— Как меня бесят новые соседи!

Спускаясь со второго этажа к завтраку, слышу расстроенный голос мамы.

— Откуда у скромной и тихой Веры Игнатьевны такие родственнички, не понимаю! Настоящий цыганский табор! Сколько у них детей? Тоже мне, наследники. Этот дом должен был быть выставлен на продажу.

— Потому что ты хотела его купить? — поддевает ее Влад.

— Да! Так было бы лучше всего! Не только я в шоке, но и все остальные соседи! Это же ужас…

— Доброе утро, — захожу на кухню, сразу наливаю себе свежевыжатый апельсиново-морковный сок.

Отличная погода для конца сентября, солнечный свет льется в окна, заливая все пространство кухни, совмещенной со столовой.

— Доброе, Полина. Садись, позавтракай с нами. Ты уже слышала новость?

— Нет. Что случилось? Новые соседи? Мне не кажется это проблемой.

— Потому что ты их еще не видела.

— Лен, конечно обидно, что не получилось его купить. Это была бы отличная сделка, — сочувственно говорит Влад. — Так вышло, что нашлись родственники, пусть и дальние. Они были указаны в завещании. Я разговаривал с юристом, там все законно. Успокойся и забудь.

— Как?! Как я забуду, если они живут напротив! Голодранцы! Мой балкон выходит прямо на их лужайку.

— Смени комнату, — предлагаю, быстро поглощая овсянку.

Наша семья помешана на правильном питании. Благодаря которому, моя мать выглядит как минимум на пятнадцать лет моложе. Результат, так сказать, на лицо.

Влад — ее очередной муж, младше на столько же. Они вместе два года, ему хочется, чтобы я называла его отчимом, но мне плевать на его желания.

— Это не смешно, Полина! Предлагаешь смириться, что мы теперь будем жить возле цыганского табора? Неужели ты серьезно?

Маму не переделать, она — светская львица, известная личность в городе. Мы сами не так уж давно стали респектабельными, если уж быть откровенной.

Только откровенность и Елена Вересова — несовместимы.

Иногда мне становится невыносимо от количества лицемерия вокруг меня.

Но я проглатываю горькие мысли, не облекая их в слова. Ничем хорошим такой утренний разговор не закончится.

— На цыган они точно не похожи. Все светловолосые. Белые как снег, я бы добавил, им не повредит немного полежать на солнышке. Дети не выглядят оборванцами, нормально одеты, чистые. Вежливо общаются. По мне они вполне приличная, хотя может и не богатая семья, что неудивительно, имея с десяток малолетних спиногрызов, я бы и сам едва концы с концами сводил.

Влад иногда бывает разумным, как ни странно. Я привыкла воспринимать его как очередную мамину игрушку. Иногда меня коробит от взглядов, которые на меня бросает. Но по крайней мере он держит при себе свои руки и пошлые мыслишки, которые скорее всего бродят в голове любого мужика.

— Согласна, — ставлю тарелку из-под овсянки в раковину и включаю кофе машину.

— Ты ведь можешь попытаться что-то сделать! — мама переводит на него умоляющий взгляд.

Влад Беспалов — успешный адвокат, так что ее надежды не лишены основания.

— Попробую.

— Спасибо.

— Оставьте соседей в покое, — бросаю, сама не знаю зачем пытаюсь заступиться за чужих людей, которых даже не видела ни разу.

— Ты не права, Полина, — морщится мама.

— Полина, тебя подбросить в универ? — предлагает Влад.

— Спасибо, не надо, сама доберусь.

— Ну как хочешь. Это не слишком вызывающе наряд? — добавляет, когда прохожу мимо.

— И правда, Полина, — хмурится мама. — Очень красивый комбинезон, но мне кажется, не для университета. Тебе очень идет, но слишком, пожалуй, красиво.

— Разве бывает много красоты? — усмехаюсь.

Мама помешана на моде и стиле, это ее иконы. Я в этом от нее довольно сильно отличаюсь. Уж точно не в ту сторону претензии. Обычно выбираю простую удобную одежду, сегодня скорее исключение.

Нет, я люблю разные вещи, эпатажные в том числе. Не всегда, но бывают моменты. Наверное, мамины гены прорываются.

— С моим луком все отлично, я им довольна.

— Не знаю, как там с луком, или с чесноком. Но этот вырез слишком, — снова встревает Беспалов. Он прекрасно понял, что я хотела сказать и что означает английское слово «look». Просто ему нравится подкалывать меня.

— Детка, на самом деле, для университета, пожалуй, слишком провокационно, — повторяет мама.

— Я не буду переодеваться, — заявляю раздраженно.

Ненавижу, когда мне указывают что носить. Иногда мне нравится выглядеть максимально скромно, иногда настроение требует ярких красок, бунта. Я люблю разную одежду, в том числе и яркую, вызывающую. Люблю контрасты. Сегодня всего одна лекция третьей парой, потом мы с компанией планируем заехать в бар, а чуть позже в ночной клуб, где празднует свой день рождения Вероника, моя лучшая подруга. Тратить время на переодевание совсем не хочется. Я долго думала, что выбрать из одежды, чтобы было и комфортно, и не так уж развратно.

Вероника — самая популярная девчонка на нашем курсе. И еще — самая богатая. Дочка депутата, папина любимица, привыкла получать все что захочет. Поэтому, к ней на праздник я не могу явиться абы в чём. Обязательно должна быть модная топовая марка одежды, премиум класса. Моя семья хоть и далеко не бедна, но я редко могу себе позволить настолько дорогие вещи. Долго думая, я выбрала комбинезон очень известного бренда, пусть и купила я его по очень хорошей скидке, в Италии. Обтягивающий, темно-синего цвета, скроен великолепно, очень удобный.

Сверху накину длинный пиджак и сразу совсем другой вид. Никакого декольте. Я же не сумасшедшая рассекать перед преподами, одетая как для ночного клуба.

Мне просто дико неприятно оправдываться. Возможно это глупо, веду себя как ребенок перед любовником матери.

Язык не поворачивается даже мысленно назвать Беспалова отчимом.

Предыдущего маминого сожителя я так называла, они пробыли вместе пять лет и разошлись с громким скандалом.

Мне запрещено упоминать его имя, тем более поддерживать общение. Приходится скрывать, что я скучаю по Михаилу. Мне он был как отец, но маму очень сильно обидел.

Демонстрирую пиджак, дабы закончить дискуссию. Вроде инцидент исчерпан, все довольны. Беру большую сумку, в ней ноутбук с работой, которую надо показать преподу, косметика, клатч для вечера. Сумку планирую оставить у Вероники. В клуб поедем от нее, она живет гораздо ближе.

Еще момент — я не сказала, что сегодня не ночую дома. Слишком много общения с домашними мне трудно дается. Не хочу давать Владу еще один повод подоставать меня.

Обычно я всегда приезжаю домой, да и вообще не любитель тусовок. Еще в прошлом году я была скорее ботаником, нежели представительницей «золотой молодежи». Дружба с Вероникой все поменяла.

Атмосфера на кухне сглаживается. Вот и отлично, пусть возвращаются к обсуждению соседей.

— Тебе не нужно подчёркивать свою красоту, Полина. Ты и так очень красивая девушка, — произносит Влад.

Его фраза явно не нравится матери, меня же просто взрывает от злости. Да кто он такой, черт возьми, строит из себя папочку?

Сдерживаюсь, выдаю фальшивую улыбку.

— Спасибо, — чмокаю воздух, повернувшись в его сторону.

— Точно не хочешь, чтобы подбросил тебя? Сумка явно тяжелая.

— За мной однокурсник заедет.

— Кто? Матвей?

— Да, он.

С Матвеем мы друзья, он живет рядом и часто меня подвозит.

— У вас отношения? Ты ничего не рассказываешь, — живо интересуется мама.

— Мы просто друзья, ты же знаешь.

— То есть, ты ни с кем не встречаешься? — настаивает мама.

— Давай потом как-нибудь о делах сердечных, ок? Я опаздываю.

Дом, разговор о котором занял у нашей семьи все утро, находится прямо напротив нашего. Выхожу за ворота, и вижу, как тяжелая железная дверь гаража напротив, со скрипом открывается. Вера Игнатьевна была пожилой отшельницей, так что редко выходила на улицу, ничего удивительного, что все заржавело и скрипит.

Высокий парень, белокурые волосы, шорты не по погоде, как и майка-борцовка (утро выдалось довольно прохладным, на градуснике всего пять градусов выше ноля). Худощавый, руки и ноги кажутся непропорционально длинными, а лицо слишком простодушным. Широко улыбается, разглядывая меня.

В моей голове сумбур, я не понимаю, как вести себя. Мама считает новых соседей врагами. Разумеется, у меня есть собственное мнение, но все же помню, что за нами могут наблюдать.

— Привет, соседка, — парень заговаривает первым. — Как зовут?

— Полина, — задираю подбородок. — Тебе не холодно?

— Такая заботливая. Нет, мне нормально, я только с пробежки. Я Даниил. Ни фига себе повезло.

— В смысле? С чем повезло?

— Такая красивая девушка в доме напротив. Вот я о чем, — еще одна обезоруживающая улыбка.

Смешной, честное слово. Все равно, получить комплимент приятно. В этот момент подъезжает старенький грузовик, из него выглядывает светловолосая женщина. Даниил помогает ей вылезти из кабины. Худощавая, не достает парню до плеча.

— Мам, это Полина, наша соседка. Полина, это Анна Сергеевна, моя мама.

— Здравствуйте, — женщина, в отличии от своего сына, совсем не улыбчива. Отворачивается обратно к машине. Протянув руки, достает из кабины мальчишку лет пяти. Ребенок чумазый, коленки все ободранные, в зеленке. Да уж, не очень гламурное зрелище. Моя мать бы точно поморщилась и сделала выводы. Да и я не в восторге от встречи, чувствую себя рядом с этими простыми людьми слишком нарядно одетой.

Из калитки высовывается еще одна детская мордашка. Следом еще одна и вот уже на дороге целое семейство. Три девочки, похоже погодки, разглядывают меня с любопытством.

— Я Лиза, а это Тамара и Анжелика.

На вид девочкам от девяти до тринадцати. Имена я тут же забываю — слишком много информации.

— Полина, — не могу сдержать улыбку.

— Ты живешь напротив?

— Ага.

— Почему на улице стоишь, такая нарядная?

— За мной сейчас приедут.

Чумазый мальчик оказывается рядом со мной, заглядывает в сумку.

— Егор! — восклицает старшая и берет его на руки.

— И чего тут за собрание? Давайте домой, еще дел полно, — командует Анна Сергеевна.

— Загонишь в гараж? — протягивает ключи сыну.

— Конечно, мам.

Их машина — буквально старая консервная банка, одежда крайне простая и довольно потрепанная. Хоть на цыган они совсем не похожи, но им точно нелегко будет обосноваться в нашем посёлке. Здесь живут достаточно обеспеченные люди. В конце концов, большой дом содержать не дешево. Возможно они вступят в наследство и вскоре продадут его. С другой стороны, такой большой семье как раз подходит большой дом.

Мои отвлеченные размышления прерывает появление Матвея. Радуюсь, что к этому моменту грузовик уже въехал в ворота соседей, и все они скрылись, Даниил при этом до последнего не отрывал от меня глаз.

Не то чтобы это меня смущало. Привыкла нравиться парням, быть в центре внимания. Но этот явно меня младше, выглядит лет на семнадцать максимум. Флирт с таким меня точно не интересует, дружить мы тоже не будем, мама с ума сойдет, зачем лишний раз нервировать?

Улыбаюсь другу и тут же выкидываю из головы соседей.

— Принцесса, давно ждешь? — Мот выходит из тачки.

— Нет, минут пять. Спасибо, что заехал, пока моя крошка в сервисе.

Обнимаю друга, чмокаю в щеку.

Со стороны многие думают, что мы влюбленная пара. Но это не так. Я четко знаю, с кем готова строить отношения, в кого могу влюбиться, а кто навсегда останется во френд-зоне. Матвей мне друг и только. Я спокойно обсуждаю с ним его отношения с девушками, даю советы. У меня пока еще не было серьезных отношений, только ничего не обязывающий флирт. В отличии от меня, Мот не особенно любит болтать на тему сердечных дел. Он вообще довольно скрытный.

Поэтому, я не рассказываю ему, что влюблена. В парня с пятого курса, он перевелся из другого универа.

Леонид будет сегодня на вечеринке у Вероники. Это мой шанс познакомиться с ним поближе.

Вот уже скоро месяц как начался учебный год, и каждый раз, сталкиваясь с Лео в коридорах универа, я теряюсь и краснею.

Окольными путями собираю информацию о нем. Есть ли девушка, чем увлекается, и прочее.

Однокурсники чаще его называют Леон. Очень красиво, ему идет.

Он не так часто появляется в универе. Вроде как увлекается автогонками. Из очень богатой семьи — что сразу заметно, достаточно посмотреть на его Порш Кайен.

— Обалденно выглядишь, Полина, — одаривает комплиментом Матвей.

— Спасибо большое.

— Все ради вечеринки Веро?

— Какой ты проницательный!

Сажусь в машину, и с удивлением обнаруживаю на заднем сидении девицу.

— Привет, — пищит неуверенно.

— Привет.

— Я не успел тебе сказать, — Матвей устраивается на водительском сидении. — Это Ира. Мне нужно подбросить ее на работу, нам по пути.

— Очень приятно, Ира. Я Полина.

— Мне тоже приятно, — говорит девушка.

— Не обязательно было заезжать за мной, раз не один, — укоряю друга.

— Это не проблема, Полин. Проехали.

— Я в курсе, что вы лучшие друзья, — подает голос Ира. — Матвей о тебе много рассказывал.

— Надеюсь, хорошее? — кошусь в его сторону.

Ситуация немного странная. Такое ощущение, что они оба уверены, что я ревную. Это же бред полный, мне все равно, честное слово! Хотя, возможно, сейчас это выглядит похоже.

Девушка Матвея оказывается очень разговорчивой. Болтает обо всем на свете, даже не нуждаясь особенно в ответах. У меня даже начинает ломить виски. Наконец достигаем офиса, где она работает, прощаемся. Я вздыхаю с облегчением.

— Извини, неловко было отправлять ее на такси, — говорит Матвей, когда остаемся вдвоем.

— Что за бред, зачем ты извиняешься? Это странно, Мот, мы же друзья. Логично, что ты подвозишь свою девушку. Тем более раз она у тебя ночевала.

— Она не моя девушка.

— Это детали. Мне неважно, поверь.

Раздражение не покидает до самого университета. Хотя я редко так реагирую на поведение Матвея. Мы дружим с первого курса, на котором я была тем еще ботаником. Носила большие очки и растянутые свитера. В общем, была далека от идеала. Матвей же относился ко мне ровно так же, как сейчас. Говорил, что я красивая, заступался и подвозил домой, в универ, и вообще куда попрошу. При этом сам он очень привлекателен. Высокий, ходит в качалку. Симпатичный. Нравится противоположному полу.

Почему я не влюбилась в него? Не раз задавала себе этот вопрос. Случись так, было бы все куда проще. У нас на курсе есть такая пара, они с первой лекции вместе. Им не хватило места, пришлось стоять сзади, так как объединили два потока. Так вот, стояли рядышком… и больше не разлучались. Так и ходят вместе. Разве не замечательно? Почему у меня все иначе? Вечно все усложняю. Ищу, сама не понимая чего.

Решила, что Матвей для меня слишком мягкий, покладистый. Когда начинаю это анализировать, чувствую себя стервой. Тоже мне, нашла к чему придраться!

Матвей паркует машину, выпустив меня раньше, возле главного здания.

Навстречу, распахнув объятия, несется Веро.

— Полина, крошка моя, ты шикарна! Сегодня мы зажжем, определенно.

— С днем рождения, — обнимаю красотку в белом. — Уверена, праздник выйдет бомбический. Но для начала я собираюсь сдать курсовую, — добавляю извиняющимся тоном.

— Ну ты даешь, Вересова. Учеба всегда на первом месте, да?

— Не люблю откладывать дела на потом. У меня все готово, времени для сдачи много не нужно.

Пока болтаем, к нам подходят еще две подружки. Карина и Мила. Неизменные спутницы звезды по имени Вероника Драгунская.

— Привет, Поля! Снова вместе с Антоновым приехала? — спрашивает Мила.

— Они неразлучные, разве ты еще не поняла? — отвечает вместо меня Карина.

— Не понимаю зачем тогда уверять, что между ними ничего нет.

— Не веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

— Ни капли не верю!

— Это не значит, что так не бывает. Тебе просто нравится Мот…

— Девочки, стоп! — прерывает спор Веро. — Сейчас не об этом. Обсудим наше расписание. Здесь встречаемся в половине пятого, хорошо? Не опаздывать, никого ждать не буду! Поедем ко мне домой, делаем там макияж и отправляемся в клуб. Ах, да, легкий ланч нам Таня приготовит.

Татьяна Петровна — домработница Драгунских. Готовит бесподобно. Я в последнее время так часто бываю в гостях у Веро, что успела с ней подружиться. Классная женщина, очень добрая, приятная.

— Конечно, Веро, будем как штык! Все поняли, красотка, не волнуйся! — тараторит Карина.

— У вас лекция, — напоминает подружкам. Драгунская, — Лошаков терпеть не может, если опаздывают, так что советую поторопиться.

Карина и Мила слушаются беспрекословно. Я не вмешиваюсь.

Эти трое давно дружат, еще до универа были знакомы. Все из одного круга, родители знают друг друга, общаются. Я же чувствую себя немного другой. Хоть у моей мамы тоже успешный бизнес, салон красоты в центре города, можно сказать, один из самых популярных. Но все равно, не могу избавиться от ощущения, что я отличаюсь.

До Михаила, который официально женился на маме, у нас была совсем другая жизнь. Порой в холодильнике было пусто, кроме макарон и гречки ничего не было. Помню, как мечтала о шоколадных конфетах, или хотя-бы дешевой карамели. Жуть как хотелось сладкого, но мама не могла мне купить.

Денег у нас был минимум, только на дорогу маме, чтобы искать работу.

Я тогда в школе училась и ходила в обносках, мама перешивала мне свою одежду.

Я училась в пятом классе, когда мама познакомилась с Михаилом. Вытащила счастливый билет. Завязался роман, ухаживания, рестораны. Мама умела выглядеть роскошно, не имея при этом ни копейки денег. Она очень красивая женщина. В ней есть врожденный лоск, аристократичность. Поначалу Михаил даже не догадывался о нашем бедственном положении. Потом постепенно начал помогать, ну а вскоре мы уже жили все вместе. Сначала в квартире, потом переехали в частный дом. Тот, в котором живем и сейчас — Михаил оставил его маме после развода.

Кстати, когда я уже могла позволить себе все угодно, то у мамы был страх, что наброшусь на сладости и всякие вредности, растолстею, на здоровье отразится. Мне сделали обследование, и врачи заявили, что на редкость отлично все. Обычно родители пичкают детей всем подряд. Конфеты в красивых обертках, все такие яркие, сочные, кто устоит? Всевозможные сладости, печенья, чипсы, сухарики.

Но все это так вредно! И ребенку невозможно отказать, мало какой родитель способен быть строгим в этом вопросе. В результате — желудок, зубы, кожа, и еще множество неприятных моментов уже к подростковому возрасту.

У меня же период «хотелок» прошел как раз к моменту появления Михаила. Я не была приучена к сладкому, легко без него обходилась. Зато полюбила овощи, правильную пищу. У меня ни разу прыща не выскочило.

Хотя, может просто повезло?

— Не сердись на них, Поль. Они слишком простые, о чем думают, то и на языке, — говорит Вероника.

— О чем ты? — так увлеклась собственными мыслями, что потеряла нить разговора.

— О тебе и Матвее, — объясняет раздраженно. — Ты меня не слушала? Я тут целую речь толкнула.

— Извини пожалуйста.

— Ладно, лично мне пофиг что вы там скрываете.

— Ничего не скрываем, честно.

— Мне надо насчет старого зачета в деканат заглянуть. Хочу сегодня убрать этот хвост. Увидимся позже, — обрывает именинница и мы расходимся.

Возле ночного клуба столько машин, что водителю Вероники приходится парковаться на соседней улице.

— Не жди меня. Если надо будет — позвоню. Домой езжай, — приказывает именинница.

— Хорошо, — мужчина не спорит, но будет идиотом если отправится по пробкам в частный поселок, где живут Драгунские, а потом нервничать, продираясь по тем же загруженным улицам обратно.

Хотя, это будет зависеть от того сколько мы тут пробудем.

Я не планирую быть здесь долго, хотя от мысли, что Леон тоже здесь, кожа покрывается мурашками.

Как только думаю об этом парне — сразу глупею. Мне это совсем не нравится, но не могу это контролировать. Совсем.

— Кстати, как твоя курсовая, Поль? — интересуется Вероника.

— Пятерка.

— Ну ты монстр! Умница, все успеваешь, — похвала довольно противоречивая. — Поможешь с моей?

— Конечно. С радостью.

— Спасибо! Ты супер. Так, а ты чего отстаешь? — раздраженно оборачивается Вероника, глядя на Карину, которая плетется еле-еле, прихрамывая. Мила наоборот, давно унеслась вперед. — Я уже давно в клубе быть должна, это мой вечер, а я с вами вожусь. Тебе не стыдно?

— Ногу натерла, — хнычет девушка. — Надела сегодня новые сапоги, вот результат. Мне в аптеку надо.

— У меня есть пластырь, — смотрю сочувственно на девушку. Ей явно очень больно.

— Ты мое спасение, Вересова!

Останавливаемся, Карина стягивает длинный лаковый сапог. Даю ей пластырь, тем временем Вероника и Мила уходят далеко вперед, не дожидаясь нас.

— Спасибо, Полин. Ты настоящая подруга.

— Да перестань, что такого.

— Ничего. Просто если бы не ты, — вздыхает.

У Вероники день рождения, она вообще могла уехать раньше, и не ждать нас, — в моей привычке искать оправдания.

— Неужели так трудно было подождать? Мила сучка! От Веро я и не ждала ничего другого, она терпеть не может ждать, это не в ее стиле.

— Ничего страшного, догоним. Мы ведь никуда не опаздываем, — подбадриваю девушку.

Когда входим в клуб, нас оглушают басы и ослепляет светомузыка. Самое модное заведение в городе, конечно же папа депутат не поскупился для дочери.

Вероника в центре внимания, приглашенные на вечеринку гости обступили ее. Кто-то вручает цветы, подарки, хотя в приглашениях было указано, что презенты не обязательны.

Вероника действительно самая популярная девушка в универе. Народу тьма. Ее знают на всех курсах. Многие парни сохнут по ней.

Наблюдаю, как к ней подходит Леонид и сердце сжимается. Решительно отметаю невеселые мысли, натягиваю улыбку и под руку с Кариной направляюсь к подруге, окунаясь в переполненное веселящейся молодежью пространство, сотрясающееся от звуковых волн.

— Вот и мои крошки. Веселимся, девочки! — провозглашает Драгунская, улыбаясь во все зубы Леониду. Подается к нему ближе.

Понимаю, что ревновать глупо, он не мой. Мы даже не знакомы.

И все же не могу справиться с иррациональной грустью, которая охватывает меня.

Нас оттесняют от парочки другие приглашенные, чему я сейчас очень рада.

— Что такое, Поль, ты чего вдруг помрачнела? — спрашивает Карина.

— Голова разболелась.

— У меня таблетка есть! Дать? Вот и будем квиты.

— Да, спасибо.

— Идем к бару, воды возьмем. Ой, Веро нам знаки делает.

— Иди к имениннице, а я возьму воды и приду.

— Договорились, — кивает Карина.

Голова проходит спустя полчаса. Вот только веселиться и наблюдать как Веро флиртует с парнем, о котором я мечтаю — занятие не из приятных.

Сижу за столиком в большой компании. Парни и девушки с нашего курса.

— Ты чего не танцуешь, Вересова? — спрашивает Лада.

— Позже пойдем, да? — отвечает за меня Карина.

Тут к ней подходит незнакомый парень, как раз музыка переключается на медленную. Покраснев, Карина соглашается на танец.

Потягиваю «Мохито», смотрю по сторонам.

— Все в порядке? — спрашивает Лада, наклонившись ко мне.

— Странно, что ты спросила, — передергиваю плечами.

На первом курсе мы были не разлей вода. Обе были заняты только учебой, и относились к «ботаникам». Не знаю когда между нами пробежала черная кошка. Лада стала относиться ко мне все хуже. Раздражалась. Подставила с курсовой, которую вместе делали. До сих пор для меня осталось загадкой, за что вдруг Петрова «разлюбила» меня. И чего ей надо теперь, когда у меня новая компания? Может это и бесит ее?

— Чего сидим, Вересова? — залпом выпив коктейль спрашивает запыхавшаяся Мила. Она танцует уже долго, вся мокрая. — Идем, даже Карина со своей ногой скачет, а ты чего?

— Видишь, я разговариваю? — отмахиваюсь. Вижу через танцпол Матвея, он говорил, что возможно заедет на праздник, машу ему.

Невольно взгляд падает в центр танцпола. Там в самой гуще — Вероника и Леонид. Я понимаю, что это нормально, они классно смотрятся вместе, но не могу ничего с собой поделать. Мне плохо.

— Поль, ты чего, танцевать не умеешь? — подначивает Мила.

На самом деле смешной вопрос. Когда у нас с мамой появились деньги, то бишь Михаил, я записалась на все занятия, какие влезли в мой график. Хорошая школа с уклоном в английский, бассейн, фитнес-тренер, курсы живописи и еще куча всего, в том числе занятие танцами. Бальные, зумба и диско. Мне было интересно все на свете, и я использовала открывшиеся возможности на полную катушку.

Получалось отлично, даже на соревнования отправили. У меня был партнер — он же первая любовь, что закончилась разбитым сердцем в шестнадцать лет.

Так что танцевать я умею, не сейчас нет ни малейшего желания.

Мила и подбежавшие к ней девочки бросают на меня взгляд, в котором превалирует жалость. Не слишком приятно, когда тебя считают ущербной, пусть это не так.

— Привет, смотрю веселье в самом разгаре, — Матвей садится рядом.

— Возьми мне еще «Мохито».

— Хорошо, а ты что будешь? — смотрит на Ладу.

— Мне то же самое, — удивленно наблюдаю, как бывшая подружка становится малиновой. Это она так на Мота реагирует? Интересно.

Раньше я ничего подобного не замечала. Удивлена так сильно, что на какое-то время даже про собственные терзания забываю.

— Только не говори, что мы перестали общаться из-за Матвея, — трезвая я бы вряд ли стала поднимать эту тему.

Лада краснеет еще больше.

— Ты решила вдруг прояснить события давно минувших дней.

— Внезапно стало интересно.

— Мне кажется, тут не время и не место. Если захочешь, можем как-нибудь встретиться.

— Не хочу. Не интересно, — резко обрываю ее. Меня трясет от злости.

Я тогда страшно переживала, боялась, что меня отчислят, без курсовой препод не ставил зачет, соответственно меня не допускали до экзамена. Лада же меня попросту игнорировала, никак не объясняя свой поступок. Тогда мне тем более было не до разборок, я несколько ночей не спала, наверстывала то, что должна была сделать подруга. Было жутко обидно, я не понимала, за что она так со мной.

Неужели причиной был Матвей?

Никогда не понимала женщин, который могли вот так поступить из ревности.

Серьезно? Лада ревновала меня к Моту, или я напилась и придумываю невесть что?

Переключаюсь на разговор с Матвеем, желая отойти от негативных эмоций, связанных с воспоминаниями о прошлом. В любом случае, сейчас у меня новые подруги, куда более откровенные и уверенные в себе.

Народ постепенно расползается по компаниям, парни охмуряют девушек, и наоборот, решительные девицы окучивают понравившихся парней. Никто не хочет уходить с праздника жизни в одиночестве. Самые отвязные продолжают дрыгаться на танцполе. Кажется, даже запустили что-то вроде баттла. Лениво наблюдаю за Милой и Веро. Они классно двигаются вместе, похоже долго репетировали. Все в восторге, аплодируют, кричат слова одобрения.

Периодически разные парни подходят к нашему столику, приглашают меня потанцевать, предлагают коктейль, покурить и прочее. Многие в курсе, что с Мотом у нас только дружеские отношения, так что не смущаются даже того, что мои ноги на коленях Матвея и он делает мне массаж.

Морщусь, когда к нам подходит Олег Кирсанов. Огромный двухметровый качок с параллельного курса. Я слышала он был ужасно грубым со своей последней девчонкой. Послал ее при всех, толкнул. Ненавижу мужчин, не умеющих себя контролировать.

Отказываю довольно резко. Кирсанов бросает на меня злой взгляд и уходит. Тру виски, пытаясь унять раздражение. Веро побеждает в баттле, радостная, бросается на шею Леона. Мое настроение стремительно падает.

— Так и не прошла голова? — Матвей смотрит сочувственно.

— Еще немного болит, — чувствую себя пенсионеркой, которая портит внукам веселье. Да что я в самом деле? Дался мне этот Леон! Пусть Веро его забирает.

— Принести тебе что-нибудь? — спрашивает Мот, вставая.

— Давай. Возьми на свой вкус. Что-нибудь легкое.

Кивает и уходит с еще двумя парнями.

— Забавно получается — наклоняется ко мне Лада, с которой остаемся вдвоем. — Ты не видишь иронии?

— Понятия не имею, о чем ты.

— Я была влюблена в Мота и страшно к тебе ревновала. Ты за это начала меня презирать и перестала считать подругой.

— Ты серьезно сейчас хочешь об этом поговорить? — бросаю раздраженный взгляд.

— Почему нет?

— Так в чем ирония, я не понимаю.

— В том что ты сейчас точно таким же взглядом смотришь на Веронику.

— Ты совсем кукушкой поехала, Петрова?!

— Ну конечно, не признавай очевидного, это в твоем духе, Вересова, — кривится Лада. — Извини что задела твое эго.

— Ты меня подставила тогда жестко. Теперь решила найти оправдание?

— Нет, я понимаю, что поступила ужасно. Поверь, я не собираюсь себя оправдывать. Я лишь отметила иронию. Потому что узнала тот свой взгляд. Он сейчас у тебя. Извини, что не удержалась от саркастичного замечания.

— Ты ошиблась.

— Проехали, — вздыхает Лада. — Я не собиралась язвить. Знаешь, я скучаю по нашей дружбе. Страшно жалею, что так вышло. Будь возможность отмотать все назад — я бы поступила иначе.

— Я сейчас расплачусь.

— Уверена, что нет. Ты изменилась, Полина. Стала жесткой.

— Чему я очень рада. Легче жить среди пираний, — это уже бормочу себе под нос.

Подходит Матвей с друзьями, Лада тут же смущенно замолкает. Боже, она что, до сих пор по нему сохнет? Немыслимо! Мот протягивает мне коктейль, и я выпиваю его залпом.

Меня колотит. Пусть я изображала перед бывшей подружкой ледяную королеву, но на самом деле ее слова очень сильно задели меня. Потому что похожи на правду.

— Ты куда, Полин?

— Танцевать.

— Тебе составить компанию?

Матвей обнимает меня за талию. Влитый залпом коктейль разогрел кровь.

— Ты ненавидишь танцы. Не стоит, — осаживаю друга.

Пусть лучше Ладе составит компанию. Пусть уже ее осчастливит своим вниманием! Сколько ей можно страдать?

— Принцесса решила показать себя? — стоит оказаться на танцполе, руки Кирсанова ложатся мне на бедра.

— Сейчас вроде не медленный танец. Отойди, а?

— Не могу. Ты слишком хороша, как магнитом притягиваешь.

— Ты меня раздражаешь.

Хорошо, что в этот момент ко мне подбегают Мила с Кариной, бросаются обниматься, обе пьяненькие, да и я не лучше.

— Наконец Снежная Королева решила немного растаять и потанцевать.

— Нам надо немного подышать, — напоминает Миле Карина.

— Я с вами, — мне тоже надо остыть.

Слишком много раздражающих моментов в этом празднике.

Иду за девочками, неожиданно спотыкаюсь.

— Эй, корова, ты вообще смотришь куда прешь?

Только благодаря реакции Карины, которая в последний момент меня под руку схватила, удается не упасть.

— Дура, — выплевывает крупная брюнетка, зыркая на меня со злобой.

— Тина, твоя очередь, идешь? — зовет ее парень.

— Да иду я, просто ходят тут всякие коровы, нормальным людям мешают.

Унизительная сцена, причем неизвестно чем могла закончиться. Уши горят от стыда, меня только что перед всеми ни за что унизили. Хорошо, что нам осталось пройти немного, и мы выходим на широкий балкон.

— Не обращай внимания, Поль. Она просто бесится, что Кирсанов ее послал, — сочувственно говорит Карина, пока Мила роется в сумочке.

— Что? Это она из-за него? — не могу поверить в то что слышу.

— Да, они два месяца встречались, она на нем висла.

— Я впервые вижу эту идиотку.

— Она не из нашего универа. Но ее уже многие наши знают. Характер тот еще, настоящая стерва.

— Жаль она не в курсе, что не сдался мне этот Кирсанов! Меня от него тошнит. Мерзость.

— Да, ей бы намекнуть как-то.

— Мне кажется уже не поверит, — замечает Мила. — Забей, Поль. Она девка опасная. Одной сопернице говорят стекол в обувь насыпала. Тиночка ведь у нас топ-модель, в агентстве на нее молятся, — кривится.

Мила — прямо энциклопедия по молодежи нашего города. Знает все и обо всех.

Мда, вот за что мне все это? Кирсанов никогда не интересовал меня, с чего этот качок вдруг решил так активизироваться в мою сторону?

Не могу успокоиться. Трясет от обиды. Я ничего никому не сделала, так за что все это?

Утром я уже жалею о вчерашнем поведении.

Кирсанов — настоящий урод. Он и его прибабахнутая на голову подружка во всем виноваты!

Хотя и я не лучше! Зачем поддалась на провокацию? Зачем соревноваться со стервой и истеричкой? Хорошо, что она не в нашем универе учится, но вполне возможно, захочет мне отомстить. Найдет через кого.

Меня мучают похмелье и невеселые мысли. Спускаюсь вниз мрачнее тучи.

На кухне застаю только Влада.

— Доброе утро, спящая красавица. Не поздновато встала? — в его улыбке столько сахара, меня аж передергивает.

— Где мама? — отвечаю хмуро вопросом на вопрос. Сейчас заниматься словесными пикировками я точно не в состоянии.

— Уехала пораньше в салон. Там какое-то чрезвычайное происшествие.

— Что-то серьезное?

— Да нет, психованная клиентка. Кажется, по совместительству поп-звезда местного разлива. Ты же знаешь, как твоя мать любит богему. Вот и понеслась лично разруливать неприятности. Глядишь, в светские новости попадет.

Да, это полностью в духе мамы.

— А ты на работу не торопишься? — интересуюсь нехотя.

— Выгоняешь? — поднимает брови Беспалов.

— Не буду скрывать, хотела позавтракать в тишине и одиночестве.

— Неудивительно, после вчерашнего, — хмыкает.

— В смысле? — теперь моя очередь насупится. Ненавижу скользкие намеки.

— Да я тут как раз смотрю, как ты вчера повеселилась. Ух, а ты горячая, когда выпьешь, Полина.

На его телефоне играет знакомая со вчерашнего вечера музыка. Выхватываю у Влада мобильный.

— Откуда это?!

— Из сети, разумеется. Ты же не думала, что твои друзья не догадаются запечатлеть столь эпическое выступление?

— Меньше всего об этом думала, как и о том, что тебе хватит наглости залезть в наш университетский чат! Что ты там забыл?

— Фу, как грубо, Полина. Нельзя так реагировать на заботу! Мы с твоей матерью беспокоимся о тебе. Лена меня попросила…

Даниил

— Мне кажется тебе не стоит общаться с этой девушкой, сынок, — произносит мать после ухода Полины.

— Я как-нибудь сам решу, с кем общаться, — кривлю физиономию.

Обычно мать в такие дела не вмешивается. Ей просто не до этого. Мелких надо воспитывать, они отнимают до хрена времени. Еще и работа, денег всегда не хватает. Тем более, когда перебрались в этот огромный дом. Тут классно, вот только все очень дорого. Рядом магазины премиум класса, до простых сеток надо долго добираться. Куча денег уходит на еду, на одежду. Сестры часто простужаются, у Егора аллергия.

Мать мечтала, чтобы я в вуз поступил, вроде башка нормально соображает. Есть все данные. Я рано в школу пошел, перескочил пару классов. Так что поступил легко, в физмат, только на заочный. Чтобы можно было и зарабатывать.

Пока нашел место в автосервисе, но так, подай-принеси.

Мне на самом деле пока не до отношений с девушками. Хотя физиологию никто не отменял. Встреча с Полиной произошла максимально не ко времени.

И тем не менее, я бы ни за что это знакомство не променял.

Она меня сразу и в самое сердце поразила.

Красивая очень. Хрупкая, и в то же время упрямая, сильная. Это сразу чувствуется. В глазах, в словах, в поведении — вызов. Только все равно под маской хрустальная принцесса прячется.

Даже от голоса ее вставило. В нем тоже много хрупкости, нежности, задумчивости.

Словно в полудреме находится.

Интересно, как он звучит сразу по пробуждении? Хрипловато, наверное.

Не найдя что ответить, киваю и быстро поднимаюсь по лестнице, перескакивая через ступеньки. Стаскиваю с себя спортивные лосины и топ, иду в душ.

Сборы занимают минут пятнадцать.

Надеваю строгое серое платье, сушу феном волосы, закалываю назад — ну просто пай-девочка. Почему-бы не порадовать единственную родительницу? Я голодна, то что ужин из ресторана — уже неплохо. Посижу часик, этого достаточно для того, чтобы выглядеть примерной дочерью.

Спускаюсь вниз.

— Отлично, мы только сели за стол, — мама смотрит на меня с благодарностью.

Евгений и Влад говорят о делах, но с моим появлением сразу переключаются с этой темы. Гость начинает расспрашивать где учусь, чем планирую заниматься дальше.

— Юриста из меня точно не получится, — разбиваю его грезы.

— В твоем возрасте нельзя быть такой категоричной. Жизнь сложна.

— И все же я уверена, это не мое.

— Ну на меня не только юристы работают.

— Ты же сейчас подрабатываешь простым помощником секретаря? — вставляет реплику мама. — Хотя так и не понимаю, зачем.

— Стремление к самостоятельности — это замечательно.

— Иногда лучше сосредоточиться на одном. Иначе ничего не получится.

— Вы безусловно правы, Елена. И все же я восхищаюсь вашей дочерью. Она не только красивая, но и очень умная. Это редкое сочетание.

— Жаль, не сильно покладистая.

— Дикая? Это тоже очень интересно.

Внутри растет напряжение, меня словно препарируют под микроскопом. У них что, других тем для разговора нет?

— Расскажи об университете. Давно закончил юридический, но до сих пор с тоской те годы вспоминаю. Лучшие, пожалуй.

— Что вас интересует?

— Да все что угодно.

— Даже не знаю…

— Кстати, спорт я так понял тоже очень любишь. Только дома занимаешься? У моего друга лучший клуб в городе. Наверняка ты слышала про «Мохито».

— Конечно слышала. Крутое место.

— Да, я тоже слышала! — восхищенно кивает мама. — Действительно лучший клуб в городе.

— Хочешь абонемент? С удовольствием сделаю тебе подарок.

— Да нет, спасибо. Мне не очень по дороге. Да и по времени сейчас не смогу.

— Елена, для вас обязательно будет абонемент. Там, кстати, СПА просто шикарное.

— Евгений, вы чудо! Спасибо! С удовольствием сравню со своим СПА.

— О, простите, как я мог забыть о «Кассандре»! Ваш салон очень известен в городе. Моя мать его обожает.

— Спасибо, — мама краснеет от удовольствия. — Я подарю для вашей мамы купон на комплекс процедур. Только нужно будет собрать небольшой анамнез. Я серьезно подхожу к делу.

— Это заметно. Влад, как же я рад познакомиться с твоими девочками, — салютует бокалом вина.

Разговоры конечно очень вежливые, светские. Вот только взгляды Евгения — довольно бесцеремонные. Не могу понять, почему мать их словно не замечает. Прямо млеет от гостя! Словно заработок Влада — ее главный источник существования. Это же не так! Беспалова смело можно назвать альфонсом. Живет тут на всем готовом.

И что он такого сказал Евгению, что тот позволяет себе столь пристальное внимание ко мне? Прямо пожирает взглядом. Ничуть не смущается, что пришел в семью. Не в бордель.

Мать упорно делает вид что ничего не замечает.

— Суп очень вкусный, мамуль. Пожалуйста, готовь такой почаще.

Не могу не подколоть, том-ям и правда хорош, повар ресторана постарался на славу.

Извинившись, поднимаюсь в свою комнату.

Нет, я не собираюсь ходить голодной из-за какого-то козла. Хотя супом почти наелась. Накидываю на платье безразмерный бежевый кардиган, закутываюсь в него и снова спускаюсь в гостиную.

— Ого, ты замерзла что ли? — спрашивает Беспалов. — Вроде котел нормально работает.

— Меня знобит немного. Может заболеваю, — демонстративно кашляю в сторону Влада.

К облегчению, разговор переключается на фирму Евгения, тот с удовольствием рассказывает интересные случаи из практики. Невольно проявляю внимание. Мне нравится слушать подобные истории.

— Я могу рассказать при личной встрече? Поужинаешь со мной, Полина? — спрашивает, чуть наклонившись ко мне.

От неожиданности теряюсь.

— Вряд ли найду время.

Вскакиваю, начинаю убирать со стола.

Несу посуду на кухню.

— Почему нельзя быть более вежливой, Полина? — мама заходит следом.

— Он клеится ко мне!

— Мужчина проявляет внимание. Что в этом такого?

— Этот мужик старше Влада лет на десять. А меня на двадцать плюс!

— Не преувеличивай. Евгению всего сорок.

— Для меня он старик, мам. И вообще, неприятный тип. Устала терпеть как он пялится, — шиплю раздраженно.

— Не понимаю, что с тобой не так! Мужское внимание всегда приятно!

— Не суди по себе!

— Полина, возьми себя в руки! Они оба могут зайти сюда в любую минуту.

— Для меня ужин окончен! Я к себе! — Ты мне обещала! Я же объяснила, как это важно для Влада! Если ты будешь полюбезнее, это поможет ему на работе!

— Я не понимаю, что ты сейчас пытаешься сказать, серьезно! И не хочу понимать.

Так странно вновь оказаться в доме Веры Игнатьевны.

Точнее, в доме совершенно чужих мне людей.

С другой стороны — может это как раз то что мне сейчас нужно?

Даниил

Полина

Мне так сладко спится, сон на удивление приятный. Обычно мои сны яркие, но тяжелые, мучительные. Чаще всего убегаю от кого-нибудь, ссорюсь, что-то доказываю. Наутро чувствую себя опустошенной и разбитой. Поэтому сейчас так не хочется просыпаться. Мне тепло, уютно. Непривычно.

Я в мужских объятиях. Тяжелая рука лежит чуть пониже талии, прижимая к твердому телу. В ягодицы упирается что-то очень твердое и горячее. Невольно мое тело реагирует тяжестью внизу живота. Выгибаюсь, прижимаюсь плотнее. Как хорошо-о…

Открываю глаза, испуганно дергаюсь, не понимая где нахожусь. Смаргиваю остатки сна, концентрируясь на окружающей действительности. Чужой, незнакомой.

Осознание реальности — как ушат холодной воды.

Я уснула в доме своего соседа!

Провела ночь в его постели…

Так резко подаюсь в сторону, что едва не падаю на пол. С трудом удается удержаться. Дальше тихонечко, стараясь не издать ни звука сползаю…

Я хотя-бы не голая. На мне все тоже платье, колготки.

Конечно же у нас ничего не было! Иначе и быть не могло.

Вот идиотка, как я умудрилась тут заснуть?

События вчерашнего вечера придавливают бетонной плитой сознание.

Даниил продолжает безмятежно спать.

Это хорошо. Я сейчас не в состоянии с ним общаться.

Да что со мной такое? Сколько можно совершать глупости?

Хорошо, что вчера написала матери, что останусь у Карины. Хотя бы на это ума хватило. Иначе меня уже разыскивали с полицией.

Месяц спустя

— Шикарно выглядишь, малыш. Точно будешь круче всех на этой вечеринке, — Леон оглядывает меня с восхищением. Загораюсь одновременно от смущения и удовольствия. До сих пор не могу привыкнуть, что мы вместе.

Я действительно очень постаралась сегодня выглядеть на максимум. Черное кожаное платье, высокие ботильоны. Отросшие ниже плеч волосы слегка подкрутила, сделав небрежные локоны.

Главная причина моего сияющего вида — я влюблена. Решилась на отношения. Позволила себе быть счастливой.

Теперь удивляюсь, почему так долго тянула. Позволяла страхам останавливать меня.

— Спасибо, — улыбаюсь, смотря через зеркало на парня.

Он идеален. Красивый. Нежный. Заботливый.

Леон наклоняется ко мне. Проводит по моим губам языком, толкается внутрь.

Он шикарно целуется. Таю в его объятиях, забывая обо всем. Пальцы на ногах подгибаются от удовольствия.

— Я по макушку в тебя втрескался, малыш, — произносит грубовато.

Леона не назвать романтичным. Иногда в нем проскальзывает самовлюбленность. Есть еще некоторые моменты, которые успели задеть меня, и которые я старательно игнорирую. Момент притирки неизбежен. В конце концов, прошел лишь месяц, как я позволила себе наконец стать смелой. Признаться, и себе, и окружающим, что хочу быть с Леонидом Карельским. Отбросила обстоятельство, что еще недавно он встречался с моей близкой подругой.

За смелость всегда приходится дорого платить. Вероника, конечно, не могла простить мне подобное. Как только она вернулась на родину, между нами возникла холодная война. С подставами, интригами. Я больше не могу общаться с Кариной и Милой. Эти две милашки смотрят на меня как на грязь под ногами.

Больно, неприятно. Если бы училась чуть хуже, была бы беспечной в этом отношении, скорее всего, меня бы уже выкинули из универа. У Вероникиного отца отличные связи. Но поступить так с отличницей, той, кто сдает почти все экстерном — сложновато. Поэтому, мы с Вероникой перешли на другое поле противостояний. Подставы, сплетни, интриги. Мелкие, но отвратительные гадости, вроде пакета сока, специально опрокинутого в мою сумку с конспектами.

— Что такое, малыш? Опять задумалась? Такая серьезная.

Леон прижимает меня к стене возле входной двери, опирается ладонями по обеим сторонам от моего лица.

— Все в порядке.

— Хочешь, расскажу, о чем я сейчас думаю?

Это мне и без слов понятно. Леон прижимается ко мне, демонстрируя свое возбуждение. У нас пока еще ни разу не было близости. Месяц прошел в поцелуях, ласках, но не более того.

Я, как всегда, хочу быть уверенной. Хочу гарантий. Понимаю, как это глупо звучит! Гарантий чего, Полина? Вечной любви? Их не бывает. Но я не могла отдаться сразу, стать легкой победой. Хоть и боялась, что парень моей мечты сочтет меня ледышкой. Фригидной.

К чести Леона, он наоборот, лишь распаляется сильнее. Я для него — вызов.

Но что если на этом все?

Я же мечтаю о другом. Чтобы любовь была настоящей…

Кажется, я так и не повзрослела. Очень глупо. Пора стать циничнее. Постоянно себе об этом напоминаю. В отношениях не может быть никаких гарантий. Пора повзрослеть и принять этот факт.

— Мы ведь опаздываем, — произношу растерянно.

— Можем вообще никуда не ходить…

Заманчиво. Но я приняла твердое решение, что не буду больше прятаться как черепаха в панцире. Никаким обиженным дочкам депутата меня не запугать. Пора вернуться в общество.

Леон наклоняется к моему лицу.

Дышим друг другу в губы. Короткий поцелуй и Леон со стоном отрывается от меня.

— Хорошо, ты победила. Поехали.

Вечеринка проходит у приятеля Леонида. Живет один, в собственном доме. Богатенький мальчик, родившийся с золотой ложкой во рту. Ему двадцать пять, уже имеет собственный бизнес. Да и родители ни в чем ему не отказывают. Петр часто устраивает шумные мероприятия.

Понимаю, что придется столкнуться сегодня вечером с Вероникой и ее компанией. С теми, кто считает своей обязанностью травить меня, чтобы продемонстрировать верность «своей королеве». Только мне наплевать. Я устала прятаться.

Уже на повороте на нужную улицу слышно, как грохочет музыка. Долбит по ушам, рвется через виски наружу.

Еще в машине у меня начала болеть голова, и я понимаю, что долго не продержусь. Отвыкла от вечеринок.

Участок вокруг дома огромный. По центру — огромное стеклянное строение, внутри которого большой теплый бассейн. Куда мы и направляемся, потому что большая часть гостей именно там. Радостно плещутся в бассейне, многие танцуют рядом с ним, на широкой площадке. Видно, что всем очень весело. Иду следом за Леоном к большой компании парней. Его рука крепко сжимает мое запястье.

— Отлично, наконец вы пришли, — машет нам рукой хозяин вечеринки. — Привет. Как дела, Полина? Рад, что ты решила почтить своим вниманием мое мероприятие. Леон рассказывал, что ты вся в учебе. Не любишь никуда ходить.

— Да, так и есть.

Леон познакомил меня с другом случайно, пересеклись в кафе. Так что, по сути я всего один раз его видела. Он мне понравился. Приятный, не строит из себя мачо, не кичится своими доходами. Простой в общении.

Правда сейчас, в расстегнутой рубашке и шортах, на голове красная бандана, с двумя девицами по бокам, выглядит как рок звезда.

Петр знакомит нас с девицами, облепившими его. Увы, в этот момент вдалеке замечаю Веронику, так что имена ускользают от меня.

— Все в порядке? — спрашивает Леон, наклонившись к моему уху. — Ты напряглась.

— Нет, все отлично, — улыбаюсь девушкам.

Они довольно разговорчивые, начинают сыпать какими-то историями из модельной жизни. Делаю вид что слушаю с огромным интересом.

Рядом с нами появляется красотка в купальнике, в руках поднос с напитками. Выбираю алкогольный «мохито».

— Ты нам сегодня станцуешь, Полина? — играет бровями Петр, задавая неожиданный вопрос.

— В смысле?

— Черт, я хотел придумать подкат поизящнее. Но слишком пьян, чтобы быть более оригинальным, — смеется над собственной шуткой. — Думаю, ты в курсе что видео с твоим танцем стало топом. И до сих пор остается. Мне недавно показали.

— Извини, я сегодня не в настроении.

— Совсем не хотел тебя задеть. Серьезно. Не обижайся пожалуйста, — сникает парень.

— Да ничего. Это было глупым поступком.

— Ладно тебе! Если умеешь так шикарно двигаться, глупо зарывать свой талант в землю.

Что мне кажется непроходимо глупым — так это наш разговор. Не понятно о чем!

— Дорогой, ты еще не видел как Я танцую, — выгибается перед Петром одна из девушек.

Имена красоток я уточнить стесняюсь, приходится про себя называть их номер один и номер два.

Допиваю коктейль, девицы меняют тему, снова перетягивая внимание к своим талантам, чему я только рада.

— Попробуй вот этот напиток, — Петр протягивает бокал.

— Какой состав?

— Виски, вишневый сироп, ммм, кажется еще было что-то. В любом случае, тебе понравится.

Коктейль выглядит очень привлекательно. Делаю глоток.

— Спасибо. Действительно очень вкусно.

Леон и Петр отходят на пару шагов в сторону, чтобы переговорить о бизнесе, сказав, что девушкам это будет не интересно.

Ловлю на себе неприязненный взгляд Вероники. Она не приближается, но все равно ощущаю ядовитые флюиды, посылаемые в мою сторону.

— Кто хочет припудрить носик? — предлагает красотка номер два.

Втроем отправляемся искать дамскую комнату.

— Ты давно встречаешься с Леоном? Он такой классный. Красавчик.

— Чуть больше месяца. А что? — поправляю макияж перед зеркалом. Все кабинки заняты.

— Да просто так спросила. Вы неплохо вместе смотритесь.

— Петр все равно в миллион раз круче, — заявляет девушка номер один.

— С этим я точно не буду спорить, — хихикает ее подружка. — У нас сегодня будет тройничок. Жду с огромным предвкушением.

Я с облегчением скрываюсь в кабинке. Новые знакомые начинают немного напрягать. Напитки слегка приглушили ее, но сейчас словно начинается второй раунд. Еще более сильный.

— Полина, мы уходим. Догонишь нас.

— Хорошо, — отвечаю, ничуть не огорчившись, что меня решили не ждать.

Дергаю дверь, но она не поддается! Не могу понять в чем дело! Толкаю сильнее, бью по ней — никакого результата. Отлично. Меня заперли.

Идиотки решили, что это забавно?

Мне так совсем не кажется!

Продолжаю стучать по двери. Устав, закрываю сиденье крышкой, сажусь на нее. Достаю телефон. Унизительно признаваться в очередной неприятности, но делать нечего. Придется позвать Леона.

Абонент недоступен. Ну вообще шикарно!

Со злостью пинаю дверь.

Чертова вечеринка. Я знала, что добром она не кончится.

Слышу шаги, вскочив, начинаю дергать дверь.

Она распахивается так резко, что едва не падаю.

Передо мной стоит Драгунская.

— Ну привет, бывшая подружка.

— Это ты все устроила? Не смешно! — отвечаю резко, выходя из кабинки. — Тебе еще не надоело все это? Доставать меня из-за парня. Не считаешь, что это унизительно?

— Нисколько. Это весело, дорогуша. Парень, кстати, тут ни при чем. Я ненавижу предателей.

— Ясно. Если ты несколько раз поцеловалась с парнем, остальные должны отлетать от него как от чумного, да?

— Не все. Те, кто называет себя моими подругами.

— Я поняла. Ты считаешь меня последней тварью. Может тогда будешь просто держаться подальше?

— Это ты на вечеринку приперлась. Осмелела, да?

Вероника явно настроена на громкий скандал и ее вряд ли что-то остановит. Мы одни в туалете — значит снаружи охрана, которая никого не пускает. Скорее всего, верные фрейлины, Карина и Мила.

— Я ухожу, — направляюсь к выходу.

— Не-а.

— Да что тебе от меня надо?!

Неожиданно дверь с улицы распахивается.

— Привет, дорогуша. Не ожидала меня увидеть?

На меня надвигается Кирсанов.

Пытаюсь держать лицо перед своими врагами, не показывать, насколько сильно паникую. На самом деле, меня всю трясет от страха.

— Что тебе тут надо? Это женский туалет, — произношу ровным голосом.

— Ты, Полина. Причина, по которой я здесь, — его усмешка омерзительная, кривая, злобная. Кирсанов надвигается на меня огромной глыбой.

— К тебе гости, Полина, — в комнату заглядывает Влад.

— Мне не нужен швейцар, — отвечаю недружелюбно.

Миллион раз говорила ему чтобы не заходил в мою комнату! Неважно, какая причина для этого. Это мое личное пространство! Обычно я запираюсь на ключ, но сейчас как назло только отперла дверь, потому что жду подругу.

— Здравствуйте, приветик Полина, — улыбается Лада, просачиваясь в комнату. — Ну даешь, Спящая красавица! Почему ещё в пижаме? Мы не опоздаем?

— Еще полно времени, — выразительно зыркаю на Беспалова, чтобы свалил уже.

Мать и отец Леона оказываются довольно приятно людьми, хоть и бесконечно подкалывают и провоцируют друг друга во время ужина. За этим довольно забавно наблюдать. Самое главное, что они оба очень любят своего сына, а уж каковы их личные отношения — никого не должно волновать.

— Очень рад познакомиться, Полина. Евгений Павлович, отец этого оболтуса, — мужчина галантно целует мне руку.

Высокий крупный мужчина, аккуратная стрижка, седеющие на висках волосы. Выглядит представительно. Леон больше взял от отца, но и от матери есть что-то неуловимое.

— Мне тоже очень приятно, — отвечаю с искренней улыбкой, мысленно продолжая заниматься генетикой.

— Хочешь открою тебе секрет? Ты первая девушка, которую Леонид нам представил.

– Правда? Это большая честь для меня.

— Как ты любишь забирать все внимание на себя, — морщится стройная брюнетка. — Добрый вечер, я мать Леонида, предпочитаю, чтобы ко мне обращались по имени. Виктория. Рада познакомиться, Полина.

— Хорошо, киваю. Я тоже рада.

— Может быть уже за столик пойдем? — ворчит Леонид, прерывая обмен любезностями.

— Как скажешь, дорогой, — мать ласково проводит по волосам Леона. Он отстраняется, а она смеется.

Такие естественные, милые. Невольно улыбаюсь. Мне очень нравится эта семья.

— Расскажи чем занимаешься, Полина, — спрашивает Евгений Павлович, после того как заканчиваем делать заказ. Карельские выбрали так много всего, что остается гадать как мы все осилим. Резвые официанты начинают приносить закуски.

— Мы с Леонидом учимся в одном университете…

– Полина перевелась на заочный, — перебивает меня Леонид. — Пытаюсь уговорить ее вернуться обратно. Пока безуспешно.

— Да, нужны были деньги, я устроилась на одну фирму стажером. Это еще пока на очном отделении была. Потом они сделали предложение на полный рабочий день, и я не смогла отказаться.

–

– Какая ты умница, — Евгений Павлович смотрит на меня с уважением. — Взяла все в свои руки. Некоторые оболтусы богатых родителей вызывают у меня омерзение если честно. И не учатся толком, и работать не торопятся. В то же время, те кому не повезло родиться с золотой ложкой во рту…

– Родителям сложно помогать тебе? — Виктория смотрит сочувственно, я теряюсь от такого поворота беседы.

– Притормозите, в этом плане у Полины все в порядке, — лениво отмахивается Леон. — Не хочу показаться альфонсом, но у моей девушки очень успешная мать, ее салон — самый топовый в городе.

— Салон красоты? Как называется?

– “Остров совершенства”. Немного пафосно, — отвечаю смущенно.

— Ну ничего себе! Я обожаю это место! — восклицает Виктория. — Получается, я уже знакома с твоей мамой. Елена Вересова, да?

– Да, это моя мама. На самом деле мир очень тесен.

— И не говори.

Разговор плавно переключается на Леона, его проблемы с сессией по двум предметам, мать мягко отчитывает его. Отец заступается за сына. Леону удается перевести разговор на планы родителей, они ведутся на эту хитрость и с упоением начинают обсуждать предстоящую поездку в Венецию. Виктория пускается в воспоминания о том, как оказалась в этом волшебном городе впервые.

— Может быть нам поехать вчетвером? Как вам идея, дети?

— Мы обязательно обдумаем этот вопрос.

— Мне нужно сделать загранпаспорт, — вздыхаю. — Я была всего пару раз с мамой, когда еще в школе училась. Один раз летали в Турцию, другой — в Дубай.

Вечер заканчивается на теплой ноте.

— Очень приятно было пообщаться с тобой, дочка, — говорит Евгений Павлович.

— Спасибо, взаимно.

Ты очаровала моих родителей, малыш, — говорит Леон, когда садимся в машину.

— Ты меня смущаешь.

— Но это правда.

— Мне они тоже очень понравились.

— Я думаю, что мы подошли к следующему шагу в отношениях. Жить вместе.

— Разве? Я думала, что мы давно его позади оставили. Я же постоянно у тебя ночую.

— Да, но я хочу, чтобы это было не часто. Чтобы это было ВСЕГДА.

Даниил. Полгода спустя

— Мне тебя посоветовал Петр, очень хвалил. Так что буду рад сотрудничеству.

Разглядываю нового потенциального клиента, и вдруг четко осознаю, что не хочу с ним работать.

Начинаю раскладывать по полочкам, разъяснять специфику заказа, финансовую составляющую. Леонид хочет мощный сайт, с техподдержкой, кучей наворотов. Дорогая игрушка, но вполне по карману смазливому мажору.

Казалось бы, клиент отличный, так чего я из себя корчу?

Ответ банален, причем характеризует меня с неприглядной стороны.

Я не хочу иметь с этим парнем никаких дел, потому что Леонид имеет мою соседку. Полину. Такой вот каламбур, мать вашу.

У них достаточно долгие, сложившиеся отношения.

Полина теперь достаточно редко появляется на нашей улице. Походу, переехала жить к своему парню. Последний раз мы общались, когда я застал ее снова на своей кухне, общающейся с Ликой.

Был очень сильно удивлен, и взволнован, чего уж там.

Подумал, может быть все же есть шанс?

Нет, Полина быстро и резко поставила меня на место, вернув все на круги своя.

На Данииле простая черная футболка и джинсовые шорты. Надо признать, выглядит он очень привлекательно. Высокий, поджарый, сексуальный.

— Если не перестанешь на него пялиться, Вересова, я решу, что ты влюбилась, — хихикает мне на ухо Лада.

— Что ты несешь? — осаживаю ее резко.

— Ой, ну тебя. Пошутить уже нельзя, ты чего такая нервная?

Если бы я могла понять, что со мной происходит! Откуда столько эмоций к чужому парню. С которым всего то пара встреч случайных было. Хоть я и умудрилась однажды уснуть в его постели. Об этом до сих пор ни одна живая душа не знает. Для меня это сокровенная тайна.

Даже раздражаюсь на себя, что снова и снова нахожу его взглядом. Мы давно сменили тему обсуждения, переключились на общих знакомых, к нам подходят все новые и новые сокурсники. Хотя по взглядам Лады, которые периодически бросает то на меня, то в сторону Даниила, чувствую, что она обязательно вернется к Данте, так просто от меня не отстанет.

Мне хочется сменить локацию, отдалиться от Даниила. Не могу объяснить самой себе это напряжение и нервозность.

— Пойду поищу Леона.

— Хорошо, увидимся, — кивает Лада.

Чтобы подойти к дому, придется пройти мимо Даниила. Черт, об этом я не подумала. Он все еще болтает с близкими друзьями Петра, и что удивительно, те слушают с интересом. Девушки рядом тоже есть, одна так и вовсе глаз с парня не сводит. Ну надо же! Данте! Кто придумал эту странную кличку?

— Привет, Полина! — разумеется, он не дает мне пройти, сделав вид, что не заметила его.

— Привет. Что ты тут делаешь? — мой голос звучит даже слишком равнодушно. Неестественно. И мы оба это понимаем.

— Друзья пригласили.

— Ясно.

— Ты чего такая сердитая, соседка? Я очень рад встрече. Давно не виделись, — протягивает руку, обхватывает меня за запястье, не давая уйти, заметив это намерение.

— Да, я у матери редко бываю, — отвечаю коротко.

— Очень жаль, кстати.

— Мне пора, пытаюсь найти Леонида. Может ты его видел?

— Не-а, — взгляд становится острым. — Все еще с ним мутишь?

— Да. То есть, я не мучу, — морщусь от грубого слова. — Мы живем вместе.

— Зря. Он тебя не заслуживает.

— Вряд ли тебе об этом судить!

Тоже мне, психолог доморощенный.

— Тебе не помешает расслабиться. Выпьешь что-нибудь?

— Я кажется объяснила тебе, что занята. Была рада увидеться. Лике привет, — решительно вырываю руку, которую все еще обхватывают длинные пальцы Даниила. Злюсь, что Леон поставил меня в такое положение. Почему я как неприкаянная дурочка должна разыскивать его? Мне заняться больше нечем?

— Привет, — к нам подходит невысокая блондинка, сразу обвивает руку Даниила как плющ. Прижимается к парню, смотря на меня с фальшивой улыбкой.

Моя однокурсница, но мы едва ли перекинулись с ней парой слов за все время. Всегда были разные компании. Я даже не помню, как ее зовут.

— Ты, наверное, Леона ищешь? — спрашивает меня.

Намекает, что мне рядом с красавчиком Данте делать нечего? Усмехаюсь.

— Нет, вообще-то бар ищу. Даниил обещал мне коктейль.

Да, во мне вдруг просыпается стервочка. Не люблю, когда указывают что делать.

Даниил усмехается.

— Конечно, Полина. Лично для тебя сделаю, будет очень вкусно. Например, «секс на пляже». Тебе обязательно понравится.

Черт, а этот парень не промах. Теперь мои щеки пылают. Как у малолетки получилось «сделать меня»? Буквально задыхаюсь от смущения и… возбуждения.

У блондинки такой кислый вид, что ее даже жаль становится. Данте тащит меня к бару. Заходит за стойку, здоровается с барменом, обнимается, они явно хорошо знакомы. Реально начинает готовить для меня напиток!

— Так ты еще и бармен?

— Здесь? Нет, я сегодня исключительно как гость, Полина. Не переживай.

— Я и не собиралась. Просто интересно. Ты как коробка с сюрпризами.

— Могу тебе ответить тем же.

Похоже, мальчик отрастил зубы. Раньше он был более трогательным. Влюбленным. Сейчас это мужчина, который прямо говорит о своих желаниях. Мне сложно перестроиться, видимо поэтому так сильно бомбит от его близости…

— Тебе не жаль девушку? Она выглядит расстроенной, — мне снова на глаза попадается блондинка.

— Ты очень добрая, Полина. Это мне в тебе и нравится. Сочетание стервозности и мягкости. Никогда не знаешь, что проявится.

— Много обо мне думаешь?

— Даже не представляешь.

Передо мной появляется высокий бокал с напитком, в который воткнуто несколько трубочек, кусочек клубники на краю бокала.

— Не хватает зонтика, — замечаю, снимая с края клубнику, провожу ею по губам.

Данте пристально следит за моими движениями. От его взгляда меня в жар бросает.

— Ты права. Всегда замечаешь детали, Полина. Но поверь, отсутствие зонтика никак не влияет на вкус напитка. Только на восприятие.

— Конечно…

Он стоит так близко ко мне. Смотрит так, словно дальше последует поцелуй. Мне нестерпимо жарко, внизу живота начинает болезненно ныть…

— Можно? — спрашивает тихо, берет меня за руку… Подцепляет клубнику с моих пальцев.

Жует, закатывая глаза от наслаждения.

— Настоящий секс, даже не спорь.

И я понимаю, что он имеет в виду не коктейль, а то что сейчас произошло между нами. Эти искры. Мои трусы насквозь мокрые…

— Спасибо, правда вкусно, — бормочу растерянно. — Мне и правда надо найти Леона.

— Неа. Тебе совсем это не нужно, — произносит с нажимом, перекрывая путь, прижимая к барной стойке.

— Не тебе решать, — подныриваю под его руку, ловко протискиваюсь мимо.

Сбегаю на поиски Леонида, задыхаясь и дрожа, совершенно сбитая с толку тем, что меня оказывается дико влечет к другому парню.

— Полина, солнце, ты куда так торопишься? — смеется Петр, в которого чуть не врезаюсь, настолько тороплюсь оказаться подальше от Данте.

— Ищу Леонида. Ты знаешь, где он?

— Да, тут немудрено потеряться, — снова переводит все в шутку хозяин вечеринки. — Нет, не видел его, наверное, уже полчаса. Найдем, не переживай.

— Леон сказал, что мы с ночевкой остаемся. Ты можешь показать нашу комнату, если не сложно? Может быть, он уже там?

Произношу и сразу жалею. Я все еще в таком состоянии, что мне хочется побыть одной, и уж точно не готова сейчас смотреть в глаза своему парню. Ничего криминального не произошло, я ему не изменила, и тем не менее чувствую себя падшей. Испорченной. Со мной никогда прежде ничего подобного не происходило! Может быть не зря взялась эта кличка — Данте? Создатель «Божественной комедии», тот кто описал в своем произведении все круги ада и рая. В этом парне безусловно присутствует нечто таинственное, темное и порочное, при том что он выглядит на первый взгляд простым, открытым, светлым.

Почему мне все это лезет в голову? Почему продолжаю размышлять о нем?

— Конечно, идем, солнышко, — Петр обнимает меня за талию. — Ты уже оценила бассейн, кстати?

— Мне нужно переодеться для начала.

— Отлично. Тебе точно не помешают водные процедуры. Ты такая возбужденная, — шутит Петр.

От его слов становится противно, начинаю чувствовать себя похотливой извращенкой. Почему Даниил так сильно действует на меня? Да подрос заметно, изменился, влился в мой круг общения, ну и что? У меня отношения, все отлично.

Теперь мне хочется, чтобы Леонид был в нашей комнате. Занялся со мной сексом, вытравил мысли о другом мужчине. Может проблема в том, что в последнее время мы не часто бываем наедине? Хоть и живем вместе, но погрузились в рутину. То я сильно устаю и рано спать ложусь, то Леон очень поздно приезжает. У нас все меньше секса, хотя и с самого начала не сказать, чтобы постоянно этим занимались. Я поняла, что не очень горяча в этом. Скорее зажата, многое для меня вообще еще недоступно. Так и не решилась на минет, на какие-то еще эксперименты. Леон не торопит, но я чувствую, что разочаровала его. Хоть он не говорит об этом прямо, но были намеки.

И вот, стоило пообщаться с Даниилом, разогрелась как печка!

Фу, противно от самой себя.

Леонида в комнате нет. Петр, к моему облегчению, уходит, когда говорю, что собираюсь принять душ и отдохнуть немного.

Делаю воду максимально холодной. Конечно меня хватает всего на пару секунд. И ничуть не помогает привести себя в нормальное состояние, как вообще можно выдержать ледяную воду? Это только в романах легко. Причем в книгах чаще принимает ледяной душ герой.

Похоже, я со всех сторон неправильная.

Надеваю купальник, который привезла с собой. Простой, черный, раздельный. Сверху длинный черный сарафан. Хорошо, что взяла с собой сменную одежду и белье. Правда о том, что со мной случится не думала, просто люблю комфорт. Трусы безжалостно выбрасываю в мусорную корзину.

Я так и не нашла своего парня и меня начинает это беспокоить. Набираю ему — абонент не доступен.

Телефон тут же начинает звонить в моих руках.

Лада.

— Ты где пропала? Нашла благоверного?

— Нет. Я купальник переодела.

— Отлично, жду возле него, поторопись, а то все веселье пропустишь!

В бассейне соревнование — водный волейбол, мальчики против девочек. Сегодня парни настроены как джентльмены, поддаются, так что наша команда выигрывает. После идем праздновать победу к тому же бару.

Там стоит Данте, теперь уже в компании двух заигрывающих с ним девиц, кажется с первого курса. Одна из которых так и ластится к нему, прижимаясь максимально плотно, шепчет что-то на ухо.

Отворачиваюсь, концентрирую внимание на бокале мартини.

— По-моему, мы с тобой сильно недооценили парнишку в ту первую встречу, — замечает Лада.

— Тебе поговорить больше не о чем? Сюда Матвей идет.

— Да я просто шучу. Чего ты так в штыки все воспринимаешь, Полина? — говорит обиженно.

Я и сама чувствую, что веду себя некрасиво. Зачем срываться на подругу?

— Извини, я нервничаю, потому что не могу найти Леона.

— Звонила ему?

— Абонент недоступен.

Меня все сильнее охватывает тревога. Что происходит? Почему он так ведет себя? Фактически, привез и бросил. Нет, он конечно знал, что здесь будут и мои друзья, и я не растеряюсь, да и вообще девочка самостоятельная.

— О, вот и он! — восклицает Лада, толкая меня в бок.

Поворачиваюсь, бегу к Леону. Он сжимает меня в объятиях.

— Соскучилась?

— Очень! Я тебя обыскалась! Где ты был?

— Прости. Надо было решить пару вопросов.

— На вечеринке? Что-то серьезное?

— Нет, все ок, малыш. Теперь не отойду от тебя.

Прижимает меня к себе, наклоняется, целуя с языком, страстно.

Чувствую, что мы привлекаем внимание. Скорее всего, Даниил тоже смотрит на нас. Меня пронзает дрожь от макушки до пальцев ног. Издаю тихий стон в губы Леона.

— Малыш… погоди, ты слишком меня возбуждаешь. Здесь слишком много людей.

Леон отрывается от меня.

— Вам не помешает охладиться в бассейне, — смеется Петр.

***

Время близится к вечеру. Музыка становится громче, народ заполняет танцпол. Знакомые девочки с параллельного курса налетают на меня, когда прохожу мимо. Тянут с собой, уговаривают потанцевать. То ли мартини разгорячил кровь, или просто подходящее настроение, но я не отказываюсь как обычно. Я соскучилась по этому состоянию. Драйву, желанию оторваться на полную. Впустить в себя музыку.

— Да! Классно, Полина-а, — радуются девчонки, не отставая от меня. Мы отличная компания, двигаемся слаженно, четко.

Когда заканчивается мелодия, чувствую себя вспотевшей, но безумно довольной. Вот теперь, пожалуй, можно и окунуться еще раз.

Оглядываюсь в поисках Леона.

— Твой любимый просил передать, что будет в комнате, — сообщает Лада.

Неприятно, что ушел вот так. Почему меня не забрал с собой?

Наш танец собрал довольно большую компанию зрителей. Меня не хотят отпускать, девочки уговаривают остаться.

— Я может быть еще вернусь, — обещаю им.

— Мы будем ждать!

Судя по количеству алкоголя, который они в себя вливают в перерывах между танцами, вряд ли они дождутся.

Поднимаюсь на второй этаж, туда, где наша с Леоном комната, в коридоре вижу Даниила и блондинку. Они страстно целуются.

Замираю, не зная что делать. Чтобы зайти в свою комнату, мне надо мимо них протиснуться. Почему как назло?

Даниил толкает девушку в комнату, соседнюю с нашей.

Серьезно??

Поверить не могу в такое совпадение.

Захожу в комнату. Леона нет, из-за стенки страстные стоны, неприличные звуки.

Снимаю одежду, купальник почти высох, но в нем не очень комфортно. Снова надеваю платье, в котором приехала, сменное белье, расчесываю влажные волосы.

Все это время за тонкой стенкой Данте жестко трахает блондинку, а я схожу с ума от этих пошлых звуков, женских стонов, вскриков.

Полностью собравшись, открываю дверь и наталкиваюсь на Леона.

— Ты куда, малыш?

— Лада попросила прийти. Где ты был?

— Извини, заболтался с другом.

— Я тебя не могла найти.

— Извини.

— Ладно…

— Вот это зажигают за стенкой, да? — усмехается Леон.

Чувствую, что краснею. Отворачиваюсь.

— Ладно, иди, только недолго.

— Ты не пойдешь со мной?

— Пожалуй, нет. Иначе снова потеряемся. Может быть и ты останешься? Проведем время вместе. Кажется, я завелся от порно наших соседей, — говорит посмеиваясь. — А ты? — подходит ко мне вплотную. Я же, наоборот, резко отступаю.

— Нет, извини. Мне правда нужно уйти ненадолго.

Выскакиваю за дверь. Я правда считала, что на этот раз получу удовольствие от тусовки? Ха-ха. Пора уже понять, что такие мероприятия не для меня!

Ужасно жалею, что приехала сюда. Раздражение все нарастает. Не проходит даже когда компания встречает меня радостным гулом. Нет настроения для танцев, для общения. Мне хочется домой, уехать прямо сейчас, хоть и понимаю, что не могу. Мы изначально обо всем договорились.

Приходит Лада, сонная, уставшая и раздраженная.

— Жалею, что осталась с ночевкой! Комната маленькая, как кладовка! Матвей храпит ужасно, никогда такого еще не было. Заснуть не вариант.

— Мне очень жаль.

— А ты чего не отдыхаешь? Все любимого найти никак не можешь?

— Нет, он в комнате, отдыхает.

— Тоже храпит?

— Да нет вроде.

— Жаль. Сложили бы их вдвоем, а сами бы нормально выспались.

— Давай поищем свободную комнату?

— Ой, слушай, а это идея! Давай!

Свободную комнату мы с Ладой так и не нашли, зато встретили веселую компанию девчонок, которые снова потащили нас к бару. Уломали на танец и несколько коктейлей. Время летело незаметно. Глубокая ночь, а никто не желал расходиться.

Леон, скорее всего, спит крепко, а я все никак не решаюсь вернуться в номер, вспоминая пошлые звуки из-з стенки. Как подумаю об этом — начинаю злиться. Обязательно так шуметь? Неужели не стыдно? Я не ханжа, и все-таки.

Так, стоп, сколько можно об этом? Пора выкинуть из головы неприятный инцидент. За столько часов наши соседи должны бы уже затихнуть.

Поэтому, волевым решением покидаю тусовку, тем более Лада уже еле на ногах держится, ее штормит. Провожаю захмелевшую подругу в ее комнату.

Матвей действительно очень громко храпит, раскинувшись на постели. Почувствовав Ладе, хотя она дошла до такой кондиции, что ей, пожалуй, уже все равно, отправляюсь в свою комнату.

Немного плутаю по дорожкам. Не дом, а настоящий гостиничный комплекс, да и я не совсем трезва, чтобы отлично ориентироваться в пространстве.

Неожиданно, за кустами мне мерещится голос Леонида.

Даже хихикаю над собой. Вот ты надралась, Вересова! Глюки ловишь.

Но голоса звучат громче. Оба мне знакомы…

Женский голос очень похож на Милу, лучшую подружку Вероники. Если с Кариной мы как-то наладили общение, то Мила по-прежнему меня не выносит, всякий раз кривится, если видит.

Что она делает рядом с Леонидом? Или я напилась до белой горячки?

Не успев хорошо подумать, что собираюсь сделать, ныряю в самую гущу кустов.

Не дышу.

И что теперь?

Меня охватывает стыд. Скорее всего, Леон отправился меня искать. Если увидит здесь, будет ужасно неловко. Как я ему объясню свое поведение? Что внезапно приспичило в туалет?

Столько смешанных эмоций, плюс алкоголь, адреналин выбрасывается в кровь, меня трясет как от лихорадки. Голоса становятся хорошо различимы, парочка останавливается прямо рядом. Меня же как парализует, хочу показаться, чтобы не ставить себя в еще более неудобное положение, но не могу пошевелиться!

— Ты сказал, что порвешь с ней на этой неделе! А сам на тусовку с ней приперся? Как тебе верить, Карельский? — требовательно произносит женский голос.

— Можешь не орать? Тут народу полно, все отдыхают, — шипит на нее Леон.

— Ты мне рот не затыкай, понял? Я сейчас найду Полину и все ей расскажу.

— Только попробуй!

— А ты мне не угрожай, иначе пожалеешь! Пусть узнает эта блаженная дура, что ты мне ребенка сделал. Пока она в своих облаках витает, думая, что ошейник на тебя напялила.

— Я сказал, что с ребенком решим.

— Что решим, Карельский? Я аборт делать не буду, понял? Либо женимся, либо на весь универ ославлю!

— Тогда твоя лучшая подружка и тебя со свету сживет, как с Полиной поступила.

— Не льсти себе. Веронике на тебя давно наплевать.

— Ты ей врала. Вряд ли она это спустит.

— Хватит меня пугать! Не будет никакого аборта! Ты прямо сейчас кидаешь свою ненаглядную, понял? Я больше ждать не буду.

Дальше сопение, возня. Вжимаю голову в плечи. Отчаянно тру виски, не в силах поверить, что сейчас услышала. Нет, я сплю и вижу кошмар! такого не может быть!

Мы все время были вместе, жили вместе. Отдыхали, ездили на шашлыки к родителям Леона, которые меня чудесно приняли. Я не могу поверить в то что услышала. не могу!

Тихонечко выглядываю из кустов. Сомнений и так не оставалось, это Мила. Тем более она упоминала Веро. Это — отдельная травма для меня. Больно так, что не могу вдохнуть полноценно.

Ведь именно Мила взъелась на меня сильнее остальных. Травила меня за связь с бывшим парнем подруги! И вот, получается, поступила так же?

Это на самом деле Мила, как бы ни было жутко в это поверить. Сейчас парочка страстно целуется.

Отворачиваюсь, меня начинает мутить. Слава богу, в этот момент они уходят, потому что меня начинает рвать.

Вот бы они удивились, услышав эти звуки. Раздвигают кусты, а тут я, в блевотине.

Меня накрывает истерика. Даже не в ревности дело. Просто корежит от омерзения. Что спала, одновременно с бывшей подругой, а теперь заклятой врагиней, с одним и тем же парнем.

Если это наказание, за то что начала отношения, наплевав на чувства Вероники — оно идеально. Сильнее ударить невозможно.

Я размазана тем что узнала, разбита.

Выплакавшись, медленно бреду обратно, в комнату друзей.

Я забыла захлопнуть, когда проводила Ладу, чему сейчас безумно рада.

К храпу Матвея примешивается громкое посапывание подруги. Они спят богатырским сном, и это тоже радует. Не могу сейчас ни с кем разговаривать, объясняться.

Проскальзываю в ванную. Умываюсь, полоскаю рот. В зеркало смотреть страшно, все лицо в черных подтеках косметики.

Что мне делать? Не могу даже представить, как встречаюсь с Леонидом, разговариваю с ним. Сразу начинает тошнить.

Все равно придется. Надо забрать вещи из его квартиры.

Не могу сейчас об этом думать. Встаю под душ. Долго отмываюсь, словно это поможет очиститься от грязи. Потом, закутавшись в белый халат для гостей, сворачиваюсь калачиком в кресле.

Когда подъезжаем к городу, Лада начинает ныть, что ужасно голодна, настаивает, чтобы таксист высадил нас около симпатичного кафе. Меня подташнивает от одной только мысли о еде, но я не в состоянии сейчас спорить.

Подруга набрасывается на меню, заказывает кучу всего, я — только воду и черный крепкий чай.

— Нет сил на тебя смотреть, Полин. Рассказывай уже. Не держи в себе, ничего хорошего это не принесет.

— Если честно, мне безумно стыдно об этом говорить, — невольно кривлю лицо. Снова подкатывает тошнота, хотя от сладкого чая стало немного полегче.

— Я твоя самая близкая подруга, кому как не мне все это рассказать? С матерью вряд ли станешь делиться. Не такие у вас отношения. Послушай, я осуждать не буду, обещаю. Что он натворил? По пьяни? С кем-то обнимался? Я знаю, что ты жуткая собственница, но иногда приходится идти на компромиссы.

— Интересно, почему ты решила, что он обнимался?

— Не знаю. Ты меня пугаешь. Только не начинай и меня в чем-то подозревать! Мы вчера очень прилично выпили, если честно, я отключилась моментально, как ты меня до кровати довела. Ты настоящая подруга, я тебе очень благодарна. Так что было потом? Или дело не в Леоне? Может ты встретила Данте и не сдержалась?

— Что? Что ты несешь!

— Да я просто вываливаю все что в голову приходит!

— Боже мой, причём тут Данте! Бред какой-то!

— Ну не знаю, парень классный, очень привлекательный и явно имеет к тебе симпатию.

— Это все совершенно не так.

— Хорошо, тогда рассказывай. Потому что у меня версии закончились!

Понимаю, что Лада не отступит, а слушать ее предположения у меня не остается сил. Начинаю свой невеселый рассказ о вчерашнем происшествии. Вплоть до момента, как меня вырвало в кустах, а потом шатаясь побрела в комнату к друзьям.

— Я чувствовала бездомной собакой. Если бы у вас была закрыта дверь, всю ночь провела бы у бассейна, — заканчиваю с горькой улыбкой.

— Ну и дела! Поверить не могу! Милка! Уж как она эту Веронику облизывала, как тебя гнобила, что ты предательница.

— Она сказала, что Веронике давно наплевать. У нее новые отношения, так что теперь ее ничуть не трогает с кем Леон. Так что, все нормально. У всех, кроме меня. Чувствую себя полной дурой.

— Да уж, надо думать. Я бы на твоем месте не сдержалась. Выскочила бы из кустов и обоим наваляла. Представляю их испуганные рожи.

— У меня не было на это ни сил, ни желания. Мне очень плохо, не знаю когда это пройдет. Любовь — сразу испарилась. А вот чувство омерзения…

— Мне очень жаль, Полин. Очень тебе сочувствую. Что ты теперь будешь делать?

— Ну я точно не стану скандалить. Надо забрать вещи, документы из его квартиры.

— Вернешься к родителям?

— Не знаю… Сейчас мне все равно где жить. Главное прекратить отношения, забыть про Леона.

— Да… У вас все было так серьезно. Уверена, что сможешь с лёгкостью всё забыть? — Я не знаю. Сейчас не хочу думать ни о чем, кроме как забрать его свои вещи. Ключи от машины. Документы. Только у меня с собой нет ключей от его квартиры, иначе поехала бы прямо сейчас. Наверное, подожду несколько дней, потом созвонюсь с ним. Попрошу тебя или Матвея съездить к нему.

— Да, конечно, без проблем. Слушай, у меня такое ощущение что он тебя так просто не отпустит.

— Не говори ерунды. Он скоро станет отцом, у него наступает новая жизнь.

Несмотря на заявление Лены про айтишников, публика в баре скорее обеспеченная и солидная. Обстановка стильная и романтичная: темные панели, слабое освещение, людей довольно много. С Леной мы впервые пересекаемся вне работы. Мне именно это сейчас нужно. Полная смена декораций и общения. Мне симпатична эта девушка: простая, без пафоса, никакой надменности. Открытая и веселая.

Занимаем столик, заказываем по коктейлю, болтаем, обсуждая сотрудников фирмы, на которой работаем. Куда же без сплетен.

— Спасибо, что вытащила меня. Мне тут очень нравится, — с интересом оглядываюсь по сторонам.

— Я, если честно, очень рада. У нас на работе не так много приятных людей. Ты одна из них. Жаль, раньше не состыковались. Но ты была очень занята, всегда спешила уйти поскорее домой. Хотя, от всей души желаю, чтобы ты помирилась со своим парнем. Если он конечно этого достоин.

— Нет, он остался в прошлом.

— О, мне очень жаль.

— Не хочу обсуждать свое разбитое сердце. Мы ведь повеселиться сюда пришли?

— Разумеется! Отличный настрой, — широко улыбается Лена. — О, вот и мои друзья!

Она упоминала, что возможно будет компания. Двое парней и девушка направляются к нам.

Все трое оказываются очень приятными собеседниками. Кира работает бухгалтером и учится на заочном, почти как. Сергей — программист, Артем работает в банке. Оба парня уделяют мне знаки внимания, Сергей приглашает на медленный танец.

Когда возвращаемся обратно за столик, Лена подмигивает мне, широко улыбаясь.

— Ты безумно понравилась Сергею. Он, кстати, очень классный парень, — сообщает, когда отправляемся в дамскую комнату.

— Я сейчас совершенно не готова к новым отношениям. Прошу, не надо меня сватать.

— Извини, я хотела как лучше.

— Все в порядке.

— Куда мы едем? — спрашиваю, вдруг понимая, что движемся в направлении, противоположном адресу, где расположены наши с ним дома.

Хотя, не было разговора куда направляемся. Даниил не спрашивал, где я сейчас обитаю, хотя за дни, которые провела в доме матери, меня могли видеть его сестры. Я ни одну из них не встречала, но мало ли.

— У меня квартира в городе, — отвечает спокойно.

Он расслаблен, уравновешен, тогда как я — комок нервов. Не получается унять сердцебиение, и поэтому его состояние раздражает меня все сильнее.

— Оу, ты совсем большой мальчик, — не могу не съязвить.

— Не представляешь, как я рад, что ты это заметила, — хладнокровный, ровный по тону ответ.

Виснет тягучая пауза, ерзаю на сидении, отворачиваюсь к окну.

Наш водитель — пожилой мужчина, полностью сосредоточенный на дороге. Ни одного взгляда в зеркало заднего вида. Тем не менее, мне не хочется спорить в машине, при постороннем. Пусть мальчик помечтает, что мы едем к нему в квартиру. Для себя принимаю твердое решение, что как только доедем до указанного в заказе места, я объясню Данте невозможность продолжения вечера. Попрошу таксиста отвезти меня домой.

Мы с Данте всего лишь соседи.

Абсолютно чужие друг другу люди.

Что у нас может быть общего? Его сексуальное желание, скорее всего основанное на подростковых фантазиях?

С моей стороны вообще полная неразбериха. Иногда меня влекло к нему. Но куда чаще я понимала, что это полный бред.

Прерывая мои мысли, Даниил внезапно кладет ладонь мне на колено, привлекает к себе. Меня окутывает его запах, который до этого момента я старательно игнорировала. Туалетная вода с оттенками свежего бриза заполняет легкие.

Открываю рот, чтобы возмутиться, но не успеваю ничего произнести. Горячие губы захватывают мой рот в жесткий плен. Все происходит слишком быстро, не успеваю сориентироваться.

Даниил целуется с напором, сразу с языком, одновременно собирая мои волосы в кулак, тянет до боли. Меня пронзает горячая дрожь. Не могу остановить это. Проваливаюсь в это мгновение, словно со мной такое происходит впервые в жизни. Обжигающе запретное, нестерпимо сладкое.

Уже не могу сохранять контроль, анализировать. Из головы выветривается абсолютно все. Есть только он и я, жгучая потребность продолжать то, что началось против моей воли.

Теряю счет времени. Тону в ощущениях. Чувствую жар его кожи, нарастающее желание большего. Даниил сильно возбужден, дышит шумно, прерывисто, и все это передается мне.

Когда наконец отстраняется от меня, не могу ни слова произнести, ни пошевелиться. Он размазал меня. Поимел.

Машинально облизываю саднящие губы. Ловлю на себе его взгляд. Обжигающий.

— Приехали.

Это слово доносится как в тумане. Пока Данте рассчитывается с водителем, я пытаюсь собраться. Вспомнить свой план.

Но в голове пустота. Все еще дрожу всем телом.

Дверь автомобиля открывается с моей стороны.

— Идем, Полина.

Следую за ним как в тумане. Моросит дождь, похолодало, но это не отрезвляет. Одежда становится влажной. Спотыкаюсь, Даниил подхватывает и прижимает к себе.

Осматриваюсь по сторонам. Район мне не знаком.

Ехали мы вроде бы недолго. Хотя, я уже ни в чем не уверена.

Наверное, если бы Даниил заговорил со мной, я бы хоть немного смогла вырваться из своего странного оцепенения. Но он молчит. В полной тишине поднимаемся на лифте до нужного этажа.

В горле пересохло, ужасно хочется пить.

Продолжаю молча следовать за своим спутником.

Отпирает железную дверь. Осматриваюсь. Однокомнатная квартира, приличный ремонт, белая плитка в коридоре и на кухне.

На мгновение Данте замирает, словно не веря происходящему, а потом набрасывается жадно на мои губы, сокрушая глубокими поцелуями, ошеломляя горячностью и напором. Нас затягивает в воронку такой силы желания, из которой уже не выбраться. Ничего общего со здравым смыслом. Ощущение, будто вырвалась на свободу, которая опьяняет, дурманит голову. Нервы натянуты, эмоции на пределе. В ушах грохот собственного сердца.

Отвечаю на поцелуи с не меньшей страстью, вжимаюсь в Данте, теряю голову от его бесстыдных ладоней, нагло и по-собственнически шарящих по моему телу, забирающихся под одежду. От которой Даниил начинает лихорадочно избавлять нас обоих. Остаюсь в одном белье, так быстро, что не успеваю опомниться.

Хочу рассмотреть его высокое мускулистое тело. Оно так и притягивает взгляд. Ни грамма жира, только мускулы. У Леона далеко не столь идеальная фигура, хотя он часто бывает в спортзале и вообще помешан на собственной внешности.

Зачем я только о нем вспомнила? Охватывает стыд, сразу напрягаюсь.

Данте подхватывает меня на руки, несет куда-то, заставляя выкинуть из головы глупые мысли. Целует снова и снова. Сминая губы, погружая язык в мой рот. Опускает на кровать, нависает сверху. Задыхаясь, отрывается от моих губ, прокладывает языком дорожку поцелуев по шее, ниже, к груди. Его дыхание буквально обжигает кожу, вызывая покалывание от затылка, вдоль позвоночника, до самого копчика. Электрические разряды прошивают насквозь.

Несколько минут лежим неподвижно, потом Даниил выходит из меня с влажным звуком, смущающим меня донельзя. После произошедшего глупо стесняться, но ничего не могу с собой поделать.

— Пиздец ты горячая, а с виду ледышка, — произносит лениво.

Вспыхиваю. Мне не хочется слушать комментарии к тому, что случилось между нами. Голову начинают заполонять панические мысли.

Что я наделала?

Разве мне это нужно?

Я не готова к новым отношениям…

Хотя, никто и не предлагал отношения. Просто секс, ничего личного.

— Стоп, Полина, — произносит мой любовник резко.

— Что? — смотрю на него, не понимая.

— Не делай этого.

— Что ты имеешь в виду? Что не так?

— Все шикарно. Но ты пытаешься залезть обратно в свой домик, улитка.

— Это ты меня сейчас обозвал? — хмурюсь.

— Вообще-то даже не думал, просто тебе и правда чертовски подходит. Улитка.

А вот мне совсем не нравится! Начинаю злиться.

— Не смей заниматься самоедством из-за того что сейчас произошло. Нам было охренительно, и я не позволю тебе делать вид, что ничего этого не было. Поняла меня?

Сжимает пальцами мой подбородок, целуя глубоко, буквально вылизывая, трахая мой рот своим языком.

— Это только начало, — заявляет твердо.

— Ты очень самоуверен.

— Малыш, тебе нужно сделать вдох и успокоиться. Хочешь принять душ? — меняет тему.

Привожу в порядок спутанные волосы. Хорошо, что с собой оказалась маленькая расческа. Подсушиваю феном, пока Даниил на кухне готовит чай. Сам предложил, сказал, что нам обоим не помешает успокоительный напиток на травах. Также он вручил мне синий махровый халат, который мне по щиколотки. Очень теплый и уютный.

— Ты голодная? Я могу что-нибудь приготовить, — снова поражаюсь, насколько он красив, сложен идеально. Хозяйничает у себя на кухне, полностью обнаженный, ничуть не смущаясь. Я тоже постепенно заталкиваю свои комплексы подальше. Мы болтаем, шутим, все очень непринужденно. Словно давно живем вместе. Удивительно, но я наслаждаюсь этим.

Данте жарит яичницу, я отказываюсь, а потом лезу в его тарелку. Он кормит меня с вилки.

— Наелась? Пойдем в постельку?

— Только спать, ок? Я едва шевелюсь.

— Как скажешь, — следует простой ответ.

Просыпаюсь очень рано. Сколько всего я спала? От силы пару часов. Тихонечко выскальзываю из постели. Нужно съездить переодеться, чтобы успеть вовремя на работу. Пришел конец сладкому приключению.

Не бужу Данте, который крепко спит, раскинувшись на постели. Пару мгновений любуюсь им, а потом начинаю собираться, вызываю такси.

Еще очень рано, так что до дома матери добираюсь без пробок. Тихонечко прокрадываюсь в свою комнату. Больше всего на свете хочу забраться в свою постель и провести там как минимум сутки. Потом уже позволю себе проанализировать то что произошло. Секс с Данте стал настоящим откровением. И о нем, и обо мне.

Размышлять о чем-то большем, строить планы — я пока не готова.

Знаю, что неизменно придут страхи, сожаления. Хочу дать себе хоть немного времени без них. По крайней мере сейчас я могу только вспоминать. Проигрывать в голове, краснеть и вздыхать мысленно.

Принимаю прохладный душ чтобы взбодриться, потом спускаюсь выпить кофе. С одной стороны, я разбита физически, с другой — словно получила приличную дозу адреналина внутривенно. Кажется, горы способна свернуть. Плевать что сидеть немного больно — Данте не сдержал обещание и у нас был еще один раз глубокой ночью.

Без презерватива, как и в ванне. Он не кончал в меня, хоть это и сложно назвать предохранением. Совсем голову потеряли, надеюсь, последствий не будет.

И все равно, даже эти мысли не портят мне настроение.

— Ну приветики, — Влад портит мою нирвану своим появлением. — Ранняя пташка, да? Кажется, кто-то из нас не ночевал дома?

— За собой следи, — ответ выходит максимально грубо, но мне все равно.

— Хамка. Кстати, твой парень звонил, поздно вечером, искал тебя. Так что нетрудно догадаться, что не с ним ты была.

— Тебе какое дело?

— Доброе утро, — на кухню приходит мама. К моему облегчению, начинает обсуждение домашних проблем. Плохо работает водонагреватель в ее ванной, она дает Беспалову поручения. Отчего он совсем не выглядит воодушевленным. Зато я очень рада — от меня отстают, тема моей не ночёвки дома больше не всплывает. Я уже взрослая, в конце концов! Сама решаю где мне ночевать и скоро съеду, как только найду подходящее жилье. Скорее бы.

Когда болтали, Данте предложил к нему переехать, но я точно пока не готова к таким радикальным решениям.

Рабочий день проходит мучительно, я буквально засыпаю на ходу. Надо было сказаться больной, я похоже переоценила собственные силы.

— Езжай домой, Полина.

— Извините, это какой-то вирус, наверное.

— Отлежись тогда пару дней.

— Большое спасибо! — смотрю с благодарностью на начальницу.

Врываюсь на кухню, залпом выпиваю стакан воды, меня все еще лихорадит от мерзкой сцены с Леонидом. Я правда искренне считала, что люблю этого конченого урода? Где были мои мозги?! Самовлюбленный павлин, у которого виноваты все, кроме него самого! Теперь от романтического флера не осталось и следа, зато тошноты и омерзения хоть отбавляй!

Понимаю, что еще долго буду отходить от этих отношений.

И еще внутри очень гадкое чувство, как будто и сама не особо лучше. От своего поведения перед Данте. Он ни в чем не виноват, приехал с цветами, а я…

Поступила как последняя сука.

Проваливаюсь в глубокий сон, в котором плаваю в открытом море, абсолютно обнаженная. Вода настолько прозрачная, что без труда вижу, что происходит подо мной. Стаи ярких рыбок, яркие кораллы и… бездна, от которой захватывает дух. Я всегда мечтала посмотреть подобное вживую, попробовать погружение с аквалангом, но пока не реализовала свою мечту. Она пришла ко мне во сне.

Это невероятное чувство опасности и одновременно восторга. Неограниченной свободы, оно заполнило все мое существо, вытеснив страх перед темной бездной внизу.

Чувствую прикосновения. Бесстыдные руки шарят по моему телу, твердые наглые пальцы ныряют между ног, уверенно ласкают самое чувствительное местечко. Тело прошивает сладкий спазм. Резко распахиваю глаза, надо мной Даниил. Взгляд просто бешеный, пугающий и одновременно захватывающий. Выглядит заведенным до крайности. Даже испугаться и смутиться не успеваю — его пальцы проникают в меня, жестко и неумолимо. Входят как по маслу, потому что я очень горячая, очень мокрая. Вместо сопротивления, или хотя-бы вопросов, издаю один за другим стоны. Это абсолютное безумие, но я почти уверена, что по-прежнему нахожусь во власти сна…

— Да… Девочка, ты охуенно умеешь преподносить сюрпризы, — дыхание на моем лице обжигает.

Не понимаю смысла его слов. Сейчас не до этого. Тело колотит крупная дрожь, низ живота наливается болезненной тяжестью. Касаюсь ладонями мужской груди, пытаясь не то чтобы оттолкнуть, просто дать себе немного времени. Кожа Данте обжигающе горячая.

Наши взгляды встречаются. Он снова толкается в меня пальцами, я выгибаюсь, захлебываюсь стоном. Впиваюсь ногтями в кожу его плеч.

— Кричи, если хочешь, малышка. Мы одни в доме, — шепчет хрипло, и я действительно громко кричу, потому что пальцы уже не только во влагалище, но и в другом отверстии, куда я ни разу… О боже. Я задыхаюсь, извиваюсь. Как он смеет? Что себе позволяет?

— Прекрати, — выдыхаю. Горло першит, напрягаю связки, но теперь выходит лишь полузадушенный стон.

Все еще не могу понять, все происходит в реальности или это продолжение сна, того наваждения, что охватило меня, когда осмелилась незваной гостьей оказаться в комнате Данте.

Может быть, я сейчас в доме матери, в своей постели?

Абсолютно непонятно, будто провалилась в другое измерение.

Выяснять нет сил, жадная потребность Данте передается мне, сжимает вокруг нас пространство.

— Тише, не сопротивляйся. Я буду делать только то, что тебе понравится.

Сильные руки переворачивают меня на живот, ставят на четвереньки. Наглые ладони больно сдавливают груди, твердая эрекция прижимается к ягодицам. Меня лихорадит от страха, смешанного с диким возбуждением, настолько, что даже зубы стучат.

Это не может быть реальностью.

И тем не менее, сон тоже не бывает настолько ярким. Чувствую тяжесть тела, ввинчивающегося в меня. Шорох одежды. Аромат жара, пота, темного мускуса мужественности.

Громко ахаю, когда он медленно проводит по колечку ануса, смачивает в моих же соках, нежно обводя круги, надавливает… Извиваюсь, умоляю остановиться.

Дрожь нарастает, пока не захватывает целиком, пока Данте продолжает пугающую пытку, продолжая прижиматься ко мне эрекцией, заставляя цепенеть от мысли, что он сейчас собирается сделать…

В его дрожащих объятиях чувствуется отчаянная настойчивость.

— Не бойся. Я очень хочу попробовать тебя так, но не сегодня. Вижу, что не готова.

Боже, как он умудряется связно выговаривать слова? Когда между нами столько огня, настоящее адское пекло! Я почти готова ко всему, не могу больше выносить эту прелюдию.

Бедра сами подаются назад, потираясь о твердый пенис, с трепетом уступая натиску.

Данте издает низкий торжествующий звук, похожий на рычание, от которого волоски у меня на затылке встают дыбом. Его член, тяжелый, массивный, проталкивается во влагалище, заставляя меня сжимать ладони, комкая простыни, всхлипывать от чувства сильного растяжения, тянущей боли и жжения.

Он слишком большой. Эта поза унизительная и опасная. Абсолютно беззащитная.

Дергаюсь вперед, чтобы отодвинуться, но руки Данте фиксируют меня на месте. Толчок бедрами, и я чувствую его в себе полностью. Это выбивает воздух из легких. Я не вынесу, ноги противно дрожат, словно превратились в желе, все тело покрывается испариной.

Даниил прислоняется лицом к моему затылку, тяжело дышит в шею, выходит почти до конца, и врезается снова, до упора. Кажется, я снова срываю связки. Это слишком для меня.

— Тише, расслабься, малыш. Я не обижу.

В это сложно поверить. Сейчас он может сделать со мной что угодно. Жесткий, возбужденный, вибрирующий от напряжения. Толкается в меня ритмично и неумолимо, заставляя груди покачиваться с каждым резким толчком. Напрягаюсь под ним, выгибаясь, стараясь хоть немного вернуть контроль своему телу, снова убеждаясь, что это невозможно. Данте властвует надо мной, а над нами обоими царит полное безумие. Комната наполняется запахом секса, похоти, громкими звуками влажных шлепков плоти о плоть. Абсолютно бешеная, животная скачка.

Я уже не обращаю внимание на боль, она отодвигается на далекий план. Данте умудряется найти тот самый угол проникновения, точку, от которой по всему телу разносятся невероятные ощущения. Как будто огонь лижет мои внутренности, ласкает, доводит до края.

В какой-то момент ритм становится неистовым. Жадным, бешеным. Данте собирает мои волосы в кулак, оттягивает назад голову, издавая рык. Я почти не могу дышать, перед глазами пляшут цветные пятна. Так не бывает, не бывает… Ни во сне, ни тем более наяву.

Последняя относительно связная мысль, после которой нас одновременно смывает волной дикого цунами. Впервые испытываю такой силы оргазм, буквально разрывающий тело на атомы. Колени подкашиваются, я распластываюсь на животе, но Данте не останавливается, продолжая вжимать меня в постель, подсунув ладонь мне под живот, не переставая врезаться в мое тело мощными проникновениями.

Кажется, на пару секунд я теряю сознание. Прихожу в себя, понимая, что голова лежит на его горячем влажном плече. Вдыхаю аромат пота и мускуса.

— Как ты? — тихо спрашивает Данте.

Не могу ответить ему. Я вообще не уверена, что все еще существую.

Он не настаивает. Берет прядь моих влажных волос, пропускает между пальцами, гладит меня по голове ласково.

— Откуда ты взялся? — вырывается у меня глупый вопрос. Просто идиотский, учитывая, что это его дом, скорее надо поинтересоваться, что я тут делаю. Но ответ Данте ставит в тупик:

— Блядь, ты смерти моей хочешь, малыш? Я не знаю, как сюда доехал, — со стоном откидывается на подушку.

— О чем ты?

— О твоем визите, блядь. Я не знал, что мне делать. Доставать хуй и дрочить, или мчаться к тебе.

— Я не понимаю…

— Ну конечно не понимаешь, — усмехается, целуя меня в плечо. Его руки продолжают скользить по моей влажной коже, и это очень сильно сбивает, мешает сосредоточиться на его словах. — Короче, я занимаюсь разными программами. Ай-ти сфера, ты, наверное, слышала что-то об этом?

— Очень мало.

— Ну не важно. У меня фирма с приятелем. Разрабатываем всякие программы, например, для фирм, которые озабочены своей кибербезопасностью. Пытаюсь быть максимально доходчивым. Но мне кажется, тебе не интересно.

— Я просто не могу уловить связь.

— Мы занимаемся камерами слежения, в том числе, — улыбается, наблюдая как я стремительно превращаюсь в перезрелый томат. — Установил парочку в доме, на всякий случай. После переезда не всегда жизнь была безоблачной, сама знаешь. Не все нас приняли. Я решил, что пригодится, но о таком как сегодня, даже в смелых фантазиях не мог подумать.

— Я поняла…

Теперь отчаянно хочу сменить тему. Мне ужасно стыдно, стоит только представить, что Данте увидел… Боже, кошмар!

Мы настолько потные, липкие, что я вряд ли смогу уснуть.

— Я наберу тебе ванную, — говорит Данте.

У меня нет сил спорить, да и сейчас это, пожалуй, предел мечтаний. Горячая вода, ласкающая ноющие мышцы.

— Отнесу тебя, — улыбается, довольный.

— Я в состоянии ходить. Пока еще.

— Вот именно, пока, — смеется, раздражая своей наглостью.

В этот момент он кажется таким мальчишкой. Удивительно, как в постели в требовательного мужика превращается. Местами ласкового, но чаще — неистового, напор которого выдержать трудно.

Больше не спорю, пока несет меня вниз. Оба абсолютно обнаженные, потные, одни в огромном доме. Это и пошло, и в то же время вызывает ощущение абсолютной свободы, от которой захватывает дух.

Проходим в просторную спальню, явно принадлежащую женщине, и я начинаю нервничать.

— Чья это комната?

— Матери.

— Зачем ты принес меня сюда? — паникую. — Что ты творишь?

— Полина, ты такая трусишка, — ставит меня на ноги. — В доме никого нет, тебе это прекрасно известно. Ванная только здесь. Не смущайся, нам никто не помешает.

— Я не хочу, правда. Могу просто принять душ.

— Да ладно тебе.

Не слушает моих отказов. Берет за руку и ведет за собой через комнату, в смежное помещение. Просторное, с большим окном на улицу.

Светлые тона, все идеально чисто, в углу большая джакузи. На полках огромное количество шампуней и прочих принадлежностей, пожалуй, больше чем у нас в доме.

Данте включает воду, наливает в нее пену. Ванная набирается быстро. Когда опускаюсь в пенную воду, понимаю, что силы к сопротивлению полностью иссякли. Прикрываю глаза, чувствуя абсолютное блаженство.

— Ты же не против? — Даниил перекидывает ногу через бортик и присоединяется ко мне. Теперь вода поднимается мне до подбородка. Длинные ноги ложатся под мои ягодицы. Мои ступни Данте кладет себе на живот, начинает мягко массировать.

Ответа от меня он, похоже, не ждет. На самом деле я хотела побыть одна. Хоть немного дистанцироваться от того что произошло. Переварить. Сближение с этим парнем каждый раз происходит стремительными скачками. Это дезориентирует меня. Не успеваю привыкнуть.

Данте снова смущает меня напором, легкостью, с которой нарушает мое личное пространство. Снова заводит своей первобытной сущностью.

Его член опять твердый, чувствую это ступнями, потому что он намеренно вжимает свой орган между ними. Трется о них, откинув голову на бортик и не скрывая удовольствия от такого странного контакта. Немного спускает воду. Теперь мои груди на поверхности, видны соски и от этого я снова краснею.

Взгляд невольно притягивает большой член, головка над поверхностью воды, орган, что совсем недавно раздирал мои внутренности, заставлял кричать и стонать.

— Тебе интересно? — усмехается, перехватив мой взгляд.

— Что ты делаешь? — спрашиваю нервно.

— Ты про это? — снова проводит моими ступнями по пенису. — У тебя охренительные ножки, малышка. Такие нежные.

— Ты извращенец.

— Может быть. У меня еще куча идей, даже не представляешь.

Закрываю глаза. Он затягивает меня в какой-то бесконечно порочный мир, а я не могу найти сил к сопротивлению.

Я не могу встречаться с парнем без любви, как он не понимает? А значит, все что происходит между нами — неправильно. Но кажется, ему все равно.

Данте берет меня за щиколотки, начинает массировать ступни. Невозможно приятно. Лучше чем секс. Нет, не лучше, но почти… Так хорошо. Расслабляет. Его руки двигаются выше. Не сразу замечаю, что вода постепенно уходит. Впрочем, она все равно остыла. В отличии от меня, потому что Даниил берет мочалку, выдавливает на нее гель для душа и начинает водить ею по моему телу.

— Я и сама могу, — выдыхаю нервно.

— Это такой кайф, не лишай меня его, Полина.

— Для тебя все — сплошной кайф.

— С тобой — да.

Очень нежные, но в то же время уверенные, властные движения. Подчиняюсь им, это на самом деле ни с чем не сравнимое удовольствие. Потрясающая энергетика, флюиды властности и одновременно поклонения. Руки Данте повсюду, гладят, массируют, ласкают груди, слегка сжимают соски. Я уже буквально пылаю, смотрю на его член, в полной готовности, торчком стоит, и хочу быть столь же раскованной. Так же касаться…

Даниил переходит к моим волосам, намыливает их, затем смывает пену напором воды из душевой лейки.

Затем быстро пробегается мочалкой по своему телу. Когда берется за член, становится трудно дышать. Опускаю глаза, но не могу не продолжать наблюдать за его уверенными движениями. Как намыливает член, волосы вокруг него, мошонку. Движения резкие, быстрые. Меня буквально потряхивает.

Смыв с себя пену, Данте подается ко мне. Коротко вскрикиваю, когда берет мои руки и сжимает ими член, двигая вверх и вниз по всей длине.

— Что ты делаешь?!

— Чего мне больше всего хочется, малыш. Вот так, Познакомься с ним. Хватит смущаться.

— Малыш, я сказал совершенно серьезно. Ты можешь оставаться здесь сколько захочешь. Мать ничего не скажет, я ей объясню, — убеждает меня Даниил следующим утром.

Проснулась я в одиночестве, но вскоре он появился в комнате с подносом. Приготовил для меня завтрак. Принес прямо в постель, как в самом слащавом романе. Невозможно врать самой себе — его старания очень приятны. Сопротивляться все труднее.

— Что ты ей объяснишь? — вздыхаю.

— Что ты моя.

— С чего ты взял? — хмурюсь. Опять он за свое. Прет как танк!

— Продолжаем упрямиться, да? — ухмыляется. — Ладно, расслабься. Я же тебя просто подкалываю, а ты ведешься.

— Я не готова сейчас к новым отношениям, понимаешь?

— Хорошо. Ты права, я слишком напираю. Как любая девочка, ты хочешь цветов, конфет. Чтобы за тобой по пятам ходили, так?

— Ты все слишком упрощаешь, — морщу лоб. — У меня сессия на носу. Работа. Квартиру надо найти. Мне не до отношений сейчас. Тем более, с твоим темпераментом, когда не уверена, что смогу ходить, — чувствую, что краснею.

— Я его постараюсь приглушить, ок? — смеется Данте. — Хотя, это будет непросто, малыш. Ты такая красивая. Поужинаешь сегодня со мной?

Боже, он непробиваем, а я кажется таю рядом с ним как мороженое в палящий зной.

— Не могу. Мне ответили по поводу квартиры, сегодня посмотрю ее и, надеюсь, займусь переездом. Не могу больше оставаться в доме матери.

— Вся такая самостоятельная, да? Я тебе помогу. Вот только завтра надо уехать. Черт, как же не вовремя эта командировка, — стонет Данте.

— Почему?

— Потому что я не хочу уезжать от тебя. Поехали со мной. Это недалеко, соседний город. Гостиница хорошая. Погуляешь, пока работать буду.

— Ты с ума сошел? У меня тоже есть работа!

Немного злюсь, он будто не хочет принимать всерьез мою жизнь, сложившийся ритм, обязанности.

— Прости, малыш. Я просто не хочу расставаться с тобой.

— Мы не вместе, пойми.

— Все еще нет? Когда ты согласишься быть вместе? Когда возьмешь у меня в рот?

Лицо заливает краска. Данте местами раздражающе откровенен и пугающе порочен. Что с ним будет в зрелости, если в юности он настолько ненасытен и откровенен в своих потребностях? Дух захватывает, когда думаю об этом. Кажется, я на самом деле влюбляюсь в него. Это пугает, потому что совсем не похоже на то, что пережила с Леонидом. Тут все куда глубже, серьезнее. Теперь отчетливо вижу разницу. Неудача с Данте разобьет меня. Даже подумать страшно, если я ему наскучу, если тоже изменит. Может быть, я интересна ему, только пока сопротивляюсь. Не даю все что просит, не открываюсь до конца.

Пожалуй, короткая разлука пойдет нам обоим на пользу. Еще раз все обдумать, проанализировать. Собрать окончательно растаявшие мозги в кучу, так сказать.

Только не получается. Стоит Даниилу уехать, уже на следующий день меня начинает грызть непонятная тоска. И ведь дел полно, на работе загружают, квартира мне подошла, я внесла задаток и переехала. Нужно обживаться, раскладывать вещи, а мне все не в радость. Не могу быть одна.

После работы иду в кафе с Ладой. Мы давно не виделись, давно собирались встретиться, поболтать.

— Ты выглядишь счастливой. Влюбленной, — в лоб заявляет Лада.

— Не говори ерунды.

— Почему ты так бежишь от счастья, Полина? Словно стыдишься, что своего Леона быстро забыла. Так ему и надо, козлу! Пусть теперь с Милкой дите нянчит.

— Я не хочу говорить о нем, — мрачнею.

— Ты права. Прости меня. Зря о нем заговорила, вот дура то. Расскажи лучше про нового парня.

— С чего ты взяла что у меня новый парень?

— Господи, Полина, ты как маленькая. Выглядишь ужасно задумчивой, влюбленной.

— Мне не о чем рассказывать, серьезно.

— Какая же ты врушка. Ладно, как хочешь. Но я все равно останусь при своем мнении. Ты вся светишься, подруга, и это классно!

**

Немного отвлекает универ, приятно снова погрузиться в его атмосферу. Бегая по кабинетам, сталкиваюсь с Вероникой. Она приветливо мне улыбается, так что нехотя останавливаюсь, перекинуться парой ничего не значащих фраз.

— Как дела, Полин?

— Нормально.

— Давай после зачета посидим где-нибудь? Пожалуйста! Я угощаю.

Нет желания снова возвращаться к прошлому, но Вероника настойчива. Я соглашаюсь, говорю что есть полчаса, не больше.

— Мне жаль, что я так вела себя, — удивляет меня бывшая подруга. Была уверена, что не станем поднимать старую тему. — Как последняя сучка себя повела. Теперь этот урод увел у меня Милу.

— Ты с ней так же себя ведешь? — не могу не спросить, хотя все обиды давно в прошлом.

— Нет, — морщится как от зубной боли Вероника. — Я сделала выводы. Мне очень стыдно за прошлое. Прости меня, пожалуйста, Полин! До сих пор чувство вины, не проходит.

— Я все забыла, не за что прощать.

— Ты, кажется, спокойно Леонида отпустила.

— А зачем держать?

— Я не знаю. Он казался таким… В общем, по-моему, мы обе в нем ошиблись.

— Возможно.

— У тебя кто-то появился? Кажется, Мила упоминала, что Леонид говорил…

— Нет, никого, — перебиваю резко. — Я не тороплюсь с отношениями.

Не хочу выворачивать перед Вероникой личное. Совершенно не нужно. Пусть думает что угодно. Что страдаю по Леону. Ревную. Плевать.

Она впивается в меня как клещ, уговаривая прийти на вечеринку в клуб. Не слушает никаких аргументов, что мне некогда, что сессия и вообще-то нет желания туда идти.

— Возьми Матвея с его девушкой. Повеселимся. Тебе это нужно! Или этот козел будет думать, что сломал тебя!

Мне совершенно наплевать, что будет думать про меня Леонид, но чтобы отвязаться от Вероники, обещаю, что загляну ненадолго.

***

Завтра я возвращаюсь

Жди меня голой в постели

Пожалуйста, малыш

Я хочу это повторить

Уверен, что скучаешь так же сильно

— Классно двигаешься, — делает комплимент танцующий рядом парень, когда композиция заканчивается. — Можно тебя угостить?

— Нет, спасибо. Пойду поищу подругу.

Но он все равно идет за мной. Симпатичный блондин, среднего роста, улыбчивый.

— Я не свободна, — бросаю ему мимоходом.

— Тогда где твой парень?

— Какая тебе разница?

— Я же просто предложил по коктейлю. Ничего криминального, не злись.

— И не думала.

Раздражаюсь, что не могу найти Ладу. Клуб слишком большой, она может быть где угодно.

— Эй, кажется твоей подруге стало плохо, — подбегает ко мне совсем молоденькая незнакомая девушка. На вид не дашь и восемнадцати. Хотя, малолеток в этот клуб вряд ли пускают.

— Где она? Откуда ты нас знаешь? — спрашиваю с тревогой.

— Нас представляла Вероника, разве не помнишь?

— Наверное, да, кажется припоминаю, — киваю, потому что лиц слишком много, они слились в одно пятно.

Начинаю сильно тревожиться за Ладу. Достаю мобильный, набираю ее номер, но она не отвечает. Переживаю с каждой минутой все сильнее. Как назло, ни Вероники, ни Владлена не видно. Куда они пропали?

— Идем, я покажу где она, — тянет за собой девушка. — Ее к врачу повели.

— Не понимаю, к какому еще врачу?! В больницу?

— Нет, в клубе был врач, он оказывает ей помощь.

Звучит немного дико, но я ускоряю шаг. Парень, который настойчиво предлагал мне коктейль, теряет к нам интерес. Краем глаза замечаю, как подходит к другой компании. Чисто машинально, мне уже точно ни до чего, только бы Ладу найти поскорее! Бедняжка, как ее угораздило? Что-то подмешали? Это может быть опасно.

Мы все дальше удаляемся от музыки. Заходим в просторное помещение с минимумом света, мягкими диванами, на которых расслабляется несколько парочек. Кто-то наслаждается кальяном, другие — вовсю обнимаются и более того, их движения похожи на… секс. Похоже, это какая-то приват зона. Вздыхаю с облегчением, когда проходим в следующее пространство. Оно отделено широкой резной дверью. Небольшая комната, метров пятьдесят. Тоже мягкие диваны, круглый стол с пилоном в центре. Ни души.

— Долго еще? — спрашиваю девушку раздраженно. Ощущение, что она мне решила экскурсию по клубу провести. Естественно, мне сейчас совершенно не до того.

— Привет, Полина. Вот так встреча, — давно забытый голос из прошлого заставляет нервно обернуться.

Олег Кирсанов! Получается, зашел за мной следом.

Я думала, что наши пути уже никогда не пересекутся. И вот снова появился, в самый неподходящий момент!

— Чего тебе? — отвечаю мрачно на приветствие. Оборачиваюсь, чтобы попросить девушку идти быстрее к Ладе. Но вижу, как она буквально убегает в сторону, откуда мы только что вошли, растворяясь в темноте коридора.

Бросаюсь за ней.

— Эй! Ты куда? Подожди! Скажи, где моя подруга!

Кирсанов хватает меня за талию, не давая убежать.

— Тише, красавица. Я расскажу тебе все что захочешь. Не будем спешить. Давай лучше выпьем.

— Отпусти сейчас же! Я сказала, что тороплюсь! Мне нечего с тобой обсуждать!

— Да, ты все такая же дерзкая, Полина, — теперь выражение лица Кирсанова становится крайне неприятным. — Ты никуда не пойдешь, поняла? Советую быть со мной полюбезнее.

— Что? Да что тебе от меня надо?!

— О, вот это разговор, дорогуша. Сразу за дело, да? Тебя хочу, — ржет противно.

— Зато я не хочу, ты мне противен! — выкрикиваю ему в лицо.

— Язык бы тебе укоротить, — неприятно кривит лицо. — Мне не нравятся слишком дерзкие сучки, которые смеют меня игнорировать, — прижимает к себе так, что чуть ли не кости хрустят, я кричу от боли. Теперь становится по-настоящему страшно.

— Подонок, отпусти! Хватит! Я весь клуб на уши подниму!

— Да ты что? Ну давай, ори. Проверим, на что способна твоя глотка, — снова хохочет противно. — Или может думаешь, твой новый мальчик защитит?

Новый мальчик? Он про Данте? Он что, следил все это время за мной?

— Я и сама могу постоять за себя. Нет никаких мальчиков!

— Да ты что. Значит, ты свободна? Приятно слышать, Поля.

Меня всю трясет крупной дрожью, все расплывается перед глазами из-за слез, хотя ненавижу себя, что плачу перед этим уродом. Жалкая слабачка. Но что я могу сделать? Мой противник сильнее, крупнее в два раза. Только сейчас понимаю, насколько наивной была до этой минуты. Считала, что живу в безопасности. Что никто не посмеет обидеть. Пришла в клуб к бывшей врагине, не подумав о подвохе. Неужели это устроила Вероника? Разве может быть настолько коварной, подлой? Я уже ничего не понимаю, страх захлестывает. Меня будто вышвырнуло в параллельную реальность, жестокую и жуткую. Полная беспомощность перед злом. Дикий ужас от мысли, что Лада тоже пострадала. Где же она?

Пожалуйста, пусть все это прекратится. Окажется лишь страшным наваждением!

Но кошмар продолжается. Кирсанов начинает грубо меня лапать, больно сжимает полушарие груди его руки шарят повсюду, грубо, бесцеремонно. Омерзительные прикосновения, огромные ручищи ползут ниже по животу. Ублюдок задирает подол моего платья, грубо дергает ткань, так что одно плечо оказывается голым. Кричу, срывая голос, отбиваюсь, но не могу с ним справиться. Его рука между моих ног, раздвигает колени. Пытаюсь свести ноги, снова кричу. Не знаю, каким чудом удается вырваться, сильно оцарапав лицо мерзавца. На моих руках его кровь, спотыкаясь бегу к двери.

— Сука! — ревет с яростью. Догоняет, хватает меня за косу, так что едва не падаю навзничь, но он не дает моему телу удариться о пол. Разворачивает резко, и я ударяюсь коленями о пол. Задыхаюсь от боли.

— Тебе это с рук не сойдет, понял! — продолжаю кричать.

Поднимаюсь на ноги, снова толкаю его.

— Я поеду в полицию! — мне удается сильно пнуть Кирсанова в лодыжку, и он разжимает руки. Бегу к двери, через которую мы вошли сюда. Только бы не была заперта…

И застываю, потому что там стоит… Леон.

Отскакиваю назад, невольно попятившись от бывшего. Меньше всего я ожидала подобного. Оглядываюсь то на одного, то на другого, в полном непонимании, ужасе. Они заодно? Когда я начала встречаться с Леоном, Кирсанов сразу исчез с горизонта, больше меня не беспокоил. Но они никогда не общались. Я рассказывала Леониду про домогательства Кирсанова, и он отзывался о нем с отвращением.

Они не могут общаться!

Или я наивная идиотка?

— Пропусти меня! — кричу, обхватив себя руками. — Отойди, пожалуйста… Смотрю на бывшего, пытаясь разгадать выражение его лица. Меня колотит крупный озноб, еще пара секунд и накроет истерика.

Леонид делает шаг мне навстречу. Я почти уверена, что пропустит и тоже приближаюсь к нему…

А потом он толкает меня в сторону Кирсанова.

— Что такое? Не нравится Олег? Только с малолетками хочешь трахаться? — спрашивает язвительно.

— Что ты несешь? Совсем больной? Где Вероника? Где Лада?

— Рад видеть, брат, — Леон подходит к Кирсанову, они обнимаются! Это действует на меня буквально как ледяной душ. Отскакиваю в сторону.

— Я тут слегка твою девочку напугал, — произносит Кирсанов, бросая на меня вызывающий взгляд.

— Что случилось, малыш? — с лицемерной тревогой спрашивает меня Леонид. — Не нужно бояться.

— Я не его девочка, и не малыш! Вы мне оба омерзительны!

Чувствую, как горит лицо.

— Похоже, девочка заблудилась, — кривляется Кирсанов. — Надо помочь малышке.

Оба начинают ржать, а мне становится страшно, как никогда в жизни!

С двумя мне точно не справиться. Что они задумали? Неужели Вероника снова подставила меня? Что с Ладой?

Каждый из этих вопросов словно полосует меня лезвием по живому. Я пропала. Чувствую неотвратимость, ощущение страшной беды поглощает, замораживает вены, в ушах нарастает гул. Что я могу сделать против двух крупных парней? Что они хотят сделать со мной?

— Леон, прошу, хватит, — умоляюще смотрю на бывшего. — Не нужно меня пугать. Мы ведь можем расстаться цивилизованно. Уважая друг друга. Твои родители были добры ко мне…

В глубине его зрачков холодная острая как лезвие сталь. Не просто пугает, она лишает возможности сопротивляться. Парализует.

— Блядь, сука, ты еще родителей вспоминать моих смеешь? Ты унизила меня перед ними! Кинула! — разражается ругательствами бывший. — А сегодня, когда перед всем клубом жопой крутила, ты обо мне думала? Или про мальчишку своего? Или тебе новых острых ощущений захотелось? Нравилось, когда у каждого на тебя стоял? Тварь, теперь цивилизованно захотела, да? Ты вообще так умеешь, а? Ну давай цивилизованно, детка? Хочешь Ладу свою увидеть? На колени встань и отсоси у меня. Может, тогда смогу тебя простить.

Удары собственного сердца оглушают, кажется, вся кровь собирается под давлением в висках, распаляя ненависть и отвращение.

Он собирается меня простить?

Мерзавец, конченый подонок! Если бы было оружие, я бы в тот момент не задумываясь его применила. Не испытав ни капли жалости.

— Давай, брат, я — следующий, — бросив странную фразу Кирсанов направляется к двери. Она захлопывается. Звук ключа. Нас заперли?

Остаемся один на один с Леоном. Это мой шанс образумить его.

— Ты с ума сошел, если думаешь, что я поддамся на твои угрозы, — произношу ровно, спокойно, хотя это нелегко. — Хочешь себе жизнь испортить? Под статью попасть? Прекрати это. Ты уже отомстил достаточно. Напугал меня. Хватит, слышишь?

— Знаю, ты девка зубастая, — Леонид подходит вплотную. Сжимает больно мой подбородок. — Но без зубов и симпатичной мордашки вряд ли остаться захочешь. Поэтому, тряпки снимай, и на колени. Один шанс, чтобы по кругу не пустили. Парней в клубе много. Или ты еще не поняла? Олегу тоже дать придется. Но можно ограничиться нами двумя.

— Пошел к черту, подонок! — ору ему в лицо. Начинается истерика, наношу хаотичные удары, удается залепить по лицу, царапаюсь, отбиваюсь что есть сил, пока не сбивает с ног

оглушительная пощечина. Такой силы, что искры из глаз. В ушах звон, я почти теряю сознание. Падаю, пальцы Леона сжимают горло, почти перекрывая кислород. Глаза распахиваются, пытаюсь оторвать от горла его руку. В этот момент мысли только о глотке кислорода. От страха и паники уже мало что соображаю.

Дальше еще один удар, треск платья, бряцанье пояса, откинутого в сторону, дальше туфли. В следующее мгновение оказываюсь обнаженной по пояс. Леонид мнет мою грудь. Я отбиваюсь как могу, но вместо свободы его руки становятся еще грубее и жестче. Поднимает меня, толкает к стене, прижимаясь всем телом, вгрызаясь в губы. Вдавливая в стену, грызет, кусает мой рот.

— Эй, друзья, у нас гости, — снова голос Кирсанова. — Леон, покажи куклу, тут один перс хочет на нее подрочить.

В ответ длинный поток ругательств. Узнаю голос Данте и цепенею. Нет, умоляю, пожалуйста! Только не это! Внутри все леденеет. Он не может быть здесь!

— Не смей, — шиплю в лицо Леона. — Отпусти его!

Нет смелости обернуться, увидеть Данте. Зажмуриваюсь, всхлипываю от отчаяния. Слышу шум, возню, звуки ударов и хруст костей.

Этого не должно было произойти! Когда он вернулся?

Даниил приехал за мной в клуб. Получается, я затащила парня в самое пекло. Сама в преисподнюю провалилась, и его за собой…

Ужас, отчаяние, вина, этот жестокий коктейль эмоций захлестывает. В крови пульсирует адреналин, мешая связно думать, делая звериные инстинкты первостепенными. Хочется превратиться в дикое животное и разодрать когтями каждого присутствующего подонка.

Я уже не могу думать о себе. Мне важен Данте. Он не должен быть здесь! Никогда не прощу себе! Он оказался здесь из-за меня. Моей самоуверенности, беспечности, глупости.

— Смотри, сучка. Это ты с ним сделала, — добивает правдой Леон, стискивая мои скулы, поворачивает голову, чтобы видела драку.

Нет, это не драка. Это казнь. Избиение.

Лицо Данте, залитое кровью, в его глазах полыхает гнев, ярость. Они налиты красным.

— Отпустите ее!

— Блядь, ты еще говорить можешь?

Звуки ударов. Еще и еще. После такого невозможно вернуться к нормальной жизни. Вдруг отчетливо понимаю, что это последний мой вечер. Дальше — смерть.

Леон срывает с меня окончательно повисшее на талии платье и разворачивает лицом к двери.

Безумно жестокое месиво, четверо на одного! Накатывает тошнота, ужас забивается в каждую пору! Данте удается свалить с ног одного из противников, но его снова прижимают к полу, хаотичные удары наносят куда попало. По лицу, корпусу. От все равно пытается дать отпор. Кулаки, мелькающие в воздухе, окрашены в бордовый цвет. Запах крови чувствуется все отчетливее. Чувствую, как сводит горло, так что ни вдоха не сделать, и понимаю, что все это время я орала. Только в ушах словно пробка поэтому не слышала собственных криков.

— Как вы можете! Прекратите! Леон, останови их! Я сделаю все что захочешь!

— Начинай прямо здесь. Отсосешь, а он посмотрит.

— Вы его убьете! Вы же сядете, уроды! Вы все сядете!

Последнее, что застывает перед глазами — как Данте стоит на коленях, кашляет кровью. Я продолжаю визжать, грозить и не выдержав, Леон отвешивает мне такой силы пощечину, что я теряю сознание.

Дальше все как в ночном кошмаре — короткими вспышками красного света. Меня как мешок картошки бросают на плечо, несут куда-то. Жесткая постель. Лицо Леона надо мной. Не понятно где лежу навзничь, ноги вздернуты вверх. Болезненные толчки, Леон грубо врывается в меня, низ живота пульсирует от боли. Насухую, раздирает мои внутренности. Что-то говорит, но слов не разбираю. Меня заботит одна мысль, которую не удается ухватить. Что-то крайне важное. Почему то, что делает с моим телом не заботит меня? Странная апатия. В то же время, внутри воцаряется липкий, чудовищный страх.

Уже позже, каждую ночь просыпаясь от кошмара, я пойму, что боялась больше всего в тот момент, что Данте мертв. Что они убили его. Или убивают сейчас. Поэтому не сопротивлялась Леону. Хотя и никаких возможностей не было. Он ударил меня с такой силой, что сделал сотрясение. Это я тоже узнаю потом, в больнице.

Мне повезло. Очень. Кто-то в клубе все же услышал крики и вызвал полицию. Так что Кирсанов уехал из клуба, так и не добравшись до меня. Это тоже я узнаю позже, когда Матвей со своими ребятами достанет его, прижмет как следует.

Кончив, бывший ушел надолго, оставив меня в сперме и собственной крови. В полубреду. Я не могла встать, любое движение отдавалось в теле болью. И все равно думала только о Данте.

— Только не умирай, пожалуйста, — шептала как умалишенная. Себе? Ему?

Я не знала. Последнее, что я помню, это чертова комната в неоновых отблесках синего и красного.

Она будет еще долго появляться в моих кошмарах.