не выделяться. Поэтому, на следующий день я вновь вернулся за свою парту, где уже сидела моя соседка.

— Я Алина. — представилась девочка, хотя я и так помнил её имя.

Вчера нас заставили провести ритуал знакомства, предлагая каждому представиться и рассказать немного о себе.

— Алексей. — всё же ответил я.

— Ты сделал домашнее задание?

— Домашнее… ой нет, времени не было. А что там было? Буковки выводить? — вспоминая прошлый день обречённо спросил я.

Дело в том, что ещё в момент получения этих самых заданий я их моментально фильтровал на глупые, бесполезные для меня лично и те, что сделаю перед уроком.

— Да, прописью писать первые пять букв. Вот, — открывая тетрадку, показала мне Алина. — целых три страницы.

— Мда-а… ну с твоим-то почерком, тебе точно стоит упражняться. — наблюдая её корявые мелкие закорючки, вздохнув произнёс я.

— Ой, давай посмотрим на твои? — серьёзно насупилась соседка и с вызовом посмотрела на меня.

— Я принял решение, что такие мелочи делать не буду. Дел и так хватает. — сделав важный вид, произнес я.

— Вот и получишь двойку! — буркнула девчонка и демонстративно отсела от меня подальше.

Чего это она надулась? Неужели обиделась на правду? Хм…

— Слушай, а давай еще раз пройдёшь вчерашний тест на когнитивные способности? — аккуратно, можно даже сказать заботливо, спросил я.

— Отстань! Я больше с тобой не разговариваю. — надув щеки, пробубнила себе под нос Алина, не поворачиваясь ко мне.

— Ну ладно. — пожал я плечами и повернулся к доске.

Разговаривать с кем-то или нет — личное дело каждого, тем более, начался первый урок.

— Здравствуйте дети! — громко произнесла Нина Николаевна. — Пока я хожу по рядам, разверните тетрадки с выполненным домашним заданием. Я хочу мельком поглядеть, на ваши успехи.

Выполняя просьбу учителя, Алина одарила меня взглядом полным превосходства и предвкушения…

— Белорецкая, Алиночка, молодец. Старайся, у тебя уже очень хорошо получается. — похвалила мою соседку учительница.

Алина в эту минуту буквально рассияла, растаяв от похвалы Нины Николаевны, а та, в свою очередь, перевела взгляд на мою пустую тетрадь.

— Алексей, а где твоя работа? — уставилась на меня пара карих глаз через линзы круглых очков.

— Я её не делал. — спокойно ответил, ничуть не смущаясь подобного внимания.

После короткой отповеди, что подобное отношение к домашнему заданию непозволительно, Нина Николаевна сообщила, что взяла меня на карандаш.

Какого же было её удивление, когда в течение сегодняшнего дня она поняла, что дома я не делал вообще ничего, а математику и чтение выполнил незадолго до её проверки. То, что я прекрасно читал и считал, она выяснила ещё вчера, сегодня к этому добавилась весьма приемлемая техника письма.

— Похоже, нам будет с тобой весело. — констатировала преподаватель в конце дня, оставив запись в моём дневнике с просьбой о том, чтобы мои родители пришли в школу.

«С родителями явно не получится», — почесав затылок, подумал я. Их у меня, к сожалению, нет. По словам бабушки, мои мама с папой отправились в важную экспедицию на Южный полюс, но к нынешнему возрасту, я стал подозревать, что это скорее всего неправда. Бабушка в принципе не любила говорить на эту тему, но их единственную фотографию хранила в своём альбоме.

— А я тебе говорила! — не выдержав, всё-таки произнесла сбоку Алина, неодобрительно покачав головой.

— Твоих родителей ещё не вызывают? — с любопытством уточнил я у своего товарища, с которым мы сегодня вместе возвращались из школы.

— Нет. А что, твоих, уже? — с тревогой посмотрел на меня друг. А затем, увидев мой утвердительный кивок, испуганно добавил. — Что будешь делать?

— Ничего. — пожал я плечами. — Передам им как только вернутся с экспедиции.

Максим, зная, что это для меня не самая приятная тема, продолжать расспросы не стал. Несмотря на свой юный возраст, он уже имел чувство такта и развитую эмпатию.

Вернувшись домой, я по обыкновению поздоровался с бабушкой и направился в свою комнату. Тренировки своей силы, в отличие от школьных уроков, уже успели войти в привычку. Правда сегодня я решил попробовать кое-что иное.

Этот голос в голове, последнее время стал появляться всё чаще. И что он только мне не предлагал и не советовал. К примеру, днём в школе, голос утверждал, что может захватить тело учительницы и всё, что ему для этого нужно, это моё разрешение.

Понимая, что практически всегда его предложения очень нехорошие, я усилием воли постоянно отбрасывал эту сущность на задворки разума, заставляя его, а если быть точнее, её, надолго замолкнуть.

Последние дни, немало размышляя на эту тему, я набрался духа и решил всё-таки с ней поговорить.

— Покажись. — коротко произнёс, почему-то пребывая в полной уверенности, что это сработает.

Чёрный дым моментально заполонил почти всю комнату, на короткий миг погружая помещение в кромешную тьму. А затем, покружившись вокруг меня и даже над головой, за несколько секунд рассеялся, оставляя вместо себя на диване какую-то странную тётю.

Помимо того, что у тёти были вертикальные зрачки и жёлтые глаза, она была как-то странно одета. Однажды я случайно подглядел в окно, как две тёти в подобных нарядах были в гостях у дяди Святогора, но тогда было лето и их прозрачные накидки и короткие трусы меня особо не удивили. На улице и правда жарко, и мы с Максимом тоже ходили без футболок.

Сейчас же был сентябрь месяц и стало достаточно прохладно, поэтому выбор одежды этой тёти заставил меня сомневаться в её умственных способностях.

— На, укройся. — протянул я ей снятый с кровати плед. А на её вопросительный взгляд, добавил. — Он тёплый.

Лицо тёти из хищно-любопытного, изменилось на удивлённое. Плед она всё-таки приняла, но укрываться не стала, лишь положила на колени. Может как и я она никогда не мёрзнет?

— И так, кто ты?

Заданный вопрос вернул прежнюю улыбку на лицо тёти, которая плотоядно меня оглядев, встала с места и сделав шаг в мою сторону, наклонилась и проворковала:

— Я — Кали, мой сладкий пупсик. — договорив, она попыталась потрепать меня за щеки, как ребёнка.

Но я то взрослый! Последний раз я позволял обращаться со мной, как с малышом в три года, после чего заявил бабушке и дяде, чтобы они с этим заканчивали. Они, конечно, не сказать чтобы прям послушались, но кое-что изменилось.

— Сядь. — бросил я и Кали буквально припечатало к стулу.

Произошедшее, очевидно стало для неё неожиданностью. И судя по её взгляду и еле заметным потугам, встать она не могла. Впрочем, немного покрутив головой и что-то прикинув, Кали вернула себе довольный вид.

— Зачем ты мне постоянно предлагаешь кого-то убить? — внимательно посмотрев в глаза странной тёте, спросил я. — И что ты делаешь у меня в голове?

— А разве ты не хотел бы этого? — удивлённо ответила она. — Я ведь чувствовала, что испытывал ты, когда те противные мальчишки тебя обижали.

— Нет, не хотел бы! Что ты делаешь у меня в голове? — повторил я свой вопрос. — Говори мне только правду.

Ещё секунду назад расплывающаяся в улыбке Кали, внезапно помрачнела. Судя по тому, как забегали её глаза, я понял, что последняя моя фраза пришлась ей не по душе.

— Твой дар. Ты можешь управлять демонами. — неохотно произнесла тётя, которая оказалась вовсе и не тётей, а самой настоящей демоницей.

Я не только откуда-то знал, что это правда, но и интуитивно понимал, как с ней разговаривать и в целом вести себя.

— Почему именно ты? — задал я вопрос, который интересовал меня практически с самого начала. Неужели мне не могли отправить кого-то подобрее?

Будто прочитав мои мысли, демоница коротко усмехнулась.

— Потому что я убила всех, кто пытался пробиться на твой зов. — заметив мой недовольный взгляд, Кали поспешно добавила. — Поверь мне, добрее меня там никого не было, только слабее или глупее.

Вопросов у меня стала намного больше.

— Мой зов? Я никого не звал. И где это, «там»? — сев перед ней на кровать, я сложил руки на колени и стал изучать её лицо.

Кали была молодой девушкой, с чёрными как смоль волосами и правильными чертами лица.

— Когда просыпается дар у таких как ты, в одном из планов преисподней происходит что-то вроде небольшого пробоя, а на всю округу звучит особый сигнал, я бы даже сказала вой. — на удивление подробно стала отвечать демоница. — Все демоны в округе, желающие покинуть ад, а это знаешь ли не самое приятное место даже для нас, ищут этот маленький разлом, а когда находят, начинается мясорубка.

— Мясорубка? — непонимающе оглядел я Кали.

— Кровавое сражение. — терпеливо пояснила она. — В этот разлом и без очереди кровожадных тварей за спиной, не особо легко пролезть, а в условиях большой конкуренции, пока не расправишься со всеми желающими и вовсе не подступишься. — во время всего рассказа, демоница буравила меня взглядом и даже не моргала.

— Получается, ты самый сильный демон в аду? — удивился я.

— Однозначно нет. И даже не самый сильный из тех, кто пытался к тебе пробиться. Я просто умнее. — говорила она практически безэмоционально.

— Жаль.

— Что жаль? — не поняла Кали мою реакцию.

— Жаль, что не самая сильная. Впрочем, я всё равно намерен от тебя отказаться.

Кали стоило огромных трудов не показать свой испуг, вместо этого она начала говорить спокойно и осторожно.

— Я всё ещё достаточно сильна маленький господин. Вдобавок ко всему, моя сила будет расти вместе с твоей. — с удовлетворением отметив, что сказанное заинтересовало меня, демоница продолжила. — Те мальчики… если не хочешь их убивать… я могу их покалечить. Нет? — увидев, что я не оценил её предложение, Кали поспешно добавила. — Могу явиться к ним ночью и напугать так, что они до конца дней будут гадить под себя. М?

Но и это предложение оказалось мне сильно не по душе. Я был откровенно разочарован своим даром и сущностью, которую кто-то насильно мне подселил. А ещё, все эти рассказы про демонов и преисподнюю меня немного пугали.

— Уйди. Ты плохая. — махнул я рукой и демоницу как ветром сдуло.

Оставшись в комнате наедине с собой, я с грустью посмотрел на плед оставшийся на стуле и пробежав беглым взглядом вокруг, завалился на кровать.

По совету дяди Святогора, чтобы успокоиться и войти в состояние повышенной концентрации, прикрыл глаза и стал медитировать — тренировку силы ещё никто не отменял.

— То есть, как это, не придут? — посмотрела на меня Нина Николаевна поверх очков. — Домашнее задание опять не выполнил, родителей не позвал, как это понимать, Обломов?

— Это физически невозможно. — тяжело вздохнул я. — Они на полюсе.

— Где?

— На Южном полюсе. — терпеливо повторил я бабушкину легенду.

— А-а… — задумчиво протянула учительница, а затем добавила. — С кем же ты живёшь?

— С бабушкой.

— А почему тогда её не позвал?

Открыв дневник на нужной странице, я пробежался глазами по замечанию и положил его перед классным руководителем.

— Вы звали родителей. — спокойно ответил и добавил. — Как приедут, я им обязательно передам.

Нина Николаевна отчего-то смутилась. Открыв свой журнал, она вдобавок ещё и прикусила нижнюю губу, но затем быстро взяла себя в руки и аккуратно произнесла:

— Давай-ка я сама к тебе в гости схожу. Тут написано ты совсем недалеко живёшь. С бабушкой твоей побеседую.

— Ну, нет. — быстро возразил я. Прошлый раз когда приходили гости, мы дом два дня убирали. Спасибочки, этого мне ещё не хватало. — Бабушке полезно гулять, она сама придёт. — заключил я.

— Ну… надеюсь, на этот раз будет без сюрпризов. — вздохнула Нина Николаевна.

— Придёт-придёт. Не переживайте. — кивнул я.

— Представляешь, Макс, в гости хотела! — по дороге домой, я шёл и рассказывал другу о случившемся сегодня в школе.

— Ну дела. А ты учиться хорошо не пробовал?

— Да чего там учиться. — махнул я рукой. — Детский сад.

Вернувшись домой и поприветствовав бабушку с дядей, я первым делом вспомнил об обещании учительнице и во всеуслышание объявил:

— Там тебя в школу вызывают, бабуль.

— Что? — опешила она. — Когда?

— Ещё вчера. — поразмыслив, озвучил я.

— Что опять такое? Господи, прошло же только три дня!? — запричитала бабушка, а дядя Святогор хрюкнул и чуть не подавился чаем.

— То есть, ты и сегодня ничего не делал. — заключила Нина Николаевна, на первом же уроке проверяя всё моё домашнее задание.

Едва я зашёл в класс, учительница меня подозвала к себе и попросила показать ей мои тетрадки. Учитывая, что подобным проверкам кроме меня никто не подвергался, я был не очень доволен.

— Часть заданий будет выполнена к нужному уроку. — на свой лад ответил я, слегка насупившись.

— А пропись? Мы уже пишем вторые пять букв.

— Филькин труд. — тем же тоном проговорил я.

Критично меня оглядев, классный руководитель вздохнула и деловым тоном произнесла:

— Жду твою бабушку. Ты ведь передал ей мое приглашение?

— Да, обещала забрать меня сегодня после уроков.

Одарив строгим взглядом поверх очков, учительница кивнула и отправила меня за свою парту. С самого начала учебного года я уже был в центре внимания окружающих, что мне совершенно не нравилось. Но как исправить ситуацию, я не понимал. Неужели реально придётся заниматься всей этой ерундой?

Присаживаясь на свое место, поймал на себе насмешливый взгляд Алины.

— Ну что, допрыгался?

— Кажется, ты обещала со мной не разговаривать. — вздохнул я и уставился перед собой.

— Ну и не буду! — вновь надулась соседка.

Подумав, что в школе терять больше пяти часов времени впустую это по меньшей мере глупо и расточительно, я решил практиковаться со своими силами прямо здесь.

Только вот практически сразу возникла одна проблема. Если дома я мог ни от кого не скрываться и двигать предметы не таясь, то в классе, где присутствовало около трёх десятков свидетелей, нужно было быть очень аккуратным.

Все шкодливые мысли и баловство, я усилием воли отбросил в сторону и сконцентрировавшись на своих ботинках, принялся развязывать и завязывать себе шнурки. Точнее попытался.

И кто бы мог подумать, что, казалось бы, такое простое занятие, окажется таким сложным в исполнении? Дома я с лёгкостью двигал ложки, свои учебные принадлежности и даже, если сильно постараюсь, то свой стул!

А вот со шнурками, которые как бы и веса толком никакого не имеют, всё было намного сложнее. Но как показали первые дни в школе, мне было не интересно когда легко, а вот сложности… Сложности меня привлекали.

По ощущениям, это было похоже на попытку продеть нитку в игольное ушко, но не традиционным способом, как это делают все люди, а с помощью пассатижей и не руками, а ногами. В общем, я корпел, потел и напряжённо старался дозировать энергию, чтобы не оборвать шнурки с концами.

— Ты чего там пыжишься? Покраснел весь. Не лопни. — раздалось сбоку и одновременно с этим, один из шнурков взял и оторвался.

— Ц. — вздохнул я, исподлобья поглядывая на соседку. — Пиши давай, у тебя, вон, две ошибки.

— Где!? — испуганно вглядываясь в тетрадь, пискнула девчонка.

— Ищи-ищи. — буркнул я, разглядывая порванный шнурок.

Теперь придётся до конца дня с этим ботинком мучиться. Следующий раз буду делать опыты на имуществе соседки. Если станет мешать, то хоть не так обидно будет в случае подобных эксцессов.

— Нет здесь у меня никакой ошибки. — повернувшись ко мне, недовольно пробурчала Алина.

Похоже, я погорячился считая свою соседку умнее остальных в классе. Глубоко вздохнув и взяв свой карандаш, я подчеркнул два слова в её тетради, а затем прокомментировал:

— Жи-ши — пиши с «И». Да-а, зна-аю, мы этого ещё не проходили. — добавил опережая её возгласы негодования. — Ну и слово «солнце», пишется с буквой «л» посередине. Это просто запомни.

— Обломов! Белорецкая! Хватит болтать! — подняла на нас глаза учительница.

Алина хотела что-то мне сказать в ответ, но услышанное замечание подействовало и она замолчала на весь оставшийся урок. Я же этому был только рад и продолжил мучить свои шнурки, не решаясь пока что проводить эксперименты с силой на посторонних вещах.

Не знаю как именно прошёл разговор Нины Николаевны и моей бабушки, но по его итогу я получил небольшой выговор.

— Не знаю ба, никакой тяги заниматься этими глупостями по второму кругу у меня нет. — выдал я после долгой, нудной и поучительной речи бабушки.

— Это я ничего не знаю. Прописи тебя, конечно, больше заставлять писать не будут, но всё остальное извольте выполнять, молодой человек.

Увидев моё лицо и совершенно верно прочитав настроение, бабушка смягчилась.

— Ладно. Ты кажется просил себе телефон. — вздохнула она. — Вот тебе отличная мотивация: хорошо учишься до Нового Года и будет тебе мобильный. Но предупреждаю сразу, если отметки ухудшатся или будут серьёзные жалобы из школы, я его заберу. Такая вот сделка.

Я серьёзно задумался. Про телефон бабе Маше я прожужжал все уши и приводил кучу доводов и вариантов его пользы. И учитывая то, что моя соседка более со мной делиться гаджетом не желала, чудо-штуку мне нужно заиметь самому. В общем, предложение было более чем привлекательным, но ставки следовало поднять.

— С интернетом?

Бабушка имела какую-то странную аллергию на это слово и сейчас задумалась не меньше моего.

— Без него эта штука для меня бесполезна. — между прочим заметил я, сохраняя деловой вид.

Покачав головой, она что-то проворчала себе под нос, после чего возникла небольшая пауза, а затем бабушка ответила согласием.

— Очередная аномалия открылась юго-западнее Тюмени, в тридцати километрах от города. В район уже выдвинулись отряды быстрого реагирования, также в небе над пробоем кружат несколько вертолётов держа ситуацию под контролем. Военные утверждают, что смогут закрыть аномалию уже сегодня и нет никаких сигналов о том, что в ближайшее время пробой может случиться где-то ещё на территории области.

Тем не менее, от редакции нашего канала, мы призываем всех граждан сохранять бдительность и сообщать в министерство по борьбе с аномалиями обо всех подозрительных явлениях.

С вами был телеканал РосТВ и я, его ведущая, Виктория Алексеева.

Про эти пробои мне достаточно много рассказывал дядя Святогор, который в пору своей юности был одним из агентов службы вышеуказанной МБА. Это была достаточно серьёзная организация находящаяся под покровительством самого императора и ему же подчиняющаяся. Служили в нёй исключительно одарённые, которые, к слову, имели обязательства перед империей просто по факту наличия дара. Мне это тоже в будущем светит, иначе можно и на штрафы нарваться или вовсе попасть в тюрьму.

По словам дяди, одарённый, по окончании института получает военно-учетную специальность и далее, согласно своим возможностям и нуждам министерства обороны, к которому совсем косвенно относится и МБА, получает распределение. Там уж как повезёт: либо на войну в какую-нибудь горячую точку, либо в агенты МБА, что не менее почётно и, соответственно, опасно.

Одарённые дворянских кровей, если мечтали делать политическую, либо военную карьеру или в будущем стремились на роль главы рода, или просто желали чтобы с ними считались другие аристократы — были просто обязаны пройти службу и в том, и в другом месте. Причём речь шла не о месяце другом на войне, а о минимум двухгодичном сроке.

Российская Империя участвовала сразу в нескольких вооруженных конфликтах, поэтому найти себя и проявить, выпадала щедрая возможность каждому желающему.

— Лё-ша! Лё-ша! — послышалось с улицы.

Голос товарища я узнал сразу, поэтому выскользнул наружу, накинув на себя легкую куртку. Сделать это пришлось по настоянию бабушки. В то, что я не мёрзну даже в лёгкий мороз, она наотрез отказывалась верить. Точнее, говорила, что верит, но всё равно заставляла одеваться.

— Ну как ты? — с трудом скрывая волнение, спросил Максим.

— Нормально. — пожал я плечами, не понимая откуда столько сочувствия в глазах друга.

— Задница не болит? Бабушка же в школу ходила. — больше удивлённо, добавил он, понимая, что со мной всё хорошо.

— А-а. Да, ходила. — отмахнулся я. — Придётся мне всё-таки учиться. — добавил вздохнув.

— Я тебе сразу говорил. — выдохнул друг и поспешно добавил. — Если задница целая, то пошли со мной в магазин.

— Ну пошли. — легко согласился я.

Путь в магазин пролегал через соседнюю улицу и занимал минут десять неспешной ходьбы в одну сторону. К нашему общему с другом сожалению, даже школа находилась ближе. С другой стороны, мы никогда не упускали повода прогуляться и поглазеть на красивые дома, что там находились.

Вот и сейчас я с другом стал свидетелем, как к огромному особняку на красивом белом внедорожнике и в сопровождении двух черных машин кортежа, подъехали люди. Фактически это происходило на нашем пути, поэтому мы стали невольными свидетелями того, как помимо большого количества охраны из машины вышел высокий черноволосый мужчина, а затем, такая же темноволосая девочка, в которой я быстро узнал свою одноклассницу и соседку по парте Алину.

— Малые, ну-ка быстро ушуршали отсюда. — басовито произнёс один из бугаёв в черном костюме, что внимательно оглядывался по сторонам.

Мы лишь остановились на месте широко раскрыв рты и хлопая глазами. Как-то всё так сложилось неожиданно, что я просто опешил, глядя то на Алину, то на её дом. Максим же больше засмотрелся на красивый джип, припаркованный у ворот и только потом на мою одноклассницу.

— Лёня, это дети. Пускай себе идут. — спокойно одернул мужчина своего охранника, а затем, присев рядом с дочкой, что-то сказал ей на ушко и отправил с парой охранников домой.

Проходя напротив нас, Алина тоже узнала меня и не меньше моего удивилась неожиданной встрече, отчего лишь скромно помахала ручкой.

Домик у неё был, конечно, мягко говоря роскошный. Даже для моего детского мозга, это было достаточно очевидно, особенно в сравнении с тем местом, где жил я.

Огромный особняк, расположенный на ещё большем участке, сильно выделялся даже на фоне остальных красивых и больших домов, что стояли дальше по этой улице. Все они прижимались друг к другу на тесных участках и отделялись высоченными заборами.

Естественно, тесными я эти участки назвал в сравнении с большой территорией, на которой расположился особняк Белорецких. У этих внутри даже небольшая роща была. Последнее мы отметили проходя мимо и не стесняясь заглядывая в закрывающиеся врата.

Хозяин дома и отец Алины, попрощавшись с дочерью вернулся в машину и весь кортеж куда-то быстро уехал.

— Ты её знаешь? — теперь была очередь удивляться Максиму.

— Одноклассница. — махнул я рукой, проходя мимо их дома. — Соседка по парте.

— Красивая… Повезло тебе. — товарищ даже в лице поменялся и сейчас напоминал мне бычка, который на большой скорости вписался в дерево и отходит от столкновения.

— Жаль, что глуповатая. — пожал я плечами.

— Ну и что, мне вообще какая-то странная досталась. — моментально возразил и посетовал Максим, а затем добавил. — То одно забудет, то другое.

Тренировки дядя Святогор проводил с нами на опушке небольшого леса, что примыкал к нашей деревне с южной стороны. Бег, акробатика и даже спарринги, всё это проходило здесь, в относительной дали от лишних глаз случайных прохожих.

— Когда станет прохладно, переберёмся в зал. Осталось его только найти. — озвучил свои мысли дядька, наблюдая как мы пыжимся выполняя отжимания.

— Дядя Святогор! А расскажи про монстров из разлома! — внезапно произнёс товарищ.

Максим был в курсе того, кем в прошлом служил наш учитель, собственно, тайной это ни для кого и не было.

— Монстры есть монстры, что о них говорить. — вяло ответил дядька, но затем вдруг передумал и произнёс, глядя на меня. — Хотя ладно, кое-что можно и рассказать. Например, кто знает первое правило при обнаружении аномалии?

— Эм… — задумался Максим. — Не подходить к ней?

Дядька перевёл взгляд на меня, предлагая озвучить свою версию.

— Ну… определить класс разлома? — задумчиво ответил я.

— Чему вас там в этой школе только учат? — проворчал учитель. — Первое правило при обнаружении аномалии, это уносить от неё подальше свои ноги! Зарубите себе на носу! — грозно добавил он, оглядев нас.

— Но… — попытался что-то сказать Максим.

— Никаких но. Увидели аномалию, почувствовали её или случайно узнали о том, что эта гадость где-то открылась — руки в ноги и бежим. Смена упражнения. — хлопнул учитель в ладоши.

— Хорошо. — послушно кивнул я. — А если бежать уже поздно?

— А если бежать поздно, значит имеет смысл прятаться. — увидев в наших лицах непонимание и даже, возможно, несогласие, дядя вздохнул и стал объяснять. — Разломы закрывает организованный, опытный и слаженный отряд высококвалифицированных агентов. Эти воины не только знают как биться с тем или иным видом монстров, но и имеют высокий ранг личной силы и преисполнены во владении своим даром. А потому в бой вступать обычным людям нужно только в том случае, если другого выхода уже нет.

— А какие виды бывают у монстров? — похоже Максим был не особо впечатлен предупреждениями учителя, с другой стороны, эта информация была любопытна и мне.

— Их достаточно много. Но изначально мы их разделяем по признакам происхождения. К примеру, большинство монстров, это мутированные хищники в избытке существующие и на нашей планете. Нередко встречаются гигантские копии различных насекомых и даже пауков. Всё зависит от мира, с которым случится сопряжение.

Отметив, что мы вроде как соображаем о чём идёт речь, учитель продолжил:

— Вам ещё об этом в школе не говорили, но вы наверняка видели различную фантастику по телевизору про космос и звёзды и возможно вы уже знаете, что наша планета кружится в этом самом космосе вокруг солнышка. — указывая пальцем в небо, произнёс дядя. — Так вот, все мало-мальски обитаемые миры, параллельно существуют и в астральном мире. И если в космосе наши планеты могут разделять триллионы километров, то в астрале все обитаемые миры находятся по соседству, а понятие «расстояние», там вообще, возможно, не существует. — последнюю фразу он добавил с весьма задумчивым лицом. — . Не знаю как и почему это происходит… да и никто не знает, но последние полсотни лет, наша планета стала страдать от этих аномалий.

К этой минуте мы полностью отвлеклись от тренировки и стояли с открытыми ртами, жадно слушая рассказ учителя. Тот в свою очередь довольно критически нас оглядел и произнёс:

— Похоже, я погорячился и чересчур загрузил ваш мозг. Всё это сейчас не ваши проблемы. Ваша задача хорошо учиться и тренироваться, а всё нужное вы так или иначе узнаете в процессе. Смена упражнения! — очередной хлопок вывел нас с товарищем из состояния задумчивости.

Я было хотел ещё задать вопрос про классы самих разломов, но учитель решил продолжить тренировку в более высоком темпе и нам стало совсем не до разговоров.

— Привет, Лёша. — раздалось сбоку.

Сегодня я пришёл раньше соседки и терпеливо ожидал начала урока.

— Привет.

Судя по её виду, девочка буквально сгорала от желания что-то спросить. Повернувшись к Алине, я оглядел красиво и аккуратно разложенные принадлежности на её стороне парты.

— Спрашивай, пока урок не начался.

Соседку два раза просить не пришлось. Она буквально на одном дыхании выдала свой вопрос.

— А тебя что, отпускают гулять одного?

— Да мы просто в ма… — но затем я осёкся и приняв серьёзный вид, озвучил. — Да, а что такого?

— Ничего. — грустно вздохнула Алина. — Меня никогда одну не пускают.

— В смысле? — не понял я.

— Вон, видел недалеко за дверью один стоит? Второй тоже где-то рядом.

Я глубоко задумался. Не заметить бугаёв в костюмах, что постоянно находились рядом с нашим кабинетом было трудно. Теперь стало понятно, что, точнее кого, они здесь охраняют.

— А убежать не пробовала? — задумался я о проблеме соседки.

— Пробовала. Они не только бегают быстрее меня, но и всегда меня находят. — на этих словах лицо девочки стало таким печальным, что мне даже стало её жаль.

— В принципе, можно что-то придумать. — деловым тоном озвучил я. — Но ты с максимальной вероятностью получишь по заднице.

— Д-да? — неверящим взглядом посмотрела на меня Алина.

— То есть набитой жопой тебя не напугать. — констатировал я.

— Меня никогда не бьют. — отмахнулась девочка. — Обещаю, что буду помогать тебе с домашкой, если у тебя выйдет вытащить меня у них из под носа. — со шкодливой улыбкой заявила Алина. — Только это нереально. — немного подумав, добавила она.

В эту секунду я посмотрел на неё другими глазами. Из занудливой соседки по парте, которая только и могла мне мешать и действовать на нервы, Алина быстро превратилась в забавную девчонку и вообще интересную личность.

— Сколько тут камер? Вижу две.

— Четыре. — моментально поправила меня Алина. — Одна спрятана за тем цветком, — кивком головы указал она в нужную сторону. — Другая, вон, над картиной.

А она всё больше мне нравится. Уважительно кивнув её внимательности, я покрутил головой и заговорщически улыбнулся.

— Я могу помочь. — раздался в голове голос Кали. И едва уловив волну негативных эмоций от её появления, демоница поспешно добавила. — Никаких убийств и насилия, я усвоила твои правила.

Все эти дни, Кали никак не давала о себе знать и безмолвной тенью наблюдала за происходящим, изучая и привыкая к своему хозяину.

По поводу соседства с этой сущностью я размышлял всё последнее время. Была какая-то стойкая и непоколебимая уверенность, что работать мне с демоницей всё равно придётся и важно сделать так, чтобы сотрудничество наше, было на моих условиях. Я даже подумал всё-таки рассказать бабушке о ней, но окончательное решение ещё на этот счёт не принял.

Последнее время я и вовсе был сам не свой: мне не только снились разные сны, где я был взрослый и сильный, но и всё чаще, в самых разных ситуациях я чётко знал, как поступить и что делать. Беда в том, что всё это перемешивалось в моём детском шкодливом мозгу, который отчаянно тянул мою задницу к ненужным приключениям.

— *б вашу мать! — орал один из бугаёв. — Куда вы бестолочи смотрели? Молитесь, чтобы с Её Милостью было всё в порядке! Не дай бог… — он хотел было продолжить, но речь начальника охраны прервал входящий звонок. — Сергей Константинович, я всё здесь переверну, но найду! Понял. Да. Хорошо. Пон… Да, выполняем, Ваше Сиятельство.

Положив телефон, высокий и широкий в плечах мужчина в чёрном костюме обернулся и взгляд его не предвещал для окружающих ничего хорошего.

— Мужики… Лучше бы нам её найти. Разошлись по задачам! — отдал он приказ и следом же добавил. — Иван, останься, докладывай.

Невысокий, немного щупловатый парень в чёрном, как и у всех набежавших в здание охранников, костюме, коротко кивнул и подошёл к начальнику.

— Из пяти камер, четыре выведены из строя. Просто вырваны провода. — говорил он спокойным ровным голосом, глаза не бегали. — Но радоваться нечему, уж не знаю кто тут поработал, похититель или местная уборщица, но последняя камера стоит не так, как я её устанавливал. Если быть точнее, то она направлена в сторону учительского стола, а парта Алины Сергеевны в мёртвой зоне.

— Где эта училка?

— В кабинете. Уже допросили. Обычный день, кончились уроки, все разошлись. Никаких происшествий в классе не было. — чётко отрапортовал Иван.

— Твои мысли?

— Полагаю, посёлок уже перекрыли и ориентировки везде разослали? Если так, то я бы возвращал срочным рейсом Хотабыча и его отряд с Польши, и пусть лучше эта мера будет лишней, чем…

— Я понял. — перебил его Вениамин Петрович, вытаскивая мобильный и выбирая очередной номер из списка контактов.

— Также я вызвал кинологов, будут с минуты на минуту. — добавил один из лучших специалистов из числа подчинённых начальнику службы безопасности рода Белорецких.

— Молодец… это ты правильно. — отрываясь от диалога с базой, ответил он.

— Мне нужно отойти, Вениамин Петрович. Тут ещё камер в самой школе хватает. Будем надеяться, что найду зацепку там. — бросил Иван приставляя палец к уху и сорвался на бег.

Из школы никого кроме детей не выпускали. Да и тем, буквально каждому по несколько раз заглядывали в лицо и сравнивали с фотографией на планшете, прежде чем отдать родителю.

Работала не только охрана рода Белорецких, но и вся полиция района. В городе тоже все ведомства стояли на ушах и уже выслали в село отряды полиции для помощи в поисках.

Сергей Константинович прилетел в школу на вертолёте из Тюмени через полчаса, приземляясь на футбольной площадке на территории школы.

— Где. Моя. Дочь!? — проорал он едва вошёл в дверь школы, где в одну линию уже стояли все, от директора, завуча и участкового, до бедной учительницы, Нины Николаевны и физрука, что просто попался под руку.

— Ищем, Ваше Сиятельство. — набрав полную грудь воздуха, на одном дыхании ответил Вениамин Петрович.

Прикрыв глаза, граф Белорецкий сконцентрировался на личных ощущениях, а затем, сжал челюсть и объявил.

— Её здесь нет. Кто охранял?

— Виктор и Степан.

— Арестовать и в подвал. Обоих. Машина сопровождения? — продолжил граф, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Смена Вадима.

— Туда же. Выполнять.

— Есть. — коротко ответил Вениамин Петрович и приложил палец к уху.

— Ба, что сегодня кушать? — входя в дом, крикнул я. — У нас гости.

— Суп. — донеслось с кухни. — У вас, говорят, там в школе что-то случилось. Девочка пропала… — с этими словами бабушка вышла к нам в прихожую и уставилась на Алину. — Твою дивизию… Лёшенька…

— Здравствуйте, баба Маша! — громким и довольным голосом поздоровалась Алина.

— Она мне с уроками будет помогать. — отмахнулся я, как ни в чем не бывало.

— Ты меня в могилу сведёшь, Лёша… Ты зачем её украл!?

— Ты ба успокойся, пойдём покушаем. — беря её под локоток и ведя на кухню, проговорил я. — Она сейчас покушает и я верну её обратно. Не переживай. Я Алине просто обещал.

— Что пообещал? — придерживаясь за сердце, спросила старушка.

— Она не верит, что ты лучше всех на свете готовишь. — попытался её успокоить я, но эффект был прямо противоположным.

За всеми пришлось ухаживать мне самостоятельно. Бабушке налить воды и валерьянки, себе и Алине суп, и нарезать хлеба. Есть, правда, пришлось молча.

— Деточка, ты главное скажи дома, что тебя никто не обижал. — вздохнула баба Маша, провожая нас глазами.

К этому моменту мимо дома уже раза три проехали машины с мигалками и спецсигналами, и я стал догадываться, что всё выходит за рамки моего плана и превращается в очень серьёзную проблему, с не менее серьёзными последствиями.

— А эта тётя может нас опять прокатить? — с надеждой спросила девчонка.

— А эта тётя может нас опять прокатить? — с надеждой спросила девчонка.

— Может. — вздохнул я, оглядываясь по сторонам.

Собственно, другого варианта у нас и не было. По всему посёлку патрулировали отряды полицейских с собаками, туда-сюда сновали патрульные машины и прошмыгнуть через улицу до дома Алины незамеченными, явно не выйдет.

Сделав десяток шагов, я завёл подругу в сарай, что стоял на нашем участке и оглядевшись по сторонам произнёс:

— Кали, давай.

Демоница сразу откликнулась на мой зов и без всяких спецэффектов воплотилась перед нами. Ещё в прошлый раз, когда она предложила свою помощь, я спросил у Кали, не могла бы она появляться без лишнего дыма, что привлекает ненужное внимание. Оказалось, что ей это нетрудно.

— Я всё слышала, возьмитесь за руки. — произнесла она, затем подошла ко мне и аккуратно подхватила под локоть.

Мир мгновенно потускнел, а дома и улицы стали пролетать перед глазами тёмно-серыми безликими объектами. Ориентироваться здесь было достаточно трудно, тем более двигаясь с такой скоростью.

— Там камера. Ты сказал, что лучше под них не попадать, поэтому выйдем здесь. — произнесла Кали у забора, в пяти десятках метрах от ворот особняка Алины.

Дома мне всё-таки пришлось рассказать про Кали и подробно объяснить бабушке с дядей, как мы с соседкой сбежали из школы. Учитывая, что основную работу проделала именно демоница, без упоминания её в рассказе было никак не обойтись.

Почти всё время, пока я говорил, дядя пристально смотрел на бабушку, а та отчего-то, напротив, пересекаться с ним взглядом не желала.

Обращать на такие вещи внимание мне подсказывал голос Кали в голове. Что же касалось просьбы дяди её показать, то я почему-то не захотел. Настроение было ужасное и демонстрировать свои возможности этим вечером я наотрез отказался. К счастью, на меня никто не давил и разговор перешёл в другое русло.

— То, что ты сейчас рассказывал, больше никому не говори. — когда я закончил, произнёс учитель. — Правда, толку в этом мало, если говорить начнёт твоя соседка.

— Она обещала, что не начнёт! — воскликнул я.

— Дай угадаю. Твоя Кали, подсказала тебе взять с неё подобное обещание.

Я смутился. Не знаю как дядя догадался, но это было правдой. Увидев выражение моего лица, он довольно улыбнулся.

— Не удивляйся. Ты ещё маловат, чтобы самостоятельно додумываться до таких вещей, поэтому чья это была идея вопросов не возникает. Ох и рожа же будет у графа, когда дочь ему сообщит об этом. — хохотнул дядя, но быстро принял серьёзный вид. — Помнится мы с бабушкой говорили, что тебе нужно держать свои силы в тайне?

Много чего хотелось сказать в свою защиту, но каждый раз едва открывая рот, я понимал, что ничего умного сейчас не произнесу. В конечном итоге, несколько раз, как рыба хлопнув губами, я промолчал.

— По всей видимости, у тебя слишком много свободного времени, раз его хватает на такие выкрутасы. Будем исправлять.

В школу на следующий день я пришёл немного раньше, чем Алина. В классе помимо Нины Николаевны, был ещё и тот усатый дядька, которого ученики шёпотом называли «директор». Двое взрослых внимательно изучали меня взглядом и замолчали, едва я вошёл в класс.

Бабушка говорит, что вчера в школе всем неслабо досталось из-за произошедшего, поэтому удивляться нечему. Усатый так и вовсе с последней нашей встречи, казалось ещё немного постарел.

— Обломов. Ты там больше не сидишь. — холодно произнёс он, наблюдая, как я снимаю портфель возле своей, уже бывшей, парты. — Садись сюда.

После вчерашнего дня и продолжительной воспитательной беседы на весь вечер, спорить с кем-либо и высказывать своё несогласие не было никакого желания. Я послушно встал и пересел куда сказали.

Пришедшая чуть позже моего Алина, директора уже не застала, только с удивлением отметила произошедшую перестановку. На перемене, девочка подошла ко мне и не стесняясь моей новой соседки спросила:

— Ты обиделся на меня, да?

— Нет, с чего бы это? — удивился я, но проследив за глазами Алины, что сейчас недовольно смотрела на своего нового соседа, всё понял. — Меня директор пересадил, от тебя. Только ради этого сюда и приходил.

— Да? — неподдельно удивилась она.

— Да.

Что могут сделать два первоклассника, когда все взрослые объединились против них? Учитывая полученные совсем недавно нагоняи, только смириться.

Ввиду того, что на улице резко похолодало, дядя Святогор устроился в школу физруком на полставки и параллельно организовал в спортивном зале секцию по рукопашному бою. Теперь мы с Максимом после уроков не торопились домой, а шли на тренировку в спортзал, где помимо нас набралась небольшая группа детей из примерно десяти человек.

После того, как прошла общая тренировка, мы с другом оставались на персональные занятия: по указанию дяди Святогора ещё как минимум час упражнялись во владении мечом. Теперь так выглядел каждый мой день. Дядя сдержал слово и свободного времени на самом деле практически не осталось. По возвращении домой, он учил меня контролировать силу и плести барьер из магической энергии, которая была у одарённых.

По словам учителя, в зависимости от уровня развития человека, такой щит мог выдержать даже выстрел из танка. Никто не знал пределов возможностей одарённых, но подобные рассказы внушали мне желание заниматься усерднее и с каждым днем становиться всё сильнее.

Также, из нового, мне всё чаще стали сниться сны, где я пребывал в теле взрослого парня, но мир, который я там видел был не наш. Ключевым различием было то, что во сне ни у меня, ни у окружающих, ни у кого-либо вокруг не было магических способностей.

Всё это началось после той драки с хулиганами, во время которой у меня пробудился дар и продолжается до сих пор. Теперь сны становятся чётче, а воспоминания ярче. Мысли и знания того человека, чью жизнь я проживал ночью, нередко передавались мне. Как минимум, это очень сильно мне помогало в учёбе, особенно если учесть, что некоторую часть рутины в домашних заданиях мне выполняла Алина. Как мне призналась девочка, это было её наказание от отца, чтобы в будущем не разбрасывалась обещаниями.

Да, дружить мы с ней не перестали и подружка подтвердила мне дядины слова о том, как важно держать своё слово одарённому, тем более аристократу. Естественно, я почти сразу освободил девочку от обещания, но она всё равно продолжила мне зачем-то помогать, хотя нужды в этом не было абсолютно никакой. Все уроки я делал самостоятельно минут за двадцать.

Что касалось спортивной секции, куда я направлялся сразу после уроков, то Алина быстро заинтересовалась моим увлечением. Девочка рассказала, что с ней дома занимаются только развитием её ментальных сил и дара, но не более. Поэтому уже совсем скоро, она огорошила родителей желанием тренироваться в нашей секции, чему больше меня рад был только мой друг Максим. Граф с женой, по словам подружки, немного посопротивлялись, но в конце концов дали своё добро.

Теперь пару угрюмых дядек, что были уже наслышаны обо мне, не сводили с нас глаз в зале. Дядя Святогор был этому весьма не рад, но выказывать своё недовольство каким-либо образом не стал. Тем более, что и так неплохо обеспеченная инвентарём школа, получила дополнительное оборудование в спортзал. А также новые маты, дорогой спортивный инвентарь и уборку помещения несколько раз в день.

Что же касалось Алины, то в наш коллектив бывшая соседка по парте вписалась довольно легко. Тем более что на следующий день наша группа пополнилась ещё тремя девочками и теперь желающих пропускать тренировки вообще не было.

— Я вас приглашаю! — заявила подруга в очередной день, перед тем, как уйти со своей охраной.

Два бугая, которых с прошлого раза, кстати, заменили на новых, всегда смотрели на меня с недоверием. Ребятам явно дали знать благодаря кому прошлые телохранители сейчас ищут работу и теперь в отношении меня у людей дома Белорецких было весьма предвзятое отношение. Впрочем, меня это никак не задевало, поэтому в скором времени, я перестал обращать на них всякое внимание.

— Куда приглашаешь? — не понял Максим.

— Ты забыл? У меня день рождения завтра.

— А-а… — немного ошарашенно выдал я, а товарищ так и вовсе стоял с открытым ртом.

— Понятно. И ты забыл. — слегка поморщилась подруга. — Жду вас завтра в шесть, адрес вы знаете. — улыбнулась она.

— Эм… знаем. А с отцом проблем не будет? — настороженно спросил я, вспоминая наш прошлый диалог с ним.

— Не будет. Я договорилась. — отмахнулась Алина, и попрощалась, махнув ручкой.

Мы с минуту молча стояли с товарищем и глядели ей в след, а затем Максим первым нарушил тишину.

— А что дарят молодым аристократкам?

— Мы не потянем. — вздохнул я.

С тем же вопросом я обратился к бабушке, когда вернулся домой. Услышав в чей дом мне завтра идти на праздник, она вновь схватилась за сердце. Тем временем, я начал подозревать, что этот жест у неё носит исключительно театральный характер.

Несмотря на свое недовольство, бабушка не стала меня настраивать против Алины или завтрашнего мероприятия. Напротив, после рассказов дяди Святогора о моей новой подруге, она ей даже понравилась. А вот её отец… родню не выбирают.

— Кукол и прочего девочке, и без тебя надарят. — произнесла бабушка. — А вот цветы… цветами можно угодить женщине в любом возрасте. — улыбнулась она.

— Даже если их подарим не только мы? — неподдельно удивился я.

— Именно так. — погладив меня по голове, ответила бабушка. — Соберём красивый букет и пойдёшь. Заранее надеюсь на твоё приличное поведение. — предостережительно добавила она.

Захлопнув дверь своей комнаты, я первым делом принялся за уроки.

Несмотря на недавний залет с выходкой в школе, бабушка своих слов менять не стала, а я продолжал мечтать о телефоне. А учитывая то, что сложностей с учёбой у меня не возникало от слова совсем, то и упускать эту возможность я не собирался.

— Господин. Выпусти. — прошелестело в голове.

С Кали мои взаимоотношения последнее время наладились. Я не очень любил общаться с ней внутри своей головы, поэтому, когда она хотела побеседовать — просилась наружу.

— Выходи. — спокойно отозвался я.

Демоница воплотилась эффектно покружившись по комнате, создавая ощущение лёгкого ветра. На этот раз она оказалась на моей кровати, так как кресло занял я.

— Ты не против? — потягиваясь промурлыкала Кали.

— Поправишь потом за собой. — бросил я. — Бабушка ругается на бардак.

— Мы боимся бабушку? — лукаво улыбнулась она, обнажая белые зубы.

— Протянет тебя вдоль хребта скалкой разок, так улыбаться не будешь.

— Как скажешь, молодой господин. — усмехнулась демоница, искоса наблюдая, как я со скептичным выражением лица выполнял элементарные математические вычисления и на ходу записывал их в тетрадь. — Не нужна помощь с телефоном?

Увидев мой заинтересованный взгляд, Кали подобралась и присела, кладя подушку себе на колени.

— Я подсмотрела, что это такое и без проблем смогу тебе достать такую вещь. — с лёгкой улыбкой произнесла демоница изучая моё лицо, стараясь при этом понять, насколько смогла меня заинтересовать.

— Где возьмёшь? — всерьёз задумался я о том, почему бы и не согласиться.

— Проблема что ли… — отмахнулась девушка. — Можно и из магазина выкрасть. Можно у кого-нибудь забрать. — пожала плечами она.

— Нет. Такого мне не надо. — отрезал я, одарив демоницу серьёзным взглядом.

Это выражение лица она уже знала и также знала, что лучше не спорить, в противном случае я мог просто её развоплотить без лишних слов. Но вот обсуждать и подвергать сомнению, осторожно подбирая слова и порой ходя по краю моего терпения, ей никто не запрещал.

— Быть честным и правильным, это хорошо и похвально. — понимая, что меня смущает, начала тёмная, как я стал её почему-то называть. — Но доступ к информации из всемирной сети, нам нужно получить как можно скорее. Ты же хочешь узнать о людях с аналогичным даром?

— Да. Ты, кстати, тоже могла бы мне об этом что-то рассказать. — не отвлекаясь от математики ответил я, чем ненадолго поставил собеседницу в тупик.

— Могу и расскажу. Но эта информация может быть устаревшей. Поэтому нам нужно получить сведения из разных источников. — всё-таки вывернулась Кали.

— Нам? — поднял бровь я, поворачиваясь к собеседнице.

— Я заинтересована в твоём успехе. — моментально ответила она.

— И нас с дядей очень интересует почему. — вернувшись к урокам, буркнул я.

Учитывая, что сущность, которая поселилась в моей голове была явно не из лика святых или хотя бы не относилась к каким-либо безобидным существам из фантастических сказочных миров, мои близкие на этот счёт немало переживали. Причём, на удивление, переживал и постоянно справлялся на счет Кали, только учитель. Бабушка же задала только один серьёзный вопрос и получив на него ответ, полностью успокоилась.

— Она тебя полностью слушается?

— Да.

Упоминание о дяде, вызвало на лице демоницы лёгкое раздражение.

— Ответ прост. Чем сильнее ты, тем сильнее я. Мы связаны.

— А я сильный? — задал я первый вопрос, который пришёл мне в голову.

— Сильнее чем я думала. — вздохнула демоница, отводя взгляд. — Как видишь, твоя воля полностью продавливает и подавляет меня. Для мальчика твоего возраста, это… необычно.

— А что обычно? — заинтересовался я.

Кали замолчала и прикусила губу, при этом посмотрев на меня исподлобья.

— Говори правду. — добавил я.

Подобные приказы ей сильно не нравились. Демоница сразу менялась в лице и иногда даже подёргивала головой, будто кто-то рванул её за невидимый поводок.

— Обычно происходит внутренняя борьба между демоном и его Вокатором. Нередко, демон побеждает и высвобождается, как правило занимая тело своего призывателя.

— Вокатора?

— Так называют разумного, обладающего даром призвать демона. Если ему удаётся договориться или подавить демона, он становится Супрессором. — видя мой вопросительный взгляд, Кали сразу разъяснила новый термин. — Это тот кто не только способен призвать демона, но и подчинить его своей воле. Как ты понимаешь, последние встречаются ещё реже первых.

— И что для этого нужно?

— Всё уже произошло. — нехотя ответила Кали.

— Хорошо. — кивнул я и продолжил делать уроки.

После нудного учебного дня и более занимательного, а самое главное полезного времяпровождения в спортзале, мы ненадолго разошлись по домам, чтобы чуть позже встретиться у Алины дома.

Мы с Максимом были единственные, кто пришёл на праздник пешком: парковка перед домом была просто забита люксовыми автомобилями, самые крутые из которых были уже на внутренней территории участка дома Белорецких.

По словам Алины, это был не единственный их дом. Белорецкие проживали сейчас здесь по каким-то семейным обстоятельствам. Сколько всего у графа домов я уточнять не стал, а подруга была достаточно воспитана чтобы не хвастаться. Но что я не понимал, так это то, почему бы им, при таких возможностях, не жить где-то в более уединённых условиях? По крайней мере так, судя по телевизору и рассказам дяди, делали большинство дворян.

Как говорит бабушка, у богатых свои причуды, поэтому этим вопросом я не стал заморачивать свой мозг. Вместо этого, улыбнувшись на входе охранникам, что при виде меня, напротив, помрачнели в лице, я с товарищем шагнул на территорию особняка, двумя руками удерживая огромный букет роз.

С цветами вышла интересная история… По дороге домой, я зашёл на минуту к товарищу и обалдел, увидев какой букет приготовили родители Максима в качестве подарка. Придя домой и взглянув на то, что купила бабушка, я серьёзно расстроился. Нет, букет был красивый, но семь роз, на фоне огромного букета товарища, выглядели как-то несолидно. Бабушка же призналась, что сегодня в продаже цветов ей найти больше и не удалось, мол всё выкупили.

— Кали. Есть тут по твоей части одно дельце. — вздохнул я, призывая демоницу.

Услышав суть моей просьбы, тёмная слегка повела носом, как бы давая понять, что надеялась на большее, но в итоге успокоила меня, что всё сделает.

Когда через час она объявилась у меня в комнате с охапкой роз, я довольно улыбнулся. Передав цветы бабушке, чтобы она собрала их в приличного вида букет, я уселся ждать. К тому времени уже надел свои новые джинсы и красивую рубашку в белую точку, ожидая, когда за мной зайдёт товарищ.

Бабушка, узнав откуда взялись цветы, сильно не удивилась и даже не стала ругать. Лишь внимательно оглядев меня, произнесла:

— Советую тебе не злоупотреблять такими вещами. Цветы, в качестве одноразовой акции это ещё куда не шло. Но если наметишься на какие-то материальные ценности или деньги, то навлечёшь на нас беду. Демоны берут не думая, и следы нормально заметать не умеют.

— Я умею! — буркнула в голове Кали, но я лишь молча кивнул, в ответ на бабушкино замечание и был с ней вполне согласен.

Едва мы оказались на территории особняка, как не смогли сдержать эмоций восторга. Масштаб мероприятия просто поражал воображение. Как-то нам с товарищем удалось случайно стать свидетелями соседской свадьбы, так там и близко не было такого размаха. Хотя дядя Боря, отец жениха, считался у нас достаточно богатым бизнесменом.

Шарики… шарики были везде. Точнее различные инсталляции собранные с их огромным количеством. Цветы, красные дорожки, безупречный газон и это мы ещё не вошли в сам дом.

Внутри нас встретил высокий мужчина в странном бордовом пиджаке. И после того, как мы по его просьбе представились, проводил в огромный зал, указывая место за столом с детьми.

Взрослых на детском празднике, как это обычно бывает, было в несколько раз больше чем самих детей, но нас это ни капли не смущало.

Алина была в белом платье с пышной юбкой и сидела во главе стола. Два свободных места мы обнаружили по бокам от неё, все остальные были заняты. Имениннице сегодня сделали интересную причёску, с накрученными волосами и вплетённой в них диадемой.

— Вы пришли! — воскликнула девочка и поднялась с места, обнимая нас по очереди.

— Это тебе. — синхронно произнесли мы с товарищем, слегка волнуясь от всеобщего внимания.

— Спасибо! Присаживайтесь. — принимая цветы ответила подруга.

Столы были заставлены различными деликатесами, закусками и напитками. Ну а нам, детям, тем более таким непривередливым, много было не надо, чтобы глаза разбежались и ещё несколько минут мы с открытыми ртами глядели по сторонам.

После того как ведущий, обратился к гостям и в шутливой манере объявил о начале праздника, в центр зала выбежали белые медведи! Ну точнее люди в костюмах, которые стали забавно плясать и развлекать наш стол.

Только сейчас я обратил внимание на людей сидевших с нами. Из общей массы детей за нашим столом, выделялись два парня, на вид лет десяти-двенадцати, которые смотрели на представление безэмоционально и даже с долей лёгкого раздражения.

За взглядами и эмоциями людей, меня, где бы я ни был, постоянно заставляла наблюдать Кали. Отмечать реакции окружающих, как они смотрят друг на друга, как приветствуют, как прощаются, как ведут диалог и всё в таком духе.

Остальные дети за нашим столом, были либо сверстники, либо незначительно старше и вот нам, в отличие от взрослых ребят, танец медведей очень понравился.

Но больше всех веселилась и лучезарно улыбалась даже не именинница, а мелкая девчонка в розовом платье и с милыми ямочками на пухлых щечках. Она буквально заливалась от смеха, а чуть позже и вовсе выбежала на сцену, танцевать вместе с ними. И пока мы с Алиной, как и большая часть зала, умилялись с этого зрелища, а мама девчонки безуспешно пыталась отловить её и увести назад за стол, Максим уплетал десерт и не сводил взгляд с Алины. Последнее время я всё больше убеждался в мысли о том, что мой товарищ по уши влюбился в нашу подругу.

Не прошло это зрелище и мимо глаз двух высокородных парней, что сейчас недовольно сверлили моего друга взглядом. Эти лица мне не понравились: ребята в своём возрасте уже научились высокомерию и надменности, и сейчас явно что-то задумывали.

— Понравилась моя сестрёнка? — толкнула меня в бок Алина и хитро улыбнулась.

Я же слегка покраснел. Девочка была ещё совсем кроха и никаких подобных мыслей у меня не вызывала.

— Ц. Скажешь тоже.

— Пойдёмте танцевать! — объявила именинница сменив тему и потащила меня с Максимом в центр зала.

— Твоя дочь дружит с простолюдинами? — улыбаясь спросил невысокий мужчина в дорогом синем костюме, подходя сбоку к графу Белорецкому.

— Это полезно. История говорит о том, что без навыка взаимодействия со всеми слоями общества, аристократу не достичь каких-либо высот. — подходя к этой двойке со спины, произнёс высокий статный мужчина в годах и уже с лёгкой сединой на висках.

— Ваше Сиятельство. — учтиво улыбнулся первый, склоняя голову в лёгком поклоне.

— Привет, Женя. — улыбнулся граф Белорецкий, протягивая руку. — Я внял твоему совету и отдал дочь в обычную школу.

— И не прошло и месяца, когда она порадовала нашу семью открывшимся даром. Ещё раз поздравляю, брат. — приобнял за плечо стоявшего рядом мужчину князь Белорецкий.

— Не думаю, что это связано, но спасибо. — больше для себя произнёс Сергей Константинович. — Кстати, пока ты плохо к нам торопился, твоя доча тут так отжигала. — улыбнулся граф, поглядывая в сторону племянницы.

— О да, мне уже показали. — хохотнул князь, пребывавший сегодня в хорошем настроении.

Мужчины молча наблюдали за играющимися детьми и курили сигары.

— Это вон тот начудил в прошлый раз? — отводя брата в сторону, уточнил Евгений Константинович.

— Он самый. — вздохнул граф. — Алина теперь его лучшим другом называет.

— Ну-у, действуешь ты верно, на мой взгляд. — вновь улыбнулся князь. — Запретишь — лишь во вред пойдёт. И на силе может отразиться.

— Вот-вот.

— Кстати, вы разобрались как он это провернул? — повернулся он к брату.

Тот лишь повторно вздохнул, но на этот раз ещё и уважительно цокнул.

— То, что одарённый, оно ясно. А вот как он протащил её мимо тех идиотов — понять не можем. Так ещё же через полрайона сюда привёл, мимо сотни патрулей.

— А Алина что? Молчит?

— Слово дала, что не расскажет. — проворчал граф.

— Ха-ха-ха! — коротко и басовито хохотнул Евгений Константинович. — Этот пацан тут вас неслабо развёл. Пойти что ли познакомиться с ним? Может стоит к себе его потихоньку вербовать.

На лице графа смешались сразу две эмоции: ему было смешно от ситуации и одновременно, этот мелкий неуспех его раздражал.

— Но-но. Я ещё не определился на его счёт. — на этих словах Сергей стал серьёзен и нарочно не стал рассказывать брату один важный нюанс связанный с этим простолюдином, что он успел отметить.

Несмотря на то, что между братьями была пропасть в социальном статусе, князь родному брату позволял очень много и в личной беседе общался с ним практически на равных. В то же время, граф отлично понимал, что если его брат захочет забрать пацана, то палки ему в колёса сможет поставить разве что сам император. Остальные не рискнут.

— Ладно, шучу я. Твоё чудо, сам и возись с ним. — вновь усмехнулся князь.

— Эй вы, двое. Ну-ка подойдите сюда. Разговор есть. — услышали мы с Максимом, когда направлялись в сторону стола, за которым сидели.

Не трудно было догадаться, что это были те двое старших ребят, что держались от нас обособленно. Один был повыше, со светлыми, как у меня, волосами и в пиджаке, другой соответственно, ниже русый и с бабочкой на шее.

Учитывая как небрежно и грубо они к нам обратились, отношение к этим ребятам моментально стало соответствующим. Полностью проигнорировав хамов, я увлек товарища за общий стол. Улица и школа к моему возрасту уже успели научить, что идти на поводу таким людям нельзя, иначе они быстро сядут на плечи. Об этом говорила мне и Кали, взбешённая подобной речью в мой адрес. Но больше всего меня поразило другое.

В голове появилось стойкое ощущение, что этим двоим нужно дать отпор. Мне даже показалось, что я в такую ситуацию уже не раз попадал. Впрочем, долго размышлять на подобные темы не вышло.

— Вы что, глухие? — произнёс один из двух парней, что присели рядом с нами. От них обоих исходила легкая чёрная дымка, видел которую только я.

— У нас к вам разговора нет. — ответил я за двоих.

— А у нас есть. Твой друг пялился на Алину. — с нажимом произнёс светловолосый парень.

— Каждый день это делает, как и я. — пожал я плечами. — Так что можете только позавидовать.

От услышанного, парень стал закипать.

— Ты… ты… как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?

— А как хочу, так и говорю. — выдерживая злой взгляд оппонента, бросил я.

Кажется детское шампанское было лишним. Ну а с другой стороны, не терпеть же их теперь?

— Ты хоть знаешь, кто я?

— Нет. — ответил честно.

— Он нарывается! — воскликнул второй парнишка, тот, что с бабочкой и до этого момента молчавший.

— Я Виктор Вяземский, сын графа Александра Вяземского. А ты — жалкий простолюдин.

— Понятно.

— Что тебе понятно?!

— Что ты сын графа. А без него — никто. — от обиды простодушно ответил я.

Сказанное заставило Виктора вспыхнуть злобой. Впрочем, открытый конфликт он провоцировать не стал — видимо не желал огласки. Лишь буравил меня взглядом и жевал губы.

— Ты за это ответишь! — процедил парень мне в лицо.

Не зная что ответить этому задире, я лишь пожал плечами, но взгляда от его лица не отвёл.

— Господин, если вдруг вы хотите…

— Не вздумай. — отрезал я, мысленно запрещая демонице вмешиваться.

В этот момент к нам подошла Алина, держа за ручку свою двоюродную сестрёнку, которую, кажется, звали Алиса.

— Мальчики, пойдёмте торт кушать! — воскликнула она.

На середину зала четыре человека на подносе вытащили огромнейший торт, отчего внимание всех присутствующих, даже этого противного Вити, сосредоточилось на центре помещения.

На этом наше неприятное знакомство с Вяземскими закончилось и мы с Максимом, покинули их компанию.

Не считая этого эпизода, день рождения Алины был довольно весёлым вечером и мы все отлично провели время.

— Сергей Константинович, Ваша Светлость! — забежал мужчина в просторный, обставленный богатой мебелью, кабинет. — У нас прорыв!

— Где Алина? — первый же вопрос, который задал граф, был о дочери.

— Только что заехала на территорию особняка.

Прикрыв глаза и спокойно выдохнув, граф поднялся с места, прикрывая рабочий ноутбук. Следом он подхватил свой клинок, что висел в ножнах на стене за спиной и направился на выход из кабинета.

— Где?

— Недалеко от школы.

— Ребят подняли? — на ходу стал задавать короткие вопросы Сергей Константинович.

— Уже на подходе к точке. Скоро будет картинка. — прижимая палец к уху, ответил Вениамин Петрович, параллельно доставая из внутреннего кармана пальто, небольшой планшет.

— Класс прорыва?

— Судя по полученным данным В тире D. Точнее сейчас ещё нельзя сказать.

Граф едва сдержался от того, чтобы грязно не выматериться. Считается большим везением и радостью, если гражданские-простолюдины справляются или хотя бы отбиваются от монстра, вылезшего из разлома ранга В. Если реальное положение вещей окажется хуже и на территории его села появилась аномалия С и более старшего ранга, количество жертв уже в первые минуты будет немалым. Особенно если учесть район плотной частной застройки.

— Папа! Я дома! — оторвал голос дочери от размышлений графа.

Быстро чмокнув дочь и погладив её по голове, граф оглядел её и произнёс:

— Маму слушаться, от неё не отходить. Мне пора.

— Что-то случилось? — беспокойно спросила девочка в спину уходящего быстрым шагом отца.

Он хотел было проигнорировать вопрос или сказать дежурное «Всё хорошо», но отчего-то передумал и развернувшись к дочери, ответил:

— У нас прорыв. Так что не отходи от матери. — на всякий случай, ещё раз подчеркнул он.

За свой дом Белорецкий не беспокоился. Это была надёжная крепость, способная выдержать прорыв и не такого уровня. Но сердце родителя не позволяло ему оставить дочь без наставления в такую минуту.

Алина, быстро сообразив и сложив что-то в своей голове, внезапно громко воскликнула:

— Папа! Там Лёша и Максим! Они одни из школы возвращаются!

— Я сделаю всё, что могу. — кивнув дочери, у которой глаза уже были на мокром месте, ответил граф и сорвался на бег.

— Осторожно, пап!

Вертолёт уже запустил винты, а группа быстрого реагирования ждала только его. Несколько других отрядов выдвинулись в район аномалии и того раньше. Также был отправлен сигнал в центр, в город и в МБА. Но сейчас нужно было не терять драгоценные минуты и не сплоховать самим.

В ноябре солнечный день стал заметно короче, но не настолько, чтобы мы возвращались домой по темноте. Тем не менее, тот вечер был не похож на остальные: небо затянуло жуткими хмурыми тучами и явно собирался дождь после череды относительно тёплых для этого времени года дней.

Беспечно шагая по асфальтовой дороге, мы с Максимом возвращались из школы, как вдруг, в один момент мы с ним одновременно услышали череду странных звуков. В одном из переулков через которые мы шли домой, поднялся нешуточный лай на всю округу. Собаки буквально сходили с ума, а люди стали выходить из своих домов, тревожно оглядываясь по сторонам. Обстановка в миг из спокойной и рутинной, что мы наблюдали каждый день в этом месте, превратилась в пугающую и даже жутковатую.

Помимо собачьего лая, на всю округу звучал мощный, пронзительный и протяжный вой, который поддерживала явно не одна глотка. И если до этой секунды мы ещё собрав всё мужество в кулак старались продолжать следовать по своему маршруту, то когда прозвучал громкий женский визг прерванный утробным рыком, а затем чавканьем — коленки задрожали.

Переглянувшись с Максимом, мы сорвались на бег в сторону дома, но внезапно пришлось резко остановиться и попятиться назад.

И было из-за чего. Через один из заборов частного дома недалеко от нас, выпрыгнула здоровенная чёрная тварь. Глаза у неё светились красным огоньком, уши навострились, а чёрная шерсть стояла дыбом. Рассмотреть такие подробности удалось не только потому, что этот волк оказался не так уж и далеко от ошалевших от такого зрелища меня и Максима, но и ввиду его громадных размеров. Визги, крики людей, шум хлопающих ворот и дверей раздались по всей улице впереди и сзади нас.

— Бежим! — вспоминая правила учителя, которые он установил как раз на подобные случаи, я схватил за руку друга и сорвался в противоположную от монстра сторону.

Буквально спустя секунду что-то заставило меня обернуться и я увидел как огромный волк, громко рыкнув, рванул в прыжке вслед за нами. Учитывая несопоставимость размеров конечностей наших и его, он должен был просто влегкую приземлиться на наши спины.

Сердце бешено билось в груди, а к горлу подступил ком. Время по ощущениям будто замедлилось и я собравшись с духом остановился. Вытянув руку перед собой, прищурил глаза, а затем резко махнул ладонью влево, отчего туша волка, пребывающая в эту секунду в полёте, с большой силой впечаталась в угол дома слева от нас. Удар был такой, что посыпалась кирпичная кладка, а волк взвизгнул.

Не дожидаясь когда монстр придёт в себя, я развернулся и нашёл глазами друга, с удивлением наблюдающего за этой картиной.

— Господин, я с ним справлюсь. Бегите в школу. — произнесла демоница в голове и с моего разрешения воплотилась, направляясь в сторону уже поднимающейся твари.

Вновь схватив опешившего товарища за руку, я сорвался в сторону школы, утягивая его за собой. Но едва удалось пробежать от силы пять десятков метров, как наш путь перерезал ещё один монстр. Этот был заметно меньше первого, но не менее агрессивный. Морда твари уже была в крови, что едва не вызвало ступор. Осознание того, что он уже скорее всего забрал чью-то жизнь резануло по мозгам, а на глазах предательски выступили слёзы. Что такое смерть в своём возрасте я уже понимал, пусть и понаслышке из телевизора.

— Лёша беги! — хватая булыжник с земли, прокричал товарищ.

Я же отлично понимал, что камень здесь никак не поможет. Сконцентрировавшись на стоявшем впереди монстре и вытянув руку вперёд, я дождался когда тварь сорвётся на нас и повторил то, что проделал минутой ранее. Этот был не только меньше размером, но и легче, отчего монстра довольно жёстко впечатало в дом, а мы отчётливо услышали, как что-то неприятно хрустнуло в его теле, а тварь взвизгнула.

На этот раз, от дрыгающей в агонии лапами твари, меня отвлёк товарищ, который справедливо решил, что нужно поскорее убираться отсюда, нежели рассматривать умирающего монстра. Дёрнув меня за рукав, он потащил нас дальше по переулку. Над головой послышались звуки вертолётов, где-то вдалеке орали полицейские сирены.

Выбежав из опасного переулка, мы оказались на большой асфальтированной дороге. Прямо в десяти метрах от нас остановилась патрульная машина, только вот глаза полицейских в ней, направленные за наши спины, не предвещали ничего хорошего.

Резко вписываясь в бок товарища, я уронил его на землю, падая вместе с ним, и перекатываясь вправо, чем, вероятно, спас себе и товарищу жизнь. Потому как очередная тварь, пролетев почти прямо над нами, всем своим весом вписалась в бок легковушки, из которой уже выбегали сотрудники полиции. Раздались звуки выстрелов из пистолета, а где-то вдалеке даже автоматные очереди.

Развернувшись, я телекинезом бросил поднимающегося с земли монстра, которого нашпиговали пулями полицейские, под колёса едущего мимо грузовика. Тот, тормозить не стал, безжалостно переезжая тварь всеми колёсами.

В этот момент из переулка на большой скорости вылетел знакомый плотный чёрный дым, на ходу эффектно трансформируясь в Кали.

— Молодцы, с двумя сами справились. — погладила нас по головам демоница и подмигнув, ушла в другой переулок за нашей спиной, теряясь в темноте. — Я рядом. — следом же прозвучал голос в голове.

В следующий миг, над нами пролетел вертолёт с прожектором, из которого на лету десантировались бойцы, планируя над опасным участком нашего села.

— Вы как? — подбегая к нам спросил дядя Святогор.

Судя по тому, с какого направления он сюда прибежал, учитель спешил из школы.

— Н-нормально. — с трудом ответил я. Максим тот и вовсе стоял с глазами по пять копеек, рассматривая то, что осталось от размазанного монстра по асфальту.

Проследив за его взглядом, дядя развернул нас от неприятного зрелища и обратился к полицейским. Те выглядели не лучше нашего.

— Ребят, не подвезёте меня с детьми до дома?

— Конечно! — быстро среагировал один из них.

Несмотря на то, что вся боковая часть машины, включая водительскую и пассажирскую двери, была неслабо помята, ехал их автомобиль достаточно бодро.

По дороге мы стали свидетелями ещё одной битвы, но на этот раз работали профессионалы. Причём, как не странно, использовали в бою они не только автоматы, но и холодное оружие. На наши удивлённые взгляды, дядя решил провести ликбез:

— Пули, могут убить тварь только если попадут в мозг. Причём, одной может быть и мало — у них бешенная регенерация. А вот если отсечь монстру голову клинком, это его гарантированно убьёт.

— Это можно сделать и из пулемёта. Вон штука, что у них на борту, — на этих словах полицейский указал пальцем в небо. — бтр пробивает и их на части рвёт.

— Согласен. — кивнул учитель. — Только не слышу, чтобы из неё стреляли. Пулемёт в условиях городской застройки не лучший выбор, если переживаешь за мирняк. — а затем, немного тише для нас добавил. — Я вас не просто так учу владеть мечом.

Тем временем, увидев очередную заварушку на пути к дому, полицейские приняли решение добраться до нас в объезд.

— Ты меня обманула? — задал я вопрос Кали, с которой не очень любил общаться ментально.

Демоница сообщила тремя минутами ранее, что двух монстров я убил сам.

— Нет, господин. Та тварь из переулка, с которой вы бились второй по счету, была намного слабее первого волка. Её уровень регенерации не был способен залечить перебитый позвоночник. По крайней мере ближайшие десять часов точно. Но если вам принципиально знать, то добила его я, уже и так полумёртвого.

Ничего отвечать Кали я не стал, не зная как следует относиться к таким оговоркам. Вроде бы сущая мелочь, а столько нюансов в себе кроет.

Уже через пять минут завезли домой сначала Максима, передавая родителям, а следом и меня. Все новости и радио этим вечером только и говорили о открывшейся аномалии, призывая сельчан закрыться в домах и не выходить из них до объявления об окончании операции по отлову и уничтожению тварей и закрытии разлома.

Следующие два дня школа, как и большая часть села, не работали. Как сообщалось в новостях, пробой оказался несерьёзный, но из-за того, что аномалия появилась на участке частного дома, вовремя её локализовать и среагировать у силовых структур не вышло. Всё это привело к почти десятку жертв, а поисковые мероприятия шли около недели.

Дядя Святогор на эти дни поселился у нас и всё свободное время мы коротали тренировками. Если быть точнее, то дядя учил меня ставить защитный барьер, заставляя отрабатывать эту технику сотни раз.

Естественно, на следующий день после случившегося, уже в спокойной обстановке я подробно ему рассказал о вчерашнем вечере и детально описал все свои действия. Но не в угоду моим ожиданиям, учитель после короткой похвалы нашёл за что можно и отругать. Как можно было догадаться, всё дело оказалось в том, что я в критический момент абсолютно забыл повесить на себя защиту, хотя к тому времени нужный навык уже освоил.

Узнавшая о произошедшем по нашему тв-радио бабушка и так напугалась, а услышав название улицы и района, где появилась аномалия, выбежала на улицу и хотела было уже бежать на мои поиски. Именно в этот момент мы и успели подъехать на полицейской машине к нашему дому. Слава богу не разминулись, иначе бы искать пришлось уже не меня, а её.

Позже, услышав мой рассказ о случившемся столкновении с монстрами из другого мира, баба Маша не один раз хваталась за сердце и причитала о том, что больше я сам из школы возвращаться не буду. В конце я даже пожалел о том, что всё честно рассказал и сделал себе заметку при моей старушке больше так не откровенничать. Незачем лишний раз её заставлять нервничать.

— Лёша, я думаю всё-таки пришло время показать нам Кали. — отвлекая бабушку от причитаний, произнёс учитель. — К ней есть ряд вопросов.

На этот раз я отпираться не стал и спокойно отдал ей приказ показаться. Дальше события стали развиваться довольно интересным образом.

— Ах! — поднесла ладонь к губам баба Маша и громко вздохнула. — Прошмандовка рогатая, ты в таком виде перед ребёнком скачешь!?

Мы с дядей застыли в шоке. Бабушка вообще редко могла позволить себе бранные слова, а тут… И пока я удивлялся этому, глаза учителя полностью просканировали фигуру демоницы, а затем, будто стряхивая наваждение, он вновь принял серьёзный вид.

— Да сама ты…

Продемонстрировать свои способности мне Максим не сумел. Товарищ лишь поведал историю о том, как прошлой ночью на фоне минувших событий ему приснился кошмар. По рассказу друга, во сне он убегал от какого-то монстра и тому удалось загнать его в тупик. После чего и произошла вспышка силы: окна и двери из комнаты Максима выбило с грохотом, отчего проснулись и перепугались все домочадцы.

Родители запретили ему рассказывать о случившемся кому бы то ни было, но Макс посчитал что мне довериться можно. Да и видел он мои возможности этой ночью, а посему выходило, что я единственный одарённый из тех, с кем можно посоветоваться.

Не знаю почему, но мне внезапно стало так стыдно и неудобно от того, что я всё это время держал от друга подобную тайну в секрете.

— Макс… извини меня. Мне тоже сказали держать в тайне свой дар. — повинился я, опуская голову.

— А ты давно? — задумавшись спросил товарищ.

— Несколько месяцев. С лета, в общем.

— Ого. Это получается та драка с…

— Да. — коротко отозвался я.

— Ну ладно. — пожал плечами он, даже не думая включать обиду. — Ты лучше скажи мне, что делать дальше…

— Рассказать всё учителю. — без заминки произнёс я. — Именно он меня тренирует и помогает развивать способности. Дядя Святогор поможет, увидишь.

— Да? — удивился товарищ, оглядывая меня удивлёнными глазами. — А когда вы успеваете?

— После общих тренировок. — вздохнул я.

Уже несколько месяцев подряд, почти половину моего дня занимает школа, а вторую, различные тренировки. И только вечером у меня остаётся немного свободного времени на свои дела. Учитывая, что ещё полгода назад я был абсолютно свободен от всех этих забот, подобный режим на меня несколько давил морально.

Товарищу ничего не оставалось, кроме как последовать моему совету и рассказать всё дяде. Правда перед этим, он обсудил это решение со своим отцом. Учитель с дядей Славой долго и обстоятельно беседовали, пока мы с Максимом отрабатывали удары клинком.

Как я и ожидал, результатом этого разговора стало то, что теперь Макс будет тренироваться вместе со мной и после школы. В какие-то особенные подробности взрослые нас посвящать не стали, лишь осветили новость, которую мы с другом приняли с восторгом.

Процессы протекающие со мной последние несколько месяцев, сегодняшней ночью приблизились к определённой черте. Этим утром я проснулся совсем другим человеком… хотя, если быть точным, то человеком тем же, но с обновлённым набором знаний.

В пору своей студенческой молодости, я частенько читал книжки про различных попаданцев, оказывающихся по воле случая в других мирах. Процесс их инициации и попадания в тех романах затягивался редко. Погиб — очнулся в другом теле, пошёл захватывать мир.

У меня всё случилось немного иначе…

Окончив институт по инженерной специальности, сразу на работу мне устроиться не удалось. Нет, это были не происки работодателей, желающих набирать работников только с пятилетним стажем. Мне пришлось отказаться от сразу двух предложений и вернуться в родной город по семейным обстоятельствам.

А вот в провинциальном городке, откуда я родом, на мой диплом было всем наплевать. И тут, внезапно, один из старых товарищей, предложил мне, имеющему военно-учётную специальность, должность у них в части.

Служба была в целом не пыльная, в штабе, но наш комбриг оказался довольно интересным товарищем. Полковник Колосов был по жизни максималистом и свято верил, что поблажек на полигоне не должно быть ни у медроты, ни у связистов, ни у штабного батальона, где служил я. Как по его приказу до седьмого пота гоняли штурмовые батальоны на полигоне, вообще страшно вспоминать.

Несмотря на все эти минусы, по крайней мере для меня, я ориентировался на хорошую зарплату и раннюю пенсию, по выслуге лет. А учитывая то, что наш батальон таскали на полигоны обычно не более двух раз в год, а всё остальное время шла размеренная служба, я и вовсе не жаловался и даже держался за своё место.

Стоит также добавить, что этот мир был абсолютно без магии. По крайней мере в том временном промежутке, в котором жил, любил и служил я.

Переломным моментом в моей биографии стала война. Бежать от неё мне не позволила ни мужская честь, ни чувство патриотизма, которое мне тоже было не чуждо, ни тем более присяга. Учитывая продолжительность боевых действий, в которых страна увязла на годы и немалые потери с обоих сторон, жизнь меня на этой службе не слабо помотала.

Не было и без положительных моментов: в критической обстановке во мне раскрылись хорошие лидерские качества, которые не утаились от глаз командира. И учитывая некоторую «текучку» кадров на войне, судьба повернулась так, что за восемь лет я дослужился до целого комбата.

Много лестных кличек, вся грудь в орденах и медалях, часть из которых достались особенно тяжело и несколько лёгких ранений. К тридцати годам «молодой» майор, то бишь я, выглядел немного не на свои годы — война берёт своё. И наперёд скажу, я хоть и был в прекрасной физической форме и со спортом на «ты», но суперсолдатом никогда не являлся. Каких-то выдающихся способностей ни в стрельбе, ни в ближнем бою я не показывал — всё как у всех, на хорошем уровне, но не более. Колосов, дослужившийся при мне до генерала, хвалил во мне мой мозг, способный на риск и хитрые маневры, хвалил, как я говорил, и лидерские качества, люди и правда за мной шли. А ещё, он всегда мне говорил беречь и дорожить своей фортуной.

Последняя, как можно догадаться, однажды меня сильно подвела. И судя по тому что я помню, это была банальная, но мощная ракета, приземлившаяся на наш штаб, прямо во время совещания. Умер я мгновенно.

Сейчас в мою голову закралась интересная мысль: а что если мы все своего рода попаданцы? Просто не каждому, как мне, повезло осознать себя в новом теле. К примеру, у меня это вышло только лишь к семи годам. Правда тут не обошлось без нюансов…

Начнём с того, что я не попал внезапно в тело этого мальчика. Этот мальчик и есть я. Я им родился. И сейчас, так уж вышло, не только смог вспомнить свою прошлую жизнь, но и получить что-то вроде памяти предков. Памяти предков этого тела, если быть совсем точным.

Это очень трудно объяснить, но по ощущениям отдалённо было похоже на то, будто я пообщался со своим дедом. И то, что он мне рассказал, переворачивало всю мою жизнь с ног на голову. Я бы даже не так сказал: крутило, вертело и высоко подбрасывало мою жизнь возле обрыва и не факт, что собиралось ловить.

Из настоящего, сейчас у меня было только имя. Даже бабушка, моя родная, милая, добрая бабушка, и то была не моя.

И нет, я не проснулся из-за этого обиженным на весь мир и тем более на тех людей, что меня растили и оберегали. Но кое-кто в списке моих врагов, всё же появился.

* * *

— Ты сегодня сам не свой. — улыбнулась Алина, встав напротив моей парты на перемене.

Осмотрев стоящую перед собой девчонку, я устало улыбнулся и ответил:

— Я в своём познании настолько преисполнился, что как будто уже сто триллионов миллиардов лет проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, понимаешь? Как эта Земля. Мне этот мир уже абсолютно понятен, и я здесь ищу одного: покоя, умиротворения и вот этой гармонии от слияния с бесконечно вечным.

От такой речи девчонка ненадолго зависла, хлопая глазками приоткрыв рот.

— Эм… приболел? — положив мне свою тёплую ладошку на лоб, обеспокоенно спросила подруга.

— Да не. Устал малость от этой школы, морально. А тут ещё контрольная. — тепло улыбнулся я в ответ.

— А-а, понятно. — немного помявшись на месте, девчонка внезапно спросила. — Ты не хочешь пойти покушать в столовую? У нас большая перемена.

— Я обычно дома ем. — пожал плечами, всё ещё витая в облаках.

— Почему? — искренне удивилась Алина.

— Если быть откровенным, то бесплатные обеды в столовой вызывают у меня рвотные рефлексы. А то, что съедобно, стоит денег. А я сейчас коплю. — без задней мысли, абсолютно откровенно ответил я, не отвлекаясь от своих мыслей.

— Хочешь, я тебя угощу?

Такое предложение было для меня, если честно, очень даже соблазнительным. Только вот позволять девчонке за себя платить мне было очень неудобно, пусть мы даже и друзья.

— Спасибо, Алина, но нет.

Подругу этот ответ не устроил и присев рядом со мной, она негромко заговорила.

— Слушай, ты же в курсе, что меня там все в лицо знают и я могу, и один лишний поднос взять, и пять. Я бы ещё Максима с собой взяла, если он захочет. Мне одной кушать скучно.

От такого аргумента моё железобетонное «нет» дало трещину, а в животе предательски заурчало. Наша школа хоть и не была частной, но все знали, что она принадлежит Белорецким. Поэтому неудивительно, что для его дочери тут «всё включено».

— Не шутишь? — на всякий случай уточнил я, понимая, что решение уже принял.

— Не-а. Пошли, а то не успеем.

Пройдя рядом с подругой по раздаче и выбрав то, что нравится, я спокойно проследовал к обеденному столу, денег с меня брать никто даже не заикнулся.

— Ты не хочешь поучаствовать в олимпиаде по математике?

— Что? Нет. — отмахнулся я. — Мне есть чем занять своё свободное время.

— Развиваться нужно не только физически. — деловито заявила подруга, явно используя фразу одного из родителей.

— Будь на твоём месте другой человек, я бы решил, что Нина Николаевна согласилась приплатить тому, кто меня на это уговорит. — усмехнулся я, а следом рассмеялась и Алина.

Учительница и правда последнюю неделю всячески склоняла меня к участию в этих школьных олимпиадах, а я в свою очередь абсолютно беззастенчиво ей отказывал.

— Смотри сам, Нина Николаевна обещала плюс один бал в конце четверти, даже за участие.

— Ты же знаешь как я философски отношусь к этим оценкам?

— Фи-ло-софски? — не поняла меня девчонка.

— Мне по большей части на них плевать.

— А телефон? — напомнила мне Алина про договор с бабушкой.

— Поэтому и держу баланс. Учусь, всё делаю чтобы не могли придраться и на этом всё. В эту парадигму олимпиада не вписывается. — вздохнув, добавил я.

— Парадигму? Ты сегодня разговариваешь ещё страннее чем обычно. — заключила маленькая леди.

— Да, есть такое.

На этих словах я задумался о том, что сейчас происходит в моей голове. В теле почти семилетнего пацана осознал себя вполне взрослый мужчина, у которого, вдобавок, наладилась некая связь с предками. Посыплем сверху этот пирог детскими гормонами и тяге к приключениям на свой зад, и получим меня.

Стоит отметить, что когда я говорю о связи с предками, не стоит это понимать буквально. Речь шла о пласте возникнувших в голове знаний и понимании того, каким образом они там появились.

— Всё забываю спросить, кто такие Вяземские? — вспомнил я ситуацию, что недавно произошла на дне рождения у Алины.

— Дворянский род. — ответила девчонка и кисло поморщилась.

— А этого засранца тебе, так понимаю, сватают?

— Да… — на этих словах Алина даже перестала жевать. — Откуда ты узнал?

— Догадался. — пожал я плечами, вспоминая поведение графёнка. Мелкий уже считал Алину своей собственностью, судя по поведению. Впрочем, это не моё дело, вряд ли Белорецкий даст свою дочь в обиду.

— Отец попросил приглядеться. Он считает Виктора хорошей партией для меня. — насупилась Алина.

После нескольких месяцев обучения, первоклашкам устроили что-то вроде небольшого медосмотра, который проходил в отдельном небольшом блоке нашей школы, именующимся медицинским.

В порядке очереди мы заходили в страшный белый кабинет со странным запахом, садились на стул и женщина в белом халате что-то слушала, измеряла рост, вес и давление, а затем писала в книжку, которая, как водится, у каждого ученика была своя.

— Ты чего такой смурной? — произнесла медсестра. — Не бойся, я не кусаюсь. Скажи «а-а».

Легко сказать… я вообще с трудом удержался от того, чтобы запретить ей к себе прикасаться. А всё дело в том, что от тела врача исходила густая, и я бы даже сказал пугающая, чёрная дымка. Особенно это бросалось в глаза на контрасте с её халатом и белым кабинетом, где шёл приём.

— Кали, что это за дым? — обратился ментально к своей барабашке.

— Где? Я ничего не вижу, господин. — удивлённо ответила тёмная.

Подобную картину в своей жизни я наблюдал уже не один раз. И каждый раз, люди окутанные этим дымом, были злы по отношению ко мне и скорее всего представляли опасность.

Сейчас же, внешняя картина, напротив, излучала доброту, спокойствие и полное отсутствие агрессии в мой адрес. Правда, обманываться я не стал и был предельно внимателен к её действиям, держа Кали и себя наготове.

Тем не менее, вопреки моим самым страшным ожиданиям, выполнив комплекс одной ей знакомых мероприятий, я с облегчением услышал заветное:

— Следующий.

Выдохнув, вышел из кабинета и сел на лавочку где мялась в нерешительности Алина.

— Я боюсь. — тихонько шепнула мне на ухо она.

— Алина Сергеевна, вы можете и не идти. Наш врач стабильно проверяет вас дома. — вмешался в наш диалог один из охранников.

— Действительно, пошли в класс. — согласился я.

— Нет. Тогда все в классе решат, что я бояка. — решительно заявила подруга и направилась в кабинет врача.

Оставшись в коридоре наедине с охраной Белорецкой, я ощутил сильный дискомфорт и волнение. Но стоявшие рядом с дверью два амбала были тут не при чём. Всё этот дым, который меня еще ни разу не обманывал. Но что я могу сделать…? Решение пришло в мозг практически моментально.

— Кали, ну-ка проследи за Алиной. Сможешь? — отходя от кабинета подальше и выпуская демоницу, произнёс я.

— Конечно, господин.

Для бесовки стены и другие преграды не были препятствием и она легко выполнила приказ, проскользнув в вентиляцию. Можно было и в наглую через дверь, но тогда ни какой скрытности ожидать не стоило.

— Вы были правы, у девчонки проблема. Во-первых, возле двери весит связка каких-то круглых ребристых…эм… не знаю что это, но леска от колец ведёт к дверной ручке.

С демоницей у нас была ментальная связь в независимости от того, воплощена она или нет. Правда, обнаружил я это буквально на днях.

— Заминировала, сука! Дальше что? — разозлился я.

— Девочке похоже что-то вкололи и сейчас выносят через окно, там стоит синий грузовик. Телефон её выбросили, как и почти всю одежду.

Учитывая, что кабинет врача находился на первом этаже школы, особых трудностей у них с этим возникнуть не должно. И время терять больше нельзя.

— Всё подбери, а затем вытаскивай меня и за ними! — произнёс для демоницы и следом повернулся в сторону кабинета, где проходил медосмотр. — Стоять! — заорал я наблюдая, как один из охранников стучится в дверь.

И не дожидаясь, пока они её откроют, отбросил обоих бойцов дальше по коридору телекинезом.

— Дверь заминирована! Алину украли, звоните графу! — прокричал я обалдевшим от такого поворота событий телохранителям и забежал за ближайший поворот, где буквально на секунду материализовалась Кали, чтобы забрать меня и вылететь из здания школы через ближайшее окно.

Картинка замелькала черно-белыми красками, часто сменяя окружающие пейзажи. Не представляю, как здесь ориентируется тёмная, но у меня от таких перемещений всегда начинает кружиться голова и даже слегка подташнивает.

— Ты видела сколько их? — на ходу соображая как действовать дальше, спросил я.

— Как минимум трое. Женщина, мужчина, который вытаскивал девочку и водитель.

— Как долго ты можешь следовать за ними?

— Пока вы рядом, никаких ограничений нет. — подумав, ответила Кали.

Ограничения всё-таки, как оказалось, были. От этих бесконечных мельканий и хаотичной, дёрганной картинки, меня стало жутко тошнить. Я попробовал закрыть глаза, но почему-то стало ещё хуже. Самочувствие постепенно только ухудшалось и вдобавок ко всему у меня стало ещё и шуметь в ушах.

— Господин, если хотите, я могу остановиться. — отмечая моё не лучшее состояние, произнесла демоница.

— Не вздумай потерять их! — с трудом контролируя мысли, бросил я.

В себя пришёл уже в каком-то заброшенном здании. Несмотря на то, что на улице было светло, здесь в глубине помещений, было достаточно мрачно.

— Девочка в двух комнатах отсюда, господин. Как вы себя чувствуете?

— Лучше. Сколько времени я был не в себе? — пытаясь проморгаться и вглядываясь в окружающее пространство, спросил я, поёжившись. На улице, как и в здании, было достаточно холодно.

— Минут пять точно.

Поднявшись с земли на которой я лежал, переглянулся с Кали и направился в сторону, где по словам демоницы держали Алину. Самочувствие пришло почти в полную норму уже через несколько минут, чему я был несказанно рад.

Подкрадываясь к помещению, где находились похитители со своей жертвой, я приказал бесовке обойти их с другой стороны. Аккуратно выглядывая из-за угла, пересчитал врагов и убедился, что информация Кали оказалась достоверной — их было всего трое, но они кого-то ждали.

— Ало, вы где? — заговорил крупный мужчина с высоким лбом и квадратной челюстью. Расстояние позволяло рассмотреть всех без особых проблем.

— Как засекли!? Куда нам уходить? — глаза амбала забегали.

Остальные члены команды на этой фразе заметно напряглись, переглядываясь друг с другом. Помимо женщины, которая выступала в роли врача в нашей школе, был ещё один мужчина. Невысокий, полный, с неприятным взглядом и круглыми глазами.

— Эм… э-э. А девочка? — оглядывая неподвижно лежавшую на земле Алину, завёрнутую в какое-то одеяло, спросил здоровяк.

В этот момент послышалось, как издалека в нашу сторону приближаются несколько вертолётов, шум винтов которых, уже слышали довольно отчётливо.

— Но… — попытался он что-то возразить, но сразу же осёкся и замолчал, после чего тяжело выдохнув, добавил. — Понял.

Едва амбал положил трубку, мы с Кали начали действовать. Пнув лежавший рядом камень, и тем самым обратив внимание всех присутствующих на себя, я бросился бежать.

— За ним, Хряк! — рыкнул главный в этой тройке, но быстро прикинув, что подобную задачу жирдяй гарантированно провалит, сорвался с места и сам.

— Стой, сучонок! Всё равно поймаю!

— Ты хоть в курсе, что за эту девочку тебя надвое порвут? — произнесла Кали, появляясь со спины у рыжеволосой женщины, оставшейся охранять графскую дочку.

Сейчас она уже была не в том белом халате, а в зимней куртке и высоких сапогах. Женщина дёрнулась, моментально разворачиваясь на голос, но демоница без труда плавно перетекла ей вновь за спину.

— Даже любопытно, что тебе за это пообещали. Какова цена твоей глупости?

Не дожидаясь ответа от этой смертницы, Кали мощно ударила ей по затылку кулаком, от чего та просто-напросто вырубилась.

— Ещё и бездарная. Куда лезла? — покачала головой демоница, поднимая закутанное тело девочки с земли и покидая с ней это место.

Бегать слишком долго от этих бандитов у меня не вышло. Да, именно бандитами я их временно окрестил в своём сознании, перебирая мысли о том, кому могло понадобиться воровать дочку графа.

Естественно, я понимал, что у графа вполне себе может быть достаточно как откровенных врагов, так и тайных недругов, желающих с ним поквитаться, на что, впрочем, мне было плевать. Алина была моей подругой. Как так вышло непонятно, но важен сам факт. Поэтому я был готов расшибиться хоть в лепёшку, но девчонку спасти.

Жирный мужичок по кличке Хряк, как я и думал, оказался рудиментом в этом отряде и скорее всего выполнял роль водителя. Поэтому едва он выскочил из дверного проёма, я смахнул его телекинезом, мощно впечатывая в угол стены напротив. Не знаю, жив ли остался Хряк после такого столкновения, но вставать и даже двигаться он не спешил.

— Ах ты мелкий ублюдок! — зарычал выбежавший следом мужик, оглядывая своего напарника.

Второй же боец, оказался именно бойцом, причём прекрасно подготовленным и одарённым. Швырнуть этого амбала о стену, как его подельника у меня не вышло. Разве что заставлять его спотыкаться и вписываться во все дверные проёмы на своём пути, отчего бандит громко и грубо матерился, но с завидным упорством продолжал меня преследовать.

Не помогло и обрушение на него одной из плит перекрытия — амбал, был наученный и свой барьер держал.

— Дядя, отстань, а? — прокричал на бегу я, с отчаянием замечая, что дистанция постепенно и неумолимо сокращается.

— Я тебе мозги об стену расшибу! — послышалось в ответ.

Такая перспектива была мне категорически не по душе, отчего я дал дёру, увеличивая темп и более не тратя времени на атаки телекинезом.

— Кали, ты могла бы поторопиться!? — прорычал я, выбегая из очередного помещения на своём пути и уже затылком ощущая, как меня нагоняет бандит.

К сожалению, связь с демоницей пропала, видимо расстояние было слишком велико. А ещё я почувствовал какое-то внутреннее истощение. Будто бы я потерял много энергии, но дело было однозначно не в пробежке по заброшенному зданию, хотя это тоже меня постепенно изнуряло.

В далеке уже виднелся выход наружу, куда я летел со всей скоростью, которую только мог развить, как вдруг земля ушла из под ног, а сам я полетел кувырком, несколько раз ударяясь обо всё, что только было можно на своём пути. Благо мой барьер с легкостью нивелировал весь этот урон.

— Ну что, добегался? — возвышаясь надо мной прорычал амбал.

— Да, сегодня тренировка отменяется. — пытаясь встать с земли, ответил я.

— Ты как здесь оказался? — произнёс бандит, беря меня левой рукой за грудки и легко поднимая над землёй.

Вторая его рука в этот момент загорелась ярким пламенем, и стала медленно приближаться к моему лицу. Беспомощно мотыляя ногами, я попытался отбросить амбала от себя, попробовать приподнять его от земли или на худой конец сдвинуть с места хотя бы одну из его ног, чтобы лишить равновесия, но всё было тщетно. Его воля, навыки или что-то еще, были сильнее моих и воздействовать напрямую у меня, как бы я ни старался, не выходило.

— Говори, пи*дюк! — прорычал он мне в лицо.

— Дар у меня такой. — решил я всё-таки начать тянуть время. — Выслеживать умею, кого захочу. Вы украли мою подругу и вот.

— Эх… жаль. Такой понадобился бы. — спокойно, уже без былой агрессии, пробурчал бандит. — Но придётся тебя…

— Ало, дядь Сергей? Это Лёша.

— Это опять твои проделки!? — прорычал он мне в трубку.

— Вам разве ещё не сообщили, что Алина дома?

— Что?

— Ей что-то вкололи, попросите вашего врача, пусть осмотрит Алину. После этого наберите мне сюда же. — произнёс я и сбросил вызов.

Через минуту телефон вновь зазвонил и выжидая четыре гудка, я принял звонок.

— Ты где? — не очень-то доброжелательным тоном, спросил граф.

— С Алиной всё хорошо? — ответил я вопросом на вопрос.

— Да, вроде. Ты где? — ещё раз, но уже более спокойно произнёс граф.

— Давайте лучше я к вам. Не уходите от вертолёта, я буду с подарком. — договорив, я вновь положил трубку.

— Кали, вытащи нас к вертолёту, только так, чтобы не у всех на виду. — беря за шкирку бандита, скомандовал я.

Мы вышли из так называемого подпространства на последнем лестничном пролёте, ведущему на крышу. Приказав демонице развоплотиться, я стал медленно тащить эту тушу наверх. Едва моя голова показалась на выходе, как меня окружили люди Белорецких.

— Помогите, а. — выдохнул я и указал на тело.

Пару бойцов подхватили бандита и вытащили наверх, двое других навели свои стволы на меня.

— Мне семь лет. Вы чего?

— Сюда его ведите! — послышалось с другой стороны крыши.

— О, дядь Сергей, вот вы где. — не дожидаясь реакции бойцов, я самостоятельно направился в сторону графа.

— Видишь как высоко? — произнёс Белорецкий, когда я в сопровождении пяти бойцов его гвардии к нему приблизился.

— Ага. Этажей пять. Чего забросили, непонятно. — огляделся я вокруг.

— Ты сейчас быстро, чётко и по порядку мне всё рассказываешь. И не дай бог что-то вздумаешь утаить… — выразительно посмотрел на меня граф. — Полёт твой будет коротким и стремительным.

Честно говоря, от такого грубоватого обращения мне стало не совсем приятно на душе. Дней пять назад я бы серьёзно испугался и скорее всего принялся выполнять приказ, но сегодняшний я, мыслил уже иначе. И несмотря на социальную пропасть между мной и графом, его приказы выполнять я не собирался. Оглядев Белорецкого взглядом полным разочарования, перевёл взгляд себе под ноги и холодным голосом произнёс:

— Я вам двух охранников уберёг, дочь спас, ещё и языка притащил, а вы со мной вот так вот?

Не было в моём голосе и мыслях детской обиды. Нет. Просто-напросто, я считал, что отношения с этим человеком надо выстраивать сразу, иначе подомнут и попытаются сделать очередным слугой. Поэтому всем своим видом я транслировал то, что сотрудничать на таких условиях не буду. Но одного непокорного вида было мало — нужно было показать монстру в человеческом обличии напротив, что страха у меня тоже нет.

Глаза графа полыхнули злобой, он хотел было что-то мне сказать, но слушать я его не стал, вместо этого просто шагнул с крыши, широко расправив руки.

— Мда, внучек… умеешь ты попадать в передряги.

Молча уплетая обед, я лишь пожал плечами.

— И долго теперь Святогору этого душегуба охранять? — продолжила бабушка, наблюдая как я ем.

— Думаю нет. Скоро уже заявятся. — произнёс я, поглядывая на часы.

Шагая с крыши здания, я прежде уточнил у Кали, сможет ли она меня словить и утащить отсюда домой. Демоница не раздумывая ответила, что для неё это не составит никаких проблем, после чего я и совершил прыжок веры. Веры в прямом смысле этого слова — бесовке в моей голове я на сто процентов доверять отказывался, но тут пришлось.

Чуть позже, Кали вернулась и спёрла у них моего языка, что уверен, привело в бешенство графа. Держу пари, те два подельника нашего бандита были просто пешками и никакой информацией не обладали. Сейчас амбала охранял дядя Святогор, который вместе с Кали утащил его куда-то в лес.

Едва я закончил с обедом, как в ворота постучались. Вышедшая к дверям бабушка пригласила гостей в дом, которые, к слову, вели себя достаточно учтиво. Не ломились, не хамили, а вместо этого вежливо спросили дома ли я, и только после разрешения бабы Маши прошли через калитку.

То, что я не разбился, граф понял максимум через несколько минут, когда его люди не смогли найти моё тело у подножия заброшенного здания. К нам в дом Сергей Константинович прибыл лично, любопытно оглядываясь по сторонам и что-то отмечая в своей голове.

— Надеюсь вы пересмотрели свои взгляды на наши с вами взаимоотношения, дядь Серёж? — буркнул я, отпивая чай. — Чай будете?

— Буду. — кивнул он, и занял один из свободных стульев за столом. — Всё зависит от того, что ты хочешь от меня получить. — серьёзным тоном озвучил он, снисходительно принимая правила моей игры.

— С Алиной всё в порядке?

Белорецкий ответил не сразу, поначалу одарив меня немигающим холодным взглядом. На лице графа не дрогнул ни один мускул и прочитать то, что творится сейчас у него в голове было невозможно. Из очевидного была только моя ходьба по лезвию ножа и проявленное к моей персоне любопытство с его стороны.

К этой минуте, когда Алина была в безопасном месте, жива и абсолютно здорова, в чем я не сомневался, Сергей Константинович уже тоже немного успокоился и полностью вернул себе трезвость рассудка. Отсюда и фантастическая в такой ситуации выдержка для человека с его статусом, не привыкшего спрашивать дважды.

— Ты испытываешь моё терпение, молодой человек. И это я молчу про то, что ты смеешь обращаться ко мне так бесцеремонно панибратски.

Не знаю, что на меня нашло, отчего я вдруг стал общаться с графом таким образом, но давать заднюю уже было поздно.

— Отвечая на ваш предыдущий вопрос: ничего мне от вас не нужно. Всё, что я сегодня сделал, было исключительно ради вашей дочери. — отставив кружку, проговорил я не отводя взгляда.

— Что произошло в школе? — казалось, пропуская мои слова мимо ушей, произнёс Белорецкий.

Кивнув, я встал и прошёлся до дивана, а затем вернулся с телефоном Алины.

— Был медосмотр. Врач… та женщина, она мне не понравилась и показалась какой-то подозрительной. — начал я свой рассказ. — Не буду раскрывать своих секретов, скажу лишь только то, что почувствовал неладное, когда в кабинет зашла Алина. Как выяснилось позже, они ей что-то вкололи, подогнали грузовик и спокойно вывезли с территории школы, используя выезд через задний двор. Я успел только предупредить ваших бойцов, что дверь заминирована и сорвался следом. А-а, ну и телефон Алины подхватил, чтобы вы могли нас отследить и прийти на помощь. Остальное вы уже знаете. Наверняка ведь допросили ту женщину и толстяка.

Все время разговора, бабушка, сидевшая недалеко от меня, только и делала что вздыхала и причитала, но в разговор не вмешивалась.

— Толстяк мёртв. — произнёс граф, когда я закончил.

— Как жаль. — ответил я, стараясь изобразить на лице сожаление. — Медичка что-то полезное рассказала?

— Врач пешка, информацией не обладает. Где третий? — спокойно спросил граф.

— У меня.

— И просто так ты его отдавать не собираешься?

Что меня удивляло, так это то, что Сергей Константинович, общался со мной как с абсолютно взрослым человеком. Не пытался изображать добренького дяденьку, не сюсюкался и не заговаривал мне зубы, проверяя на наивность.

— Я уже вам его отдал один раз просто так. И что получил в ответ?

— Ваше Сиятельство, давайте…

Граф молчал поднял руку и по-барски махнул ею, отчего говоривший не только умолк, но и вся его охрана развернулась и вышла из комнаты.

— Второй раз моя дочь внезапно пропадает из школы среди белого дня и второй раз ты оказываешься рядом. — терпеливо произнёс Сергей Константинович. — К твоему счастью, на текущий момент у нас уже есть все данные, опровергающие твоё участие в её похищении. Но полчаса назад, ты ещё был в кругу подозреваемых. — на этой фразе он сделал большую театральную паузу, которую я, впрочем, спокойно проигнорировал, отказываясь вестись на его психологические уловки. — Сейчас не время торговаться и демонстрировать обиды. Поэтому давай решим вопрос быстро, пока он не потерял свою актуальность. Озвучь свои пожелания и требования, на которых ты готов выдать похитителя моей дочери. — под конец было видно, как граф с огромным трудом сдерживает свою ярость. Похоже время и правда поджимало.

— Пока сюда ведут пленника, расскажу вам то, что я успел подслушать из их диалога. — а затем, немного наклонившись к графу через стол, шепотом добавил. — Этот амбал по телефону получил информацию о том, что вы вышли на след дочери. Возможно, среди ваших людей есть крот. А ещё, поступил приказ устранить Алину и уносить ноги.

— Ты прям всё это услышал? — сквозь зубы спросил собеседник. Впрочем, гневался он сейчас уже явно не на меня.

— Нет. Понял исходя из его ответов. — кивнул я в сторону входной двери.

В открывшемся дверном проёме в эту секунду показался дядя Святогор и наш пленник.

— Он ваш. — кивнул я.

— Ты ничего не попросил. — заметил граф, поднимаясь из-за стола. — Я не люблю быть в должниках.

— Убейте всех, кто к этому причастен.

— Непременно. — бросил он, одаривая испепеляющим взглядом похитителя своей дочери и понимая, что по всем законам чести и этого мира, всё-таки остался мне должен.

Граф со своими людьми отбыл восвояси полчаса назад. В доме остались только я, дядя Святогор и бабушка.

— Да ты магнит для неприятностей и приключений на свою задницу, Алексей. — первым нарушил тишину учитель.

— Ну-у, формально, сегодня неприятности обрушились не на меня, а на мою подругу. — пожал я плечами, вставая из-за стола и пересаживаясь на диван.

— Тебе лучше держаться подальше от графа и более не дразнить его своими закидонами. — спокойно произнесла бабушка, уставившись на меня и намекая на неформальные обращения к Его Светлости.

— Возможно ты права. — бросил я себе под нос, а затем, повернувшись в сторону дяди, добавил. — Не хочу терять сегодняшний день полностью. Может проведём тренировку?

— Да, хорошая идея. — моментально ответил он. — Заодно нервы успокоим и отвлечемся. — пробурчал учитель вдобавок и я был полностью с ним согласен.

Я даже не поленился и сбегал за товарищем, который и не мечтал меня увидеть сегодня и по дороге завалил кучей вопросов — в школе опять было ЧП и о пропаже Алины не знал только глухой. Я не стал ему рассказывать всё подробно, лишь в общих чертах поведал о произошедшем. Максим был очень рад услышать, что с девчонкой всё в порядке и облегченно выдохнул, когда я об этом поведал.

Ждал тренировок я сегодня не только по причине желания отвлечься от произошедшего, было ещё кое-что.

— Учитель, правильно ли я понимаю, что в схватке двух одарённых, воздействовать на противника телекинезом сможет тот из них, кто обладает более высшим рангом силы?

— Верно. Но это не значит, что сила полностью отворачивается от того, кто слабее. В ситуации, подобной твоей, ты мог бы и самостоятельно обрушить на бандита ту перемычку. — сразу понял о чём я говорю дядя. — Контроль силы в такой ситуации в разы сложнее, но ты бы справился, если бы сам додумался об этом.

— А что касается дара?

— Тут ситуация похожая, но несколько сложнее. Закрыть доступ к стихии сопернику может только тот, кто выше как минимум на две ступени в ранге силы, а лучше три. Такое встречается довольно нечасто, отсюда и то, что ситуации такие тоже возникают редко.

— Дядя Святогор, расскажи про эти ранги боевой мощи. — вмешался в наш диалог Максим, до этого делающий вид что не клеит уши.

Оглядев нас, дядя лишь улыбнулся и кивком головы указал на перекладину, мол, тренируйтесь и слушайте.

— Запоминайте, перечисляю в хронологическом порядке: подмастерье, учитель, боевик, мастер. Далее идут очень редкие ранги, до которых дорастают только лишь единицы. Это гроссмастер, один такой был у тебя сегодня дома и ты весьма некстати решил поиграть на его нервах. — не удержался от того, чтобы попенять мне дядя. — И Абсолют. Это вообще ходячая атомная бомба. Не каждый князь в нашей империи дорастает до этого ранга. И в тоже время, в сильнейших домах империи их по два-три-пять.

— А какого ранга ты? — беззастенчиво продолжил расспрос Максим.

— Когда-нибудь, может и узнаете. — хмыкнул дядька и жестом показал делать отжимания.

— А как узнать свой ранг? — на этот раз полюбопытствовал уже я.

— Ну-у, те кто любит мериться пиписьками своих отпрысков перед друзьями, организовывают для этого целое мероприятие. — усмехнулся дядя, будто бы что-то вспоминая. — Не дешёвое удовольствие, кстати порой выходят. В вашем случае, бесплатную проверку вы сможете пройти либо записываясь на военную службу — и, кстати, результаты будут влиять не только на зарплату, либо при поступлении в университет. Там ситуация аналогичная, подмастерью оплатят двадцать процентов обучения, доросшему до ранга учителя — половину, а боевику полностью. И последним открыты двери в любой вуз, кроме столичных. Там критерии на ступень выше.

Мы даже замерли с открытыми ртами, слушая учителя и совсем забыли про выполнение упражнения, отчего тот недовольно на нас покосился.

— А мастеру? — возвращаясь к тренировке, спросил товарищ.

— А к мастеру выстроится очередь из желающих обучать его и в столичном вузе. Но я не слышал, чтобы к восемнадцати годам кто-то дорастал до этого ранга.

Вернувшись домой, я застал бабушку на кухне. Она сразу позвала меня на ужин, присаживаясь кушать вместе со мной. Взгляд бабы Маши изменился и к вечеру стал ещё больше обеспокоенным.

— Судя по тому, что я вижу и чувствую, в тебе пробудилась кровь предков. — осторожно заговорила она.

— Когда ты собиралась мне всё рассказать? — спросил, наблюдая как теребит подол своего фартука баба Маша.

— Каждый ребёнок имеет право на детство. — отводя взгляд в сторону окна ответила она. — Пробуждения могло не произойти и вовсе, как и активации твоего дара. Но судьба распорядилась иначе.

Я лишь вздохнул полной грудью, пока ещё не зная как реагировать на её слова. С одной стороны, должен испытывать благодарность, а с другой… а к черту! В любом случае я должен быть ей благодарен.

— Я… я пойму если ты…

— Если ты не против, — перебил её я. — я бы хотел оставить всё как прежде. — а затем улыбнулся и добавил. — Суп, как всегда — объедение.

Бабушка не смогла что-то произнести в ответ, лишь стала вытирать слёзы. Надо её обнять, перенервничала.

Алина появилась в школе только через пару дней, чему мы с Максимом были очень рады. На первом же уроке, прибывшая в класс девчонка внаглую села рядом со мной, попросив мою соседку поменяться местами.

— Спасибо тебе. Мама сказала, что ты меня спас. — приобняв меня произнесла подруга, отчего я как ребёнок засмущался.

— Да чего уж там.

Едва начался урок и в кабинет вошла преподаватель, её взгляд остановился на нас.

— Алина, мы с директором, кажется, вас рассадили. — осторожно сделала ей замечание Нина Николаевна, отмечая изменения.

— Пересадил Лёшу директор, а не вы. Он уже уволен и находится под следствием. Я буду сидеть там, где захочу. — так же спокойно ответила моя старая новая соседка, чем вызвала на моём лице улыбку.

— Я пожалуюсь твоему отцу. — сдержанно-строгим тоном произнесла учитель.

— Попробуйте. — мило улыбнулась Алина, но было в её взгляде что-то воинственное.

Нина Николаевна попыталась взять в руки со своего стола телефон, но тот оказался намертво примёрзшим к поверхности. Подняв взгляд на Белорецкую, та поджала губы, но на этом представление закончилось. Педагог со стажем понимала, что в таких случаях лучше не заострять внимание на ситуации и вернулась к проведению урока.

— Отец будет недоволен. — вздохнул я, поворачиваясь к соседке.

— Купит ей новый телефон и сделает мне выговор. Надо было сразу так поступить. — буркнула она себе под нос.

— Как ты? После всего этого? — решил всё-таки спросить, не дожидаясь перемены.

— Да нормально. Я же вообще ничего не помню. Уснула в кабинете у врача, проснулась дома. — пожала плечами Алина.

Я был такому ответу более чем рад, очень бы не хотелось, чтобы девчонка получила какую-нибудь психотравму в таком возрасте.

На этот раз граф не стал менять охрану своей дочери. Вместо этого, к мужской компании из двух уже знакомых мне амбалов, у которых было еще две пары сменщиков, присоединилась женщина. Подруга её называла тётей Тоней и сообщила, что та теперь с ней ходит абсолютно везде. В том числе, она присутствовала с нами и на уроках.

Тётя Тоня выглядела достаточно серьёзно. Короткие волосы под каре, сечки на лице, сбитые костяшки и воинственный жесткий взгляд как у питбуля. Одета она была, как и вся охрана в черный костюм с галстуком. Даже через одежду было видно, что хрупкой эту даму, точно не назовёшь. Бойцовское телосложение выдавала и достаточно мощная для женщины шея. Думаю, ранг личной мощи у неё тоже не маленький, но об этом мне остаётся лишь догадываться.

В столовой мы встретились с Максимом, который беззастенчиво сгрёб в свои объятия Алину.

— Мы тут все за тебя переживали.

— Спасибо. — мило улыбнулась она в ответ.

На моё удивление, это оказалось правдой. Дети в школе оказались добрее чем я думал. На следующий день после произошедшего многие из них подходили ко мне и справлялись о том всё ли в порядке с Алиной и как её самочувствие, будто я мог это знать.

— Мальчики, а почему вы мне не рассказывали, что вы одарённые?

Повисла неловкая пауза. И если про меня семья Белорецких знала уже давно, то одарённость Максима мы все старательно скрывали.

— Он баловался со своей силой в туалете. Там камеры. Кто-то из охраны заметил и доложил отцу. — будто угадав мои мысли, добавила Алина.

— Про меня я думал ты давно знаешь. Разве отец тебе не рассказывал? — с трудом сдерживаясь от смеха произнёс я, оглядывая Максима.

— Не рассказывал. — вздохнула Белорецкая, проследив за моим взглядом.

Товарищ сидел с открытым ртом и потеряно хлопал глазами, не зная что ответить.

— А ты там что в туалете делал своей силой? Вонь разгонял? — не удержался я от подначки и расхохотался с набитым ртом.

В след за мной рассмеялись и мои друзья.

— Тоже мне шутник.

Едва я успел поесть, вернувшись из школы после тренировки и учёбы, как заметил в окно остановившийся у нашего дома чёрный внедорожник. Похоже Белорецкий решил для чего-то посетить наш дом вновь. Но спустя полминуты ситуация прояснилась.

— Держи малой, это тебе от нас подгон. За то, что предупредил о растяжке. Не знаю как ты это сделал, но помог здорово. — улыбнулся один из здоровяков, что вечно сопровождали Алину. — Мы сами выбирали, последняя модель. — поставил он у входа прямоугольную коробку.

— А это передал Его Сиятельство. — поставили сверху ещё одну коробочку, заметно меньшего размера. — Его контакты там есть, как и разрешение звонить в случае серьёзной необходимости.

— Передайте дядь Серёже спасибо. — улыбнулся я. — И вам тоже спасибо.

Здоровяки по очереди пожали своими громадными ладошками мою руку и попрощавшись, покинули дом. Что же касалось подарков, которые они принесли, то это было полной неожиданностью. И пусть я был практически уверен, что электроника напичкана жучками и отслеживающими информацию и мои запросы программами, это её полезности для меня лично не умаляло.

— То есть, телефон тебе больше не нужен? — встала надо мной бабушка, наблюдая как я с довольным видом занимаюсь распаковкой.

— Нужен-нужен. Договор остаётся в силе. — произнёс я, а затем на секунду задумался и обернувшись спросил. — Ба, а это не ударит по твоему карману?

— Нет, внучек, Я отложила заранее. — ответила она улыбаясь.

— Кали, выползай.

Комнату эффектно заволокло плотным чёрным дымом, а мои волосы и тетрадь на столе обдало ветерком. Присаживаясь на кровать в довольно фривольной позе, перед моим взором появилась демоница.

— Я здесь, мой господин. — томным грудным голосом проворковала Кали.

— Кажется, бабушка тебе уже делала замечание по форме одежды. — критично оглядев тёмную, произнёс я.

— Эм… — на секунду опешила она. — Это будет наш маленький секрет. — быстро возвращаясь к игровому образу ответила демоница.

— Прими нормальный вид и сядь поскромнее. — рыкнул я, вливая в свои слова силу.

Кали ничего не оставалось кроме как мгновенно подчиниться. Платье будто по волшебству удлинилось, а пуговицы, открывающие чарующий вид на бюст демоницы, застегнулись по самую шею. В конечном итоге, скромно всё равно не вышло — тонкое платье обтягивало тело бесовки подчёркивая её формы в тех местах, куда мужской взгляд устремляется в первую очередь, но результатом я остался доволен.

— Господин любит, когда наряд женщины оставляет простор для воображения? — умело спрятав раздражение, проворковала бесовка.

— Господин любит, когда его не пытаются держать за дурака. И не любит, когда его хотят в тёмную использовать для своих целей.

— К чему вы это?

— Я оценил резкую смену твоей стратегии поведения со мной. Ничего не хочешь мне рассказать?

Кали ответила мне гробовым молчанием, но от её игривого настроения не осталось и следа.

— Говори правду. — вливая силу в слова, начал я. — Что ты задумала?

— Ничего, что могло бы навредить вам. — резко выпрямив спину и не моргая, начала отвечать бесовка. — Сблизиться, войти в доверие, если получится, стать другом, любовницей или близким советником.

— Для чего тебе это? — предполагая и рассматривая самые плохие варианты, спросил, уставившись ей в глаза.

Демоница оглядела меня непонимающим взглядом, но затем принялась отвечать.

— Уже сейчас ваша сила позволяет вам контролировать до трёх таких демонов как я, либо, если пожелаете, усилить мои возможности. Я бы предпочла второе. — задрав подбородок, гордо заявила Кали.

— Это всё?

— Быть той, рядом с которой вы возвыситесь… быть главной среди будущих призванных и подчинённых вами тёмных. Разглядев ваш потенциал и личную мощь, заложенную в столь юном теле, я подчинилась вам без боя. Хотя, если быть честной, даже малых шансов овладеть вами у меня и не было.

Причин не верить её словам у меня просто не было — под воздействием моей силы, демоница просто не могла лгать. В целом, учитывая сущность сидящую передо мной, её ответами я остался удовлетворён.

— Будешь верно служить — сработаемся. — подумав, нарушил тишину я. — С этим бл*дством, до определённого времени давай заканчивай. Нечего травмировать мою детскую психику. — усмехнулся я. — А на счёт твоего усиления, я подумаю.

— Спасибо, господин. — учтиво и самое главное без фальши, поклонилась Кали.

— То есть, он фактически в одиночку справился с боевиком? В семь лет? — удивлённо покачал головой князь.

— Получается так.

— И ты едва его не убил? — с явным недовольством в голосе уточнил Евгений Константинович.

— Не преувеличивай. — отмахнулся граф. — Кто мог подумать, что он такой обидчивый? Говнюк, этакий. — плюхнувшись на диван, попенял он. — Взял и спрыгнул — характер мне свой показал.

— Твои мысли? — отпивая бокал виски, произнёс князь.

— Кто-то из вашей гвардии оставил бастарда на наших землях, не иначе.

— Вполне себе теория.

— Дочь с ним хорошо растёт. — продолжил граф. — Он сильнее её, как ты уже понял.

— Неплохой зятёк отыскался, а? — хохотнул Евгений Константинович. — Всяко лучше этих Вяземских.

Не оценив шутку брата, граф Сергей Белорецкий кисло поморщился и едва тому не предложил самому женить свою дочь на безродном мальчишке. Но в итоге сдержался и вовремя решил не сгущать краски и не воспринимать обычную шутку всерьёз.

— Не морщься, шучу я. — вернул графа к разговору брат. — Надо постараться завербовать пацана, но работать очень аккуратно. Не жури, если продолжит тебя дядькой звать. За спасение дочери как-то отблагодарил?

— От какой-либо награды он отказался.

— Вот как?

— Ну а я в свою очередь, решил, что откровенно его покупать тоже затея плохая. Сделал от себя символический подарок, контакт свой дал, с разрешением звонить в случае проблем. А ребята мои ему ноутбук подарили.

— Надеюсь дерьмом всяким не напичкали эту технику? — поднял бровь князь и тут же разочарованно вздохнул. — Мда, вижу, что напичкали. Зря. Не сейчас, так позже он это поймёт. В нашем деле, важны подобные нюансы, а это с большой вероятностью его может отвадить.

Граф задумался. Парнишка, который уже сейчас ориентировочно был на уровне боевика или пусть даже учителя, при должной подготовке мог вполне себе дорасти до мастера. А такие воины нужны в любой род.

Но была одна заминка. Возраст мальчишки. Даже если не брать в расчёт его развитие, которое было явно не по годам, в шесть-семь лет ребёнок уже способен запомнить тех, кто сделал ему или его родным плохое. И надеяться на его преданную службу, в случае насильной вербовки, будет глупо, тем более если мальчик дорастёт до серьёзных высот в развитии личного ранга силы. Брат был прав, действовать нужно тонко. Лучше и вовсе отказаться от парнишки, нежели получить в свои тылы бомбу замедленного действия. Поэтому только добровольное сотрудничество и никакого насилия и принуждения.

Но сейчас этот вопрос совсем не висит на повестке дня, есть и более важные проблемы.

— Давай вернёмся к делу. Что у нас есть на Абалакиных? Спускать этим выродкам покушение на дочь я не намерен.

— Я тоже. — согласно кивнул князь, и на его лице более не осталось места для улыбки. — Только давай для начала всё проверим.

Новогодние каникулы были самым долгожданным событием среди школьников. Даже я, несмотря на свой «старческий скепсис», ждал праздников и фантазировал о том, как проведу выходные. За две недели до Нового Года мы с Максимом стали подолгу пропадать в гараже его отца. Нам не мешала ни усталость после учебы и тренировок, ни дополнительные занятия с дядей по освоению своего дара, ни постоянные домашние дела в повышенном объеме возникающие в преддверии праздников.

На одном из онлайн сервисов по продаже и покупке всякого барахла, я нашел объявление о продаже небольшого куска магния. Купить в аптеке марганцовку и соблазнить друга на создание совместного производства новогодних боеприпасов не составило никакого труда. А вот точить напильником эту штуку своими детскими хилыми ручками было довольно нелегким занятием. Всё свое свободное время мы безжалостно тратили на работу над своим проектом и периодически проводили полевые учения, во время которых тестировали наши заготовки.

Весь район, на котором жили мы с товарищем, был мягко говоря не в восторге от появившихся пиротехников, которые своими испытаниями то и дело нарушали общественный покой. У меня же детство в заду играло в полной мере и я даже не старался противиться своим шкодливым желаниям.

Наточенный метал мы смешивали с марганцовкой в пропорции один к одному и полученную смесь забивали в самодельные пакетики из фольги, туго всё это перекручивая изолентой, нитками или чем бы то ни было, даже скотчем. Для того, чтобы бомбочка рванула, оставалось только её поджечь и это было следующим этапом. Первое время мы с Максимом сильно заморачивались со спичками: в проделанное шилом отверстие на теле взрывпакета, насыпали порошок, счищенный со спичечных головок. Далее, на место дырочки, забитой этим порошком, привязывали спичку и далее в ряд за ней еще штуки три. Первые несколько головок прятались под тонкий слой изоленты, в то время как последняя оставалась на виду. Чиркнув её о спичечный коробок, возникала цепная реакция, передающая пламя в так старательно заготовленную нами смесь. В будущем, мы с товарищем всё это заменили вытащенными из дешёвых салютов шнурами и процесс создания взрывпакетов ускорился.

— Думаешь долбанёт? — скептично оглядывая полученную форму, произнёс товарищ перед самыми первыми испытаниями.

— Должно. — прикидывая всё ли верно смешал, ответил я, а затем чиркнул бомбочку и отбросил от нас на пару метров.

Вернулись домой мы благодаря Кали достаточно быстро и выходили из гаража с максимально невозмутимым видом, быстро расходясь по домам. Люди, повыходившие на улицу чтобы оглядеться не началась ли война и обменяться мыслями об аномальном явлении для нашего тихого села, уже тоже расходились по домам. Только дед Василий провожал наши спины ужасно подозрительным взглядом, тихонько матерясь себе под нос.

— Внучек, что там на улице за шум такой был? — взволнованно оглядела меня бабушка.

— Не знаю, но это не мы. — бросил я на бегу и забежал в свою комнату.

Едва я оказался у себя на кровати, как зазвонил телефон. Хорошая модель, кстати — дядя Сережа угодил.

— У аппарата. — буркнул я.

— Лёша, привет. — раздался на той стороне тоненький голосок.

— Привет Алина.

— Я вам советую больше так не делать. Тут весь город на ушах из-за ваших экспериментов.

— Не понимаю о чем ты. — вальяжно бросил я. — Мы дома, уроки делаем.

— Знаю я, как ты уроки делаешь. — на той стороне послышался недовольный вздох. — Тут везде тревога, режим повышенной бо-е-го-то-вности. — по слогам выдала подруга. — Все службы из-за вас подняли.

— Я же тебе русским языком говорю…

— Я каждый обеденный перерыв в школе слушала вашу трескотню об этих бомбах, взрывах, про-пор-циях, которые, мы, кстати, в школе еще даже не проходили. Так что, ты мне зубы не заговаривай. — деловито заявила Белорецкая.

— В общем, ты меня от учебы отвлекаешь. — ответил я и уже хотел прощаться, но Алина меня перебила.

— Ой, кому ты сказки рассказываешь? Ладно… я чего звоню-то — на новогодние праздники, третьего числа, приглашаю вас в наш загородный дом.

— А разве это не загородный дом? — удивлённо спросил я.

— Ну-у… это обычный. Там другой, большой, со всеми удобствами. Там будет весело, горки для меня сделали, канатную дорогу. В общем, буду рада если вы с Максимом поедете со мной.

— А папа? — нахмурившись спросил я, помня отношение графа ко мне.

— С ним я договорилась. Если честно, это он предложил мне взять друзей. — добавила подруга.

— А ты уверена, что речь шла именно о нас? — не сдержавшись хохотнул я.

— Ты за это не переживай. Главное больше ничего не взрывайте. — под конец бросила она.

— Да не мы это!

— Всё, пока.

Как так вышло, что все вокруг знали о том кто виновник происшествия, нам было не ясно. Дед Вася был в этом уверен просто «потому что знаю», аналогично размышлял и дядя Святогор, и моя бабушка, и Алина со своим отцом. Граф был зол, чертовски зол. В этом параметре он мог соревноваться только с пострадавшим дедом, правда последний в нашу сторону более не позволял себе бранных слов и несмотря на ненависть в глазах, стал более… тактичным? Раньше это слово по отношению к деду употребить было нельзя.

Всё началось с того, что мне позвонила Алина.

— Вы обещали салют! А что натворили вместо этого!? — взволнованным голосом запричитала она.

— Да там это… промашка вышла. — попытался я нелепо оправдаться.

— Промашка? Дед без дома остался!

— Ну-у… дом-то как раз остался. Да он сам виноват! — не выдержал я, вспоминая тот злополучный момент.

— В смысле сам, Леша? Вы зачем это сделали?

— Да у этого деда крыша поехала! С ружья по нам стрелял, представляешь? Мы испугались, давай убегать… ну и случайно уронили ему на дом наш салют…

— Это не салют, а бомба! И крыша у него не поехала, а улетела к соседям! По частям!

— Слушай, а ты не могла бы всё то же самое, но не мне, а Максиму? Он более восприимчив к твоим акустическим трепанациям, нежели я.

— Нет, не могла бы и перестань тут мне эти словечки!

Она еще десять минут удивлялась, причитала и ворчала на меня по телефону, после чего граф вернулся домой и Алина убежала встречать отца. Как позже выяснилось, были опрошены все свидетели, подняты видео с различных камер наблюдения, а на месте взрыва даже работала команда экспертов, но ничего найти никто из них так и не смог.

После этого случая все соседи еще долго нас называли «Бомбермэнами», и не пускали своих детей с нами играться. Впрочем, мы с Максом к этому отнеслись совершенно безмятежно и равнодушно.

Что касалось нашего «творчества», то помимо череды воспитательных бесед от родителей Максима, моей бабушки, дяди Святогора, нашего участкового и даже самого графа, который позвонил мне по телефону и прозрачно намекнул на «звездюля», заниматься самоделками нам запретили, и на всякий случай забрали ключи от гаража. Учитывая последствия и всеобщий переполох, у нас и самих пропало всё желание продолжать промышлять этими вещами. Дядя Святогор, вдобавок, решил удвоить нам нагрузки на тренировках, чтобы «сил на дурости» у нас более не оставалось.

Взрывпакеты наши, кстати, эксперты тоже изучали, но быстро пришли к выводу, что подобными штуками такой взрыв совершить было нельзя. А вот сама, созданная нами бомба, была шикарна как минимум тем, что никаких следов не оставляла — осколки от пробирок разлетались по всей округе тысячами кусочков, если и вовсе не сгорали, и что-то найти было попросту невозможно.

Алина, кстати, передала нам концентрированный сгусток своей стихии. Подруга принесла его на следующий день в школу в пробирке, что дал ей я и выглядело это впечатляюще. В отличие от моей немного зловещей субстанции, и почти прозрачной друга, у Белорецкой она выглядела волшебной, сине-белой и переливающейся. Как я и ожидал, это отразилось на конечном результате довольно интересным образом. Салюта, как я его называл, конечно, не вышло, но всё же яркая и красивая вспышка бело-голубого цвета, была всем на загляденье. Всем, кроме деда Васи. Деду, кстати, крышу быстро восстановили за счет сельского бюджета и даже стены подрихтовали и легкий ремонт провели. Так что, в конечном итоге, старик оказался весьма доволен, хоть и не перестал коситься при встрече с нами.

После случившегося на Новый Год и негативной реакции графа на произошедшее, я ожидал что он аннулирует озвученное Алиной приглашение в их поместье, но этого, к моему удивлению, не произошло. Уже второго числа Алина поочерёдно обзвонила нас с Максимом и напомнила, что уже завтра мы выезжаем.

— Я тебя прошу, Лёша, ведите себя там примерно. Итак уже хватает с нас лишнего внимания графа… — взволнованно наставляла меня бабушка, узнав, что всё-таки мы собираемся ехать.

— Не переживай ба, мы будем паиньками. — поспешил заверить я её.

Рано утром следующего дня отец Макса отвёз нас к дому Белорецких. Алина сама нас встретила у ворот, после чего мы, в сопровождении её охраны, сели в машину. Кортеж тронулся минут через десять, когда граф со своей женой вышли из дома и сели в соседний автомобиль.

— Папа попросил, чтобы никаких экспериментов с бомбами мы не устраивали. — скромно улыбнувшись произнесла Алина.

— Мы же не идиоты. — возразил Максим.

— Ну-у… он в этом так не уверен.

— Это возмутительно! — деланно возмутился я, вызывая улыбки не только у друзей, но и охраны, что ехала с нами молча и в разговоре не участвовала.

— Пользуясь случаем, парни, — заговорил один из бойцов. — если вдруг захотите нам рассказать, как вы это сделали — с меня серьёзный подарок. — улыбнулся мужчина в чёрном костюме.

— Дядя Витя! — надулась Алина и посмотрела на рекомого исподлобья.

— Молчу-молчу, Ваша Милость. — учтиво кивнул охранник.

Мы никак отвечать на это предложение не стали, лишь молча уставились каждый в своё окно. При охране нормально побеседовать всё равно не выйдет, поэтому так и ехали молча, изредка перебрасываясь парой фраз.

Это была первая за всю мою жизнь поездка за пределы нашего села. Я много раз пытался уговорить съездить бабушку в город, но она всегда под различными предлогами мне отказывала. Поэтому сейчас впечатления меня захлестнули практически сразу, не смотря на опыт и память прошлой жизни, едва мы стали подъезжать к поместью графа Белорецкого.

Красивый лес густо усыпанный снегом и ведущая сквозь эту зимнюю сказку дорога уже оставили в моей душе неизгладимые впечатления, но когда мы подъехали к самому поместью и я увидел дом, который расположен на его территории — челюсть отвисла сама собой. Это был современный замок исполненный светлым камнем, с огромными окнами в пол, окруженный бесконечным количеством красивых елей и мощёными дорожками, уводящими куда-то вдаль.

— Почему вы здесь не живёте? — это был первый же вопрос, который я задал, едва смог прийти в себя от увиденной роскоши. И это мы еще внутрь не входили.

— Далеко. — грустно пожала плечами Алина.

После того, как Алина провела нам небольшую экскурсию по дому, показывая общие комнаты, гостиную и большой зал, нас позвали на завтрак. Впечатления от обставленного роскошью дома могли соревноваться только с едой, что нам подали на стол, но больше всего меня поразил десерт. С виду обычные, пусть и красивые пирожные, оказались просто волшебным лакомством, которого нам подали просто неприлично мало. По крайней мере, так было по моим личным ощущениям.

Казалось бы, идеальное утро с заделом на такой же прекрасный день очень трудно испортить, но у графа это вышло очень легко. Вяземские. Их дядя Серёжа тоже пригласил на эти праздники и сейчас наша тройка с большим неудовольствием наблюдала за их прибытием.

Средних размеров кортеж парковал свои машины во дворе поместья, в то время как эти два, не понравившихся мне ещё с прошлого раза обормота, направлялись в сторону дома.

— Какого чёрта они тут делают!? — злобно пробубнила Алина, буравя взглядом братьев.

— То есть это и для тебя сюрприз? — повернулся к подруге.

— Ещё какой. — тем же тоном ответила она.

После того, как с завтраком было покончено, нас, как и было обещано повезли к канатной дороге. Оказалось, что здесь у Белорецких имелась самая настоящая горнолыжная база. На определённом участке пути машины дружно встали и мы стали выгружаться. Дальше наш путь пролегал уже в закрытой кабинке, через окна которой с высоты птичьего полёта мы наблюдали за окружающими красотами и поднимались на небольшую горку.

— Подрастёте и можно будет повыше кататься, сейчас пока что здесь. — произнес тот самый дядька из машины, что предлагал нам продать свои секреты.

После его слов кабинка поравнялась с небольшой вышкой, где мы и вышли.

— Я это всю свою жизнь слышу, дядя Витя. — скептично поглядела на охранника подруга.

— Сам бы с вами от туда с радостью покатался. — вздохнул рекомый. — А пока только вот. — указал он на ватрушки. Так они называли надувные приспособления, на которых здесь катались с горок.

— Сойдёт. — спокойно ответила ему Алина.

— Круто! — воскликнули мы с Максом.

Даже здесь, на полностью подконтрольной территории, охрана не позволяла себе расслабляться. Нет, они не стояли у нас над душой и мы спокойно общались о чём хотели, но их опека ощущалась. Несколько бойцов здесь наверху, несколько постоянно снизу и тройка каталась вместе с нами.

К моменту, когда мы второй раз поднялись на гору, сюда прибыли и Вяземские, с всего двумя бойцами личной охраны. Надменные лица, с которыми они нас встречали, безмолвно намекали о том, что эта история рискует закончиться очень непредсказуемо. Об этом же говорила и исходящая от их тел чёрная дымка — явление для меня уже знакомое.

— Ваша Милость. — галантно поздоровались братья, полностью проигнорировав наше присутствие.

На удивление, Алина, несмотря на каменное выражение лица, ответила им тем же. С нами же никто здороваться не собирался, поэтому и мы с товарищем одарили прибывших лишь скучающим взглядом.

Последнее, похоже, было воспринято ими близко к сердцу. Едва мы собрались всей нашей троицей отправиться на третий спуск, как послышался недовольный возглас с их стороны.

— А вы, два простолюдина, разве не обучены здороваться первыми с тем кто выше вас по происхождению? — взгляд говорившего упёрся в меня.

— Нет. — спокойно ответил я пожав плечами и неспешно продолжил свой путь.

Не знаю почему, но у Алины это вызвало неописуемый восторг переходящий в звонкий девичий хохот. Тем больше это всё задело эго Вяземского, который едва не топнул на месте от досады.

После очередного спуска, кататься с горки нам поднадоело и один из телохранителей Алины сообщил, что здесь есть хоккейное поле, а также ангар со всей амуницией, в том числе и детской.

Ангаром оказалось небольшое двухэтажное здание, где по нашему случаю уже было тепло, светло и вкусно пахло кофе с булочками. Не отказавшись от лёгкого перекуса, мы все втроём облачились в хоккейные каски, защиту и коньки. После чего, радостно похватав клюшки, отправились играть.

На ворота поставили дядю Витю и стали разыгрывать партию два на одного, где мы с Максимом поочерёдно выступали напарниками Алины, а второй из нас выступал за защитника вратаря. Это было весело: мы с товарищем не стеснялись друг с другом играть жёстко, а вот Алину всячески берегли и зачастую давали девчонке лёгкую фору.

Пришедшие вслед за нами братья, заняли вторую половину поля и стали играть по нашему примеру со своей охраной. Правда такая игра им быстро надоела и мы заметили, как ребята направляются в нашу сторону.

— Эй, мелюзга. — вальяжно бросил Виктор, подкатываясь к нам. — Мы хотим играть с вами.

— Нет, мы сами. — ответила Алина за троих, зная наше мнение на этот счёт.

— Тогда… — стал моментально злиться старший. — Тогда мы вам будем мешать!

— Играйте сами, чего вы к нам лезете? — всё ещё питая надежды на мирный исход, произнёс Максим.

— Тебя, чернь, вообще никто не спрашивал. Не смей без разрешения говорить в моем присутствии. Ты слишком их распустила, Алина.

Не дожидаясь нашей реакции и развития конфликта, подруга обернулась к своему телохранителю и громко произнесла:

— Дядя Витя, попросите охрану, чтобы они вывели этих двоих отсюда подальше.

— Простите, Ваша Милость. — сделал полупоклон бугай. — Это противоречит нашим инструкциям.

— И какие же у вас инструкции? — надув щёчки и глядя на охранника исподлобья, спросила Алина.

— Не вмешиваться в ваши детские разборки. — подкатив на коньках к девочке, негромко произнёс дядя Витя, виновато отводя взгляд.

Нагло приблизившийся к нам Виктор, услышал слова своего тёски и довольно улыбнулся.

— Значит наши родители хотят, чтобы мы договаривались самостоятельно. — хмыкнул он и хищно оглядел нашу тройку.

Алина от беспомощности покраснела и посмотрела на нас с Максимом, не зная, что делать дальше.

— Не переживай. — подмигнул ей я. — Играем. Дальше видно будет.

Разыграв шайбу, мы вернулись к нашему занятию, отмечая, как Вяземский что-то шепчет на ухо довольно ухмыляющемуся младшему брату.

Не придумав ничего лучше, они просто ворвались в наш строй и первым же действием уронили на лёд Максима, грубо ударив того плечом. Едва это произошло, довольный Виктор перехватил шайбу и на всех парах помчался к воротам, примечаясь к удару.

Именно в этот момент вмешался я, применив свою силу. Сконцентрировавшись на его ногах, я незаметно шевельнул ладонью и вместо удара по воротам, маленький аристократ выбросил обе ноги вперёд и мощно приложился затылком об лёд. Не будь на его голове каски, могло случиться страшное, но сейчас он лишь растянулся на льду, предпринимая безуспешные попытки подняться, ошарашенно вертя головой.

Летевший к нему на встречу младший брат, не без моей помощи повторил судьбу родственника, вдобавок вписавшись в того коньками на полном ходу.

Аккуратно подъехавший к ним охранник поспешил помочь подняться со льда своим хозяевам, но его помощь принял только младший, которого звали Сашей.

— Кто это сделал? — пискляво закричал Витя, вытирая при этом слёзы.

— Я. — уставившись на задир, ответила Алина.

— Как ты посмела!? — буквально заверещал он, вызывая всеобщий смех.

— Лучше уходи. — спокойно произнёс я подъехав к парню, только поднимающемуся со льда.

— Убью! — выдал злобный парнишка, оглядывая меня с ненавистью.

— Не надорвись. — прошептал я, поравнявшись с ним плечами и покатил дальше.

Ещё в прошлый раз, этот молодой аристократ возненавидел меня всеми фибрами души и сейчас, уверен, это чувство кратно усилилось. С другой же стороны, я очень сомневаюсь, что он вообще способен кого-то любить или относиться по-человечески, не считая, конечно, собственную родню.

Внезапно ощутив на себе волну энергии, я развернулся и отметил удивлённое лицо Вити, вытянувшего в мою сторону руку. Парень пытался меня атаковать, но отчего-то у него это совсем не выходило.

Вновь сконцентрировавшись на задиравшемся аристократе, я незаметно дёрнул ладонью и парнишку швырнуло о стоявшую рядом с ним штангу ворот. Несмотря на то, что Витя громко застонал держась за разбитый нос, удар не вышел достаточно сильным — его охранник вовремя среагировал и поймал мерзавца, смягчая мою атаку. С другой стороны, оно и к лучшему.

Боец Вяземских, кстати, на удивление признаков агрессии в отношении меня не проявлял, лишь пристально следил за нами с Алиной, и наверняка был готов в любой момент среагировать, если жизни Вяземского будет угрожать опасность.

«В таком возрасте стоило бы уже уметь накладывать на себя барьер», подумал я, напоследок оглядывая Витю и направился к своим ребятам. Визгу, шума и криков у этих ворот было столько, что находиться рядом не было и малейшего желания. Поэтому мы единогласно и безмолвно решили сместиться в противоположную сторону поля.

— То есть он два раза шваркнул о землю Вяземского среднего и тот ему ничего не смог сделать?

— Фактически, да. Еще и обставил всё так, будто это моя дочь — хохотнул граф.

— Любопытно. И как тебе пришло в голову их стравить? Не мелковато ли для тебя?

— Надо понимать, с кем дружит моя дочь. — не согласился Сергей Константинович. — Если бы эти двое получили люлей, я бы намекнул им о том, что это наказание за недавние происшествия. Если бы струсили, дочь бы наглядно увидела кто её окружает. Правда, это был самый нереалистичный вариант развития событий, исходя из портрета личностей, что нарисовали наши психологи. Ну а нынешняя ситуация… она дарит мне ещё один повод отказать в будущем Вяземскому, когда он предложит отдать за его заносчивого говнюка мою дочь. — презрительно закончил он.

— Пацана-то не жалко так подставлять? — нахмурился князь от слов брата. — Вяземские ведь могут и отомстить.

— Номер у него мой есть, будут проблемы — позвонит.

— И станет твоим должником. — кивнул своим мыслям князь Белорецкий.

— Это вряд ли. — не согласился с братом граф и увидев недоумение на его лице, добавил. — Он мне дочь спас и взамен ничего не попросил.

— Шибко умный?

— Скорее простой.

— Что я вижу? — Евгений Константинович едва сдержался от того, чтобы не расхохотаться. — Ты уже ему симпатизируешь? И это после тех событий, что недавно этот бармалей учинил? — улыбнулся он словам брата.

— Да я бы и сейчас ему ремня всыпал по первое число. — нервно бросил граф, вспоминая, что буквально несколько дней назад вытворил Обломов.

— Кстати, вы так и не поняли как они устроили эти взрывы? Эксперты что-то нашли? — вспомнил Евгений Константинович о головоломке брата.

— Нет. — вздохнул граф. — Ни следов пороха, ни частиц или следов взрывного устройства, ничего подобного. Очевидно, что с огромной вероятностью бомба была магического происхождения.

— Даже так? — неподдельно удивился Белорецкий старший.

— Да. Только вот детки, в таком возрасте, создать подобную штуку по определению не могут. Ни нужных знаний, тем более у простолюдинов, ни компонентов… Короче говоря, та ещё загадка.

— Так может всё-таки не они? — прикинув что-то в голове, ответил князь младшему брату.

— И ты туда же. — громко вздохнул граф. — Я же тебе рассказывал — слишком много совпадений.

— А допросить, как положено, уже сам не хочешь. — вроде спросил, а вроде и утвердил Евгений Константинович.

— Сами рассказывать и признаваться, они не хотят. А если допрашивать как положено, то можно и врагами остаться. Жалко терять таких ценных кадров по пустякам. — отпил из стоявшего на столе стакана граф. — Отец учил не раскидываться перспективными людьми. Да и ты того же мнения.

— А что по второму?

— Тоже аномалия. — махнул рукой Сергей Константинович. — У них в роду за несколько веков ни одного одарённого. Мы даже тихонько тест на ДНК сделали, вдруг мамашка гульнула от кого на стороне, но нет — всё чисто. Редко такое бывает, но случается.

С недавних пор они периодически обсуждали этих простолюдинов, которые в свою очередь не переставали подкидывать им пищу для диалогов и размышлений. Обломов, к примеру, силу крови так ни разу еще и не продемонстрировал, а потому определить его родство было очень затруднительно. Кто же всё-таки погулял на их землях и оставил бастарда, Белорецкие не могли даже догадываться.

Впрочем, эти разговоры и обсуждения проходили в основном в развлекательном формате, чтобы отвлечься от рутины и сухих цифр, потому как основное время переговоров этих двух аристократов занимали более серьёзные вещи.

— Ты в последнее время очень нервный стал. Всё из-за этой войны?

— Возможно. — вздохнул граф. — Война идёт с Абалакиными, а тут взрыв в центре села… напрягает, знаешь ли. — поднимая глаза произнёс он, а затем откинулся на кресло и приняв деловой вид, продолжил. — Ладно, возвращаясь к нашим оппонентам: два завода мы им сожгли, поставщиков сырья перекупили. Скоро должны будут дипломатов прислать, ты обдумал условия перемирия и размер контрибуции?

— Да. Отдел аналитиков уже всё подготовил и скинул на согласование. На, почитай на досуге. — передал в руки брату небольшую папку князь.

— А что там смотреть? Глава рода, их граф, мёртв. Исполнители и те, кто планировал операцию тоже. Остальное я тебе доверяю — без дохода бы ты нас не оставил. — глядя в окно ответил Сергей Константинович.

— Как знаешь. Это твоя месть, тебе и решение принимать. — поджал губу старший из братьев, но папку убирать в ящик не стал.

На самом деле, решение было принимать как раз-таки князю, но он дорожил доверительными отношениями с братом и в такой ситуации действовал с оглядкой на его интересы.

Абалакины, к слову, изначально планировали выкрасть девчонку для выгодного политического обмена и вернуть её выставив себя спасителями, а ситуацию — обычным бандитским произволом, но вышло всё иначе. И чтобы замести следы, ныне мёртвому исполнителю был отдан весьма опрометчивый приказ от девчонки избавиться, а затем, устранив остальных свидетелей покинуть точку. Сумевший выследить похитителей мальчик, испортил им все планы и едва не обрёк тем самым на полное забвение целый дворянский род. Им очень повезло, что Белорецкие решили внимательно разобраться в ситуации, а не просто вырезали весь их дом под корень.

Как выяснилось в ходе расследования, Абалакины весьма переоценили свои силы, потому как когда запахло жареным и в дело за свою племянницу вмешался целый природный князь, ключевые союзники от них тактично отвернулись, оставляя род наедине с местным гегемоном. Впрочем, Абалакины будут жить и только за это им стоит благодарить не только благоразумие и милосердие не по рангу выбранных врагов, но и всех богов, которым они поклоняются.

За всё время оставшегося выходного дня в гостях у Белорецких, больше никаких казусов не возникало. Вяземские держались от нас подальше, а после обеда и вовсе уехали восвояси. К вечеру и наша тройка отправилась назад в село, где после долгой дороги, возле дома Белорецких нас встречал отец Максима. Так и закончился этот богатый на события день.

С наступлением нового года, дни стали тянуться медленно. Для меня это стало весьма неожиданным, но за время каникул я даже успел слегка соскучиться по школе.

Всё свободное время тратил либо на тренировку своей силы, либо проводил в интернете. В сети изучал историю этого мира и Российской Империи за последние пару сотен лет, а также искал упоминания о людях, обладающих схожим с моим даром крови. Последних, к моему большому сожалению, найти пока не удавалось. И учитывая то, что вера в собственную уникальность приходила мне на ум в самую последнюю очередь, я скорее склонялся к тому, что история была подчищена, а мой род полностью уничтожен. Так называемая память предков, отсыпала мне весьма скромный пласт знаний вековой давности, а немного пролить свет на события предшествующие моему рождению и судьбе родных, помогла бабушка.

Начнём с того, что баба Маша была мне не родной бабкой, а двоюродной. В своё время ей пришлось уйти из рода, будучи обвинённой в измене. Но прежде чем её изгнать, бабушку поставили перед жестоким выбором: добровольный отказ от своих сил, либо смерть. Да-да, в роду практиковался тайный ритуал, позволяющий забрать силу у одарённого, правда, только на добровольной основе.

С тех времён как бабку отлучили, её действительно отпустили и даже дали какие-то деньги на покупку скромного жилья и первый год жизни. Жизнь бабы Маши и рода пошла разными дорогами и именно это в конечном итоге спасло её от неминуемой гибели, когда весь род вырезали под корень, а упоминание о нас стёрли из истории. Никакой информации о том, что такого натворили мои предки мне никто не предоставил. Единственное, что смогла добавить бабушка к этой истории это то, что против нас объединилось как минимум несколько сильных семей, рангом не меньше княжеских. Да и без одобрения императора такие вещи не делаются.

«Наш дом был очень силён, в одиночку никто бы не справился, внучок» — озвучила бабушка свои мысли в тот вечер, когда я пришёл к ней с вопросами. Что же касается меня, то родители успели спасти, вовремя вспомнив о той, кого давно вычеркнули из всех записей в родовой книге. Бабушка оказалась идеальным кандидатом в такой непростой ситуации и без лишних слов и сомнений приняла меня к себе, когда на пороге её дома оказался бывший слуга рода и её старый друг со свёртком в руках.

Естественно, после того разговора вопросов у меня только прибавилось, но бабушка на них лишь разводила руками и никакой полезной информации предоставить не могла. Самостоятельные поиски в открытых источниках тоже ничего не дали, поэтому пришлось отложить эти вопросы до лучших времён.

Сейчас же, мои будни разбавляли постоянные тренировки с товарищем. Несмотря на то, что дядя Святогор уехал на неделю в город, оставляя нас без присмотра, мы следовали его наказу занятия продолжать. Да и делать было кроме этого тут толком нечего — зима, холодно, другие дети нас на фоне последних событий пока что сторонились. А Алину без охраны никуда не пускали, вот мы с Максимом и совершенствовали свои навыки, оттачивая мастерство владения не только силой, но и своим телом.

Оглядываясь назад на свою короткую жизнь в этом юном теле, я пришел к выводу, что сознание способно, как бы это удивительно и странно не звучало, молодеть. Во-первых, так подсказывали мне мои личные ощущения, а во-вторых, иначе объяснить свои поступки, иной раз я просто не мог. С другой же стороны, опыт и знания прошлой жизни помогали мне заниматься эффективнее, подходить к тренировкам с умом и осознанно, что также приводило к хорошим результатам и, по словам учителя, к быстрому росту. У моего друга всего этого не было, но у него был я, нередко выступающий в роли второго учителя. Так уж вышло, что я всё усваивал намного быстрее, да и обучаться стал на несколько месяцев раньше своего товарища, поэтому Максим рос со мной очень хорошо. Последнему иногда вслух серьёзно удивлялся дядя Святогор.

Последнее время, наши тренировки нередко проходили в доме Авериных. Родители товарища озаботились развитием сына и выделили под наши занятия по развитию дара целое помещение в подвале. Это была просторная комната, оборудованная под небольшой спортзал. Сломать, уронить или испортить здесь было особо нечего, разве что спортивные маты, которые нас попросили беречь.

Возвращался домой от друга я после обеда, неспеша шагая по улице на которой прошло всё моё детство. Между нашими с Максимом домами было около двухсот метров расстояния, которые я преодолевал обычно за несколько минут. Казалось бы, ещё один обычный зимний день, слегка пасмурное небо и легкий мороз — ничего не предвещало внезапных приключений. Но едва я повернул в свой переулок, где через пару десятков метров стоял мой дом, как упёрся в странное мерцающее и одновременно полупрозрачное нечто. Аномалия, разлом, пробой — у этой штуки много названий и все они довольно ёмко описывают её суть.

Обернувшись назад, меня бросило в холодный пот. За моей спиной стояли две огромные твари, отдалённо походившие на ежей, но их размеры… гигантские ежики это чертовски страшно! Впрочем, никакой агрессии они не проявляли, лишь не мигая смотрели прямо мне в глаза, отчего становилось совсем жутко. Игра в гляделки продолжалась около минуты, в течение которой я застыл на месте между аномалией и леденящими кровь монстрами, прежде чем те двинулись в мою сторону.

Сконцентрировавшись на одном из ежей, я что есть силы швырнул эту тушу весом за тонну о соседский забор. Тот оказался из металлического профиля и чудище легко снесло его своей массой. Вновь поднявшись на ноги, ёж вернулся к своему напарнику, правда теперь на его иголки был нанизан зелёный лист металла, вместе с креплениями выдранный из забора дяди Коли.

Ёжики вообще странно выглядели, даже если закрыть глаза на их размеры: глаза зловеще красные, морды страшные, вместо иголок сотни острейших пик, опасно торчащих во все стороны и всё это на странных когтистых, ножках.

— Кали-и… ты где!? — взволнованно вскрикнул я. — Выходи!

— Не могу, господин. Они меня блокируют!

— Что!? — отчаянно воскликнул я, понимая, что все свои надежды в эту секунду возлагал только на бесовку.

— Это очень сильные твари… я не могу… — по ощущениям демоница будто металась у меня в голове, но ничего поделать не могла.

В эту секунду пришло яркое осознание того, что на этот раз, я со своими проблемами остался наедине. И выбирая между монстрами, каждый из которых был размером с автомобиль и неизвестностью стоящего позади разлома, я выбрал второе. Напружинив ноги, со всей силы бросился в объятия аномалии, ни капли не задумываясь об опасностях, которые меня могут поджидать на той стороне.

Другой мир встретил ясным небом и тёплым солнцем. Едва я вывалился из портала и огляделся, как за спиной вновь показались эти две туши. Рванув от них в противоположную сторону, я стал быстро приближаться к каким-то джунглям. Деревья, которые наблюдал на бегу, сильно отличались от тех, что я видел в своём мире, причудливыми стволами разных форм, листьями и странными, огромными цветами на верхушке. Единственное, что было общее между ними, так это цвет листвы — зелёный.

Тем временем, один из ежей, внешне совсем нерасторопных, каким-то чудом меня обогнул и оказался впереди. Увидев на своём пути это чудище, я резко свернул влево, как вдруг у меня на пути оказался его компаньон. Пришлось разворачиваться в противоположную сторону и продолжать убегать.

На этот раз твари не пытались встать у меня на пути, но и не отставали, оставаясь на хвосте. Через пару минут таких перебежек, я пришёл к выводу, что меня просто куда-то загоняют, отрезая все ненужные направления своими тушами.

Когда я в конец запыхался и сбавил темп, монстры последовали моему примеру и не сближаясь, продолжили меня куда-то вести, преследуя со спины. Зимнюю куртку пришлось снять и нести в руках — к этому моменту стало невыносимо жарко. В конечном итоге, я передвигался спокойным пешим шагом, с любопытством разглядывая окружающий мир.

Самое интересное случилось когда на моём пути возникла какая-то тварь, которая весьма плотоядно облизнулась увидев меня на опушке местного леса. Этот монстр походил на оранжевого гигантского таракана, что моментально вызвал у меня эмоции отвращения. Я же, напротив, судя по всему вызывал у него вполне себе положительные эмоции и строго гастрономические интересы.

Едва ёжики заприметили на моём пути опасность, как один из них сорвался и без промедлений за несколько секунд порвал таракашку, не забывая им после этого перекусить.

— Кали, эти ёжики очень странные.

— И сильные… — поддакнула демоница в голове.

Примечательно было то, с какой скоростью боевой ёжик преодолел это расстояние и встал на мою защиту. Не может существо с такой массой так быстро перемещаться! С этой секунды я глядел на колючих совсем другим взглядом.

Как только трапеза закончилась, ёж вернулся к своему напарнику и наша дорога продолжилась. Шли мы недолго, от силы ещё минут десять, прежде чем оказались у подножия какой-то пещеры, куда мои безмолвные монстры намекали мне спуститься.

— Мне туда не хочется. — с опаской оглядывая вход в тёмную пещеру, произнёс я.

— Хргррхр. — ответил колючий и, как мне показалось, мотнул своим носом в сторону входа.

Выбора, как такового, не оставалось. То, что эти ребята от меня не отстанут и никуда не пустят, я уже проверял. Придётся идти.

Тяжело вздохнув и ещё раз напоследок оглядев сопровождающих, я сделал несколько шагов ко входу, после чего обернулся и отметил, что ежи со мной внутрь идти не собираются.

— Эй! А если там опасность какая?

Но в ответ они лишь побуравили меня своими взглядами и остались стоять на своих местах.

Спустившись в пещеру, я обнаружил, что внутри не так уж и темно, как мне до этого виделось. Внутри было намного прохладнее чем на поверхности, и я даже развернул куртку, накинув её себе на плечи.

Много чего я ожидал здесь увидеть: сокровища, стаю ежат, на съедение которым меня сюда привели, дракона, розового пони и даже меч-кладенец, но никак не покрытый пылью и паутиной вполне себе человеческий скелет, лежащий на широком каменном выступе в середине пещеры.

Едва я успел разочароваться в происходящем и начать искать другой выход из пещеры, как от костей усопшего отделилось яркое, освещающее всё вокруг солнышко.

Сделав шаг на встречу, чтобы его получше рассмотреть, я с удивлением обнаружил, что солнышко стремительно двигается в мою сторону.

— Вот чёрт! — бросил я вслух и развернувшись попытался сбежать.

Но не тут то было, яркая вспышка в одно мгновение преодолела всё расстояние между нами и оказалась передо мной, переливаясь разными оттенками голубого. Ещё пару секунд таких гляделок и я ощутил тепло в груди, и мощный прилив энергии, в то время как в пещере стало вновь темно.

Ощущения были смешанные. Ноги задрожали, руки налились кровью, перед глазами стало всё плыть, а в ушах жутко звенеть.

Не знаю через сколько я пришёл в себя, но самочувствие, на удивление, было отличным. Поднявшись на ноги, огляделся по сторонам и первое, что пришло в голову, это всё-таки обследовать пещеру и параллельно связаться с демоницей.

— Я… здесь, господин. — похоже, не только я потерял сознание.

После часовых изысканий, к моему великому сожалению, ни золота, ни алмазов, ни самого захудалого артефакта мне здесь обнаружить не удалось. Единственный предмет, который я здесь нашёл, лежал рядом с костями усопшего. Это была металлическая шкатулка, покрытая толстым слоем пыли.

Аккуратно взяв её в руки и отряхнув от всего лишнего, попытался открыть эту штуку, но с первого раза ничего не вышло. Потратив на это ещё несколько минут и не добившись какого-либо результата, я даже постучал ею о камень, но тщетно.

— Понятно. — вздохнул, убирая шкатулку за пазуху и оглядел место, на котором лежала эта вещь.

К моей радости, под шкатулкой оказался пожелтевший и едва не испортившийся от времени лист бумаги. Стараясь не повредить, я максимально осторожно поддел его ногтем и взял в руки. Развернув записку и прочитав содержимое, сморщился в недоумении.

— Мда уж, не густо… — озвучил я вслух свои мысли. — И как мне этого бегемота забрать? Я не смогу его прятать.

— Господин, мы стали сильнее. — отозвалась в голове демоница, игнорируя мои причитания.

— Попробуй выйти.

Традиционно, окутав пространство вокруг чёрным дымом, демоница воплотилась передо мной без проблем. То ли её больше ничего не сдерживало, то ли и правда стали сильнее и ёжики более не способны блокировать моё умение.

— Отлично. Думаю, можно уходить. — прокомментировал я её появление, и направился на выход из пещеры.

Вновь оказавшись у подножия горы, осмотрелся вокруг. Было раннее утро. Свежий воздух, после спёртого в пещере, ударил в нос, а голубое небо и яркое солнышко, дополнили приятную картину.

Всё испортила куча костей, лежавшая возле поднявшихся на лапки при моём появлении ёжиков. Бобики подбежали ко мне и стали внимательно принюхиваться, слегка виляя при этом своими хвостами.

— Ну что колючие… Биба здесь остаётся, а Боба со мной. Веди меня домой. — произнёс, дождавшись пока они завершат свой ритуал, параллельно раздумывая, как с ними дальше быть.

— Думаете они вас поймут? — спросила Кали, как и я до этого внимательно наблюдавшая за действиями ежей.

— Надеюсь.

Но увы, сказанное никак не повлияло на этих громадин и они остались на своих местах, не переставая бросать на меня свои странные, но явно осмысленные взгляды. Хм, может стоит добавить конкретики?

— Ты — Биба. — указывая на того, что стоит слева, произнёс я. — Ты здесь остаёшься. А ты — Боба, веди меня к порталу, со мной пойдёшь. — обратился к тому, что до сих пор на своих иголках таскал забор моего соседа.

А вот так сработало. Биба развернулся и медленно ушёл по своим ежачьим делам. А вот Боба не стал вести меня к разлому, вместо этого отошёл от нас на несколько метров и стал смешно дёргаться телом издавая при этом странные кряхтящие звуки. Через полминуты, рядом с ним сверкнуло яркой вспышкой, отчётливо проявившейся даже при ярком солнечном свете, а следом открылся новый разлом…

В очередной раз, оглядев талантливого ежа с немалым удивлением, я задумчиво произнёс.

— Слушай, я не смогу тебя в свой мир протащить вот так вот. — обводя рукой вокруг огромной туши Бобы, добавил. — Может ты умеешь как она развоплощаться? Ну-ка, покажи ему, Кали.

На что демоница за пару секунд провернула указанную операцию в обе стороны. Боба покрутил головой, понюхал Кали и ненадолго зависнув, развоплотился.

Оглядевшись вокруг, и отметив, что этот бегемот и правда исчез, я обратился к нему ментально:

— Боба, ты тут?

Колючий не ответил, но отправил сообщение в формате мыслеобраза, демонстрирующего мне картину, на которой стою я, а на моём правом плече сидит милый ёжик.

— Ты на него вообще не похож.

На это Боба явно обиделся, потому что следующим мыслеобразом он мне бессовестно продемонстрировал как этот милый ёжик справляет на моё маленькое плечо свою большую нужду.

— И чувство юмора у тебя отвратное. — фыркнул я.

Тяжело вздохнув и скользнув взглядом по пейзажу чужого мира, я шагнул в открытый разлом. Едва сделал пару шагов уже на другой стороне, ошарашенно смотря вокруг себя, как разлом за моей спиной захлопнулся.

— Ах ты жопа колючая, ты куда меня отправил?

— Ах ты жопа колючая, ты куда меня отправил?

Ёж вместо ответа на вопрос предпочёл промолчать. Тем временем, где-то сбоку послышался довольный рык и в мою сторону сорвалось сразу несколько монстров.

— Давай Бобик, дерись теперь! — скомандовал я, заставляя ежа воплотиться передо мной.

Но появившийся ёж никого атаковать не спешил, лишь спрятал свой нос свернувшись в клубок и, как мне показалось, стал демонстративно храпеть.

— Ах так!? — разозлился я, наблюдая как это существо абсолютно бездействует. — Сам напросился!

Сконцентрировавшись на туше этого неправильного колобка, я вытянул руку вперёд и отметил ближайшую цель. А затем произошло то, чего не ожидал никто, даже я сам.

С огромной лёгкостью, я стал швырять этот колючий мячик по всем волкам в округе, что по своей глупости решили напасть на наш маленький отряд. Огромных фенриров буквально втаптывало в землю под весом приземлявшейся с неба туши ежа, и вдобавок прошивало множественными пиками, росшими из его тела.

Тех двух волков, которые каким-то чудесным образом добрались до меня, сумев провернуть это незаметно, убила Кали. Демоница в бою была ужасным противником. Она с каким-то неистовым остервенением рвала мутантов когтями на руках и прошивала своим хвостом, не бог весть откуда взявшимся.

Через пять минут всё было кончено: Кали стояла подле меня, внимательно приглядываясь к округе, а напротив отряхивался от кровавых ошмётков Бобик. Причём получалось у него это довольно плохо: до сих пор на его иголках намертво прибитыми висело целых четыре мутанта, из семи, что с его помощью я убил.

— Я говорю «дерись» — значит дерись. — недовольно буркнул я, наблюдая за своим, так называемым, питомцем.

Но ёж не выглядел недовольным или обиженным… черт… да он же…

— Господин, кажется ему наоборот понравилось. — озвучила мою мысль Кали.

— Он что, конченый? — на мгновение повернулся я к демонице.

Оглядывая слегка окосевшую от таких аттракционов, но при этом счастливую морду Бобика, Кали поджала губы и задумчиво закивала головой.

— Думаю, очень даже да.

— Ты доволен? — проследив за её взглядом, спросил я. — Теперь открой разлом назад. Туда, откуда вы меня вытащили.

Но не тут-то было, колючий развернулся и виляя задом направился в одному ему известном направлении. Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Следующий раз мы нарвались уже на стаю мутировавших гиен, не уступавших размерами предшествующим им волкам. Едва это произошло, наш колобок вновь принял «боевую стойку», не забывая перед этим мне самодовольно улыбнуться.

— Издевается. — улыбнулась Кали.

— Да плевать. — вошёл во вкус я, отмечая насколько сегодня стал сильнее.

Ёж весил как минимум несколько тонн, а мне удавалось его швырять как какой-то мячик, перемещая в пространстве с аномальной скоростью. Правда, что-то мне подсказывало, что последнее было возможно только ввиду нашей с этим существом связи.

И это оказалось абсолютной правдой. Едва мы расправились со стаей монстров, как мне удалось свою теорию проверить на деле. По пути следования нам встретился с мой рост каменный валун. Сконцентрировавшись на нём, я без особого труда его поднял и даже швырнул метров на пятнадцать, но такого взаимодействия как с Бобой не вышло.

Не подчинялся законам физики только мой ёж — каменная глыба также быстро как он перемещаться в пространстве отказывалась. Оно и неудивительно: Боба мог самостоятельно разгоняться до огромной скорости за секунду и абсолютно наплевав на инерцию, моментально, как вкопанный останавливаться в нужной ему точке. Вот такая вот чудо-тварюшка.

— Всё! Мне надоело! — крикнул я в спину ежу. — Я есть хочу.

Колючий развернулся и задумчиво оглядел меня, после чего приблизился и сел на пятую точку, уставившись мне в глаза.

— Ты можешь нам поймать некрупную дичь? Чем-то же тут питаются эти твари.

Боба поднялся с земли и потоптавшись на месте, направился в сторону леса, вокруг которого мы всё это время и шли. К этому моменту, если судить по солнцу, наступила середина дня.

— Давай искать ветки. Ты, кстати, костёр сможешь разжечь? — обратился я к демонице.

— Смогу. И вы сможете. — кивнула она.

— Спичек нет. — пожал я плечами.

— Ваша энергия. Её концентрат, что вы научились получать. Его можно воспламенить.

— Да? Это значит я смогу и горящими шарами бросаться? — обрадовался я.

— Эм… нет. По крайней мере, опасности они особо представлять никому не будут. — поспешила огорчить меня Кали.

— Жаль. — вздохнул я, закатывая губу обратно.

Уже через пять минут ёж вернулся с зайцем в зубах, а мы успели насобирать дров для костра.

— Давай Кали, я ещё ребёнок. — придумав глупую отмазку, заставил я демоницу освежёвывать принесённую добычу.

Хотя, если быть честным, опыт прошлой жизни позволял мне проделать эту операцию и самостоятельно.

Кали тоже ловко справлялась пока я пыхтел и концентрировался на том, чтобы воспламенить свой сгусток тёмно-бордовой маны. К счастью, далось мне это легче, чем добыча самой энергии — последнее было достаточно сложным процессом, но ввиду постоянных тренировок, у меня стало получаться уже довольно быстро.

Через минут сорок мы с демоницей ели пресное мясо и наслаждались видом костра. Со слов Кали, пища ей была необязательна, но и отказываться от предложения перекусить со мной, она не стала.

— Эх… соли бы сюда. — мечтательно протянул я.

Всё было прекрасно в этот момент кроме одного, запах костра и жареного мяса разлетелся по всей округе, приглашая всех желающих присоединиться к нашему обеду.

Опасность почувствовали мы практически одновременно и что мне сильно не нравилось, так это то, что Бобик из беспечного дуралея, скучающим видом наблюдавшего за нашим отдыхом, быстро превратился в серьёзного зверя, чуявшего что-то неладное.

— Ну-ка, Кали, перемести нас вон на ту горку. — указал пальцем в нужную сторону я, не забыв прихватить с собой приготовленное мясо.

Терять еду мне очень не хотелось. Глупый ёж совсем не собирался возвращать нас домой и неизвестно сколько ещё придётся здесь бродить, поэтому с зажаренным на костре зайцем я расставаться не собирался.

Перемещение далось Кали без проблем, а вид с горы открывался интересный. Нас плотным кольцом пытался окружить прайд некогда обычных львов. Нынче эти и так немаленькие звери, поддавшиеся как я понял мутации, были и вовсе ужасающих размеров.

— Ну что Бобик? Довыделывался?

Бобик мне не ответил. Тем временем, отметив, что нас больше нет возле костра, стая львов стала недовольно принюхиваться и крутить мордами. Очень скоро они нашли нас взглядами и дружно развернулись в сторону скалы, на которой мы сейчас находились.

— В принципе, должны справиться. — разглядывая хищников, предпринявших вторую попытку нас атаковать, произнесла демоница.

Переглянувшись все вместе, мы решили атаковать первыми, используя преимущество высоты.

Подобравшихся к нам ближе всех монстров, я телекинезом сбросил вниз, отшвыривая их подальше от скалы. Бобик сорвался в атаку самостоятельно, снося сразу несколько тварей на своём пути, попутно калеча их своими иглами. А Кали билась на подступах к скале, окутывая пространство вокруг себя плотным дымом внутри которого львы жалобно скулили от боли.

Собрав в ладони чистую энергию, я вычленил одного из самых здоровых и грозных монстров из атаковавшего нас прайда и запустил в него сгусток маны.

Эффект был по-настоящему ошеломительным! Комок энергии пролетел разделявшие нас с мутантом два десятка метров за какой-то миг. А попав в морду гигантского льва, проделал в ней сквозную дыру размером с яблоко, моментально отправляя опасного хищника на тот свет.

— Вот это да… — приглушённо бросил я, оглядывая громадную мёртвую тушу.

— Господин, поберегите силы! — отметив, что я собираюсь провернуть трюк ещё раз, прокричала демоница.

Вняв её совету, я продолжил биться используя только телекинез. Швыряя львов об острые скалы, я быстро сбил с них всю спесь, и более половины из них продолжить бой уже не могли.

Бобик превратившийся в машину для убийств, внезапно прекратил свою деятельность и вернулся ко мне, плюхнувшись рядом на пузо. Учитывая, что атака монстров ещё продолжалась, у меня его поведение вызывало вопросы.

Расправились мы с оставшимися тварями минут через двадцать. Из которых последние пять минут я едва стоял на ногах. Голова кружилась, в ушах стоял нескончаемый звон, а глаза и нос стали обильно кровоточить.

— Энергетическое истощение. — прокомментировала мой плачевный вид Кали.

Я сидел на земле ни жив ни мёртв, и с тревогой оглядывался по сторонам, наблюдая не осталось ли ещё желающих нами полакомиться.

— Господин, мы справились. Вам нужно отдохнуть. — на этих словах демоница присела рядом и уложила меня на свои колени.

— Бобик, найди воду. Его надо напоить. — обратилась она к ежу, который сейчас с небольшим беспокойством осматривал меня, склонив свою огромную харю над моей головой. Вид на его морду снизу вверх был довольно… впечатляющим.

Колючего я от злости под конец не слабо пошвырял, и теперь на его спине красовалась парочка помятых и окровавленных туш львов, нанизанных на штыри, растущие из спины ежа. Называть их иголками, язык не поворачивался.

Через пять минут я очнулся возле ручья, где меня отпаивала водой с ладоней Кали, а Боба беспокойно перетаптывался с ноги на ногу. Спасённый заяц, которого я не бросил у костра, вскоре тоже пригодился. Я вцепился в него будто голодал неделю и к концу трапезы, оставил лишь голые кости и всё равно не наелся.

— Тащи нас домой Боба. Не то богом клянусь, я тебя самого сожру. — процедил я, исподлобья поглядывая на колючего.

На удивление, тот быстро согласился и уже через минуту перед нами стоял очередной разлом, в который мне помогла пройти Кали. Как и в прошлый раз, едва мы вышли на другой стороне, разлом закрылся.

— Развоплощайтесь. Дальше сам дойду. — сухо бросил я своим спутникам, оглядывая знакомую улицу.

Уже смеркалось и дома меня однозначно потеряли. Достав телефон из кармана пыльной и местами испачканной в моей крови куртки, я первым делом набрал бабушку. Тот телефон, что она мне подарила на новый год, я оставил ей для того, чтобы быть на связи.

— Ты где!? — раздалось из трубки, едва подняла телефон бабушка.

— К дому подхожу. А ты?

— Я в полиции, где же ещё! — выдохнула она и хотела что-то ещё добавить, но я её перебил.

— Полицию не надо. Всё дома объясню. У меня всё хорошо. — добавил спохватившись.

Добравшись до дома, первым делом направился на кухню и напился воды, после чего стал потрошить холодильник. Я, конечно, уже не был таким зверски голодным как в самом начале, после того как пришёл в себя, но всё же аппетит у меня был неслабый.

— Что с тобой случилось? — едва увидев меня, запричитала вернувшаяся бабушка.

Тут-то я и спохватился, что неплохо было бы умыться, чтобы не травмировать бабу Машу своим видом.

— Энергетическое голодание. Уже всё хорошо. — честно ответил, показав большой палец, и добавил. — Долго меня не было?

— От Авериных ушёл часов пять назад. Я быстро спохватилась, мне Славик позвонил и сказал, что ты домой пошёл. — ответила бабушка. — Так ты мне что-то объяснишь?

Вопрос я этот задал не случайно. В том мире я провёл больше суток, исходя из моих примерных расчётов.

— Попал в разлом. Пришлось подраться, вот и заработал себе истощение. Но уже всё хорошо. — выдохнул я и видя перепуганный взгляд бабушки, решил её отвлечь. — Я там кое-что нашёл. Не знакомо?

На этих словах вытащил шкатулку, которую бережно хранил с самой пещеры и положил на стол перед бабушкой. Внимательно оглядев её, баба Маша отрицательно качнула головой и вновь одарила меня беспокойным взглядом.

— Ба, может подогреешь чего-нибудь? — предпринял вторую попытку её занять.

Пока готовился мой ужин, я подошёл к умывальнику и стал приводить себя в порядок. После этого пришлось проходить небольшое медобслуживание сердобольной бабушки и только потом садиться есть.

Бабе Маше я рассказал краткую историю своего попадания в разлом и поведал о «встрече» с нашим родственником, рядом с которым и нашёл недавно продемонстрированную шкатулку. Рассказ мой её совсем не удивил и даже напротив, она смогла пролить немного ясности на произошедшее.

— Эта вспышка… после которой ты потерял сознание в пещере. Кто-то из предков передал тебе свою силу. И этот кто-то был достаточно силён и высокопоставлен в роду, если был посвящён в тайну ритуала, способного провернуть подобный трюк.

— Насколько силён?

— Я думаю не ниже гроссмастера. — ненадолго задумавшись, ответила старушка.

— Получается, я сейчас на уровне…

— Не думаю, внучок. — улыбнулась бабушка. — Много лет прошло… там за это время рассеялось немало. Но в любом случае, ты стал сильнее и этому надо радоваться. — погладила она меня по голове. — Мне будет теперь за тебя немного спокойнее.

— Получается, наш род обладал знаниями, позволяющими не только забрать силу у разумного, но и впитать её или кому-то передать?

— И я думаю, что это могло стать одной из причин, почему на нас все ополчились… — грустно добавила бабушка. — Это очень опасные знания.

Несмотря на то, что бабу Машу давно отлучили от семьи, было видно, что она к ним совсем не питала злобы и напротив, со скорбью в душе переживала произошедшее.

Забравшись на кровать в своей комнате, я мысленно ещё раз прокрутил в голове весь прошедший день.

— Кали, выходи.

Демоница воплотилась прямо на стул, стоявший возле моей койки. Ровная спина, закинутая нога на ногу и немигающий взгляд, которым она уставилась на меня, прежде чем грудным голосом промурлыкать:

— Да, господин?

— Хочу услышать твои мысли, по поводу Бобика и моего сегодняшнего состояния после битвы. — без лишних прелюдий, сразу перешёл я к делу.

— Ну-у… последнее не удивительно. Бой был долгий, к тому же вы использовали чистую энергию. Это затратно.

— Разве в пещере я не стал сильнее? — удивился я.

— Мы оба в пещере стали сильнее. — поправила меня демоница. — Ваша проблема в том, что молодое тело ещё не привыкло к таким нагрузкам, а во-вторых… как бы это попроще объяснить… В общем, подобно развитию физической выносливости, нужно развивать и магическую… объём резервуара с маной увеличивать… — пыталась подобрать нужные слова Кали.

— Манобак. — негромко добавил я.

— Да. Суть вы поняли верно. — улыбнулась бесовка.

Если поразмышлять, то в её словах была логика. А моё состояние, при энергетическом голодании, отдалённо напоминало ощущения при обезвоживании. Эти чувства мне были знакомы с прошлой жизни — на войне разное случалось.

— Хм. И как же мне это сделать?

— Второй ваш вопрос был про нашего колючего друга. — сделала отступление Кали. — В общем, он взял на себя ваше развитие. — на этих словах бесовка довольно оскалилась.

Демонице совсем не нравилась моя спокойная жизнь, а вот от приключений минувшего дня она была в восторге. И тут дело не только в жажде адреналина и крови — Кали была уверена, что именно в боях можно стать по-настоящему искусным воином. «Битва с монстрами — вот лучшая тренировка», говорила бесовка, а к нашим тренировкам с дядей Святогором она относилась достаточно прохладно. Нет, не отрицала их пользу, но в тоже время была абсолютно уверена, что без закрепления навыков в реальном бою, проку будет мало.

Что же касалось Бобика, то его поведение вызывало у меня много вопросов.

— Хочешь сказать… — внезапная догадка молнией пронеслась в моём мозгу.

— Именно. — улыбнулась Кали. — В тяжёлой ситуации он нам помог. А когда пришёл к выводу, что дальше мы справимся сами — лёг спать. Он вас тренирует.

— Прекрасно. — вздохнул я. — Мне только этого сейчас не хватало.

Хотелось поворчать о том, что я по его вине чуть не погиб. Передать мыслеобраз Бобику как и на чём вертел я его методики тренировок. А также продемонстрировать как «высоко» ценю его педагогические таланты, но я заставил себя сдержаться. Чтобы я не думал, но это было крайне эффективно.

— Я абсолютно уверена, вам стоит быть готовым к тому, что он провернёт подобное в ближайшем будущем ещё не единожды.

— А ты чего такая довольная? — зло буркнул я, отмечая её счастливую физиономию.

— Азарт, веселье, адреналин! К тому же, я развеялась. — как мне показалось честно, призналась Кали. — Нам нужны эти тренировки. — добавила она уже более серьёзно.

— Вся моя жизнь сейчас — сплошные тренировки. — недовольно вздохнул я.

К моей большой радости, несмотря на переполох в отделе полиции, который устроила бабушка, никакой суматохи и ажиотажа по случаю моей пропажи и внезапного появления не случилось.

Только Максим и его родители очень сильно перенервничали в тот вечер. Дядя Слава так и вовсе колесил по всему селу в поисках меня и вернулся домой только с моим появлением. Бабушка первым делом позвонила ему и отменила тревогу, после того, как я дал о себе знать.

Со всем произошедшим я так завертелся и погрузился в свои мысли, что совсем забыл о закончившихся каникулах. Впрочем, я даже был рад, когда бабушка разбудила меня утром и напомнила об учёбе.

Собственно говоря, утром мне пришлось объясняться перед дядей Славой и Максимом в машине, пока мы ехали в школу. Врать я очень не любил, тем более тем, кто искренне обо мне заботится и переживает, поэтому принял решение рассказать ему правду, пусть и без подробностей.

— То, что ты пробыл в аномалии несколько часов и вернулся живым и невредимым — чудо. — задумчиво произнёс он, а затем добавил, поглядывая в зеркало заднего вида. — Очень надеюсь, что ты не выдумал эту историю, Алексей.

— У бабушки спросите. — пожал я плечами. — Она видела каким я вчера вернулся. Повезло ещё что разлом был один из простейших. — пришлось всё-таки немного приврать.

— Выходит, ты у нас первую аномалию в семь лет закрыл. — хмыкнул дядя Слава. — Кажется это рекорд.

Несмотря на сказанное, отец Максима говорил с явным недоверием в голосе, но это была уже не моя проблема.

— Что-то часто эти аномалии стали появляться в нашем селе. Такого никогда не было. — негромко произнёс дядя Слава себе под нос, глубоко вздыхая.

Я лишь согласно кивнул и порадовался тому, что уже завтра с города возвращается учитель. Мужик он был умный и опытный, и мне хотелось с ним посоветоваться.

В школе меня первым делом огорошила своей осведомлённостью Алина. Едва я сел возле неё за парту, как она, не успев со мной поздороваться, выдала:

— Что у тебя вчера стряслось?

— Откуда ты знаешь?

— Из полиции доложили отцу, что бабушка вчера к ним приходила. — без промедления ответила Белорецкая и вновь одарила меня вопросительным взглядом.

Тайну я делать из этого не собирался, поэтому на обеденном перерыве рассказал ребятам краткую историю произошедшего, но без особых подробностей.

— И как оно… там? — с замиранием сердца спросил Максим, а Алина безмолвно, но с неменьшим интересом уставилась на меня в ожидании ответа.

— Тепло. — пожал я плечами. — Природа красивая, напоминает мне фильмы про тёплые страны. — а затем, увидев в глазах друзей тень опасного любопытства и восторга, добавил. — Но эти монстры… жуть, страшно очень. Больше туда не хочу.

— В будущем всё равно придётся. — уверенно заявила Алина.

— С чего это? — удивился Максим, увидев мой утвердительный кивок.

— Так воинская повинность одарённых. — как само собой разумеющееся ответила Белорецкая, переводя на товарища взгляд. — Ты не знал?

— Нет. — мотнул головой товарищ.

— Хотя могут и на границу империи отправить, с кем-нибудь воевать. — со знанием дела добавила подруга.

— Ты у дяди Святогора спроси, как он вернётся. Он мне на эту тему много интересного рассказал. — посоветовал я другу.

Первый учебный день пролетел довольно быстро. Выходя из школы я встретил уже ждавших меня бабушку и Максима. Лица их были обеспокоены и явно выражали недовольство. Причина этого оказалась в стоящем в нескольких метрах от них мужчине в чёрном костюме. Высокий, немного худой, с аккуратно уложенными волосами и гладко выбритый, он производил впечатление офисного работника крупной корпорации, по большой случайности оказавшегося в нашем захолустье.

Едва завидев меня, мужчина сделал приветственный кивок и приблизился к бабушке, отмечая моё направление.

— Здравствуйте, Алексей. Меня зовут Вячеслав. Я здесь от лица Виктора Вяземского.

— Здравствуйте. — недовольно оглядел я мужчину. — Я вас слушаю.

— Предлагаю вам подвезти вас до дома и побеседовать с комфортом в салоне нашего автомобиля. — улыбнулся Вячеслав.

Несмотря на уважительный тон, улыбку и на первый взгляд хорошие манеры, от говорившего веяло высокомерием. Подобные вещи и нюансы мне позволял отмечать богатый опыт прошлой жизни. Использовать этот опыт чаще и не страдать от детства играющего в заднице, мне пока ещё не позволял мой развивающийся организм и скорее всего гормоны. А ещё, намерения этого человека выдавала чёрная дымка, начавшая исходить от него едва я приблизился.

— Мы никуда с вами не поедем. — вступила в диалог бабушка.

— Предложение касается только Алексея. — пренебрежительно оглядев мою старушку, бросил мужчина, отчего в моих глазах опустился до уровня земли. Похоже, про манеры я погорячился.

— Тем легче мне вам отказать. — тем же тоном ответил я и сделал шаг в сторону, но Вячеслав мягко пресёк мне дорогу.

— Нам всё равно придётся побеседовать. Хотите вы этого, молодой человек или нет. — произнёс он уже более настойчиво.

— Разрешаю вам следовать за нами и по пути изложить суть вашей беседы. — уже более грубым тоном, насколько это позволял мне мой детский голос, ответил я. — А что касается вашей машины, то там какие-то проблемы. — кивком головы указал я на выходивших из большого чёрного внедорожника людей Вяземского.

— А не много ли вы себе… — поворачиваясь в сторону машины начал говорить Вячеслав, но смутился увидев суету вокруг автомобиля.

Тем временем, мы все втроём отправились в сторону дома, отмечая как поспешно направился к своим этот неприятный человек. Внезапно приключившаяся проблема с их машиной, была делом моих рук. Хотя, если быть точнее, то делом рук Кали, которую я выпустил с наказом порвать все четыре шины внедорожника неприятелей. Чёрный дым незаметно покружившийся вокруг машины, быстро сделал своё дело — когтища, которые выпускала демоница когда было нужно, могли и не такое вытворить.

Всю дорогу бабушка недовольно ворчала о том, как распоясались мелкие аристократы, а мы с товарищем тихонько хохотали, вспоминая прошлую встречу с Вяземскими.

— Так. А я что-то не поняла… Какого чёрта ему вообще от тебя надо? — запоздало спохватилась баба Маша, пытаясь оглядеть меня строгим взглядом.

Последнее, впрочем, у неё уже совсем не получалось. То, что я уже не тот ребёнок, что был раньше, она понимала больше всех окружающих с момента моего пробуждения.

— Была там одна ситуация… — скромно начал я, но в мой рассказ поспешно влез товарищ.

— Баб Маша! Да они сами к нам придрались прошлый раз! — громко воскликнул он.

Старушка лишь тяжело вздохнула и театрально подержалась за сердце, пробубнив себе под нос что-то нечленораздельное и частично матерное.

То, что отвязаться от Вяземских получилось лишь временно, я отлично понимал и не тешил себя мыслями о том, что они умоются и вернутся восвояси. Поэтому Кали осталась дежурить, составив компанию ребятам из джипа.

То, как она умела делать эти вещи, оставаясь для всех незаметной — отдельная история. В конкретно данном случае, демоница заполонила своим дымом весь багажник джипа и прекрасно слышала всё, о чём говорят люди Вяземского. И было в их речах то, что мне совсем не понравилось…

Ближе к вечеру, они где-то нашли четыре новых покрышки, добрались до ближайшей шиномонтажки и восстановили свою мобильность. Была возможность с лёгкостью повторить с их машиной недавнюю процедуру, но я велел Кали этим не заниматься.

— Пускай приезжают, мы готовы.

Умение решать вопросы и проблемы, всегда положительно выделяло его среди всех остальных прочих. Именно это качество продвинуло довольно молодого и амбициозного парня по карьерной лестнице среди слуг рода Вяземских. И сейчас, в свои двадцать семь, ему порой, пусть и изредка, доверяли выполнять поручения даже от самого главы клана. Вячеслав полностью осознавал всю величину ответственности за успех выполнения этих самых поручений и отдавался своей службе абсолютно без остатка.

Вчера ему случайно довелось услышать чаяния старшего наследника рода о своих проблемах, несправедливости жизни и наглом простолюдине, посмевшем насмехаться над Вяземским средним. Быстро решив, что это прекрасная возможность очередной раз выбиться из толпы, Вячеслав стал действовать. Тем более что до него дошли слухи о том, что этот вопрос могут решить без него его более расторопные коллеги. Наладить отношения с будущим наследником, а возможно и завести с ним дружбу, это богатая инвестиция в своё собственное будущее.

Вопрос с наказанием простолюдина и принуждением наглого парнишки принести извинения казался пустяковым. Его можно было и вовсе показательно «пустить в расход», как любил говорить один из бойцов охраны и товарищ Вячеслава, но тут вмешивался сторонний фактор: простолюдин жил на чужой территории и граф Белорецкий был из тех, кто не только мог, но и обязательно спросил бы за подобный беспредел, всё-таки речь касалась ребёнка.

Впрочем, факт остаётся фактом: безродный позволил себе оскорбить достоинство благородного и Вяземские в своём праве. Была среди жалоб наследника и на дочку местного графа, но тут даже самому последнему идиоту было понятно, что этот вопрос будут решать между собой аристократы на высшем уровне сами. Если, конечно, вообще будут, а не улыбнутся детским шалостям и обидам, в угоду дружбы между родами. В конце концов, в подобных случаях ещё очень много списывал возраст, правда, только между равными по происхождению.

Подъезжая к невзрачному дому в деревне, где проживал зарвавшийся школьник, Вячеслав несколько десятков раз прокрутил в голове всю известную ему информацию об объекте, пытаясь максимально абстрагироваться от эмоций. Но сколько бы он не размышлял, стараясь понять причину внутреннего волнения, что-то всё время ускользало от его сознания.

Люди Вяземского вошли в наш двор без разрешения. Перепрыгнув через забор и прошагав по узкой дорожке к входной двери, они также без разрешения вошли в дом. Снимать обувь или проявить другие признаки хорошего воспитания и уважения к хозяевам, свойственные скромному гостю, они тоже посчитали лишним.

На кухне сидел я один, бабушка была предусмотрительно отправлена в гости к соседке.

— Что-то вы долго. Я заждался. — с чашечкой чая в руке наблюдая как вошедшие бесцеремонно рассаживаются по свободным стульям, произнёс я.

Их было в общей сложности четверо. Трое спутников Вячеслава, не в пример ему самому, имели внешность типичных мордоворотов и бегло оглядев меня, приняли скучающий вид. Правда следом, двое из них по приказу главного отправились рыскать по дому, заглядывая во все комнаты. Чёрный дым, который исходил от этого пижона днём, был над всеми его людьми и сейчас стал только гуще.

— Стало быть, вы ждали нас. — подмигнув ответил единственный из этой группы, кого я знал по имени, занимая стул передо мной.

— Вы произвели на меня впечатление весьма настырного человека.

— Целеустремлённого. — поправил Вячеслав.

— Бабки в доме нет. — возвращаясь доложили бойцы.

— Куда ушла бабушка? — улыбаясь и оглядывая меня как кот, державший за хвост мышь, спросил пижон.

— На день рождения пошла. — повёл я плечом. — Итак, чем обязан? — решил всё-таки форсировать процесс.

— Любите сразу к делу? Прекрасный подход, мне нравится. — продолжая противно улыбаться ответил собеседник. — Совсем недавно, вы по какому-то глупому недоразумению отдыхали в одной компании с господином Виктором Вяземским. Было большой ошибкой со стороны обычного простолюдина позволить себе оскорбить нашего господина. Вы понимаете к чему всё идёт?

Выдержав взгляд сидевшего напротив пижона, я поставил чашку на стол и многозначительно оглядел сидевших полукольцом названных гостей.

— Если честно, то пока нет. Но зато я отметил, что вы назвали дядю Серёжу глупцом. — всё-таки не удержался я от маленькой провокации.

Ну а что? Лучшая защита — нападение. Тем более, эти люди, однозначно, уважали только силу. И я не собирался им что-то объяснять и оправдываться, это изначально было бы проигрышной стратегией. Этих нужно поставить на место. Жёстко, грубо и сурово.

— Дяди Серёжи? — поморщился Вячеслав, пытаясь изобразить безразличие.

— Граф Сергей Константинович Белорецкий. Дядя Серёжа. — простодушно пожал я плечами.

— Эм… — было видно, что собеседник немало смутился и даже переглянулся со своими подельниками. Но затем, вновь приняв невозмутимый вид, продолжил. — Не понимаю о чём ты.

— Ну как о чём? — отыграл искреннее удивление я. — Я оказался на том мероприятии по приглашению графа. Получается, что вы назвали его…

— Хватит. — поднял руку Вячеслав, немного краснея. — Я не это имел ввиду.

— Ну-у… это вы уже дяде Серёже сами объясните. — вздохнул я, демонстративно доставая телефон.

На этих словах я почувствовал как один из охранников попытался с помощью телекинеза остановить движение моих рук. Особенно было весело, и не скрою, приятно, наблюдать как вытянулось его лицо, когда эта и следующая попытки провалились.

— Использовать против меня силу? — поднял я бровь, недовольно оглядывая выделившегося бойца.

Следом, сконцентрировавшись, одним движением резко выбросил его в окно, которое бугай с дребезгом выбил своим телом, прежде неслабо ударившись головой о перемычку. Бойцы находящиеся в комнате моментально приняли вертикальное положение, в том числе и Вячеслав, поглядывающий в мою сторону уже совсем другим взглядом.

— Итак, возвращаемся к нашему диалогу. — спокойно произнёс я, натянуто улыбнувшись. — Граф Вяземский имеет ко мне какую-то претензию?

— К тебе имеет претензии его сын. — оскалился один из бойцов, вытягивающий руку в мою сторону.

Но его действия быстро прервал Вячеслав, соображавший несколько больше, чем быки из его сопровождения.

— Костя, присядь. — затем, главный среди этой шайки повернулся ко мне и сменив тон, продолжил, глядя на телефон в моих руках. — Предлагаю отложить этот звонок и обсудить всё спокойно. — осторожно начал он.

— Куда уж тут спокойно. — недовольно проворчал я. — Окно мне сломали…

— Ты сам его…

— Костя сядь! — рыкнул Вячеслав, оглядывая амбала.

— Окно мне сломали, — как ни в чем не бывало, продолжил я. — время отняли, тут накопытили, дядю Серёжу и его дочь оскорбили. — на этих словах я нагло улыбнулся, оглядывая присутствующих. — Мне продолжать?

— Нет, достаточно.

— Но самое главное, вы действуете без прямого одобрения своего хозяина. Ох и прилетит вам. — деланно сокрушаясь, покачал я головой.

— М-мы сожалеем о предоставленных неудобствах. — с большим трудом выдавил из себя собеседник, вызывая на себя недоуменные взгляды присутствующих.

— Боюсь, одного сожаления тут будет мало. — твёрдо ответил я, сверля Славика взглядом.

— Чего вы хотите? — глубоко выдохнув, сдался он.

— Обсуждать это, не подобает обстановка. — отмечая недоумевающие лица напротив, добавил. — Мне дует и тут грязно.

— Слышь! — вновь попробовал что-то возразить Костя, но главный его быстро заткнул.

— Мы выйдем на две минуты, переговорить. Хорошо?

— Пожалуйста. Только убегать не советую. Не поможет. — с усмешкой бросил я и пошёл ставить чайник — в комнате и правда быстро становилось прохладно.

— Слушай сюда, Костик. — начал зло, но негромко рычать Вячеслав. — Ещё раз без моего дозволения рот откроешь и я тебя урою. Ты меня хорошо понял?

Рекомый безмолвно кивнул и покосился в сторону пацана, беззаботно заваривающего себе чай. Они вышли в соседнюю комнату, служившей прихожей в этом доме и обсуждали свои дальнейшие действия.

— Объясни. — коротко, но безапелляционно заявил второй боец.

Этот был более перспективный ввиду своей уравновешенности и наличию хоть каких-то мозгов.

— Если коротко, то нас подставили. — тяжело выдохнул Вячеслав, массируя свои виски. — Во-первых, этот щегол как тряпку выбросил Витьку в окно, а он, на секундочку, как и я боевик, в отличие от вас двоих.

— Да мы его тут втроём сейчас в бараний рог скрутим! — вновь вмешался Костя, чем вызвал у своих коллег презрительные взгляды.

— Такие дети не живут просто так сами по себе, кусок ты тупого дерьма! — не выдержал Вячеслав, но затем, привычным движением поправил свой галстук и дальше стал говорить уже более спокойно. — И теперь понятно почему он с дочерью графа в одной компании трётся. И граф Белорецкий это одобряет. Сейчас-то тебе всё ясно? — процедил в лицо глупому подчинённому Славик, но не увидел там понимания. — Даже если мы и грохнем этого пацана, чего я лично даже близко делать не собираюсь, то уже завтра нас пустит в расход Его Сиятельство. — отмечая недоумение коллег, главный устало добавил. — Просто чтобы не ссориться с Белорецким. Тем более мы действуем без его одобрения и даже ведома. — последнее ударило по мозгам Вячеслава будто током, заставляя нервничать ещё сильнее.

— Что ты предлагаешь?

— Что-что… Окно восстанавливать будем и полы мыть, а потом стараться с ним договориться.

— Ты серьёзно, шеф? — удивился Костя, сменив тон.

— Ты жить хочешь? — оглядывая коллегу по несчастью, произнёс главный. — И я хочу. Нас нехило подставили. Сейчас нужно всё замять с пацаном. Любым способом. Если произойдёт чудо и он оставит это дело между нами — считай легко отделались и сможем со временем восстановиться. — негромко добавил он, слабо веря в подобный исход.

Говоря «нас», Вячеслав сильно лукавил. Этих несчастных на дело подрядил именно он, выгодно приукрасив перспективы в случае успеха. А так как дело представлялось плёвым, а награда интересной — бойцы без лишних раздумий согласились. Тем более что Вячеслав к этому времени уже имел достаточно высокий авторитет среди слуг и дружба с ним также была им выгодна.

В этот момент в помещение вошёл высокий крепкий мужчина, занесший на плече связанного товарища этой троицы, который, кстати, уже пришёл в сознание. Беззаботно бросив с высоты своего роста их напарника на пол, он одарил присутствующих холодным немигающим взглядом и прошёл внутрь, в комнату к загадочному парнишке, на которого им сегодня не повезло нарваться.

— Приведи его в порядок, а ты езжай в центр села. — начал раздавать указания Вячеслав. — Найди стекольщиков, заплати двойную плату и везите сюда с материалом. Успевай пока не стемнело.

Отметив как самый смышленый из этой тройки убежал выполнять указание, он повернулся к Вите и Косте. Эти были глупыми, но лёгкими на подъём. Собственно, поэтому он и взял их с собой — выбирать и искать людей особо времени, как ему тогда казалось, не было. Сейчас-то он понимает, что это чувство было навязано, а один из его хороших знакомых, неожиданно давший посмотреть видео с камеры наблюдения за наследником, отчаянно молотившим грушу и изливавшим свою обиду брату, не такой и хороший.

Когда эта тройка вышла переговариваться, оставив меня наедине с собой на кухне, я понял, что дело в шляпе. Кали, конечно, на всякий случай слушала их болтовню, но в конечном итоге эта мера оказалась избыточной.

Вошедший на кухню дядя Святогор, безмолвно мне кивнул и присел за свободный стул. Едва мы вышли из школы, как бабушка меня попросила позвонить учителю и попросить помощи. Делать я это не очень хотел, всё-таки пора мне начинать становиться самостоятельным, но баба Маша умела быть настойчивой. В итоге, договорились с дядькой, что он будет на подстраховке и в случае чего поможет. Разговор был тяжёлым, но я настоял на своём.

— Алексей. — кротко произнёс моё имя входящий в комнату спустя пару минут после дяди Вячеслав. — Вы позволите? — указал он на свободный стул.

Отогнувшись право от стола и отметив, что обувь этот обормот всё-таки снял, я утвердительно кивнул собеседнику.

— За стеклом и мастером уже отправил, если подскажете где взять воду, ведро и тряпки, ребята приступят к уборке.

Что тут сказать, подчиняться эти люди умели. Но только если их для этого в достаточной степени простимулировать.

В критической ситуации ребёнок уступил место матёрому волку, спящему внутри сознания до поры и времени. Все страхи, детская наивность, доброта и лишняя скромность исчезли за спиной хищного зверя, почуявшего угрозу жизни собственного потомства.

Монстр, настоящий динозавр этого мира, сосредотачивавший в себе мощь не одно поколение и сумевший не уйти в полное забвение даже после смерти, был сильно недоволен видеть как какие-то жалкие слуги смеют угрожать и посягать на жизнь и здоровье его наследника.

И только умеренный и холодный рассудок не раз бывавшего в таких ситуациях майора, был способен сдержать весь ураган, происходивший в голове молодого пацана, с трудом контролирующего чешущиеся «кулаки», от того чтобы размазать зарвавшихся холуев и показательно для всего мира отправить их на тот свет.

Окно починили через час. До этого момента пришлось его занавесить ковром, иначе бы тут всё промёрзло. Полы тоже помыли. Два раза. Сначала до работы мастера, второй раз после того, как он ушёл.

— Теперь мы можем обсудить наше дело? — осторожно поинтересовался Вячеслав, всё это время скромно сидевший в углу комнаты.

— Да. — указал я рукой напротив себя, предлагая собеседнику сесть поближе. — Что вы хотели со мной обсудить?

— Буду краток и прямолинеен. — приняв деловой вид, начал незваный гость, явно готовивший слова к этому моменту. — Мы бы хотели, чтобы история о произошедшем не вышла за стены этого дома.

— Какое мне дело до ваших желаний? — поморщился я, недовольно оглядывая сидящего напротив человека.

Глаза Вячеслава забегали, в процессе чего он невольно покосился на дядю Святогора, буравившего его холодным взглядом.

— Я позволил себе предположить, что мы могли бы компенсировать принесённый дискомфорт, в обмен на такое одолжение с вашей стороны. — собравшись с мыслями выдал он с оглядкой на мою реакцию.

Опыт прошлой жизни мне подсказывал, что слишком быстрое или лёгкое прощение может приводить к не самым приятным последствиям. Людям очень часто свойственно принимать доброту за слабость, а конкретно данные персонажи, как я совсем недавно убедился, и вовсе уважают только грубую силу. Поэтому проявлять чудеса эмпатии и отыгрывать доброго мальчика было не только бессмысленно, но и вредно — уже завтра, они могут задуматься и о мести. Так что сюсюкаться с ними было нельзя.

Когда я сообщил Вячеславу то, что желаю в качестве откупных получить их автомобиль, ожидаемо, его глаза полезли на лоб. И дело не в том, что их внедорожник был далеко не из дешёвых. Такую потерю будет невозможно укрыть от своих же коллег, а значит и самого графа Вяземского.

— Поймите меня верно, ваше предложение для нас равно самоубийству. — начал старательно мне всё объяснять собеседник. — Мы идём на эту сделку, чтобы замять конфликт и не дать ему огласки. Передача автомобиля приведёт к прямо противоположному эффекту. — лицо говорившего приняло просительный вид.

— Вы идёте на эту сделку, Вячеслав, чтобы выйти из моего дома живыми. — мрачно оглядел я сидящего напротив человека. — Но я готов сделать шаг вам на встречу, если ваше предложение по урегулированию этого конфликта не окажется пустой тратой моего времени.

Трудно воспринимать подобные речи от семилетнего ребёнка, но жёсткая энергетика, пронзительный взгляд и уверенность которую я излучал, а также все предшествующие события, не оставляли собеседнику и малейших сомнений. Славика проняло. Слуга Вяземских с трудом сохранял внешнее спокойствие и судорожно соображал как вывернуться из ситуации.

В конечном итоге я дал согласие разрешить конфликт путём передачи в свою пользу серьёзной, по общим меркам, суммы денег. Деньги, к слову, бойцы в охране зарабатывали неплохие — нам тут в деревне такие зарплаты и не снились. Поэтому зло поглядывая друг на друга и недовольно на меня, они наскребли нужную сумму ковыряясь в своих телефонах и отправились снимать их с банкомата.

Не продешевить в этом вопросе мне помогла Кали, которая подслушивала их диалоги весь вечер, и примерно понимала финансовые возможности каждого.

Голос в моей голове бесновался, настаивая оставить этих людей не только ни с чем, но ещё и в долгах, но я принял другое решение. Суть его была в том, что Вяземские заплатили ровно столько, чтобы потеря была очень существенная, но в тоже время они были рады, что остались живы и потеряли только деньги.

Через час у меня в прихожей стояла сумка с двумя миллионами рублей, пересчитав которые я отпустил этих бедолаг на все четыре стороны.

Сделать это побыстрее я хотел по двум причинам: во-первых, отправить разгневанного деда в голове опять спать, а во-вторых, отдых от всего навалившегося требовался и мне самому.

— Не жалко тебе их было так облапошить? — задумчиво оглядел меня дядя Святогор.

Было видно, что задаёт он этот вопрос не из-за сочувствия к получившим по заслугам людям, а исключительно переживая за меня.

— Нет. Они бы меня убили и глазом не моргнув, будь у них такая возможность. — спокойно ответил учителю.

— Ты изменился. — тем же тоном произнёс дядя.

— Давно. — вздохнул я. — Просто сейчас это было уже невозможно маскировать.

— Это то, о чём ты хотел поговорить?

— Да, но уже не сегодня. — одарил я учителя усталым взглядом.

Кивнув на мои слова, дядя на секунду задумался, а затем отчего-то решил спросить другое:

— Моя помощь в тренировках все ещё актуальна?

Этот вопрос меня немного смутил, потому что никаких сомнений на этот счёт у меня не было.

— Более чем, дядя. Мне ещё учиться и учиться. — практически сразу отозвался я.

Одно дело действовать грубо: выдавать мощные, но очень прожорливые атаки и всегда рисковать остаться без сил в решающий момент, другое, уметь контролировать силу и не тратить больше, чем нужно, а также иметь большой «манобак», превращаясь в по-настоящему грозную боевую единицу.

— Рад это слышать. — улыбнулся учитель и поднялся со стула. — Надо бы баб Машу домой вернуть, испереживалась поди там вся.

— За это не переживай, Кали уже её ведёт домой.

Я уже засыпал в кровати, когда раздался телефонный звонок. Товарищ за вечер звонил несколько раз. В начале я не брал трубку, так как был занят беседой с людьми Вяземского, поэтому успокоил друга лишь смс сообщением. Затем мы беседовали с учителем и я тоже отклонил вызов. В итоге, замотавшись я завалился спать так и не переговорив с товарищем, за что сейчас пришлось от него немного выслушать — Максим за меня тоже переволновался.

Жили мы не так далеко друг от друга и чёрный внедорожник возле моего дома, принадлежащий тем людям, что подкараулили нас возле школы, он заметил когда ездил с отцом в магазин.

Другу я очень сильно доверял и не хотел обижать ложью, но и рассказывать всю историю в подробностях тоже не стал. Со стороны бы это выглядело как хвастовство или, что более вероятно, как небылица. Поэтому товарищ услышал скромный рассказ о том, как с помощью дяди Святогора и Кали, мне удалось дать понять этим людям, что никаких извинений они от меня не дождутся. А учитывая то, что мы находились на земле Белорецкого, те, кроме пустых угроз, ничего сделать и не смогли, а потому вернулись домой ни с чем.

— Почему ты не обратился за помощью к отцу Алины? — недоуменно спросил товарищ, после пересказа о произошедшем.

— Не хочу быть ему обязанным. — честно ответил я.

— Лучше обязанным, чем мёртвым. — резонно отметил Максим.

— Ладно тебе, — вздохнул я. — всё хорошо закончилось же.

Моего оптимизма друг не разделял и его можно было понять. Завершив диалог с Максимом, я наконец-то лёг спать.

На следующий день в школе, меня огорошила своей осведомлённостью Алина. Как оказалось, Максим на всякий случай поднял тревогу и держал в напряжении не только себя, но и Белорецкую. К счастью, мои периодические ответы смс сообщениями сдерживали их позыв спустить на вчерашних гостей дежурное боевое крыло клана Белорецких. Такой исход мне бы всё испортил, но забота друзей была безусловно приятна.

При встрече, девчонка задала мне тот же вопрос, что и товарищ вчера вечером.

— Почему не обратился ко мне или отцу?! Мы же друзья!

Только вот в добавок ко всему, в голосе подруги явно проскальзывали нотки обиды.

— Я отложил этот ход на самый крайний случай. — вновь ответил я правду.

Белорецкая ещё пол дня на меня дулась и что-то ворчала себе под нос, но к обеденному перерыву отошла. Правда, выразилось это совсем неожиданным образом.

— Ты слишком самоуверенный. Это может тебя погубить. — важно заявила подруга. — Сегодня на тренировки к вам приду. Наваляю тебе пару раз и тогда ты сразу станешь умнее.

От такого заявления я едва не подавился компотом. Удивлённо оглядев девчонку, сидевшую напротив с предельно серьёзным видом, я с трудом сдержался от того, чтобы не расхохотаться.

— О, с радостью на это погляжу. — а вот товарищ широко улыбался, беззастенчиво демонстрируя отсутствие нескольких зубов.

— По-моему, с самоуверенностью проблемы не у меня. — осторожно ответил я, вытягивая губы трубочкой, чтобы не выдать улыбку.

— Моим развитием занимаются лучшие клановые мастера. У тебя нет шансов. Но тебе стоит преподать этот урок, для твоего же блага.

— Тебе общение со мной идёт на пользу. — хмыкнул я. — Словечек набралась.

— Ну-ну. Смейся. — ответила мне улыбкой подруга, а потом внезапно стала серьёзной. — А давай спор?

— Спор? — неуверенно повторил я.

— Ой, а чего ты сразу притих? — раззадорилась Алина, что было на неё не очень похоже.

Притих я собственно потому, что чувствовал себя неудобно ещё за прошлый раз, когда подруга проспорила мне домашние задания и, кстати, до сих пор их частично выполняет. Причём делает это порой с ошибками, которые мне приходится исправлять.

— Если проиграю я, — продолжила Белорецкая. — то… буду тренировать дар вместе с вами, ввиду не компетенции моих мастеров, а если ты…

— Ха, вот ещё награда! — вмешался я. — Нужен мне такой спор? У нас там суровая мужская компания, тренируемся по методикам имперского спецназа. Девчонкам там не место.

Услышав мой комментарий, Белорецкая надулась, а Максим посмотрел на меня очень недовольно и даже пнул под столом.

— Ладно. — примирительно поднял я руки. — Если захочешь заниматься с нами, то пожалуйста, но не надо выставлять это как великую награду. — твёрдо заявил я.

— А чего хочешь тогда? — вздохнула подруга, огорчаясь, что её еврейский трюк не прошёл.

— Будет зависеть от того, чего хочешь в случае победы ты.

— Ну-у, во-первых, весь следующий год ты будешь называть меня «О, мудрейшая». Во-вторых… хватит ржать, я серьёзно! Во-вторых, если у тебя возникнут в будущем какие-то проблемы, то ты даёшь слово, что обратишься ко мне или моему отцу за помощью.

Это было смешно, мило и грустно одновременно. И если первые две эмоции были очевидны, то грустно мне становилось от одной только мысли стать должником Белорецких. Тогда однозначно завербуют в род, о чём они сейчас наверняка строят различные планы. В голове даже проскочила мысль, что моя подруга тоже преследует эту цель, но я её отверг — Алина ещё слишком мала для такого.

— Хорошо. Идея с титулом «Мудрейший» мне понравилась и её я оставляю. А вторым пунктом будет вот что — ты обещаешь больше верить в меня. — стал на ходу формулировать своё желание. — И если я говорю, что справлюсь сам, то ты во мне не сомневаешься. Идёт?

— Идёт. — без раздумий пожала мне руку Алина.

Спор получился на мой взгляд довольно безобидный, поэтому я остался доволен собой, ведь ничего не предвещало…

После окончания общей тренировки, ребята стали расходиться. Обычно мы с Максимом прощаемся со всеми, в том числе с Белорецкой и остаёмся втроём с учителем. Дядя Святогор делает небольшой перерыв, во время которого нам положено медитировать. Этим мы занимаемся около получаса, а затем учитель возвращается в зал и работа продолжается.

Во время медитаций я обычно собирал и разбирал штангу, стоявшую в десятке метров на специальных стойках. Сегодня, ввиду присутствия лишних глаз, а именно сопровождения из двух бойцов охраняющих Белорецкую, подобные демонстрации пришлось отложить.

Кто-то может сказать, что смысла в этом мало, так как в зале стоит десять камер, а оператор по ту сторону внимательно наблюдает, но как бы не так. У нас со школьной охраной и электриками отношения были особые… В те дни, когда тренировки проходили в спортзале, с камерами обязательно приключалась какая-нибудь беда. То питание отключится, то свет пропадёт, то её просто набок свернёт.

Первое время мужики из школьной службы безопасности прибегали и пытались провести починку, но войти в помещение до окончания наших занятий у них не выходило. Пытались они и беседу с дядей Святогором провести, и директору пожаловаться, и разок даже припугнуть, но результат был всегда один — когда начинались наши тренировки, камеры переставали функционировать. Соответственно, на это уходили первые полторы-две минуты наших с товарищем медитаций. Дежурная бригада уже давно выучила наше расписание и молча ждали под дверью когда мы закончим. Не торопили, не стучались и не ругались, за что в благодарность, мы с Максимом отключали камеры максимально деликатно, просто отсоединяя их от питания и сети.

Был, правда, в самом начале один случай, когда ребята из охраны или же сами электрики, решили установить пару камер на батареях и работающих по беспроводной сети, но эти устройства почему-то быстро сгорели. Видимо попался брак.

— Ваша Милость изволит сегодня заниматься с нами? — улыбнулся вернувшийся тренер.

— Да, если вы не против, учитель.

— Буду очень рад. — кивнул дядя Святогор. — Но им придётся выйти. — указал он на охрану.

— Это исключено. — сразу вмешался телохранитель, на что Алина лишь скромно пожала плечами. Тётя Тоня так вообще одарила учителя таким пронзительным взглядом, что тот даже приподнял брови в удивлении.

Учитывая, что мы находились в месте где всё вокруг на многие километры принадлежало Белорецким, в том числе эта школа и зал, дяде с охраной ругаться и спорить было совсем не с руки. Тем более, в свете недавних событий их можно понять — инструкции по охране девчушки стали более строгими и жесткими. Ну а отказать девчонке в пустяковой просьбе — такая глупость, что даже не рассматривалась.

— Хорошо. — только и ответил дядя, а я быстро сообразил, что сегодня мы будем заниматься по очень упрощённой и скромной программе.

Тренер очень дорожил своими знаниями и наработками и категорически не желал устраивать показательные мастер-классы. Именно по его указке мы и баловались с камерами наблюдения.

— Учитель, мы с Алиной также хотели бы провести учебный спарринг. — решил я, что лучше сразу поставить тренера в известность.

Повернувшись к охране, дядя увидел утвердительный кивок одного из бойцов, который следом добавил:

— Его Сиятельство дал добро, под нашим общим присмотром.

Дядя Святогор оглядел меня с весьма многозначительным взглядом, на что мне оставалось только повести плечом, невербально высказывая, что я тут не при чём.

— Хорошо. — прикрыв глаза и коротко выдохнув, ответил он.

Тренировка вышла мягко говоря унылая и очень скучная. Целый час мы занимались откровенной хернёй, отчего я начал слегка нервничать.

Сначала учитель заставил нас с помощью телекинеза жонглировать всякими мелкими предметами. Затем откуда-то достал отвёртку и три шурупа, вкрутил их наполовину в бесхозный деревянный брусок, ждавший своего часа в кладовке и заставил нас усилием воли закручивать эти шурупы до упора в доску, а затем выкручивать назад.

Первое время у меня и Максима получалось ужасно, в отличие от Белорецкой, которая выполняла все эти упражнения с полной лёгкостью, не забывая наблюдать за нашими потугами со снисхождением.

Чуть позже у нас с товарищем тоже стало получаться, но до уровня Алины, которая могла с такими навыками смело идти подрабатывать в какую-нибудь мастерскую, нам было далеко.

— Это те самые секретные методики тренировок имперского спецназа? — подтрунивала надо мной подруга.

— Нет, это курсы по обучению юных слесарей. Нам, похоже, в эту профессию дорога закрыта, а вот у тебя дар божий. Вместо университета поступай в ПТУ — такой талант пропадает.

Алина в ответ даже бровью не повела. Напротив, подруга лишь улыбнулась и оглядев меня с иронией произнесла:

— Ничего, надеюсь скоро в программе тренировок вашего спецназа всё-таки настанет время спаррингов, тогда-то я тебе покажу свои таланты.

— А ты умеешь готовить мороженное? — неожиданно вмешался в наш диалог Максим, по всей видимости проверяя какую-то важную теорию, возникшую в голове.

— Нет. — строго ответила подруга, прежде чем скучающий дядя Святогор поднял на нас глаза и осуждающе оглядел.

— Хватит болтать. Крутим-крутим.

Мы действительно всю тренировку крутили шурупы и болты, наживляли гайки и жонглировали небольшими предметами. Голова от этих, казалось бы пустяковых заданий, кипела ужасно. Работа с мелкими деталями и дозирование своей силы давались мне особенно нелегко. Несколько раз я случайно сминал эти гайки, ломал резьбу или просто умудрялся терять доверенное имущество из виду, что вкупе неслабо действовало мне на нервы.

Самое неприятное это то, что я начал понимать в этом свою слабость. Также это отметил и наш учитель, а значит крутить мне эти гайки-болтики до тех пор, пока это не станет даваться легко как Алине. Так сказать, развитие мелкой моторики в плоскости телекинеза…

— Ладно, на сегодня хватит. Проведем эту вашу учебную дуэль и заканчиваем. — хлопнул в ладоши дядя, поглядывая на часы.

— Ну наконец-то. — тихо буркнул я себе под нос.

Мы уже хотели выйти в центр зала, как вдруг учитель предупреждающе поднял руку и произнёс:

— Нет, здесь нельзя. Поломаете ещё что-нибудь, попортите. Во двор пойдём, там места хватает. — качнул он головой в сторону окна.

Спорить никто не стал и мы большой компанией отправились на улицу. За школой был небольшой плац, где часто маршировали старшеклассники и на переменах бегали дети, именно сюда мы и пришли.

— Слушаете мои команды. Говорю «Стоп», значит прекращаете любые действия. Поражением будет считаться потеря барьера. — не торопясь инструктировал нас дядя. — Готовы? — спросил он, наблюдая как мы заняли ранее указанные позиции и отметив утвердительные кивки, громко крикнул. — Начали!

Алину и правда тренировали одни из лучших воинов клана Белорецких, но она всё равно ещё была ребёнком. Ребёнком способным, с большим потенциалом, но ещё на начальном пути своего развития. Я все-таки в этом плане ушел гораздо дальше своей подруги и финал этой дуэли был изначально предсказуем. Об этом, кстати, мне не преминул возможностью напомнить учитель, пытаясь слегка попинать мою совесть, но, учитывая, что инициатива была полностью на стороне Белорецкой, я никаких угрызений не испытывал.

Первую атаку Алина провела используя свои навыки телекинеза. Я почувствовал, как что-то инородное, объёмное и вполне себе сильное, будто тянет ко мне свои невидимые руки. Была возможность отмахнуться от этих цепких лапок, но я решил не показывать явного превосходства и подался на встречу этой силе.

Ожидаемо, едва оказавшись в объятиях чужой энергии, я был отброшен в сторону и неслабо прокатился по асфальту. Поднимаясь с него, поймал на себе обеспокоенные взгляды Алины и Максима, в то время как остальные отчетливо видели, что ничего страшного со мной не произошло и барьер стоит на месте.

— Попробуй сильнее! — крикнул я подруге, наблюдая смешанные чувства на её лице.

Впрочем, уже через пять секунд моё тело пулей полетело в школьную стену, оставляя на последней небольшую вмятину. На этот раз было значительно мощнее и я этому был даже рад — подруга действительно стала намного сильнее.

Сделав нужную отметку в голове, больше себя швырять я не позволил, отмахиваясь от тянущихся ко мне бесплотных рук. Пока Алина предпринимала отчаянные попытки повторить былой успех, я неспешно вернулся к месту, где стоял в самом начале дуэли.

— Попробуй даром. Так может и получится. — негромко произнёс я, избегая в голосе намёков на сарказм.

— Даром опасно. — неуверенно ответила Алина.

— А ты аккуратно.

— Ну… хорошо.

В начале подруга попыталась приморозить мои ноги к земле, но подобный трюк я легко развеял своим даром, пуская энергию под себя. Появившийся лёд, пытающийся зацепиться за мои ботинки, быстро отступил и превратился в воду. Следующим этапом была брошенная в мою сторону громадная сосулька, которую она намеренно затупила в острие. Такая вот у меня подруга, заботливая.

От этой атаки я просто увернулся, а затем увидел как её сбил телекинезом учитель, чтобы кусок льда не влетел в школьное окно. Следующие два раза также поступил и я, взмахом руки сбивая атаки подруги еще в самом начале полёта. Поражало другое — Алина создавала эти глыбы с такой скоростью, что глаза поднимались на лоб не только у меня и дяди Святогора, но и десятка бойцов её охраны, которые наблюдали за нашей схваткой со стороны. На место нашей схватки прибыла её охрана и из машины сопровождения.

В конце концов мне надоело и я просто поднял её в воздух и развернул к себе боком, а затем резким движением заставил её тело метнуться в мою сторону, отчего девчонка громко взвизгнула, а охранники сорвались со своих мест.

Впрочем, все быстро успокоились, когда я поставил ее рядом с собой и добродушно улыбнулся.

— Я устал, давай ничья, а?

Алина ничего не ответила, лишь грустно надула щёки. В этот момент подсуетился Максим и достал из рюкзака шоколадку, быстро вручив её нашей подруге.

— Спасибо, Максим. — только и произнесла она, горько вздохнув.

— Ну и чего грустим? — искренне удивился я. — Победила дружба, пошли домой?

— Победил ты, Лёша. Я же не глупая и всё поняла.

— Ну тогда, извольте пожалуйста по титулу. — хохотнул я, отчего Максим с Алиной тоже улыбнулись.

— Как скажешь, о Мудрейший. — покладисто добавила она.

— Леха, ты с ума сошел? Какой мудрейший? А если её отец узнает? — первое что произнёс учитель, когда Белорецкие оставили нас втроём.

— Она сама это предложила. — пожал я плечами.

— Ты ходишь по лезвию ножа! Твой дядя Серёжа в один день будет не в лучшем расположении духа и может не захотеть разбираться в таких мелочах. Ты ещё не знаешь какие бывают аристократы. — добавил дядя глубоко вздохнув. — Я служил у одного. Он едва не убил няню своего ребёнка просто за то, что годовалый малыш громко плакал. Алина прекрасная девочка, но вам обоим стоит быть с ней осторожнее. Одна её слезинка при отце на какую-нибудь из ваших детских глупых шуток и реакция может быть совершенно непредсказуема. Не надо проверять терпение графа на прочность и забудь его называть «дядя Серёжа». Это опасный и расчётливый человек, будь с ним аккуратен, а лучше и вовсе держись от него подальше.

Учитель и раньше читал мне нотации на эту тему, но сегодня распылялся особенно ярко. Я, конечно же, его внимательно слушал. Опыт человека понимающего и знающего о чём говорит никому не будет лишним, но и в моей голове кое-что было. Быть как все, жить в страхе и бояться аристократов — это точно не про меня. В тоже время спорить с дядей я точно не собирался, у меня на это никогда не хватало аргументов.

— Дядь, а что по нашему бою скажешь? — решил я попробовать сменить тему.

— Тоже мне бой. — буркнул учитель, но затем задумался и кое-что всё-таки озвучил. — На твоём уровне махать руками при каждой атаке уже не пойдёт. С этого дня тренируем техники телекинеза без движения рук, только сила мысли. Надеюсь, для чего это нужно объяснять не стоит?

— Нет. — за нас двоих ответил Максим, всю дорогу молча слушавший как меня воспитывает учитель.

Сегодня дядя Святогор по просьбе отца Максима вёл нас домой со школы. Эти дурацкие аномалии не давали о себе забыть, поэтому одни мы фактически никуда и не ходили.

— Вот и хорошо. Начинайте упражняться в этом дома. Те упражнения, что мы сегодня делали на тренировке, несмотря на ваши кислые мины, очень полезные. Всё тоже самое, но без рук. — еще раз добавил учитель, подходя к калитке дома Авериных.

— То есть с людьми Вяземского он справился сам? — с долькой удивления уточнил Евгений Константинович.

— Это вряд ли. Ему помог его учитель. Суть в том, что ко мне обращаться не стал, а жаль. Я так ждал повод Вяземского встряхнуть… — мечтательно протянул граф.

— Когда есть желание, повод всегда найдётся. — с усмешкой заметил князь, а затем добавил. — Что за учитель?

— Да есть там один. Физруком в нашу школу устроился. Из бывших Витязей, серьёзный и заряженный, но уже лет шесть как на гражданке. Пробовал через ребят его к себе — отказался.

— Ишь ты какой. Может мало предложил? — хмыкнул старший Белорецкий.

— Да нормально я ему предложил. Личные заморочки у него какие-то.

— Принципиальный значит. Скорее всего влияние на пацана имеет. Так что глаз на Обломова не клади — не обломится. — хохотнул князь со своего каламбура.

— Посмотрим. — ответил улыбкой брату Сергей Константинович.

— А с этой дуэлью что? Как ты вообще позволил?

— Да там ребят моих было столько… в общем всё было под контролем. Да и пацан ей вреда не причинит, в этом я уже вполне уверен. Баловство в общем, а не дуэль. Зато результат какой! Алина с ним хорошо растёт, даже очень хорошо. — поджав губу добавил граф, глубоко задумываясь над этим вопросом, прежде чем старший брат вернул его к разговору.

— Там к нам опять эти святоши пожаловали. Указ сверху, пришлось пустить.

— Фанатики?

— Именно.

— Прибил бы каждого. Терпеть их не могу. — фыркнул Сергей Константинович, вспоминая неприятных людей из ордена.

— Их никто не любит.

Выходной от школы день, к моему большому сожалению, начался раньше, чем я планировал. Во-первых, с самого утра Бобик начал терроризировать мой мозг. Чёкнутый ёж после дуэли с Белорецкой как с цепи сорвался и стал постоянно агитировать меня пойти в разлом и поднять свои навыки. Колючий увиденное за школой воспринимал чересчур буквально и сильно бесился от того, как я по его мнению проиграл Алине.

Сколько уничижительных мыслеобразов я от него получил просто не счесть. Самые популярные из них это различные вариации того, как старая дряхлая ежиха, если я верно понял, его бабушка, отделала меня своим не менее дряхлым хвостом, в то время как я пытался безуспешно ей противостоять. Вторым по популярности роликом, который мне накопив силы транслировал Бобик, была схожая картина, но уже с маленькими ёжиками, избивавшими меня своей небольшой бандой. И если в начале я сомневался, то чуть позже уже был абсолютно уверен в том, что этот колючий идиот таким образом иронизировал над моими навыками себя защищать. И никакие призывы к логике и объективной оценке той ситуации, не помогали — Бобик хотел продолжить мои тренировки в разломе. Я первое время вежливо, а потом уже и абсолютно беспардонно слал колючего курить бамбук, охранять кукурузу, гулять в тумане или под конец просто на три буквы, лишь бы он от меня отвязался. Но упёртости этого существа мог позавидовать даже баран. Именно так, с приставкой «колючий» я и стал его называть впоследствии.

И если ворчливого деда в голове я почти всегда мог отправить на задворки разума, а Кали и вовсе выполняла мои приказы беспрекословно, то Бобик был в этом плане, мягко говоря, оборзевшим. С ним получалось справиться только кратковременно. После небольшого отдыха, колючий не ленился и вновь возвращался к эмоциональному терроризму, за что этим утром я его едва не возненавидел.

— У меня же выходной, мудень ты в иголках! — в сердцах воскликнул я.

Второй причиной раннего подъёма были дела, которых в нашем доме скопилось немало. Поэтому встать мне пришлось в любом случае и уже с самого утра, каждый был занят своей задачей. Видел бы кто глаза демоницы, когда я отправил её драить полы в доме!

— На, жопу прикрой. А то глаза мозолишь. — бросила платок на спину бесовки бабушка.

Та как раз в это время мыла полы на кухне и порой нагибалась так, что дяде Святогору приходилось смущённо отворачиваться. Учитель по просьбе бабушки проверял проводку и что-то чинил, периодически отвлекаясь на Кали.

— Что не так то? Я же оделась. — недовольно буркнула демоница.

— Срака твоя просвечивается, оделась она. — в тон ей проворчала баба Маша.

Дальше слушать их перебранку я не стал — у меня было своё задание. Огромная куча дров, которую заказали дядя с бабушкой, была выгружена прямо на середину двора. И моей личной головной болью было превратить её в стройные ряды аккуратно наколотых поленьев в нашем сарае.

Бабушка изначально сомневалась, можно ли мне такое доверять, но учитель её быстро убедил, что я достаточно взрослый для таких дел и переживать не стоит.

Первое время я усердно работал руками и в результате быстро заработал несколько болезненных мозолей на свои бедные детские ладошки. Следом же пришло осознание того, что я всё-таки одарённый и пользу от этого можно получать самую разную. Например, немного приноровившись колоть дрова с помощью телекинеза.

Нет, просто разрывать брёвна на части было делом нелёгким и даже контрпродуктивным — частенько получались либо безобразные чурки, либо куча щепок. А вот бить по пенькам топором, не напрягая рук и спину, выходило вполне себе плодотворно. Не надо бояться попасть себе по пальцам, сиди себе в тенёчке, да работай. Тренировка дара опять же происходит.

Поймав себя на этой мысли, внезапно решил совместить полезное с полезным. Теперь напротив меня стояли уже три пенька и три топора, благо инструмента было достаточно. Работа в таком режиме уже не была лёгким занятием и делать её без помощи движения рук, как советовал учиться дядя, у меня пока не выходило.

— О, я вижу ты всё-таки додумался. — хитро улыбнулся учитель, выходя на крыльцо.

— Лень — двигатель прогресса. — мрачно заявил я, оглядывая натруженные руки в мозолях.

— А чтобы мозолей не было, можно руки даром окутать. — проследив за моим взглядом добавил дядя.

— Я думал барьера будет достаточно. — грустно вздохнул я, понимая, что ошибся.

— Он немного не так работает. — бросил в ответ учитель и пошёл по своим делам.

Работа шла на радость довольно быстро и очень скоро всё пространство вокруг стало завалено поленьями, после чего я решил, что пора бы их начать складировать в сарае. Подняв с земли с помощью телекинеза огромную охапку дров, направился в сторону нашей поленницы.

Открыв дверь в сарай и сделав шаг внутрь, я к своему удивлению оказался в совсем другом месте…

— Ах ты бля*ский Бобик! — прорычал во всё горло, что впрочем, было совсем зря.

Мой крик быстро привлёк ненужное внимание окружающей фауны. Я было хотел развернуться и покинуть разлом, но аномалии за моей спиной уже не существовало.

— Господин? Где мы? — обеспокоенно отозвалась Кали.

А вот её компании я был очень рад. К моей большой радости, демоница отправилась в разлом вместе со мной, хотя находилась в это время в совсем другом месте.

— Вылезайте оба. — рыкнул я, бегом направляясь к увиденной в сотне метров небольшой скале.

Кали и Бобик появились незамедлительно и сейчас оба исследовали окружающую территорию на предмет опасности. Чертыхаясь и матерясь, вспоминая богатый армейский запас слов ещё с прошлой жизни, я насчитал около семи огромных ящериц, которые абсолютно не таясь, с неприятным шипением и шелестом, проворно направлялись в нашу сторону.

В этот момент Бобик отправил мне мыслеобраз, демонстрирующий как эти монстры могут плеваться довольно агрессивной кислотой. Зло посмотрев на колючего, я смирился со своей участью и скомандовал вступать в бой.

Первую тварь отбросил от себя привычным движением руки, отчего моментально спохватился и далее стал стараться биться без помощи так называемых костылей. И если речь шла об одной двух целях, я вполне себе справлялся. Правда сила этих атак отчего-то заметно ослабла, но я думаю, это дело тренировки. Тренировки, которую противный ёж мне всё-таки устроил против моей воли.

— Господин, сзади! — вскрикнула Кали, на что я моментально ушёл перекатом вперёд.

Вышло вполне неплохо, не зря нас дядька в зале гонял. Увернувшись от огромного ящера, размером с большую собаку моего роста, я развернулся и вытянув руку вперёд, шваркнул тварь о камни со всей силы. Отметив, что отряхнувшийся монстр пытается прийти в себя, провернул эту операцию ещё дважды.

Кали тоже билась, метаясь между исполинских рептилий и одаривая их яростью своих когтей. Отдыхал только Бобик — значит был уверен, что справимся сами.

На секунду зазевавшись, я был снесён хвостом подкравшейся твари, попытавшейся моментально вцепиться мне в горло. Защищая себя, пришлось пожертвовать рукой, которую я засунул в пасть твари. Но несмотря на громадные размеры и мощные клыки, причинить мне урон рептилия не смогла — спас барьер. Разозлившись на вцепившегося в меня мутанта, я сосредоточился и с помощью телекинеза просто порвал монстру пасть.

Как оказалось, Бобик не совсем отдыхал — колючий бегал и добивал подраненных нами монстров, не забывая набивать свой желудок и откусывать рептилиям головы, чтобы уж наверняка.

Через полчаса поток тварей иссяк и мы смогли наконец-то сесть и передохнуть. Я плюхнулся на пятую точку прямо на уступе скалы, а мои спутники присоседились по обе стороны от меня.

— Козёл ты ёжик. И баран. — вздохнул я, вспоминая, что утро началось нехорошо с самого начала.

Колючему было плевать. Он сидел рядом на заднице, и вместе с нами наслаждался открывающимся пейзажем на вечно зелёные джунгли перед нами. Вдали виднелся небольшой водопад и водоём, а скальный ряд, на котором мы сейчас находились, шёл полукольцом далеко в глубь этого места.

— С другой стороны, его методика эффективна. — аккуратно заметила Кали, но увидев мой злой и недовольный взгляд, смутилась и умолкла.

— Ну что, бес колючий, что теперь? Это всё или идём дальше?

Естественно, эта морда ничего мне не ответила. Вместо этого Бобик поднялся с места, и неспеша семеня лапками, направился вниз.

Похоже, мы оказались на территории разного рода рептилий. Уже через полчаса нашего путешествия мы напоролись на целое логово других рептилий. Прежде чем началась битва я успел отметить, что эти монстры отличались более вытянутой формой тела, длинными хвостами и в целом оказались намного проворнее тех, что мы встретили ранее.

Логово эти громадные ящерицы себе обустроили в одной из пещер, которую мы обнаружили рядом с ярко-бирюзовым озером, окруженным холмами, скалами и странным лесом. Деревья этого леса были покрыты будто чешуёй и трогать их меня предостерёг Бобик.

Я бы так и прошёл мимо этих зеленовато-чёрных ящериц, но те не смогли пропустить пищу мимо своей территории и стали быстро нас окружать.

Оценив количество рептилий, Бобик недовольно хрюкнул и без предупреждения сорвался их кромсать. Нам с Кали пришлось тоже к нему присоединяться.

Сегодня я отказался от вполне себя хорошо зарекомендовавшей стратегии метания этого комка с иголками и подошёл к тренировке довольно обстоятельно и серьёзно. Помимо того, что опять старался использовать силу телекинеза без помощи рук, я стал потихоньку цедить чистую силу небольшими, я бы даже сказал маленькими порциями, а затем швырять их во врагов.

Эта тактика оказалась заведомо провальной: для серьёзного эффекта, мне требовалось угодить монстру прямо в лоб, что было довольно трудно задачей. А все остальные мелкие ранения, твари переживали вполне себе спокойно, нередко даже не сбавляя темп атаки.

Вспомнив удачный недавний опыт, когда я порвал ящеру пасть и тем самым довольно быстро вывел его из строя, я решил не отшвыривать этих тварей от себя, а сразу калечить таким образом. Такой подход ожидаемо оказался довольно действенным. Бобик быстро отметил, что твари вокруг поголовно стали покалеченным и переключился на их добивание.

Очень скоро остатки живых монстров разбежались, не желая разделять участь своих сородичей. Бобика, сорвавшегося за ними я остановил, на что тот стал недовольно забрасывать меня мыслеобразами со вкусными на его взгляд яйцами этих тварей.

— Ну уж нет. — довольно произнёс я. — У тебя диета.

После чего поднял ежа в воздух и мы направились дальше по намеченному ещё до битвы маршруту. Если бы Бобик умел материться, то он бы обязательно сейчас это сделал. Но в моём случае, помимо сопения и недовольного бурчания, мне достались от него лишь нехорошие картинки о том, как он гадит в мой школьный рюкзак и на кровать.

Около часа мы довольно беспечно исследовали местные джунгли, прежде чем со стороны озера донёсся громкий «Плюх». Синхронно оглянувшись в ту сторону, мы с Кали ахнули.

Исполинских размеров змей плотоядно осматривал наш отряд, медленно подплывая к берегу с середины озера. Весь покрытый зеленоватой шкурой и шипами вдоль хребта, он двигался так грациозно, плавно и быстро, что я невольно залюбовался на это зрелище.

— Бежим! — встряхнув головой и быстро приходя в себя крикнул я, следом же направляясь в сторону ближайшей возвышенности.

Скалы здесь были повсюду, поэтому проблем с поисками удобной высоты не возникло.

— Господин, нам от него на ногах не сбежать. — поравнялась со мной Кали, прокричав это на бегу. — Я могу переместить нас всех отсюда подальше.

— Нет. Так он потеряет нас из виду. — отмахнулся я, успокаивая выпрыгивающее из груди сердце.

Всё дело в том, что наш Бобик ни разу не испугался этого монстра и успел передать мне мыслеобраз, прозрачно намекающий о том, что если мы примем бой с этой ползучей тварью, то сегодняшняя тренировка на этом закончится. А если мне удастся его ещё и победить, то колючий отвяжется от меня на ближайшее время и не будет доставать с «тренировками». Учитывая, что проводить здесь весь свой выходной я не хотел, даже несмотря на временной лаг между аномалией и нашим миром, было принято решение биться.

— Прости Бобик, тебе придётся полетать. — произнёс я, поднимая ежа в воздух, на что тот недовольно на меня покосился.

Затем оглянулся вниз, отмечая как мутант быстро нас нагоняет и швырнул колючего в морду змея. Монстра смело вместе с моим «зарядом», и они оба улетели вниз. Правда падать далеко не пришлось, высота скалы составляла по моим прикидкам всего около двух десятков метров.

Кроме того, что змей упал вниз и подниматься ему пришлось на скалу заново, никаких других проблем доставить ему подобной атакой у меня не вышло. Острейшие пики-иголки на спине Бобика, к моему большому сожалению, пробить шкуру ползучей твари не смогли. Змей как ни в чём не бывало перевернулся на брюшко, прошипел на оказавшегося рядом ежа, и развернувшись, вновь направился в мою сторону. Стало очевидно, что гастрономический интерес у местных тварей вызываю именно я.

Такая информация отразилась неприятным холодом внизу живота и сжавшейся задницей — фантазия у меня хорошая и не самые приятные образы быстро стали возникать перед глазами в самый неподходящий для такой ситуации момент.

Усилием воли отбросив все пагубные мысли на задворки сознания, я стал судорожно соображать, что можно сделать. Убежать от него на пару километров отсюда с помощью Кали, возможность была. Именно эта мысль меня немного успокоила и кстати, я совершенно не стеснялся своего желания оказаться как можно дальше от этого места и конкретно этой твари.

Злость на дебильного ежа внезапно подкинула мне довольно интересную идею. Но для её воплощения нужно было подпустить змея поближе.

Отбежав в сторону от края небольшой горы, на которой мы с Кали сейчас находились, я с замиранием сердца стал ждать, когда этот ужас местного озера поднимется наверх.

Без дела тоже не стоял, в обоих руках концентрируя чистую энергию в серьезных объёмах. Запасы моей маны подросли с прошлого раза, но не настолько, чтобы расходовать их бездумно.

Впрочем, два тёмных, с примесями оранжевых вспышек, шарика, я нацедил и даже не остался без сил.

— Кали, будь готова. — бросил я, а сам на мгновение поднял глаза, оглядывая пространство сбоку и над собой, наблюдая морду недовольного ежа, удерживаемого мною в воздухе телекинезом.

Медленно и жутко шурша толстой шкурой по камням, к нам наверх взбирался этот титан из мира змей. Его чешуйчатая шкура была такой прочной и жёсткой, а масса тяжёлой, что камни под ним крошило и стачивало будто громадным круглым напильником.

Учитывая, что конец хвоста извивающейся твари, по словам наблюдающей за ним Кали, только-только оторвался от подножия скалы, на которой мы находились, длина змея могла достигать колоссальных четырёх десятков метров, если не больше. Что неудивительно, потому как когда он открыл свою пасть, тем самым вызывая по всему моему телу армию мурашек, я быстро отметил, что могу забежать туда не пригибаясь…

— Господи, за что мне это всё в семь лет? Бобик, мудак ты редкостный, вертел я на своём мелком детородном органе такие тренировки, тебя и твои педагогические способности! — прокричал я перед собой и стало намного легче.

Встряхнув головой и глубоко выдохнув, я дождался, когда пресмыкающийся бросится ко мне и откроет свой чемодан ещё раз, а затем силой мысли отправил на бешеной скорости в его пасть сначала заряды, а спустя секунду и огромного ежа, следом же отскакивая в бок от себя.

Оглянувшись в сторону места, где я сейчас находился, отметил вписавшуюся в скалу огромную тварь, ещё не понимающую, что случилось.

А получилось всё весьма удачно: энергетические шарики будто два раскалённых ядра по моей команде стали метаться внутри пасти змея, выжигая всё на своём пути и пробиваясь в его мозг до тех пор, пока не растратили свой потенциал. Попавший в следом захлопнувшуюся пасть Бобик, кратно усугубил ситуацию для огромной рептилии, пробивая то, до чего не дотянулись шарики моей энергии. Тварь забилась в бешенстве, шипя, беспорядочно извиваясь и мотыляя огромным хвостом, снося со своих мест скальные выступы и огромные валуны, лежавшие здесь до этого момента десятилетиями, а может и того больше.

Под такую раздачу попал и я, не успевший покинуть опасное место. Тварь, казалось бы, лёгким и случайным движением задела меня своим хвостом, но этого хватило с лихвой. Моё тело снесло как пушинку, мощно припечатывая к скале и не будь на мне защиты, однозначно об неё бы и размазало.

Удар был настолько мощным, что даже несмотря на щит, у меня кратковременно поплыло перед глазами. Пришёл в себя я довольно быстро и уже с далека, благодаря Кали, наблюдал за змеёй, всё ещё дергающейся на последнем издыхании. Движения её были уже вялыми и было ясно, что это существо доживало свои последние минуты, трепыхаясь в предсмертной агонии.

У меня же, напротив, был прилив духа и адреналина. Сердце бешено колотилось в груди, а глаза всё ещё не могли поверить в случившееся.

— Простите, господин… — падая рядом со мной произнесла Кали. — Я не ожидала, что серпента вас достанет.

— Будь внимательнее. — недовольно буркнул я, хотя на самом деле зол не был.

— Да, господин.

Запустить в пасть змея нашего Бобика я додумался не только от большой любви к этому колючему мудазвону, но и наблюдая за реакцией мутанта на колючего, когда я несколько раз шваркнул ежом по морде твари.

Справедливо опасаясь иголок Бобика, змей даже секунду не думал о том, чтобы попытаться его съесть. Вот я и решил, угостить его иголками насильно, ведь не может же он быть изнутри такой же непробиваемый, как снаружи!?

— Фу, как же мерзко ты выглядишь… — оглядывая Бобика, с трудом выбирающегося из пасти рептилии, произнёс я.

Ежу стоило больших трудов освободиться от плена змея, а путь наружу пришлось буквально прогрызать. Всё это время он был дико зол и отправлял мне в мозг гневные мыслеобразы. Чаще всего они ярко демонстрировали картинки, как Бобик открывает мне портал либо в задницу какому-нибудь исполинскому медведю, либо в место, куда тот чаще всего справляет большую нужду…

— Побухти мне там давай. Я тебя рядом с собой и воплощу, дубина колючая. — буркнул я, совершенно не ощущая за собой вины.

Тем временем, Бобик всё-таки выбрался из змеиного плена и был похож на… на выкидыш химеры. Весь в кусках плоти несчастной рептилии, его блевотине и крови… это зрелище было просто непередаваемым. Но ещё труднее было передать ту дикую невыносимую вонь, что теперь от него исходила. Весь этот образ дополнял ужасный, злой и даже слегка бешеный взгляд немигающих красных глаз ежа.

— Надо тебя помыть. — стараясь не обращать внимание на эманации ненависти источаемые в мою сторону, произнёс я.

Следом же телекинезом поднял колючего в воздух и направился в сторону озера. Бобик бухтел что-то злобное и агрессивное, недовольно шевеля лапками в воздухе, но этого козла я не слушал. До сих пор не мог простить ему испорченное воскресенье, да и домашняя работа от меня никуда не денется.

Спустившись к озеру, я нагло и безцеремонно стал окунать ежа в воду там где поглубже, вытаскивать и вновь повторять процедуру, пока колючий не приобрёл более менее приличный вид.

— Ну вот, теперь на человека похож. — довольно озвучил я, поставив Бобика рядом с нами.

Домой мы вернулись не сразу. Колючий ещё полчаса дулся на меня за такое неуважительное отношение, даже пытался прочитать мне мораль, традиционно используя мыслеобразы, но в конечном итоге успокоился и открыл разлом.

Дома прошло около пары часов, но бабушка и дядя с большой тревогой дождались меня во дворе, недалеко от места, где была разбросана куча дров.

— Вижу, дядя Святогор уже всё сделал. — грустно отметил я.

— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно подорвалась с места бабушка и принялась меня осматривать.

— Да. Только испачкался весь опять. — глубоко вздохнул я.

— Опять был в разломе? — сразу всё понял учитель.

— Угу. Это всё Бобик.

— Кто-кто? — не поняла меня баба Маша, а дядя одарил вопросительным взглядом.

— Гигантский ёжик-мудак. — обречённо добавил я.

Взгляды, которыми меня одарили окружающие были… сочувственные? Бабушка незамедлительно стала трогать мой лоб и критично осматривать голову на предмет ушибов, а дядя сел передо мной на корточки и внимательно заглянув в глаза, переспросил:

— Ёжик-мудак?

— Гигантский. — добавил я, показывая рукой его рост, но при этом не доставая до нужно уровня.

— Я же учил тебя, щит не снимай, всегда держи. — сочувственно покачав головой, бросил он.

— Да, учитель, спасибо. Сегодня мне это спасло жизнь!

— Его надо в больницу. — тревожно запричитала бабушка.

— Он одарённый. Должно само пройти. — не очень уверенно ответил ей учитель.

— Эй! Вы что, мне не верите? — начал соображать я.

— Верим-верим. — отмахнулась бабушка.

— Пойдёмте в сарай, кое-что вам покажу. — решил расставить все точки над «и», я.

Оглядевшись по сторонам и отмечая наш низкий, а местами просто сеточный забор с соседями, решил материализовать ежа не в огороде, а там, где лишних глаз точно не будет.

— А может лучше в дом? Полежишь, поспишь? — с надеждой спросила баба Маша.

— Нет. Пойдёмте. — бросил я и первый направился в сарай.

Но едва подошёл к двери, открывающей вход в достаточно тёмное помещение, я остановился и вспоминая прошлый опыт аккуратно просунул внутрь руку, а затем и голову, внимательно проверяя помещение на отсутствие разломов. Прошлый раз Бобик так всё провернул и замаскировал, что никакого свечения и ничего другого, что могло его выдать не было.

— Всё нормально, можно входить. — поворачиваясь к бабушке с дядей крикнул я.

Те смотрели на меня такими печальными и жалостливыми глазами, будто я их в газовую камеру приглашаю, а не в сарай.

— Пой-дём-те. — настойчиво произнёс я и шагнул внутрь, командуя Бобику появиться.

— Думаю, лучше зайти. — прошептала бабушка дяде, странно косясь в сторону входа. Я всё это видел и слышал из глубины помещения.

Вошедшие в сарай родственники, а своего учителя и дядю я уже давно таковым и считал, выскочили как ошпаренные.

— Етить распедрит твою налево! — воскликнула бабка, следом же выдавая абсолютно непечатную порцию матов.

Повернув голову в сторону всё ещё злящегося Бобика, я недовольно цокнул. Он и правда в темноте сарая выглядел ужасно и страшно. А его недовольный и злобный взгляд, так и не сошедший с морды ежа в свете последних событий, и вовсе у неподготовленного к такому зрелищу человека, заставлял кровь в жилах стынуть.

Пока они там чего плохого не натворили, я поспешно вышел следом.

— Вы чего? Он не кусается.

— Это что такое? — указывая пальцем мне за спину, спросил дядя Святогор.

— Это Бобик.

Когда первый шок отступил, родные всё-таки поддались моим убеждениям и зашли в сарай. Только сейчас до меня дошло, что я оставил этого проглота наедине с нашей домашней живностью. Бедные животные забились в противоположную сторону от Бобика и тихо дрожали прижимаясь друг к дружке.

Колючий на куриц поглядывал с однозначным интересом, но ввиду того, что пока был сыт, соблазну не поддавался. Впрочем, вошедшая следом за нами бабушка с этим была не согласна.

— Ах ты ирод проклятый! — воскликнула она быстро пересчитывая клушек и неизвестно откуда взявшая в руки вилы. — Одной не хватает!

Взгляды присутствующих перекрестились на наглой бесстыжей морде ежа, пытающейся не жевать.

— Я же говорил вам, что он мудак!?

Взглянув на разгневанную бабушку, я решил что лучше развоплотить ежа, в противном случае могло и до греха дойти. Она вон и вилы опасно перехватила…

Дома мне пришлось более подробно рассказать про то, кто такой Бобик и как он у меня оказался, а также его неприятную особенность организовывать мне проблемы.

— Так нельзя. Да, ты сильнее своих сверстников и чего уж там, некоторых взрослых… но рано тебе ещё по аномалиям шастать! Рано, понимаешь? — злился учитель.

Дядя Святогор упорно видел во мне лишь ребёнка. Одарённого, сильного и перспективного, но всё ещё ребёнка. Рассказывать им с бабушкой о том, что несмотря на порой детские выходки, во мне живут память и знания взрослого мужика, я не стал. Были небольшие переживания по поводу их реакции. Докажи потом людям, что я всё тот же Лёша… В общем, эту тайну я решил оставить при себе.

В конечном итоге мы сошлись на том, что я становлюсь кратно внимательнее и более не должен попадаться на уловки мудоёжика. Бобик, кстати, прекрасно слышавший эти разговоры в моей голове, лишь посмеялся. Держу пари, этот бес в иголках уже придумывает очередной способ как меня подловить.

С другой стороны, несмотря на ворчание и беспокойство учителя с бабушкой, каждый раз возвращаясь из разлома я ощущал скачок в своём развитии. Это подтверждала и Кали, испытывающая схожие трансформации. И стоило отдать должное Бобику — по словам учителя, он водил нас в разломы первых уровней, и не намеревался закинуть в самое пекло, будто нерадивый отец своего ребёнка на середину озера, чтобы тот научился плавать.

Произошёл с дядей Святогором у нас диалог и о моём происхождении. Бабушка мою тайну скрывала от абсолютно всех, оставляя возможность открываться кому-либо на моё личное усмотрение, когда я стану достаточно сознательным. К её удивлению, этот момент настал значительно быстрее, чем она ожидала. Что же касалось дяди, то он был очень не глуп, я бы даже сказал крайне умён и быстро сложил два плюс два, отлично понимая чью силу крови наблюдает в своём ученике.

Впрочем, свои наблюдения он оставлял при себе и лишних вопросов не задавал ни мне, ни даже бабушке.

Сегодня же, мы с ним этот вопрос закрыли. Дядя убедился в своих догадках, а я убрал из взаимоотношения нашей… семьи лишние тайны. К счастью, ровным счётом ничего не изменилось и наша жизнь вернулась в привычное русло.

Уже сейчас, в столь раннем возрасте, я стал замечать как мы с Максимом и Алиной выделялись на фоне остальных детей в плане физической формы. Трудно было сказать однозначно чья эта заслуга: нашего тренера или природных сил, что усиливают тело одарённого. Но учитывая, сколько времени мы посвящали спорту, я всё же склонялся к первому варианту.

Я никогда за свою жизнь не болел и не жаловался на здоровье, а вот со слов товарища, у него такие изменения наступили только после пробуждения дара. Ранее он был абсолютно обычным ребёнком и что такое ангина, знал не понаслышке.

— Знаешь, что я подслушал у взрослых?

Повернувшись к другу, я обнаружил на его лице признаки явного нетерпения. Товарищ жаждал поделиться новостью.

— Заинтриговал.

— Они договариваются свозить первоклассников в город на экскурсию!

— Честно? — сказанное неожиданно разбудило в моей душе любопытного ребёнка.

— А то! Обговаривают детали поездки.

— А куда именно? Океанариум, зоопарк или что-то ещё?

— Ну… на этом моменте меня выгнали из комнаты. — грустно вздохнул Максим. — Так что не знаю.

Съездить в город было давнишней мечтой моего детства. И изменить желания ребёнка не смог ни дед в голове, так или иначе постепенно передающий мне свои знания, ни память моей прошлой жизни. Порой задумываясь над подобными метаморфозами, я всё чаще приходил к выводу, что я уже не тот прожжённый фронтовой жизнью мужик, мотающий третий десяток лет. Нет, теперь я активно растущий и не по годам развитый, но всё же мальчишка. Со своими страхами, радостями, желаниями и присущим данному возрасту любопытством. Надолго ли во мне всё это? Вопрос без явного ответа. Скорее всего, всё будет зависеть от окружающих обстоятельств, от того, как быстро меня заставит повзрослеть сама жизнь.

За такой беседой мы с Максимом вошли в школьную раздевалку. У начальных классов физкультура проводилась объединённым уроком, но сегодня, по какому-то недоразумению, с нами вместе в спортзал пришли и старшеклассники.

Судя по разговору, ребята учились в четвёртом «Б», чем отчего-то сильно гордились. Входя внутрь помещения, я отметил столпотворение и лёгкие возгласы возмущения. Всех моих одногодок согнали в угол комнаты, а напротив них вышел какой-то парень из числа заканчивающих начальную школу.

— Малышня, шмотки свои собрали и вон там в уголок сложили. — грозно пробурчал один из парней, оглядывая первоклассников. — А то разложились тут.

Это был среднего роста, относительно своих одногодок, парень, с белобрысыми волосами и сечкой над бровью. Её он, оглядывая окружающих, высоко задирал и смотрел на нас предельно недовольным взглядом, выискивая тех, кто решится сказать что-то против.

— И куда нам их там сложить? Там же даже для пятерых не хватит мес… — попытался возразить Коля, парень с моего класса.

— Меня что, волнует? — перебил этот быдло-зверёк, как я его окрестил для себя.

При этом, взгляд его был наполнен такой пугающей яростью, что ни Коля, ни кто-то другой в раздевалке возразить не решился. Почти никто.

Конечно, хорошо было бы не выделяться и не лезть в конфликт с этим мерзавцем, чего я изначально и хотел, но… но в итоге просто не смог. Какой-то козёл, не только вёл себя максимально по-хамски, но и в приказном порядке указывал нам где можно, а где нельзя оставлять свои вещи.

— Ты чё, опух? — вперёд меня рыкнул в ответ Максим, отчего на моём лице сменилось сразу несколько эмоций.

Оглядев товарища, я немало удивился и поджал нижнюю губу, а затем хищно оскалился, в крайней степени одобряя его действия.

— Малой, ты чего, храброй воды напился или в фонтан бессмертия нырнул? — раздвигая плечами внимательно следивших за разворачивающимися событиями окружающих и направляясь в нашу сторону, с усмешкой произнёс этот бармалей.

— В штанах у тебя малой. Сам иди там переодевайся, понял?

Максим говорил уверенно и не сводил взгляда с подошедшего к нему вплотную белобрысого парня, для чего ему пришлось немного задрать голову. В таких ситуациях, конечно, лучше подбородок наоборот к груди прижимать, но то если на тебе щита нет. С щитом-то, можно этим и пренебречь.

— Дерзкий, я посмотрю?

Как это часто бывает в таких ситуациях, дальше разговора не вышло. Максим получил жёсткий удар ладонью по лицу, который к удивлению агрессора ему оказался совершенно нипочём. Ответ моего товарища была ассиметричен… Не долго думая, он мощно зарядил оппоненту между ног, от чего тот загнулся, громко ахнув на всё помещение и рефлекторно схватился за своё хозяйство. Поддавшись соблазну, Максим дал двойку по удобно наклонившейся морде зарвавшегося старшеклассника и тот свалился на пол скуля от боли.

Я же, тоже без дела не стоял и пресёк попытку другого негодяя напасть на друга сзади. Действуя на опережение, в стал за его спиной и вмазал ногой в живот, рискнувшему броситься на Максима.

На этом вся драка и закончилась. Все присутствующие шокировано наблюдали за произошедшим, оглядывая меня с другом с явной опаской. Добиваться такого эффекта никто из нас не желал, но тут повлияло другое. Я просто не ожидал от товарища такого поведения и сейчас отчего-то не мог сдержать улыбку. Последнее ввиду произошедшего явно выглядело странно, но мне было плевать.

— Всё. Погоняло Торпеда у тебя теперь будет. — хохотнул я, хлопая по плечу Максима.

Товарищ мне лишь скромно улыбнулся, а затем присел над зализывающим раны оппонентом и добавив стали в голос, что вкупе с его детским голоском вышло немного забавно, процедил:

— Ещё раз узнаю, что младших задираешь — зубы выбью.

Что тут скажешь, натерпелись мы в своё время от таких вот малолетних бандитов и разговор с ними сейчас, был короткий. Малейшая несправедливость и грубость от старших резко воспринималась нами в штыки, и приходилось себя очень сильно сдерживать, чтобы не натворить глупостей. Понимание того, что дети, пусть и оборзевшие, детьми быть не перестают — внушил нам с товарищем дядя. Да и сам я всё прекрасно понимал.

Учитель вдобавок четко дал понять, что с уже имеющейся в нашем арсенале силой, мы способны лупить хоть выпускников этой школы. Только вот если бездарные начнут жаловаться на то, что против их отпрысков бездумно применяют силу какие-то малолетки, это может быстро обернуться тем, что власть в регионе нас заберёт из семьи на перевоспитание уже абсолютно законно и обоснованно.

Откровенно говоря, я такой участи абсолютно не боялся, но и дразнить органы местной власти лишний раз тоже не собирался.

Выходя из школы я нашёл глазами бабушку. Обычно та внимательно следила за входом, стараясь не пропустить мой или Максима выход, но сейчас её взгляд был устремлён в сторону. Взгляд этот был холодный, внимательный и цепкий. А ещё злой.

Проследив за взглядом бабы Маши, я увидел очередной чёрный внедорожник, правда с не нашими номерами. Рядом с ним стояло несколько мужчин в белых костюмах, пристально изучающих округу, а делегация их клонов была встречена мною на выходе из школы.

Примечательным здесь было то, что во внутренний двор нашего «второго дома», не мог заезжать никто, кроме кортежа Белорецкой Алины, которую привозили и забирали отсюда как раз из этой точки. Даже посещавшие меня недавно Вяземские, парковали свой внедорожник за пределами школьного двора. Ровно как и все остальные, в том числе персонал школы, были вынуждены ставить свои автомобили за воротами, где так же имелась стоянка.

— Кто это такие, ба?

— Враги.

— Враги? — удивился я, по новому оглядывая этих людей. — Но я первый раз их вижу.

— Поэтому мы с тобой и живы. — поджав губы ответила она, бросив в сторону рекомых взгляд полный ненависти.

В этот момент из школы выбежал Максим и быстро найдя нас глазами, поспешил в нашу сторону. Едва он приблизился, как бабушка поднялась и мы направились в сторону дома.

По дороге ничего такого обсуждать баба Маша не захотела, поэтому мне пришлось терпеть до дома, прежде чем удалось получить ответы на свои вопросы.

— Это фанатики. Наш род с ними всегда находился в состоянии войны.

— Фанатики? И от чего же они фанатеют? — нахмурил я брови в недоумении.

— От веры. Веры в Бога.

— Но ведь мы тоже верим и ходим в церковь… я не понимаю. — слова бабушки пока что плохо укладывались в моей голове.

— Им это не объяснишь, внучок. Для этих иродов, мы демонопоклонники и антихристы. И никак иначе. — немного помолчав, бабушка добавила. — Наша вражда существует столько, сколько лет нашему роду. Это всё исчисляется столетиями, Лёша.

— Они здесь из-за меня? — поднял я глаза на бабу Машу, задавая вполне логичный в такой ситуации вопрос.

— Не знаю. Судя по тому, что говорят люди, они всё село шерстят. Вопросы разные задают. Трудно однозначно сказать. Но лучше не высовываться — завтра в школу не пойдёшь.

Провести весь день дома вместо школы — радость для любого ученика. Только вот я такому подарку был совсем не рад. Одно дело, остаться дома потому что у кого-то день рождения или какой-то праздник и тебе разрешили разок прогулять, другое, когда в город приехали инквизиторы, перед которыми тебе лучше не светиться. Последнее, как не трудно догадаться, было не только не из приятных, но и давило на мозг.

Дед, сидящий в голове, откликнулся вяло. Я ощутил лишь эмоцию ненависти исходящую от него к гостям нашего села и желание их всех передавить.

Из того, что я понял, «дед» был уже ни человеком, ни даже душой… это трудно объяснить, но больше всего подходило выражение «слепок души». Он будто накопитель силы, знаний и памяти, который медленно во мне растворялся, выполняя этим самым свою прямую и единственную задачу.

Что касалось тех знаний, которые я получил об этих фанатиках, то ничего хорошего мне их визит не сулил. Инквизиторами я назвал их весьма метко и подозреваю, это слово в моей голове всплыло не случайно. Так вот, шанс того, что они здесь не по мою душу, очень мизерный. И осознание данного факта просто не могло позволить спокойно проводить этот день.

— Они здесь, господин. — отозвалась в голове Кали.

Что и следовало ожидать. Люди в белых костюмах очень быстро навели справки в школе о странных происшествиях и тех, кто в них был замечен. После чего стали по очереди беседовать с участниками этих самих происшествий. Естественно, допрашивать Белорецкую им никто не позволил, но зато мой друг, наша учительница, новый директор и ряд других людей, что участвовали или были свидетелями этих самых событий, были опрошены. Об этом всём мне сообщил мой товарищ, который позвонил с мобильного отца и поделился последними новостями.

На самом деле, в школе я особо не наследил и никаких подозрений моя личность у них не вызвала. Всё благодаря тому, что граф Белорецкий через своих людей заранее распорядился строго-настрого всем молчать о том случае, когда мы с его дочерью «пошли погулять», поставив на уши всё село.

Как позже выяснилось, прилетело с другой стороны. Его величество случай свёл нашего соседа, старого деда Василия и белых инквизиторов в одном из продуктовых магазинов, где последние вели непринуждённую беседу с продавщицей. О прошедших в канун новогодних праздников взрывах, фанатики за время проведённое в нашем селе, слышали далеко не раз. Сейчас же им попался главный пострадавший, и с его слов, главный свидетель произошедшего. Дед с радостью сообщил о том, кого подозревает и даже согласился показать мой дом. Максима он, естественно, тоже заложил, но с товарищем светлые уже беседовали, а вот со мной нет.

Дед, откровенно говоря, не производил впечатление надёжного источника информации, особенно когда гремел бутылками с алкоголем в магазине, но этим людям было приказано проверять абсолютно всё.

На прозвучавший с улицы звонок в дверь, вышел открывать я.

— Здравствуйте, вам кого? — произнёс высоко задрав глаза и осматривая стоявшего передо мной мужчину.

Среднего роста, тёмно-русые волосы и внимательный изучающий взгляд.

— Алексей Обломов? — без лишних приветствий, коротко спросил он.

— Да.

— Взрослые дома есть? У нас к вам разговор. Можно войти?

— Бабушка есть. Сейчас позову, ждите здесь. — как прилежный ребёнок, впускать их домой раньше времени я отказался.

Вернувшись на улицу вместе с бабой Машей, я вновь встретился глазами с неприятным дядькой. Помимо него, возле машины стояло ещё четверо людей. Все как на подбор в одинаковых костюмах, две верхние пуговицы их рубах были не застегнуты, а на груди виднелись серебристые крестики на короткой цепи.

— Чем могу помочь? — вышла бабушка на улицу и оглядела окружающих.

— Меня зовут Семён. Мы принадлежим ордену Святой Троицы. Здесь по заданию Патриарха. Хотели бы задать пару вопросов вам и вашему внуку.

— Х-хорошо. — сложив руки на животе ответила бабушка. — Что-то случилось?

— Нет, вам не стоит переживать. — ответил мужчина и с намёком уставился на бабу Машу.

— Здесь будем говорить или домой зайдёте? — спохватилась она.

— Дома было бы удобнее. — кивнул он.

Пока бабушка хлопотала на кухне с чайником и пирожками, мужчины расселись за столом и внимательно изучали доступную для глаз часть нашего дома.

— Вы живёте вдвоём? — начал беседу Семён.

— Да. — ответила бабушка, расставляя чашки незваным гостям.

Последние, к слову, вели себя достаточно кротко, не в пример тем же Вяземским, что по поведению были больше похожи на бандитов.

— Родители уехали на Южный полюс. — деловито заявил я. — Экспедиция.

Бабушка на это смутилась, бегло оглядев светлых, но опровергать мои слова не стала. Семён оказался достаточно тактичным, чтобы эту тему дальше не развивать и перешёл к другим вопросам.

— На новогодние праздники в селе был переполох. Люди жалуются на мощные взрывы. Как раз в вашем районе. — вопросительно уставился мужчина на меня.

— Я бы на месте этих людей жаловалась на возросшее количество аномалий, открывающихся чуть ли не в наших огородах. — недовольно заметила бабушка.

— Согласен. И всё же, есть свидетель, указывающий, что Алексей причастен к этому прошествию. — спокойно заметил Семён.

— Да знаем мы этого свидетеля. — недовольно проворчала баба Маша. — Алкаш и старый хрыщ. Он вам и не такое расскажет.

На этих словах незваные гости поморщились. Было видно, что бабушкина характеристика о нашем соседе отозвалась в их сознании.

— А наши оболдуи ему то ли в огород, то ли под окно закинули свою самоделку. Научились же ещё, барамалеи, так делать, что прям хорошо слышно. В общем, с тех пор дед и гневается на них. Оно бы и поделом сорванцам, но он совсем краёв не видит. — к концу своей речи бабушка добавила в голос раздражения.

— Что за самоделки? — Семён вновь уставился на меня изучающим взглядом.

— Магний наточили, с марганцовкой перемешали. — пожал я плечами. — Новогодние взрывпакеты делали.

— Ещё остались?

Я опасливо покосился на бабушку, затягивая с ответом.

— Если есть — покажи. Я ругать не буду. — поняла меня без слов старушка.

— Минуту. — кивнул я, и сбегал в сарай.

Вернувшись, продемонстрировал светлым свой боеприпас, кладя его на стол перед гостями.

— И что, хорошо взрывается? — включился в разговор до этой минуты молчавший человек, беря в руки нашу с товарищем самоделку.

— Вполне. Но с теми взрывами, что перепугали всё село, не сравнится, конечно. — честно ответил я.

— Покажешь? — как мне показалось с явным огоньком любопытства в глазах, спросил один из не представившихся людей.

— Ну-у… — поглядев на бабушку и ловя её одобряющий кивок, ответил. — Можно. Пойдёмте.

Выйдя на крыльцо, я чиркнул спичку, поджёг фитиль и бросил самоделку в огород. Как и ожидалось, взрыв был довольно мощным, но ничего сверхъестественного.

— Точно сам делал? — деланно восхитился мужчина.

— С товарищем. — довольно кивнул я.

— Круто. А ты чего сегодня школу пропустил, кстати? — между прочим поинтересовался он.

— Живот прихватило. — отводя глаза, произнёс я.

— В самом деле прихватило или комедию разыграл? — шутливо уточнил мужчина в белом костюме.

— Ну… вы только бабушке не говорите… — постарался отыграть я смущение.

— Хорошо. На вот, глотни. — протянул он мне фляжку. — Водичка заговорённая, живот болеть точно не будет. — подмигнул он мне.

Поглядев на открытую флягу, которую он мне передал, я спокойно глотнул воды и передал её назад. Дядька, от которого исходила лёгкая черная дымка, внимательно следил за моими движениями и реакцией, но когда я вернул тару, он удовлетворительно кивнул своим мыслям и убрал её во внутренний карман пиджака.

— Пошли ко всем. — хлопнул он меня по плечу и мы вернулись в дом.

Как мне показалось, во время нашего отсутствия в комнате была тишина, но позже выяснилось, что Семён всё-таки уточнил у бабушки про моих родителей и тоже напоил её этой водичкой. Причем сделал это весьма настойчиво.

Следом был ещё ряд обычных вопросов про школу, отметки, одноклассников и учителей, ну и коронное, не видели ли мы чего странного.

— Так я же вам говорила — аномалии эти. Страшно детей на улицу выпускать.

— Мы обязательно передадим жалобы вашего села Патриарху. Они поспособствуют решению проблемы.

Каким образом они могут повлиять на совершенно неведомым образом открывающиеся у нас аномалии, было неизвестно. А самое главное, могли ли вообще? На этих словах инквизиторы стали подниматься со своих мест и направились на выход, достаточно вежливо при этом попрощавшись.

— С виду не такие, как ты о них говорила. — задумчиво произнёс я, смотря им в след.

— Не обманывайся внучок. Едва бы мы вызвали у них больше положенного подозрения и эти живодёры моментально сбросили бы свои маски. Помоги мне, пожалуйста, дойти до дома. — держась за живот произнесла бабушка.

Только мы успели сделать несколько шагов внутрь своего двора, как на встречу выскочил дядя Святогор, моментально подхвативший бабушку под руку. Они с Кали и Бобиком всё это время сидели в засаде, в любую минуту готовые вступить в бой.

— Тёть Маш, ты чего? — разволновался он, и я рядом.

— У меня отравление… — прохрипела старушка. — Слава богу тебе эту воду не дали…

Убеждать бабушку в обратном, когда она была в таком ужасном состоянии, я разумно не стал. Вместо этого мы проводили её на кухню и стали отпаивать тем, чем она нам говорила. Вид у неё был усталый, лицо побледнело, а глаза, напротив, немного покраснели. Ещё и в холодный пот бросило, отметил я, прикладывая ей свою ладошку ко лбу.

— Должна выжить. Во мне уже давно нет силы. Это одновременно плохо и хорошо. — казалось, сама с собой говорит она.

Что касалось тех отваров, которые под руководством бабы Маши мы сейчас ей делали, то в их эффективности я не сомневался. Многие в деревне приходили к бабушке за мазью, заговорёнными травами или ещё каким чудо-средством — то ли, остатки дара, то ли какие-то знания, полученные от своей матери, то ли всё вместе, но результат был. Как и слава народной целительницы среди местных жителей.

К моей большой радости, катастрофы не случилось. Да, пришлось поводить бабушку до туалета, носить ей отвары и варить суп, который она поела через силу пару ложек, но ночь бабушка всё-таки спала, а к утру более-менее стала приходить в себя.

С её слов, таким образом светлые частенько проверяли тех, кого подозревают в служении «силам зла». Людей, обладающих нашим даром, в течение минуты, а то и быстрее, буквально выворачивало наизнанку от такого «напитка», который к слову, ничего общего со святой водой не имел.

Каким-то образом, учёные ордена смогли вывести компонент, являющийся ядом для разумных, обладающих нашим даром. Убивать, конечно, не убивал, но бурная реакция сразу показывала, что человек принадлежит к касте «темных». А в таком ослабленном состоянии с ним можно уже делать что захочешь.

Бабушке досталось относительно слабо в первые минуты лишь потому, что дара в ней давно нет, лишь отголоски былой силы. С другой же стороны, эти самые силы оставили на организме свой отпечаток и «яд» всё же подействовал. А без помощи дара, самостоятельно с этим бабушкин организм быстро справиться не смог. Такой вот замкнутый круг.

Почему неприятные последствия от употребления этой водички не коснулись меня, я не понимал. Но факт оставался фактом — чувствовал я себя абсолютно нормально.

— Может быть нам стоило всё-таки убить их? — воинственно заявил я, поглядывая на бабушку, постепенно приходящую в себя.

Дядя этой ночью остался ночевать у нас. Был риск того, что эти негодяи захотят вернуться. Ну и с бабушкой помог посидеть — ей требовался уход.

— Нет. Это та ситуация, когда действует поговорка «Самая лучшая драка та, которая не случилась.» — мудро заметил учитель.

— Какая же это тогда драка? — недовольно буркнул я себе под нос.

Видеть близкого человека в таком состоянии было очень непросто. Накатывало ощущение того, что в её возрасте это могло закончиться очень плачевно, хоть меня все и уверяли в обратном. Ну а учитывая, что виновники этого инцидента мне были известны, с утра я неожиданно для себя воспылал праведным гневом.

Читая мысли по моим глазам и мимике, дядя решил пояснить.

— Думаю наш план позволил бы с ними справиться достаточно легко. — начал он, заглядывая в мои глаза. — На такие задания посылают самых рядовых бойцов Ордена. Обычно ранг мощи этих ребят не превышает Боевика. Но это, сам понимаешь, информация весьма неточная. Но положим, что мы бы справились. — на этих словах дядя сделал большую паузу. — Как думаешь, как скоро остальные заметили бы пропажу пятерых бойцов? Какова была бы реакция ордена? — не отводя взгляда задал он вполне резонные вопросы. — Вместо того, чтобы проверить село и уйти ни с чем, сюда бы послали уже других святош, с другими рангами. Последствия нашего боя с этими людьми очень не предсказуемы. Поэтому я считаю, что текущий расклад просто идеальный. Контролируй эмоции и думай головой, если хочешь прожить дольше. — заключил дядя Святогор.

Мне даже стало стыдно, что я сам не пришёл к таким выводам. То ли детские гормоны, то ли мозг атрофировался в этой бесполезной школе… Что ж, буду над этим работать. Старый военный опыт подтверждал дядины слова — эмоции нужно контролировать, иначе они творят твою судьбу, но никак не ты сам.

В школу мне сегодня требовалось пойти, чтобы более не вызывать каких-либо дополнительных подозрений. Справившись о том, что с бабушкой будет всё хорошо, я вышел из дома и сел в автомобиль дяди Славы. Поприветствовав товарища и его отца, отметил, что атмосфера в машине совсем не позитивная. Максим был поникший и смотрел в окно полностью отрешённым взглядом.

— Ты чего? Ремня дома получил что ли? — негромко поинтересовался я у друга, отмечая его настроение.

Мы с товарищем были не разлей вода с тех пор, как научились ходить. С самого детства бабушка и мать Максима частенько пересекались на детской площадке и подолгу забалтывались о чём-то своём, в то время как мы с другом играли в одной песочнице. Чуть позже, нас стали выпускать на улицу одних и всё свободное время мы по-прежнему проводили вместе: играли в футбол, в настольные игры, делились игрушками и вместе их ломали. С недавних времён, дядя Святогор стал нас приобщать к спорту и здесь мы тоже всё делали вместе.

Со стороны могло показаться смешным, но мне казалось, что такого друга как Максим, у меня не было и в прошлой жизни. Рассудок, конечно, подсказывал, что дружба проверяется не только жизненными испытаниями, но и банально временем, поэтому с такими выводами спешить нельзя. Но я слал к чёрту лишние мысли и предпочитал исходить из того, что вижу и чувствую сейчас. А дальше… дальше время покажет.

— Чуть позже. — негромко произнёс товарищ, намекая на присутствие в машине отца.

Когда мы вышли из автомобиля и направились в сторону входа в здание школы, Максим заговорил сам.

— Мама заболела.

По лицу друга было видно, что он держится буквально из последних сил. А ещё было понятно, что речь идёт явно не о какой-то простуде.

— Что говорят врачи? — после небольшой паузы спросил я.

— Что нужно лечение. — выдохнул друг. — Папа собирается машину продавать.

— И этого хватит?

— Не знаю. Вряд ли.

Машина у Авериных была обычная, подержанная и вряд ли могла много стоить.

— А тебе известна нужная сумма?

— Они считают меня маленьким. И не говорят об этом при мне. — на этих словах товарищ даже слегка притопнул ногой.

Ответить в такой ситуации что-то дельное я не смог, вместо этого выдав вполне банальную фразу.

— Всё будет хорошо, дружище. Вот увидишь. — приобнял я за плечо Максима, после чего мы разошлись по разным кабинетам.

То, что у меня была серьёзная сумма денег, товарищ не знал. Те наличные, которые мы забрали у людей Вяземского до сих пор лежали в черной сумке в моём шкафу. И похоже, эти деньги уйдут также легко, как и пришли.

— Итак, пацаны. Слушаем внимательно, я по нескольку раз повторять не буду. — вышел в середину поляны бойкий парнишка. — Мы груза собираем на зону. Нужно чтобы каждый уделил по возможности. Думаю… двести рублей все осилят. Срок три дня. — оглядывая нас внимательным взглядом, громко заявил Олег. — И нечего на меня щенячьими глазками смотреть. Людям надо помогать, карму себе почистите. — хохотнул он, под одобрительные смешки своих подельников. — Не себе в карман собираю.

— А если у кого-то нет возможности? — произнёс один из парней с четвёртого класса.

— Руки и ноги есть? Есть. Значит есть возможности. — холодным тоном с нотками агрессии сходу же ответил Олег.

Кто бы мог знать, как мне надоели эти периодические детские школьные разборки, в которых мне так или иначе приходилось участвовать. Правда то, что случилось сегодня — было из ряда вон выходящее. Мне даже трудно было представить, что в школе, которая находится под протекцией самого графа Белорецкого, какой-то идиот может додуматься проворачивать такие вещи, но нет, умники нашлись.

Эти наглые предприниматели собрали мальчишек из нескольких классов нашей школы на заднем дворе, заранее пригрозив тем, кто это приглашение проигнорирует. А затем стали подобным образом трясти с нас деньги. Как позже выяснилось, они уже несколько дней вытаскивают на обеденный перерыв по несколько классов, и рассказывают одну и туже историю. Соблазн набить морду этому Олегу, которого чаще называли по кличке Кулак, был большой. Своего товарища я и вовсе с трудом сдержал от такого шага.

— Во-первых, когда первоклассник лупит семиклассника — это очень подозрительно. — стал я объяснять другу свой план. — Нам бы лучше такое внимание к себе не привлекать.

— Предлагаешь стерпеть? — недовольно оглядел меня Максим.

— Вот ещё. — фыркнул я. — Предлагаю кое-что другое. Мы, конечно, можем отбиться от этих уродов самостоятельно, но эти ребята, — указал я на грустно плетущихся впереди сверстников. — вряд ли. А я что-то не очень хочу, чтобы они раскармливали этих…

Себя тоже приходилось сдерживать. Начинающие бандиты, решившие разжиться на детских обедах, вызывали у меня чувство праведного гнева.

— И что же ты предлагаешь?

Мы начали с класса, в котором учился я. Собрали на перемене всех мальчишек и прямо сказали, что денег никому давать не собираемся. Услышав, что абсолютное большинство своими наличными делиться также как и мы не желает, предложили ребятам дать отпор вымогателям.

— Если мы один раз их покормим, то потом будет очень трудно отвязаться. И напротив, дадим отказ, пусть даже кто-то получит люлей, но зато больше они нас трогать не будут. — произнёс я, оглядывая ребят.

— А мне на такое дело денег не жалко. — встал в оппозицию Ваня, а рядом стоящий его друг Вова, согласно закивал. — Тем более нормально попросили они. У меня дядька сидит, я бы с радостью ему помог.

— Во-первых, эти деньги туда не пойдут, чтобы ты себе там не фантазировал. Во-вторых, они не попросили, а поставили перед фактом.

— У Кулака брат в одиннадцатом классе и своя банда. Они нас побьют и всё. — ответил Сашка, зашуганный очкарик из моего класса.

— В общем, если хотите, чтобы вас избили, идите с ним. — закончил Ваня.

— Моё дело предложить. — равнодушно отмахнулся я, не желая вступать в спор ни с одним, ни с другим. — Те, кто с нами — никому свои деньги давать не будут, обещаю. Остальные будут решать свои проблемы самостоятельно.

Такой подход оказался более действенным. Когда с людьми сюсюкаешься и уговариваешь, они начинают ломаться, думать и сомневаться. А вот если дать на выбор два варианта и выгодно обрисовать перспективы, то народ принимает нужное решение намного легче и быстрее.

Мы с товарищем провели подобные диалоги и в его классе, и в ряде других. Везде нашлись согласные и противники, трусы и смельчаки, желающие помочь и остаться в стороне.

Меня такой расклад не смог удивить ни капельки, а вот Максим злился. Когда я озвучил свой план, в его фантазиях были радостно галдящие школьники, благодарящие нас за помощь и выражающие чуть ли не единогласное желание выступить единым фронтом.

Реальность же оказалось иной, что неприятно сказалось на настроении друга.

— Максим, ну а по-другому и не бывает. — хлопнул я по плечу товарища.

— Для них же стараемся! — буркнул он, но было видно, что быстро успокоился.

Как бы там ни было, но долгожданный день настал и в школьный двор заехали два больших автобуса, в которые после первого урока стали грузить первоклашек. Абсолютно все, в том числе и я, были в предвкушении поездки в город.

Нам сообщили об этом сюрпризе за два дня до сегодняшнего и всё это время детвора пребывала в томительном ожидании. Немного перебить радость от этого события получилось только у Олега и его банды малолетних вымогателей. Но сегодня все о них забыли, предпочитая оставить эту проблему на завтрашний день, который обещал быть не менее богатый на события, нежели текущий.

Поправив подаренную бабушкой синюю кепку и наблюдая в окне автобуса, как родное село остаётся позади, я молча погрузился в свои мысли, как и большинство окружающих. Такая тишина для нашего класса была редкостью. Правда уже через десять минут Нина Николаевна спохватилась и стала нас развлекать, напевая различные песенки, которые детвора охотно подхватывала.

Я в этом деле участвовал весьма избирательно, только если нравилась какая-то песня. Больше наблюдал со стороны за своими одноклассниками и дорогой. Сидящая сбоку Алина, напротив, знала буквально каждую песню и довольно звонко и чисто подпевала. Её бугаи сидели сзади нас и во всеобщем веселье не участвовали. Тётя Тоня уселась одна на два сиденья через проход от нас, и всю дорогу не смыкала глаз, внимательно наблюдая за окружающей обстановкой. Казалось, она была единственной в автобусе, кто не мог расслабиться. Впрочем, ей по работе это не было положено.

Что касалось остальных телохранителей Белорецкой, то их у неё было целых семь, не считая отдельной машины сопровождения, с которой мы вообще никогда не контактировали. Двое отдыхали, трое непосредственно рядом и ещё двое на подхвате, где-то вне пределов нашей видимости. При этом они постоянно менялись попарно, не считая, тёть Тони.

Та двойка, с которой у меня были неплохие взаимоотношения после ситуации с медпунктом, дежурила вчера. Сегодня были другие. Меня они почему-то терпели с трудом, точнее один из них, и поэтому я любил над ним подтрунивать. Второй, Алексей, мой тёзка, был вполне дружелюбный мужик и мы с ним нормально ладили.

— Дядя Фёдор. Почему ты такой грустный? — поворачиваясь назад, спросил я.

— Потому что опять вижу твою морду. Сядь ровно и не отсвечивай. — буркнул рекомый.

— Нет, это всё потому что ты шнурки не умеешь завязывать. — милым детским голосочком произнёс я, кивнув в сторону его ботинок. — Ты уже совсем большой, пора бы и научиться.

— Опять!? — с трудом контролируя ярость процедил он, приблизившись к моему подголовнику. — Ты находишь это смешным?

На самом деле я коротал время и немного нервничал, отчего решил занять себя чем-нибудь, чтобы отвлечься. Хотя была и другая причина, но о ней немного позже.

Шнурки давно уже мог не только развязывать, но и завязывать с помощью телекинеза. Только вот в случае с дядей Фёдором, веселее было выполнять лишь первую часть незамысловатого упражнения.

Он и так никогда не упускал возможности продемонстрировать мне свое пренебрежение, а сегодня и вовсе прыскал ядом, когда я сел рядом с Алиной. В итоге, подруге пришлось отдать ему приказ сесть сзади и не ворчать, чтобы он успокоился.

Что же касалось моих шуток, то никакого злого умысла с моей стороны не было, только вот бурная реакция дяди Фёдора, лишь подстёгивала меня к этому ребячеству.

— Я тут не при чём. — простодушно пожал плечами и повернулся к тёзке, который к этому времени уже сидел красный как рак, едва сдерживая смех. — Дядя Фёдор, вот у тебя какой ранг личной силы? — вновь повернувшись к рекомому, спросил я.

— Это не твоё дело и вообще секретная информация. — завязывая свои шнурки уже в пятый раз за время поездки, злобно пробурчал телохранитель.

— А вас когда набирают на такую работу, на стрессоустойчивость не проверяют?

— Я потомственный воин этого рода. Нас никто не набирает, мелкий ты кус… — на этих словах он осёкся и замолчал, раздражённо прикрывая глаза на мгновение.

— Лёша отстань от него. — толкнула меня в бок подруга. — Мы кажется уже приехали.

Тюмень оправдала все мои детские ожидания. Это был очень красивый город с не менее красивыми фасадами и интересной архитектурой. Нина Николаевна выступала в роли гида, показывая нам те или иные достопримечательности. В некоторых местах мы останавливались, но в основном проезжали всю эту красоту мимо.

Увидев расстроенные лица детей учительница пояснила, что основная программа у нас запланирована в конечном пункте, но в довесок пообещала на обратном пути завезти нас на набережную и дать полюбоваться закатом, которые здесь, как она утверждала, были волшебные.

Тем самым конечным пунктом оказался огромный океанариум. Который, как по секрету мне рассказала Алина, был построен князем Белорецким в честь рождения своей дочери. Мне было приятно заметить как тепло и абсолютно без зависти Алина отзывалась о сестрёнке.

Проект был поистине грандиозный и дорогостоящий, о чём было не трудно узнать из открытых источников. Теперь, когда интернет у меня был всегда под рукой, я мог легко и быстро выяснить подобную информацию. Правда, последнее явно не нравилось службе безопасности Белорецких.

Кто бы видел их лица, когда я в шутку набрал в поисковике на своём телефоне фразу «Что будет если взорвать океанариум». А после следующей фразы «Как пронести бомбу в рюкзаке мимо охраны» — мой школьный портфель, куда бабушка заботливо положила бутылку воды и пару бутербродов, внезапно захотел нести дядя Фёдор.

— Сумку давай. Неудобно тебе с ней там будет ходить. — пробубнил он и вытащил её у меня из рук, не дожидаясь ответа.

Что ж, если ему так хочется… тем более они и за Алиной носят её вещи. В общем, отдал, мне не жалко.

Прибытие на парковку, с которой уже открывался вид на огромное стеклянное здание, ознаменовалось протяжным детским «Вау!».

— То-ли ещё будет внутри. — довольно улыбнулась моя соседка, явно зная о чём говорит.

Ещё в школе, Нина Николаевна несколько раз нам напомнила про дисциплину. Поэтому сейчас дети организованно выходили из автобуса и строились по два человека в направлении входа, терпеливо ожидая пока освободится и выйдет весь класс.

Когда с этим этапом было закончено, мы наконец-то отправились внутрь, с нетерпением ожидая встречи с обитателями этого места.

Огромный холл здания встретил нас интересным дизайном интерьера. Всё было выполнено в красочных тонах, с небольшим преимуществом синего цвета. Едва мы вошли, как возле нас оказалась высокая женщина в строгой юбке и собранными на макушке чёрными волосами.

— Приветствую вас детишки! — поставленным голосом произнесла она, мгновением ранее поздоровавшись с Ниной Николаевной. — Меня зовут Алевтина Петровна, сегодня я буду вашим гидом. Буду вам здесь всё рассказывать и показывать. Мне можно задавать вопросы, для этого достаточно поднять руку. Я буду рада вам на всё ответить. — приятно улыбнулась женщина, а затем, спохватившись добавила. — Только прошу громко не разговаривать, не кричать и в целом вести себя культурно.

Класс в котором учился мой товарищ стоял в паре десятков метров от нас и к ним уже подошёл свой гид, зачитывающий аналогичные правила. По всей видимости, сегодня мы с другом пересекаться будем мало, если будем вообще.

Дальше наш класс провели мимо кассы, а затем через турникеты и арку металлоискателя, где из всех детей особое внимание охранников, как и их косые взгляды, достались, конечно же, мне. Меня несколько раз проверили уже ручным металлоискателем, заставили снять ремень и кепку, а также вывернуть карманы.

— Может уже хватит? — вмешалась Алина, в моменте, когда охранники решили заставить меня разуться.

— Инструкции, Ваша Милость. — вежливо ответил один из них, но дальше осмотр быстро подошел к концу.

Я же изображал саму скромность и невинность, терпеливо ожидая когда всё закончится. Эти люди были в своём праве и я не хотел их лишать удовольствия на мелкую месть, в ответ на моё дурачество. В итоге, меня всё-таки пропустили к уже недовольно ворчащим одноклассникам, перед которыми мне даже стало стыдно. Ребята прождали меня минут пять, как минимум.

После чего, под очередное всеобщее «Вау!» мы вошли непосредственно в сам туннель, где над нашими головами были тонны воды и плавали различные морские обитатели. Это место, на мой взгляд, легко подходило для досуга людей всех возрастов. Подводный мир завораживал, влюблял и пугал одновременно. Время здесь летело незаметно, а ощущение восторга просто не покидало.

Нет, я в отличие от своих сверстников выражал более сдержанные и намного более скупые эмоции. Глаза на лоб не лезли, пальцем в стекло тоже не тыкал и тем более не визжал, когда к нам подплывала громадная акула. Но в целом, был крайне восхищён и рад тому, что эта поездка всё же состоялась.

Да чего говорить, вон, даже дядя Фёдор увлечённо слушает гида и вертит головой в поисках косатки, о которой сейчас рассказывала Алевтина Петровна. Хорошо хоть не забывает про свою работу и за Алиной бдит.

— Дядь Фёдор.

— Что тебе ещё?

— А у тебя велосипед есть?

— Нет. — сухо бросил телохранитель, даже не поворачиваясь ко мне.

— Так вот почему ты такой злой. — негромко буркнул я себе под нос.

— Я его когда-нибудь прикончу. — бросил собеседник своему напарнику, впрочем, без какой-либо злости.

Многие со стороны могли удивиться, зачем оно мне надо приставать к человеку с дурацкими шутками и постоянно его нервировать. Ответ был прост — при нашей первой встрече пару недель назад, от него исходила легкая, едва заметная чёрная дымка. Сначала я немного перепугался и внимательно присматривался к этому человеку. Потом аккуратно стал прощупывать его защиту маскируя это всё под свои шалости. А затем и вовсе несколько раз попытался спровоцировать дядю Фёдора, чтобы обнажить угрозу и в состоянии гнева заставить его вспылить.

Дальше было несколько раскладов: либо он себя дискредитирует как охранник и встанет вопрос о несоответствии с занимаемой им должностью, либо он и вовсе нападёт, ярко демонстрируя свои намерения перед всеми окружающими.

Последнее было мне на руку по многим причинам. Но самая главная из них это то, что я был бы готов к бою. В противном случае приходилось бы ждать, когда этот затаившийся змей нанесёт свой удар.

Но время шло, и вместо злости и агрессии, дядя Фёдор демонстрировал титаническую выдержку. А сегодня и вовсе произошло нечто другое — чёрный дым просто над ним развеялся и перестал трепать мои нервы. На радостях, я устроил бедолаге контрольную проверку, но результат не изменился. Что ж… такой поворот событий мне в оказался в диковинку…

— Дядя Фёдор.

— Что тебе маленький демон, что? — повернулся охранник ко мне и устало взглянул.

— Ты мороженое любишь? — поправив свою кепку, серьёзно спросил я.

— Мороженое все любят. — отворачиваясь буркнул он.

Через несколько минут я уже стоял перед Алиной и её охраной с пятью рожками мороженого. Начиная с подруги, стал их раздавать, параллельно наблюдая смущённое лицо своей бывшей жертвы.

— Приятного аппетита.

— Это с чего бы это? — всё-таки не выдержал дядя Фёдор и подозрительно оглядел меня. — Оно с подвохом каким?

— Не. Это просто дружеский жест. — пожал я плечами. — Такое же как у всех. — замечая его по-прежнему недоверчивый взгляд, добавил. — Можем обменяться.

В этот момент его напарник связался с кем-то по рации, а затем еле заметно кивнул Алине и внимательно уставившемуся на него Фёдору. После чего те стали спокойно снимать обёртку.

— Спасибо. — довольно улыбнулась подруга. Дядя Фёдор лишь смущенно кивнул, а тёска подмигнул и потрепал по голове, сбивая набекрень мою кепку.

Экскурсия шла своим ходом. За этими разговорами мы не заметили, как отделились от класса и остались наблюдать за громадной косаткой, что сейчас кружила над нами. Это было для меня крайне удивительно, но судя по тому, что я сейчас видел, этот огромный кит-убийца нас чувствовал.

— Похоже, вы приглянулись Эльзе. — произнёс остановившийся рядом с нами мужчина в униформе местных работников.

— Эльза? — отчего-то переспросила Алина, завороженно разглядывая гигантскую косатку.

— Да, Ваша Милость. — ответил он, судя по всему понимающий с кем говорит. А учитывая, что охрана не препятствует, его личность была известна и им. — Её привезли сюда совсем недавно. Эльза очень умная. — с теплотой в голосе добавил он.

— Она нас понимает? — с удивлением уточнила подруга.

— Мне кажется, что порой очень даже да. — задумчиво ответил работник океанариума.

— Эльза! Ты очень красивая! — громко и звонко крикнула Алина, не сводя глаз с косатки, тем самым привлекая всеобщее внимание.

Все вокруг могли лишь улыбнуться детскому восторгу, если бы не одно но. Косатка, казалось бы услышала комплимент в свою сторону за огромной толщей стекла и игриво завиляв своим хвостом, стала крутиться на одном месте. Несколько минут она активно кружила над нами, а затем просто легла сверху на стекло.

Учитывая, что мы находились в стеклянном арочном коридоре, на потолке которого сейчас развалился огромный зубатый кит, зрелище было впечатляющим. Спустя короткий момент времени, рядом с нами начали собираться другие посетители океанариума, активно комментируя на камеры своих телефонов происходящее.

Не менее любопытно было наблюдать за тем мужчиной, что подошёл к нам с коротким рассказом об Эльзе. Он явно сам не ожидал такого поведения от косатки и пребывал в лёгком шоке. К тому же, ведь услышать Белорецкую Эльза никак не могла, но её бурная реакция говорила об обратном.

Пока моя голова были занята размышлениями на эту тему, а глаза изучали тело косатки надо мной, я неожиданно почувствовал как в плечо кто-то жестко вписался, отчего мороженое выпало из рук. С досадой и недовольством проследив за тем, как оно плюхнулось на пол и испачкалось, я поднял глаза на виновника происшествия.

— Чего встал посередине, козёл? — буркнул на меня Вова, а его товарищ, шедший следом, пихнул в другое плечо.

От такой наглости я опешил и на мгновение потерял дар речи, широко раскрыв глаза и удивлённо рассматривая этих двоих бармалеев. После прошлой нашей драки, где они оба неслабо по детским меркам от меня получили, Вова и Ваня больше не смели грубить или даже косо смотреть в мою сторону. А тут вон что выдали! Очень странно…

— И что дальше? — всё-таки выдал я, намекая ребятам, чтобы те продолжили свой спектакль.

— Че пялишься? Пошли отойдём? — приблизившись ко мне, негромко буркнул на ухо Вова.

Хотя… на счет того, что ребята боялись косо смотреть в мою сторону, я всё же погорячился. Во время моего диалога с мальчишками из нашего класса, эти двое внезапно стали смелее и выступили против моего предложения. Как стало известно на следующий день, именно этих двоих Олег поставил главными в нашем классе и поручил собрать деньги. Что ж… тем мне интереснее, что конкретно они придумали и зачем вдруг решили вновь задираться.

Плюсом ко всему, в их умственных способностях я крайне сомневался, отчего пришёл к мысли, что ребята действуют по чужой задумке.

— Ну пошли. — кивнул и отметив, как эти двое переглянулись, направился вслед за ними.

Алина бросила в нашу сторону беспокойный взгляд, но я отмахнулся и сказал ей чтобы не вмешивалась. Её охране и подавно было плевать на наши детские разборки, поэтому мы легко остались наедине.

Лёгкая, едва заметная чёрная дымка исходившая от ребят, однозначно мне намекала о их отношении к моей персоне, но страха идти за явно что-то замышлявшими против меня засранцами, у меня не было. Напротив, я спокойно вошёл в уборную и был готов, наверное, ко всему, кроме того, что в итоге произошло.

Пропустив вперёд себя, одноклассники быстро выбежали из комнаты и закрыли меня снаружи.

— Вы серьёзно? — громко крикнул я, но ответа, ожидаемо, не последовало. — Детский сад.

Подёргав ручку, отметил что дверь заперта с обратной стороны на ключ. Где они его вообще взяли?

Несколько раз выдохнув и спокойно поразмышляв над ситуацией, я всё-таки понял чего эти оболдуи добивались. Экскурсия уже к этому времени подошла к концу, мы провели внутри больше двух часов времени и успели обойти весь океанариум. Это значило, что сейчас класс будет загружаться в автобус и отправляться домой.

К слову, когда я шёл за мелкими интриганами, класс Максима уже вели на выход из здания, так что всё сходится. Их целью было сделать так, чтобы я остался здесь один, а автобус уехал без меня. Но для чего? У меня есть телефон — один звонок дяде и уже вечером я буду дома. А Кали меня доставит в село ещё быстрее. Тут что-то другое.

Тем более, Нина Николаевна просто обязана пересчитать детей при посадке в автобус и ещё раз перед тем, как выезжать. В общем, всё странно и непонятно. Поэтому решив не ломать себе голову, я стал думать как выбираться.

Первоначальное желание выломать дверь грубой силой телекинеза я сдержал уже второй раз. Можно было бы поступить гораздо проще.

— Выходите, господин. — открывая мне дверь с другой стороны, произнесла Кали.

Мелкие засранцы подготовились и повесили на ручку табличку «Не работает», что заставило меня поджать губу и уважительно кивнуть изобретательности тех, кто готовил эту глупость.

Кали, после того как открыла мне дверь, напротив, вошла в уборную разминувшись со мной и уже там развоплотилась, избегая лишних камер.

Спокойным шагом я проследовал на улицу, где по моим ожиданиям должен был находиться наш автобус и куча людей в моих поисках. Но увы, на парковке перед зданием находились только легковые автомобили и транспорта, на котором мы сюда прибыли, к моему очередному удивлению, уже не было.

Интересно вышло: я остался в Тюмени, а наш автобус отправился домой в село без меня. Можно было, конечно, сорваться за ним вдогонку или просто самостоятельно вернуться домой, но эти варианты я быстро отбросил. Когда ещё выйдет вот так вот остаться одному и делать что хочется? Несмотря на свой настоящий возраст, я всё ещё был под постоянной опекой родных и подобная возможность меня сильно порадовала.

— Кали, помнишь мы проезжали мимо набережной?

— Да, господин. — моментально ответила демоница.

— Тащи нас туда.

День только приближался к вечеру, и насколько я помню, Нина Николаевна обещала завезти нас на обратном пути на огромную трехпалубную, как я вычитал в интернете, набережную, с которой открывался прекрасный вид на закат. А если подняться на мост, то по заверениям автора статьи, картина будет ещё краше.

Как и ожидалось, на парковке городской достопримечательности, коим считалось это место, стояли два наших автобуса. Своих одноклассников я тоже смог найти глазами, наблюдая за ребятами, примкнувшими к парапетам. Вид здесь и правда красивый, и чтобы растянуть удовольствие и не пересечься со своими, я направился в противоположную от них сторону.

Весной солнце садилось ещё не так поздно, поэтому совсем скоро я, как и многие другие вокруг, с радостью могли наблюдать прекрасный закат, который мне запомнится на всю мою жизнь. К сожалению, запомнится он не только своей красотой, но и из-за событий произошедших следом.

Когда мне надоело наблюдать за причудливо переливающимися алым цветом облаками и их отражением в воде, я стал крутить головой, стараясь изучить окружающие пейзажи. Помимо не очень широкой реки, которая протекала через полгорода, напротив находилась большая роща и имение князя Белорецкого, того, что является братом нашему графу. Эту информацию я подслушал у гида, рассказывающего туристам историю о крае и самой набережной, как положено отстроенной, кстати, не так уж и давно.

— Кали, хочу туда. — указал я пальцем в сторону рощи, на территории которой стояла усадьба князя.

Демоницу два раза просить не пришлось. Едва мы отошли в наименее проходимое место, находящееся на нижнем ярусе парковки автомобилей, как Кали воплотилась и утащила меня в указанном мной ранее направлении.

Оглянувшись назад я увидел совсем другую, но не менее прекрасную картину города, отражающегося в реке. Несмотря на то, что было ещё светло, по всей набережной включили освещение, отчего вся эта красота заиграла новыми красками. Я любовался этим пейзажем минут пятнадцать, прежде чем в груди внезапно кольнуло. Затем неприятное чувство опустилось вниз живота, а я поёжившись, моментально обернулся.

— Твою мать Бобик! Это опять твои проделки?

С колючим мы давно не общались и я периодически вовсе забывал, что он есть. Боба был не самым общительным существом, да и я на него за последнюю подставу несколько дней злился.

Тем временем, ёж заверил, что открывшийся в пяти десятках метрах от меня разлом не его лапок дело и намекнул, что мне стоит его призвать. Делать этого я пока не стал, внимательно оглядываясь по сторонам. Несколько тварей уже вылезли наружу и направились в сторону усадьбы Белорецких, в то время как один монстр внимательно принюхивался и поглядывал исключительно в мою сторону.

— Опять волки. — сплюнул, наблюдая как громадная тварь несётся к опушке, на которой я сидел.

Какого же было моё удивление, когда телекинез не подействовал на эту махину, едва не снёсшую меня со своего пути. В последний момент Кали схватила меня и перенесла на два десятка метров в сторону.

— Нам с ним не справиться, господин. Лучше уходить.

— Перенеси туда, повыше. — указав на дерево, стоявшее в том направлении, где находилась усадьба Белорецких, бросил я.

Потерявший нас из виду исполинский волчара так и остался на краю рощи, принюхиваясь и беря след. Мы же, в итоге, переместились на сотню метров вглубь этого места.

С высоты дерева, на котором вцепившись своими когтями сидела демоница, было прекрасно видно, как вышедшая из аномалии стая мутированных волков, не спеша двигалась к забору усадьбы прижимаясь к земле.

А ещё было ощущение, что за забором, несмотря на большое количество охраны, к такому визиту, были не совсем готовы. Если быть точнее, то охрана несла свою службу исправно, но и монстры крались весьма аккуратно, не собираясь раньше времени поднимать шум.

— К ним во двор, быстро! — указал я пальцем в нужную точку, отмечая что медлить совсем нельзя, иначе жертв потом не оберёшься.

— Вы уверены, господин?

— Да! — рыкнул я.

Кали вытащила меня возле какой-то ёлки, предусмотрительно уничтожив камеру, смотревшую именно в эту точку. Подобные нюансы мы с ней обговорили уже давно и демоница достаточно легко с этим справлялась.

— Тревога! Аномалия в роще! — заорал я во всю мощь своих лёгких, отмечая моментальную реакцию охраны. — Тревога!

Практически одновременно со мной, громко взвыла сирена, но к сожалению, этого было мало. Десяток тварей в эту секунду легко перепрыгивали через забор и быстрыми скачками направлялись в сторону своих жертв. Так как я заранее видел их места прорыва, то и среагировать успел раньше других.

Отшвыривая парочку монстров назад к забору, я сорвался на бег в сторону маленькой девчонки, которая, похоже, оказалась в ступоре перед смертельной угрозой и не знала что делать, с ужасом в глазах наблюдая за происходящей бойней. Десяток бойцов вокруг неё с огромным трудом и весьма самоотверженно сдерживали напор монстров, но с каждой секундой возрастал риск того, что кто-то из них может проскочить к малышке. Два бойца из её охраны, стоявших ближе всего к девчонке, и вовсе бились с вожаком стаи, от которого ранее с Кали сбежали мы и защищать ребёнка нормально, уже явно не могли.

Хотелось бы мне конечно обвинить бодигардов девочки в профессиональной несостоятельности, но учитывая как всё резко произошло, а также количество и силу обрушившихся тварей, на эту тему можно было бы довольно долго дискутировать. Да, из дома в её направлении уже бежали десяток бойцов, какая-то молодая женщина и пожилой мужчина, на удивление обгонявший всех прочих, но все они могли банально не успеть.

Прошагав мимо всего класса в конец автобуса, я встал напротив нервно переглядывающейся двойки. Не знаю, что меня сподвигло в этот вечер на подобный альтруизм, но я решил проявить к ним милосердие и попытаться спасти.

— Ну-ка продвинулись, уроды. — буркнул, присаживаясь между ними.

— Ты чего пришёл? — неуверенно, но попытавшись собрать весь гонор, произнёс Ваня.

— С этого вечера, когда я говорю — вы молчите. — совершенно без агрессии и буднично заявил я.

— Чё? — разом вылупились на меня ребята.

Прикрыв глаза и недовольно качнув головой, я с помощью телекинеза мощно бросил их тела вперёд в спинки впереди стоящих сидений. От такого неожиданного столкновения эти оба бармалея пришли в себя не сразу. Секунд через пятнадцать я начал наблюдать более-менее осмысленные взгляды на их лицах и с неудовольствием отметил, что у обоих носом пошла кровь.

Вынимая платок из своего кармана, порвал его на две части и протянул сидящим по обе стороны парням. Те, полностью недоумевающие с происходящего, нерешительно приняли получившиеся у меня тряпочки.

— К вашему несчастью, сегодня я вам расскажу и продемонстрирую одну тайну. Если без моего разрешения вы вздумаете её кому-то разболтать, я вас убью. — подарив каждому парню холодный взгляд, продолжил. — Как вы могли заметить, я одарённый.

Услышанное током ударило по мозгам сидевших по разные стороны от меня мальчишек, все ещё сомневающихся в том, что сейчас на себе ощутили. Ваня стал часто моргать глазами, уставившись перед собой, а Вова наоборот, разглядывая меня раскрыл свои глаза так широко, что мне показалось будто они вот-вот выкатятся.

— Воевать со мной, противостоять мне, просто соперничать со мной, у вас нет никаких шансов. Нет этих шансов и у Олега. — произнёс я предельно спокойным, но безапелляционным тоном.

— Но… — попытался что-то сказать Вова, и моментально впечатался в сиденье напротив уже во второй раз.

— Раньше я не обращал на вас внимания и многое позволял. Теперь так не будет. Если я говорю не перебивать меня — значит лучше этого не делать. Усвоили?

Дождавшись утвердительных кивков с каждой стороны, я продолжил.

— До меня дошёл слух, что вы собирались в банду к Олегу. По глазам вижу, что это правда. — вздохнул я. — Теперь вы в моей банде, как и большая часть нашего класса. Уяснили оба?

— Да. — синхронно ответили парни, после небольшой паузы.

— Мне нужно кому-то палец там сломать или руку, чтобы вы не сомневались в том, что я с вами сделаю, если начнёте болтать?

— Н-нет. — запереживал Ваня и даже отстранился от меня, отсаживаясь ближе к окну.

Повернувшись к Вове, отметил, что тот был напуган не меньше.

— В общем, — хлопнул я себе по колену ладонью. — переваривайте информацию и не глупите. Завтра поговорим ещё. — на этих словах я поднялся и направился к своему месту.

Того, что они могут начать болтать я не боялся. Самой главной причиной этому было то, что секрета-то уже никакого толком и не было. Граф в курсе, часть учителей после ситуации с Алиной, скорее всего тоже. Да и сутью всей тайны было именно что скрыть свой дар от окружающих, чтобы они не донесли графу.

Только вот то, чем меня пугали дядя с бабушкой в случае если правда обо мне вскроется, не произошло. То ли информация у них недостоверная, то ли дядя Серёжа и его клан работают иначе. Это конечно не означало, что я теперь начну творить, буквально, всё что вздумается, но и бояться лишний раз проявить силу я тоже давно перестал.

Что же касалось этих двоих… мне стало ребят элементарно жалко. Если они окажутся под крылом Олега, вероятность того, что криминальный мир засосет их с самого детства, кратно возрастала. Такие парнишки нередко попадали на фронт ко мне в подчинение и историям их жизней трудно было позавидовать. С другой стороны, из неизнеженных гражданской жизнью людей порой получались самые настоящие волки, наводившие панику в стане врага одним своим присутствием на поле боя.

Ну а мой грубый подход к этим обормотам был обоснован тем, что эти двое сейчас уважали только силу. Жёсткую и грубую силу, и ничего кроме.

— Как она? — первое, что спросил граф, входя в кабинет к брату.

Кабинет главы рода Белорецких был обставлен довольно массивной мебелью в тёмных тонах с темно-зелёными вставками из кожи, такого же цвета диваном и парой кресел. На стене висела карта княжества, герб рода, изображающий белого двуглавого орла, и несколько картин и портретов с дедом и отцом.

На большом дубовом столе лежал развёрнутый план территории усадьбы с какими-то пометками, несколько книг, стакан с остывшим кофе и початая фляжка с более крепким напитком.

— На удивление хорошо. — поджал нижнюю губу князь. — Сидит себе, играется.

— Это радует, пусть играется. — заметно выдохнул младший из братьев, занимая кресло возле массивного стола. — Аномалию закрыли?

— Двадцать минут назад. — задумчиво бросил Евгений Константинович, вращая маленький кусочек льда в своей руке.

Между прочим, тот самый кусочек льда, что совсем недавно материализовала его дочь, а супруга заботливо сохранила, чтобы передать мужу вместе с хорошей новостью, которая несомненно должна поднять князю настроение на фоне последних событий.

— Что произошло?

Князь молча бросил на стол перед братом папку с отчётами, а сам уставился в окно. Несмотря на недовольство и разнос службе безопасности который он им устроил, бойцы вполне себе быстро справились, пусть и допустили при этом ряд ошибок. Самой главной из которых было не досмотреть за маленькой принцессой. Проморгать не весть откуда взявшегося мальчишку, который схватил малышку и слава богу не имел никаких иных намерений, кроме как её спасти.

Записи боя с камер наблюдения, отчётливо показали, что незваный гость эвакуировал Алису с опасного участка весьма своевременно. Нет, эти твари вряд ли бы смогли убить ребёнка — на ней амулетов на полтора миллиарда, но вот нанести травму, в том числе психологическую, это вполне себе.

После недолгой паузы, наблюдая как младший брат внимательно вчитывается в отчет, князь всё же нарушил тишину.

— Открылась аномалия, попёрли твари. Кроме того, что разлома тут быть не должно, ничего необычного, казалось бы.

— Мальчик? — непроизвольно поднялись брови у графа, продолжающего изучать отчёт.

— Именно. Появился не пойми как посередине сада, и поднял тревогу. Личность установить не можем. Все кто видел говорят, что лицо кепкой было прикрыто.

— А камеры? У тебя же тут мышь не проскочит! — отвлёкся от текста Сергей Константинович, поднимая взгляд на брата.

— Несколько вышли из строя. Включая те, что снимают балкон. Остальные показали его лишь мельком и везде проклятая кепка прикрывает лицо. Впрочем, ребята ещё изучают съемки, может что-то и найдут.

— Как они вообще попали на этот балкон? — вновь поднимая глаза от уже пролистанной папки, недоуменно спросил собеседник.

— Не иначе как телепортация. — развёл руками князь, отчётливо понимая как фантастично это звучит.

— Чего?

— По крайней мере это бы объяснило как он вообще попал на территорию усадьбы и затем её покинул. Между прочим из под носа у Ани, её охраны и, на секундочку, даже Степаныча.

— Учителя? — не на шутку удивился граф.

— Да.

— Рано ему ещё терять хватку.

Семён Степанович был человеком легендарным, и в клане Белорецких высоко уважаемым. В своё время он был учителем и братьям, сидевшим сейчас в задумчивых позах за этим столом.

Колоссальный опыт боевых операций по всему миру, место в совете рода и куча наград и регалий были за плечами уже немолодого воина. В своей молодости Семён Степанович возглавлял боевое крыло клана и по сей день имел заслуженный авторитет не только внутри рода, но и за его пределами.

Сейчас он уже давно вёл более созидательный образ жизни, а так же не первый десяток лет занимался обучением наследников рода. И страшно было представить, что должно случиться, чтобы этого динозавра вновь попросили вернуться в боевой строй. Степаныч был одним из трёх Абсолютов в уважаемом по всей империи роду Белорецких.

— Дело не в этом. Алиса заступилась за пацанёнка и Степаныч отпустил захват. Ну а тот времени терять не стал и ушмыгнул.

Граф глубоко задумался сопоставляя в голове всю полученную информацию, а затем внимательно посмотрел на князя.

— Хм… а случайно… совершенно случайно, Алиса вам сегодня не проявила свой дар?

— Откуда ты узнал? — удивлённо посмотрел Евгений Константинович на младшего брата.

— Всё сходится. — негромко бросил себе под нос граф, а затем оглядел сидевшего напротив главу рода и довольно улыбнулся. — Непонятные перемещения, говоришь? Кажется я знаю, кто был ваш сегодняшний гость.

Вернулись мы в село поздно вечером. На школьной парковке стояли десятки автомобилей с ожидающими родителями, которые вышли к подъехавшему автобусу встречать и забирать своих детей.

Меня дожидались Максим с дядей Славой, приветственно махавшие рукой завидев мой автобус. Так уж вышло, что класс моего товарища прибыл в село на пять минут раньше и меня им пришлось ждать.

Нина Николаевна передавала детей лично в руки каждому родителю и каждый раз при этом делала соответствующую отметку в журнале. То, что меня заберёт отец Максима, она была предупреждена заранее. И по всей видимости, сейчас очень корила себя за то, что эту информацию в нужный момент запамятовала.

— Спасибо, что дождались. — плюхаясь на заднее сиденье произнёс я.

— Скажешь тоже. — махнул рукой дядя Слава. — Ну как вам экскурсия, ребята? — отец Максима, судя по голосу, был в довольно хорошем настроении.

— Это было незабываемо, папа! — довольно воскликнул товарищ.

— О да, незабываемо. — устало вторил я другу.

Яркое и весьма положительное впечатление от океанариума было перебито последующими событиями. «Погулял, называется, у набережной», вздохнув подумал я.

— Папа говорит, что нашлись деньги для лечения мамы. — едва сдерживая восторг, шепнул мне на ухо товарищ, когда машина тронулась.

— Да? — попытался отыграть я удивление. — Говорил же тебе, что всё будет хорошо. — добавил улыбнувшись.

Кали оставила сумку с деньгами в кабинете дяди Славы ещё прошлой ночью, но нашел он эти деньги, похоже, только днём. Что тут сказать? Я был рад помочь их семье и надеюсь, что в доме Авериных будет только прибавляться — родители Максима были ещё достаточно молоды.

Дома у меня остались силы лишь только на поесть и параллельно удовлетворить любопытство бабушки, после чего завалиться спать.

А вот следующий день в школе был очень богат на события.

Олег со своими ребятами пришёл под дверь нашего класса уже на обеденном перерыве. Выловив Ваню с Вовой, он отвёл ребят в сторону и стал им недовольно что-то выговаривать, отчего эта двойка все чаще и чаще бросала в мою сторону печальные взгляды.

К этой ситуации мы были готовы и бросать своих бармалеев на растерзание малолетнему рэкетиру не собирались. Подходя к этой тройке с непробиваемым покерфейсом, я внимательно оглядел возвышающегося над нами парня. Кулак… кто вообще придумал ему эту кличку? Не удивлюсь если сам же.

— Ты, полагаю, пришёл за деньгами?

— Да. Всё готово? — перевёл на меня взгляд Олег.

— С моего класса скинулись только трое. Саня, Петя и Серёга.

— Хм. С остальными значит будет другой разговор. — недовольно бросил Кулак. — Давай что есть. — добавил он протягивая руку.

— Не-е. — вальяжно ответил я. — Я их себе забрал. Мы вас греть не собираемся и другим не дадим. — отмечая как изменяется выражение лица Олега, с вызовом сверля его взглядом произнёс я.

Да, понимаю, выглядело всё пафосно, но что поделать? С ним чем наглее, тем лучше.

— Вы там что, все разом берега попутали? — беря меня одной рукой за отворот пиджака, процедил в лицо собеседник.

— Чё, прям здесь будем разбираться?

Оглядевшись по сторонам, Кулак принял весьма предсказуемое решение.

— А ну пошли в туалет. — приказным тоном бросил он и мы, переглянувшись, ответили согласием.

Помещение мужского санузла было разделено на две комнаты перегородкой. Одна была обставлена туалетными кабинками, а вторая, более крупная, имела большую свободную площадь и десяток раковин для мытья рук. Чем объяснялось это странное архитектурное решение мне сейчас было абсолютно плевать — стоящий передо мной разгневанный старшеклассник буквально пылал яростью.

— Вы че, щеглы… оборзели? — оглядываясь вокруг, грозно буркнул Олег, да таким тоном, что большая часть моих ребят вздрогнули. — Вам же п***ец!

По договорённости с другом, здесь были ребята и из его класса. В общей сложности, нас, тех кто не пожелал платить, набралось чуть больше двух десятков, а это абсолютное большинство. Пока страх не проник в их души, сковывая и заставляя застыть мальчишек в нерешительности, я принял решение действовать.

— Навались! — громко прокричал и первым пробил между ног не ожидавшему такого развития событий Олегу.

Десяток маленьких ручек потянулся к согнувшемуся вдвое малолетнему бандиту, дёргая его за волосы, колотя по спине и затылку, а кто-то даже умудрился несколько раз укусить. Полностью облепленный озверевшими детишками, он оказался фактически обездвиженным, а его взгляд отражал крайнюю степень отчаяния.

Кулак попытался было нам ответить, беспорядочно размахивая кулаками, до этого с трудом стряхнув повисших на руках мальчишек, но мы с Максимом приняли все эти удары на себя. Бить голым кулаком по щиту, кстати, удовольствие весьма сомнительное, можно и кости сломать или, как минимум, выбить пальцы.

Олега быстро повалили на землю и начали так лупить, что уже через полминуты я понял, что парня нужно спасать.

— Всё! Хватит! Хватит, говорю! А ну! — остановить заведённую толпу дело нелёгкое.

Когда всё-таки удалось остановить избиение, я встал над побитым старшеклассником и добившись его внимания заговорил.

— Лавочка со сбором денег в школе прикрыта. Сунешься ещё хоть к одному из младшеклассников, я тебе сломаю ещё один палец. За каждого.

— Ещё один… — туго соображая повторил Кулак, с ужасом наблюдая за моими действиями.

Тем временем, я вытянул руку Олега, отогнул указательный палец, минуя сопротивления вымогателя и выгнул его в неестественное положение, отчего вся наша притихшая компания услышала отчётливый хруст.

— А-а-а! — завопил Кулак, лежа топая ногой и извиваясь по кафелю на полу туалета в приступе боли.

Присев сверху и приложив руку к его рту, я добавил:

— Помни мои слова. Пальцев у тебя ещё много. Только дай мне повод…

Случившееся произвело огромное впечатление не только на самого Олега, но и всех окружающих. Судя по лицам обалдевших ребят, они даже немного испугались.

— Парни, расходимся. — спохватился я, так как урок уже целую минуту как начался.

Что же касалось Олега, то я долго думал стоит ли с ним так жестить. И если бы дело касалось только меня одного, то однозначно нет. По крайней мере не с ним. Но в конкретно данном случае, я был уверен, что совсем скоро он запишет своё позорное избиение на СИЛУ ТОЛПЫ, после чего буйную голову начнут посещать мысли о мести.

За моих ребят я уже невольно чувствовал некую ответственность и откровенно боялся, что малолетний бандит будет мстить, по очереди вылавливая тех, кого сегодня запомнил. Такой расклад меня отчаянно не устраивал. За то теперь, после произошедшего, он во-первых, не один раз подумает, стоит ли вообще к нам лезть, а во-вторых, если кого и возненавидел, так это меня и мстить может решиться в первую очередь именно мне. Этот вариант событий меня уже ни капли не пугал, а напротив был моей целью.

С опозданием вернувшиеся разом в класс подозрительно пропавшие мальчишки, вызвали на лице учителя волну негодования.

— Чтобы больше такого не было! — строго добавила Нина Николаевна, прежде чем впустить нас в кабинет.

Послушно кивнув виноватыми лицами на её отповедь, мы расселись по своим местам.

— Ну что, разобрался со своими бандитскими делами? — одновременно недовольным и ехидным тоном, спросила Белорецкая.

— Ага, надеюсь. — буркнул я, не желая посвящать подругу в подробности. Не девчачье это дело.

Не понятно вообще как она узнала о том, что происходит, но ни я, ни Максим, её в эти подробности не посвящали. Мы с мальчишками вообще обособленно обсуждали эти проблемы, не желая придавать своей проблеме лишней огласки.

— Ходишь с ними все эти дни, шепчетесь, я подхожу молчите. На обед со мной перестали ходить. — недовольно проворчала Алина себе под нос.

— Будешь много ворчать — скоро состаришься. А ещё без жениха останешься. — отмахнулся я от девчонки и уставился на доску.

— А вот и не останусь! — возразила она, но быстро успокоилась под строгим взглядом Нины Николаевны.

По сложившейся традиции, перед началом общей тренировки мы с командой самостоятельно разминались, делали растяжку и параллельно обсуждали прошедший школьный день, пока на это было время. Когда в зал входил дядя Святогор, вся болтовня быстро прекращалась и начиналась работа.

Алина, в противовес моим предположениям, занятия с нами не бросала и каждый день после учёбы тренировалась наравне со всеми.

Сегодняшний день, как я и ожидал, спокойно заканчиваться не собирался. Едва дядя хлопнул в ладоши, отдавая сигнал разбиться по парам, как двери зала распахнулись и внутрь вошла большая группа людей.

Помимо директора, завуча, школьного завхоза и кучи охраны, в помещение, внимательно изучая окружающее пространство вошли Белорецкие. Сразу оба брата. Вокруг них вилась вся «верхушка» нашей школы, что-то негромко рассказывая, показывая и даже несколько раз указывая в нашу сторону.

Зал в котором мы занимались был достаточно большой. В его центре находилась стандартная школьная площадка под баскетбол и волейбол. Ровно её дальнюю половину мы устилали матами перед началом тренировок, а после всё убирали по местам.

Прибывшая делегация неспешно приближалась в нашу сторону через весь зал, пока князь с графом принимали сыпавшиеся от директора школы отчёты. Наблюдая за ними издалека, я пришёл к выводу, что несмотря на небольшое внешнее сходство, братья всё же серьёзно различались. А вот их мимика и модель поведения перед подчинёнными, на мой взгляд, напротив, были как под копирку. Молчание, редкие вопросы холодным тоном, цепкие взгляды на оборудование и общее состояние зала, какие-то уточнения у бухгалтера и абсолютный минимум эмоций — таков был их подход к делу. По крайней мере это было то, что не смогло уйти от моих и Кали глаз. Демоница, сегодня подглядывала с особым интересом.

В основном, вся эта информация предоставлялась, конечно, графу, как непосредственному владельцу. Евгений Белорецкий лишь изредка проявлял любопытство, но по большей части в происходящем участвовал весьма посредственно.

Оно и не удивительно. Цель его визита была совсем другая. Она, точнее он, ещё точнее я, сейчас с большим неудовольствием наблюдал за виновниками прервавшегося занятия. Я надеялся, что визит князя меня застигнет уже после школы. Хотя формально, так и произошло, ведь все уроки уже закончились.

— Папа? Дядя? — удивлённо вскинула брови подруга, оглядывая делегацию, но в их сторону даже не шелохнулась.

— Остановить занятие! — крикнул, следуя в нашу сторону быстрым шагом, директор.

— Строиться в одну шеренгу. — скомандовал учитель, недовольно оглядывая лысоватого дядьку, заменившего прежнего управляющего школой.

— Надеюсь тебе не нужно говорить кто наши гости? — негромко буркнул Артём Станиславович дяде, поравнявшись с ним плечами, на что тот утвердительно кивнул. — Дети, поздоровайтесь с Его Сиятельством и Его Светлостью. — учтиво добавил уже громче директор, когда высокородные гости приблизились к матам, на которых построилась наша спортивная команда.

— Здравствуйте! — хором произнесли мы.

— Здравствуйте, дети. — по очереди произнесли граф с князем, даже одарив нас улыбками.

После этого возникла неловкая пауза и непродолжительная игра в гляделки между мной и Белорецкими.

— Предлагаю вам пройти в следующий зал… — начал было директор, но Сергей Константинович его прервал коротким взмахом руки.

— Я бы хотел побеседовать со своей племянницей и каким-нибудь учеником из этой группы. — басовитым голосом произнёс Белорецкий старший.

— Да, конечно. — засуетился Артём Станиславович. — Вот Серёжа, первое место на олимпиаде по…

— Например, с тем. — оборвал его князь и указал на меня.

— С Обломовым? — слегка разочарованным тоном уточнил директор.

— Именно. — ответил он, не сводя с меня взгляда.

— Проблемный ученик, Его Светлость в курсе… — негромко начал шептать Артём Станиславович, но вновь был прерван графом.

— Не советую вам вынуждать моего брата, повторять свои приказы дважды.

На этих словах директор буквально на глазах покраснел, вспотел и нервно затряс головой переводя взгляд на дядю Святогора. Тот, в свою очередь, одарил многозначительным взглядом уже меня. Оно и неудивительно, было очевидно, что я влип в очередную историю, но дяде об этом рассказать не поторопился. С другой стороны, на это вчера уже не было времени, да и изменить что-то и чем-то помочь, он здесь явно не мог.

— Алина, Алексей, выйти из строя. Вас зовут. — произнёс он, и слегка вздохнул, провожая меня взглядом.

Вся делегация отошла от места наших тренировок метров на десять, куда за ними проследовали и мы с подругой.

— Привет папа, привет дядя! — улыбнулась задрав голову Алина и подошла, чтобы обнять каждого.

— Привет солнышко. — тепло улыбнулся князь и перевёл взгляд на меня. — Не представишь мне своего друга?

Высокородные братья Белорецкие не уступали статью своей охране, но выделялись среди них энергетикой и более одухотворёнными лицами.

Князь выглядел заметно старше своего брата и уже отпустил небольшую бороду. Его внимательные глаза изучали меня с ног до головы, пока Алина мялась на месте в нерешительности.

— Это Лёша, он мой друг. — зачем-то подчеркнула она. — А это дядя Женя. Он князь.

Похоже, подруга сильно переволновалась от всеобщего внимания, потому как вряд ли отец её учил так представлять главу их рода. Хотя… учитывая возраст, может ещё и не учил вовсе. Думаю, ближайшее время они это исправят, а пока я, пользуясь моментом и наблюдая умиление на их лицах, решил тоже не отмалчиваться.

— Здравствуйте дядя Женя. — а затем не менее вежливо добавил, поворачиваясь к графу. — Здравствуйте дядя Серёжа.

Князь не сдержался и хохотнул, а затем поджал губу и задрав брови, перевёл взгляд с меня на брата, который лишь слегка повёл плечом, не желая комментировать происходящее.

Зато реакция директора и завуча была более яркой. У первого полезли глаза на лоб и он, не зная как реагировать, лишь хлопал ртом и нервно поправлял тугой галстук, не забывая при этом возмущённо вздыхать.

Лариса Витальевна, занимавшая должность завуча в нашей школе, справилась со своим застывшим на устах возмущением гораздо быстрее:

— Обломов. Когда обращаешься к благородным господам, следует исполь…

— Лариса… как вас…? — перебил её князь, басовитым голосом.

— Витальевна. — скромно добавила она, моментально забыв обо мне.

— Лариса Витальевна, мы разберёмся. Ступайте. — спокойно произнёс он, продолжая при этом рассматривать меня.

— Как скажете Ваше Сиятельство. — кивнула женщина и отошла к дверям зала, где застыла в ожидании.

— Я бы хотел с тобой побеседовать Алексей. — наконец-то произнёс князь, быстро возвращая себе серьёзность.

— Я бы с радостью, но мы сейчас заняты немного. — скромно шаркнув ногой по полу, простодушно ответил я. — У нас тренировка.

— Нет у тебя тренировки, Обломов! Нет. Всё, закончилась! — не выдержал директор и прошипел на меня, изредка боязливо оглядываясь на Белорецких.

Взгляд, которым одарил князь Артёма Станиславовича, наверняка теперь будет сниться ему в кошмарах. Этого взгляда хватило для того, чтобы директор не только заткнулся и немножко поседел, но и стал, по моим визуальным прикидкам немного ниже ростом…

— Составьте компанию Ларисе Витальевне. — не терпящим возражений тоном бросил граф, едва сдерживая раздражение.

Евгений Константинович, переглянувшись с младшим братом, внезапно улыбнулся. Такая резкая смена настроения заставила меня поёжиться. Одно слово или даже щелчок пальцем, и мне не то что тренировку отменят, а подвесят перед этими благородными мужами за ноги и без всяких прелюдий зададут все интересующие их вопросы.

Но я такого расклада отнюдь не боялся. В моём возрасте многое ещё можно списать на детскую простоту и прямолинейность. Тем более, я был с этими господами предельно вежлив в своём общении. А весь этот цирк, позволял мне получше узнать людей напротив, пощупать границы дозволенного, ну и чего греха таить, капельку повеселиться.

— А что это мы, Серёга… Действительно, пускай дети занимаются. Я хочу понаблюдать, тем более тут и Алина тренируется. — озвучил он своё решение, чем поверг школьное руководство в шок.

Граф, к слову, такому повороту событий совсем не удивился. Что-то шепнув одному из своих приближенных, он с ехидной улыбкой указал брату на длинную деревянную лавку, на которой обычно сидят школьники, наблюдая за игрой.

Скептично оглядев предложенное место, князь ещё раз хохотнул, но присаживаться не стал. Впрочем, уже через минуту им принесли и кресла, и стол, и даже что-то перекусить.

Тем временем, дядя Святогор проводил самую грамотную и выверенную тренировку в своей жизни. Статус наблюдателей не позволял ударить в грязь лицом, да и мы сегодня старались явно больше обычного.

Самое забавное началось на спаррингах. Если друг дружку дети лупили не жалея и абсолютно беззастенчиво, то кого бы учитель не поставил в пару с Алиной, получалось жалкое зрелище. Всё время ранее, никто не стеснялся драться с ней в полную силу даже под чутким вниманием её телохранителей, но сегодня же, всё было иначе. Каждый, кто оказывался напротив Алины, просто превращался в грушу для битья.

Девочка была довольно смышленой и быстро поняла в чём причина таких поблажек, чем была очень недовольна. Не укрылось это и от глаз нашего тренера.

— Алексей, вставай в пару с Алиной.

Спарринги в спортзале, кстати, были пожалуй единственным временем, когда мы находились без барьера. Послушно встав напротив Белорецкой, одновременно с ней принял боевую стойку.

— Куда ты опять вляпался?

— Почему сразу вляпался? — изображая искреннее недоумение, спросил я.

— Потому что, во-первых, я тебя знаю. А во-вторых, это всё неспроста. — легонько кивнула Алина в сторону отца и дядя.

— Скоро сама все узнаешь. — ответил глубоко вздохнув.

— Только попробуй поддаться. — недовольно буркнула подруга.

Отвечать я ей не стал, лишь подмигнул. Дело в том, что я всегда ей в той или иной степени поддавался. Ну не лупить же девчонку? Правда, в отличие от остальных ребят, которые сегодня отыгрывали роль истуканов в тренировочных боях с Алиной, я делал это довольно грамотно. Много уворачивался, периодически пропускал, но и в ответ тоже не стеснялся нет-нет стукнуть, чтобы не расслаблялась.

Не сказать, конечно, что я за прошедшие месяцы стал крайне умелым бойцом ближнего боя, несмотря на опыт прошлой жизни, но среди сверстников выделялся очень сильно. В общем, со мной Белорецкой было биться не только интересно, но и очень полезно.

Сегодняшний день был не исключение. Пропустив несколько ударов, я ушёл с линии атаки хитро подставив девчонке подсечку, отчего та упала. Казалось бы, другой человек разозлится, но не Алина. Белорецкая, напротив, поднималась с матов с улыбкой на устах.

Через полтора часа, общая тренировка закончилась. Учитывая интенсивность этого занятия — мало никому не показалось. К этому моменту обычно оставались мы с Максимом и дядей, и отрабатывали владение холодным оружием, а после практиковали медитации, а также оттачивали своё владение силой. Сегодня же, очевидно, вторая часть наших ежедневных занятий отменяется. Испытывать терпение высокородных и дальше, я более не планировал, да и окружающие чувствовали себя, мягко говоря, не комфортно.

Наспех умывшись в раздевалке и приведя себя в порядок, я вновь переоделся в свой школьный костюм и переглянувшись с распережевавшимся другом, направился в сторону ожидающих меня благородных.

— Присаживайся, Алексей. — завидев меня произнёс князь, указывая на место за столом напротив.

Молча заняв стул, я поднял глаза на сидевших передо мной Белорецких.

— Как тебе вчерашняя экскурсия? — начал издалека Евгений Константинович.

— Я в восторге, как и весь класс. — коротко ответил я, стараясь изображать застенчивого школьника.

— Рад, что вам понравилось. На этот центр было потрачено много сил и средств. — отпив из чашки свой напиток, князь посерьёзнел в лице. — Но сегодня хотелось бы послушать о твоих приключениях после экскурсии. — увидев тень смятения на моём лице, Евгений Константинович добавил. — Меня слабо волнует как и почему ты отбился от своего класса. Что ты делал на территории нашей родовой усадьбы?

— Да особо ничего. — не стал отпираться я. — Уселся рядом с берегом и смотрел на набережную. Вид красивый.

— Но в итоге ты оказался совсем не у реки. — заключил глава клана Белорецких. — Как ты пробрался в рощу?

Отвечать на этот вопрос я не собирался. Да, при желании князь, конечно, мог и выпытать эту информацию, но что-то мне подсказывало, что он здесь явно не за этим.

Главе рода Белорецких было совсем не обязательно тащиться в нашу деревню самостоятельно, он вполне мог послать сюда одного из своих сыновей, помощников или даже кого-то из этих мордоворотов, что стояли вокруг. И я бы им рассказал всё тоже самое, что планирую сейчас поведать ему. Также, Евгений Константинович мог приказать им выдернуть меня в Тюмень и допросить в своей усадьбе, прямо на месте событий.

Но вместо всего этого, целый природный князь спускается ко мне с горы, величаво дожидается конца наших уроков, а затем и тренировки, и желает провести эту беседу самостоятельно.

Возможно, конечно, князь желал посмотреть на меня, так сказать, в природных условиях… но мне кажется, тут есть и ещё кое-что.

Уверен, будь я постарше хотя бы лет на пять и такого индивидуального отношения мне точно не видать. Даже будь ему от меня сильно что-то нужно, из принципа бы притащили или дай бог пригласили в высокий кабинет, и уже там вещали бы строго с позиции силы. Сейчас же, по-барски любезничают, проявляют снисхождение и на многое закрывают глаза. И радоваться здесь явно нечему.

— Поставлю вопрос иначе. Ты оказался на закрытой территории нашего рода. Если там есть какая-то дыра в защите, я бы хотел об этом знать.

— Нет. У вас там всё хорошо. Честно. — скромно ответил я, теребя салфетку.

— Значит, обладаешь каким-то умением. — констатировал Евгений Константинович для себя, отворачиваясь при этом в сторону окна.

Казалось, будто ответ на этот вопрос ему был известен заранее и сейчас он уточнил этот момент лишь для проформы.

Я лишь молча кивнул головой. Отпираться от очевидного, смысла не было.

— Тогда спрашивать как ты оказался во дворе моего дома я тоже не буду. Расскажи что видел в тот вечер, в подробностях. Меня интересуют любые мелочи. — отметив моё недовольное лицо, князь усмехнулся и добавил. — Твои фокусы меня пока что мало волнуют. По крайней мере, пока ты не приносишь проблем и бьешься на нашей стороне.

Мельком оглядев глазами окружающих, я отметил, что Алина уже тоже присутствует при нашей беседе. Девочка тихо и аккуратно вошла в зал и села далеко от нашего стола, но здешняя акустика позволяла ей прекрасно слышать весь разговор.

— Я спокойно себе наблюдал за набережной и городом в отражении реки и совсем не планировал гулять по вашей территории. — с небольшими задержками стал рассказывать я. — Через какое-то время со спины послышались странные звуки. Очень подозрительные. Я решил проверить. Как вы понимаете, это оказалась аномалия. — на этих словах я замолчал.

— Что было дальше? — вмешался граф, недовольно на меня покосившись.

— Усадьбу, к которой стремились монстры, я тоже издалека видел. — начал я. — И решил вас всех предупредить.

— И преодолел расстояние в полторы сотни метров вперёд стаи волков? — несмешливо добавил Сергей Константинович, иронично оглядывая меня.

— В общем, да.

Наступила долгая тишина, которую всё же нарушил сам князь, прежде попросив прислугу налить мне чаю и пододвинув в мою сторону вазочку с конфетами.

— Ребята рассказывали, что ты дрался с монстрами. Это ведь уже не первая твоя встреча с мутантами из разломов? — спокойным голосом, уже без неприятного намёка на допрос, спросил он.

— Так и есть. — кивнул я. — Осенью мне довелось биться с похожими существами, когда аномалия открылась в нашем селе.

— Где это случилось? — немедленно включился граф.

— По дороге со школы. На Мира, в переулке, по пути домой. — послушно ответил я.

Судя по слегка дёрнувшейся щеке, графу не понравилось то, что он этой информацией не обладал. Но это была совершенно не моя проблема.

— Если закрыть глаза на то, что ты шастал там, где не положено, — сделал театральную паузу Евгений Константинович, приподняв бровь. — то выходит, что перед нами сидит самый настоящий маленький герой. На мой взгляд, такая смелость достойна награды. Что думаешь, Сергей?

— Думаю, что вы князь, абсолютно правы. — перенимая тон своего брата ответил Сергей Константинович, а затем, поджав нижнюю губу, добавил. — И у меня даже есть дельное предложение.

— Н-не в-верь им! — прошелестело в голове голосом Кали, который в таких ситуациях отдалённо напоминал мне змеиное шипение.

Собственно, я и не собирался. Для меня было абсолютно очевидно, что эти два товарища аккуратно пытаются вербовать весьма перспективного одарённого. Что ж, ничего удивительного и даже предосудительного в этом я не видел, но и играть в их игры, желания, естественно, не было. Хотя… очень даже любопытно, что они сейчас мне предложат.

— Я… я не за награду. Просто помочь хотел. Мне ничего не нужно. — скромно произнёс я, поднимая глаза на Белорецких.

— Излишняя скромность тебе в жизни не поможет. — качнул головой граф. — Впрочем, решай сам. Такому одарённому как ты, нужно получить соответствующее образование. В школе для одарённых есть все возможности для того, чтобы в полной мере освоить свой дар и силу. Помимо этого, ты будешь расти в окружении себе подобных, что также положительно отразится на твоём развитии.

Хорошо бы, если в таких школах большинство одарённых были воспитаны также как, например, Алина. Но что-то мне подсказывало, что разбалованных детишек аристократов, как те же братья Вяземские, там будет намного больше. С другой стороны, я в этом мире ещё многого не видел и вполне могу ошибаться.

Что же касалось развития моего дара, то вряд ли в этой школе кто-то будет проводить индивидуальные занятия простолюдину. А вот дядя Святогор их нам устраивает фактически ежедневно.

— Разве наша школа плохая? — удивился я, оглядывая собеседника.

— Напротив, одна из лучших. — улыбнулся Сергей Константинович. — За редким исключением, все специалисты в ней с большим стажем, опытом и прекрасными рекомендациями. Часть преподавателей, по особо важным, на мой взгляд, предметам, были одобрены лично мной. — отмечая непонимание на моём лице, он снизошёл до более подробных объяснений. — Обычно дети к школе уже открывают свой дар, либо, если этого не произошло, он не появляется вовсе. Учитывая это обстоятельство, мне пришлось создать для дочери место ничем не хуже любой из городских элитных школ. Можно было, конечно, так не усложнять и нанять преподавателей, которые будут её обучать на дому, но я противник такого подхода, В конечном итоге, всё сложилось самым благополучным образом и теперь Алина может учиться с другими одарёнными.

— Почему вы не перевели её раньше?

— Во-первых, — вздохнул граф. — дочь просит не разлучать её со своими друзьями. Но несмотря на всю мою любовь к ней, в пользу такого моего решения сыграло другое. Не осторожно брошенное ею обещание в твой адрес. — напомнил мне Белорецкий.

Говорить о том, что я давно вернул ей её обещания, я не стал — отец Алины и так был в курсе. Здесь играл роль лишь воспитательный момент для девчонки. Она должна была с самого детства понимать весь груз ответственности за то, что вылетает из её рта. Возможно, были и другие причины, но их мой собеседник озвучит вряд ли, если не сделал этого сразу.

— То есть, со следующего года Алина будет учиться в другой школе. — грустно заключил я.

— И ты можешь составить ей в этом компанию. — улыбнувшись подслушивающей дочери, озвучил граф.

— Учитывая твои заслуги перед нашим родом, финансирование обучения будет за счёт клана. — князь в диалог до этого момента не вмешивался, лишь спокойно попивал свой чай и периодически наблюдал за моей реакцией.

— А что будет с нашей школой, после того, как Алину переведут? — задал я внезапно возникший в голове вопрос.

— Ничего. Продолжит работать. — повёл бровью граф и добавил. — Да, большая часть преподавателей со временем поменяется, — сделал он мне непрозрачный намёк на смену качества образования. — но сама школа никуда не денется.

— В любом случае, я не могу оставить бабушку и своего друга. — выдохнул я, готовясь озвучить свой решительный отказ.

— Это вовсе не проблема. Жильём в Тюмени мы вас обеспечим — жить будешь вместе со своей старушкой. А что касается Максима, — на этих словах граф переглянулся с братом, на что тот утвердительно кивнул. — их семье будет предложена большая скидка, если они захотят отдать ребёнка в нашу школу.

— Держи. Это номер моего помощника. — двинул визитку по столу князь. — В случае каких-то проблем — звони. Он про тебя теперь знает и всё решит. На этом наша встреча заканчивается. Посоветуйся с бабушкой и дядей. Если решите принять предложение — дадите знать сюда же. — постучал он пальцем по серой металлической пластинке с выгравированными символами. — Твоё будущее — в твоих руках, Алексей. Приятно было познакомиться и спасибо, что в тот вечер защищал Алису.

На этих словах Белорецкие поднялись со своих мест и мне пришлось последовать их примеру.

— Думаешь согласится? — спросил князь, передавая папку с документами брату.

— Трудно сказать. Но загоревшихся глаз не было однозначно.

— Твоя правда.

Уж кто-кто, а Евгений Константинович Белорецкий за свою жизнь не один раз делал людям заманчивые предложения, которые те были просто счастливы принять, объявлял о помиловании или удовлетворял просьбы просителей. Много раз были и обратные ситуации, когда стоя над поверженным врагом, проворовавшимся служащим или тем же просителем, которому нужно было отказать, он видел в их глазах отчаяние, грусть, нарастающую тревогу и страх.

Сейчас у главы рода уже другой уровень и статус, нежели когда у руля клана сидел их отец, и большинство его решений и приказов озвучивают подчинённые. Но прожитый опыт не позволял ему ошибаться в таких мелочах. Отличать восторг, радость и счастье от безразличия и равнодушия, пусть даже умело спрятанного за натянутой улыбкой, он умел давно. И то, что маленький Обломов довольно прохладно воспринял их предложение, утаиться от глаз князя просто не могло.

— Может подтолкнуть? — озвучил свою мысль младший из братьев.

— Не вздумай. — отрезал Евгений Константинович. — Никаких провокаций.

— Думаешь что-то поймёт?

— Не глупый. Не сейчас, так в будущем догадается. На нашем уровне, семьи уже так не работают. Вспоминай, чему учил нас дед и отец. — спокойным тоном, перелистывая какие-то бумаги на столе, ответил князь.

Граф, впрочем, был полностью согласен с братом и задал свой вопрос лишь для того, чтобы убедиться в намерениях главы рода на счёт этого мальчишки.

— Он так и не показал свою стихию, ни разу.

— Такое бывает. Либо не умеет и никто не учит, либо, напротив, её скрывает.

— Отец, можно вопрос? — нарушил наступившую после короткого диалога тишину молодой парень, присутствующий в кабинете с самого начала.

— Да.

— Зачем вам вообще нужен этот мальчишка?

Князь наградил сына внимательным взглядом и поджал нижнюю губу, что-то прикидывая в голове, а затем всё-таки ответил на вопрос.

— Во-первых, нам, сын. Нам. Во-вторых, что о нём известно?

Андрей Евгеньевич Белорецкий был четырнадцати лет отроду, но уже сейчас, как когда-то ранее старшего сына, отец привлекал его к делам рода. При чужих, молодой аристократ бы никогда не посмел встревать в разговор со своими вопросами, но дядя входил в тот узкий круг людей, которых можно было с уверенностью назвать «своими».

Недолго поразмышляв над прозвучавшим вопросом под пристальными взглядами присутствующих, Андрей озвучил свои мысли:

— Известно, что он простолюдин, одарённый, не ведает о субординации, достаточно непредсказуемый и часто попадает в передряги. В противовес сказанному: друг Алины, спас нашу Алису, и на удивление не просит и не требует чего-то взамен.

Последнее удивляло в этой комнате только Андрея. С самого детства он привык, что всем вокруг что-то было нужно от его семьи. Наблюдал за толпами просителей, которые выстраивались в приёмной возле кабинета отца, до внедрения электронной очереди. И свыкся с мыслью, что большинству обычных людей не только всегда всего мало, сколько бы его род не делал для своего города и населения, но они ещё и обхаят за глаза своего правителя, не скупясь на выражения. А уж если простолюдин что-то для тебя сделал, то не стоит надеяться на отсутствие корысти. Кроткие взгляды полные надежды на вознаграждение или хуже того, дальнейшее лизоблюдство, были уже знакомы молодому аристократу.

— Всё верно, но достаточно поверхностно. Ты упустил несколько важных деталей. — на этих словах князь оглядел сына, но отметив, что ничего дельного тот добавить уже не может, решил ответить на свой вопрос сам. — Да будет тебе известно, что мальчик семи лет абсолютно незамеченным пробрался на охраняемую территорию нашего клана. Далее, к нам на задний двор. И после всего этого, также просто смог вернуться домой. Одного этого уже хватает для того, чтобы мы заинтересовались им всерьёз. Но и это не всё. — вновь наградив сына многозначительным взглядом и выдержав небольшую паузу, он добавил. — Впрочем, об остальном предлагаю тебе подумать и догадаться уже на досуге.

— Хорошо, отец. — послушно кивнул в ответ Андрей.

— Но почему?!

Алина сидела напротив с сердито надутыми щёчками и отчаянно недоумевала с моего ответа.

— Я тебе уже объяснял. — устало ответил я. — Не могу я здесь всё бросить.

На самом деле все было проще и сложнее одновременно. Лично я сам, относился к предложению Белорецких достаточно нейтрально, но всё же склонялся его принять. Друзей, кроме Максима и Алины у меня здесь не было, а в городе оно и поинтереснее будет.

А вот бабушка и дядя мои мысли не разделяли. Они оба, уже побитые этой жизнью, напрочь отказывались верить в светлые намерения Белорецких. И несмотря на то, что моё теоретическое согласие ни к чему в будущем меня не обязывает перед этой семьёй, родные уверяли, что лучше бы обходиться без княжеской помощи в любых вопросах. И я их мнение уважал, они на этой планете живут подольше моего и что-то да знают.

Что же касалось самого обучения, то школьный курс знаний в моей голове был, поэтому если слова графа о смене штата преподавателей окажутся правдой, лично по мне это не ударит. А убеждения Алины в том, что в школе для одарённых кто-то будет обучать нас владеть своей силой и даром лучше, чем дядя Святогор, я и вовсе поднял на смех.

Как оказалось, аристократы в этих школах на подобные занятия не ходят — в этом плане, в каждом роду есть свои специалисты. Так что обучаются там только дети простолюдинов, сумевших найти деньги на дорогое обучение, либо тех, кто подписал контракт с княжеством.

Последние должны будут после обучения поступить на службу к Белорецким. Там было много нюансов и разновидностей контрактов, но суть осталась одинаковой — либо плати за обучение одарённого в нашей школе, либо подписывай бумажки и учись условно-бесплатно. Особо талантливым и сильным ученикам могли и университет оплатить. Высшее образование, кстати, было общим для всех: одарённых, аристократов или обычных простолюдинов. Трудно было сказать, что оно было доступно всем, но если есть мозги, то учиться можно было вполне бесплатно и без связей. По крайней мере, такую информацию мне озвучил дядя.

Что же касалось подруги… Алина сильно расстроилась, узнав о моём решении. А учитывая, что истинную причину я ей говорить не хотел, разговор у нас со стороны выходил довольно глупым.

— Так тут ничего и нет. Что теряешь-то? — недоумевала она.

— Вот эти ребята. — кивнул я на одноклассников. — Я сподвиг их подняться против местной шайки, отлупить их главного. Уйду — моим ребятам будет очень туго.

Мои слова были правдой лишь отчасти. Наседкой своим сверстникам я быть не собирался. Как действовать толпой против таких мудаков как Олег, я их научил. Дальше вполне могут справиться и без меня. В крайнем случае, я мог и на денёк вернуться в школу, чтобы помочь ребятам в неравной борьбе.

Хотя, судя по доходящей до меня информации, Кулак планирует в ближайшее время взять реванш. Причём, в прошлый раз я всё верно рассчитал и начать они хотят именно с меня. Так что, скоро проблема в этой песочнице решится сама собой — Олег обломает на мне последние зубы и больше дёргаться в нашу сторону вряд ли осмелится.

— Я могу попросить отца…

— Не вздумай в это вмешивать старших. — отрицательно качнул я головой. — Мы сами справимся.

Диалог с Алиной в тот день так и не получился. Она была расстроена, Максим тоже. Как выяснилось, его родители предложение графа приняли с большим энтузиазмом и это означало, что во втором классе мне придётся здесь учиться уже одному. Больше на эту тему мы старались не разговаривать. Точнее, именно я сводил все эти разговоры на нет, не позволяя друзьям меня переубедить.

С Олегом и его небольшой шайкой мы разобрались ещё до конца учебного года. Так сказать, нанесли упреждающий удар, после которого в школе желающих заниматься вымогательством не осталось.

Оставшиеся полтора месяца учёбы пролетели достаточно быстро и наступили всеми долгожданные каникулы. Только вот радость от их наступления полностью перебила случившаяся в нашей деревне трагедия.

— Господин, срочно вставайте! — прозвучал тревожный голос демоницы в моей голове.

— Кали, ночь на дворе… — буркнул я, но внезапный протяжный звериный вой с улицы моментально привёл меня в чувства.

Сон как рукой сняло. А осознание того, что наши собаки воют совсем иначе, отразилось неприятным чувством внизу живота.

— Кали, на разведку! — бросил я.

— Ау-у-у-у-у! — вновь послышался леденящий кровь вой, а следом и рык.

И к моему большому ужасу, звуки тварей доносились не только с улицы, но и из нашей кухни, которая была за стенкой от моей комнаты. В эту секунду моё дыхание сбилось, а сердце стало часто колотиться в груди. Бабушка…

— Бабушка! — бросился к двери, и в ту же секунду сознание резануло от переполошившегося Бобика — ёж просился наружу, предостерегая меня от того, чтобы я действовал в одиночку. — Выходи. — взволнованно бросил я, параллельно доставая телефон и набирая дяде.

— Уже бегу, Лёша! Держитесь! — прокричал он мне в трубку.

Кали вернулась за секунду до того, как я дёрнул ручку двери на себя и встала между мной и дверью, оттесняя меня от выхода.

— Туда нельзя, господин. — серьёзным тоном произнесла она, преграждая мне путь. — Нам нужно уходить из дома!

— Уйди! — в сердцах бросил я, силой мысли заставляя демоницу подчиниться.

В эту секунду послышался рык монстра, стоявшего в коридоре, а следом мощный удар, сотрясающий тяжелую дубовую дверь, отчего я непроизвольно сделал несколько шагов назад. В ситуацию вмешался Бобик, беспардонно вставший напротив входа, тогда как Кали заняла позицию возле окна.

Сердце буквально выпрыгивало из груди, а на лбу выступил холодный пот. Бабушка, моя милая бабушка… она же там совсем одна! Без защиты!

— Бабушка! — вновь прокричал я, но вместо родного голоса послышался лишь утробный рык ещё одной твари, но уже с улицы.

После пятого удара с той стороны, дверь была грубо выломана и практически более не сдерживала рвущихся внутрь комнаты тварей. Вдобавок к этому, Кали рассекла всю морду, попытавшейся пробиться через окно ещё одной твари.

— Господин, уходим! Их слишком много!

— Сука! Где моя бабушка?! Я тебя зачем на разведку отправлял! — зарычал я, оглядывая тёмную.

Ответить она мне не успела. Вместе с жалобным визгом и звуком сминаемого металла где-то на границе слуха, монстры пошли в атаку со всех сторон, пытаясь прорвать оборону моих защитников. Твари всё-таки окончательно доломали дверь и теперь упёрлись в Бобика, который только и знал как рвать всех, до кого дотягивается, намертво перекрывая дверной проём.

Несмотря серьёзный на напор обезумевших тварей, за себя можно было не беспокоиться, так как две точки, через которые сюда могли прорваться твари, надёжно контролировались ежом и демоницей. Но беда пришла откуда не ждали…

С громким треском и звуком бьющейся посуды, огромный монстр проломил своей тушей межкомнатную перегородку, буквально снося её своей массой. Поднимаясь на лапы и отряхивая со спины обвалившиеся на него куски мебели и бывшей стены, исполинский волк огляделся и довольно оскалился. Его морда под потолком выглядела настолько ужасно и кровожадно, что отпечаталась в моём сознании до конца жизни.

Но страха больше не было. Только злость и лютая, сводящая скулы и прожигающая грудь ненависть вперемешку с первобытной яростью — с морды твари капала свежая кровь…

В эту секунду время будто замедлилось. Я буквально ощущал как глаза наливаются кровью и слезами, а руки сжимаются в кулаки до белых косточек. Концентрированная ярость и полное отсутствие тормозов в перемкнувшем мозгу вылились в абсолютно самоубийственную с моей стороны атаку.

Тварь в прыжке поймала мою тушку, сметая и припечатывая к полу, а затем попыталась наспех перекусить хилое детское тельце, но быстро упёрлась в мой барьер. Обхватив морду монстра, пытающуюся меня глодать как какую-то кость, я влил в неё столько своей энергии, что уже через пять секунд безжизненная туша стала дымиться десятком отверстий, проделанных концентрированными сгустками моей маны.

Кали и дядя Святогор что-то кричали сверху, стаскивая тело огромного волка, но до меня эти звуки доходили с неприличной задержкой, эхом отражаясь от голых стен и совершенно не воспринимаясь мозгом.

Едва появилась возможность подняться, как я сорвался в сторону кухни прямо через дыру в тонкой стене, не обращая внимания на возгласы окружающих.

— Стой Лёша! Не надо! — бросился за мной дядя.

Осознание произошедшего отчаянно сражалось в голове с маленькой надеждой на то, что всё ещё может хорошо закончиться.

На негнущихся трясущихся ногах, я, спотыкаясь обо всё, что было только можно, забежал за наш обеденный стол, с ужасом наблюдая на полу большую лужу крови, бабушкин фартук изгвазданный далеко не мукой и то, что осталось от единственного родного мне человека…

Крик полный боли и отчаяния, слёзы и непонимание. Почему со мной? Неужели у меня и так недостаточно забрали с самого рождения!? Суки… как же я вас ненавижу!

— Убью! Всех мерзких тварей убью! — кричал я, вырываясь из дядиных рук и убирая его руки с глаз, которые он отчаянно старался мне закрыть.

Дальше всё было как в тумане. Дядя подхватил моё тело и вынес из того, что осталось от нашего дома. Звуки сирен, вертолётов и короткие автоматные очереди, вперемешку с визгом людей, пребывающих в панике и ужасе — это последнее, что я помню тем вечером.