Меня съел дракон. Сижу и думаю: «А жевать-то он не умеет». Ну, как говорится, даже если вас съели, у вас два выхода. К сожалению, забраться вверх по пищеводу не представляется возможным. Поищу менее приятный путь наружу.

Хм. Похоже, дракон давно не ел, тут относительно чисто. Хотя с пищеварением у него явно проблемы. Питается отвратительно — рыцарями. Вон, из кишки копьё торчит. Возьму-ка себе.

Дёргаю.

— Вот чёрт! — громко ору.

Кажется, дракону такой финт не понравился. Он зашевелился. Ускоряюсь к выходу, ибо массы сокращающегося кишечника подгоняют. И это не те массы, о которых вы подумали, это обглоданные скелеты, куча железа и, внезапно, телега.

Ого! Таращусь. Да там лошадка — живая. Быстро соображаю и меняю направление. Хватаю перепуганную гнедую кобылу с шикарной длинной гривой за уздечку и пытаюсь успокоить. Как снять с неё хомут и освободить от телеги?

Решение приходит быстро. Из подступающей массы хватаю первый попавшийся тесак и разрезаю ремни. Спихиваю хомут, а лошадь даёт дёру.

Бегу за ней, спотыкаясь о неровности кишечника и разбросанные доспехи.

— Стой, дура, я помочь хочу! — ору во всю глотку.

Правда, это наглая ложь — помочь я хочу только себе. Да и не важно, лошадь всё равно не понимает. Или понимает? Она останавливается и поворачивает ошалевшую морду с огромными голубыми глазами ко мне.

На ходу врезаюсь в увесистый зад, а благодаря скопившейся под ногами куче железа, лихо вскакиваю на спину гнедой и хватаюсь за остатки упряжи.

И вот тут происходит неожиданное — меня сносит тошнотворным вихрем. Будто ветер с гнилого болота. Поворачиваюсь к выходу и вдруг вижу яркий свет в конце смердящего тоннеля.

И мы с лошадью на крыльях этого убийственного аромата вылетаем на свет божий. Ржём оба.

Надо когти рвать каким-то чудным образом. Дракон-то не дремлет. Поворачивает к нам свою рогатую перламутрово-красную морду. Кажется, он невероятно удивлён, что у него из-под хвоста выскочил я на ретивом коне, да ещё и с копьём наперевес.

Он встаёт на свои исполинские лапы, отчего вокруг содрогается земля. Расправляет крылья, каждое размером с футбольное поле, попутно сшибая кусок горы, под которой мы находимся. Блин, а здесь потрясно: водопад, изумрудная трава, дубы и кипарисы, птички поют, солнышко светит.

Красота, одним словом. Но вдруг становится темно. Что? Меня снова съели? А нет. Это просто дракон заслонил небо своей титанической тушей. Открывает пасть. Взгляд привлекают зубища, размером со скалы. Он намылился меня сожрать. Зачем? Ему понравилось? Я же ему даже на один зуб мал.

Лошадь недоумевающе косится на меня. Мол, эй, чувак, бежать пора, ты чё завис?

Действительно, чё это я? Поднимаю глаза и вижу, как в огромной пасти дракона рождается огненный шар. Он не планирует меня есть. Он собирается поджарить меня до хрустящей корочки. Я же вышел не из того места, после которого в рот тянут.

— Не ешь меня! — ору что есть мочи, гордо вздымая копьё.

Гнедая фыркает и обречённо качает головой. Ну, или мне так показалось.

Дракон захлопывает пасть, из уголков рта сочится тёмный дым. И чешуйчатый пялится на меня своими жёлтыми, как солнце, глазами.

Наклоняется поближе и:

— Ты откуда вылез? — спрашивает он.

— Ну, так это, — мямлю и указываю в сторону его хвоста.

— Точно, — говорит Дракон. — Тогда по-другому. Как ты там оказался?

Рокот его голоса заставляет землю и меня дрожать. Собираюсь с силами и пытаюсь сообразить, как я туда попал…

Последнее, что помню — я, разбежавшись, прыгнул со скалы. И полетел. Да не сам, на дельтаплане. Буквально месяц назад мне исполнилось восемнадцать лет, и друзья подарили сертификат на полёт.

После долгого и скучного инструктажа, я, наконец, отправился в воздушное приключение. Но не успел насладиться этим восхитительным чувством свободного полёта. Моему взору предстала удивительная картина: воздух будто приобрёл текстуру и фактуру, покрылся рябью. А когда я пролетел сквозь него, то всё вокруг изменилось.

Небо будто стало ярче. В лицо ударил запах гнили и копоти. Повернул голову на жуткий аромат и увидел здоровенную чешуйчатую морду. Морда открыла пасть, и я оказался внутри. Дельтаплан потерял где-то по пути в желудок. А дальше вы уже знаете, я пошёл искать выход.

— А, так это был ты! — говорит дракон в ответ на мой рассказ. — Я-то просто зевнул и поперхнулся, думал, птичка или фея какая-нибудь. А ты кто? Эльф? А что такое дельтаплан? — заваливает меня вопросами.

— Я человек, — недоумевающе отвечаю. — А дельтаплан — это летательный аппарат.

— Что ещё за человек? — дракон задумчиво скребёт когтем подбородок.

— Ну, обычный, человек-разумный.

— Да какой же ты разумный? — хохочет чешуйчатый. — Если влетел прямо ко мне в пасть.

— Я же не специально! — возмущаюсь.

— Слышь, а я тобой не отравился? Жить буду? — пугается вдруг исполинский ящер.

Меня пробивает на дикий ржач. Тварь размером с остров боится меня, маленького простого человека. Я ж меньше одной его чешуйки. Но благоразумно решаю этим воспользоваться. Да и мой ярко-оранжевый полётный костюм идеально подойдёт для устрашения. А огромные очки, наверное, делают меня похожим на какую-нибудь бабочку-переростка.

— Ты же меня не переварил, так что жить будешь, — успокаиваю его. — Но если слопаешь и переваришь, то боюсь, друг, ждёт тебя неминуемая гибель, — замогильным голосом вещаю. — Мы, люди, очень опасные существа. Нас жрать ни в коем случае нельзя! Можно отравиться, диарею схлопотать, а то и вовсе копыта отбросить.

Лошадь подо мной испуганно ржёт и косится. Ну да, у неё-то, в отличие от дракона, реально есть копыта.

Гляжу на неё и, кажется, что она всё прекрасно понимает, только говорить не может. Или конспирируется перед чудищем? Надо бы это выяснить.

— Не хочу я никакую диарею, — машет огромной головой дракон, отчего вокруг поднимается ураган. — А что это?

— Такая страшная болезнь, от которой умирают в кошмарных мучениях, — продолжаю жути нагонять. — Но тебе не грозит, не волнуйся. Главное, не ешь меня больше. Давай лучше знакомиться: меня Иван зовут, а тебя?

— Дрейкураридрамуррандиру Ардрумарри Драгурурри, — поток звуков, извергаемых пастью дракона, больше походит на камнепад, чем на имя.

— Что?

— Дрейкураридрамуррандиру Ардрумарри Драгурурри, — с гордостью повторяет дракон.

— Ты что, колдун? Я просил назвать своё имя, а ты фигачишь какое-то заклинание.

— Я не умею колдовать, — явно расстраивается дракон.

— Ладно… но я всё равно такое не повторю. Давай как-нибудь покороче, — жестами показываю. — Как тебя мама называла?

— Мама?! — он смеётся, выпуская из глотки клубы дыма. — Ты совсем ничего не знаешь о драконах. У нас яйца папы высиживают. А когда мы вылупляемся, то должны бежать как можно быстрее!

— Зачем? — поднимаю бровь.

— Потому что тех, кто медленно бежит, съедает та самая мама. Не успеешь спрыгнуть со скалы и полететь — станешь её обедом.

Обалдеваю от полученной информации. Какие-то пингвины-спартанцы, а не драконы.

— Ладно, раз мама тебя никак не называла… Можешь ещё раз повторить своё заклинание?

— Дрейкураридраму…

— Стоп! — поднимаю руку. — Дрейкур. Нет, Дрейк. Буду называть тебя так, можно?

— Странное какое-то имя. Но мне нравится. Можешь звать так, — соглашается дракон.

— Слушай, Дрейк, расскажи-ка, в вашем мире лошади разговаривают? — поглядываю на гнедую подо мной.

— Лошади нет, а единороги очень даже. Фиг заткнёшь, щебечут, как утренние пташки. Только и знают, что болтать, прихорашиваться да на отражение глядеть, неразумные, в общем.

Усмехаюсь:

— Да, я тоже таких знаю, только без копыт и рогов. Здесь у вас, наверное, и русалки водятся, — шучу.

— Конечно. А вот про людей я раньше не слышал.

— Ну, а мы есть, — развожу руками и слезаю с лошади.

Беру под уздцы и веду к ближайшему дереву. Привязать хочу, чтоб не убежала, вдруг пригодится ещё.

— Э, слушай, Иван, а ты голодный? — спрашивает Дрейк.

И тут осознаю — жрать-то хочется. Сколько я не ел? А здесь есть еда, которую мне можно? А то раз нет людей, то и еды человеческой не найдётся, наверное.

— Голодный, — отвечаю, а желудок в подтверждение громко урчит.

— Так это, давай я дыхну разок, — говорит дракон и красноречиво смотрит на лошадь.

Лошадь не менее красноречиво смотрит на дракона, начинает панически ржать и яростно вырываться. Еле удерживаю.

— Что ты такое говоришь?! — восклицаю. — Она мне жизнь спасла! Да и тебе, между прочим, тоже! И вообще, побывала она в таких местах, после которых в рот не тянут, а то пострашнее диареи хапнешь что-нибудь.

— А мне-то она как жизнь спасла? — таращит огромные жёлтые глазища Дрейк.

— Как-как? Вынесла меня из твоей… эм… пищеварительной системы, — поясняю. — А то, если бы я внутри остался, начал бы наружу проход пробивать, — на мгновение представляю, как я, будто извращённая версия Чужого, с криком вырываюсь из брюха дракона. — А переварился, и того хуже было бы.

— Ну, если так, пусть живёт, — басит чешуйчатый.

А лошадь быстро успокаивается и пару раз хлопает своими огромными ресницами, исподлобья поглядывая то на меня, то на дракона. Ну точно разумная.

— Ты меня понимаешь? — что ж я раньше не догадался просто спросить у неё самой.

Лошадка фыркает и кивает, а потом прядёт ушами. Дракон тоже настораживается и в сторону глядит:

— Ой, кажется, у нас гости.

— Прячься, — неожиданно тихо шикает Дрейк и сворачивается клубком, как котёнок.

По его чешуе пробегают мерцающие переливы, и он становится один в один похож на горы, что окружают нас. Даже шипы у него на холке превращаются в сосны. Он-то замаскировался. А мне что делать? По спине пробегает холодок. Это что за гости такие, раз даже громадный дракон испугался?

Вскакиваю на лошадь и несусь за иллюзорную гору, чтобы укрыться за телом волшебного ящера. Прижимаюсь к лошадиной холке и прислушиваюсь — вроде тихо пока. Я уже понял, что в этом мире обитают разные сказочные существа. Но какие настолько опасны, что Дрейк трусливо обратился горой, вместо того, чтобы дыхнуть на них пламенем?

Жду. Волнуюсь. Пытаюсь успокоить разыгравшееся воображение. А то напридумывал себе уже дементоров всяких. Но вряд ли тут живут персонажи из «Гарри Поттера». Хотя, если это параллельная вселенная — всякое возможно. Может, дракон боится пикси каких-нибудь, как слоны мышей?

А нет. Пикси вряд ли так громко топают. Это точно кто-то на лошадях. Жалею, что не успел узнать, кто ещё в этом мире живёт. Может, эльфы? Дрейк про них говорил. Хотя нет, эльфы наверняка так не воняют. Смердит, как на помойке под сорокоградусной жарой.

Или это Дрейку так страшно? А то мы как раз где-то около основания его хвоста. Принюхиваюсь, сдерживая тошноту. Нет. Запах идёт с другой стороны.

Слышу, как за спиной беспощадно трещат кусты. Оборачиваюсь, а оттуда летит на меня зеленокожая страхолюдина метра четыре ростом. Глаза чёрные, как два угля. А из пасти торчат жёлтые клыки. Одето чудовище в шкуры, под которыми бугрятся мощные мышцы. В ушах болтаются длинные серьги с черепами. От страха аж копьё роняю.

Мать моя женщина, прям Варкрафт какой-то. Орк, а это, несомненно, он, орёт на меня хриплым голосом:

— Ты кто такой?!

— Давай, до свидания! — отвечаю на автомате и бью лошадь по бокам.

Та срывается с места, но бежит почему-то не в сторону, а прямо на орка. Пытаюсь развернуть её, однако лошадь не только всё понимает, но и делает что вздумается. Мчит на всех парах и проскакивает между ног ошалевшего орка.

В самый неподходящий момент поднимаю голову вверх. Лучше бы я этого не делал. Этот вид я забуду не скоро, если вообще смогу, не говоря уже про амбре…

Несёмся через заросли, а навстречу нам выбегают ещё две зелёных гориллы. Резко меняем направление и скачем обратно в сторону Дрейка. Да что же это ящер прячется? Он же в двадцать раз больше! Дунул, плюнул, и нет их, а он скалой прикидывается!

Приближаемся к дракону, а из-за его спины выруливают ещё с десяток этих зелёных тварей, вооружённых дубинами, сетями и арканами из толстых канатов. Это что, гоп-стоп? У меня же даже мобилы с собой нет.

Кобыла встаёт на дыбы и отчаянно ржёт. Еле удерживаюсь на её спине без седла, хватаясь за обрубки упряжи.

— Ты чего?! — ору, оглядываюсь и понимаю, что мы окружены.

Вдруг поднимается сбивающий с ног вихрь. Успеваю заметить, что гора меняет цвет на красный, а потом резко становится темно и мокро.

— Дрейк! Ты что, меня опять сожрал?! — на ощупь хватаюсь за клык, чтобы мы с лошадью не соскользнули в глотку. И истошно ору. — Диарея! У тебя будет диарея!

Но пасть не открывается, и я обречённо вздыхаю, думая, что скоро умру.

Резко встряхивает, и мы с кобылкой в голос вопим от страха. Но наши голоса теряются во влажной темноте драконьей пасти. Одной рукой держусь за скользкий клык, второй — за узду. Лошадь подо мной отчаянно перебирает копытами, пытаясь устоять.

Уши закладывает, как в самолёте. Меня посещает нехорошее предчувствие, что я невольно стал пассажиром драконьих авиалиний. Следом острый забор раздвигается, в пасть врывается свет и свежий ветер, а я жалею, что не взял с собой парашют.

Как я и думал, мы несёмся среди облаков, а под нами бескрайние синие просторы моря или океана. Хорошо, что на мне шлем с очками, оставшийся после полёта на дельтаплане. Надеваю очки, и хотя бы могу нормально видеть.

— Ы как? — спрашивает Дрейк, почти не двигая языком.

Но при этом всё равно толкает нас, окатив мощным потоком склизкой слюны, не говоря уже о вибрациях голоса.

— МОЛЧИ! — паникую, боясь выпасть за борт.

Лошадь согласно ржёт.

— Ызынити, — нас с гнедой подкидывает, кажется, идём на посадку.

Снижаемся быстро, уши опять закладывает, а желудок подпрыгивает к горлу. Судорожно пытаюсь удержаться, вспоминая все молитвы, которые знаю. А знаю я ровно ни одной. Мы обречены!

Но приземление проходит успешно, хотя и жестковато. Дрейк изгибает язык, выбрасывая нас из пасти на холодные твёрдые скалы. Мы с лошадью безвольно валяемся, раскинув руки, ноги и копыта. Немного приходим в себя после экстремального полёта.

Пошатываясь, встаю и осматриваюсь. Нас окружают голые скалы, о которые бьются бесконечные тёмные волны. Воет порывистый ветер, сбивая меня с ног. За спиной Дрейка вижу колоссальных размеров пик, в котором на огромной высоте зияет чёрный провал пещеры.

— Где мы? — тяжело сглатываю.

— Дома, — задумчиво отвечает дракон.

Лошадь подскакивает и с подозрительным прищуром глядит по сторонам. Недовольно фыркает, встряхивает белоснежной гривой и, высоко задрав морду, вышагивает к горе.

— Далеко собралась? — интересуется Дрейк.

Кобыла смотрит на него, будто свысока, и показывает коричневой мордой на пещеру. Дракон хохочет, отчего случается лёгкое землетрясение.

— Туда пешком не дойти. Только на крыльях.

— А чего ж ты сразу туда не полетел?! — восклицаю. — Я ещё раз в твою пасть не полезу!

Лошадь бьёт копытом и согласно кивает. Дрейк хлопает глазами, смотрит на нас, на пещеру, и снова на нас:

— Я как-то не подумал… ну, давайте вы залезете мне на шею… — предлагает дракон и расправляет крыло, укладывая его на землю.

Гнедая тут же поднимается наверх, а я следую за ней. Добираемся до загривка. Лошадь устало плюхается на зад и указывает мордой на шип, торчащий из красной спины. Привязываю уздечку к нему. И сам хватаюсь покрепче.

В пару взмахов огромных крыльев оказываемся в пещере. Снова становится темно, но уже хотя бы не мокро. И ветра нет, а то я замёрз. Глаза постепенно привыкают к темноте — различаю шершавые стены, покрытый сталактитами потолок и кучи разбитой скорлупы.

— Это что? — спрашиваю, указывая на осколки.

— Остатки наших яиц. Где-то там и моё, — с печалью в глазах отвечает Дрейк.

— А почему яйца такие маленькие? — на вид, максимум мне по пояс.

— Да нормального они размера. Это просто я перестарался и вымахал таким огромным. А теперь не могу вернуть свой прежний облик…

Мы с лошадью переглядываемся. Кажется, нас ждёт увлекательная история.

— То есть обычно ты меньше? — спрашиваю.

— Да, во много раз.

— Как интересно, — задираю брови. — И что же произошло, раз ты вымахал таким громадным? Много каши ел? — нервно хихикаю.

— Жемчужин объелся, — с виноватым видом поясняет Дрейк.

Лошадь заливисто ржёт и бьёт копытом. Кажется, ей смешно. Только я что-то прикола не понимаю.

— Ну, объелся жемчужин и что?

— Это особые королевские жемчужины из Лаунарии.

— Чего?

— Совсем забыл, что ты не отсюда. Это подводное королевство северных русалок. Они выращивают лучшие жемчужины в мире. Деликатес, — говорит, причмокивая. — Да вот беда, на нас, драконов, он действует, как эликсир роста.

— Теперь не можешь уменьшиться обратно? — сажусь на камень, потому что разговор, видимо, предстоит долгий.

— Могу, конечно, но для этого мне нужны соцветия пурпурных водорослей.

— Тебе тоже надо их съесть?

— Ага, только достать их очень сложно. Растут они в той же Лаунарии на глубинных просторах Серебряного моря под охраной чудовищ. А после недавних событий мне туда путь закрыт.

— Что за события? — спрашиваю, а кобыла садится рядом со мной, навостряя уши.

— Ну, — мнётся Дрейк, ковыряя когтем камень под лапой. — Я тут это, те жемчужины без спросу взял и не только их. Ещё рубинов горсточку.

Лошадь закатывает глаза, а я спрашиваю:

— Горсточку, это сколько?

— Ну, вот столько, — складывает лапы лодочкой. Или, в его случае, фрегатиком. — Ну, или вот столько, — фрегат превращается в пятиэтажный круизный лайнер.

— Зачем тебе столько?!

— Да я съел-то всего один, — оправдывается. — Хотел попробовать огнём дыхнуть, а оказалось у меня аллергия на них. Я тогда был уже огромный, чихнул, ну и пожар случился. Лес сгорел, деревенька какая-то и башня Аполлинария Игнатовича.

— Ка-аво? — подскакиваю так, что лошадь шарахается от меня.

— Верховного чародея ордена Сияющей звезды и самого могущественного мага на свете. А что не так?

— Да имя у него больно уж человеческое.

Задумываюсь. Если я каким-то образом попал в этот мир, то и Аполлинарий тоже может быть попаданцем. А стало быть, знает, как вернуться домой. А откуда у него магия? Возможно, он не настоящий волшебник? Решаю прощупать почву.

— А что у него за магия? — невинно любопытствую. — Он там огненные шары бросает или у него есть волшебная стреляющая трубка?

Лошадка косится на меня и хлопает огромными ресницами.

— Насчёт трубки не знаю, а вот огненные и ледяные шары бросать он умеет, да и молнией шандарахнет, если захочет, — бормочет дракон и потирает лапу.

Ага. Значит, магия у него настоящая, а не какое-нибудь оружие, принесённое из нашего мира. Это вызывает массу вопросов. Вдруг я тоже могу научиться колдовать? А может, и нет. А имя волшебника просто похоже на земное.

— А он вообще кто? Эльф или гоблин какой-нибудь?

— Никто не знает, — говорит Дрейк, а лошадь согласно кивает. — Он вечно ходит в балахоне с капюшоном, скрывающем лицо.

— Так, ладно, мы отвлеклись. Аполлинарий Игнатович, наверное, расстроился, что ты сжёг его башню?

— Так сильно расстроился, что объявил на меня всемирную охоту, — поникает дракон. — И теперь я не могу добыть ни водоросли, чтобы уменьшиться, ни драгоценные камни, чтобы использовать магическое дыхание.

— Стоп-стоп-стоп! Ты можешь дышать чем-то ещё кроме огня?

Лошадь коротко фыркает и смотрит на меня, как на идиота. А Дрейк кладёт голову на передние лапы и грустно смотрит на меня:

— Да я вообще ничем дышать не могу без камней.

— Как это? Ты ж меня чуть не сжёг, когда я ну это, ну выбежал, вылез из, ну ты понял.

— Это остатки. Так, отрыжка, послевкусие, можно сказать.

— А если съешь изумруд, например? Зелёный камень, — уточняю, вдруг здесь иначе называется.

— Тогда буду ядовитым туманом дышать. А если сапфир — то в лёд всех превращать смогу.

— Круто!

— Может быть, когда за тобой не гоняются толпы охотников… я этих камней нигде не могу найти. Все вокруг хотят поймать меня, а я такой большой, что и спрятаться толком негде. Да и есть надо много.

Смотрю, дракоша совсем приуныл. Жалко его становится. И тут меня осеняет:

— Слушай, Дрейк, а давай мы с тобой сделку заключим: я помогу тебе водорослей добыть, а ты отвезёшь меня к порталу, откуда я явился, чтобы я мог вернуться домой.

Дракон поднимает морду и глядит на меня своими большими жёлтыми глазами, в глубине которых загорается луч надежды:

— Как же ты мне поможешь? Ты же из другого мира.

— Ну и что! Человек, знаешь, какое существо? Нигде не пропадёт. Везде приспособится. А ты поможешь мне, всё расскажешь. И лошадка у нас умная, поможет, — глажу её по гриве, а гнедая косится на меня.

— А что? Давай! Я согласен. Только имей в виду, дело это опасное. Пурпурные водоросли никто просто так не отдаст, даже за золото.

— Ничего, разберёмся. Полетели! — воодушевляюсь.

— Я устал, надо бы отдохнуть, — канючит Дрейк. — Да и ночь уже.

Смотрю на выход из пещеры, действительно, пока мы разговаривали, ночь наступила. Небо наполнилось звёздами, взошла луна, точнее, две — зелёная и бледно-розовая. Красиво, однако.

— Ну ладно, — соглашаюсь.

Дрейк кивает и сворачивается клубком. А я снимаю шлем и, за неимением постели, пристраиваюсь к тёплому лошадиному боку. Кобылка глядит на меня, фыркает, но тоже укладывается спать.

Засыпаю, но вдруг у дракона живот как заурчит. Пол под нами дрожит, а потом Дрейк ещё и прихрапывать начинает. Мы с лошадкой быстро переглядываемся. Кажется, ночка бессонной будет.

Птички не щебечут, солнышко не светит, только грохочут волны, разбиваясь о скалы, и завывает ветер. Открываю глаза. Нет, это не ветер. Это Дрейк сопит, обдавая меня своим дыханием.

Встаю и пытаюсь размяться. Всё болит, ничего не помогает. Сон на холодном каменном полу, даже в обнимку с тёплой лошадью — так себе удовольствие.

Снаружи ещё темно. Гнедая тоже просыпается и смотрит на меня усталым взглядом.

— Что, не выспалась? — спрашиваю.

Кобыла фырчит и отрицательно мотает головой.

— Да уж, рядом с таким гигантом особо не выспишься.

Лошадка встаёт и тоже разминает ноги, поднимая их по очереди. Осматривается и грустно нюхает камень под копытами. Вопросительно смотрит на меня.

— Есть хочешь? — похлопываю себя по животу и чувствую, что и сам голодный до жути.

Я ведь с прошлого дня не ел, да и не пил. Схлопотал такой стресс, что напрочь забыл о потребностях организма. Где тут туалет, кстати?

Оглядываюсь по сторонам и вижу, что лошадка выходит из-за кучи камней, обмахиваясь хвостом. Да кто-то уже облегчился. Встречаемся взглядами, та застывает и стыдливо отводит глаза. Мне даже кажется, что она покраснела.

— Не парься, — машу рукой. — Все свои.

Направляюсь за те же камни, но лошадь резко преграждает путь и начинает громко ржать. Такое ощущение, будто она меня только что обругала.

— Ладно, ладно. Пойду за другие схожу. Подумаешь, навоз! Королевский он у тебя, что ли?

Кобыла гордо вскидывает голову и глядит на меня сверху вниз, продолжая пофыркивать. Сдаюсь и иду справлять нужду за другую кучу камней.

Так, ну а кушать-то действительно охота. Только вряд ли в этой пещере что-то съестное найдётся. Даже летучих мышей не видно. Но я бы всё равно не стал их есть. Ещё ковида этому миру не хватало.

Надо будить Дрейка и лететь куда-нибудь, где есть еда.

Иду к нему. Кричу, топаю, скачу на его лапах, а он не реагирует. Лошадь помогает — громко ржёт, бьёт копытами по гигантскому носу, но дракону плевать. Спит, как младенец.

Цепляясь за чешую, залезаю по морде к самому уху и ору, что есть сил:

— Дрейк, проснись! У тебя диарея!!!

Еле удерживаюсь, потому что дракон моментально подрывается, начинает метаться по пещере и истошно орать:

— Где?! Где она?! Сними её с меня!

Несмотря на то, что я на волоске от смерти, бултыхаясь в двадцати метрах от земли, ржу, как ненормальный. Кобыла не отстаёт — валяется на камнях, задрав копыта вверх.

— Успокойся! Стой, стой! Я пошутил.

Не сразу, но дракон тормозит и опускает морду к земле, чтобы я мог слезть.

— Ну и шуточки у тебя, — бурчит. — Несмешные.

— Извини, — развожу руками. — Просто не знал, как тебя разбудить. Мы тут уже плясали на тебе, а ты всё дрых.

— А чего хотели-то? Ночь ещё, — показывает когтем на выход.

— Мы голодные. И ты, как я помню, тоже. Где здесь еды раздобыть?

— В деревню наведаться. Утром скот поведут пастись, можно парочку коров умыкнуть. Или… — Дрейк косится на лошадь, — можем поделить по-братски.

— Ни в коем случае! — возражаю. — Этот вопрос закрыт. И насчёт коров — ты разве не понял, что воровать нехорошо?

Дракон пару раз хлопает глазами и пристыженно опускает морду.

— Ты прав, — протягивает он.

— Да и вообще, ты такой большой, что даже прожевать никого не можешь. Коров живыми, что ли, собрался есть?

— Обычно я так и делаю, — говорит Дрейк и снова косится на лошадь. — Я вот эту увидел на дороге, да и слопал вместе с телегой. Там столько тыквы было…

— А хозяин? — в ужасе спрашиваю.

— Смыться успел, пока я за лошадью гонялся.

Кобыла возмущённо бьёт копытом и уничижающе глядит на Дрейка. Тот вздыхает:

— Извини, я просто кушать хотел. Кто ж знал, что ты разумная.

— Ладно, — говорю. — Кто старое помянет, тому глаз вон! Давай придумаем, как добыть еду законным способом. Варианты есть?

Дрейк отрицательно мотает мордой. А вот кобыла оглядывается по сторонам, подходит к куче скорлупы драконьих яиц и разбивает копытом одну из них.

— Ты чего буянишь?! — возмущается Дрейк, а гнедая фырчит и разбивает ещё одну скорлупу.

Хмурюсь и напрягаю извилины. Лошадь явно хочет что-то сказать, но что? Она внимательно смотрит на меня, потом на скорлупу и быстро-быстро бьёт по ней копытом, разбивая на мелкие черепки.

Точно!

— Слушай, Дрейк. А ваша скорлупа, она ценная?

— Э-э, не знаю, — дракон чешет когтем за ухом. — Наверное. Мы ж редкие.

— А где-нибудь поблизости есть торговцы? Рынок или типа того?

— Есть…

— Отлично! — хлопаю в ладоши. — Значит, решено. Осталось придумать, как забрать с собой эту скорлупу…

Хожу, брожу по пещере в поисках чего-нибудь: плаща там рыцарского, или сумки завалявшейся. Но, увы, здесь полностью пусто. Кроме камней и той самой скорлупы, ничегошеньки нет.

На лошади только уздечка, Дрейк, так сказать, голый. Нервно тереблю молнию своего полётного комбинезона, и тут меня озаряет. Я как тот дурачок, который ищет телефон, разговаривая по нему! Вот же, целый мешок размером с меня!

Комбез крепкий, плотный, точно выдержит скорлупу. Только нужно будет сначала её раздробить. Но с этим лошадь прекрасно справится.

Быстро расстёгиваю комбинезон и стягиваю рукава. А в этот момент Дрейк ошарашенно отпрыгивает от меня, заставляя пещеру ходить ходуном:

— Что это?! — вопит он. — Зачем ты снимаешь свою кожу?!

— Расслабься, это костюм. Одежда.

Видя, что у меня под комбезом футболка и спортивные штаны, Дрейк недоумевающе спрашивает:

— Зачем тебе одежда на одежду?

— Ты помнишь, как мы встретились? Это специальный костюм для полётов на дельтаплане. Кстати, где он? Ну, та штука, на которой я летел, когда ты меня слопал.

— Не знаю, — пожимает плечами дракон. — В зубах, наверное, застрял.

— Давай-ка посмотрим. А то мне его ещё вернуть надо, паспорт мой в залоге…

— Смотри.

Дрейк отрывает мощную пасть и вываливает язык, по которому я, как по мягкому склизкому мосту, забираюсь внутрь. Начинаю высматривать свой летательный аппарат. Пока не вижу, приходится зайти поглубже.

Вдруг замечаю между нижних клыков что-то сверкающее. Осматриваю и присвистываю. Это же меч! Да какой-то необычный — золочёная рукоять украшена крупными рубинами. Берусь за неё и тащу на себя.

— Ай-яй-яй! — жалобно взывает дракон и захлопывает пасть.

Едва успеваю отскочить, чтоб меня не расплющило клыками. Становится темно.

— Прости, прости, пожалуйста! — кричу. — Я не хотел делать тебе больно. Тут у тебя в десне меч застрял! Открой пасть, мне нужен свет!

И как только говорю это, клинок в моей руке словно оживает и начинает источать яркое сияние, алое, как луч заходящего солнца.

— Ого… — выдыхаю.

Пока разглядываю меч, в его свечении замечаю свой дельтаплан, торчащий между верхних зубов в самой глубине пасти.

— Нашёл! — воплю. — Погоди, не открывай пока!

— Угу, — сносит меня мощной вибрацией.

Поднимаюсь на ноги и шлёпаю к дельтаплану. Прикидываю и понимаю, что сам никак не достану. Снова кричу:

— Подними язык к нёбу! Только аккуратно! Я скажу, когда остановится.

Дрейк медленно изгибает язык, поднимая меня всё выше.

— Сто-ой! — кричу и хватаюсь за дельтаплан. Аккуратно раскачиваю его и достаю. — Опускай!

Скоро я уже стою снаружи. Немного мокрый, но довольный, как сто китайцев. Мало того что выудил свой дельтаплан, который почти не пострадал, так ещё и светящийся меч отыскал.

— Кого это ты съел? — вздымаю меч, который по-прежнему сияет алым.

Дракон недоумённо смотрит, а вот лошадка подходит ближе и с прищуром, внимательно осматривает оружие. Тычет мордой мне в руку. Она что, хочет рассмотреть мою новую игрушку поближе? Кладу клинок на две ладони и сую ей под нос.

Гнедая изучает — ходит вдоль меча, принюхивается, тихонько фыркает, будто что-то говорит. А потом замирает около рукоятки, начинает тыкать мордой в рубины, громко ржать и топать передними ногами.

— Я тебя не понимаю. Ну, красивая штука, и что?

А кобыла снова в камни тычет.

— Рубины, и что?

Тут до меня доходит.

— Рубины! — смотрю на Дрейка. — Ты же благодаря им можешь извергать огонь?

Но дракон не успевает ответить. Меч в моей руке вспыхивает жарким пламенем, и я от испуга роняю клинок под ноги. Огонь исчезает ещё до того, как меч касается камней.

— А, вспомнил, чей это, — говорит Дрейк. — Охотился на меня один рыцарь с пылающим мечом… Я его сожрал и боялся, что опять чихать буду из-за аллергии. Думал, пронесло, а меч, оказывается, в зубах застрял.

— Повезло тебе, а то бы всё вокруг спалил. Рубинов здесь много. Десятка два, не меньше.

Охота поэкспериментировать с мечом, но урчание в драконьем брюхе напоминает, что у нас есть более важные дела. Я и сам зверски хочу поесть, а ещё больше пить. Да и кобылку покормить не помешает.

Даю лошадке задание разбивать скорлупу, а сам складываю осколки в комбинезон, у которого предварительно завязал рукава и штанины, чтобы ничего не выпало. Набиваем комбез по самое не балуй, затягиваю шнурки на горловине — ну, вылитый труп! Причём обезглавленный. Жуткое зрелище.

Меч предусмотрительно оставляю в пещере, нечего такую цацу с собой таскать. Дрейк опускает крыло, забираемся к нему на загривок. Как и в прошлый раз, привязываю лошадь к шипу, сам натягиваю очки и командую:

— Полетели!

Когда мы отправляемся в путь, небо начинает светлеть. Дрейк летит прямо над водой, почти касаясь волн крыльями, чтобы нас не заметили. Скоро приближаемся к берегу. Вижу в отдалении небольшую гавань, множество мелких домишек и парочку крупных особняков. Всё это окружено крепостной стеной с несколькими башнями, над которыми на фоне занимающегося рассвета реют флаги.

Мы приземляемся подальше от городка. Дрейк сразу прячется, принимая вид скалы, почти весь погружаясь под воду. А мы с лошадкой топаем вдоль берега, через небольшой лесок, в направлении поселения.

Когда приближаемся, замечаю стоящую на отшибе рыбацкую хижину. Хозяина не видать, зато рядом на верёвках сушатся бельё и одежда. Красть, конечно, нехорошо, но выбор не особо велик. Если появлюсь перед местными в своей земной одежде — это вызовет много ненужного внимания.

Стягиваю неприметные коричневые портки, льняную рубашку и дорожный плащ с капюшоном. Здесь же за домом переодеваюсь, пока лошадь стоит на стрёме. Жаль, что ботинок не нашлось. Надеюсь, никто не обратит внимания на мои серые «найки».

На глаза попадается мешок. Думаю, стоит переложить осколки в него, чтобы не шокировать публику бутафорским трупом. Чем и занимаюсь, а потом взваливаю поклажу на спину гнедой, и мы продолжаем путь.

Топаем к воротам. Нам навстречу выходит красноносый стражник с алебардой наперевес. Из-под шлема торчат острые эльфийские уши. Подозрительно оглядывает нас и гавкает:

— Кто такие? Куда идёте?

Лошадь недовольно храпит, я глажу её по загривку. Улыбаюсь стражнику и начинаю зубы заговаривать:

— Здравствуй, уважаемый, — прикладываю руку к сердцу. — Какой хороший городок у вас. Сразу видно, жители здесь замечательные, — охранник тут же плывёт в улыбке, на щеках появляются ямочки, а в глазах — блеск. Продолжаю. — Мы, вот, с лошадкой ищем рынок, где можно добро продать да еды купить. Знаешь, где такой есть?

— Как не знать! Городок у нас торговый, на центральной площади все купцы собираются. У нас тут всё что пожелаешь, найти можно.

— Круто!

— Ась?

— Хорошо, говорю, достопочтенный страж.

— Откуда путь держите? Что везёте? — поглядывает на наш мешок.

— Товар у нас необычный. С большим трудом добыли скорлупу драконьих яиц. Вы не знаете, уважаемый, кому мог бы быть интересен наш товар?

У стражника округляются глаза:

— Это что же, целый мешок?

— Ну да.

— Во дела! Это вам надо к алхимику Фиссу. В этих краях только ему такая диковинка может пригодиться. Хотя, наверное, многие купцы заинтересуются. Но вы лучше сразу к Фиссу идите.

Стражник объясняет, как добраться к дому алхимика и с улыбкой пропускает нас в город. Идём с лошадкой по указанному маршруту и глазеем по сторонам. Улицы кишат народом: низкорослыми бородатыми гномами, подозрительными серокожими гоблинами, максимально похожими на людей эльфами и какими-то неведомыми зверушками, отдалённо напоминающих кошек и собак.

Не замечаю, как упираемся в высокий сиреневый забор, обвитый не менее сиреневым плющом. На калитке красуется надпись:

«Не стучите, всё равно не услышу. Я или на чердаке, или в саду за домом. Осторожно, цветы кусаются!»

— Цветы кусаются? Это нормально? — обращаюсь к лошади.

Та отрицательно машет головой и фырчит.

Ага. Значит, это алхимик начудил. Стоит держать ухо востро, мало ли что у него ещё за сюрпризы во дворе припрятаны.

Открываю калитку, и мы заходим внутрь. Вау! Столько разнообразных растений я в жизни не видел: здесь прекрасные лилии соседствуют с огромными кактусами, почему-то жёлтого цвета, и всякими причудливыми представителями местной флоры.

Делаем пару шагов. А старик-то не врал. Большие розовые пионы тут же наклоняются к нам и злобно клацают зубами, спрятанными среди лепестков.

— А-а! — бежим быстрее к крыльцу.

Да с таким садиком и сторожевые псы не нужны. Пионы продолжают щёлкать на нас клыками издалека, а большой мясистый гриб агрессивно шипит. Аккуратненько по стеночке заходим за дом.

А вот и алхимик, в причудливом костюме, защитных очках поверх обычных и огромных кожаных перчатках ковыряется в горшке с чёрным кактусом, покрытым алыми шипами.

— Здравствуйте, — говорю.

Алхимик вздрагивает и кричит, падая на землю:

— Ложись!

Но я не успеваю понять, что происходит. Моё лицо будто целый рой пчёл жалит. Ощущаю оцепенение во всём теле и столбом падаю на землю.

Вижу ярко-голубое небо и слепящее солнце, а следом возникает силуэт с растрёпанной причёской.

— Я же сказал «ложись», — говорит скрипучим голосом. — Теперь до обеда пошевелиться не сможете, — вырывает из моей щеки алый шип. — Хотя можно попробовать одно моё новое зельице, если вы, конечно, не против.

Я очень сильно против, прямо бастую, но сказать ничего не могу. Старый эльф выжидающе смотрит на меня, а потом внезапно смеётся:

— Точно! Вы же парализованы и ничего не можете сказать. Тогда давайте попробуем.

Мысленно ору и сопротивляюсь, но к моим губам уже прикасается холодная склянка с вязкой жидкостью. Ну и мерзость же на вкус — кислятина такая, едва не захлёбываюсь слюной. Начинаю кашлять и осознаю, что могу двигаться.

— Работает! Ура! — подпрыгивает старик. — А то появились бы у вас копыта, как у вашей лошади. Если ингредиенты приготовить неправильно, можно получить неожиданный эффект, — рассказывает алхимик.

Гнедая фырчит, поглядывая на меня. Встаю, отхожу подальше от зловещего кактуса, осматриваясь, чтобы не попасть под раздачу от ещё какого-нибудь растения.

— Как самочувствие? Как зелье на вкус? Сколько вам лет, юноша? Из какого вы племени? — заваливает меня вопросами старик. — Хронические болезни имеются? Бессонница? Колики? Насморк?

— Чувствую себя отлично. Зелье отвратительное. Мне восемнадцать. И вообще, мы к вам по делу, — говорю и натягиваю капюшон посильнее, чтобы эльф не увидел мои человеческие уши.

А ведь и, правда, хорошо, что зелье подействовало, он его явно не для людей готовил. Хотя на вид мы с эльфами не сильно отличаемся, может быть и внутри такие же.

— Что у вас за дело? Дайте угадаю, вам надо зелье для роста волос? Вы поэтому в капюшоне в такую тёплую погоду? Или, может, хотите один из этих замечательных пионов для охраны вашего палисадника? Нет-нет, наверное, вы хотите зелье вечной любви. Кто ваша избранница? Эльфийка, дриада, гоблин? А то для разных племён зелья разные.

— У вас есть зелье вечной любви? — изумлённо таращусь на старика.

— Помилуйте, голубчик, у меня есть всё! — поднимает указательный палец вверх. — Ну, разве что времени свободного да драконья скорлупа на исходе.

— Вот-вот, мы как раз по этому делу. У нас есть то, что вам надо!

— Хотите наняться в помощники и освободить мне время? — щурится Фисс.

— Нет, у нас есть драконья скорлупа, — подхожу к лошади.

— Неужели! — старик хлопает в ладоши и приплясывает. — Вы не шутите? Сколько у вас? Четверть, пол-унции?

— Э… не знаю, сколько это в унциях, но вот, полный мешок, — снимаю поклажу с лошади, ставлю перед стариком и развязываю.

Фисс ошарашенно глядит внутрь, беззвучно открывает рот, хватается за сердце и падает наземь.

— Ну вот, окочурился дедуля, — сетую я.

— Ни капельки не окочурился! — эльф внезапно открывает глаза. — Так, лёгкое помутнение рассудка. Вы, правда, готовы все это продать?

— Ну да. А на что она мне?

— Что вы! — алхимик подскакивает и хватает меня за одежду. — Из неё можно сделать зелье роста, первоклассную заживляющую мазь, эликсир мужской силы и женской…

— Стоп-стоп! — поднимаю руки. — Я понял. Ценная штука. Сколько за неё дадите?

— Пойдёмте в дом, — Фисс отпускает меня и семенит к вырвиглазно-зеленой двери. — Негоже решать такие вопросы на улице… как вас, кстати, зовут, юноша?

— Иван, — забираю мешок и следую за эльфом.

— Какое странное имя, — оборачивается алхимик и вдруг вопит: — Фу, неразумная! Фу! Эту траву есть нельзя!

Лошадь, оказывается, вовсю наяривает изумрудный газон. Смотрит на старика, фыркает, мол, отвали, и продолжает есть. Тут вдруг морда её начинает менять цвет с коричневого на такой же изумрудный, как трава. Потом зелёной постепенно становится шея и всё остальное. Кобыла, заметив своё преображение, испуганно ржёт и встаёт на дыбы.

— Тьфу! — Фисс машет рукой. — Сказал же, нельзя её есть! Ну да ладно, через пару часиков всё пройдёт… идёмте в дом. И эту с собой берите, а то ещё чего-нибудь слопает…

— Лошадь в дом? — удивляюсь я, пока та продолжает бесноваться.

— Конечно, конечно, у меня потолки высокие… найдём для неё нормальной еды. Как зовут?

Наверное, у старика память совсем дырявая.

— Иван, — напоминаю.

— Так же, как и вас?

А-а, так он про лошадь. Блин, а как её зовут?

— Сивка. Бурка, — перебираю первое, что приходит в голову. — Нет, Плотва!

— Сивка-Бурка-Нет-Плотва? — удивляется Фисс. — Какое длинное и странное имя, ещё страннее вашего…

— Да, мы прибыли издалека, — пытаюсь отмазаться.

— Как любопытно, — говорит старик, открывает дверь и приглашает нас внутрь.

Заходим и оказываемся в просторной круглой комнате, где всё заставлено книгами и горшками с растениями. По центру стоит большой стол, который ломится от обилия разномастных склянок с разноцветными жидкостями.

— Присаживайтесь, — эльф указывает на резной стул. — А Сивка-Бурка-Как-Её-Там может встать, где ей удобно… Только тут ничего нельзя есть! Особенно книги!

Сивка, судя по взгляду, не рискнёт попробовать что-либо ещё без спросу. Усаживается аккуратненько возле меня и прямо в глаза смотрит.

— Опасное местечко, да? — глажу её по голове. — Оба с тобой пострадали.

Алхимик сдвигает часть стекляшек со стола, освобождая место. Одна склянка падает и разлетается на мелкие осколки.

— Что разбилось? — вздрагивает Фисс. — А, ладно. Вряд ли это был туман смерти… Я сейчас вернусь.

Мы с кобылкой переглядываемся и одновременно отсаживаемся подальше от разлитой по полу голубой жидкости.

Несколько минут сидим, ждём. А потом появляется Фисс, и в руках у него внушительных размеров котёл. Ставит его на стол, и я вижу, что тот полон сверкающих золотых монет.

Сползаю со стула, держась за грудь. Кажется, теперь у меня сердце прихватило…

— Что с вами, юноша? — бросается ко мне алхимик. — Я знаю, знаю, извините, что так мало… Вы, должно быть, преодолели великие трудности и опасности, чтобы добыть столько скорлупы! Наверняка вам даже пришлось сражаться. Вы, несомненно, могучий воин, раз смогли одолеть дракона! Ведь ни один из них не отдаст даже крохотный кусочек скорлупы по своей воле.

Ага, думаю про себя. Значит, драконы в этом мире не очень добрые существа. Интересно, почему тогда Дрейк такой приветливый? Пожалуй, не стоит никому рассказывать, что я вожу с ним дружбу…

— Ну что же вы молчите?! — трясёт меня эльф.

— Всё хорошо, — прихожу в себя и сажусь обратно на стул. — Этих денег более чем достаточно.

— Да тут нет и половины от необходимой суммы! Вы так великодушны, о благородный Иван из далёких земель! Позвольте в качестве моей признательности угостить вас завтраком. Вы едите яйца?

— Чьи? — на всякий случай уточняю, прищурившись.

— Златопёрых куропаток. В ваших землях их не разводят?

— Нет, такого я ещё не пробовал.

Да я вообще в этом мире ещё ничего не пробовал…

— Значит, омлет! — восклицает старик и хлопает в ладоши. — А Сивке — лучший овёс! Обождите, я скоро вернусь!

Эльф семенит в другую комнату. Оттуда раздаётся звон посуды и почти мгновенно Фисс возвращается с тарелкой в одной руке и глубоким тазиком в другой. Тарелку ставит передо мной, а тазик — перед лошадью.

Омлет источает притягательный аромат. Мой живот сразу же издаёт радостное урчание. Хватаю вилку и, обжигаясь, отправляю в рот огромный кусок. М-м-м, восхитительно! Божественно! Великолепно!

— Приятного аппетита, — улыбается Фисс. — Вам нравится?

— Угм. Обавденно фкуфно, — говорю с набитым ртом.

— Замечательно! — эльф прикладывает ладонь ко рту, будто собирается рассказать секрет. — Мой личный рецепт. Богатство вкусу придаёт слизь дорлийской улитки.

Застываю на секунду и, не жуя, проглатываю. Отставляю тарелку. Всё равно уже наелся, порция была огромной. Теперь главное — не думать о том, что в омлете была слизь улитки. Будет невежливо вернуть гостеприимному старику приготовленный им завтрак.

Кобыла в это время опустошила тазик и, кажется, начала постепенно возвращать свой естественный цвет. Фисс подсаживается ко мне так близко, что чувствую его дыхание. Понятие личного пространства у него, похоже, отсутствует.

— Расскажите, дорогой Иван, как вы добыли столько скорлупы? Вы убили дракона? Как вам удалось? А какого размера он был? Какого цвета? Что за дыхание использовал?

— Э-э… — теряюсь в этом вихре вопросов. — Ну, он был размером где-то с ваш дом. Или чуть поменьше. Красного цвета, с жёлтыми глазами, — не знаю, какие ещё драконы бывают, поэтому опишу которого видел.

— Не может быть! — восклицает старик. — Это представитель редчайшей породы дракариус игнис! Где вы его встретили?! Считалось, что они все вымерли!

— Правда? — а Дрейк, оказывается, не простой дракон даже для этого мира.

— Ещё бы! Бесконечно жаль, что вы убили столь уникальный экземпляр. Лучше бы он убил вас…

У меня округляются глаза, а кобыла, которая всё это время давилась ржачем, начинает гоготать во весь голос.

— Я не то имел в виду! — махая перед моим носом сухими ладонями, восклицает Фисс. — Конечно, вам пришлось это сделать. Да и скорлупа мне очень пригодится… Но скажите же мне, умоляю, где осталась туша? С неё же можно собрать столько бесценных ингредиентов!

— Он упал в океан, — говорю. — Даже не уверен, что он мёртв, если честно. Может, я его просто ранил.

— О, это было бы чудесно! Но если тело затонуло — его можно достать! Знаете, я недавно открыл новую форму дыхательного зелья!

— Дыхательного? — поднимаю бровь. — С ним можно дышать под водой?

— Вот именно! Теперь — целые сутки! Правда, могут быть побочные эффекты… Но я с этим разберусь, не переживайте.

— Какие побочные эффекты?

— Несварение желудка, — Фисс начинает загибать пальцы, — головокружение, появление чешуи на лице и во всяких неожиданных местах, сильная светочувствительность сохраняется несколько дней… Вроде всё. А, ещё понос.

— Давайте так, — предлагаю. — Вы избавитесь от побочных эффектов, особенно от последнего. А я куплю у вас зелье и попробую найти тело дракона.

На самом деле зелье нужно мне, чтобы добыть те самые пурпурные водоросли. Вот и способ отыскался, а то я голову ломал, как попасть в подводное царство.

— Купить?! Что вы, я и так вам должен! Готов снабдить вас на целую неделю поисков.

Обманывать нехорошо, конечно. Да и золота старик заплатил кучу. Я же не собираюсь искать никакого дракона. Надо предложить ему другой вариант.

— Может, я вам принесу ещё что-нибудь?

Эльф ненадолго задумывается, теребит и без того растрёпанные волосы.

— А вы знаете, юноша, под водой ведь и, правда, можно найти много всего полезного! Давайте, я подумаю и составлю список. Приходите через пару дней, всё будет готово.

— Договорились, — улыбаюсь и тяну ему руку для рукопожатия.

Вместо этого Фисс заключает меня в неожиданно крепкие объятия и причитает о том, как ему повезло встретить столь храброго героя. Засмущал меня прямо.

Прощаюсь, и мы с Сивкой идём на рыночную площадь. Золото пока что оставляю у Фисса, беру с собой только пару горстей, сложив их в подаренный эльфом кошель.

Сами мы поели, теперь пора запастись едой для Дрейка. И заодно купить другие необходимые вещи.

Фэнтези-шопинг начинается!

Рынок именно такой, каким я его представлял — шумный, суетной, с обилием ярких ароматов. Тут продаётся всё подряд — от специй и сушёной рыбы до мечей и топоров.

Начинаю с того, что покупаю себе добротные сапоги и комплект походной одежды — крепкую рубашку, плащ, штаны для верховой езды и несколько тёплых вещей про запас. А ещё широкую повязку из мягкой ткани, чтобы закрыть свои человеческие уши. В капюшоне жарковато.

Отвожу Сивку на конюшню, чтобы её как следует почистили и набили новые подковы. Там же покупаю седло, попону, седельные сумки и новую узду. Всё — наилучшего качества, ибо денег у меня навалом.

И, кажется, моё богатство не осталось незамеченным. Когда отправляюсь дальше по торговым рядам, за мной увязывается пара гоблинов бандитского вида. Держу руку на кошеле и подхожу к стоящему на углу стражнику, чтоб узнать, где здесь кузница. Гоблины тут же испаряются.

А я действительно топаю в кузницу. Покупаю хороший нож, топорик для дров и ножны для волшебного меча. Размер определяю на глазок, потому что клинок остался в пещере. Надеюсь, не ошибся.

Теперь дело за малым — купить и пожарить стадо овец. Или коров. Сколько Дрейку надо-то? Что-то я не спросил.

Иду на манящий запах жареного мяса. Оказываюсь среди прилавков, заваленных неведомыми фруктами, овощами, сладостями и прочими яствами. В конце ряда, под большим навесом, расположено что-то вроде таверны. Здесь жарят мясо, наливают эль, и храпят на столах пьяные гномы.

Решительно направляюсь к хозяину заведения, которого определяю безошибочно. Двухметровый дядя с огромным пузом и зеленоватой кожей распекает плачущего поварёнка за то, что тот не доложил моркови в похлёбку:

— Это мой трактир, и всё должно быть так, как я скажу! Посетители должны быть довольны! — басит он на всю округу.

— Хороший подход к делу, — говорю я, приближаясь и позвякивая кошельком.

Дядя смотрит сначала на кошелёк, потом на меня и расплывается в радушной улыбке. Обращаю внимание на два клыка, выпирающих из-под нижней губы. Да и в целом выглядит трактирщик устрашающе. Чем-то похож на встреченных ранее орков. Кто он такой?

— Чем могу служить, уважаемый? — не глядя, даёт поварёнку подзатыльник и жестом велит скрыться.

Сажусь за ближайший свободный столик и приглашаю хозяина к разговору. Тот громоздится на хлипкий стульчик, продолжая улыбаться:

— Чего изволите, господин?

— У меня тут праздник намечается, — выдумываю на ходу. — Надо бы стол накрыть.

— С радостью организую! Давайте выпьем и обсудим детали.

Он поднимает руку над головой и щёлкает пальцами. Рядом с нами тут же появляется щекастенькая разносчица с большими спелыми персиками. Засматриваюсь. Ого, какие огромные. Так бы и впился зубами…

Кажется, я всё-таки не наелся у старика. Кстати, я о фруктах, которые лежат на подносе. Они реально очень крупные, на Земле таких не встретишь.

Разносчица выставляет персики на стол и вместе с ними две кружки.

— Спасибо, — благодарю девицу.

Пухлые щёчки наливаются румянцем, и она смущённо поправляет волосы, открывая длинные уши. А эльфы в этом мире отличаются от тех, что я видел в фильмах и играх. Там они высокие, стройные и заносчивые. А местные — как обычные люди, только с длинными ушами.

Впрочем, я слишком мало видел в этом мире, чтобы судить.

— Сколько гостей будет на вашем празднике? — спрашивает хозяин.

— Много, и все обжоры, — усмехаюсь. — Нужно побольше мяса. Считайте, предстоит накормить огромного дракона.

Улыбка трактирщика становится ещё шире, в глазах появляется алчный блеск.

— Я знаю отличного мясника…

Договариваемся, что к завтрашнему утру для меня будут готовы десять жареных барашков и корова. Про себя соображаю, что нужна повозка, чтобы всё это отвезти.

Оставляю задаток, и мы отмечаем заключение сделки. Делаю глоток терпкого напитка и кусаю сочный персик, который размерами готов поспорить с дыней.

Сам не замечаю, как он исчезает у меня во рту. Забираю оставшиеся, чтобы угостить Сивку.

Кстати, о Сивке. С ней наверняка закончили, надо забрать. А то вдруг лошадка волнуется, где это я пропал.

Выходя из трактира, снова замечаю тех подозрительных гоблинов. Они следят за мной из-за угла и тут же скрываются, когда оборачиваюсь. Как-то не по себе становится. Надо быть осторожнее.

Забираю Сивку — выглядит она теперь отлично. Грива расчёсана, шкура сверкает, новые подковы звонко цокают по мостовой. Покупаю крытую повозку — думаю, она мне ещё пригодится. Складываю в неё всё, включая запас провизии для себя и кобылы.

Возвращаюсь к Фиссу. Добрый старик с радостью соглашается приютить нас на ночь.

Наутро прощаюсь с алхимиком, забираю готовое мясо — его при мне рубят на части и засовывают в бочки, которые грузят в новенькую повозку. Сивке тяжело столько тащить, и она глядит на меня, как на изверга.

— Ну потерпи, пожалуйста, — утешаю копытную. — Дрейка же надо накормить. А то он всё ещё поглядывает на тебя как на еду.

Чтоб немного облегчить задачу, слезаю с козел и иду пешком. Выходя из города, не забываю постоянно оборачиваться. Вчерашних гоблинов вроде не видно, но лучше перебдеть. Теперь у меня монеты не только в кошельке, но и в повозке. Целый котёл. Даже не знаю, сколько их там.

По пути из города снова натыкаемся на рыбацкую хижину. Хозяин, видно, только вернулся, привязывает лодку. Решаю отплатить за свой недостойный поступок и покупаю у него весь улов. Плачу за него вдвое больше, чем попросил рыбак.

Старик рассыпается в благодарностях великодушному господину, не подозревая, что этот самый господин вчера спёр его портки.

Едем дальше. Дорога идёт в гору, и мне приходится толкать телегу сзади, чтобы помочь бедной Плотве. То есть Сивке.

Заходим в лес, углубляемся. Уже виднеется скала, которой прикинулся Дрейк. Но слышу треск, эхом разносящийся по округе. Кричат перепуганные птицы, Сивка встаёт на дыбы, и прямо перед нами на дорогу падает дерево.

Бегу успокоить кобылу, а тут и сзади валится ещё одно. Смотрю, а из леса выходит целая орава гоблинов под предводительством тех двоих, которые следили за мной в городе.

Гоблины мелкие, мне по пояс. Вооружены всякой дрянью вроде дубинок и ржавых ножей. Но их много, а я один.

Не подаю виду, что мне страшно, и выхватываю из повозки топор. Готовлюсь дать местным гопникам неравный бой.

— Эй, чепушилы! — кричу как можно громче, чтобы Дрейк меня услышал. — Да вы знаете, на кого рыпаетесь?! Слышь ты, ушастый! Я Иван, грозный укротитель драконов!

В нестройных рядах серых коротышек разносится гогот. Согласен, на терминатора не тащу. Но попытка не пытка. Кобыла скептически глядит на меня и мотает головой. Отмахиваюсь от неё и снова громко ору, в надежде, что дракон проснётся и придёт на помощь.

— Чё ржёте, недомерки! — гляжу им за спины, а горы-то уже нет. Ехидно улыбаюсь. — Сейчас я покажу вам свою мощь! — раскидываю руки в стороны и поднимаю голову к небу. — Дрейкурабра кадабра, да наступит ночь среди дня, да разразится смертельная буря, да задрожит земля под ногами этих зачуханцев!

Гоблины смеются пуще прежнего и двигают в мою сторону. Но тут и впрямь поднимается нешуточный ураган. С деревьев слетает листва и трава гнётся к земле. На нас опускается тьма, недомерки резко прекращают веселье и тормозят на месте. И тут трещат деревья, раздаётся грохот, а земля беспощадно дрожит.

Это Дрейк, загородив собой солнце, приземляется за спинами ошалевших малорослых грабителей. Настал мой черёд смеяться. Вон, Сивка уже разошлась.

Гоблины один за другим оборачиваются и застывают с гримасами ужаса на лицах. Дракон опускает голову, снова становится светло, он внимательно осматривает воришек и причмокивает.

— Бу, — говорит Дрейк, а коротышки кидаются врассыпную. — Гоблинов я ещё не пробовал! — восклицает и вытягивает шею.

Щёлк. Нескольких гопников как не бывало. Остальные скрываются в зарослях, но дракон успевает слизнуть ещё парочку.

— Что это вы мне гоблинов на завтрак привели? — возмущается Дрейк. — Они разбежались, я толком не наелся. Думал, вы мне коровку жареную принесёте, ну или барашка хотя бы.

— Дэсять барашков, дарагой, — изображая грузинский акцент, говорю, — десять и коровку. А эти хотели нас нагло грабануть и забрать всё нажитое непосильным трудом.

— Ух ты, — облизывается дракон.

— Давай-ка, вернёмся в пещеру, а то нашумели мы. Там безопаснее будет.

Дрейк не спорит. Я залезаю ему на холку, а он складывает лапы лодочкой и бережно берёт гнедую с повозкой. Летим домой.

На месте разгружаю покупки. Под пристальным взглядом дракона открываю первую бочку с мясом. Пещеру наполняет аромат хорошо прожаренной баранины. Дрейк, истекая слюной, вываливает язык, а я вываливаю на него содержимое бочки. Дракон тут же проглатывает угощение.

— Ты не торопись, — говорю. — Насладись вкусом.

— Как это? Я не умею.

— Ну, подержи немного во рту, языком пошуруди. Распробуй, прежде чем глотать, — улыбаюсь и открываю вторую бочку.

Дрейк следует моему совету. На всю пещеру раздаётся довольное урчание. Даже лошадь отвлекается от разглядывания новых подков. Дракон жмурится от удовольствия и, как щенок, виляет хвостом.

— Хочу ещё, — говорит и снова вываливает язык.

— Ты ведёшь себя как маленький, — смеюсь. — Сколько тебе лет?

— Лет? — изумляется Дрейк. — Мне ещё года нет. только шесть месяцев.

Бочка валится у меня из рук и баранина разлетается по полу. Сивка, громко цокая, подходит к нам и свешивает голову набок, осматривая «младенца».

— Как это, шесть месяцев? — воплю я. — Почему? А где твои родители? Они случайно не вернутся?

— Это вряд ли, — вздыхает Дрейк. — С той стороны никто не возвращается.

— С какой стороны? — спрашиваю, потом до меня доходит. — Так ты сирота.

— Нигде я не сирота, — заглядывает себе под хвост. — Я же ещё не ел толком.

Задираю брови. Он явно меня не понял. Да и не знает, что такое сирота, вот и перепутал с другим созвучным словом.

— Я не то имел в виду. Твои родители погибли? — спрашиваю.

— А-а. Да. Отца охотники забрали. А мать после нашей первой встречи, когда я вылупился, никогда и не видел.

Лошадь подходит к дракону и упирается мордой в его огромную лапу, типа жалеет.

— Как же ты один выжил? — удивляюсь.

— Как-то так. Сначала летал туда-сюда. Потом учуял камни и налопался их. Я ж не знал, что стану таким огромным. На меня сразу объявили охоту. Пришедших по мою душу я съел. А затем прятался несколько дней. А как проголодался, к городу полетел, где её проглотил, — косится на Сивку. — Ну а дальше ты знаешь, на обратном пути с тобой повстречались.

— Вот это да, — выдыхаю. — Я и подумать не мог, что ты ещё ребёнок. Ну главное — не грусти, мы тебе поможем. Размер твой вернём и с Аполлинарием, как его там, договоримся, чтобы он тебя простил.

«А заодно, — думаю про себя, — может, маг и меня домой вернёт».

— Я и не грущу. Ну что там? Кушать дальше будем? — задорно говорит Дрейк.

Лошадь согласно фырчит. А я с улыбкой достаю мешок овса для неё, а сам присоединяюсь к Дрейку, и мы вместе уплетаем баранину.

Через пару дней вернёмся в город за зельем подводного дыхания и отправимся к русалкам на поиски пурпурных водорослей.

Следующим утром я проснулся раньше всех. И что-то взгрустнул. Я вдруг понял, что прошло уже несколько дней, а я ни на шаг не приблизился к возвращению домой. Родители и друзья, наверное, думают, что я разбился на дельтаплане и лежу где-нибудь среди гор.

Кажется, я начинаю скучать даже по младшей сестрёнке, которая вечно надоедала своими вопросами и просьбами поиграть. А уж как я скучаю по компу и интернету! Словами не передать.

Иду к выходу из пещеры. Вижу, как солнце встаёт из холодных глубин океана. Сажусь на край и предаюсь меланхолии, наблюдая, как чайки летают над туманными водами.

Слышу сзади цокот копыт. Не оборачиваясь, продолжаю упиваться грустью. Гнедая плюхается рядом и внимательно на меня глядит. А потом фыркает и тыкается мордой в плечо, будто понимая мои чувства.

— Чего не спишь? — угрюмо спрашиваю.

Лошадка фыркает и качает головой, кажется, и ей грустно.

— Тоже скучаешь по кому-то?

Неопределённо мотает гривой и как будто пожимает плечами.

«Ведёт себя совсем не как лошадь, — думаю. — Интересно, а другие настолько же разумные, как наша Сивка, или она уникальная?»

Вместе сидим, наблюдаем за рассветом, пока размеренный шум волн не перебивает чудовищный рёв. От неожиданности чуть не падаем с обрыва. Вскакиваю, оборачиваюсь — оказывается, наш младенчик всего лишь решил зевнуть.

— Доброе утро, — бормочет он, приоткрывая один глаз.

— Доброе, — нервно хохочу, отходя подальше от обрыва. — Раз ты проснулся, пора лететь в город.

— Ну ещё чуть-чуть, — канючит Дрейк и сворачивается клубочком.

— Давай, полетели, пока ещё не все проснулись. Я тебе барашков куплю, — лукаво улыбаюсь.

Гнедая позади задорно фыркает и идёт к дракону. Тыкается мордой в его огромную лапу, подгоняя встать.

Кое-как расталкиваем спящего малыша, завтракаем и летим в город. На месте Дрейк опять прикидывается скалой, а мы с лошадкой неспешно топаем по уже знакомой дороге. Пустую повозку Сивке тянуть легко, так что она даже не против, что я сижу на козлах.

В этот раз я взял с собой зачарованный меч. Пока мы жили пару дней в драконьей пещере, я вовсю экспериментировал. Убедился в том, что оружие реагирует на голосовые команды. Считай Алиса или Сири, жаль, в интернет доступа нет. Да и команд знает всего две: «огонь» и «свет». Всё остальное, что я говорил, не сработало.

Хочу показать меч Фиссу — возможно, прошаренный эльф разберётся, как совладать с артефактом.

Недалеко от города не забываю накинуть капюшон, чтобы никто не распознал во мне человека, вдруг повязка сползёт.

На воротах всё тот же красноносый эльф. Завидев нас, он прямо-таки бежит навстречу:

— Добро пожаловать, достопочтенный Иван из далёких земель!

— Э-э… и тебе привет, — недоумеваю, в чём причина такого торжественного приветствия.

— Рад снова приветствовать вас в нашем городе, — расшаркивается стражник. — С чем на этот раз пожаловали?

— У меня встреча с алхимиком, — пожимаю плечами.

— Снова скорлупу везёте? — с любопытством поглядывает на телегу. — Целый воз?

— Не, сегодня мы сами за покупками. Зелья надо да пару бочонков мяса.

— Для вашего дракона? — шёпотом спрашивает стражник и озирается по сторонам.

— А? Какого дракона? Нет у меня никакого дракона! — лупаю на красноносого.

— Да ладно вам, не прибедняйтесь, — хитро улыбается, — уже весь город в курсе, кто вы на самом деле.

В изумлении переглядываюсь с лошадкой. Она качает головой, типа не к добру это. И я с ней согласен.

— И кто же я? — сдержанно спрашиваю.

— Кто-кто! Иван — грозный укротитель драконов! — чеканит стражник.

Ага. Значит, выжившие гоблины добрались до города и всем растрепали, что я вожу дружбу с чешуйчатым. Неувязочка вышла. Не уверен, хорошо это или плохо. Как вообще тут относятся к драконам? Знать бы, не грозит ли Дрейку или мне наказание за съеденных коротышек.

Но служитель закона весь такой вежливый и вроде не собирается меня арестовывать. Может, он не в курсе. Интересно, что эти гоблины наплели.

— Большое спасибо за тёплую встречу, но мне уже пора. Меня господин Фисс ждёт, — спешу откланяться.

— Конечно, не смею вас задерживать, — широким жестом стражник приглашает пройти через ворота.

Беру поводья и направляюсь к алхимику. Пока идём с гнедой по узким улочкам утреннего города, замечаю, что на нас все смотрят и перешёптываются. Пара эльфийских ребятишек бегут за повозкой:

— Дядя, покажи дракона!

— Потом как-нибудь. У дяди важные дела, — вежливо отнекиваюсь и спешу к особняку Фисса.

Тот встречает меня, будто знал, что я приеду. Запускает во двор вместе с повозкой, и закрывает ворота, отсекая нас от толпы зевак.

— Ну и дел вы наворотили, дорогой Иван! Что ж вы мне сразу не сказали, как всё обстоит на самом деле?

— Простите, — бурчу. — Не хотел, чтобы моему товарищу причинили вред.

Эльф глядит на меня с умилением и, кажется, под очками даже заблестели слёзы.

— Идёмте в дом. И Сивка пусть проходит. Думаю, нам есть что обсудить.

Заходим. Старик сразу начинает хлопотать, накрывает на стол — ставит чай и сладости, которые подозрительно напоминают засахаренных гусениц. Может, я в Китай попал?

Фисс с добродушной улыбкой садится напротив меня и складывает пальцы домиком.

— Ну что, юноша, — неспешно начинает разговор, — поведайте же мне истинную историю.

— Э, я, — мнусь, — никакой не грозный укротитель драконов. Я как бы не из этого мира, попал сюда через какой-то портал. И так вышло, что сразу столкнулся с драконом. Мы подружились. Оказалось, что он совсем маленький и ему очень нужна помощь. А ещё, — снимаю повязку с головы, — я человек.

Рассказываю всё как есть. Думаю, что Фиссу можно доверять, не похож он на охотника за головами. А когда я вернусь домой, Дрейку понадобится кто-то, кто за ним присмотрит.

Фисс несколько секунд сидит молча, глядя на мои уши. А потом взрывается фейерверком эмоций:

— О, небеса! Неужели всё это правда?! Откуда вы? Как выглядел портал? Фрактальный или энергетический? Вы сами его сделали? Какие у вас намерения? А ваш дракон? Что за порода? Он такой, как вы описывали? Это правда дракариус игнис? Какого он размера? Не тот ли это дракон, что ограбил башню Верховного чародея ордена Сияющей звезды?

— Тот, — успеваю ответить на последний вопрос.

Эльф только набрал воздуха в грудь, чтобы продолжить бомбардировку, но тут же осекается:

— О, бедное создание! — сокрушается Фисс. — Какая печальная судьба. Как хорошо, что на его пути повстречался такой благородный герой, Иван из далёких… А откуда вы? Как называется ваш мир? А он далеко? — снова извергает поток слов.

— Погодите минутку, — выставляю руки, — дайте ответить хоть на один вопрос.

Алхимик делает глубокий вдох и закидывает в рот горсть неясных сладостей, испытующе глядит мне прямо в глаза.

— Мой мир называется Земля.

Фисс судорожно глотает и перебивает:

— ВАШ? Вы господин в вашем мире? Вы его создатель? Какой у вас титул? Вам поклоняются?

— Стоп-стоп-стоп! — восклицаю. — Я самый обычный человек. Нас таких восемь миллиардов.

Глаза Фисса расширяются, и он закрывает рот обеими ладонями, видимо, сдерживая лавину вопросов.

Общаемся в таком формате несколько часов. Рассказываю эльфу про родную планету, подробности про портал и про то, как я собираюсь помочь Дрейку.

Алхимик, максимально сдерживаясь, но слегка подпрыгивая на табурете, клятвенно обещает посодействовать в наших странствиях. Говорит, сделает всё, что в его силах — создаст столько любых зелий, сколько нам понадобится; обеспечит крышей над головой и окажет всяческую поддержку. Но с одним условием, он НЕМЕДЛЕННО хочет познакомиться с Дрейком.

Соглашаюсь. Такой союзник, как Фисс, нам пригодится. Так что, сделав в городе необходимые покупки, едем к Дрейку.

— Вот, — указываю на торчащую из воды скалу.

— Позвольте, юноша, но здесь нет никакого дракона, — раздражённо говорит Фисс, поправляя очки. — Похоже, вы всё-таки бредите. А я так надеялся…

— Ладно, Дрейк, — усмехаюсь, — покажись. Господин Фисс наш друг.

Но ничего не происходит. Стою и думаю, может, это не та скала?

Старик вздыхает:

— Ну, ничего, я знаю отличный рецепт снадобья от галлюцинаций.

— Дрейк, ну не позорь меня, — цежу. — Фиссу можно доверять.

Гнедая громко фыркает и бьёт копытом по скале.

— Апчху! — нас обдаёт снопом искр.

Дрейк предстаёт во всей красе, расправляя исполинские крылья. Почёсывает когтем морду и обиженно гундосит:

— Зачем по носу? Я просто задремал, не выспался.

Поворачиваюсь к Фиссу, а тот стоит разинув рот, не обращая внимания на тлеющую мантию. Кидаю горсть песка на подол, чтобы остолбеневший эльф не превратился в факел. А тот не обращает ни малейшего внимания. И затем, издавая восторженный визг, бросается к дракону.

— Чего это с ним? У него диарея? — пугается Дрейк, отступая в море.

— Тридцать три пикси мне в бороду! — орёт алхимик во всё горло. — Он живой, он настоящий! Дракариус игнис во плоти! Какое счастье лицезреть тебя, о благородный хозяин небес!

— Ну, я тоже рад вас видеть, дядя, — вежливо кивает Дрейк и с отчаянием смотрит на меня.

Улыбаюсь и пожимаю плечами. Мол, что поделать, такой вот несдержанный дедушка.

Когда Фисс немножко успокоился, мы смогли его расспросить и узнали все, что известно старику о происхождении Дрейка. Оказалось, что его вид очень редкий и толком не изучен. Вот, например, шикарное умение притворяться скалой — абсолютно уникальное среди драконов.

Эльф поведал, что такой навык относится к разряду магии иллюзии. И если Дрейк будет упорно тренироваться, то сможет творить и более впечатляющие миражи. Например, создавать призрачных двойников.

С мечом Фисс помочь не смог — в оружии не шарит, не та специальность. Его профиль — баночки, скляночки и нереалистичная любовь к драконам и другим редким существам.

Напоследок эльф обеспечил нас всевозможными зельями, которые только могут пригодиться в подводном путешествии. Я честно пытался запомнить, какое снадобье для чего нужно. Благо на склянках рисунки для тех, кто не умеет читать. А местный язык мне неизвестен.

— Ну, дорогие, — распахивает руки Фисс и прижимает меня к себе, — безумно рад знакомству. Будьте осмотрительны, русалки не любят чужаков. Опасайтесь крабов и помните, морских пикси не бывает, — с умным видом заключает. — Ах да! Чуть не забыл, — протягивает мне свиток со списком ингредиентов и пригоршню драгоценных камней для Дрейка.

Благодарим старого эльфа за помощь, прощаемся и летим на север в королевство морских русалок.

Поглядываю на удаляющуюся фигуру Фисса, который продолжает махать и что-то кричать нам вслед. Чувствую, что теперь начинается настоящее приключение. Я весь в нетерпении!

Приземляемся. Вокруг ничего — только острые скалы и покрытые снегом камни. Беспокойный серый океан швыряет волны на берег, перебирая гальку. Так и не скажешь, что здесь под водой находится царство русалок.

Но Дрейк утверждает, что место именно то.

Выпиваю зелье защиты от холода, со снежинкой на этикетке. А то северный ветер пробирает до костей. Я как-то не подумал, что мы заберёмся в такую холодную даль. Вещи бы тёплые взял…

Зелье вкусное, сладенькое. Правда, в животе после него урчит, но это мелочи.

Сивку накрываю попоной, а та жмётся к дракону. Он горячекровный, мороз ему нипочём.

Летели мы сюда целые сутки. Дрейк не спал, всю ночь махал крыльями. Зато теперь сладко зевает и сворачивается клубочком.

— Я вздремну, — мурлычет он. — Устал.

— Спи, — говорю, доставая из сумки зелья. — Под воду всё равно мне одному лезть.

И не то чтобы мне это нравится. Но выбора нет. Лошадь точно не ныряльщик, а дракон слишком большой. Я планирую обставить всё тихо, а у громадной ящерицы навык стелса на нуле.

Поэтому оставляю Дрейка спать, а Сивку греться у него под крылом. Чешуйчатый «малыш» активирует иллюзию, и теперь его не отличить от одной из окружающих скал.

Выпиваю зелье подводного дыхания, полирую микстурой ночного зрения. Под водой света мало, однозначно пригодится. Смотрю, что ещё может мне понадобиться.

Внимательно изучаю список Фисса. Хорошо, что он снабдил его картинками. Читать-то на здешнем языке я не умею.

Пунктов много, даже не надеюсь, что всё запомню. Главное, найти водоросли для уменьшения Дрейка. Выглядят они как букет одуванчиков на одном стебельке. Думаю, не пропущу. На земные водоросли вообще не похоже.

Прячу в карман пастилки силы — на случай драки. В другой кладу пилюли скорости, вдруг надо будет резко смыться. Главное, не перепутать, а то выглядят они почти одинаково.

«Запомни, Ваня — сила в правом кармане, скорость в левом».

Ну и, конечно, беру ещё по зелью дыхания и ночного зрения. Не хочется, чтобы эффект пропал на глубине пары сотен метров.

Остаюсь в одних штанах и рубашке, плюс сумка через плечо. Не лучшая одежда для ныряния, мне бы гидрокостюм. Ну да ладно, сойдёт. Плаваю я хорошо. В прошлом году даже дайвингом в Турции занимался… два раза по полчаса.

Чувствую, зелья подействовали. Дышать становится тяжело, свет режет глаза. Пыхтя и щурясь, топаю к воде и заныриваю. Водичка всё равно прохладной кажется, но терпимо. Судорога точно не грозит.

Под водой открываю глаза. Вижу прыснувших в стороны мальков и череп среди камней. Сразу как-то стрёмно становится. Может, надо было меч с собой взять? Хотя я вряд ли смогу драться под водой.

Плыву дальше. И глубже. Навстречу попадается рыбина с огромными клыками и рогами, как у козла. Она могла бы при желании оттяпать от меня кусок, но не обратила внимания и уплыла восвояси.

М-да, на Турцию не похоже…

Чем глубже оказываюсь, тем темнее становится. Наверное, без зелья я бы уже ничего не видел. Но с ним — как будто в сумерках.

Каменистое дно выглядит безжизненным. Между булыжников пробивается только какая-то скудная травка. О, погодите, да это не булыжники! Это грибы. Как раз те, что нужны Фиссу.

Срываю один, а из ножки вылетает чёрное облако спор. Только успеваю отпрянуть. Об этом Фисс не предупредил! Зная старика, сомневаюсь, что эти грибочки безвредные. Ничего, что я его голыми руками сорвал?

Следом все грибы вокруг начинают испускать чёрные споры. На дне как будто растёт грозовая туча. Сваливаю поскорее, от греха подальше.

Сколько проходит времени, ума не приложу. Под зельями всё воспринимается иначе. Какой-то странный эффект у них. Перед глазами рябит, как изображение в старом телевизоре, горло чешется, в носу свербит. Хочется чихнуть, но под водой не получается.

Срываю ещё какие-то водоросли. Они извиваются, как живые, склизкие на ощупь, словно черви. Фу. Запихиваю в приготовленную именно для них склянку. А водоросли продолжают шевелиться, будто сбежать пытаются.

Убираю склянку в сумку и плыву дальше. Вижу впереди что-то вроде ограждения из стоячих камней, между которыми растут кораллы и натянуты, как проволока, водоросли.

А прямо за ограждением — те самые одуванчики! Целая плантация. И похоже, ею кто-то занимается. Заборчик явно рукодельный, да и одуванчики растут ровными рядами, а не как попало.

Бинго-бонго!

Решительно направляюсь к искомому. Переплываю через ограду — и на фига она вообще здесь стоит? Срываю первое попавшееся соцветие и прячу в сумку. Потом ещё одно и ещё.

Легче лёгкого. Как конфетку у ребёнка…

Но тут я чувствую, как камни под ногами начинают ходить ходуном. А потом разлетаются в стороны. Из-под них появляется громадный… что это, краб?! Да он с меня размером, даже больше!

Еле успеваю дёрнуться в сторону. Клешня щёлкает прямо рядом с животом. Даю дёру через ограду в надежде скрыться от этой твари.

Ни фига себе у них сторожевые собачки!

Думаю, ограда не для того, чтоб кого-то не впускать, а чтоб не выпускать крабов. Они же не умеют плавать? Не умеют, да?

Оборачиваюсь, а хитиновая туша отталкивается от дна и грациозно перелетает через натянутые водоросли. Плавать он и правда не умеет, но бегает восхитительно и прыгает тоже неплохо.

Принимаю единственное, как мне кажется, верное решение — плыву наверх. До поверхности далеко, но я ещё и не всё собрал. Хочу просто оторваться от этого цепного краба.

А тот ещё раз прыгает и пытается схватить меня за ногу. Всплываю повыше и затем двигаюсь в сторону. Охранник теряет меня из виду и бесполезно щёлкает клешнями, вертясь по сторонам.

Плыву вдоль забора, вглядываюсь в сумеречные воды, пытаясь понять, есть ли на плантации ещё крабы. Только как их разглядишь, если они под камнями прячутся?

А территория-то немаленькая. Интересно, зачем русалкам столько этих водорослей-одуванчиков? Что с ними можно делать?

Хотя какая мне разница. Надо просто стибрить ещё десяток соцветий про запас.

Подплываю сверху, чтобы не тревожить дно, и аккуратненько срываю парочку макушек. Увлёкшись делом, не сразу обращаю внимание на то, что в спину что-то тычется. И странный звук раздаётся. Булькает что-то.

Поворачиваюсь. А-а! Они существуют!

Торс как у меня, только более мускулистый. Не, я тоже ничего, спортивный, но это прямо Аполлон какой-то. А вместо ног — чешуйчатая хвостина с шикарным перламутровым плавником на конце.

Русал, или тритон, как его там правильно, суёт мне под нос трезубец и злобно хмурится. Мягко отвожу трезубец в сторону и улыбаюсь. Типа я не конфликтный и вообще случайно тут оказался.

Но одуванчики в моей руке говорят об обратном. Русалдо переворачивает трезубец древком вперёд, и я расслабляюсь. Кажется, договоримся.

Но не тут-то было. Получаю молниеносный удар промеж глаз и вырубаюсь.

Прихожу в себя. Башка раскалывается, вокруг всё гудит и булькает, темнота кромешная. А нет, не кромешная. Вижу над собой прямоугольничек света, перед которым постоянно что-то мелькает.

Сажусь, потираю жбанчик. Зрение проясняется и понимаю, что прямоугольник — это что-то вроде окошечка, в который постоянно кто-то заглядывает. Лица разные, но всем одинаково смешно при виде меня.

Русалки и русалы пялятся на меня, тычут пальцами, хохочут и строят гримасы. Меня что, в зоопарк посадили? Ну да, людей в этом мире никогда не видели. А под водой тем более.

Похоже, я для них что-то вроде обезьянки. Ну, если бы на Земле в зоопарк привезли настоящую русалку, я бы тоже пришёл посмотреть.

Ощупываю свою темницу, пытаясь понять, во что меня вообще засунули. Кажется, это гигантская двустворчатая раковина, как у устрицы. Хорошо хоть, без устрицы внутри. А то они, по-моему, всеядные.

Понимаю, что сумку с добычей у меня забрали, но вот карманы выворачивать не стали. Может, не догадались — у русалок-то ни одежды, ни карманов. Так что парочка зелий и пастилки остались.

Дышать ещё могу, видеть в темноте тоже, да и не холодно. Подожду, пока подводная братва устанет меня лицезреть и отправится спать. Они ведь спят? Очень надеюсь, что да.

Пытаюсь встать в полный рост, бьюсь головой о верхнюю створку, чем вызываю у зрителей очередной приступ булькающего смеха. Меня это злит, и я резко бросаюсь к окошку, оскалив зубы. Пусть решат, что я злобный хищник!

Русалки шмыгают в разные стороны. А одна блондинка с ярко-голубыми глазами, напротив, подплывает вплотную. Широко улыбается и тянет ко мне изящную ручку.

Куснуть её, что ли? Не, не буду. А то решат, что я бешеный какой-нибудь, и усыпят. Или на цепь посадят.

Поэтому меняю злой оскал на улыбку и тянусь пожать протянутую ручку. Не успеваю. Два тритона-амбала оттаскивают блондинку от окошка и прогоняют всех остальных, размахивая своими огромными копьями.

Жаль. Девочка была симпатичная. Вдруг бы мы подружились, как в сказке.

Ну, хотя бы зрителей разогнали. У меня уже готов план побега — съем пастилку силы, открою или вообще сломаю на фиг раковину. А потом — таблетку скорости и ходу отсюда! Будем надеяться, что русалки не последуют за мной к поверхности воды.

Кушать хочется. А кормить зверушку они не планируют? Надеюсь, нет, а то страшно подумать, чем русалки питаются. Сырой рыбой? Я не фанат сашими и прочих суши.

Охранять меня никто не стал. Тритоны с копьями потусовались рядом недолго и уплыли. Наверное, я не кажусь им опасным. Ни мощного хвоста, ни трезубца, ни атлетичного рельефа. Да и вообще, я в одежде.

Вернусь домой — пойду в качалку.

Через окошко мало что видно, но рядом вроде никого. Тихо, никто не булькает. Засовываю в рот пастилку силы. Упираюсь ногами в пол, а руками и головой в потолок. Давлю что есть мочи. Сначала раковина не поддаётся, но потом я чувствую, как мышцы наливаются пламенем. Раковина скрипит, трещит!..

И открывается маленькая щель. Ладно, пролезу.

Ну и кто здесь древнегреческий титан?!

Закидываю пастилку скорости. Просачиваюсь между створок, оглядываюсь — никого. Вижу в стороне непонятные кораллоподобные строения, похожие скорее на затонувшие руины, чем на жильё. Двигаюсь в противоположную от города, если это город, сторону. Пастилки начинают действовать, я плыву всё быстрее и быстрее, удаляясь от темницы.

Натыкаюсь на прелестные цветочки. Кажется, эти тоже были Фиссу нужны. Ну, хоть что-то принесу… Спускаюсь чуть ниже, чтобы сорвать, и поодаль замечаю трёх белокурых русалок.

Одна из них резко отличается — белоснежная кожа и переливающийся мягкий плавник на конце хвоста. Да это же та самая, которая тянула ко мне ручку. Забываю про цветок, залюбовавшись ангельским личиком. А потом понимаю, что это личико смотрит на меня.

Русалка улыбается и срывается с места прямо ко мне. А я, так и не забрав цветка, устремляюсь вверх. Таблетка скорости работает как надо — я несусь, точно ракета из подводной лодки! Лишь бы лёгкие не скрутило от такого быстрого подъёма.

Выныриваю. Воздух обжигает лёгкие, закатный свет ослепляет. Ого, да я целый день провёл под водой. Оглядываюсь, вижу берег и гребу к нему. Но не успеваю сделать и трёх махов, как прямо перед лицом из воды появляется та самая блондинка.

— Подожди! — говорит она.

А вот я, наоборот, молча шлёпаю губами, как рыба. Она, блин, говорящая!

— А… м… а… — издаю нечленораздельные звуки.

— Ты немой? — участливо спрашивает русалка, склоняя головку набок.

— Да. То есть нет. Не твой. То есть, я умею говорить.

— Как ты интересно говоришь, — улыбается блондинка. Голос у неё тонкий и красивый, как звуки арфы. — Откуда ты? Я таких эльфов раньше не видела.

— Я человек.

— А выглядишь как эльф, только уши другие, — русалочка проводит пальцем по моему уху. — Эльфов я видела. А человеков нет.

Чувствую, как начинаю мёрзнуть. Кажется, действия зелья проходит. Значит, и дышать под водой скоро не смогу. Шарю по карманам, а там только пастилки. Склянки где-то потерял.

Надо побыстрее на берег.

— Ты, это, чего хочешь-то? — довольно грубо спрашиваю.

— Познакомиться, — поджимает губы девушка. — Ты необычный. А у нас в подводном царстве скучно, хоть водоросли жуй.

— Давай-ка по пути на берег познакомимся, — уже начинаю зубами стучать.

— Мне на берег нельзя… но могу тебя проводить, по дороге поболтаем, — русалочка вновь улыбается во все тридцать два, или сколько там у неё зубов. — Расскажешь мне про человеков.

— Ага, хорошо, — ложусь на спину и начинаю грести к берегу.

— Я Серолуна, — девушка отправляется следом за мной.

Чуть не захлёбываюсь:

— Прямо сейчас? — а потом соображаю, что немножко не так расслышал. — Повтори-ка?

— Меня зовут Серая Луна! Сокращённо — Серолуна.

— Лучше не сокращай своё имя, если будешь говорить с человеком, — еле сдерживаю бешеный ржач. — Да и не больно-то коротко получается, — прихожу в чувство и плыву дальше. — Лучше просто Луна.

— Хорошо. Буду просто Луна!

Русалка выпрыгивает из воды и делает сальто назад, демонстрируя все свои изящные формы. Грациозная девушка, а хвост её только украшает. Ловлю себя на мысли, что дома я даже не смогу похвастать, что плавал с русалкой. Сразу в психушку упекут. Но до чего же чудесный момент.

Всю дорогу Луна не затыкается, задавая вопросы про «человеков». А я немного привираю, что тоже волшебный, потому что из другого мира. И что магический меч у меня имеется, и личный дракон. Пытаюсь, короче, выпендриться перед красавицей.

— Драко-он? — протягивает Серая Луна. — А это не тот, кто обворовал башню мага?

Кажется, весь мир уже в курсе этой истории. Останавливаюсь и внимательно смотрю в голубые глаза русалочки.

— Да, — зачем-то признаюсь. — Понимаешь, он ещё совсем маленький и ему нужна помощь. Он не хотел никого обворовывать, просто увидел вкусняшку и съел её.

— О-о, — Луна делает милую моську. — Так ты помогаешь другу. Ты поэтому забрался на плантацию?

— Именно так, — киваю с серьёзным видом.

— Так надо было приплыть на лодке, как все нормальные эльфы, и обменяться с нами.

— Ну я же человек из другого мира. Откуда мне знать, как у вас дела делаются.

— Тогда я тебе помогу! — восклицает Луна и хлопает в ладоши.

Плывём дальше, и русалка рассказывает, как мне получить желаемое — пурпурные водоросли и всё, что нужно Фиссу. Можно привезти ту же драконью скорлупу, или твёрдый сыр, который под водой считается деликатесом.

Но после того как я попался на воровстве, торговать со мной вряд ли кто захочет. Придётся найти кое-что более ценное. Уважить вождя русалок.

Серая Луна поведала, что он страстный коллекционер, и собирает земные растения. Хранит их в стеклянных колбах с воздухом внутри — этакий аквариум наоборот, да ещё и зачарованный. И вот уже долгие годы он пытается достать редкий экземпляр — голубой каштан, который и на поверхности очень редко встречается.

Где его искать, Луна не знает. Придётся мне самому заморочиться. Или просто отыскать в продаже водоросли-одуванчики. Какой-нибудь алхимик может же ими торговать.

Почему я раньше об этом не подумал?!

Ну да ладно. Зато пережил интересное приключение и познакомился с настоящей русалкой.

— До встречи, Иван! — машет мне Луна, когда мы почти достигли берега. — Буду ждать тебя!

Прощаемся, и вскоре я доплываю до места, где могу встать на ноги. Какое же приятное чувство! Готов целовать землю, но не буду, она грязная. Да и не земля это, а холодные камни.

На воздухе становится ещё холоднее, чем в воде. Шмотки-то все насквозь мокрые. Дрожа и припрыгивая, добираюсь до прикинувшегося скалой Дрейка, и прижимаюсь к его горячему боку.

— А? Что?! Ледяной тролль! — дракон пугается и мигом просыпается.

— Н-н-нет, эт-т-то я, — выбивая зубами чечётку, отыскиваю мешок, в котором лежат зелья.

Нахожу то, что со снежинкой на этикетке, залпом выпиваю и прячусь под драконье крыло. Обнимаю пригревшуюся Сивку и чувствую, как зелье потихоньку действует.

Друзья дают мне прийти в себя и перекусить, а уже затем начинают докапывать, почему это я вернулся с пустыми руками. Вернее, Дрейк начинает, а лошадь подозрительно ходит вокруг и обнюхивает. А потом зубами стягивает с моего плеча длинный светлый волос и возмущённо фыркает.

— Что? — развожу руками. — Ну да, я познакомился с русалкой. А где я был, по-твоему? Там везде эти волосы плавают.

Зачем я оправдываюсь? Перед лошадью! Но смотрит она так, что хочется продолжить.

Сдерживаюсь. Вместо этого рассказываю, что случилось под водой — как я храбро сражался с крабом и отрядом боевых тритонов, но был подло пленён и чудом спасся. Дрейк восхищённо ахает, а Сивка скептически фыркает и снова кивает на волос.

— Ну да, а потом я познакомился с Серой Луной. Нам с вами надо найти некий голубой каштан и чародея, который сделает для него волшебный шар.

— О, а я знаю! — дракон щёлкает когтями. — Тут в сотне лиг есть Остроносая гора. Я, когда над ней пролетал, видел деревце с голубыми листьями. Вдруг это оно?

— Очень может быть, — говорю. — Кажется, Луна упоминала, что оно растёт в горах. Но сначала, думаю, надо найти чародея. Тут есть поблизости город?

Сивка пожимает плечами, а Дрейк указывает лапой куда-то в сторону:

— Вон там, когда летели, был какой-то, с огромными башнями. Там наверняка есть чародей.

— Прекрасно, — говорю я и смотрю на уходящее солнце. — Как раз темно становится. Полетели!

Хлёбаю зелье ночного видения, и отправляемся искать чародея.

Садиться близко к городу не стали. Там повсюду были поля и деревни, дракону негде было бы спрятаться. Поэтому приземлились в десятке лиг. Дрейк залёг среди холмов, изображая один из них.

У него это вышло не сразу — сначала дракон по привычке превратился в скалистую гору. Но потом пробурчал что-то под нос, перелёг, и у него на макушке выросла россыпь ромашек. А следом и весь Дрейк стал выглядеть, как обычный травянистый холм, которых здесь было в избытке.

Молодец, дракоша. Кажется, он начинает понимать, как пользоваться своим даром иллюзии.

Переодеваюсь в чистую сухую одежду, водружаю на Сивку седло и упряжь, и верхом отправляюсь в город. Беру с собой пастилки силы и скорости, на всякий случай, дымное зелье, парочку взрывных и ещё всяких-разных. Мало ли. И меч, обязательно меч. И золото.

В общем, все карманы набил, да и Сивке в седельные сумки напихал кое-чего. Уже научен — путь неблизкий, вдруг меня опять ограбить захотят. Гоблины или кто похуже.

Лошадь не слишком довольна, что я оседлал. А может, причина в чём-то другом. Как я из моря вернулся, она всё время не в духе.

Но ничего, едем. К рассвету выезжаем на широкую оживлённую дорогу. Навстречу попадаются повозки, всадники и пешеходы. Кажется, можно выдохнуть — здесь средь бела дня никто не нападёт.

Я не забыл закрыть уши повязкой, так что внимания на меня почти не обращают. Хотя вот лошадь рассматривают — она сильно отличается от крестьянских кляч.

Сивка хоть и обычная гнедая, но шкура у неё блестит на солнце и как-то по-особому переливается. И грива гораздо длиннее, чем у остальных. Держится лошадь статно, гордо выпрямив шею — не то что понурые работницы полей.

Может, это потому, что она разумная? Не вижу, чтобы кто-то разговаривал со своими лошадьми.

Город сильно отличается от того, где живёт Фисс. Стены выше раза в три, а через ворота и Дрейк бы пролез. Мы даже встали в небольшую пробку на въезде, где я с удовольствием погрел уши и понял, что мы прибыли в эльфийскую столицу.

Круто. Раз это столица, здесь наверняка можно найти чародея. Или пурпурные водоросли — тогда и чародей не понадобится. Может, ещё что интересное нарою.

На воротах плачу пошлину за проезд и спрашиваю у стражника, где найти лавку травника или алхимика. Страж указывает направление, и мы заезжаем в город. К тому времени уже наступил полдень.

Сразу убеждаюсь, что мы и правда в столице. Высокие белые дома, изящные балконы, фонтаны, суета и толкотня. Улицы широкие, но на них не продохнуть от народу.

Объезжаем несколько лавок, где продают разные травы и зелья, но увы — нужными водорослями никто не торгует. Один гоблин-алхимик рассказал, что эти водоросли нигде не используются и долго докапывался, зачем они мне.

Оставив зелёного коротышку в неведении, отправляюсь искать чародея.

Нахожу его в каких-то трущобах. Вместо белокаменных домов здесь гнилые лачуги, под копытами Сивки чавкает грязь, а из переулков зыркают злобные рожи. Смердит. Что волшебник забыл в подобном месте?

Стучусь в хлипкую деревянную дверь. Мне открывает какой-то леший. Низкорослое, бородатое, взлохмаченное существо. С длинными остроконечными ушами и пронзительными зелёными глазами. То ли эльф, то ли гном. Волосатая помесь единорога с бронтозавром.

— Чего? — бросает существо.

С ходу понимаю, что вежливого разговора не получится, и вместо приветствия показываю горсть золота.

Чародей, если это он, причмокивает толстыми губами и бурчит:

— Заходи. Конягу к столбу привяжи.

— Не украдут? — оглядываюсь и вижу несколько явно криминальных личностей неподалёку.

— У меня не украдут. Быстрей давай.

Сивка недовольна, что придётся остаться одной на этой улице. Раздражённо фырчит и клацает зубами рядом с моей рукой, пока я привязываю уздечку к столбу. Не лошадь, а бульдог какой-то.

— Не переживай, я недолго. Будут приставать — кричи, — подмигиваю Сивке и направлюсь в дом.

Как ни странно, там ещё грязнее, чем на улице. Всюду валяются какие-то инструменты, обрывки, обрезки, огрызки. В клетке под потолком сидит огромная летучая мышь. Красные глаза внимательно следят за мной. Хозяин дома уселся за верстак и принялся полировать некое металлическое изделие.

— Вы чародей? — спрашиваю.

— Артефактолог. Глим зовут. Ты чё хотел?

Какой он грубый, этот Глим. Ну и ладно, я с ним не дружбу водить пришёл. Рассказываю, что мне нужно. Артефактолог только угрюмо кивает, не отрываясь от работы.

— Делал я уже такие штуки для морского короля, — бурчит он. — Ты дерево достал?

— Собираюсь за ним на Остроносую гору.

— Хе! — крякает Глим. — Подготовился. Ладно, сделаю для тебя шар. Двести золотых, два дня.

— Сколько? — жаба яростно стискивает мою глотку.

— Ты чё, глухой? Триста золотых, говорю.

— Вы же сказали двести!

— Значит, не глухой, — хмыкает Глим. — Раз нашёл деньги мой меч купить, то две сотни монет точно отыщешь.

— Ваш меч? — приподнимаю висящий на бедре волшебный клинок.

— Мой. Я делал. Ты хоть пользоваться им умеешь?

— Ну, с какой стороны браться, точно знаю.

Чародей хрипло смеётся.

— Значит, не умеешь. Ничего, научишься. Там много ума не требуется. Все мои артефакты особенные, надо просто им довериться. А Пылающий Свет — одно из лучших моих творений.

Открываю рот, чтобы задать ещё пару вопросов о мече, но тут с улицы доносится истошный ржач. Сивка в беде! Бросаю на стол мешочек с монетами. Кажется, там как раз сотня:

— Задаток! Вернусь через два дня!

— Как же ты успеешь до горы и обратно?

Не отвечаю и выскакиваю на улицу. Успеваю увидеть, как Сивка рвёт уздечку и скрывается в грязном переулке. Что могло её так напугать? Рядом нет никого, местные маргиналы держатся подальше от лачуги чародея. Из новых лиц — разве что эльфийка в капюшоне, со спадающей на грудь косой.

Ладно, некогда разбираться. Бросаюсь вслед за лошадью. Ещё не хватало потерять её в огромном городе!

К счастью, Сивка отыскалась быстро. Пришлось немного поплутать по трущобам, отгоняя от себя малолетних гномов-попрошаек и гоблинов-воришек. У гномиков, хоть они и были ростом по моё колено, уже росли нехилые такие бороды. Мне такую в жизни не отрастить.

Лошадь забилась в тупик и отпинывалась от бродячих собак. Те явно собирались закусить конинкой, но копыта в качестве аперитива их не устраивали. Поэтому псы не решались напасть, просто рычали и вертелись вокруг. А когда появился я и показал им меч, собаки решили, что отобедают в другом месте.

— Ты почему сбежала?! — ругаю гнедую на всю улицу. — Чего испугалась? Хорошо, что я сразу тебя нашёл! А то поймали бы и пустили на колбасу!

Сивка склоняет голову и виновато молчит. Она и не может ничего сказать, конечно, это я образно.

Возможно, лошадь не такая и разумная, как я считал. Испугалась громкого звука какого-нибудь или крысы, и дала стрекача.

— Ладно, не переживай, — говорю и тянусь погладить Сивку, но та убирает морду. Обиделась.

Закатываю глаза:

— Извини, что накричал. Пойдём. После этого гетто надо тебя почистить.

Лошадь смотрит на свои заляпанные грязью ноги и кивает. А потом красноречиво глядит на мои сапоги, которые не чище.

— Да, мне тоже надо почиститься. Заодно купим тебе овса и мяса для… нашего друга.

Завершаем все свои дела и вечером покидаем город. К Дрейку добираемся уже затемно. Угощаем его десятком жареных гусей, которых привезли. Мне тоже досталась гусятина, хлеб и сыр, а Сивка наелась овса и на закуску пощипала травки.

Ночью отправляемся в путь. Дрейк говорит, что знает направление, и что к утру будем на месте. Вот и славно. Привязав себя и Сивку к шипу на его спине, ухитряюсь даже поспать, пока летим.

Просыпаюсь от холода. Продираю глаза, протираю запотевшие полётные очки и понимаю, что мы забрались чрезвычайно высоко. Впереди, в шапке из облаков, возвышается крутая гора, с выпирающей в сторону острой скалой на вершине. Наверное, из-за этой скалы её и назвали Остроносой.

Накрываю лежащую рядом Сивку попоной, сам пью зелье защиты от холода. Скоро мы приближаемся к вершине. Дрейк кружит над ней, а потом вдруг сигает вниз.

Впивается в гору когтями и повисает на отвесном склоне, как человек-паук. Сивка ржёт с перепугу, кое-как удерживаясь на изгибах драконьей спины. Я тоже едва не упал. Верёвка могла и не выдержать такого рывка.

— Осторожнее! — кричу.

— Ой, простите, — отвечает Дрейк. — Я забыл, что вы там. Вон оно.

Смотрю вперёд и вижу перед носом дракона маленькое кривоватое деревце с голубыми листьями. Вроде и красивое, а вроде и убогое какое-то. Странные вкусы у короля русалок.

Лопату я с собой не взял, а кирку тем более — она бы точно тут пригодилась. Придётся полагаться на аккуратность огромных когтистых лапищ.

Дрейк, сложив пальцы щепотью, весьма ювелирно для своих габаритов вырезает дерево из скалы. Даже корни не повредил.

Собственно, на этом всё. На всякий случай привязываю редкое деревце к шипу, и спускаемся.

Удобно, когда у тебя есть друг-дракон. Чтобы добраться до этой горы и тем более залезть на неё, пришлось бы потратить неделю, не меньше.

У подножия Остроносой устраиваем завтрак. После него Дрейк показывает своё растущее мастерство иллюзии. По очереди принимает облик горы, берёзовой рощи и грозового облака.

Пока мы бродили по городу, он без дела не лежал в тех холмах. Тренировался. Глядя на него, и мне хочется заняться чем-то полезным. Достаю из ножен меч и пытаюсь фехтовать. Получается хреново. Наверное. Я понятия не имею, как должно быть.

Глим что-то говорил про «довериться» мечу.

— Слышь, я тебе доверяю, — бормочу, глядя на блестящий клинок. — Сделай крутое что-нибудь.

Меч меня игнорирует.

— М-да, — бурчу. — Совсем из ума выжил. Ладно с лошадью говорить, но с оружием…

Сивка фыркает и театрально поворачивается ко мне ж… крупом. Взмахивает хвостом, будто отгоняя меня, как муху.

Чего она дуется? Что я такого сделал? Сама ведёт себя не пойми как.

Когда Дрейк наигрался и отдохнул, собираемся лететь обратно. Прямо среди бела дня — дракон намерен превратиться в облачко, чтобы нас не обнаружили.

Сомневаюсь, что никто не заметит быстро летящее облако. Но если двигаться среди настоящих облаков, то может и прокатить.

К вечеру возвращаемся к столице. В этот раз садимся ближе к городу, у небольшой дубравы. Дрейк ложится на землю и прикидывается частью леса. Лишь бы никто не решил через него проехать.

Пытаюсь положить на Сивку седло. Но та понимает, что мы вновь собираемся в город и наотрез отказывается. Сначала просто отпихивает меня мордой, а потом вообще кусает за плечо.

— Ты с дуба рухнула? — указываю на стоящие вокруг деревья.

Лошадь громко ржёт и решительно топает копытом. Мол, никуда я не пойду.

— Что тебя так напугало в городе?

Гнедая смотрит на меня исподлобья. Типа ну я бы сказала, если б могла.

— Ладно, раз ты такая трусишка, — пытаюсь исподтишка взять её на слабо, но Сивка не обращает внимания, — подвези меня хотя бы немного. А то я до утра буду топать.

Это я, конечно, преувеличил, тут максимум час ходьбы, но лошадь соглашается. Едем, затем я оставляю её в рощице недалеко от дороги. Пусть попасётся, травка тут сочная. Дальше отправляюсь пешком, неся в мешке драгоценный голубой каштан.

Пройти через ворота успеваю в последний момент — их уже закрывали на ночь. Добираюсь до лачуги Глима и передаю ему деревце. Артефактолог оказывается немало удивлён, что я обернулся так быстро. Свой секрет не раскрываю, на вопросы не отвечаю и говорю, что вернусь утром.

Сам отправляюсь в таверну. А то как это, в фэнтези-мире побывал, а в кабак не зашёл! Главное, в драку не угодить. Не хочу боксировать с гномами, у них кулаки как моя голова. Не говоря уже про орков.

Выбираю таверну поприличнее, деньги-то есть. Роскошно ужинаю кабаньей вырезкой и отправляюсь спать в просторную комнату, на кровать с балдахином. Становится немножко совестно за то, что я тут шикую, а мои друзья ночуют на холодной земле. Но давайте признаёмся честно, дракона и лошадь в таверну всё равно не пустят.

Успокоив себя таким образом, укладываюсь на перину и мгновенно засыпаю.

Сладко потягиваюсь до хруста в позвоночнике. Нежусь в солнечных лучах. Обнимаю подушку и собираюсь прикорнуть ещё на пять минуточек или на полчасика, как пойдёт. Но потом вспоминаю, что в холодном-холодном лесу меня ждёт Сивка, да и Дрейк наверняка соскучился и проголодался.

Не хочу, чтобы дракоша слопал какого-нибудь пилигрима. Прикуплю ему курочек, на себе всё равно много не утащу.

Наскоро завтракаю омлетом, надеюсь, слизи улитки в нём нет. Взгляд падает на увесистый свиной окорок, типа хамона. Думаю, Дрейк останется доволен деликатесом. Беру, закидываю лакомство на плечо как дубину. Чувствую себя настоящим добытчиком, подумаешь, купил за халявные деньги.

Топаю к Глиму. В трущобах меня начинают преследовать тощие собаки и старые знакомые попрошайки. Отмахиваюсь от них и стучу в дверь.

— Кого нечистая принесла, — открывает заспанный гномоэльф. — О, ты пожрать притащил.

— Что? Нет. Шар готов? — хмуро любопытствую, окорок мой захотел, ух…

— Я те ночью, что ли, работать должен был? Щас доделаю. Посиди в сторонке, не мешайся под ногами.

С недовольной миной прохожу вглубь захламлённой хижины. Из-под потолка на меня шипит летучая мышь. Вздрагиваю от неожиданности, но быстро грожу ей окороком и усаживаюсь на скрипучий стул.

— А ты это, — несмело подаю голос, — что имел в виду, когда сказал, что надо довериться артефакту?

— То и имел, — бурчит из-за стола, ковыряясь в корнях голубого каштана. — Не мешай, сказано.

Чувствуя себя Сивкой, недовольно фыркаю, скрещиваю руки на груди и начинаю играть в гляделки с мышью. Та смотрит на меня, как на еду, и даже облизывается. Отщипываю кусочек от окорока, встаю и протягиваю между прутьев клетки.

Летучая крыса мигом хватает угощение, чуть палец не оттяпала.

— Ты чего творишь? — подрывается Глим. — Ей мясо нельзя! Это ж вурдалак! Сейчас как превратится и сожрёт нас обоих.

Отпрыгиваю от клетки, спотыкаюсь об стул и даже за меч хватаюсь. А чародей вдруг начинает истошно хохотать.

— Ты что в деревенские байки веришь? Вурдалаков не бывает.

— Кто его знает, что у вас тут бывает, а что нет, — бормочу и понимаю, что прокололся.

Глим хитро щурится и глядит на меня поверх стеклянного шара, в который уже запихал деревце. Осталось, наверное, только какое-то колдунство сделать, потому что по виду «аквариум наоборот» готов.

— У кого это у нас? — спрашивает. — Ты сам откуда?

— Я издалека прибыл. С юга, — почти не вру.

— М-м. Из Терляндии, что ли? У вас там, смотрю, вообще тёмный лес.

— Угу, — киваю. — Образование никуда не годится.

— Оно и видно, что хреново у тебя с образованием. Даже не знаешь, что Терляндии не существует.

Корчу рожу и чертыхаюсь про себя. Не рассказывать же ему, кто я на самом деле. А то судя по его лачуге, может и на опыты пустить.

— Тебе-то какое дело, — говорю. — Тебе за шар платят, а не за расспросы.

— В общем, никакого, — Глим возвращается к делу. — Подозрительный ты. Про тебя и твою лошадку опасные личности спрашивали. Кому на хвост наступил?

— Никому я ни на что не наступал. Через пару дней меня здесь и в помине не будет.

«Если, конечно, портал никуда не исчез», — думаю про себя.

— Хорошо, коль так. Мне твои проблемы не нужны, своих хватает.

Судя по хибаре, проблем у него и правда хватает. С аккуратностью, например, беда.

— Не волнуйся, больше не увидимся, — начинаю отсчитывать сотню золотых.

— А-ага, — как-то недоверчиво протягивает Глим.

Немного погодя забираю волшебный аквариум, сую его в заплечный мешок и отправляюсь восвояси. А штука увесистая, килограмм десять, не меньше. Ещё и окорок на плече…

Ладно, хватит ныть. Соберись, тряпка. Надо только до лесочка дотопать, где Сивка ждёт. А оттуда вмиг до Дрейка доскачем.

Жаль, что не получилось ничего нового узнать про меч. Но расспрашивать этого взъерошенного чудилу не осталось ни малейшего желания.

Покидаю столицу. Иду не спеша, наслаждаясь видом окрестностей. Наблюдаю за народом, стекающемся к городским воротам. С кем-то даже здороваюсь. Настроение, несмотря на перепалку с Глимом, хорошее. Солнечное, как погодка.

Сворачиваю с большой дороги на тропку, ведущую к нужной рощице. Насвистываю весёлую мелодию, помахивая окороком. Подходя к деревьям, начинаю чувствовать смрад. Какой-то знакомый запах, будто с гниющей помойки несёт.

Постойте-погодите… Орки?!

И тут из оврага вылетают две четырёхметровые зелёные туши, вооружённые дубинами. Выставляю перед собой окорок, другой рукой судорожно пытаюсь нащупать меч.

— Нямка, — говорит один из орков, шагая вперёд. — Окорок тоже ням-ням.

Округляю глаза. Это я, что ли, нямка?

— Ты про диарею слышал? Меня есть нельзя! Заболеешь и умрёшь!

— Орк сильный. Орк не болеть.

Другой, на вид чуток разумнее, снимает с пояса верёвку.

У него в ушах висят серьги из черепов. Что-то не пойму — это тот самый бугай, что приходил по душу Дрейка, когда мы впервые встретились? На морду они все одинаковые, не понять. Но эти серьги ни с чем не перепутаешь.

— Где лошадь? — спрашивает он.

Они и Сивку сожрать хотят? А откуда вообще знают, что у меня есть лошадь?

— Нет у меня лошади, — отступаю.

— Есть. Коричневый. С белой гривой. Твоя. Где лошадь?

Я наконец-то хватаюсь за рукоять меча, но тут же понимаю, толку от него не будет. Я ж не умею драться. Да и доверительных отношений у нас с ним пока не сложилось.

Отпускаю меч, выхватываю из кармана пастилки скорости. Лучше сделать ноги, чем драться с этими бугаями.

Глотаю таблетку и срываюсь с места. За спиной раздаётся громовой топот. Как-то быстро приближается. И тут чувствую, окорок становится почти невесомым. Блин, я что, карманы перепутал? Повысил силу вместо скорости!

Ну ладно! Пусть почувствуют силушку богатырскую!

Резко разворачиваюсь, дико ору и кидаюсь на орков с окороком наперевес.

Достать до морды орка не смогу при всём желании. Поэтому бью по месту, которое ближе ко мне.

Пастилка дала мне недюжинную силу. Мясная булава смачно врезается между ног чудовища, и раздаётся хруст. Это треснула кость внутри окорока. Наверное.

Выпучив глаза, орк роняет дубину, хватается за причинное место и визжит, как маленькая эльфийская девочка. Его товарищ ахает и прижимает лапу к пасти. А я выхватываю меч и бросаюсь уже на него.

Эффект неожиданности позволяет даже царапнуть второго орка по колену. Но потом он приходит в себя и едва не превращает меня в лепёшку ударом дубины. Отпрыгиваю в сторону, ору:

— Огонь!

Клинок в моей руке вспыхивает ярким, ревущим пламенем. Орк снова ахает. Второй перестаёт скулить и только молча хватает пастью воздух, не отрываясь от огненного меча.

— Злая нямка, — выдавливает он.

Снова кидаюсь в атаку. Инициатива на моей стороне, надо действовать!

Машу клинком, как бешеный, заставляя могучего орка отступать. Второй на карачках сам отползает подальше. Поймав момент, тычу ему в зад остриём, тем самым заставляя ползти втрое быстрее и скрыться в кустах.

Остаёмся один на один. Мой зелёный недруг отходит от шока, и сам идёт в атаку. Я вынужден обороняться — и надо же, у меня неплохо получается. Едва понимаю, что делаю. Руки действуют будто бы сами.

Кажется, вот оно! Я ловлю азарт сражения и забываю о том, что сражаться-то не умею. Волшебный меч без моего участия ставит блоки, отбивает вражеские выпады и даже атакует в ответ. А я просто… доверяюсь ему.

Вот что имел в виду Глим!

Успеваю понадеяться, что одержу победу. Как вдруг слышу топот и замечаю, как из леса несётся ещё целая банда орков. Понимаю, что с такой толпой мне не справиться. Как бы сильно я не доверял мечу.

Отскакиваю, бросаю в рот пастилку скорости, на этот раз правильную, и ретируюсь. Чувствую себя Флешем — вот-вот искры полетят.

Куда бежать, что делать?! Эти амбалы хотят сожрать Сивку! Надо предупредить её, а самому увести негодяев подальше.

Несусь в соседнюю рощу, едва успевая огибать деревья. Заплечный мешок бьёт по спине. Надеюсь, шар не разлетится — хотя он зачарованный, не должен. Орки отстают, но продолжают преследовать. Слышу их топот и чувствую тонкие нотки помойного парфюма. Неудивительно — у них один шаг как десять моих. Даже с бафом тяжело оторваться.

Направлюсь в чащу. Петляю, как заяц, запутывая следы. Сам едва не потеряв направление, со всех ног бросаюсь туда, где оставил Сивку.

Лошадь на месте. Едва успеваю тормознуться прямо перед ней. Гнедая пугается и встаёт на дыбы. Но потом соображает, кто это тут принесся, и успокаивается.

Глядит на меня, морщится и громко втягивает носом воздух. Орков, видать, почуяла.

Перерезаю узду, не тратя время на развязывание. Тараторю:

— Беги к Дрейку! Встретимся там, куда нам надо! Я уведу их подальше!

Сивка понимает, что дело серьёзное и без возражений срывается с места. Я выбегаю на дорогу, достаю из кармана ещё одну пастилку и жду, когда орки меня нагонят. Вот и они — орут, топочут, потрясают дубинами. Впереди всех бежит тот самый с серьгами.

Машу им ручкой и корчу издевательскую рожу. Глотаю таблетку и вжик — меня уже нет на месте. Бегу в сторону моря. Может, успею оторваться. Если нет, придётся что-нибудь придумать.

Расстояние до моря немаленькое. Надеюсь, пастилок хватит. И сил моих тоже — а то что-то ноги уже побаливают. Подошвы бы у башмаков не стереть.

Бегу, бегу, бегу. Чувствую себя молнией, выпущенной Зевсом. Аж гордость распирает. Только орки продолжают погоню. Надо срочно придумать, как сбить их со следа.

Деревья расступаются, вижу впереди широкую реку. Точно! На воде следы не остаются, а купаться зелёные вряд ли любят, судя по их аромату.

Мчусь настолько быстро, что успеваю сделать несколько шагов по воде. Но нимба на макушке у меня нет, так что проваливаюсь по колено и резко замедляюсь. Начинаю грести. Брызги летят во все стороны, руки работают, как водяные мельницы. Не замечаю, как оказываюсь на другой стороне.

Оборачиваюсь. Орки и не думают соваться в воду, бегают по берегу туда-сюда и потрясают дубинами, угрожая мне расправой. Показываю неприличный жест и срываюсь с места.

Б-р-р. Одежда мокрая, холодно.

Скрываюсь за холмом и даю себе небольшую передышку. Таблетки таблетками, но я уже устал. Перевожу дух и дальше двигаюсь лёгкой трусцой. Только скорость моя всё равно как у бешеного гепарда.

Где-то через час добираюсь до моря. Вечереет, становится совсем холодно. Мне бы парочку зелий — силы восстановить да от мороза защититься. И кушать хочется, энергии я потратил немало.

Живот урчит, и я с сожалением вспоминаю утраченный окорок.

Дрейка и Сивки не видно. Оглядываю окружающие скалы в поисках иллюзорной. Интересно, лошадь вообще смогла донести до Дрейка нужную мысль? А вдруг её поймали?

Да не, вряд ли. Орки бежали за мной и совсем в другую сторону.

Ёжась от холода, брожу туда-сюда и растираю плечи, чтобы согреться. Вроде бы здесь то самое место, где я погружался в море. Неужели добрался сюда быстрее дракона?

Слышу за спиной шаги. Это точно не Дрейк… Оборачиваюсь, и сердце падает в пятки.

На берег выходит орочья банда и сразу же берёт меня в полукруг.

— Попался, нямка, — говорит главарь.

Понимаю, что бежать некуда. Единственный вариант — в море прыгнуть. Но оно холодное, зараза, и глубокое. А зелий под рукой нет.

Ну, делать нечего. Лучше принять геройскую смерть, чем просто утонуть.

Закидываю парочку пастилок силы. Надеюсь, побочек не будет, а то Фисс говорил принимать с осторожностью. Хватаю булыжник размером с «матиз» и отправляю в полёт.

Орки не ожидали такого финта. Да и я тоже. Часть врагов разлетается, как кегли, а другие с яростными воплями несутся на меня. Выхватываю меч, кричу «огонь!» и бросаюсь навстречу.

Но эпичного столкновения не происходит. Спотыкаюсь об какую-то корягу и пропахиваю носом гальку. Больно до жути, но я терплю и поднимаюсь на ноги. Окружившие меня чудовища гогочут.

— Разрази меня гром, — рычу и встаю в боевую стойку.

Тут же раздаётся низкий рокот и становится темно. Задираю голову и начинаю ржать.

— Погодка портится, ребята.

Орки затыкаются и поднимают курносые морды к небу. А там громадная чёрная туча, заслонив собой солнце, стремительно опускается к нам. Снова грохочет, но теперь этот звук явно напоминает рычание Дрейка.

Снизившись, туча превращается в исполинского дракона. На спине у него, гордо задрав морду, стоит гнедая лошадь с развевающейся светлой гривой.

— Вы лошадь хотели?! — издевательски спрашиваю. — Вот ваша лошадь!

Зеленомордые, конечно, пугаются, но не сбегают. Главарь пытается схватить меня, чтобы взять в заложники. Чиркаю мечом по его огромной ладони и ускользаю. Бегу к дракону.

Дрейк в это время приземляется и взмахивает крыльями, вызывая штормовой порыв ветра. Только успеваю упасть, чтобы меня не сдуло к чертям. К оркам, вернее.

Сивка быстро сбегает по опущенному крылу, держа в зубах сумку с зельями.

— Спасительница моя! — кричу, бросаясь к ней.

Лошадь будто улыбается и небрежно фыркает. Типа да, я такая.

Орки не сдаются — пытаются напасть на Дрейка, бросают на него верёвки. У одного даже получается заарканить зуб. Но дракон, конечно, мигом схлопывает челюсти, избавляясь от пут.

Отыскиваю в сумке драгоценные камни, подаренные добрым алхимиком. Наугад выбираю один и кричу:

— Дрейк, лови вкусняшку!

Чешуйчатый с готовностью распахивает пасть и проглатывает брошенный мной самоцвет. Успеваю заметить, что это был изумруд.

Из глотки Дрейка тут же начинает валить ядовитый дым. Он кашляет, чихает, и у него из ноздрей летят зелёные сопли, которые тут же начинают плавить все вокруг. Переглядываемся с гнедой и отступаем подальше.

Один из орков наступает в шипящую соплю, зависает на секунду и с воплем несётся прочь. Пятки у него дымятся в прямом смысле слова. Другие роняют перепачканное в кислотной слизи оружие и тоже вот-вот обратятся в бегство.

Закончив чихать, Дрейк смотрит на них сердитым взглядом и говорит:

— Наконец-то наемся.

Из пасти у него вырывается тугая струя изумрудного тумана, который поглощает орков. Дракон бросается вперёд. Не успеваю и глазом моргнуть, как на берегу не остаётся ни одного орка. Двое улепётывают, а остальные стали для Дрейка сытным обедом. Это вам не парочка гусей.

Дракоша отрыгивает, из пасти у него вырывается маленькое облачко. Следом и у меня появляется горькая отрыжка, только облачко вылетает не зелёное, а розовое.

Кажется, всё-таки перестарался с пастилками.

Валюсь с ног в прямом смысле. Падаю на камни и даже отключаюсь ненадолго. Ноги болят, руки болят, всё болит. Холодно, голодно, и домой охота. На такие приключения я не подписывался…

— Видали, как я их?! — радостно восклицает Дрейк. Из уголков продолжает сочиться зелёный дымок. — Теперь я орков не боюсь!

— И правильно, чего их бояться, — бормочу, кое-как принимая сидячее положение. — Они тебе на один зубок. Ну или на два.

— Даже на три, — дракон ковыряется когтем в клыках и выплёвывает обломок дубины. — Только они невкусные.

Сивка качает головой и пихает меня в плечо, мол, ты как?

— Я в порядке, — отвечаю на немой вопрос. — Надо только поесть и отдохнуть.

Что и делаю. Дрейк сворачивается вокруг нас, согревая своим теплом и накрывая крылом сверху, как тентом. Перекусываю и позволяю себе поспать до утра.

Открываю глаза с рассветом. Самочувствие изумительное, ни отрыжки, ни усталости. Разве что спина болит после сна на камнях.

Ничего, сейчас разомнусь — мне предстоит очередной заплыв в подводное королевство.

К счастью, «аквариум наоборот» выдержал погоню и несколько моих падений. Стекло целое, деревце в порядке — разве что пара синих листиков отвалилась. Но это, думаю, мелочи.

Зато можно будет честно сказать, что я преодолел невероятные опасности и чуть не расстался с жизнью, доставляя морскому королю его хотелку.

Запиваю завтрак зельем защиты от холода, следом поглощаю эликсир дыхания под водой. Раздеваюсь, оставшись в одних штанах. В прошлый раз намокшая рубашка немного мешала.

Я бы вообще разделся, но не хочу смущать русалок. Да и сам смущаться не горю желанием. Я для них и так смешная обезьянка, а если уж увидят меня голым, животики надорвут.

Лодка бы не помешала. Насколько я понял, эльфы-торговцы приплывают на кораблях, спускают в воду нужный русалкам товар, и взамен забирают алхимические ингредиенты, жемчуг, редкие раковины и морские деликатесы. Опустил-поднял, всё просто.

Ну да ладно, я не профессиональный торговец, а так, самозанятый. Разочек можно и самому сплавать.

Цепляю на спину мешок с шаром. Благо он не слишком тяжёлый. И, помахав друзьям, отправляюсь в ледяные волны.

Плыву. Море сегодня спокойное, так что даже наслаждаюсь. Нырять пока не хочу. Надеюсь, что объявится моя знакомая Серая Луна, и сможем поговорить, чтоб не проводить обмен в немую, под водой.

Но вместо Луны объявляются местные пограничники. Тычут своими трезубцами, булькают чего-то. Жестами прошу их всплыть, уворачиваясь от тычков. Наконец, один накаченный тритон с бородой, похожий на Джейсона Момоа, выныривает и орёт:

— Кто ты и почему смеешь нарушать границы Лаунарии?!

Вспоминаю, что именно так называется королевство русалок.

— Я друг Серой Луны, — отвечаю. — И привёз дар для вашего правителя. Ну, не совсем дар. Серая Луна обещала договориться насчёт обмена.

— А, так это ты чуавек, — местный Аквамен расслабляется и даже убирает трезубец подальше от моего лица.

— Человек, — поправляю. — Иван зовут.

— К затонувшим кораблям твоё имя, — отмахивается тритон.

Похоже, это местная поговорка, которая означает «мне плевать». Всё-таки и правда подводные жители недружелюбны.

— Поплыли вниз, — продолжает качок. — Ты не захлебнёшься?

— Нет, — не уточняю, что это только действие зелья.

На всякий случай у меня с собой есть пара запасных бутыльков. Надеюсь, что не задержусь под водой, но мало ли. Лучше перебдеть, как говорится.

Погружаемся. Тритоны сопровождают меня, спереди и сзади. Когда приближаемся к городу, который по-прежнему напоминает заросшие кораллами руины, нас окружает толпа любопытных. В основном женского пола. Они пялятся на меня, я — на них.

Красивые девушки. И все поголовно выглядят молодыми, не старше двадцати лет. Может, русалки бессмертны и вечно прекрасны, как эльфы у Толкина?

А то местные эльфы меня слегка огорчили — те же люди, только длинноухие. А уж орки… не такие уродливые, как в Средиземье, но уж точно опаснее.

Замечаю среди кокетливых красавиц Серую Луну. Улыбаюсь ей и машу, а она машет в ответ, но подплывать не спешит. Стесняется, что ли?

В сам город меня не пускают. Останавливаемся перед огромной аркой, где тоже дежурят тритоны, да ещё и верхом на акулах. Как-то неуютно мне становится. Что мешает подводной братве просто забрать у меня шар и скормить одному из этих симпатичных зубастиков? Аж ничего.

Эх, надо было плыть на Дрейке. А ведь он предлагал. Но я побоялся оставлять Сивку одну. Оркам явно что-то надо от неё, так что бросать гнедую без защиты нельзя.

Впереди появляется истинно королевская процессия. Что-то типа кареты, сделанной из огромной ракушки, которую тянут дельфины. Её сопровождают богато одетые тритоны и русалки. Не совсем одетые, конечно, просто увешанные украшениями. На карете восседает тритон с роскошной светлой шевелюрой, в шикарной короне и с золотым трезубцем в руках.

Золотишко-то им наверняка с поверхности прислали. Не думаю, что где-то под водой можно добыть драгоценный металл, а обработать и подавно. Хотя, как знать. Да и не важно это.

Царь-тритон смотрит на меня и что-то булькает. Да и все на меня смотрят, включая акул. Не понимаю, что им нужно, поэтому просто снимаю с плеч мешок и достаю шар.

Королевское лицо сияет, как солнышко. Он снова что-то булькает, и один из стражников бережно берёт шар и подносит главному. Тот любовно осматривает дерево, проводит пальцем по стеклу. Довольно кивает и машет трезубцем в мою сторону.

Как-то угрожающе выглядит этот жест. Надеюсь, он не значит «чуавек принес что надо, скормите его крабам».

Вроде нет. Другой тритон подплывает и всучивает мою же сумку, которую отобрали в прошлый раз, битком набитую. Вместе с ней — этакую авоську, сплетённую из водорослей, полную «одуванчиков».

Благодарно киваю и спешу убраться. Всё равно король, а вместе с ним и придворные, потеряли ко мне всякий интерес. Осматривают принесённую мной красоту и наперебой булькают. Восхищаются и подхалимничают, видимо.

Всё как у людей.

Пока всплываю, пограничники следуют за мной. Молоденькие русалочки тоже какое-то время следовали, игриво хлопая глазками, но потом осталась только одна. Моя старая знакомая.

Одновременно выныриваем, и Луна тут же начинает тараторить:

— Какой ты молодец, Иван-человек! Как ты так быстро отыскал голубой каштан? Он же такой редкий! Ты и правда настоящий герой!

— Пришлось потрудиться, — решаю не скромничать. — Хотя, вообще-то, это было не слишком сложно. С орками пришлось подраться, но мне это не впервой.

Почти не вру даже. А восхищённый блеск в глазах Серой Луны явно стоит того.

— О, морские звёзды, — томно вздыхает русалка, — позволь проводить тебя?

— Буду рад, — улыбаюсь.

Не спеша плывём к берегу, болтаем по дороге. Рассказываю о своём приключении, на всякий случай не упоминая дракона и всячески приукрашивая. Даже не знал, что могу так долго и красочно врать.

Рано или поздно наша прогулка подходит к концу. Оказываемся недалеко от берега. Уже прекрасно видно скалу, которой притворился Дрейк, и Сивку, бродящую вокруг. Лошадь тоже меня заметила и даже зашла по колено в воду.

Встречает. Приятно.

— Ну, вот и всё, — печально говорит Серая Луна. — Пора прощаться.

— Да, — соглашаюсь, — пора.

Не знаю, что ещё добавить. Вряд ли мы с русалкой еще когда-нибудь увидимся, так что прощаться действительно грустно.

Но Луна решает подсластить наше расставание. Неожиданно обнимает меня за шею и целует. От внезапности не удерживаюсь на плаву и вместе уходим под воду. Успеваю расслышать то ли возмущённое, то ли обеспокоенное фырканье Сивки.

В голове судорожно всплывают рассказы о том, как русалки под воду моряков утаскивали. Но Луна, похоже, не собирается меня топить. Выпускает из объятий и, махнув длинным хвостом и улыбнувшись на прощание, скрывается в морской пучине.

Взгрустнув, всплываю и прямиком на берег. Сивка мотает длинной гривой и копытом бьёт, а Дрейк недоверчиво поглядывает на меня.

— Что? — не выдерживаю пристального внимания.

— Нет, ничего, — отмахивается дракон. — Ты достал водоросли? — явно тему переводит.

— Да, — широко улыбаюсь, — и ещё много всего в придачу выдали. Фисс будет рад.

— Летим к нему? — спрашивает Дрейк.

— Да, — киваю. — Но может, сначала немного тебя уменьшим? — призывно потряхиваю авоськой с одуванчиками.

Дракоша облизывается и причмокивает, но потом мотает головой.

— Не, — говорит. — Как же я тогда вас с лошадкой повезу? Вдруг сильно уменьшусь?

— И правда, — соглашаюсь. — Полетели так.

Сивка, образно выражаясь, со мной не разговаривает. Понятия не имею, чем я её расстроил. Уже начинает казаться, что гнедая ревнует меня к русалке.

Глупости, конечно. Она же лошадь. Но ощущение стойкое.

Летим домой. Уже привычно стало сидеть на драконьей спине и смотреть на пролетающие далеко внизу земли. Мы летим так высоко, что реки и дороги кажутся тонкими ниточками. Даже столица, где я совсем недавно побывал, выглядит как муравейник под ногами.

Благодаря тому, что Дрейк не терял времени даром и научился лучше владеть своим врождённым навыком иллюзии, передвигаемся среди бела дня. Дракон притворился облаком и летел среди настоящих облаков, иногда поднимаясь выше их. На таких высотах холодно и тяжело дышится — но благодаря зельям я легко терплю неудобства. Сивка тоже приняла полезную микстуру, но после этого всё равно надменно фыркнула и отвернулась.

Я не стал выяснять, в чём дело. Тем более, гнедая говорить всё ж таки не может, и что-то узнать у неё затруднительно. Ничего, подуется и перестанет. На крайний случай — извинюсь за всё, когда будем прощаться.

Сразу становится грустно. Намного грустнее, чем во время расставания с русалкой. Всё-таки я, Сивка и Дрейк за эти несколько дней побывали в таких передрягах, что грех не подружиться. Совсем не хочется прощаться… но мне надо домой. А Фисс, я уверен, приглядит и за копытной, и за чешуйчатым.

Оставляю друзей, так сказать, в добрых руках.

За этими мыслями не замечаю, как стемнело, и что мы уже подлетаем к городу, где живёт Фисс.

Я подползаю к уху Дрейка и кричу, что надо переночевать где-нибудь, а уж с рассветом отправиться в город. Дракон кивает и закладывает вираж к скалистому острову, где располагается его пещера.

С тех пор как мы её покинули, ничего не изменилось. Сняв поклажу с драконьей спины, я выдаю лошади остатки овса. Та берёт торбу зубами и показательно оттаскивает вглубь пещеры, чтобы там поужинать в одиночестве.

Фи, какая гордая у нас кобылка.

Хрустя медовой грушей, я вновь показываю Дрейку авоську с пурпурными водорослями.

— А может, мне не надо уменьшаться? — он вдруг начинает сомневаться. — Я большой и сильный, орков есть могу…

— Да какие проблемы, — достаю из сумки фигурную раковину, полную перламутровых жемчужин. — Ты вот этих наелся, чтобы вырасти?

Жёлтые глаза Дрейка вспыхивают, а из пасти натуральным образом течёт слюна. Он кивает и тянется ко мне. Кажись, эти камешки для него и правда желанный деликатес.

— Э нет, — убираю жемчужины. — Ты и так огромный. Я к тому, что всегда сможешь стать больше, если захочешь, понял?

— Угу, — дракон кивает и громко сглатывает. — Ладно, давай сюда. Лишь бы не сильно уменьшиться.

— Тогда для начала одну, — достаю одуванчик из авоськи. — А ты когда вылупился, какой был?

— Ну как ты примерно. Немного меньше.

— А каким хочешь быть?

Дрейк открывает было пасть и тут же закрывает, глядя на меня в недоумении. Даже Сивка оборачивается, любопытствуя.

— Не знаю, — протягивает дракоша. — А каким надо?

— Давай попробуем, насколько маленьким ты можешь стать, — во мне просыпается любопытство. — Водорослей навалом, жемчужин тоже. Так что можем позволить себе эксперименты.

— Экскременты мне не нравятся, — мотает головой Дрейк.

Торможу пару секунд, а потом начинаю хохотать.

— Ты откуда слова-то такие знаешь? Не экскременты, а эксперименты… будем опытным путём выяснять, каким ты можешь стать.

Экскре… то есть, тьфу, эксперимент оказывается увлекательным. Сначала мы накормили Дрейка одуванчиками и уменьшили до таких размеров, что он смог поместиться у меня на ладони. Затем опять сделали величиной с гору. Насмеялись вдоволь — даже Сивка на какое-то время забыла про свои обиды и ржала вместе с нами.

В конце концов, оставили Дрейка размером чуть больше слона. Он вполне способен поднять нас с Сивкой и лететь — силы ему не занимать, даже когда он небольшого размера.

А потом мы уменьшим его и посадим ко мне в карман, чтобы всем втроём спокойно навестить Фисса.

Ложимся спать и наутро воплощаем свой замысел. Забираю параплан, чтобы не убиться, когда прыгну в портал. Ну всё, я готов…

Лиловая калитка открывается сразу же, как я в неё стучу.

— Дорогие мои!

Фисс бросается и сначала заключает в объятия меня, а потом обвивает руками шею Сивки и зачем-то целует её в лоб. Гнедая кажется удивлённой и смущённой. Даже как будто краснеет чуток.

Наш алхимик, как всегда, выглядит растрёпанным и возбуждённым. Провожая нас в дом, активно жестикулирует, сыпет бесконечными вопросами и аж приплясывает.

— Вы голодны? — спрашивает, едва мы пересекаем порог. Сивка осторожно встаёт у стеночки, стараясь ничего не задеть. — Я собирался готовить омлет! Помню-помню, как он вам понравился в прошлый раз, Иван!

— Спасибо, я позавтракал, — стараюсь удержаться от гримасы отвращения.

Омлет, конечно, вкусный был, но слизь улитки в составе… я не привык к подобным изыскам.

— Вот всё, что вы заказывали. Или почти всё, — протягиваю сумку. — Русалки сами складывали.

— Русалки? Сами складывали? — глаза Фисса расширяются, он выхватывает сумку и вываливает содержимое на стол, где и так навалена всякая всячина.

Пока старик увлечённо перебирает водоросли, камушки и какой-то подводный мох, присаживаюсь на стул. Выкладываю остатки эликсиров и пастилок.

Хочется, конечно, оставить их себе. Было бы круто использовать то же зелье подводного дыхания на Земле. Но, во-первых, не уверен, что оно будет работать. Всё-таки магии в моём родном мире не существует. Во-вторых, надо же спросить разрешения.

— Вы и правда все достали! Иван, это просто чудесно! Я в неоплатном долгу перед вами!

Фисс опять кидается меня обнимать, хлопает в ладоши и принимается рассовывать ингредиенты по шкатулкам и полочкам.

— Не стоит, — говорю. — Всё получилось довольно просто.

Вкратце пересказываю все свои приключения.

— Эй, а можно я уже вылезу? — раздаётся писклявый бубнёж из моего кармана.

— Ой, — стыдно признаваться, я совсем забыл про дракошу. — Уважаемый Фисс, поздоровайтесь с Дрейком.

Достаю дракончика из кармана. Он размером с ящерку, только красный и горячий, как уголёк.

— О-о, — старый эльф чуть на колени не падает. — Здравствуй, Дрейк. Значит, водоросли сработали.

— Ага, — пищит тот. — И жемчужины работают. Теперь могу туда-сюда меняться, как захочу.

— Пока ингредиенты не кончатся, — добавляю я. — Так что не балуйся, а то застрянешь опять в каком-нибудь размере.

— Знаете, я мог бы попробовать создать специальные пилюли на основе водорослей и жемчуга, — задумывается алхимик, потирая острый подбородок. — Одни для уменьшения, другие для увеличения. Тогда не придётся торговать с русалками каждый раз, как закончатся водоросли или жемчужины. Ингредиентов должно хватить.

— Оставляю это на ваше усмотрение, — пожимаю плечами. — Мы с Дрейком сейчас полетим возвращать меня домой. Поэтому я хотел попросить вас, Фисс, чтобы вы присмотрели за ним и за Сивкой.

Бросаю взгляд на гнедую, а та фыркает и отворачивается, тряхнув своей роскошной гривой. Дура дурой, хоть и лошадь.

— Вы покидаете нас? Так скоро? Вас, должно быть, ждут дела в своём мире… Но как же не хочется вас отпускать!

Алхимик уже в третий раз за сегодня бросается меня обнимать и долго причитает. Становится ещё грустнее, чем было до этого. С трудом выбираюсь из объятий, пожимаю старику руку и выслушиваю торжественную клятву о том, что с драконом и лошадью всё будет в порядке.

Передаю Фиссу дракончика, а тот сразу же начинает почёсывать его пальцем и несёт в соседнюю комнату, дабы угостить какими-то редкими камушками. Мы с кобылой остаёмся вдвоём. Подхожу и глажу её по холке.

— Не знаю, на что ты обижаешься, Сивка, — говорю. — Хотя, конечно, ты не Сивка. Прошлый хозяин наверняка называл тебя по-другому.

Лошадь почти рычит, глядя на меня исподлобья, но потом кладёт голову на плечо, как бы обнимает.

— В общем, извини за всё. Не поминай лихом, как у нас на Земле говорят. Фисс о тебе позаботится. Может, коня найдёшь хорошего, жеребят заведёшь… Ладно-ладно, шучу! — воплю, когда гнедая кусает меня за ухо. — Ну, прощай. Дрейк! Где ты там? Полетели…

Спрашиваю насчёт зелий — Фисс и правда не уверен, что они будут работать в моём мире, но не против, чтобы я взял и попробовал. Беру, а чего нет. Может, всемирно известным бегуном стану с пастилками скорости. Или в UFC отправлюсь выступать, наглотавшись пастилок силы, гы.

А если удастся попасть сюда ещё раз, то смогу поведать Фиссу, работают ли его снадобья в моём мире.

Оставляю старику меч и прочее добро, которое не пригодится мне на Земле. Переодеваюсь в свой полётный костюм, забираю Дрейка, дельтаплан и через задний двор покидаем гостеприимный домик.

Чуть не становлюсь жертвой плотоядных цветов-бульдогов, но успешно преодолеваю сад. Фисс долго машет мне с порога, Сивка грустно глядит поверх него. Тоже машу в ответ, а когда выхожу за калитку, больше не оборачиваюсь.

А то слёзы на глаза навернулись. Не хочу, чтоб меня запомнили плаксой.

Вот и подошло к концу моё приключение, будет что в старости вспомнить, главное, никому не рассказать, а то в психушку сплавят.

Выйдя за пределы города, скармливаю Дрейку несколько жемчужин, и тот вырастает до размеров коня. Запрыгиваю к нему на спину, летим! Держусь за дельтаплан, который играет роль дополнительных крыльев. Дрейку даже нравится. Лететь, говорит, легче.

Портал находится недалеко. Дракон утверждает, что точно помнит место, где проглотил меня, решив, что феей поперхнулся.

— Не скучай без меня, — говорю, похлопывая чешуйчатого по шее. — Фисса слушайся, он дядька умный. И за Сивкой приглядывай. Не знаю, чего тем оркам надо было, но вдруг они вернутся.

— Так я же их слопал.

— Не всех. Так что ушки на макушке, Дрейк.

— Они и так на макушке, — удивляется чешуйчатый.

— Не бери в голову, земное выражение…

— У меня что-то на голове? — пугается дракон.

— Нет, — от души смеюсь. — Это тоже земное выражение.

Дракон кивает и оглядывается. Мы на высоте, среди облаков. Далеко внизу — лес и горы, те самые, среди которых состоялось наше знакомство. А вот портала что-то не видать. На Земле он выглядел как необычное дрожание воздуха.

— Точно здесь? — на всякий случай спрашиваю.

— Угум, — мычит Дрейк.

Ищем хоть что-нибудь необычное, но тщетно. Кружим до ночи, пока не становится настолько темно, что хоть глаз выколи. Но гораздо раньше этого стало ясно, что портала нет.

Испытываю смешанные чувства. С одной стороны, хорошо остаться с новыми друзьями. С другой — домой охота, меня наверняка уже в покойники записали.

Но выбора нет. Летим обратно в город, советоваться с Фиссом. Мудрый старикан наверняка подскажет, как быть. А если что, пойду к нему в подмастерья.

Знакомый красноносый эльф пропускает через ворота, хоть и не положено. Дельтаплан я спрятал в лесу, а дракона уменьшил и положил в карман. На лётный костюм стражник не обратил внимания, наверное, решил, что это геройское одеяние такое.

Стучусь в уже знакомую калитку, а открывает мне какой-то рослый эльф-альфач в дорогих доспехах.

— Иван, укротитель драконов? — басит.

— Э-э, да… — мямлю.

— Идёмте. Вас ждёт король.

Откуда-то из-за спины появляется ещё один рыцарь, так что отказаться не вариант. Идём.

Кажется, я ошибся — моё приключение продолжается. И даже набирает обороты…

Дракон у меня в кармане всё слышит и заметно нервничает. Видать, чешуйчатого не радует встреча с королём. Мне, наоборот, лестно, но и страшновато в то же время. Что понадобилось местному владыке от скромного попаданца?

Захожу в дом. Не успеваю разглядеть короля, на меня налетает Фисс с очередными объятиями.

— Добро пожаловать, дорогой Иван! Что случилось? Почему вы вернулись? Вы узнали, что Его Величество Лаирендил вас разыскивает?

— Нет, для меня это сюрприз, — громко отвечаю, а потом шепчу алхимику на ухо: — А где Сивка?

— В сарае, — так же шёпотом отвечает старик и говорит уже громче: — Ну, пожалуйте за стол! Я приготовил вкуснейшее рагу из альдорона. Смею надеяться, достойное королевской особы.

Оторвавшись от меня, Фисс кланяется другому старому эльфу, восседающему за круглым столом. Что удивительно, алхимик даже расчистил стол от склянок и книг. Там остались только кушанья и бутылка. С вином, надо полагать.

Монарх, вопреки моей фантазии, без короны. Но одет роскошно. Сразу видно, не простой эльф. О высоком положении говорят и то достоинство, с которым он держится, неспешные величавые жесты и твёрдый, таранящий меня взгляд. Чего он так смотрит?

— Поклонитесь, — шипит Фисс.

Блин, точно. Король же. Но с другой стороны — не мой король. На Земле кланяться уже не принято, у нас типа демократия и всё такое.

— Здравствуйте, Ваше Величество, — ограничиваюсь вежливым кивком.

Король презрительно морщится и делает знак сопровождающим меня стражам. Один из них опускает тяжеленную бронированную ладонь мне на плечо и рычит:

— На колени перед королём.

— С чего ради? — твёрдо встречаю взгляд эльфа-рыцаря. — Он не мой король. Полагаю, вы всё уже знаете, что я из другого мира. Так что никаких «на колени», и руку убери, — почти рычу.

Фисс бледнеет и закрывает рот ладонью. Воцаряется гнетущее молчание, которое лишь через минуту прерывает хмыканье правителя.

— Прикажете научить вежливости, мой король? — рыцарь тянет из ножен меч.

— Оставь его, Вион, — голос у Лаирендила тихий, даже слабый. Но в нём всё равно ощущается властность. — Сделаем для пришельца исключение. Надеюсь, он не желал оскорбить меня и будет соблюдать вежливость.

— Конечно, Ваше Величество, — говорю.

«Но только к вам», — добавляю про себя и сбрасываю руку Виона с плеча. Не понравился мне этот грубиян. И я ему, кажется, тоже не по душе. Вон как смотрит на мои кругленькие человеческие ушки, будто отгрызть хочет.

— Садитесь, Иван, — король ведёт рукой. — У меня к вам дело. Досточтимый Фисс поведал, что вы решили отправиться в родной мир. Полагаю, раз вы вернулись сюда, путешествие не удалось?

— Не удалось, — соглашаюсь и сажусь за стол.

Алхимик пододвигает ко мне тарелку, щедро накладывает рагу, наливает вина. Которое оказывается вовсе не вином, а фруктовым соком. Вот и хорошо, алкоголь я не люблю.

— Что привело вас сюда, Ваше Величество? — искоса поглядываю на явно королевскую особу рядом с владыкой. Принцесса? Королева?

Девушка симпатичная. Невысокая такая, миниатюрненькая, с розовыми щёчками и зелёными, как изумруды, глазками. Улыбается мне, а я улыбаюсь в ответ. Но тут же спохватываюсь и возвращаю взгляд на короля.

Ещё подумает, что я хочу его дочку склеить. Теперь я уже точно улавливаю сходство между монархом и этой девицей. Определённо родственники.

Лаирендил действительно хмурится, но отвечает на мой вопрос:

— Вы, как я слышал, опытный искатель приключений. Успели побывать в королевстве русалок, достали голубой каштан для их правителя, где-то отыскали Пылающий свет…

Киваю, чувствуя себя инфузорией под микроскопом в ярком свете. И откуда король всё это знает? Впрочем, чего ещё ждать от правителя. У него наверняка шпионы на каждом углу.

— А ещё вас называют укротителем драконов.

— Есть такое.

К рагу не притрагиваюсь, хотя аромат восхитительный. Побаиваюсь, что Фисс мог добавить туда какую-нибудь гадость. Да и как-то неприлично лопать за обе щеки, пока король говорит. Ограничиваюсь парой глотков сока, чтобы живот не урчал.

Молоденькая эльфийка глаз с меня не сводит, чувствую, начинаю краснеть. Чего это она пялится? Никогда героев не видела?

Или я просто такой симпатичный? Русалки вон тоже все заигрывали. Наверное, это человеческая магия привлекательности, хе-хе.

— Учитывая все ваши подвиги, совершённые за столь краткое время, я хочу поручить вам задание чрезвычайной важности, — серьёзно говорит Лаирендил.

Блин, как у него дыхания хватило на такую долгую фразу?

Фисс чего-то тайком жестикулирует, корчит рожи, то ли подмигивает, то ли у него спазм. Не понимаю, чего он хочет, и говорю:

— Слушаю, Ваше Величество.

Ну а почему бы и нет? Королевский квест может мне деньжат принести. А то и вообще лордом каким-нибудь сделают. Я так и домой возвращаться передумаю.

Если задание такое важное, может, принцессу и полцарства в придачу получу, не зря же он её с собой притаранил. Девица к тому же премилая, и я ей, похоже, нравлюсь.

Что-то размечтался я. Навостряю уши и внимаю речам короля. А он ведает мне о своей беде.

— Я хочу, чтобы вы отыскали мою пропавшую дочь, — говорит.

— А… я подумал… — зыркаю то на короля, то на милашку за его спиной.

— Иримэль моя младшая дочь. Она вызвалась сопроводить меня и рассказать вам всё, что знает об исчезновении сестры. Без вести пропала старшая. Та, что займёт трон королевства после моей кончины.

— Не говорите так, отец, — Иримэль впервые подаёт голос и кладёт ладошку на плечо короля.

Лаирендил качает головой и хрипло закашливается, будто намекая, что ему недолго осталось. Фисс тут же подлетает и приносит из соседней комнаты какое-то снадобье. Выпив его, король перестаёт кашлять. Похоже, с Фиссом они знакомы, его зелья без проверки пить опасно, любит он добавить огоньку. Да и стражи спокойно к этому отнеслись.

Мотаю на ус и слушаю дальше.

— Лиандра пропала прямо из королевского дворца, — сообщает монарх. — Возможно, её похитили.

— Исключено, Ваше Величество, — встревает Вион. — Ваша гвардия…

— Не вмешивайся, — поднимает ладонь Лаирендил.

— У вас есть враги? — подумываю с чего бы начать поиски.

Его Величество только усмехается:

— Я король. Конечно, у меня есть враги. Но мы проверили каждого из них и не установили причастных.

— А я чем могу помочь? — сомневаюсь, что моя тяга к приключениям сыграет важную роль в поиске пропавшей наследницы.

— Вы уже доказали своё умение разыскивать редкие вещи. У вас есть дракон, на котором вы способны быстро преодолевать большие расстояния. И даже враги короля устрашатся летающего ящера, способного дышать огнём по команде… Кстати, где он?

— В надёжном месте… — не стоит сдавать Дрейка. Останавливаю руку, которая автоматически потянулась к карману.

Дракончик тоже не горит желанием показываться. Судя по щекотке, он прогрыз в кармане дырку и заполз мне подмышку. Сдерживаю неуместный смешок и серьёзно говорю:

— Не уверен, что смогу вам помочь, Ваше Величество. Всё-таки я не местный, понятия не имею, где и как искать…

— Если найдёте Лиандру, я устрою вам встречу с Аполлинарием Игнатовичем, — прерывает король. — Вы ведь ещё хотите вернуться домой? Великий маг и глава Ордена Сияющей звезды способен вам помочь.

Кажется, король только что предложил сделку, от которой я не могу отказаться…

Его Величество на прощание выдаёт мне карту своих владений, мешочек золота на «командировочные расходы» и королевскую грамоту, которая в идеале должна открыть мне все двери.

В последнюю, но не по значимости, очередь мне дают портрет пропавшей принцессы. Свёрнутый в трубочку холст. Деловито разворачиваю и едва ловлю упавшую на пол челюсть.

Я б женился! Может, получится спасти её настолько эффектно, что она в меня влюбится?

Серьёзно, я успел повидать немало красавиц в этом мире. Девушки-эльфийки, русалки, да и младшая принцесса очень даже ничего. Но все они меркнут по сравнению с наследницей трона.

Волосы, как жидкое золото, изящная фигура, и сногсшибательные голубые глаза. Как две звезды, прожигающие моё сердце насквозь прямо с холста.

— А… — решаюсь задать вопрос, — художник не сильно приукрасил? Ну, чтобы угодить будущей королеве.

Замечаю, как при последних словах Иримэль слегка мрачнеет. Соображаю, что здесь могут иметь место собственные игры престолов. Ведь если старшая сестра не найдётся, то трон достанется младшей.

Король усмехается:

— Нет, внешность передана точно.

Так, кажется, я уже не очень сильно хочу домой. По крайней мере, неплохо было бы выручить красотку из беды и познакомиться поближе. Кажется, во мне говорят первобытные инстинкты — женщина в беде, надо выручить. Я даже жизнью готов рискнуть!

Наверное.

— А как правильно обращаться к принцессе? — спрашиваю.

— Ваше Высочество, — отвечает Лаирендил.

— Ваше Высочество, — тут же поворачиваюсь к Иримэль и деловито прошу. — Расскажите всё, что знаете о пропаже сестры.

Младшая принцесса, неловко поёрзав на стуле, начинает рассказ. Я задаю наводящие вопросы, уже ощущая себя таким же крутым детективом, как Холмс или Пуаро.

Правда, Иримэль не выдаёт ничего существенного. Но она постоянно смущается, глаза подозрительно бегают — словом, кажется, что эльфийка что-то скрывает. Надо бы выудить из неё информацию, только как?

— Достопочтенный Иван, — девушка кокетливо прерывает мои размышления. — Я слышала, что у вас самая прекрасная лошадь во всём королевстве. Вы не могли бы мне её показать?

Хо, да она со мной заигрывает! Вот так, прямо при отце? Наверное, у меня есть скрытая суперспособность притягивать красоток…

Почему же она на Земле не работает?

Но тут по взгляду Иримэль понимаю, что моя красота вряд ли имеет к этому отношение. Она явно хочет что-то рассказать наедине.

Боится поделиться чем-то при короле? Может, наша Лиандра просто сбежала, а младшая прикрывает? А сейчас хочет попросить меня не искать наследницу?

Интересненько.

— Конечно, Ваше Высочество. Сивка здесь, в сарае. С радостью покажу, если Его Величество не против.

— Вион, сопроводи их, — король вяло машет рукой и снова заходится кашлем.

Недружелюбный рыцарь открывает нам дверь и незаметно тычет мне пальцем под рёбра.

— Не вздумай что-нибудь учудить, — шипит.

— Сам не вздумай. О, кстати! Уважаемый Фисс, позвольте мой Пылающий свет.

— Конечно, друг мой! — алхимик достаёт откуда-то из-за шкафа меч и вручает мне.

Глядя Виону в глаза, подпоясываюсь мечом и выхожу на улицу, где уже ждёт принцесса. Рыцарь крепко сжимает челюсти и скрипит зубами. А его товарищ завистливо цокает, глядя на богато украшенную рукоять моего оружия.

Неторопливо идём по саду, к стоящему в его глубине сарайчику. Кусачие цветы, кажется, спят и не пытаются цапнуть нас за лодыжки. Но один вдруг просыпается и клацает прямо возле ноги принцессы. Еле успеваю дёрнуть её на себя — Вион подрывается на мгновение позже.

— Спасибо, Иван, — говорит девушка и оглядывается на телохранителя. — Всё в порядке, Вион.

— Да, принцесса, — глухо отвечает тот, сверля меня глазами.

— Я не всё вам рассказала, — шепчет Иримэль, когда мы продолжаем идти. — Лиандру в последний раз видели в Тинмарке — это город далеко на западе. Не хотела говорить при отце. Как вы могли заметить, он болен. И с каждым днём ему делается всё хуже. Он старый эльф, ему не стоит отправляться в такое далёкое путешествие больным…

— Я понял, Ваше Высочество. Спасибо за информацию.

Хм-м, всё-таки младшая принцесса действительно что-то скрывала. Только ради здоровья короля, а не собственной выгоды. Хотя, не стоит делать поспешных выводов. В придворных интригах я мало что понимаю, меня могут попытаться обвести вокруг пальца.

Доходим, наконец, до сарайчика. Обнажаю меч и говорю:

— Свет.

Клинок ярко вспыхивает, освещая округу.

— Как здорово! — восхищается Иримэль.

С улыбкой открываю скрипучие двери, и театральным жестом приглашаю к просмотру. Только что-то на лице юной принцессы не видно радости, скорее недоумение. Вион насмешливо хмыкает.

Поворачиваюсь и снова приходится ловить свою челюсть. Сивки-то нет! Только порванная уздечка валяется на земляном полу, и хлипкая задняя стена проломлена. Лошадь сбежала.

Вот те на. Кажется, у меня появился дополнительный квест.

Королевская процессия покидает дом Фисса, несмотря на глубокую ночь. Его Величество что-то совсем закашливается, садясь в карету. И напоследок говорит, что ждёт от меня результатов через неделю.

— Кстати, Иван, — хрипло говорит он уже из кареты. — Вы же понимаете, что если поручение не будет выполнено, я буду вынужден вас казнить?

— А? — кажется, я и правда не расслышал.

— Вы натворили много дел со своим драконом. И вообще, ваш дракон — вор и преступник.

Чувствую, как Дрейк начинает ёрзать у меня под одеждой, пытаясь спрятаться глубже в подмышку. Ему там норм? Я давненько не мылся. А побывал в таких местах, о которых лучше не вспоминать.

— Аполлинарий Игнатович назначил за него награду, — продолжает Лаирендил. — Но если вы найдёте Лиандру, то оба получите королевское помилование.

— А я-то чего сделал?! — возмущаюсь.

— Укрываете преступника, — буднично отвечает король. — Торгуете редкими ингредиентами без лицензии. И вообще, вы опасный пришелец из другого мира.

Даже злюсь на короля. Мы с Дрейком вообще можем спалить всю столицу. Приехал помощи просить, а следом условия выставляет и казнить обещает. Странный народ эти эльфы. Даже не пытаются разобраться. А то уже знали бы, что дракон ещё младенец, и никто его уму-разуму не учил.

Вот если бы перед этим Лаирендилом положить самую желанную вкусняшку, его надолго хватит? Вон, за дочерью и наследницей уследить не смог, а тут дракон целый!

Ладно, что-то разошёлся я…

Всё равно выбора у меня нет, домой вернуться без помощи их всемогущего Аполлинария не выйдет. Да и красотку из беды вызволить охота. И познакомиться с чародеем стоит — больно имя у него на земное, похоже, вдруг он тоже попаданец?

Не прощаясь, король жестом велит закрыть дверь кареты. Иримэль напоследок улыбается мне и желает удачи в поисках как лошади, так и Лиандры.

Коротко киваю в ответ и возвращаюсь в дом. Дрейк выглядывает у меня из-за воротника и пищит:

— Иван! Нас казнят!

— Не казнят, — бурчу. — Если принцессу найдём.

— Как же мы её найдём?! Королевство огромное! А вдруг она того, в живых уже нет?

— Не нагнетай. Зацепка у нас есть. Отправимся в этот Тинмарк, поспрашиваем. Только сначала Сивку найдём.

— Не хочу, чтоб меня казнили, — Дрейк вылезает и растягивается у меня на плече. — Может, просто улетим куда-нибудь в другое королевство?

— Ага. А домой я как вернусь? Мне нужен чародей. Этот Аполлинарий сильнейший, правильно я понимаю? Он сможет мне помочь.

— Он злой, — констатирует дракоша.

— Может, и злой, но вариантов у меня не много. А если найдём эту Лиандру, то тебя помилуют и сможешь жить, не скрываясь от охотников, здесь, — веду рукой по гостиной, — с Фиссом.

— Да, — потягивается Дрейк, — было бы здорово, — причмокивает и явно собирается спать.

— Не время храпеть, — нервничаю. — Наша Сивка пропала, — пихаю дракошу пальцем в бок, — пойдём искать её.

Сгребаю зелья в дорожную сумку, пастилки по карманам распихиваю — готовлюсь в поход. Думаю, на пути меня ждёт много испытаний, но друзей в беде бросать нельзя, да и себя выручать надо. Сомневаюсь, что если меня в этом мире казнят, то я чудным образом окажусь дома на диване, чай не компьютерная игра, а параллельная или ещё какая вселенная.

Фисс выдаёт мне обратно местную одежду вместе с тысячей напутствий. Переодеваюсь, слушая его вполуха.

— Будьте бдительны на дороге. Тинмарк — это вам не наше захолустье! — грозит пальцем старик. — Там разбойники по улицам шастают как у себя дома. А у вас с собой столько добра, на которое позариться можно.

— Да-да, конечно, — отмахиваюсь, настроения совсем нет. — Мы будем осторожны, а если что Дрейк всех слопает. Ведь если найдём принцессу, нас всё равно помилуют, что бы мы ни натворили…

Прощаюсь с алхимиком и отправляюсь искать гнедую беглянку. Исследую сад в свете меча. Проломив стену сарайчика, лошадь растоптала несколько грядок, сиганула через забор, а дальше — не понять. На камнях мостовой следов не осталось.

Что вообще её так напугало, раз она из сарая Фисса драпанула? Может, один из стражников полез к самой красивой лошади королевства? Подумаешь, не съел бы он её… Голодных орков среди рыцарей я не заметил.

Пытаясь отыскать Сивку на ночных улицах, сталкиваюсь со знакомым красноносым стражником. Тот любопытствует, чего я тут шарюсь в темноте, будто недоброе замышляю. Честно отвечаю, что ищу пропавшую лошадь.

— А-а, так я ж видал её, — говорит стражник, почёсывая голову под шлемом. — Вечером ещё, до заката. Выбежала из ворот, как ошпаренная, не успел остановить.

Чертыхаясь про себя, спрашиваю:

— Куда она побежала?

— Да прямо по дороге, в сторону леса.

Ага, тот самый лесок, где нас пытались ограбить гоблины. Недалеко от него хижина рыбака. Может, Сивка решила спрятаться в знакомом месте? Или побежала к морю, надеясь, что Дрейк будет возвращаться в свою пещеру и заметит её?

Стоит проверить.

Благодарю стражника, хоть особо и не за что, и отправляюсь в путь. Городские ворота открывать мне не хотят, мол, ночью не положено. Достаю из сумки королевскую грамоту, и надо же — ворота сразу распахиваются.

Хорошая какая бумажка. Почти волшебная.

Аж бегом несусь через лесок к морю, где Дрейк скалой прикидывался, но ни на дороге, ни у моря своей милой лошадки не нахожу. К тому времени уже светает. Запыхавшись, подхожу к хижине рыбака. Тот меня узнает:

— Доброе утро, господин! — кланяется, аж неловко. — Снова рыбки хотите купить? Так, я не выходил ещё в море-то. Заглядывайте после полудня.

— Я насчёт лошади, любезный.

— Да откуда ж у меня лошадь, сударь, я простой рыбак.

— Своей, — качаю головой, — гнедая с длинной светлой гривой пропала. Видели, куда пошла?

Рыбак хлопает глазами и кивает, как болванчик.

— Видал, — говорит. — Пробегала. Только её возле леса гоблины схватили. Я думал, она ихняя, лезть не стал…

— Да откуда ж у гоблинов такая красавица возьмётся, — аж рычу на бедолагу, настроения со вчерашнего знакомства с Его Величеством нет. — Моя она, моя!

— Простите, господин, не знал, — ошарашенно смотрит на меня рыбак.

Прихожу в себя:

— Ладно, — отмахиваюсь, — не виноват ты, прости. Где эти мелкие обитают? Наведаюсь…

— Точно не скажу. Эти гоблины постоянно тут в округе пакостят. Видать, в лесу где-то логово. Там пещер много, говорят, они тоннелями соединены.

Бросаю рыбаку монетку за помощь. Тот снова сгибается в поклоне и уходит по своим делам. А я отправляюсь в лес.

— Слышь, Иван, — Дрейк выглядывает из кармана. — А гоблины, наверное, лошадей едят.

— Ты ещё не добавляй. Всё с нашей Сивкой хорошо!

Переживаю за лошадку, привязался я к ней. Не хочу и мысли плохой допускать.

— Лучше сам поесть готовься, — злобно улыбаюсь и показываю Дрейку жемчужину. — А на десерт гоблины будут…

Обшариваю ближайшую пещеру, что скрывалась за огромным кустом не пойми чего с шипами. Но там пусто, явно никто не заглядывал лет так сто. Сыро, мрачно, пауки по стенам ползают. Размером с мой кулак, б-р-р.

Дрейк парочку на апперитивчик закинул, и мы дальше пошли искать, тоннеля в этом логове не нашлось.

Шаримся по лесу до полудня, но десерт не выходит к нам. Можно уже за свежей рыбкой отправляться, только что-то не хочется. Ору как резаный, зову гоблинов. Вдруг они, услыхав, что на дороге богатый путник, сами явятся.

И надо же, помогает. Через полчаса таких призывов передо мной появляется серокожий коротышка с заточкой в руке. А с ним его друзья, числом не меньше десятка.

— Лошадь где? — не трачу время на расшаркивания и сразу обнажаю меч. Во второй руке держу жемчужину для дракона.

— Лошадь? Где? — с интонацией Джамшута переспрашивает гоблин, а его дружки тупо гыгыкают.

Нет у меня желания в игры играть:

— Говори, а то станешь закуской для огромного дракона. В прошлый раз мало ваших полегло? В этот раз живых не оставим.

— Эльф вздумал пугать, — хохочет мелкий. — Где твой дракон?

— А вот сейчас увидишь. Дрейк, фас!

Кидаю жемчужину вверх, а дракоша вырывается из моего кармана за лакомством. Перед внутренним взором возникает эпичная сцена, как Дрейк хватает жемчужину на лету и встаёт на землю уже большим и злым. Коротышки точно бы обделались.

Но дракончик не успевает перехватить вкусняшку, как та падает в траву. А гоблины, так и не заметив мелкую ящерку, хватаются за животы и надрываются со смеху. Чувствую, как пар из ушей валит, а лицо багровое от злости. Замахиваюсь Пылающим Светом, чтобы проучить серомордых наглецов.

А прямо передо мной вырастает красная стена размером с увесистого коня и рычит во всё горло. Страшно даже мне становится, от неожиданности.

Ну, не так как я представлял, но не менее эпично вышло.

— Где лошадь, десертик, — басит Дрейк.

— Так это, ну, того, — мямлит гоблин. Остальные, стараясь не отсвечивать, пятятся в кусты.

Но никто не торопится поведать нам историю Сивки. Убегать тоже не решаются. Понимают, что дракон мигом их слопает.

— Сапфирчику, — интересуюсь у дракона.

— Было бы неплохо, — соглашается тот.

Выуживаю из сумки синий камень размером с перепелиное яйцо и закидываю другу в пасть.

— Зима близко, засранцы.

Ледяные сосульки висят, как замёрзшие сопли. Дрейк чихает, и гоблин перед ним превращается в мороженку.

— Кажись, у тебя аллергия на все драгоценности, — смеюсь.

— Похоже на то, — кивает дракон и заходится в серии чихов, что я только и успеваю отпрыгнуть, дабы не разделить участь серых человечков.

— Пощади! — визжит один из них и падает на колени, становясь совсем уж низеньким.

Он-то и рассказывает, как они поймали мою лошадь, утащили в пещеру, но не смогли решить, что с нею делать и продали какому-то купцу. Кто такой, откуда — понятия не имеет. Но вроде бы направлялся на запад.

— Смотри у меня, — грожу пальцем, — если обманул, я вернусь, и тогда пощады не будет!

— Не вру, мамой клянусь!

— А у вас мамы такие же, как у драконов? Любящие закусить своим отпрыском? — злорадствую.

— Нет, — таращится на меня мелкий пакостник. — Добрые, они не едят детей. Своих.

Напоследок говорю, мол, морду я его запомнил и узнаю из тысячи, так что не спрячется ни в одной канаве, отыщу и скормлю дракону. Дрейк злобно рычит в подтверждение, и мы отправляемся восвояси. Замороженные гоблины вроде оттаивать начали. Может, с ними всё в порядке будет.

Заглядываем по пути к рыбаку и рыбкой закупаемся. Мужик таращится на Дрейка и трясётся, вот-вот портки испортит. Но не хочу я тратить одуванчики напрасно, мало ли чего в пути приключится, а с русалками мне не на что меняться больше.

Обедаем. Я жарю рыбку на костре, а Дрейк сырую заглатывает, ждать не хочет. Напоминаю про страшные заболевания, которые бывают, если пищу сырой лопать. А то я вон, целёхонек выбрался из пуза дракона, а всё потому, что пищу надо готовить и тщательно пережёвывать, не меньше двадцати пяти раз.

Окольными путями добираемся до дома Фисса незамеченными, Дрейк тренируется прикидываться заборами и цветами. Отлично получается надо сказать, хотя рога у пиона вряд ли могут вырасти. Если только не Фисс цветоводством занимается.

На рыночной площади пытаюсь узнать что-нибудь про заезжих купцов. Но как выглядит покупатель Сивки и чем торгует, не знаю, поэтому расследование заходит в тупик. Кажется, до Шерлока мне далеко.

Возвращаюсь к Фиссу. А тот уже ждёт меня и собирается ужином кормить. Пожалуй, откажусь.

Спрашиваю у старика, вдруг у него есть поисковое зелье какое-нибудь. Но увы, такого нет. Зато эльф показывает давно забытую склянку со спреем, которое умеет показывать последние следы. Правда, для него нужны волосы или кусок одежды того, кого ты собираешься искать.

Да, задача непростая, где я возьму волосы Сивки? Может, в сарае что осталось? Вдруг она своей роскошной гривой за доски зацепилась, пока проламывала стену.

Так и оказывается. На обломках стены нахожу прядь светлых волос, отношу алхимику, и тот мигом в бутылочке растворяет волосок, греет, парит, выпаривает, что-то химичит в общем. А потом получаю заветный бутылёк.

Работает просто — брызнул, и следы появляются. Действует недолго, но безотказно. Полезная штука, принцессу может помочь найти. Фисс обещается сварить ещё, а пока найти гнедую в приоритете.

Остаток дня тратим на то, чтобы идти по следу Сивки от логова гоблинов и дальше. Выясняем, что она со своим новым хозяином отправилась в порт. А там, поговорив с местным чиновником и дав ему на лапу пару золотых, узнаём, что купец с красивой лошадью сели на корабль до Тинмарка.

Вот это удача!

Мы на корабле не поплывём — ещё морской болезни мне не хватало. Кормлю Дрейка парой жемчужин, он прикидывается тучей, и мы летим в загадочный город, где пропала принцесса и куда утащили мою кобылу.

Путь оказывается неблизким. Посреди ночи приземляемся, чтобы отдохнуть и подкрепиться. С рассветом продолжаем полёт.

Тинмарк, в отличие от прошлых городов, где я побывал, выглядит суровым и мрачным. Из моря вздымаются острые скалы. Корабли встают на якорь далеко от берега, а пассажиров и товары перевозят на лодках, которые десятками курсируют туда-сюда.

Вокруг Тинмарка — дремучие хвойные леса и болота, рядом с которыми понатыканы деревушки. Фисс поведал, что город живёт добычей дерева и торфа, а ещё здесь много охотников. А также разбойников, браконьеров и орков.

Последним когда-то принадлежали эти земли. И осталось множество полудиких племён, которые не прочь свергнуть эльфийскую власть.

В общем, беспокойный регион. Надо держать ухо востро.

Снижаемся в лесу, недалеко от тихой тропинки. Позволяем себе недолгий привал, во время которого Дрейк пытается прикинуться лошадью. Получается у него откровенно плохо. У иллюзии то хвост драконий остаётся, то нога лишняя появляется, то глаза на лбу. Как будто эту лошадь нейросеть рисовала.

— Животных трудней изобразить, чем скалу или облачко, — оправдывается дракон.

— Не расстраивайся, научишься, — успокаиваю. — А пока пойдём. Держи одуванчик и лезь в карман.

— Не хочу в карман, там пыльно, — канючит дракон. — Можно в сумку?

— Вот ещё! Там столько камней. Вдруг ты не удержишься и лопать их начнёшь.

— Я не буду, честно!

— В карман, дракоша, — строго говорю. Нельзя забывать, что он ещё совсем маленький и ему нужна твёрдая рука. — Ну или за пазуху, если хочешь. Только сильно не копошись, а то щекотно.

— Ла-адно, — сдаётся Дрейк.

Уменьшается, лезет ко мне за шиворот и там сидит, выглядывая время от времени. На дороге никого, так что позволяю. А вообще, драконом лучше не светить, конечно.

— Добрый день, уважаемый, — откуда ни возьмись, на пути появляется гном.

Рожа криминальная, сразу видно. Шрам на лбу, татуировки на щеках. Здоровенный тесак на поясе.

Слышу треск веток, оборачиваюсь — а там пара относительно маленьких орков и гном, с ещё более бандитской харей. Грабить, что ли, будут? Не зря меня предупреждали, что места здесь опасные.

— Добрый, — вежливо киваю. — Чем могу помочь?

— Вы, как видно, эльф обеспеченный.

Я повязку не снимаю, и бандиту невдомёк, что я вовсе не эльф.

— Так что просим вас сделать пожертвование, — продолжает гном, держа руку на тесаке. — Для бедных деток.

— Дрейк, в рукав, — шепчу, почти не открывая губ, а потом громко спрашиваю: — Это вы, что ли, бедные детки?

— Ага, — басит один из орков. — Я бедный детка. Кушать нечего.

— По твоему пузу не скажешь, — фыркаю. — Ну да ладно. Пожертвую, — вытаскиваю из сумки небольшой рубин. — Вот этого хватит?

Глаза у разбойников загораются, а у орка аж слюна по подбородку течёт. Они наверняка не ждали, что я вот так просто решу подарить им самоцвет.

— Простите, уважаемый, — берёт себя в руки главарь. — Вы так щедры. Но наши детки очень бедные. Убедительно просим пожертвовать больше, тогда вы сможете спокойно продолжить свой путь.

Как вежливо он угрожает, аж противно.

Дрейк уже в рукаве, скребёт когтями по запястью, чувствуя близость аппетитного рубинчика.

— Нет, господа, — качаю головой. — Я могу потратить только этот камень. Будете брать?

— Будем, — скалится гном и идёт на меня. — Но посмотрим, что ещё есть в вашей сумке, если вы не против.

— Против, — отрезаю и сую рубин в рукав.

Раздаётся негромкий аппетитный хруст, а следом Дрейк начинает чихать, и у меня из рукава летят искры. Гном резко останавливается.

— Знаешь, кто я такой? — грозно спрашиваю.

— Кто? — сбледнув, спрашивает разбойник.

— Я Иван, укротитель драконов. И передай всем, кого знаешь — ограбить меня не получится.

Выставляю руку, и Дрейк, предварительно рыгнув, выпускает струю пламени. Гномья борода тут же вспыхивает, а её обладатель роняет тесак и визжит, пытаясь сбить огонь.

Поворачиваюсь к его дружкам, выхватываю меч и кричу:

— Огонь!

Чтобы, значит, эффектней было. В одной руке — Пылающий Свет, а из другой просто бьёт пламя. Круто же!

Второй гном и орки дают дёру, забыв про своего лидера. Тот продолжает орать, а на лице у него настоящий пожар. Догоняю бандита, ставлю подножку и с помощью нескольких горстей земли тушу огонь. Увы, к тому времени от роскошной бороды осталось только несколько дымящихся клочков.

— Моя борода, — гном натурально плачет. — Моя прекрасная борода…

— Будешь знать, как разбойничать, — наставительно говорю. Меч не убираю.

— Ты кто, море тебя поглоти, такой? — кричит разбойник сквозь слёзы.

— Вообще, слушать не умеешь? — хмыкаю. — Иван я, укротитель драконов и пламени, как ты мог уже заметить, — тычу остриём горящего меча в остатки бороды.

— Э-э-э! — отстраняется, боясь снова загореться. — Что тебе надо?

— Я лошадь ищу.

— На рынке продают лошадей, от меня-то чего тебе надо?

— Вопросы я буду задавать, — задираю нос. — Всякая кляча мне не нужна. Парочка таких же прохвостов умыкнула мою лошадь, пока меня в городе не было. На последнем вздохе они поведали мне, — нагнетаю, чтобы не вздумал рыпаться, — что продали её местному купцу.

— Так это, корабль утром пришёл, — мямлит гном. — Опоздал ты, уже разгрузили все. Была там одна гнедая со светлой гривой. Красивая…

— Где живёт купец? — злобно улыбаюсь, Сивку верну и пойдём искать принцессу.

Неприветливый Тинмарк встречает меня бронированными стражами и острыми копьями:

— Ты куда, чужеземец? — басит альфа-эльф, Вион по сравнению с ним тростиночка.

— Ищу купца, что торгует лошадьми. Лучшими.

— Хех, а здесь-то что забыл? Сюда не привозят такой товар, в столицу тебе надо.

— Я точно знаю, что сегодня утром сюда была доставлена самая красивая лошадь королевства, — достаю золотую монетку, похоже, без подкупа не обойтись. — Может, договоримся?

— Ты, наверное, ищешь Вегейра, — хищно поглядывает на золотой кружок, что я перекатываю на пальцах. — Его дом сразу за рынком, железный забор и зелёная дверь.

— Благодарю за помощь, уважаемый, — пожимаю руку эльфу, оставляя монету в его лапе.

Дрейк недовольно фыркает. Да, я тоже не в восторге, но за Сивку мне никакого золота не жалко. И лучше, если мы при этом самом золоте останемся, ведь купец так просто её не отдаст и наверняка попросит за неё куда больше, чем заплатил.

Только я буду настаивать, что лошадь краденая и принадлежит мне по праву. Что он там лесным гоблинам заплатил, пусть сам и возвращает.

Рынок здесь такой же угрюмый, как и сам город. Серые прилавки с такими же серыми тряпками, никто не улыбается, а на меня сразу обращают внимание, да уж, видно, что заезжий. Вон, карманники все на меня зыркают.

Шепчу Дрейку, что, если увидит кого около сумки, на которую кладу руку, чтоб кусал их или пламенем руки опаливал.

Но благо добираемся до нужного дома без эксцессов. Это вам не радужное поместье Фисса. Готический особняк в два этажа, все те же хвойные во дворе и высокий железный забор с пиками, колючей проволоки не хватает только.

Стучу массивным дверным молотком. Жду.

Навстречу мне выруливает худощавый мужичок лет тридцати, ушлый проходимец, судя по виду.

— Здравствуйте, — улыбаюсь. — Я ищу торговца по имени Вегейр.

— Господин не принимает незнакомцев, — сухо докладывает остроухий. Видимо, он тут типа дворецкого.

— А вы скажите, что прибыл Иван, укротитель драконов. За своей лошадью. И что у него есть королевская грамота, — тычу бумажкой дворецкому в лицо.

Он впечатляется и тут же просит следовать за ним. Проводит внутрь дома, в шикарно обставленный зал, в мягкое кресло усаживает, вино-закуски предлагает. Отказываюсь от всего и требую немедленно позвать хозяина.

Вегейр появляется довольно скоро. Он толстый, как и положено купцу, с маленькими поросячьими глазками и выражением вселенского неудовольствия на пухлом лице. Судя по шелковому халату, я вытащил торгаша из кровати. Ну да, он ведь недавно с корабля, прикорнуть хотел, наверное.

Лебезить передо мной, в отличие от дворецкого, купец не намерен:

— Чего изволите, Иван-укротитель драконов? — кривит губы.

— Лошадь свою хочу обратно, — злобно зыркаю на «хрюшку».

— Все лошади, которые у меня есть — мои, — огрызается Вегейр. — Так что не понимаю, о чём речь.

— Ага, и дел с гоблинами вы не ведёте, краденое не покупаете. Харе заливать, — взвинчиваюсь, — где моя гнедая? Или думаете, лошадь, достойная короля, вдруг очутилась в лапах серых недомерков по собственной воле? — даже Дрейк в рукаве ерепенится, чувствую, когтем скребёт, к бою готовится, наверное.

— У вас есть доказательства? — ухмыляется купец, скрещивая руки на груди.

Ну всё, достал!

— Дрейк! — выхватываю жемчужину из сумки, — давай-ка проучим их!

В ту же секунду в гостиной перед двумя очумевшими эльфами предстаёт красный дракон размером с лошадь и злобно скалится.

— Ты будешь моим обедом! — рычит на купца. — А ты зубочисткой, — оглядывает дворецкого.

— Э-это же дракон! — пищит Вегейр.

— Ну да, «укротитель драконов» в моём имени не натолкнуло вас на мысль? Так и где моя лошадь?

— У м-меня её нет, — заикается купец.

Вздыхаю.

— Дрейк, откуси ему что-нибудь.

Я хотел всего лишь припугнуть пухляша, но дракон исполняет приказ моментально. Бросается вперёд, распахнув клыкастую пасть. Вегейр только успевает дёрнуться в сторону. Из пасти Дрейка торчит шелковый халат, а купец остаётся в чём мать родила. Мечется туда-сюда, прикрывая руками самое дорогое, пузом трясёт.

Ничего, физическая нагрузка ему полезна.

— Дрейк, фу! Я же пошутил.

— Тьфу! — дракон выплёвывает порванный халат. — Ну и ладно. Всё равно у меня от жирного изжога.

— Н-не н-надо! Я её продал, — трясёт своими тремя подбородками эльф, а дворецкого и след простыл.

— Кому?! — рявкаю.

Выясняю, что выкупил мою красотку какой-то крутой местный рыцарь для участия в турнире. Который состоится уже завтра, под городскими стенами.

Вот и замечательно. Оставляю голого и вспотевшего от ужаса купца, напоследок пообещав вернуться, если он продолжит вести дела с гоблинами. Перед выходом из поместья даю Дрейку одуванчик и прячу ящерку за пазуху.

Надо бы поэкономить. Запасы жемчужин и соцветий стремительно уменьшаются. Если будем так часто баловаться с размерами дракона, скоро вовсе подойдут к концу.

Раз уж мы в городе, решаю параллельно поискать принцессу. Брожу по улицам и каждому встречному тычу в нос портрет сногсшибательной эльфийки, в надежде, что хоть кто-то видел её. Захожу в несколько таверн и гостиниц, расспрашиваю владельцев. Но вскоре понимаю, что таких высокопоставленных особ здесь не бывает от слова совсем.

Чтобы такую никто не видел, она должна была круто измениться, простой маскировки не хватило бы. Прошу повнимательнее присмотреться, говорю, что волосы другого цвета могут быть, вдруг здесь тоже женщины любят перекрашиваться по сто раз в год. Глаза другого цвета? Нет? Совсем нет?

Напоследок заглядываю даже к местному губернатору, у которого очень кстати был на приёме капитан стражи. Королевская грамота позволяет попасть даже в такой высокий кабинет. Но увы, городские начальники тоже ничем не могут помочь. Капитан авторитетно заявляет, что если бы столь важная персона оказалась в Тинмарке, он бы точно знал.

Ну не сквозь землю же она провалилась. А откуда у младшенькой такие сведения? Что вообще будущая королева могла забыть в этом городишке? Вокруг одни криминальные личности. Хотела чего незаконного сотворить? Может, она только на личико смазливенькая, а так оторва, каких поискать?

Пускаюсь в генерацию причин побега девушки, но всё больше мне думается, что её похитили. Тогда было бы неудивительно встретить её здесь. А в Тинмарке, случайно, рабовладельцев нет?

За этими мыслями почти не замечаю, как оказываюсь за городом. Впереди — россыпь разноцветных шатров и палаток, над которыми развеваются знамёна. Соображаю, это лагерь тех рыцарей, что собираются участвовать в турнире.

Значит, Сивка где-то здесь!

И что? Мне все шатры обыскивать?

Вечереет, с тёмного моря дует прохладный ветер, подгоняя меня быстрее принять решение. Думаю, надо походить и поспрашивать, где вообще эти местные рыцари шатры разбили. Наверняка кучкуются. А там поглядим, как быть.

На всякий случай проверяю карманы с пастилками, вдруг кому не понравится, что я лезу не в своё дело.

Обхожу лагерь, разглядываю каждую лошадь — как знать, авось Сивке гриву постригли? Не прощу, если так. Надеюсь, рыцарь купил её не для случки, а то вдруг он хочет деньжат поднять на красивых жеребятах…

Начинаю активнее шевелить батонами. И вот, в загончике вместе с другими лошадьми, вижу свою кобылу! Это точно она, с другими не перепутать.

— Сивка! — кидаюсь на шею гнедой.

Несколько мгновений та находится в шоке, а потом радостно ржёт и склоняется ко мне. Видать, обиды прошли после того, как её спёрли гоблины.

— Сейчас мы тебя вызволим из плена! — шепчу. — Тоже мне, нашли боевую лошадь. Ты ж у меня красавица, совсем не для сражений. Мы так переживали, — тараторю.

Сивка активно кивает, соглашаясь. Мол, какие мне сражения, валим отсюда. Чешуйчатый тоже морду высовывает и радуется встрече с подругой. А на других лошадей как-то плотоядно поглядывает, несмотря на свой рост в десять сантиметров. Вот прожорливое существо.

— Это что такое? — раздаётся грубый голос. — Охрана! Вор! Конокрад!

— Где вор? — опешиваю, уже совсем забыл, что это я. — А! Вот он! — тычу пальцем в эльфа, который меня в конокрады записал.

— Чего? — на сей раз он в непонятках.

— А того! Ворованную лошадь купил — всё равно что сам украл!

Набегает куча народу — в основном эльфы, но среди них толкаются и гномы, и даже парочка полуорков. Кто-то из горячих рыцарей обнажает оружие, другие требуют немедленно повесить вора. Не разбираясь, причём, кто здесь настоящий вор.

— С чего это она ворованная, — таращится на меня рыцарь.

— Ещё скажи, не в курсе, что Вегейр краденным торгует! — шиплю. — Сивка моя лошадь.

— Чем докажешь? — ухмыляется эльф, что-то много они тут ухмыляются, надо бы проучить.

Задумываюсь на секунду.

— Давай поставим её по центру поля и оба позовём, к кому пойдёт, того и лошадь, — теперь я довольно растягиваю губы.

— Она ж тупая лошадь, — гогочет рыцарь, — у кого еда, к тому и пойдёт.

— Вот и попробуем.

Выходим на ристалище, уже готовое к завтрашнему турниру. Везде флажки развешаны, ленточки, прочие украшения. Покупатель Сивки, которого, кстати, зовут Амрин, встаёт с одной стороны с большой сочной морковкой в руке. А я, показательно с пустыми руками, встаю на другой.

Сивку выводят на середину, и мы с Амрином начинаем одновременно её звать. Кобылка умница, делает вид, что сомневается, а потом, гордо задрав морду, топает ко мне.

Но рыцарь не горит желанием отпускать свою покупку так просто.

— Я кучу денег за неё вывалил! — протестует.

— Я оплачу ущерб, — кидаю с барского плеча. Мне важнее побыстрее решить проблему, чем золото сберечь.

— Не нужны мне твои деньги! Это дело чести!

Ну да, ну да. Я же забыл, что передо мной рыцарь. Для них честь важнее всего. Что-то не больно, правда, он за неё пёкся, когда ворованную кобылу покупал.

— И чего ты хочешь? — картинно вздыхаю.

— Честный бой на турнире.

Оу… кажется, я попал.

Все мои возражения утопают в согласных возгласах прочих рыцарей. Они яростно поддерживают собрата — мол, бедняга не знал, что лошадь краденая, деньги потратил, а я как подлый вор припёрся, ущерб его чести нанёс. Короче, отказаться от боя не получается.

Ну и ладно, где наша не пропадала! Нормальному попаданцу надо же в турнире поучаствовать? Надо! Вот я и поучаствую.

Только очередная беда, этим зазнайкам мало моего согласия, требуют ставку. Типа этот Амрин лошадь ставит, а я?

А у меня только Дрейк и меч есть. Ну, и золото, которое им почему-то не интересно. Выбор очевиден.

Ставлю меч. Без удовольствия пожимаю рыцарю руку, и договариваемся встретиться завтра на этом же месте.

— Не переживай, — говорю Сивке на прощание. — Я его победю. Побежу… выиграю, короче. Одержу победу, вот! Понятно? Всё будет хорошо.

Гнедая фыркает и кивает. Судя по взгляду, она и не сомневается.

А я вот что-то немножко жим-жим…

Победить так просто мне, конечно, не дали. Дрейка потушили, облив водой из ведра, а когда сняли попону, тот уже был в своём настоящем облике. Сбросил иллюзию, когда чихнул, наверное.

Удивлению зрителей не было предела. Зато теперь все точно поняли, почему меня зовут укротителем драконов.

Амрин к тому времени пришёл в себя и начал возмущаться. Мол, нельзя выступать на драконе, это не по-рыцарски!

— В моих краях все так делают, — пожимаю плечами. — Мне не сказали, что у вас другие правила.

— И всё же сэр Амрин прав, — вмешивается губернатор со своего высокого места. — У вас есть лошадь, сэр Иван?

— Есть. Только мой соперник её присвоил.

— Ложь! — орёт рыцарь.

— Нет, это чистая правда! Можем спросить у господина Вегейра, — отыскиваю взглядом купца.

Тот, судя по виду, вовсе не горит желанием, чтобы его о чём-то спрашивали. Дрейк щёлкает зубами, и купец аж вздрагивает.

— Да-да, — лепечет он. — Я по случайности увёз лошадь сэра Ивана, а потом продал ее сэру Амрину. Это недоразумение.

— Но мы заключили пари! — тут же взрывается мой соперник. — Другие рыцари были свидетелями! Мы должны довести поединок до конца!

Неугомонный какой. Я уж понадеялся, что удастся решить вопрос здесь и сейчас. Но губернатору показалось, что пари — достаточный повод, чтобы мы продолжили, и объявил пеший поединок.

Дрейк, взмахнув крыльями, взлетает и усаживается прямо на крыше губернаторской ложи. Хохлится, как злобный ворон. Толпа ахает и смотрит больше на него, чем на ристалище. Были бы у них смартфоны, защёлкались бы.

Оно и хорошо, что не смотрят. А то драться я не умею… Но и проиграть не имею права! На кону же Сивка!

«Меч, милый меч, я тебе доверяю», — скулю про себя, но с улыбкой обнажаю Пылающий Свет.

Думаю, магические свойства клинка показывать не стоит. Колдунство тоже наверняка запрещено правилами.

Амрину приносят огромный двуручный дрын. Такую бандуру мечом называть как-то даже совестно. Тяжело сглатываю и готовлюсь получить люлей.

Сивка, дорогая, прости, если вдруг чего. Думаю, разок мне этой штукой прилетит и поминай как звали.

Сходимся в центре ристалища. Меч Амрина взмывает в воздух и летит прямо мне в череп. Но неожиданно моя рука с Пылающим поднимается и предотвращает удар.

Ай, мой хороший! Ай, молодец! Давай ещё!

Злобно ухмыляюсь противнику и полностью отдаюсь во власть меча. А тот действует самостоятельно и очень эффектно. Отражаем несколько атак, а потом сами идём в наступление.

Меч оказывается тщеславным. Чувствую, он мог бы уже поразить противника, но не спешит. Играет в опасную игру — провоцирует рыцаря атаковать, а меня заставляет блистательно уворачиваться и отбивать вражеские выпады.

Даже непонятно, кто кем дерётся. Я мечом или меч мной. Скорее второе.

Зрители ликуют. Они явно не ожидали, что я смогу выстоять. Амрин в замешательстве. Отступает, пытается обороняться — но махина у него в руках слишком тяжёлая, а мы с мечом для него слишком быстрые.

Несколько раз клинок соперника пролетает в опасной близости от моей драгоценной тушки. Не успеваю испугаться, как смещаюсь с невиданной грацией, будто по волшебству. Хотя почему «будто»?

Интересно, а Пылающему Свету есть дело до моей жизни? Или он просто хочет повыпендриваться? Рыцарю, которого скушал Дрейк, он не очень-то помог.

«Слушай, дорогой, — говорю про себя, надеясь, что меч внемлет. — Ты, конечно, молодец, но давай заканчивать этот балаган. Нам надо Сивку спасти. Ты уже показал, какой ты великий».

Меч словно слушается. Помогает мне исполнить пару зрелищных вертушек, а потом крутым финтом вышибает оружие из рук противника. Остриё замирает у забрала Амрина, и тот, скрипя зубами, признаёт поражение.

Пажи выводят мою Сивку. Та ржёт, не скрывая радости. Бросаюсь к ней и обнимаю за шею.

— Мы победили! — кричу восторженно. — Видела, как я за тебя сражался?!

Лошадь мотает головой, но ластится, трётся лбом о моё плечо, выражая благодарность.

— Ты только больше не убегай, — шепчу ей на ухо. — Хватит с меня сражений.

Сивка фыркает, машет головой, корчит странные морды. Чего это она?

— У тебя приступ, что ли? — спрашиваю.

Гнедая в ответ машет головой и снова корчится. Понимаю, что она пытается что-то объяснить. Но сейчас не время разгадывать шарады.

— Давай потом, — хлопаю её по шее. — Закончим здесь и поболтаем.

Наслаждаюсь победой — поднимаю меч над головой и купаюсь в аплодисментах. К моим ногам кидают розы и какие-то безделушки, дамы наперебой предлагают платок. Не понимаю, зачем мне платок, так что не спешу брать. Но приятно мне женское внимание, приятно…

— Должен признать, это был отличный бой, — говорит Амрин. — Вы настоящий мастер меча.

— Спасибо, — говорю. — Ты тоже круто дрался, просто огонь.

Упс… Последнее я зря сказал.

Меч в моей руке вспыхивает ярким пламенем. Так же ярко вспыхивают мои щёки — от стыда и осознания собственной тупости.

Восторженные крики толпы смолкают. Воцаряется давящая тишина. Сивка сокрушённо качает головой, Дрейк то ли смехом давится, то ли сдерживает очередной приступ чиха, и закрывает морду лапой.

— Мошенник! — первым оживает сэр Амрин. — Меч заколдован! Ты победил нечестно!

— Ничего подобного, — пытаюсь оправдаться. — Меч волшебный, это правда. Но дрался я сам.

— Лжец! — мигом раскусывает меня рыцарь. — Что бы ты ни сделал — всё обман! Ваше благородие, губернатор! Я требую отмены результатов поединка и суда для этого нечестивца!

— Вынужден согласиться, сэр Амрин, — хмурится градоначальник.

Дрейк быстрей меня соображает, что пора делать ноги. Срывается со своего насеста, размахивая крыльями и поднимая тучу пыли и песка.

— Жемчужину давай! — приземляется передо мной чешуйчатый, отгоняя разозлённого рыцаря.

— Не время жрать вкусняшки, — всё ещё туплю.

Но махом сообразив, что Дрейк сейчас точно не о еде думает, шарю по карманам — а сумка-то в шатре осталась!

Выхватываю из кармана пастилку скорости и, огибая стражу, несусь в палатку за своими вещами. Меня пытаются схватить, но таблетка работает отменно. К дракону подойти боятся, он грозно рычит и скалит страшные зубы.

На бегу хватаю сумку и сразу же несусь обратно, сбив с ног пару рыцарей. На трибунах паника, а простолюдины ликуют. Такого «цирка», думаю, здесь ещё не было.

Закидываю пару жемчужин в пасть дракоши и устраиваю невиданное зрелище — прямо на глазах Дрейк заполоняет собой арену, ломая шатры и трибуны. Ну ничего, король обещал помилование. Вроде не раздавили никого и ладно. Запрыгиваю на спину дракона, тот хватает Сивку — толпа ахает, а мы взмываем в небеса.

Отыскиваю в сумке кошель, полный золота и с криком «на ремонт!» вытряхиваю монеты. Драгоценный дождь проливается на ристалище, зеваки тут же кидаются подбирать упавшее с неба богатство. Вегейр в первых рядах, расталкивает всех своим толстым пузом.

Думаю, этот турнир они запомнят надолго. А нам здесь делать больше нечего. Принцессы в Тинмарке и в помине нет, а Сивку мы спасли.

Улетаем, оставляя негостеприимный город позади.

Вечером делаем привал на берегу живописной речушки. Любуемся закатным солнышком и лакомимся барашком, купленным в ближайшей деревеньке — Дрейк заслужил.

Сивка, конечно, мясо не ест, налегает на местную траву. Развалившись на поляне, наблюдаю, как на небе появляются первые звёзды и всходят две луны.

Сам не замечаю, как погружаюсь в сон.

Просыпаюсь, а меня обложили с двух сторон — слева Дрейк храпит, справа Сивка посапывает. Выбираюсь из этого капкана милоты и иду к реке умываться. Рассветное солнышко пригревает, а водичка приятная — решаю искупаться.

Скидываю надоевшую средневековую одежду и голышом лезу в реку. Плескаюсь всласть, ныряю, а когда выныриваю, вижу Сивку, которая стоит на берегу и ошарашенно на меня глядит.

— Чего смотришь? — улыбаюсь и выхожу из воды. — Доброе утро.

Взгляд гнедой от моего лица спускается всё ниже и ниже, и вдруг она впадает в истерику. Бьёт копытом, фыркает и отворачивается.

Что? Всё так плохо?

Странная у меня всё-таки кобылка.

Натягиваю портки:

— Успокойся, оделся я.

Гнедая кидает недоверчивый взгляд на мои штаны и приходит в чувства.

— Ну, рассказывай, чего сбежала. Не в первый раз уже.

Сивка ковыряет копытом землю, явно пытаясь что-то нарисовать.

— Кажется, художество не твоя стезя, — слегка саркастично замечаю.

Лошадь глядит на меня исподлобья и с разворота бьёт хвостом прямо по лицу.

— За что?! Я, между прочим, полстраны пролетел, чтобы тебя, неразумную, спасти!

— Я тоже, — причмокивает Дрейк и переворачивается на другой бок. — А завтрак будет?

— Тебе лишь бы пожрать, — возмущаюсь. — Давай лучше подумаем, где искать принцессу. А то зацепок больше нет. Нас плаха ждёт, если задание не выполним, забыл, что ли?

Сивка, издав неясный звук, тычет мордой мне в плечо.

— Ну да, ты же не в курсе. Нам поручили найти наследницу престола, сам король, между прочим.

Лошадь потупляет взгляд, будто задумываясь.

— Идеи есть, где искать то ли сбежавшую, то ли украденную принцессу?

— На голодный желудок не думается, — бурчит Дрейк.

— Что, будем летать по городам и сёлам и показывать всем встречным её портрет? И за год не управимся. А у нас всего три дня осталось, — грожу пальцем дракону.

Сивка снова пихает меня в плечо.

— И тебе портрет показать? — смеюсь. — Ну смотри, мне не жалко.

Достаю и разворачиваю холст.

— Красавица, правда? С тобой, конечно, не сравнить…

Гнедая суёт нос к картине, а в следующую секунду встаёт на дыбы и ржёт как полоумная. Только и успеваю увернуться:

— Это шутка была! Ты чего?

А у лошади очередной припадок — брыкается, опять пытается чего-то там нарисовать, мордой во все стороны машет.

— Ты что? Видела её?

Сивка заходится в кивках.

— Оф-фигеть, — протягиваю, — вот это поворот… жаль, я не понимаю лошадиный язык.

— Так, может, это, — встревает Дрейк, — у дяди Фисса зельице какое есть, чтобы по-лошадиному заговорить?

— Дрейк, ты гений! — одобрительно хлопаю чешуйчатого по лапе. — Полетели к старику.

Летим весь день, и уже поздно ночью прибываем к «дяде Фиссу». Дрейк устал, так что я кормлю его одуванчиками и отправляю спать в сумку. Сивку намеренно пачкаю грязью и прячу её роскошную гриву под грязную тряпку, найденную на обочине. Чтобы, значиться, никто больше на неё не позарился.

А то и орки, и гоблины, и даже сама младшая принцесса чего-то хотят от моей лошади. Вот привязались. Может, гнедая и впрямь королевская, тем более что принцессу видела?

Судя по тёмным окнам, алхимик спит. Но дело у нас безотлагательное, король нас казнит, если результатов не будет. Надо поторапливаться.

Заходим в дом с заднего двора, Сивку за собой веду, нечего ей на улице ночью одной делать. А где спальня Фисса? Наверное, на втором этаже, главное, чтобы по пути на меня очередные пионы-переростки не напали, в темноте их не видно.

Вот балда!

— Свет! — вытаскиваю меч и иду искать алхимика.

А дом-то огромный. Снаружи он выглядит маленьким, а раньше я бывал только в паре комнат. Но теперь понимаю, что дело тут нечисто. Жилище Фисса наверняка с применением магии строилось — потому что таких длинных коридоров здесь быть просто не может.

И зачем старенькому эльфу, который живёт один, столько пространства? Заглядываю в одну из приоткрытых дверей и понимаю, зачем — чтобы забросать всё огромным количеством алхимического оборудования, ингредиентов, растений в горшках и прочим.

Постучав в десятка два комнат, теряю надежду отыскать спальню хозяина. Не хочется будить пенсионера криком, но куда деваться.

— Фисс! — ору во всю глотку. — Это Иван! Вы где?

Мой голос эхом раздаётся в пустом коридоре. Ответа нет. За спиной скрипит половица — оборачиваюсь и получаю какой-то жидкостью в лицо. Глаза и кожу тут же нестерпимо жжёт. Я теряю зрение и начинаю вслепую размахивать мечом, вопя от боли.

Сивка ржёт и, по ощущениям, хватает меня за руку зубами.

— Ой! Иван, это правда вы! — раздаётся голос Фисса. — Простите, пожалуйста, простите великодушно… Сейчас я принесу противоядие.

— Это яд?! — панически кричу.

— Нет, что вы! То есть да, это вещество токсично, может вызвать временную или постоянную слепоту и обезобразить вас… Но оно так действует на эльфов, а вы же не эльф!

— Я что, ослеп?!

— Нет-нет! Мы сейчас быстренько всё исправим. Я почти уверен.

Не нравится мне это «почти»…

К счастью, алхимик действительно быстро приводит меня в порядок. Протирает лицо тряпочкой, вымоченной в чём-то прохладном и липком, и боль моментально проходит. Затем по капле какого-то снадобья в каждый глаз — и я снова вижу. Кайф.

— Ну и напугали вы меня! — улыбается Фисс, когда я окончательно прозреваю. — Я подумал, грабитель забрался. И Сивку-Бурку-Нет-Плотву не узнал. Что за ветошь у неё на голове? Ах! Неужели заболела конским лишаём?

— Здорова она. Маскируемся, — бурчу.

— Но почему же вы снова так быстро вернулись? Где Дрейк? С ним всё в порядке?

— В порядке, — достаю дракончика, который даже не проснулся после всех моих воплей. Умаялся, бедный, столько летать.

Пересказываю Фиссу, что случилось в Тинмарке. И заканчиваю тем, что наша Сивка, кажется, знакома с принцессой. Может, даже возила её на себе, как знать.

— Есть у вас зелье, которое позволит с ней поговорить? Ну или чтобы она смогла по-нашему.

— Такого зелье не бывает, дорогой Иван, — разводит руками алхимик.

Обречённо вздыхаю. Очередная единственная ниточка оборвалась.

— Но есть мазь. Сегодня как раз полнолуние, отличное время для её приготовления.

Аж подпрыгиваю на стуле.

— Так готовьте поскорее! Вам помочь? Принести что-нибудь? Огонь развести, воду вскипятить?

— Не беспокойтесь, — тепло улыбается Фисс. — Я всё сделаю сам. Отдыхайте. Вы голодный?

Вынужден признать, что да. Но настаиваю, что с едой разберусь — просто прошу показать, где кладовая. Нам как можно скорее нужна «разговорная» мазь, время не ждёт!

Перекусываю хлебом и сыром. У последнего интересный вкус. Не из коровьего молока, это точно. Стараюсь не думать, чьё может быть молоко. Вкусно, и ладно.

К утру мазь готова. Вместе с ней Фисс выносит две маленькие шкатулочки с пилюлями.

— У меня получилось, — гордо говорит он.

— Это чтобы Дрейк мог менять размер? — уточняю.

— Именно! — эльф открывает коробочки. — Белые для роста, зелёные для уменьшения. Не перепутайте! Ну, и следите за побочными эффектами. Они могут быть.

— Спасибо. Вы настоящий мастер.

— Это мы сейчас проверим… Сивка, дорогая, позвольте снять это тряпьё с вашей прекрасной головки. Мазь нужно мазать на лоб.

Лошадь подходит к алхимику. Тот мажет толстый слой желтоватой мази ей на лоб и падает на стул. Глядит на гнедую, как ребёнок в ожидании чуда. Я тоже замер, даже не дышу. Волнительно.

— Да чего вы так пялитесь, — говорит вдруг Сивка и перепугано ржёт. — Кто здесь?! Кто это сказал?!

— Ты, — смеюсь. — Ты это сказала.

Когда Сивка привыкает к тому, что теперь может говорить, начинаю её расспрашивать. Фисс утверждает, что мазь действует недолго, максимум полчаса, поэтому торопимся.

— Всем привет, — Дрейк, свернувшийся клубочком на столе, наконец-то просыпается. — Ух ты, мы уже у дяди Фисса.

— Привет, Дрейк, — мелодичным голосом здоровается Сивка.

— А-а! — подскакивает дракончик. — Говорящая лошадь!

Бедняга спросонья не узнал подругу и перепугался. Даже для огнедышащего ящера удивительно, что лошадь разговаривает. Но скоро он понимает, что к чему, а Фисс приносит миску жареных гусиных сердечек. Дрейк набрасывается на угощение, а мы возвращаемся к разговору с Сивкой.

— Где ты видела принцессу? — спрашиваю самое важное.

— Не помню, — хлопает большими глазами гнедая.

— И ради этого «не помню» мы целый день потратили? Как так? — возмущаюсь. — Хоть что-то ты должна помнить! Может, ты возила её?

— Вроде нет…

— В королевском замке бывала?

— В замке бывала, — кивает лошадь. — Меня там и продали.

— Кто продал?

— Та эльфийка, что была с королём. Невысокая такая. Я её боюсь, сама не знаю, почему… Поэтому и убежала. И тогда, в трущобах, тоже её увидела.

— Хм.

Задумываюсь. А ведь точно — когда Сивка убежала от лачуги Глима, там была какая-то невысокая девушка в капюшоне. Лица я не разглядел, но раз гнедая говорит, что это была принцесса — то, наверное, так и есть.

Только, что королевская особа забыла в таком злачном месте? Подозрительно.

— Не нравится мне это, — говорю. — Надо разобраться. А то уж больно настойчиво принцесса тобой интересовалась. И орки эти… что-то тут неладное.

— Да, Иван, вы правы, — задумчиво добавляет Фисс. — Дворяне просто так ничего не делают. А чтобы продать столь прекрасную лошадь, должен быть веский повод. Дело явно не в деньгах — уж в них-то Её Высочество Иримэль не нуждается.

— Может, ты видела, что случилось с наследницей? Вдруг младшая сестра замешана в её исчезновении, поэтому тебя и продали… Что последнее ты помнишь?

Сивка задумывается.

— Яркую вспышку, — отвечает. — Как будто взорвалось что-то… А потом… Потом, как Иримэль ведёт меня на конюшню и продаёт какому-то крестьянину.

— Угу, — киваю. — Значит, точно замешана. А до этой вспышки помнишь что-нибудь?

— Не уверена, — качает головой гнедая. — Конюшню вроде помню, других лошадей… и наследницу. Только волосы распущенные.

— Наферное, ты фсе-таки была её лофадью, — чавкая, поднимает морду из миски Дрейк.

— Летим в столицу, — решаю. — Всё равно срок подходит. Скажем королю, что напали на след и попросим ещё несколько дней. А ты, Дрейк, в это время проследишь за Иримэль. Надо выяснить, в чём она замешана.

— Да-да, — говорит Сивка. — А то эта девица настоящая прф, — лошадь аж вздрагивает. — Я говорю, она прф! Ф-р-р! И-го-го!

Действие мази закончилось. Но мы и так поняли, что имеет в виду Сивка.

Собираемся в дорогу. Фисс варит для нас большую порцию зелья следов — эта штука нам пригодиться, чтобы найти принцессу. Надо будет только бросить в бутылку волос или клочок одежды, принадлежащий Лиандре, и подогреть.

Предчувствуя неприятности, беру с собой специальную перевязь, вроде патронташа, и набиваю её склянками с разными боевыми зельями. Доспехи покупать не хочу — тяжёлые они, на фиг надо. А среди набора есть микстура магической брони. Даже лучше, чем всякие кольчуги и кирасы.

Пока я выбираю зелья, Фисс инструктирует Дрейка насчёт искусства иллюзии. Знает он не очень много, сам-то не маг, просто алхимик. Но судя по восхищённой мордочке дракоши, тот рассказал что-то полезное.

Сивку решено оставить у Фисса. Оказывается, у него есть тайный погреб, где хранятся самые опасные зелья и дорогие ингредиенты. Включая, кстати, драконью скорлупу. Хотя теперь вряд ли у него будут проблемы с её добычей.

С опаской даю Дрейку новую пилюлю. Тот увеличивается и вроде даже без побочных эффектов. Но это ещё неточно. Лишь бы крылья не отказали во время полёта.

Отправляемся в уже знакомый путь. На этот раз даже не маскируемся — всё-таки королевский указ выполняем, кто нам что сделает? Орков больше не боимся. Я теперь уверен, что им не Дрейк нужен и уж точно не я. Они с самого начала охотились за Сивкой, даже в тот первый раз, когда мы с ней вылезли из… лучше не вспоминать.

К следующему утру, на исходе срока, садимся прямо во дворе королевского замка, ввергая стражников в ужас.

Эффектно спрыгиваю с драконьей спины и громогласно говорю:

— Требую аудиенции у короля!

Когда обитатели замка приходят в себя и понимают, кто я такой, то просят подождать. Король ещё почивает, так что меня проводят в покои, чтобы я тоже немного отдохнул с дороги и привёл себя в порядок.

Дрейка хотят отвести на конюшню.

— Я что, на лошадь похож? — грозно возмущается тот и гордо топает за мной.

Запираю дверь покоев изнутри, и говорю:

— Это наш шанс. Отправляйся, найди Иримэль и попробуй что-нибудь узнать.

Скармливаю дракону целых три зелёные пилюли, отчего он становится размером с муху. Главное, чтобы его никто не прихлопнул. Но, в отличие от мухи, летает он почти бесшумно. И, к тому же, способен круто маскироваться.

Договариваемся вечером встретиться в этой же комнате. А если меня вдруг выгонят, то у ворот замка.

Дрейк отправляется шпионить, а я жду, когда меня вызовут.

Его Величество Лаирендил принимает меня не в тронном зале, как я рассчитывал, а у себя в покоях. Кажется, ему совсем плохо — бледный какой-то, кашляет всё время. Даже с кровати не встаёт, встречает лёжа. Принцесса Иримэль тоже здесь — хлопочет рядом с отцом. То подушку поправит, то сок нальёт.

— Порадуйте меня, почтенный Иван, — устало говорит король.

— Порадую, — располагаюсь в предложенном кресле. — Я напал на надёжный след. Только мне нужно ещё несколько дней, чтобы закончить поиски.

— Поведайте, что узнали.

Рассказываю о бесплодном полёте в Тинмарк, умалчивая о своих турнирных подвигах. Король и так узнает, наверное, но к тому времени я, надеюсь, буду уже дома. Телефонов и социальных сетей здесь нет, так что слухи ещё не дошли.

— Увы, меня навели на ложный след, — заканчиваю рассказ. — Принцессы Лиандры в Тинмарке никогда не было, — бросаю многозначительный взгляд на Иримэль.

Та едва заметно вздрагивает. Лаирендил как раз опять заходится в приступе кашля, и поэтому не обращает внимания. Младшая принцесса тут же наливает в бокал сока и помогает отцу выпить. А потом наполняет другой бокал и подносит мне.

— Угощайтесь, почтенный Иван, — сладко улыбается. — Лучший талиновый нектар во всём королевстве. Укрепляет здоровье.

Протягиваю руку и вижу, на диадеме принцессы сидит крохотусенький Дрейк и беснуется, будто пытается мне что-то сказать. Не очень понимаю, чего он хочет. Беру бокал, а дракончик срывается вниз и кусает меня за палец.

Айкаю, роняю напиток, а Дрейк под шумок прячется ко мне в рукав. Бросаюсь извиняться и сетую на наглое насекомое.

— Закрыли бы вы окна, Ваше Высочество, — говорю. — А то сквозняк, и летают тут всякие. Ещё короля укусят.

Слуги вытирают пролитый сок. Иримэль предлагает мне новый бокал, но я уже понимаю, что Дрейк имел в виду. Что-то пить из её рук не стоит. Неужели отравить меня хочет? Но ведь королю она наливала из того же кувшина.

Теперь я убеждён — младшая принцесса связана с пропажей сестры. Если та не объявится в ближайшее время, то все мы понимаем, кто станет новой королевой. Думаю, поэтому Лаирендил дал мне такой короткий срок — понимает, что времени у него нет.

Прошу у короля позволения осмотреть покои наследницы. Он даёт своё высочайшее согласие, и я спешу откланяться.

— Знаете, Ваше Величество, уважаемый Фисс говорил, что талиновый нектар не стоит пить при кашле.

— Фисс так сказал? — удивляется монарх.

Многозначительно киваю и подхожу к принцессе. С уважительным поклоном забираю у неё из рук бокал и ставлю на стол. Замечаю, как Дрейк стремительно перелезает из моего рукава в складки платья Иримэль.

— Вам тоже не стоит его пить, принцесса. А то вдруг я не смогу отыскать Лиандру, и вам придётся взвалить на свои плечи тяжкую ношу правления.

Глаза эльфийки расширяются, а я снова кланяюсь и выхожу из покоев. Стражники ведут меня до комнаты принцессы — она недалеко, расположена на том же этаже. Захожу внутрь и требую оставить меня одного. Незачем кому-то знать, какие методы я буду использовать.

Стражники подчиняются. А я, на всякий случай заперев дверь, отыскиваю на туалетном столике расчёску и снимаю с неё длинный светлый волос. Офигенно длинный, длиннее моей руки. Запихиваю его в бутылку, и грею зелью над свечой.

Зелье меняет цвет. Понимаю, что оно готово. Переливаю в пульверизатор и приступаю к опрыскиванию комнаты.

Следов, понятное дело, столько, что не поймёшь, куда какой ведёт. Ну это же спальня Лиандры, она здесь везде топталась. Но одна повторяющаяся дорожка привлекает моё внимание. Она упирается в огромный гобелен, что занимает всю стену. На нём изображено цветочное поле, которых и за окном хватает.

И что она на него пялилась? Встаю прямо на следы, утыкаюсь носом в жёлтенький цветочек. Пытаюсь понять, на что именно она смотрела. Встаю на носочки. Нет, все те же цветы. Может, принцесса ниже меня? Опускаю взгляд и вижу след каблука прямо у стены.

Хм. Как такое возможно? Не сквозь стену же она прошла.

Туплю какое-то время, а потом до меня доходит. Здесь наверняка есть тайный проход!

Отлично, но как его открыть?

Ощупываю гобелен и стену вокруг. Вроде нет никаких секретных рычагов или кнопок, или кирпичей, за которыми скрыт механизм. Потом понимаю, что опять туплю и опрыскиваю стенузельем следов.

Синим светится круг, на границах которого вижу отпечатки рук. Ставлю свои ладони поверх них и пытаюсь повторить фигуру. Чувствую себя идиотом, пока вожу руками по ковру. Но мои старания оказываются не напрасны.

Стена идёт рябью, а потом и вовсе пропадает, а за ней открывается другая комната, чем-то похожая на погреб Фисса. Всюду колбы, бутыльки и большой закопчённый котёл по центру.

Ого! Да у старшей принцессы было тайное хобби. Вроде в этом мире ведьм на кострах не сжигают, почему она скрывала увлечение алхимией?

Ну да ладно, не моего ума дело.

Брызгаю зельем на пол. Может, принцесса исчезла именно отсюда? Сбежала по какому-нибудь тайному тоннелю?

Смотрю на следы, которые появляются, и чуть не падаю в обморок.

Честно говоря, проскакивало у меня такое подозрение. Но я его отмёл, думал, бред какой-то. Оказалось, не бред.

Аккуратные следы туфелек, которых полно в секретной алхимической комнате, в какой-то момент превращаются в не менее аккуратные следы лошадиных копыт.

У меня в голове складывается пазл. Моя Сивка — это и есть принцесса Лиандра! Она сказала, что помнит какую-то вспышку. Наверное, неправильно что-то нахимичила (говорю ж, неразумная), когда варила здесь зелье, ещё будучи эльфийкой. Превратилась в лошадь, и память потеряла. А её сестричка, поняв, что к чему, просто сплавила наследницу первому попавшемуся крестьянину.

А потом, вероятно, подумала, что лучше бы вообще избавиться от сестрицы, и направила по следу орков. Которых мы встретили уже вместе, когда выбрались из… м-м… из Дрейка, так скажем.

Только сейчас подумал, что напрасно раздавал намёки в королевских покоях. Ведь принцесска может психануть и натравить на меня убийц. Надо быть аккуратнее. И как можно быстрее покинуть замок, чтобы вернуть Сивке истинный облик, а затем вернуть её отцу.

Фисс наверняка придумает, как расколдовать принцессу. Надеюсь, это не поцелуй любви. С лошадью я целоваться не готов, да и при чём здесь я? Я же не принц. А найти принца, готового облобызать кобылу, может оказаться трудновато. Да и я вроде как не влюблён до беспамятства ни в Лиандру, ни уж тем более в Сивку, хотя чисто технически это одна эльфийка…

Нагло заруливаем прямо на задний двор Фисса. Кусачие пионы щёлкают зубами, Дрейк щёлкает в ответ. Алхимик бежит к нам с распростёртыми объятиями.

— Дорогой Иван! Вы живы!

— А? У вас были сомнения?

— Как же, ведь Его Величество обещал вас казнить.

— А я нашёл принцессу, — победоносно улыбаюсь.

— Не может быть! — Фисс хлопает в ладоши. — Где она была? Что с ней случилось? Где она сейчас? С ней всё в порядке?

— Это надо у вас спросить, всё ли с ней хорошо, — хитро щурюсь. — А то в прошлый раз вы за ней не уследили.

— Что? На что это вы намекаете? Хотите сказать, я похитил принцессу?! Да как вы смеете! — грозит мне пальцем.

— Лошадь где? — грозно спрашивает Дрейк, явно поддерживая мою шутку.

— Ваша Сивка… — обиженно начинает старик, а потом осекается и хлопает себя по лбу. — Как я сразу не догадался! Это же она! Такая красивая лошадь, ещё и разумная! Я прав, скажите, я прав?!

Мы с Дрейком смеёмся и согласно киваем.

— О, бедняжка, сколько выпало на её долю! — причитает Фисс.

— Вы сможете её расколдовать? — прерываю.

— Всё не так просто, дорогой Иван. Нужно знать, что послужило причиной такого превращения…

— Тогда нам с вами нужно в столицу, — деловито говорю. — Я знаю, где это произошло и кто причастен.

— Причастен?! — аж задыхается алхимик. — Хотите сказать, её превратили специально?!

Отправляемся в дом, а затем и в подвал. По дороге наперебой с дракончиком рассказываем, что нам удалось выяснить. Дрейк хвастает, каким крутым разведчиком он оказался, и толсто намекает на гусиные сердечки в качестве награды.

Заходим в освещённую тусклыми лампами комнату, где находится Сивка. Фисс низко кланяется, а гнедая глядит на него, как на полоумного.

— Позвольте, Ваше Высочество, — говорит алхимик и шлёпает ей на лоб большую порцию «разговорной» мази.

— Чего это вы мне кланяетесь? — спрашивает Сивка, когда мазь начинает действовать. Смотрит на меня. — Вы уже вернулись? Значит, нашли принцессу. И где она была?

— Где только ни была, — ухмыляюсь. — Но прямо сейчас она прячется в подвале одного алхимика.

Сивка оглядывает наши улыбчивые лица.

— Оу, — говорит. — Так вот почему я не помню, кто я, и не смогла узнать сестру. Как это случилось? — всё-таки разумная, быстрее всех соображает, что к чему.

— Долгая история, Ваше Высочество, — отвечает Фисс. — Пойдёмте наверх. Иван и Дрейк все расскажут.

Так и делаем. Сивка, или, вернее, принцесса Лиандра не может поверить, что сестра с ней так поступила. Но когда узнаёт об участии Аполлинария Игнатовича, то все сомнения отпадают.

— Он плохой эльф, — говорит она. — Грубый, алчный, всё время пытается заполучить больше власти. Может, он заколдовал Иримэль, чтобы та ему помогла.

— Может быть, — пожимаю плечами. Но думаю, что это не так.

Вдоволь наевшись и выспавшись, собираемся в путь. Едем за город, увеличиваем Дрейка до размеров горы. Мало ли, вдруг Аполлинарий или принцесса решатся на нас напасть.

Забираемся на чешуйчатую спину. Фисс в невероятном возбуждении — ещё бы, он-то впервые летит на драконе. Привязанная к шипу принцесса-лошадь стоит в задумчивости.

— Чего печалишься, Сивка? То есть, Ваше Высочество, — спрашиваю.

Та качает головой и отворачивается.

— Да, неприятная ситуация, — соглашаюсь. — Ты не переживай, мы обязательно всё исправим, а виновных накажем.

Лиандра согласно кивает, но вижу, что легче ей не становится. Тянусь было погладить её по шее, но не решаюсь. Принцесса всё-таки. Блин, а я ж верхом на ней ездил… Неудобненько как-то. Надеюсь, не предъявит мне за это, когда вернёт свой облик.

Отправляемся в полёт. Фисс восторженно визжит, как ребёнок на карусели.

На своих огромных крыльях Дрейк доносит нас до столичных земель даже быстрее, чем планировалось. На подлёте притворяется тучкой, а я внимательно смотрю вниз и по сторонам, ожидая подвоха.

Аполлинарий Игнатович не разочаровывает. Только и успеваю заметить ослепляющую вспышку. Дрейк вскрикивает, и мы стремительно падаем.

— Да где же оно, — Фисс шарится в наплечной сумке в поисках зелья, самое время ему вытащить оттуда рояль, да побольше.

Старый эльф сохраняет поразительное спокойствие, в отличие от остальных. Сивка непрерывно ржёт и машет головой, типа нет-нет, мне ещё рано умирать, тем более в лошадином теле. А я так и подавно вспоминаю всех родных и жалею, что не взял с собой дельтаплан.

Алхимик выуживает, наконец, какую-то склянку и швыряет её прямо в голову бессознательного Дрейка. Бутылёк разлетается, и меня моментально настигает мерзкий аромат. Это вытяжка из пота орков, что ли?

Чешуйчатый открывает глаза и расправляет крылья, сшибая верхушки деревьев. От удара о землю это нас не спасает, приземление выходит жёстким, но мы хотя бы живы.

Пробороздив пузом дорогу, дракон оставляет глубокую канаву и клубы пыли. Сквозь них ничего не вижу, но слышу со всех сторон топот и орочий клич. Кажется, нас окружили.

А нет, не кажется. Орков здесь десятка три. И на сей раз не просто с дубинами, а с большими топорами и в доспехах. Шутки кончились.

Соскакиваем с Дрейка.

— Ты как? — спрашиваю у него.

— Голова кружится и лапу подвернул. Но жить буду, — скалится на выходящего вперёд зеленомордого.

— Ну, здравствуй, нямка, помнишь меня? — спрашивает орк с серьгами в виде черепов.

— Да тебя разве забудешь, страхолюдину такую? А твой запах ещё месяц мерещиться будет, — смеюсь в лицо опасности.

— Не будет, — обещает орк, — сегодня ты умрёшь!

— Не, такой расклад не годится. Давай лучше мы тебя помоем, у меня и шампунь с собой есть, — выхватываю первое попавшееся зелье из перевязи и кидаю прямо в зелёную морду.

Орк отмахивается от бутылочки, которая разлетается мерцающими искрами. Быстро достаю аквамарин из-за пазухи и бросаю Дрейку. Вода и правда лучшее оружие против этих вонючек.

Сивка заходится в ржании, кажется, она смеётся. Оборачиваюсь, а главарь банды парит в нескольких метрах над землёй, заключённый в мыльный пузырь. Не сдерживаю смешок. А дракон с ухмылкой лопает пузырь когтем, и орк летит на землю.

— Пора купаться, — басит Дрейк и сшибает шайку разбойников мощным фонтаном.

Орки пытаются атаковать, но мы с Фиссом встречаем их взрывными зельями, а дракон, как в водном тире, сшибает их одного за другим. Даже Сивка умудряется смачно лягнуть в самый пятак одного из рухнувших на землю зеленомордых.

Сокрушительная победа. Большая часть орков валяется в отключке, а остальные скуля ковыляют прочь.

Фисс восхищённо глядит на работу дракона:

— Невероятно! Ты и правда драккариус игнис во всей красе! Я в восторге. Это лучший день в моей жизни!

— Не торопись с выводами, — к нам выходит старик в чёрной мантии с капюшоном.

— Аполлинарий Игнатович, добрый день, — учтиво говорит Фисс.

Мы с Дрейком и Сивкой косимся на нашего алхимика, как на полоумного, нет, он, конечно, тогось, но не настолько же…

— Не ожидал, что вы падёте так низко, — вздыхает. — Зачем это всё? Ради власти? Но у вас и так самый высокий титул среди магов.

— Отдайте мне лошадь, — рявкает Аполлинарий, игнорируя Фисса.

— Зачем вам Сивка? Она, конечно, красивая, но не настолько, чтобы устраивать бойню из-за неё, — делаю вид, что не понимаю.

— Не держите меня за идиота, полагаю, вы уже давно обо всём догадались, молодой человек.

Туплю секунду, а потом расплываюсь в улыбке:

— Так, вы знаете, кто я. А что за ушки у вас под капюшончиком? Из какого города необъятной будете? Первые строчки гимна помните?

— Союз нерушимый, — смеётся Аполлинарий.

— Оу, так вы ещё с совка здесь. Спешу огорчить, союз нерушимый, как «Титаник» пошёл ко дну. Фильм шикарный получился, Лео отлично сыграл свою роль, — хмыкаю. — Ну, да… фильм вы тоже не видели. Короче, союз распался.

— Жаль слышать, — бурчит старик, а все на нас удивлённо пялятся и не вмешиваются. — Но всё к тому шло. Буду рад поговорить с вами о родине, юноша, но давайте сначала уладим наше дельце.

— Принцессу не отдам, — решительно заявляю.

— Что, хочешь стать её спасителем? или даже мужем? — вкрадчиво спрашивает Аполлинарий.

Сивка таращится на мага и фырчит, но потом с сомнением глядит на меня.

— Э, не, меня дома ждут, — отнекиваюсь от перспективы.

— Вот и замечательно, — переплетает морщинистые пальцы Аполлинарий Игнатович. — Я могу открыть вам портал хоть сейчас.

— А как же «друг в беде не бросит» и всё такое?

— Ты готов отказаться от возможности вернуться домой из-за этих существ? — презрительно оглядывает моих спутников маг. — Ведь я единственный, кто может открыть портал.

— Готов! — выхватываю Пылающий свет. — А вы?

— Всегда готов, — недобро улыбается и прикладывает руку ко лбу по-пионерски.

— О, Иван, я ни секунды в вас не сомневался. Вот что значит — настоящий верный друг, — говорит Фисс.

Он-то откуда песенку знает?

Аполлинарий выбрасывает руки вперёд и из них бьют ветвистые лиловые молнии. Зажмуриваюсь, готовясь к самому страшному, но страшного не происходит. Открываю один глаз для разведки — а мы в каком-то коконе. Фисс постарался. Алхимик он отличный, несмотря на то что с приветом.

— Он долго не выдержит, — говорит Фисс. — Дорогой Иван, выручайте.

Стою и соображаю. Маг продолжает фигачить молниями, выкрикивая что-то о неблагодарных потомках.

— Надо было дома оставаться и воспитывать своих детей, а не сваливать в чужой мир! — ору в ответ и достаю пригоршню драгоценных камней. — Так, Дрейк, у нас остались только коричневые и фиолетовые.

— Ой, давай только не коричневые, — машет головой дракон.

— Тоже думаешь, что они не того? — усмехаюсь и кидаю ему все аметисты, что есть.

Как же вовремя. Наш кокон трещит по швам, а Дрейк заходится в чихе. Похоже, аллергии у него нет только на аквамарин. Из пасти дракона вылетает шквал молний, трещит и грохочет, а у нас у всех волосы дыбом встают.

— Огонь, — кричу своему мечу, готовясь принять бой.

Даже Сивка принимает боевую позу. Фисс берёт в каждую руку по зелью. Только это не важно. Кокон с оглушительным звоном лопается, а дракон вытягивает длинную шею и «ам» — нет Аполлинария Игнатовича.

Мы все стоим в шоке. Великий чародей и сделать ничего не успел, а мы тем более. Дрейк сглатывает и виновато глядит на нас:

— Я подумал, так проще будет, — бубнит дракон. — Дядя Фисс, ты вылечишь меня от диареи, если что?

— А ты… ты его прожевал? — уточняю.

— Не очень тщательно, — признаётся Дрейк. — Я умру, да?

Честно рассказываю дракону, что выдумал всё. Его, конечно, может прохватить, но не оттого, что он слопал человека.

— Какая горькая кончина великого волшебника, — сокрушается Фисс.

— И моего последнего шанса вернуться домой, — соглашаюсь с алхимиком.

Сивка тычет мордой в моё плечо, мол, не расстраивайся. Вздыхаю:

— Ладно, давай вернём тебя домой, — предпринимаю попытку улыбнуться. — А то зря мы, что ли, столько дел наворотили?

В замке нас встречают в недоумении — грязные, уставшие, пахнём орками. Но к королю нас всё-таки проводят. Рассказываю всё как есть.

Его Величество, разумеется, не верит. Приходится и следы ему показать и Сивку говорить заставить. Да и Фисс свидетель нашего разговора с верховным чародеем. А алхимику король доверяет.

Иримэль вызывают на допрос и требуют объяснений. Юная принцесса бросается в слёзы и во всём признаётся, но утверждает, что её околдовали. Она всё понимала, но сопротивляться не могла.

Фисс чем-то напоил девушку и подтвердил её слова. Я же почувствовав дикую усталость чуть не рухнул прямо в покоях короля.

Меня и дракошу, которого я уменьшил до состояния мейн-куна, провожают в уже знакомую спальню, где мы заваливаемся на кровать и моментально засыпаем, пропустив всё самое интересное.

Утреннее солнышко будит меня, ласково поглаживая по щеке. Открываю глаза — это не солнышко. Это Сивка, то есть уже не Сивка, а принцесса Лиандра во всей красе сидит рядом. Да в жизни наследница престола ещё прекраснее, чем на картине.

— Здравствуй, Иван, — а вот голос тот же. — Как спалось?

— Привет. То есть, здравствуйте, Ваше Высочество, — подрываюсь с кровати и кланяюсь.

Принцесса оглядывает меня с головы до ног:

— Что ж, в этот раз ты хотя бы в штанах, — лукаво улыбается.

Что-то захотелось прикрыться, но я и правда в одежде. Чувствую, щёки мои горят. Лиандра звонко смеётся:

— Я, пока была лошадью, тоже не очень-то одетая ходила.

— И не поспоришь, — улыбаюсь в ответ. — Ты, прости, что я тебя неразумной называл. Я же не знал, — присаживаюсь на край кровати.

— Да чего уж там, ты мне жизнь спас. Будем считать, что квиты.

А тут и Дрейк просыпается:

— Что за чудное виденье? — потягивается и переползает на колени Лиандры, сворачиваясь в клубочек.

Та поглаживает его как котёнка и снова поворачивается ко мне:

— Я знаю, как отправить тебя домой, — медлит и добавляет. — Должна признаться, что и сюда ты попал по моей вине.

— Как это? — подпрыгиваю.

Лиандра объясняет, что ставила различные магические и алхимические эксперименты из записей, которые стащила у Аполлинария Игнатовича. В одной из этих записей был способ открытия портала в другой мир. Принцесса решила, что ничего не сработало, ведь проход открылся чёрт пойми где и продолжила свои опыты.

А чародей всё узнал и побоялся разоблачения. Ведь никто и не подозревал, что он человек. Он заколдовал Иримэль, а та подменила ингредиенты, и очередное варево Лиандры привело к неожиданным последствиям. А портал Аполлинарий закрыл, поэтому мы с Дрейком его и не нашли.

Фисс, как уже понятно, сумел вернуть принцессе прежний облик. А также вылечил короля, который теперь будет править и здравствовать ещё фиг знает сколько лет.

Что насчёт моего возвращения, Сив… Лиандра сказала, что в этот раз всё получится как надо, она изучила недостающие записи.

Сколько я спал? Столько всего случилось.

— Отец устраивает пир в твою честь, сегодня вечером, — принцесса ссаживает с коленей Дрейка и встаёт. — Думаю, ты захочешь принять ванну и переодеться, — демонстративно потирает нос.

— Шутить изволите, Ваше Высочество, — поджимаю губы. — Но от предложения не откажусь.

— И его искупни, — указывает на Дрейка.

Торжество проходит на славу. Мы с дракончиком при параде, сидим на лучших местах рядом с королём и принцессами. Выслушиваем поздравления и благодарности от столичной элиты. Вкусно едим, веселимся, танцуем, в общем, замечательно проводим мой последний вечер в этом мире.

Наутро покидаем столицу — отвозим Фисса домой, тепло прощаемся. Забираю свой дельтаплан и полётный костюм. И мы снова отправляемся в замок короля.

Лиандра уже всё подготовила. Неловко, но не менее тепло прощаемся. Получаю поцелуй в щёчку от обеих принцесс, крепкое рукопожатие от короля, а Дрейк облизывает мне всё лицо, совсем не боясь диареи.

Принцесса произносит заклинание, и воздух прямо передо мной идёт рябью. Последний раз оглядываюсь, вижу, как дракончик вытирает слёзы, а потом вдруг падаю и ору от неожиданности.

Как хорошо, что я на дельтаплане.

— Она же сказала, что всё будет хорошо!

Хотя, так оно и есть. Похоже, я появился в том же месте, где и пропал. Как буду объяснять, что летал несколько недель, не знаю, но думать об этом совсем не хочется. Лучше, наконец, насладиться свободным полётом, который так нагло был прерван в прошлый раз.

На земле меня встречают друзья, машут и улыбаются.

— Ты где пропал? Мы уже думали, что тебя ветром сдуло, — смеётся товарищ.

— А сколько меня не было? — подозрительно спрашиваю.

— Минут на десять задержался. Нигде не видно тебя было. Где летал?

— О, дружище, где я только ни летал, — хлопаю его по плечу, но историю придерживаю, в психушку всё ещё не хочется.

О том, что время в наших мирах течёт по-разному я и не подумал.

Две недели приключений там и всего десять минут здесь. Прямо как во сне.

КОНЕЦ.

А кто прочитал, молодец!

Как вам история? Годная или лучше бы не заглядывали? Пишите своё мнение, рассказывайте, какие иллюстрации хотелось бы ещё увидеть.

Если вы еще не знакомы с нашим творчеством, милости прошу на авторские странички:

Евгения Кец — https://author.today/u/evgeniya_kets

Александр Майерс — https://author.today/u/amyers2