Мужчина невысокого роста, довольно упитанный, в очках, с классической стрижкой, без усов и без бороды. Одет он был аккуратно в форму одного из служащих академии.

— Позвольте вам представить мессира ФимАла ван Сколь. Мессир ФимАл занимает должность главного казначея академии. Я его пригласил сюда, чтобы обсудить оплату вашего обучения.

— Вот это-то меня и беспокоит, магистр Рон. Я главный казначей академии, а не штатный счетовод. И, несмотря на то, что вы являетесь магистром академии и моим непосредственным начальником, все равно я считаю, что с заполнением учетной книги вполне могут справиться и мои подчиненные. Я бы еще понял, если бы этот парень был из очень древнего и знатного рода или королевских кровей, но судя по его одежде, он обычный простолюдин-наемник, — перебил магистра мессир ФимАл.

— Я бы не стал вас беспокоить по пустякам, мессир. Господин Артем — северянин.

— Из РигОлии, что ли? Даже если так, то меня стоило бы вызывать в том случае, если он являлся бы королевским бастардом. Но судя по его одеянию, это не так.

— Нет, мессир ФимАл. Он с сАмого севера, он не риголец, он — СЕВЕРЯНИН.

— Даже та-а-ак?! А что, северянин делает в академии? Насколько мне известно, ни у одного северянина нет дара к магии.

— А у этого есть. Правда совсем небольшой, он умеет усилять тело маной.

— Шурт, что ли?! — мессир Фимал аж подскочил с места и попятился.

— Мессир Фимал, прошу вас успокоиться. Северянин не может быть шуртом, уж поверьте. Но этот юноша ПАЛЬЦАМИ сломал камень первого магистра ТибОра.

Главный казначей академии неверяще уставился на меня, но вскоре взял себя в руки и ответил:

— Ну, что ж, снимаю свои обвинения в ваш адрес. Случай и, правда, не ординарный. И незачем об этом знать остальным. По крайней мере, пока. Итак, приступим. Назовитесь, молодой человек.

— Артём Тёмный, — ответил я, решив представиться своим реальным именем. В этом мире под этим именем я известен очень ограниченному кругу лиц, и каждому из них я доверяю.

— М-м-м… Может быть, Артём тан Тёмный?

— Нет, без «тан» просто Артём Тёмный.

— Позволю себе сообщить вам, что если в имени отсутствует приставка, указывающая на род, дом или клан, это означает, что человек вторым именем взял себе название родовых владений.

— Мне об этом известно.

— И все равно вы настаиваете на том, что ваше имя Артём Тёмный, а не Артём тан или хотя бы ван Тёмный?

— Все верно.

— Позвольте полюбопытствовать, где находятся ваши родовые владения?

— Где-то находятся…

— Хм… понятно, — мессир Фимал посмотрел на магистра, и тот кивнул. — Значит так и запишем. Как планируете платить за обучение? Сами или будем оформлять кредитный договор, по которому вы будете обязаны отработать на академию в качестве оплаты за обучение?

— Сам. Деньги у меня есть, нужно только кое-что продать из оставшихся у меня товаров.

— А что за товары у вас имеются? — вмешался в разговор мессир Мэл.

— Шкуры снежных волков, ингредиенты, порошки и всякое такое из их плоти, и тому подобное.

— Вы сами их изготавливали?

— Да.

— Несите все сюда, академия купит все, что у вас есть.

— Академия купит товары исключительно надлежащего качества, — поправил мессира Мэла магистр Рон. Отчего глава безопасности прикрыл лицо рукой, а после так взглянул на магистра, будто это он был его провинившимся подчиненным, а не наоборот.

— Академия, купит у вас ВЕСЬ товар, что вы привезли с севера. И цену мы дадим самую большую.

— Мессиры, позвольте мне все же закончить, — прекратил пререкания начальства главный казначей академии.

— Простите, мессир ФимАл.

— На какой факультет вы собираетесь поступать, господин Артём?

— Я не знаю. А какие есть?

— Запишите его к универсалам. Господин Артём владеет только одним заклинанием малого исцеления, — приказал магистр Рон, а у меня от восторга аж дыхание в горле перехватило. КРУТО!!! Я — УНИВЕРСАЛ, а значит, смогу использовать любую магию!

— Это весь его магический арсенал?

— Да. Если не считать усиления тела.

— Но как же он будет учиться? Ему нужны хотя бы основы, а это индивидуальные занятия. Вы в состоянии оплатить индивидуальные занятия, господин Артём?

— Эти расходы возьмет на себя академия.

— Даже так? С чего бы такая щедрость?

— Мессир ФимАл, я вижу, вы запамятовали первый постулат магистра ТибОра?

— Принимать в академию всех, кто сломает его камень?

— Именно.

— Но там говориться, лишь о том, чтобы принять, а не о том, чтобы обучать бесплатно.

— Вы сейчас издеваетесь надо мной, мессир ФимАл? Вы помните только то, что периодически появляется на слуху, но единственного постулата, на котором зиждется вся академия, выучить не удосужились? Вот читайте!

Магистр достал из стола книгу и протянул ее главному казначею.

— Хм, действительно, есть оговорка. Что ж, тогда я вынужден задать вам вопрос, господин Артем. Но перед этим озвучу условия. Дело в том, что вы имеете право поступить в академию без экзаменов, и вас тут будут обучать с нуля даже основам магии, но только лишь в том случае, если вы позволите академии изучать ваш фенОмен.

— Какой именно? — уточнил я.

— Вы позволите изучать то, как вы усиляете свое тело маной, а так же последствия данного воздействия на ваш организм?

Мне самому стало интересно. Значит усиление тела маной — это фенОмен, который еще не изучен. И это несмотря на то, что вся империя и все войска альянса умеют это делать. Да еще и с какими-то шУртами уже второй раз меня сравнивают. И судя по тому, как все трое напряглись, им очень хочется изучить это явление. А передо мной так-то два архимага сидят, да и этот мессир ФимАл не так прост. Что ж, мне и самому это интересно, и вряд ли это может повредить моему бессмертному телу, но вот сама возможность знать, чему же я такому научил всю империю, и как это влияет на живые организмы, мне очень даже нравится, особенно если это сделают не просто бесплатно, а еще и обучат меня основам магии за счет академии.

— Я согласен, но при условии, что все вы и те, кто будет иметь доступ к исследованиям и экспериментам, поклянутся на крови, что будут передавать мне ВСЮ информацию по исследованиям. Абсолютно всю, даже свои догадки.

— А не много ли вы на себя берете, юноша? Чтобы архимаги вам давали клятву на крови? — у магистра Рона от удивления брови на лоб полезли.

— Ну, если нет, то я не согласен. Я лучше тогда найму мага, который обучит меня основам.

— Должен сообщить вам, господин Артём, что в случае отказа вы поступаете в академию на общих основаниях. А насколько я осведомлен, экзамен вы провалили.

«Вот же разводилы, блин! Как раскручивают профессионально. Только вы не знаете одного… Того, что несмотря на ваши невозмутимые морды лиц, я очень хорошо чувствую ваши эмоции! И сейчас вы втроем уцепились за возможность изучения усиления тела маной так, что вас хоть пополам разорви, но меня вы не упустите», — подумал я, а вслух произнес:

— Ну, что ж, раз не поступил, значит, не поступил. Прошу прощения, мессиры, за то, что отнял у вас время. Пойду продавать свой товар и найму мага, который обучит меня основам. А потом поступлю в другую академию. Ваша ведь не единственная. Может, там мой фенОмен оценят по достоинству, только за его изучение я потребую сумму, которая в десятки раз будет превышать стоимость обучения. Думаю, мне не откажут. Приятно было познакомиться, мессиры, до свидания.

Я встал и направился к двери, буквально сжигаемый взглядами трех очень жадных до знаний ученых. Провожая меня взглядом, они представляли, как из их рук утекает вселенское признание их умственных способностей и мирового признания, но они все еще надеялись, что я блефую. Даже рожи состроили, будто бы говорили: «Нет так нет. Мы тебе предлагали, сам отказался. Скатертью дорога».

Я взялся за ручку двери, ведущую из кабинета магистра и потянул ее на себя.

— Погодите! — не выдержал магистр Рон. — Хорошо, все, кто будут привлечены к исследованиям, станут докладывать вам обо всех деталях исследования и о своих предположениях. И все они принесут клятву на крови об этом, но вы подпишите соглашение, по которому все права на эти исследования будут принадлежать академии, и разглашать их вы не будете никому, что и подтвердите клятвой на крови.

— Нет, так не пойдет. Насколько я знаю, первым научился усилять тело маной император Империи Элизиум, — наугад ляпнул я, вдруг прокатит, — поэтому за правами на эти знания вам нужно к нему. А по поводу того, что я никому не скажу… Тоже не вариант, Я не стану усилять ваше государство в ущерб своему.

— Ну, во-первых, первым усилять тело маной научились шУрты, а не император. Они появились задолго до его рождения, — начал объяснять мне магистр.

— Ну, вот к ним и обращайтесь, — перебил его я и, судя по тому, как в его эмоциях сквозанула дикая неприязнь, отчего магистр Рон даже скривился, я попал в точку.

— Да будет вам известно, юноша, что шУрты вне закона. Они издревле являются врагами магов, и на них авторское право не распространяется.

— А отсюда можно сделать вывод, что первым это право получил император, раз сумел усилить тело маной! Я прав?

— В некоторой степени. Вы же сами до этого додумались и сами научились усилять тело маной, без чьих-либо подсказок?

— Все верно.

— А значит, вы имеете точно такое же право на это умение, как и император.

— Думаю, да. И поэтому вы решили задарма получить не просто знания о том, как пользоваться этим умением, но и авторское право на него?! Увидели молодого пацана, который еще не понял, чем обладает, и решили нажиться на нем?! Сколько стоит обучиться основам магии? Сто золотых, двести, пятьсот? А знания о моем фенОмене сколько стоят? В десять раз больше стоимости обучения в академии, в сто, в тысячу?! Нет, мессиры, так дела не делаются… Максимум, на что вы можете рассчитывать, так это на мое разрешение на исследования, а за авторскими правами вам к императору. Договоритесь — будут ваши, нет — я против своих земляков не пойду. Мне проще вырезать все руководство академии, чем уронить свою честь.

— А справитесь? — вмешался мессир Мэл.

— А вы продолжайте в том же духе и узнаете.

Глава безопасности внимательно посмотрел мне в глаза, а потом усмехнулся и обратился к магистру:

— Я тебе говорил, Рон, не связывайся с северянами. Они отличаются от южан, и сейчас он произнес не пустую угрозу. Точнее так: он даже не угрожал. Он лишь констатировал факт. Для него вырезать всех нас за то, что мы обманем всех северян — это так же естественно, как дышать. При этом ему все равно, выживет он или погибнет, лишь бы его чести, и уж тем более чести его народа ничего не угрожало.

В кабинете воцарилась тишина, которая длилась около минуты. И только когда я вновь потянул за ручку двери, магистр соизволил ответить:

— Хорошо, я согласен. Вы позволяете академии изучить ваш фенОмен усиления тела, а мы сообщаем вам всю информацию об исследованиях и предположениях и предоставляем вам индивидуальные занятия по основам магии. Другими словами, подтягиваем вас до уровня обычного абитуриента согласно вашим возможностям.

Я почувствовал, как в эмоциях магистра мелькнуло беспокойство. Он испугался, что я смогу учуять подвох, но даже без этой подсказки я уже знал, в какую ловушку меня пытаются загнать, поэтому спокойным тоном ответил:

— Магистр, вы, видимо, по натуре своей торгаш, и считаете себя умней других.

И магистр, и мессир Фимал наморщились, а я и не собирался извиняться, поскольку был абсолютно прав.

— Вы все сказали верно, за небольшим исключением… Исследования вы будете проводить лишь до тех пор, пока я учусь в академии. Если по каким-то причинам меня из нее исключат, этот договор расторгается.

Мессир Мэл заржал, а магистр Рон, бросив на него злой взгляд, ответил:

— Хорошо. Мы составим клятву, а вы пока отправляйтесь за вашим товаром и деньгами. И помните, пока вы не заплатили, вы не являетесь студиозусом академии!

— Всего наилучшего, — ответил я и покинул кабинет магистра.

Наглый тип, что раздавал указания второму, замер. Затем вернул меч в ножны и, разворачиваясь в сторону Гала, развел руки в стороны будто встретил старого приятеля:

— Господин граф, какая радостная встреча. А я вот гляжу тип подозрительный, что-то в мешках тянет. Видно не местный, может, удумал чего плохого. Кто его знает, что там. Вдруг покушение, а я бдительность проявил.

— Ага, и для этого властью представился?

— Так то я попугать немного решил, чтоб посговорчивее, значится, был.

— Ох, Шалый, вздерну я тебя на площади, допросишься…

— Так за что, ваше сиятельство? Я ж ничего не нарушил. Токма о благополучии города и думаю.

— Живи пока, но с тебя, Шалый, услуга, и серьезная…

— Как скажете, ваше сиятельство, как скажете.

— Что как скажете, ты хоть понял за что?

— Так чего ж тут непонятного? За то, что вы мне недостойному поверили, что я этого мальца из радения за город наш проверить решился.

— Нет, Шалый, услуга с тебя за то, что я твою жизнь спас. Ты помнишь Кристофа, моего охранника?

— Да как же его забудешь-то? — Шалый потер свою грудь.

— Так вот, этот, как ты изволил выразиться, малец, вырубил всю мою охрану, включая Кристофа быстрее, чем те успели что-либо понять. Хотя все они находились в полной боевой готовности. И если бы ты сейчас к нему сунулся, то тут бы уже лежали два ваших трупа.

Оба бандита с сомнением посмотрели на меня, а Гал продолжил:

— Не веришь, продолжай. Обещаю, что вмешиваться не стану. И ты даже сможешь забрать все его вещи, если убьешь его.

До Шалого, видимо, начало доходить, что он не туда влез, поэтому он быстро извинился:

— Приношу свои искренние извинения, сударь.

— Господин, — поправил я его.

— Чо? — не понял разбойник.

— Обращайся ко мне — господин, все ясно?

— Так вы дворянин? А так и не скажешь… Ой, прошу прощения, господин, не желал вам зла, токма за город радею, токма за город.

Бандиты быстро свалили, и мы продолжили путь.

— А ты действительно дворянин? — поинтересовался Гал, спустя пару минут молчания.

— Наш народ приравнивают к титульным дворянам, как гномов.

— Впервые такое слышу. Что за народ приравнивают к дворянам?

— Северян.

— Опять ты своей несмешной шуткой.

Я пожал плечами.

— Ладно, быстрее доберемся — быстрее в дом плотских утех попадем.

— Вы с ним знакомы? — удивился Галиэн.

— Да. Было дело, пересекались по интересам альянса. Я его рекомендовал на должность городского наместника его величеству Вилхаму ван Тадор. Если проявит себя, то полагаю, король и приблизить его к себе может.

— Так это вы его порекомендовали? А отец все гадал, кто же это его облагодетельствовал.

— Не облагодетельствовал, а дал шанс. А дальше все только от него зависит.

— А за что предыдущего наместника сняли?

— Пусть молит Создателя, что жив остался. После того, как он устроил волокиту, чтобы задержать выполнение приказа правителя Альянса Разумных, ему полагалось голову снести там же, в его кабинете. А он отделался лишь снятием с должности и выдворением за пределы альянса.

— Но почему именно мой отец? Есть же более родовитые дворяне, больше подходящие на этот пост.

— На ключевые посты альянс назначает не по знатности рода, а по достоинству. И всем своим главам это велит. Поэтому-то у вас сейчас столько недовольных и развелось, что привыкли лишь родовитостью своей хвастаться. А для управления еще ум нужен и честность.

— А бунта не боитесь?

Даниил усмехнулся, а некоторые из имперцев за столом откровенно рассмеялись.

— Нет, Галиэн, не боимся. По силе с войсками альянса могут сравниться только имперцы. И в настоящее время правитель Альянса Разумных держит все под контролем. Любой бунт подавляется в зародыше. Ты в курсе, сколько бывших фимдолИйцев и ирундИйцев смещено, казнено, и выдворено?

— Приблизительно.

— А как думаешь почему?

— Из-за войны ФимдОлии и ИрУндии?

— Нет, всех, кто предал и пытался ставить палки в колеса, уже давно казнили. Нынешние репрессии применяются исключительно к тем, кто затевает бунты и смуту. Тем, кто пытается вернуть себе власть и продолжать грабить, используя свои связи. Мир меняется, стандарты перекраиваются, власть передается достойным. Тем, кто заботится больше о народе, чем о себе.

— Таким, как мой отец?

— Да, таким, как твой отец. И преданных, и верных разумных альянс бережет. И вот тебе мой добрый совет: тебя однозначно попытаются переманить на свою сторону противники нынешней власти, чтобы использовать в качестве рычага давления на твоего отца.

— И, как мне быть? Как узнать, с кем не стоит иметь дело. Мне ведь напрямую никто не скажет, что хочет использовать меня против отца.

— А ты уже сделал правильные шаги и в нужном направлении. Держись поближе к северянам. Мы никогда не пойдем на сделку с совестью.

Даниил глянул на меня, а я, чтобы разрядить обстановку, поинтересовался у него:

— А Грарх тоже в городе?

— Да. Отдыхает.

— А его можно увидеть? Мы ж с ним после того раза так и не виделись.

— Конечно, можно. Думаю, он будет рад тебя встретить.

— Простите, Грарх, это личный дракон императора? — не вытерпел Трон.

— Это друг императора и да, он костяной дракон. Дракон такой же разумный, как и любой другой. Он не животное, а полноценный подданный империи.

— Это все равно, что про тебя сказать, что ты одомашненный огр, — напомнил я Трону.

— Приношу свои извинения, — встал и поклонился огр.

— И ты с ним знаком? — не скрывая удивления, спросил Гал.

— Да. Они с Даниилом подвезли меня к месту, где я проходил взросление. Так мы и познакомились.

— А можешь и нас с ним познакомить? Никогда драконов не видел!

Я взглянул на Даниила, и тот кивнул.

— Могу, почему нет.

— Вот спасибо, дружище!

Посидели в трактире мы довольно весело. Я мысленно переговорил с Даниилом, узнал новости, поделился своими соображениями и впечатлениями. Гал и Трон были в диком восторге, когда, покинув трактир, мы встретились с Грархом. Тот состроил величественное выражение лица и смотрел на нас сверху вниз, а потом, улыбнувшись, ткнулся в меня носом. Да, Грарх в совершенстве овладел управлением своей исскуственно выращенной кожей. Он теперь отлично справляется даже с мимикой. Это нам, живым, такое просто дается. А драконам приходится куда сложнее. Они ведь не живые. И если при движении это происходит естественно, то мимика, — это довольно сложно. Видно, что дракон тренировался. И я это оценил.

— Так ты и, правда, северянин? — поинтересовался Гал, когда мы вошли на территорию академии.

— Правда.

— И сломал камень магистра ТибОра?

— Сначала разрубил на глазах у студиозуса, потом еще раз перед магистром и мессиром Мэлом, а потом просто отломал кончик камня пальцами и раскрошил его в ладонь магистру Рону. Надоело, что они во мне сомневаются.

— Сломал пальцами? — в голос спросили Трон и Гал.

— Ну, да.

— Слушай, а когда усиляешь тело маной, внешне это как-то проявляется?

— Ну, если только так.

Я достал двуручник и усилил тело маной. Меч покрылся голубоватым свечением.

— У-ух. Страшно, аж до жути. Не знал бы, что ты северянин, уже бежал бы от тебя, только пятки бы сверкали. Однозначно решил бы, что ты шурт.

— А кто такие эти шурты?

— Те еще подонки. Они вечные противники магов. Шуртами себя называет некая организация, в которую набирают только таких, как ты. Тех, кто умеет усилять свое тело маной. Формировать заклинания они не умеют, но это им никак не мешает убивать магов. Магия на них почти не действует, а физические возможности зашкаливают. За счет того, что они прогоняют через свое тело сырую ману, которая их защищает от магических атак, они усиляют свои мышцы, ткани, в общем, все, что только можно. В разы вырастает не только их сила, но и скорость, и у некоторых даже регенерация.

В общем, получается такая тварь, которая магов убивает пачками. Некоторые из них даже способны в одиночку противостоять архимагам. И занимаются шурты тем, что берут заказы на убийства магов. При этом не гнушаются заказами и на детей одаренных, да вообще на кого угодно. Лишь бы платили. Одно радует: то, что расценки у них заоблачные, и не всякому идиоту, который точит зуб на мага, они по карману.

— И почему их не перебьют всех?

— А кто их знает? Видать, нужны такие твари кому-то. Кто-то же должен делать такую работу. Да и, поди, поймай их. Они ж себя в обычной жизни никак не проявляют. Вот по тебе ведь тоже не скажешь, что ты усилением тела маной владеешь?

— Ну, я еще одним заклинанием владею, — похвастался я.

— Каким? — поинтересовался Трон.

— Заклинанием малого исцеления, — я сформировал заклинание и запустил его на себя.

— И все? — удивился Гал.

— Ага.

— Трудно тебе придется. Лучше найми себе наставника. Всяко полегче будет.

— Да у меня и денег-то осталось меньше сотни золотых. Надо еще придумать, как их заработать. И магистр Рон обещал, что наставников по основам магии мне предоставят за счет академии.

— Что-то дохрена тебе всего пообещали, смотри, как бы не спросили потом больше, чем ты сможешь выплатить.

— Это да, но пока для меня это наилучший вариант.

— Ладно. Уже пришли. Вон твоя общага. И спасибо, что познакомил с имперцами. Просто охренеть можно! Ты знаком с самим Даниилом тан Вольф! С тем, кто возглавлял пять сотен имперцев, что отправили десятитысячное войско светлых эльфов сверкать голыми задницами, убегая с поля боя. Я до сих пор поверить не могу!

— Я тоже. Да я и подумать не мог, что когда-нибудь буду выпивать с имперцами, не говоря уже про приближенных к самому ИМПЕРАТОРУ! Ладно, давай до завтра, Тёма. Весело сегодня время провели, — поддержал Гала Трон.

— До завтра! — махнул я рукой и направился в общагу.

Когда я вошел в комнату, сосед был уже на месте. Он лежал на кровати и что-то читал.

— Доброго вечера, — поприветствовал я его, а в ответ тишина. — Слушай, мне твое «здрасте» никуда не уперлось, просто хочу сказать, что в том, что меня подселили к тебе, моей вины нет. Сможешь официально договориться с комендантом, я перееду без проблем, но еще не факт, что тебе сосед лучше достанется. Ты в курсе, что в этом году набирают студиозусов не только среди людей, но и из других рас?

В ответ молчание.

— Так вот, я тут с огром познакомился. Так я бы лучше с ним жил или еще с одним моим приятелем, но нас расселили не то, что в разные комнаты, а в разные корпуса. Я так понял, что желания студиозусов тут не учитываются. Так что нет смысла дуться. Нам с тобой реально придется вместе жить, и враждовать я смысла не вижу. Давай попробуем все сначала. Я — Артём, — я протянул парню руку, но тот даже не пошевелился, чтобы ее пожать.

— Ну, как знаешь. Надумаешь вызвать меня на дуэль в следующем году, я к твоим услугам. Но учти, дерусь я без защитников, и мне все равно насколько ты крутой маг, поэтому кости во время дуэли я тебе все равно переломаю.

В ответ снова тишина. Ну и хрен с ним!

Я хотел, было, почитать, но вспомнил, что учебники-то я еще и не получал. Тогда я решил перед сном немного поразмыслить и узнать как дела в империи. Я связался с Дарком:

— Привет. Как у нас дела?

— Здравствуй, император. Все отлично. Немезида замаскировала своими лианами адамантовые корни купола, что Великие Древни возвели над столицей.

— Ты имеешь в виду над будущей столицей?

— Нет, я имею в виду над существующей столицей. Имперцы сделали уже очень многое. И на нижних этажах подземного города уже можно жить. Конечно, помещения там еще малопригодны для жилья, но с нашими магическими и техническими разработками многие уже даже не покидают столицу. Живут прямо здесь, семьями.

— Прямо здесь? — уцепился я за нужную фразу.

— Сдается мне, что и ты там прописался.

— А как же по-другому то? Ты бы видел эти масштабы! Сам бы не захотел отсюда уезжать.

— Там земли-то хватит или вы по всей территории империи окапаться собрались?

— Земли у тебя на несколько королевство хватит. И всю ее машины, что Торин с Ригалом из червей собрали, вдоль и поперек вскопать могут. Это настоящее чудо мехамагической техники! Я такого никогда не видел. А видел бы ты, как все дружно работают. Гномы, которых ты привел к нам, до сих пор в шоке. Они поверить не могут, что тяжелые и сложные работы могут так быстро выполняться. А когда они увидели драконов, переносящих по воздуху огромные глыбы, что вытачивались из гор… а-ха-ха… ты бы видел их рожи.

Но надо отдать им должное. Я никогда не встречал ничего более монументального и величественного. Я так им это и сказал, а они ответили, что я еще не видел сам замок, который они отстроят на поверхности, вот он и отобразит истинное величие империи. В общем, идеей достроить столицу как можно скорее загорелись все имперцы до единого, и каждый вносит свой вклад в строительство. А послов светлого эльфийского леса аж распирает от любопытства, но, разумеется, их никто сюда и близко не подпускает.

— А что, ты там говорил про лианы?

— Ах, да. Дело было так. Когда Великие Древни отращивали корни, чтобы закрыть сферой всю столицу, появилась Немезида и раздала тут всем люлей, включая меня. Мол, вы о чем думаете, раскрывая секреты империи. А я ей отвечаю, что мы как раз пытаемся сохранить строительство столицы в секрете, и именно с этой целью хотим накрыть незавершенную стройку куполом. А она нам напомнила, что корни у Великих Древней из адаманта, и что этого знать остальным вовсе не обязательно. Но я парировал ее обвинения, пояснив, что нашей службой безопасности и контрразведки контролируется все пространство, и никто даже близко к столице приблизиться не сможет. Уничтожается вообще все, что пытается выйти за границы торговых населенных пунктов. Тут она назвала меня балбесом и сказала, что лучше будет, если она закроет сферу из корней Великих Древней своими лианами, за которыми точно никто не увидит адамантовых корней. Возразить мне было нечего, и я согласился.

— Вы все правильно сделали. Береженого и Создатель бережет. Как там дети?

— Я ж тебе уже говорил, все вносят свой вклад в строительство. Каждый приносит пользу и выполняет посильную работу, стараясь облегчить труд основному производству.

— Имперцы отдыхают?

— Да, все как ты и приказал. Все выходные и отпуска отгуливаются.

— Что еще нового?

— Напали на след дочери сотника Дасбора. Говорят, скоро должны найти ее и ее сына. Их продали в рабство.

— Всех, кто причастен к порабощению семьи Дасбора, должны быть доставлены в империю!

— Само собой. Расследование продолжается, но за теми, кого нашли, уже ведется круглосуточное наблюдение и, как только они выведут нас на следующее звено цепочки, этих схватят и доставят живыми в казематы твоего замка в Мертвых Землях.

— Кстати, по поводу мертвых земель… Я тут в академии представился Артёмом Тёмным, а это означает, что у меня должно быть владение с названием Тёмное. Как ты смотришь на то, чтобы переименовать Мертвые Земли в Тёмные?

— Да, мне если честно, вообще все равно. Не я их Мертвыми называл.

— Ну, ты поспрашивай у народа, не против ли они такого переименования, но сразу прикажи, чтобы посторонних в это дело не посвящали. Переименование если и будет, то только к моему выпуску из академии, не раньше.

— Хорошо, прикажу провести опрос населения. Что-то еще?

— Да, не мог бы ты узнать у имперских эльфов про такое явление… — я замялся, но Дарк и не думал меня торопить. — Дело в том, что я здесь встретил двух эльфиек, и одна из них принцесса темного леса.

— Дочь Аталлаила?

— Именно. Но дело не в этом, а в том, что я испытываю какое-то наваждение, когда нахожусь рядом с ними… я бы даже сказал животную страсть. Мне охота наброситься на них и совокупляться с ними прямо там, где я их увидел. Особенно, когда они собираются вдвоем. Пока я нашел способ глушить эти чувства, но вот сколько еще продержусь, я не знаю. Я четко осознаю, что это чары или наваждение, но пока не разобрался, чьи они. Явно не этих девчушек — у них бы силенок на меня не хватило. И я переживаю за то, что кто-то хочет нанизать меня на крючок, вот только кто? Но я надеюсь, ты сам понимаешь, что ни от тебя, ни от эльфов эта информация никуда уйти не должна. Даже Лие ни слова. Тем более, Лие.

— Все сделаю, император, и доложусь. Николаса привлекать?

— Нет, у него итак забот дохрена. Сам разберусь, мне бы побольше узнать о том, что это за магия такая.

— Гериндорф просил, чтобы ты чертежи столицы периодически пересматривал и утверждал изменения.

— Изменения?

— Да, они постоянно что-то меняют и, честно говоря, столица уже так изменилась по сравнению с тем, что планировалось вначале, что вкратце и не опишешь. Глянь на досуге. Там столько механизмов и магических нововведений, что глаза разбегаются. Город и, правда, будет самым великим на Эратионе. Под стать тебе. Кстати, а название городу ты придумал?

— Нет. А знаешь… Пусть импрецы предложат названия, а я выберу то, что подходит городу больше всего. Так будет честно, ведь они его строят.

— Идея интересная. Тогда я создам новый раздел в Знаниях Всех Мертвых и озадачу вампиров вести таблицу предложенных вариантов. А когда ты сделаешь выбор, сообщишь об этом мне.

— Идет. Какой расклад по альянсу?

— Везде все в пределах нормы. Только в ИрУндии многовато заговоров и попыток переворота. Пока Елат справляется, мы иногда помогаем. Вся информация по выявленным случаям передается Вилхаму. Имеет место быть и национальная неприязнь. ФимдолИйцы не любят ИрундИйцев и наоборот. Так просто эту неприязнь не преодолеть. Поэтому вставляют друг другу палки в колеса, а то и вовсе жестко подставляют. Вилхам в бывшей Фимдолии на ключевые посты ставит своих приближенных ирундИйцев из тех, что поддержали его в войне, а фимдолИйцам это не нравится. В общем, там все не просто. Предстоит не только интеграция в альянс, но и ФимдОлии в ИрУндию. Это займет много времени. Так что будь там поосторожнее.

— Понял. Как дела с гномами?

— Все отлично. Оборудование для связи установлено, гномы не могут нарадоваться. Появился спрос на артефактные трубки связи. И за последнее время он невероятно вырос. Наши маги не успевают их делать. Поставил задачу мессиру Мельвину, Дару и Торину с дядькой Ригалом в свободное время продумать автоматизацию производства трубок. Понятно, что все они будут внешне одинаковыми, но чем больше мы их запустим в эксплуатацию, тем лучше.

— И как успехи?

— Пока никак. Свободного времени нет ни у кого.

— Прикажи им переложить эту задачу на их подчиненных. Пусть поработают головой. Задача нетривиальная, но важная. Пусть выделят хотя бы по одному специалисту, и те работают над решением исключительно этой задачи. Нам нужны специалисты, поэтому необходимо, чтобы развивались не только главы направлений, но и их подчиненные. После того, как наладите производство дешевых трубок, первым делом наводните ими столицы стран альянсов. Мне нужна будет такая трубка, но купить я ее должен буду официально. И, сам понимаешь, дорогую я себе позволить не смогу.

— Понимаю. Лия уже отчиталась о том, что ты все деньги спустил на пропуск в высшую библиотеку. Сделаю.

— Теперь по поводу Лии. Ты знал, что она устраивается на работу в академию магии, куда я планировал поступать?

— Догадывался.

— А почему мне не сообщил?

— Шутишь? Я тебе про эльфов-то рассказал, ты чуть не сорвался, а если бы про Лию информацию тебе вывалил, у тебя бы точно кукушка поехала.

— И то верно. Ладно, отмазка принимается. Ну, тогда на сегодня все. Как соберешь информацию по эльфийкам, свяжись со мной.

— Будет сделано, ваше императорское величество.

— Смешно. До связи.

— До связи.

С отчетом по империи разобрались, теперь надо глянуть, что там новенького в проекте моей столицы появилось. Я повысил болевой порог и подключился к Знаниям Всех Мертвых. Отрыл папку с проектом и заметил, что объем информации в ней значительно увеличился. Так, теперь надо открыть макет…

Я завис, даже не думая о том, как сейчас выглядит мое тело. Наверняка, лежу на кровати с видом недоумка и открытым ртом, из которого текут слюни. Да и хрен с ним, с этим видом. То, что я увидел, не поддавалось никакому описанию!!! Это было настолько невероятно, что казалось нереальным. Я видел макет будущего центра столицы. Первое кольцо так сказать. Проект почти полностью переработан, хотя ключевые аспекты сохранились. Видимо, именно их сейчас и отстраивали. Основа и несущие конструкции не изменились, а вот окружение, надстройки и архитектура претерпели изменения. Но все они поменяли проект в лучшую сторону. Судя по тому, что я вижу теперь, сотня разумных способна держать оборону замком вечно. В конструкцию вмонтированы самозаряжающиеся магические артефакты и модули управления, дублируемые механизмами. Многое завязано на Оплоте Жизни, Истинном Древе Жизни и Великих Древнях.

Адамантовые нити пронизывали будущий замок в буквальном смысле везде. Даже внутри камней, используемых при строительстве, проделывались отверстия под корни Великих Древней, прежде чем те попадали в кладку. Сменился и внешний вид интерьера и экстерьера замка. Тут уже не только Тильда поработала. Вижу и руку Гериндорфа, и даже некоторые незнакомые мне черты. Видать, кто-то из новеньких. Значит, ищут-таки таланты. Это хорошо. Ну, что ж, полюбовался, а теперь пора браться за проверку.

Так, этот узел лучше заменить вот на такой. А тут целесообразнее использовать планетарную передачу. Исправим на это, добавим вот это. Дальше сами пусть высчитывают, и расчеты предоставят мне на проверку. А вот это вообще лучше убрать. Тут бы проход не помешал, если, конечно, я не в несущую конструкцию вмешиваюсь. Ладно, сами проверят. Я лишь вношу правки…

Отключился от Знаний Всех Мертвых я рано утром. Но учитывая, что на занятия мне идти не нужно, позволил себе поспать подольше. До завтрака время еще было, поэтому я с чистой совестью поспал еще немного.

Проснувшись, своего соседа не обнаружил. Но и хрен с ним. Сходил в душ и умылся. Приятно все-таки осознавать, что все умывальное отделение предоставлено в мое личное распоряжение.

Подходя к столовой, я почувствовал, как на меня снова накатило чувство дикой страсти. Я тут же представил себе Лию, и все прошло. Я шел в столовую, не оборачиваясь, хотя прекрасно знал, что сзади идут две эльфийки, и наверняка со своим сопровождением.

Гал и Трон находились уже в очереди за завтраком. За ними уже выстроились другие студиозусы. Вспомнив правила академии, в которых говорилось, что очередь можно занимать только на себя, чтобы никому в не пришло в голову делать это на весь факультет, я, поздоровавшись с парнями, встал в конец и обернулся в сторону входа, делая вид, что осматриваюсь. И якобы только сейчас заметив эльфов, поздоровался:

— Доброго утра.

— Молчи! — выпалили светлая и темная эльфийки.

— Не понял. Почему?

— Потому, что, как только ты открываешь рот, тут же начинаешь нас оскорблять! — возмутилась темная.

— Вот именно! Ты несешь полную чушь! — подтвердила светлая.

— Простите. У меня и в мыслях не было оскорблять вас, я только хотел…

— Молчи! — снова крикнули на меня эльфийки, и я, подняв руки в примирительном жесте, ответил:

— Ладно, ладно… как скажете… лишь бы вы улыбались.

Глаза обеих девчонок сузились, а кулачки сжались. Я закрыл рот и отвернулся, а эльфы встали в очередь за мной.

Вновь разместившись за столиком для простолюдинов, я заметил, что эльфы заняли стол недалеко от нас. Причем присели не просто за соседний столик, а сели именно недалеко от нас. Странно, если я так бешу этих ушастеньких красавиц, то зачем так ко мне жаться-то? Ведь есть места и получше. Те, где трапезничает элита, так сказать, сливки общества. И эльфам стоит только подойти к этому столу, как его освободят для них тут же, но нет. Они зачем-то садятся рядом с нами. Интересно, это как-то связано с тем, как меня накрывает в присутствии этих красавиц? Ладно. Будем надеяться, что опрос имперских эльфов что-нибудь прояснит.

— Чем сегодня займемся? — поинтересовался Гал.

— Мне нужно получить учебники, закупиться тетрадями, писчими принадлежностями, и так далее, а потом я свободен.

— Закупаться ничем не надо, если только ты не хочешь блеснуть своим достатком. Все необходимое для учебы тебе выдадут. Не просто так же год обучения стоит тысячу золотых. Да и где бы простолюдины брали деньги на все это? Так что получение всего необходимого займет у тебя от силы час. И то, если очередь будет большая.

— Есть еще кое-что, что не дает мне покоя.

— Что же?

— Деньги.

— Ну, деньги никому покоя не дают, — усмехнулся Трон.

— А точнее, отсутствие постоянного источника доходов, — продолжил я. — У меня осталось меньше сотни золотых, и нет никаких перспектив пополнения моего бюджета.

— Даже пятьдесят золотых — это огромные деньги, на которые можно прожить довольно долго, учитывая, что кормить, поить и одевать тебя будут в академии. Жить тебе тоже есть где. И это я тебе говорю не с точки зрения простолюдинов, которые на эти деньги будут жить всю оставшуюся жизнь как сыр в масле, а как довольно богатый дворянин из знатного рода, — пояснил Галиэн.

Конечно, он прав, но учитывая, сколько я привык тратить, и если учесть те цели, которые я преследую, то пятьдесят золотых — это капля в море.

— Ты прав, Гал. Но я чувствую себя некомфортно, если не имею постоянного источника доходов, хотя бы небольшого. И, как раз потому, что у меня сейчас есть золото, стоит озадачиться его вложением. Ведь чем больше доход хочешь получить, тем больше нужно вложить.

— Пожалуй, ты прав, и какое у тебя предложение?

— В том-то и дело, что вообще никакого. Пусто, ноль! Вот я и хочу озадачиться этим вопросом. Но у меня знаний об этом городе, да и о стране маловато. Я приезжий.

— Я тоже. Я из ИрУндии.

— А на меня вообще не смотрите. ФимдОлия никогда не была родиной огров.

— Вот и я о том же. И как бы нам решить эту задачу? Я не жадный, и готов поделиться. Если вместе чего сообразим и провернем, то и доход на троих поделим.

— Заманчиво. Предлагаю после завтрака прогуляться по городу, осмотреться, может, что и надумаем.

После завтрака я довольно быстро получил все необходимое и, разложив все аккуратно в комнате в общаге, мы с парнями направились в город.

Войдя через городские ворота, я воспользовался зрением энергии смерти и, оглядевшись, с удивлением обнаружил, что эльфы и светлые, и темные следуют за нами, стараясь не показываться нам на глаза. Интересно, что они задумали? Грохнуть нас хотят? Если да, то, скорее всего, не нас, а меня. Но боюсь, в этом случае их ждет сюрприз. Однако понаблюдав за ушастыми, я понял, что они не собираются причинять никому из нас вреда. Более того, они даже не пытались нас подслушивать. Просто держались на определенном расстоянии и занимались своими делами, разговаривая о всякой чепухе.

Я даже сначала подумал, что это шифр какой, но не нашел, за что зацепиться. А с другой стороны, экспертом-шифровальщиком я себя не считал. Я даже специально водил парней дворами и несколько раз попытался скрыться от ушастых, но они каждый раз непонятным для меня образом нас находили. При этом использование магии на себе я не чувствовал.

— Гал, Трон, не осмотрите меня на наличие поисковых меток?

— А чего ты опасаешься? Думаешь, кто-то за тобой следит? — заозирался граф.

— Да есть такое чувство, объяснить не могу, но почему-то кажется, что кто-то ходит за нами по пятам.

— Странно, я никого не ощущаю.

— Это эльфы за нами слоняются. Я думал, ты их вычислил уже. Поэтому дворами нас и повел, — отозвался Трон.

— Эльфы? Какие эльфы? — удивился Галиэн.

— Ты их видишь? — поинтересовался я.

— Нет, чувствую.

— По запаху?

— Издеваешься? Даже если бы у меня обоняние было настолько чувствительно, смотри, сколько тут народу, как бы я смог определить их запах?

— Да, я-то откуда знаю? Просто предположил.

— Шаман я. И такие вещи хорошо чувствую. Шаманам обязательно нужно уметь определять слежку за собой, вот и я умею.

— Понятно. Интересно, а что им надо?

— Да кто бы знал этих ушастых! Просто слоняются за нами. Подслушивать не подслушивают, следить не следят, просто ходят за нами, и все.

— Н-да. Ладно, ты поглядывай за ними, Трон. На всякий случай.

— Итак, поглядываю, но пока ничего подозрительного не обнаружил.

— Есть идея, — предложил Гал.

Мы с огром уставились на графа.

— Давайте разделимся и посмотрим, за кем они пойдут.

— Согласен, — ответил я и дождался, пока оба приятеля разойдутся в разные стороны. Но эльфы остались на месте и ни за кем из них не последовали. Разделяться они тоже не стали. Просто стояли себе у соседнего дома так, чтобы мы их не видели и мирно беседовали. Причем и темные, и светлые, но находились они по разные стороны дома совсем рядом со мной. Что ж, проверим, нужен ли им именно я?

Я резко выбежал из-за угла, чуть не врезавшись в большую грудь темной эльфийки, но вовремя затормозил, остановив лицо в нескольких сантиметрах от ее… красоты. Эльфийки я так и не коснулся, но та отпрянула, прикрыла грудь рукой, будто я застал ее голой, выходящей из купальни и начала возмущаться:

— Снова ты? Ты что, за мной следишь? И опять решил об меня потереться, извращенец?!

А возмущается-то как натурально! Хотя, скорее всего, возмущена она тем, что я опять чуть не влетел в ее грудь. А вот по поводу слежки теперь я на сто процентов уверен, что объект ее интересов именно я. Вот только что эльфам от меня нужно? Как говорится, лучшая защита — это нападение. Вот девушка и старается.

— Доброго утра, льеты. Нет, я за вами не слежу, и я уже вам говорил, что если парню нравится девушка, пусть даже человеку эльфийка — это не извращение. Вот если бы вы были орчанками — это уже считалось бы извращением!

У темной эльфийки аж дыхание перехватило от такой наглости, и темные эльфы разом на меня гаркнули:

— Заткнись!

— Ладно, раз вы ничего не смыслите в сексуальных приличиях страны, в которой находитесь, хрен с вами. Вам тут жить. Вы лучше ответьте, не видели ли вы тут моих приятелей — графа Галиэн ван Крон и огра Трона? Огр маленький такой, — я вытянул руку вверх, показывая рост Трона и для комичности, поднялся еще и на цыпочки. — Всего метра два ростом.

Темные эльфы часто задышали, сжимая кулаки и потихоньку надвигаясь на меня, а я, поняв, что ответа от них не дождаться, произнес:

— Ребята, вам однозначно к лекарю надо. Похоже, рыбья болезнь, которую вы подцепили, заразная, и ваша подруга вас всех заразила. Надеюсь, она только среди эльфов распространяется…

Тут из-за угла вышли светлые, тихонечко посмеиваясь над темными. Ну, что ж, они сами напросились.

— О, привет! Давненько не виделись! — помахал я им руками. — Вы моих приятелей случаем не видели?

Эльфы, все кроме фигуристой девушки, с надменной ухмылкой уставились на меня, ничего не отвечая.

— Нет, да? Жаль… Скажи, красотка а ты не передумала? А то знаю я вас, женщин. Сегодня не дам, завтра вроде как и не против. Настроение у вас частенько меняется.

Теперь и светлые тяжело задышали и зло уставились на меня.

— Нет, да? Жаль…

— Тёма! — послышался окрик Гала. Я повернулся на голос и увидел парней, стоящих дальше по улице. — Ты где потерялся? Пошли быстрее.

— Уже бегу! — крикнул я в ответ и, взглянув на эльфов, и темных, и светлых, пробурчал не громко, но так, чтобы меня все эльфы хорошо расслышали:

— Лишь бы не эпидемия. Только бы с эльфов на людей не перекинулось. Закроют ведь академию на карантин и занятия отменят! Что за штамм такой?! Ведь раньше рыбья болезнь не была заразной…

От моих слов эльфы еще чаще задышали и строем двинулись в мою сторону, а я, помахав им рукой, крикнул:

— Рад бы еще с вами поболтать, но приятели ждут. До встречи! — и побежал к Галу и Трону.

— Ну, что? — спросил меня Гал.

— Я им нужен. Они зачем-то около меня трутся.

— А о чем ты с ними опять разговаривал? Они, бедолаги, аж трясутся все. Не ровен час, грохнут тебя.

— Темным объяснил, что нельзя называть извращенцем мужчину, которому нравятся девушки, пусть и эльфийские. Вот если бы она была орчанкой, то да, тут бы я спорить не стал. А у светлой спросил, не передумала ли она. Ну, сам посуди, у девушек настроение по десять раз на дню меняется. Вдруг она передумала, а признаться стесняется. Вот и уточнил, на всякий случай. Но что-то меня к ним все меньше и меньше тянет. У них, похоже, началась эпидемия рыбьей болезни. Как бы они студиозусов академии ей не позаражали.

Гал и Трон разразились хохотом.

— Как ты еще жив-то остался? — спросил Трон.

— А что они мне сделают-то? Да и за что? — с невинным видом спросил я.

— Ладно, пойдем дальше осматриваться. У кого-нибудь какие-нибудь мысли по заработку появились?

Мы с троном покачали головами.

— Плохо. У меня тоже нет, тогда пойдем еще погуляем.

— Может, в торговые ряды заглянем? Вдруг здесь чего не хватает, и мы сможем торговать новым или дефицитным товаром? — предложил я.

— Пошли, но это вряд ли. Не забывай, ЗАгхард — столица бывшей ФимдОлии. Тут есть все.

— А идея хорошая. Обязательно рассмотрим ее, когда перейдем на второй курс. Но до второго курса еще нужно доучиться и на чем-то зарабатывать. Я ведь еще второй курс не оплатил, — ответил я.

— Ну, у нас будет еще три месяца каникул, — подсказал Трон.

— Тысячу золотых за три месяца? Ты сам-то в это веришь? — усмехнулся Гал.

— Трон, а ты сколько лет обучения оплатил? — поинтересовался я.

— Нисколько.

— Договор подписал на отработку после обучения?

— Вот еще! За меня Альянс Разумных платит.

— Это как так? — в голос спросили мы с Галиэном.

— За всех учащихся академии, кто не является человеком, платит Альянс Разумных. Иначе бы я сюда ни за что не пошел. На обучение у меня денег нет, а кабалу на себя одевать я не собираюсь. Там у этого альянса какие-то свои планы по сближению рас Эратиона, вот они эту хрень и замутили. Никто из сородичей идти не хотел. Виданное ли дело, что в человеческой академии будут шаманизму обучать? Пусть даже орки и представители других рас, но магистр-то — человек! Но у меня в моем племени шансы стать шаманом мизерные. В лучшем случае подмастерьем смогу стать к старости. Нет у меня властных покровителей. А тут какой-никакой, а шанс. Вот и решил я сюда податься. Думаю у всех студиозусов других рас истории, похожие на мою. Вряд ли кто-то сюда пришел бы, если бы у него в родном племени все на мази было. Но человек из альянса мне сказал, что тех, кто поступит в этом году, будут обучать бесплатно и со всей серьезностью, чтобы по окончании академии весь мир увидел, насколько сильными магами стали их выпускники. А потом маги и шаманы из других рас уже из своего кармана платить будут или договор об отработке подпишут. Вот я и решился. Надеюсь, хуже не станет.

Я находился в одном из трактиров города и потягивал холодное пиво. Осмотревшись зрением энергии смерти, я не обнаружил ничего подозрительного, и даже эльфы сегодня за мной не увязались.

— Немезида, у тебя есть время? Переговорить бы надо.

— Время есть, и я знаю, о чем пойдет речь. Вчера твои действия трудно было не заметить, и поздравляю, ты отлично научился скрывать свои мысли.

— Раз знаешь, что ответишь? Решила женить меня под шумок?

— Не женить, а выдать замуж, — от этих слов у меня аж глаза на лоб полезли.

— Что-то не так с пивом? — поинтересовалась оказавшаяся рядом со мной подавальщица.

— Гхм-гхм, — прокашлялся я, — нет, сударыня, все в порядке, просто подавился немного. Пиво вполне свежее, у меня претензий нет.

— Вот и славненько, — улыбнулась девушка и убежала.

— В смысле замуж? — переспросил я Немезиду.

— Да не тебя, а моих Дриад Жизни. Ты же уже сам обо всем догадался, иначе бы я тебе не ответила. Ты же помнишь, что нам нельзя вмешиваться?

— Другими словами, ты имеешь к этому лишь косвенное отношение? Ты заложила некоторую ворожбу или наваждение на девушек, и оно само срабатывает на тех, кто им приглянется?

— Фи… Ты за кого меня держишь, Повелитель Жизни? — это она так мягко дала мне понять, что я, вообще-то, ее подчиненный. — Какая ворожба, какое наваждение?! Я тебе что, колдунья какая или ведьма?

— Для ведьмы ты слишком уж красива, — попытался я сгладить углы, и это подействовало — Хранительница Жизни слегка поостыла.

— Я лишь раскрыла часть тех эмоций, что испытывают эти чистые и прекрасные создания. И дар этот проливается только на того, кого она выберет. И для любого избранника это счастье, понимаешь? Настоящее счастье.

— Откуда ж тогда берутся пустышки?

— Это происходит лишь тогда, когда эльфийка ошибается и влюбляется в того, в ком уже горит истинное пламя любви.

— Другими словами, в тех, кто уже любит другую?

— Не просто любит, а любовь эта истинна, и на всю жизнь.

— Хочешь сказать, что Лию я люблю недостаточно и наша любовь не на всю жизнь?

— Я этого не говорила.

— Тогда почему я ощущаю эту дикую страсть?

— А ты сам, как думаешь?

Я задумался.

— Потому, что Лия сама хочет, чтобы у меня появились жены, и потому, что она не желает быть единственной?

— Все верно. Она это говорит тебе довольно часто, и ты, сам того не подозревая, подсознательно воспринимаешь ее слова, хоть пока и противишься.

— Н-да… легче не стало.

— А что насчет тех чувств, что зарождаются у меня к эльфийкам?

— Говори уже прямо — любовь.

— Чтобы я и к этому подсознательно привык и сдался? Не дождетесь!!! Я жениться не собираюсь, ясно???!!! — проигнорировав поправку Немезиды, возмутился я.

— Никто тебя и не заставляет.

— Значит, ты не виновата, что девушки выбрали меня?

— В их выборе нет, а в том, что часть их чувств выплеснулись на тебя, да! Именно я заложила эту возможность в Дриад Жизни.

— Если их раскроет только истинная любовь, то как же темная Дриада Жизни умудрилась в меня влюбиться? Ведь к этому моменту я уже любил Лию, мало того, светлая Дриада уже нацелилась на меня. Не могла же дочь Аталлаила так вляпаться? И что, у тебя на такой случай нет никаких предохранителей? Ведь тогда все Дриады Жизни любили бы одного и того же разумного и всем было бы хорошо.

— И это очень просто объясняется. Не только Лия подтолкнула тебя к этому, но и ты сам изначально имел эту предрасположенность.

— Предрасположенность к чему? К многоженству?

— Многоженство и секс с другими представительницами противоположного пола говорят лишь о полигамности мужчин. Но любите вы чаще всего одну женщину, несмотря на то, что спите с разными. А ты подсознательно допускаешь тот факт, что сможешь полюбить сразу нескольких. И это правда. Ты невероятно сильно любишь Лию, но при этом у тебя зарождается любовь к двум другим девушкам. И в этом нет ничего плохого. Поэтому Дриады Жизни, не найдя препятствий для своей любви, выбрали тебя, даже не подозревая о том, как тяжело им будет завоевать твою любовь.

— И что мне теперь делать? Жениться я точно не хочу!

— Я посоветую тебе не рубить с плеча. Потерпи немного, не отказывайся от тех чувств, что начали зарождаться в тебе.

— Ага, и влюбиться, потом жениться, потом начать ругаться и развестись к хренам! Нет уж!

— Не нужно давать этим чувствам волю. Просто заморозь их. Ты же прекрасно справляешься. Подумай о Лие, и все, как ты говоришь «наваждение», спадет. И девушки при этом чувствовать боль перестанут, и тебе не в тягость.

— И как долго это будет действовать?

— Пока твоя любовь к Лие чиста и истинна.

— Ладно. На это я могу пойти. Тем более девушки не виноваты, что я их отверг.

— Именно.

— Но зачем ты их наделяешь такой силой? Как я понял, воевать они не станут, лишь защищать. Ты их создала, чтобы они защищали лес?

— Их создал Создатель. Точнее, они сами на пути просвещения из жизни в жизнь становились все лучше и все ближе к Создателю. Он не зря написал свои заветы. Следуя им, мы становимся чище и ближе к нему, от этого растет и наша сила. Дриады Жизни — это эльфийки, которые из жизни в жизнь следовали заветам Его. Они чисты, как Его слеза, их души, что родниковая вода, они святы, но не все это понимают.

— Это их-то души чисты, как родниковая вода? Видела бы ты, с какой ненавистью они на меня смотрели.

— А не стоило их доводить до такого состояния. Их души открыты, и они сильно подвержены эмоциям, но долго злобу хранить в себе Дриады Жизни не способны. Прощают даже тех, кто обошелся с ними крайне жестоко. Этих девушек потому-то и не выпускают из леса, что любой их обидеть может.

— А вот это хреново. Так их все подряд шпынять станут. А как же они оказались здесь, если их из леса не выпускают?

— Ну, как и везде бывают исключения. Эльфийки, что еще не инициированы, как Дриады Жизни, могут покидать лес только в том случае, если они чувствуют, что их любовь находится за пределами леса. Тогда для ее защиты снаряжают экспедицию и выбирают эльфов в сопровождение. Ты таких уже повстречал, правда, все они в клетках тогда находились. Ну и еще помогают пустышкам найти своего нейтрализатора. Однако и сопровождение в этом случае состоит всего из трех эльфов.

— Понятно. Но зачем такие сложности, если эльфы и сами настолько подлые твари, что доведут любую Дриаду Жизни до самоубийства и не поморщатся?

— Тут ты заблуждаешься! Эльфы считают Дриад Жизни священными. Они преклоняются перед ними и в сложных спорах руководствуются исключительно их решениями.

— Так Дриады у эльфов вместо третейских судей, что ли?

— В том числе. И никто не оспорит решение Дриады Жизни, даже сам Великий Князь. Ну, это у светлых эльфов. У темных немного по-другому.

— Ладно. Я понял. Значит, заморозить чувства и разрешить эльфийкам находиться рядом?

— Все верно.

— Спасибо, тогда так и поступлю.

Я ощутил на щеке легкое прикосновение нежной ручки Хранительницы Жизни.

— Увидимся, мой Повелитель, — ответила Немезида и пропала из моей головы.

Я оглянулся вокруг и замер. Недалеко за столиком сидел мужчина, одетый как купец. Вроде бы ничего странного. Зрением энергии смерти я видел, как он вошел в трактир и сделал заказ, но, только взглянув на него обычным зрением, я разглядел его странную ауру. Вокруг него бурлили клубы бордового дыма. Нет, это не была аура разумного существа, эта аура была чем-то схожа с моей аурой ужаса, только менее плотная и бордового цвета, хотя магии я в ней не ощущал. Купец напрягся.

— Прекрати на него пялиться, или он поймет, что ты его видишь! — прозвучал у меня в голове чей-то голос. Я понял, что это кто-то из северян, но не узнал его. Возможно, мы даже не знакомы.

— А что, остальные его не видят? — я отвел взгляд, но почувствовал, что напряжение купца не спало.

— Видят, но они не видят его ауры вторженца.

— Вторженца?

— Он чужд этому миру. Ты же прошел взросление и должен знать, что мы защищаем этот мир от вторженцев. Ты с Эратионом уже разговаривал?

— А у всех чужаков такая аура? — проигнорировал я вопрос незнакомца.

— Нет, только у тех, кто желает зла этому миру.

— А те, кто желают добра, как выглядят?

— Не знаю, не встречал таких вторженцев.

«Так, слава Создателю, видимо, у меня никаких особых примет в ауре нету», — подумал я, а северянину ответил:

— Похоже, он понял, что я его срисовал, сейчас попробую исправить.

— Нет, сиди на месте! Только хуже сделаешь!

Но я не стал его слушать и, встав, направился в сторону купца. Тот напрягся еще сильнее и приготовился отражать мою атаку, но я прошел мимо него к столу, за которым я увидел своего соседа по комнате.

— Позволишь? — кивнул я ему на скамью напротив. Ллойд долго смотрел мне в глаза, но, видимо, любопытство пересилило гордыню, и он ответил:

— Присаживайся.

А я почувствовал, как напряжение торговца спало. Он, судя по всему, понял, что смотрел я вовсе не на него, а на парня, на котором тоже красовалась накидка студиозуса академии магии ЗАгхарда, только второго курса. Но все же торговец внимательно прислушался к нашему разговору.

— Слушай, я, правда, не виноват, что меня к тебе подселили.

— Да понял я уже.

— Ты извини, я случайно услышал твой разговор с приятелем, когда вы говорили про коменданта. А почему он тебе деньги не вернул? Это же вроде, как не честно.

Ллойд усмехнулся.

— Не честно в академии магии? Ну, ты, парень, даешь!

— А что не так?

— Ну, во-первых, услуга это не официальная. А, во-вторых, когда мы с ним договаривались, то там была оговорка, что если руководство академии наберет студиозусов столько, что корпус будет полон, то он подселит ко мне наиболее подходящего студиозуса. Только вот наши с ним понятия о наиболее подходящем студиозусе, как оказалось, сильно разнятся.

— Да? И в чем же?

— Ну, для меня наиболее подходящий — какой-нибудь титульный дворянин из неизвестного рода, который приходил бы только спать и вел бы себя тише воды и ниже травы.

— А для него?

— А для него — это тот, кто свой нос в мои дела совать не будет, и тот, кто подлянки не сделает, пока меня нет.

— Ну, тут я полностью на его стороне.

— Вот только проблема вся оказалась в том, что я заплатил ему в начале прошлого учебного года, и заплатил всю сумму за пять лет.

— За пять лет? А зачем сразу столько-то? — тут я обратил внимание, что наш торговец совсем расслабился и перестал нас даже слушать.

«Молодец, сумел его обмануть. Дальше мы сами. Мы его уже давненько ведем», — в голове вновь появился голос северянина.

«А что мне-то делать, если такого еще увижу?»

«Обратись мысленно в пространство. Кто-нибудь да окажется рядом. Вот им и расскажешь. Ну, а еслине будет никого, постарайся проследить за ним и грохни где-нибудь, только так, чтобы следов не осталось».

«А если окажется, что это достойный разумный?»

«У достойных таких аур не бывает. Убивай без жалости!»

«Понял».

«До встречи!»

«До встречи».

— Ну… тут я хотел сэкономить, — признался Ллойд.

— Это как? — вернулся я к разговору с соседом по комнате.

— Комендант сказал, что дешевле заплатить сразу за все время пребывания в общаге, потому что каждый год цены поднимаются. А у моего отца после войны сильно снизились доходы. Тут передел собственности был жесткий, ну вот я и решил не транжирить деньги семейные.

— Ты так говоришь, будто сотню золотом заплатил.

— Ага, сотню… а сто двадцать не хочешь?

— Охренеть! А что так много-то?

— А ты думаешь, что в академии все дешево? Тем более, комнату придержать.

— Ну, да, тут ты прав. Зря ты, конечно, сразу за пять лет оплатил.

— Ты думаешь, я этого не понял?

— Думаю, понял, но поздно. Меня вот вовремя предупредили, что платить надо только за год, а то если отчислят, то обязательно предлог найдут, чтобы не возвращать деньги назад. Я так и поступил. Правда, все равно потратил больше, чем планировал. И теперь вот думаю, где бы до следующего года еще тысячу золотых заработать?

— Что тоже с деньгами напряг?

— Пока есть, но если пополнять будет неоткуда, то за следующий год платить будет нечем. У меня нет родителей, способных оплатить мою учебу.

— Сочувствую. Скажи, а, правда, что ты умеешь усилять тело маной?

Я пожал плечами и ответил:

— Правда.

— А визуально это как-то увидеть можно?

— Если только я буду держать в руках этот меч.

— Покажешь?

— Здесь?

— Нет, в общаге.

— Покажу, чего не показать-то?

— А научить сможешь?

— Это вряд ли, — и увидев, как расстроился Ллойд, поспешил оправдаться:

— Это не так просто. Все дело в том, что тело должно быть закалено тренировками. Ты можешь просто сгореть или отрезать себе что-нибудь.

— Понятно. Ну и на том спасибо. Давай так. Ты мне покажешь, как ты усиляешь тело маной, а я расскажу тебе, как можно заработать даже первокурснику. Тысячу золотых ты на этом, конечно, не скопишь, но деньжата водиться будут.

— Идет, — я протянул руку, и мой сосед по комнате пожал ее.

И в этот день мы не смогли найти ничего дельного, даже несмотря на то, что старались слушать толпу и интересовались, не найдется ли работа для нас. Предлагали либо то, что мы еще не умели, либо очень низкооплачиваемую работу. Пару раз нам даже предложили неплохой заработок, но это было незаконно, поэтому мы отказались. А перед уходом я рассказал парням, что Ллойд вроде как обещал поделиться информацией. Где можно заработать. Особого оптимизма нам это его предложение не внушило, но надежда затеплилась.

И тут до меня дошло, как жестко я тупанул! Блин, я настолько привык к этому, что совершенно не подумал о том, что нахожусь не в империи, а в одном из соседних государств. И тут еще не знают, что заклинание не является минимальной фазой. Они и понятия не имеют о том, что даже самое простое заклинание делится на несколько фаз. Но давать заднюю уже было поздно, поэтому я ответил просто:

— Не знаю, как-то само так получается.

— Ясно. Готовы подписать договора?

— А можно их сначала прочесть?

— Конечно. Вот, читайте.

Мессир Саливан положил перед нами три договора, и мы все принялись за чтение. Не найдя в договорах ничего лишнего, я ответил:

— Я готов.

— Тогда капните вашу кровь вот на эти руны, — ответил маг.

А вот что это за руны, я не знал. Поэтому посмотрел на Гала, и тот ответил:

— В случае, если любой из вас нарушит условия договора, он лишится магической силы.

У меня глаза от удивления на лоб полезли.

— А как вы хотели, молодой господин? Я доверяю вам свою тайну и не хочу, чтобы у меня появилась куча конкурентов. И заметьте, я тоже подписываюсь на этом документе и так же лишусь магической силы в случае нарушения условий договора.

Последний аргумент меня убедил, и я, вписав свое имя в договор, порезал себе палец и капнул на руны. Кровь аккуратно разошлась по ним, и руны засветились. Затем мессир Саливан, сделал то же самое и руны погасли. Затем документ расслоился на две копии, и одну из них маг отдал мне. После чего эту же процедуру проделали и мои приятели. А я подумал, не наделал ли я глупостей, ведь все-таки отдал кровь императора, но, получив ответ от Немезиды, чтобы не переживал по этому поводу, успокоился.

После подписания договоров нам выдали по артефакту, после чего мы прошли в одну из комнат.

— Смотрите, весь секрет в том, чтобы суметь задержать заклинание в момент активации. Это сделать довольно просто, если приноровиться и держать аретфакт на определенном расстоянии от места формирования заклинания, — объяснил нам Ллойд и показал, как это делается. Я повторил это моментально, довольно быстро зарядив амулет малого исцеления.

— Отлично, Артём. А вот тебе, Гал, придется еще подучиться. Ну, а Трону это вообще вряд ли пригодится. Шаманы заряжают свои артефакты совсем по-другому. Но, если хочешь, можешь подучиться, пока я здесь. Может, решишь подзаработать еще и зарядкой простых артефактов. Хотя вряд ли. Зарядка шаманских амулетов стоит в два раза дороже, и эти виды услуг пользуются постоянным спросом.

Мы с Галом уставились на Трона.

— А как вы хотели? — ответил за него Ллойд. — В людском государстве мало шаманов, да еще и желающих заряжать чужие артефакты. Ладно, Артем, отнеси свой артефакт мессиру Саливану. Ты уже готов. Скорее всего, он тебе сразу выдаст те, что необходимо зарядить. И ты сможешь заработать уже сегодня. А тебе, Гал, напомню, что аренда этого артефакта стоит серебрушку в час.

— Ого, — удивился граф.

— Но в эту стоимость входит и персональное обучение.

— Тогда понятно, — ответил граф и принялся формировать огнешар.

— Я бы рекомендовал начинать с менее опасного заклинания.

— Я тебя понял.

Архимаг сник, но все же нашел в себе силы ответить:

— Я признаю действенность и гуманность вашего метода воздействия на магов, леди Лия. Действительно, имея подобную силу можно не просто заставить аристократов признать свою вину и отступиться, но и иметь над ними полный контроль, а посему я спрашиваю вас: вы подумали, что будет, если разумных с такой силой, как у вас, станет больше? Вы понимаете, к чему это может привести?

— Вы считаете, что империя вот так с бухты-барахты решила взять и наплодить магов крови? Вы удивляете меня, магистр. Но я отвечу на ваш вопрос. Все студиозусы, допущенные к тайнам магии крови, принесут клятву на крови, а по окончании академии либо станут имперцами, либо никогда не смогут делиться этими знаниями с кем бы то ни было, и не смогут использовать эту силу сами.

— А если они найдут способ избежать наказания от клятвы крови? Как-никак они с кровью и будут работать.

— Открою вам небольшой секрет. Клятву крови не может обойти ни один разумный, в чьих жилах течет кровь. Даже император, не говоря уже про меня. Дело в том, что клятву на крови вы приносите Создателю, и только Хранители — его верные слуги могут избавить вас от нее, больше никто. А они, если и сделают это, то только по очень веской причине.

— Хорошо, леди Лия, вы меня убедили. Я даю вам свое разрешение на создание факультета магии крови, а теперь простите, мне нужно собираться. Необходимо освободить место магистра. Архимаг, лишенный магического дара не может занимать этот пост.

— А вы не желаете лечиться? — удивилась вампиресса.

— Я?! Так это же вы сказали…

— Что я сказала? — перебила его леди Лия.

И тут до магистра потихоньку начало доходить, что ничего определенного леди Лия не говорила и не обещала. Она общалась лишь общими фразами, а все остальное он додумывал самостоятельно. С ним сейчас поступили точно так же, как с остальными привык поступать он. Эта леди сумела спровоцировать его на эмоции, и от них его разум настолько затуманился, что он совершал ошибку за ошибкой. Давненько такого не происходило.

— Вижу до вас дошло, магистр. Прошу вас запомнить, что не стоит недооценивать ни империю, ни Альянс Разумных. И прекратите уже делать из меня монстра. Посмотрите внимательно сюда! — вампиресса указательным пальчиком правой руки постучала по имперскому гербу, вышитому с левой стороны на ее платье. — Для имперцев честь — не пустой звук, запомните это хорошо. И прекратите вести себя, как мальчишка. Вы ведь уже не студиозус. Принесите большую металлическую емкость и закатайте рукав выше локтя.

Пока магистр снимал мантию и закатывал рукав, мессир Мэл принес довольно глубокую кастрюлю.

Леди Лия опять сложила несколько фигур из пальцев обеих рук и через некоторое время своим ножом вскрыла магистру вену, разрезав ее вдоль предплечья. Из раны начала выходить какая-то слизь и сливаться в подставленную кастрюлю, а когда вся слизь из организма архимага вышла, вампиресса очень быстро залечила рану так, что не осталось никаких следов от ее существования. Затем леди Лия что-то насыпала в кастрюлю и подожгла содержимое. Через пару минут кастрюля оказалась пуста.

— Мне теперь ничто не угрожает? — поинтересовался магистр.

— Не могу этого гарантировать. Но то, что эта болезнь не будет вас больше донимать, пока вы снова не решите перейти мне дорогу, это точно.

Магистр прислушался к себе и убедился, что маны в его ауру прибывает гораздо больше, чем тратится.

— Через пару дней вы полностью восстановитесь. У меня будет к вам личная просьба.

— Слушаю.

— Не могли бы вы на первом же общем построении студиозусов представить меня так, чтобы ни у одного из них не возникло желания испытывать на себе мой гнев.

— Я постараюсь.

— Благодарю вас, магистр. А теперь просьба к вам, мессир Мэл.

— Я вас очень внимательно слушаю, леди Лия, — поднялся с кресла глава безопасности магической академии.

— Не покажете ли вы мне в академии все то, чего я еще не видела. Я должна знать абсолютно все, включая все тайны, что тут хранятся.

Мессир Мэл взглянул на магистра, дождался кивка и только после этого ответил:

— С превеликим удовольствием, леди Лия, с превеликим удовольствием.

Эти воспоминания за секунду пронеслись в голове магистра, что в данный момент находился на сцене перед студиозусами. От этих воспоминаний архимага бросило в жар, но он, все же, продолжил свой монолог:

— Леди Лия ван Тир, подданная Империи Элизиум, одна из Великой Пятерки императора и Защитница Жизни. А еще она древний вампир.

Вампиресса улыбнулась, отращивая клыки, и по рядам студиозусов пронесся гул удивления, восхищения и страха.

— Леди Лия занимает в нашей академии пост декана факультета магии крови. Ее учеников вы можете отличить по красным мантиям. Вон они стоят, — толпа первокурсников расступилась, создав пространство вокруг пятерых студиозусов нового факультета. — Хочу вас сразу предупредить. Не стоит унижать, оскорблять или тем более применять силовые методы воздействия на подопечных леди Лии. Из-за этого вы рискуете ощутить на себе ее гнев. И поверьте мне на слово, ни я, ни ваша родня, какая бы могущественная она ни была, ни ее связи не в состоянии противопоставить гневу одной из Великой Пятерки императора абсолютно НИ-ЧЕ-ГО! Любая ваша попытка обернется для вас и вашей семьи таким крахом, которого не смогут забыть даже ваши потомки, если они у вас еще будут, разумеется. И я нисколько не преувеличиваю. Ее возможности я ощутил лично на себе.

Магистр взглянул на вампирессу: мол, все, что мог, и та благодарно кивнув в ответ, заняла свое место в преподавательском составе. После чего магистр представил остальных преподавателей других рас и закончил свой монолог следующими словами:

— Магическая академия ЗАгхарда гордится не только своими преподавателями, но и студиозусами! И поэтому каждый год мы для вас заказываем трактиры, для того, чтобы вы могли отпраздновать не только поступление новых достойных студиозусов, но и отметить ваш переход на новый курс! Отдыхайте, друзья, и помните, что завтра у вас начинается учеба, и вам необходимо присутствовать на занятиях!

Вот сейчас заорали и загудели уже все студиозусы. Преподавательский состав удалился праздновать новый учебный год в академии, а учащиеся потянулись к большим магическим информационным стендам, где высветились адреса и названия заведений, где будет проходить празднование для каждого факультета.

— О, смотри, Тёма, мы с тобой в одном трактире гулять будем, — поделился со мной своими наблюдениями Галиэн.

— А Трон?

— Та-ак… А Трон с магами крови и гномами с факультета артефакторики.

— Я тоже с вами в том же трактире пить буду, — подошел к нам Ллойд.

— Это еще почему? Тут же написано, что универсалы празднуют в том же трактире, что и огненный факультет.

— Ну, все верно. Я ведь огневик.

— Как огневик? А зачем же тогда ты меня в общаге шаровой молнией стращал?

— Во-первых, если бы я сформировал огненный шар, то однозначно спалил бы что-нибудь. Жар от моего заклинания очень сильный, мой род ведь издревле обладает даром магии огня.

— А во-вторых?

— А во-вторых, это была не шаровая молния, а клубок молний.

— И в чем разница?

— Шаровая молния — заклинание третьего ранга, а клубок молний — второго. От шаровой молнии тоже проблем было бы достаточно много. А клубок молний смотрится довольно эффектно, да и убить не убьет. Так, тряхнет разок-другой.

— Понятно. И куда мне теперь?

— Теперь тебе надо идти во-о-он к ним. Трон пойдет к своим, Гал к своим, а я к своим. В трактире встретимся.

— Ладно, Трон, до завтра! А с вами мы еще увидимся!

— Бывайте, парни! — протянул руку огр и, дождавшись, когда мы ее пожмем, побрел к учащимся факультета шаманизма.

Я же пошел к той толпе студиозусов, на которую указал мне Гал.

— Привет всем. Это факультет универсалов? — поинтересовался я.

— Привет. Да.

— Меня зовут Артём Тёмный. Я зачислен на ваш факультет.

— Отлично. Стой тут и жди, — ответил мне один из старшекурсников. — Как соберутся все, выдвигаемся.

— Как скажешь, — отозвался я и принялся знакомиться с первокурсниками. Среди них оказалась и та самая девушка, которую Гал спас от того крысиного барона. Как же ее зовут? А, вспомнил, Сибилла. Красивое, надо сказать, имя. Совсем не как у простолюдинки.

— Здравствуй, Артем.

— Привет, Сибилла.

— Так ты тоже универсал?

— Как видишь.

— Я думала, ты стихийник.

— С чего вдруг такие выводы?

— Ну, ты так смело себя ведешь, будто твой род имеет сильную предрасположенность к одной из стихий.

— Ну, если быть честным, я вообще первый в нашем роду овладел магией.

— Ясно. Ты тоже простолюдин?

Я решил не отвечать ей прямо, поэтому попытался съехать с темы:

— Нет, там не все так просто.

— Понятно.

— Ты в курсе, что в том же трактире еще и Гал будет праздновать?

— Нет, но думаю, он к нам даже не подойдет.

— Это еще почему?

— Одно дело заступиться за простолюдинку по законам чести, а другое якшаться с простолюдинами. Этот поступок может навредить его репутации.

— Да? Хм… я очень удивлюсь, если ты окажешься права.

— Посмотрим, — пожала плечами девушка.

Тут подошел еще один первокурсник из нашего факультета, и один из старшаков взял слово:

— Так, перестали галдеть и слушаем внимательно. Сейчас все выдвигаемся за мной и идем до трактира тише воды, ниже травы. Молча, сами никуда не влезаете, на провокации не отвечаете. Если у кого-то из других факультетов возникнут вопросы, решать их будем мы — студиозусы пятого курса. А вы просто стоите беззвучно, даже если к вам будут обращаться. Все ясно?

— Да, ага, ясно… — невпопад ответили первокурсники.

— Тогда пошли.

Когда мы подходили к трактиру, то встретились с факультетом огневиков, которые шли в приподнятом настроении, вовсю галдели, и к ним явно не применялись те требования, что озвучил нам студиозус пятого курса универсалов. Вот тогда-то у меня и зародилось сомнение в том, что быть универсалом — это круто.

Первыми в трактир зашли галдящие огневики, а мы смиренно стояли в сторонке и ждали. И даже тогда, когда за дверью скрылся последний первокурсник из огненного факультета, мы все еще смиренно оставались на улице. Видимо, для того, чтобы те заняли свои места, и мы не толпились у входа. Но, блин, какого хрена?! Что за дискриминация?! Хотя, стоп… спокойно… помни про свое обещание магистру. Я первым нарываться не стану. И даже не порублю тут всех огневиков в капусту… О-м-м-м… Блин, не помогает. Вдох— выдох… Вдох-вы-ы-ыдох. Вроде отпустило.

— Заходим, — скомандовал наш старший и вошел в трактир. Мы проследовали за ним.

Трактир оказался на удивление большим. Зал был разделен на две половины и, разумеется, лучшие столы были уже заняты факультетом магии огня. Все, кроме вновь поступивших, уже расселись за столами, и старший универсал приказал нам ждать, а сами они стали занимать столики.

Между нами — первокурсниками, столпившимися у стойки, и столами, где разместились старшекурсники, находилось еще по одному маленькому столику, на которых было выставлено по деревянному бочонку. Когда, наконец-то, все старшекурсники, уселись к столам подошли старшие факультетов. Слово взял пятикурсник огненного факультета, и то, что он пятикурсник легко узнавалось по рисунку на его мантии.

— Абитуриенты, меня зовут Лекам ван Чим. Я являюсь главой совета студиозусов огненного факультета и перешел на пятый курс.

Поздравляю вас с поступлением в магическую академию ЗАгхарда — лучшую академию в мире! Но вы не будете считаться полноценными студиозусами ровно до тех пор, пока не пройдете посвящение.

Знайте! Этот день — единственный день в году, когда все мы с вами равны. Сегодня дворяне пьют в одном заведении с простолюдинами и сегодня никто к вам претензий предъявлять не станет! Но не зазнавайтесь! Помните, кто вы, и знайте ваше место!

А теперь, чтобы пройти посвящение, вам предстоит выпить чарку напитка, что приготовил вам ваш факультет. И по традиции, чтобы доказать всем, что мы принимаем вас в свое братство, старшие факультета первыми выпьют этого пойла из той же бочки, что и вы!

Огненный факультет, братья! Я пью за вас наш старинный напиток — Огненное Пойло!

Парень кивнул, и ему тут же наполнили довольно большую чарку из бочки на столе перед ним. Огневик осушил ее одним махом и, перевернув посуду, показал, что она пуста. Старший факультета сел на свое место, которое находилось с торца лучшего стола в заведении, а старший факультета универсалов взял слово:

— Меня зовут Идрим ван Гелан. Я глава совета студиозусов факультета универсалов. Перешел на пятый курс.

Универсалы! Братья! С этого года у нас с вами новый официальный напиток. Его создал один из наших второкурсников! — говоривший указал в сторону одного из столов универсалов, из-за которого поднялся парень и несколько раз поклонился в разные стороны, срывая аплодисменты. — Этот напиток мы назвали Соцветие Стихий! С позволения уважаемого Лекама я немного расскажу вам о напитках, которые каждый абитуриент вкушает при посвящении в студиозусы. — Идрим взглянул на старшего огневика, и тот кивнул.

— Так вот. В каждый из напитков добавляется чистая стихия, что пробуждает в том, кто пьет напиток, волю этой стихии. И тот, кто предрасположен только к одной основной стихии, не сможет выпить напитка противоположной. Так, маги водяной стихии слягут с дикой болью в животе, глотни они Огненного Пойла.

Огневики дружно загудели, посмеиваясь и одобрительно поддерживая слова Идрима различными высказываниями и жестами. Дождавшись, когда галдеж закончится, старший универсал продолжил:

— Однако универсалы способны пить напиток, в котором присутствуют все стихии, но не думайте, что все так просто. Ту концентрацию стихии, что может выдержать, скажем, огневик, мы не потянем, и нас ждет то же самое, что и магов воды…

Огневики вновь загудели.

— Но! Мы единственные, кто умеет находить баланс между стихиями, и поэтому наш напиток прошибает любого. Но при этом только универсалы остаются на ногах, испив его! — с гордостью заявил Идрим, и ему никто не стал возражать. — В прошлом году этот напиток был доведен до идеального состояния и признан не только студиозусами всех стихий, но и преподавателями, и даже магистром академии магии Загхарда. И теперь он официально является напитком для посвящения абитуриентов в студиозусы! И вы первые, кто будет посвящен в студиозусы этим напитком. Гордитесь этим.

Идрим протянул правую руку, и ему в нее вложили такую же чарку, что была у огневика, только с другим орнаментом. На той было больше огня, а на этой красовались узоры разных стихий. Старший факультета универсалов залпом выпил напиток и быстро поставил чарку на стол, сжал кулаки, все его тело напряглось, он затрясся и закричал, будто сдерживая силу, что вырывалась из него:

— А-а-а-а-а-а…

Потом он перестал трястись, расслабился и занял свое место за одним из столов.

Сначала потянулись первокурсники-огневики и по очереди выпивали напиток. Нас всех предупредили, что пить его надо залпом. Поскольку если этого не сделать, то допить ты его не успеешь, а если ты не допьешь свою чарку, то все время твоего обучения к тебе будут относиться хуже, чем к простолюдину. Я бы даже сказал, что к простолюдину, допившему свою чарку, будут относиться лучше, чем к дворянину, недопившему. И даже после выпуска… в общем, это клеймо на всю жизнь.

Огневики выпивали свою порцию Огненного Пойла, их колбасило так же, как и Идрима, но они все выдерживали и с гордо поднятой головой садились за свой стол.

Глядя на то, как глава совета студиозусов огненного факультета преспокойно выпил свою порцию и то, как после него колбасило первокурсников, универсалы не спешили подходить к бочонку. Еще бы! Если первокурсников трясло от того, что пятому курсу, судя по его поведению, напиток показался компотом то, что будет с ними, если пятикурсника-универсала так жестко трясло?

Поэтому, обождав пару секунд после того, как нас пригласили к бочонку и, поняв, что универсалы побаиваются, первым подошел я. Мне вручили чарку с Соцветием Стихий. Я, следуя примеру старших товарищей, нюхать содержимое чарки не стал и выпил все залпом, потряс чаркой в воздухе, показывая, что там ничего не осталось, поставил ее на стол и приготовился к тем ощущениям, что должны были захлестнуть меня с головой, но этого не произошло. Наоборот, я почувствовал приятное тепло и то, как стихии разливаются по моему организму. Странно, но тут присутствовали даже энергия жизни и смерти. В очень маленьких количествах, я бы даже сказал, мизерных, но они тут имелись.

— Приятный напиток. А как вы умудрились впихнуть в него ману жизни и смерти? — произнес я под удивленными взглядами остальных студиозусов.

— Идрим, ты что, подменил напиток? — соскочил со своего места Лекам.

— И в мыслях не было. Я сам его пил при тебе. Хочешь, глотни, проверь!

— Следующий, — распорядился старший огневик.

Следующей вызвалась Сибилла. А девчушке-то смелости не занимать! Ей подали чарку. Она проделала все быстро, а я специально не стал садиться за стол, ожидая ее реакции на напиток. Мало ли что… вдруг помощь понадобится.

Сибилла сжала кулаки, ее затрясло, но она попыталась стерпеть.

— Не сдерживай себя, ори, а то сгоришь! — тут же выкрикнул Идрим, и девушка заорала:

— А-А-А-А-А-А…

Ее колбасило несколько секунд, после чего отпустило. Сибилла прошла за столик, что находился в самом углу. Несмотря на то, что яства и напитки были на всех столах одинаковые, расположение самих столов все равно четко указывало на то, где должны сидеть простолюдины.

— Я щас не понял, а почему он на тебе не сработал? — удивился Лекан, обращаясь ко мне.

— Почему не сработал? Очень даже сработал! Приятный напиток, приятное тепло. Очень достойное питьё.

— Ты мне зубы тут не заговаривай. Эти напитки созданы для того, чтобы расширять магоканалы и резервуар в ауре магов. Это нужно, чтобы, когда ты приступишь к занятиям, твоя аура быстрее адаптировалась и росла. Ощущения, что ты описал, могут быть разве, что у архимага, и то далеко не у всякого. А уж первокурсников прошибает так… да я сам до сих пор помню эти ощущения при поступлении. А с твоими-то магоканалами ты тут орать должен был, как эта девушка.

Я мысленно еще раз поблагодарил мессира Мельвина за то, что тот обучил меня так хорошо не только прятать свою ауру, а еще и изменять ее внешний вид. Сейчас магоканалы у меня были реально узенькие. Именно такие, какими они и должны быть у северянина, случайно обнаружившего у себя дар к магии. Даже мой резервуар выглядел бурдюком, сделанным из мочевого пузыря теленка, а не буйвола.

— Может я не распробовал? — пошутил я, стараясь потянуть время, чтобы придумать отмазку.

— Налей-ка ему еще, — приказал Лекам.

Мне подали чарку. Я не стал делать вид, что меня начало трясти, это раскусили бы на раз. Наоборот, я медленно с показным равнодушием заправского дегустатора выпил чарку, медленно смакуя напиток. И я придумал, что мне всем сказать.

— И как ты это делаешь? Ладно, сейчас я знаю, что это реально возможно. Ведь эффект от этого напитка появляется только после первой порции. И длится ровно до тех пор, пока не закончится. И у каждого мага длительность его действия своя, поэтому этот напиток дают студиозусам только раз в год. И если ты смог выпить его так медленно, значит в первый раз ты действительно почувствовал от него эффект или это был не первый раз?

— Первый. Я никогда раньше не пробовал этот напиток и даже не догадывался о его существовании. Просто я, — я достал нож и проткнул себе ладонь насквозь. Затем повертел ее, чтобы все смогли разглядеть, вынул нож и залечил себе рану малым исцелением, а затем продолжил:

— Просто… я умею терпеть боль.

Лекам расхохотался.

— Что ж, достойно, отличное начало, универсал! Присаживайся.

Я прошел к столику, где сидела Сибилла и сел рядом с ней. До конца процедуры посвящения я внимательно рассматривал ауры студиозусов. И действительно, студиозусы, что еще не испили напитка, имели ауры, застоявшиеся, я бы даже сказал, затвердевшие, будто каменные. А после того, как проорались, их ауры оживали. Пришлось формировать и себе такую же, чтобы не заподозрили.

Когда все расселись по своим местам, началась пьянка.

— Я же тебе говорила, что не подойдет, — спустя полчаса пьянки и обжирательства, обратилась ко мне Сибилла. Надо отметить, что кушанья и выпивка были реально отменными. Хозяин заведения выбрал очень качественные продукты и не экономил даже на простолюдинах. Все-таки академия как может старается уравнять всех своих студиозусов. Но, как сказал в самом начале Лекам, сегодня единственный день в году, когда простолюдины едят в одном заведении с дворянами, не считая столовой академии, разумеется.

— Всему свое время. Ему же нужно посидеть, выпить с людьми одного с ним положения в обществе. Этикет…

— Не в этикете дело. Нас тут вообще быть не должно. Я просто поражаюсь, как нас еще терпят.

За столом для простолюдинов нас сидело трое. Кроме меня и Сибиллы, на факультет универсалов поступил еще один простолюдин. Парень, которого звали Мирон.

— Я сам в шоке, как нас не только на порог пустили, но и разрешили за столом есть, — подтвердил Мирон.

— То есть ты хочешь сказать, что я с пола за ними подъедать должен?

— Нет, что ты. Я тебе благодарен. Пока ты с твоими друзьями трапезнияаете за столом для простолюдинов, к нам никто не цепляется. А сюда нас, похоже, пригласили именно для того, чтобы поразвлечься. Им же надо над кем-то поиздеваться, когда напьются.

Зрением энергии смерти я заметил, что из-за стола огневиков встал один из парней и направился в нашу сторону.

— Ну, вот, накаркал, дубина! — возмутилась Сибилла, взглянув на дворянина с первого курса, идущего к нам.

Честно говоря, когда я его впервые увидел, то чуть не расхохотался. Парень был довольно высоким, худощавым, как и полагается аристократу: вся его внешность так и кричала, что он из древнего и влиятельного рода, если бы не одно «но». Этот парень постоянно что-то сосал. И это что-то было на палочке. Не уверен, что в этом мире есть Чупа-чупс, но что-то вроде леденцов должно же быть. Так этот придурок с торчащей изо рта палочкой, сосет эту хрень с таким видом, будто это самая крутая вещь в мире. Он даже когда пьет или ест, вытаскивает ее, делает глоток и потом продолжает свое сосальное дело дальше. Я просто не знаю, как это по-другому назвать.

И сейчас этот сосунок направляется прямиком к нам, а я в это время размышляю над тем, как бы мне сдержаться, чтобы по роже ему не заехать, если он начнет хамить.

— Не переживай, вас он не тронет, — ответил я девушке.

— Спасибо.

— Ну что, как вам жрачка? — поинтересовался парень, когда подошел к нам.

— Сойдет, — миролюбиво ответил я.

— Сойдет? Хах, нет, вы это слышали? Для простолюдина эта еда «сойдет»!

К нам подтянулись несколько первокурсников.

— А для тебя это что — божественная трапеза или помои, которые собакам выкинуть нужно?

Парень впал в ступор. Любой из вариантов, выданных мной, сулил ему немалые неприятности. Если он скажет, что еда очень даже достойная, то упадет в глазах своих же товарищей. Ведь простолюдин в моем лице только что отозвался о ней, как не ахти что, но сойдет. А вот если он скажет, что это помои, то рискует все оставшееся время учебы в академии питаться не только за свой счет, но и готовить самому себе. Оскорбить магистра академии не хочет никто, даже представители древних родов. Слишком уж он могущественный архимаг, да и связи у него очень не простые. Случись что, в противостоянии с древним родом он не победит, но крови попьет столько, что победа удовлетворения не принесет. И единственное, что оставалось этому парню сделать, это оставить мой вопрос без ответа.

— А ты не много на себя берешь?

— Нет. Я на себя вообще еще ничего не брал. Мы спокойно едим, никого не трогаем, ты подошел и первым задал вопрос, я на него ответил. Что я на себя взял?

Парень опешил, а я решил помочь бедолаге.

— Тебе может чего надо? Так ты скажи, а я поразмыслю, может, и подсоблю чем.

— Ты что, чернь, совсем страх потерял?

— Ты бы остановился, пока границу не перешел. За оскорбления я с тебя и спросить могу через годик.

— Почему через годик? — недопер парень.

— Да потому, что ты сейчас редкий вид разумных, которых запретили трогать!

— Это какой?

— Первоку-урсник, — раздался голос Гала из-за спины парня. Вокруг нас уже собралось несколько парней и девушек, и все дворяне. — Дзин, ты что, правила академии не читал или забыл?

— Да, из головы что-то вылетело. Впервые такую наглую чернь вижу. Хотел уже, было, поджарить наглеца, спасибо, что напомнил, Галиэн.

— Обращайся. Только максимум, что бы ты получил, это вызов на дуэль. Артём Тёмный не простолюдин. И если продолжишь его так называть, то через год он тебя пошинкует в капусту. Он мою личную охрану раскидал так шустро, что те даже отреагировать не успели.

— Он? — Дзин скептически осмотрел меня. — Да на нем же одежда наемника, да еще и универсала. Какой из него дворянин! Скорее дворняга!

— Ты следи за словами-то. Я тебе это не просто так говорю. Знаю, на что он способен. Кроме того, он не ван Темный, а просто Темный, а это говорит о том, что у него есть…

— Свой лен, — продолжил за Гала Дзин.

— Да и посмотрел бы я на то, во что ты одеваться станешь, если бы ты за свои деньги купил пропуск в высшую библиотеку академии, — ухмыльнулся Гал.

— Врешь! — выпалил огневик-первокурсник.

— Да чего мне врать-то? Завтра вы с ним там и встретитесь!

Сейчас уже Дзин смотрел на меня с неким уважением, что ли, и, помолчав несколько секунд, обратился уже ко мне:

— Так чего ж ты за стол к простолюдинам сел, потерялся, что ли? Пошли к нам. Дворяне сидят за лучшими столами. Я для тебя даже место за столом огневиков выпрошу. Доступ в высшую библиотеку академии дается только избранным. Да и стоит столько, что ты достоин сидеть с нами, с элитой этого мира!

Ну вот, еще один на мою голову. И почему разумные так сильно любят превозносить себя над другими только по праву рождения? Ладно, в бутылку лезть не стану. Обещал же.

— Благодарю за приглашение, но у меня тут свои интересы. Однако поднять с вами несколько тостов не откажусь.

Дзин взглянул на Сибиллу и хмыкнул, а я его переубеждать не стал.

— Ну, вот и славно! — огневик протянул руку, и кто-то из его прихлебал тут же подбежал к столу, взял чистый кубок, налил в него вина и подал Дзину. Тот протянул вино мне.

— За знакомство!

Я принял кубок и ответил:

— За знакомство!

Мы оба выпили до дна.

— А ты не плох! Вино довольно крепкое!

— А разве вино бывает крепким? — удивился я. По мне так это компот.

— А ты, значит, предпочитаешь крепкие напитки? — вклинился в разговор глава совета студиозусов факультета универсалов.

— Есть такое, — признался я.

— ФалькОн, дайка ему твоего фирменного, — повернулся Идрим к студиозу, который доработал напиток для универсалов.

— Да без проблем! — парень отошел за стойку и через некоторое время вернулся с кружкой какой-то жидкости. — Вот держи крепенький напиток, как ты и хотел.

Я понюхал. Запах от кружки шел приятный. От напитка пахло не то, что сивухой, даже спирт не ощущался. Мягкий приятный запах. Я глотнул и почувствовал крепость напитка. Я уже отвык от этого ощущения. Ведь последний раз я пьянел от бардамара. Остальные напитки, включая гномий самогон, мне казались сильно разбавленными. И вот сейчас я, наконец-то, нашел то, что я могу назвать реально крепким напитком. Думал уже, не скоро смогу напиться, потому что барадмар сейчас было не достать, а тут вон какой подарок. Конечно, над вкусом этого напитка надо еще поработать, но и так не дурно.

— Ве-ещь, — протянул я и сделал еще один глоток.

— Чего? — не оценил парень моей реакции, — Ну-ка дай!

Он выхватил у меня кружку, понюхал и сделал ма-а-ленький глоточек. После чего его брови полезли на лоб, а дыхание сбилось так, что казалось, будто он задыхается. Я забрал у него кружку и сделал еще несколько глотков. Потом пожал плечами и спросил:

— С тобой все в порядке? Классное же пойло.

Парень отошел от первых спазмов и сейчас был на бодряках. Видать, наступил тот самый эффект, который и должен появиться после распития этого напитка. Я же залпом осушил кружку и поинтересовался под ошарашенными взглядами всех студиозусов:

— А дорого этот напиток стоит?

— Вообще одна кружка стоит две серебрушки, — и по еще более изумленному виду Идрима я понял, что парень сильно преувеличил стоимость. — Но сегодня, в честь праздника, если купишь одну кружку, я тебе поставлю еще две за ту же цену.

Я поразмыслил над тем, пить ли мне этот компот, который называют вином или же нажраться нормально в коем-то веке, и сделал выбор в пользу второго варианта. Залез в свой кошель и достал оттуда деньги.

— Десять кружек, а то, что бесплатно, поставь за этот стол отдельно. Студиозусы загудели, а я потер руки в предвкушении бурной студенческой вечеринки. — Как называется этот напиток?

— Промыватель!

— Интересное название! Почему именно промыватель?

— Потому, что промывает абсолютно все. Начиная с мозгов и заканчивая… ну, ты сам понял.

Я прислушался к своему желудку в частности и организму в целом. Похоже, промывка мне не грозила, а вот хорошенько накидаться я все-таки сумею.

Через пару часов мы с Галом и Ллойдом сидели в обнимку за столом огневиков-первокурсников, и за этим же столом напротив нас сидел пьяный Дзин со своими подручными.

— Слушай, а почему ты все время сосешь эту штуку? Ты же уже взрослый, чтобы леденцами баловаться! — пытаясь сфокусировать свой взгляд на Дзине, спросил я.

— Ха… Ты и представить себе не можешь, сколько стоит этот «леденец»!

— И что? Если тебе в руки попадет какое-нибудь ожерелье, которое будет стоить дороже, ты его тоже обсасывать станешь?

Дзин заржал, а Ллойд мне ответил:

— Тёма… ты не прав! Это не леденец! Эта штука делается на заказ и стоит куда дороже, чем пропуск в высшую библиотеку академии!

— Да-а?! — в этот раз я уже попытался сфокусировать взгляд на своем соседе по комнате.

— Мой отец отдал за это, — огневик достал изо рта какой-то черный, весь исписанный рунами, леденец на палочке и покрутил его перед нами, — миллион золотых!

— Да ну, нахрен! — не поверил я, и мне даже показалось, что после этих слов я немного протрезвел.

— Точно тебе говорю. Я сам при разговоре присутствовал, когда окончательную цену озвучили.

— А что в нем столько стоит-то?

— Эта штука развивает ауру владельца, под которого она создавалась. Ее действие наиболее эффективно в период начального формирования ауры мага. А это значит, что она наиболее эффективна только во время обучения в академии. Даже при обучении дома у лучших архимагов не развить свою ауру настолько, как во время учебы в академии, если пользоваться этой штукой. Я теперь ее сосать буду до того момента, пока не сдам экзамен на первую ступень. Она действует куда эффективнее того напитка, которым нас посвящали в студиозусы, но надолго от нее я отказаться не могу. Необходимо постоянно ею пользоваться, иначе пропадет накопительный эффект. А этого допускать нельзя. Так отец сказал. Поэтому-то я и поступил в академию, хотя мог обучаться дома. И теперь я даже сплю с этим «леденцом».

— Круто. А я голову себе сломал, чего ты с этой штукой все таскаешься?

Я повернулся к Галу и спросил:

— У меня тут еще один вопрос созрел. Нас, универсалов, завели после огневиков и места предоставили не самые лучшие. Почему? Универсалом быть плохо?

— Ну… для тебя наверное хорошо.

— А для тебя?

— А для меня это означало бы крах всему. Отец бы не смог назначить меня своим приемником, и ему срочно пришлось бы зачинать еще детей, чтобы среди них появился хоть один мальчик, который был бы магом огня. После обучения мне полагалась бы небольшое денежное довольствие, и я вынужден был бы покинуть родное гнездо и жить сам или числиться прихлебалой при собственном брате. Как-то так.

— И в чем разница?

На меня с непониманием уставились все, кроме Галиэна. Тот уже знал кто я, и то, что я нихрена не знаю о магах.

— Видишь ли, Артём, чистые стихийники могут использовать высокоранговые заклинания стихии своего рода.

— А универсалы?

— А универсалы максимум третьего ранга. И то только в одной стихии, и таких сильных универсалов очень мало. Остальные могут использовать заклинания первого ранга, некоторые второго. Но это предел. За всю мою недолгую жизнь я ни разу не слышал об универсале, который владел бы заклинанием четвертого ранга или хотя бы двумя третьего. Но, как я уже сказал, для тебя это, действительно, хорошо. Если вдруг у твоего народа появится дар к магии, то ты сможешь обучить их начальным навыкам, а не отправить в академию не подготовленными, как это сделали с тобой. Поверь, ты будешь очень уважаемым человеком, если будешь единственным, кто сможет обучить магии. А возможности универсала помогут тебе подготовить к академии любого стихийника.

— Если ты не знаешь таких элементарных вещей, то откуда ты вообще прибыл и как поступил? — удивился Дзин.

Я пожал плечами и ответил:

— Я разрубил камень первого магистра ТибОра.

Вокруг меня разнесся ржач. Смеялись все, кроме Галиэна и моего соседа по комнате. Гал лишь ухмылялся, переводя свой взгляд с Дзина на Ллойда.

— Ну, насмешил, а ты оказывается еще и шутник, душа компании, — отсмеявшись, похвалил меня Дзин.

— Ну, вообще-то он не шутил, — вмешался Гал. — Более того, у него в арсенале всего одно заклинание «малого исцеления» и больше ничего нет.

Снова ржач.

— Да я с вами так живот надорву! — вытирая слезы, произнес Дзин. — Одно заклинание исцеления и все? Да ты с такими познаниями в магическом искусстве экзамен в академию не сдал бы. Это ж откуда отправляют поступать в лучшую магическую академию Эратиона с одним заклинанием первого уровня?

— С севера, — ответил я.

— Нет, с Риголии не отправят. Я там бывал, там наставников хватает. Многие из них очень даже хороши.

— Он не из Риголии, он с севера. С сАмого севера, — вновь ответил за меня Галиэн.

Снова хохот.

— Все… я больше не могу… Ну хорош уже меня смешить! — Дзин принялся отпивать из кубка вино большими глотками.

— Заплатишь за этот кубок, если он его испортит? — поинтересовался Гал, указав на кубок, что стоял недалеко от меня.

— Заплачу! — отозвался Дзин, переполняемый азартом.

— Это железный кубок?

Аристократ взял его в руки и осмотрел посудину, затем попытался сжать ее, но ничего не вышло.

— Железный.

— Тёма, сожми его, пожалуйста.

Я взял кубок и, усилив свое тело маной, смял его, словно он был пластилиновый.

От меня тут же отскочили все, кроме Ллойда и Гала. Ну, еще и Дзин остался сидеть на месте, сформировав довольно крупный огнешар, от которого веяло нестерпимым жаром.

— Если сейчас же не успокоитесь, накажу всех и даже разбираться не стану, кто виноват! — послышался голос Лекама. Он не видел, что произошло, но зато видел, как отскочили от стола огневики-первокурсники и отметил наличие активного огнешара.

Дзин расформировал заклинание и уставился на меня. Смех одномоментно прошел сразу у всех.

— Ты шурт? — задал вопрос Дзин.

— Он северянин, он не может быть шуртом! Или ты считаешь, что одного из этих подонков приняли бы в магическую академию? Или может ты видел шуртов, умеющих творить магию? Ведь ты видел, как он использовал заклинание малого исцеления, — встал на мою защиту Галиэн, а я откинулся на спинку стула.

— Я вообще шуртов не видел. Говорят, магов, что встречались с ними, больше никто найти не может.

— Но магистра ты ведь видел, да и мессира Мэла, а они оба с ним встречались, и не раз. Да и я, как видишь, еще жив. А Ллойд, так вообще с ним в одной комнате живет.

Все тут же уставились на парня, как на приговоренного к казни. Тот в ответ лишь усмехнулся.

— Садитесь, чего соскочили? — обратился Дзин к своему окружению. Но те не спешили подходить к нам.

— Ладно, славно посидели, пойду я за свой столик. У меня и пойло в кружке кончилось, — я демонстративно заглянул в пустую кружку и потом потряс ее, перевернув дном вверх. После чего встал и направился за столик простолюдинов, Гал и Ллойд последовали за мной. Дзин с пренебрежением оглядел своих сокурсников и крикнул в нашу сторону, выбираясь из-за стола:

— Погодите, я с вами!

Затем подошел к одному из небольших столов, за которым сидели первокурсники из факультета огня, и обратился к ним:

— Пересядьте за наш столик, а то мы все за тем не поместимся.

Первокурсники уставились на него, не моргая.

— Ну чего непонятного? Мы вам уступаем козырное место, а нам нужен ваш стол, по-моему, все честно.

Парни и одна девушка вышли из-за стола, а Дзин крикнул мне:

— Артем, помоги, а то я один все блюда тут переверну.

Я подошел к нему и взялся за один край стола, он взялся за другой, и мы потащили его к удивленно взирающим на все это безобразие, простолюдинам.

Мы приставили принесенный стол и разместились все в уголке, где Сибилла с еще одним простолюдином всем своим видом прикидывались мраморными изваяниями.

— А они тебя не боятся? — поинтересовался Дзин, кивая в сторону парня и девушки.

— Они всех боятся, поэтому и не бегут. Некуда.

— Ну, да. Эти-то вон как разбежались, — усмехнулся огневик, — А как ты-то с ним в одной комнате живешь?

— Сейчас уже нормально, даже общий язык нашли, я-то быстро сообразил, что шурта сюда бы не приняли. Второй курс все-таки, — ответил Ллойд.

— Северянин в академии магии, охренеть! Куда мир катится?

— О-о, я бы сам хотел это знать, — задумался я.

— Чего застыли? Ешьте, пейте. Никто вас не тронет, если наглеть не станете, — обратился Дзин к Сибилле и Мирону.

Я вдруг поймал себя на мысли, что перестал осматриваться зрением энергии смерти и тут же исправил эту оплошность. Оглядевшись, я заметил, что в соседнем трактире в самом углу сидят за соседними столами светлые и темные эльфы. И когда я находился в этом углу, двум эльфийкам становилось легче. Немного, но легче. Расстояние между нами было почти максимальное, но все же сейчас они попадали под мое влияние. Я сбросил нарастающее чувство страсти, вспомнив Лию, и загрустил.

— Да не грусти ты. Знаешь, сколько магов отдали бы полжизни, только, чтобы овладеть твоими навыками. — по-своему понял меня Дзин.

Я улыбнулся.

— Откуда ж мне знать? Я вообще не знаю, кто такие шурты.

— Да ладно?

— Ну, я с ними не сталкивался. Я вообще недавно в ЗАгхард приехал.

— А до этого взросление проходил?

— Да.

— А откуда ты знаешь про взросление у северян? — вмешался Гал.

— Так я наследник древнего рода. Мне много что знать положено. Меня с малолетства готовят к управлению родом. Пока вы носились с пацанами по улицам, меня пичкали всякими умными знаниями, да меня учить читать начали чуть ли не с того момента, когда я ходить научился. А еще этот гребаный «леденец»… Задолбался с ним уже, а ведь мне его еще пять лет сосать… Ладно, в моей-то жизни никаких особых приключений не было. А ты вот ответь, Артём, у вас, правда, ребенка одного отправляют в ледяную пустыню, и он там живет до тех пор, пока не пройдет взросление или не умрет?

— Правда.

— И ты один жил?

— И я.

— Часто сражаться за свою жизнь приходилось?

— Не так, чтобы часто. Я и дрался-то там всего пару раз.

— А с кем бился?

— В первый раз с йети, во второй со снежными волками.

— С ЙЕТИ?!

— Ну, да.

— Это трехметровый шерстяной троль?!

— Ну… в принципе, есть у них черты схожие с троллями, но о родстве утверждать не возьмусь.

— И как же ты его убил?

— Я его не убивал. Ноги ему подрезал. Потом, правда, стыдно стало и пришлось его лечить.

— Зачем?

— Да он не хотел меня убивать, хотел лишь еду у меня забрать. Семью свою накормить — голодали они сильно. Вот я и лечил его, да семье его немного помог, быка им приволок в обмен на этот меч.

— А откуда этот меч у йети, поубивали северян?

— Нет, не думаю. У них много, что было, но они, скорее всего, все это нашли. Хозяйственные оказались, тащили к себе все, что могло им пригодиться. Они даже готовить на огне научились.

— А что за меч у тебя?

— Обычный двуручник из метеоритного железа, выкованный гномом по заказу северянина. Его бывший хозяин потом узнал его, но отдал мне. Так, что владею я им по праву.

— Да я не к этому клоню. Просто никогда такого не видел. Наверное, прочный?

— Нет, гномья сталь прочнее.

— А чего ж ты тогда не купишь двуручник из гномьей стали?

— Метеоритное железо отзывается на усиление тела и становится куда прочнее, чем гномья сталь.

— А посмотреть можно?

— Конечно, смотри, — я достал из-за спины меч и вытянул его перед собой, держа одной рукой за рукоять. — Двумя руками бери. Он тяжелый.

— Дзин подставил обе руки и согнул их в локтях. Я аккуратно вложил меч ему в руки.

— Ох-х-хренеть, какой тяжелый, — захрипел огневик.

Я снял меч с его рук и поставил на пол острием вниз. Дзин благодарно кивнул и взялся за рукоять, придерживая меч, и принялся осматривать его. Вокруг него столпились все, кто до этого сидел за столом, даже простолюдины. Видимо, любопытство пересилило страх.

— Тонкая работа.

— Да, мне он тоже нравится.

— А как-то можно увидеть, что происходит, когда ты усиляешь тело? — поинтересовался Дзин.

Я взял меч в правую руку и поднял его, расположив параллельно полу, после чего усилил тело маной. По мечу разлилось синее пламя.

— Круто! Ой! — не удержавшись, воскликнула Сибилла, а я посмотрел на девушку и улыбнулся.

— А с волками-то что? — вернулся к разговору Дзин.

— С какими волками? — не понял я.

— Ну, с которыми ты дрался в ледяной пустыне.

— Да, во мнении мы с ними не сошлись.

— Это в каком же?

— Ну, они считали, что я их еда, а я был против.

— И чем все закончилось? — пошутил Ллойд.

— Я оплатил их шкурами и потрохами пропуск в Высшую библиотеку академии и год обучения. А еще купил себе вот эту кожаную броню.

— Это ж сколько надо было перебить снежных волков, чтобы столько денег заработать?

— Много, но мне повезло, я попал на снежную лавину.

— Снежную лавину? — не понял Дзин.

— Да. Так северяне называют бедствие, когда численность снежных волков становится запредельной, и они, объединяя все свои стаи под командованием одного вожака, выдвигаются на юг, сжирая все живое на своем пути.

— И это тебе повезло?

— Ну, да. Я благодаря им прошел взросление. Ну и сумел усилить свое тело маной. А дальше все просто. Руби себе и руби, пока помощь не подоспеет. Мы ведь с Йети в узком горном проходе встали, чтобы лавина дальше пройти не смогла. Ну и всей стаей они к нам, разумеется, подойти не сумели. Вот мы и держались несколько дней. А потом прилетела помощь, и зачистка стала продвигаться куда быстрее.

— Несколько дней без продыху? — удивился Мирон, но как ни странно никто его за это не осудил, все внимательно слушали меня.

— Ну, да.

— И что, тебе даже ничего не откусили? — удивился Дзин.

— Откусить не откусили, но шрамы оставили.

— Так это они тебя так разукрасили? — поинтересовался Ллойд.

— Ага.

— Видел я его шрамы. Жуткие.

— А покажи, — попросил Гал.

Я уставился на него.

— Не, ну а чего? Мы же тебя не портки скинуть просим.

Блин, был бы я трезвый, и меня не распирало от эйфории студенческой вечеринки в честь зачисления, хрен бы согласился. Но сейчас в голове гудел хмель, а на душе было как-то радостно, и поэтому долго уговаривать меня не пришлось. Я снял мантию, верхнюю часть брони и оголил торс.

— Ого! — раздался из-за спины женский голос. Я обернулся и понял, что прихвостни Дзина вовсе не оставили нас. Они сидели за тем же столом, стараясь услышать, что мы говорим и периодически посматривали в нашу сторону. А сейчас одна из девушек, увидев мой обнаженный торс, который украшали бугристые стальные мышцы и глубокие шрамы, не выдержала и удивилась вслух. Видимо, я все-таки был не прав, и люди моего телосложения очень даже нравятся некоторым девушкам. Это я понял по ее взгляду и, судя по тому, как она на меня смотрит, она уже потекла. Та-ак, надо быть осторожнее. Я позволил моим собутыльникам рассмотреть меня, а потом быстро оделся.

— Это сильно больно? — поинтересовалась Сибилла.

— Во время боя особой боли не испытываешь. Она притупляется адреналином.

— А после?

— А после меня сразу же подлечили имперской аптечкой. Среди тех, кто зачищал лавину, имелись Защитники Жизни.

— Да, ладно! Правда, что ли?! — не поверил Дзин.

— Правда.

— И каковО это, когда тебя аптечкой лечат?

— Да срастается все на глазах. Шрамы только и остались.

— Круто, это ж какая силища у империи, когда ее бойцы могут прямо в бою смертельные раны мгновенно исцелять?!

— Это да. Скажите, а кто в соседнем трактире зачисление празднует?

— Там целители и природники, а что, на девочек потянуло? Так я тебе так скажу: горячее огненных магесс женщин не сыскать. Они хоть и вспыльчивые, но в сексе кому угодно фору дадут. Смотри сколько их тут. Одна вон с тебя вообще весь вечер глаз не сводит.

— Не-не-не, я не к этому. Мне еще только отношений в академии не хватало. Я сюда учиться пришел.

— Так и не заводи отношения, просто удовлетворяйте друг друга иногда, и все. Очень удобно, и в дом плотских утех ходить не придется.

— Ты сам только что сказал, что огненные магессы вспыльчивые. Сегодня так даст, а завтра скажет, что жениться на ней обязан. Нет, уж я лучше за деньги.

Дзин усмехнулся.

— Это да. Это они могут. Особенно если тебя с другой бабой увидят. Тогда и прибить не побрезгуют, несмотря на то, что вы ничего друг другу и не должны вовсе.

— Что, уже прилетало? — поинтересовался Галиэн.

— Было дело. Еле сбежал тогда. Пришлось из города уезжать. Дворяночка из знатного рода оказалась, а я отцу своему не хотел новых проблем доставлять.

— Да, Артем прав, в академии лучше с девчонками отношений не заводить. Тут только самое веселье начинается, а ты оглянуться не успеешь, как у тебя в носу кольцо появится.

— А почему в носу? — не понял я.

— Да, чтобы удобнее тебя водить было, как бычка. Даже самые сильные быки послушно плетутся следом, если их за кольцо в носу ведут.

— Отличное сравнение, надо запомнить.

— Обращайся.

— За кольцом?

— За сравнениями.

— Буду иметь ввиду, а хотите анекдот расскажу?

— Рассказывай, — подхватился Дзин.

— «Нашли у мага-студента инструмент для сборки запрещенных артефактов. Вызвали стражу, та пришла, осмотрела все, и один из стражников говорит:

— Мы арестовываем вас по обвинению в производстве запрещенных артефактов.

— Так я никаких запрещенных артефактов и не делаю! — возмутился студент.

— Как не делаете? Инструмент же у вас есть.

— Ну, тогда арестовывайте и вашего начальника.

— За что? — не понял стражник.

— Как за что? За изнасилование!

Тут уже все присутствующие уставились на начальника караула, а тот аж захлебываться начал от возмущения.

— Э-э-э… А разве он кого-то изнасиловал?

— Не знаю, но инструмент же есть!»

За столом раздался дружный хохот.

— Теперь я расскажу, — отсмеявшись, предложил Дзин, и мы внимательно на него уставились.

— «Собрались друзья как-то в трактире, посидели, выпили, за жизнь разговорились.

— А я вот на днях со своей женой поссорился, — признался один.

— Да? А из-за чего?

— Да кто ее знает, что там в ее бабьих мозгах перемкнуло? Орет постоянно, кто ее поймет из-за чего?! Вот и в этот раз орала, орала, пока не надоело. НО!

— Что „но“?

— Но в этот же вечер она ко мне на коленях приползла!

— Да ладно?! Чтобы твоя грымза, и на коленях?! Быть такого не может!

— Даю слово дворянина! Прям на коленях приползла! В буквальном смысле!

— Ну ладно… верю. Если уж слово дворянина дал… И что она сказала?

— Сказала: вылезай из-под кровати, трус!»

Снова хохот толпы студиозусов, что собрались за столом и неподалеку от нас.

— Мирон, а расскажи и ты нам анекдот. Про дворян знаешь? — попросил Дзин, а на парня было жалко смотреть, он аж побелел от страха.

— Да зачем это тебе? — поинтересовался Гал. — Мы и так много анекдотов знаем. Зачем нужно, чтобы простолюдин рассказывал?

— Да слышал я, что у альянсовцев есть развлечение такое. Путешествуют дворяне инкогнито по трактирам, где им появляться не пристало, и платят за анекдоты пошлые, да за те, которые в приличном обществе не расскажешь. И говорят, что самые смешные анекдоты про дворян именно простолюдины рассказывают. Вот и хочу послушать. Да не трясись ты так! Не тронем мы тебя. Всю ответственность за твой анекдот я возьму на себя. Те, кто слушать его не желает, отойдите в сторонку и остальным не мешайте.

Дзин огляделся, но никто не ушел, все с азартом уставились на простолюдина.

— Ну, вот видишь, все кто здесь находятся согласны со мной, и никто тебя потом ни в чем не обвинит, обещаю. Ребят, подтвердите.

— Даю слово.

— Никаких претензий.

— Слово дворянина, — соглашались присутствующие.

— Я слышал, что альянсовцы еще платят за анекдоты, которые до этого не знали, — добавил Галиэн.

Дзин достал из кошелька золотой и положил его на стол перед Мироном. У парня аж глаза на лоб полезли. Он переводил свой взгляд с золотого на Дзина и обратно. Наконец, он смог заговорить.

— А если вам анекдот не понравится?

— А если не понравится, то золотой в любом случае твой и, как ты уже слышал, претензий за анекдот к тебе никто не предъявит.

— Так отберут у меня его сразу, как прознают? Деньжища-то какие!

— Ну, хочешь, он у меня побудет до выходных, авыходные я с тобой вместе до банка прогуляюсь, — предложил я, давая парню возможность заработать.

— И что я тебе должен буду за эту услугу?

— Ничего. Я все равно в город собираюсь, и мне через банк идти.

— Мне, кстати, тоже. Да еще и Трон с нами будет, — добавил Гал.

— Трон?! Трон — это хорошо. Ладно, а любой анекдот можно?

— Любой, но неприличный, — ответил Дзин.

Парень собрался с духом и принялся рассказывать:

— «Проходит дворянин осмотр у лекаря по направлению на королевскую службу. Отстоял в общей очереди, и после осмотра лекарь ему и говорит:

— У вас глисты, господин.

— Господин лекарь, ну, диагноз какой-то не солидный. Я ж на королевскую службу устраиваюсь, а там растрезвонят, потом от прозвища не отмоешься.

— Понимаю, понимаю… Ну, что ж… За пару десятков золотых готов написать в диагнозе: „очкОвые змеи“».

Сначала все уставились на бедолагу, и я уже приготовился его защищать, как первым не смог сдержать смеха Дзин, за ним Гал, а потом и Ллойд.

— Она теперь моя? — поинтересовался у Дзина Мирон, дождавшись, когда все отсмеются, показывая на золотую монету.

— Конечно, твоя.

Парень сгреб золотой и протянул ее мне.

— Ты обещал, — с мольбой в глазах уставился он на меня.

— Я держу свое слово, — ответил я и, забрав золотой у Мирона, положил его в свой кошель. — Пойду-ка я прогуляюсь, а то выпитое наружу просится.

— Давай.

— Осторожней там, не потеряй ничего, — неслись мне вдогонку пожелания.

К слову, в туалет мне и, правда, хотелось, но вышел я на улицу по другой причине. Зрением энергии смерти я видел, как светлые и темные эльфы вышли и через квартал зашли в какое-то темное пятно. Темное от того, что я не мог разглядеть, что в нем находится. Оно выглядело, как туман, через который ничего нельзя увидеть. Я даже попробовал рассмотреть, что в нем находится при помощи зрения энергии Жизни, но не смог проникнуть в него своим астральным телом. И, разволновавшись за двух эльфиек, решил пойти глянуть обычным зрением, что же там такого происходит, что эльфы вошли внутрь и до сих пор не покинули это место.

Выйдя с трактира, я направился в сторону ближайших домов. Как пить дать рядом за трактирами ведется наблюдение, но охватить все ближайшее пространство в городе службе безопасности академии будет сложновато. Я даже обнаружил несколько наблюдателей, не особо рьяных. Так… приглядывают за молодежью, чтобы в случае чего вызвать подмогу.

Убедившись, что я выбрался из-под наблюдения, я усилил тело маной и на максимальной скорости добрался до того места, что было скрыто от зрения смерти и жизни. Добравшись до места, я остолбенел. Нет, я был готов к любому повороту событий, но только не к такому!

В темном переулке стояли трое. Два парня и одна девушка. Вокруг них троих клубилась багровая аура вторженцев. Один парень стоял в сторонке, а вот второй находился рядом с девушкой, и к ним ластились все до единого эльфы. Готов поклясться, что если бы вторженцы пожелали, то эльфы бы уже выпрыгнули из своих одежд и принялись бы ублажать этих непонятных разумных. Причем, я подметил, что все эльфийки вились возле парня, а все эльфы были увлечены девушкой. Н-да.

Я посмотрел на девушек, что якобы любили меня, и сначала ощутил не хилый такой укол ревности. Мне даже показалось, что эльфийки на миг пришли в себя, но, скорее всего, показалось. Затем я взял себя в руки и отчетливо осознал, что такие потаскухи мне и даром не нужны. Я даже готов приплатить, лишь бы они свалили от меня подальше.

Несмотря на то, что будущие Дриады Жизни даже не целовались, лишь прижимались к вторженцам, у меня, все же, возникло стойкое ощущение отторжения к ним.

— Ой, смотри, какой красавчик… — промурлыкала вторженка. — Подойди ко мне. Я тебе нравлюсь? Ты хочешь меня? — девушка глубоко и томно задышала, а потом поманила меня тонкими стройными пальчакми, делая вид, что возбудилась.

Я аж охренел от такой наглости.

— «Есть тут кто?» — мысленно я обратился к северянам, помня, что мне наказали делать, когда встречу вторженцев. «Точно нет никого? Я сейчас покрошу этих охреневших… даже не знаю, как и назвать их».

Тишина. Ну, значит все в моих руках.

— Мне кажется, вы заблудились, — произнес я, доставая свой двуручник и усиляя тело маной.

— Он видит вас! — быстро произнес третий вторженец и рванул ко мне. Слишком он уж для меня медленным оказался, несмотря на то, что двигался он быстрее полета эльфийской стрелы. Я сдвинулся в сторону и сделал несколько взмахов мечом, что в моих руках светился голубым светом. Справа от меня рухнула кучка мяса, а я направился прямиком к оставшимся вторженцам, до которых очень быстро дошло, что со мной им не справиться.

— Стой, стой… Я же тебе нравлюсь? Ты не представляешь, что я умею. Сделаю все, что ты захочешь, только не убивай.

— Все, что я захочу? — поинтересовался, надвигаясь на девушку, потому, что она была ко мне ближе, чем парень. По-хорошему стоило их допросить, но я решил, что пока рисковать не стоит. Слишком уж многое поставлено на карту. Не стоит нарушать приказ северян, они ведь уже не одну сотню лет с ними борются. Да и интуиция мне подсказывает, что нужно как можно быстрее завалить эту троицу. Кто их знает, что они могут выкинуть.

— Все! Я очень искусна в любовных играх! — она выгнулась, приняв очень соблазнительную позу.

— Я хочу, чтобы ты сдохла, — пожелал я и, откинув от нее эльфов, срубил ей голову. На всякий случай. Надеюсь, без головы она ожить не сумеет, если вдруг обладает навыками ускоренной регенерации. Кто их знает, этих вторженцев.

— Я… я… не надо! — запричитал парень, когда я направился к нему. Не знаю почему, но я был твердо уверен, что поступаю правильно. От этих вторженцев так и несло подлостью и гнилью. Нет, не в смысле запахов. Пахло от этой бабы очень даже ничего. Я бы даже сказал, что феромоны в воздухе просто зашкаливали. Но я видел их суть, и меня от нее воротило.

Отбросил эльфиек в сторону, взмах, и на мощеную улицу падает обезглавленное тело. Как ни странно, но эльфы не пришли в себя, а наоборот вырубились. Значит, действительно находились под каким-то наваждением. Пришлось оттащить их в другой проулок, где никого не было. Пока не очнутся, присмотрю за ними.

Ну, Немезида, ну удружила! Нахрен мне вообще сдались такие, пусть даже не жены, а любовницы, которые от избытка феромонов в воздухе падают на спинку и ножки раздвигают перед любым, кто их источает?!

— Ты не прав, Артем! — раздался голос Хранительницы Жизни у меня в голове.

— Вот же хрень! — выругался я. — Снова забыл, что толком контролировать эмоции толком еще не получается!

— Девушки поддаются не каждому встречному. Эти создания просто очень сильны в этом плане. Они способны привлечь кого угодно. Не говоря уже о тех, кто считает, что их любовь отвергнута. Эти девочки еще молоды и жаждут твоей любви.

— Ага, поэтому кидаются под всех подряд.

— Ты не справедлив к ним. Повторюсь еще раз. Мало кто сможет устоять против их чар.

— Но я же устоял!

— Ты — император. Ты один из сильнейших созданий Эратиона. А девочки еще слабы. Вот возьми и научи их, как сопротивляться чарам и получишь себе тех жен, которых ты хочешь видеть рядом с собой.

— Я вообще никаких жен не хочу, не только рядом с собой, а в принципе. Хватило, больше не требуется. И вообще, давай прекращать этот разговор. Я сказал, что не нужны они мне, значит, не нужны! Мне остыть надо, а то наговорю сейчас тебе гадостей, потом жалеть буду.

— Ладно, остывай, мой Повелитель, зови, как понадоблюсь.

Ну, вот, как женщины это делают?! Нет, ну я же прав на все сто! Но, блин, чувствую себя виноватым! Почему так?! Все… надо успокоиться. Кстати! Тут же нет никого, пора бы уже и помедитировать. Я достал свой двуручник и принялся отрабатывать удары, блоки, уклонения…

Закончив медитацию, я нашел ближайшую бочку со сточной водой и отмыл свою броню и мантию студиозуса первого курса от крови. Вышло довольно сносно, вот только теперь я был весь мокрый. Да, ну и хрен с ним!

Я направлялся в сторону трактира, когда зрением энергии смерти обнаружил, что эльфы, наконец-то, пришли в себя и начали подниматься.

— На улице, что дождь? — изумился Дзин, глядя на мокрого меня, когда я подошел к столу простолюдинов, где наша компания все еще продолжала праздновать.

— Нет, встречный ветер, — ответил я со смурным выражением лица, чем вызвал очередную волну хохота.

Наша компания слегка увеличилась, пока я отсутствовал. Несколько огневиков из числа приближенных к Дзину, все же, осмелились подсесть к нам, принеся еще один маленький стол.

Я продолжал пить и веселиться, не забывая зрением энергии смерти следить за тем, чтобы эльфы в целости добрались до академии. Судя по их поведению, они ничего не помнили и не могли понять, почему вдруг оказались заляпаны кровью, и чья она. Но тоже смыв ее в одной их сточных бочек, что стоят почти под каждыми крышами, эльфы пошли кратчайшим путем к академии, минуя то самое место, откуда я их и унес. Шли они молча и даже не по разным сторонам дороги.

Мне пришлось перед боем отрезвить себя, поэтому сейчас я планировал накидаться повторно, скупив остатки Промывателя. В общем, вечер прошел прекрасно, не считая инцидента с эльфами. Выходит, эти ушастые Инь и Ян все-таки сумели зацепить мои душевные струны. Лишь бы играть на них не начали. Вот же, блин, как не вовремя.

По коридорам я шел в великолепном настроении, внимательно осматривая все вокруг. Я будто в сказку попал. Все настолько красиво и величественно. А еще магия, заносчивые дворяне, юные девушки, мечтающие о любви, и нежные эльфийки… Вот же хрень, почему я о них-то вспомнил? Может потому, что они были в моих мечтах, когда я был еще юношей? СТОП! Да какого хрена со мной творится? Мне лет уже под сорок! Я — император величайшего государства в этом мире, а с такими мыслями я выгляжу, как инфантильный подросток! Вот же угораздило меня вляпаться с этими эмоциями! Фух… надо успокоиться. Хотя чего уж греха таить… все мы в душе иногда бываем детьми. Особенно если наши мечты сбываются. Мог ли я на земле подумать, что реально буду учиться в магической академии, да еще не виртуальном мире, а в реальном!

Я подошел к аудитории, где у меня должно проходить занятие по магии целительства. Дверь была закрыта, а вокруг толпились студиозусы. Совершать ошибку всех новичков я не стал, поэтому и не подошел к двери и не дернул за ручку. Если тут столпилась целая группа, то не просто так. Значит, или дверь закрыта, или преподаватель попросил подождать. Интересно… А преподаватель магии исцеления тоже, как в книжках, знойная красавица, с которой и замутить не грех?

Бл-и-и-ин… Ну, сколько можно? Ну что-за мысли? Ну, какой замутить, ты же не хочешь никаких отношений? Вдох— вы-ы-ы-ы-ыдох… Помедитировать бы, но ведь не поймут, если я прямо в коридоре начну двуручником размахивать.

Дверь открылась, и нас пригласили в кабинет. Слава Создателю, не знойная красавица, а то я мог бы все занятие в своих мечтах просидеть. На пороге стоял седовласый старик. Как я понял, он и будет нам преподавать целительское искусство.

— Доброго утра. Позвольте представиться. Меня зовут мессир Гримхольд ван Иштаг. Я буду преподавать вам целительское искусство. Да, вы не ослышались. Именно искусство, а не магию. Поскольку одной только магией не всегда можно спасти жизнь разумному. Существует еще множество вариантов исцеления пациента, где магия, увы, бессильна. А теперь я бы хотел увидеть ваше самое сильное заклинание исцеления. Я стану подходить к вам, а вы будете его активировать на моем питомце.

При словах о питомце на столе у преподавателя зашевелилась меховая шапка, которая оказалась кошкой.

Мессир Грихольд ходил по рядам и подставлял свою кошку под целительские заклинания студиозусов. Честно говоря, на первой же парте, мне стало не по себе. Умения других студиозусов заставляло меня чувствовать себя неловко. Мое малое исцеление выглядело на их фоне тараканом, ползущем по картине Айвазовского. Некоторые особо талантливые студиозусы умели активировать даже заклинания третьего уровня. И когда я показал преподавателю свое, так сказать, «искусство», он уставился на меня немигающим взглядом и произнес:

— Господин студиозус, вы верно не правильно меня поняли. Я попросил вас показать мне самое сильное ваше заклинание, а не самое слабое.

Грёбанные эмоции!!! От стыда я был готов провалиться сквозь землю.

— Это и есть мое самое сильное заклинание, — ответил я.

По аудитории разнеслись смешки.

— А вы случаем аудиторией не ошиблись? Вы уверены, что вас зачислили на целительский факультет?

— Я универсал.

— Так вот оно в чем дело. Ну, тогда знайте, что первый курс вам очень хорошо нужно будет учиться. Начальные знания магии исцеления вам очень сильно в жизни пригодятся. А далее можете ко мне на занятия не приходить. Не потянете.

Мне стало обидно, что меня вот так запросто списывают на первом же занятии. Я-то горел желанием учиться. Поэтому, подумав, что маги столицы должны были хотя бы слышать друг о друге, я решил приоткрыть небольшую тайну.

— Мессир Саливан сказал, что у меня есть дар к магии исцеления. Да и знания никогда не бывают лишними. Если позволите, я бы все-таки хотел присутствовать на ваших лекциях.

— Даже так? Странно. Обычно ваши коллеги-универсалы сторонятся моих занятий. Считают, что раз они не могут создать заклинание второго уровня, то и учиться им у меня нечему. А вам, наоборот, знания подавай?

— Если вы не против… пожалуйста.

— Я-то не против. Лишь бы вы не передумали. Что ж, хорошо, будь по-вашему. А что до мессира Саливана, то он, скорее всего, ошибся. Он не целитель. Хотя… подождите минуту.

Преподаватель подошел к своему столу, достал ошейник и надел его кошке.

— Попробуйте зарядить его, — предложил мне мессир Гримхольд, и я сделал это. — Хм… действительно есть небольшой дар, но не обольщайтесь, выше третьего ранга вам заклинания исцеления не осилить. И сделать это вы сможете только в том случае, если будете делать упор на свои целительские способности.

— Спасибо, профессор, — машинально ответил я.

— Кто? — не понял старик.

— Ой, простите, я хотел сказать, мессир Гримхольд.

— Пока еще не за что.

После того, как преподаватель проверил наши способности, началась долгая и монотонная лекция. Кто-то смотрел в окно, кто-то занимался своими делами, а кто-то даже спал. Но я… я внимал каждому его слову и конспектировал все, что он говорил.

Остальные занятия тоже были довольно однообразными. Проверка наших способностей и лекция. Даже на артефакторике была только теория. Нам ни одного артефакта так и не показали. Рассказали лишь про их классификацию, виды, подвиды, и так далее. А вот последнее занятие мне было особо интересно. Портальная магия — это круто. В этом мире порталы могут создавать лишь маги, а перебрасывать целые армии только сильная нежить, те, кто могут использовать камни боли. Судя по тому, что я смог выяснить, когда существовала магия, способная переносить разумных не только между городами, но и между континентами. И доказательство этому лежит в моей сокровищнице.

Ведь главнокомандующему объединенной армии королевств удалось найти этот артефакт и, судя по тому, что удалось узнать о нем моим магам-артефакторам, он рабочий. Только вот никто не взялся его ковырять. Боятся испортить, а то и перенестись неизвестно куда. А я тогда загорелся этой темой. Ведь если я смогу разработать портал, позволяющий без камней боли телепортировать не только разумных, но и их вещи и животных, столько денег можно будет заработать… А какой контроль над перемещением разумных я получу? Меня аж подбрасывает, когда я об этом думаю! Ведь я помню свою задачу: хранить баланс на Эратионе. Вот и задался я новой целью. А учитывая техно-магические разработки империи, я нацелился разработать активатор для открытия портала. Вот и не просто записывал, но еще и задавал вопросы преподавателю, чем сильно его удивил. Не ожидал он, что кто-то после празднования с интересом отнесется к магии поддержки, да еще и не обладая даром к портальной магии.

В столовой после того, как я доел, ко мне подошел Дзин. За стол к нам он садиться не стал, но все-таки обратился ко мне:

— Ты идешь?

— В библиотеку?

— Да.

— Ну, пойдем, если закончил.

Я отнес разнос с посудой, и мы вместе направились в цитадель знаний нашей академии. Дзин даже открыл мне дверь, и когда мы оба за ней скрылись, он снова обратился ко мне:

— До последнего не верил, что у тебя есть пропуск в высшую библиотеку.

— Так мы в нее еще и не попали. Это ведь только холл.

— Если бы у тебя не было пропуска, ты даже сюда войти бы не смог.

— Так ты же сам мне дверь открыл.

— Ты бы просто уперся головой в барьер, если бы у тебя не имелся пропуск в ауре, который никто, кроме магистра, увидеть не сможет.

— Да?! Буду знать.

В библиотеке меня ждало сначала разочарование, а потом я чуть не заорал от радости и не пустился в пляс.

Первым делом, я взялся читать книги, которые мне посоветовал Дзин. Он сам принялся читать эти же. Мне очень понравилось, что беря книгу с полки, она остается там же. Ты забираешь копию, будто вытаскиваешь призрачную книгу, которая тут же материализуется. А еще местный библиотекарь объяснил нам правила посещения библиотеки, и все они сводились к одному-единственному правилу: в высшей библиотеке магической академии Загхарда дозволялось только читать и ничего больше. Ни писать, ни есть, ни спать, ни экспериментировать, ни практиковаться, ни говорить… только читать. За нарушение этого правила можно было лишиться права посещать высшую библиотеку без возврата уплаченных денежных средств. Даже Дзин, когда советовал мне книгу, просто ткнул в нее пальцем и кивнул в подтверждение, когда я за нее взялся.

Прочитав эту книгу довольно быстро, я очень сильно пожалел, что потратил столько денег на эту хрень. Оказывается, что самый охраняемый секрет академии заключается в том, чтобы побочными способами повысить концентрацию энергии в смеси маны и энергии на пару процентов. Причем они даже не догадались, что мана существует лишь в чистом виде, а все остальное — ее смесь с энергиями. И действительно, чтобы использовать этот способ, нужно с самого начала во время учебы практиковать именно его. Видимо, кто-то из магов его случайно обнаружил и не смог воспользоваться им, но знания передал. А еще в книге было написано, что некоторые архимаги, практикующие этот способ за всю свою длинную жизнь сумели поднять показатель эффективности заклинаний аж до десяти процентов!

В общем, я чуть за голову не схватился, когда узнал, на что я потратил свои двадцать пять тысяч. Однако, дочитав книгу, я принялся обходить шкафы и осматривать их содержимое. И все мое плохое настроение улетучилось моментально, когда я добрался до самых дальних шкафов! Там я нашел то, что так долго искал! На полках стояли книги по теории использования магии Жизни Великими Князьями, Великим Паладином и Повелителем Жизни!

Да я чуть в пляс не пустился. Мне стоило огромных усилий сохранить самообладание и невозмутимое выражение лица. Понятно, что книги эти писали не сами Великие Князья, и тот, кто писал, скорее всего, никакого отношения к Силе Жизни не имеет, но там наверняка есть описание того, что он видел и, возможно, даже его предположения, как это происходит. А это значит, что у меня будет то, от чего я смогу отталкиваться. А то я даже представить себе не могу, как мне пользоваться Силой Жизни.

Нет, управлять-то я ею могу, но как мана-то она не активируется. А Немезида говорила, что у Повелителя Жизни возможности чуть ли не безграничны, но при этом как ими начать пользоваться, я должен понять сам. Надеюсь, содержание этих книг натолкнет меня на нужную мысль. Правда, читать мне это нужно не сегодня. Чтобы не вызвать подозрений, мне придется сделать вид, что мне это не интересно, а потом, прочитав основное, что должно интересовать студиозуса первого курса, вспомнить о дальних шкафах и направиться прямиком туда. Вот я и взялся за усиленное прочтение рекомендованных Дзином книг.

Вышли из библиотеки мы уже вечером.

— Слушай, Артем… у меня к тебе предложение.

— Слушаю.

— Не желаешь попрактиковаться в полученных в библиотеке знаниях?

— А поподробнее?

— Ну… я тут на полигон записался на завтра, на вечер, чтобы сразу после библиотеки, значит.

— Да разве ж я смогу тебе помочь? Я только одним заклинанием исцеления-то и владею.

— Да это наоборот хорошо.

— Не понял.

— В общем, мне отец рассказывал, что для того, чтобы улучшить навыки и быстрее овладеть этой техникой, нужен партнер.

— Так тебе мальчик для битья что ли, нужен?

Дзин усмехнулся.

— Нет.

— Ну, чего ты мнешься, как кисейная барышня, говори прямо! — не выдержал я.

— Если изначально вдвоем использовать описанную в книгах технику, то привыкаешь ее использовать быстрее. Концентрация становится выше, и ты быстро привыкаешь к правильной технике. Но все дело в том, что при этом ты видишь ауру своего партнера и чувствуешь его ману. А такие вещи стараются никому не доверять. По ним легко определить слабости мага. А будущему главе рода такое не позволительно.

— Так и зачем тогда я тебе нужен?

Дзин опять немного помялся, но потом, все же, решился и ответил:

— Ты извини, но ты для меня не противник и не соперник. Твои возможности в магии сильно ограничены. Тебе до моего уровня никогда не подняться. Не хочу тебя обидеть, но это правда.

— Так я могу и без магии накидать так, что мало не покажется.

— Ну, допустим, но ведь знания о моих слабостях тебе никак в этом не помогут.

— Тут ты прав.

— А если я расскажу кому-нибудь о твоих слабостях?

— Во-первых, это не так просто сделать. Понимать слабости мага и описать их — разные понятия. Даже опытные архимаги не всегда могут это сделать.

— А во-вторых, ты и, правда, северянин. Я попросил отца навести о тебе справки, и был сильно удивлен, когда узнал, что ты не просто знаком с Даниилом тан Вольф, но и действительно являешься его соотечественником.

— И когда же ты все это успел?

Дзин откинул ворот ученического кителя, и я увидел, что из внутреннего кармана у него торчит артефактная трубка для связи. Имперское ноу-хау, которое работает при участии моей крови.

— Ого! — сделал вид, что восхитился я.

— Ты знаешь, что это такое?!

— Догадываюсь. Это имперская артефактная трубка для связи?

— Она самая. Мой род очень богат, и мы можем позволить себе не просто обычную трубку, а именную, с гербом моего рода и моим именем. Хочешь посмотреть?

— Хочу, но не возьму.

— Почему? — удивился Дзин, уже сунув руку за пазуху, чтобы достать артефакт.

— Потому что если испорчу, никогда в жизни за нее расплатиться не смогу.

— Вот именно по этой причине я и подошел к тебе с этой просьбой. Ты человек чести, а значит, во вред мне действовать не станешь, пока мы на одной стороне. А если еще дашь обещание никому не передавать информацию о моих магических слабостях, то больших гарантий мне и не нужно. Взамен же я расплачусь с тобой знаниями. Хотел, было, предложить тебе денег, но, поспрашивав у ребят, как прошел сегодня твой первый учебных день понял, что ты жаден до знаний. И это правильно. Бывают знания, которые стоят куда дороже денег, сколько бы их тебе ни предложили.

— И какими знаниями ты мне заплатишь?

— Конкретно я — знаниями о магии огня. Я расскажу тебе то, что не будут преподавать в академии. Разумеется, семейных и родовых секретов я тебе не открою, но, поверь, те знания, которыми я готов поделиться, крайне ценны. Из универсалов получаются отличные артефакторы, и я научу тебя многому. А еще я попрошу своих знакомых подтянуть тебя по их стихиям. По каждой стихии. Им я уже заплачу за твое обучение, но настолько же важной информации от них не жди. Хотя кое-что из того, что ты не найдешь в учебниках академии, они тебе все же расскажут. Ну, как? По рукам?

Мне жутко нужны были деньги, чтобы оплатить обучение в следующем году, но я понимал, что знания важнее и согласился с предложением Дзина, дав ему обещание не использовать информацию, полученную во время будущих совместных тренировок ему во вред.

— Ну, раз мы договорились, то открою тебе еще одну тайну. Когда по академии разойдутся слухи о том, что я практикую с тобой техники, описанные в книгах из высшей библиотеки академии, к тебе тут же начнут поступать подобного рода предложения. Но сначала им понадобится время, чтобы разузнать про тебя и определиться, почему я доверился тебе. Сам я об этом, разумеется, распространяться не стану. Так вот, если к тебе предложат совместные тренировки, не продешеви. Тебя наверняка попытаются обмануть. Я не уверен, знают ли они кто такие северяне, но то, что у них нет полного расклада о твоем народе — это факт. Я сам-то узнал об этом только потому, что когда-то давно мой предок сталкивался с вашим братом и, слава Создателю, тогда они оказались на одной стороне. После того случая информация о вас была записана в учебники нашего рода и преподается всем его представителям в обязательном порядке.

— У меня нет денег, чтобы оплатить следующий год обучения в академии, — признался я. — Все ушло на оплату пропуска в высшую библиотеку.

— Серьезная проблема. Но если к тебе подойдут с этой просьбой, то триста пятьдесят золотых в год — это вполне приемлемая цена за твои услуги. Только помни, тебя обязательно попытаются обмануть и снизить цену. Наверняка даже на жалость давить будут. Не верь! Каждый из них способен заплатить куда больше.

— Я тебя понял. Спасибо.

— Ты сейчас куда?

— К магистру. Мне теперь каждый вечер нужно его навещать.

— Понятно. Ну, тогда до завтра.

— До завтра.

До поздней ночи я под пристальным наблюдением целой делегации преподавателей во главе с магистром Роном усилял свое тело маной, и то и дело ломал что-нибудь из того, что мне приносили. И оставив озадаченный консилиум спорить о полученных результатах, я поперся в общагу. Но уснуть сразу не получилось — сказывалось напряжение последних нескольких дней, а особенно мне не понравилось то, что я приревновал эльфиек. Ведь если дело и дальше так пойдет, меня действительно женят, а мне хотелось бы избежать этой участи. Ведь в один прекрасный момент я рискую поддаться слабости и оказаться у ушастых в постели. А учитывая, что они Дриады Жизни, могу предположить, что залететь им от меня проблем не составит. Так и охомутают, ну или не так. В любом случае, нужно что-то делать со своими чувствами.

Решив с утра, пока все спят, заняться медитацией, я уснул. С рассветом я поднялся и, натянув одни штаны и умывшись, я вышел во двор.

Достаточно хорошо изучив территорию академии, я узнал, что, оказывается, тут имеется и спортивная площадка. Видимо, она должна быть, согласно какой-нибудь документации или требованиям, но пустует, так же, как и умывальные комнаты. Правильно, какому магу придет в голову тренировать свое физическое тело, когда он при помощи магии себе даже молодость на определенное время продлить может? А значит, я буду тут единственным спортсменом. Добежав до спортивной площадки и неся меч в руке, я остановился и закрыл глаза. Наконец-то, я могу спокойно помедитировать.

Шаг, замах, шаг, удар, прыжок, удар, замах, отскок…

Я кружился и растворялся в окружающем пространстве, я сливался с Эратионом, а он отвечал мне, принимая меня целиком со всеми моими проблемами и недостатками. Я стал частью его ауры, частью его тела, я был нужен ему, а он мне. Я видел все, что происходит вокруг. Нет, не зрением энергии смерти или жизни, я будто смотрел сразу везде и отовсюду. Я видел, где и чем занят любой жук вокруг, видел, куда дует ветер и как лучи светила ползут по территории академии. Я был везде, и все пространство было под моим полным контролем. И в тоже время я ощутил вселенское спокойствие, а мои эмоции в коем-то веке замолчали, перестав издеваться надо мной.

Когда я почти закончил, то заметил, как в мою сторону движутся эльфы, причем, как светлые, так и темные. Они успели увидеть окончание моей медитации.

— Неплохой танец, — похвалил меня один из светлых эльфов. — Движения, правда, корявые, несуразные, нет грации, но в целом неплохо.

— Танец? — удивился я, радуясь тому, что температура воздуха повысилась, и от меня не поднимается пар, ведь тело мое буквально горело.

— Танец с клинком. Ты где-то увидел, как тренируется эльф и попытался скопировать его движения, перенеся их на свое оружие. Как называется твой танец?

— Ничего я не переносил, и уж тем более, не копировал эльфийские техники. И нет у этих упражнений никакого названия, но если тебе так хочется, можешь называть их танцем смерти.

«Так это и есть мой танец?», — раздался у меня в голове голос Смерти, а она сама появилась передо мной, но при этом ее никто другой не видел.

«Нет, для тебя я придумаю другой танец. Ты достойна большего. Я хочу, чтобы в нем выражалось твое величие и та жертва, которую ты приносишь, провожая наши души к небесным вратам. Ведь тебя абсолютно незаслуженно боятся».

У нее не было ни губ, ни даже лица, но я отчетливо почувствовал, как она улыбнулась всем своим естеством.

— Посмотри, как нужно танцевать с клинками, — вернул меня в «здесь и сейчас» эльф. Я понимал, что он старается задержать меня подольше, чтобы его подопечная смогла насладиться временем без боли. А я, собственно, и не был против. Умыться я уже умылся, а до завтрака еще уйма времени. Эльфийки со вчерашнего дня ходили подавленные, и я решил подойти к ним поближе, чтобы их отпустило. Представлять Лию мне было не нужно. Эратион успокоил меня.

— Вы не против, если я здесь постою? — спросил я девушек, встав между ними. — Или я опять в чем-то провинился? Отсюда просто лучше видно — солнце в глаза не светит.

— Не против, — ответила светлая.

— Стой, если хочешь, — разрешила темная.

Я ничего не стал больше говорить, а лишь уставился на светлого эльфа, что обещал мне продемонстрировать эльфийский танец с клинком.

Он достал свой родовой клинок, который я обещал ему разрубить вместе с ним, если тот не уберет руку с его эфеса, и принялся фехтовать. Да, смотрелось это очень красиво, и движения у него все были выверены, и удары смертельные, но против имперца эта техника не годилась. Хотя я уверен, что вступи он в бой с обычными дворянами, то у тех не было бы и шанса.

— Что скажешь? — спросил меня молодой эльф, когда вернул клинок в ножны.

— Скажу, что ты был прав. Твой танец куда красивее и изящнее, впечатляет, — эльф расплылся в снисходительной улыбке. — Но это всего лишь танец. В реальном бою ты почти сразу умрешь.

Улыбка эльфа даже не дрогнула, он все так же снисходительно смотрел на меня.

— Ну, раз ты настолько великий воин, может, преподашь мне урок? — он кивнул напротив себя, приглашая меня.

— Ты забыл, что дуэли тут запрещены. Но мы можем попросить о проведении ученической дуэли. В ней победителем считается тот, кто лишит соперника любого из щитов.

— Что ж, я согласен, когда?

— А вот этого я не знаю. Я еще ни разу не записывался на ученическую дуэль, поэтому не в курсе.

— Что ж, раз я тебя попросил, то я и попробую забронировать время. Дуэли ведь проводятся на полигоне?

— Наверное — пожал я плечами.

Эльф кивнул, а я решил еще немного побыть рядом с девчонками, уж очень грустными они выглядели. Может, не стоило бросать их на соседней улице одних?

— Вы не против, если я еще немного тут побуду? Хочу посмотреть на ваши упражнения. Из чистого любопытства, разумеется.

— Оставайся, — в голос ответили потенциальные Дриады Жизни и смутились.

Я устроился поудобнее на одном из спортивных снарядов и с удовольствием принялся наблюдать за тренировкой эльфов. Я старался делать вид, что мне интересно, и что сейчас мои мысли заняты исключительно тем, насколько великолепны их движения и грация. Я не хотел смущать девушек даже подозрением в том, что мою голову могут посетить пошлости. И мне это удалось. Девушки, наконец, расслабились и всерьез взялись за тренировку.

— Спасибо, что не прогнали. Увидимся на завтраке, — махнул я эльфам рукой перед уходом.

— Мы постараемся приходить сюда каждое утро, можешь присутствовать на наших тренировках, если хочешь, — предложил один из темных эльфов. Он только что сделал ход конем, и обе потенциальные дриады это оценили, с благодарностью взглянув на него.

— Заметано, я и сам люблю держать свое тело в тонусе! — ответил я, и на лицах девушек, наконец-то, появились улыбки. Больше тянуть я не стал, и трусцой направился к общаге. Не думаю, что преподаватели обрадуются, увидев меня, разгуливающего по территории академии с голым торсом.

Сотрудник безопасности академии просто проигнорировал этот вопрос и продолжил смотреть на простолюдинку.

— Нет. Это она меня толкнула. Я в этот момент стояла спиной к ней. Ей, видимо, это не понравилось, и она толкнула меня.

— Кто-нибудь это видел?

Тишина.

— Ясно. Тогда будем считать инцидент исчерпанным. А вам, леди Иолла, надлежит сегодня же после занятий посетить кабинет магистра Рона. Вам все ясно?

— Обязательно посещу и пожалуюсь на то, как вы относитесь к дворянам и слову дворянина.

— Ваше право, леди.

Сибилла быстренько покинула место ссоры и, отнеся поднос, направилась к выходу, но когда она проходила мимо нашего стола, я ухватил ее за руку.

— Присядь и поешь, — предложил я.

— Мой завтрак в мусорке, — чуть не плача от обиды ответила девушка.

— У меня сегодня запланировано многое, не хочу переедать. Вот держи. Тут остались три оладушка с джемом. Я их не трогал.

— А я с утра что-то воды нахлебался. Компот уже не влезет, — отодвинул от себя кружку Гал. — Будешь? Я еще его не пил.

С другого конца стола простолюдины принесли еще пару оладушек и нетронутый Джем.

Сибилла сглотнула слюну, а я отпустил ее руку и еще раз предложил:

— Присаживайся и поешь.

Больше девушку уговаривать не пришлось, она поблагодарила нас и уселась напротив. То, что сейчас произошло, не укрылось от Маркизы, и она с напыщенным видом подошла к нам.

— Если вам некуда девать еду, то стоит урезать вам порции! — обращаясь ко мне, произнесла с надменным выражением лица леди Иолла. Но судя по всему, она как-то умудрилась не заметить Галиэна.

— Леди Иолла, не вам решать, кому и какие порции выдавать, а еще я хочу обратить ваше внимание на то, что мы сами вольны решать, что нам делать с нашей едой. Она входит в стоимость обучения, за которое мы заплатили.

— О! Граф Галиэн… Защитник униженных и угнетенных! Давненько вас не встречала. Как ваш папенька?

— Вашими молитвами, леди Иолла.

— Ты считаешь, что я буду молиться о том, чей сын питается с помойки?

— Уж не столовую ли академии вы называете помойкой?

— Я называю помойкой то место, где ест чернь. А раз вы, граф, сидите за одним столом с ними, значит, и вы тоже питаетесь с помойки! Хотя ваше место как раз среди простолюдинов. Так что вы точно не ошиблись столом.

— Интересное у вас мышление, леди Иолла, — вмешался я. — Позвольте проинформировать вас о некотором случае, произошедшем здесь же не так давно. Один из тех дворян, кто мыслил точно так же, как вы, решил завязать шнурок, поставив ногу на этот стол, но представляете, какая оказия вышла? Он поскользнулся и, упав, разбил себе нос.

— Ты что, безродный, угрожаешь мне?!

Я, не обращая внимания на вопрос маркизы Иоллы, продолжил:

— Но это еще не самое страшное. Ну, поскользнулся человек, ну, забыл зарядить защитный амулет. С каждым может случиться, но вот на его беду, недалеко проходил мессир Мэл. Это глава безопасности академии, в которой вы изволите обучаться. И оказалось, что подобным поведением наш многоуважаемый дворянин-студиозус оскорбил мессира Мэла и магистра Рона. Ведь это все принадлежит академии. И подобное отношение оскорбляет прежде всего именно их. Помнится, вы изволили назвать данный стол помойкой. Другими словами вы утверждаете, что имущество академии, которое выбирали и за которое несут ответственность лично глава безопасности академии и сам магистр, годится только для того, чтобы выбросить его. Я правильно вас понял?

Хм… хотя нет, вы, скорее всего, имели ввиду другое. Ведь вы же сказали, что помойка находится прямо здесь, в столовой для студиозусов… Предположу, что за эти слова вас не просто отчислят, а еще и выставят вашему папеньке очень большую неустойку… Ну, если конечно, вы не согласитесь отработать оскорбление, нанесенное столь уважаемым архимагом. Тот дворянин, помнится, схлопотал дежурство в столовой. И если вы пожелаете сохранить репутацию и деньги вашей семьи, вам придется мыть посуду… за всеми! В том числе и за простолюдинами. Ну, а чтобы у вас не возникало иллюзий на тот счет, что вы сможете слукавить во время проведения расследования вашего оскорбления, я могу вас заверить в том, что подтвержу на камне правды то, что недавно услышал от вас. И предположу, что не я один смогу это сделать. Граф Галиэн, вы ведь готовы подтвердить на камне правды слова, которые не так давно произнесла леди Иолла?

— Да, господин Артём Темный, я готов это сделать. Слово двух дворян, произнесенное на камне правды, перевесит слово маркизы, даже несмотря на заслуги ее древнего рода.

Судя по беззвучно открывающемуся и закрывающемуся рту маркизы, я понял, что она приняла меня за простолюдина. И теперь, когда граф подтвердил при свидетелях мое дворянство, да еще и я сумел обставить все так, что она только что оскорбила самого магистра, она не смогла найти слов, но ей нужно было хоть что-то ответить. Поэтому перестав хлопать губами, леди Иолла не нашла ничего лучше, как сослаться на принадлежность к древнему роду:

— Я… я… Я — маркиза Иолла ван Крон! Да вы знаете, что я с вами сделаю?!

— Леди маркиза, не стоит так часто ссылаться на ваше благородное происхождение. По вашему маркизаду отлично виден ваш титул, он у вас такой… знатный! — я специально в слове «маркизаду» произнес предпоследнюю букву невнятно, чтобы было непонятно, что я имел ввиду. То ли марзаД, то ли маркизаТ. И в случае чего, отмазка у меня имелась стопроцентная. Я ничем не оскорбил дворянку, лишь сказал, что ленные владения ее семьи очень знатные. Я даже руками потряс так, что было непонятно, то ли я от восхищения ее владениями это сделал, то ли показал размер ее задницы, причем явно увеличенный по сравнению с оригиналом. Блин, я уже учусь и оскорбления наносить по придворному этикету. Что же со мной через пять лет станет?

Вокруг нас начали разлетаться шепотки. Никто хихикать не решился, Власть у рода маркизы нешуточная. А сама она продолжила беззвучно хлопать губами, силясь хоть что-нибудь ответить. Пришлось снова брать инициативу в свои руки, а то еще заработаю себе кровника. Так-то ни она, ни ее древний род мне сделать ничего не смогут, когда узнают, что я император, но у студиозуса Артёма Тёмного крови они попить смогут.

Я выглянул из-за девушки, поймав взглядом эльфов, которые продолжали безмятежно трапезничать и обратился к Лике и Эль.

— Льеты, похоже, что рыбья болезнь, которую вы подхватили, все-таки передается и людям. Вот еще одна заразилась.

— Мы с ней не контактировали, — даже не повернувшись в мою сторону, ответила Ликаниэль.

— А может это ты ее заразил? — предположила Эльмиэль.

Не понимаю почему, но девчонки взглянув на ситуацию, в которой не так давно оказались сами, вдруг приняли мою игру.

— Не-е-ет. Я не мог. Мой народ почти ничем и не болеет! Мы закаленные.

— А может, ты являешься переносчиком заболевания. Сам не болеешь, а других заражаешь. Заметь, ведь именно рядом с тобой у разумных появляются эти симптомы, — предположил Тиграниил.

— Хм… — я потер подбородок. — Может вы и правы, льет. Пойду-ка я навещу мессира Гримхольда. Только бы не эпидемия… — пробормотал я сам для себя, но так, чтобы это слышали все. Эльфы же улыбнулись одними уголками губ. Кажется, они начали меня понимать. Надеюсь, это так.

— Прошу прощения, леди Иолла, надеюсь, не я вас заразил. Простите, не могу продолжить нашу увлекательную дискуссию, мне нужно срочно удалиться. Рад был с вами познакомиться, до встречи.

Клерк убежал, и секунд через тридцать появился другой сотрудник, широко и ласково улыбающийся.

— Чем могу быть вам полезен, господа?

— Нам бы открыть вклад на имя вот этого господина и положить туда золотой.

— Отличное решение. Благодарим, что выбрали именно наш банк. Первый имперский банк заботится о своих вкладчиках. Господин, могу я узнать ваше имя?

— Мирон. Скажите, а сколько вы возьмете денег за хранение моих сбережений?

— Вам повезло, господин Мирон: буквально на прошлой неделе Первый Имперский банк отменил все комиссии по ведению счетов на вкладах.

— Я не совсем понял, вы можете назвать сумму, которую вы возьмете за хранение моего золотого?

— Конечно, мы возьмем с вас ровно ноль медяков.

— Как ноль? Вы не возьмете с меня денег за то, что храните мои деньги у себя?

— Все верно, мы ничего с вас не возьмем. Если не верите, можете ознакомиться с приказом на информационной доске. Его подписала сама леди Мира. Она, если вы не знаете, является самым главным распорядителем нашего банка. Ее решения могут отметить только Правитель Империи Элизиум или сам император.

В глазах парня разгорелось счастье.

— Тогда я хотел бы положить золотой, если можно… на вклад.

— Разумеется, сейчас я заполню все необходимые бумаги.

Пока клерк с Мироном заполняли документы, у меня в голове раздался незнакомый голос:

— Тут есть кто?

— Есть, — ответил я.

— Хорошо, жди там же, где стоишь. Когда соберу еще северян, расскажу, в чем дело.

— Долго я тут находиться не смогу.

— Где ты находишься?

— В первом имперском банке. Но мне нужно будет уйти. Через час могу подойти. Это срочно?

— Не очень. Тогда через час жду тебя в трактире, что находится в соседнем квартале.

— Понял, подойду.

— Звать тебя как?

— Артем Тёмный.

— Рад, что ты здесь, Артем, это Сергей тан Даркар.

Я тут же вспомнил северянина, которого повстречал после взросления, и с которым потом путешествовал на корабле.

— И я рад тебя ви… хм… слышать. Что случилось?

— Обо всем позже, в трактире.

И снова раздался его вопрос, адресованный уже не мне, а всем, кто его может услышать:

— Есть тут кто?

Я кивнул и, усилив свое тело маной, ринулся вниз по лестнице. Непосредственно в замке лестницы были достаточно широкими и просторными. Как оказалось, не вся охрана ушла защищать тронный зал. По дороге к подвалу мне попалось достаточно много местной стражи. Встретилась даже парочка магов, только вот отреагировать они не успели. Их щиты оказались крайне слабыми для меня, и я прорубал их вместе со щитами всего за один удар. Теперь я, кажется, понимаю, почему маги так ненавидят и боятся этих загадочных шуртов.

Вот учишься ты несколько лет или даже несколько десятков лет, а кто-то и больше сотни лет, а тут приходит такой воин, который если не с первого удара разрубит тебя вместе с твоими щитами, то за несколько ударов так уж точно. Рискну предположить, что даже архимаги больше сотни ударов, не выдержат. Не думаю, что у шуртов такая же сила, как у меня, поэтому немного накинул количество возможных ударов.

И сила ударов была бы еще не так страшна, если бы ни скорость и сильное сопротивление магии. Ведь при усилении тела маной увеличиваются не только скорость и сила, но и сопротивление магии, а так же подстегивается регенерация. Конечно, в серьезном бою, ее усиление для меня практического значения иметь не будет, но вот магистр и компания очень заинтересовались этой моей способностью. Помню даже, что он мялся, как школьник перед понравившейся ему студенткой, не зная как подступиться ко мне, чтобы упросить нанести мне рану для замера скорости регенерации тканей. Когда же я, наконец, понял, что он от меня хочет, то просто достал нож и порезал себе предплечье. Потом усилил тело маной, и рана начала затягиваться значительно быстрее. Не так быстро, как от энергии смерти, но, все же, значительно быстрее, чем обычная регенерация человека. Хотя надо отдать должное, все-таки медленнее, чем от заклинания малого исцеления.

Удар, и барон отлетает в сторону. Нет, от меня тебе не уйти. И умереть я тебе не дам. У меня к тебе много интересных вопросов, на которые ты будешь отвечать с большим энтузиазмом.

Очередной залп магов, и еще несколько лиан недееспособны, а завязь приобрела более плотный оттенок. Выстрелы из арбалетов, и пара стрел прилетела от лучников. Телепорт, и я уже за их спинами вырезаю одного за другим. Телепорт, и я возле магов, но их охрана не зря тут поставлена, они отвлекают меня ценой своих жизней, давая магам возможность сделать еще один залп в упор. Маги поняли, что это их последняя атака в этой жизни и вложили в заклинания всю свою силу. Зал заполонили невероятной силы стихии, и мне пришлось потерять еще несколько десятков лиан, чтобы спасти не только себя, но и барона. Хотя, как оказалось, на него этот вид магии тоже не подействовал. Завязь приобрела уже ярко-красный оттенок. Интересно, сколько такой энергии мне необходимо поглотить, чтобы завязь заполнилась и стала бордового цвета?

Через несколько десятков секунд в тронном зале остались только два живых существа. Я и барон.

— Тебе предстоит очень увлекательная беседа с моим подданным, — оскалившись, произнес я, держа барона за горло пред собой. Тот ничего не ответил. И тут мана в замковом накопителе, наконец, закончилась и, выбив двери, в зал ворвались северяне. Я даже не посмотрел в их сторону, удивляясь тому, что барон меня абсолютно не боялся. Он даже не считал нужным мне отвечать.

— Рад вас видеть, — я, все же, отвлекся от изучения иномирца и повернулся к северянам, — необходимо проверить, что находится на другом конце этого портала. Прошу прощения, что не смог прибыть раньше. Все-таки мне еще требуется время, чтобы преодолевать большие расстояния.

— Рад тебя видеть, император, — поклонился караванщик. — Почему барон еще жив?

— Хочу его допросить.

— Это бесполезно. За те тысячелетия, что мы с ними боремся, еще ни один вторженец не сказал нам ни слова под пытками.

— Это потому, что вы не пробовали разложить кого-нибудь из них на алтаре. Есть у меня один специалист по добыче информации.

— Салагор?

— Он самый.

— Наслышан о нем. Что ж, мы не против. Если у тебя получится, мы тебе станем свозить вторженцев со всего света.

— Договорились. А портал проверите?

Караванщик кивнул одному из ассасинов и тот, запустив пару десятков ножей во все еще действующий портал, забежал в него. Вернулся спустя минуту и сообщил:

— Там какой-то склад и, похоже, он находится под землей. Вокруг никого, но далеко я не ходил.

— Сергей, твой десяток остается у входа. Защищайте его, внутрь без особого распоряжения никого не пускайте.

— Понял.

— Подождите, я пойду с вами, — предложил я.

Барон уже имел несколько переломов конечностей и был связан, но не издавал ни звука. Однако боль он чувствовал хорошо. Это было видно по его лицу, морщащемуся каждый раз, когда его пронзала боль.

Я зашел в портал одним из первых и тут же принялся осматривать все зрением энергии смерти. Как ни странно, здесь действительно был склад, и никакой охраны не наблюдалось. Более того, тут даже не было закрытых от моего взора территорий. И я смог рассмотреть все, что находилось на этом складе.

Эти катакомбы действительно используются в качестве склада, и здесь нет охраны. Тут не имелось слепых зон, но зато пещеры битком забиты всяким добром. Эти твари хорошо подготовились.

— Вот план склада, — обратился я к караванщику и начертил на земле план тоннелей и пещер. — Вот здесь, и здесь выходы. Они очень хорошо замаскированы снаружи. Еще тут имеется вентиляция, но она слишком узкая. Рекомендую оставить тут только половину отряда. Остальным же лучше зачистить тех, кто остался в замке. Там еще хватает прихвостней вторженцев. А мне пора, вы тут и без меня справитесь. Нужно еще этого отдать Салагору.

— Я тебя услышал.

— Но сначала я вас всех подлечу.

Я довольно быстро вылечил всех, кто находился в катакомбах и, вспомнив кое-что важное, добавил:

— И еще кое-что. Передай, пожалуйста, Гламитону, чтобы не вздумал лично отслеживать становление своего королевства. У нас не так много времени. С учетом всего происходящего нам необходимо заручиться поддержкой Альянса Разумных, а для этого ему еще нужно в него вступить. Поэтому, как только он объявит о создании нового государства, пусть берет дракона и мчит ко мне. Я помогу ему подготовиться.

— Сделаю, — кивнул караванщик, и я скрылся в портале, а оттуда телепортировался в филиал первого имперского банка, предварительно подлечив тех северян и пленников в подземелье, что находились в замке. Затем поручил имперцам из банка охранять пленника, после чего вернулся в замок и сменил внешность.

Теперь тут закрытых от меня мест не было. Я все видел четко и ясно. И то, что я увидел, мне очень не понравилось. Оказывается, в замке остались еще вторженцы. Точнее, он был один и в данный момент отдавал приказ отряду воинов и магов:

— Барон не успел уйти. В замке император.

— Как, сам ИМПЕРАТОР???!!!

— Да. Нужно срочно убить эльфов! Любой ценой! Ты меня понял?! ЛЮБОЙ!

— А может ну их? Эти дуры думают, что они пустышки. Сами закроются, а мы побольше наших сторонников сбережем.

— А ты можешь дать стопроцентную гарантию, что они закроются?

— Не могу.

— Вот и не будем тогда рисковать. Еще целых две Дриады Жизни против нас! Ты ведь не хуже меня знаешь, что они никогда не перейдут на нашу сторону, если полностью раскроются! Эти гребаные почитательницы Немезиды никогда не поддаются ХАОСУ, чтобы с ними не делали. Вся их жизнь и все их существование завязано на их избраннике. И даже если его убить, они остаются ему верны и никогда не приемлют Хаос. Нам невероятно повезло, что мы нашли тех, кто не успел еще ни раскрыться, ни закрыться, но мы были слишком наивны, полагая, что за ними никто не придет. И в результате дождались самого императора. Надо было быстрее их обращать! Но, к сожалению, уже поздно. Зато еще есть шанс избавиться от них. Так, что не подведи меня. Убей этих эльфиек ЛЮБОЙ ценой!

— Я тебя понял, — ответил человек и, повернувшись к отряду, отдал приказ:

— Выдвигаемся. Убить темную и светлую Дриад Жизни любой ценой!

А вот тут вы хрен угадали! Не позволю я вам их тронуть. Раз уж они так ценны для Эратиона, я буду их беречь. Вот только я снова вляпался не пойми во что! Ну, вот нахрена они влюбились именно в меня?! Ну, все ведь так хорошо было?! И что теперь?! Ведь если я не приму их любовь, то они станут пустышками и не смогут защитить Эратион, когда придет время! А-А-А-А-А, да, как же так получилось-то???!!!

От этих мыслей мое эмоциональное спокойствие улетучилось, будто его и не было. Зато мне очень сильно захотелось кого-нибудь грохнуть. Кого-нибудь, кто причастен к моему нынешнему состоянию. Недолго размышляя над своим выбором, я телепортировался к последнему, оставшемуся тут вторженцуц и голой рукой вырвал сердце из его груди. Но вместо ужаса я заметил в них радость. Он был чем-то очень доволен. Я тут же задумался над тем, что его так позабавило, и пришел к выводу, что ему понравились мои эмоции. Ненависть и безысходность. Он, видимо, почувствовал их во мне, и вскоре подтвердил мои опасения:

— Из тебя выйдет отличный Владыка, император! — прохрипел вторженец и рухнул замертво.

Так… спокойно… Не хватало мне еще ступить на путь обращения в хаосита. Наверняка они тоже используют эмоции жертвы, чтобы превратить разумных в себе подобных. Значит, мне нужна медитация.

За этими мыслями я не заметил, как отряд людей пробрался в подземелье. Но осознав это, я тут же телепортировался и, схватив свой двуручник, что раньше оставил у входа в пыточную, принялся рубить приспешников вторженцев, постепенно меняя свой внешний вид. Однако те оказались достаточно проворными, и четверо из них успели-таки забежать в помещение, где в клетке были заперты светлые и темные эльфы. Я врубил усиление тела маной настолько, что она начала разрушать его. Я явственно ощущал боль от рвущихся жил и видел, как на моем теле мана принялась разъедать кожу, но меня это не остановило. Я стал пропускать через свои раны чистую энергию смерти, и они начали затягиваться, но в других местах появлялись новые и снова заживали.

Время замедлилось для меня. Воздух стал густым, как кисель. Я видел, как противник забежал в комнату, как двое из них достали артефакты, а еще двое метательные ножи. Они тоже чувствовали меня, но всеми силами старались завершить начатое. Им необходимо выполнить приказ — убить Лику и Эль любой ценой, и их не останавливала даже собственная смерть.

Сердце колотилось в груди так, что набатом отдавало в висках. Я не слышал ничего, кроме его биения, и ужас захлестывал меня с головой. Казалось, еще пара ударов, и оно вырвется, разворотив мою грудную клетку! Неужели это все? Неужели они погибнут?! И я больше их никогда не увижу?! Мысль о том, что девушки могут умереть разъедала в моей душе дыру, подобно той, что оставляла мана на моем теле, но в этот момент ко мне пришло осознание того, что Эль не простая эльфийка, она дочь моего друга!!!

Я похолодел от ужаса… Ведь если Эль погибнет… что я скажу Аталлаилу? Что его дочь убили, пока я размышлял над тем, как мне отмазаться от ее чувств ко мне!!! Я же после этого не смогу смотреть ему в глаза!!!

Мое тело дернулось и начало действовать самостоятельно. Оно приняло единственно верное решение в сложившейся ситуации. Если бы я ринулся к противнику, то опоздал бы. Убить их я бы убил, но смертельные для эльфов снаряды были бы выпущены, поэтому я бросился к клетке. Мои мышцы и сухожилия порвались от напряжения в момент толчка, но я, все же, успел закрыть собой ушастых.

Два магических заклинания — молния и фиолетовый огнешар врезались в мое тело, выжигая на нем сильные раны. Эльфов бы от этих заклинаний точно убило, а я вовремя пропустил через себя энергию смерти.

Развеять эти заклинания лианами я не смог, даже если бы очень сильно этого захотел. Единственная свободная завязь эльфийской лианы в моем организме была занята новой энергией и сама себя отрубила от моего резервуара. А значит, и развеять магию, основанную на мане, я уже не могу.

Следом за заклинаниями в меня воткнулось два отравленных ножа, но энергия смерти нейтрализует любой яд, кроме того, что появляется от ее переизбытка в организме.

Самое хреновое было не ощущение боли. Ее я давно научился терпеть. Хреново было то, что вылечить себя полностью я не мог. Ведь эльфы все видели, и если я за столь короткое время вылечу себя полностью, у них возникнут вопросы, на которые они сами себе и ответят. А допустить того, чтобы они, да и остальные узнали, что я император, никак нельзя.

Вот и пришлось мне срастить сухожилия и большую часть мышц, прежде чем оттолкнуться и через мгновение оказаться рядом с противником. Взмах двуручником и четыре головы падают на пол, а я, упав на колени, сплевываю сгусток крови. Все, эльфов защитил, и моей жизни тоже ничего не угрожает, дальше лечиться нельзя.

Я сплюнул кровавую слюну и вытер рукавом губы. Затем поднялся и, подойдя к клетке, срубил дужки, на которых висел замок. После чего рухнул на пол, якобы без сил. Сознание не терял, но необходимо было показать, что я достиг своего предела.

Первыми выбежали из клетки Эль и Лика, тут же бросившись ко мне. Остальные заняли вокруг нас круговую оборону.

— Со мной все нормально, просто нужно немного передохнуть, — попытался я отказаться от их внимания.

— Лежи и молчи, нужно проверить твой организм. Мы владеем магией исцеления, — приказала мне Эльмиэль и посмотрела на Ликаниэль, ожидая от нее подтверждения. Та кивнула в ответ, подтвердив, что она тоже является потенциальной Дриадой Жизни. Девушки моментально сняли с меня кожаную броню и одежду, оголив мой торс.

Моя попытка встать была жестко прервана рукой светлой эльфийки, которая придавила меня обратно к полу.

— Тебе же сказали: лежи! Мы сами все сделаем.

— От такого предложения трудно отказаться, особенно когда его озвучивают две столь прекрасные ддевушки, — не сдержавшись, пошутил я, за, что получил от светлой шлепок по лбу:

— Дурак!

— Осторожней, у него тяжелое состояние, — предостерегла ее темная, а Мирабэль, что стояла рядом, только фыркнула.

Лика подключилась к Эль, и они вместе принялись диагностировать мой организм, после чего взялись за лечение. Да… до моего метода лечения энергией смерти и энергией жизни им еще ой, как далеко, но свое дело они сделали. Правда, мне пару раз пришлось вмешаться и незаметно подправить их воздействие энергией жизни на меня.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась темная, когда они закончили и я сел. Я поводил плечами, покрутил руками, встал, подвигался поприседал и ответил:

— Отлично. Спасибо.

— Они не обычные эльфийки. Тебя только что исцелили при помощи очень редкого дара. Гордись этим! — заявил Тиграниил.

— Странный у тебя способ благодарить, — съязвил я. Светлый эльф сморщился, но все же ответил:

— Благодарю тебя за спасение мой жизни и жизни той, которую я поклялся охранять, — после чего отвесил церемонный поклон. Остальные эльфы повторили за ним.

— Повезло, что успел вовремя. Я тут не один. В замке целый отряд северян, замок еще не полностью зачищен, поэтому вам, наверное, лучше подождать здесь.

— Еще один! — не выдержал Икаваил.

— В смысле? — сделал вид, что не понял я.

— До тебя тут побывал император и тоже сказал, что нам будет безопаснее в клетках, а в результате нас в них чуть не убили.

— Император? Это который из Империи Элизиум?

— А ты какие-то другие империи на Драбие знаешь?

— Нет.

— Ну, значит он.

— Офигеть! Сам пришел! — еле сдерживая смех, делал я удивленное лицо.

— И куда он ушел?

— Ты идиот? Откуда мы-то знаем. Я, наверное, тебя шокирую, но ты уже взрослый и тебе нужно это знать. Готов? Так вот, император перед эльфами не отчитывается!

Тут я уже не выдержал и заржал. Отсмеявшись, я, все же, попытался их переубедить:

— Там действительно опасно. Я не уверен в том, что смогу вас защитить.

— Нас? Вы там, северяне, что, эльфов совсем за слабаков держите?

— Не знаю, но тот факт, что вы ввосьмером были с той стороны клетки, а я один с этой, с учетом того, что мы находимся в замке очень мерзкого барона, говорит как раз в пользу твоего умозаключения.

Спесь с эльфа тут же слетела.

— Мы все равно пойдем, — заявила Лика.

— Хорошо, но держитесь чуть позади. Мне нужно пространство для маневров с двуручником.

— Как скажешь, — согласилась Эль.

А у девочки прорезались зубки. Смотри-ка, раскусила меня… почти.

— Да, ты права, общения мне действительно не хватает, особенно женского. Сами поймите, организм у меня молодой, его потребности удовлетворять нужно. А о чем я мог еще думать, когда у меня перед глазами аж ЧЕТЫРЕ такие аппетитные груди, двух склонившихся надо мной красавиц? Уж точно не о лечении. Да еще и после слов одной из них, что они, мол, сами все сделают. Да какой нормальный мужик от такого предложения откажется-то? Уж точно не я.

Мирабэль снова фыркнула, а Эль и Лика вздернули носики, но по их довольным лицам я понял, что попал в точку. Слишком уж мало этим двум красавицам приходилось слышать комплементов об их красоте от представителей мужского пола. А я не просто ими разбрасывался, мне действительно нравятся такие аппетитные красотки, и они это видят. Хорошо, хоть перестали воспринимать мои слова, как домогательство и поняли, что это лишь восхищение, и ничего более. И вот это им уже начинало нравиться.

Нас встретила охрана у тронного зала.

— Я их нашел в подвале, в пыточной, — отчитался я.

— Знаем, император рассказывал о них. Все живы?

— Ну, трупов я вроде не заметил. Там еще остались узники, но их вести я не решился, пусть командир решает, что с ними делать.

— Понял, хорошо.

— А император там?

— Нет, телепортировался куда-то. Оставил зачистку замка на нас.

— Куда их теперь? — я кивнул в сторону эльфов.

— Не знаю, у меня приказ никого, кроме северян в тронный зал не пускать, так, что нянчись с ними сам.

— А можно они тут побудут? Присмотрите за ними, а я пока зачисткой займусь. Не хочу их с собой брать. Вот та дочь Великого Князя темных эльфов.

— Э-э нет, так не пойдет. Я за них ответственность нести не хочу. Сам спас, сам и разгребай теперь.

Я вздохнул, посмотрел на удивленных эльфов и произнес:

— Что застыли? Перетаскиваем сюда стулья и диваны, будем тут дожидаться остальной отряд.

Зачистка прошла планомерно и без эксцесов. Эльфы в бой рваться не пытались, и все остались живы. Все северяне, кроме меня, решили остаться и опустошить склад. Вещи и ценности в замке барона они трогать не стали, по закону это все принадлежит местному графу, но учитывая, что он прошляпил под своим носом гнездовье разбойников и изменников, все это добро уйдет в королевскую казну. Да еще и из своих запасов придется добавить, чтобы откупиться. Что же касается склада, так это чистые боевые трофеи северян, и никто не сможет опровергнуть этот факт. А добра там было реально много. Начиная от запасов еды для небольшой армии и заканчивая дорогими украшениями и артефактами.

В разные стороны были отправлены несколько гонцов для сбора северян, чтобы обеспечить доставку всего этого добра. Но вскоре в замок прибыл один из вампиров с гербом Империи Элизиум на левом плече, и уверил караванщика в том, что сюда уже направляется пара драконов и по прибытии они перенесут всех северян вместе с их трофеями в империю, где те смогут все пересчитать и оставить на хранение, если возникнет такая необходимость. Разумеется, император отказался от своей доли в пользу северного королевства, которому вскоре понадобятся значительные денежные вливания в экономику страны.

Я все-таки сумел договориться с караванщиком, и он пообещал защитить эльфов. Мне пришлось долго его уговаривать и объяснять, что мне нужно завтра утром присутствовать в академии на занятиях, иначе я рискую вылететь, а этого никак нельзя допускать, потому, как я единственный северянин, владеющий магическим даром. В результате эльфы остались под охраной северян дожидаться своих, а северяне пообещали мне, что я обязательно получу свою долю. У меня камень с души свалился. Кажется, скоро у меня появится первый взнос на обучение в академии в следующем году, потому что я запросил свою долю деньгами.

Я пришел в себя только когда услышал шипение воды в бочке. В душе покоилась безмятежность, и казалось, будто ничто и никто не сможет вывести меня из себя. И если бы я сейчас увидел, как Эль и Лика тут совокупляются с тем хаоситом, я бы, наверное, только хмыкнул и пошел по своим делам. И почему я о них вспомнил?

Я посмотрел на то, что у меня получилось. Ложкой это назвать можно было только с очень большой натяжкой, но я чувствовал, что металл отзывался. Он был благодарен мне и отдавал каким-то домашним теплом, что ли. Да, мне предстоит еще многому научиться, но я точно знал, что я на верном пути, ведь в этой ложке ко мне с благодарностью тянулся сам Эратион. Именно связь с ним помогла мне почувствовать металл, именно благодаря ему я сейчас спокоен.

Из кузни я забежал в общагу, чтобы переодеться и сразу направился в столовую.

— Я думал, ты уже не придешь, — вместо приветствия сообщил мне Галиэн.

— Это еще почему?

— Да кто тебя знает. На завтраке не было, на обеде не было, с чего вдруг на ужине-то появился? Эльфов вон тоже нету.

— На завтрак я опоздал. Еле успел к первому занятию, а вот обеды у нас с вами сегодня в разное время были. Мне внеочередное занятие воткнули, так что я обедал чуть позже.

— А эльфы куда подевались, знаешь?

— Догадываюсь, но сказать не могу, извините.

— Предлагаю на следующих выходных куда-нибудь забуриться вечерком, выпить, расслабиться, — предложил Трон.

— Я пас, ребят. На выходных хочу записаться в кузню.

— Решил артефактором стать? Правильное решение. Универсалы отличными артефакторами становятся, — согласился Гал.

— Не то, чтобы я решил избрать артефакторику своей профессией, но она мне помогает постичь магическую науку более глубоко и детально, поэтому пока я сделаю упор на нее и на магическое конструирование.

— Магическое конструирование? Да, пожалуй, и этот предмет лучше всего подходит универсалам. Как считаешь, Трон?

— Тут я вам не советчик. Шаманизм отличается от обычной магии. Мы взываем к предкам, и они делятся с нами своей силой. Хотя после того, как я побывал на нескольких занятиях по магическому конструированию, могу сказать, что и шаманы смогут там найти много полезного. Я, к примеру, уже обдумываю то, как можно усилить те ритуалы, которыми я уже владею. И должен заметить, что теоретически это возможно.

— Я рад за тебя. А сейчас извините, я спать. Глаза сами закрываются.

Как ни странно, но, когда я возвращался в общагу, народу на улице практически не было. По привычке я осматривал пространство вокруг себя зрением энергии смерти и увидел, как в сторонке, в одном из закуточков плачет та самая маркиза Иолла ван Крон. Делать нечего пришлось идти к ней. Я довел девушку до слез, мне ее и утешать.

— Привет. Извини. Не думал, что здесь кто-то будет.

Девушка подняла на меня заплаканные глаза.

— Ты?

Я пожал плечами.

— Я. А ты кого-то другого ждешь? Могу уйти.

— Никого я не жду! В том числе и тебя! Особенно тебя!

— Особенно меня? И чем же я заслужил вашу немилость, леди?

— Ты издеваешься надо мной?! Ты унизил меня, растоптал мою репутацию. И еще и заявил, что у меня толстая задница! Из-за тебя от меня отвернулись подруги и надо мной теперь все смеются!

— Ну, положим, репутацию твою я не трогал. Ты сама ее уронила, когда начала издеваться над простолюдинкой. Лучше бы просто не обращала на нее внимания. Не твоего уровня противник. Не стоит утверждаться за счет тех, кто ответить тебе не в состоянии. Если уж решили строить свою репутацию на противостоянии, то противник нужен сильный. Желательно сильнее тебя, чтобы победа над ним возвеличила тебя, а не показала всем окружающим, что ты умеешь плевать на простолюдинов, которые и так унижены дальше некуда.

А по поводу твоих подруг… у тебя их просто не было. Те, что таскались за тобой были так… прихлебателями. Пока у тебя был престиж, они в рот тебе заглядывали, а как только случились проблемы, тут же отказались от тебя. Таких девушек не стоит называть подругами.

— Ты с чего это решил, что можешь мне советы давать?!

— С того, что тебе плохо, а я вроде, как вину за собой чувствую. Девчонка ты неплохая, только запуталась. Но если хочешь, я не стану тебе надоедать и уйду.

Иолла вытерла слезы платочком и, не мигая, уставилась на меня:

— Ладно, оставайся, если уж так настаиваешь.

Я не настаивал, но спорить не стал.

— Так ты говоришь, что самоутверждаться и зарабатывать репутацию необходимо в противостоянии с тем, кто тебя сильнее? Как ты на дуэли со светлым эльфом?

— Вы не совсем верно меня поняли. Самоутверждаться стоит, добиваясь чего-то, достигая каких-то целей и работая над собой, постоянно совершенствуясь. Самоутверждаться за счет издевательств и унижения других вообще не стоит. Но если вам уж так сильно этого хочется, то противника нужно выбирать такого, чтобы он был сильнее вас. И пример ученической дуэли между мной и светлым эльфом — плохой пример. Эльф был заведомо слабее меня. У него не было ни едино шанса даже в ученической дуэли, не то, что в смертельной схватке.

— А как же тогда зарабатывать репутацию? Ведь аристократы ценят исключительно силу. И если ее не демонстрировать, то все примут тебя за слабака и будут вытирать об тебя ноги.

— Леди, не путайте слабость с добротой. Приведу вам небольшой пример. Вы о северянах слышали?

— О ригольцах, что ли?

— Нет, о тех, кто живет на крайнем севере. Гораздо севернее Риголии.

— Что-то мельком слышала, но не так, чтобы много. Это те, у которых вместо «ван» «тан»?

— Можно и так сказать. Поузнавайте, поспрашивайте, в общем, соберите информацию о нас. Мой народ заработал определенную репутацию. И ее подтвердят вам многие. Мы не унижаем никого без надобности, но и слабаками нас никто не назовет. Просто будьте собой. Поставьте себе цель и идите к ней. Первой никого старайтесь не задирать, но и не позволяйте унижать вас. И если кто-то вдруг решит, что вы слабы и вас можно унизить, ответьте так, чтобы ни у него, ни у остальных такое желание больше не возникало.

— Вмазать ему, что ли?

— Все зависит от обстоятельств, но иногда можно и вмазать. И между ног можно съездить, если с первого раза не поймет.

— Я, кажется, поняла, про что ты говоришь.

— Вот и отлично.

— А у меня это… ну… у меня и, правда, попка большая?

— Отличная у тебя попка. Я бы даже сказал, очень красивая.

— Правда? — глаза у девушки засветились.

— Правда, — ответил я. И тут же решил внести ясность. Не хватало мне еще, чтобы она сейчас сделала меня объектом своего вожделения. А то знаю я эту молодежь. Ее пожалели, когда она плакала, комплемент сделали, и все — ты для нее уже потенциальный жених, и в своих грезах она уже дает имена нашим детям. — Ты действительно очень красива, и фигура у тебя, что надо. Вы с моей девушкой очень схожи фигурами.

— У тебя есть девушка?

— Есть.

— А чего ж ты тогда по домам плотских утех шляешься? — осуждающе посмотрела она на меня.

— Нет возможности до нее добраться, а снимать напряжение как-то надо. Но она в курсе, и сама не против, чтобы я посещал такие заведения.

— Значит, она далеко, — по-своему поняла меня Иолла. — Тогда понятно. В любом случае, спасибо тебе за то, что поговорил со мной.

— Да не за что. Мне и самому было приятно с тобой общаться. По крайней мере, несмотря на то, что ты издевалась над Сибиллой, ты еще не прогнила в душе и все еще осталась хорошей девушкой. С такой приятно не только поговорить, но и дружить.

— Ладно. Будем дружить, раз у тебя уже есть девушка, — маркиза протянула мне руку. Я пожал ее.

— Поздно уже. Давай я тебя провожу до общаги, и сам спать пойду?

— Ну, проводи, — Иолла ван Крон взяла меня под руку, и мы вместе дошли до ее общежития.

— Приятных снов, леди.

— И тебе, — ответила она и поцеловала меня в щеку. После чего я пришел к себе в общагу с большим желанием просто лечь и уснуть.

Спать это, конечно, хорошо, но мне еще предстояло сегодня разобраться с названием столицы. Откладывать эту обязанность еще дольше я уже не стал. Итак затянул, еще начнут обижаться. А вот просматривать планы и чертежи моего города не решился — для этого нужно быть отдохнувшим и со свежей головой.

Я добрался до общаги и поздоровался с Ллойдом, который что-то формировал себе лежа на кровати, поэтому в ответ только угукнул. Ну и отлично, значит, и мне отвлекаться не придется.

Я зарылся в предложенные названия. Ох, и чего там только не было. Названия от самых замудреных, до таких, которыми и деревню-то стыдно назвать, не то, что столицу самой великой державы континента Драбий. Однако мне было очень приятно, что каждый имперец посчитал своим долгом предложить хоть какое-то название и, читая записанные в Знания Всех Мертвых варианты, я все-таки сумел вычленить самые красивые: Грааль, Полариа, Элизион, Элизия, Эквилибриум, Златоград и Амаурэя. Каждое из этих названий имело смысл и звучало очень красиво. Любым из них я бы гордился, но больше всего мне понравился Эквилибриум.

Согласно земной трактовке, это означало равновесие, баланс. Это именно то, чего я должен добиться. Выполнение именно этой задачи мне поручила Хранительница Смерти Мортис. И все, что я до сих пор делал, я делал это для того, чтобы выполнить именно это ее поручение. И пока это у меня довольно неплохо получается. Поэтому мой выбор очевиден и однозначен! Столицу Империи Элизиум я нарекаю Эквилибриум! О чем тут же сообщил Дарку. А учитывая, что время в Знаниях Всех Мертвых идет значительно медленнее, то разговор с Дарком у меня занял больше времени, чем выбор названия столицы. Древний вампир принял мой выбор с благодарностью, он даже и не думал возражать или критиковать, и я был ему за это благодарен. Ну а после того, как он отключился, я вырубился и проспал до самого утра, даже не став бодрствовать в своем астральном теле.

Сегодня на закрытом полигоне мы с Дзином наконец-то приступили к совместной практике. Я активировал огненный лепесток, и Дзин сделал то же самое. Только активировали мы это заклинание тем способом, что вычитали в библиотеке, да еще и обновили его при помощи тех знаний, что раздобыли из книг о магии Жизни. Эффект получился просто великолепным. Даже мой лепесток вырос в размерах раз в десять, а то и больше. При этом плотность огня была куда выше. И теперь на моей руке не еле теплился огонек от зажигалки, а расположился крупный язычок пламени высотой сантиметров пятнадцать-двадцать.

— Теперь давай объединим наши заклинания. Нужно постараться подпитывать заклинание напарника, ты — мое, я — твое, — объяснил огневик.

— И как это сделать?

— Когда я поднесу свой огонь к твоему и размещу его на твоей ладони, ты все равно будешь различать, где твое заклинание, а где мое. Но тебе необходимо представить, что оба заклинания твои и постараться объединить их, подпитывая своей маной еще и мое. Сначала по чуть-чуть, а в идеале поровну. Я буду стараться сделать то же самое. Понятно, что на первом же занятии у нас это не получится, но ты не торопись, тут главное следить за заклинанием напарника. Давай попробуем, и я буду тебе наглядно показывать, что делать.

Мы оба сформировали заклинания огненного лепестка, причем Дзин сделал свой лепесток такого же размера и плотности, что и я. Затем его лепесток просто оторвался от его ладони и полетел в мою, где довольно неплохо обосновался. Вот только, как и говорил мой напарник, я четко осознавал, где мое заклинание, а где нет. Наши лепестки даже колыхались по-разному.

— Не получается. Я будто со стеной сталкиваюсь. Очень четкое разграничение, несмотря на то, что фактически они находятся в одном и том же месте.

— Это потому, что мы с тобой разной крови.

— Разной крови? — не понял я.

— Ну, мы не кровные родственники, и даже не близкие друзья, которые провели друг с другом много лет вместе.

— Понятно. Слушай, а ты можешь сделать так, чтобы твой лепесток колыхался так же, как и мой? Может это поможет?

— Ну и задачки ты задаешь… Давай попробую, это очень трудно, но полезно для навыка управления магией.

Дзин закрыл глаза, и его лепесток заколыхался быстрее, потом дернулся несколько раз, и создалось такое впечатление, будто пламя подчинилось. Теперь оно принялось изменять свои движения, пытаясь коряво подстроиться под движения моего огонька. С каждой минутой у Дзина это получалось все лучше и лучше, и вскоре оба заклинания двигались в унисон, создавая впечатление, будто на моей руке активен только мой огонек.

Это действительно помогло мне и, несмотря на то, что я все еще продолжал ощущать чужую магию, мне стало как-то полегче. Я пожелал, чтобы второй огонек продолжал гореть и попытался потянуться к нему своей маной, но ничего не вышло. Тогда я очень внимательно всмотрелся в сам процесс «сгорания» маны. Во время активации она сгорала не вся. Точнее, не целиком. Оставались частицы недоактивированной маны. Знаете, как бывает, когда мелкая бумажка сгорает не полностью, а частично? Потом еще тлеет пару секунд, но в результате от нее остается небольшой огарок, вполне еще способный гореть. Так вот такие огарки из маны я и направил к заклинанию напарника. И они загорелись. Точнее, принялись догорать.

И только во время этого процесса, я понял, в чем разница между нашей маной, и почему я не могу подпитать его заклинание своей. Мне не стоит напрямую подпитывать его заклинание, это невозможно. Чистая мана, проходя через магоканалы, в ауре разумного приобретает именно его частицы и, так сказать, «одамашнивается» исключительно под своего владельца. А попадая во внешний накопитель, приобретает некую универсальность, впитывая в себя то, чем делится с ней материал, из которого, собственно, и создан сам накопитель. Поэтому разные маги могут использовать ману из накопителя, но, чтобы передать свою ману другому магу, нужно провести ее через его магоканалы, а не вливать напрямую в активированное заклинание. Но учитывая, что во время частичной активации мана обнуляет привязку к хозяину, то я смогу подать свою ману не в заклинание Дзина, а сжечь ее при помощи его заклинания. Что я, собственно, и сделал. Я подал в свое заклинание больше маны и огарки в относительно большом количестве переслал на заклинание огневика.

— Быть не может! Как ты это сделал?! — удивился напарник.

Я объяснил ему принцип.

— Мне отец рассказывал другое. Полностью все он объяснить мне не мог — клятва не позволяла, но кое-что полунамеками все-таки сумел объяснить. Хотя твой способ, возможно, лучше. Я попробую.

С десяток минут он то распалял огонь так, что мне становилось жарко, то наоборот, мне приходилось «подбавлять газку», чтобы его заклинание не угасло. Но в результате у меня на руке находилось наше совместное заклинание, и его мог контролировать любой из нас. Что я, что Дзин могли как уменьшить заклинание, так и увеличить, причем сразу оба. Почему-то сейчас оно казалось мне единым целым. Но это были еще не все сюрпризы.

— ОФИГЕТЬ!!! — восхитился Дзин, всматриваясь в огонь, чуть ли не сунув в него голову.

— Что случилось?

— Появились фиолетовые прожилки.

— Это хорошо или плохо?

— Это охренеть, как круто!!!

— Да? И чем же?

— Самые сильные огненные заклинания десятого ранга формируются из невероятно уплотненного огня. Его плотность настолько велика, что приобретает фиолетовый цвет. И не оттенок, а именно цвет. И чем темнее цвет, тем сильнее и плотнее заклинание. Эти прожилки мы должны были получить спустя несколько месяцев совместных усиленных тренировок, но никак не на первом практическом занятии по формированию совместного заклинания! Присмотрись.

Я уставился на наш огонь и вскоре действительно стал замечать, что иногда проскакивает волосок-другой фиолетового цвета. Но это происходило лишь на краткий миг.

— Вижу, но какие-то они тоненькие и быстро исчезают.

— Тоненькие? Да одно их наличие уже говорит о том, что мы сделали что-то невероятное. Это просто запредельно круто! Мы учимся-то всего ничего, а уже фиолетовые прожилки появились.

— Ну… рад, что смог помочь.

— Спасибо тебе огромное, хоть тебе и не светит ничего подобного, я обещаю, что обучу тебя всему, что знаю о заклинаниях первого и второго уровня, которыми ты овладеешь. Наше время вышло. Да и мне нужно многое проанализировать. Завтра после второго занятия у меня ученическая дуэль с одним из второкурсников. Приходи посмотреть. Постараюсь применить те знания, что получил сегодня. Еще раз спасибо.

— Обращайся. Я пока пойду запишусь на полигон.

— Точно, мне тоже нужно занять очередь. Ты в свое время сам хочешь позаниматься?

— Нет, вместе попрактикуемся.

— Вот и отлично. Покажу тебе еще одно заклинание в знак благодарности. И это… если я удачно применю то, чему мы сегодня с тобой научились, то жди, завтра же к тебе подойдут те, у кого есть доступ в высшую библиотеку академии.

— Да… денежки бы не помешали.

— Не продешеви.

— Минимум по триста пятьдесят монет возьму. На меньшее соглашаться не стану.

— Вот и правильно. Бывай.

— До завтра.

При упоминании Лии у меня по телу разлилось тепло. Давненько я ее не видел, уж не говоря о том, что меня все больше и больше переполняет желание взять ее за руку и телепортироваться в наш домик на берегу океана.

— Ну не сдам, так не сдам. Значит, ей придется со мной лично позаниматься. А то, что же это получается? Отправила с занятия ученика, который усвоил не всю информацию, как положено, да еще и сама же утверждает, что его знания не достаточны для студиозуса столь престижной академии. Непорядок. Предположу, что магистр академии будет очень недоволен результатами работы преподавателя.

— Ты точно самоубийца!

— Нет. Я просто жаден до знаний. И в торге с леди Ванессой я смог заполучить ее конспекты. А это дорогого стоит. Наверняка там есть то, что не станут преподавать нам или упомянут вскользь.

— Хм… Умно! Я Лагор сын ХарИма из клана Стальных Кузнецов.

— Артём Тёмный, северянин, — я пожал протянутую мне руку.

— Прямо с самого севера, как император?

— С него родимого.

— Значит, не врали. Так ты, выходит, первый северянин, у кого проявился дар к магии?

— Выходит так.

— Круто, наверное, быть единственным магом своего народа?

— Да я еще и не маг. Всего-то два заклинания изучил. Да и те первого ранга. Я ведь универсал.

— Зря ты так. Не расстраивайся. Будь ты гномом, тебя бы на руках носили. Причем даже больше и нежнее, чем, если бы ты родился стихийником.

— Но я не гном.

— Не гном, но, все равно не отчаивайся.

— Да я и не думал. Я всяко из своих способностей выжму по максимуму, мне бы только знания получить. Надеюсь, в конспектах леди Ванессы будет много интересного, — я потер руки.

— Пришли, — сообщил нам завхоз.

Я глянул на аудиторию, битком забитую стульями, столами, кроватями, шкафами и прочей габаритной хренью.

— И что из этого нам надо перенести и куда? — поинтересовался я.

— Все! Выносите отсюда все и складывайте в подвал.

— Да мы это и до завтра не осилим! — возмутился Стальс.

— Если будете стоять, как в штаны наложили, то и до послезавтра не успеете.

— Глаза боятся, руки делают, — пожал я плечами и в одиночку поднял ближайший ко мне шкаф. Вышел за дверь и спросил у завхоза:

— Где вход в подвал и куда именно там складывать.

— Вот это по-нашему! — хлопнул меня по плечу орк, но я даже не пошатнулся. — Не думал, что среди этих хлюпиков найдутся настоящие мужчины.

— Простите, но за подобные выражения можно и в нос получить, — вмешался Лагор, который ростом еле доставал до пупка орку.

— Гномов я никогда и не держал за хлюпиков, а вот за подобные угрозы можно стать на голову короче.

Лагор усмехнулся. Они с завхозом поняли друг друга.

— Так куда нести? — напомнил я.

— Бери вон тот стул, и пойдемте, я вас проведу, — обратился завхоз к Стальсу. Тот возражать не стал.

Вход в подвал оказался далековато, а помещение, в которое нужно было складывать все это добро, оказалось почти в самом конце длиннющего коридора. Хорошо хоть ширина коридоров и ворот позволяла переносить огромные шкафы без проблем. Высота потолков, кстати, тоже была приличной, поэтому мы с Лагором устроили соревнования и брали сразу по два шкафа, стола или еще чего габаритного. Стальс же носил по одному стульчику и прочей мелочовки, решив, что мы сделаем всю самую сложную работу. Я и не возражал. Как оказалось, Лагор тоже.

— Надо же, думал, что вы и за два занятия не осилите, а вы даже до конца первого управились. Что ж, приглашаю вас ко мне в кабинет — степного взвара попьем с горным медом.

— Не откажусь, — тут же заулыбался Стальс.

— Это я не тебя приглашал, а их. Тебе же надлежит вернуться на занятия.

— Почему?! — возмутился парень.

— Если бы они носили по столько же, по сколько и ты, то вы бы и до утра не управились. Не люблю тех, кто выезжает за счет других. На поле боя таким никто спину прикрывать не станет.

Стальс вздернул нос кверху и направился на занятие, а мы пошли за завхозом.

Его кабинет, как он изволил высказаться, находился тут же, в подвале. Помещение было довольно просторным, но кабинетом его никак нельзя было назвать. Да, орк постарался сделать его уютным, но до кабинета это сильно не дотягивало. Внутренней отделки не было абсолютно никакой. Стены — голый неоштукатуренный камень, полы тоже были каменными, но черновой отделки. У противоположной стены стоял большой старый обшарпанный стол, который, судя по его виду, списали лет десять назад. В углу метрах в пяти от стола стоял шкаф. Слева кровать. Металлическая, односпальная. Пять стульев и… все! Больше ничего не было.

Поняв по нашему взгляду, что мы думаем о так называемом «кабинете», Орк улыбнулся и пояснил:

— Этот кабинет пожаловал мне сам магистр Рон за верную и многолетнюю службу. Теперь это мое личное помещение! Не в собственности, конечно, но без моего согласия этот кабинет у меня никто отобрать не сможет, даже король! Хотя нет, король сможет, но, надеюсь, не станет. Правда, накопить на нормальный ремонт все никак не получается. Дороговато нынче отделочные материалы стоят, не по карману мне.

— Это да. Как только империя начала строить свою столицу, цены на строительные и отделочные материалы моментально взлетели до небес. Странно, почему еще инструмент до сих пор по той же стоимости продается, — согласился Лагор.

— Ну чего ж вы стоите, проходите к столу. Не стоит меня жалеть. Живу я в общежитии для преподавателей, а это моя личная территория. Тут я планирую себе кабинет соорудить и мастерскую. Давайте взвар пить.

Орк достал какую-то емкость, налил в нее воды, закрыл крышкой и коснулся какого-то магического рисунка. Потом поставил на стол три кружки и налил в них кипяток из артефакта. Да это скоростной электрочайник, блин. На землю бы такой. Он за мгновение воду вскипятил. На этом изобретении можно было бы так разбогатеть, что и правнуки все деньги потратить не сумели бы.

Завхоз достал какой-то мешочек из шкафа и кинул в каждую кружку по щепотке трав. По помещению разнесся приятный аромат взвара.

— Угощайтесь, — поставил орк на стол мёд и сухари.

— Спасибо, — ответил я, взяв кружку обеими руками и вдохнув полными легкими аромат из кружки. — Невероятный запах.

— Ну так… Это тебе не местный сбор. Это степные травы. Не расскажешь, откуда такой сильный, да еще и в магической академии взялся? — поинтересовался завхоз. — С гномами-то все понятно, а вот как тебя сюда занесло? Тебе бы в боевую академию поступить. Там бы тебя оценили по достоинству. Уважать будут больше чем главу академии, а девки сотнями на спину перед тобой падать станут. Выбирай — не хочу.

— Уважение это, конечно, хорошо, но мне магический дар развивать нужно, поэтому магическая академия для меня куда важнее.

— Верный выбор. Хоть ты и универсал, но я видел твой огненный лепесток. За столь короткий срок столь высокие результаты, впечатляет.

Знал бы он, что если я захочу, то смогу увеличить этот лепесток настолько, что спалю не только его кабинет, но и весь подвал. Но вовремя себя остановив, спросил совершенно о другом:

— А где вы видели мое заклинание?

— А ты считаешь, что закрытые полигоны закрыты даже от преподавателей?

— Но вы же не преподаватель, — парировал Лагор.

— Правильно. Я не преподаватель, я — завхоз, а это куда лучше. У меня есть доступ туда, куда его нет у половины преподавательского состава академии.

— Другими словами, вы тот человек, что много видит и много знает о том, что происходит в академии? — поняв, куда клонит завхоз, поинтересовался я.

— Верно мыслишь, Артем. Старому орку Тарыку известные многие тайны тех, кто здесь учился.

— Так вас Тарык зовут?

— Именно.

— Что ж, приятно познакомится.

— Взаимно. И вот что еще я скажу тебе, Артем. Ты уже многим перешел тут дорожку, и как только первокурсники более-менее освоятся, тебе придется туго. И даже Дзин тебе не поможет. Он просто не станет ввязываться в эти дрязги.

— Интересно, кому это я успел перейти дорогу, а главное когда?

— А ты сам подумай! Магистр к тебе проявляет повышенное внимание, магесса огня на тебя опять же глаз положила, а за ней ведь постоянно поклонники увиваются. В столовой себя ведешь чересчур вольно, с простолюдинами якшаешься. Много за тобой водится того, что не по нраву местной аристократии, причем не только первокурсникам. Старшекурсники тебя тоже не жалуют. И это я еще не упомянул о том, что после оскорбления леди Лии ты остался жив. С самого первого дня ты сцепился с эльфами. Умудрился оскорбить их девушек. Победил одного из них на дуэли, да так, будто и не противник он тебе вовсе. А ведь к эльфам тут тянется вся студенческая элита. А если они узнают, что ты по утрам еще и с эльфийками тренируешься, тебе точно кранты. Сейчас эльфы считаются самыми высокопоставленными студиозусами в академии. Ты же заметил, как вокруг них в столовой все рассаживаются. И опять же твой стол ближе всех к ним. Да и секретаря магистра тебе никто не простит. Так, что держи уши вострО!

— А с ней-то что не так?

— Как это что? Ты видел, как она на остальных студиозусов смотрит?

— Нет.

— Как на пустое место. А то и вовсе морщится, когда те на нее слюни пускают. И поверь мне, КАЖДЫЙ первокурсник хоть раз да посмотрел на нее с вожделением, кроме одного.

— Меня?

— Именно. Тебе она даже улыбается. Такого еще никогда не было.

— А кто она вообще такая?

— Не знаю. Знакомая магистра.

— Любовница?

— Нет. Их что-то связывает, но точно не секс.

— Понятно, похоже, меня попытаются выжить из академии. Хорошо хоть первый курс я неприкосновенен для них.

— Кто тебе такую глупость сказал? — удивился старый орк. — Да, вызывать тебя на дуэль не станут, и убивать тоже не будут, но ведь и ты этого не сможешь, а значит, тебя начнут унижать и относиться хуже, чем к простолюдинам, и ты не сможешь их за это наказать. Зато у тебя появится жгучее желание поубивать их на смертельной дуэли по окончании первого курса, и в этом случае правила дуэли будут диктовать они, а не ты. Более того, тебя постараются ввязать в какую-нибудь авантюру с самыми опасными старшекурсниками. Да в такую, что по окончании первого курса вызовов на дуэль у тебя будет столько, что сосчитать не сможешь. Даже если ты против одного-двух продержишься, то против пары десятков уж точно не сможешь, не говоря уже о сотне. Бывали тут до тебя такие. Ты не первый. Их называют одногодками. Они после окончания первого курса либо сбегали, либо умирали на дуэлях.

— Я против снежной лавины продержался, что мне какие-то студиозусы? — снова взыграли мои эмоции, и я вместо того, чтобы промолчать, решил ощериться.

— Снежные волки не способны использовать магию и оружие. И они не могут выставить себе на замену самых опасных бретёров королевства.

— Это да. Но я постараюсь выжить. Меня больше интересует, сильно ли расстроится магистр, если в его академии количество студиозусов уменьшится на сотню-другую? Это да, как-никак убытки, и не маленькие.

Орк хрипло и по-стариковски рассмеялся.

— Да, теперь вижу, что ты настоящий северянин.

— А откуда вы про мой народ знаете? Да и про снежную лавину?

— Сталкивался с вашим братом как-то в одном из сражений. Молод был, глуп. Вышли мы как-то в рейд за рабами, — после этих слов я напрягся, но сразу же постарался успокоиться, и у меня это получилось. — В общем, вылазка в соседнее королевство оказалась очень удачной. Большой улов тогда случился. Много богатств за тех рабов выручили. Вот только среди них оказалась и девушка из северян. Гордая девчонка была. Никого к себе не подпускала. Мы ее до полусмерти избивали, шаман подчинить ее пытался, все бесполезно.

Кулаки сжались сами собой, и эмоции я контролировать уже не мог, а Тарык продолжал говорить, не обращая внимания на мое состояние:

— Мы подвесили ее к столбу и оставили умирать в назидание другим, но через пару дней в наш лагерь заявились люди в одеждах наемников. Такой резни я за свою жизнь ни разу не видел. Я бывалый воин и видел много пыток, но это… это был ужас, который сковал мою душу. Ни один орк не дрался с такой яростью и жестокостью, как эти люди. Северяне вырезали всех — воинов, женщин и стариков. Оставили только детей. И самое страшное, что они не убивали нас, лишь оставляли смертельные и болезненные раны. Людей было немного всего — пара десятков, может, чуть больше, но их ярость и неутолимое чувство мести наводило ужас даже на самых отважных орков. Когда я понял, что никому из нашего племени не спастись, то попытался прорваться к своей семье, чтобы дать им сбежать ценой моей жизни, но сделать этого я уже не мог. Я был сильно ранен, и между мной и шатром, где пряталась моя семья, шел бой. Хватаясь за землю единственной оставшейся работоспособной рукой, я полз туда, где должна была находиться моя жена с двумя детьми. Я полз и молил предков оставить жизнь хотя бы моим детям. Я был готов умереть самой мучительной смертью, лишь бы они жили. И предки услышали меня.

Ко мне подошел северянин, взял меня за волосы и поднял на уровень своего лица. И это несмотря на то, что я весил раза в четыре больше него и ростом был выше в полтора раза.

«Где твоя семья, орк, покажи ее мне! — произнес он в то время, как по его лицу стекала кровь орков моего племени. — Я оставлю их в живых, чтобы они могли рассказать о том, что здесь произошло, и что будет с теми, кто попытается взять в рабство северян!»

Я вытянул руку в направлении своего шатра, и воин потянул меня за волосы за собой по грязи из земли и орочьей крови.

Слава предкам, моя семья была еще жива. Моя супруга стояла с секирой в руках, прикрывая собой двух моих маленьких детей.

«Я хочу, чтобы вы запомнили этот день и передали всем оркам, что если еще кто-нибудь посмеет забрать в рабство хоть одного северянина, вне зависимости, купят ли они его, сами ли захватят, то мы примемся вырезать всех причастных. И ваш верховный вождь, допустивший подобное, будет находиться в этом списке».

Он бросил меня в шатре и ушел. Я потерял сознание, а когда очнулся, то увидел рядом с собой свою семью. Когда я встал на ноги и смог выйти наружу, то узрел лишь могилы. Даже кровь уже впиталась в землю и заросла травой. Моя супруга похоронила всех и выходила меня. В тот день я пообещал предкам, что впредь пролью чужую кровь, лишь защищая себя и своих близких. Мы прибились к одному из племен, и нас приняли, но, как выяснилось позже, лишь потому, что их вождь положил глаз на мою супругу. Учитывая, какую клятву я дал, то воином я уже быть не мог, поэтому мне пришлось стать скотоводом. И однажды, возвращаясь домой пораньше, я стал свидетелем того, что в наказание за отказ вождю племени его орки убили моих детей у нее на глазах. Делали они это за пределами лагеря, и с ним были только те, кто был предан ему, как собака.

Я не нарушил клятвы. В тот день я защищал свою семью. Я убил и вождя, и его орков, но это не вернуло мне детей. И жену эта тварь успела смертельно ранить. Она отправилась к предкам раньше, чем я послал туда вождя, но он об этом сильно пожалел. В тот день я четко осознал, что чувствуют те, чьих родных забирают в рабство. Ведь раб бесправен, и с ним можно делать все, что захочешь.

Поняв это, я отправился к верховному вождю и передал ему все, что просил передать северянин. Тогда надо мной посмеялись все, и верховный вождь в том числе. Но я прочел в его глазах, что зерно истины я в нем зародил. Он понял, с какой силой столкнулся, но признать этого не мог, ведь тогда его сочтут слабым и быстро найдут ему замену. Но вождь на то и верховный, что он очень умен. Не знаю, что за приказ он отдал, но до сих пор ни одного северянина в рабство к оркам так и не попало. Их просто отбраковывали под предлогом: кому нужны рабы, которые не подчиняются, что бы с ними ни делали.

А я… я отправился странствовать по государствам людей, нанимаясь на работу, не связанную с убийствами других разумных. Орк, уходящий от хорошей драки — не орк, поэтому жил я впроголодь, пока не повстречал магистра Рона. Он и устроил меня сюда, за что я ему безмерно благодарен. И представьте мое удивление, когда я узнал, что спустя много лет в академию магии поступил северянин…

— Да, уж… представляю. А почему ты больше не женился? Столько лет уж прошло, — поинтересовался Лагор и запил взваром сухарик, смоченный в горном мёде.

— Во-первых, лучше моей тигрицы нет никого на белом свете, а во-вторых, орчанки любят воинов, а я не собираюсь нарушать клятву, данную предкам. Ну ладно, приятно было познакомиться. Вам пора, перемена началась.

— Спасибо за взвар и мёд. Если позволите еще разок заглянуть, то в следующий раз угощение с меня, — предложил я.

— Конечно, заглядывайте. Работы у меня всегда навалом. Да и от угощения я не откажусь.

Мы вышли из подвала, и на пути в здание академии стали свидетелями интересной сцены.

— Куда прешь, навозник?! — возмутился один из аристократов, отталкивая студиозуса-простолюдина в красной мантии первокурсника.

А вот это уже интересно. Главное помнить, что я обещал стараться разрешить все проблемы без кровопролития и особо на рожон не лезть.

— Вообще-то это ты шел, а я стоял, — возразил студиозус факультета магии крови, изо всех своих сил стараясь делать невозмутимое лицо. Но я ощущал его эмоции. Он был напуган так, что еще чуть-чуть, и у него затрясутся ноги и подогнутся коленки.

— Что???!!! Ты еще смеешь обращаться ко мне на «ты»?! Шваль ты подзаборная???!!! Да еще и перечишь мне???!!

— Но ты же ко мне на «ты» обратился. А в академии все студиозусы равны. Не забывай это.

— Ты, чернь, равняешь себя со мной???!!! Я тебя грохну, как только ты закончишь первый курс, ублюдок!!!

— Смотри, Лагор, у нас тут самоубийца появился…

— Ага, причем, судя по всему, убиться он решил особо изощренным и болезненным способом, — поддержал меня гном.

Оба студиозуса повернулись в нашу сторону.

— Вот и я говорю, чернь совсем от рук отбилась! Ровней дворянам себя возомнили, — возмутился аристократ-первокурсник.

— Так это мы не о нем, а о тебе! — ответил я ему.

— Обо мне?! — удивился парень.

— Ну, а ком же еще? Ты же присутствовал на линейке после поступления? — добавил Лагор.

— Нет.

— Вот это ты зря, — посочувствовал я парню.

— Я не мог. У меня были веские обстоятельства.

— Ну, тогда давай я тебе кратенько обрисую ту речь, которую произнес магистр Рон.

Дворянин уставился на меня в ожидании продолжения, и я не стал разочаровывать его:

— Магистр сказал, что в этом году в академии сформирован новый факультет. Факультет магии крови. И возглавляет его не кто-нибудь, а сама леди Лия ван Тир. Одна из Великой Пятерки императора Империи Элизиум. И полномочия у нее самые высокие, к тому же особые. Я, думаю, что ты представляешь, насколько особыми они могут являться.

Дворянин сглотнул, а я продолжил:

— Так вот. Магистр Рон сказал, что все студиозусы факультета магии крови находятся под личной защитой леди Лии ван Тир, а она, как сам понимаешь, покорным характером не славится. Я слышал, что она в свое время кому-то гениталии взорвала. Вот только представь себе, — парень проникся ощущением момента и застыл, ожидая продолжения рассказа, боясь даже пошевелиться. — Пошел ты в город и решил отойти по нужде в сторонку. Вытащил своего дружка, расслабился и тут… БАБАХ!!! И твой писюн разлетелся по забору!

Дворянин вздрогнул.

— И самое главное, что ей за это ничего не будет. Даже приказ короля о неприкосновенности первокурсников в этом случае будет недействителен. И твоя семья, если пожелает отомстить за тебя, против империи явно не потянет.

Но это полбеды. А теперь давай представим, что леди Лия по каким-то причинам решила не трогать тебя. Бросить вызов первокурснику ты сейчас не можешь, убить его тоже. А впереди у него целый год. И за этот год их декан и преподаватель обучит их всех такому же фокусу. И после окончания первого курса ты весь такой из себя красивый и мужественный вызываешь его на смертельную дуэль. А это значит, что на защитника ты права не имеешь.

Вышли вы, значит, вдвоем на полигон, ты накинул на себя щиты и принялся плести мощное и убойное заклинание…

— И тут ГДАДАХ!!! — продолжил за меня Лагор. — И твою пипиську размазало по твоим же щитам…

Затем гном подвинулся в сторону, как бы выглядывая из-за аристократа, улыбнулся и произнес:

— О, леди Лия, здравствуйте. А мы тут, как раз, вас вспоминали.

Никакой леди Лии, конечно, и на горизонте не было видно, но надо было лицезреть лицо парня в тот момент. Оно перекосилось от ужаса, и он, не оборачиваясь, припустил мимо нас, да так, что только пятки засверкали.

Мы с гномом улыбнулись, а студиозус с факультета магии крови нас поблагодарил:

— Спасибо за помощь.

— Да мы скорее ему помогли, чем тебе. Леди Лия слов на ветер не бросает. Попытайся он реально причинить тебе вред, я бы за его жизнь и медяка не дал, — ответил за нас обоих Лагор. — Ну, бывай.

— До свидания, — поклонился парень, и мы разошлись в разные стороны.

Первым делом, я забрал конспекты у леди Ванессы. Надо отметить, что отдала она мне их довольно охотно, и я даже знал почему. Ведь в тетрадке были конспекты не только по ранее пройденному нами материалу, а намного больше. А значит и спросить она с меня может по всему, что у нее тут написано. Но только я и не планировал отлынивать, я собирался изучить все. Более того, я перепишу все конспекты, что находятся в тетрадке. Ну, как перепишу… прочитаю и загружу в Знания Всех Мертвых. Пусть знает, что ни она одна такая хитрая. Только изучение ее тетради и посещение Великой библиотеки я собирался совместить. Мало ли, понадобится секретная литература, чтобы освоить изложенный материал. Об этом я и сообщил Дзину, сказав, что хотел бы сегодня позаниматься отдельно. Он нисколько не расстроился, и в этот раз мы вошли в разные двери здания Высшей библиотеки.

Прочтя несколько первых страниц ее конспекта, я понял, что поступил правильно. Хорошо, что я сразу сопоставил тот факт, что леди Ванесса является архимагом, и то, что все существующие архимаги в этом мире проходили через Высшую библиотеку в свое время. А значит, ее конспекты содержат материал понятный только тем, кто имел доступ к нужным книгам.

Женщина, хоть и молодая, но не по годам умная. Это я понял из ее умозаключений. Понятно, что ничего серьезного и сверхсекретного она мне не дала. Но это только она так думала. Передо мной сейчас лежал настоящий клад. Эти знания и выводы в купе с моими помогут мне создать то, чего еще никто не создавал. Но в первую очередь я собирался заняться порталами. Очень уж интересовала меня эта тема, и, бегло пролистав тетрадь, я нашел нужную мне информацию. Но для того, чтобы ничего не упустить, я обложился книгами и принялся разбираться с самой первой строчки конспекта.

Все же хорошо, что мой метод медитации — это упражнения с оружием или бой. Если бы было как-то по-другому, то, возможно, я бы не сумел удержать свои эмоции в узде и уже добивал бы последних воинов. А так я отлично себя чувствую и полностью контролирую.

Вскоре я пробил брешь в рядах противника, убив нескольких щитоносцев из переднего ряда. Нашим воинам отдельное приглашение не понадобилось и, они, моментально воспользовавшись ситуацией, вклинились в образовавшийся проход, а я побежал к магу. Необходимо лишить войско противника магической поддержки.

Маг заметил меня. Точнее, как я понял, он наблюдал за мной с того момента, как я накинулся на его соратников сзади. Когда мне удалось добраться до него, перебив пятнадцать воинов, что попытались помешать мне, маг уже перестал обстреливать охрану каравана и сосредоточил свое внимание на мне.

Как ни странно, но он не стал поливать меня заклинаниями первого и второго ранга, он готовил что-то убойное, даже несмотря на мою мантию первокурсника магической академии ЗАгхарда. Однако придется его разочаровать. Семя эльфийской лианы, что я съел, когда не так давно посещал свой замок в Мертвых Землях, уже выросло и полноценно функционировало.

Я не собирался давать магу время и кинулся к нему, но был сильно удивлен, когда мой меч отскочил от его щита. Понятно, что ударил я его слегка. Я бы даже это ударом не назвал, так, слегка прикоснулся, но не стоит забывать, что я находился под усилением маной.

Маг оказался не из слабых, и даже не середнячок. И нахрена ему нужна была эта возня? Он же рисковал стать не просто изгнанным, его однозначно казнили бы. Но теперь ему дожить до своей казни было не суждено. Он умрет здесь. Вот только как? Если я прорублю его щиты, то это вызовет кучу вопросов. Может попытаться истощить их, нанося много слабеньких ударов?

Но маг сам облегчил мне задачу, воздвигнув над нами земляной купол. Небольшой, но очень прочный, и главное, скрывающий нас от любопытных взглядов.

В то время, как купол только начал возводиться, я услышал крик Гала:

— Тёма, вали оттуда!!!

Затем я увидел, как над караваном начал разворачиваться щит, которым занимался Трон. Он медленно пополз вниз. Я же с улыбкой на лице стоял на месте в ожидании, когда над моей головой сомкнется земляной купол.

— Не-е-ет! — заорал Галиэн и попытался бросится в мою сторону, но ему это было сложно сделать. Между мной и им находились войска противника, через которые он не смог бы пробиться.

Продолжая следить за всем, что происходило снаружи и в ожидании ответного удара от мага, я заметил, как дверь из бронированной кареты, где находился Трон, не просто распахнулась, она слетела с петель от его зверского удара. Из кареты вылетел огр. Да, не выскочил, а именно вылетел. Он за один прыжок оказался в первых рядах. И, достав в полете свой убийственного размера боевой молот, сходу вломил им ближайшему щитоносцу.

Того бедолагу снесло вместе с двумя его товарищами, что были позади него. Трон махал здоровенным молотом так, будто перед ним находились не люди, а макеты из папье-маше. Вокруг него все разлеталось в разные стороны, заливая всех окружающих горячей кровью.

Блин, он же всего два метра ростом, а обладает такой невероятной физической силой!!! Да, есть люди выше него, но они ему и в подметки не годятся! А Трон к тому же еще и шаман! Н-да… ничего не скажешь… он просто ходячая дурмашина! Да куда там ходячая, он прыгает так, что кенгуру обзавидуется.

Однако, что-то я отвлекся. Мой противник уже лыбится во все тридцать два… Явно закончил подготовку. Вот только я его слегка удивлю. Пусть потратит побольше маны, чтобы мне полегче было срубить его щиты. Хотя какая разница, нас же никто не видит. Или видит? Ладно, рисковать не стану, придется устроить небольшое выступление.

Интересно. Если он маг земли, значит, смежные его стихии воздух и вода. Если он попытается меня утопить, придется убивать его быстро. Вокруг мага начал кружить ветер.

Отлично! Значит, он решил меня убить воздухом. Сейчас, наверное, еще каменные валуны сформирует и устроит мне магический блендер. Ветер вокруг него усиливался, и на земле между мной и им начали появляться небольшие камни. Затем они стали подниматься в воздух, а я лениво отбивался от них, все еще оставаясь стоять на ногах. Но долго это не продолжилось. Вскоре я уже летал вокруг, и меня начало бить о стены каменного купола, но из-за усиления тела, на мне не оставалось даже царапин. Что ж, подождем пока он потратит побольше маны, да и не могу же я на глазах своих коллег по охране каравана слишком быстро убить столь сильного мага. Итак, у них появится слишком много вопросов. Так, что обождем.

Я наслаждался каруселью «ромашка» или, если быть точнее, каруселью «блендер», отбиваясь от летящих в меня камней, которых, к слову, становилось все больше, а маг довольно ухмылялся, предвкушая скорую победу.

И вот когда камней стало слишком много, меня это начало напрягать, поэтому я пробежался по стенам купола и, хорошенько оттолкнувшись, полетел к центру, где как раз расположился улыбающийся маг.

Учитывая грохот, что стоял внутри, мои слова вряд ли кто мог услышать, а меня так и подмывало произнести крылатую фразу из одного старого анимэ:

— Один средний удар! — пошутил я и отрубил магу голову, которая продолжала ухмыляться даже после того, как покатилась по земле. Ветер стих моментально, а вот камни исчезли не сразу. Не говоря уже про купол. Снаружи все было в пределах нормы. Без поддержки мага противника охрана каравана начала теснить войска нападающих. Жертв с их стороны становилось все больше и больше. Но больше всего меня заинтересовало то, что к куполу на всех парах мчался Трон, пробиваясь сквозь ряды противника и орошая все вокруг его кровью. Ему периодически прилетали щиты от Галиэна и даже кое-какая атакующая магия. Огневик явно заботился об огре, делая все, чтобы тот, как можно быстрее сумел добраться до купола.

Все же, я не ошибся в парнях. Они не бросили меня, и видно было, что оба не только выполняют свою работу, но и пытаются выручить меня из передряги, в которую я угодил.

Вроде опасностей ни для Трона, ни для Гала я не обнаружил, поэтому подожду, пока огр до меня доберется. Принц мой клыкастый, блин. Тем более, что бежать ему осталось буквально пару десятков метров.

Через несколько секунд стена купола была нещадно разбита гигантским молотом Трона, и в проеме показалась фигура двухметрового огра, закованного в металлическую броню.

— Ты как раз вовремя. Я только закончил, — сообщил я.

Трон глянул на отрубленную голову мага и посмотрел по сторонам. Камни уже исчезли, и купол тоже начал потихонечку таять.

— Это как ты сумел в одного-то управиться?

— Ну… щиты имеют свойство исчезать, если под усилением тела много и часто наносить удары по ним. Резерв маны, он же не безграничен.

— Так ты его обезманил?

— Похоже на то.

— Ладно, пошли нашим помогать. Там Гал уже на исходе. Скорее всего, дожимает последние накопители.

— А он с собой накопители взял?

— Конечно, а ты нет?

— А зачем они мне? Погреть противника огненным лепестком или податься в целители с заклинанием малого исцеления?

— Ну, да… на поле боя от тебя больше проку как от воина, чем как от мага. Только под купол не заходи — нашлет столько проклятий, что потом запаримся снимать.

— Понял, — ответил я и вклинился в ряды окруженного противника. Трон тоже отставать не стал, и вскоре от нападающих осталась лишь малая горстка воинов, которые сдались в плен.

Я направился к каравану, но в мою сторону уставилось оружие. На меня направили и мечи, и копья, и луки с арбалетами. Трон тут же встал спиной ко мне и перехватил свой боевой молот поудобнее.

— Вы часом ничего не попутали? — поинтересовался я, и не думая доставать двуручник.

— Ничего! — ответил Джарольд. — А вот у меня есть сомнения насчет тебя. Мне вот интересно, зачем шурт нанялся охранять чужое добро, да еще и за два золотых?

— Ну, во-первых я не шурт! А во-вторых, не за два, а за шесть. Нападение было? Было. Мы отбились? Отбились. А значит, ты должен мне не два, а шесть золотых.

— Да, хоть за десять! Шурты за такие деньги не работают!

— Шурты не работают… наверное… Но ты забыл, что я не шурт.

— А кто же ты? Только шурты умеют усилять свое тело маной. Да еще и так, что умудряются убить сильного мага в его же родовом куполе.

— Я северянин.

— Ты издеваешься надо мной? На тебе мантия первокурсника магической академии, а у северян нет дара к магии!

— Значит, я первый.

— Это правда! — вмешался Галиэн. — Он действительно северянин и действительно учится в магической академии. Попробуете убить его и почувствуете на себе не только силу нашего магистра, но и месть северян. Он разрубил камень первого магистра ТибОра! Или вы считаете, что он смог бы утаить такие навыки от магистра и главы безопасности академии? Я лично видел, как северяне здоровались с ним. Они даже пригласили нас за их стол в трактире.

На меня посмотрели уже по-другому, а я ответил:

— Если ты считаешь, что кто-то из нас замешан в нападении, то мы можем поехать отдельно от каравана, но деньги ты нам выплатишь все, и вовремя. Иначе я приду за тобой и заберу их сам. А если у тебя не будет столько, то заберу твое снаряжение, и если и его не хватит, ты будешь отрабатывать до тех пор, пока не отдашь все до последнего медяка.

— А не много ли ты на себя берешь? — немного успокоившись, спросил глава охраны.

— Я беру на себя только те обязательства, о которых сказано в договоре. В нем же сказано и об обязательствах графа и твоих. И если вы их не выполните в полном объеме, то я имею право спросить с вас за это. Об этом я тебя и предупредил. Ну, так что? Нам ехать отдельно?

— Нет, поедете с караваном, но ты будешь постоянно находиться рядом со мной. Уберите оружие, — приказал он остальным.

— Без проблем, — ответил я и направился к нему.

Оставшийся путь мы проехали без каких-либо приключений и, добравшись до складов, собирались, было, уйти, как глава охраны остановил нас:

— Погодите. Нам нужно побеседовать с пленниками и разузнать кое-что. И если вы окажетесь ни при делах, то я бы хотел, чтобы вы сделали с нами еще одну ходку. Ваше жалование я увеличиваю до четырех золотых каждому, если не будет нападения. За бой она вырастает в три раза.

— По пять золотых каждому или мы уходим! И рекомендательное письмо от тебя и от графа, — ответил я, и мне показалось, что у парней вместо зрачков в глазах всплыли золотые монеты, как в земных мультиках.

— Насчет оплаты и письма от меня договорились. А вот от графа я постараюсь его получить, но обещать не могу. Сейчас у него столько проблем, что он попросту может послать меня.

— Ну, так вы постарайтесь красочнее описать то, что произошло, и главное, кто убил вражеского мага, — вмешался Галиэн.

— Хорошо, я обещаю.

В течение часа мы ждали, пока с нашими пленниками беседовали. И беседовали с ними, видимо, очень жестко, потому что обычно времени на вдумчивую беседу требуется куда больше. Но через час к нам подошел глава охраны и сообщил:

— Вы не виновны.

— Спасибо, но мы и так об этом знали. Кто напал-то? Хотелось бы знать, кому мы дорожку перешли.

— Это секретная информация.

— Жаль.

— Выдвигаемся.

Оставшийся рейс мы проехали без проблем и, получив свое вознаграждение поздно ночью, сняли номер в гостинице на троих, а с утра уже проходили через ворота академии.

Заклинание действительно оказалось довольно простым. И я прекрасно понимаю, по какой причине Каранарис решил обучить меня именно ему. Воднику просто жутко хотелось приступить к практике, ведь первый курс он тренировался без напарника. Я не стал его разочаровывать, и буквально на втором десятке формирования заклинания я понял, как движется и активируется мана для его создания.

Затем я пару десятков раз сформировал это заклинание самостоятельно и, убедившись, что полностью контролирую это заклинание, предложил приступить к совместной практике. На что водник не раздумывая согласился.

— Первый этап самый сложный. Даже не представляю насколько, но легко тебе точно не будет. Дело в том, что нам необходимо научиться подпитывать наши с тобой заклинания. Причем каждый из нас должен подпитывать как свое заклинание, так и заклинание своего напарника.

— Но это невозможно!

— Еще как возможно! Видел, как Дзин шарахнул второкурсника на ученической дуэли?

— Конечно, видел. Именно после этого я и решил попросить тебя о совместных тренировках.

— Так вот. Сделал он это после того, как мы освоили это упражнение.

— И что мне нужно делать?

— А вот тут и кроется основная проблема. Дело в том, что мне очень трудно представить, что твое заклинание является еще и моим, если оно не совпадает с ним во всех контурах и со всех сторон. И тебе нужно сделать так, чтобы твой водяной шар не просто оказался у меня на ладони, но и двигался так, чтобы это внешне выглядело одним шаром.

Каранарис захлопал глазами.

— Ты хоть представляешь себе, каким контролем над стихией я должен обладать, чтобы сделать такое?

— Я же тебе уже сказал, что не представляю. Но сделать это надо, если не хочешь потратить на освоение первой же техники кучу лишнего времени.

— С другой стороны я ничего не теряю. Наоборот, смогу улучшить контроль над стихией. Хорошо, давай попробуем.

Каранарис оказался не столь талантливым, как Дзин. И сегодня все, чему мы смогли научиться, так это удерживать один и тот же уровень заклинания. Но при этом водник держал свою ладошку под моей. По сути, он лишь увеличил расстояние от ладошки до нижней плоскости своего заклинания. Все остальное ему не удалось.

А вот Дзин не только сформировал заклинание на моей руке, так еще и довольно быстро подстроил его под мое. Возможно, тут сыграл еще и тот факт, что огонь мы с Дзином могли разместить в одном и том же месте, а вот вода куда плотнее, поэтому наш общий водный шар увеличился в размерах, когда мы совместили два своих. И при этом, как ни странно, я все равно очень четко ощущал границы и состав своего. Но возможно то, что создается иллюзия того, будто шар один, и тот факт, что поверхность водных шаров движется куда медленнее, чем огонь, сможет помочь и мне, и Каранарису достичь желаемого результата быстрее.

Но, несмотря на то, что со стороны второкурсника фактически никаких подвижек в нужном направлении не было, выходил он с полигона очень довольным.

— Спасибо! Я и не думал, что это так увлекательно. Мне тут удалось договориться о закрытом полигоне еще раз на этой неделе, придешь?

«Вот это фортель. Даже Дзину не удается заполучить в свое распоряжение закрытый полигон так часто. А у парня явный талант к переговорам. Надо будет взять это на заметку», — подумал я, а вслух произнес:

— Конечно, я же взял на себя обязательства и выполню их. Когда нужно подойти?

— В пятницу вечером, в девять часов. И завтра подойди, пожалуйста, после первого занятия к аудитории мессира Гримхольда. Там будет мой преподаватель, я попрошу его разрешить тебе практиковать водный шар вне полигонов. Это ведь не огненное заклинание, и ущерба имуществу академии ты им нанести не сможешь. Максимум штаны себе намочишь. Это ведь не огненный лепесток, в конце концов. Так мы сможем освоить нужные техники быстрее.

«А вот за это отдельное спасибо», — мысленно поблагодарил я Каранариса и ответил:

— Обязательно подойду.

— Скажи, Артём, а ты и, правда, северянин? — поинтересовался один из воинов, с которым мы вместе защищали караван. Шум за столом смолк, и все уставились на меня.

— Правда.

— Но ты же учишься на мага!

— Время идет, все меняется. Сегодня у меня появился дар к магии, а завтра, может, и у других северян появИться. Я не Создатель, и как это работает, не знаю. Знаю только то, что мне нужно много учиться, чтобы освоить это искусство.

— Мы тут с ребятами покумекали и решили предложить вам троим вступить в наш отряд. Мы понимаем, что учеба у вас на первом месте, но по выходным вы же сможете выходить в рейсы с нами, да и на каникулах тоже, — предложил глава охраны каравана.

— Я очень польщен вашим предложением, правда! Но я не знаю, как наш магистр к этому отнесется. Ведь получается, что в этот раз мы его подставили, и теперь ему придется вмешиваться. Он ведь является гарантом нашей безопасности. Предлагаю перенести этот разговор на то время, когда мы отучимся первый курс.

— Что ж разумно. Тогда предлагаю выпить, а к разговору о работе, вернемся летом.

Мы подняли кружки и залпом опустошили их.

Вечер был веселым и довольно хмельным. Возвращались мы пьяные, но не слишком поздно, и до закрытия ворот в академии вполне успевали. Я предусмотрительно набрал сладостей для завхоза. Да и Лойда угостить не мешает.

Я шел по улице С Галиэном и Троном, а эльфы держались от нас на расстоянии, но я прекрасно понимал, что они нас очень хорошо слышат.

— Артём, а почему ты так холодно держался с эльфийками? Они ведь весь вечер к тебе липли, а ты их будто вообще не замечал? — поинтересовался Гал.

— Не заметить их было очень сложно. Мне весь вечер жутко хотелось от них отсесть.

— Почему?! Они ведь просто хотели тебя отблагодарить!

— Да лучше бы они мне в лицо плюнули! Честнее было бы!

— Ты о чем?

— Об их чувствах. За вечер они несколько раз чуть не блеванули на меня от отвращения!

— Они вроде не пьяные были! — заметил Трон.

— Не пьяные, но их от близости ко мне чуть не вырвало. Это чувство отвращения… хотя нет, не отвращения, а омерзения, буквально сочилось у них со всех щелей! И при этом они считали себя обязанными ухаживать за мной и прижиматься… Да лучше бы они отсели подальше и с надменным выидом поглядывали на меня, и то куда лучше бы отблагодарили таким поведением. А то что они сделали… Да я сейчас больше всего в купальню хочу забраться, чтобы отмыться от того омерзения, которым эти ушастые меня весь вечер поливали, — меня не слабо передернуло. — Я, честно говоря, в следующий раз очень хорошо подумаю, прежде чем принять решение об их спасении. Нахрен мне такая благодарность не нужна!

— Ты эмпат? — догадался Галиэн.

— Есть такое.

— С рождения?

— Нет, после процедуры взросления обзавелся этой способностью.

— Охренеть!

— Да вот сам охреневаю. Порой кажется, что лучше бы я этого не умел.

— Так ты и мои эмоции считывал?

— И твои, и Трона. И с уверенностью могу назвать вас обоих друзьями. Особенно после того, как вы оба решились спасать меня во время нападения на караван.

— Но я же избить тебя хотел при нашей первой встрече…

— И что? У тебя лично ко мне претензий не было. Ты просто не мог поступить по-другому. Ведь тогда бы тень легла на весь твой род. Уступить стол простолюдину ты не мог. Одет ведь я тогда был как простолюдин, и никто, включая тебя, даже понятия не имел, что я северянин.

— Так и я тоже тебе голову не открутил, — добавил огр.

— С тобой еще проще. Я тебя нехотя унизил, сравнив с дикими ограми. Поэтому и извинился. Вы оба всегда были со мной честны. В отличие от эльфов. То, что они сегодня сделали, я еще долго не забуду. Если бы я сегодня не напился, то еще в самом начале вечера послал бы этих ушастых куда подальше и ушел бы. А так и парням отказать было неудобно, они ведь искренне хотели нас отблагодарить, да и вам хотелось погулять, как следует. Вот я и накидался, чтобы хоть как-то вытерпеть их присутствие.

— Да… сочувствую.

— Спасибо. Сейчас доберемся до академии. Заберусь в купальню и буду там отмокать.

— А идея хорошая. Я с тобой, — поддержал меня Гал.

— Я с вами, — добавил огр.

После занятий я первым делом направился к магистру с извинениями и просьбой провести тесты моего усиления тела маной пораньше. Пусть они будут проводиться чуть дольше, но мне до конца недели необходимо закончить разработку портальных заклинаний. Точнее, не так. Закончить я ее однозначно не успею, а вот подготовить максимально возможное количество вариантов для тестирования — вполне.

На сегодняшний день я четко осознавал проблемы, из-за которых ни один живой маг не способен открыть портал для армии. Проблемы тут было две: первая состояла в том, что резерв даже у архимагов ограничен, а его пополнение возможно, только если маг не занимается формированием или удержанием портального заклинания. Иначе сразу сбивается концентрация.

Возможно, удерживая шар воды или огненный лепесток, маги смогли бы пополнять свой внутренний резерв маной, но вот с заклинанием портала такой трюк не пройдет. Слишком уж оно сложное. С одной стороны может показаться, что эту проблему можно решить при помощи огарков маны. Взять сотню магов. Один формирует заклинание, а остальные подпитывают его огарками маны, и вуаля — портал для целой армии готов, но это не так. Огарками маны, как оказалось, подпитывать портальное заклинание нельзя. Оно просто не дожигает их.

Но для меня эта проблема проблемой вовсе не являлась. Активаторы заклинаний давным-давно используются в империи, и они вполне себе могут пополнять резервы своих накопителей извне без прерывания не то, что формирования заклинания, а даже во время его многократной активации.

Зато проблема с помехами сильно осложняла мне задачу. Но самое главное заключалось в том, что решение и этой проблемы существует. Энергия из камней боли. Будь я обычным студиозусом или даже архимагом, не имеющим возможности проводить эксперименты с камнями боли, то задача для меня была бы практически неразрешимой, как, например, для леди Ванессы. Но я — Повелитель Смерти, и после войны на моих складах появилось такое количество этих камней, что можно их горстями тратить и все равно им конца и края видно не будет.

Вот только с учетом того, что моя стройка в самом разгаре, да и деньги из казны пока тратятся больше, чем прибывают, мне очень нужно поторопиться. Порталы не просто ускорят стройку, они выведут строительство на новый уровень, не говоря уже про то, что деньги в империю потекут бурлящим горным потоком.

И если у меня все получится… Нет! Точнее, когда у меня все получится, я действительно не забуду о леди Ванессе. Укажу ее как соавтора части магической разработки, когда подам документы в СПАР. Больше никого из посторонних я допускать к этой тайне не намерен. Даже в Службу Патентов Альянса Разумных я подам лишь общие сведения. Исключительно для того, чтобы подтвердить права преподавателя по магическому конструированию на часть доходов от использования порталов.

Вытерпев все издевательства магистра и Ко над моим бренным телом, я забрал отчет по исследованиям и забурился в общагу, решив все хорошенько изучить и поработать над порталами.

Оказалось, что усиление тела маной даром для этого самого тела не проходит. Мои ткани научились не просто взаимодействовать с ней, но и накапливать ее. В небольших количествах, но, все же, мана остается в моем теле. И да, именно в теле, а не в ауре. И самым интересным наблюдением оказалось то, что именно эта мана и дает мне сопротивление к магии. После столь тесного и длительного контакта с физическими тканями человека, она, как в случае с аурой приобретает некоторые примеси и свойства. И именно эти примеси и свойства блокируют не только часть активированной маны заклинания, но и ее огарков.

Это открытие реально стало для меня приятной новостью. Я-то в основном полагаюсь на свои лианы, а оказывается, что и мое тело способно само по себе сопротивляться урону от магии, при этом никак не мешая мне самому формировать заклинания. Это мы тоже выяснили сегодня. Другими словами, не пленка из маны защищает мое тело, как я предполагал раньше, а именно ВСЁ мое тело имеет некоторое сопротивление магии, даже если я не стану формировать пленку под кожей.

Затем я взялся за подготовку экспериментов с порталами и сохранил в Знаниях Всех Мертвых все тесты, что мне необходимо провести за эти выходные. Ну, и на десерт я оставил просмотр и редактирование того, что выложили имперцы. Каждый раз с неистовым благоговением я открываю эту папку в надежде, что увижу что-нибудь новое и поистине грандиозное. И еще ни разу я не остался разочарованным. И в этот раз имперцы превзошли мои ожидания. Они запустили первый состав в метро. Состав лишь отдаленно напоминал земное метро. На самом деле у него не имелось ни рельсов, ни колес. Это были вагоны, соединенные между собой и парящие в воздухе. При движении по тоннелю они не задевали ни стены, ни пол, ни потолок, а значит, имели куда меньший износ и прослужить могли значительно дольше.

Линия имелась всего лишь одна, и она была хоть и прямая, но зато длинная. Теперь груз и работники доставляются в нужное место куда быстрее, чем раньше. Правда, это происходит лишь в пределах одной ветки имперского метро.

Торин и дядька Ригал уже провели испытания и дали разрешение на эксплуатацию. А конструкция этого метро крайне проста: тоннели оснащены артефактами, по свойствам напоминающими магические магниты. Только у них отсутствует пагубное воздействие на окружающих. По всей длине тоннеля размещены небольшие артефакты. Что-то вроде статоров, которые, при должном на них воздействии способны притягивать к себе ту часть, что находится в составе. Каждый такой магнит прочно замурован в кладке тоннеля и обвит адамантовыми корнями Великих Древней, чтобы те не вырвало.

На каждый вагон имеется одна такая часть. Локомотив тут не нужен, но в каждом вагоне есть небольшое отделение для ручного управления. Поочередно включая и отключая магические статоры можно управлять скоростью и движением хоть всего состава, хоть отдельного вагона, поскольку притяжение можно настроить не на все вагоны, а на каждый из них по отдельности. Так, к примеру, можно подтянуть лишь один вагон из нескольких, что позволяет решить проблему с перепутьями, на которых находятся несколько вагонов или составов.

Но кое-какие проблемы у них все же имеются. Им очень трудно реагировать на каждый магический статор, как, впрочем, и тормозить. А Вампиры сварганили пока довольно сырую прошивку для автоматического управления. В нем крайне слабо прописано управление статорами и не учитывается центробежная сила. Поэтому ветка метро всего одна, и она прямая. Все, чего они смогли добиться, так это плавного ускорения и торможения.

Что ж, это мы поправим. Время у меня еще есть. Я выделил для решения этой задачи небольшую область в Знаниях Всех Мертвых и принялся за написание нейросети, что должна разработать наиболее оптимальный вариант для управления вагонами и составом. Похожую нейросеть я написал еще в студенчестве, а позже значительно доработал ее и унифицировал. Но переписывать весь код того шедевра у меня нет ни возможности, ни желания. Поэтому я решил, что для начала напишу всего две нейросетки с узконаправленным функционалом. Одна будет симулировать различные ситуации поведения состава и вагонов в отдельности, а вторая на основе полученных данных подберет наиболее подходящий алгоритм для управления составами.

И да, пусть пока этим нейросетям понадобится не несколько десятков минут, а несколько дней, но к выходным у меня кое-что уже будет готово. Главное, что имперцы построили еще несколько веток, на которых можно будет провести испытания. А завтра я возьмусь за разработку простеньких гироскопа и акселерометра. Нужно будет установить по несколько штук в каждый вагон, и после проведения испытаний с метро загрузить эти данные в нейросеть. Глядишь, так и через недельку-другую можно будет запускать полноценные составы по нижнему уровню империи.

Утро наступило что-то уж слишком быстро. Со стройкой Эквилибриума время несется с неимоверной скоростью. Эх, как бы я сейчас с удовольствием отправился на стройку. Дело бы пошло куда быстрее, но нужно уметь делегировать обязанности, поэтому мне приходится довольствоваться лишь управлением и небольшой разработкой ключевых объектов.

Утром в столовой я наблюдал недовольные взгляды Родорика и его подхалимов и опасливые тех, кто его побаивался. Но мне было плевать на это, как и моим друзьям.

— Вы в курсе, что клан «Тень смерти» перестал существовать? — задал вопрос Галиэн.

— Нет. Их кто-то «расформировал»? — удивился я.

— Магистр Рон.

— Да ладно! — чуть не выронил из рук краюху хлеба огр.

— Информация проверена. Тот дворянин, которого ты, Артём, пленил, на допросе рассказал все, что знал. И с его слов выходит, что клан «Тень смерти» напал на первокурсника магической академии ЗАгхарда, а значит, они должны быть наказаны.

— Так вот почему магистр Рон так плохо себя чувствовал…

— Ага.

— И что, прямо весь клан перебил? — не поверил Трон.

— Весь. Насколько я знаю, он сначала потребовал выдать ему тех, кто отдал приказ напасть на Тёму, но ему отказали. Тогда он грохнул всех, кто состоял в этом клане. Конечно, и ему досталось, но наш магистр очень силен, и у Тени смерти не было ни единого шанса против архимага его уровня.

— Другими словами, мы с вами подставили нашего магистра. Это плохо.

— Да, пожалуй, не стоит ввязываться в авантюры, связанные с охраной чего бы то ни было, пока не закончим первый курс.

— Точно не стоит.

— Тебе вообще лучше не высовываться, пока не нашел смерть раньше, чем подохнешь от моей магии, — вклинился в наш разговор Родорик. — Граф Галиэн, брось этого смертника и присоединяйся ко мне. Наши рода смогут достойно сотрудничать в будущем на взаимовыгодных для нас условиях.

Гал недовольный тем, что его перебили, взглянул на Родорика, потом внимательно посмотрел на меня, как бы размышляя над предложением и ответил:

— Как бы тебе ответить так, чтобы не сматериться, но при этом выразить всю глубину смысла моего ответа? Хм…

Галиэн подумал несколько секунд и, оставив свой взгляд на леденце во рту Родерика, продолжил:

— О! Нашел нужное слово — ОБСОСЕШЬСЯ!

Мы с Троном заржали, а лизоблюды аристократа тут же наперебой принялись вызывать графа на поединок.

— Господа, господа, остановитесь! Для начала озвучьте основание для вызова.

— Вы посмели оскорбить нашего друга!!!

— Я?! И когда же я его оскорбил? — с наигранным возмущением удивился Галиэн.

— Вы издеваетесь?! Да только что!!!

— И как же я его оскорбил?

— Вы сказали, что он обсосется!

— Все верно, но разве это оскорбление? Взгляните, господин Родорик и сейчас продолжает сосать. И я не оскорблял его вовсе! Даже в мыслях не было! Господин Родорик предложил мне присоединиться к нему, и я в ответ лишь любезно обозначил ему временнЫе рамки того, когда смогу вернуться к обсуждению данного предложения. И произойдет это не раньше, чем уважаемый господин Родорик обсосется своим дорогущим леденцом, явно подчеркивающим его статус, состоятельность и значимость.

Дворяне замолчали, а Галиэн решил их добить:

— А вы, господа, о чем подумали? Ой-й!!! Неужто, вы решили, что ваш, как вы изволили выразиться, ДРУГ должен…

Тут Гал наигранно прикрыл рот ладошкой, сделав удивленно-возмущенное лицо от якобы пришедшей ему в голову догадки, и продолжил:

— Господа! Но, судя по вашему поведению и брошенным мне вызовам, это не я оскорбил вашего друга, а ВЫ! Как же вы посмели ТАКОЕ о нем подумать!!! Вам стоит немедленно вызвать друг друга на дуэль по окончании первого курса и перебить друг друга во что бы то ни стало! А те, кто останутся живы, должны… нет, просто обязаны покончить жизнь ритуальным самоубийством! Это ж, какой позор на все ваши рода?! Нет, по-другому это оскорбление никак не смыть. Хотел бы вам помочь найти другое решение, но его просто не существует!

Родорик прекрасно понимал всю глубину и многогранность дворянских интриг и завуалированных оскорблений и очень хорошо осознавал, что в данном противостоянии он со своими прихлебателями проиграл вчистую. Поэтому они просто развернулись и, не говоря больше ни слова, покинули столовую.

Вскоре мы телепортировались в Долину Жизни, где совещание проходило за огромным круглым столом.

— Привет всем. А для нас местечко найдется? — пошутила Лия.

— Мы их персонально для вас забронировали, — ответил ей Гериндорф, кивая на трон, что стоял пустым, и такой же, как и у всех, красивый резной стул, расположенный слева от трона.

— Прошу прощения, что прерываю ваше совещание, но времени у меня мало, поэтому сразу к делу. Я только что прошелся с инспекцией по строительству. Должен сказать, что очень приятно впечатлен. Я отобрал несколько составов для проведения тестов в метро. Доукомплектовал их гироскопами и акселерометрами. Их назначение вам передадут вампиры. В вагоны вместо живых разумных посадил скелетов и зомби, которые тоже оснащены этими датчиками. Все это необходимо для того, чтобы разработанная мной программа смогла определить наиболее оптимальный и безопасный вариант управления имперским метро. Правда, не все так просто, как хотелось бы, и тебе, Дарк, предстоит выделить по одному разумному на каждую остановку тестируемых веток. Понимаю, что работников у нас итак не хватает, но это вынужденная мера. Если все пойдет хорошо, то вскоре у вас всё метро заработает полноценно, что в свою очередь окупится с торицей.

— Теперь, что касается усталости имперцев. Я вижу, что они работают на износ.

— Все соблюдают режим труда и отдыха, как ты и приказал, — тут же отмазался Дарк.

— Да ладно? Они просто не приходят на работу, но при этом продолжают приносить пользу стройке у себя дома.

— Император, ну пойми, пожалуйста, нельзя заставить разумного отдыхать, если он этого не хочет.

— Заставить нельзя, а попросить можно. И для этого соберите мне всех имперцев здесь и в моем замке в Мертвых Землях. Хочу с ними поговорить. А ты, Дарк, покажешь строителям проект из папки «императорские курорты». Я давно его разрабатывал и, наконец-то, закончил. Правда, проект предстоит еще немного доработать непосредственно представителям тех рас, что в своем направлении смыслят куда больше меня, но это уже частности.

И самое главное, то для чего я сюда прибыл. Я собираюсь заняться разработкой портальной магии. Хочу, чтобы у имперцев была возможность открывать порталы не только по всей империи, но и по всему Эратиону. И мне для этого нужна ваша помощь.

— Погоди, император. Давай сначала обсудим кое-что. Я тут поразмыслил над теми знаниями, что получил с твоей кровью… Кстати, не угостишь? — древний вампир достал свой кубок, дунул в него и протер. Потом поставил на стол передо мной. Лия, не долго думая, достала свой и поставила рядом. А я прямо-таки офигел от такой наглости. Ну ладно Лия, ее я постоянно кормлю своей кровью, но Дарк… Я не стал жадничать и налил им крови в оба кубка. Он отпил глоток и, поставив его на стол, продолжил:

— Так вот. Чтобы не отвлекать вампиров от переноса текстов и чертежей на бумагу, я нашел в твоей памяти интересные устройства. Они называются принтеры. Их на земле оказалось огромное множество, но если выбирать по видам, то не так уж и много. Я нашел упоминание о матричных принтерах. Струйных, лазерных и три дэ. Информацию о них я передал Торину и Ригалу.

— Да и мы в настоящее время остановились на двух видах — струйные и три дэ. Матричные нам не подходят, в лазерных мы разобраться не сумели, а вот струйные мы при помощи мессира Дара и мессира Мельвина смогли воспроизвести. Оказалось, наносить краску на бумагу при помощи магии не так уж и сложно. Но у нас появилась проблема, — продолжил Торин.

— Вы не можете подключить этот принтер к Знаниям Всех Мертвых? — догадался я.

— К знаниям Всех Мертвых мы даже и пытаться не станем его подключать, но вот какое-нибудь хранилище данных, куда вампиры смогут выгружать то, что нам нужно, нам бы не помешало.

— Покажите ваш принтер.

Торин кивнул, и пара гномов куда-то убежала, а через пару минут они внесли довольно большой магический аппарат, способный печатать на бумаге формата А0, если я не ошибаюсь.

— Покажите, как он работает.

Мессир Мельвин активировал какое-то заклинание, и магический артефакт пришел в движение.

— И как он определяет, что ему нужно напечатать?

— В том то все и дело, что только то, что прикажет ему маг. А нужно как-то подключить его к источнику данных.

— Хорошо. Передайте вампирам его чертежи с подробным описанием принципа действий, я позже подумаю, что можно сделать. А по поводу лазерных принтеров так там все просто. Вместо чернил используется сухой порошок, который сначала наносится на фотобарабан в тех местах, куда тот его притягивает. Затем этот же порошок с фотобарабана переносится на бумагу, которая протягивается между ним и металлической проволокой, либо полоской металла, которая притягивает к себе порошок. Ну и в конце лист бумаги с нанесенным на него порошком пропускается через печку, которая приплавляет его к бумаге. Все дело в том, что на земле это делается при помощи электричества. А тут такой фокус не пройдет. Но я уверен, что вы сможете разработать нужный порошок, который можно будет притягивать при помощи магии. А с три дэ принтером что?

— Интересная идея. Обязательно займусь этим, — пообещал мессир Дар.

— А три дэ принтер мы пока разрабатываем. Есть определенные успехи, но сразу скажу, что его мы будем использовать исключительно для изготовления три дэ макетов. Ну, итак по мелочи, украшения там всякие, что не в замок, а на продажу по дешевке. Потому, как только гномы знают, как правильно строить из камня, — ответил Торин.

— Это вам решать. Его макет мне тоже скиньте. Попробую и его подключить к источнику данных.

— А вот за это спасибо.

— Отлично. Тогда вернемся к вопросу о тестировании порталов. У меня запланирован очень плотный график их тестирования, и мне понадобятся камни боли и кое-что по мелочи. Для начала нужна поддержка магов-порталистов, затем понадобится кузня и создание активаторов маны.

Ну и, когда я буду готов перейти на тестирование разумными, то мне понадобятся пленники из работорговцев и прочих нелюдей.

— Это без проблем, только я тебя очень прошу, император, когда что-то берешь со складов, а особенно камни боли, будь добр, показывай или хотя бы оповещай кладовщика о том, что ты взял. Сам понимаешь, учет очень важен в нашем деле, а такой материал, как камни боли подлежит крайне строгому учету, — попросил Гериндорф.

— Тут ты прав. Хорошо, я буду отмечать то, что забрал у кладовщика и расписываться за все, что взял.

Гном одобрительно улыбнулся.

— А теперь если вы не против, то пока я мотаюсь на склады, подготовьте мне несколько портальных магов и побольше накопителей для них. Порталы нужно будет открывать на небольшие расстояния. Тесты я буду проводить за пределами защитной сферы.

— Сделаем, — пообещал Дарк.

Набрав на складах все, что мне было нужно, я телепортировал нас с магами за пределы адамантовой сферы и принялся за проведение тестов. Для начала создал портал из камня боли и принялся за его изучение. Технология работы этого портала в корне отличалась от того, что создал по моей просьбе маг. Портал, что открыл я, имел встроенный фильтр от помех. Энергия боли просто не допускала к порталу никакие помехи, являясь естественным и надежным фильтром. Портал же, который открыл маг, был завязан на его собственной мане, и чем больше расстояние выхода из портала, тем больше маны требовалось для его поддержания. Но больше всего ее уходило на отфильтровку помех.

Поняв, что с наскоку мне эту проблему не решить, я задумал сначала провести как можно больше тестов, а ночью, находясь в астральном теле, проанализировать результаты и подумать над решением проблемы. Так и поступил. Проводил тесты до поздней ночи, периодически привлекая к этому процессу Лию, чтобы не скучала. Поскольку она наотрез отказалась уходить куда-то без меня. Сказала, что мы и так слишком редко бываем вместе, чтобы упускать такой случай, даже несмотря на то, что я не имел возможности уделить ей достаточно внимания.

Ночью я составлял графики, подставлял формулы, проводил расчеты и экспериментировал с полученными данными. В результате я пришел к выводу, что помехи усиливаются при увеличении расстояния между входом и выходом портала и при увеличении его площади. Магического фильтра для решения этой проблемы без использования камней боли просто не существовало. Я не знаю, как нежить додумалась до своих порталов, но этот вариант мне не подходил. Зато к утру меня посетила просто гениальная идея, как обойти эту проблему. Подобному подходу к решению нестандартных задач я научился уже очень давно. Если задачу нельзя решить, то однозначно можно обойти то, что мешает ее выполнению.

И я придумал, как можно уменьшить площадь портального полотна и при этом ее увеличить, как бы глупо это не звучало. Все те же активаторы. Допустим, что мы сможем добиться от одного активатора открытия определенной площади полотна портала. Пусть даже она будет небольшой. Но нам совершенно не обязательно делать это полотно овальной или округлой формы. Можно придать ей вид сектора. Затем создать программное управление несколькими такими активаторами и, настроив их на определенную частоту, объединить сектора в одно полотно. А проблемы с расстоянием вполне можно решить, активировав точно такое же устройство с другой стороны. Тогда мы получим не просто двусторонний портал, но еще и сможем сделать его просто гигантским. В этом случае нам удастся перевозить не просто крупногабаритные грузы, а еще и переправлять через такие порталы и драконов с пассажирами или грузом на борту.

Этими умозаключениями я и поделился с моими друзьями на утренней планерке, представив им расчеты и чертежи. Мессир Мельвин замер, пытаясь найти причину, по которой это может не сработать, но так и не нашел.

— Император, это просто невероятно! Как вы до этого додумались?! — наконец, отошел от онемения архимаг.

— В этом мне помогли конспекты леди Ванессы. Она преподает магическое конструирование в магической академии ЗАгхарда. Эти расчеты я проводил на основе ее формул, поэтому, когда порталы будут созданы, необходимо зарегистрировать это изобретение в Службе Патентов Альянса Разумных. Но ни в коем случае не передавайте туда все данные. Они должны быть исключительно общими, и только для того, чтобы СПАР зафиксировал это изобретение и отписал десять процентов дохода от порталов в пользу леди Ванессы. Это изобретение и его тайны принадлежат исключительно империи. И именно мы будем контролировать все портальные врата на Эратионе.

А вам предстоит доработать и протестировать активаторы маны, а так же соорудить каменную или какую другую арку для размещения в ней активаторов. Разумеется, сделано это должно быть так, чтобы никто, кроме имперцев, не смог узнать, как все в ней устроено. Гериндорф, с тебя не просто создание активаторов, но еще и проволока из метрила. Есть у меня подозрение, что по-другому никак не получится синхронизировать работу активаторов маны между собой. Сегодня я вам выращу некоторые детали для них, которые будут отвечать за сбор маны. А вам предстоит потрудиться над остальным.

— Все сделаем! — у Гериндорфа глаза буквально светились от предвкушения.

— Вот и отлично. Как скоро соберутся все имперцы?

— Они уже ожидают тебя, император.

— Тогда приступим.

Первым делом, я перенесся в Долину Жизни, после чего обратился к народу:

— Имперцы! Я знаю, как для вас важен Эквилибриум. Я отдаю себе отчет в том, что этот город, как и вся империя, является не только будущим ваших детей, внуков и правнуков, но еще и ваших потомков. Этот город, его стройка и вы лично войдете в историю самой великой державы Эратиона навсегда и по праву!

Со всех сторон разнесся одобрительный гул.

— Но есть проблема. Когда разумный долго работает без отдыха, заменяя его той же работой, только находясь у себя дома, он рано или поздно перегорает. Поясню, что это значит. Перегорание случается тогда, когда вы устаете от работы настолько, что у вас появляется апатия к ней, а в более запущенной форме еще и ко всему остальному.

В таком состоянии разумный способен не только пропустить какую-либо важную деталь, но и совершить критическую ошибку. Поэтому я прошу вас построить такой город, которым будут гордиться наши потомки. Такой, за который нам не будет стыдно перед ними. Такой, что убережет их жизни и защитит от врага. Но для этого вам необходимо отдыхать. Отдыхать так же, как вы работаете — от всей души. И для этого я создал и передал чертежи мест отдыха, которые будут носить название «Императорские курорты». Конечно, я сам просил вас избегать в названиях слово император или империя, но в этом конкретном случае я хочу при помощи названия подчеркнуть элитность этих курортов.

Правда, мои чертежи нужно будет еще доработать, но совсем немного. Там будет все для отдыха разумного любой расы. От активного до массажей и грязевых ванн. Позже узнаете, что это такое. И первым делом, вам стоит заняться постройкой именно этих курортов. Строительство города пусть продолжается, но неспешными темпами. Полагаю, когда мы закончим то изобретение, над которым сейчас работаем, скорость строительства увеличится в разы, поэтому прошу вас не обижаться и не перечить. Отдых имперцев и ваше здоровье для меня важны не меньше, чем строительство столицы империи. И я надеюсь, вы меня поймете.

Имперцы, конечно, сильно расстроились, но возражать не стали. Затем я толкнул такую же речь в моем замке, а тем имперцам, что находились в это время на постах или в торговых городах, передадут эту информацию позже. Это сейчас они расстроены, но когда побывают на моих курортах, вмиг повеселеют. Раз не умеют отдыхать самостоятельно, значит нужно их научить.

И первым делом я построю императорские бани. Для этого эльфам нужно будет вырастить деревья под бревна. Да-да, именно под бревна. Баню целиком выращивать не стоит. Так ее можно только испортить. А гномы проведут мне воду из горной реки в искусственное русло, что проложат сами же. Каждая банька будет находиться на отдельном участке, где вырастят или построят из камня отдельный домик. Разумеется, беседка и все для готовки шашлычков тоже будет присутствовать.

Затем я хочу вырастить лес для охоты и собирания грибов и ягод. Организовать места для рыбалки. Обязательно построю отдельный СПА комплекс с массажами разного вида, грязевыми ваннами, аквапарком, и тому подобным. Но это уже в будущем. Сейчас же нужен минимальный набор для отдыха, чтобы мои трудоголики не перегорели.